Покоривший СТЕНУ 11: Король механизмов

1. Красота, которая умеет карать

Я подхватил падающее тело Белой.

Затем оглянулся вокруг себя. Все, кто были рядом — застыли. Один лишь я мог двигаться. Мир вокруг неузнаваемо изменился — теперь всё было покрыто светящимися белыми цветами. Откуда-то снизу вверх поднимались алые искорки света, которые медленно уходили наверх.

Земля под ногами была чёрной. Неестественно-чёрной, будто уголь. Как и небо над головой — бывшее абсолютно чёрной пеленой без единого пятнышка света.

— Арк! — послышался радостный голос Тии, и девушка повисла у меня на шее.

Я посмотрел ей в глаза. В них были огоньки интеллекта. Что она подтвердила, сказав:

— В этом мире система тоже не может до меня добраться, так что срок пребывания не ограничен.

— Уже радует.

— Значит, изнанка? — послышался голос Сайны. Она тоже оказалась тут, чему я был очень рад. А затем она увидела тело Белой. — Что с ней?

— Потеряла сознание после активации навыка.

— Перегрузка энергии, — ответила Тия. — И истечение маны. Я могу дать ей ещё немного, и она должна будет прийти в чувства, но…

— Но? — уточнил я.

— Не хотела бы я оказаться на её месте, кода она она получит откат от хаоса, полученного через меня и по моим правилам…

Сайна покраснела.

— Но мы не можем возиться с ней. И оставить не можем. А об этом месте я почти ничего не знаю, — заметила она.

— Почти?

— Ну, есть общие правила для астральных осколков. Вроде большей материальности мысли и искажённых правил. Но здесь очень многое зависит от хоста.

— А он тут причём? — нахмурился я.

— Не Хостера, а хоста. Так называют хозяина осколка. Способности с осколками частое явление. Жаль, у всех есть ограничения, не позволяющие находиться здесь вечно.

— Например?

— Думаю, система просто не предложит способность, которая позволит бездействовать. Укрыться на время, но не навсегда. Пример… ну, ограничение по времени, или затраты маны на поддержание.

— Тия, у тебя тоже есть? — обратился я к шаманке.

— Нет. Но я зависима от тел, на которых есть мой отпечаток. Если погибнет моё настоящее тело и тело Дины, погибну и я.

— Тогда тебе нужно больше тел.

— Да, — кивнула девушка. — Но я пока только начала осваиваться с двумя.

Я пока что осмотрелся вокруг. Ландшафт состоял из скал и холмов в под покровом белых цветов. Что с этим всем делать — решительно непонятно. Белая видимо думала, что всё и так очевидно. Так вот — нифига не очевидно.

Даже с совиной мудростью, которую я только что активировал и ощутил покалывание в висках. Интересно — боли, как в реальности, не было. Лишь смутное понимание, что предел навыка близок. Может, ещё один каст, максимум два, и меня вырубит.

— Наверное, придётся всё таки её будить, — с сожалением сказал я. Это был мой первый вывод.

Тие повторять дважды не пришлось. Правда, на этот раз обошлось без поцелуев. Шаманка просто напрямую выпустила из себя янтарных светлячков, которые тремя стайками полетели к девушке и принялись забираться под тело сквозь одежду.

Я тем временем проверил свой набор способностей. Все навыки по воздействию на материю не работали. Гибриды и прочее были возможны только на основе духовных растений, из которых у меня было собственно только духовное древо от богини земли.

Зато навыки аурала и всё связанное с вампиризмом — работало отлично. Ну и самое главное…

Собрав волну магической энергии, я с древесным скульптором вырастил крохотное духовное древо, чтобы на нём активировать переход в убежище.

И вот здесь меня ждал главный сюрприз.

Навык не сработал.

— Правила на осколке зависят от его хоста, — пожала плечами Сайна.

— А как же единство во всех мирах? — скривился я.

— Все вопросы к… — механистка обернулась к первой проходчице.

Белая выгнулась и сжала зубы, после чего резко выдохнула и открыла глаза. Зрачки были странными. Неестественно расширенными, светящимися, и к тому же со странным цветом из-за постоянно перетекавших янтарного и фиалкового. Цвета не смешивались, а просто меняли положение на зрачке.

— Ты в порядке? — участливо спросил я.

— Я… г-где… ой… Долина⁈

Девушка шарахнулась от пустого места, попыталась встать, снова повалилась и попыталась отползти.

— Ты чего?

— Какой цвет⁈ — они судорожно оглянулась. Присела. Всё таки попыталась встать.

Глаза были ошалевшими, будто в приступе психического расстройства.

— Цвет чего? — спросила Сайна.

— Белый, — зато её хорошо поняла Тия.

— Хорошо… Это хорошо. Как тебе удалось меня разбудить? — во взгляде девушки было искреннее удивление.

— Магия, — пожал я плечами. Между прочим, это был абсолютно честный ответ.

— Тебя коснулся хаос, — пояснила шаманка.

— Какова плата? — осторожно спросила девушка.

— Не стоит вскрывать эту тему, — кисло улыбнулась Сайна. — Если будет совсем худо, мы это с тобо отдельно обсудим. Тия на нас плохо влияет.

— Где мы и в чём суть этого места? Может ли сюда проникнуть Хостер, или это просто отсрочка, после которой нас выбросит в реальность, на последние секунды существования сектора?

— Так. Подожди, — Белая закрыла глаза и глубоко вдохнула воздух странного мира. — Теперь по порядку. Это мой личный осколок Долины Красных Цветов. Сама Долина — это одно реальное место, у которого есть собственная долгая история. И свои правила. А так же настоящий хозяин. Где? В астрале, который имеет отражения во многих мирах. Хостер — да, может, если у него есть нужный ключ. Астральная форма, например.

— У существа такой силы не может её не быть, — хмыкнул я.

— Я тоже так думаю, — серьёзно кивнула Белая.

— Он может нас здесь как-то ассимилировать?

— Я здесь на правах простого путника с правом прохода. Не я устанавливаю правила. И не он. Теоретически, может, но тогда само место будет на нашей стороне. А это очень много.

— У тебя был какой-то план, когда ты переносила нас сюда?

— Скорее надежда и попытка сделать хоть что-то. Наверное, моё объяснение покажется тебе ребячеством, но… Обычно переход сюда забирает все силы, и я провожу большую часть отведённого срока во сне. Но за это время мир… сам решает мои проблемы.

— Сам?

— Понимаешь… Долина Красных Цветов — это жертвенный мир. Все, кто оказываются здесь — это подношение. Если я привела сюда с собой врага — он становится платой за то, что мне будет позволено вернуться обратно.

— Погоди… ты же привела нас, — заметил я очевидное.

Белая печально улыбнулась.

— Ты правильно понял. Но я надеюсь, Хостер сам по себе будет достаточным угощением.

— А ты что, даже не рассматриваешь вариант, при котором тварь с четырьмя цепями пожирает этих твоих владык долины и ассимилирует твой мир, а затем и нас?

— Ну… такой вариант возможен, — девушка поджала губы. — И что бы ты выбрал сейчас — встречу с Хостером в реальности или здесь? Другого варианта не было.

— А если он не придёт, то подношением будем мы. Кажется, я начинаю понимать, почему ты так часто теряешь команду.

— Это жестокие слова, Арктур. Но именно поэтому это последнее средство.

— Голубь бы одобрил. Напоминает его философию. Выживание прежде всего.

— Выживание сектора, Арктур. Как и тебе, мне нельзя умирать. Не потому, что я боюсь или не хочу. Мы оба знаем, что смерть в Стене — это не конец, а лишь ещё один виток бесконечной спирали.

— Если тебя не схарчит по пути проклятый или тебя не принесут в жертву каким-нибудь богам.

— Долина не уничтожает души! — возразила Белая. — А я передаю данные о Стене. Я не боюсь смерти, но не моя вина в том, что меня очень сложно убить.

— Ладно, это пустой трёп ни о чём, — оборвал я девушку. — Какие у тебя здесь права и возможности? Ты можешь отследить Хостера?

— Я могу попытаться, — уклончиво сказала она. — Возможности очень сильно зависят от фазы. Ты поймёшь, когда увидишь сам. Когда это случится, мы все потеряем над собой контроль и наступит их очередь.

— Хозяев? У нас много времени до этого момента?

— По-разному. Обычно я… нахожусь без сознания в начале перехода. Знаю, что бывает в разное время. Долина убивает сама, когда приходит её время. И сама решает, кого забрать.

— Это аномалия, вмешательство в разум?

— Химия, — удивила меня Белая. — Видишь цветы вокруг? Они источают сильный галлюциноген, вызывающий помешательство и вспышки немотивированной агрессии. Попавшие под него убивают друг друга, а когда остаются одни — себя.

Сайна при этих словах активировала шлем экзоскелета с дыхательной маской.

— Здесь не поможет, — качнула головой Белая. — Маска спасает только в проявлениях материальных миров. — Пока не начнётся, вообще сложно о чём-то говорить. Но Хостера я, кажется, чувствую. Вернее, ощущаю некое чуждое этому месту влияние.

— Далеко?

— Не знаю. Здесь не работают твои привычные понятия физики. Первичной в любом астральном слое является мысль. Поэтому ты должен думать о том, кого хочешь найти, и думать, что ты приближаешься. Идти при этом ты можешь куда угодно.

— Тогда веди… куда считает нужным, — я чуть улыбнулся. — И можешь пока в двух словах обрисовать, что это за место, и как к тебе попал его осколок. Тия свой мир создавала из фрагмента мёртвого пересмешника.

— Как скажешь, — кивнула Белая, и ступила на идущую вниз со скалы тропинку, которой стал терминал, на витую спиральную лестницу, вырубленную по её краю.

Готов поспорить, ещё минуту назад её здесь не было.

— Я слышала, это один из тёмных кошачьих миров в нижнем астрале? — блеснула Сайна.

— Всё началось с человеческой культуры, название которой я не знаю. Видела лишь герб в виде серпа и молота на фоне звезды. Изначально первая Долина находилась в их мире. Они проводили здесь какие-то опыты с использованием радиации. В результате появились два вида, ставшими в этой истории главными героями. Живущие в долине дикие коты и произрастающие алые цветы. Оба вида кардинально изменились и ударились в очень быструю эволюцию.

— Я уже пробовал связаться со здешними растениями, — заметил я. — Они меня не воспринимают. Думал, они просто декорация.

— Это цветы, но… в то же время уже нечто больше. Следующий виток эволюции.

— Уже хочу забрать домой, — я алчно улыбнулся.

— Всё, что выпадет здесь, здесь же и останется, — покачала головой Белая. — Так что не выйдет. Разве что раны, полученные здесь, переносятся вместе с тобой.

— И что дальше? — с горящими глазами подтолкнула Сайна.

— Дикие коты тоже эволюционировали, открыли путь в миры изнанки и связь с планом астрала. Это лежит в основе всей кошачьей генетики. Они буквально стражи астрального мира. Так же, как люди по терминологии Стены — это вид, произошедший от ангелов.

— И они теперь здешние хозяева? — понял я.

— Часть из них. Первые жители долины, обретшие разум и самосознание, использовали астрал, чтобы похищать тела своих менее развитых сородичей, чтобы жить вечно. Сознание росло намного медленнее, чем их возможности. А самое главное — в ночь цветения алых цветов дурман снижает осознанность всех живых существо практически до нуля. Долина превратилась в кровавую ловушку, где любые живые существа сходили с ума и убивали друг друга, в то время как группа избранных из числа первых жителей долины перерождалась в отобранных телах.

Вдалеке послышался шелест, где-то среди цветов, и девушка инстинктивно выхватила автомат. Никого.

На пару мгновений мы замерли в тишине. Белая застыла среди цветов, чуть опустила автомат.

— И что потом? — спросила Сайна.

— Астральный прорыв, конечно же, — улыбнулась Белая. — Если какой-то маны становится слишком много, в этом месте появляются аномалии, связанные с ней. Чрезмерная концентрация астрала из-за действий первых котов разрушила этот участок реальности. А её осколки рассыпались в разных мирах. Часть зависла здесь, в Изнанке, на нижнем астрале. Часть — воплотилась в разных мирах. Летающие острова Зехира, Алое Озеро, и ещё многие миры. Один из них у меня в виде способности.

— Ты можешь перейти в другие миры через Долину?

— Теоретически — да. Практически — Стена не позволит. Я могу их видеть отсюда, если пожелаю. Но не более того. Однако другие могут использовать Долину для перемещений. Её части находятся в разных мирах, но она так устроена, что ты можешь попасть через неё в каждый. Но… Похоже, что внутри Стены есть нечто, что удерживает души рядом с ней, не позволяя уйти слишком глубоко в слои иномирья.

— Жаль. Хорошая была бы лазейка для побега. А что удерживает?

— Если мы столкнёмся с границей Долины с одним из иных миров, ты поймёшь. Принцип объяснить не получится, да и не нужно.

— Тогда такой вопрос. Сколько времени у нас есть на то, чтобы найти здесь Хостера и победить?

— Начнём с того, что не зная его физиологии, я не знаю, приведёт ли его поражение в этом мире к победе над ним вообще. Я знаю лишь ненамногим больше, чем ты.

— А Странник, наверное, проводит в таких местах уйму времени. Это от него я впервые услышала о Долине, — сказала Сайна. — Кстати, это не единственный такой разбитый мир.

— Стойте, — вдруг сказала Белая. — Кажется, нам очень повезло. У нас будет проводник.

— Проводник?

— Тише, не спугни его.

Мы как раз шли мимо невысокого дерева, возвышающегося посреди поля из белых цветов.

Это было ветвистое чёрное дерево, покрытое белыми светящимися листьями, как и цветы. А на нём обнаружился он. Тощий кот с разными глазами.

— Ты привела им добычу, белый котёнок? — проговорил он мягким и вполне человеческим голосом.

— Нет, Безымянный. Это друзья. Но добыча тоже здесь есть.

— Цветы чувствуют, белый котёнок, — произнёс он. — Значит, эту птицу, духа и вампира я не трону. Хорошо.

— Он — один из вечных, — представила Белая. — Единственный вменяемый во всей долине.

— Значит, я могу съесть вредоносную мысль? — задумчиво сказал кот.

— Если успеешь до того, как придут другие, — пожала плечами Белая. — Ты ведь не против.

— Нет. Но мы пойдём с тобой, если не против.

— Я всегда рад компании, вампир.

— Почему ты называешь меня вампиром?

— Сущность астрального вампира — единственное, что я в тебе узнаю. Я не понимаю, что ты. Но ты не вечный. А значит уже мне нравишься.

— Смотрю, ты не жалуешь своих сородичей.

— Они давно забыли, зачем продлевают свою жизнь. Долина так пропитана чужим страхом и безумием, что перестала быть частью реального мира. А они продолжают цепляться за жизнь.

— А зачем тогда держишься ты? — спросил я.

— Просто я помню, — повёл глазами в сторону кот. — Я живу, чтобы дать шанс выйти из Долины тем, кто сюда угодил, до того, как проснутся цветы. Так же, как и вечность назад.

Обитатель осколка нижнего астрала спрыгнул с ветви дерева.

— Идём, я покажу выход. А в качестве платы возьму мёртвую мысль. Моя дверь неподалёку, за бывшими владениями степняков.

Говорил он об этом спокойно. Все эмоции существа были обращены против своих сородичей. Зашедшего на огонёк Хостера Безымянный всерьёз не воспринял, но что-то мне подсказывало, это было его огромной ошибкой.

2. Шум, порождающий ужас

Некоторое время мы просто шли наверх, поднимаясь к скале. Она возвышалась на самом краю долины.

Я использовал это время с толком и расспрашивал нашего спутника. Он был рад потрепать языком. По его же собственным словам, ему не часто удаётся с кем-то поговорить.

География места была интересной. Частично она захватила кусок города, преобразовав его в ряды каменных зубцов. Но очень скоро, гораздо раньше, чем если бы я шёл по реальному городу, мы перешли в бесконечную белую степь.

Здесь мы впервые встретились с тревожными звоночками, в понимании кота и Белой. Это был одинокий алый цветок, разбавляющий безупречную белизну.

Вместе с тем из под ног активно выбивались алые искорки. Они медленно поднимались вверх и уходили в чёрное беззвёздное небо.

— Долина просыпается, — сказал Безымянный.

Белая нервно сглотнула.

Если всё так, как описывается, лучше и впрямь закончить свои дела здесь поскорее. До того, как начнётся ад. Впрочем, кого я обманываю? Будто хоть раз было не так…

— Будьте готовы, если что.

— Готовы к чему?

— Одержимые. Их будет больше, когда раскроется больше алоцветов… Стой, куда⁈

Я остановился и посмотрел на кота. Увидев такой образец, я не мог его не пожелать забрать с собой, потому свернул к цветку и начал вытаскивать из ладони майр.

— К ним нельзя приближаться. Иначе одержимым станешь ты сам.

— Это можно как-то контрить?

— Прости, не понял тебя, двуногий. Контролировать?

— Заблокировать воздействие этой дряни как-то реально? Если не респиратором, то как?

— Можно на время ослабить влияние особой смесью трав. Я знаю состав, но это потребует много времени. Слишком рискованно. Когда придём ко мне домой, я поделюсь своими запасами. Но они тоже не безопасны. Ценой за чистый разум будет твоё здоровье.

— Звучит не очень.

— Кровавый кашель, — пояснил кот.

— Стойте! — вдруг сказала Белая.

Я замер. Безымянный удивлённо посмотрел на девушку.

— Что-то не так. Я чувствую…

— Да. Мёртвая мысль здесь, — кивнул кот.

— Прям здесь? — спросил я, перехватывая майр.

Белая вскинула автомат. Сайна приготовила винтовку селенитов. Тия выхватила артефактную каму, и та отразилась в её второй руке и за спиной в виде косы.

Но поле оставалось безмолвным.

Цветы не колыхались в безветренную погоду.

Однако нападать никто не спешил.

— Почему мёртвая мысль? — спросила Сайна, чуть опередив меня.

— Потому, что ядро этого существа — это мысль, — ответил кот, будто это само собой разумелось. — Мир Стены забавный. Редко откуда приходят более странные вещи. Разве что ещё из мира Совести были забавные вещи. И ещё из мира…

— Безымянный, слышишь? — оборвала нас Белая.

Кот замер. И после секундной паузы:

— Шум? — удивился кот.

Мы все напряглись. Слишком уж говорящее слово, хотя едва ли он подразумевал под этим конкретных тварей.

А затем услышал и я. Это напоминало шипение радио, никак не могущего поймать нужную частоту. И это шипение нарастало.

Медленно звук становился всё громче и громче.

Но никаких признаков появления противников не предвиделось.

Накатывал страх. Я уже более-менее научился отличать, когда он наведён магией, потому сжал зубы и обратился к Сайне.

— Как там с красным светом? — спросил я, и девушка будто отмерла.

— А? А-а… Да… точно…

Шипение нарастало и становилось по настоящему громким.

Мы встали спиной к спине, не зная, откуда придёт угроза. Ещё немного, и мы не сможем даже общаться.

— Сайна!

В следующий миг шипение резко усилилось так, что уши сдавило болью.

А затем Тия взорвалась изнутри. К счастью, у неё в запасе были обе жизни, так что она лишь разлетелась мотыльками.

Красный свет повернулся на то место, где мигом ранее стояла шаманка и высветила образ потрескавшегося скелета в балахоне с капюшоном. Вокруг него ярко пульсировали чёрно-лиловые молнии мёртвой магии.

Существо показалось только на миг, но в следующий момент взорвалась изнутри уже Белая. Она просто встала перед Сайной, прикрывая её ценой своей жизни. К счастью, у неё жизней в запасе была целая прорва.

Белая сразу поняла, кто сейчас самая ценная боевая единица.

Вот только сама эта единица была уже совсем не боевой.

Девушка сняла защитную маску и зажимала кровоточащие уши руками. По открытому рту можно было догадаться, что механистка кричала. Сам я этого уже не слышал. Дерево более чем в состоянии прожить и без ушей.

Дендроморфизм перекрыл барабанные перепонки и внутреннее ухо. Теперь я ничего не мог услышать в принципе никак.

Враг оказался настолько сильным, что мы почти ничего не могли ему противопоставить. По крайней мере, пока. Нужно думать. И думать очень быстро.

Кстати, где чёртов проводник?

Белая тем временем применила один из своих артефактов. Она вышла прямо перед упавшей на колени механисткой и ударила чем-то вроде вспышки фотоаппарата. А затем едва увидев тело скелета, ударила клинком.

Но промахнулась. Скелет просто исчез, растворившись, будто передвигался со скоростью звука.

Или постойте-ка. Может, в этом-то всё и дело?

Обычные деревья здесь не растут, но кое-что в запасе у меня всё же есть.

Я запечатал в майр семена духовного древа.

Белая действовала, будто механизм, помешанный на эффективности. В бою она принимала решения невероятно быстро — сказался опыт множества битв. Потому едва враг исчез, она шагнула к перепуганной до паники и слёз Сайне и одним быстрым движением вырубила её.

После чего погибла сама, разлетевшись ледяной статуей.

За спиной послышался болезненный вскрик Тии, но смотреть я уже не мог — не успевал. Всего на миг тварь появляется в свете ионного прожектора, оставшегося рядом с Сайной. И в этот момент в тело монстра врезалось семя.

Пусть обычные деревья здесь не растут, но это должно. А монстр как минимум, сделан из нежити. Нежить — полностью подчиняется ассимиляции растений.

Ну-ну, мы ещё повоюем!

Тварь начало коробить. Движения, действительно со скоростью звука, стали дёрганными. Тварь перемещалась хаотично и не контролировала себя. Ассимиляция успешно прошла по одной из цепей.

Шум… что ещё туда входит? Мематика и пустота? Да, это я ещё не умею подчинять.

Но сущность нежити в этом всём играла очень важную роль, и её выход из строя сбил монстру прицел во всём.

Ещё один такой же находился перед Тией. Девушка выглядела серьёзно раненой, но уходить не спешила, а на её лице мелькнуло отчаяние. Она безнадёжно проигрывала и боялась погибать.

Взгляд уцепился за пару тел бесформенных монстров — видимо, это была её способность каард. А значит — это последняя жизнь.

Майр выстрелил вторым семенем монстру в спину, и процесс частичной ассимиляции пошёл. Монстр упал на землю и, в отличии от предыдущего собрата, не сопротивлялся, а начал распадаться на части.

— Спа… сибо… — послышался хриплый голос покойника, прежде чем тот исчез, оставив после себя сферу, в которой происходили метания чёрных линий. Делали они это совершенно хаотично, и голова начинала болеть от одного их вида.

Собственно, это был последний. Ещё одного прыгающего прикончил наш проводник. Он появился в самый последний момент из-за спины монстра, который сам проявился в ауре астрального зверя.

Затем тварь сковали рунические светящиеся цепи, и она повалилась на землю.

— Спа… сибо…

Финальная фраза была… точной копией такой же у первого монстра. С той же интонацией, будто на повторе.

— Они погибают, когда остаются на одном месте дольше секунды, — поняла Белая. — А простое замедление делает их уязвимыми. Только мой перед смертью не благодарил, а проклинал.

Её жуть всего происходящего не сильно трогала. Но полагаю, ей многое уже пришлось повидать.

Или дело немного в другом:

— Сколько воли? — спросила она.

— Не понял?

— Характеристика Воля.

— Понятия не имею. Система даёт нам проценты или цифры, но они очень абстрактны.

— Поинтересуйся у главного терминала, — сказала девушка. — Она определяет базовую защиту от влияния на разум. Затем ещё множитель сопротивления, если есть.

— Брось, Арк, об этом же Конрад рассказывал… или ты тогда спал, а это я слушала?

— Сайна! — обрадовался я.

— В астрале исцелять значительно легче, — послышался голос Безымянного.

Кот с гетерохромией выглядел недовольным.

— Никогда не встречал подобного. Кого ты привела с собой, белый котёнок?

— Подношение.

— Это были слуги твоего подношения. Полагаю, планы меняются.

— Меняются? — вмешался я.

— Не обращай внимания. За сотни лет сама собой вырабатывается привычка говорить себе под нос всякое. Идём.

— Тия, ты как? — спросил я у шаманки. Та всё ещё сидела на черной земле и приходила в себя.

— Нормально. Но у меня не осталось жизней. И ещё. Я не могу отсюда уйти в свой мир.

— То есть ты не сможешь возродиться? — спросила Белая. — Это плохо. Арктур, ты как? Сколько есть способностей возрождения?

— Ты так говоришь, будто они есть у каждого. Хотя покров каят работает и здесь, так что абсолютная защита тоже сработает. Там три заряда, но я могу перелить в них ману и будет около шести-семи.

— Сколько тратит маны трюк с деревом? — спросила она.

— Как один покров.

— Тогда пока не нужно. У нас нет урона. Сейчас попробую свет.

Белая закинула за спину автомат, и место в руках заняла рельсовая винтовка тамарцев.

— А сколько у тебя жизней?

— Было одиннадцать. Девять жизней астрала, три стихийные жизни и одна от Долины. Четыре унесли монстры.

— Много…

— Этого больше не повторится. Я кажется поняла их принцип работы.

— Рад это слышать, потому что я пока понимаю слабо, несмотря на совиную мудрость.

— Пока что могу только сказать, что их нужно замедлять, и что они неуязвимы и неуловимы в обычном режиме. Как влияет антимагия, я не поняла.

— Ладно, поговорите в пути. Не стоит чужакам задерживаться здесь дольше положенного.

— Кстати, а что только что вообще было? — спросила Сайна.

— Низкая воля, — кивнула Белая.

— Ой всё! — всплеснула Сайна. — Мне опять на разум навели что-то да?

— А ты не помнишь?

— Я съел часть её воспоминаний, иначе она сошла бы с ума, — сказал кот. — Было очень невкусно.

— Безымянный, ты можешь ощутить, где их хозяин?

— Везде, как и полагается мысли.

— Здесь какая-то аналогия со скоростью звука? — спросила Белая. — Следующий уровень?

— Нет, белый котёнок. Не смогу объяснить.

— Красных цветов становится больше, — заметила Сайна.

— Если они снижают волю и внушают ужас… — начал я. — … то это ведь звучит, как описания магии Хостера.

— Правила этого места не работают так, как на земле, — сказала Белая. — Я ведь правильно говорю, Безымянный?

— Вечные есть суть вечный сон, состоящий из сна и являющийся сном, проявленным через ужас в реальностях, — туманно ответил кот.

— Перевод будет? — я посмотрел на Белую.

— Этот слой реальности состоит из материи сна, — пояснила она. — Поэтому обычные деревья здесь не растут, и часть способностей не работает. Здесь свои законы вместо известной физики.

— Материя сна?

— Ещё одна цепь. К счастью, не активная у нас. Змей предполагал существование цепи сновидений, ассимилирующих реальность. Здесь работают только астрал, призрачная магия изнанки и навыки сновидцев.

— Короче, ассимилировать долину этот тип не сможет, — подвёл я итог.

— Возможно…

— Вот и толку с вашей болтовни, — махнул хвостом Безымянный.

— Кто-нибудь может его отследить? — спросил я, и обвёл взглядом всю компанию.

Девушки по очереди покачали головой.

— Муа-ха-ха-ха-ха-ха! — прозвучал леденящий душу механический двоящийся смех.

Взявшись за оружие, мы снова встали спина к спине.

— Могу призвать Мерлина, — сказала Тия. — Он должен ответить на прямой приказ Далахан.

— Делай, — кивнул я. — И Мыша. Это же тоже возможно?

— Да, у них не будет ограничений по времени, как и у меня.

Я посмотрел на Белую. Услышав имя бывшего товарища она чуть дёрнулась.

— Ты против? — спросил я напрямик.

— Нет. Просто… мысли, — она не стала вдаваться в подробности.

Вскоре они собрались из светлячков Тии прямо перед ней.

— Мерлин? — обратился я к всаднику.

— В норме, — отрапортовал он. — Где мы?

— Астральный осколок. Один из кошачьих миров, — ответила за всех Белая. — Ты маг света?

— А кто у нас сейчас главный? Ну, это я так, просто чтоб знать, если вы решите приказывать одновременно, а бедный я не справлюсь.

— Всадник всегда подчиняется Далахан, а наш Далахан — корректору. Так что ответ очевиден, — улыбнулась Белая.

— Ага, хорошо. Люблю стабильность. Кого выжечь светом дотла?

— Скоро увидишь.

— Ничего не понятно, но очень интересно. Я же говорю — стабильность!

— Белка… — с трудом проговорил мужчина в седом парике и зелёном сюртуке нараспашку. — Прелестно. Ты жива — и я уже счастлив.

— Мы вытащим тебя. Вернём! — неожиданно прорезались эмоции девушки.

— Не вернёшь, — продолжал улыбаться всадник. — Эта личность очень сильно разрушена. Боюсь, я сейчас просто боевая машина на службе Далахан.

— Зачем Стена вообще делает это с проходчиками? — спросил я.

— Не знаю, — не улыбаться Мышь, судя по всему, не мог. Значит, я был прав, и это последствия кривого мода.

— Арктур может. Мы вернём тебя. Проходчики семнадцатого передали нам знания.

Я бросил взгляд на кота, но тому на наши внутренние разборки было плевать. Он только недовольно махал хвостом и демонстративно посматривал в сторону цветов. Алых среди белого поля становилось всё больше.

— Ты ведь можешь? — девушка обратилась ко мне.

— Возможно, — уклончиво сказал я. — Мы этого ещё не пробовали.

— Двуногие, понимаю ваши чувства, но стоять на месте не вариант, — подал голос Безымянный.

— Давайте двигать, пока нас не догнал один ренегат.

Но он больше не проявлялся.

Только зловещий смех — и ничего больше. Что бы это не значило.

— Ты же можешь его съесть? — осторожно спросила Белая.

— Разумеется, белый котёнок, разумеется, — он недовольно повёл хвостом.

В кошачьей мимике и физиологии я не силён, но что-то мне не понравилось, как он это сказал.

— Если вам некуда идти, — продолжил он, — Предлагаю продолжить путь ко мне домой. Там мои возможности чуточку шире.

Словно бы в подтверждение его слов, в белом поле вспыхнуло пламя нового алого цветка. Мы поднимались от долины по узкой тропинке к скалам. И здесь, как ни крути, цветов росло куда меньше.

Значит, не растения, а кусочек материи сна? Новая цепь? Я просто обязан собрать образец!

Особая сила, которая вводит в безумие всё живое, а затем убивает. С точки зрения биологии, растения просто питаются так. Вполне в духе моих собственных поделок, только на совершенно ином уровне.

— А далеко ещё? — спросила притихшая Сайна.

— Почти пришли, — недовольно взмахнул хвостом кот. — Прямо как Шалфей… Как же давно это всё было…

Действительно, гора, которая ещё недавно казалась в нескольких километрах от нас, уже была под нами. Отсюда открывался удивительный вид на долину, которым мы невольно залюбовались, пока шли.

Бесконечное светящееся белое поле. Где-то вдалеке виднелось озеро и крохотный остров.

Пещера была очень тесной. Кот легко прошёл внутрь. Остановился. Обернулся и покачал головой.

— Двуногие… придётся ползти.

Мы переглянулись. Сайна в экзоскелете так и вовсе не пролазила никак. Пришлось ей раздеваться и тащить его в руках.

Но долго ползти не пришлось. Вскоре мы оказались на небольшом карнизе под открытым небом. Под нами был обрыв с бурлящей внизу рекой, а сверху падал поток водопада со скалы над нами.

Сайна с тихой руганью принялась одевать костюм обратно. Без него ей было неуютно.

— Здесь нужно прыгать, — сказал кот.

— Куда? Вниз? — я посмотрел в расщелину и на текущую далеко внизу реку с обилием скал.

— Шанс свернуть шею при падении девяносто семь процентов, — заметила Сайна. — Просто подсчёты нейросети экзоскелета.

Безымянный добродушно улыбнулся.

— Всегда эта сцена. И я всегда отвечаю похожим образом. Это жест доверия, — сказал кот и прыгнул на ту сторону, исчезая за водопадом.

Мы переглянулись.

— Сенсоры говорят, там полость. Пещера, — сообщила Сайна.

Белая активировала короткий портал и оказалась на другой стороне.

За ней Сайна прыгнула через воду, предварительно, закрыв шлем.

Тия взмахнула крыльями — и здесь она почему-то летала совершенно нормально, а не как обычно, едва удерживаясь несколько секунд в воздухе.

Я призвал энергию жизни и накормил ей семя духовного древа. Передо мной раскрылся сияющий мост, выстроенный с помощью древесного скульптора. И как только я перешёл на ту сторону, мост сложился и перекрыл вход.

— А просто нормально прыгнуть слабо? — с укором и лёгкой насмешкой спросил Безымянный.

— Сам играй в эти игры. Веди уже. Это твой дом?

— Его часть, двуногий, — ответил он. — В дождь здесь уютней. Вода поднимается вверх и создает мост. Но раз у вас и так неплохо с передвижением, справитесь.

— С чем?

Ответ был за поворотом, куда нас вывел кот.

В пещере его тело слабо подсвечивалось. В голову пришла мысль, что он чем-то напоминает разумного спектра. Если брать только внешний вид, разумеется. Разумом он был на порядок выше их.

Две скалы были между нами и дорогой дальше. И на этот раз никаких мостов.

— В дождь вода поднимается, и можно пройти, а так, прыгаем, — сказал Безымянный и быстро пересёк преграду.

Мы последовали за ним и вскоре вышли к ущелью, густо покрытому цветами.

Ярко алыми цветами окончательно пробудившейся долины.

Теперь живые алые искорки вспыхивали и уходили в небеса ещё чаще. Место было невообразимо красивым. Но в то же время я помнил, что оно было ещё и смертельно опасным, выделяя галлюциноген, проходивший сквозь любую материю.

— Мята, Грёза и Сонник, — тихо произнёс Безымянный. — Всё как тогда, когда я открыл правду лесному вожаку. Я рад видеть вас снова.

Перед ущельем на самом краю, на фоне светящейся алым волшебной долины, стояла троица спектров того же вида, что и наш проводник.

— Хорошая работа, старый враг, — произнёс дряхлый старый кот. Самый жуткий из всей троицы.

— Да… хорошая, — согласился кот.

— Вот значит как? — разочарованно и с нотами неверия спросила Белая.

— Похоже, мы всё таки подношение, — хмыкнул я.

— Подношение кого и кому, древесный вампир? — совершенно равнодушно спросил кот. — Арктур, да? До встречи, двуногий. Как проводник я сегодня большой молодец.

3. Легенды, умеющие убивать

Вдалеке послышался шум.

Тот самый шум.

Он шел откуда-то снизу, из-за обрыва. Спектры переглянулись, затем стали озираться по сторонам.

— Вот значит как? — спросила Белая.

Знакомая фраза и интонация.

Знакомые симптомы.

Неужели Хостер захватывает эту локацию?

В следующий миг над пропастью возникли фигуры скелетов в ореоле из фиолетовых молний. Бесшумный удар этих тварей обрушился на астральных котов. Поднялась пыль. Алые цветы засияли ещё ярче.

Чью сторону занимать вопросов не возникло — как минимум один из врагов желал смерти всем, а спектры — просто хотели пожрать, как и полагается нечисти. Так или иначе, всё всегда сводится к этому.

И этот выбор был единственным верным, хоть и мало что смог изменить.

Белая сходу выстрелила из тамарского оружия. С двух сторон вырвались компенсаторная энергия в виде тёмно-бирюзовой дымки. Яркий луч прочертил путь к ближайшему шуму, и твари разнесло грудную клетку.

Ещё двумя занялись коты. Могу им только пожелать удачи со своим подношением.

— Их слабость — замедление и остановка! — сообщали она, помогая тем самым и им. Едва ли они, правда, зачтут это нам в карму, когда мы вновь останемся наедине.

Но тем не менее, сейчас это было выгодное решение.

Мышь и Мерлин уже были готовы к ведению боя с таким противником. Синий свет покрыл всё пространство, а затем в голову второму шуму прилетело испепелением.

Оба раненых монстра принялись быстро регенерировать, но никто не собирался останавливаться.

С запозданием выстрелила Сайна. К этому бою она тоже подготовилась заранее, закрыв уши проведённой на коленке модификацией шлема.

Болт прилетел в голову первому противнику, сбивая с атаки, а затем прозвучал выстрел рельсового ружья Белой. Девушка на бегу перезарядила оружие и приготовилось стрелять снова.

Затем ход боя резко сменился.

Первый монстр шума влетел в алый цветник на краю локации и замер. Судя по тому, что он не умирал — тварь сильно замедлилась, а не остановилась совсем. Потому и стала видна так отчётливо.

А в следующий миг тварь резко развернулась и вонзила костяную ладонь в горло товарища.

Затем два шума слились в некий комок, в котором скорее всего проходило сражение на звуковой скорости. Прогремел третий выстрел Белой. Луч понёсся в лоб ещё одного врага.

БАМ! — Голова монстра разлетелась на искры двухцветного салюта, оставив за собой вспышку бирюзовой энергии и лиловой пустоты.

Белая перекатилась, уходя от атаки со спины. Молниеносным движением выхватила синий меч Чёрной и ударила наотмашь замершего в момент замаха монстра.

Вспышка алого света — Сайна принялась освещать локацию, сбивая сразу несколько монстров со скоростного перехода.

И вот здесь мне стало реально не по себе — их было здесь минимум добрый десяток!

К счастью, уже второй в этом десятке обернулся против товарищей. Забавно наблюдать битву двух менталистов, а местные хозяева были как раз из любителей промывать разум. Защищаясь от моей ассимиляции, шум пропустил влияние цветов долины, а вместе с ними и подчинение воле кошачьей троицы.

— Не бой̨̫т̘͢есь. Скоро я все̤́х спасу от̵͔ ̯͟с̳͢у͇͡еты…

Электрический двоящийся голос отовсюду. Конечно же, хозяин тварей тоже наблюдал за нами, как же иначе?

Я резко развернулся, почувствовав движение за спиной, и отпрянул.

Буквально на миг перед лицом показалась фигура в чёрном с белой башкой, напоминавшей потрескавшееся яйцо с глазами и нарисованной улыбкой.

— Тво̨̘я̴͍ ̬͝ж̥͞и̹͢знь теперь мо̡̳я, — шепнул он отовсюду. — Я пр̷̨̲͈̒ͩи̣̹͊ͪ̕͞н̈́̽͡͏̦͔ёс спок̡̬̙͑ͭ̀о̢ͧ͊͏̙͔й͍̬̽̽͢͡с̸͖͖̃̓͠твие. При̯́м͖͜и̷̡͎̯ ̴͎͎͜м̵̵̯̘͉͟е̸̩̞̰́͠н̵̧̯̻̼͍́͠я̷͕͈̜͔͜͢͡…̢̛̼̤͚̦̗̀͢͡

Я ответил ударом майра в исчезающую чёрную дымку, но мимо. Меч в режиме пилы врезался в чёрное облако, проходя насквозь.

Где-то вдалеке послышался смех.

Из воздуха возник силуэт монстра шума. Нежить вынырнула с бешеной скоростью и лишь в момент удара выдала себя. Чего-то такого я и ожидал и с режимом пилы перевёл удар на неё.

Майр рассек грудь чудовища, и фиолетовая дымка устремилась вверх, но враг успел врубить свою сверхскорость, чтобы уйти.

Но передышки мне никто давать не собирался.

Другой вышел у меня из-за спины, но и этого я ждал. Протянув руку в сторону, я ударил вампиризмом по области, чтобы гарантированно задеть слишком быстрого противника. Просто в качестве эксперимента.

Сработало странно. Физика мира действительно была совершенно иной. Вместо урона, монстра просто подтолкнуло ко мне, будто вампиризм стал чем-то вроде магнита.

Впрочем, это тоже было очень полезным умением. Потому что следом внутри врага оказалось духовное семя, и спустя миг из пустой глазницы показался росток светящегося дерева.

Вырвавшийся побег принялся жадно впитывать в себя энергию жизни и укореняться. Та часть сущности, что не переносила обездвиженности, начала погибать. Ещё одна цепь, наверное пустотная, судя по тёмно-лиловому сиянию, оставалась в силе и не позволила полностью перехватить контроль. Но даже половина тела чудовища — это достаточно, чтобы вывести его из боя. А остановившись на миг, враги быстро слабели и становились уязвимы.

Более того, мёртвая магия начала своё собственное воздействие, искажая растительную суть и делая существо невменяемым. Впрочем, мне это тоже шло на пользу.

Выстрел острой ветвью подсёк ещё одного бегущего мимо, а в следующий миг сверху обрушилась Тия, поднимая вокруг себя волну янтаря. Но тварь успела уйти из под удара и пропасть из восприятия.

Не поймав врага в момент падения, она сразу же принялась спамить атакующими способностями и атаковать любую приближающуюся к ней цель. Скорее всего, в таком состоянии она не заметила бы и союзника.

Чёрт…

Тия была невменяемой. Не знаю где она успела надышаться цветами при том, что мы к ним не подходили, но обычно янтарные глаза были налиты кровью, а изо рта тянулась струйка пены.

Бой не просто выходил из под контроля. Он становился хаосом.

Стихия хаоса, кстати, тоже была не против, потому как счётчик комбо у девушки заставил её оружие светиться, будто покрытое светодиодами. И хаос, нужно признать, с тварями справлялся. От ударов артефактных кам, заряженных энергией, оставались светящиеся следы, будто раны запекались расплавленным янтарём.

Кромешный, сбивающий с мыслей белый шум мешал сосредоточиться.

За моей спиной распустилось второе духовное древо, или скорее, духовный куст с торчащими из тела монстра ветвями. Как и в случае с другим монстром, при этом куст болел, а пустотное заражение сделало его невменяемым, заставляя атаковать вообще любую ближайшую цель. Но Хостеру он больше не подчинялся.

Я обернулся, готовясь к следующей атаке. Вдалеке Мышь рубил врага в ближнем бою шпагой и параллельно применял вспыхивающие магией умения. Его способности плохо подходили под этого противника, но он умело использовал их, чтобы изменять поле боя по своим правилам. Вокруг него повсюду распространялась плесень и что-то склизкое, покрывающие пространство. Монстры на такой земле замедлялись или подскальзывались.

Взгляд остановился на фигурках котов. Один был серьёзно ранен и с перепуганными глазами убегал прочь. Тот, который был самым древним, и лысым, то ли от природы, то ли благодаря дряхлости тела или астрального лишая.

Двух других кошек держали за шкирку белые руки. Следом рядом с ними возник чёрный силуэт с белой головой.

— Кис͎́а̝͜-̸̭к̶̝иса-кис̢̲а, - с нотками умиления в голосе произнёс Хостер. И его голос, вопреки логике, был прекрасно слышен несмотря на поголощавшее все звуки шипение и заткнувшие уши затычки.

Коты в панике попытались сбежать, но лицо корректора-ренегата опустилось на один уровень с Вечными и тихо шепнуло. Но услышал шёпот, конечно же, каждый на поле боя:

— Ассимил̥͠я̨̯ц̵͈ия чист͍͜а, да? Хост͍͜ер молодец. Вдо̡̻х̗͟н̶͈и глу-убже…

В то место, где он только что стоял, вонзился бирюзовый луч, затем испепеление. Оба — мимо.

Спектры синхронно упали на землю и вдруг исчезли, оставив после себя облачко пыли и четыре маленьких ямы от лап.

Белая применила свой прибор, напоминавший вспышку фото, и мы увидели очертания двух новых шумов в виде чёрно-лиловой нежити.

Существа с немыслимой скоростью и ловкостью подскочили к Белой и принялись кружить вокруг неё, отсекая части экипировки и выбивая оружие. Удивительно мудрая тактика в борьбе с противником, у которого хрен пойми сколько жизней.

Чаша весов стала резко склоняться не в нашу пользу. Одержимые цветами монстры быстро перестали сопротивляться, как только спектры сменили сторону.

— Ассим̕ͅиляция чис̡͎т̸̗а̧̝, — повторил Хостер сбоку.

Не глядя, я запустил в ту сторону майр.

На пути оружия встала одержимая Тия и попыталась отбить, но сработала старая способность оружия к самонаведению на цель, и майр проскочил под её рукой и вошёл Хостеру в подбородок.

Корректор-ренегат так с улыбкой и упал, лишь вздрогнув, когда оружие входило в голову.

— Любв̹͠ь͓͘,̴̩ ̖̕п̩͟о҉͔к̶̣о̶̩й и пуст̛͕о̸͕т̼͎͡͞а̶̘̖͇͡͡, — прозвучал в голове двоящийся электрический шёпот.

Шёпот, показавшийся сладким и притягательным. Этот голос хотелось слушать и слушать.

Больше он не казался чем-то жутким, а внешность Хостера казалась… странно притягательной. Будто он был моим давним другом

Морок! Проклятый морок, вот что это!

В лоб вылетел болт Сайны, чиркнул о барьер покрова. Красноглазая механистка с пеной изо рта свесила голову на бок, что не мешало ей прицельно стрелять,

Отскочив, я перекатился, в последний миг успев увернуться от взмаха косы Тии.

Тело девушки подёргивалось помехами, как и точно такая же Сайна рядом с ней.

Окровавленная и полуголая Белая отбивалась от спектров. Те выросли и стали больше походить на псов-некроморфов, чем на кошек. Судя по фиолетовому и зелёному сиянию остаточной магии, их подчинил себе Хостер, ответив за попытку подчинения его шума алоцветами.

Рука девушки потянулась за спину за новым клинком, но обнаружила, что её легендарные ножны где-то пропали, и оружия нет. Короткий миг растерянности, и её голова покатилась по земле.

— Ещё о̸̨͚̱д̸̨̠̟̹͢на, — послышался шёпот у меня в голове.

Новая форма Белой собралась из снега рядом с Хостером, сходу ослепив его тем же артефактом. Способность была привязана к кольцу, потому осталась с ней.

Но против такого чудовища она не сработала.

— Отр͈̀и̧̦нь мирскую су̙͟ету, — произнёс он, и левитирующая белая рука оказалась на макушке у девушки. — Ассимиляци҉̪я̢̡̖̙ ̸̶̜̦͎̕т̴̱̮̹͈͘͜͝ак чиста…

Я сжал рукоять майра, активируя режим пилы. Вложил семя духовного древа и ещё одно заготовил в руке. Последнее, собственно — я и так взял их больше, чем обычно. Впредь буду умнее при выходе в астральный план.

Вот только будет ли это «впредь»?

Сайна наставила на меня селенитский болтор. Тия смотрела на меня со странным обожанием. За её спиной стояли Мышь и Мерлин. Они, к слову, всё понимали. Я прочитал это в глазах друга. Враг не счёл нужным подчинять их, что говорит о том, что он очень хорошо успевает продумать и просчитать бой. Всадники и так не способны были ослушаться Далахан, так что подчинять их напрямую было не нужно. Достаточно подчинить главного и заставить его отдать приказ своим подчиненным.

Хостер снова был на шаг впереди.

Враг появился возле меня. Совсем рядом, открываясь для удара. Я не мог пропустить такую возможность и вонзил майр, посылая команду к выбросу семени и началу процесса ассимиляции.

— Посмотри. Вдохни. Услышь меня. Твоя семья теперь моя. Я желают только добра, мой самый лучший друг, корректор Арктур. Не бойся. Всё что я несу — это покой.

— А если я не хочу?

— Тебе понравится мой рай. Теперь лишь я твоя семья. Прими м̧̦е̼͠н̸͔я. Давай станем едѝ̙н̦͟ы̖͡м̙͟и! Стать мной, а я стану тобой. Я — твой лучш̶͓и̟͡й̛͖ ̮͞д̠̕р̸͎у̭͞г.

— Чего ты добиваешься? Хочешь ассимилировать всю Стену?

— Ты не понимаешь. Ты н͍́е̵̼ ̶̭п̡̥о̸̺й̗͘м̨͈ёшь. Эгоизм. Личность. От неё нужно отказаться. Очен̵̹ь̶̝ ̻̀с̪͞ќ͈о͙͝ро ты поймёшь, когда начнё̵͈ш̵͍ь̜͜ ̵̤д̥̀у̥́мать, как я. Я создам реальность для те͔͞б̻͜я̢̯.̴̗ ̡̳Р͈̕а̠͜й. Соберу букет из лучших̡͉ ̛̤с̥͜н̷̺ов и воспоминаний. Откажись о̵̳т личности. Отдай её в золо̴̩т̛̲у̰̀ю͚͇͢͞ ̧̢̦͖к҉̵͈͇л̧͖̠̗͜͠ѐ̨͕̥͓͠т͢҉̢̖͕̲ку из вечного счастья, и позв͈͝о̶̧̟̯ль мне позаботит̖͝ь̪͝с̥͠я̷̻ ̸̦о̡̗ ̭͢т͢ͅе͔͠б̫͟е͎͝.̦̕ ͏̬О̪͡б͉̕о всех вас.

— После того, как ты превратил моих друзей в монстров?

— Монстров? Нет же. Посмотри. Вглядись в суть. Они все прекрасны, как прекрасен ты сам.̵͉ ̪͠Р̡̞а̶̮зве счастье — не смысл существован̧͕и͙͠я каждого существа во вселенной? Я̴̥ ̸̡̢̢͓͓̺̭н̶̸̸̸͇̱̥̭͎̮͘͜и̸̮̭̮͎́͞͠кого не принуждал. Никогда. Никого. Они все со̠͢г̢͉͕̳̀͢лашались сами. И ты согласишься. Просто ты не поним̢ͅа̠͡е҉̡̮̤ш͞҉̣̠ь̤̙́͜.̴̧̯͙̺̕ ̠̖͠͝Н̵̩̙͢о̶̧̻͎ ̛͙у нас с тобой есть вечность, чтобы т̩͝ы понял.

— Вечность?

— А разве ты ещё не понял?

Я ощутил холодную руку у себя на макушке и осознал, что стою напротив застывшей фигуры корректора-ренегата в окружении замерших товарищей.

Голос Хостера зазвучал ещё ярче. Теперь он будто бы раздавался прямо у меня в голове, без шумов и сбоев.

— У нас есть вечность. Мы можем поговорить. Я расскажу тебе всё, что хочешь, мой любимый друг Арктур. Всё что знаю сам. И в корне любого вопроса будет ответ в том, что я прав. Ты сам поймёшь это. Спрашивай.

— Что находится на дне Стены? Моё счастье в удовлетворении любопытства. Если ты удовлетворишь его, я задумаюсь о твоём предложении.

— Ты мне лжёшь. И зачем? На дне находится то, что ты делаешь сильнее, творя суету. Суета порождается желаниями. Откажись от желаний и то, что там, станет слабей.

— Ты не ответишь?

— Ты не поймёшь. Но я покажу.

На виски навалилась боль. Хостер резко придвинулся ко мне, а я задержал дыхание, на случай если его слова про «вдохни меня» были не фигурой речи.

А затем я ПОНЯЛ.

Действительно понял.

Потому что я был не прав с самого начала.

— Ей больно. Ты причиняешь ей боль. Ваша суета убивает её. Вы убиваете стену. Она не успевает заращивать дыры, которые вы ей наносите. Стена расходует свою жизнь, чтобы сделать вашу прекраснее. Дать вам врагов. Дать вам силу. А вы платите ей суетой. Не надо так. Ей больно. Очень больно. Монстры становятся сильней. Цепи порождают цепи. Вина всему — ваше желание пройти стену. Но вы не виноваты. Вам внушают это. Это навязано. Я понимаю.

— Ты хочешь убить всех проходчиков, чтобы остановить износ Стены! — подвёл я итог долгой и малопонятной тираде о «боли стены».

Разумеется, у Стены не было никакой боли. Это всего лишь бездушный механизм. Но вот износ более чем реален. Потому если мы хотим сохранить место, которое стало нашим домом, то должны немедленно прекратить всякую активность.

Если не будет проходчиков и прохождения, не будет осознанных существ, совершающих осознанный выбор, Стена прекратит тратить энергию на пересборы и будет заниматься только восстановлением и освоением того, что есть.

Иначе рано или поздно Стена не выдержит. И тогда у нас больше не будет любимого дома. Она просто разрушится под напором запредельных тварей с десятками цепей.

Энтропию никто не отменял. Износ никто не отменял. Но если прямо сейчас остановиться, остановить всю активность разумных существ на Стене, шанс её спасти ещё есть.

Всё, что мы должны делать — это не делать ничего.

Верно. Только так мы можем спастись.

При этом никто не мешает нам быть счастливыми в другом мире.

Пусть тело делает то, что нужно, чтобы остановить других и спасти этот мир от саморазрушения.

Мы же можем просто находиться в раю в своём разуме.

Всё это так правильно, просто и понятно! Похоже, я просто изобретал всё это время велосипед. Мой друг обо всём позаботится. Как же мне повезло, что я не должен ничего делать сам, и всё решится за меня! Главное — чтобы никакой суеты и побольше покоя…

А затем виски вдруг сдавило острой болью, приводя в чувства.

Сейчас я уже не был человеком. Как минимум, я был наполовину деревом, а промывать мозги растениям Хостер пока ещё не умел. Да и нет их у деревьев.

Майр, сросшийся с рукой, тоже больно кольнул. На него, как и на колючий венок, магия врага вообще не работала.

— Растения…

…мой друг…

…я назову теб̥́я̷̭̲̀ ̹͎̖́͢͞Ш̫͘͠ͅелест.

Я ничего не ответил. Только послал остатки маны по майру к семени в груди Хостера, и из него потянулись разрывающие тело ветви.

— Ты ошибся, придурок. Мне плевать на Стену. Я хочу лишь выбраться отсюда.

По пространству поползли трещины. Способность Белой заканчивалась, или скорее, её сворачивал сам Хостер.

На лице-маске отразилось смятение. Такой поворот событий был для него большим и очень неприятным сюрпризом. Растения протягивали корни по той его части, что осталась от живого существа и той, что осталась от мёртвой плоти.

Я не мог подчинить его разум и подчинённую ему мёртвую магию. Но ничто не мешало провести ассимиляцию частично, как я уже попробовал это проделывать с шумом. Ещё тогда в голове у меня мелькнула подобная мысль — когда я увидел страх монстров Хостера перед этим процессом.

Порождения шума были готовы убивать друг друга и самих себя, только бы не позволить мне завершить процесс даже частично.

Тогда что же будет с самим Хостером, если провести этот процесс с ним?

Биологическая и некротическая составляющая — это его тело. И если он потеряет над ними контроль — останется лишь разум и магия, заключённые в обездвиженной форме.

И Хостер тоже понимал это.

К голове потянулась одна из его белых рук, чтобы коснуться головы, и я с улыбкой позволил ему это. Только заранее подготовил дендроморфизмом сюрприз, и едва рука оказалась на моём лбу, в неё вонзились мелкие корешки, ускоряя процесс.

Тело сковал морозный воздух Стены. Надо мной было звёздное небо и фигура корректора-ренегата, пробитая майром.

Мы вновь были на вершине генератора. Только все остальные спали. Весь город спал, кроме одного жуткого мудака и одного очень упрямого корректора.

— Твоя пара̨͙͎͝д͏͓͝ͅи̨̤̟͘г̢̬̰͜м̸͈̩͝а опас̸̞н̷͏͔̭а̪͉͝͡.̨͚͚̥͡͞ ̡̺̜͞С̡̨͙̤тена хоче͕͞т̞͝,͏͚̘͠ ̢̛͖̜ч̶̼̬͢т̡̨͎͈о̷͖бы ты ис҉͖ч҉̶͍̟̻͘е͏̶̶̨̨̳̺̯͈͕з̵̴̸̢̛͈̱͙̰̟̰̗͝͞.

— Ну что, посмотрим, какое из тебя будет дерево? — улыбнулся я. — В эти игры с ассимиляцией могут играть двое. Продолжай ассимиляцию, если хочешь. Бревном ты всё равно станешь быстрее. Очень злым псионическим бревном, привязанным навсегда к этому месту…

— Я запомнил этот ответ, - пронеслось у меня в голове. После чего Хостер вдруг взорвался крохотным облачком черноты с зелёными молниями.

— Давай-давай, от меня она хочет того же самого, так что жду новой встречи! — сказал я уже в пустоту.

4. Средства, ведущие к цели

Миг, в котором для нас двоих застыло время. И он исчез.

— Т̧о̢г͏д͡а́ ̨я͝ ̨п͡р҉о͏с͜т͏о̨ ͠у͜н̨и̷ч̵т̧о͘ж̴у̀ ̷т͘е͡б̧я҉ ͘н͘а̀ ̴м҉е͞с̢т͞ѐ — Хостер появился справа с пульсирующей сферой концентрированной пустотной энергией, но в это мгновение на нас обоих опустилось чудовищное давление, пробирающее до костей и парализующее на месте. За попытку сопротивления настигла пронизывающая боль.

Но на некросуггестора это подействовало гораздо слабее и он попытался закончить свой маневр и все же бросить сферу в мою сторону. Пока его фигуру не озарила вспышка и тело корректора-ренегата распалось на чёрные угольки, источающие мрак, будто темновник.

Рядом лежал обломок его… не знаю, маски или башки. Интересно, это может считаться фрагментом? Очевидно, что его не прикончили. У такой твари просто обязано в запасе быть пару десятков жизней.

— Необычный способ покончить жизнь самоубийством, но, стоит признать, очень надежный. Разве ты не слышал, что вершина генератора является запретной зоной, проходчик? — послышался голос у меня за спиной.

Давление исчезло. Вздрогнув, я обернулся и увидел вечно медитирующего проходчика Кирвана.

Он стоял, задумчиво уставившись в небо. Затем смахнул с плеча, казалось, сотни маленьких ледяных игл.

Проходчик хрустнул шеей.

— Я дам тебе один шанс объясниться. Кто ты? — спокойно спросил он, глядя прямо в глаза.

— Арктур, Орден Смотрителей. Служу благу всех проходчиков.

— И кто тебе дал разрешение подняться на вершину генератора?

— Так требовали обстоятельства.

— Неправильный ответ. — И его глаза с драконьим зрачком зажглись как два горящих солнца. Давление снова вернулось на плечи, но на этот раз гораздо сильнее. Такое ощущение, что меня сейчас просто вдавят в пол.

— Он со мной, Кирван, — послышался голос Белой, и давление исчезло. Девушка уже приходила в себя. Проснувшегося проходчика она совсем не опасалась.

— О, Белая, а я думал что обознался. У тебя новая группа?

— Да, Кир. Арк, что с Хостером?

— Я не знаю, была какая-то вспышка, затем он рассыпался у меня на глазах, но полагаю, не помер.

— А что с ассимиляцией сектора?

Ассимиляцией сектора⁈ — мысль пришла в разум будто вбитый раскалённый гвоздь. Я подошел к краю генератора, пытаясь рассмотреть любые признаки полной ассимиляции города в виде безлюдных улиц или наоборот толп сошедших с ума людей. Свободно расхаживающих кадавров, шумов, или чего-нибудь подобного. Чего угодно, что могло прояснить ситуацию. Но всё было неизменно.

Где-то все также гремел грохот битв проходчиков с кадаврами, местами все также сидели мирные с руками у ушей, пытаясь закрыться от шума в голове. На первый взгляд сектор был все ещё жив.

Точно сказать могла лишь система, но для призыва терминала нужно сначала спуститься. На генератор они, увы, не поднимались.

Затем посмотрел на товарищей.Белой почти полностью пришла в себя. Чуть шевельнулась лежащая на вершине Эстель. Раздался слегка возмущенный стон Сайны. Время возвращалось в привычное русло.

— На терминале есть список активных заданий. Там будет точно, — бросила она, будто угадав мои мысли и уже призывая крылья. — Кир, у тебя же есть очищения разума? У нас попытка превратить горожан в тварей! Выручай!

— Всё так плохо, что ты просишь об услуге меня? Скорее всего я уже не самый первый по уровню угрозы. Хотя, если Метель и обогнал меня, то врядли сильно.

— Вы слишком долго спали, Кирван, — послышался чуть хитрый голосок Сайны. — Вы третий, а Метель даже не в пятёрке лидеров.

Белая зло зыркнула на механистку. Я же просто порадовался, что девушка пришла в себя. Легендарный духовный практик лишь насмешливо улыбнулся:

— Значит, пора снова взяться за оружие и опробовать свои новые силы перед следующей медитацией.

— Рада, что твой боевой дух при тебе, — уважительно кивнула Белая. — Буду благодарна, если поможешь очистить город.

— От магии пустоты, полагаю…

— И от псионики, — кивнула первая проходчица.

Кирван тяжело вздохнул.

— Давай, я тебе лучше принесу того, кто это сделал?

— Как хочешь, — пожала плечами девушка и шагнула с крыши.

Я последовал её примеру, используя лиану. Серия коротких прыжков, придерживаясь за неё, и я оказался внизу. Белая к моему появлению уже успела запросить терминал.

— Сколько⁈ — спросил я первым делом.

— Застыло на девяносто шести, — сказала она не отрываясь. — Стоп, нет, падает.

На моих глазах цифра упала на единицу. Отряды очистителей всё ещё ходили по городу. Это была единственная понятная мне причина такого эффекта. Ну, или тот архитоп всё таки решил не искать Хостера, а помочь в городе. Или его удар без последствий для некросуггестера не прошел.

Проклятие! Я абсолютно не понимаю, как это работает!

Мы переглянулись.

— Почему он не продолжает? — спросила Белая, будто прочитав мои мысли. — Арктур, что случилось, когда свернулось пространство? И почему это произошло раньше срока, а меня вырубило? Так быть не должно.

В глазах со светло-серебристыми зрачками стоял требовательный вопрос.

— Почему твои глаза поменяли цвет? — зачем-то спросил я.

— Это правда по-твоему важно сейчас? — девушка чуть покраснела, но сделала недовольный вид. Однако в следующий момент вдруг едва не оступилась на ровном месте.

Вид у неё был так себе. Девушка едва держалась на ногах, а взгляд был чуть затуманенным. Затем она с трудом заставила себя выговорить:

— Они связаны с Долиной. Теряют цвет после навыка до отката. Достаточно?

— Ты как? — обратился я к ней.

Раны сохранились и перенеслись на её тело в реальность, в отличии от полуразобранной брони, которая вновь вернулась на место.

— Истечение маны, — отмахнулась она. — Я потратила всю свою, а затем и заёмную. Ничего опасного, просто слабость. Спасибо.

— Не за что, — я пожал плечами. Это состояние я отлично знал. Единственное лекарство от него — здоровый сон и сытная пища.

— Он едва не ассимилировал владык осколка, — с дрожью в голосе сказала девушка.

— Но ведь обломился же!

— Ты не понимаешь. Я — тоже часть осколка. Его фрагмент физически часть меня. Он мог через него захватить и меня! Мёртвая магия на изнанке и в мире снов сохраняет всю свою силу.

— Как и через твоё тело, или психику, или эмоции, — пожал я плечами. — Хостер у нас парень разносторонний.

— Так что тогда произошло между вами на осколке?

— У майра есть свойство повреждения нематериальных сущностей, а дальше — семя и ассимиляция.

— Ты пытался ассимилировать Хостера? Ты в своём уме⁈ Ты что, поставил всё на это⁈ — спросила она чуть громче, чем следовало, и в итоге закашлялась, и едва снова не потеряла сознание.

Я поддержал девушку, не позволив упасть.

— А почему нет? Ему же можно пытаться отжать целый сектор? — с ухмылкой спросил я. — Полагаю, он охренел от перспективы стать деревом. Помнишь, шум убивал себя и друг дружку каждый раз, когда я пытался его подчинить. Вот и подумал, что с ним тоже может сработать. Ты бы видела панику у него в глазах!

— С трудом верится, что такое существо вообще может испытывать страх.

— У него было право испугаться такой перспективы. Как минимум две его цепи, биологическую и некротическую, я в состоянии подчинить. А это половина его сущности. Остатки плоти и мёртвые кости, а это его возможность передвижения. Он мог бы попытаться пойти ва-банк, но тогда судьба неподвижного дерева с не подчиняющимся ему телом будет гарантирована. Двадцать второй сектор пал бы, но ему ведь плевать на один сектор. Ему нужно принести принудительный покой на всю Стену!

— Он испугался, что ты его обездвижишь? Мёртвой магии с псионикой более чем достаточно, чтобы тебя убить.

Я думаю у меня есть шанс частично выстоять перед ним. Едва ли он сможет изменить принцип мышления растений, Белка. Сперва нужно самому стать немного растением или найти способ их подчинять. Я дендроморф, и половина моей сущности — это дерево.

Он не мог преобразовать силой мысли растение с нуля. Это вне его цепи и требует специальных модов. Нужно самому быть немного растением. Скорее всего, ему до этого и в голову не приходило пытаться ассимилировать декорации и неосознанных растительных монстров. Охотился он на то, что осознанней его самого, куда растения не относились.

— Ты не понял, Арктур. Не ассимилировать, а просто убить грубой силой! Ты сам знаешь возможности как псиоников вроде Дины, так и пустотников.

— А он попытался. Но не успел — Кирван проснулся и нанес ему удар раньше. — кивнул я.

— Это все было очень рискованно, Арк. Настоящая авантюра от начала до конца.

— Говоришь так, будто у меня был выбор, — ответил я. — Но на самом деле шансы были. Вспомни логи его путешествий. Что-то же заставило его идти в двадцать третий сектор? Он изначально был нежилым, так что система не могла выдать ему задание на его захват.

— Значит, он не стал рисковать застрять в двадцать втором навечно, и потому не стал соревноваться с тобой в ассимилировании? Потом изменил тактику и напал напрямую, но проснулся Кирван, и Хостер вынужден был отступить. Получается, ничья, — подвела итог Белая.

— Временная ничья, вызванная тем, что он не ожидал такого поворота событий, — кивнул я. — Но очень скоро он поймёт, что в случае с нами особо хитрые планы не очень-то и нужны. Я бы на месте Хостера просто наделал бы ещё этих тварей и легко смог бы взять город тупо грубой силой. Или продолжил сводить с ума город из невидимости.

— А вот тут ты ошибаешься, Арктур, — не согласилась девушка. — Ты не один на Стене. Кирван сейчас третий в рейтинге угрозы. Грубой силой взять город невозможно. Не силами Хостера. Да и свести с ума удастся тоже не всех. Тому же Кирвану ему вряд ли удастся промыть голову.

— С предыдущими секторами это ему не помешало справиться. Думаешь, они были намного слабее нашего?

— Я не знаю, — устало вздохнула девушка. — Думаю, он побеждал их какой-то хитростью.

В этот момент сверху приземлилась тяжёлая фигура Сайны. Экзоскелет компенсировал силу удара, выпуская аккуратное кольцо золотистой энергии вокруг себя.

— Зачем тут хитрость, если он просто ассимилирует всё, что сможет со своими четырьмя цепями, — пожал я плечами. — И отправит на штурм.

— Чем это принципиально отличается от Гона, кроме ассимиляции? — подняла бровь Белая, и я понял, что и впрямь немного неверно оценил ситуацию. С горем пополам, но мы валили порождения шума. А по убойной мощи я только-только в первую сотню рейтинга влез.

Шум — это три цепи. Сильный противник, на уровне мини-босса. Но вполне убиваемый слаженной группой, особенно если знать, как именно с ним сражаться. Едва ли архитопы могли не справиться с набегом, если судить по тому же Кирвану. Для этого в своё время и создавался Альянс.

— И всё же, ассимиляция не могла исчезнуть так быстро, — продолжила Белая. — Если дело не в людях, тогда в чём? Что он пытался на самом деле сделать? Посмотри вокруг, Арктур. Кажется, никто не собирается превращаться в нечисть, хотя для низких уровней угрозы этого уже достаточно.

Я активировал совиную мудрость. Затем с удовольствием отметил, что ко мне спешит моя команда. К нам приближалась Альма, Рейн, Кот, Лис… Только Тии не хватало, но сейчас у меня не было времени на её поиски.

— Что критически важно для сектора и существует в единственном числе в городе? — спросил я в ответ.

— Генератор, — произнесла Белая и тревожно посмотрела вверх.

— Не только.

— Обсерватория? — с сомнением предположила девушка.

— Почти, — бросил я. — Собирай самых сильных, пусть идут защищать Обсерваторию. Раз уж у тебя архитопы в друзьях.

— А что, завидно?Ты что — ревнуешь? — спросила Белая.

Я молча закатил глаза, покачал головой и направился к Серой. Только издали махнул рукой остальным следовать за нами.

— Оставь охрану у Генератора. Возможно, ему нужен он. Очень вряд ли, но возможно всякое.

Проходчики, охранявшие генератор, спокойно продолжали нести караул. Для них смещение миров и всё проведенное в способности Белой время было лишь парой секунд.

Девушка нахмурилась и коротким порталом переместилась к старшему из проходчиков, охранявших генератор, после чего принялась объяснять ситуацию.

— Хау-у-у! Голова болит! — послышался голос Альмы.

— Ещё бы на не болела, когда тебе её пытаются взломать, — хмыкнул я. — Лечи.

— Уже пробовала! Не работает! Минор-ами…

— У Софьи должно быть снадобье… — начала Эстель, но моё внимание переключилось на своих спутниц по астральному миру.

Поравнявшись с остальными, мы вместе направились в сторону Обсерватории.

Мимо проносились дома. Очередная ночь на Стене становилась слишком долгой.

У входа нас уже ждала Серая. Как и прежде, она будто чувствовала появление подруги и встречала нас у самого входа. Её фигура в серой мантии трепетала на сильном ветру.

Я с радостью позволил себе остановиться. Большую часть пути сюда мы проделали пешком.

— Кирай, — улыбнулась Белая. — Рада видеть те…

Блеснул металл — Серая за миг выхватила из воздуха здоровенный двуручный меч, и ударила подругу по шее. Металл засел в белой броне первой проходчицы, но свою хозяйку она уже не защитила.

Впрочем, с набором жизней девушки, это было лишь досадным недоразумением.

Вторая Белая соткалась из снега за спиной хранительницы Обсерватории.

Серая успела среагировать. Серый клинок, чем-то напоминавший свою хозяйку, прочертил новую ленту в воздухе. Слишком быстро. Гораздо быстрее того, что можно было ожидать от её комплекции и размеров оружия.

Но Белая всё ещё фехтовала не в пример лучше.

И она была не одна.

Да, речь о дружеском поединке не идёт, если один из участников находится под контролем некросуггестора.

Я ударил лучом некротизма. Скорее, чтобы ослабить — убить им такого противника я бы не смог за короткое время.

С неба вовремя обрушилась пропавшая Тия.

Серая отскочила коротким порталом, но шаманка просто повесила на неё проклятие крылом, а затем принялась пить жизнь вампиризмом.

В ответ бывшая Кирейрай уже сама ударила волной вампиризма — совсем как делала Тия.

Шаманку чуть отбросило, но та не упала, а лишь щедро зачерпнула энергии хаоса от статуса Далахан.

Загорелся янтарём шрам на шее, и давление ослабло. Волна вернулась Серой, сбивая её с ног. Та попыталась сразу же встать, но столкнулась с Белой, которая ударом ноги выбила меч из рук хранителя Обсерватории, а затем на спине девушки оказалась Дина в окружении янтарных светлячков.

— Спи, — прошептала она, кладя руку на затылок Серой.

— Спасибо, — с облегчением поблагодарила Дину-Тию Белая.

— Потом разберётесь, — бросил я. — Терминал!

Уже на входе я понял, что очередной проблемы не избежать. Потому как просто войти я не смог.

В район живота и головы прилетели каменные шипастые дубины, которые крепко сжимали руки, растущие из стены.

Затем часть стены над дверной аркой преобразилась в щупальца, которые принялись поливать нас каменными стрелами.

Белая коротким порталом прыгнула через них, причём, проходя сквозь сплетение рук и мечей, она их заморозила и сделала хрупкими.

Следом Рейн активировал порыв ветра, сменил в полёте форму на каменную и протаранил их, пробивая путь остальным.

— Главный терминал! — поняла наконец Белая.

— Именно! Система бесится потому, что он ассимилирует именно её, а не нас. Все остальное лишь отвлекающий маневр.

— Но ведь это связано с городом, Арктур! С состоянием его жителей!

— Я ещё сам не понял до конца, но факты ты видишь.

Я оказался прав и не прав одновременно.

Сверху на нас обрушились знакомые кадавры — сильно искажённые люди, в которых едва ли осталось многое от людей.

И наверняка, должны были быть не только они…

Я поднял руку, открывая дыру в убежище и освещая светом ионитовых прожекторов из рукава замерший силуэт порождения шума.

Реакция Альмы была даже быстрей, чем у Белой — в груди первого расцвёл болт «сапфировой звезды», башка второго взорвалась яркой синей вспышкой — в бой вступил проснувшийся Мерлин. Третий же был разорван в пару мгновений разъярённой Тией.

Оружие девушки начинало подсвечиваться магией хаоса — она начала набивать счётчик комбо, отсчитывая последние мгновения жизни всего живого и не очень.

А ведь она могла бы прикончить Хостера, — вдруг осознал я. — В теории, если набить достаточно силы своей способности, она может завалить кого угодно. Во всяком случае, ограничений этого навыка мы не знали. Впрочем, он взломал бы ей разум раньше.

Но наверху нас ждал вовсе не корректор-ренегат.

Да вы… издеваетесь…

До этого у меня и мысли не возникало о том, что у психопата и социофоба Хостера может быть единомышленник. Причём единомышленник хорошо знакомый.

— Вижу, ты узнал меня, отброс. Я тоже помню тебя, шавка Конрада.

— Некрозодчий Вязь? — Не поверил я сам себе.

В моём понимании этот парень был, конечно, сильным топом, имеющим собственную небольшую фракцию в составе Альянса… ну, имевшим до того, как Альма рассказала системе пару фактов из его биографии. Но чтобы сравниться с кем-то вроде Хостера и заключать с ним какие-то сделки, нужно быть хотя бы в первой пятерке рейтинга Серой.

Значит, контроль разума?

Я ударил в глаза фигуре щекастого проходчика с короткой стрижкой тёмных волос в мантии из множества маленьких ручек, пребывающих в постоянном движении.

Он стоял на втором этаже, в геометрическом центре убежища, рядом с активным терминалом. Развернувшись ко мне, он улыбался рядом мелких треугольных зубов. Мелькнула мысль, что в его билде явно есть что-то от рыбы.

Короткий удар ногой, и между нами возник щит из чистого камня, сплетённый из множества каменных рук.

Что ж, как минимум, страсть к рукам у этих ребят точно общая.

— Твоего имени не помню, — презрительно скривился Вязь. — Но ты даже не представляешь, как сильно ты попал.

Я на его подколку не повёлся. На его проблемы с памятью мне было как-то плевать.

— Я? — с иронией в голосе переспросил я. — Вообще-то это ты здесь пособничаешь кровожадной хтонической хрени. Мало тебе было статуса расходника, решил ещё и попроситься в рабство к кому-то из архитопов?

— Ты ничего не знаешь, болван! — фыркнул он.

С противным хрустом руки в стене между нами принялись выворачиваться, одновременно с этим становясь прозрачными.

— Ты лезешь в то, чего не понимаешь. А ведь на Стене всё взаимосвязано! Потянул за одну нить — вытянешь свою смерть.

— Значит, он тебя просто одурачил, а не промывал мозги? Любопытно.

Параллельно, я прикидывал, что с этим делать дальше. Сейчас скорее всего будет бой, и почти наверняка — он при любом раскладе не умрёт просто так. Что он, хуже вожака Своры?

Следовательно, нужно как-то его задержать, а затем — допросить.

На первом этаже и на лестнице сейчас проходила ассимиляция, и в случае боя на нашей стороне будет с десяток дендроидов. Бежать обычными методами не выйдет. Боем — перевес сейчас сильно за мной. Или нет?

— Муахахаха! — прозвучал искаженный голос Хостера в голове.

Хостер!

На лице Вязя улыбка стала ещё шире, от чего он окончательно потерял сходство с человеком. На сером лице вместо улыбки разошлась чернильная трещина с зубами мурены.

— Встань на колени, смерд, и, возможно, Он пощадит тебя, — произнёс Вязь.

5. Дрожь, пронизывающая Стену

— Ты же понимаешь, что эта тварь за гранью твоего понимания? — предпринял я последнюю попытку.

Сильных надежд, что он чудесным образом образумится, я не питал. Скорее, пытался вытянуть крупицы информации. — Ты же сейчас не мне или Гильдии гадишь, если уж тебе она так важна. Хостер прикончит нас обоих, и весь город в придачу!

— Не прикончит, а ассимилирует. Защита Стены от энтропии важнее.

— Энтропия? О чём ты?

Вязь тяжело вздохнул.

— Это вопрос конкуренции, — насмешливо пожал плечами Вязь. — Тебе не понять.

— Какой конкуренции, если у всех проходчиков общая цель?

— Это цель черни, болван! — замотал головой некрозодчий.

— Тогда в чём твоя?

Он скривился, но всё же ответил:

— У каждого живого существа главная цель — выжить. В дикой природе, или в реалиях Стены, численность выживающих особей контролирует естественная среда. Когда популяция становится слишком большой, ей начинает не хватать ресурсов и вид, или выжирает все ресурсы подчистую и погибает, либо рост популяции замедляется, или даже частично обращается вспять.

— Хочешь сказать, на Стене слишком много проходчиков? Ты в курсе, что большинство секторов — вымершие? Некоторые, кстати, по вине Хостера.

— Как думаешь, смерд, откуда берутся ресурсы? Стена по-твоему рождает их из воздуха? У неё тоже есть ресурс. И когда он закончится, всему придёт конец. Она уже сейчас разваливается, не в силах поддерживать вашу активность. Чтобы пройти Стену, достаточно просто пытаться. Попыток достаточно, чтобы однажды пол под тобой треснул, и ты рухнул на дно в суп!

— Куда? — я подумал, что ослышался.

— Первичный бульон из цепей, — скривился Вязь. — Не смотри так. Это теоретическая выкладка Змея.

— То есть это только его предположение? — уточнил я. — В реальности никто не видел, что там?

— Ты что, подписался на это из любопытства?

— Почему нет? Слышал про манию тари? Здесь так же, только мне нужно знать ответ. У тебя он есть?

— То, о чём ты говоришь — невозможно, смерд. Наслушался бредней сломанной куклы с комплексами? — Вязь кивнул на Белую.

— Ты не выйдешь отсюда живым, — не выдержала сама Белая.

Я неодобрительно посмотрел на неё, но та упрямо буравила взлядом некрозодчего.

— Кто знает? — хмыкнул он. — Впрочем, даже если так, разве это что-то меняет?

— Что ты делал с терминалом? — спросил я, понимая, что дальше диалог точно пойдёт не в ту степь. — Как ты провёл сюда Хостера и как смог активировать терминал смотрителей, будучи расходником?

— Очень просто… — улыбнулся некрозодчий. И улыбка его стала чёрной. Он развёл руки в стороны в картинном жесте и отрицательно покачал головой. А затем рядом с ними возникли ещё три пары белых перчаток, застывших в воздухе. Остаток фразы он договаривал уже двоящимся голосом. — Я͖͆ ̗ͤн͓̀е̳ͨͫͅ ͕͖̅̀о̱̭͔ͭ̈̉дӥ̗̩̭́͒͌н̻̯̩̞̑͗̒̚!̤̼̣̖̏̂̂ͤ

Все восемь рук, две родные и шесть от метанекроида.

— Я многолик и вездесущ, Арктур, — прошелестел механический, будто пробивающийся через помехи радиосвязи, голос Хостера. — Я метанекроид, и я никогда не бываю один!

Вырвавшиеся из пола лозы с волной обновления устремились к стене из рук и принялись оперативно её разрывать. Белая, словно спущенный арбалетный болт, мерцанием перешла за неё.

Но выйдя из короткого портала, она столкнулась с двумя каменными кадаврами, восставшими перед ней из пола Обсерватории.

Следом через барьер перескочил Кот, имеющий схожий навык, а на той стороне его уже ждали выросшие из пола каменные руки.

Шестёрка рук за спиной Вязя вспыхнула зелёным пламенем, превращаясь в крылья. Взмахнув ими, проходчик оторвался от пола и полетел в сторону дыры в стене Обсерватории.

Белая к тому времени расправилась с руками и призвала свои крылья. Присев, она подпрыгнула и взмыла вверх следом за Вязем. Однако почти сразу она встретила вспышку зелёного пламени.

— Авада Кедавра, — произнёс двоящимся голосом корректор-ренегат с дымящейся волшебной палочкой, мелко и мерзко захихикав.

Обугленное тело девушки превратилось в ледяную статую ещё до падения на землю и рассыпалось множеством осколков.

И в тот же миг она же собралась уже из тумана чуть в стороне от того места, где только что погибла. Ещё на одну жизнь у первой проходчицы стало меньше.

— Ублюдок, — прошипела Белая и сквозь зубы с неожиданной яростью процедила. — Я уничтожу всё, что стоит между мной и нижними этажами!

— Ещё один позёр. Он меня уже бесит, — поделилась Сайна.

— Стандартной волшебной палочке с заклинанием луча смерти не нужны слова активации, — хмыкнул Мерлин. — Остроумно.

— Вот давай ещё автограф у него попроси! — огрызнулась механистка.

— Я в спячку, у меня время всё, — вместо ответа сказал Всадник.

Я же шагнул к главному терминалу.

— Терминал. Запрос логов за последний час.

[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

— Сволочь… — скривился я.

— Покажи процент ассимиляции.

Сектор поражён метанекротической цепью на 91%

— Продолжает уменьшаться? — удивился Рейн.

— Почему он сейчас не вступил в бой, а просто забрал своего подельника? — спросил я и обернулся к своим друзьям.

Белая пожала плечами.

— Он же не может меня настолько бояться из-за ассимиляции, будучи в разы сильнее меня? — продолжил я свои домыслы.

Это какой-то план. Всё, что он делал до этого — было частью его чёртова плана! Только на вершине генератора что-то пошло не так. Что-то, что заставило его отступить.

Хостер — не боевик. Он очень прокачанная тварь, это очевидно. Потому мне кажется, что он силён. Но в бою с равным он проиграет. Его профиль — контроль. Такая себе Дина, только больше сумасшествия и действующая в глобальном масштабе.

Впрочем это всё, конечно, домыслы. Не думаю, что Хостер показал всё, что мог.

Если у терминала обеспечивал ассимиляцию Вязь, то к чему была ассимиляция горожан?

— Если не можешь сказать, что они делали, скажи тогда, что конкретно подразумевается под ассимиляцией сектора?

Внимание, корректор!

Задача высшего приоритета.

Риск заражения метанекротической цепью.

— Это понятно. Что заражается?

Сектор XXII

— А если так: недавнее сообщение связано с превращением проходчиков в монстров?

[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

Я улыбнулся. Иногда отсутствие ответа — тоже ответ. Значит, связь определённо есть.

— Что нужно сделать, чтобы появилось такое уведомление об ассимиляции?

Внесение критических искажений в работу системы, нарушение основных парадигм, глубинное вмешательство в структуру без соответствующего уровня допуска.

— Чем это грозит проходчикам?

Мотивация вирусной парадигмы неизвестна.

Предположительная — геноцид всех существ сектора с параметром осознанности выше 17% или уровнем интеллекта свыше 3–4 ед. Исходя из анализа активности в секторах XXIII-XXV Объект действовал согласно этому сценарию.

— Четыре — это много? У меня сколько?

Средний параметр расы человек — 8. Параметр интеллект корректора Арктур (леший) с учётом активного навыка «совиная мудрость» — 11. Предположительный анализ интеллекта корректор-ренегат Хостер (некросуггестор) — 36. Существо с самым высоким параметром интеллект из существующих в логах — иллитид Нархаармис (бог разума) — 972.

Значит, тридцать шесть против одиннадцати. Он конечно умный, но не настолько, чтобы прям больше, чем втрое умней меня. Хотя мы оба в любом случае — муравьи рядом с этой неведомой тварью. Я очень надеюсь, что это не босс нижнего этажа. Потому что с такой цифрой у него в голове должен быть квантовый компьютер, и победить его нельзя в принципе никак. Разве что вместе с планетой.

Одна эта цифра впечатлила меня больше, чем страшилки о «супчике из цепей».

— Он убивает всё, что способно мыслить, — Белая же продолжала обсуждать Хостера. — На четвёртом и пятом уровне интеллекта появляется внутренний диалог. Это полуразумные гуманоиды вроде низших гоблиноидов.

— Завидует, наверное, — хмыкнул я.

Белая едва заметно улыбнулась, самыми краешками губ. Но затем снова нахмурилась и отвернулась в сторону терминала.

— Что делать дальше? Он ведь не отступится.

— Нет, конечно. Но в лобовую атаку он не пойдёт. Судя по всему, его сила — как у архитопа. Но всего одного, да и та не заточена под сражения.

— Значит, он продолжит.

— Он делал это здесь, — сказал я. — Ему зачем-то был нужен терминал. И больше процент не поднимается. Возможно, влиял через Вязя. Тия, попробуй управлять главным терминалом из тела…

Я обернулся и ткнул в тело дохлого кадавра.

Шаманка, услышав мою просьбу, потянулась к телу монстра янтарными светлячками, и с пола поднялась кривая изломанная фигура, которую сильно потрепали в бою.

Я понял, что образец выбрал не самый удачный, раз даже растения не стали его трогать в качестве основы.

Но способность мёртвого пересмешника справлялась и не с таким. Так что мертвец вскоре бодро заковылял к главному терминалу.

— А… аыэыл… Ыа… — прохрипело существо нечто неразборчивое, но терминал его понял прекрасно, заставив заподозрить в телепатии. — Ав…а-а…

Справка: смотритель-ренегат Тия.

Статус: астрально-хаотическое бедствие, Далахан.

Уровень угрозы: 516 (7 901)

— Ты запросила справку? — удивилась Белая. — Значит, и Хостер мог бы так же.

— Значит, первоочерёдная задача держать оборону Обсерватории, — сказал я. — Сможешь привлечь архитопов?

— Топов — смогу. Архи делают то, что посчитают нужным. В пределах правил и договора Альянса разумеется.

— Кто-то из них уже приближается к Обсерватории, — подала голос Эстель. — Я слышу хруст снега под их ногами.

Я кивнул, послал ментальный приказ дендроидам прятаться в убежище и повернулся обратно к Белой.

— Что бы не заставило его остановиться, мы должны использовать это! — сказал я.

— Будем готовиться к следующему раунду обороны?

— Не обороны. Скорее, защиты, — сказал я. — Нужно очистить город насколько это возможно. И очистить терминал. А параллельно продумать способ прикрыть нас всех от влияния этого мудака.

— Всех? У нас нет столько артефактов.

— Артефакты не подойдут. Скорее, нечто массовое… — я задумался. Совиная мудрость тоже не могла нащупать нужную мысль. И я начал рассуждать вслух. — Мы знаем, как он это делает. Знаем его цепи. Нам просто нужно перекрыть каждую.

— Все четыре?

— Все семь, — улыбнулся я. — Вирус, некротизм, мёртвая магия и псионика. Затем кошмар и шум… возможно, он может и по другому их комбинировать… тогда будет ещё больше.

— Это решается проще, Арктур, — остановила меня Белая. — Главное заблокировать основной источник угрозы.

— Обеззараживание от вирусов, очистка воздуха от вызывающих панику веществ, защита разума и защита от магии смерти, — понял я.

— И очистка сектора от монстров, — добавила Белая.

А затем уже и я услышал стук шагов на первом этаже обсерватории.

Ночь обещала быть долгой и муторной.

* * *

Кадавры устроили массовый прорыв и атаковали проходчиков со всех направлений. Их Хостер бросил на убой, чтобы занять нас и не позволить его преследовать.

Этот факт меня тоже впечатлил. Он означал, что корректор-ренегат действительно опасался преследования или просто хотел держать нас в напряжении.

Шум он по большей части забрал с собой. Хотя ещё с десяток особей стали жертвами архитопов и рейдов проходчиков с уровнем угрозы поскромнее.

В обороне приняли участие представители всех фракций. Даже среди Своры нашлись сознательные проходчики. И работа сообща дала свой результат.

Без направления лидером монстры отступали. Новосозданная фракция со странным названием в честь Похотливого Коня отлично стартовала, широкой линией выметая противника из города.

Опытные проходчики существенно проредили ряды монстров, заодно поймав несколько представителей шума. С вершины генератора под усилением зрения от зелья и вооружившись биноклем, я видел, как псы Бульдога, даже без своего хозяина, отлично справляются с зачисткой.

Ту часть, что шла в сторону двадцать третьего, взял на себя сильнейший механист Альянса, а направление чуть ближе к другому краю Стены, на четыре часа, взял Деймос. То, что я видел — каждый раз было достойно долгого и детального рассказа.

Не знаю, что за механизмы использовал этот выходец альянса, но он был хорош буквально во всём. Экзоскелет космодесантника, длинный техномеч, вспышки магии, призыв механизмов прямо в бою. И его соратники не сильно ему уступали.

Ещё одна группа с забавным названием — Клуб Пьяного Свитка, вроде?

Другая группа, команда мага Деймоса, состояла из сильного воина с игломётом техногенной культуры, лысого эльфа, мага огня и кого-то ещё. Сам шестой из архитопов выглядел как стильно одетый мужчина в современный земной костюм с наброшенной поверх магической мантией и с аккуратной короткой стрижкой.

Когда они попали в засаду кадавров и шума, то зачистили их за считанные секунды. Только в конце чуть повозились с особо хитрым фиолетовым скелетом.

На короткое время Обсерватория превратилась в оперативный штаб, в котором я был нужен лишь в самом начале. После — общение с топами и архами взяла на себя Белая.

Сайна с круглыми глазами слушала первого в рейтинге механистов Стены. Правда обсуждали они пока что не насущные дела — в руках у него был тамарский лазерный пистолет. Пока ещё эксклюзивная вещь наверху.

Моё участие здесь уже было не очень нужно, но я этому был только рад.

Было о чём подумать.

После разговора с некоторыми проходчиками, я уяснил нашу главную проблему.

Двадцать второй сектор, в отличие от Хостера, был почти слепой. Способных тягаться с ним сенсоров у нас попросту не было. Потому, чтобы вычислить как-то врага и понять, откуда и как он контролирует свою нечисть, пришлось задействовать всех возможных сенсоров, которые согласились помогать добровольно.

Таких оказалось тоже немного. Часть, конечно, предпочла вообще не связываться с фракциями, которых сейчас было полно вокруг Обсерватории и Генератора. Но главная проблема была в том, что их в принципе было мало.

Откликнулось ещё трое проходчиков уровня Эстель и Фирала, и шестеро уровнем поменьше. Из тех, которых я бы на такое задание не посылал, чтобы не увидеть потом в виде шумов и кадавров. Чтобы от них была польза на том же уровне, им пришлось скармливать зелья и усилители.

Сейчас все искатели, кто имел шансы отследить Хостера, прочёсывали город в составе боевых групп.

Как потом пояснили мне Эстель и Сайна, у этого пути развития было очень много побочек, или они были очень сложны в освоении. Но при этом они не делали своего обладателя сильным проходчиком. Это очень зависимый класс. Даже более зависимый, чем лекари. В соло большинство искателей были нежизнеспособны.

Но оставалось только искать его и продолжать зачистку города.

— Хорошая работа, смотритель, — вывел меня из раздумий новый лидер рейтинга угрозы. — Хорошо, что вы всех предупредили. И каких только химер не порождает Стена. Никогда не бывает скучно.

Проходчик целиком состоял из мрака, за исключением хищной улыбки на лице, а за его спиной была артефактная коса. Что-то со множеством цепей, камней и светящихся элементов. Даже стоять рядом с ним было тяжело, настолько насыщенной была его аура.

А ещё в его внешности что-то очень напоминало Хостера.

— Благодарю, — кивнул я. — Стараемся на благо жителей Стены. Могу я задать личный вопрос?

Проходчик кивнул.

— Твоя раса или фрагмент — что за существо даёт такой визуальный эффект?

— Тьма? — удивился он. — Это ноктюрн. Обитают на тринадцатом. Гибрид тёмного ангела с энергетом и кошмаром.

— Три цепи?

— Да. Это очень редкое существо, но его почти не используют основой, как я.

— Есть побочные эффекты? Слабости? Возможно та нечисть, которая напала на нас, имеет похожую структуру.

— Метанекроид, да? — уточнил проходчик. Лидер в личном рейтинге угрозы, несмотря на очевидное запредельное могущество, был очень вежлив и в целом вызывал уважение не только уровнем, но и сам по себе. — Система говорит, что это нечто вроде средоточия мёртвых душ с одной главной в сердцевине, так?

Я кивнул. Архитоп оправдывал звание действующего лидера рейтинга и знал больше меня, несмотря на статус корректора. Хотя, конечно, это только моя вина в том, что я не додумался просто запросить справку по расе нашего Тихони.

— Ноктюрн — это живая аномалия, которая появляется, когда ангелоид во время прорыва попадает в старую зону кошмаров. В таких местах скапливается негативная энергия, если туда часто попадаются проходчики. Она становится катализатором, и получается ноктюрн. Существо, сильно превышающее по уровню свой этаж.

— Как их обнаружить?

— Ноктюрн состоит из множества поглощающих свет частиц и маны мрака, получившегося от искажения ангелоида кошмаром. Он может находиться в любой тени. К счастью, мы имеем дело не с ноктюрном…

— Арктур, я договорилась про рейды со священниками и эмпатами.

Закончив переговоры с незнакомым проходчиком, Белая поспешила к нам.

— Эмпатами? — не понял я сразу.

— Точно. Ты же не знаешь. Это идея одного из топов. Всплески пустоты можно отслеживать через эмпатию. Есть ещё пара идей… о, мастер Дориан! Спасибо, что вы нам помогаете!

— Почему бы и нет? — улыбнулся проходчик. — Так вот, я бы обратил внимание на другие его цепи. Такое средоточие некротической тьмы должен чувствовать любой некромант. Аниматурги должны отслеживать духовную аномалию с принудительным сопряжением душ, ну и да, эмпаты с магами пустоты от неё же. У разума и мёртвой магии всегда есть центр. Его поймать значительно легче, чем обнаружить нокта.

— Спасибо, — поблагодарил я проходчика.

— А почему его нет в списках Серой? — спросила Сайна, тоже подойдя к нам. — Это же новый вид монстров!

— Потому что в этом цикле их не появлялось, — ответила Белая. — Они были в другом цикле и фрагменты ходят по городу по сей день.

— Недавно один появились вновь, — сказал Дориан, — но мне удалось его обезвредить. Кажется, было сообщение о прорыве… Ладно, я, пожалуй, пойду. Из вашего шума выпадают любопытные фрагменты.

— Ты слышала его, — сказал я Белой. — Привлекай пустотников и прочих. Если мы его не контратакуем сейчас, очень скоро он вернётся и продолжит начатое.

6. Поиски, ведущие в никуда

Он кивнул на прощание и направился дальше к выходу из Обсерватории.

— Арк! — приветливо махнули мне со стороны новой группы проходчиков, входившей в здание.

Я узнал знакомых гильдейцев и помахал в ответ. Вот кого я был очень рад видеть!

Новая фракция тоже участвовала в зачистке и активно помогала. Из всех здесь присутствующих, они были единственными, кому я доверял полностью.

— Как же я рад вас видеть, друзья! — сказал я, когда они подошли ближе. — Здесь все?

— Вся конская коалиция, — тепло улыбнулся Ариддарх. — Но часть снаружи.

— Летуны как с цепи сорвались, — сказал Розалий, оборачиваясь к выходу.

— Зато фрагментов с них будет много, — улыбнулся Токси. — Ты ведь их собираешь?

— О, мы будем рады их выкупить! — сообщил я.

— Да свои, сочтёмся, — отмахнулся проходчик. — Или можешь считать это взносом за пользование лифтом.

— Закончим с этим и планируем как следует заняться прокачкой, по всем заветам Конрада, — сказал Ариддарх.

— А Риллдоу с вами? — вспомнил я гениального ритуалиста.

— Конечно. Ставит защитную формацию вокруг. Летуны сезон охоты, блин, открыли не вовремя. Ненавижу налёты! — поделился Гио.

— Позови его, нужно кое-что обсудить.

Парень кивнул. Я поискал глазами шаманку и не нашёл. Но взгляд зацепился за Дину. Она сидела и неотрывно смотрела в одну точку в углу, подальше от проходчиков.

— Тия!

Девушка отозвалась не сразу. Сперва она посмотрела на меня и долго тупила. Признак того, что шаманка была занята. Затем она поднялась, прошла ко мне и вопросительно посмотрела.

— Что там с летунами?

— Псионика и пустота. Она сводит их с ума, — ответила девушка. — Но скоро они уйдут.

— Куда? — спросил Розалий.

— В гнёзда или в другое место охоты, — пожала плечами Дина. — Они не посмеют ослушаться альфу. Но те, что в зоне действия, уже обезумели.

— Погоди… зона действия! Вот оно! — просиял я. — Вот как его можно обнаружить! Просто проверить, радиус действия его промывки мозгов. Это не может быть весь сектор.

Белая посветлела и куда-то исчезла. Видимо, раздавать приказы.

Летуны… как-то я про них совсем забыл. А ведь это по сути та же биологическая цепь. Они полностью поддаются всем видам его ассимиляции, да и моей тоже — дендроморфов я мог из них создавать уже сейчас. Сложность была только в том, чтобы сохранить свойства и сущность летуна — там уже была нужна прокачка соответствующей ветви терминала. Но просто захватить тело и сделать растительного зомби — легко.

— Арк, так чего звал-то? — вернул меня в реальность Риллдоу.

— Есть вопрос. Как раз по части защитных ритуалов. Есть ли способ закрыть город от пустоты и псионики?

— Весь город? — Удивился он. — Теоретически — да. Практически — сомневаюсь. А что?

— Нужно заблокировать возможность этой нечисти нас шантажировать ассимиляцией города. У нас связаны руки, а сидеть и просто ждать новый удар — путь к поражению.

— Тут я соглашусь, — кивнул он. — Но такому ритуалу потребуется много силы на поддержание. Это как завести второй генератор, только на мане. Но это ещё пол беды. Не существует волшебных средств блокировки. Нужен принцип работы, сердцевина ритуала.

— Сердцевина? В смысле, особый материал или…

— Нет-нет, я о том, что я не специалист по псионике. Я могу создать ритуал, но какой? Мне понадобится кто-то, кто может заблокировать или подавить воздействие. Сильный псионик защитного типа с уклоном в окклюменцию и защиту сознания. Это редкое направление — слишком узкий и не самостоятельный класс.

— Белая поищет, — кивнул я.

— Ещё подойдёт кто-то из духовников-освятителей. Инквизиторы, экзорцисты, жрецы с противодействием контролю или с воодушевлением. Это уже жреческая ритуалистика, но тут я разберусь, не впервой. Как вариант — массовое поднятие воли, как в легенде о подземном короле. Это уже подход с другой стороны. Не блокировка воздействия, а повышение сопротивления. На высоком уровне воли он просто не пробьёт базовое сопротивление организма.

— Примерно понял. А с пустотой что?

— Здесь сложнее… — признал ритуалист. — Пустоту не блокирует практически ничто. Она берёт силу в негативных эмоциях и распаде души, то есть изнутри жертвы. Здесь не обязательно прямое воздействие как с псионикой. Достаточно косвенного.

— Например, химические вещества, повышающие выработку кортизола? — спросила Сайна.

— Да. Или блокировка на выработку дофамина. Сойдёт любой способ заставить жертву испытывать отчаянье и душевную боль. Болезненные воспоминания, гибель товарищей, просто какие-нибудь мерзкие иллюзии, от которых становится тошно. Способов масса, а защититься от этого можно только если быть просветлённым или быть нежитью без эмоций.

— А магией никак? Поднять ту же волю?

— Воля да, универсальная вещь от любого контроля, извне, изнутри, от разных стихий… Я уже говорил, в чём загвоздка. Нужен образец магии, которая защищает от пустоты, и я попробую разработать на этой основе защитный ритуал. Но мёртвая магия — редкая дрянь. От неё избавиться реально только через перерождение. Лечение одержимостью этой заразой — давняя проблема. Лучше повышения воли пока ничего не придумали. Ну, ты знаешь историю о Макароне.

— Ха, у него угрозы не больше пары сотен, а разум бы сопротивлялся лучше, чем у некоторых архитопов!

Защита от пустоты, говорите…

Я припомнил все случаи своей встречи с мёртвой магией. Впервые мы столкнулись с этим явлением, когда копьё, тогда ещё эпик, прикончило пересмешника. Эта стихия всегда вызывала беды с башкой и с завидной регулярностью жрала своих адептов. Эдакая радиация от мира магии, и примерно с теми же разрушительными последствиями. Хотя по принципу работы она больше похожа на болезнь.

Вспомнил Алкоста. Кажется, вампирский сигил ауспекс немного помогал сопротивляться. У Серой в книгах должны быть и другие подобные.

Впрочем, это Стена. Здесь возможно то, что было бы нереализуемо в нормальном мире. Тёмный Мики управлял мёртвой магией без особых последствий и всё ещё мыслил здраво. То же самое можно сказать и про Альму, у которой один из навыков сделан из фрагмента пустотника, но полностью изолирован от влияния на её душу.

Значит, способы изоляции этой дряни есть. Правила физики и магии на Стене те же, что и везде, как я понял. С рядом отличий в разных мирах, но основа устройства стихий одна и та же. Разница в том, что здесь куда не плюнь — попадёшь в исключение из какого-нибудь правила.

А затем я вспомнил то, что стоило бы вспомнить в первую очередь.

Битва с проклятыми перед терминалом парадоксов!

Тот момент, когда наше копьё взорвалось от контакта с неизвестной стихией, являющейся естественным антагонистом для мёртвой магии. Позже из остатков этой энергии Нэсса создала источник. Правда, без возможности пополнения маны в пассивном режиме — для этого девушке необходимо было часами сидеть в медитациях.

— Сайна. Зови Нэссу! Будем думать. И Белой тоже передай.

* * *

Первые новости появились спустя три часа.

За это время ассимиляция спустилась до семидесяти шести процентов.

Уже зная, что враг непредсказуем, я всё равно пытался предусмотреть все возможные ходы. Усилиями топов-добровольцев и большинства архов, город был зачищен от нечисти. Но она продолжала упорно лезть. Понемногу, постоянно меняя тактику и погибая, но продолжала.

Главной целью, как мы уже знали, были попытки задеть нас эмоционально. Потому в город лезли всё более извращённые кадавры, которых могло породить только очень больное сознание. Но теперь на передовой были отряды опытных проходчиков, которые уже успели повидать нижние этажи, и не страдали впечатлительностью.

Сила тварей оставалась плюс-минус на прежнем уровне, но вот мерзотность увеличивалась регулярно. Новые версии чудовищ или устраивали представления с попыткой вызвать болезненные воспоминания, или пытались впечатлить жестокостью и отвратностью внешнего вида, или лезли в мозги.

Шум больше не появлялся, что говорит о том, что кадавры были расходным материалом, а эти монстры занимали некую более высокую ступень иерархии.

Результат попыток поиска Хостера был удручающим.

Он перестал атаковать, но в то же время и не спешил уходить, продолжая нагнетать обстановку. Терминал молчал, однако проходчики заметили, что признаки влияния псионики и мёртвой магии увеличивались. Как и вирус с токсином никуда из города не девались.

— Топы обследовали город, — сообщила Белая. — Они прошлись до самых границ. Твари действуют на психику, но как воины они так себе.

Я перевёл взгляд на Тию.

— Что с летунами?

— Зона влияния очерчена полусферой, — сказала Дина. — Но её очертания не точные, так что центр определить невозможно.

— Летуны настолько высоко мне не подчиняются. Чем выше — тем сильнее птицы, а моя сила с расстоянием падает, — тихо добавила Тия. — Мне жаль, они могут иногда подвергаться воздействию и нападать с неба. Но это будет случаться не часто.

— Спасибо. Получается, он где-то в городе или на первом этаже, — сказал я, устало потирая виски.

Над Стеной уже давно был рассвет. Возможно, Хостер как-то связан с ритмами дня и ночи и нападает только в тёмное время? Ладно, это было просто пальцем в небо. Слепая надежда, что у нас будет время на передышку.

Впрочем, даже так, нельзя было ею пользоваться. Если он по каким-то причинам не спешит атаковать, значит что-то задумал и копит силы. Возможно, как я и думал, решил запустить конвейер, ассимилировать монстров с ближайших локаций и отправить на штурм.

— Жаль нет времени заниматься поисками ниже, — проворчала Белая.

— В этом нет необходимости, — сказал я, глядя на карту города.

В геометрическом центре был Генератор. От него к краю шла самая большая дорога — к Обсерватории. Если судить по словам Тии и топов, то предположив сферическую форму зоны влияния Хостера, получится, что он находится на Генераторе.

Я представил некросуггестора медитирующим на месте Кирвана и мрачно ухмыльнулся. Выглядело так же нелепо, как было в реальности — у Генератора сейчас находилось полно охраны, включая архитопов…

Там бы он точно не смог спрятаться.

Да и спрятаться от всех сенсоров у него бы тоже не вышло. Если бы он затаился, то не было бы и монстров… если только он их не создаёт через кого-то другого. Например, того же Вязя.

Сам некрозодчий не смог бы кошмарить весь город. С помощью Хостера он может значительно больше. Но тем не менее, шума больше не попадалось, а в то что кадавров собирает Вязь я был готов легко поверить. С большим запасом маны и интеллектом Хостера я бы сам легко заспамил город дендро-химерами.

Кстати… Если кадавров делает Вязь, он всё равно должен перегонять через себя уйму некротической маны. Любой магический сенсор бы это отследил, включая Эстель с её магическим слухом. В том числе и через этаж, если бы источник находился на первом.

Но его тоже нет.

Я видел, как действует контроль маны у Белой. Когда она управляла туманом и снегом, она легко меняла её местонахождения. Иными словами, Хостер может иметь больший радиус воздействия, но сознательно ограничивать себя городом.

В таком случае, он может быть в любой части города. Включая самую окраину.

Палец сам спустился по карте в зону, противоположную Обсерватории, на другой край Стены.

Голова заболела от недосыпа и безостановочного каста совиной мудрости.

— Где в городе можно спрятаться, полностью скрыв свою силу, но при этом продолжать вредить? — спросил я.

— Так невозможно. Всегда есть магический след, — заявила Белая.

— Это Стена, Белка, — я улыбнулся. — Всегда есть исключения. Однажды мы с группой забрели в локацию снежных вампиров. Так вот, они устроили на нас засаду, полностью скрывшись от способностей Тии, при помощи зеркал.

— Зеркал? — задумалась Белая. — Да, теоретически, такое возможно. Они ведь отражают ману, так что есть много хитростей, построенных на этом. Хотя, чтобы скрыть такую огромную силу, одной зеркальной комнаты будет мало.

— Да, помню как нас тогда поймали кровососы, — вынырнул слушавший нас из астрала Мерлин.

— В группе Принца мы тоже поначалу часто попадались на такие трюки, — грустно улыбнулась Белая. — А потом начали сами использовать.

— Вот здесь есть такой лабиринт, — сказал я, постучав пальцем по отметине дома на краю Стены. — На бывшей базе Анклава Хищников.

— … Которые были замешаны во вражде с Гильдией, — просияла Сайна. — Точно так же, как и Вязь, непримиримый враг, ненавидящий Конрада. Хотя, он походу вообще всех ненавидит.

— Именно, — я кивнул. — Официально Синдикат Вязя и Анклав Хищников никак не связаны. Но они всегда действовали на одной стороне.

— Хочешь сказать, в этом замешан Анклав? — помрачнела Белая. — Это решение продиктовано личной неприязнью, Арктур.

— Да какая к чёрту неприязнь. Если они не будут мне мешать проходить Стену, пусть делают что хотят. Разве ты думаешь не так же?

Девушка кивнула.

— В любом случае, имеет смысл проверить зеркальный лабиринт, — веско сказал Рейн.

— Я поговорю с архами, — согласно кивнула Белая.

Но я вовремя её остановил:

— Не вздумай.

— Почему? — удивилась она. — Или ты собрался сам драться с ним в рукопашную?

— Ну вообще, обычно всё по итогу именно этим и заканчивается, — хмыкнул я. — Но я не против, если кто-то сделает это без меня. Тут дело в другом.

— В чём?

— В сердце лабиринта, — пояснил я. — Дойдя туда, можно порталом перейти в любую локацию. Нужно только знать её код. Ну и может быть ещё есть какие-то ограничения. Думаю, прыгнуть слишком низко он тоже не даст. Если внутрь войдёт кто-то слишком сильный, он просто уйдёт в другую локацию.

— Почему я не знаю о таком месте? — нахмурилась Белая.

— К тебе вопрос, — пожал я плечами.

— И ты хочешь пойти туда один? — голос Сайны налился осколками арктических льдов. — Прямо в пасть к врагу, который очевидно сильней тебя?

— Давай начнём с того, что это просто догадка. Но даже если так — это всё ещё лучше, чем ждать его новой атаки. Он достаточно умён, чтобы не наступать дважды на одни грабли. К тому же, у меня ведь есть козырь — сила убежища и все вы.

— Арк, он уничтожил целые сектора и едва не уничтожил владык моего осколка! — возмутилась Белая. — Думаешь, этого хватит?

— Думаю, что если призвать убежище рядом с ним, он окажется в заранее приготовленной ловушке, под перекрёстным светом ионитов, под боем моих растений, турелей Сайны и способностей всех нас. И сбежать пространственными трюками он не сможет из-за функции единства на всех планах бытия. Даже архитоп бы не выдержат такой обьём входящего урона сразу отовсюду!

— Как скажешь, — со вздохом пожала плечами первая проходчица. — Но не говори потом, что я не предупредала.

Место, где магия будет вести себя явно по своим правилам, которых я толком не знаю, и нет места даже чтобы развернуться и замахнуться майром. Лабиринт перестроился и выглядел теперь совершенно иначе, став значительно уже.

Нет худшего поля боя, чем узкие замкнутые пространства.

Каков шанс, что чёртов некросуггестор ждёт меня именно там?

Я был в этом почти уверен. Вроде бы и нет прямых доказательств, но все косвенные намекают на это. Если Вязь связан с Хищниками, он бы наверняка рассказал Хостеру о лабиринте. Или он вытащил бы эту информацию из его головы сам.

Меня скорее волновал иной вопрос.

Что, если Хостер учёл, что именно так я и подумаю, и всё это — одна большая ловушка, и наши домыслы — часть его плана? Настолько умные противники прежде мне ещё не попадались.

7. Кадавры, с которыми пора познакомиться ближе

К обеду я уже стоял перед входом в здание, где некогда обитала Дина вместе с членами Анклава. После того, как она ушла от нас и до подставы с терминалом парадоксов.

Здание ничуть не изменилось с момента моего первого его посещения.

— Чисто, — сообщила Эстель. — По крайней мере, на первых этажах. Верхний не могу прослушать.

— Странно, зеркала не должны влиять на способности слуха, — нахмурилась Белая. — Это плохой знак.

— Все странности на Стене — плохой знак, — хмыкнул я.

Мы вошли внутрь и быстро поднялись наверх. В покинутом здании никого не нашлось. Я на всякий случай посматривал на стены глазами жизни — на случай если среди камней спряталась парочка кадавров Вязя.

Но место было пустынным. Этот край Стены обогревался хуже, и здесь мало кто желал селиться. Район был заброшенным, а конкретно это здание выделялось разве что расположением у края. Для любителей пить кофе и смотреть на облака, как это делал Тумор на другом конце Стены до встречи с нами.

Однако на входе в лабиринт это ощущение обрывалось. Магическое чутьё внутрь не заходило. Слух Эстель терялся и мог ощущать лишь несколько метров перед ней.

Внутри он тоже немного изменился. Путь будто бы стал значительно уже. Так, что передвигаться можно было только поодиночке.

Зеркала были чуть искажены, и почти наверняка в них что-то водилось. Вот даже не сомневаюсь в этом, хоть Белая и пожала плечами в ответ на мой вопрос.

— Порождения хаоса, тёмные духи, кошмары, призраки, иногда редкие виды элементалей или магических существ, — сказала она. — Зеркала любит много видов тварей.

— У нас была зеркальная аномалия, а потом полезли монстры, — припомнил я.

— Слышу в отдалении звук шагов. Похоже на зомби. Дальше по коридору… — послышался туманный шёпот Эстель.

Сражаться с монстрами придётся в такой тесноте один на один. И здесь у меня будет преимущество. План постепенно начал вырисовываться в уме.

Взмах рукой, и рядом со входом в лабиринт появился вход в убежище.

— Всем домой! — отдал я неожиданный приказ.

Белая с Сайной переглянулись.

— Всем, — повторил я. — Это часть плана.

— Что ты задумал? — напряглась Белая.

— Блин, очевидно же! Как я по твоему буду бродить по лабиринту, где ширина прохода не более полуметра? С прошлого раза он перестроился.

— Я бы прикрывала тебе спину… — осторожно сказала Белая.

— Сам справлюсь! — отмахнулся я — Это не геройство, а здравый смысл. Мы будем только толкаться в такой тесноте. Тем более, что я открою дыру в убежище. Будете сами всё видеть и давать ценные советы через Сильвана. А идти мне возможно и так придётся не в одиночку. Альма, подожди минутку.

— Хау? — переспросила энхе и даже пальцем ткнула в себя.

— У тебя вроде особые отношения с зеркалами. Посмотрись разок, чтобы сразу понять, есть ли в них сюрпризы.

Зеркала были кривыми. Искривлёнными специально, на манер аттракциона, и похоже, ещё и зачарованными. Лицо энхе вытянулось в козью рожу… и собственно, всё. Никаких ловушек, подвохов и монстров.

Я встал рядом с ней, и мой облик растянулся и стал походить на человекоподобное дерево.

— Попробуй второе, — сказал я.

— Майор-ами! — усмехнулась Альма, когда во втором зеркале её фигура растянулась в виде низкорослой толстушки с большими щеками.

Я попробовал третье. Голова вытянулась будто корнеплод, а сходство с деревом сменилось на сходство с грибом.

— Что ж, вроде бы они безопасны, — сказал я. — Можешь тоже возвращаться в убежище.

— Могу? — переспросила девушка. — Уверен, Арк?

— Если я погибну, убежище воплотится в лабиринте само. Дальше, все шансы выбраться будут зависеть от вас.

Энхе кивнула и поспешила домой. А я остался один на один со стрёмной странной локацией, которую и век бы не видеть.

Я двинулся внутрь.

По привычке ожидал подвоха, но его не было. Внутри меня окружила кромешная тишь, нарушаемая лишь звуком моих шагов. Будто это место было необитаемым. Однако тревожные слова Эстель говорили об обратном. Во всяком случае, просто так — точно не может.

Но это было единственное, что мы могли сказать об этом месте. Все способы магического сканирования по понятным причинам не работали.

Вот ведь вспомнили не к месту…

И зачем делать такие узкие проходы?

Я поднял левую руку, и из рукава потянулся алый свет ионитовых ламп. Красные лучи отражались от стен, уходя дальше и невольно подсвечивая часть лабиринта.

Ну, теперь мне магическая дрянь точно не страшна. Значит, остаются или физические ловушки, или монстры. Последние — из списка неживых и не магических, и способных подолгу поддерживать неподвижность.

Освещённый алым сиянием коридор стал ещё более зловещим. Я приготовил на всякий случай майр. Давайте, заходите в гости, если хотите со мной повоевать.

— Эстель слышит кадавров на входе, — послышалось послание Сильвана. — Но говорит, что звук сильно искажается через проход, так что от неё будет мало пользы.

Я случайно коснулся одного из зеркал на изгибе, и то пошатнулось.

Отскочив, я приготовил майр и угадал — меня едва не укоротила на голову выскочившая из зеркала тварь.

Ну, всё как и ожидалось.

На меня выпрыгнул кадавр, шкура которого была будто слеплена из множества зеркальных чешуек.

Я инстинктивно перевёл на существо свет ионитов, идущий из дыры в убежище в рукаве. Алое сияние отразилось от тела существа и разлетелось по зеркалам. Навредить кадавру им я не мог, но хотя бы ослепил и заставил тупить.

Майр, прочтя мысли, сменил форму на топор, и я как следует рубанул по кадавру. Всё же в этом клинке уже полным-полно всяких модификаций, начиная от перьев тех синих птиц, чтобы справляться с таким.

Оружие пробило выставленную вперёд когтистую лапу, но вонзившись в грудную клетку, намертво засел там. Похоже, я перехвалил остроту своего оружия. Но главное, что это позволило мне в следующий миг начать процесс ассимиляции.

Активировав режим пилы, я с силой вырвал майр, после чего пнул тварь ногой.

Ага, пнёшь такого, как же — каменное существо даже не поняло, что я пытался сделать. Вторая лапа опустилась сверху вниз, готовясь раздробить кость, и я едва успел её убрать, обойдясь сильным ушибом.

Тварь сдаваться не желала, несмотря на идущий вовсю процесс роста растений внутри её. Создавший зеркальных кадавров химеролог, будь это Вязь или Хостер, хорошо постарался. Склоняюсь к первому — всё же использование камня в некромантии — его профиль.

Кадавр попытался следующим ударом добить меня когтями в живот, и это ему почти удалось — я успел дендроморфизмом собрать подобие брони из листьев церу, и этого покрова хватило, чтобы заблокировать удар.

Значит, с остротой у их когтей всё не так хорошо.

Я резко подался вперёд, атакуя протинвика снова, и послал сигнал майру к изменению формы, и тот принялся трансформироваться прямо в ране существа, разрушая каменную структуру. Тварь попыталась дотянуться до меня вновь. Пришлось отпустить оружие и пригнуться, но хищный клинок уже знал, что делать дальше без моих подсказок.

Кадавр шагнул в мою сторону, потянувшись правой лапой, но на полпути замер. Послышался сдавленный хрип. Существо с большим трудом повернуло голову вниз, потянулось к ранению и замерло. Ассимиляция была завершена, и теперь перед мной был… условно, дендрокадавр. Думаю, я не сильно ошибусь с терминологией — Стена монстров обзывает по тому же принципу.

Подхватив клинок и выдернув из тела монстра, я с удивлением почувствовал знакомую вибрацию. Давненько он не получал новые навыки. Или это я давно не сражался с новыми видами существ и не подкармливал?

1. Повышение скорости и эффективности автозаточки лезвия.

2. Внедрение свойства отражения в структуру лезвия. Снижает прочность на 10%.

К этому прилагались вспышки картинок в голове — на первой я размашистым ударом майра в форме клинка с пилой наносил рваную рану кадавру. На второй — как я отбиваю клинком летящий в меня файербол.

— Первое, — выбрал я. Отбивать заклинания мечом — совсем не мой стиль.

— Белая говорит, что зеркальная чешуя — лучшее оружие против магов, — послышался голос Сильвана у меня в голове. — Ей плевать на большинство видов направленного воздействия, он просто их впитывает и использует против тебя.

Хитро. С учётом того, что от зеркал магия отскакивает, словно резиновый мячик, промахнуться заклинанием мимо монстра практически невозможно. А затем тебе приложит по лбу твоим же пиробластом. В данном случае удачно, что у моей способности физическая основа.

И при этом сама хреновина хорошо защищена от физических атак. Мощный каркас костей и некроморфических тканей был не просто так задуман для этих боевых химер.

Затем закинул фрагмент в убежище через дыру и посмотрел на место, откуда появилась эта хреновина. Одно из зеркал на углу было наклонено в сторону. Я чуть толкнул его, и то поддалось, явив крохотную комнату в пол метра площадью. Скорее всего, тварь пряталась здесь.

Может, и для меня сойдёт? — я улыбнулся таким мыслям и скользнул внутрь. Затем затащил туда тело первой жертвы и закрыл зеркало за собой.

Догадка оказалась верной. С обратной стороны зеркало работало, как стекло, и я прекрасно видел коридор. Только без своего отражения. Идеальное место для засады.

Неподалёку послышались тяжёлые шаги новых кадавров. Они соблюдать тишину даже не пытались, так что появление противника пропустить было сложно.

За его спиной был такой же как две капли воды, кадавр с пылающими зеленью некротической магии глазами. Тварь медленно приближалась. Он смотрел в одну точку с каким-то застывшим выражением на иссохшем, обтянутым кожей черепе. Будто мышцы спазмом навеки застыли в недоумении и теперь монстр всегда удивлённо взирал на мир.

Нижняя челюсть, висящая на одном чуде и честном слове, медленно отъезжала вниз, после чего с неприятным щелчком резко закрывалась и становилась на место. Кадавр выпустил изо рта едва заметную струйку пара. Он что, дышит? У него разве бьётся сердце?

Монстр был совсем близко. Он остановился прямо передо мной, и через тонкую преграду в теории мог бы сейчас прикончить меня одним быстрым ударом. Физическая сила кадавра была такой, что удар легко бы пробил меня насквозь. Тем более, что расстояние между нами как раз было подходящим.

Если бы только монстр знал о том, что я затаился буквально на расстоянии вытянутой руки от него!

Я затаил дыхание, на случай если он способен меня отследить по звуку. В обычном месте он бы меня обнаружил сразу, но зеркала как всегда работали безупречно.

Монстр сдвинулся, делая следующий шаг. Со щелчком челюсть вновь стала на место. Существо сделало ещё один шаг и ещё.

За ним следом пошёл его товарищ. Чуть бодрее и не тупя, но и не собираясь смотреть себе за спину.

Пропустить такой момент я не мог. Самое время положить первый маленький шаг к моей победе над Хостером.

Дендроморфизм позволил вырастить на ногах мох, который приглушал звуки. Теперь мои шаги за шагами кадавров не были слышны вовсе. Один шаг за приоткрытый тайник за зеркалом, и майр легко вошёл в спину существа. Теперь я уже чуть лучше понимал, как устроена их биология, и бил в уязвимое место.

Миг, и начался процесс ассимиляции. Монстр застыл, а я оттолкнул его и атаковал следующего. Взмах майра и зерно оказалось внутри тела кадавра. Вспышка последовавшей за этим магии жизни дала семени силу, и оно потянулось прорастать по системам тела противника.

Вскоре в лесу стало на два дерева больше.

Следующая встреча с кадаврами прошла значительно легче. Ассимилированные существа пошли разносить сородичам благую весть.

Мои способности с навыками Хостера имели одно больше отличие. Он мог захватывать своими цепями практически всё и одновременно. Но зато я мог наделять свои творения способностью распространяться самостоятельно.

Страшная особенность, на самом деле.

Очень скоро двое превратилось в четверо, шестеро, и так далее, расходясь по лабиринту.

Западня, созданная чтобы меня прикончить, стала источником моей силы.

И захватив лабиринт, останавливаться я не стал, а приказал всем собираться в его центре, таким образом заманивая поглубже новые особи. И это работало!

Войско под моим началом росло, и никакой угрозой даже не пахло. Напротив, здесь Хостера ждёт маленький сюрприз. Кадавры отправленные против меня, станут частью моей армии. Такие вот увлекательные некромантские войны. Вот с шумом будет куда сложней…

Хотя раньше Хостер вроде бы не проявлял такой глупости. Видно ведь, что никакого смысла забрасывать лабиринт кадаврами нет. Количество особей под моим контролем уже достигло полусотни. Внушительная армия, между прочим!

Однако существа продолжали исправно лезть ко мне, видимо думая, что завалят меня количеством или возьмут измором. По-правде, я вообще не представлял, что они сейчас думают — с моей стороны казалось, что началась игра в поддавки.

Но она была не долгой.

Вскоре в гости зашёл шум, и вот он себя ассимилировать уже не дал, хотя в их случае речь шла только о том, чтобы обездвижить. Полностью захватить их я не мог. Это не говоря о том, что существа охотно убивали друг дружку при малейших намёках на захват их тел.

Впрочем, в отличие от кадавров, шум не брезговал отступлением, хоть и прибегал к этому крайне редко. Плохое качество, на самом деле — мне потом с отступившими всё равно по новой сражаться.

Так я подумал сначала, но как выяснилось, противник послал существ скорее в качестве разведки, когда наконец понял, что забрасывать лабиринт не совсем живой силой — сомнительная идея.

Это в свою очередь укрепило меня в мысли, что кадавры — дело рук Вязя и его фабрики, и действуют они хоть и в союзе с шумом, но отдельно от него.

Сражение моих подопечных с шумом шло лучше, чем у нас. Мозги промыть шум дереву был не способен, разума в привычном понимании там не было, как и понятия боли. Так что псионика с мёртвой магией отпадали сразу.

Оставался физический урон, но в нём они явно проигрывали моим дендроидам. Которые к тому же, с завидной регулярностью пытались каждым ударом размножаться в теле противника ассимиляцией.

Начинаешь задумываться, как именно мыслят эти создания. Что заставляет их так бояться этого? Может, это наносит вред самому некросуггестору? Как когда до эволюции мне причиняли боль страдания растений поблизости. Мог у Хостера сработать какой-то хитрый дебаф, откат или негативная особенность? Всё же это Стена и здесь может быть всё что угодно.

После разведки шума наступало патовое затишье. Монстры не спешили дальше лезть ко мне. Странная ситуация, но у этого лабиринта есть свой известный конец, где меня ждёт… скорее всего засада, которую я обойду призывом убежища, откуда повалит моя армия с группой опытных проходчиков.

Ну, таким был мой план на бой с Хостером, во всяком случае. Подобраться поближе, призвать свою «ульту» и просто расстрелять из всего арсенала убежища. У себя дома и на своих условиях, с землёй под ногами и друзьями, у каждого из которых есть ещё свои убойные способности, я вполне мог бы сравниться по силам с архитопом.

В сознании уже начал прорисовываться новый план, в котором я попробую объединить нескольких захваченных кадавров симбиозом и создать что-то достаточно жирное, чтобы перекрыть все пути к отступлению. Смущали только мысли о том, что я по-прежнему не мог понять, какую роль в этом всём играли Хищники, и играли ли вообще, или это личная инициатива Вязя?

Однако реализовать свои планы я не успел.

Судьба распорядилась немного иначе.

Вернее, корректор Хостер в её лице.

Внезапная атака шума без кадавров стала неожиданностью. Из-за их скорости, они казались невидимыми. Эту проблему я решил тем, что впереди меня шли растения, и сперва любому противнику нужно было пройти через них.

Кто бы мог подумать, что они отправятся ко мне по потолку?

Первый спрыгнул мне на голову, но из-за скорости был расценен покровом, как дальнобойная атака. Монстр отлетел к ближайшему зеркалу, разбивая его своей тушей и почти сразу же становясь достоянием моих подопечных.

Алый луч ионитового света прорезал мрак и уткнулся в лоб следующего порождения шума. Для монстра это было сродни хорошему удару по башке — из него будто дух вышибло, даром что лёгких нет.

Но затем он пересилил себя и отскочил в сторону.

Я перевёл алый луч в бок и вновь поймал его — уже перед самым своим носом. Монстр застыл в метре от меня, и я смог рассмотреть его черты. Это был собранный и сшитый из множества осколков скелет, многочисленные трещины которого проходили рябью помех чёрно-лилового света. Вверх от них поднимались испарения мёртвой магии, а поверх костяного тела был накинут плащ с капюшоном и почему-то наушники.

Остальные, чтобы не попадать под алый свет, сами спрыгнули вниз, где им пришлось вступить в ближний бой с дендроидами. Подскочив к следующему врагу, я воткнул в него майр и запустил семя. Процесс ассимиляции начался, и в этот момент пространство подёрнулось рябью помех.

В ушах послышался белый шум. Пока ещё слабый, но уже начавший нарастать.

Я скривился. Почему я не удивлён?

Тряхнуло пол под ногами. И не только здесь. Мои подопечные доложили о подобных толчках по всему лабиринту.

Затем прорезалась сеть трещин по всему лабиринту. Часть зеркал разлетелась, засыпая каменный пол множеством осколков.

Поросшие зеленью кадавры застыли, слушая шелест листвы. Им до стекла не было никакого дела. Эти ребята вообще были на редкость умиротворёнными.

По полу пошёл туман. Вернее, облако пыли.

— Кто-нибудь знает, что это? — спросил я у Сильвана через способность.

— Белая говорит, что напоминает контроль пространства стихийных магов, — таким был ответ. — А госпожа Эстель говорит, что гул стихий нарастает.

Магия? Хостер ведь не маг — а псионик-некромант. Вязь, вроде как, тоже с некромантским уклоном.

— Передай Тие, пусть будет готова, если это его ловушка, — сказал я.

Трещины стали шире, охватывая стены, и, наконец, под оглушительный грохот конструкция в миг обвалилась вниз. Дрожь земли стала ещё сильнее. Это уже выходило за рамки устрашающего эффекта для впечатлительных проходчиков — происходило что-то реально паршивое.

Я вдруг понял, что весь грёбаный лабиринт шатается. И едва ли какая-то его механика позволяет вытворять подобное с его частью.

Дрожь всё нарастала. Ещё немного и из землетрясения это превратится в… магию, точно. Это какой-то особенно хитрый способ убить того, кто внутри здания — очень даже в духе некрозодчего Вязя.

Даже обернулся вокруг, ожидая увидеть, как из-за разбитых зеркал покажутся руки кадавров. Но вместо этого едва не лишился зрения и был вынужден резко присесть и прикрыться плащом лешего.

Многочисленные осколки быстро сняли с меня весь запас покрова. Это была самая большая слабость моего любимого артефакта — множество повреждений с разных сторон слишком быстро сводили заряды в ноль.

Затем меня подняло к потолку и как следует приложило об него. Осколки зеркал тоже последовали за мной, потому снизу в меня полетели мириады бритвенно-острых кусочков.

Спас дендроморфизм — я прикрылся наспех созданным слабеньким щитом из дерева. Для зеркал более чем хватало.

На миг это скрыло обзор, а затем…

Всё произошло так неожиданно, что я не успел ничего сделать.

Посмотрел вниз — куски разбитого каменного пола летели вокруг меня, вместе с обилием разбитых зеркал и абсолютно невозмутимыми дендрофицированными кадаврами.

Всё вокруг обваливалось вниз. Локация лабиринта проваливалась внутрь, будто в водовороте, центром которого был я.

Как близко первый этаж? Что за локация под нами?

Внизу была абсолютная тьма. Я протянул руку — в полёте это было не так просто, и вышло криво, но луч света ионитов прорезал черноту и не встретил в ней ничего.

Значит, не магическая маскировка.

Контроль над моими подопечными был всё ещё при мне. Плюс я могу всегда призвать убежище.

Стоп.

Я обернулся. Камни и обломки зеркал виднелись всё хуже. Чернота заполняла собой всё. Лишь тела моих кадавров ещё угадывались где-то поодаль.

Погодите-ка…

А не слишком ли долго я лечу вниз⁈

— Муахахаха!

Послышался насмешливый двоящийся голос. Неестественный и не человеческий. Скрипучий, будто древняя дверь на руинах дома в лесной глуши.

— Вот ты и попался, корректор Хостер, — послышался мой голос.

Вот только я ничего не говорил.

Опять эти штучки!

— Будешь морочить мне голову, корректор-ренегат Арктур? — произнёс я и не узнал собственный голос.

Какого хрена⁈

— Теперь ты в моём разуме. А я в твоём. Как я уже говорил, твоя жизнь теперь принадлежит мне, корректор-ренегат.

8. Ассимиляция, идущая принудительно

Я посмотрел на свои руки. Какого хрена? Снова долбанная иллюзия?

Приложил к голове пару летающих рук, призывая убежище с лучом ионитовго света.

— Не выйдет, ренегат, — довольно произнёс Хостер в моём теле, и его рука уставилась на зависшего в черноте меня.

В глаза ударил яркий свет алых ламп. Их немного обожгло, но не более.

— Забываешь основы, корректор-ренегат! — рассмеялся он. — Всегда должен быть Далахан, и всегда должен быть я. Единый и многоликий Хостер по прозвищу Тихоня. Чёрт, как же здорово чувствовать себя живым. У тебя интересная биохимия. Жаль, это продлится всего несколько часов. Потом эфирный мод начнёт опять превращать меня в ссаного нытика.

— Боги, как же ты орёшь… я готов полмира отдать, чтобы ты заткнулся, — вырвалось у меня. — И прекрати мельтешить… бесит биологическая жизнь.

Разум внутри тела Хостера пребывал в лёгкой форме охреневания от осознания той глубины, какую оказывает физиология на мышление.

Я только сам недавно задумывался о том, насколько Тия меняется, когда меняет форму. Люди редко придают значение тому, какое влияние на них оказывает тело. А ведь на процесс мышления, и, что ещё более важно, желания самой сущности человека, влияет химический коктейль внутри и не только.

Всегда ли тот или иной выбор совершаем именно мы, а не этот набор гормонов и рефлекторных реакций тела?

Тия-хаархус любит физические удовольствия. С получением модов птицы, она ела больше меня раза в два, а страсть в интимной жизни вообще была запредельной. Тия в теле Дины становится похожа на бывшую хозяйку тела. А какая Тия на самом деле — наверное, та, что находится вне обоих тел в своём кусочке астрального измерения.

Это оставляло большую область для размышлений и исследований, но в условиях Стены, увы, приходится думать в первую очередь о выживании.

Всё это я ощутил на себе. И внезапно понял, что едва могу сопротивляться желанию прикончить своё прошлое тело и всё что издавало звуки и могло думать связные мысли. Представьте на минуту, будто в голове орут, пытаясь перекричать друг друга, сотни существ.

Всё это я успел подумать за считанные доли секунды.

Поток мыслей в голове вообще шёл неостановимым шквалом, сметая всё на своём пути. Мыслей было так много, что каждое мгновение казалось растянутым. Мысль о Тие заставила меня провести детальный анализ всех её действий со времён пробуждения на ржавой кровати с панцирной сеткой.

С головой Хостера что-то явно было не так. Я ощутил, что могу прокручивать в голове сразу с десяток параллельных мыслительных потоков. Прошлый я казался себе теперь хлебушком с разумом растущей на нём плесени. Мысль казалась такой свободной и быстрой, будто мне в голову вставили квантовый компьютер.

Вот только и громадная ложка дёгтя.

Настолько большая, что с лихвой перекрывает этот сверхразум: почти все эти мыслительные потоки были заняты неконтролируемым ором раздирающих душу эмоций, воспоминаний и чувств.

Я буквально тонул в обилии мыслей, теряя связь с реальностью. Причём далеко не все они были нужными или хотя бы бессмысленными. Огромное количество мыслей откровенно вредили и сбивали. Как я выгляжу со стороны? Не останусь ли заперт в теле страхолюдного психопата? Удастся ли мне заставить заткнуться всю Стену и наконец-то хоть немного ощутить покой⁈

Раздирающие эмоции — желание одновременно рыдать, смеяться и истерить. Любить и убивать всех подряд, не видя разницы. Ведь подарить покой — самый ценный дар.

Негативных и порой откровенно бредовых мыслей было так много, что я даже не всегда мог понять, чего именно боюсь и от чего паникую. Гул в голове не унимался. Мысли начали мчаться по кругу…

— Ха, вижду тебе зашло, приятель, — насмешливо добавил мой противник. — Ну, извини, жизнь жестока, мир — темное место и всё вот это вот. Впрочем моё предложение всё ещё в силе…

Я поднял на него взгляд. На зрении у Хостера тоже стоял какой-то мод — себя я видел в ореоле из зелёной энергии, к тому же мог различить каждую пору на коже. Зрение у него было под стать слуху. Но, к счастью, он хотя бы не видел через стены… зато был неспособен закрыть глаза.

К счастью, во сне потребности у него тоже не было.

— Теперь ты понимаешь. Теперь ты правда понимаешь, — продолжил он. — Мы можем остановить это вместе. Если ты думаешь, что я чем-то отличаюсь от тебя, то ты сильно не прав. Очень скоро моё новое тело станет копией прежнего. Поэтому у нас общая беда, корректор-ренегат Арктур. Мы с тобой должны заставить всех замолчать.

Великие строители, неужели это я так со стороны выгляжу, как этот наглый самовлюблённый мужик? Да ну быть не может. Всё же душа тоже оказывает отпечаток.

— А что дальше? Вместе пойдём в другой сектор? Что ответили другие корректоры?

— Они живут во мне, Арктур. Мы все — метанекроид, — голос, некогда бывший моим, теперь стал тёплым и дружеским. — Мы — семья. Мы все разделяем боль друг друга. Ты отказывался, потому что не понимал. Теперь понимаешь.

— Ты запихнул меня в своё тело и говоришь, что хотел просто спросить?

— Знаешь, в чём самая большая проблема людей, ренегат Арктур? Отсутствие эмпатии. Помнишь, я говорил, что всегда даю возможность стать моим другом добровольно. Теперь ты понимаешь. Знаешь, каково мне. Мы чувствуем то же, что и ты. И у нас всех — общая цель. Разве ты не хотел бы покоя?

Тем временем, безжалостный механизм в голове Хостера продолжает рушить моё хлипкое понимание реальности. Вести разговор было крайне сложно — мысли продолжали беспорядочно блуждать, обсуждая воспоминания из разных жизней, анализируя совершенно бессмысленные и ненужные вещи. Просыпалась вина за какие-то мелочи, вроде неудачно сказанных слов, о которых давным-давно все забыли.

Перед глазами одна за другой начали всплывать картины из прошлого. Далёкого. Я вдруг вспомнил детство первого мира. Кажется, у меня даже был брат, с которым мы играли, сражаясь деревянными мечами на пустырях. Лук, который мне смастерил как-то дед… дед, которого убили… кто? Кажется…

Картинки перед глазами менялись одна за другой, мешая концентрироваться на разговоре.

…эффектная демонесса с бокалом вина, на фоне хорошо знакомого города Стены.

— Вместе мы поставим на колени эту Стену! — счастливо произнесла она и подняла бокал к небу.

Я рассмеялся и привлёк Моргану к себе. Мы были на вершине высокого генератора, потреблявшего магические кристаллы и ману и под яростным ветром Стены. Кажется, моё любимое место, во много как раз именно поэтому.

— Хватить, грёбаная ты хрень!!! — взвыл я, когда картинок стало так много, что я реально потерялся, в какой из них сейчас происходит реальность.

Наверное, со стороны это смотрелась, как полная шизофрения в клинической форме.

— Всё забудь, корректор Хостер, — произнёс мой голос, но говорил отнюдь не я. — Я когда-то с этого начинал. Убей личную историю и убьёшь мысли. Осознанность привязана к личному опыту, так что он не твой бро.

А вот хрен тебе!

У меня уже был некоторый опыт управления мышлением с совиной мудростью. Хотя это сравнивать, как тетрис с ноутбуком. И всё же я сумел направить часть мыслей на то, что я могу сделать сейчас.

Я сконцентрировался на ощущении тела. Постарался сосредоточиться на звуках, которые были в непосредственной близости. Начал следить за дыханием — такая функция у Хостера тоже была, хоть он ей и не пользовался. Когда понял, что и этого мало, стал читать знакомые с Земли молитвы, стихи, просто умножать случайные числа в уме, и это работало…

Стало чуть легче.

Даже если тебя сожрали, у тебя есть два выхода, как говорится.

Хотя тело корректора Хостера к позитивному мышлению никак не располагало. У меня в голове возникло сразу с десяток новых мыслей о том, что я неудачник и конченное ничтожество, которое способно лишь давить грубой силой, угрожать и поглощать.

Затем был короткий торг против идеи всё же просто подняться наверх и нормально ассимилировать этот сектор, чтоб хоть чужие мысли в голове наконец стихли.

Чёртов Хостер и впрямь слышал на километры вокруг себя. Вот только я не знал одного — он слышал не звуки, а мысли!

— Скажи, — с трудом я собрал мысли воедино, чтобы задать глупый вопрос из чистого любопытства. Похоже, оно тоже было свойством души, а не тела и разума. — В прошлом обитаемом секторе ты был настоящим Хостером, или ты прежний корректор оттуда, а настоящий Хостер, надо полагать, мёртв?

— Откуда мне знать? Я же в любом случае стираю память, — ответил он. — По итогу и ты и я, те, кто несёт здесь суету — все будем Хостером. Теперь лишь я твоя семья, твои друзья, твоя любовь и твой мир. Ты — это я. Сейчас ты Хостер, решивший, что он Арктур. А я — Арк, решивший, что он некросуггестор Хостер. И то и то — лишь домыслы в пустоте…

— Не заговаривай мне зубы, щеночек. Скоро я покажу тебе настоящий покой! — ответил я. И нет, я не детёнышем собаки я его называть не собирался. Вообще-то на языке вертелся крепкий добротный мат. Да и обещать я ему собирался не абстрактный покой, а заслуженный этим мудаком мордобой, но что-то в моём уме против воли адаптировало речь под образ.

Лицо соперника прорезал чёрный провал, а потемневшие синяки под глазами стали напоминать глазные отверстия черепа. Красавчик-леший Арктур понемногу начинал походить на Хостера. Видимо, его эфирный мод уже начал преображать тело по образу и подобию метанекроида. Ужасная судьба, если так посмотреть.

Чёрт, слишком много мыслей за один миг. Таким умными и сумасшедшим одновременно мне совсем не нравится быть. Нужно возвращать прежнего себя, здесь без вариантов.

Ментальный зов — одна из основных способностей менталистов. И я обратился к единственному союзнику, который мог сейчас услышать мой зов — зависшим вокруг нас кадаврам.

— Лес! Хозяин леса одержим! — как некросуггестор я мог напрямую общаться с покойниками во много раз лучше, чем как леший.

Но я говорил то, во что они сейчас верили, несмотря на то, что это говорил им тот, кого некогда они считали врагом.

В этом главный подвох эфирных фрагментов. Они привязываются к душе. А я — не тело. Я даже не этот разум. Я в первую очередь душа, поэтому мой контроль над растениями всегда будет выше, неважно, в какой форме я бы не находился…

Послышался полный ненависти шелест листвы, и глухое рычание упырей. Дети леса были разъярены от такого святотатства, и у них не возникало никаких сомнений, кто здесь настоящий я.

Монстры бросились в сторону лже-Арктура с очевидным намерением уничтожить всё, что может навредить Лесу. Тому, что подарило им настоящий покой, в отличии от принудительной ассимиляции Хостера.

Происходившее уже совсем не вписывалось в планы врага. Монстры ринулись на тело своего создателя. И смотрелось это со стороны весьма своеобразно. Мастером ближнего боя Хостер не был, хотя я узнал свои же движения, которые проснулись вместе со мной в этом цикле Стены. В какой-то из жизней я точно был ближником.

Принцип выпивания маны был хорошо мне известен из бытности вампиром, потому я начал втягивать в себя отовсюду силу, и это сработало — вампиром Хостер не был, но свою собственную ману, разлитую вокруг нас, я впитал.

А вместе с тем снялась и странная иллюзия вечного падения.

Приглушённые ощущения тела Хостера отметили соприкосновение с каменной поверхностью холодного пола.

Чёрная Дорога!

Перенос лабиринта активирован на Чёрную Дорогу пятнадцатого этажа!!

9. Путь, ведущий к победе

На меня накатила лёгкая паника — то ли продолжение штурма безумных эмоций и неконтролируемых мыслей Хостера, то ли сам вид черноты, окружавшей меня повсюду.

Чёрная дорога. Это точно она. Я провёл здесь достаточно времени, чтобы опознать этот выжженый в Стене тоннель.

Рядом один за другим сверху падали на чёрную поверхность захваченные кадавры.

Так. Теперь собраться с мыслями. Концентрация на дыхании.

Не знаю, есть ли в теле у Хостера позвоночник, но я постарался всеми силами его ощутить, как если бы он был. Где-то там по идее находился эфирный мод хуорна у меня. Хотя в новом теле это могло быть и не так.

Ничего страшного. В конце концов у нас уже есть Тия, которая живёт на два тела.

И ничего. Тоже, кстати, управляет сильным псиоником.

Вот как много у нас общего, хах!

С двух сторон лже-Арктура прижали дендрокадавры.

Свои способности я знал, да и себя тоже знал. Окажись я окружён кадаврами, что бы я делал? Должен был бы воспользоваться покровом каят, чтобы отбить первую атаку, затем отскочить и атаковать контролем — призвав древня и попытавшись закинуть врагу в брюхо семя. Хотя, у покрова же сейчас нет зарядов… или есть? Грёбаные иллюзии!

Моё тело, наученное прошлыми жизнями, обычно инстинктивно действовало иначе… Каков шанс, что Хостер поступит так, как привыкло тело, а не как советует разум?

Лже-Арктур двинулся, проскакивая под замахом костяных когтей, торчавших из руки кадавра. Обошёл сзади и атаковал майром в спину.

Затем, видимо, опомнился и резко разорвал расстояние. Может быть даже выбрался бы так из захвата, если бы его не поймала рука Хостера под моим управлением.

От близости живого тела меня бросило в мелкую дрожь и прошибло ужасом.

Бедняга Хостер — с такими реакциями тела кто угодно психом станет.

Тело Арктура повалилось на чёрный пол, а сверху навалились мои подопечные. дендрокадавры подчиняясь прямому приказу и принимаясь ассимилировать моё тело. Грубо говоря, прорастать внутрь.

Ну а что? Мне, как дендроморфу от этого ничего не сделается. Зато есть шанс хоть попытаться блокировать контроль тела, и затем уже будем разбираться, как вернуть себе своё.

Стоило больших усилий подавить панику. Кортизол, или что там отвечало у метанекроидов за страх, буквально лупил по башке. На месте корректора Хостера кто угодно бы вскоре стал параноиком с шизофренией.

А затем я ощутил резкую тошноту и мерзкое чувство, будто меня пронзает десяток червей.

Боль! Не тупой морозящий сигнал, заменявший физические ощущения Хостеру, а нормальная человеческая боль!

Я снова был самим собой!

В голове была редкая ясность, будто частичка интеллекта противника досталась и мне.

Я обернулся туда, где только что было тело Хостера.

— Значит не выйдет. Риск не оправдан. Миссия важнее. Хорошо… — проговорил он, сжимая двумя парящими в воздухе руками виски. — Хостер всё понял. Хостер хороший. Хостер причинит тебе покой, Арктур. Я ведь всё правильно делаю?

— Ничего ты правильно не делаешь. Но если ты готов к диалогу, то… — начал я, но слушать меня никто не собирался.

— Не можешь стать частью семьи. Пока не готов. Но моя любовь безгранична, ренегат. Будет второй урок. Второй шанс. Прости, что не смог тебя спасти сразу.

Зависшая в воздухе лицо-маска покрылась сетью трещин, которые вскоре подсветили рассыпавшееся контуры.

Последней начала исчезать улыбка в виде грустного смайлика. Которая в самый последний момент вдруг сменилась безумной усмешкой, и воздух наполнил леденящий душу двоящийся механический шёпот:

— Жди.

Что это всё только что сейчас было?

Так…

По порядку.

Сперва самое главное — моё тело мне полностью подчиняется. Способности работают. Мысли в адеквате. Совиная мудрость уже закончилась, и хрен с ней. Вроде всё в порядке.

Хорошо. Теперь ещё раз.

Что только что вообще было⁈

Судя по всему, некая попытка ассимиляции. Вот только что в этом было реально, а что — иллюзией? Бесконечное падение — точно иллюзия. Но присутствующие в ней кадавры, благодаря которым я смог победить в этом противостоянии — были более чем реальны.

Они и сейчас были вокруг меня. Вполне себе реальные живые покойники в прямом смысле слова. А теперь ещё и растительные.

Был ли реален обмен телами и что это вообще за способность — даже не представляю. Смесь реальности и иллюзии… может, это была способность кошмара? Иллюзия, ставшая реальностью из-за моей веры в неё. Так это работает с монстрами этого типа.

Я призвал вход в убежище, и оттуда сразу же выскочили друзья, помогая подняться.

— Арк, боги, как ты! Когда он поменялся с тобой телами… — начала было Сайна под завывания хнычущей Альмы, но её перебила Белая:

— Это было космически опрометчиво с твоей стороны, Арктур! Ты едва не погубил всех нас!

— Ой, всё! — перебила её рыжая механистка. — Начинай уже привыкать, подруга!

— То есть он всегда так?

— Успокойтесь, всё же хорошо закончилось?

— Ага, и пару седых волосков ты мне прибавил, — криво улыбнулась Синица. — Ты в курсе, что как только он оказался в твоём теле, то запустил ассимиляцию убежища? Как в городе?

— У него эфирный фрагмент какой-то мерзости с днища Стены! — голос Белой дрогнул. — Ты понимаешь, что против ассимиляции не помогут ни мои способности, ни навыки твоей Тии⁈

В уголках глаз беловолосой красавицы закралась влага, и она вдруг резко хмыкнула и отвернулась, будто была смертельно обижена.

Ну, если бы я знал, что именно задумал Хостер, я бы наоборот всех перед этим выгнал из убежища. Возможно, так и стоило сделать. Но в любом случае, эта вылазка… стоила ли она того на самом деле?

— Тия! — позвал я шаманку.

Стало немного грустно. Обычно она первой бросалась мне на шею после опасных моментов. Но теперь она большую часть времени проводила вне своего тела и экономила свои девять минут.

— Арк, — тихо произнесла она заплетающимся языком. — Не могу прийти. Слишком рано.

— Ты повесила метку?

— Как ты сказал.

— Где сейчас Хостер?

— Четырнадцатый, — тихо сказала девушка. А затем. — Тринадцатый.

Внутри всё похолодело от догадки.

— Двенадцатый, — продолжила шаманка смертельный отсчёт.

— Метка? — переспросила Белая.

— Да. Одна из способностей Тии от магии хаоса. Она может повесить метку на любую цель в зоне видимости. То есть даже через дыру в убежище. Теперь мы всегда будем знать, где он.

Девушка ошарашенно смотрела то на меня, то на шаманку.

— Вы поставили на него метку? Слава строителям! Но… теперь он идёт наверх, верно?

— Что, если это был его план — заманить тебя сюда, чтобы спокойно проворачивать с городом всё что угодно? — предположила Сайна.

— Архитопы не позволят, — уверенно сказала Белая. — Теперь это не станет для них неожиданностью. И я проинструктировала Серую…

— Когда успела? — удивилась Синица.

— Я оставила ей письмо, — чуть смутилась первая проходчица. — Когда очнётся, будет проверять главный терминал. У неё есть права доступа.

— Шики Первому это не помогло, — заметила Сайна.

— Кто… — начала было Белая, но сама и ответила. — А, корректор погибшего сектора.

— Хостер не будет играть честно. И не станет сражаться с кем-то равным ему по силам. А значит, будет хитрить, — сказал я. — Не знаю, зачем ему было нужно выиграть время, но ему это удалось.

В лицо ударил редкий ветер Чёрной Дороги. Обычно здесь был стоячий воздух, но сейчас… ещё одна странность. Мерлин сейчас сказал бы что-то вроде «ненавижу аномалии».

— Где-то здесь должен быть ствол дерева Тумора, — продолжил я. — И та часть дороги, что я засеивал. Но пока не ощущаю их присутствия. Возможно, слишком далеко.

Попытался прикинуть, в какую сторону идти.

Выход из Лабиринта настраивал Хостер. Где именно на Чёрной Дороге мы находимся — можно было только гадать. Вариантов — от одного края сектора, до другого. Если его целью было действительно именно задержать нас, то… мы в полной заднице, вот что.

Ситуацию скрашивает только свойство самой Дороги.

Тяжёлый размеренный вздох. Спокойно. Что-нибудь придумаем, даже если прямо у меня за спиной — переход между локациями. Заодно наконец узнаю, как это работает, если так. Накормлю ненасытное любопытство.

— Привал, — наконец, сказал я. — Возможно, ночлег, но это не точно.

— Здесь? Сейчас? — кажется, способности Белой удивляться никогда не иссякнут.

Она обернулась вокруг, будто хотела удостовериться в том, что мы действительно между местами роения техноцита на пятнадцатом.

— Не смотри так, — я иронично усмехнулся и развёл руками. — Мы между местом их обитания, на Дорогу техноцит не выходит. Где и когда нам ещё отдыхать, как не здесь и сейчас? Что может пойти не так?

— Когда он так говорит — жди беды, — похлопала Сайна Белую по плечу и первой направилась в убежище.

Вторым был я — когда прошёл мимо так и стоявшей в недоумении первой проходчицы.

— Да… всё! — возмутилась Белая мне в спину.

На самом деле, мне просто немного нравилось выводить её из себя.

У решения остаться здесь на ночлег были целых четыре очень веские причины. Первая — мы всё равно не знаем, куда идти, а идти наугад без толку. Вторая вытекает из первой — для начала восстановить силы. Большинство способностей лучше откатываются во сне, чего уж там.

Какого цвета у Белки были глаза? Серые или фиалковые?

Способность долины уже откатилась? Есть ли шанс поймать в ней Хостера снова?

А ещё две причины сейчас шли в противоположных направлениях друг от друга и от убежища. Одну из них звали Наги, который уже успел продемонстрировать особое отношение к нему со стороны системы. И как выяснилось, на него распространялись свойства Чёрной Дороги.

Скорее всего, существовал ещё какой-то скрытый показатель, вроде осознанности, который делал совершенно неосознанного некродендроида и тем более Хостера с осознанностью улитки — полноправными участниками всего этого.

Вторая была экспедицией во главе с Рейном, Котом и несколькими бывшими членами Лиги. Приказ был простым — разведка и отступление при малейшем намёке на опасность.

Техноцит по идее не должен был атаковать. Но всегда оставалось это «по идее», потому на всякий случай я заранее предупредил и проходчиков, и группу некродендроидов, следить за поведением мертвецов. Особенно во время первой встречи с противником.

Если всё пойдёт хорошо, то силой парадокса Чёрной Дороги, они вскоре найдут те места, где мы некогда прорывались и оставили след в виде поглотивших техноцит и перенявших его программу аберраций.

С учётом отсутствия пересборов в прилегавших к Дороге локациях, эти существа и по сей день должны охранять в этом месте проход.

Так или иначе, ответ будет не сразу. И при всей спешке, выходило, что отдых — самый лучший вариант.

Приняв окончательное решение, я объявил снова, уже в убежище для тех, кто не слышал, что нас ждёт отбой на неопределённый срок. В любой момент могло что-то пойти не по плану. Если точнее — Рейн или Наги могут столкнуться с врагом и будут вынуждены отступать к убежищу. Или же мы окажемся близко к центру сектора, и тогда отдых наш будет очень недолгим. Будем пить кофе и зелья бодрости.

Приведя оборону убежища в полную боевую готовность и убедившись, что убежище максимально защищено, я позволил себе ненадолго расслабиться и хотя бы поесть. Вернее, наспех перекусить бутербродами и закусками Сильвана.

Сайна копалась в каком-то тамарском устройстве — как и всегда работала за столом. Тия смотрела в одну точку… скорей бы собрать для неё уже этих грёбаных фрагментов и сделать вольной птицей.

Если, конечно, семнадцатые не обманули со своим «секретным секретом». Впрочем, вряд ли мы с ними увидимся в ближайшее время. Самим бы выжить.

Белая клевала носом и норовила вот-вот упасть спать прямо в остатки яблочного пирога с корицей, сделанного для неё Сильваном. Она упрямо продолжала сидеть, сопротивляясь сну.

Это что же, привычка?

— Сколько ты опять не спала, Белая? — спросил я.

— Я не могу спать, когда мой сектор в опасности, — отчеканила она.

— Считаешь, что можешь всех спасти переживаниями?

— Нет… — устало отмахнулась девушка. — Просто стараюсь каждую минуту использовать для дела.

— Ты ведь так и не успела восстановиться ещё со времён прошлой встречи с Хостером.

— Альма и зелья…

— Лечение и износ организма — разные вещи, тебе ли не знать? — я взглянул ей в глаза. Они были всё ещё серебряными. — Банально способности восстановишь. Кому ты нужна без навыков?

— Да… — помрачнела девушка, но кажется, поняла. — Наверное, ты прав. Странно себя чувствую. Голова кружится и мысли… странные.

— Переутомление, — понимающе кивнул я. — Может, тебя Альма осмотрит?

— Да, от недосыпа лучше всего помогает сон… — чуть заплетающимся языком сказала Белая. — Ты прав, сейчас лучшее время.

Встав, девушка медленно, с заметным трудом, побрела в сторону своей комнаты.

После этого я быстро расправился с остатками пищи и тоже направился спать.

— Ты тоже не засиживайся, — бросил я Сайне.

— Арк, ты хочешь, чтобы по всему убежищу горели прожекторы ионитов, и работали селенитские турели? — отмахнулась механистка, продолжая копаться в незнакомом устройстве. Затем всё же подняла голову и добавила. — Спасибо, что беспокоишься. В битве с Хостером механист тебе не понадобится, в отличии от ламп, которые ещё нужно починить и приготовить к работе. Успею выспаться.

Аргументы были вполне справедливыми. К механической цепи Хостер не имел никакого отношения.

На этой ноте я наконец отчалил ко сну, морально уже находясь в следующем дне. Для меня слова про откат способностей были справедливей всего. В особенности это касалось совиной мудрости. Сон снимал побочный эффект в виде головной боли и снижения длительности активации.

Усталость взяла своё, и я выключился, казалось, даже раньше, чем принял горизонтальное положение.

Проснулся я… ну, сперва я подумал, что по очередой тревоге. Но на этот раз речь шла скорее о её последствиях.

Рядом оказалась Белая, одетая… ну, как тот кошмар, встреченный в локации с меняющими облик тварями. То есть практически никак не одетая.

Я удивлённо поднял брови, не совсем понимая, какого хрена здесь происходит.

Белая с пылающими от смешанных чувств глазами поймала меня и дрожащим голосом произнесла:

— Не двигайся.

Я напрягся. Что это могло значить?

Глаза первой проходчицы вспыхнули янтарём.

— Просто помолчи, — сказала она и начала срывать одежду уже с меня.

Однако длилось странное наваждение недолго.

Девушка страстно подалась вперёд и вдруг начала приподниматься. За её спиной я увидел Тию с сияющей призрачной рукой.

— Ты! — Обернулась Белая к шаманке. — Что ты со мной сделала? Теперь расплачивайся! Ты не посмеешь мне помешать! — прошипела она.

— Белая, на тебя что нашло? — спросил я.

— Откат, — пожала плечами сонная Сайна. — Странно, что он сработал не сразу.

— Она не спала с самого боя с Хостером. — сдала её Тия. — Ещё первого.

— Как и все мы, — сонно зевнула рыжая. — В любом случае, сама виновата. Я же предупреждала, нет?

— Хаос всегда берёт свою плату, — пожала плечами Тия.

Взгляды механистки и охотницы встретились.

— И не смотри на меня так. Я не стану тебе помогать. Разве что ты очень-очень попросишь… — Сайна хитро улыбнулась.

Мы с Тией переглянулись.

Белая с красным лицом поджала губы и не знала, что делать дальше.

— Девушки… завтра спуск на нижние этажи, — напомнил я. — Просто для справки, мы все можем там полечь. На двадцатом явно творится какая-то хрень.

— В этом и соль, Арк, в этом вся соль… — туманно произнесла Сайна Синица.

И только я было расслабился, что подъём был не по боевой тревоге, как Стена очередной раз решила нас удивить.

— Арктур, — обратил на себя внимание Сильван, появившись в углу комнаты.

Я обернулся к нему, уже догадываясь, что новости будут плохими.

Однако на этот раз предчувствие меня подвело. Новости были не плохими. Скорее… они были неожиданными.

Поняв, что все собравшиеся в комнате обратили на него внимание, хранитель убежища сообщил:

— Вернулся рейд Наги, — сообщил он. — И вместе с ним чужаки. Они требуют, чтобы ты вышел к ним. Вернее, они требовали главного.

10. Переговоры, идущие к черту

— Семнадцатые? — спросил я сам у себя, когда увидел знакомых проходчиков через связь растений.

Сильван лишь пожал плечами.

Я наспех оделся и накинул покров. На ходу влил в почву убежища обновление, чтобы восстановить хотя бы один заряд. Прихватил и надел уже по пути плащ лешего и взял майр.

Говоря откровенно — я был далеко не в лучшей форме сейчас. И если чужаки проявят агрессию… ну, равного поединка не будет, как минимум. И вообще, нам ещё не хватало оказаться между молотом и наковальней.

С другой стороны, если бы они хотели как-то на нас напасть, то куда разумнее было бы сделать это неожиданно, накрыв нас массовой магией, а не являться всей группой перед убежищем. Тем более, что и само убежище я даже не пытался прятать.

Вот только некродендроид Наги, который привёл их к нам… ну, выглядел он не очень. Если лидер их группы хоть немного умнее гоблина, он связал два и два и теперь точно понимал, что имеет дело с создателем цепи или, как минимум, его вассалом.

На гоблина их лидер похож не был. К тому же в этот раз они выглядели ещё более мрачными и жутковатыми. Ну, почти все. Но в целом атмосфера была давящей. Особенно из-за молчания повисшего в воздухе секунд на двадцать.

— Твоё существо сказало, что ты здесь, — сходу сдал он бывшего лича.

— Да, я здесь, — улыбнулся я.

Пока Белая была не в боеготовности, рядом со мной встали Дина и Мерлин.

— Хорошо, что ты не стал отпираться, что это твоё существо. Это всё упрощает.

Вообще-то стоило бы, но бросать лича не вариант. В таком случае его бы, скорее всего, просто ликвидировали, как и других некродендроидов из его рейда. Очевидно, что его как раз и не стали трогать из-за потенциальной связи со мной. Если я пойду в отказ, тогда зачем им оставлять его в живых? Как они его вообще смогли схватить и вытащить из него информацию? Вряд ли бы он пошел на это добровольно.

— Я отдавал Наги приказ на разведку в пределах сектора, и он должен был отступить при столкновении с кем-либо. Он нарушил его?

Некродендроид замотал черепом.

— На его счастье, нет, — ответил Джек. — Ты в курсе, что создание цепи — табу?

— Да, — ответил я. Ну а чего отпираться? А затем пошёл в наступление — А ты в курсе, каково отбиваться от всего того, что обитало в нашем секторе? Это станет причиной вражды между нами?

— Это — не станет, — холодно сказал проходчик. — Меня предупредили на этот счёт. Однако проблемой может стать убийство.

— Погоди, Джек, перед началом возможного конфликта хочу задать вопрос, — вмешался маг семнадцатых. — Когда ты говорил про «миролюбивые растения», то подразумевалось это?

Он ткнул в безобидного Наги, будто он какое-то чудовище. Ну, малость костляв, зато цветёт красиво. Лидер отряда останавливать его не стал и, вообще, выглядел с самого начала таким, что сам готов броситься в атаку в любое мгновение. Даже дистанция в этот раз между нами была опасна мала.

Кого же такого важного у них там убили?

А вот кто убил — я, кажется, уже догадываюсь. Если этот некто прошёлся до двадцать третьего, ему наверняка в деталях, с подробностями и на личном опыте объяснили, как чиста ассимиляция, и как прекрасно жить в ламповой семье внутри разума метанекроида.

Если же этот кто-то был ещё и важной шишкой, то вполне возможно, сейчас осколок его души вещает Хостеру, с какой стороны лучше начинать спасать от жизни их сектор.

— Миролюбивое растение, подчиняющееся друидам, — улыбнулся я. — Разве Наги вас чем-то обидел?

— Кто бы ему такой шанс дал? Но разве оно подчиняется прям таки всем друидам? — вновь спросил Сайлас.

— Нет. Только тем, на кого я покажу.

— Весьма оригинально — было очевидно, что Сайласа некродендроид заинтересовал.

— У него три цепи, — холодно бросил Джек. — Ты уже подчинил некротизм. Говорят, его все подчиняют первым.

— У нежити беда с волей, — ответил я. — Чем мы можем вам помочь?

Странный разговор заходил в тупик, потому я вежливо задал вопрос напрямик.

— Мы нашли наших людей. На границе этого сектора и соседнего. Вернее, то, что от них осталось. С осознанностью в пять пунктов. Без душ, это были просто тела.

— Тогда души уже ушли на следующий круг.

— Вот только тем, кто имел эфирные моды лучше бы не перерождаться, — мрачно сказал Джек. — Скажи, друид, чем тебе не угодили наши люди?

— Вопрос изначально неверный, — покачал я головой. — Я даже не знаю, о ком речь. Но пожалуй, знаю того, кто должен знать.

— Дай угадаю: ещё один ассимилятор нежити? — с едва заметными нотками сарказма спросил он, и радужки его глаз уже начали светлеть и загораться золотом. Очевидно, разговор подходил к концу.

Белая в этот момент тихо присоединилась к нам в полной экипировке, чувствуя назревающий конфликт. Но до такого доводить я не собирался.

— Да, — кивнул я.

— Удобно выходит. — скептицизм с его стороны уже особо не скрывался.

— Это можно подтвердить. Система! Корректор Арктур! Статус задания ренегата. — В этот момент я очень надеялся, что только бы это сработало на Черной Дороге.

Мгновение ожидания и… из пола на границе Дороги, у самой стены в редком непочерневшем участке, медленно стал выдвигаться инфотерминал.

Корректор-ренегат Хостер «Тихоня».

Вид: метанекроид. Класс: некросуггестор.

Зафиксирован геноцид существ с осознанностью свыше 15% в секторах XXIII-XXV

Зафиксировано проникновение в сектор XXII. Зафиксирована попытка ассимиляции сектора. Зафиксированы две попытки ассимиляции действующего корректора.

— Смотри-ка, они на стадии проверки, — подал голос громадный гуманоидный волк. — Не повезло Третьей.

Джек посмотрел на сопартийца так, словно едва сдержался от того, чтобы устроить ему выволочку за лишние слова, но вместо этого промолчал.

На нас он, к слову, смотрел теперь без холодной злобы. Да, и его глаза вернулись в норму и уже не светились. Похоже, то, что они называют проверкой, и есть процедура подтверждения статуса корректора от системы. Что-то вроде испытания. Надо полагать, что их корректор также сталкивался с чем-то подобным. Отсюда их информированность.

— Ты правда веришь, что это совпадение? Слишком уж складно получается. — снова встрял маг.

— Мы поговорим об этом потом, — отрезал глава семнадцатых и посмотрел на меня.

— Полагаю, обвинения сняты? — спросил я. — Возможно, я смогу вам чем-то помочь?

— Судя по тому, как у вас идёт процесс проверки, это вам нужно искать помощь. Метанекроид… — он впервые обратился к системе, подтвердив свой статус смотрителя.

Система послушно вывела уже известное мне определение и указала четыре цепи.

Увидев это, парень помрачнел. Затем он запросил логи некросуггестора и его перемещение по другим секторам.

— Чем ты так разозлил систему, парень? — впечатлился Сайлас, наклонившись и рассматривая экран инфотерминала. — Ты что, Далахан у неё увёл?

— А что, нельзя было?

Маг хлопнул себя ладонью по маске. Джек тяжко вздохнул.

— Теперь ясно, как ты прошёл Ивент, — сказал маг.

Я же про себя подумал, что он вряд ли в полной мере представляет, как я его проходил.

— Ну, она хотя бы ничего так, — пробасил волк, глядя на Дину, заметив характерный горизонтальный шрам на шее — своеобразную метку Далахан. — Хотя тощая, будто вы её голодом морите.

— О нет, это не основное тело. Основное куда красивее!

Дина покраснела.

— Помнишь наш спор, — продолжил маг после некоторой паузы, обратившись к лидеру семнадцатых. — Что происходит раньше, система воплощает будущего корректора под проверку или проверку создаёт под корректора?

— Хостер появился значительно раньше, если вы об этом, — сказал я.

— Да, но ведь он не сразу набрал столько сил? — маг замолчал, покрутил пальцем в воздухе рядом с маской и закончил. — Хотя, это может быть просто неудача. Или кое-кто другой надоумил этого Хостера пуститься в крестовый поход именно сюда. В конце концов, он сидел в коматозе годами прежде чем…

— Хватит, — грубо, но вместе с тем спокойным ледяным голосом остановил его лидер группы. — Нам нужно обсудить эту информацию. Вы долго будете находиться здесь?

— На самом деле, планировали уже выдвигаться. У нас как бы эта тварь пытается ассимилировать город. Кстати, не видели по пути локацию с аберрациями вместо техноцита? — В этот момент я как раз вспомнил, что неподалеку от этих тварей и должен быть наш древесный лифт.

— Забавные существа, — почему-то аберрации вызывали у него тёплые чувства. — Я смотрю, Дорогу вы уже освоили? Полтора часа пути по ней в ту сторону, куда ты отправил нежить, и будете рядом с ними. Дай нам десять минут на обсуждение. Возможно, нам есть что предложить тебе.

— Тогда поспешите. У нас правда не так много времени.

Опустим тот момент, что времени стало резко не хватать из-за того, что я узнал, куда нужно идти. И хотя я бы с радостью поспал гораздо больше полутора часов, есть что есть.

Вернувшись в убежище, я первым делом как следует приложился к зелью бодрости. Странное чувство, поначалу оно казалось мне очень приятным на вкус, но сейчас рот буквально сводило от отвращения. Хотя состав не менялся ни в чём.

Затем я обернулся к Наги:

— Ну а теперь скажи мне: как?

— Прости, хранитель… Всё маг ихний! Ничего не мог сделать я — он бешеный, воощ-ще! Одним кастом нас так накрыл, что мы и отступить не успели. Ты же знаешь, хранитель, я всеми ветвями за Лес!

Забавно, у него прорезается манера речи, совсем не свойственная древнему личу.

— А рассказал им кто где мы?

— А нельзя было? — спросил он. — Разве я не должен был привести в лес новые деревья?

— Ясно… — мрачно сказал я и продолжил допрос. — Где остальны дендроиды?

— Ещё не отошли от способности их мага. Проклинатель он, сильный очень.

— Как Тия?

— Нет. Сильнее. Тия не профильный. Она же боец больше. А у этого профиль такой… наверное. Ничего мы не могли сделать, вот!

— Но после того как на вас навесили проклятие, ты добровольно им рассказал где мы?

— Я уже понял. Я был не прав, хранитель. Навлёк беду на лес, да?

— Думаю, нет. Пока что это просто недоразумение. Но ты мог бы. Скажи, почему ты так сделал?

— Они не приинили никому из нас вреда. Мы были обездвижены и ослаблены. Но никакого вреда. Значит, мы не должны атаковать в ответ. Приказ… — растерянно сказал Наги.

Действительно, такой приказ был. Но предназначался он больше для возможного взаимодействия с проходчиками в городе. ВЕщё была когда-то давно директива о том, что проходчики равно друзья, и их нужно защищать от монстров. Надо копаться и прописывать условия детальней…

Сейчас же пусть в извращённом виде, но он исполнил все наложенные на него мной директивы.

— Иди уж. Готовься к бою. Он сегодня точно будет. Если не с семнадцатыми, то против монстров локаций, когда мы выйдем с дороги.

— Всё так плохо, Арк? — спросила Сайна.

На самом деле я был спокоен. Если уж говорить про эмоции то их вызвала в первую очередь внезапность появления гостей. Ну и мысли о том, в каком месте алгоритмы поведения некродендроида дали сбой. Или он так пытается отгородиться, или сказывается недостаток опыта управления армией неосознанных существ.

Следует почаще вспоминать и учитывать, что нежить мыслит иначе, и логика мертвецов может существенно отличаться. У человека мои приказы на этот счёт бы вопросов не вызвали.

— Что думаешь? — спросил Мерлин.

— Что тебе пора уходить. Время, — напомнил я.

— Не пора, — улыбнулся друг. — Кажется, контроль системы над Всадниками здесь слабее, так что я могу здесь проводить уже минут двадцать!

— А Тия…

— Нет, — помрачнел Мерлин. — За Далахан система следит пристальней. Мы так, дополнение, часть основной механики.

— Говоришь, будто знаешь нечто большее.

— Не сказал бы, — хмыкнул Мерлин. — Честно говоря, быть Всадником так себе. Знаешь, будто тебе отрезали всё, что не касается выполнения основной функции. Мне плевать на женщин, на жизнь и смерть, я могу есть и даже чувствовать вкус, но я его… как бы сказать… тупо анализирую, понимаешь? Ну вот, ем ваш пирог с яблоками и корицей, про себя отмечаю какой у него вкус, но с таким же видом я мог жевать гнилые лимоны, опарышей, живых людей…

Он тяжело вздохнул и отвернулся, натянув пониже капюшон и скрывая светящиеся перья аллюста.

— До сбора фрагментов птиц осталось немного. Останется только добыть живого аллюста.

Убежище кипело жизнью, хоть и не в полную силу. Известие о чужаках многих встревожило, но сражаться пока не планировалось. Потому общий подъём не трубили. Пусть хоть кто-то выспится.

Спустя пол часа вернулся рейд Рейна с Котом. Бойцы лиги, встравшие под знамёна Ордена, выглыдели усталыми и раздражёнными.

На мои расспросы Кот задумчиво изрёк своё привычное «Мех!», а стихийный рыцарь просто покачал головой:

— Ближайшие километры ничего нет. Дальше место роения, и мы не пошли за него.

— Техноцит не выходит на Чёрную Дорогу, — припомнил я известный факт.

— Зато он поёт, — мрачно сказал Кот. — У них там сейчас этот их ритуал, когда они тупят в одну точку. А Альренц увидел, как один из мертвецов повернул голову в его сторону. Потом и я тоже увидел… Даже не знаю. Может, и не прав был, но у меня кошачье чутьё. Мех! Оно мне столько раз жизнь спасало!

— Чутьё сказало тебе отступать?

— Вроде того, — кивнул Кот.

— Наверное, правильно сделал. У нас возможно очень скоро поменяются планы.

— Правда? А что случилось? — заинтересовался он, а вместе с ним и остальные.

Я тяжело вздохнул, и коротко пересказал им, как к нам постучались гости.

Когда вернулись семнадцатые, мы были уже готовы. И на выходе к встречающим с нашей стороны присоединились Рейн с Котом и остальными.

Выйдя, я сразу же встретился взглядом с Джеком. Больше никакой враждебности я не видел. Значит, того, что я создатель цепи, им не достаточно, чтобы хотеть меня убить.

Печальные же дела с наличием простой адекватности на Стене в наши дни. Если подумать, то у семнадцатых с одной стороны какие-то бешеные культисты, а с другой, за громадным прорывом с безумными нежилыми секторами, находятся мутный но в целом миролюбивый нарушитель какой-то догмы и отбитая психопатичная тварь, жаждущая уничтожить всё живое.

Карикатурный кандидат на должность абсолютного зла, агрессивные культисты или мы? Выбор очевиден, как не посмотри. Тем более, что в этом безумном мире, чтобы стать корректором сектора, нужно изначально нарушить правила. Все «правильные» кандидаты остались без головы.

Думая об этом, я встретил наших гостей.

— Как я и говорил, — начал сходу лидер группы, — нам есть что предложить друг другу.

— Слушаю.

— Мы можем нейтрализовать две самые неприятные для вас цепи противника, — сказал Джек. — Сектору с вашим набором цепей неудобно иметь дело с псионикой. У вас не должно быть ничего от этой цепи. Если «мёртвая магия» работает по сходным принципам, но через распад души, то и с ней проблем быть не должно. Обе цепи упираются в волю.

Правдивость его догадок меня прямо физически покоробила. Получается, они просчитали наши слабые стороны просто узнав список цепей? А у нас даже времени не было как следует изучить их данные. Грёбаный Хостер…

А ещё перед глазами живо всплыл эпический провал с защитой разума, когда мы взяли топовые амулеты, и не смогли ничего сделать ни с лярвами, ни с носителями их фрагментов. Да и при встрече с более стандартной псионикой большая часть артефактов вышли из строя.

Потому защитить весь город от магии разума настолько дорого и сложно. Но по идее там, где есть угроза — есть и ответ, так что в секторах с мематиками должны быть и средства защиты иного класса.

— Что взамен? — спросил я.

— Фрагмент этой твари наш.

— А не слишком ли? Как минимум, половина работы за нашим сектором.

— Не половина, — поправил Джек. — Меньше. Мы закроем его влияние на город и не позволим ассимиляцию пустотой и псионикой. Этого уже не мало. Можем ещё помочь в его ослаблении, если он окажется слишком сильным и неприятным. Но остальное будет за вами, иначе фактически вся работа ляжет на нас. Касательно фрагмента могу пояснить. Нам он нужен, но не для модификации. Эта тварь содержит в себе частицу нужного нам существа, которое принадлежало нам. У нас есть сильный аниматург, способный извлечь частицы души.

В этот раз было что-то искреннее в словах обычно сдержанного семнадцатого, и это подкупало. Прежде он старался как можно меньше выдавать информации, но здесь вдруг расщедрился. Расщедрился по его меркам, разумеется.

— Взамен мы готовы предоставить вам другой фрагмент достойного уровня из другого сектора. Вы же говорили, что умеете такие встраивать, верно?

Ага, ещё бы только терминал ионитов попался. Не везёт нам в последнее время с ними.

— Достойного — это какого?

— Меняем на равный по силе фрагмент, с четырьмя цепями, как ваш ренегат.

— Благодарю, помощь нам явно не помешает, но всё это выглядит подозрительно. И большая часть рисков с нашей стороны. Также помимо нас в этом участвуют и другие проходчики из нашего сектора. Пусть будет два, — предложил я.

— Ладно, две твари четырёх цепей, — отрезал Джек. — Правда, за качество второго фрагмента поручиться не сможем.

— Тогда я хотел бы внести ещё одну часть, — сказал я. — Я хочу знать, кого вы здесь так упорно искали и теперь собираетесь вытаскивать из мозгов психопата? Я, конечно, не аниматург, но могу и так сказать очевидное. Существо, бывшее частью Хостера, уже никогда не будет психически здоровым и безопасным для окружающих.

С губ едва не сорвалось «по своему опыту знаю».

Судя по лицам гостей, моё предложение им не сильно понравилось.

— Это внутренние дела сектора. Вас это не касается.

— Уже коснулось, раз всё это происходит в пределах нашего сектора.

Последовала пауза. Причём на этот раз весь отряд семнадцатых был единодушен. Было видно, что мой вопрос серьёзно восприняли все.

Пауза была долгой. Затем, Джек посмотрел мне в глаза и произнёс холодным голосом, будто на вершине Стены.

— Тогда сперва ответь, сохранился ли у тебя в секторе терминал юстициаров?

— Нет, — не задумываясь, честно ответил я чистую правду.

Про двадцать первый же меня никто не спрашивал, верно? А подобраться к нему снизу через Чёрную Дорогу — невозможно.

— Тогда тебе от этой тайны не будет никакого проку. Она едва ли затронет вас. Это касается только юстициаров.

— Здесь есть модератор, — проявила неожиданную смелость Альма.

Я обернулся к ней. Выглядела она при этом как всегда слишком мило, да и голосом таким приказы звучали как-то совершенно иначе. Их сложно было воспринимать всерьёз.

И тем не менее, при надобности система подтвердит.

— Не важно, — отмахнулся глава группы. — Это часть прохождения пути юстициара, но если у вас не сохранился терминал, для вас это не имеет значения.

— Пути юстициара? Можно поподробнее?

— Нет, — отрезал лидер семнадцатых. И чуть менее жестко, добавил. — Это вопрос для отдельного разговора, и не сейчас.

Два фрагмента взамен одного… Звучит очень многообещающе, хотя польза сильно падает если вспомнить что скорее всего встроить его можно будет лишь на терминале ионитов, а значит в любом случае с кучей подводных камней.

— Две твари четырёх цепей? — повторил я предложение. — Откуда они у вас, если количеством цепей ваш сектор уступает на одну? — Хотя, если не считать мою цепь, то количество цепей будет все же одинаковым.

— Купили или убили, — отмахнулся Сайлас. — Разве это так важно?

— У кого-то можно купить подобные фрагменты?

— Зовущего Птиц. Это один торговец. Тебе правда нужно это знать? — В голосе Джека послышались нотки раздражения, которые натолкнули меня на мысль, что на этот раз информация была и впрямь несущественна.

Но, как я и подозревал, существует полноценный путь для юста. Теоретически, однажды я смогу изучить детальнее через двадцать первый сектор. На случай, если без этого ключа не выйдет на каком-то этапе пройти дальше.

— Хорошо, — принял решение я. — Мы согла…

В этот момент тишину Чёрной Дороги нарушил гул, разносившийся с эхом откуда-то издали.

Девчонка с каре из семнадцатых вздрогнула, а блондин, до этого никак не участвовавший в разговоре, что-то шепнул лидеру. А затем ко мне подошла искатель:

— Они окружили нас. Я слышу по обе стороны в тоннеле шум сервоприводов, — сообщила Эстель. — Это техноцит!

— Что? Техноцит не может выходить на дорогу!

Судя по удивлению и суете у семнадцатых, для них это тоже стало неожиданностью. А ведь они путешествуют по Дороге намного дольше нас.

Я поискал вокруг признаки помех. Прямых признаков присутствия шума или внимания Хостера не наблюдалось.

Тогда кто? Кто заставил их двигаться?

— С другой стороны то же самое, — предупредила Эстель. — Они нас окружают.

— В тоннеле это не сложно, — скривился я.

В голове промелькнули возможные варианты, как враг смог управлять техноцитом, но так и не понял. Это точно не Хостер. Вязь? Что он делал бы так низко? И можно ли называть зодчего механистом? По идее, это совсем разные направления, но существуют десятки способов взять нужные навыки в обход.

Организовавшись и приняв боевое построение, мы пошли в сторону возможного расположения древесного лифта, указанного гостями. Сами они последовали параллельно нам, навстречу техноциту.

Я без остановки пытался активировать астральный путь. Навык по идее должен был перенести нас через стену Чёрной Дороги, но сейчас он не срабатывал.

— Как он управляет техноцитом, он же не механист? — повторил я свой вопрос вслух.

— А у монстров есть какие-то признаки… необычности? Могли они превратиться в какой-нибудь техноцитовый шум? — предположила Сайна.

Девушка вышла из убежища в числе последних и сейчас на ходу заряжала тамарскую винтовку.

Эстель покачала головой.

— Никаких отличий с тем, что я слышала прежде. Я бы распознала давление мёртвой магии. На счёт магии разума не уверена, — добавила искатель. — Я ещё плохо её слышу.

Я бросил взгляд на Фирала. Тот отрицательно покачал головой.

— У меня нет навыка слышать магию, — пожал он плечами с сожалением.

— Они атакуют! — воскликнула Эстель с тревогой. Затем вздрогнул и второй искатель, а затем послышались звуки боя.

11. Механизмы, что славят лес

Первая волна налетела внезапно. Вернувшийся с вылазки Рейн и вышедшая из убежища девчонка-танк Белой встали в переднем ряду. Перед ними выступили вперёд некродендроиды во главе с Манри. Рвалась в бой ручная тварь пока не вспомнившего себя Иста.

Полыхнуло синее зарево — Мерлин воспользовался возможностью разойтись на полную на хорошо подходящем противнике.

Сила Всадника, усиленная проклятым посохом, концентрировала на себе потоки маны.

Безопасное для хозяина синее пламя выливалось из скола и текло подобно синей магме. Засиял синевой змеиный артефакт, добавлявший магии света эффекты огня, и в рядах врага расцвели синие цветы множества вспышек боевой магии.

Пламя и свет были максимально эффективным, из того что можно придумать против техноцита в домашних условиях. Правда, в замкнутом помещении это работало только благодаря Альренцу и Келю с их магией ветра.

Потоки магического ветра из-за пределов коридора пополняли запасы кислорода и разгоняли чёрную взвесь гари, но запах всё равно стоял сооветствующий.

Однако выбирать способы не приходилось. В местах роения количество этих тварей достигает сотен, а сила каждой не так уж и мала. Так что придётся в любом случае прибегать к крайним мерам.

Достигнув наших первых рядов, техноцит столкнулся с некродендроидами в ближнем бою. Как и всё вокруг, оба вида попытались ассимилировать друг друга и оба обломились. Растение и металл не желали понимать друг дружку, потому по итогу получался нестабильный вурдалак, который не мог определиться, какие приказы выполнять и кого атаковать.

Техноцит был изначально значительно сильней по всем параметрам и единственное на что мы могли надеяться — это лишь немного заде задержать врага, пока он вязнет в растительных силках. Даже погибая, растения стремились хоть немного прорасти и спутать наступающего противника.

Поодаль без остановки подсвечивался красный свет, заставлявший врага тупить. Атакующий техноцит замирал, и в этот миг ближайшие дендроиды пытались его оплести всеми возможными методам. Спутать ноги, застрять внутри механизмов, связать, затормозить, даже не смотря на то что усиленные металлом конечности с некоторым усилием могли разорвать путы, что регулярно и делали.

Впрочем, это тоже было результатом.

У семнадцатых поодаль от нас дела обстояли лучше, но ненамного. Их отряд был меньше, а потому мобильней. При желании, они могли бы прижаться ближе к стене тоннеля и позволить врагу сконцентрироваться на нас, но они обошлись без таких мер, за что уже плюсик в карму, как говорится.

Мы же, увы, мобильностью в бою похвастаться не могли. Напротив, были зависимы от местности и заточены на оборону. К тому же мы были вынуждены прикрывать слабых магов, которые вносили существенный вклад в сдерживание чудовищ.

Вскоре мне пришлось призвать дыру в убежище и вызывать подкрепление.

Растения даже погибая заставляли врага вязнуть в кореньях и ветках, и это было самое полезное, что я придумал на скорую руку. Остановить врага это не могло, но хотя бы немного замедляло и выигрывало секунды времени.

Где-то в отдалении послышался рёв — семнадцатые неотступно прорывались следом за нами, при это упорно отказывались присоединяться к нам.

Затем последовала сконцентрированная атака магов, специально для попытки прорыва за пределы Дороги к месту роения. Попытка отчаянная, но иного пути у нас не было.

Когда мы подступили к месту роения, охрана в две с лишним сотни некротических рыл уже не казалась чем-то запредельным. За нами следовал целый шлейф из растений, задача которых была — замедлять и оплетать. Это позволяло избежать полного окружения. Нас растения пропускали.

Где-то там, наверху, сидел Хостер, внимательно изучая наш бой.

После того, как я побывал в его шкуре, пусть это было и не долго, я не сомневался, что у него просто запредельные способности сенсора. Когда его ещё можно было назвать проходчиком, его профиль наверняка был именно в направлении искателя.

Наблюдать за противником и анализировать издали — как раз его тема. Более того, техноцит напал очень уж вовремя. Как только Хостер понял, что будет нечто, чего ему бы не хотелось видеть.

Вот только остаётся неувязка. Кто и каким образом заставил техноцитовых тварей выйти на Чёрную Дорогу?

Я обернулся. Кажется, я начинаю понимать, почему Дорога стала Чёрной.

Но техноцит, увы, слишком быстро восстанавливался, а о полноценном удержании и утилизации речи в такой спешке и с такими объёмами не шло.

— Девять минут, — прозвучал голос Тии.

Она была одним из последних наших козырей, но этот вид противника был для неё откровенно неудачным. Вернувшись в сознание, девушка сразу же сорвалась с места, а следом за ней и Дина.

Суггестор принялась плести защитные чары, пока шаманка бросилась в рукопашную. Одновременно с этим на поле боя появился и призванный ею Мышь. Мерлин готовил новую атаку и в сторону врага ударили потоки синего света, сменяющегося вспышками пламени.

За ними потянулись чёрные облака первого Всадника.

Вся надежда была на то, что мы сможем прорваться к выходу с Дороги и оттуда уйти вглубь этажа, прочь из смертельной ловушки.

Широкие локации сейчас работали не в нашу пользу. Закрепившись в узком месте, мы сможем обороняться во много раз лучше. Сейчас же мы были вынуждены тратить все силы и козыри.

Только и остаётся что после этого прорыва явиться Хостеру лично и взять нас тёплыми и беззащитными.

Способность Дины с энергией хаоса сработала намного лучше, чем я думал, и часть техноцитовых монстров занялись друг другом. Значит, псионика на них всё же влияет. По крайней мере, в связке с магией хаоса — точно. Но не так, как на людей.

Подчинить тварей ей не удалось — вышло лишь заставить их бросаться друг на друга.

А затем часть стены рядом с нами рассыпалась, и по ту сторону оказалась новая волна подкрепления противника. Отступать было некуда.

Техноцит окружил нас, и ни один трюк нам не мог помочь. Врагов было слишком много. Настолько много, что и у Тии не было даже призрачного шанса выбраться, не то что у нас. Может, у Белой и Хантера, с их девятью жизнями, и это не точно. Хотя Хантеру, полагаю, и наверху неплохо, где они с подругой работают над барером Риллдоу.

Следов гостей нигде не было видно, но в развернувшемся хаосе разглядеть что-либо в принципе было практически нереально. Однако волчий вой слышался с исправной регулярностью, так что как минимум один боец в их группе точно выжил.

Я подстегнул маной совиную мудрость, пытаясь выжать из заклинания его максимум. И взглянул на ситуацию по новому. Через призму всего того, что мы успели узнать о техноците.

Перед глазами мелькнуло видение — влезающий в тело чудовища через удалённый терминал крыс Тахион.

Что конкретно он делал тогда в терминале, позволившем ему оказаться в теле техноцита? С точки зрения механики — что это было? Перенос разума? Или… кто-то просто занял заранее предусмотренное для него пустующее место.

Кому и зачем молится техноцит в месте роения?

Кажется, я знаю, что с ними делать.

— Тия, попробуй на них своё вселение!

Шаманка никогда не задумывалась, выполняя мои приказы. И сейчас она тоже приступила к выполнению со всем старанием.

Волна янтарных светлячков вонзилась в первого монстра, а затем второго и третьего.

Цвет глаз техноцита мгновенно сменился, и вся троица бросилась на своих товарищей. Янтарные светлячки продолжили путь и устремились всё дальше и глубже по Дороге, охватывая новых и новых техноцитовых монстров.

Девушка застыла, расставив три руки в разные стороны. Ярко засияло крыло. Шаманка опустила голову, и от её фигуры во все стороны хлынула новая волна светлячков.

Из носа и уголков губ Тии потянулись струйка светящегося янтаря.

— Она не сможет подчинить всех! — предупредила Белая.

А подчинять и не нужно.

Шрам на шее шаманки засиял, добавляя ей силы Далахан. Подчинённые монстры становились всё более тупыми и неповоротливыми.

— Тия, держи их столько, сколько получится!

Девушка сжала зубы. Было видно, что надолго сил её не хватит. Техноцит под её контролем, так же как был под контролем крыса Тахи, подчинялся всем её командам. Но поддерживать столько существ одновременно она не могла, и каждая секунда давалась ей ценой огромных усилий.

Нужно было отступать. Но путей к отступлению не было…

Всё начинается с малого. В том числе и решение такой проблемы, как техноцит.

Пожалуй, я мог бы повторить всё так же, как в прошлый раз, отвлекая монстров через приманку раффлезиями. Но у этой тактики был существенный минус. Это займет много времени и может обернуться другой катастрофой — никогда не знаешь кто зайдёт на огонёк в ответ на приглашение в Стене.

Разовое решение не могло работать всегда.

Нет, нам нужно сделать то, что раз и навсегда положит конец угрозе техноцита.

И у меня уже были идеи, как приступить к этому замыслу.

Хостер ведь свободно выходит на Чёрную Дорогу. А ведь у меня потенциал к ассимиляции техноцита значительно выше, чем у него.

Вернее, у моей группы.

— Манри, давай, — тихо отдал я приказ через связь растений.

И неповоротливые некродендроиды пошли к захваченным на время Тией монстрам. С одним простым жестом дружелюбия — объятиями. Я же не просто так говорил семнадцатым, что моя цепь исключительно добрая. Хостер бы такую логику точно поддержал.

Техноцит удивил. Монстры стреляли из рук белыми лазерными лучами. Они неплохо прожигали дерево, но от такого количества жирных дендроидов спастись не могли — те просто пёрли напролом, игнорируя урон.

Затем начался процесс окутывания, и вскоре скелеты были надёжно охвачены растительными скафандрами. Существа продолжали пытаться выбраться, но тщетно.

Тия переключила внимание с захваченных растениями на остальных, создавая новое столпотворение. Янтарь уже тёк у неё из глаз, рта и ушей. Начала трескаться кожа. Примерно таким же изменениям только чуть медленнее начала подвергаться Дина. С трудом, но им удавалось сдерживать натиск. В основном за счёт толкучки растерянных под воздействием магии тварей.

Однако времени было немного.

— Откуда же в вас столько энергии, ребята?.. — задумался я вслух. А затем уже громче бросил. — Сайна, готова?

— Всегда готова! — улыбнулась она.

Я сел в медитацию перед пленёнными монстрами. Манри и остальные поддерживали как могли растительные силки, но вечно удерживать захваченных растениями монстров мы не сможем.

Девушка шлёпнулась рядом на холодный серый песок и вынула тамарский планшет, один из трофеев снизу. Пальцы застучали в воздухе по одной ей видимой клавиатуре.

Рядом с ней поднялись, будто змеи, два провода со странными разъёмами, стали полупрозрачными, переходя в призрачную форму и затем прыгнули к первому техноцитовому чудовищу.

Стена даёт нам много возможностей, но иногда бывает полезно вернуться к истокам.

Точно так же мы вместе взламывали природный терминал — каждый брался за свою часть работы. Вместе мы могли сделать то, на что был пока ещё не способен мой терминал, не получив в достаточном количестве фрагментов для анализа.

Я же переключился на охватившее тело монстра растение и начал процесс ассимиляции некротической цепи растениями. Процесс знакомый и понятный, позволявший мне захватить власть над половиной твари.

Вторая же половина:

— Есть! — довольно улыбнулась Сайна Синица. — Я могу читать их логи.

— Давай вслух, чтобы иметь представление.

Петь песнь во славу Короля Механизмов.

Славить Короля Механизмов.

Вспоминать прошлое.

Поделиться королевским даром.

Славить короля механизмов…

В видении крыс оказался в теле техноцита. Это и есть главная суть послания, а вовсе не слова Тахи. Место в фрагменте воспоминаний, когда он вселяется в тело рядового монстра, и управляет им, как аватаром в виртуальной игре.

— Понятно, — резюмировал я.

— Тебе понятно? — удивилась она. — Это же бред!

— Алгоритм описывает мысли нежити, — пояснил я — Судя по всему, они зациклены. «Поделиться даром», кстати, значит на нашем языке «убить всех человеков». И ассимилировать их тела, сделав подобиями себя.

— Понятно. Я могу отменить этот приказ.

— Попробуй.

Техноцитовый монстр затих, прекратив сопротивление. Другие за его спиной усилили натиск, так что времени у нас совсем немного. Тия и Дина как могли пытались сдерживать противнка, но девушка быстро истощалась.

В ближнем бою Тия получала больше маны, чем восстанавливала, благодаря разным модам и хаосу. Здесь же получалось лишь тратить, и запас быстро подходил к концу.

Времени рейд вместе с дендроидами много не выиграет.

— Надолго его не хватит. Здесь внешний сигнал и связь с другими. Изменение программы одного фиксится другими звеньями системы. Они, буквально, как рой.

— Попробуй установить источник. Можешь?

— Да, — отозвалась Сайна. — Откуда-то снизу. Ну, и так понятно, что не сверху.

— Не скажи. Теперь мы знаем, что техноцит не подчиняется Хостеру. Такой шанс был.

— Отрезала от источника. Но другие звенья скоро восстановят связь.

— Ясно…

Я задумался. Включил совиную мудрость и задумался снова.

И где-то спустя минуты две меня осенило.

— Если это рой, то пусть роем и остаётся, — тихо сказал я. — Нужно не обрывать связь, а настроить на частоту Леса.

— Я не растение, Арк, я не могут такое.

— С терминалом же вышло.

— Через магию крови. А здесь общее — некротическая энергия. Я же не некромант, — возмутилась Сайна.

— Откуда они берут энергию? — задумался я.

— В смысле?

— Бесконечная регенерация должна иметь источник. Ладно механическую часть они восстанавливают. Как они чинят кости?

На Стене не бывает чудес. У всего есть причина. И энергия не может браться из ниоткуда. Скорее всего то, что им нельзя изменить программу напрямую связано с тем, что они получают извне энергию. Огромную прорву энергии!

— Некротизм, — сказала Белка. — Всё дело в нём. Они как-то конвертируют духовные эманации смерти в движущую силу механической части.

— Сплав некромантии и механики… Механизм, работающий по законам техники за счёт магии смерти.

— Источник почти бесконечен, потому как замыкается сам на себя, — продолжила девушка. — Умирая, техноцит выделяет энергию смерти, тут же конвертирует её в механическую энергию и восстанавливается.

— А потери? Они должны быть, иначе это получается совсем чит.

— Это и есть чит, — фыркнула Сайна. — Они есть, но меньше, чем тебе это поможет.

— Значит всё, что нам нужно, это сменить им питание, — понял я и обернулся к рейду. — Все, у кого есть магия света или аспект жизни, посылайте в техноцит! Манри, включай их в связь растений.

Свет охватил сперва одного, а затем второго и третьего мертвеца. Когда светящихся врагов стало больше, правило единой сети стало работать уже на нас, и процесс пошёл быстрее.

Позади под треск и изморози, послышались слова активации способностей. На миг обернувшись, я увидел, как Лис применяет свою ульту, замораживая часть монстров, а следом за ним Белая начинает применять одну за другой способности магии воды.

Меня окатило волной холода и осколками льда. К ледяной магии подключился Кель и Эстель, активировавшая свой навык рунической поступи. По почерневшим ногам потянулась россыпь светящихся рун, которые начали медленно перетекать в вниз.

Наконец Сайна крикнула:

— Работает, Арк! Их программа меняется!

Славить Лес.

Славить Лес.

Вспоминать и цвести.

— Только это?

— Нет. Вот, появилось опять про вспоминать. Но агрессии они к нам не проявляют.

На голове у одного из механических покойников распустился белый цветочек. Ну офигеть теперь!

Я осторожно отпустил первого монстра. Теперь пронизанный техногенным барахлом скелет был покрыт обильной растительностью, проходившей через всё его тело.

— Ты меня понимаешь? — спросил я.

Техноцитовый монстр потянулся ко мне рукой, но медленно, без агрессии. Скорее, будто хотел пожать руку, только ладонью вверх.

Красные механические глаза сменились на зелень.

Часть леса, - прозвучало в голове через связь растений.

Я отпустил остальных. Враждебности никто не проявлял. Мертвецы застыли, уставившись в одну точку перед собой. Хотя нет, они осматривались. Просто очень медленно — вращая одними лишь огоньками механических глаз.

— Арк! — послышался хриплый голос Дины.

Я обернулся к девушке. Та смотрела прямо перед собой, а из носа тянулась струйка крови.

— Больше… не удержу…

Затем на лице суггестора возникла туповатая улыбка, и она принялась рукой размазывать кровь по лицу. Сознание Тии покинуло тело. Что-то треснуло в воздухе. Видимо, некий ментальный щит. Следом пошатнулась и Тия, но сумела устоять на ногах.

— Арктур, — отвлек меня Мерлин. — Кажется, ты опять разозлил систему.

На краю Дороги, на самой границе с нормальной локацией, мерцал алым восклицательным знаком невесть откуда взявшийся терминал.

Внимание, корректор! Зафиксирован прорыв нового вида существ.

Создано локальное задание закрытия прорыва.

Тип: техноцитодендроз. Цепи: растительная, некротическая, механическая.

— Ну, это было ожидаемо и уже совсем не страшно, — пожал плечами я.

— И даже не спросишь, что там за награда? — удивилась Сайна.

— Незачем. Мне больше интересно, как она узнала и не смущает ли саму систему то, что она пригнала его в место создания этого самого нового вида.

— Один из парадоксов системы — её магическое мышление, — чуть улыбнулась Белая. — Нарушило правило бедствие, а ты корректор. Почему вы находитесь в одном теле — такая же загадка для системы, как и для тебя твой двойной статус.

— Какая-то ионитовая логика, — хмыкнула Сайна.

За нашими спинами послышался смех. Мы с механисткой переглянулись.

Смех — крайне редкий гость на лице этой мрачной красавицы. Хотя даже за этим смехом мне виделась недосказанность.

— Белая? Тебе уже лучше?

— Да… прошу прощения за неудобства, — она чуть покраснела. — Воздействие магии хаоса искажает душу, разум и… уф… тело.

Девушка чуть покачнулась.

— Если плохо себя чувствуешь, лучше иди обратно в убежище, — предложил я.

— Нет… я уже боеспособна. Я будто слегка пьяна, но я уже себя контролирую. В следующий раз постарайтесь предупреждать яснее, что меня ждёт от ваших ээ… методов.

Полевые испытания техноцит прошёл великолепно. Все прежние функции сохранились. Механизм работы этого существа был удивителен. Жаль, повторить его в принципе невозможно, если ты сам не техноцит с соответствующим мышлением.

Всё было так, как сказала Белая. Техноцит был запитан сам на себя и вечный процесс умирания, который давал некротическую энергию. Грубо говоря, какое-то очень хитрое багоюзерство. Угадывалась рука опытного химеролога, на порядок выше меня.

Но выносливость не значит вечность. Растительная ветвь усилила существо, сделав ещё более живучим. Однако ещё часть силы техноцит получал со стороны. Если точнее, снизу. Причём эта часть была крайне малой, так что речь шла не о подпитке, а скорее о приказах или информации.

Отсюда ещё один вывод. Наверное, где-то ниже пятнадцатого засела древняя тварь, создавшая Чёрную Дорогу. Именно она и есть главная преграда в прохождении ниже.

Теперь она уже не казалась только дорогой. Она была ещё и ограничением, чтобы никто не спускался ниже. Техноцит превышает уровень своего этажа. Раньше, во времена короля Артура, он стал бы для новичков непреодолимой преградой. Как стал для Принца и Белой.

Тот же Принц, при всей его крутости, о которой мне тут столько рассказывали, техноцит не осилил. А если бы нашёл способ обойти, оказался бы на Чёрной Дороге, которая бесполезна если ты не можешь сам выйти через техноцит в другой сектор.

Нужно совершить прорыв через техноцит дважды, чтобы продолжить спуск. И вот, на семнадцатом, в дропе с монстров пушки тамарцев, которые уже позволяют прорваться силой большому рейду. Особенно с другими артами восемнадцатого.

Так что это ещё и своего рода стена, не позволяющая никому приблизиться к владениям этого Короля. И что ещё веселее, прошлый я знал его. Как минимум, его эмиссаров точно знал.

И ещё один вопрос. Каков шанс, что логово этой хреновины именно в двадцать втором секторе? Чисто статистически — мизерный. Меньше процента. На практике же и с моей удачей… хотя нет, у меня нет никаких предпосылок так думать. Это была бы совсем уж эпическая неудача.

Или же дело в том, что техноцит на нас направил кто-то из хозяев крыса.

Что ж, в обоих случаях, проблема решается большой армией.

Вторая группа ассимилированного техноцита оказалась забавной — механические пауки из костей. Совершенно сногсшибательное зрелище из игры в жанре хоррор-выживания. Зрелище, за которым я наблюдал с задних рядов, отправив первых представителей дендроза принудительно вербовать нам сторонников. Так что Сайне оставалось лишь завершить ассимиляцию взломом.

Вскоре моё войско пополнилось ими, а затем и большими трехметровыми голиафами в массивной броне с обилием циркулярных пил. Пока что никаких ограничителей я не видел, а они должны бы быть. Иначе я просто подчиню весь техноцит и буду править миром, хах! Но я же не один такой по-совиному мудрый?

Что помешало другим поступить так же?

Всегда есть причина.

От мыслей меня отвлекло резкое шипение и вспышка, превратившая часть новых жителей леса в белые статуи. А в нашу сторону, рассекая ряды некродендроидов и дендроза, шли проходчики с семнадцатого. И вид у них снова был чем-то сильно недовольный.

12. Гости, которые всегда недовольны

— И как это понимать? — спросил Джек, подходя к нам в составе всей своей группы.

Держались семнадцатые осторожно, ожидая нападения в любой момент. Я же напротив, отправил дендрозу приказ ожидать.

— Чем ты снова так недоволен мой друг? — у меня было слишком хорошее настроение.

— Тебе было мало гнева системы, ты решил ещё и записаться во враги Короля? — с усмешкой спросил Сайлас, чем уже немного прояснил ситуацию.

Кажется, я опять сделал что-то не то из-за недостатка информации.

— Сложно не нарушать правила, о которых не знаешь, — улыбнулся я.

— Незнание правил не освобождает от ответственности, — вернул Джек. — Ладно, в любом случае, это ваше прохождение. Ты ассимилировал техноцит. Поздравляю. Что дальше?

— В город, — помрачнел я.

— Наши договорённости в силе?

— Я не нарушаю своих слов, — пожал я плечами. — Идём, здесь есть лифт.

— Лифт, — повторил он, словно пробуя слово на вкус. — Твою задачу выполнит Юлиан. Мы — сопровождение, которое заботится о его безопасности. Не твоя личная армия. Расклад понятен?

Я кивнул:

— Не вопрос. Только если не секрет, уверен, что одного специалиста хватит?

— Пустота и псионика — вопрос сильного бафа на защиту разума. Это не требует высокого уровня угрозы или особого статуса. Больше вопросов нет?

Лидер семнадцатых был всё таким же колючим и холодным. Но тем не менее, он не может не понимать риски. Очевидно, что в городе перевес сил будет не в их пользу, сколь бы сильна не была их группа.

— Ещё один. О каком короле идёт речь? Это создатель техноцита? Почему проходчиков должно волновать мнение рейдового босса, которого всё равно предстоит убивать?

— Это не один вопрос. Впрочем, ответ на них всё равно один. Уровень сложности.

— Только что ты как минимум заставил на себя обратить раньше срока внимание твари, которой лучше бы вообще не знать о твоём существовании, — пояснил Сайлас. — Но скажи, тебе же это в кайф, да?

— О, это второе тело твоей подруги? — подал голос волк. — Не, жутковатая, да и плоская. Но дело вкуса.

Тия побагровела, но всеми силами сделала вид, что ей плевать. А затем и вовсе покинула тело.

Дальше продвижение шло как по нотам — прорыв, оплетание, спам энергией жизни и света, ассимиляция некротической части растениями и взлом технической со стороны Сайны. И вот техническая часть уже служит зову Леса.

Вспомнились слова Странника. Тот как раз говорил, что ключ к победе над техноцитом лежит в сильном механике. Технически, взломав и на время блокировав их активность, можно было бы просто пройти мимо, пока монстры просто тупили.

Казалось, мы продумали всё, хотя меня до последнего грызла мысль, что есть нечто, чего я не учёл.

Прорвавшись с дороги в нормальные локации, мы устремились к ближайшей лестнице наверх, которую только найдём. Техноцит тоже не отставал. Все монстры с окрестностей стекались в нашу сторону. Но сейчас это были крохи. Вот когда сюда подойдёт волна тварей от следующего места роения…

К тому времени мы должны оказаться как можно дальше.

— Сюда приближается множество целей, Арк, — сообщила Эстель. — Слышу шаги и шум механизмов.

— Техноцит вызвал подмогу, — мрачно сказала Белая и сменила клинок на рельсовую пушку тамарцев.

Роевое сознание пришло на помощь. Ожидаемо пришло — и нам в спину ударили все техноцитовые твари с окрестных локаций. Их встретили заранее подготовленные преграды с ловушками, которые мы развернули у себя за спиной. Там был полный набор всего что было у нас в наличии, что могло бы затормозить продвижение врага.

Ассимилированный техноцит, вернее, техноцитодендроз, сформировал вокруг нас подобие защитных рядов. За ними отстреливались маги. Четвёрка высших некродендроидов руководила процессом. Несмотря на силу трёх цепей, механические мертвецы оставались не особо одарены интеллектом.

— Я не могу призвать Долину, — на всякий случай сообщила Белая. — Откат ещё не прошёл!

Затем нажала на спуск, и из тамарской пушки вылетел бирюзовый луч, оставивший от техноцитовой твари одни ноги. Всё остальное отпало. Девушка дёрнулась от отдачи, сбоку от дула потянулся бирюзовый светящийся пар, и она механическим движением перезарядила винтовку.

— Придержи для Хостера!

— Это нетипично… как так? Что послужило триггером… — говорила сама с собой Белая. — Они не ступают на Чёрную Дорогу! Так никогда не было, Арктур!

— Всегда бывает что-то в первый раз, — скривился я. — Проехали! Уже с неё вышли. Теперь нужно выбираться наверх!

— Они пытаются нас обойти, — сообщила Эстель. Взять в кольцо!

— То есть в покое они нас не оставят? — спросила Белая. Будто с цепи сорвались!

Затем сглотнула и провела языком по пересохшим потрескавшимся губам. Она всё ещё не до конца пришла в себя.

— Как далеко они будут нас преследовать? До самого города? На поверхности? — проявила она совершенно не свойственное ей прежде паникёрство.

— Может, они могут хотеть просто вернуть своих? — предположила Сайна.

— Лес тоже не станет бросать новую рощу, — буркнул я.

— Ой всё, давай без этого пафоса, пока я ещё не позеленела нигде!

Вскоре мы вышли к локации-колодцу, соединяющему пятнадцатый с четырнадцатым. Она была стилизована под нечто вроде покрытой кратерами пустоши, будто на необитаемой планете. Но с воздухом, к счастью, всё было в порядке.

А затем я увидел то, чего больше всего боялся и, вместе с тем, ожидал.

— Не слышу охрану, — послышался голос Эстель.

Она уже так говорила, потому, когда я услышал её слова во второй раз, сразу приготовил майр и приказал:

— Ионитовый свет!

В черноте над головой мелькали едва различимые искажения пространства, которые оказывались порождениями Хостера.

Удар был настолько вовремя, что в его слежке за нами я больше не сомневался.

Шумов было немного, всего трое и я вовремя забил тревогу, чтобы в алом свете они посыпались вниз. Нечего было карабкаться по стенам!

После этого монстры поднялись и вступили в неравный бой с дендрозом, но ничего не смогли сделать с таким количеством.

Однако суть этой атаки была именно в гибели монстров. Вся троица, погибнув, внезапно сдетонировала, разнося вокруг ошмётки частей своего тела, пропитанные мёртвой магией.

Часть попала и на меня, из-за чего я испытал сильнейшее чувство ненависти к себе и желание немедленно покончить с собой. Но очень скоро наваждение пропало, и я увидел недовольную мордашку Альмы.

Затем она развернулась и активировала пламя Асгора на Лиса.

Хорошая попытка.

После того, как и с ними было покончено, наступала короткая пауза. Локация не спешила давать нам лестницу вверх. Если в ближайшие пару минут она не найдётся — попробуем вырастить лестницу сами, а затем я буду тыкать астральным путём в каждую стену на уровне верхнего этажа.

Семнадцатые невозмутимо стояли чуть в стороне. Техноцит нападал и на них, но они не спешили сближаться с нами и справлялись своими силами. Проходчики не хотели в разгар боя и потратив много сил, получить от нас нож в спину. Особенно с учётом дендроза. Это было понятно, но всё равно немного глупо.

А ведь в таком разрезе сама идея охоты на Хостера теряла всякий смысл. Он мог только подставиться и прийти сам. Но придёт ли такое существо во плоти так, чтобы его можно было прикончить? Наверняка же там десяток жизней и прочей сверххрени, которые позволят ему возродиться у меня за спиной, за три локации отсюда и в заднице у страуса в двадцать пятом…

И сам Хостер сейчас не подставлялся. Скорее прощупывал нашу защиту. Или же специально отправил нам пару существ, чтобы сбить с курса. Он ведь знал, что его отряд будет разбит, так зачем отправил своих на верную смерть? Надеялся, что трюк с пустотой прокатит?

Всё таки мышление Хостера мне понятно только до определённых логических пределов. Дальше начинались его беды в башке, вызванные кучей внедрённых модов от непонятно чего. Такое предсказывать было уже сложно.

Покрытая кратерами серая земля локации теперь смотрелась как угроза, откуда в любой момент мог напасть враг. Быстрый анализ показал, что в этой почве даже модифицированный кактус не вырастить.

— Тихо. Они дальше. Утратили след, — тихо сказала Эстель.

— Сомневаюсь, — сказал я. — Если Хостер слышит мысли, он просто не способен его потерять.

— Может, заманить их в локацию и подорвать к чертям? — предложил Мерлин.

— Пусть лучше просто прекратят за нами охоту, — проворчал я.

— Пока таких признаков нет. Они ищут, — возразила искатель. — Но они не знают, где именно. Я слышу, как они распространяются дальше по локациям, но не идут напрямик сюда.

— Сомневаюсь, что они вот так на ровном месте нас потеряли. Особенно с Хостером и численным перевесом, — снова не согласился я. — Скорее, это какая-то новая хитрость.

— Они точно не доберутся слишком высоко. Зачищать всю Стену у них не хватит сил, — облегчённо выдохнула Белая.

— Это в случае, если им не станет помогать один ренегат… — мне ситуация всё ещё казалась странной. Он-то знает где мы, то будто становится на время слеп. Или ему может, информация приходит с задержкой? Это могло бы объяснить странности.

И здесь снова таки становится вопрос. Если Хостер связан с техноцитом, то как? Ведь сам он не может им управлять? Может, заключил союз с этим королём механизмов? Тогда получается, наш Тихоня тот ещё экстраверт с друзьями по всей Стене. Вязь ещё и кто-то из Хищников.

Я раздражённо скривился.

— Слышать мысли? — повторила Белая. — Не слишком ли? С чего ты взял, что у него такой слух?

— Начинается. Говорил уже. Как, по твоему, он нас выследил сейчас? Он ведь послал свою нечисть не просто так. У всего есть причина. И Хостер ничего не делает просто так. К тому же я был у него в башке. Если мой личный опыт для тебя аргумент…

— Прости, я слишком долго в одиночку водила малую группу, — поджала губы Белая.

А затем резко подалась в сторону, выхватывая меч и всаживая появившемуся рядом порождению шума в грудь. Миг спустя там же оказался и десяток семян сторожевых растений. В гости он очень зря зашёл…

Я кивнул, призывая дыру домой в рукав, откуда в рожу очередного порождения шума ударил яркий ионитовый свет.

Стоящая поодаль тварь отпрянула, подняв руки, и в следующий миг в её тело вошло семя растения.

Процесс ассимиляции начался, но в следующий момент, из темноты появились ещё двое монстров, подхватили своего и за миг разорвали на части с бешеной скоростью и свирепостью.

Я чуть ухмыльнулся. По крайней мере, в этом я был абсолютно прав — Хостер был напуган возможностью того, что с ним провернут его же собственный фокус. И из-за этого он совершает ошибки и мыслит не совсем здраво.

Наш гость просто не сталкивался раньше с такими же, как он сам.

— Арк, техноцит сменил тактику, — тревожно сообщила Эстель. — Теперь они пытаются прорубиться напрямик сюда через стены локаций.

— Хостер! Это он как-то подал им сигнал! — теперь уже с полной уверенностью сказал я.

— Он отрезает путь к дереву, — поняла Белая.

— Да, часть техноцита уходит в сторону, перекрывая путь к лестнице наверх, — добавила искатель.

— Значит, идём прямо, — решил я.

— Ты серьёзно? Арктур, он же специально заманивает нас! — возразила Белая.

— Как будто у нас большой выбор, — фыркнул я. — Пока что просто выигрываем время.

Наконец, показался подъём наверх. Слава строителям, можно обойтись без тягомотины со строительством лестницы. Отлично, путь на четырнадцатый был совсем рядом.

Внизу застыл механический лифт за решёткой. Моргнула алая лампочка, приглашая зайти. Дальше был арочный вход в следующую локацию.

Или подъём по лифту, хотя я бы предпочёл просто воспользоваться решёткой, как лестницей и забраться наверх своим ходом. Такое место слишком хорошо подходило для всякого рода ловушек на доверчивого дурака.

Никогда не знаешь, доставит ли тебя лифт по назначению, или на середине туда пустят удушающий газ и начнут тыкать через стены острыми предметами.

Наверху над нами горел свет расположенной где-то на четырнадцатом лампы. Верх утопал в сизой дымке, и сложно было понять, что действительности находится над нами. Ещё были хорошо видны трубы, идущие над головами из стены в стену.

— Эстель, там что-то есть? — я кивнул в сторону труб.

— Жидкость. Немного. По звуку напоминает воду.

— Проверьте второй ход, потом лифт на сюрпризы.

— Враги, — подал голос второй искатель группы.

Чуть поодаль от Фирала сверху упали две чуть подсвеченные кляксы. Я с удивлением узнал в противниках обыкновенных слаймов. Давненько не виделись!

Впрочем, нет. На пятнадцатом не может быть ничего обыкновенного.

Оба зелёных сгустка были заметно больше знакомых. Они мелко задрожали и изрыгнули из себя во все стороны волны едкой слизи. Слаймы оказались куда опасней, чем можно было подумать. Кислота была такой сильной, что прожигала даже магические металлы высокого класса, а плевалась тварь совсем не так, как её сородичи наверху. Так что на свой этаж элементаль тянул.

Эстель стояла у раскрывшейся двери лифта.

— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал я.

— Лезем снаружи? — предложил Рейн.

— Да, — кивнула Белая и посмотрела на меня.

Рейн совместил спектральную форму с крыльями летуна и полетел вверх. За ним отправилась Белая, призвав крылья лекиса. Они вырвались у неё из спины в прорезях брони, отчего она стала ещё больше походить на ангела.

— Вам легко говорить, у вас крылья! — заметила Сайна чуть ноющим голосом.

— Можешь и на лифте, вдруг повезёт, и он нормальный? — ухмыльнулся я.

— Нет уж, спасибо. Верю в лидера и умолкаю. Будем косплеить макак, — девушка картинно закрыла рот руками.

— Техноцит, — тихо произнесла Эстель. — Там.

И указала в сторону второго выхода. Чего-то подобного я и ожидал.

— Обходят нас и снова пытаются взять в кольцо, — задумчиво добавил Фирал.

Наверху нас встретил новый вид монстров, кислотные птицы, принадлежавшие к виду тех же элементалей. По сути, тоже слаймы, только с крыльями. Ещё выше начинался кислотный туман, но в него соваться нам уже было не нужно. Здесь лифт останавливался, и путь шёл дальше вглубь четырнадцатого.

Короткий осмотр показал, что локация представляет собой аномалию неопределённой техногенной культуры. Если точнее — безликое техническое помещение с полуобвалившимися бетонными перекрытиями и горящими в отдалении огнями от некоего светящегося элемента — единственного, что осталось от этой цивилизации.

В центре серого бетонного коридора было что-то, что я бы назвал источником слизи. Некое зелёное нечто, от которого во все стороны тянулась вязкая кислотная субстанция.

Активности живое вещество не проявляло и монстров если плодило, то очень медленно. Потому как на нас никто не кинулся. Но и просто пройти через зелёную жижу само по себе было проблемой.

Отсюда нас ждало три выхода. Однако один оказался дорогой к обрыву, а другой вёл к радиации. Дозиметр на экзоскелете Сайны затрещал, и продолжать путь мы не стали.

Значит, остаётся только один маршрут.

Всё больше напоминает ловушку.

Третья локация на развилке являла собой нечто вроде персонального ада для трипофоба. Вся комната состояла из множества труб от двух до трёх метров, уходивших в другие локации под разными углами.

— Дом труб, — с неприязнью сказала Белая. — Редкая, но унылая локация. По сути, лабиринт. Хотя здесь, похоже, есть главная дорога.

Да, по центру был самый большой путь, труба метров в пять, хотя кроме размеров она не отличалась ничем. Просто бетонная кишка с мрачным антуражем постапокалиптики.

Не знаю, было это частью местного декора или имело некую функцию, но под ногами здесь периодически встречались ошмётки очень старой резины, в которой уже даже первоначальное предназначение уловить было невозможно.

По центральному пути мы и пошли, чтобы лишний раз не разделяться.

Первый переход в другую локацию нашли достаточно быстро, но входить не стали. Там сработал эдельвейс Сайны. Магический анализатор в виде каменного цветка окрасился в чёрный.

— Хищная тьма, — предупредила она.

За вторым найденным выходом отчётливо ощущалось влияние пустоты. Соваться в мёртвую магию, зная что наш гость легко ассимилирует проклятых, превращая в то, что Система называет «шум», было бы полнейшим идиотизмом.

Однако спустя ещё минут десять, мы проверили ещё один путь, отходящий от центрального, и за ним обнаружилась уже куда более приятная локация.

Все вздохнули с облегчением, глядя на зеленеющий лес и уютную полузаброшенную каменную тропинку, спускавшуюся вниз на сверкающую летним солнышком поляну.

А, нет, не каменную.

Я ступил на первую ступень, ведущую вниз за окончание бетонной трубы и услышал в ответ характерный приглушённый стук, совершенно не свойственный камню. Вдохнул воздух полной грудью и поморщился, уловив запах пластика.

Уже активируя связь растений, я знал, что успеха в этом не добьюсь. Растения были искусственными, сделанными из хорошенько переработанной и перегнанной в конечном итоге в жалкое подобие живого леса пластмассы.

Я сделал второй шаг и замер.

Потому что внезапно получил слабый отклик откуда-то вдалеке. Живое растение в локации всё-таки было, и не одно, но где-то дальше.

Ещё один живой музей? — я припомнил мимиков. Неприятные твари, хотя их фрагменты должны быть очень полезными.

— Здесь что-то не так, — первой заметила это Тия, которая даже вынырнула для этого из своего мира. — Голоса локации молчат, но они есть. Они словно дрожат и не долетают до меня.

— Слышала о подобной аномалии? — спросил я у Белой.

— Нет, — девушка сама была удивлена этим фактом. — Я могу не до конца понимать аналогию с голосами локации. Полагаю, это специфическое редкое умение шамана по чтению местности. Но пластиковые локации часто встречаются. Ты же помнишь лес с мимиками?

— Это не мимики, — покачал я головой. — Уже проверил зрением жизни.

— Может, просто музей, охраняемый дроидами и автоматонами, — предположила Белая. — Увидим.

— Будьте настороже, — кивнул я.

13. Дождь, который приносит лишь смерть

Мы вышли из под прикрытия трубы и зашагали вперёд.

— Напоминает застывший пластилин, — сказал Рейн, ступая по неровным декоративным ступеням.

Гости сектора тоже выглядели озадаченными. Наверное, подобные локации встречаются не часто. Как бы в аномалию или парадокс ненароком не угодить.

Я на миг остановился и присел. Коснулся пола. Действительно, гладкий пластик, на котором отпечатались листья и ветви. Сейчас их нет, но отчётливо узнаётся фактура мест, где они лежали.

Ха, а вот и они сами — я поднял взгляд и увидел под пластиковыми кустами такие же листья и ветки.

Не нравится мне всё это.

Тропа выходила к поляне, которую мы уже видели издали. И отсюда до меня доносился один из редких сигналов живого растения. Здесь я сразу попытался сориентироваться и найти его, но для этого мне потребовалось активировать глаза жизни.

Уютная поляна, в центр которой бил яркий луч искусственного солнца, обильно поросла земляникой или похожей красной ягодой. Мерлин из любопытства отхватил кусок ветви с ягодой и шумно вдохнул.

— Какой дивный аромат полимеров! Исключительный образец дерьмовой игрушки… Слушай Арк, давно хотел сказать. Я ведь теперь птица с непонятным статусом. Так может, удовлетворишь моё любопытство?

— Вернём мы тебе человеческий вид, успокойся. И Тие тоже. А что ты хотел?

— Давно меня мучает мысль засунуть в плюсовой терминал всяких разных штук. Вот что, как ты думаешь, будет с пластиковой ягодой, если сунуть её в такой?

— Зависит от терминала, — тихо сказала Белая. — В какой ты хочешь её положить?

— А в разные! — в глазах аллюста загорелись редкие в новой форме огоньки интереса.

— Дождь, — тихо сказала Эстель. — Идёт откуда-то оттуда.

Она указала в неопределённую сторону от поляны.

— Здесь рядом живое растение, — сказал я.

Судя по тому, что земля была бутафорией из пластмассы, на многое я не рассчитывал, но тем не менее, меня ждал сюрприз. Огоньком жизни был дуб в центре поляны. Самое большое дерево в искусственном саду.

— Арк, они рядом, — предупредила Тия.

— Шум, — продолжила за неё Дина.

Белая вскинула тамарскую пушку. Рядом её примеру последовала механическая кукла Сайны. Сама механистка тоже приготовила оружие, но стрелять ни в кого не спешила, не видя конкретного противника. Скорее, пыталась заметить цель.

Её механическая кукла обернулась к хозяйке, высвечивая бежавшего к ней навстречу монстра, и на секунду мы все увидели новое творение Хостера. Великие строители, что же у тебя за ад творится в голове, парень, если ты создаёшь такое?

На этот раз он пошёл путём некрохимерологии. Говоря проще, сшил непонятную тварь, состоящую из срощенного с фиолетовым огнём и молниями скелета-призрака.

Туда, где только что находилась тварь, вошли арбалетный болт, игла и бирюзовый луч света.

Но существо было уже в другом месте, и не одно. Вспышка алого света показала, как исходное месивоиз глаз и костей начало распадаться на отдельных тварей. Будто комок из монстров, заброшенный Хостером к нам на огонёк.

А затем послышался крик Эстель:

— Это не дождь!!

Прозвучал второй выстрел Белой, а следом за ней и Кота, тоже решившего перейти на тамарское оружие.

Я тоже это понял. Но слишком поздно. Монстры появились слишком не вовремя, когда я уже не успевал понять, к чему была обращена боль, страх и мольба оборвать муку.

Теперь же всё свелось воедино.

— Отступаем! В трубы! — крикнул я, внутренне надеясь, что пересбор ещё не поменял эту локацию. — Маги, все у кого массовый огонь — выжгите здесь всё к чертям!

Вспыхнули зарева магического огня. Пластик плавился, как ему и полагалось, наполняя воздух едким чёрным дымом и невыносимой вонью.

Отступать было сложно, с учётом того, что необходимо было постоянно отгонять порождения Хостера алым светом.

— Арк! — воскликнула Альма.

Девушка упала на тропу. Левая нога подозрительно блестела неестественной матовостью. Заражение уже шло дальше.

Мелькнуло противное такое воспоминание о том, как в похожей ситуации оказалась Тия стараниями Дины. Однако энхе оказалась не столь беспомощной, и применила одну из способностей, чтобы остановить заражение, а затем на несгибаемой ноге похромала вперёд.

Её подхватили под руки Рейн и Лис. Кот и Белая синхронно выстрелили во второй раз в подсвеченных Сайной и её куклой чудовищ.

Выход в предыдущую локацию был на месте. Друзья начали запрыгивать внутрь, а я остался рядом, готовясь если что прикрыть отход и задержать врага.

Древесный скульптор и немного магии жизни укрыли нас зонтом, о чём я вскоре сильно пожалел.

Ощущение, какое испытывали растения под странной жидкостью было сложно описуемо. Будто все кости вдруг покрываются солью и каждое движение даётся всё с большим трудом, а чувствительность становится нулевой. Чувство, словно ты замерзаешь заживо, но без прямой боли, вместо неё в большей степени был зуд и дискомфорт. Не похоже ни на какой иной вид смерти.

Я оборвал контакт с растением, которое превратилось в зелёный козырёк над входом в другую локацию.

Последней внутрь влетела, отстреливаясь, Белая. Выстрел снёс существу голову, но не остановил. Остановил его дождь, успевший коснуться шума. Тварь попыталась уйти в сверхзвуковую скорость, но рывок вышел рваным и медленным. Затем существо окончательно замерло, обратившись в пластиковую фигуру скелета в тряпье, тянущего к нам трёхпалую уродливую лапу.

Следом за нами во входе стало разрастаться дерево, которое вскоре полностью скроет вход в жуткое место.

— Говоришь, такого ещё не встречала? Это аномалия или парадокс?

— Не знаю, — переводя дыхание, ответила Белая.

— Главное, что оно не имеет любимчиков, — заметил Кот. — Этим штукам тоже досталось.

В этом вся суть Стены. Решили два корректора помериться силами, а нас обоих здесь поимела простая аномалия четырнадцатого.

Что-то нам в последнее время сильно не везёт. Или кто-то очень хочет, чтобы нам не везло? Если Хостер может действовать удалённо, а то и имеет союзников, что мешает ему играться с нами, подталкивая к худшим для нас локациям?

Пожалуй, зная его возможности, он ещё и гадить в городе при этом может успевать.

— Идём к проклятым? — предположил Рейн.

— Мех! Там же гарантировано будет то же самое, — фыркнул Кот. — Только ещё без аномалии, которая нас прикрыла.

— Главное, успеть сохранить образец, — с ухмылкой поглядывал Мерлин на пробирку с пробкой, в которой плескалось нечто прозрачное и резко воняющее палёной резиной.

— К чёрту пустотников, — высказался Рейн.

— Вот потому в аномалии и не любят ходить, — добавил Мерлин. — Им плевать на твой уровень и экип. Ладно, у меня лимит по времени всё. Даже с учётом продления.

— Пожалуй, есть ещё один способ. Если так подумать, это даже плюс, что мы оказались зажаты у пустотной локации.

Сайна удивлённо посмотрела на меня, а я — в сторону гостей из семнадцатого сектора.

Они как и прежде расположились поодаль. Так, чтобы мы знали, что они рядом, но в бою не могли смотреть за их действиями.

Джек будто ждал моего появления.

— Корректор Арктур, — первым начал меня он.

— С какого момента начинает действовать наш контракт? — спросил я.

Сейчас он начнёт юлить и скажет, что с момента появления в городе. Его сенсор не мог не почувствовать мёртвую магию, если он такой специалист в этой области. А если нет, то решит напомнить, что речь шла о защите от Хостера, на что у меня уже были готовы свои аргументы.

Но весь построенный в голове диалог рухнул от простого.

— Юлиан, прикроешь?

Блондин кивнул.

Вот и всё.

При мыслях о том, что разум будет закрыт от мёртвой магии, товарищи повеселели. Особенно, Рейн. Но ровно до тех пор, пока Эстель не обрадовала:

— Слышу звук сервоприводов и металла, утопающего в пластмассе. Техноцит в локации, откуда мы прибыли. Аномалия не изменяет металл.

Я скрипнул зубами.

Ненавижу спешку!

Позади послышался звук скрипки. Специалист семнадцатых принялся играть на своём, наверняка артефактном, музыкальном инструменте.

Войдя, мы увидели ничем не примечательный ландшафт пустотной локации. Красивый, жуткий, атмосферный, утопающий в чёрно-фиолетовых цветах, со стелющимся неестественным лиловым туманом и медленными, вязкими огнями где-то вдалеке.

Мы приготовились к атаке порождений шума, но вместо этого не увидели никого.

— Странно. Не слышу присутствия пустоты, — сообщила Эстель.

Спрашивать уверена ли она было бы глупо. Локация буквально воняла пустотой. Не нужно быть Белой, чтобы сказать, что это за место и с каким противником.

Но пустоты здесь не было. Как и шума. Или аномалий. Вообще ничего.

И это было самым жутким.

— Они что, просто бросили локацию? — спросила Сайна.

— Не просто, а по приказу Хостера, — ответил я.

— Техноцит, — сообщил Фирал.

— Угу, — коротко добавила Эстель.

— И он с кем-то сражается, — добавил слышащий.

Мы быстро проскочили локацию. Возможно, благодаря защите разума. Её мы никак не ощущали, помимо, собственно музыки. Фирал равнодушно прослушивал окрестности. Я увидел одну из его модификаций, создававшуя на голове вторую пару ушей.

Выглядело это немного жутко. Напоминало фильмы про пришельцев.

— Искажённый расовый мод сиинтри. В оригинале это выглядит изящней, как у инопланетных кошкодевочек, — парень улыбнулся.

Обычно мрачный и молчаливый слышащий Белой вдруг смутился. Хотя, сейчас он и впрямь походил на обитателя кунсткамеры.

— Первая пара ушей слышит всё вокруг, а вторая — выбирает и прослушивает локальную область, — улыбнулась Эстель. — У меня тоже стоит этот мод, но на внутреннем ухе.

— Активирован на постоянной основе? — удивился Фирал. — Сочувствую.

В его голосе действительно было заметное сочувствие. И девушка приняла его с благодарным кивком, в котором было больше эмоций, чем обычно проявляла искатель.

— Не расслабляйтесь. Это может быть ловушкой, — тихо сказала Белая.

Оба бирюзововолосых сенсора вернулись к прослушиванию окрестностей. Правда, Эстель спустя минуту снова уплыла в чужую мелодию, а затем начала неосознанно выстукивать ритм мелодии пальцами по сумке на поясе.

Звуки идущей впереди битвы были слышны уже и мне. Я приготовил майр. Следом за мной, будто единая волна, приготовился к бою и весь Орден.

Последними были стоявшие в авангарде порождения дендроза.

Дверь в следующую локацию распахнулась и по ту сторону оказалось то, что мы хотели увидеть сейчас больше всего.

Враг был представлен группой механизированных скелетов в белой технологичной броне. Твари сражались с некродендроидами, и последние уже держались из последних сил. Дендроиды-жрецы активировали возрождение, но откликнулись немногие — часть уже была ассимилирована.

А за развернувшимся перед нами сражением монстров возвышалось исполинское алое древо.

Прибыли!

Кора была взломана, и с той стороны показались несколько скелетов. Твари как раз занимались активным выкорчёвыванием, а Тумор отбивался из последних сил.

Белая оправдывала свой статус первой проходчицы — ни секунды на раздумья! Словно отточенный механизм, она сразу же ушла порталом за спину врагу — прямо к древу, и ледяным касанием приковала к полу первого монстра…

Сайна метко выпустила очередь болтов в голову второму противнику, после чего ушла в сторону, к стене, и принялась раздавать команды техоцитодендрозу и помогать во взломе противника.

Ассимиляция работала намного лучше, чем попытка уничтожать монстров копьём. И мои новые подопечные отлично умели захватывать своих сородичей. В перспективе техноцит более не представлял для меня проблемы.

Качественно. С количеством же была беда…

Затем в дело вступил Тумор. Внутрь локации устремился поток лиан, охвативших восстанавливающихся монстров и принимаясь перерабатывать по известной схеме. Опутывание и удар копьём. Старик понял, что подоспело подкрепление, и ещё есть смысл бороться за умирающий корень.

Я призвал вход в убежище на ближайшую дверную арку. Оттуда сразу же стали выходить ещё некродендроиды. Вперёд устремились и высшие со своими петами. Хотя против техноцита они больше командовали, чем сражались.

Количество атакующих дерево врагов на такое рассчитано не было.

Бойцы уже отлично знали, как действовать в столкновениях с таким противником. Потому в ход шли в основном умения контроля — спутывание, замедление, заморозка и другие подобные навыки, а затем — ассимиляция и взлом.

Но враги сумели доставить ещё один неприятный сюрприз — едва мы вступили в бой с первыми монстрами, как пошла вторая волна — точно таких же, но со стрелковым оружием.

Шквальный огонь привёл к первым потерям. Альма приступила к работе лекаря, а в ответ на стрелков обрушился удар магов. Сразу две «ледяные звезды» ударили по противнику, примораживая к полу.

Сражение продолжалось недолго. Несмотря на отряд в десять тел, противник не ожидал сопротивления такого количества разумных.

— Арктур, — мрачно сказал Тумор в моей голове через связь растений. — В общем, они везде ниже тринадцатого атакуют дерево. Я ничего не могу поделать.

— Можешь, поднимай нас наверх! — приказал я и пояснил. — Им нужны мы! Всем в убежище! Боевая готовность.

Хотел было ещё предупредить насчёт семнадцатых, но видимо Тумор и так автоматически посчитал их своими, просто по факту принадлежности к проходчикам.

— Техноцит никогда не забирался так высоко, — повторила Белая.

— Впервые техноцит покинул свой пятнадцатый, когда меня сюда сбросил Хостер через лабиринт, — сказал я.

— Но корректор мозголом, а не механист, — продолжила мысль Белая. — Он не взломает механическую часть.

Пробившись через техноцит, я загнал новых солдат своей армии в убежище, как и всех раненых проходчиков. Мы заняли круговую оборону на платформе наспех восстановленного лифта. Альма приготовила арбалет. Сайна сжала в руках болтер. Белая перезарядила тамарскую винтовку.

Летучие и прыгучие техноцитовые чудовища лезли к платформе. Прямо передо мной с птичьим криком болт Альмы разорвал череп скелета и тот полетел вниз. Техноцит это, конечно, не остановит, но сперва придётся ещё восстановиться.

Следом дыру в груди техноцита с реактивным ранцем пробил бирюзовый луч рельсовой пушки тамарцев. Начали отстреливаться и другие. Достал винтовку Кот.

Наши гости сильно по поводу чудовищ не переживали и выглядели невозмутимо. Разве что длинноволосая девочка-танк, чем-то внешне напоминавшая Дину, один раз отвлеклась на прыгнувшего к ней мертвого тигра со стальными костями.

Затем сверху на головы опаздывавшему к нам техноциту полетели гранаты тамарцев. Те самые, что бьют несколько раз. Последовала боевая магия, и все, кто умел летать или прыгать достаточно высоко, отправились вниз.

Приближался тринадцатый этаж.

— Будь готов, Арктур, там тоже враги, — предупредил Тумор.

Вид техноцита был прежним. Техноскелеты в белой броне с разнообразным оружием. Похоже, существа были свежими, собранными из скелетов-рыцарей в церемониальных белых доспехах. Ассимиляция явно прошла наспех — видимо нас пытались уже из последних сил забросать телами механических мертвецов.

Последнее привлекло внимание Белой:

— Откуда у них болтор тамарцев. И это что… автомат? Работа колдеров.

— Ограбили их локации? — предположил я.

— Это понятно, — отмахнулась она. — Важно, что они сообразили как поднять оружие и начали им пользоваться. Это…

— Нетипично для техноцита, — закончил я за неё.

— А если как в послании крыса? Внутри были те, кто ими управляет, — предположила она.

— Возможно, но сейчас это временно не наша забота. Сперва упакуем Хостера, и затем вернёмся к тому, чего больше всего хотим мы оба. Спускаться вниз.

— Хостер здесь очень не к месту, — согласно кивнула девушка. Было видно, что продолжения нашего спуска она ждёт больше всего.

— Или наоборот, часть мозаики, — хмыкнул я. — Знать бы, как он преодолел свой пятнадцатый и почему не пошёл ниже, а ушёл по Чёрной Дороге?

На тринадцатый мы прибыли в самый последний момент, когда техноцит уже заканчивал пилить древо. Тогда бы растительный лифт попросту оборвался бы вниз, и пришлось бы искать обходной путь.

Растение сопротивлялось как могло, и здесь нам встретился другой вид, куда более неприятный.

Теперь ко всему прочему у монстров добавилась троица серпов за спиной, а череп был видоизменён — нижняя челюсть была заменена чем-то вроде распылителя. Тварь плевалась каким-то едким и на редкость зловонным химикатом. Как выяснилось вскоре — ещё и ядовитым.

Прибыв на этаж, мы сразу же оказались в окружении. Существа, как оказалось, гораздо быстрее умели передвигаться в бою на своих манипулятора.

Вырастив рядом с собой арку, я призвал в неё убежище. Локация была слишком широкой, чтобы бросать навык на её край.

Подкрепление оперативно вклинилось в ряды монстров. Но победа нам на этот раз давалась не так легко. Бой затягивался — монстров было очень сложно поймать — они обрубали все тянущиеся к ним ветви и уходили из под магических атак. На ранения или даже гибель техноцит, как и прежде, не реагировал и восстанавливался почти из ничего.

По итогу нам удалось завалить их просто заспамив способностями. Не самая красивая победа с учётом затраченных сил. И вроде бы потерь нет, но Альма выглядела уже сильно уставшей, а ведь наш подъём ещё толком не начался.

А главное…

— Спуск вниз уничтожен, — констатировал я очевидный факт.

Да, лифт на пятнадцатый был полностью уничтожен техноцитом вплоть до тринадцатого. Уничтоженные нами существа как раз тем и занимались, что опрыскивали кислотой и кромсали дерево.

С чего бы вдруг они поумнели настолько именно сейчас?

Белая, осознав это, приняла известие близко к сердцу и позволила себе как следует выматериться. Её вообще стычка с Хостером раздражала, как и всякое дело, не связанное с дальнейшим прохождением, а тем более мешающая ему.

На двенадцатом этаже нас уже не ждал никто.

— Всё тихо, — подтвердила Эстель.

Из коры дерева проступили очертания Тумора.

— На одиннадцатом тоже, — сказал он.

Я вздохнул.

— Тумор, поднимай нас на поверхность. — устало сказал я. — Остальным желающим — в убежище и на боковую.

— Я остаюсь тут, — сразу же заявила Белая, и Сайна веско закивала.

— А кто остаётся, рекомендую поспать в пути.

Затем обернулся к Джеку и его группе, добавив:

— Подъем займёт часа четыре. Это не мгновенный процесс.

Лидер семнадцатых просто пожал плечами, принимая к сведению.

— Лишь бы только не оказалось уже слишком поздно, — мрачно заметила Сайна.

14. Планы, которые известны всем

Отличное начало хорошего дня — сражение с техноцитом и теперь возможность свободно отдохнуть пару часов. Поняв, что угрозы больше не намечается, мои друзья тоже перекусывали и устраивались вздремнуть прямо на платформе. Правда, сидя — места было не так много на такую компанию.

Семнадцатые всё ещё держались в стороне, но и они заметно расслабились. Было очевидно, что нападать никто ни на кого не собирается. Да и наше истощение говорило само за себя.

— Он нас слышит, — начал разговор я.

Затем достал из дыры в убежище, созданной под мантией, чашку кофе и протянул Белой и полез за своей.

— Хостер? — поняла Белая.

Я посмотрел в сторону семнадцатых. Меня прекрасно было слышно на всей платформе.

— Эта тварь как-то умеет меняться телами, принудительно. Или это так работает его ассимиляция. Тогда, на генераторе, он пытался ассимилировать мой тело, но не вышло. Ему не удалось меня полностью подчинить, потому что я немного растение.

— Это я поняла.

— Он ткнулся в растительную цепь, получил ответку и сбежал, потому что к такому его жизнь не готовила. Физически как боец он где-то на уровне от десяти до пятнадцати тысяч.

— Слабак, — не удержался волк.

— Не думаю, Оскар, — покачал головой лидер семнадцатых. — Он ведь не боец и не дамагер, а мозголом. У него не может быть высокой угрозы.

— Некросуггестор, — кивнул я. — Угрозу выдают по тому, сколько условных врагов ты можешь убить за единицу времени. А убивать он как раз не очень любит. Скорее, ассимилировать и промывать мозги. Так, сейчас будет немного друидской бытовой магии, не пугайтесь.

Я сделал глоток чая, после чего древесным скульптором вырастил небольшой столик перед гостями сектора, на котором создал небольшой растительный навес, а под ним создал дыру в убежище. После чего развернул навес, превратив его в лиственную скатерть, на которой был самовар и несколько больших чашек ароматного чая со свежей выпечкой.

— Угощайтесь, еда не отравлена, — улыбнулся я.

Был уверен, что они как обычно откажутся, но Джек подошёл протянул руку к столу и решил первым попробовать. Скорее всего, имел иммунитеты к ядам в генетике или способы скрытого анализа состава.

Или нет. Краем глаза я заметил, как девчонка с каре едва заметно кивнула.

Ну, я в любом случае ещё никого в этом мире не травил, кроме монстров.

— Когда мы столкнулись во второй раз он полез мне в разум чистой псионикой, — продолжил я. — Чтобы не касаться моего тела и обойти возможность ответной ассимиляции. Магии разума-то у меня нет. Это ему удалось, и он пошёл дальше, встраивать мою душу в своё метанекрозное слияние, но не успел. Мои растения добрались до него раньше, пока он осваивал моё тело. А дальше вы знаете.

— Если его сущность в слиянии существ, то сколько же там сейчас душ? — поинтересовался Сайлас.

— Ну, три сектора он зачистил.

— Если бы каждого он делал частью себя, то он должен был быть намного сильнее, — уверенно сказал маг семнадцатых.

— Есть очень большой побочный эффект, — сказал я. — Он практически безумен. Он может тупить в очевидных вещах, но затем строить сложнейшие работающие схемы и создавать сложнейших химер. И у него очень узкое мышление. Он способен концентрироваться нормально максимум на одной цели да и то с трудом.

— Высокий интеллект при низкой осознанности, — понял Сайлас.

— Да, и ещё много психических проблем, — я кивнул. — У него постоянная тревога, частые панические атаки, может ещё что–то. При своём могуществе он бы мог стать намного опасней. Но у меня такое чувство, будто он сам мечтает о своей смерти.

— Что ж он тогда не убьётся? — спросил Оскар.

— Не может, — развёл я руками. — Во-первых, он боится смерти. Вернее, не так. Он боится мучительной смерти и возможной расплаты за грехи, как-то так. Самой смерти он был бы рад. А во-вторых — долг перед всеми, кого он уже поглотил и перед самой Стеной. Отказаться от жизни или от убеждений — всё равно что предать их.

— Достаточно глубокий анализ по двум боевым столкновениям, — заметил Джек.

— Ему не стоило пытаться взломать разум полурастения с эфирным модом.

— Понятно, — на его лице… кажется, он впервые на моей памяти улыбался.

— Как ты намерен победить Хостера? — спросил он. — Можешь не отвечать, это твоё дело. Мне просто любопытно.

— Любопытство — это святое, — ответил я. — Грубой силой. Он уже понял, что ассимилировать растительную цепь ему не удастся, а пытаться отобрать тело — бессмысленно и опасно. Значит, заполним ею как можно больше локаций. Постараемся по возможности наладить создание некродендроидов и возьмём числом. Его монстры шума сильнее. Но источник ассимиляции — сам Хостер. А мою работу есть кому выполнять. Так что распространяется моя цепь в перспективе быстрее.

— То есть будем просто перекрывать ему кислород и затравливать количеством? — задумалась Белая.

— Сомневаюсь, что это реально, — покачал я головой. — Такой сам кого хочешь затравит. Кадавров он плодит достаточно быстро, в отличии от шума. Но вернёмся к тому, с чего начали. В твоём мире у Хостера способности были сильно ограничены, но ведь и половины навыков тоже не было.

Я вздохнул и покончил с чаем. Но ехать наверх нам было ещё далеко. Потому я создал себе кресло и устроившись в нём, призвал из убежища ещё одну чашку. Сегодня был мятный травяной чай от тари с десятого.

— Уже тогда он нас слышал очень издали, — продолжил я. — И успевал реагировать соответственно. Теперь же, побывав у него голове, я это знаю наверняка. Он слышит мысли каждого из нас. Так что обсуждать планы или просто думать о них бессмысленно. Сработает только грубая сила, рандом или глупость.

— Если можно говорить свободно, то тогда поясни, — загорелась Белая.

— Давить количеством — это путь грубой силы. Даже если враг о ней знает, это ему не сильно поможет. Да, он сильней меня, но что он может сделать с ордой дендроидов? Взломать разум и подчинить не может. Пустота чувствительна эмоциям, но у меня под контролем снова-таки — растения и нежить. Поможет только ответ такой же грубой силой. Но вот беда…

Я сделал трагическую паузу, улыбнулся и уделил время второй чашке чая.

Гости с семнадцатого тоже приняли приглашение перекусить. Интересно, у них в секторе такая еда часто доступна? Радость при виде угощения проявляла только девчонка с каре.

— Кадавры и шум по тем же причинам не могут ассимилировать растения. Кадавры сменят хозяина. Шум зачем-то убивается, хотя я могу только превратить их в злые неподвижные деревья, но не взять под контроль.

— А рандом и глупость? — спросила Белая.

— Здесь всё просто. Решения, которые я буду принимать по ходу дела он не сможет предсказать и подготовиться. Это касается обоих пунктов.

— Тебе удалось узнать, какой радиус действия у его навыков? Ограничения? — продолжила допрос Белая.

— Могу только догадываться, что больше, чем он показал в твоей Долине, — я пожал плечами. — Но из соображений безопасности предпочту худшее, что дохрена. А что касается радиуса, то он зачищал сектора, так минимальная дальность его сенсорных навыков исчисляется километрами. Скорее всего, даже десятками километров.

— Если это так, он же должен с ума сойти от постоянного шума, — тихо сказала Эстель.

— Ну, на психа он походит в достаточной мере, — я усмехнулся и припомнил, что лепетал Хостер в бою. Шум, покой… стремление успокоить всё живое. Очень ложится со сверхчувствительностью. Я сам в его шкуре был готов кого угодно убить, лишь бы заткнуть.

Сайна спала на плече Эстель. Искатель пыталась что-то выстукивать пальцами на своём колене, погружённая в размышления. Наше общение с Белой и семнадцатыми её не волновало и не мешало уходить мыслями в свой мир.

Подъём наверх был долгим, так что ещё часа три поспать точно можно.

— Как думаешь, что он предпримет сейчас? — первая проходчица не собиралась оставлять эту тему.

— Белка, что бы ты делала, если бы встретилась с опасным неприятным противником, который может тебе сильно навредить?

— Спряталась в дружественной локации и пополнила личную армию, — поняла Белая.

— Наш приятель очень логичен. Сперва защита, если существует риск гибели. И затем уже бой. Если не будет героя Хостера, кто же тогда спасёт несчастную Стену?

— О чём ты, Арктур?

— Да так. Зацепил его мысли.

— Вот и всё. На этом этапе его ловить будет очень сложно. А если он не захочет быть пойманным, то невозможно. Но как только он окрепнет и успокоится, отправится туда, где можно быстро собрать армию для масштабного прорыва наверх.

— Мы должны немедленно рассказать об этом в городе!

— Никакого прорыва не будет, успокойся. Если мы победим, в этом уже не будет необходимости, а если нет — город уже не спасти. Потому что в разрезе длительного времени он в любом случае может просто обернуть против нас пол сектора. Как бы он не уступал в бою архитопам, в ассимиляции ему нет равных. Он же не боец, а создатель и стратег.

— Чёрная бы его убила, — зачем-то вспомнила первая проходчица. — У неё была даже не стальная, а адамантовая воля.

— Я не знаю предел его сил, но как-то же он зачищал от осознанных существ целые, мать его, сектора Стены. Ты вдумайся, три сотни километров по примерным прикидкам! Пятнадцать этажей! Ассимилированы подчистую!

— Если всё так, как ты говоришь, нас должны были смести сплошной волной монстров.

— Вот, начинаешь думать в правильном направлении.

— И…? К чему ты клонишь? — настаивала Белая.

— Должны быть ограничения. Что-то мешает ему так делать.

Древесный лифт тянул нас вверх… Всё ближе к городу, куда мне хотелось не больше Белой.

Была ещё одна деталь, которая немного не вписывалась в общую картину.

Если Хостер зачистил свой сектор, чтобы получить звание корректора, то как глубоко? Он же не мог пройти Стену в своём секторе — иначе он был бы тварью уровня древнего бога. А на это Тихоня не тянет, при всей его крутости.

В его разуме тоже ничего об этом не было. Почему он не спускался ниже? Там что, нет никого осознаннее семнадцати процентов? Есть, конечно. Но это ещё один вопрос без ответа.

Где-то на уровне пятого этажа рядом появился Тумор, рассказывая о довольно однообразных событиях в жизни лифта.

— Ничего, скоро пойдёт вал проходчиков, которые захотят воспользоваться им, — напомнил я ему. — Бери фрагменты. Пустоту и радиацию, если будет, просто сбрасывай в любые локи и закрывай. Потом будем делать изоляцию и с ней отдавать терминалу.

Эти две силы, а возможно в будущем появятся и другие, с которыми лучше вообще не контактировать, тоже нужно изучать. Возможно, мне удастся вывести навыки подавления их. Лес, управляющий радиацией, это уже следующий уровень, который станет актуален значительно глубже.

На Стене можно сделать то, что было бы невозможно в других местах. В том числе и найти способы управлять опасными фрагментами и силами, не подвергаясь заражению. Примером может служить тот же Мики, сохраняющий разум при использовании магии пустоты.

Наконец, над нами показалось серое небо вершины Стены.

Сверху подул холодный ветерок. Сегодня была на удивление спокойная погода. Тумор убрал часть коры, и мы могли наслаждаться стальным безрадостным небом умирающего мира.

Наплыв дремоты стих. От холода я почти проснулся, когда свет ионитового фонаря рядом с нами дрогнул и померк. Ещё одна мера предосторожности и видимо, не напрасно.

Мы с Сайной и Белой встрепенулись, ожидая худшего.

Техника ионитов отличалась одной чертой: она была невероятно живуча. Несмотря на то, что вся она работала порой очень странным и корявым образом, именно поломки на ровном месте практически не случались. Иначе они бы не смогли существовать так долго в таком виде.

И лампа ионитов не могла просто «перегореть».

С некоторым запозданием подняла голову Альма, но сразу поняла атмосферу и приготовила арбалет.

Замедляющийся лифт встал чуть раньше положенного.

Стены Тумор убрал, и в лицо ударил порыв ледяного ветра с вершины Стены.

Погода была на удивление спокойной. Редкое явление. Не шёл даже снег, был лишь лёгкий ветерок, который ворошившил сугробы и приносил в лицо снежинки ледяных игл.

Город был тих. Я бы не удивился, окажись здесь армия техноцита верхом на кадаврах и с шумом над головой. Но ничего этого не было.

Тумор протянул мостик, соединивший лифт с поверхностью.

— Для работы Юлиану нужно самое высокое место в городе, — сообщил Джек.

— Способность с музыкой, как я понимаю, — кивнул я. — Она работает по радиосвязи?

Блондин кивнул и подал голос:

— Должна, хотя эффект может ослабнуть от качества звука.

— Сайна…

— Да, — девушке говорить приказ было не нужно. Я призвал убежище, и она юркнула внутрь.

— Сейчас вынесут акустику. Получается, будет концерт для всего города.

— А я могу помочь? — с горящими глазами спросила Эстель.

С учётом того, что она вообще редко чего-то хочет…

— Не ко мне вопрос. Мне ты в этой миссии наверное будешь не нужна.

Девушка просияла и бросилась к семнадцатым. Юлиан уже настраивал скрипку и готовился к игре.

Тем временем, из убежища уже выходила механическая кукла Сайны, таща в руках некое устройство неведомой культуры. Следом шла сама механистка с таким же, а за ней — Манри и Наги.

При виде наших растительно-мёртвых друзей семнадцатые опять напряглись. Эстель что-то горячо обсуждала со специалистом гостей. Мне тоже было, чем заняться.

Окунувшись в связь растений, я вместе с Тумором начал выращивать дерево вверх, создавая платформу.

Идти к генератору через весь город и вызывать лишние вопросы мне не хотелось. Лучше бы сразу накрыть всё защитой разума. Независимо от того, насколько Хостер успел здесь нагадить, это будет для него неприятностью.

Не сюрпризом, конечно — ублюдок прекрасно нас слышал и знал о гостях. Но если в городе ещё есть живые, то повлиять на них он уже не сможет.

Что-то было не так, но я не мог понять что. Бросил взгляд на семнадцатых, рядом с которыми сейчас суетились Сайна с Эстель. Никаких признаков того, что они нервничают или переглядываются. Значит, никаких подводных камней пока что не видят.

Оставив их тут, я шагнул по мостику в город. Сколько же раз я уже сюда приходил вот так?

На входе на меня никто не кинулся, что уже радует.

— Тихо, — сообщила Тия. Её душа сейчас пребывала в её мире, потому она действовала удалённо.

Но нужно признать, работало это всё лучше. Сейчас за моей спиной шли Тия с Диной, и обе уже не походили на двух пускающих слюни идиоток. Обычные девушки, и не скажешь, что обе — пустые оболочки.

— Никого, — подтвердил Фирал.

Сперва эта новость порадовала, но когда ответ оставался тем же на подходе к генератору, стало сильно не по себе.

Под ногами стелился сероватый туман, больше напоминавший дым от костров. Дома казались не просто заброшенными, а вымерзшими и покинутыми. К слову об этом, по приближению к центру не становилось теплей.

Если бы Генератор вышел из строя, город бы замёрз. Что может поддерживать температуру на такой стабильно-низкой температуре равномерно по всей площади?

С каждым шагом мне становилось всё больше не по себе. Вдруг мы опоздали? Вдруг город уже в руках врага? Зачем-то же он устроил всё это с попыткой задержать меня.

Что заставило техноцит сдвинуться с места, если это не мог быть Хостер…?

Громада Генератора утопала в белёсых, сероватых облаках. И выглядела она как-то не так, как прежде.

Я стал внимательней вглядываться в окрестности, как в игре с угадыванием отличий. Точно помню, что в этом районе были клетки с растениями. И если бы Хостер ассимилировал город, в худшем случае, они бы погибли. При такой температуре — замёрзли бы.

Но не исчезли вовсе…

— Арктур… — нарушила мрачную тишину Белая. — А это точно наш город?

15. Предложения, с которыми идут к черту

— Стойте. Что-то здесь не так.

— Иллюзия?

— По-сути похоже на то, — неуверенно выдала Белая. — Но по факту я не чувствую. Это не может быть влияние на разум или мёртвая магия. Иначе этот специалист бесполезен.

— Не думаю, что дело в этом, — покачал я головой. — Локацию с пустотниками мы прошли хорошо.

— Да, не встретив ни одного проклятого, — кивнула девушка.

— Именно, — хмыкнул я. — Подумай об этом ещё раз.

— Мой интеллект вообще-то выше твоего. Надо бы узнать, что конкретно делает твоя друидская совиная мудрость.

Я просто пожал плечами. Это могло говорить всё, что угодно.

В голове был уже немаленький список всего, что стоило бы сделать, будь у нас хоть немного свободного времени. В том числе и узнать параметры в терминале и ещё много чего…

— Не чувствую жизни, — произнесла Тия в тишине, с едва слышными завываниями ветра.

— Ассимилировал людей и угнал вниз в армию монстров? — предположил Рейн.

— Нет, Белая права, это точно другой город. Но как такое возможно?

— Кажется, у меня есть предположение, — неожиданно произнёс один из магов.

— Крайн? — обратился я к некроманту.

— Чувствую насыщенную энергию магии тьмы, — сообщил он. — Не совсем мой профиль, но её точно больше, чем должно быть.

— Это Мормора, — подхватил Мордред. — Одно из священных заклятий школы магии смерти. Точнее, какая-то её разновидность.

— Ты что-то знаешь? — я обернулся к идущим в хвосте некроманту и аниматургу.

— Изначально это тёмная иллюзия, завязанная на поддержку за счёт магического сна. Жертва увязает в кошмаре не способна проснуться, а все силы автоматически уходят на поддержание магии. Изнутри выбраться почти невозможно, но снаружи мормору можно взломать.

— У неё есть слабости?

— Активатор Морморы не обладает абсолютной властью, — пояснил бывший аниматург. — У него здесь расширенные возможности, но он не может нарушать установленные при создании правила.

— Ты много об этом знаешь, — заметил я.

— Часть базового образования аниматурга, особенно идущего путём великого Харо Пустынного… к которым имел честь принадлежать ваш покорный слуга, — некродендроид склонился в поклоне.

— Сон? Значит, магия призраков или астрала? — понял я.

— В оригинале да, — кивнул Мордред. — Великий Харо совмещал магию призраков и некромантию. Так называемый тёмный астрал. Но мы имеем дело с изменённой версией.

— Хостер ведь связан с пустотой, — предположил Крайн. — Может, её и использовал?

— Мог, мог, — закивал Мордред. — Отчаянье — младшая из дочерей Смерти. Мёртвая магия, с которой она слилась, тоже должна работать.

— Тогда где эффект от работы семнадцатых? — Белая бросила взгляд назад, в сторону разлома с возвышающимся теперь, не меньше чем Генератор, над городом древом.

— Создаёт устойчивый уровень сна за счёт кошмаров… — повторил я. — Может быть дело в этом? Напрямую использует цепь кошмара? Или какая-то цепь, близкая к ней. Не знаю, как называется гибрид псионики с мёртвой магией?

— Паранойя, — неуверенно сказала Белая. — Не важно, спросишь потом у Серой.

— Я думал, ты знаешь всё.

Девушка чуть вздрогнула.

— Что-то не так?

— Просто фраза показалась смутно знакомой. Не важно.

— На Стене все мы живём не первую жизнь. Мордред, как разрушить иллюзию?

— Это не совсем иллюзия, — ответил он. — Убив тех, кто её питает. Или убив мага, который является её инициатором.

— Маг здесь выступает в роли сервера, а все участники, как батарейки, — добавил Крайн.

— Спасибо, так понятней. А без геноцида никак?

— Получается, он как-то погрузил в сон даже архитопов? — удивился Кот. — Слабо верится.

Я пристально посмотрел на некромантов, но они оба задумчиво молчали. Видимо, прикидывали пределы изменения заклинания.

— Всё очень сильно зависит от типа использованной магии, — начал Мордред. — Но это в любом случае расслоение реальности. По легендам, первый оплот Ордена Тиши в пещерах мира Смерти существовал в двух мирах сразу много веков.

— И насколько эти миры связаны? Они могут существовать независимо друг от друга, или есть влияние? — я начал прикидывать, чего пытался добиться этим Хостер.

А сам некросуггестор наверняка принялся в этот момент жадно слушать мои мысли, мда. Любое планирование становится бесполезным.

До встречи с семнадцатыми я собирался просто спамить растительной нежитью и смотреть, у кого ассимиляция лучше. Но теперь лучше пользоваться новыми возможностями.

Не знаю, как Хостер связан с техноцитом, но очевидно, что напали на нас во время переговоров, только когда чёртов ренегат понял, что его не ждёт от этого союза ничего хорошего.

Вмешательство чужаков ему по душе не пришлось. И неспроста.

— Музыки здесь почти не слышно, — заметил Рейн. — Она хоть работает?

— Хау… — тревожно уронила Альма.

— Всё слышно, — чуть улыбнулся Фирал. — Они сейчас настраивают звук, будет громче.

Я бросил взгляд на разведчика. До дерева отсюда было достаточно далеко.

Город пребывал в полной тишине, нарушаемой лишь завыванием ветра.

— Это точно не наш город, — наконец, сказал Кот.

Ещё бы, в центре нашего города никогда не было странной конструкции из множества гигантских лампочек накаливания, собранных в некую громадную химеру, по которой без остановки бегали молнии.

Аналог генератора даже близко не походил на наш, хотя в своей основе имел некие законы физики, а не магию.

— Альма… — начал я, и девушка сама поняла, что от неё требуется с полуслова.

— Система! Модератор Альма! Статус ассимиляции.

Инфо терминала поблизости не оказалось, потому система его специально пригнала и подняла из каменного пола у нас за спиной. Как и говорил Голубь, работает эффект наблюдателя — магия творится тогда, когда на неё не смотрят.

Ну, или у системы там просто был тайник.

Внимание: процесс ассимиляции локации цепью кошмара [некротизм, мематика].

Текущий уровень: 100%

Внимание: процесс ассимиляции локации цепью шума [мематика, пустота].

Текущий уровень: 100%

Внимание: процесс ассимиляции локации цепью метанекроза [мематика, пустота, некротизм].

Текущий уровень: 100%

Я сам едва не поседел, когда увидел вторую цифру.

А затем понял и выругался.

— Чёртов хитрый ублюдок! Он будто в шахматы с нами играет!

— О чём, ты? — не понял Рейн.

— Это его пространство! — пояснил я.

— Почему нет биологической цепи, но название то же? — задумчиво спросила Белая.

Надо же, а я этой детали даже не заметил. И правда, странно.

— Таким был двадцать пятый сектор, — тихо произнесла Тия. Затем обернулась ко мне и добавила. — Так говорит навык «долины голосов». И здесь у меня нет ограничения на пребывание.

— Это очень хорошая новость. А твой навык может создавать иллюзии?

— Он позволяет считывать сны, — туманно пояснила Тия. — Сила призрачной Изнанки.

— Что будем делать дальше, Арк? В Обсерваторию? — спросила Белая.

— Тия, что по магии?

— Сперва я не заметила, но здесь всё пропитано ею, — произнесла она устами Дины.

Звук за спиной тоже послышался чуточку громче, и вместе с этим появилось чуть больше нормального света. Стало пусть самую малость, но не так зловеще.

Где-то вдалеке закаркали вороны.

Я поднял голову и увидел стаю черных птиц, которые то и дело подёргивались помехами.

Над нормальным городом никогда таких не летало. Скорее, что-то раза в три большее и с лишней парой глаз.

Думай, Арк. Вот тебе совиная мудрость, — подогнал я сам себя.

Он выигрывал время. Подготовился. Он не боевик. Он создал особое измерение. Ему нужно избавиться от меня. Ему нужно ассимилировать сектор. И ему очень не нужно встречаться с архитопами. Зачем и как всё это связано?

По силам в бою он скорее всего может потянуть максимум одного арха. У него много способностей, но я не просто так стараюсь не применять совиную мудрость в бою. Замедление реакции у него куда больше, плюс паранойя. Он сделает всё возможное, чтобы вообще избежать боя. И со мной драться он совсем не горит желанием, а предпочёл бы взломать. Но не вышло.

Я припомнил липкое чувство страха и предательскую дрожь, когда ненадолго в его теле побыл рядом с собой. У него реальная клиническая социофобия, на уровне неконтролируемой реакции тела. Никакие боевые умения не перекроют такое мышление. Максимум, на что он способен в бою — это дальнобой. Но даже этого он бы постарался не допустить.

— Я бы на его месте заманил нас в ловушку, что-то вроде очередного лабиринта. И тянул бы время, влияя на мозг. Ну или натравил бы на нас мелкую живность. Но что-то шум не спешит на убой.

— Ты его специально провоцируешь? — спросила Белая.

— Смысл провоцировать того, кто и так знает все твои мысли? — хмыкнул я.

— Арк, погоди, а где Манри со своей бригадой? — спросил Мерлин.

— И Крайна с Мордредом нет, — сказал Кот.

Пространство подёрнулось помехами. Скрипка где-то на фоне смешалась с шипением белого шума.

Затем что-то заставило меня взглянуть вверх.

Дома неестественно вытянулись вверх, будто попытка изобразить страх в старых мультфильмах. Здания и впрямь давили своей мрачностью, но никакого страха не вызывали.

До тех пор, пока не попытались нас убить.

Первый удар обрушился на нас именно со стороны домов — те вдруг изогнулись, и сверху на нас посыпались обломки камней, каждый из которых легко мог бы разбить голову или вовсе раздавить.

Проходчики начали разбегаться. Под такой массовой атакой стоять было бы самоубийством, в то время, как уйти из зоны поражения было пока ещё очень просто. Отсюда самая простая тактика — рассредоточиться.

Но именно этого наверняка хочет Хостер.

Я призвал убежище.

— Внутрь! Прячьтесь внутрь! — крикнул я.

Ожившие здания пытались вылезти из земли и добраться до нас. Ближайший дом, на который я и активировал навык, Белая заморозила так, что он застыл в странном положении под неестественным изгибом.

Камень не способен так гнуться.

Затем отовсюду полезла нежить.

Похоже, враг всё же решил прибегнуть к грубой силе, раз уж с хитростями второй раз подряд облом.

— Разве я не говорил тебе держаться подальше, плебей? — послышался голос Вязя. — Не предупреждал, что ты связался с силами, недоступными твоему разумению?

Вот теперь он мог действовать в полную силу, не показываясь сам.

— Это контроль пространства, Арктур! — крикнула Белая.

Но я уже и сам всё это понял. Управление зданиями — это главная сила Вязя, уж не знаю, как он это делает…

Хотя нет, знаю!

Тия же сказала, что здания буквально созданы из некротической маны!

Семнадцатые ослабили воздействие на разум, как псионики, так и пустоты. И теперь всё шло совсем не по сценарию Хостера. Но он воспользовался магией тьмы. Той своей частью генетики, что брала начало от нежити и наверняка, пусть и в меньшей степени, от тёмных духов.

Чёрт, от совиной мудрости в бою слишком много лишних мыслей!

Я едва не пропустил летящий в меня громадный камень. Но сумел отскочить вовремя в сторону. Нужно немедленно бежать изо всех сил прочь из города.

Нет, против этого кошмара я ничего не сделаю. Но за пределами города я смогу развернуть армию и начать осаду. Возможно, медленную ассимиляцию зданий…

Постройки по обе стороны от меня вывернулись и изогнулись, нависая будто живые великаны. Сверху посыпался град камней. Где-то за спиной спешили каменные кадавры Вязя.

Из мощёной дорожки потянулось множество маленьких ручек, пытающихся ухватить меня.

Маг в родных владениях — это всегда страшно. Я сам так же смертоносен внутри убежища.

— Уходите! — крикнул я остальным.

Врата убежища развернулись ещё шире.

— А ты? — спросила Белая.

— Хочешь увеличить количество целей для врага?

— Хочу! — отозвалась она, не уловив сарказм в словах.

— Я тоже остаюсь, — произнесла Тия двумя голосами.

Затем последовала волна нечисти — одна другой страхолюднее. Каменные кадавры — то ещё зрелище. Но побеждать в этой бойне никто с самого начала и не собирался. Потому мы просто отступили с боем.

Когда врата в убежище закрылись, мы развернулись и бросились прочь.

Здания по обе стороны дороги вырастали и удлинялись. Изгибались, норовя зацепить торчавшими из них конечностями и частями тел.

Город превращался в какой-то ад, захваченный монстрами. И только надежда на то, что всё это лишь иллюзия, а не сама реальность с живыми людьми, заставлял не падать духом.

Когда кадавры начали пытаться копировать лица кого-то из иных жизней или пытаться испугать своим видом, мы уже не особо заботились всем этим. Наверное, сказывается опыт. Альма, так и вовсе чувствовала себя в тире и смотрела на мир исключительно через прицел арбалета.

— Стой, кажется, он потерял нас, — сказал я Белой.

Грохот за спиной постепенно стихал.

— Возможно, он атаковал издали и ориентировался на большой рейд, — предположил я.

Девушка кивнула.

— Я могу в любой момент превратиться в туман и уйти, — сообщила Белая.

— Делай. Пусть нас будет ещё меньше. Но постарайся понять, где Хостер.

— Как бы не оказалось, что он в реальности ассимилирует город, пока мы в этой ловушке, — мрачно сказала первая проходчица.

Тия, как всегда, поняла меня без слов и разлетелась облаком светлячков. Среди расползавшегося тумана их было почти не видно. Оставалась лишь Дина.

— Я буду идти позади. Способности действуют на расстоянии.

Я кивнул.

Приближалась Обсерватория.

Ну, или то место, которое ей некогда было.

Чёрное капище заметно выделялась в снегу. Выросшие здания казались столь высокими, будто мы забрели в лабиринт, стенами которого стали брошенные пострйки. А вдали всё ярче выделялось яркое пламя перед входом.

В этой версии города перед зданием на уступе тоже была большая площадь. И в зареве от костра на ней я увидел несколько фигур в церемониальных одеяниях.

— Арктур! — произнёс смутно знакомый голос. Я остановился и пробежался взглядом по собравшимся. Радми с подружкой. Девчонка-ересиарх, которая открыла портал Своре. Эслер и другой незнакомый котарианец — невысокий, пухлый и в чёрных очках. Ещё какие-то незнакомые проходчики… о, великие строители, это же Первух!

Так, с этой компанией мне точно не по пути.

Пошутил бы про съезд тайного общества, но было как-то не очень смешно.

— Пути назад больше нет, инициат, — торжественно произнёс Вязь, выходя со спины.

— Встань перед Хищниками, один из нас. Такое предложение делается лишь единожды, — произнёс Радми.

— Это всё как-то неожиданно, — уклончиво сказал я. — Рад познакомиться, но зачем я вам? Мы вроде по разные стороны баррикад.

— Стороны не имеют значения, — пафосно произнёс он. — Важна цель. А цель у нас общая.

— Общая с кем, с Хостером?

— Послушал бы, а не перебивал, — пожурил меня Первух.

Эх, зря он это. Когда этот парень открывает рот, все связанные с ним люди автоматически тоже получают минус в карму. Я в целом терпим к разного рода злодеям, но есть некоторые грани, которые всё же лучше не переступать. А то, как свои тысячи рейтинга получил этот младший архитоп я никогда не забуду.

Если к остальным я никаких личных чувств не питал, то этот тип меня откровенно бесил. Впрочем, как и Вязь, загубивший множество восходящих нейтральных проходчиков из-за страха конкуренции. Если бы он не закусился на быстрый рост новичков Гильдии, его злодеяния и дальше могли бы остаться незамеченными в мрачных буднях Стены.

— Полагаю, это ключевой вопрос, — сказал я. — Хостер желает ассимилировать сектор. Я против. А вы? Без этого вопроса продолжать диалог бессмысленно.

— Он ещё и огрызается в таком положении, — фыркнул Первух.

— Зато я получил свою силу сам, а не принося других в жертву.

— Я демонолог, Арктур! — ответил он. — Как, по-твоему, я должен был ещё развивать этот класс? Победа или смерть, корректор. Хищник или ест дичь или погибает от голода. На стене нет веганов!

— Довольно, — оборвал его Радми. — Я отвечу на твой вопрос, Арктур. Начну издали. В чём по-твоему, главная суть Стены?

— В прохождении? — пожал я плечами.

— В первую очередь в том, чтобы просто выжить! — провозгласил он. — Прохождение было целью много десятков тысяч дней назад. Возможно. Но выживание вне известного участка Стены невозможно. Ты видел множество локаций и знаешь, что Стена сломана.

— Именно поэтому её и нужно пройти, пока ещё не стало слишком поздно.

— Поздно стало уже! — возразил Радми. — Ты задумывался, где мы все находимся.

— Очень часто, — ответил я. — Буду рад узнать вашу версию.

— Не версию, а подтверждённые факты, корректор. Мы окружены с двух сторон непроходимым адским пеклом, перед которым то, что ты видишь на нижних уровнях — просто игрушка.

— А как далеко спускались вы? Самый большой рекорд?

— Ты так ничего и не понял. Сперва выслушай меня, а затем задашь свой вопрос.

Я кивнул.

— Мы не знаем точно, чем Стена была раньше. Возможно она и вправду была игрой, как думают многие. Но чем бы она не была, она давно перестала ею быть. Ты хочешь знать, что будет дальше внизу? Я скажу тебе, создатель цепи. Количество цепей тварей будет расти, пока ты не встретишь существ, равных богам, но даже если ты найдёшь способ их обойти — нижних этажей больше не существует.

— Это как? — насторожился я.

— Что будет, если в разрушенном секторе со множеством цепей появится сверхтварь, которая научится пробивать границы между секторами и выбираться наружу? Думал ли ты, Арктур, о том, что находится за пределами Стены?

— Гиблый ад и туманный рай?

— Общение с Белой портит тебя, — покачал головой Радми. — Нет никакого рая. Есть только здесь и сейчас. Пора прекратить верить в сказки, и взглянуть правде в глаза.

— У вас есть факты?

— Конечно есть, — сказал хищник.

16. Засады, о которых известно заранее

— За тысячи циклов было бесчисленное множество попыток узнать, — продолжил Радми. — Но ни одна не принесла ни единого доказательства о том, что за пределами Стены возможна разумная жизнь.

— Все спускавшиеся вроде бы погибли, да?

— Да. Все, кто переходил через этот край, какими бы приборами и артефактами они бы не пользовались — погибали. Думаю, все способы, которые ты можешь себе представить, уже были опробованы. Мифриловый батискаф, крылья, попытки удалиться от Стены по верхушкам деревьев в гиблой стороне — всех настигали птицы.

— Дроны, коптеры? — предположил я.

— Любой летающий объект уничтожается, — подтвердил Радми. — И не только. Энергетические сущности, призванные существа, сложные наблюдательные артефакты — пробовали всё. Артефакты выходят из строя, все сущности погибают, приборы уничтожаются птицами, энергетические и магические существа подавляются.

Он на миг замолк. Я не прерывал главного злодея во время его классической исповеди. Хотя кто здесь главный злодей — фиг разбери. Наверное, всё-таки Хостер. Но это не точно.

— Более того, за пределами Стены не работают магические прорицания, — продолджил он. — Магические шары покрываются мутью, приборы показывают чёрт пойми что, гадальные карты выдают случайный набор. Как будто мира за пределами Стены просто не существует.

— Хорошо, а что с другой стороны? — спросил я. Об этом я знал в разы меньше

— Всё то же самое, только вместо смерти идёт потеря сигнала, — ответил Радми. — Все, кто спускался, не возвращаются. Как и любые механические устройства, магические существа, духи и химеры. Разница лишь в том, что мы не можем узнать, что именно их уничтожает. Возможно, сами облака на деле — сверхмиазмы, порождённые цепью. Нечто, что способно растворить всё, даже душу.

— Не слишком ли?

— Это только одна из теорий, — пожал плечами Радми. — На самом деле никто не знает. Я пытаюсь тебе показать, что другого места, кроме Стены, не существует. Никто из нас не знает всю логику событий. Но жизнь возможно только такая, какая есть сейчас. Содействуя прохождению Стены, ты увеличиваешь энтропию.

— Почти как слова Хостера. Кстати, вы не против, что он ассимилирует сектор?

— Возможно, его пора обнулить, не находишь? — спросил Радми. — Здесь скопилось слишком много сильных проходчиков, место которых ты мог бы занять сам. Наша цель очень проста. Всеми средствами снижать энтропию. И таким образом, прожить столько, сколько потребуется, чтобы решить проблему.

— Как быстро это происходит? Сколько у нас ещё времени, пока Стена разрушится?

— Пока ещё достаточно много, — улыбнулся тёмный маг. — Но гораздо меньше, чем нам бы хотелось. Три цепи уже минимальная норма на всей Стене. Скоро нормой будет пять. Семь — это грань выживания. Развитие проходчиков невозможно, но ещё можно жить на поверхности. С девятью цепями невозможно выживание в принципе. Никакое. Ни для кого. Ты умрёшь спустя секунду после того, как проснёшься.

— Поэтому Стена должна быть пройдена сейчас.

— С тобой точно что-то не так, раз ты не понял. Или во всём виновато мышление создателя цепи? Не зря души с такими наклонностями раньше подвергали анафеме.

— Тупые монохромные! — сплюнул Вязь.

— Ты уже создал цепь. Но пока она тебе подконтрольна, ты можешь её утилизировать…

— И остаться с голой жопой, простите за прямоту? — грубить я не собирался, но блин. Последнее предположение меня так возмутило, что я сначала сказал, а потом подумал. И это при том, что в виде дендроморфа я был куда менее эмоционален.

— Хорошо, — неожиданно сказал Радми. — Стремление к безопасности понятно. Но ты должен засекретить всё о своём пути прокачки и заняться созданием средства ликвидации цепи в случае твоей гибели. Пойми, наша цель — спасти все души.

— Ценой их жизней?

— Иногда прогресс развития нужно обнулять.

— Попасть в разум Хостера — это куда хуже, чем просто перерождение.

— Души в конце концов вечны. Единственное, что способно их убить — это они сами. Этим и пользуется Отчаянье, или мёртвая магия. Сила, что способна её разрушить. Да и то, для этого требуются годы.

— Рано или поздно погибнет и он. С такой осознанностью его очень легко направлять. Но остановить стихийное бедствие невозможно. Мы возродим сектор чуть позже.

— Вы же в курсе, что он слышит мысли? И ваши планы он тоже слышит.

— Не тех, кого прикрыла система. Я же говорю: стихию нельзя остановить, но её можно направить.

Поэтому они так ненавидят Конрада — понял я. Он буквально вселенское зло по их меркам. В отличии от Своры, чья ненависть имеет в основе обычную зависть и слабость, ненависть Хищников имеет идеологическую основу.

Конрад буквально показывает действующие пути стать топом и архитопом за короткий срок от полного нуба. Проходя при этом Стену! Буквально повышать энтропию и плодить конкуренцию.

Сколько было топов до того, как в двадцать втором появился Конрад? Справились бы они с Хостером или другой напастью?

Регулярные ротации с помощью Ивента помогают сбросить накопленную силу и начать заново. И бонусом, уничтожение излишне прокачавшихся топов. Может, кстати, и Хостер к нам направился вовсе не из-за меня, а из-за кучи сильных архов, для которых он не так уж и силён. Баланс, все дела.

Я уже слышал подобные идеи однажды. Нет, не у Хостера, а у Голубя. Тот помнится тоже говорил о том, что стоит сидеть на попе ровно и ничего не делать. Всеми силами стремился затормозить прохождение.

Хотя, всё это тоже кажется странным. Куда этому бедствию ещё, блин, идти? Здесь всего-то два пути. Шанс пятьдесят на пятьдесят, что он пойдёт в нашу сторону, а не к двадцать шестому.

— Так что, Арктур, с твоими способностями в новом цикле после великой чистки мы сможем создать ещё более идеальную среду для долгой жизни.

— Мир умирает и нам это не изменить, — подытожил я с грустью. — И перед этой угрозой оправданы любые методы, в том числе геноцид. Хах! Знаете, меня никогда и не интересовал побег со Стены. Мне пока сравнить не с чем, кроме пары картинок из прошлого. Я шёл вниз с одной целью — узнать, что находится на дне и почему этот мир таков, каков он есть.

— На дне находится живой гель, сплав из всех цепей, который разрушил стены между секторами и превратился в единую неубиваемую массу, способную убить даже бога. Выхода не существует, как и ответа на твои вопросы. Мир действует по тем законам, которые остались от чего-то большего. Это всё, что мы знаем.

— Знаете или имеете факты, доказывающие, что на дне этот неубиваемый гель?

— Элементарная логика, — снисходительно пожал плечами Радми.

Ну да, как же. Элементарней некуда…

— Я согласен. Где подписаться? — улыбнулся я самой искренней из улыбок, на которые только был способен.

— Он лжет! — проскрежетал один из незнакомцев со щупальцами под низко опущенным капюшоном.

Ну, попытаться стоило. Вдруг удалось бы нагадить им изнутри?

Возможно, я и задумался бы, но точно не при таких обстоятельствах. Когда тебе предлагают превращать других живых существ в овощи, скармливать «стихийным бедствиям» и банально убивать мирное население, на причины как-то уже плевать.

Отчасти потому, что даже если они полностью правы, мне в таком мире делать нечего. Уж лучше расшибиться, попытавшись что-то изменить. Тем более, что все их слова об энтропии, от Голубя, Хостера и этих ребят — шиты белыми нитками.

Не удивлюсь, если им кто-то помогает так думать. Хотя, это уже паранойя, конечно.

— У тебя был выбор, — с сожалением сказал Радми. — Жаль, что решение ты принял неверное.

— Муахахахаха! — послышался двоящийся механический смех.

Я отскочил назад и ушёл перекатом в сторону — просто на всякий случай. Это был самый лучший момент, чтобы десяток крутых магов зарядили мне чем-то убойным промеж глаз.

Но я ошибся. Никто убивать меня не собирался. Ни одного мага в том месте, где они только что были, я не увидел. Все тёмные фигуры, или изначально были фантомами, или они все ушли порталом, испугавшись встретитсья с глазу на глаз корректором-регенатом.

Зато наконец-то встретился со стариной Хостером.

Очень большим Хостером, лезущим с той стороны Стены. Тварь была намного больше своих нормальных размеров. Но тем легче было в неё попасть. Я сориентировался достаточно быстро и бросил тамарскую гранату.

Затем, я сразу же развернулся и бросился бежать изо всех сил прочь от Обсерватории.

Хостер потянулся ко мне, но в этот момент произошел первый взрыв.

Я резко развернулся. Ранить его должно было достаточно сильно, а тип урона у гранаты — свет. То, что нужно!

Взмах рукой и из рукава в голову монстра уставился свет ионитов. Но эффекта это не произвело. Намного лучше сработал второй взрыв гранаты — как раз тогда, когда башка была над ней.

Послышалось шипение на уровне ультразвука…

…а затем:

— У тебя был выбор, — снова сказал Радми. — Жаль, что решение ты принял неверное.

— Му̥̺̹̺а̤̥͍̪хаха͗̿͂ͤх̍̔̉͋аха̻͍͙ͮ̽̓͐ͅ! — вновь разлился безумный смех некросуггестора. — Милый А͇͗р͚͕̲͚̲ͥ̄ͨ͐ͩктур! Ты на͌ͣ͐кͥ̿ͯа̒з̹а͍͇͇н͓͎͖! Но это — для̓͂̽̂̽͐ ͑ͧ̅ͩ̽͑тв͈̻̘̰̳̗о̫̖̟̥̦̼его же блага!

Я приготовил майр и отступил на шаг назад.

— Мы будем пов̪̚т̜͓̝ͪͨ̔о͉͇̪̑̐ͬрять урок, пока ты не пой̺̓мёшь. Не бо̘̚й̗͇̦͔͓̰̭̹̫͇̂͒̊͗̍͛̄̍̇̿ся. Я помо͍гу. Упрямст̗в̹͖̺̞о тоже можно исцели̠т̠̩ͅь̖̠̞̝̩͓.

— Хостер, почему ты так долго? Убей его! — послышался голос некрозодчего Вязя.

Я обернулся. Он был единственным, кто остался здесь из недавних магов. Противник так и остался стоять у меня за спиной, и в какой-то момент он просто выпал из виду.

Значит, это его заклятие?

Где тогда Хостер? Испугался гранаты? Его откат во времени вернул мне и их.

Ответа от ренегата не последовало.

— Погоди, всего один вопрос, — вставил я, пользуясь случаем. — Мне чисто любопытно. Как вы с ним вообще спелись? Ты что, тоже хочешь прикончить всё живое?

На щекастом лице мелькнуло непонимание, но додумать это он уже не успел.

За его спиной собирались из тьмы чёрная фигура в белом шарфе с головой-маской.

— Убить? Убить… — протянул метанекроид. — Да-а, ты прав. Это мудрое решение. Пора нам стать едиными.

— Что? Хостер, я не… ты не должен!!…

— Да… Сво̐ͧ̊̈бо̙͇̟̭дная воля. Не бойся. Я вер̃̃̔н̻̹̹у тело. Наверное. Я стараюсь̉͒̈̈ д̼̫̜̼ержать слово, когда могу. Хос̮̃тер хороший͈ͩ.

После этого замершая белая маска в ореолах чёрного дыма пролетела мимо меня, уменьшаясь и врезаясь в тело некрозодчего.

Глаза его засветились зелёным светом и неестественно изогнулась, а по всему телу проступили светящиеся зелёные вены. А затем он резко поднял руку, и изогнувшийся пол вытянулся десятком каменных рук, которые попытались меня ухватить за ноги.

Я подсветил под собой пол ионитовым светом из под мантии, останавливая их, и отскочил в сторону. Затем быстро поднялся и швырнул перед собой семена, создавая древня.

Долго! Как же долго всё это делается в бою!

Трое древней собрались воедино в растительного голема, усиленного бронёй из листьев церу. Затем я снова остановил выросшие под ногами руки. За спиной послышались тяжёлые шаги чего-то весом за три сотни кило. Я обернулся — големы.

Что-то из камня с явными признаками некротической цепи. Тела были угловатыми, и в то же время рваными — видимо враг просто вырвал их из стены.

Растительный голем развернулся к ним, чтобы сдерживать натиск существ и ассимилировать кадавров.

Бросил взгляд на площадь, где ещё недавно беседовал с главным хищником, но улица уже была пуста.

На лице Вязя расплылась улыбка Хостера. Одержимый некрозодчий активно жестикулировал — видимо его магия была завязана именно на жесты руками. Они были чёткими и резкими, выдавая большой опыт.

Ещё две фигуры нежити вставали из пола, сохраняя полную тишину. Лишь белый шум издевательски медленно нарастал.

В битве призывателей, где оба полагаются на саммон и создание армии, победит тот, у кого больше маны. Сколько маны было у Вязя, а возможно что ещё и совместно с маной Хостера — боюсь даже предположить.

Нет, в эту игру играть мы не будем. Если цель всё так же недостижима, несмотря на все старания, значит ты что-то делаешь не так. Нужно что-то менять. Например, тактику.

Неожиданно для врага я сорвался с места и устремился к некрозодчему в ближний бой. Майр перешел в режим пилы и приготовился к выстрелу семенем.

Не знаю, насколько храбрым был Вязь, но Хостер точно не любил ближний бой по целому ряду причин. Я это хорошо понял побывав в его шкуре.

Способ победить это существо у меня был только один. Тот, которого Хостер больше всего и боялся.

Майр срубил выросшие на пути каменные руки. Те замерли под алым свечением ионитов и не успели среагировать.

Однако перед самым моим носом некрозодчий резко взмыл вверх на выросшем из чёрного пола островке колонны из сплетения костей и тел.

Со всех сторон на меня ринулись новые и новые поднимавшиеся каменные зомби. Моих дендроидов было пока ещё меньше, но они быстро пополняли свои ряды. Двигаться становилось неудобно, в то время как некрозодчий лишь увеличивал свою маневренность. Растущие отовсюду конечности прикрывали его и помогали передвигаться.

Сверху посыпался дождь из мелких некроморфов, от которых я ушёл резким прыжком в сторону, а затем преобразовал древня скульптором, чтобы создать укрытие на подобие купола.

Но и он долго не продержится. Атаки противника были непредсказуемы и сыпались со всех сторон. А я продолжал копаться в голове в поисках спасительной мысли, как продержаться ещё немного, прежде чем подвернётся нужный момент.

Сближаться враг по своей воле не собирался. Но тактика из призыва мелочи очевидно работал ему же во вред. Всё что не содержало в достаточной мере камня, очень легко переходило под власть растений, становясь некродендроидом.

Затем к нам на поле боя прилетел второй сюрприз.

Да ладно… быть так не может! Это ещё что такое?

Призыв убежища сработал незаметно для противника. Показывать все карты и выводить из него войска было слишком рано. Нужно было подойти к нему вплотную и ударить в нужный момент, но выжить под массивной атакой Хостера и Вязя было нереально для меня одного.

Это было моим главным способом уничтожения угрозы для сектора — призвав убежище рядом с ним, я мог бы закончить бой уже на своих условиях. Но…

— Прими ͂̓͑͆ͭн͐̐̃а̝̩͔с͇͎̥͍̪. Слейся с на͖͊м͎͇̺̼̠͎̻̽ͨ̐̏͒̆͒и. Давай нести по͇̎к̝͖͚̀ͬ̐о̖̠̼͆̎ͫй вместе, — пронеслось следом за смехом.

Я даже отвечать не стал. Просто проигнорировал, переключаясь на следующий по списку план.

Враг сконцентрировал свои усилия на мне. Захватив тело Вязя, Хостер продолжал использовать его способности, надеясь подавить саммоном и общей силой.

С блокировкой псионики и подавлением пустоты враг стал вдвое слабей. И использование чужого тела отнюдь не делало его сильнее. Скорее, это была предосторожность. Гибель Вязя никак не отразится на Хостере.

Но даже так он был сильнее меня. Растения сдерживали натиск поделок некрозодчего. Постепенно весь город просыпался. Я начал осознавать масштабы его возможностей — магия зодчего была очень медленной, но если дать ей волю, он мог значительно вырасти в силе.

Однако теперь мы начали постепенно выравниваться. Уровни угрозы у нас были несопоставимы, но у противника был большой изъян. Не будь его, он бы уже давно захватил сектор.

Хостер был слишком безумен. Гений, способный поддерживать дюжину внутренних диалогов и размышлять о множестве вещей одновременно. С огромной дальностью ассимиляции, безумным набором способностей разных цепей и магических стихий. Невероятное чудовище, которое нельзя победить на моём уровне.

Но моим главным помощником в убийстве Хостера каждый раз становится сам Хостер.

В чём прок от множества параллельных сознаний, если подавляющее большинство этих сознаний находятся в состоянии панической атаки, паранои, треволги или с приступом иного ментального расстройства.

Голоса в голове. Я хорошо запомнил это чувство десять раз подумаю, прежде чем поставить себе мод, который приблизит меня к такому расслоению сознания. Голоса заглушали почти всё, не позволяя нормально мыслить.

Да, его сверхразум способен прокручивать десятки мыслей в секунду в несколько потоков. Время буквально растягивается. Но при этом почти всё это время тратится на то, чтобы преодолеть самого себя и свой вышедший из под контроля разум.

Нужно только подобраться к нему для одного каста…

Где-то вдалеке блеснула жёлтая молния. Позади от Хостера-Вяхя с неба в окружении светлячков упала Тия. Набрав комбо способности от хаоса, она уже пребывала в режиме боевой ярости. Вокруг её шеи ярко горела янтарём метка Далахан. Девушка щедро черпала энергию.

Враг резко развернулся к ней, но в этот момент ему в спину ударила Белая. Мелькнули вспышки холожной белизны. Девушка разделилась сразу на три стихийных тела, и каждая из версий орудовала своим собственным легендарным клинком.

Тия же, воспользовавшись тем что первая проходчица перехватила инициативу, активировала призыв Всадников, и за её спиной появились Чума и Голод. Здесь он никого подчинить не мог, как он это сделал в астральном осколке Белой.

Из пола продолжали расти руки. Весь вопрос в том, была ли в них реальная мёртвая плоть, подходящая под определение нежити. По виду — нифига подобного. По логике — должны бы, иначе он был бы не некрозодчим, а каким-нибудь магом земли.

Я начал отступать. Отступать сознательно, чтобы вскоре встретиться со сражающимися монстрами спиной. Леший, как и мой прежний класс друида, был очень слаб без почвы под ногами. Но сейчас почвой для меня могут служить даже кости!

Мы урезали его способности наполовину, и теперь пытались давить. Но здесь было важно не перестараться, чтобы говнюк не ушёл в очередную нору, зализывать раны и возвращаться с новыми силами.

Нет, я должен поставить точку в этом противостоянии здесь и сейчас!

Его ошибкой стало то, что он слишком часто спамил способностями. Продвигаясь дальше, я приказал парочке своих подопечных, занятых противостоянием с лезущими из стен кадаврами, прикрыть меня и отправил к врагу. Те оказались ещё и стреляющими, потому послали парочку костяных шипов, щедро смазаных какой-то зелёной дрянью.

Это дало мне пару секунд пройти дальше. Туда, где ещё шли сражения монстров. Безопасное расстояние, которое определил для себя Хостер, теперь включало и место, покрытое телами.

Клюнет или нет? Он очень умный параноик с одной стороны, с другой, он боится вообще всего и привык к страху. Когда страха вокруг слишком много, перестаёшь воспринимать его адекватно. Это я понял, находясь в его теле — при его уме, он прекрасно знал, что большинство его страхов беспочвенны и привык страху не доверять, забивая его безумием, чтобы заглушить этот страх внутри.

Будто берсерк, доводящий себя перед боем до психоза, чтобы быть бесстрашным. Но у тех же берсерков всегда было одно слабое место — они не видели в этом состоянии своих и чужих, да и вообще едва ли сильно думали.

Есть! Враг шёл ко мне по удлинённым рукам, вырывающимся из пола.

Не тратя больше времени, я активировал способность, и часть наступавших кадавров Вязя, начала быстро менять сторону.

Противник понял манёвр по своему — решил, что я задумал просто поднять побольше монстров и заспамить его ими. Но нет, всё было немного иначе.

От тел моих собственных монстров, уже ассимилированных творений Взязя, потянулись корни по земле, превращая эту часть локации в настоящий лес.

Я сдерживал рост и накапливал энергию, чтобы затем в один момент от пола вверх ударили стволы новых деревьев.

Вязь почувствовал засаду слишком поздно, потому был схвачен ветвями, а затем получил в лицо луч ионитового света из навыка дыры в убежище.

Воспользовавшись его приёмом, я создал подобие ступеней из кореньев и веток. Острие выстрелившего майра вошло копьём в грудь некрозодчего. Начался процесс ассимиляции.

Семена растений внутри приступили к захвату биологической и некротической структуры. Гасты, раса поднятых как нежить эльфов, плюс целая тьма модификаций от биологических существ. Их не могло не быть у обычного проходчика, пусть и с нездоровыми наклонностями к охоте на братьев-проходчиков.

Ещё одна причина, по которой Хостер решил вселиться в Вязя — была дополнительная защита от меня. Потому что в такой момент он мог…

Да, белая маска во всполохах зелёного пламени, вырвалась из спины некрозодчего. Хостер будто призрак быстро пролевитировал в сторону. Я прямо чувствовал его метания между неописуемым страхом перед ассимиляцией, и не меньшим страхом нарушить какие-то свои догматы. В башке у него такая каша, что и целая кафедра психологов с психотерапевтами не поможет.

Вязь овощем не стал, а сориентировался достаточно быстро. Он попытался обрубить связь между нами, перерубив ладонью майр. Одна из способностей видимо давала ему возможность превращения конечности в оружие. Но с легендарным клинком такой фокус не прокатил.

Я усилил натиск, проникая во все системы организма побегами растений, но он проявил смекалку и запустил ещё одну способность. Видимо, какой-то вид очистки организма.

В этот момент сверху обрушилось зелёное пламя.

Такой способности я в его исполнении ещё не видел. Но что-то в нём поменялось.

А затем, случилось то, что заставило меня осознать, насколько сильно я ошибался насчёт него. Всё строилось на том, что Хостер Тихоня контрольщк, а не боевик. Из-за воздействия семнадцатых он не мог делать химер из людей, а порождения шума не выходили вовсе, следовательно оставалась лишь рукопашка, с которой враг вроде как не знаком, будучи чистым магом контроля.

Наконец-то механика начала переходить в нашу сторону. Суммарный уровень угрозы всего убежища со всеми его защитниками против непрофильного в рукопашном бою мага-социофоба, которому заблокировали большую часть магических сил.

Вроде как…

Собранный из множества осколков душ проходчиков метанекроид не может быть в чём-то плох. Он просто может очень не любить что-то делать.

По телу врага прошлись помехи, и вокруг него возникло инфернальное пламя. Пламя, идущее всполохами слишком быстро, как на ускоренной перемотке. Унылая скобка улыбки сменилась прежним довольным оскалом на всю яйцевидную черепушку.

На лице-маске корректора-ренегата расплылась безумная, полная нечеловеческой радости, улыбка.

17. Пределы и то, что дальше

Щупальца из чистого пламени попытались меня ухватить с такой стремительностью, что на них сработала способность покрова каят.

В шести руках вспыхнуло зелёное пламя, которое трансформировалось в оружие — шпага, тесак, катана, меч-бастард, автомат колдеров и волшебная палочка.

Монстр вдруг сам резко сменил тактику и ринулся в ближний бой, чем сильно меня обескуражил.

Зелёный свет из его глаз сменился пламенем ярости. В прямом смысле — огонь вырывался из пустых глазниц, за которыми дрожал от ненависти крошечный светящийся зрачок.

Я отбил первый выпад клинком, затем уклонился от шпаги и катаны, а дальше пропустил под рёбра тесак.

Оставив оружие прямо в ране, Хостер резко поднял руку вверх, ухватил за дуло автомат и вместе с другой рукой, держащей палец на спусковом крючке, выпустил очередь в упор.

Спас дендроморфизм, и, как бы странно это не звучало, ничего жизненно важного враг не задел. Усиленное тело, способное перестраиваться и регенерировать, выдержало. Удалось подстроиться и вовремя создать защиту из листьев церу.

А вот заряды покрова каят автоматная очередь сбила сразу. Каждая пуля была отдельным объектом, что водило пользу артефакта к минимуму.

В ответ я попытался воткнуть в ренегата майр с известными целями. Но ставший неожиданно ловким противник не только легко ушёл от атаки, но и оставил на месте себя сгусток хищной тьмы.

Я едва не влетел в него на полном ходу. Но едва я отпрыгнул, как по полу пробежались пламенные ленты, а лицо ударил раскалённый воздух. Хостер поднял волшебную палочку и обрушил поток огненных заклятий.

Заблокировать и увернуться от всего было невозможно, а покров был на нуле. Следующий пиробласт я едва не поймал лицом, просто не успев отскочить вовремя, когда он окаался у меня за спиной и послал его палочкой.

Усиление рефлексов выручило, однако чтобы уйти с линии атаки смертельного заклинания, мне пришлось прлставиться под огненную стрелу. Более слабую, но всё ещё неприятную магию.

К счастью, в этот момент рядом вновь появилась Белая. Бросив слова активации, она вошла в усиленный боевой режим и врубила усиления на полную. Хостер развернулся и некоторое время фехтовал с ней, пока ему на голову не обрушилась Тия и Всадники.

Мерлин и Мышь перекрыли Хостеру пути с двух сторон и атаковали испепеляющим синим светом и магией порчи. С третьей же стороны из облака мотыльков собралась Тия с тремя камами. Снова короткий обмен ударами, а затем с четвёртой стороны подскочила Белая со всем своим арсеналом разрушительных способностей.

Хостер пошёл помехами, затем в течении секунды я увидел три коротких портала, но к такому ходу меня уже подготовили сражения с шумом. Я знал, что при первой возможности он бросится на меня, а не будет тратить время на других. Потому в короткую для меня паузу, я активировал обновление, подкармливая ближайшие деревья, просто чтобы получить ещё хоть один заряд в мантию.

На такой скорости гарантировано среагирует покров каят.

Мы столкнулись. Пользуясь превосходством в мобильности он атаковал нас по одиночке, не позволяя больше зажать себя в угол. Но я в любом случае был для него приоритетной целью.

Начался короткий обмен ударами. Майр заблокировал выпад катаной, затем я отскочил, когда одна из рук подалась назад для укола шпагой. А затем пропустил болезненный удар полуторником, стоивший мне руки.

Да, я сразу же вырастил новую — дендроморфизм и мана вместе творят чудеса с физической формой. Но мана отнюдь не вечна. И такие фокусы стоят не так дёшево, как просто они выглядят со стороны. Сейчас у меня была ещё чуть меньше половины запаса.

Едва я чуть разорвал дистанцию, Хостер снова взялся за автомат и выпустил очередь. Я отскочил в сторону, но пару пуль поймал и теперь дендроморфизмом убирал лишний металл из тела.

Внезапно ставший профессиональным бойцом, корректор-ренегат принялся жонглировать своим оружием и нарочито медленно приближаться ко мне. Короткими порталами сантиметров на пять, от чего создавалось ощущение шлейфа.

Белая лежала на земле со свёрнутой шеей. В ход пошли «девять жизней». Тия и Мерлдин куда-то пропали, но я увидел сражавшегося с двумя тварями Шума Мыша. Высокий маг в седом парике отбивался от них шпагой, а те были заметно медленнее и напоминали обычную нежить из-за ослабления стихий.

Я выбросил вперёд семена, создавая древня между мной и Хостером.

Враг просто телепортировался сквозь него и выпустил волну огня, которая сбила меня с ног, отшвырнула к стене и заставила выронить меч.

Некросуггестор оказался рядом, и из чистого мрака собралась нога в мощном, обитом сталью ботинке.

— Тебе весело? Весело? Весело⁈ Мне — да. Сопротивляйся! Веселись! Ну же!

— Чёртов поехавший психопат, — сплюнул я и метнул в его сторону набор ножей из дерева.

На каждом из них древесным скульптором я оставил рунический оттиск с сигилом магии крови. Ещё одна отчаянная попытка как-то занести ему растений-паразитов в тело. Но всё это было бессмысленно — ни один из ножей так и не достиг своей цели.

Враг снова собрался для удара, но я выбросил растительную лозу, которая подхватила меня и оттащила от противника.

Мана начинала подходить к концу. К горлу подступал комок крови, а в глазах двоилось. Я снял с пояса зелье маны и принялся жадно пить, не отрывая взгляда от Хостера.

Он вдруг застыл, уставившись в одну точку. Пламя за спиной померкло, а на лице снова был грустный смайлик.

— Ты же ненавидишь меня, да? Презираешь? Но ты же понимаешь, что я делаю это для нас обоих? Для всей Стены. Ты никогда не умрёшь. Ты в любом случае станешь частью меня.

Всё это он проговорил глядя в пол. Безжизненным нечеловеческим голосом.

— Ради нас обоих? А разрешение спросить слабо?

— Но ведь я умней тебя. Ты не способен осознать, что мой путь — единственный. Поверь, я думал об этом. Много думал. Очень много. У меня были бесчисленные часы, которым я давно потерял счёт. Чтобы думать.

— И что надумал?

— Активность должна быть остановл̢е̛͐̅͝҉н̿̉ͭ͋҉̴̴̕͟аͦ̐͟͝҉.͟ ̢̻̠͞͡Л̨̢̺͖̗̻́͟͢ю̴̀͏͕ͅбая. Любой ценой. Любая. Пони̜̿м̙̭̤̝̮̻͖͇̌̇͂̃̆͊͊̚аешь?

— Почему?

— Ресурс Стены огрӑ̭н͎̩̙̭̗͗ͥ̑̋ͤичен. Она не выдержит издевательств. И тогда она рассыпется. Не будет больше ничего. Не будет рая. Даже того, что обещаю я. Но вместе мы продолжим очищение. Я слышу жизнь. Двӑ͕д̯͉͇̳ͤ̀̔̒ц̫͍̫̙̐ͬ͆͆атый, девятнадцатый, семнадцатый, пятнадцатый и земля тишины. Всё будет очень хорошо, Арктур. Я твоя семья и твой лучший друг. Я люблю всех! И я люблю тебя! Я здесь, чтобы помочь!

— Так, тебя опять понесло не в ту степь.

— Прими меня, и узнаешь всё, что известно мне. Стань моим братом. Моей сутью. Моей частью.

— Как Вязь?

— Как Вязь. Почему нет? Он не злой. Он очень обиженный испуганный мальчик. Ему просто не хватает любви.

Хостер в один миг вдруг появился передо мной, внимательно глядя в глаза. Белая рука оказалась прямо над моим лбом. Где-то на расстоянии сантиметров десяти от моего лица.

Дендроморфизм исказил руку, превратив в деревянный кол, напитанный рунами магии крови, и я резко вонзил его в подбородок ренегата.

Но в который раз — не успел.

Тело Хостера пошло помехами, но он не исчез. Одна из рук перехватила мою и сдавила.

Улыбка на лице-маске сменилась рваным разрезом, будто кто-то неаккуратно пытался бы прорезать очертания карикатурного рта.

Глаза Хостера вспыхнули алым. Он сдавил руку и сломал кость. Я скривился, блокировал нервные окончания и вырвал руку с помощью дендроморфизма. Верней, её часть — кисть враг дежал крепко. А затем я выпустил из обрубка побеги, обхватил ими тамарскую гранату, после подбросил врагу и изо всех сил бросился прочь.

Первая волна энергии отшвырнула некросуггестора метров на пять, будто букашку.

Меня волна тоже хорошенько подбросила вперёд и огрела. Но я к этому был готов. К тому же на врага это действовало, очевидно, намного сильнее. В терминологии системы, тамарские гранаты тоже наносили урон светом.

Затем я вжался в пол и продолжил так лежать, зная о подлой особенности тамарских гранат.

Второй бесшумный взрыв — над головой пролетела волна бирюзы, сметая всё на своём пути. Но кажется, на этот раз второй заряд ушёл впустую — Хостер тоже начал привыкать этому оружию и ушёл вовремя.

Я встал и сразу же создал древня, влив в него обновление. Его я собирался использовать как прикрытие. Но основной целью было параллельно закинуть ещё хоть один пункт в покров. Маны было всё меньше.

В то, что я так просто прикончил врага, я не верил.

Затем вернул в свою руку майр и вгляделся во тьму.

По обе стороны улицы продолжался вечный бой всех со всеми. Вязь пытался сбежать, но мои кадавры расценили его как не очень хорошего человека и попытался ассимилировать.

Сейчас он был в гуще схватки с ними, но интереса ко мне уже не проявлял. После тесного общения с Хостером единственное, чего хотел некрозодчий — это свалить, но я сомневался, что ему это удастся. Неподалёку от него уже появилась вернувшаяся в мир живых Белая.

Вовремя я на него посмотрел. Увидев, что некрозодчий так и не стал ходячим растением, Хостер собрался из мрака рядом с ним и снова вошёл в его тело. Тот в последний момент что-то заподозрил и обернулся, но было слишком поздно.

Двое ближайших кадавра Вязя бросились в мою сторону. Видимо, чтобы занять на какое-то время. На лице у него снова был грустный смайл. Похоже, это как-то отображает его беды с башкой и переключение личностей.

Затем зелень вокруг озарилась алым свечением, и улыбка стала рваной. Ага, значит снова пойдёт в ближний бой. Отлично!

В тело противника со всех сторон устремились лозы и корни — всё, что я успел создать за короткое время. Сейчас он ловко уклонялся от каждого, половину обрубая оружием.

Две верхние руки развернули в мою сторону автомат. Они умело сменили обойму и принялись палить по мне. Я отскочил в сторону и перекатился к растительному голему, используя его как укрытие, после чего швырнул ещё одну гранату. На этот раз колдерскую, ничем не отличающуюся от земной.

На некоторое время всё потонуло в грохоте выстрелов и шуме сражавшихся. Вязь с остекленевшими глазами поднял свои реальные руки, и ко мне устремилась волна из когтистых лап.

С крыш домов вниз начали падать твари, напоминавшие каменных горгулий.

— Почему ты не сдаёшься? Разве тебе не надоело? — продолжил диалог Хостер в теле Вязя, как только магазин опустел.

Затем он отбросил оружие, видимо, запасные обоймы закончились. Я регенерировал пропущенное пулевое ранение в плече маной, вытирая с лица потёкшую из носа кровь. Сказывалось перенапряжение и скорое истощение энергии.

— Раз за разом — исход будет только один, — продолжил Хостер. — Так не про̭̪̌̌щ̮̙͂̐е ли сдаться сразу? Зачем ͪ̑те̲͓рпеть боль? Страх? Тот мастер огня. Корректор-ренегат. Его когда-то звали… Имя. Не пом͈̐ню. — Он поднял одну из рук, в которой была зажата катана, поднёс к лицу и прочитал. — Шики Перв͐̎͋ы̩͔̪й. Он теперь живёт во мне. Ему хорошо. Он помогает по своей воле.

— Переписанной тобой!

— Скорректированной мной! Я корректор, Арктур. Я пришёл спасти тебя из любви к тебе и этому миру. Это пойдёт тебе на пользу. Хостер — хороший! Почему нет?

— Рожа у тебя кривая.

— Ну я ведь серьёзно спрашиваю! Я очень стараюсь быть хоро̎ͧ͛ш̠̤͍им, разве ты не видишь? — затараторил он. Но голос Вязя не поспевал за Хостером, потому вышло нечто ещё более жуткое — голоса двоились, говоря одно и то же с разной скоростью. — Тебе понравится мой рай. Ты можешь прожить любую жизнь сколько хочешь. Только подумай, Арктур, вечный сон, вечная грёза, вечный покой. Разве это не прекр̾ͣͦа̠͔̻сно? Вечный счастͣͥ̽л͑ͬи̱͔в̱̠͚ый сон. Стена дарит нам вечность, а ты плюёшь ей в лицо.

— Она сама хочет, чтобы её прошли. Я не успокоюсь, пока не узнаю, что находится на сорок втором этаже.

— Ты никогда этого не узнаешь. Не всё в жизни зави́̉͐с̳͉̼ит от нас. Не всё. Ты не пройдёшь Фильтры.

— Что? — сердце забилось чаще. — Какие фильтры?

— Не важно. Ты узнаешь. Внутри меня. Но это будͯͨ̿͗ет̥̗͔̭ уже не важно. Ты согласен? Я расскажу тебе это в твоих снах.

— Если хочешь, чтобы я согласился — расскажи! Это моё условие — я должен знать!

— Но зачем, если потом ты сам откажешься от своей памяти? Память причиняет бо̺̄л̝̼̱̝̟̆̓ͭͪ̚ь.

— То есть у тебя там ещё и принудительное стирание памяти?

— Для твоего же блага. Ты будешь всё помнить, но у нас единая пам̋̈ͦя̙̩̳ть, единая вина и единая совесͮ̆͆т̜̮̭ь. Растворись во мне и ты больше никогда не будешь чувствовать вины или боли. У нас меня всё общее.

— Что-то ты на счастливого не похож.

— Я несу свой крест со смирением…

— Что дальше? Что находится на дне Стены? Избавь меня от необходимости идти туда самому и мы договоримся, — сказал я и добавил. — Возможно.

— Чёрная дорога. Король механизма. Земля аномалий с мётвыми мечтами. Страж-ошибка. Сверхмиазмы. Левиафаны. Несуществующая земля. Что-то ещё. Не знаю. То, что ты не сможешь пройти. То, в чём из-за таких как ты возникла Ошибка. Такие как ты усиливают энтропию.

Опять он за старую песню…

Есть кое-кто, с кем я сейчас очень бы хотел встретиться. Теперь его слова звучат абсолютно иначе. Тогда они казались туманной игрой фраз, теперь же они виделись мне вполне конкретными. Гуляет себе по Чёрной Дороге, помогая порталами с непонятной магией. И прекрасно знает кто в каком секторе чего достиг.

У меня в голове пронеслись слова Странника «…это ещё даже не левиафаны!»

«Даже»… А тут вон ещё сколько всего до них.

— Я слышал про левиафанов. На каком они этаже?

— Скоро узн̇̿͑̊ае̱̰̩̜шь. Спи, Арктур. Сп͔̓и̲̱̘̥͖̓ͩ. Сейчас всё вокруг успокоится, и…

— Как же ты мне надоел…

Я позволил ему коснуться себя, но уже перестроил дендроморфизмом строение тела, и в его руку сразу же вонзились десятки тоненьких корешков.

Хостер отдёрнулся. На его лице была обида, будто у ребёнка, лишённого заслуженной конфеты. Второй раз пошёл процесс ассимиляции, и второй раз корректор вылетел из тела Вязя.

Вновь обретя контроль над телом и вновь обнаружив себя превращающимся в растение, он взвизгнул, ударил волной некротической энергии, очищая тело от всего живого. И затем резко перешёл в контратаку.

Сражаться с ним я желанием не горел, но пришлось. В глазах зодчего плескалось безумие. Ещё бы — слияние с Хостером никому не пойдёт на пользу. Тут даже самая крепкая психика получит травму.

Следующим действием он отшвырнул меня волной некротизма, после чего припал к полу.

Послышался жуткий, зубодробящий скрежет. Пол начал выгибаться вверх, будто крышка от консервной банки. Я попытался обойти его сбоку, чтобы остановить, что бы он там не делал, но куда там!

Похоже, это была его ульта. Сильнейшая способность. Это подтверждали горящие зеленью тёмной магии вздувшиеся вены на коже и тихий голос, который был слышен несмотря на бойню чудовищ.

— Повелитель мёртвых зданий.

БАМ! БАМ! БАМ! Из пола вырвались куски локации под нами. Кусок Стены будто ожил в попытке меня убить. Часть стены прямо на улице съехала в попытке меня раздавить.

Я развернулся, прикрыл глаза и смело шагнул навстречу едущей ко мне стене. Именно так нужно было поступить, чтобы сработал навык прохождения преграды через астрал.

Эффект наблюдателя, как говорил Голубь.

На лице Вязя я прочитал ярость. Титаническая тварь, соединившая нас с первым этажом, пыталась меня достать постоянно меняющимися конечностями. Одного этого говнюка хватало с лихвой для того, чтобы бой был тяжёлым.

Как затащить ещё и против Хостера, который был намного сильней — ума не приложу. Вся надежда только на большое количество урона…

И не позволить сбежать, возрождаясь где-то в Стене.

Побеждать нужно было здесь, сейчас и наверняка.

Нужно только оказаться рядом!

Снова пришлось уворачиваться от здания. Затем несколько семян, подброшенных в конструкцию, начали попытку ассимиляции. Провальную, впрочем.

Я попробовал повторить трюк с шагом через астрал, чтобы оказаться рядом с Вязем, но на этот раз способность отказалась работать. Ничего не произошло, и шаг с закрытыми глазами остался просто шагом.

Затем мне едва не прилетело обломком стены, от которого я ушёл перекатом, а в сторону Вязя отправилась тамарская граната. Но я сам на этот раз не стал прятаться, а побежал вслед за ней.

Вспышка бирюзового света отбросила некрозодчего и, похоже, едва не прикончила, но меж тем его тело уже восстанавливалось, втягивая в себя куски локации.

Я же в последний момент прыгнул вперёд. Ударная волна распозналась покровом, как урон, и артефакт его поглотил, я же подлетел к проходчику и на лету вонзил майр.

Что делать дальше оружие знало.

Что будет делать дальше Хостер — знал я.

Потому ни на секунду не отступил от тела погибающего противника и, когда рядом появился враг — был готов.

Где-то на фоне второй раз вспыхнула граната, находя несколько кадавров. Их становилось всё больше — буквально все постройки выгибались и медленно собирались в подобие големов. Ассимиляция таких существ шла медленно, но шла. Неожиданное применение нашёл недавний навык взаимодействия с силикатами из тамарского терминала.

Яркий свет алых ламп из рукава мантии через дыру в убежище заставил его выйти из способности по перемещению. Но Хостер не отступил, а переключился в другой режим.

На лице-маске расплылась улыбка, а на меня обрушилась яростная атака множеством видов холодного оружия. Однако стоило ему чуть оттеснить меня от Вязя, как он резко атаковал своего бывшего союзника.

Вернее, нет. Не атаковал, а подцепил с его шеи какой-то амулет и, ловко подбросив катаной, попытался надеть себе на шею.

Попытался — потому как над его головой мелькнула лиана, забирая артефакт себе.

Что бы это ни было, если оно ему нужно, то он его не получит.

Я атаковал Хостера всеми силами, заранее зная что ближний бой с этой его версией я не вытяну. Да и вообще — это был предел моих сил. Запасы маны окончательно подошли к концу, и даже то, что я вывел из строя одного из противников — ничего не меняло.

Сеть помех, и меня кольнуло чувство дежавю.

Да сколько уже можно спамить способностями!

Враг откатил время и теперь над головой мелькнуло горящее огнём лезвие катаны.

Хостер растянулся в довольной улыбке.

— Этот бой буд͆̀̾́ет͕̳͚͍ вечным! Я понял! Ты хочешь кружить со мной в этом танце всегд͂̏͐а̗̖̗! — прошелестел он механическим голосом и разразился хохотом запредельного монстра.

Едва неизвестный артефакт оказался у него в руке, как я уже был рядом.

Шаг сквозь лес снова работал, и похоже, теперь у меня появился свой собственный короткий портал. Не думал, что этот навык можно так эффективно применять в бою.

Майр вошёл во мрак, заменявший тело противнику, и резко изменил форму с клинка, на неопределённый сгусток тонких лезвий. В этом артефакте уже хренова туча с улучшениями на типы урона. Что-то должно сработать!

Хостер дёрнулся и отпрянул. Часть черноты, из которой состояло его тело, потянулась в сторону чёрным дымом.

Лицо-маска стало задумчивым.

Руки выставили перед ним защиту из острых лезвий.

Из спины Хостера выстрелил чёрный жгут, вошедший в тело Вязя. Глаза некрозодчего начали наливаться некротической зеленью.

Я припомнил, как мыслит Хостер. Десятки мысленных потоков, в которых он успевает продумать все мелочи. Это буквально ходячий компьютер, который бы легко зачистил наш сектор, если бы не беды в башке.

Именно психологические проблемы Хостера были единственным ключом к победе над ним. Есди отвлечь его гиперчувствительное внимание, можно провернуть очень многое у него за спиной.

— Хотя нет. Боже мой! Не получится! — снова залепетал Хостер. — Мы не сможем сражаться вечно. Ведь ты можешь устать, а я нет! Муа-ахахаха!

— Ахаха! Да, забавно вышло, — вторил я его смеху, чем мигом сменил его довольную физиономию на страх.

Что есть какой-то подвох он понял, но в чём именно он проявляется — нет. Импровизация и усиленные отвлекающие мысли том, как я буду пытаться снова его ассимилировать через удар майром сделали своё дело. Готовился он совсем к другому.

— Добро пожаловать в мой дом, — произнёс я. — И спасибо за урок. Ты очень хороший учитель, Хостер.

Вспышка энергии жизни ударила в созданные моими некродендроидами и древесным скульптором столбы и деревья, окружавшие сейчас поле боя.

Всё это время мои подопечные не просто хаотично бегали по полю боя, сражаясь с поделками Вязя. Они готовили почву, чтобы в последний момент весь этот участок Стены превратился в цельную закрытую локацию с точки зрения эффекта наблюдателя.

Иными словами, закрытое пространство, которому не хватает до смертельной ловушки от лешего — лишь финальный штрих.

Лесное убежище возникло прямым призывом. Свойство единства на всех пластах реальности связало нас с Хостером одним миром, из которого ему было уже не выбраться.

И здесь его уже ждали.

Всё помещение осветил яркий, ослепительный ионитовый свет. А на самом некросуггестере скрестились прицелы Альмы, Сайны, Кота, магов Ордена, а вместе с ними — и полный набор турелей и боевых растений.

Лишённый возможности воздействовать способностями, он заметался под выстрелами. Все в убежище, кто имел способ атаковать дистанционно, сосредоточили огонь на страшном противнике. Замелькали лучи рельсовых пушек, болты, иглы, копья древних автобаллист. Я вывел буквально всё, и даже так прошла минута, прежде чем тварь вспыхнула зелёным пламенем и начала издыхать, распадаясь на куски черноты.

Уйти из убежища он не мог. Яркий свет ионитовых ламп блокировал навыки перемещения. В другой мир ему тоже было не уйти из-за свойств единства убежища во всех измерениях. Оставалось лишь надеяться на личную выносливость и набор модов с возрождением. Но какой от них прок, если в любой точке тебя поливает всеми видами урона?

Шах и мат.

— Простите… я всех… подвёл… — послышался шелест последних слов некросуггестора Хостера, корректора-ренегата с двадцать пятого сектора.

А затем он вдруг взорвался чёрной вспышкой, сбив всех с ног.

— Покойся с миром, бедняга. Ты достаточно настрадался, — сказал я. — Хотя всё равно ты был редкостным мудозвоном. Пусть может, и не по своей вине.

18. Итоги, которые мы заслужили

От тела метанекроида оторвался сгусток серебристой дымки, которая начала собираться в зависший над его телом фрагмент. Белый костяной шар с неровной чёрной дырой по центру, из которой выходил едва заметный дым, и горела крохотная зелёная точка.

Ещё один, наверняка, очень крутой лут, который нам придётся отдать. Очень надеюсь, что два обещанных фрагмента будут того стоить. И вот куда делись все терминалы ионитов, когда они так нужны? По идее надо прочёсывать верхние локации, но… лень.

— Это конец? Точно? — уточнила Сайна, опасаясь подходить к кучке пепла и зависшему в воздухе луту.

Убежище необходимо было отозвать из реальности, за что с меня спишется мана. Довольно прилично маны, которой у меня нет. Убить вроде бы меня это сейчас не должно, всё же я подготовился, создал каркас и всё такое. Благодаря подготовке и созданному растительнмоу куполу, цена за призыв была не запредельной. Но вот вырубить — очень даже вероятно.

Решение этой проблемы было банальным: как следует напиться зелий, закусить манакристаллами и так далее. Впрочем, это тоже имело свои побочные свойства, потому вскоре часть энергии мне передала Тия через поцелуй. Столько, чтобы мне не сорвало крышу от отката.

Но больше я сегодня, пожалуй, не боец. Чудо, что на ногах держусь вообще.

Скоро мы вернёмся к выходу. Не люблю быть должником, и нужно закончить дело с фрагментом. Без помощи семнадцатых нам бы не удалось заблокировать псионику и отчасти пустоту. По поводу мёртвой магии ещё вопрос к Нэссе, что им там удалось.

Мир тоже начал трещать по швам, открывая нам вид на реальность. Заклинание рассыпалось, перенося нас в реальный город. Контраст был забавным. Возле терминала сейчас было много проходчиков и кипела своя жизнь.

Город под иллюзорным покровом врага, держал круговую оборону. Сейчас они не обращают на нас внимания — это часть магии. Но стоит кому-то повернуть голову, и он с удивлением нас обнаружит.

— Если есть фрагмент, то по идее да, победа, — сказал Кот.

— Да, — подошла и Белая. — Единство убежища не должно было позволить ему уйти в другую реальность. Но для верности я бы призвала терминал и узнала статус задания с корректором. Существует очень много вариантов бессмертия.

— А кроме фрагмента лута что, не положено?

— Ты хотела его белый шарф, да? — я усмехнулся. — Маска вроде бы часть тела, так что больше с него падать и нечему.

— Шарф кстати остался, — заметил Мерлин, брезгливо пиная сапогом грязную потемневшую тряпку с кучей дыр и торчащих ниток. — Кто хочет легендарный артефакт?

Белая с сомнением посмотрела на тряпку и покачала головой.

— Думаю, он носил его не из-за свойств, — неуверенно сказала она.

— Кстати, за его голову ведь полагается награда! — загорелись глаза Сайны.

И на этот раз никто её не останавливал. Награда от системы нам действительно полагалась.

— Выше легендарного уровня всё равно ничего не получить, — равнодушно пожала плечами Белая. Её мнение относительно награды было довольно скептическим.

— Кстати, у тебя ведь целая коллекция легендарок, — заметил я.

— Не все полезны. Как повезёт. Баланс Стены сломан. У неё просто нет более сильных наград. Рано или поздно в артефактах такого уровня будет ходить весь Орден. Это предполагал ещё Змей, и пока это сбывается.

— Альма, призови терминал.

— Модератор Альма. Запрашиваю статус квеста с ренегатом.

Со скрипом терминал выехал откуда-то неподалёку из каменного пола, и остановился неподалёку от энхе.

Это вызвало внимание нескольких проходчиков у генератора, наконец-то заметивших наше появление. Но нам пока было не до них.

Задача выполнена.

Благодарим за ваш вклад в дело проходчиков, корректор!

Начислена награда, соответствующая вкладу участников ликвидации угрозы. Легендарный артефакт каждому участнику фракции Орден Смотрителей. Повышенная награда для отличившихся. Особая награда для лидера рейда.

Сформировать путь до наградной локации?

...

Тишина. Все застыли, читая сообщение системы.

А затем будто плотину прорвало. Случилось то, что ожидалось с самого начала, но шок от всего произошедшего был ещё слишком большим.

— Арк… мы что же… опять победили? — неверяще спросила Сайна. — Победили это чудовище? Серьёзно? Арк! Мы… мы победили, Арк. Арктур!!

Она бросилась мне на шею, едва не сбив с ног.

Вот теперь мы окончательно выдохнули, с уверенностью что самое страшное уже позади. По крайней мере, на этот раз.

Следом в объятиях оказалась и Тия, а затем и все остальные, включая Белую. Все обнимались, поздравляли друг друга и радовались победе над сильным противником.

Сегодняшняя победа была самой тяжёлой — всё висело на волоске от краха едва ли не в каждый момент времени. Но в то же время, это стало и моей самой «чистой» победой.

Оба противника были устранены. Никто не ушёл никакими порталами хаоса, не сбежал магией пустоты или ещё чем, а благополучно склеил лапки, оставив после себя фрагмент. Я сам в такое чудо поверить не мог — грёбаных своровцев я уже замучился гонять, хоть они по большому счёту и слабаки. И фиг убьёшь с их хитростями. А тут такая удача!

Всё вышло благодаря многим факорам, но главным всё таки был сам Хостер и его безумие. Его возможности были во много раз больше, чем он сумел показать. Одной только дюжины потоков сознания и всеведенья достаточно, чтобы спокойно зачистить и наш сектор, и никакие трюки бы не помогли.

Но я был в его шкуре, пусть и недолго, и после этого победа уже не кажется чудом. Напротив, всё к тому шло. И это даёт нам очень важный вывод относительно Стены.

Баланс всё ещё соблюдается. И обратная сторона способностей этого чудовища — как раз в ограничивающем его безумии. Чем больше он вбирал бы в себя душ и сил — тем сильнее бы осн становился. После победы надо мной, Хостер имел бы уже в себе пять цепей. Но при этом он закономерно ещё больше просел бы в здравости мышления.

Чего только стоят его попытки убедить меня сдаться прямо посреди боя!

Повод задуматься, что станет моим ограничителем, и смогу ли я его обойти. Не хотелось бы повторить судьбу Хостера. В каком-то смысле он в том числе предупреждение о том, к чему приходят создатели цепи.

Не хотелось бы нести возмездие во имя Леса после очередной модификации. От собственной глупости не спасёт даже божественная неуязвимость.

В любом случае, в битве создателей цепей дерево победило ожившую мыль.

Что ж, Хостера и Вязя я больше никогда не увижу… ну, если не окажется, что была ещё какая-то хитрая механика Стены, которую я не знал и не учёл. Всегда есть такая возможность. Если гибель корректора-ренегата подтвердила система, то узнать не сбежал ли некрозодчий, бросив копию своего тела, я не мог.

Убежище бы сбежать не дало, но я не успевал следить за всем в этом бою.

С другой стороны, у меня теперь есть явный и очень опасный враг. Едва ли Хищники простят моё вмешательство. Сегодня это был лишь образ. Выходить лично туда, где может появиться Хостер, они не стали. И были правы, судя по тому, что вышло с Вязем. Вот кого корректор-ренегат сильно подставил.

Автоматические системы защиты воплощенного в реальности убежища вдруг развернулись и затрещали вновь. Мы обернулись и увидели небольшой отряд кадавров, который быстро ослабили и перехватили. Вялотекущий бой среди монстров ещё кое-где трепыхался, когда кто-то пробуждался раньше, чем обращался в некродендроидов.

Хотя конкретно сейчас от моего войска остались только рожки да ножки, как говорится. Каменная нежить тоже была серьёзным противником.

А вот Тихоня толком не смог даже свой шум использовать. Без псионики и пустоты это просто странная нежить. Сам Хостер тоже сражался в половину от своей силы.

— А-а, блин, Арк, мы праздновать-то будем? — спросила Сайна.

— Может, сначала легендарки? — с надеждой спросил Кот.

— А разве был другой вариант? — ужаснулась механистка.

— Это само собой, — поддержала их Белая. — А затем наверное можно было бы и поспать.

— Не верю, что ты говоришь про сон, — усмехнулся я.

На моей памяти это первый раз, когда она по своей воли и без напоминаний хотела расслабиться и поспать.

— Наверное, в этот раз мы и заслужили небольшой отдых.

— Вот видишь, если даже главный трудоголик так говорит, даже не думай отлынивать от обязанностей лидера на пирушке! — расплылась в улыбке Сайна.

— Так, стоп. Сначала нужно вернуться к наёмникам и решить вопрос с наградами.

— А что там решать, я за то, чтобы оставить шарик себе. Честно заслужили же, — заявил Мерлин.

— Я своё слово не нарушаю, — сказал я, хотя тоску в голосе скрыть было намного сложнее. — Да и два мода по цене одного это неплохо.

— Они могут быть и паршивыми.

— Мы понятия не имеем, насколько опасен его фрагмент, — пожал я плечами. — Когда он пытался захватить моё тело, то оно тоже начало превращаться в его подобие. Так что наш лут тоже не сахар — есть нехилая такая вероятность самому стать Хостером, всроив его фрагмент…

— Я слышу шёпот, когда смотрю на него, — пожаловалась Альма.

— Значит, не смотри, — посоветовал я. — Это всё ещё не радиация или мёртвая магия. Разберутся.

И мы разберёмся, когда найдём ионитовый терминал, добавил я про себя. Что бы они нам не принесли, у нас большой рейд.

Наконец, нас заметил кто-то из проходчиков по-серьёзнее, и в нашу сторону к Белой направился незнакомец из числа топов.

— Белая! Вы живы! Мы боялись, что вас убил исчезнувший лабиринт! — с поведал он.

— Исчезнувший? — перехватил я его.

— Да. Вы же входили в здание на краю Стены. Искатель с просмотром прошлого помог.

— А с чего взяли, что это лабиринт?

Я сам даже не сразу понял о чём речь, но потом дошло — для города мы вошли в дом на окраине города, бывший некогда базой Хищников, после чего прошло уже несколько дней.

— Так, исследовать пришли, увидели, но он почти сразу куда-то делся. А те, кто зайти успел — спящими оказались. Вусмерть пьяными, так что целитель едва откачал, и под таверной… в ужасном виде. Но искатель подтвердил, что они входили, так что всё проделки лабиринта. Мы думали, аномалия и вас похитила.

— Похитила, — кивнула Белая. — Только мы уже выбрались

И посмотрела на меня, после чего закончила не глядя на собеседника:

— Проблема Хостера устранена, проходчик. Можно спать спокойно.

— Правда? — обрадовался парень. — Как же надоело на холоде торчать…

— Пойди расскажи остальным, — сказал я. — Только не сразу, а через минут пять.

— Почему? — не поняла Белая.

— Система. Сформируй путь к наградной локации, — произнёс я, пока терминал не исчез.

Самое время пойти на поводу у команды и приступить сразу после боя к разбору наград. В идеале — отправить сюда Белую решать все административные вопросы, а самим заняться накопившейся бытовухой. Её у нас набралось с избытком.

Принято.

На экране показалось несколько стрелок.

Налетел порыв холодного ветра, растрепав одежду и волосы. Тия обняла меня ещё крепче, уткнувшись лицом в спину.

— Побереги свои девять минут. Тебе ещё забирать артефакты.

— Для меня важнее всего — твоё состояние, Арк. Но ты прав. Я слежу за временем.

Я кивнул.

— Похоже, здесь недалеко, — сказала Белая, изучая инфо-терминал, и выжидающе посмотрела на меня.

— Далеко? — спросил Лис.

— Тут всего две локации, считая ту, что под нами, — сообщил Кот, — сгенерило совсем рядом.

— Это первый этаж, что может пойти не так? — спросила Сайна.

Весь рейд предвкушал награду от системы за столь сильного противника. Даже если больше чем ещё одну легендарку она ничего дать не может. Будем собирать полный сет легендарных предметов.

Нужно было немного поднять боевой дух. Раненых было немного, но они были. Весь рейд Альма вытянуть не могла, а троица энирай приступила к работе только сейчас.

Мы спешно покинули площадь, пока нас не втянули в поток вопросов о судьбе противника, чтобы сперва насладиться тем, что преподнесёт нам система на этот раз. Подобранное ею под наши сочетания классов и рас редко бывает плохим.

Ближайший провал вниз оказался не так далеко, за закрытым подвалом. Постоянно генерируемые дыры вниз были бичом мирного населения в городе.

— И всё же там могут быть остатки армии Хостера, — заметил Лис.

— Там жизнь, — сообщила Тия, стоя у края пролома вниз.

— И очень слабый разум, — добавила Дина.

— Так и быть, — кивнул я, — закончим эту часть нашей истории в прикрытой системой локе в обнимку с наградами.

Затем был путь по изломанной и исковерканной локации, в которой сложно было уже определить что-либо. За ней обнаружилась локация-коридор. Мини-хаб на шесть комнат, расположенных по обе стороны от вырубленной в песчанике дороги. Место было стилизовано под скрытое поселение в пещерах где-то под пустыней.

Декорации были атмосферными и по-своему красивыми, хотя если рассуждать логически, сделаны были будто очень паршивой нейросетью. Я видел какие-то ненужные забитые окошки, полу-арки и темнеющие проёмы, уходящие в странные направления и не позволяющие протиснуться внутрь человеку.

Если, конечно, это не специальная ловушка, и оттуда потом не полезут какие-то скорпионы. Со Стены станется.

— Животные, — сообщила Белая. — Точного монстра не скажу. Пока.

С противником я почти угадал. Скорпионы с клешнями и размером в полтора метра. Довольно медлительные, но смертоносные, если зазеваться. Хороший противник для нуба. Опасный, но проходимый.

Ну а нам…

— Если не отравлены, сделаю шикарное блюдо, — сообщил Сильван, когда их туши погрузили в убежище. Думали на корм терминалу, но так даже лучше.

Наградная локация была второй в этом коридоре. Я попытался определить, как именно и на каком этапе здесь появилось это место. По идее, комната была здесь и до нашего появления, а затем здесь добавилась эта дверь. А место под новую локу что же, пустовало раньше или было заменено?

Каменная дверь отъехала в сторону, явив нам большую каменную комнату с потолками метра четыре. Комната была тупиковой и резко отличалась от архитектуры коридора. Никаких плавных форм, только чёткие ровные стены заброшенного святилища, и сразу за входом в неё начиналась лестница вниз.

Она шла где-то метра на два вниз и заканчивалась тупиком. А над ней, ближе к потолку, была светящаяся рука, под которой располагался магический светильник неизвестного типа.

Рука была иссохшей, с тонкими пальцами мумии. Декорация и освещение в одном флаконе, а может и объект культа какого-то неизвестного бога. У меня руки теперь ассоциировались только с любимым навыком Вязя и тремя летающими парами Хостера. Не удивлюсь, мне и в кошмарах сейчас будут сниться конечности.

Впрочем, у этой руки была одна особенность, которую сложно не заметить — пальцев было явно больше, чем полагается нормальному человеку.

С каждого вниз на ремешке свисал предмет.

Наша награда.

На лице невольно заиграла улыбка.

Я первым сделал шаг внутрь, встав на небольшом постаменте, с которого открывался вид на всю комнату. Мрачную и в то же время уютную. Затем обернулся в сторону вросших в стену изгибов, напоминающих колонны, и между двумя из них активировал навык убежища.

— Ну что, разбираем награды, — объявил я. — И сразу домой, праздновать! Отсчёт безопасного времени пошёл.

Моя награда свисала со среднего пальца — на зелёной ленте с надписью «леший» на понятном языке и металлическим тиснением в виде покрытого грибами сгорбленного старика в тряпье. Надо понимать — изображение типичного представителя моего класса.

Я взял в руки предложенный мне системой тяжёлый амулет. Затем обернулся в поисках терминала. В наградной локации всегда есть инфо-терминал, чтобы узнать, что именно попало тебе в руки.

Средоточие Селены, владыки бескрайних полей.

Редкость: мифический. Клеймо мастера: Селена, владыка бескрайних полей. Мир Гайя.

Свойство: + 10 к навыку стихийного контроля. Позволяет творить чудеса.

Дополнительно: пассивный бонус к максимальному запасу маны +33%

Внимание: артефакт развивается по мере использования, синхронизируясь с владельцем.

Требует времени на первичную синхронизацию.

Особое требование: только для магов природы.

Сообщение малинового цвета было непривычным. Такого я вообще прежде в терминалах не встречал. И да, в описании квеста говорилось про леги. Разве вообще существует что-то выше легендарного уровня?

До этого момента считалось, что нет.

— Мифический? — Белая тоже заметила главное. — Разве такой тип редкости существует?

— Есть многое, мой друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам… — тихо произнёс Ильгор, но никто не обратил на него внимание.

Все были поражены дарами системы. Такой артефакт стоил значительно выше, чем найденный просто в локации. Потому как система подбирала его с учётом класса и навыков, что делало его почти всегда очень ценным инструментом.

Хотя бывает, конечно, и как у меня с посохом Рены. Падать в обморок после каждого каста я пока ещё не готов.

— Ты лучше скажи, что он делает. Описание больно мутное.

— С такой редкостью, оно не может разочаровать. Я полагаю, нужно тестировать, — сказала Белая. Тридцать три процента к мане это неплохо для предмета. А десятка к контролю… это наоборот слишком много. Не видела предметов, которые дают за раз больше пяти пунктов. Плюс десять это уровень выше среднего.

— Контроль стихии это управление маной, верно? — спросил я.

— Да. Он сильно помогает контролировать ману и плести сложные заклинания. Хотя ты не используешь навыки, которые его требуют. Разве что твой «скульптор» должен усилиться.

— А у тебя что?

В руках у девушки была полосатая тряпка серо-белых цветов. Увидев мой интерес, она устало улыбнулась и продемонстрировала длинные носки, самую малость не дотягивающие до статуса чулков.

Носки стража круга Фарки.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: Леонифер тар Леонель.

Свойство: неразрушимый, адаптируется под владельца, завораживает окружающих.

Дополнительно: +1 к ловкости, +1 к кошачьей грации, +10% к силе заклинаний аспекта криомантии.

— Серьёзно? Носки? — я приподнял бровь. — И статы так себе как для леги.

— Система подбирает то, чего у тебя нет. Теперь на мне не осталось ни одного предмета ниже редкостью, чем легендарка, — в голосе девушки почему-то слышалась грусть. — Даже интересно, как она выкрутится в следующий раз. А статы… это носки, Арктур. Они что, неуязвимость должны мне давать?

— А что, трусы уже легендарные? — поддела её Сайна.

— Да, — ответила Белая и покраснела.

— Какие статы? — загорелась рыжая. — Они тоже под класс? Хантрей — это же крутой охотник, да? Интересно технически, как они повышают статы?

Белая ещё гуще залилась румянцем и отвела взгляд.

— А тебе что досталось? — спросил я. Белая едва заметно улыбнулась мне в благодарность за амнистию от расспросов.

Сайна улыбнулась до ушей:

Сибариус. Двуствольная винтовка с адаптивным зарядом.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: империя Солнечного Монорельса.

Свойство: автокоррекция боезапаса, шанс удвоения урона 35%.

Преображает патроны близкого типа в соответствующие текущей конструкции.

— Винтовка? — удивился я.

— Немного странный выбор со стороны системы, — заметила Белая. — У тебя ведь уже есть легендарное оружие?

— Нет, мой болтор — эпик. Был когда-то эльхиона, тоже селенитское, но лега. Вот это был бешеный игломёт! Эх, теперь он где-то у Своры…

— Скорее, на чёрном рынке, если так, — задумчиво сказала Белая. — Я подумаю, что можно сделать.

Теперь уже Сайна смутилась и принялась уверять, что в этом нет особой необходимости. Я их уже не слушал и смотрел на товарищей. Следом за мной к терминалу подошёл Рейн, да и другим было интересно узнать, что им досталось.

Я нашёл взглядом Тию. Она отстранённо смотрела в сторону, будто не замечала всеобщей суеты.

— А что у тебя? — спросил я.

— Ничего, — отозвалась она, не глядя. — Как и для Мерлина с Мышем.

— Значит, статус Далахан и Всадников. Как-то криво это всё работает. Не могу понять логику. Вы ведь все участвовали в битве с Хостером. Система не могла не видеть этого.

— Зато система наградила нашу Эстелюшку, — сообщил Кот. — Ей там тоже подгон, камень с лентой. И ещё, кстати, специалисту из семнадцатых тоже арт выпал.

— О, так он получается и не в курсе. Можно экспроприировать в пользу Ордена, — алчно улыбнулся Мерлин.

— Хозяйственность одобряю, — кивнул я. — Крысятничество — нет.

— Ой да брось… хотя дело твоё. Там всё равно скрипка, а скрипачей я у нас не вижу.

Кот кивнул на висевшую на ленте в чехле скрипку со светящимися струнами. Выглядела она совсем не как древний артефакт, а очень даже современно.

— Мех! Тамарская лазерная электроскрипка, — ухмыльнулся Кот. — Такую и на полку поставить не грех. Просто для красоты. Но Арк прав, он честно свою часть сделки выполнили.

— Ещё посмотрим, как они нам доставят фрагменты, и что они будут делать.

— У нас в ордене столько разумных и классов, что они не могут быть бесполезны. Но тут ещё многое от терминала зависит, — прикинул я. — Ионитовый из любой конфетки сделает кал, будем честны.

Затем я снова посмотрел на Сайну и бросил:

— Что ж, разбирайтесь тут. Как закончите — заходите в убежище и ждите. Через пару часов отзыву навык и призову в новом месте, так что не оставляйте здесь ничего. А я пойду к семнадцатым…

[18] Логи наград Ордена Смотрителей

Список полученных предметов некоторых членов Ордена и краткое описание свойств:

Рейн, рыцарь стихий:

Нэффриаль. Палаш.

Реликвия клана тар Нэффи.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: орден Севрана (культура тари, период серебряной охоты).

Предыдущий владелец: Рамилен тар Нэффи

Материал: серебро, белая китара, чёрная китара, гематит, кожа серого лорга.

Внимание! Содержит осколок души героя.

Свойство: автоматическая стихийная взаимосвязь

Альма, энхе:

Сапоги Ласточки.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: провинция Агессия, Тх’риантари (культура тари).

Предыдущий владелец: Альса тар Агесион.

Материал: серая китара, мурум, кожа стального дракона, диоптаз.

Свойство: «мерцание». Позволяет пересекать короткие расстояния порталом за счёт активного источника маны любого типа (использование запредельных стихий и гибридной магии может иметь побочные эффекты)

Дополнительно: +2 к ловкости, +2 к рефлексам + 15% к общей скорости передвижение, свойство «свобода» — сопротивление эффектам замедления.

Кот, серолап:

Слеза теней. Кинжал.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: культ Мортис.

Предыдущий владелец: Последняя Ласка.

Материал: серебро,???.

Свойство: поглощение маны.

Эстель, авантюрист:

Маятник Морфин, боевой талисман поиска.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: отсутствует.

Предыдущий владелец: Лайсерг Дител.

Материал: неизвестный кристалл.

Свойство: автонаведение, поиск пути, неразрушимость.

Содержит фею-стража.

Ильгор, искатель:

Свиток «Система Бесконечного Развития». Тип предмета не распознан.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: скрыто

Свойство: создаёт систему культивации на основе магии звёзд.

Лис, практик пути:

Клинок Агареса. Катана.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: скрыто.

Материал: неопознанный белый металл.

Свойство: наносит урон душе противника.

Нагибатор, лич:

Мантия пожирателя смерти.

Редкость: легендарный. Клеймо мастера: скрыто.

Предыдущий владелец: имя скрыто.

Свойство: + 20% к силе атакующих заклинаний аспекта Смерти.

Устрашение: все боевые заклятия накладывают эффект страха, ужаса или паники в зависимости от воли целей.

19. Разговор, с которого стоило начинать

Семнадцатые ждали нас всё там же, где я их видел последний раз.

Шестёрка спецгруппы во главе со смотрителем скучала на вершине дерева. Было видно, что для них миссия прошла в бездействии. Никто их убить не попытался… или нет?

Приближаясь, я осмотрел ещё раз ветви дерева, а потом перестал страдать глупостями и просто спросил у Тумара.

— Что здесь произошло?

— Летуны как с цепи сорвались. Попытались прикончить наших гостей. Я как мог — помог. Им в смысле помог, а не летунам, если что.

— Тяжело было?

— Тяжело. Но ничего сверх наших сил. Ты с ними поосторожней, по тому что они показали в бою, противник сильный, если что. Думаю, не слабее вашей группы, так что, если чего — и вы, и они поляжете.

— Мне незачем с ними ссориться. Скорее наоборот, надеюсь в будущем нормально поговорить с их лидером и обменяться информацией.

Моё появление не осталось незамеченным. Скорее всего, меня заранее заметила девчонка-сенсор с каре и сразу же доложила своему лидеру.

— Ты не спешил, Арктур, — заметил вместо приветствия Джек. — Оскар уже предложил пойти по вашему следу за нашим фрагментом.

— Зашёл по пути за бонусом от системы, — ответил я с улыбкой и затем отдал команду ветвям древа подхватить меня и доставить наверх.

На лице у гостей было удивление. Видимо, артефакт они от нас не ожидали. Если бы я ставил себе крысиные гены, сейчас бы внутренне разрыдался. Кстати, у Мерлина как раз до эволюции были… дурацкие мысли.

— Система посчитала Юлиана участником и выдала легу, так что она ваша.

Я протянул скрипку с бирюзовыми струнами из лучей света.

Парень выглядел удивленным, но в глазах мелькнула радость и восхищение инструментом. Или им не часто перепадают артефакты из другого сектора, или легендарки вообще, или конкретно эта была действительно хороша.

Свойства я проверил. Бонусы к громкости, чистота звучания, дополнительные настройки световых струн. Ещё бонус к проводимости ментальных способностей и вечная самозаряжающаяся батарея. Всё как любят тамарцы.

Первая мысль у меня была, что у магического инструмента бонусов было бы побольше, а тамарские технологии всё же чудеса не творят. Но я ничего не смыслил в этом, так что и судить без толку. Сравнивать с его старой из чистого любопытства точно не стоит.

А вот Джек был ещё мрачнее, чем обычно. Так и хотелось спросить, что опять не так. Впрочем, примерно это я и спросил, только чуть более деликатно:

— Можете не благодарить. Фрагмент тоже есть, лови, — произнёс я и бросил дырявую сферу Джеку. На полдороги её подхватила лиана и уже бережнее поднесла к смотрителю.

Тот лишь мельком окинул её взглядом и протянул Элеоноре.

Девчонка с каре чёрных волос на миг застыла. Что-то блеснуло у неё в глазах, хотя, может, и просто блик на утреннем солнце. Она едва заметно кивнула, и после этого проходчик бережно положил фрагмент в карман и заметно расслабился.

— Спасибо. Юлиан поднял волю и накрыл город бафами на сопротивление. Магию разума он блокирует чисто. А с мёртвой магией только косвенно. Чем вы с ней боретесь? Над городом более эффективный купол.

Значит, у Риллдоу с Нэссой тоже получилось. Теперь понятно, почему Хостер так мучился, создавая целое дополнительное пространство в кошмаре.

— Одна из светлых стихий. Подробностей не знаю. Экспериментальная методика, не знали, сработает ли. — отмахнулся я. И обратился к их главному, не в силах унять любопытство. — Могу я спросить? Откуда столько скрытности? Поясню. Ваша группа — первые вменяемые разумные не из этого сектора, которых мы встречаем. И пока что ситуация мне виделась неким противостоянием монстров с людьми. Или как вариант, людей со Стеной. И в таком разрезе проходчик проходчику — первый товарищ и брат.

Тот посмотрел на меня со смесью удивления и чего-то ещё. Странный взгляд, но не тяжёлый. Скорее, с нотками вселенской усталости.

— Ты ошибаешься, Арктур. Каждый сектор ищет свой собственный путь. Обычно в каждом есть своя ключевая парадигма, и она совсем не обязана пересекаться с вашей.

— Звучит сложно. Разве цель не пройти Стену?

— Значит, такая парадигма у вас? И как успехи?

— Ты издеваешься? Так же, как и у вас, полагаю. Около восемнадцатого. Если вы не совершили крупных прорывов за последнее время.

— Может, и совершили. Мы давно не были дома. И нет, я не издеваюсь. Есть разные вещи, которые люди называют прохождением. Ты пытаешься спуститься вниз, а это заведомо невозможно.

— Почему?

— Я почти ничего говорить не могу, под клятвой системы. Ты же сам знаешь, как это работает, раз стал корректором. Как минимум, на тебе две тайны — Ивента и Дороги.

— Значит, делиться сведениями о прохождении нельзя?

— Можно только тем, что может сказать сама система. Тип монстров, цепей, терминалов, и так далее.

— А почему так, есть информация? — продолжил я, раз уж гости расщедрились до ответов.

— Предполагается, что для нашей же пользы, но на деле обычно бывает наоборот.

— То, что находится на двадцатом — тоже тайна?

— Да. Но могу сказать сразу — ищи себе другое занятие.

— Обойти по внешней части? — предположил я.

— Самое очевидное, — усмехнулся чужак. — Но суть ты понял верно. Вам туда не надо, только хуже будет. Тем более, с твоим умением выбирать худший вариант из возможных.

— О чём ты?

— Прохождение ивента через захват Далахан — плевок в лицо системы. Прохождение Дороги через взлом и захват чужого имущества — плевок в лицо его хозяину. Но если ты хорошо поищешь, найдёшь и менее самоубийственные способы.

— Вы нашли?

— Я не буду отвечать на этот вопрос. Сам подумай.

Если им была так позарез нужна эта таинственная «Третья», кто бы это ни был. И она знала нечто настолько ценное, что группа меняет все свои планы и готова обменять один фрагмент на два. Кто знает, может, я продешевил, и нужно было требовать три — всё равно согласились бы.

Но при этом они сами почему-то не захотели сражаться с Хостером в первых рядах. Страшно? Не без того. Ренегат был настоящим порождением ада! Но что-то я сомневаюсь, что дело лишь в этом.

Самое очевидное — они не хотели оказаться ослаблены боем в окружении потенциального врага. После боя мы вполне могли бы в теории напасть на них, пока они потратили ману и главные навыки, а у нас — полно подкреплений.

Это казалось мне логичным. Я бы сам на их месте думал бы в этом ключе.

Но есть ещё одна маленькая неувязка:

— А чем плохо, что система вручила вам арт? Легендарки надоели? Или нужен мифик?

Глаза Джека едва заметно блеснули при упоминании мифического артефакта. Но больше он себя ничем не выдал.

— Легендарки не бывают лишними, как и эпики, — сухо отозвался он. — Но теперь мы причастны к этой истории.

— Это плохо?

— Никто не знает последствий, как и то, будут ли они вообще. Это же Стена, — рассмеялся сквозь маску Сайлас.

— Давно, с несколько циклов назад, мы впервые встретились с соседями, — начал он после долгой паузы, присаживаясь на ветвь. — У них генератор был связан с чем-то культистским, а в домене процветала магия. Техники почти нет, а мехи — вымерший класс. Мы тоже думали так, как ты. Вместе успели повоевать против некоторого дерьма, помогали закрывать прорывы…

На последних словах он вдруг затих, сделал паузу и посмотрел на свою группу. Не знаю, какого знака он там искал — лично для меня знаком стал урчащий живот, и я древесным скульптором вырастил стол и принялся доставать закуски из убежища.

Параллельно Тумор по своей инициативе возвёл небольшой заслон от ветра. Я включил немного ауры внутреннего тепла и поставил последней перед собой чашку горячего травяного чая с кусочками яблока и маракуйи.

— Присоединяйтесь. Перекусим, и Тумор отвезёт вас вниз. Лифт там ещё полуразрушен правда, так что с тринадцатого придётся своим ходом. Но думаю, это не проблема.

В этот раз предлагать дважды нужды не было. Но продолжать Джек не спешил, потому это сделал я:

— А затем они вас предали, верно?

— Это они показали нам, как можно вернуть Всадников. Правда, у них была магия хаоса. Затем к ним пришла проверка. Слабее вашего Хостера, но заметно сильнее того, кто пришёл к нам без гнева системы. Однако итог всё равно закономерен. Система выдала корректорам знакомое тебе задание.

— Вот так просто? На ровном месте?

— Да. Сообщила о прорыве и потребовала голову ренегата. Можно было бы просто забить, но ты видел мифический артефакт. Система умеет убеждать.

Хах, на самом деле, я понятия не имел, что делает мой мутный мифик и пока что считал его чем-то вроде посоха Рены — вроде круто, но как использовать — хрен пойми.

— На словах у нас продолжался мир. Но верили в него теперь только мы. А затем узнали, что такое теракты, магические бомбы, портальные ловушки и мёртвая магия пустоты.

— И обломали зубы! — весело рыкнул Оскар. — Все их шпионы, подставы и диверсии…

— Достаточно, — оборвал его Джек. — Это уже лишнее.

— Я думал, вы не встречались с пустотой.

— Не видели проклятых, — поправил лидер группы. — Но видели другие проявления этой цепи у соседей.

— Спасибо за историю. Суть я уловил. Сегодня-завтра мне могут выдать квест на вашего лидера. И тогда эти знания обернутся против вас же.

Он кивнул и сделал первый глоток чая. На холоде морозной поверхности Стены идущий от чашки пар казался ещё плотнее и ярче.

— Хорошо, что ты понял. Если встретишь других выживших, не спеши делиться тем, что используют против тебя.

— И всё же, сотрудничество вам интересно и вполне возможно. Как минимум, в рамках, озвученных системой — с обменом видами существ. Плюс мы не против начать торговые отношения.

— Я передам твои слова нашему Корректору.

— Как мы получим свои фрагменты?

— О, насчёт этого можешь не волноваться. Ты получишь их, как только вернёшься на Чёрную Дорогу.

— С учётом лифта — вряд-ли. Не раньше чем через двое суток, — поправил Сайлас, и я просто кивнул.

— Да, — бросил быстрый взгляд на товарища Джек.

* * *

Сегодня выжившие праздновали своё спасение от хтонической твари. Потери среди топов были незначительны, но среди мирного населения, не имеющего защиты, до нашего возвращения в город погибло немало.

Впрочем, могло быть намного больше, если бы не предпринятые меры с патрулями церковников ионитовыми фонарями, усиленных боевых патрулей с топами и ритуальной защиты Риллдоу на магии Нэссы.

Где-то вдалеке тянулся дым от погребальных костров — туда сбрасывали останки монстров после основательной беседы с вивисекторами. Местные же будут похоронены среди камней на кладбище. Правда, раньше все связанные с этим ритуалы брала на себя Чёрная…

Однако все понимали, что жертв могло быть куда больше. Отделались мы относительно легко, малой кровью, хотя могли потерять всё. И потому празднования по всему городу были более чем понятны.

На этот раз я даже позволил себя утащить на них.

Пожалуй, самая главная перемена случилась в самой атмосфере, нависшей над городом. Она была совершенно иной — никакой гнетущей мрачности и ощущения надвигающейся беды. Напротив, было тепло на душе от вида проходчиков, которые сегодня объединились ради победы над общей угрозой.

Народ бродил по улицам, радуясь свободе. В первую очередь свободы своих ушей, потому что беспрестанное чтение молитв и звуки мантр со всякими церемониальными инструментами, успели достать всех. Никто не думал, что всё будет так долго.

Но теперь наконец-то можно было расслабиться, и без страха пройтись по городу.

Ну то есть как без страха — у меня врагов после недавних событий точно прибавилось. Однако на эту проблему я смотрел философски. Поддерживать геноцид я точно никогда не буду. Может, ещё не вспомнил достаточно жизней, чтобы перестать ценить их, но такой подход был мне чужд.

Хотелось бы сказать, что занимался в тот день чем-то важным, но пожалуй, это был первый выходной, который я позволил в первую очередь себе. Во много оправдываясь тем, что это всё равно сейчас невозможно.

Проводив семнадцатых, я отправился к генератору. На этот раз настоящему, нашему. Здесь прошло несколько коротких разговоров с представителями фракций. Среди прочего прозвучал вопрос, когда лифт будет снова доставлять на четырнадцатый.

Слышать этот вопрос было очень приятно, чего уж там. Сбор фрагментов птиц, которыми большинство предпочитало оплатить спуск заранее, вместо того чтобы делиться добычей, был сейчас первоочерёдной задачей. Пора уже возвращать Тию с Мерлином в нормальное состояние. И Мыша, чем чёрт не шутит.

Исправно сдавали только бросовое и порченное, а делиться процентом от качественной добычи никто не хотел. Пристукнуть нескольких хилых летунов рядом с городом и оплатить спуск заранее — куда проще. Для того, в общем-то и вводились эти правила. Исследование опасных видов поможет с ними бороться, а с птицами всё и так ясно.

— Арктур! — радостно замахала рукой Нэсса. — Мы здесь!

Рядом с ней стоял довольный Риллдоу, изучающий грубо набросанный чертёж ритуального круга на бумаге с карандашом в руках.

— Что здесь было? — спросил я.

— Мы сделали купол из моей силы. Он полностью развеял пустоту над городом! Только с псионикой возникла беда. На неё моя сила никак не работает, — начала делиться девушка, будто и не было у нас никаких конфликтов.

Может, оно и к лучшему.

— Никогда прежде не видел настолько эффективной защиты. Она буквально разъедает пустоту. Вернее, не так. Механизм работы этой стихии невероятен, — сказал ритуалист, подняв взгляд на меня. — Что это такое? Анализаторы говорят, что стихия не определена, и иногда путают с фракталом. Но это точно не системная стихия.

— Я же говорила, это — Созидание! — похвасталась Нэсса.

— У Серой нигде не упоминалось о такой стихии.

— Раздел зверянских легенд, девятая секция, — проявила неожиданную эрудицию девушка. — Лииндарк Первый, подземный король из мира Смерти, называл её истинной третьей стихией света, а фрактал — её мёртвым заменителем.

— Я изучу, — пообещал ритуалист. — А какая модификация принесла подобный эффект?

— Она для этого угробила очень ценный артефакт, который мы потом без плюсового терминала чёрт знает сколько не могли починить.

— Понимаю, особые обстоятельства, — кивнул он. — Частое явление на Стене.

— Да уж. Невозможное тут сплошь и рядом, — не мог не согласиться я.

— В любом случае, это был интересный опыт. Как только мы заблокировали эту цепь, давление сильно упало. Серая говорит, что процент ассимиляции рос, но очень медленно. Вопрос времени, когда бы мы проиграли.

— Без ритуала и защиты мы бы проиграли ещё раньше, — заметил я.

— Да, — улыбнулся Риллдоу. — Одно дело делаем.

— И то верно. А что было потом, после барьера? — спросил я из любопытства. Теперь это уже не имело такого значения, но блин, интересно же, как там они, пока мы были в другой версии города.

— Да в общем-то ничего. Появились монстры со сверхзвуковой скоростью. Они пытались влиять на мозг, заставляли жёстко тупить, вызывали галлюцинации с фобиями, но снова-таки, без пустоты их топы почти без потерь отбили.

Да уж, если б не семнадцатые, так легко влияние на разум бы никто не снял. Что ж, совместные усилия показали себя как нельзя лучше. Но такой большой успех с сопротивлением пустоте, причём прямым сопротивлением, а не через бафф на волю, стал приятной неожиданностью.

Я задумался. Семнадцатые тоже упоминали, что пустота — не совсем их заслуга. Я не думал, что задумка с ритуалом, на которую я особого внимания не обратил, только как один из потенциальных возможностей, оказалась настолько эффективна.

Возможно, у нас в руках есть нечто куда более уникальное, чем мы думали. Как минимум, универсальное оружие против мёртвой магии. А как максимум — потенциально новая цепь. Хотя развить её будет очень тяжко — о принципах её работы вообще никакой информации. Только и было, что пара зверянских легенд из разных мутных миров.

Затем я организовал раздачу растительной пищи, пусть накормить весь город и не мог. Отвечал на вопросы по работе Ордена. Общая линия была в сторону о том, что мы — нейтральная сторона с конкретной задачей — помогать всем в прохождении Стены.

Фигуры Белой и Серой делали это заявление не вызывавшим сомнений. Обе с первого дня делали всё, чтобы как можно больше проходчиков лезло вниз. Это более чем вписывается в концепцию существования лифта. Цена такой услуги была нарочно смешной.

До лифта быстро подняться наверх — вопрос сложного дорогого артефакта. Самый распространённый метод — свиток портала в город, отправлявший на площадь перед Обсерваторией или Генератором. Удовольствие дорогое. Иметь с собой крайне желательно, но пользоваться только в случае реальной нужды.

А тут путь, который дешевле наверное раз в двадцать, если не больше! Даже группа новичков может оплатить проход не сильно заморачиваясь. И попасть туда, куда они сами бы ни за что спускаться не стали, просто потому что далеко и рискованно потом идти обратно после тяжёлого боя.

В любом случае, теперь можно было чуть разгрести все накопившиеся дела, как следует усилиться и приступить к штурму фронтира.

20. Отдых, который мы так долго откладывали

Первым делом я посетил пару трактиров. Народ на улицах около генератора готовился праздновать, но непосредственные участники уже давно проводил время в веселье там.

Я, в основном, отдыхал в компании обитателей убежища и с соратниками по Гильдии.

— Ты сам — как та Белая. — сказала тогда Сайна за кружкой свежего зеленоватого пива с травяным привкусом. — Только у неё уже клинический случай, с её отказом от сна и этим маниакальным «пошли вниз!». А у тебя ещё есть что-то в голове. Скажи на милость, что мешает тебе вот прям сейчас забить на всё и как следует оторваться? Просто отдохнуть, ну?

— А сейчас я что по твоему делаю?

— О своих некро-дендро-хрено-морфах думаешь, что же ещё? Мне иногда кажется, что ты об этом думаешь даже в постели.

— Просто пытаюсь сделать нашу жизнь спокойней и лучше.

— Правда? — в голосе Сайны прозвучало что-то вроде надежды. — Скажи, мы ведь неплохо живём здесь?

Начала она издали, но к чему она клонит я понял сразу.

— Ты что, не хочешь добраться до дна? — спросил я напрямик.

— Хочу, конечно! И мне тоже любопытно! Каждому человеку присуще базовое любопытство. Его отсутствие ко всему — признак или духовного просветления, или заражения пустотой. Изнутри, кстати, ощущается очень похоже. Это ведь две крайности одного и того же, — заверила меня девушка. — Но скажи, неужели ты никогда не думал, что внизу нет ничего?

— Так не бывает. Всегда что-нибудь есть.

— Ну вот ты спускаешься, а там — тот гель, о котором говорил Вязь, — пояснила девушка. — Смотришь в окно, а там тоже гель. И облака, которые закрывают ту сторону Стены — это какой-нибудь токсин, изрыгаемый этой хренью. И кроме Стены ничего нет.

— И что тогда?

— Вот я тебя спрашиваю — что тогда? Ты никогда не задумывался, что Белая может быть не права, и на двадцать первом мы увидим по ту сторону Стены вот это вот всё?

— Сложный вопрос… — задумчиво сказал я, взял немного рыбной закуски. Выпил немного. Мелькнула мысль о том, как долго я сам действительно не позволял себе толком расслабиться. — У меня есть два ответа.

— И-и?

— Не уверен, что ты поймёшь, но суть примерно такая. Если это так, то прав был Хостер, и стоило соглашаться на его вечную иллюзию в вечной мёртвой Стене. Хотя думаю, двадцать первый этаж — это уже достаточно близко. Так что ещё будет шанс повернуть обратно.

— Ты думаешь?

— Да, последний шанс, но он будет. Что бы там не поднялось, всегда можно забрать адекватных разумных, и переправить порталом в другой сектор. Это на случай, если всё пойдёт совсем плохо, и этот король окажется нам не по зубам. Проходить там мы вряд-ли что-то сможем. Но выжить — сил уже хватит.

— Спасибо. Успокоил. Правда, — Сайна выдохнула и откинулась на диванчике трактира.

Это было её любимое место, которое она захотела мне зачем-то показать. Место и правда уютное, да и пиво было почти нормальным. На уровне «немного странный кисловатый сорт», но почти похоже. Без чего-то совсем лишнего. И пожалуй, пьянило оно тоже сильнее обычного. Или дело в том, что я просто очень давно не пил?

— Мне хочется верить, что там что-то есть. Но ты единственный, кто упорно не замечает того, что все вокруг поголовно отрицают это. Прямым текстом говорят — не лезь, там ничего нет.

— Ага, и при этом угрожают. Кто в здравом уме сажает сторожевую собаку на цепь перед радиоактивной пустошью?

— А кто говорил про здравый разум? Знаешь, в какой-то момент я откинула для себя привычную мораль старой жизни. Я ту жизнь, если честно, вообще не помню. Даже не знаю, из какого я мира — помню два, но я же не могла жить в двух разных, правда? Но мораль была там и там. А здесь… есть только ты и Стена. Сам устанавливай для себя правила. Пока у тебя есть силы защитить себя, делай что хочешь. Кто вообще решает, что правильно, а что нет, кроме самих людей?.. уф, дежавю какое-то от этого разговора.

— Ладно, рациональное зерно в этом есть, а в остальном, тебе хватит этого зелья. Из чего, кстати, делают это пиво?

— Грибы, — отмахнулась девушка. — Есть такой иномирный вид, который растёт на всём, везде и ничего не требует.

— Так. Стоп! Растёт везде и ничего не требует? — остановил я её. — И ты молчала?

Девушка хмыкнула.

— Идеальный источник питания, если бы не вкус. Будто мочалку жрать. А вот пиво — в самый раз. И стоит копейки — его хозяин на заднем дворе выращивает, сбрасывая туда остатки пищи.

Я с подозрением посмотрел на напиток.

— Да нет, грибы там хорошо провариваются с чем-то, так что всё стерильно.

— Я скорее о том, как это можно использовать…

— Бросишь вечеринку ради опытов — готовься к расплате, — предупредила девушка, отрезая все попытки к отступлению.

Следом за этим пошли и напитки покрепче, где-то исходили паром кальяны. Кто-то начал играть в настольные игры или с шумом что-то обсуждать.

В первую очередь атмосферой спокойствия и чувства выполненного долга.

Отдыхать, зная, что над головой ничего не висит — особое, ни с чем несравнимое удовольствие. И главной наградой за квест с ренегатом был даже не пока ещё мутный амулет. Хотя мои легендарки в виде майра, покрова и мантии лешего, уже доказали свою эффективность, так что мифик, из-за которого два сектора готовы развязать войну, не может быть чем попало.

Нет, главной наградой было именно это пьянящее чувство свободы от дурных предчувствий. Самое время продолжить спуск вниз, не переживая, что на город нападёт какое-нибудь чмо.

В этот день я позволил себе и выпить, и даже нормально провести время за праздными беседами ни о чём.

Затем даже сыграл пару партий в «битву магов», местную любимую карточную игру с изображением магов и заклинаний разных стихий. Вроде как все заклинания даже были реальными, и у всей этой игры был какой-то сакральный смысл, но я не вникал. Весело — и ладно.

Было непривычно видеть Стену без естественной для неё атмосферы мрачной подавленности. Будто на миг оказался не здесь, а где-то на Земле, в почти забытом первом мире.

А ведь мир кажется почему-то совсем другим, если представить, что где-то там она есть… — я посмотрел в ночное небо.

Утро я встречал на крыше одного из домов в обнимку с Тией.

Для меня праздник прошёл совсем не так, как я думал. Несмотря на то, что по итогу изрядно напился, я оставался примером адекватности и большую часть времени провёл просто в душевных беседах.

— Жаль, что я не могу ощутить тебя по-настоящему, — тихо произнесла девушка. — Удалённое управление не передаёт всё.

Её девять минут давно миновали. Это достаточно много в бою, но так мало в мирной жизни… практически, ничего.

— Вопрос модификаций, — постарался я её поддержать. — Очень скоро к нам потечёт река из птичьих фрагментов. До твоей эволюции осталось совсем немного, и остаётся лишь ждать того, что наступит в любом случае. Наш лифт потенциально может обеспечить нас всем необходимым для твоей прокачки.

— Если ты так говоришь, значит так и есть, — изобразила улыбку шаманка. — Хотя, в том, как я существую сейчас, есть свои прелести.

— Тебе нравится быть духом, запертым в астральном осколке? Не пугай меня так.

— Мне кажется, я начинаю понимать Альму с её интересом копаться в себе. Я всегда была поглощена чем-то во внешнем мире, упуская из вида себя. Прошлая я была такой же.

— Прошлая — это та ты, которая создала корвитусов?

— Да, я о ней, — подтвердила девушка. — Арк… ко мне всё чаще возвращаются кусочки воспоминаний из прошлого. От той, кем я была раньше.

— И? Вспомнила что-то важное?

— Пока нет. Только отдельные картинки. Остатки эмоций и абстрактные образы. В основном, локации. Иногда я закрываю глаза и вижу их — просто череду случайных локаций без проходчиков или монстров.

— Это из-за твоего долгого пребывания в астрале?

— Скорее всего, — медленно кивнула она. — Арктур, могу я тебя попросить кое о чём?

— Конечно, — с интересом кивнул я.

— Мы могли бы вместе попробовать создать для меня боевое тело? Я ведь могу контролировать не только Дину. Просто параллельное сознание лучше всего работает с двумя, а дальше резко падает контроль.

— Сделаем, — кивнул я.

И по новому взглянул на свою боевую подругу.

Это всё подтверждало мои мысли о влиянии тела на разум и душу того, что в целости является нами. Тия-Дина всё сильнее походила по поведению и характеру на Дину настоящую, а Тия в родном теле, искажённым хаосом, тянулась к физическим удовольствиям.

Взять хоть то, что все эти странные отношения — это по-большей части её инициатива. Механистку просто всё устраивает, похоже. А вот этой Тие всё это нужно в силу физиологии. Физиология хаархуса предписывает ей определённое поведение, а хаос просто усиливает всё до крайних проявлений.

Так же, как мод от троглодита по итогу усилил её манию тари — негативку, полученную после победы над Чёрной, часть сил которой поглотила шаманка. Настолько, что это перевесило принуждение Стены.

Чуть позже, после того памятного боя, Белая рассказывала мне о системных логах в момент вознесения Далахан. Просто, чтобы предупредить. Здесь проходило очень тонкое место между монстром и человеком. Одержимая маниакальной страстью птица была результатом влияния модов на тело. Но стоит добавить к этому эфирный мод, и всё резко меняется.

Как уже поменялось для меня после фрагмента хуорна и аурала. Но, когда я их ставил, я ещё понятия не имел, что это значит на самом деле. Сейчас, пожалуй. рисковать своей душой бы я уже не стал. Теперь по правилам Стены с эфирками, если я проиграю, то окажусь в секторе, где выжить невозможно вообще.

Тия из астрала же была совсем не похожа на них обоих. Эта версия была достаточно логичной, склонной всё анализировать личностью. Хотя раскрыться она ещё не успела, чтобы я мог сказать больше. Она определённо была очень светлой и нежной. Но информацию и более тонкие чувства она теперь ставила на первый план.

Даже её речь изменилась — стало больше терминов и длинных слов, больше научного и меньше привычной прежней Тии туманности.

Таким образом получается, тело обуславливает внушительную часть реакций и поведения, которые обычно не принято ему приписывать.

Так что же в сущности мы сами? Душа плюс астральные моды?

Я лениво посмотрел на пёструю процессию внизу. Во главе угадывался легендарный культиватор. Достать Хостера, как обещал, он не смог — слишком хорошо он прячется. Но кажется, в список лучших охотников на нечисть во время обороны города он вошёл.

Затем вдохнул поглубже свежий морозный воздух и обернулся к шаманке. Та смотрела на меня с блеском в глазах, говорившем о том, что её душа вновь была в теле, и живая Тия рядом со мной перестала быть куклой.

— Время отката прошло, Арк, — с придыханием, хрипло приветствовала меня вернувшаяся в тело по-настоящему девушка. — Поцелуй меня?

— Мы можем перейти в твой мир.

Но она лишь чуть покачала головой и улыбнулась, подалась ко мне ближе и тихо шепнула:

— Там мне будет нужно совершенно иное…

* * *

Утро началось в кои то веки не с тревоги и не с нападения монстров. И даже Хостер не побеспокоил мой сон попытками достать с того света.

Проснулся я свежим и отдохнувшим. Полу-растительный организм быстро восстановился и вывел токсины, так что никакого похмелья.

За утренним чаем Тумор сообщил о том, что семнадцатые благополучно доставлены на тринадцатый этаж. Дальше они должны были спуститься на Дорогу и далее идти по своим делам. Но я бы на месте их лидера не сильно спешил. Этот забег так или иначе обернётся для них фармом лута с местных монстров, а то и набредут на местный терминал.

Эх, надо было ещё что-нибудь выторговать.

Или это Сайна так на меня влияет?

Белая на завтрак опоздала. И на этот раз по уважительной причине — поутру она уже успела побывать на местном рынке по своим делам и попутно закупить кое-какие расходные материалы.

— Это только начало. Нужно ещё прошерстить лавки. Я примерно представляю, что ждёт нас ниже, — начала она воодушевлённо. — Думаю, к вечеру мы уже сможем спускаться…

— Не-ет же! — взмолилась Сайна. — Мне самой ещё нужно на рынок. И ещё полно всего, что я должна сделать в тишине и спокойствии! Великие строители, дали же напарников-маньяков!

— Угроза миновала, — кивнул я. — Как и причина для спешки.

— Если ты решил праздновать ещё неделю — вперёд. А у меня есть долг проходчика.

— О, и что ты успела взять взаймы у Стены?

— Свою жизнь, — не оценила юмор Белая.

С каменным лицом она прошла за стол и плюхнулась на подушки. Сильван услужливо поставил перед ней свежий кофе. Девушка поднесла горячий напиток, вдохнула аромат и только после этого чуть расслабилась. Затем взглянула себе в чашку и удивлённо нахмурилась.

— Светлый?

— Со сливками, — пояснил Сильван.

— А они откуда?

— Сок одного инопланетного растения. Почти похоже, только с цветочным оттенком, — сказал уже я. — Один проходчик обменял семена, которые ему нафиг не нужны, на мешок картошки и мешок овощей.

Девушка попробовала на вкус и продолжила оттаивать.

— Значит, готовиться на завтрашнее утро? — с надеждой спросила она.

Послышался хлопок. Ладонь коснулась лба механистки.

— А можно нет? — с надеждой посмотрела она на меня.

— Оставайся. Я с радостью займу твоё место… хранителем знаний группы.

— Я думала, ты и так в тех же правах, что и я, — подмигнула ей Сайна. Белая фыркнула и спряталась за чашкой кофе.

— Чем ниже мы спустимся, тем меньше проку будет в этом направлении, — сказал я. — Так что скоро ваше место займёт Эстель.

— Я подумаю, — странно ответила бирюзововолосая ровным голосом и вернулась к салату из зелени с овощами.

Сайна расхохоталась.

— Добавки! — требовательно протянула в пустоту чашку с осадком Белая.

Сильван возник перед ней, забрал посуду и сразу же поставил перед ней вторую. Запахло кофе, корицей и кардамоном.

— Белая, с тебя разобраться со снабжением.

— Я уже…

— Подумай, что можно взять ещё. Если увидишь — выгребай фрагменты, которые отдают по бросовым ценам. Нам терминал кормить.

— Нам нечем платить, — напомнила Сайна. — Мы же все запасы раздали вчера на празднике. Осталось нам самим только на день. Дальше Сильван обещал первые урожаи.

Я немного удивился, что механистка взяла на себя труд интересоваться всем этим, но был ей благодарен.

— Тогда подумайте с Белой, от чего можно избавиться у нас на складе. Собралось уже много всякого барахла и артефактов, которые мы сильно переросли.

— А чем вооружать твой лес? — снова возразила рыжая.

— Их усилением я займусь сам. Оружие им не понадобится.

Сейчас все выжившие дендроиды и дендроз восстанавливались в убежище и готовились к грядущим улучшениям.

— Как скажешь. У нас и правда скопилось полно барахла. Не зря мы ограбили столько локаций!

— Белая, что в городе говорят о нас?

— Архи принимают, как есть. Их это мало касается. Лишь бы город был под защитой и не вымирал. Топы, как и представители всех фракций без исключения, рады новым возможностям. В народе думают, что я наняла вас, — пояснила Белая. — Мне развеять это заблуждение?

— Не стоит, — улыбнулся я. — Мне нравится всё как есть. Моя цель в городе была — пройтись по рынку и попутно прикончить одного мудака по просьбе системы.

— Когда мы восстановим путь на пятнадцатый?

— Это ты так косвенно пытаешься снова меня заманить вниз?

— Стена не пройдёт сама себя, Арктур! Не вздумай останавливаться сейчас, когда мы почти достигли двадцать первого!

— Для начала, никто и не собирается останавливаться. Скорее говорю о паре дней для опытов. Сайна права…

— Я вообще-то говорила про больший срок! — вмешалась она.

Я тяжело вздохнул.

— Ближайшие пару дней я проведу в лаборатории в обществе Крайна, Мордреда и Хельхе, — сказал я, меняя тему. — Вернёмся к этому разговору завтра.

21. Дела, которые давно требовали внимания

— Всё готово, Арк, — сказал Крайн, когда я вошёл в нашу лабораторию. Да, теперь в убежище было и такое место — не могло не быть с учётом моего рода деятельности. И располагалась она вокруг материнского древа, как дендроиды прозвали мой терминал.

— Рад, что ты обживаешься здесь.

— О, у тебя очень интересно! — заверил некромант.

Чуть поодаль у стола трудился Мордред, сверкая потусторонним сиянием в пустых глазницах. Он выписывал что-то на листе пожелтевшей бумаги и был так погружён в свои размышления, что даже не заметил моего появления.

В капсуле плюсового модуля лежал проходчик. Сказал бы, что человек, но им он был всего на сорок шесть процентов. Еще на десять он был нежитью, что сделало его значительно ближе к моим некродендроидам. Остальные проценты составляло разнообразное зверьё.

Это была главная причина, почему тела замороженных проходчиков из двадцать первого, не подходили как образцы для создания новой расы. Но пришло время начать эксперименты с ними.

К сожалению, души вернуть уже невозможно, а, следовательно, в полноценном смысле воскресить проходчиков было нельзя. Сейчас их души, скорее всего, уже воплощены где-то Стеной.

Это главный вывод, который сделала наша троица исследователей.

В свою очередь это означало только одно. Ничего принципиально лучше, чем вселение в тело новой души мы не придумаем. Да простят нас хозяева этих тушек, но мы должны были становиться сильнее. Я видел тварей восемнадцатого. Против них простые древесные зомби уже не работают.

Энирай Хельхе стоял у дальней стены, увлечённо что-то изучая под микроскопом. Скорее всего, фрагмент, судя по тому, что вокруг него на столе были разложены в основном, они.

— Что думаете насчёт фрагмента? — спросил я.

— Самыми удачными по-прежнему остаются фрагменты высшей разумной нежити типа осколока души, — сказал энирай. — Но по мере повышения уровня анализа из ближайшего возможного — будут летуны. Разумные птицы могли бы стать хорошей основой для управляющей души нового некродендроида.

— Мы подобрали фрагмент, хозяин которого должен быть адекватным — проскрежетал Мордред ледяным голосом нежити, — ледяной лейтенант гробниц. Следуя по описанию этого существа, это достаточно разумный хладнокровный мини-босс. Терминалы с его фрагментом не давали ничего без некротического подвоха, так что нам его отдали за бесценок, как бесполезный.

— История появления конечно интересна, но ничего не говорит о сути. Как с подчинением?

— Один из множества однотипных стражей перед главным боссом и полностью ему подчинялся. Так что понимание иерархии и следование приказам у существа должны быть прописаны на должном уровне.

— Тогда начинаем, — кивнул я.

Это был первый образец, но если всё получится, можно будет сделать ещё несколько. Увы, это было возможно лишь с теми проходчиками, генетика которых со всеми модификациями не выходила за пределы проанализированных терминалом. А все сильные проходчики так или иначе имеют в себе крупицы генетики множества непонятной хтони.

Несмотря на то что в двадцать первом был рабочий терминал юстициаров, не влияющий на генетику, они явно пользовались и терминалами проходчиков.

Конечно, можно было использовать их и на текущем этапе, но тогда все модификации, связанные с неизвестными терминалу типами существ, будут утеряны.

Тело замороженного проходчика в глыбе льда скрылось внутри терминала.

Идёт процесс модификации.

Новое существо типа «дендрокадавр» будет создано через 16:22.

— Дендрокадавр? — удивился я надписи на терминале.

Новый функционал радовал и заставлял задумываться о том как разные аспекты системы подстраиваются под наши нужды.

— Да, технически это замороженное тело, но его можно реанимировать до состояния живого, — пояснил Хельхе. — Я ведь перед этим наложил на него воскрешение. Выпало в терминале по классу…

— Постой — остановил я его. — Почему я не знаю, что у тебя есть воскрешение, позволяющее вернуть погибшего без ограничения по времени?

— Боюсь, речь идёт всего лишь о восстановлении функций тела. Без духовной составляющей, возвращающей душу в тело, этот навык не очень полезен. Так вот, технически у нас получается биологический вид с разумом нежити, а по терминологии Стены разумный сплав живого и мёртвого — это кадавр.

— Могу предположить, что это одна из ключевых точек в развитии цепей. Ассимилировать нежить проще всего, потому что у неё нет собственной воли, — сказал Мордред.

— Забавно слышать это от нежити.

— Для начала, я был высшей нежитью. Но даже так, у меня не было собственной воли. Я начинаю вспоминать прежнего себя сейчас. Потому что такова воля хозяина Леса и моего бога. Но в первую очередь теперь я хочу быть частью Леса. Если для этого полезно возвращать часть прежней личности — это прекрасно.

Ого, какая искренняя тирада. Даже не ожидал от холодного и до предела логичного Мордреда. К тому же, говоря той же терминологией Стены, проявляя волю, он выходит за рамки простой нежити или некродендроида, подтверждая свой статус высшего представителя вида. Получает духовную составляющую, то есть ещё одну цепь.

— Я бы скорее сказал, что у нежити нет ни проблем, ни желаний. А теперь они у тебя начинают проявляться. Раньше тебе создатель-некромант или сама Стена отводили лишь минимум, ровно чтобы ты не запутался в собственных ногах да управлять группами нежити мог.

Бывший аниматург с тем же безразличием перевёл взгляд на терминал.

На текущем этапе список проанализированных видов существ ограничивал использованием лишь трех цепей. Это уже много, но для нижних уровней — недостаточно. Однако три цепи — это в принципе уровень монстров «шума» Хостера.

Нежить, некроморфы, спектры и призраки дадут по итогу кадавра с живым телом, или некродендроида, если основным фрагментом послужит та же нежить.

Теоретически, смешение спектров или призраков должно давать каких-нибудь дендропризраков, и это было отдельное поле для исследований. Здесь был большой подвох с тем, что призраков контролировать я не умел. Так что верность созданной таким образом твари будет как подброшенная монетка.

При использовании фрагментов животных и муталисков в итоге получался дендроморф. В случае с собственным разумом — это тоже было неуправляемое существо, у которого будет собственное мнение и зачатки самосознания. Дважды наступать на одни грабли я не буду, так что если и буду культивировать в монстрах разум, то под моим чутким надзором.

И только один вариант в теории давал существо с тремя цепями, наличием разума и полностью подконтрольного мне.

Ну то есть как подконтрольного — на две трети. Но это я счёл уже допустимым. Оставшаяся треть сущности будет обусловлена физиологическими процессами тела, а значит автономность будет предсказуема. В теории…

Результат же будет спустя шесть часов. Резкое повышение требуемого времени было только в этом случае… ну или при использовании тела покойника с фрагментом животного, но такой вариант мы пока что не проверяли, да и не особо горели желанием.

Очень скоро у меня самого появится первое существо, должное сравниться с творениями Хостера.

— Эксперимент номер следующий, — объявил я, когда в зал внесли нового подопытного.

Вернее, подопытную. Это было тело одной из проходчиц с двадцать первого сектора. Ещё один относительно простой геном. Система распознала в ней ветвь хаархусов, хотя и весьма отдалённую. Но большего сейчас и не требовалось — ветвь летунов ещё не была прокачана, так что использовать это я всё равно не мог.

Но для задуманной цели это было и не обязательно. Основным требованием был простой геном из тех вещей, которые я могу контролировать. Далее следовал ряд требований самой Тии. Хотя, по её словам, они были больше пожеланиями, потому как она сама не знала, на что может быть способно новое существо.

Воскрешение… хотя какое там воскрешение. Глядя как Хельхе выпускает из рук разряд ветвящейся молнии с желтоватыми искрами магии жизни в грудь девушки, я убедился, что речь идёт о магической реанимации тела, а не полноценном воскрешении.

Но сработало это как надо. Девушка глубоко задышала. Но, разумеется, не просыпалась. Тело было живым, но душа в нём отсутствовала. Кто знает, в каком секторе сейчас чихнула его прежняя хозяйка?

Я посмотрел на терминал, куда нужно было её засунуть.

У обычного модуля и у плюсового было лишь одно различие, но очень важное.

Если терминал старался по возможности сохранить подопытному жизнь и не сильно критично повредить разум, с учётом хрупкости физиологии самого подопытного, то плюсовой модуль для предметов мало заботили такие мелочи.

Скорее всего он был экспериментальным, потому как не имел ограничений по заложенным в него предметам. Просто клади что хочешь, добавляй фрагмент и жми на волшебную кнопку «сделать чудо».

За результат отвечает заказчик, а не производитель. И если «чудо» попытается потом заказчика съесть — его проблемы.

Именно поэтому засовывать в плюсовой модуль мертвые, да и живые тела строжайше воспрещалось. И животных тоже не стоит. Для всего, чему ты хочешь сохранить жизнь есть основной модуль.

Плюсовой же работает лишь из одной директивы — чтобы получилось что-то полезное. Побочные эффекты терминал уже не волнуют. Есть высокий шанс, что бедолага, которого ты затолкал в плюсовой, будет перемолот и использован как ингредиент для создания чего-то другого.

Например, под писк терминала о критической неудаче, оттуда вылезет сильно обозлённый на экспериментатора упырь, которому щедро отсыпет способов прикончить создателя.

К счастью, в моём случае, всё было намного лучше. Я мог управлять вариантами своего терминала, где он честно описывал возможные последствия. Часть из них, правда, выглядела очень мутно и было сложно понять, будет это серьёзная побочка, или ты никогда о ней даже не узнаешь.

— Всё как просила сестра Тия, — проскрежетал Мордред.

Крайн коснулся терминала и высветилось:

Мела Амория, фракция «последний рубеж». Медиум-окклюмент 1 042 уровня

Раса: человек 47%, кристаллид 26%, ханатри 15%, хаархус 10%, фалмер 2%.

Источники: призрак (средний), магия земли — аспект камень (высокий), магия астрала (слабый), магия ветра (ничтожный).

— Самое близкое к этому, — поправил Хельхе. — Класс не совсем тот, что нужен. Но тот вариант что лучше, требует анализа кристаллической ветви. К слову, на двадцать шесть процентов мы понятия не имеем, что есть в этом теле.

— Только на двадцать шесть?

— Все прочие расы относятся к биологической ветви и поддаются ассимиляции. Летун чуть хуже, но в пределах допустимого. Вариант посильней уже имеет ведущую ветвь в качестве каменной.

— Это один из самых слабых образцов. Ребята там прокачаны нехило, — добавил Крайн. — Здесь тело сохранило удивительно большой процент человека.

— А что такое медиум-окклюмент? — поинтересовался я.

— Медиум это один из классов с магией призраков. Она же магия изнанки, — сообщил проходчик. — Не очень популярный, но и не нулевой. Чуть ниже среднего у нас. Заточен на работу с призванными сущностями, но есть ветвь бойца ближнего боя. Это как раз тот случай. А окклюменция это одна из способностей защиты разума. У нас такого класса не встречалось и в таблицах Серой его нет.

— Защитный медиум?

— Похоже на то, — снова взял инициативу Мордред. — Скорее всего, образец вызывал в своё тело сильного духа в качестве симбионта, который компенсировал недостаток силы и навыков. На теле есть признаки магического контракта, хотя сейчас он давно не активен. Предположительно дух ушёл или был уничтожен. А сама девушка обеспечивала магическую часть с защитой.

— Судя по списку стихий и генетике, это скорее маг, — сказал я.

— Вот и я о том же. Маг-изнанщик, заточенный под ближний бой с использованием подселения. Он идеально подойдёт как сосуд для сестры Тии. Вопрос лишь в кристаллической части…

— Всё в порядке, — подала наконец голос сама Тия. — Мне подходит. Я ведь сама попросила, чтобы там была высокая каменная часть.

— Зачем тебе? — не удержался я. — Камень это ведь совсем не твой профиль.

— Раньше был мой, — ответила девушка. — Просто хочу попробовать тело, которое будет похоже на то, которое я носила, когда создавала корвитусов.

— Здесь могу почти наверняка тебе дать гарантию, что не получится, — огорчил я подругу.

— Почему? — чуть удивилась шаманка.

— Биохимия там точно не та, что была у тебя тогда. Мы понятия не имеем, как влияет на мозг всё то, что у неё в составе модов. Тут между мышлением двух разных людей порой лежит пропасть, а ты говоришь о разных видах.

— Набор видов похож. Только класс был другим, — ответила она.

— Подходящих геомантов не нашли, — пожал плечами Крайн. — Единственный что есть — как раз тот с каменной генетикой за полсотни. Мы не сможем его контролировать. Да и мужик это. Хочешь сменить пол?

— Я уже сказала, что мне подходит, — ровно отозвалась Тия.

— Хорошо, теперь давай попробуем подобрать, что можно вытянуть встройкой в терминале… — задумчиво сказал я.

Магия крови связала нас с древом воедино, и я начал просматривать списки способностей.

Мда… этим можно было заниматься весь день. При всём искреннем желании помочь Тие, вариантов было слишком много, даже с учётом того, что терминал поддерживал пока что не так и много видов существ.

Он автоматически считал всё что было у нас на складе, оперативно забив все тысячу двадцать четыре доступных слота с вариантами. Ещё одна проблема чисто технического характера — как расширить этот список и как потом в нём ориентироваться.

Не выносить же половину склада из убежища каждый раз перед модификацией, верно?

С горем пополам я передал пожелания о поиске конкретных эффектов и кое-как создал подобие фильтров по параметру опасности побочек. Так выделил ряд вменяемых модификаций, которые можно было без опасений добавить в терминале, выполнив ряд пожеланий Тии.

В первую очередь — набор базовых модов дендроморфа. Весь этот коктейль предполагалось однажды провести через эволюцию, но с этим пока решили не спешить. Раз уж за нами пока что никто не гонится, лучше было провести сперва полевые испытания образца в целях, для которых он был ей нужен.

К базовым свойствам дендроидов добавились боевые усиления от растений, делавшие человеческую часть тела выносливее, сильнее, и наделяя возможностями регенерации способностью химеролога.

Их я дополнил парочкой выращенных древесным скульптором сигилов из магии крови на ускорение.

Закончив необходимые настройки, я ещё раз взглянул на проходчицу с двадцать первого. Не как на образец.

Длинные светло-русые волосы с рваной чёлкой, почти блондинка. Милое лицо с круглыми щеками. Милые чуть пухловатые губы. Глаза человеческие — светло-серые и пожалуй, они были самой красивой её чертой. Несмотря на отсутствие каких-либо модов в них, они притягивали взгляд так, что хотелось их рассматривать. Наверное, что-то в тёмных разводах на зрачках.

Фигура не особо выраженная — почти плоская грудь, талия была, но не сказать чтобы идеально изящная. А вот задница… так, стоп не о том думаю. В общем, самую малость выше среднего на мой вкус, хотя многие бы её назвали неприметной мышкой.

Тело уже не походило на замороженный труп. Работа лекарей не прошла даром и девушка выглядела мирно спящей.

Стало интересно, кем она была, какой была, что любила и нет… В Стене не бывает скучных историй, так что прежняя хозяйка тела наверняка прошла через свой ад. Очень скоро что-то из этого пробьётся наружу и даст о себе знать чертами характера погибшей девушки.

Надеюсь, это была исполнительная серая мышка. При всём уважении, Тие с этим телом в бой идти. Я припомнил, как меня едва ли не парализовало страхом в теле Хостера, когда мы оказались рядом. Я вроде и понимал, что причин для этого нет, но тело не подчинялось. Не хотелось бы таких сюрпризов.

Так что, пожалуйста, пусть это будет просто обычная спокойная девушка без странных заскоков, с нормальной здоровой психикой…

Нормальной психикой, мда. В Стене. Как же!

Если взглянуть правде в глаза, без сюрпризов не обойдётся почти гарантированно.

По предположительной роли, Мела Амория была нубом на подхвате с самого края рейда во время их последней битвы перед Обсерваторией. Одно из самых слабых замороженных тел проходчиков двадцать первого. Да, такой вот диапазон уровней в секторе с семёркой цепей — самые слабые имели около тысячи в угрозе.

Большинство проходчиков были нам пока, увы, не по зубам. Что поделать, количество цепей не позволяло им быть слабыми. У нас бы эта Амория была где-то в Альянсе Топов с гордо поднятой головой.

Поднять растительной нежитью кого-то более сильного я тоже мог, но вот сохранить способности и заставить работать заложенный в тело билд со всем уровнем угрозы — задача уже совсем иного масштаба.

— Прощай, Мела Амория, — зачем-то произнёс я, закрывая капсулу терминала.

Работать с бездушным телом терминал не хотел. И даже оказался достаточно наивным, чтобы послать мне совет воспользоваться плюсовым модулем для модификации предмета.

Видеть проходчика в теле никто не хотел. Но из-за почти гарантированного повреждения исходного образца при склейке фрагментов с телом делать так я, само собой, не стал.

— Тия, запусти внутрь пару своих мотыльков, — попросил я.

Девушка не шевельнулась, только несколько янтарных точек вылетели у неё из глаз и устремились к подопытной.

Ничего.

Тогда девушка по моей команде продолжила, пока не перетекла внутрь, полностью оставив Дину смотреть в потолок и пускать слюну.

Надпись на терминале сменилась. Больше никакой Мелы. Теперь это была шаманка Тия.

— Так, теперь вопрос, что будет, если ты вылетишь, когда активируется модификация, — задумался вслух Мерлин.

— Не выдержал и пришёл посмотреть на опыты?

— Арк. Теперь внимательно, — серьёзно начал Всадник. — Когда я перестану интересоваться опытами, вали грёбаного мимика, скопировавшего моё тело! Просто я отключаюсь постоянно. Экономлю время.

Я кивнул и продолжил.

— Нет, этот способ нам не подойдёт. В чём смысл был сохранять тело, если система будет считать его шаманкой? Нам нужно сохранить класс, как вышло с Диной. Система определяет её как Дину. Так почему здесь Тия?

— Потому что этой Аморы здесь уже давно нет и с точки зрения системы это труп, а не проходчик, — предположил он.

— Похоже на правду. Ничего. Справимся и с этим.

Я залез в настройки терминала и ещё минут двадцать общался с ним на предмет отключения проверки. Система упорно сопротивлялась, и это было понятно. Ещё одна защита от дурака, который мог бы настроить армию невменяемых бедствий по незнанию и утопить сектор в крови.

Но я же не тот дурак, правда?

Задача оказалась сложнее, чем кажется

Как минимум, я корректор, и у меня есть механик, способный обратиться напрямую к системе.

22. Сила, для которой не нужны терминалы

Директивно разобравшись с этим и таки начав процесс модификации, я наконец облегчённо выдохнул. Терминал показал срок установки. Достаточно много, так что до завершения всех процессов у меня ещё достаточно времени.

Следующим по плану были ревизия складов, проведать новичков убежища, и ещё уйма дел. Через пару дней я от них взвою, но пока что после непрерывных сражений внутри Стены это разнообразие было приятным.

Лиговцы расположились каждый в отдельной комнатке, пусть и небольшой. Сильван позаботился о том, чтобы у каждого были все необходимые удобства. Разросшиеся размеры убежища позволяли, хотя на верхних этажах оно собиралось уже в целую сеть локаций.

Дальше скорее всего нужно будет следить за ростом, иначе с призывом на первых этажах могут быть проблемы. Припомнился случай, когда я призвал убежище в крохотную комнатушку суб-локации, и убежище скукожило, превратив в хламовник.

Сейчас оно просто делилось на несколько локаций. Но чёткого механизма работы никто, само собой, не знал. Даже Сильван очень многое понимал интуитивно и знал из ниоткуда, но далеко не на все вопросы имел ответ. Этот был одним из таких.

В качестве отдыха я перебросился парой слов с соратниками. Лиговцы более чем счастливы, что присоединились к Ордену. Как минимум, каждый сделал серьёзный рывок в прокачке. Ну и в целом атмосфера тайного общества, действующего во благо запретными методами им нравилась. Не удивительно — сама Лига изначально практически подпольная организация.

Затем повстречался с Феодором. Красный талисман команды пока ни на что иное и не годился. Практически вся работа, которая ему доверялась, выполнялась будто ионитами. То есть очень странно и как говорится, через задницу.

Вины октокота в этом не было. Ну не мог нормальный человек без врождённых рефлексов управлять головой на восьми пушистых щупальцах. То, что он сумел научиться ходить — уже чудо.

Ему я, конечно, пообещал помочь, но где взять тело октокота без модов и души? Я надеялся больше на то, что где-то внизу есть какая-нибудь клонодельня. Не может не быть — здесь буквально все возможные сценарии пришествия всякой хтони разыгрываются. А атака клонов очевидный древний баян.

Как минимум, у псоглавцев может быть. В прошлый раз мы их оборудование вообще толком не поняли. Забрали цистерны с питательным раствором, затем Сайна подключила в убежище, и всё. Сейчас бы я оставил там голые стены в попытках найти способы вырастить всё, что там есть, и плевать что механистка не умеет работать с их аппаратурой!

Уже направляясь к выходу, я повстречался с нашим кузнецом. Мужик сильно окреп, а на лице была улыбка. Раньше он, помнится, всегда был хмурым, а в Своре — не просыхая бухал, чтобы заглушить тоску по нормальной жизни и безопасности.

— Не жалеешь, что присоединился к нам?

— Шутишь, командир? — весело усмехнулся в ответ наш кузнец. — Да на таких харчах, да ещё и с бесплатной раскачкой у порога дома!

— Прокачкой, — машинально поправил я, и тот кивнул.

— Да, оно самое. А ты тут по делу или…

— Просто осматриваю владения, — я хмыкнул.

Прямо надо мной сейчас была скрытая в листве болторная турель селенитов, а сами покрывавшие всё убежище растения были готовы сражаться с любым врагом. И ещё поодаль за спиной, в нише, скрыт прожектор алого света. На защиту жаловаться не приходилось.

— А, енто всегда дело нужное… Арктур, тут дело такое, спросить хотел.

— М-м? — отозвался я с лёгким удивлением.

— В город выйти хочу.

— Зачем?

— К Серенькой. На эволюцию. Собрал я всё себе на смену расы и класса. Может, смогу теперь и не только броню латать, да расходники делать?

Ну, брали мы такого сомнительного специалиста вовсе не за таланты, а именно чтобы чинить вещи и возиться с расходниками. Большего и не требовалось. Задача, в которой трудно накосячить, если не стремиться делать это специально. Но даже в таком случае, пара некачественных наконечников для стрел на исход боя не повлияет, а вот диверсанта ждёт пешее эротическое шествие из убежища для интимных игр с тварями.

— И кем планируешь стать? — поинтересовался я.

— Оружейником, — просиял мужик. — Думаю, так от меня больше всего пользы будет. Сайна твоя говорит, смогу не только стрелы вам делать, да заниматься ремонтом. Может, усилений каких ещё поставить смогу. У меня ж теперь это, источник есть. Магия огня…

— Ладно, не уговаривай. Я сейчас сам туда иду, так что собирайся. Верней, готовься, я там убежище разверну.

Это было следующим пунктом в плане. История с Хостером показала мне одну слабость и один путь усиления, о которых я даже не думал прежде.

Тихоня зачастую вообще избегал сражений. Вполне возможно, в секторах где он был, местные даже не поняли, что с ними случилось. Очень подлая сила — быть способным захватить город в котором как минимум с дюжину человек может тебе начистить рыло. Но какая разница, если они даже не узнают о том, что уже проиграли?

Так вот. Хочу, блин, так же! По большому счёту, Хостер был таким же создателем цепи, как и я сам. Только его фишкой была магия разума. Скорее всего первым он ассимилировал некротизм, как и я. Затем где-то подогнал развитие биологической цепи для заражения секторов вирусами. А затем, уже захватив свой сектор и начав шествие по чужим, на этом этапе где-то и спелся с мёртвой магией.

После меня он стал бы ещё и растительным хреном. Тварь обзавелась бы пятой цепочкой, дальше… выстояли бы семнадцатые, когда к ним заявится тварь с пятью цепями?

Я даже вообразить не могу, какой лютой тварью он бы стал! Зашёл в сектор, махнул рукой, и ближайшие десятков пять километров обращены в… как он там говорил? Шелест?

А затем каждый такой пойдёт делать то же самое, и дальше Хостеру даже сходить с Чёрной Дороги не надо. Слуги сами полностью зачистят сектор к тому моменту, как он уже будет выходить в следующий.

Жесть какая-то! И ведь такая дрянь где-то внизу есть с железобетонной гарантией.

Так вот, повторюсь: хочу так же.

А для этого нужно было как следует освоить, или хотя бы понять, в какую сторону двигаться в их освоении — другие цепи. В моём случае — нежить и магия крови. Некромантия и тауматургия, если научно.

В Обсерватории я призвал убежище и продолжил путь в составе небольшой группы из тех, кому здесь что-то было нужно. Помимо кузнеца, это были Альренц с Котом и Крайном. Всей тройке нужны были книги и консультация Серой по своей прокачке.

Чуть позже должны были присоединиться Сайна и Белая. Первой нужны были справочники по механике, в подробности я не вдавался. А вторая собиралась передать Серой последние данные о прохождении Стены. Но пока обе ещё были на рынке.

Не вдаваясь в долгие предисловия, я поздоровался с хранительницей. Она как раз вычерчивала что-то мелом на стене.

Увидев нас, она остановилась, ловко спрыгнула с лестницы и, оказавшись рядом, спросила:

— Чем могу помочь?

— Мне нужны базовые книги по разным направлениям некромантии. Для ознакомления, так сказать. И то же само по магии крови, — сказал я и бросил взгляд на остальных.

Учился я под разгоном совиной мудрости, да ещё и под парочкой сваренных Софьей зелий. Результаты были неутешительны: халявы не будет.

Вот почему хороший ритуалист был редкостью. К тому же, профильным классам наверняка полагались специфические умения, повышающее способности к запоминанию или вот как у Мерлина, подсознательное понимание всего этого.

Одним словом, было сложно. Разобраться и даже получить некоторый уровень мастерства в этом я мог. Да и вообще, запредельного интеллекта всё это не требовало. Но есть и большой подводный камень: всё это требовало слишком много времени!

Магия крови была целиком построена на воле и силе, скрытой в крови. По этому поводу, конечно же, была длиннейшая таблица со всеми известными типами существ и силе их крови. Впрочем, по большей части это перекликалось и с таблицами развития разных культур.

Люди в этом списке были где-то посередине. Растений не было вовсе, что и понятно. Подозреваю, для меня эта таблица вовсе не актуальна. Мой вампиризм тесно связан с модами духов природы. Весь мой второй источник состоял из вампиризма, амальгаммы духов и излучающего элемента ангелоида.

Говоря проще, у меня всё воздействие шло по другому принципу, так как кровь была больше кровью спектра, чем человека. Это был светящийся древесный сок, который оказывал магическое воздействие на всю духовную братию природных духов. Возможно, и на спектров — тут нужно пробовать, а поблизости их не найти.

То же самое касается подчинения растений, грибов и всего такого — с помощью магии крови я делал это очень легко, хотя по описаниям в книгах, не должен бы.

Чтобы стать сильнее в этом направлении нужно было изучать уйму сигилов. Серая выдала ряд книг, у которых были копии. Всё — сборники ритуалов тауматургии, и заодно пару специфических книг на тему использования крови спектров и духов природы.

В случае нужды можно будет просто открыть справочник и полистать, а затем повторить. Но в будущем хорошо бы обзавестись помощником-вампиром.

Вторая часть магии крови базировалась на воле. И здесь всё было просто. Чем больше — тем лучше. Битва двух магов крови — это изначально битва их воли, если сила крови была примерно равна. Даже интеллект здесь вторичен.

В остальном же… тупо зубрёжка, мда. Принципы построения всего этого наверняка были, но весьма смутные и местами противоречивые. Складывалось впечатление, что универсально всё таки лишь просто заучивание сигилов, а все нюансы были индивидуальны для каждой расы, а то и вовсе — отдельной школы или направления.

Что касается упрощения развития через модификации — да, такой путь был. Собственно, все расовые моды всех вампирских видов. Вот только… лешему их не дадут. Разве что пару специфических умений в терминалах, которые позволят самому влиять на выбор улучшений. Химерологу — только минимум, скорее что-то безобидное как учёному, а не боевой навык.

Изучить некромантию с нуля на достойном уровне без специальных модов за пару дней тоже было невозможно. Несмотря на то, что по логике магия смерти и магия крови были близки, это оказался очень дилетантский взгляд.

Похожи они были только, если открыть книги и бегло просмотреть. И там и там можно увидеть сложные узоры со схематичным изображением разумных. Разве что у некромантов было больше анатомических подробностей.

И в основе всех манипуляций тоже была воля, но использовалась она совершенно иначе, а вместо силы крови была теперь движущая мана.

Дальше начались кардинальные различия, превращавшие их в ни разу не схожие направления. Нежить практически не имела собственной воли, как я и сам успел убедиться. Именно поэтому семнадцатые говорили, что эту цепь ассимилировать проще всего.

Мёртвые не сопротивлялись. Имеется ввиду классическая нежить по типу скелета или зомби. Поэтому воля уже не должна была подавлять — она должна была контролировать и направлять. Здесь нужно было не подчинять, а воссоздавать связи и энергетические каналы внутри тела.

За исключением специальных опытов, на выходе получались безвольные исполнители. Тупые, но которым можно было создать достаточно сложную и точную программу действий. Так что хороший некромант нашёл бы себе место среди программистов. И там и там всё сводится к алгоритмам.

Разбираться с некромантией было чуть интересней, но наука всё ещё была слишком сложной для мгновенного освоения. А времени Стена нам вряд ли даст для такого обучения. Освоить на среднем уровне некромантию и тауматургию я смогу в лучшем случае через три-четыре тысячи дней. Непозволительная роскошь!

Сокращающие этот путь навыки терминалы раньше мне не могли выдать, как друиду. Им не полагается знать ни первое, ни второе. А вот лешему могут дать самые основы. Базовые навыки для развития некромантии и тауматургии…

С химерологом по идее ситуация обстояла чуть лучше. Как минимум, здесь были базовые навыки, позволявшие перейти в родственный класс некро-химеролога. Он был хорошо известен в секторе и позволял создавать химер из мёртвой плоти и магии смерти. В общем, класс на стыке с полноценными некромантами.

Осталось только найти такой терминал, который выдаст мне нужные умения и не угробит при этом.

Эх, где бы найти ускоренные курсы для начинающих некромантов? Надо бы с этим всем сходить к Крайну, он наверняка сможет пояснить многие моменты на практике.

Я нашарил большой лист с двумя таблицами, заботливо отрисованными Серой. Список примерных направлений навыков по терминалам.

Такой у неё был под каждый класс соответственно исследованиям Стены. Таблицы были слишком большими для стен Обсерватории, но выдавались желающим по запросу.

Запоминать всё это я даже не пытался, да и незачем. Стена обычно не спрашивает, какой терминал я хочу. Она просто даёт его или нет. Но главное, что в списке лешего, в отличии от друида, было направление навыков болотных леших. В будущем я даже мог по нему перейти в класс водяного, но мне это было без надобности.

Оно граничило с магией воды и тьмы, управляя дикой природной нежитью, вроде навок, вурдалаков, гулей, утопцев и прочей нечисти, которая появлялась в магических мирах сама собой.

Суть его была в том, что оно позволяло лешим поднимать и направлять на врагов всю эту дрянь. Навыки редкие, но они были. Источником магии могла служить любая из трёх вышеназванных стихий, но результатом было нечто сродни некромантии.

Выдавались такие, правда, в некротических терминалах, которые гарантировано меня убьют или попытаются превратить в монстра. Так что нужно искать что-то близкое. Там тоже были варианты.

Это же направление отвечало и за магию крови, к слову. Сюда подходили все способы управлять тёмными тварями, которые могут обитать на болотах и в гиблых лесах. Но в любом случае, речь идёт больше о дикой нежити, связанной с природой. Так что некромантия если и будет, то очень специфическая, с привкусом народных страшилок и суеверий, а не понятной науки.

Химерологу, вроде как, обещали базу по обоим направлениям в терминалах, и такие базовые умения хоть и были редкостью, но небольшой и в целом доступной. Здесь подвох был лишь в их слабости и требованиям по времени и месту для опытов.

Часть книг Серая отдала мне под поручительство Белой. В основном то, что имело копию. Поднимать теоретическую базу из книг я могу в перерывах и во время привалов в походе. Но всё же этот путь был неэффективным.

Как Хостер все четыре свои цепи превратил в путь ассимиляции?

Некросуггетор. В некромантию верю, в псионику тоже. Как быть с двумя другими? Как у суггестора появилось создание вирусов и химеризация живых тел, если у этих классов общего — меньше, чем мясника с дирижером оркестра.

А как ему удалось подчинить мёртвую магию?

Сплошные вопросы. Но если их разгадать, усиление может стать огромным.

Как же я хочу оказаться внизу и наконец узнать, что и зачем здесь на самом деле происходит! Любопытство подстёгивало прямо сейчас забить на всё и продолжить спуск вниз.

Уверен, Белая поддержала бы меня всей душой. Но права была сейчас Сайна. Всем нужно отдохнуть. В том числе и мне. А заодно — максимально усилиться, раз уж Стена расщедрилась для нас на перерыв. Надо хотя бы опробовать всё то, что система нам уже предоставила, и встроить всё самое полезное в свой набор.

А затем, со свежими силами, устроить забег вниз.

На восемнадцатый и ниже.

23. Жизнь, которую мы порождаем

Следующий день принёс нам первые успехи в ряде запланированных экспериментов. Увы, не во всех.

Меньше всего успеха я добился в попытках понять, что делает мой мифический артефакт.

Вечером вчерашнего дня меня перед сном подкараулила Тия с безудержным желанием поохотиться на летунов. Рядом оказалась Альма, которая поняла идею по своему и воодушевилась словно маленький мальчик, которого отец впервые ведёт в тир.

Мини-рейд был ничем не примечателен. Я решил его использовать для раскрытия сущности амулета и пытался по разному с ним взаимодействовать в бою. Камень в целом работал как накопитель, позволяя вкладывать в него ману и забирать обратно.

Свойство очень полезное, с учётом того, что примерно таким же обладал абсолютно любой камень. Да, здесь резервуар был покруче, но всё равно, это не лега и даже не эпик. Максимум редкий ранг, да и то с натяжкой. И где, спрашивается, чудо?

А вот лаборатории порадовали, и очень.

Их я посетил поутру, едва только пришёл в себя. И там обнаружил всех своих учёных, работавших, похоже, всю ночь.

— Крайн, ты хоть спал? — спросил я у сонного некроманта.

— Успею ещё, — отмахнулся он. — Здесь не так часто бывает возможность спокойно работать. Скоро ведь очередной спуск?

— Надеюсь, что завтра. Посмотрю по обстоятельствам, — кивнул я.

— Ну воот. Так что надо понять, куда мы вообще движемся в работе, и пока мы наверху, Белая достанет всё нужное с рынка. В рейде здесь работы будет намного меньше.

Я хмыкнул. И правда. Если для нас источник бессонных ночей — это спуск, то в защищённом убежище парадокса работа начинала кипеть сейчас.

— Что с нашими проектами? — спросил я, кивнув на капсулы терминала.

Первое созданное нами порождение трёх цепей, высший дендрокадавр с совершенно безумным набором цепей, отсчитывал последние минуты пребывания в терминале. Я вовремя.

Тело живого проходчика из двадцать первого сектора, восстановленное воскрешением после заморозки не имело души, и её заменил осколок высшей нежити. Самым доступным на данный момент мне для этих целей ресурсом, были именно такие осколки. Совсем без неё получались только растения-исполнители вроде стандартных некродендроидов из чего попало. Примерно половина боссов в локациях нежити была с зачатками воли. Ровно настолько, чтобы управлять безмозглыми зомби.

Как себя будет чувствовать мертвец, а если точнее, душа давно погибшего моба Стены, чей фрагмент мы за бесценок обменяли на рынке?

Это был самый тонкий участок всего плана. Я могу контролировать нежить в некоторой степени. Вчера даже изучил базовые формулы контроля некротической энергии. Ещё могу контролировать растения. Но тело было живым, и влияния на процессы в биологической части у меня не будет.

Желания тела могут привести к неподчинению, особенно если учесть, что воля у существа может быть слаба. По крайней мере, по началу. Самое время вводить психолога в список обязательного состава создателя цепи.

Существо, тем временем, поднялось и открыло глаза.

Длинные тёмные волосы, сальные и слипшиеся в пучки, обрамляли мрачное бледное лицо мужчины с недельной щетиной. Но куда больше внимания приковывали его глаза.

Сперва мне показалось, что они у него просто разные, но затем я понял, что цвет ярко светящегося зрачка постоянно менялся. Узор перетекал внутри между зелёным и красновато-рыжим. При этом цвета не смешивались друг с другом, постоянно пребывая в движении.

До модификации такого эффекта не было. Раньше они были, кажется, тёмно-серыми. Тело проходчика тоже выбиралось из числа самых слабых, где было минимум всей той генетики, которую я не мог контролировать.

Проходчик был человеком по расе и имел сильную доминантную ветвь нежити. Прежний класс — тёмный храмовник. По сути дальний родственник легендарного класса крестоносца Гарри. Храмовник был упрощённой версией со статусом «редкий».

Имелся источник мрака, а теперь появились ещё источники земли и жизни. От тела ещё достался в наследство источник призрака, но что это даёт было пока непонятно, да и потенциал у него был слабым.

Существо становилось на один уровень с моей легендарной четвёркой — выжившими из первой партии. Тот эксперимент был очень удачным. Посмотрим, будет ли таким же этот, потому что здесь контроль становился ещё меньше, а ведь в случае с Дайермонтулом бунт был вызван как раз бесконтрольным повышением силы биологической цепи.

Дерево получило личные амбиции и решило что лучший путь их удовлетворения — прикончить меня и принудительно ассимилировать всех людей. Теоретически, этот парень может так же.

На этот случай у него внутри был даже спрятан механизм, позволявший быстро его лишить сил и обездвижить. Немного жестоко, но я умею учиться на своих ошибках и повторять случай с деревом не собираюсь.

Тем более, что хоть сознанием он будет на уровне высших некродендроидов, возможности у него будут куда выше.

— Я… — наконец, после очень долгой паузы и оглядывания помещения, наконец выдало существо. И на первой же букве снова запнулось.

Надеюсь, терминал или проблемы в убежище во время миазмов не повредили мозг.

Остановив взгляд своих странных и, пожалуй, очень красивых глаз на мне, существо наконец выдавило из себя чуть больше слов:

— Кто ты? — голос у него был вполне человеческим. Низкий, грубый, слегка хриплый то ли от мороза, то ли от курения, то ли просто от долгой заморозки. И нотки чего-то потустороннего в нём тоже были. Но в целом, голос как голос.

Его взгляд потянулся дальше и уткнулся в Крайна. Затем в Мордреда — увитый растениями скелет с горящими глазами резко контрастировал с нами.

— Я Арктур. Хранитель леса. А кто ты, дитя леса?

— Я — дитя леса? — спросил он с нотками удивления и надежды.

— Ты — любимое дитя Леса, как и все мы, твои братья и сёстры, — сказал я. — Но ты так и не сказал, кто ты?

— Я… не знаю…

— Расскажи мне всё, что помнишь, чувствуешь, всё что сам можешь сказать о себе.

— Рейдал, — неожиданно для себя выдал он. — Рейдал, да… Но я не знаю, моё ли это имя.

— Ты был рыцарем гробниц. Помнишь что-то об этом? — подсказал Мордред.

Потусторонний голос и облик ничуть не удивили новичка. Ко всем присутствующим он относился ровно.

— Я… помню меч, — неуверенно сказал он.

— Чего бы тебе хотелось, Рейдал? — спросил я.

Ключевой вопрос. Высшие некродендроиды хотели цвести и увидеть солнце. Что скажет высший дендрокадавр?

— Я… не знаю? — ответил он. Причём это будто удивило его самого, потому прозвучало вопросом.

— Еда, вода, — подсказал я. — Солнечный свет? Подруга? Кристаллы маны?

— Ты сказал, что я часть леса… — после долгой паузы задумчиво сказал он. — Я бы хотел узнать, что такое лес и почему ты назвал нас всех братьями.

Ответом стала сперва моя улыбка, а затем я протянул к нему левую руку и дендроморфизм с древесным скульптором протянули из неё тонкие ветви растения.

Одно из первых откровений, которые я осознал благодаря получению на старте класса друида, было то, что растения очень даже умеют общаться. Невидимыми глазу человека импульсами, переплетёнными корнями, структурой листьев — множеством неизвестных людям способов.

Человек может это ощущать едва заметными отголосками эмоций — в зависимости от способностей и чувствительности. А позже, благодаря проклятому артефакту венка-кровопийцы, я смог преобразовывать эти сигналы в понятный текст посланий, в которые можно было добавлять картины и образы. Намного лучше, чем обычное общение, близкое к телепатии на ограниченном расстоянии.

Я обратился через связь растений к существу, и вот тут оно вздрогнуло, впервые ощутив, что может нечто большее, чем думал.

— Лес — это все мы, включая тебя. Ты можешь делать точно так же. В лесу все равны. Сегодня лес забрал тебя из забвения. В тебе проросло его семя, и ты один из нас. Но ты не слуга, а равный. У нас всех общая цель — выживание. Мир вокруг очень агрессивен и жесток. Но ты всегда можешь рассчитывать на Лес. Потому что ты — его часть.

Вот так и становятся пафосными мудрецами. Жизнь обязывает. Ну нельзя было тут без торжественности, и всё тут. Обычное панибратское общение хорошо срабатывает только с Наги. А у этого парня по имени понятно, что он из какого-то дремучего мира тёмного фэнтези.

Проявишь излишнюю человечность — и он подумает, что его воскресил пьяный некромант, а не серьёзная организация.

— Я понимаю. Спасибо. Кажется, у меня уже есть всё, что мне нужно. Чего бы хотел от меня Лес? — сформировал он ответ.

— Лес будет благодарен тебе за любую помощь, но ничего от тебя не требует. Сперва освойся. Пойми, как устроено убежище и подумай, какое место в нём ты хочешь занять. Спрашивай всё что непонятно у меня или любого из тех, кого ты видишь перед собой. Затем ты сам скажешь, чем бы ты хотел заниматься.

Может показаться, что я даю ему слишком много свободы, но на самом деле я просто догадывался, что он ответит и как воспользуется этой возможностью. Так что такая свобода была более чем оправданной.

Понятно что парень, который всю жизнь жил как воин, затем служил воином как нежить невесть сколько, и первым делом после пробуждения вспоминающий о том, что умеет махать мечом… ну, не в садоводы же он попросится, в самом деле?

Что до времени на поиски себя и своего места — это было второй необходимостью, создавая иллюзию свободы и свободного выбора. Но по итогу он снова таки придёт к пути воина просто потому, что других нет. Таковы суровые реалии Стены.

Даже тот, кто занимается чем-то другим, всё равно вынужден развиваться в боевом плане, регулярно участвовать в рейдах и совмещать с другой работой. Да и сражения в убежище для меня тоже ни разу не новость.

Самому же новичку спокойно осознать себя в новой жизни и новой форме, было жизненно важно.

— Приходи в себя, брат, — хлопнул я высшего дендрокадавра по плечу и шагнул ко второму саркофагу терминала.

Девушка в нём оставалась безучастна ко всему вокруг и продолжала пребывать в вечном летаргическом сне. Но так и задумывалось.

Второй дендрокадавр был сосудом для Тии.

Девушка потянулась рукой к телу. Глаза её вспыхнули янтарём, и из черноты за пределами светящихся зрачков начали вылетать крохотные мотыльки. Затем они резко увеличивались в размерах.

Я положил руку на лицо девушки-дендроморфа и поднял ей веки. Поток светлячков устремился внутрь, и спустя секунд двадцать она вдруг ожила.

Дендроморф рывком поднялась, с хрипом вдыхая воздух. Затем ещё несколько секунд пыталась отдышаться.

Девушку морозило, и она съёжилась. И похоже, была в лёгкой панике.

Я крепко обнял её в новом теле, и она начала успокаиваться. Положила ладонь на мою и начала приходить в сознание.

Странный эффект. Прежде таких трудностей со вселением у неё не было. Она проделывала такие трюки даже не прекращая занятий в другом теле.

— Кажется, освоилась, — голос у девушки был приятным. Мягким, немного с шелестящими нотками, будто говорить ей приходилось не часто.

— Есть разница с другими телами? — спросил я.

— Есть, — кивнула она. — Порог входа намного выше. Тело отторгает меня.

— Почему? Раньше такого ведь не было?

— Способности тела, — вмешался Мордред. — Сопротивление контролю — это была базовая фишка основы существа. Боюсь, с этим эффектом ничего не поделать. Душа каждый раз будет проникать с большим трудом.

— Мой лимит в этом теле будет повышен, — тихо сказала Тия. — У него уклон развития в защиту разума, так что сигналы системы проходят хуже. Я смогу быть полезнее для тебя в нём, Арк. Смогу быть рядом дольше.

— Предпочитаю всё же твоё родное, — признался я.

— Я знаю. Но это для боя. В первую очередь.

— А как насчёт сенсорных навыков? — уточнил я.

— Хуже, — качнула головой девушка. — Но мне нравится это тело. Значит, вот как это — быть дендроидом?

Рука девушка вдруг начала видоизменяться, превращаясь в сплетение ветвей шипастого кустарника.

Затем протянула её ко мне, и я понял, что она хочет попробовать.

Связь растений объединила наш разум.

— Добро пожаловать в мой мир, Тия. Моя очередь приглашать тебя в гости, — передал я ей послание.

— Связь растений, о которой ты говорил. Напоминает астральную речь.

— Рад, что принцип тебе понятен.

В ответ Тия спроецировала мне часть своих воспоминаний.

Всплыл образ блондинки с коряво обрезанными длинными волосами. Высокая, выше нынешней Тии. Тощая. Страный взгляд, являвший собой невозможную смесь из боли, затравленности и в то же время маниакальной одержимости.

Внешне образ очень сильно походил на Мелу Аморию. Прошлая Тия была самую малость выше, хотя Мела тоже была достаточно высокой. Те же серые глаза, очень похожая стрижка, только у Мелы она была аккуратно подстриженной, а не обрубленной как попало тупым ножом. Да и одевалась она не в лохмотья карикатурной нищенки, как прошлая Тия. Амория хоть и была неприметной мышью, но ухаживала за собой и внешне всё равно оставляла приятное впечатление.

— Совсем не похожа на тебя нынешнюю, — заметил я. — Но мне нравится. Что-то в этом есть.

Кое-что общее, пожалуй, было у всех трёх — нынешней Тии, прошлой и Мелы — размер груди. Но об этом я предпочёл промолчать.

— И сколько новый лимит?

— Пока не скажу. Возможно, вдвое больше. Из-за одного из модов окклюмента, директивы системы доходят с задержкой.

— Ну что ж, надеюсь, это то, чего ты хотела.

Девушка кивнула и улыбнулась.

В лаборатории пришлось провозиться до конца дня. Впрочем, я был нисколько не против. Разобравшись с насущным, да и в перерывах между работой терминала, я продолжал изучать книги по тауматургии и некромантии.

Нравилась мне больше всё-таки некромантия, как бы мрачно это не звучало. Так что почти всё внимание уделялось ей. Как-то выходило понятней благодаря тому, что некромантия строилась на очень чётких и понятных законах.

Второй день обучения с зельями и бафами позволил мне начать понимать общие закономерности ритуалов и как в целом работает система. Всё работало как-то очень хитро на памяти тела, которая легко видоизменялась под волей некроманта.

Благодаря этому зомби могли ходить и выполнять простые действия — за счёт остаточных рефлексов. Так что если сделать зомби того, кто никогда не ходил на двух ногах, заставить его ходить после смерти придётся рядом алгоритмов. С другой стороны, по заданному алгоритму зомби можно было заставить вести себя вообще как угодно.

В общем, очень занимательное чтиво. А ведь это только начало.

Я даже из любопытства сравнил новые книги со своим первым талмудом по некромантии. В старой книге всё было куда сложнее, потому и показалось тогда достаточно скучным чтивом. Наверное, мне не стоило приступать к её изучению без базовых знаний основы.

И всё же это в очередной раз говорило о том, что это был не набор фэнтезийных штампов по типу «скажи ахалай-махалай, и мертвецы будут танцевать под дудку». Это была целая система, которой по идее обучались в специальных учебных заведениях минимум лет пять-шесть. Вместе с медициной, анатомией, химией и многим другим, на что ссылались в труде по некромантии.

Когда чтение научных книг параллельно с опытами мне окончательно наскучило, я решил пройтись по убежищу и немного развеяться. Собственно, я пришёл к этому выводу, когда закрыв на пару секунд глаза у меня перед ними начали проступать черепа, кости и строчки текста.

Убежище было во власти приятной суеты, где каждый занимался своими накопившимися за время походов мирными делами. Под вечер оно жило полной жизнью, насыщенной множеством забот.

Получивший новый класс оружейник стучал чем-то в своей мастерской, из комнаты Софьи с Эстель разносился стойкий запах трав от готовящихся едва не как на конвейере зелий. Мать и дочь энирай выгружали из последних покупок Белой медикаменты. Все были при деле.

А кое-кто даже пытался быть при деле сразу везде.

— И это та, кто громче всех кричал про выходные? Тебя что, Белая искусала? — спросил я, когда на меня в коридоре налетела бредущая нестройным шагом механистка с покрасневшими глазами и внушительными синяками.

— Всё в порядке, это хобби, — сказала она заплетающимся языком.

Я вдохнул поглубже исходивший от неё запах алкоголя и хмыкнул.

— Интересное у тебя хобби, бухать весь день. Есть повод?

— Ээ… — смутилась девушка. — Нет. Просто оно… как-то само так совпало. Я сильно хотела пить, а бутылка той светящейся тамарской штуки оказалась рядом. Ты когда-нибудь пробовал бодрящую выпивку? Когда я вожусь с крафтом, я вообще выпадаю из реальности…

Девушка попыталась сделать ещё шаг, но едва не повалилась. Я помог ей удержаться на ногах и не только я. Следом подлетела механическая кукла, бережно подхватывая хозяйку.

Что-то в механизме в очередной раз изменилось, но я и раньше не сильно её рассматривал, чтобы сказать, что именно. Сайна постоянно меняла и дорабатывала его.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — хмыкнул я.

— Конечно знаю! Я наслаждаюсь заслуженным отпуском!

— Тогда удачи. Завтра начнём новый спуск.

— Что⁈ — от этого девушка едва разом не протрезвела и посмотрела на меня с рук механической куклы. — Какой завтра?

— Пока что просто пройдёмся по лифту и починим до пятнадцатого. Не оставлять же обрывок спуска? — обезоруживающе улыбнулся я.

В голове же в этот момент билась иная мысль — я предпочту стать сильнее до того, как к нам заявится очередной Хостер.

Стена ужасно не любит бездействия…

24. Начала, которых мы ждали

Пропахшая кофе Белая выгнулась и томно потянулось. Изо рта красавицы вылетело крохотное облачко горячего пара и принялось подниматься вверх. Сайна потянулась к её лицу, но затем рука проследовала чуть дальше, к алому светильнику, выключая свет.

Лицо Альмы растянулось в улыбке. Тия коротко вскрикнула и резко дёрнулась.

— Аккуратней, Арк! — воскликнула Белая. — Я чуть свой кофе не разлила!

— А нечего пить кофе во время погрузки, — буркнул я, убирая ящик с ноги шаманки. — Но пусть лучше здесь на всякий случай будет сразу весь запас на случай атаки.

В морозном небе над нами было раннее утро. Пахло свежестью, чистотой… и кофе.

Следом за мной на платформу зашли Рейн и ещё несколько проходчиков с другими ящиками. Внутри были накопители маны, камни и всё, что могло содержать много энергии. Их предполагалось разместить где-то внутри Древа-лифта, чтобы иметь ещё немного запасной маны для нас на случай сражений у платформы.

К тому же, с недавних пор нам удалось добиться прорыва в работе с ним — Тумору в терминале был встроен мод на санацию, иными словами магический навык передачи маны. Теперь дерево сможет нас поддерживать в бою ещё и так.

Вообще, усиление древесного лифта было необходимостью. Иначе блуждающие монстры и миазмы будут регулярно уничтожать его.

Наконец, сонный Орден Смотрителей взобрался на подъемник и начал медленный спуск вниз. Вместе с нами отдельно спускалась ещё небольшая платформа, наспех выращенная Тумором — для вещей Белой.

В отличие от нас, самый трудолюбивый член команды всю ночь и утро занималась сбором очень важных для спуска вниз вещей. Половина из них была способом противодействовать потенциальному влиянию разной дряни на нижних этажах.

Девушка перечисляла длиный список из шумоподавляющих наушников, излучателей, подавителей, анализаторов, колонок и ещё не пойми чего. Часть из этого она собиралась установить здесь же, на платформе.

Так, чтобы проходчики, которые будут пользоваться нашими услугами, заранее могли знать, чего ждать. Эдельвейс для магии, дозиметр от радиации, детекторы духовной активности, ионитовый свет и всё в таком духе.

Сайне же предстояло половину из этого как-то подключить к дереву. Так, чтобы Тумор мог в случае необходимости устроить сюрприз вандалам, которые решат что-то из имущества Ордена забрать себе.

Для этих целей отчасти и служила красная лампа.

— Управление я скорее всего вынесу через радиосвязь, — сказала Сайна Тумору. — У меня нет этих ваших растительных штук, так что просто станешь на время человеком в безопасном месте.

— Сойдёт, — махнул рукой дендроморф в образе немощного старика. — Как-нибудь справимся.

Спуск на этот раз проходил более технично. В убежище ушли почти все, кроме профильных бойцов дальних дистанций. На нижних этажах будем останавливаться и сканировать пространство, находясь под потолком.

На ближайшие несколько часов я планировал погрузиться в чтение базового учебника по некромантии. Затем я собрал в центре небольшой столик, а по краям платформы удобные сидения.

— На первых этажах расслабьтесь, — я махнул рукой, приглашая за стол. Затем начал вытаскивать из убежища закуски от Сильвана и расставлять на столе.

Не то, чтобы кто-то хотел есть, но ближайшие часы Тумор справится с монстрами и без нас, если таковые окажутся настолько безумны, что решат атаковать такого противника.

Холодное утреннее небо начало удаляться. Платформа снова вздрогнула и пошла вниз. Сайна со своей механической куклой занимались настройкой техники.

Белая, наконец, позволила себе расслабиться. Девушка смаковала третью чашку кофе, периодически чередуя с тортом из убежища. Я занимался примерно тем же, разве что пил чай.

Остальные тоже устраивались на долгий путь. До десятого никто неприятностей не ожидал. У меня была мысль о возможной подставе от Хищников, но я сомневался, что они настолько глупы, что сунутся фактически в место моей силы. Рядом с Древом я по силам могу сравниться с архитопом.

Нет, если они решат устроить мне тёмную, то будут караулить в тоннелях, а не сунутся в лобовую атаку. У них в организации вроде бы вообще нет берсерков, а исключительно нарциссы и эгоисты.

Так прошло часа три — я сам не заметил, как быстро пролетело время за книгой. Туманные фразы становились очень даже понятными и конкретными руководствами к действию. Некромантия в учебнике вообще была напрочь лишена сопутствующего пафоса. Только конкретика, принципы работы и их причины.

Четвёртая чашка чая стояла недопитой. На лицах друзей было лёгкое беспокойство.

— Почему стоим? — спросил я в пустоту, но имея в виду в первую очередь Тумора.

— Миазмы, Арк, — пояснил он скрипучим старческим голосом. — Хищная тьма. Придётся ждать.

— Долго? — осведомилась Белая.

— Ещё часа два-три, — прозвучал голос старика.

— Мы сейчас где? — продолжила она допрос Тумора.

Мастер кофейно-лифтёрных дел вырос из стола под смешок Эстель.

— На седьмом, — ответил он.

Белая посмотрела с платформы вниз, в черноту.

— Может, устроим перерыв и поохотимся? — предложила первая проходчица.

— Только ты могла предложить устроить перерыв от от ничегонеделания, — усмехнулся я.

— Вот только чур не втягивать нас в очередную жопу! — возмутилась Сайна.

— Согласен, пока что нет никакой необходимости, кроме шила в одном месте.

— Не все такие безумные самоубийцы, как ты, — горячо закивала рыжая.

Хоть в чём-то её маленькая победа. Но я и сам не видел смысла рисковать собой охотясь на монстров с седьмого просто от скуки.

Несмотря на перебитый чаем аппетит, мы перекусили. Затем какое-то время звучали разговоры ни о чём, а я пытался сосредоточиться на книге по некромантии.

Миазмы затянулись и не прошли ни через два часа, ни через три.

Ниже мы спустились аж после пятого часа простоя, когда уже я сам подумывал пробежаться по окрестным локациям.

Таинственное явление Стены проникало через стены локации, и едва ли существовало укрытие от них в эпицентре. У других проходчиков в схожей ситуации тоже будет вставать вопрос ожидания. Это, увы, неизбежное зло, с которым мы пока ничего не могли поделать.

Но мы честно продержались и продолжили спуск, не вступая в ненужные столкновения и не рискуя жизнью из одной только скуки, как полные идиоты.

Время за вынужденным простоем ушло в никуда, потому почти весь день по итогу пропал. Хотя я не жаловался — я за этот день существенно продвинулся в своём понимании некромантии.

А насчёт задержки — такое тоже бывает. Наверное, Белая сглазила — она из-за этого вела себя как наркоманка под ломкой.

Она ходила взад-вперёд, ожидая, когда же наконец случится хоть что-то. Неспешность продвижения к пятнадцатому угнетала её. Особенно после того, как она уже записала в свои достижения проход на восемнадцатый.

Аж к вечеру мы наконец прибыли на десятый, в поселение тари.

Здесь я призвал убежище, хотя многие предпочли остаться под открытым небом. Место слишком сильно напоминало нормальный мир, даже несмотря на необычный окрас растений.

Местные тари были радушны, угощали какой-то своей пищей, дарили венки из цветов особям противоположного пола. Да, у местных был такой милый обычай, чтобы он там не означал.

Была, впрочем, и работа. Сайна и некоторые бедняги, которые подвернулись ей под руку, сейчас налаживали систему обороны вокруг кошачьей деревни.

Со стороны она была не особо видна, но теперь местные могли в случае нападения врубить турели и осветить всё ионитовым светом от магии.

У меня же впереди был ещё один кусочек выходного, на этот раз уже вынужденного. И провести я его думал ради разнообразия, просто как следует выспавшись.

Сильван наготовил вкусностей, приготовил кальян и вообще делал всё, что любил больше всего — был гостеприимным духом. Даже не поверишь сейчас, что этот добродушный парень когда-то занимался жестокими убийствами проходчиков.

Сейчас проходчики выносили из убежища его вкусности, чтобы закатить совместное пиршество с тари.

— Мы могли бы переночевать на подъёмнике, — с ноткой грусти сказала Первая Проходчица. — И теперь без остановки идти вниз.

— Да что ж тебя туда так гонит-то?

— Смысл жизни, Арктур, — печально сказала Белая. — Ты даже не представляешь, как я устала от всего… Иногда мне кажется, что я не против, чтобы это всё закончилось быстро и навсегда.

Она тяжело вздохнула, подогнула ноги под себя. Поняв, что сражений сегодня больше не будет, девушка сняла броню и теперь была в простой белой рубахе и шортах, какие я уже видел у неё однажды.

— Завидую атеистам. Это ведь у тебя в мире, откуда ты родом, есть вера в отсутствие богов? Здорово, наверное, верить,что после смерти наступит вечный покой. Никаких рая, ада, вальхаллы и перерождений. Жаль, что я точно знаю, что боги есть. Как и перерождения…

— Это механизм Стены, — пожал я плечами.

— А ты видел что-то кроме неё с тех пор, как проснулся?

— Были астральные планы, — пожал я плечами.

— Ни один проходчик Стены не сумел уйти отсюда. А если и сумел, то едва ли он вернётся, чтобы рассказать, как. Поэтому я знаю только то, что есть Стена. А все остальные миры — просто фантомы с разным уровнем реальности.

— Даже если в некоторых можно погибнуть?

— Даже если так, — кивнула она. — Некоторые фантомы бывают очень опасны и очень реальны. Но ни ты, ни я не смогли бы долго прожить в том же мире Долины. Даже если заключить мир с хранителями, нас рано или поздно выкинет оттуда. Перейти в другой мир с концами она и вовсе не даст.

— Всё равно ты слишком привязываешься к этому, — сказал я. — Что тебе даст двадцать первый?

— Я буду точно знать, есть ли по ту сторону Стены жизнь. Был ли прав Принц. За что и ради чего умерла Чёрная.

— Она всего лишь переродилась.

— После того, как твоей Тие достался осколок её души?

— Ну не целиком же? Или как это работает?

— Вот сначала бы лучше о механике спрашивал, — со странной усмешкой сказала Белая. — Осколок души это худшее, что может из тебя выпасть.

— Из любого существа может выпасть осколок, верно?

— Если у него есть душа или хотя бы личность. Но чтобы что-то выпало, оно должно исчезнуть у кого-то другого, верно? Теперь Чёрная если и воскреснет, то без частицы себя у неё с самого начала будут проблемы с осознанностью.

— Она могла бы просто отдать нам чёртов череп.

— Не могла бы, и ты это знаешь, Арктур. За её смерть от рук Тии я должна бы ненавидеть тебя. Вас обоих. Она была моим единственным другом в этом мире. Я должна была прийти к ней на помощь и убить тебя. Но вместо этого стала служить тебе. Как думаешь, ради чего всё это?

— Ради любопытства, — криво улыбнулся я.

— Ради истины, — поправила Белая. — Восемь циклов я жила с верой, что на двадцать первом я увижу из окна живой мир. Свободу. Или может, руины такого мира. Хоть что-то, что скажет мне, что всё это время я делала что-то полезное, а не просто так завела свой рейд на убой в тот раз, на Дороге. На мне долг перед всеми ними. Каждая секунда моей жизни — это секунда, занятая у них.

— А если окажется, что по ту сторону жизнь невозможна?

— Значит, я прожила эту жизнь зря и шагну вниз, чтобы искупить свой грех перед своим рейдом.

— Великие строители… что ты несёшь? Каким образом ты искупишь долг, уйдя на респаун?

— Не просто. Я уничтожу свою душу. Брошусь в локацию к проклятым под мёртвую магию! — сказала девушка с детским упрямством.

— Помнишь бой в твоём мире?

— Конечно.

Я призвал в свою руку белый светящийся цветок, напоминающий ромашку.

— Это…

— Красный тоже есть, — кивнул я. — Я закинул его через навык создания дыр в убежище, когда мир начал распадаться. Сильван изолировал. Теперь хочу разводить.

— Великие строители, зачем⁈ — опешила она.

— Потом придумаем, — отмахнулся я. — Большинство моих планов — это просто сведение воедино различных возможностей. Эта возможность — одна из таких. Я пока без понятия, где и когда нам это пригодится. Но у нас по крайней мере будет такое оружие в нужный момент.

— Это очень опасный токсин, — напомнила она.

— И тем не менее тот, что был над городом в начале вторжения Хостера, был очень похож. Вот и подумал, что как-то их вытаскивать способы всё же есть.

— Убежище вроде бы не работало?

— Убежище — нет. Маленькая дыра под плащом — работала.

Я ещё немного посидел в компании остальных, позволил себе немного покурить кальян и расслабиться, устроив себе настоящий выходной. Ну, кусочек выходного, как минимум. А затем довольно рано отправился спать, перед сном на всякий случай прихватив с собой амулет, в надежде разгадать часть его секретов таким образом.

Ещё один совет Белой, к слову.

Сон пришёл быстро, но я это понял не сразу, потому как сперва мне показалось, что я просто ворочаюсь в своей кровати. Но когда ощутил странную лёгкость в теле и увидел себя, мирно спящим, настроение потянулось вниз.

Вот же не умею я без приключений…

Впрочем, нападать на меня никто не спешил. Так что я прошёлся к двери — и убедился в том, что она заперта. А затем вдруг заметил зеленоватые искры, тянущиеся от моего нового амулета и уходящие вверх.

Это такой осознанный сон, или со мной так пытается связаться артефакт?

Я потянулся к нему и внимательно изучил. Здесь он был ярче и заметно светился. Попробовал на ощупь — амулет оказался мягким и тёплым, что меня поразило больше всего.

Сняв его с себя, я принялся изучать странный артефакт. На вид он здесь был почти таким же, но светился чуть ярче.

— Наконец-то мы стали ближе, — послышался знакомый мелодичный голос, за которым слышался шелест листвы.

— Так значит, тебя зовут Селена? — спросил я у божества, что уже дважды выручало меня — в первый раз, дав запас маны в нужный момент, и во второй — когда подарила семя духовного древа.

— Селена Бескрайних Полей, — представилась она. — Суть дикорастущих трав, песнь цветущей полыни, дева вечнозелёных пределов и младший бог Гайи, плана стихии Земли.

— Арктур. Просто Арктур, — представился я.

— Мне известно твоё имя. А тебе отныне известно моё. Береги его. Имена имеют значение.

Образ нимфы со светло-зелёными длинными волосами и сложным вычурным платьем со множеством лент, ремешков, камней и узоров. Из под корней волос лился салатовый свет, как и от ярких больших глаз девушки. Возраст определить было всё так же трудно. Идеальная кожа и черты лица, странная запоминающаяся улыбка. Одновременно будто смущённая и хитрая.

— Учту. Итак, на этот раз поговорим открыто, или есть ещё ограничения?

— Ограничения есть. Мана. Поэтому времени у нас немного. Чем я ещё могу тебе помочь?

— Ответы! Мне больше всего нужны ответы! Зачем ты мне помогаешь?

— Чтобы ты стал сильнее. И нашёл путь на свободу.

— Зачем тебе это?

— Ответ лежит на поверхности. Мне нужен сильный маг моей стихии и моего аспекта.

— А с чего ты взяла, что мне это будет интересно?

— То есть моей помощи тебе недостаточно? — опешило божество.

— Ты прости, но я о тебе ничего не знаю. Может, ты откармливаешь меня на убой? Уж извини за такую прямоту, но такие на Стене порядки. Недавно меня убеждала в своей дружбе тварь, которая способна была сожрать целый мир, окажись она на свободе.

— Сам факт существования сильного мага моего аспекта — это более, чем достаточно. Просто иди к своим целям. Твоя победа автоматически станет моей.

— Понятней не стало.

— Понятней пока не будет, — покачала она головой. — В своё время ты всё поймёшь сам. Сейчас же ты тратишь время на своё недоверие. Поступим так. Когда зайдёшь в тупик — просто усни, сжимая амулет в руке.

— Понял. Тогда ответь на такой вопрос. Что за пределами Стены? Где находишься ты сама? Твой план земли — существует?

Да, я не мог не подумать об этом после разговора с Радми. Мысль о том, что кроме Стены может уже не быть ничего пугала. Но в то же время я с самого начала чувствовал в ней фальшь. Именно из-за таких, как эта богиня, я пребывал в полной уверенности, что даже если мы в каком-то закрытом мире-чистилище, откуда нет выхода, существует ещё множество миров.

— Снова вопросы. Но мало на какие я смогу дать тебе ответ. План земли существует. но ему очень больно. Что до остального… Придёт время, и мы встретимся. Тогда ты получишь все ответы, которые пожелаешь. Но едва ли раньше. Пусть это будет стимулом для тебя.

— Тогда скажи хотя бы, как пользоваться твоим артефактом?

— Это часть моей силы аспекта, Арктур. Контроль. Точность. Об остальном ты узнаешь в своё время. Стань сильнее. Это нужно нам обоим.

— На свободе я бы уже был полубогом, — заметил я.

— Ты не на свободе, Арктур. И полумер здесь недостаточно. Поэтому никаких «полу».

25. Место, куда мы стремились

Поутру спуск продолжился, как и было запланировано. Помимо ночных визитов подозрительно добрых сущностей, ничего не случилось.

Спешный завтрак. Запах кофе. Сонная Сайна, снова крафтившая своих роботов всю ночь, мрачно стоящая за её спиной механическая кукла с рельсовой пушкой тамарцев.

Эта модель оружия людям была противопоказана, так что от роботов перешла к роботам. Саму же механическую деву уже сложно было назвать творением какой-то отдельной культуры.

От селенитов осталось лишь прекрасное лицо, обрамлённое вересковыми волосами, и бело-золотое изящное тело с совершенными формами.

Глаза теперь были разными — один ярко светился тамарским бирюзовым визором, а второй зловеще мерцал алым светом ионитов. Да и по всему телу были заметны пристроенные и чуть очищенные от ржавчины, где это было возможно, детали.

— Опять всю ночь в мастерской? — пожурил я её. — Сегодня спуск, ты в курсе?

— Что-что? Ты спрашиваешь, почему моя Вереск-три настолько прекрасна? — лицо механистки расплылось в улыбке.

— Нет, я такого не спрашивал.

— Тогда слушай! — просияла девушка. — Встроенный ионитовый свет по всем частям тела, встроенные циркулярные пилы, управляемые магнитным сердечником, ещё полёт на магнитных антигравах. Помнишь вестника ионитов? Это всё от него! Как и матрицы ближнего боя и управления магнитами! Внутри — ядро псевдо-эстера, адаптированное тогда терминалом. Он уже сплавил технологии с духовным началом, мне осталось только подключить… кхе. Блин…

Всё это она произнесла так быстро, будто сонливости у неё не было ни капли. Затем она закашлялась, выхватила кофе, который как раз несла к губам Белая, одним махом осушила кружку и, не останавливаясь более ни на миг, продолжила:

— … В правом глазу и в голове тамарские матрицы стрельбы. У ионитов не было похожего оружия, но стрелять она будет и анализировать поле боя, как тамарский стрелок. А затем переходить на ближний бой с матрицей ионитов. Представляешь!

— Ээ… — я открыл было рот, чтобы остановить этот поток, но вместо этого:

— Что? Спрашиваешь, что ещё она может? О! Много чего. По ней не видно, но вот тут и вот тут в начинке, — она ткнула пальцем в область груди, а затем в левую руку робота, — энергобарьеры эридианцев! Купила на рынке и добавила, а затем смогла соединить. Новые навыки механика — просто супер-охренеть-какие-классные!!

— Рад, что ты счастлива, — осторожно сказал я, боясь спровоцировать новый поток словоизлияний.

— Арк, мы должны найти локацию каят! У меня же есть ещё навык с их техникой! Скоро она у меня ещё колдовать научится! Вот.

— Всё?

— Всё.

— Теперь и я счастлив, — с облегчением выдохнул я.

Вскоре всё вышеописанное чудо, как и его хозяйка, уже стояли у края платформы лифта и готовились к спуску.

Рядом застыли стрелки и маги с дальнобойными навыками.

Деревянная платформа тронулась с места, и вход перед нами принялся быстро зарастать, чтобы решившие спуститься сюда другие проходчики, воспользовавшись нашими услугами, не узнали лишних секретов и не беспокоили местных тари.

Освещение сменилось тусклым сиянием трёх фонарей. Но нормальным из них был только один, с обыкновенной дающей тёплый белый свет лампочкой. Вторым на всякий случай был ионитовый алый, чтобы избежать неприятностей с какой-нибудь аномалией или проходящими сквозь стены призраками.

Лишняя мера предосторожности — Тумор тоже бдил. Но всё равно всякое может быть.

Третьим был какой-то духовный светильник, который вроде как должен был выявлять невидимых сущностей. Подробностей я не знал, как и то, на кой чёрт он нужен,если уже горит свет ионитов, я не спрашивал. Белая редко делает что-то просто так.

Первая проходчица и механистка синхронно приложились к тамарским термосам с кофе. Но здесь спуск уже долгим не будет. Времени в запасе было совсем немного.

— Тумор, доложи обстановку.

— Техноцит остановился на уровне тринадцатого этажа. Лифт там уничтожен. Сейчас локация захвачена чем-то другим. Не встречал раньше таких тварей.

— А куда делся техноцит? — спросил я.

— Дык пересбор унёс. Слишком жирные они для тринадцатого-то этажа. А закрепляться не стали. Просто застыли на месте и смотрели в одну точку, пока их не унесло. Молились своему королю, да?

— Сайна рассказала?

Старик кивнул.

Я подал команду растениями, и стены древесного лифта разъехались в стороны, давая нам возможность видеть переход в новую локацию.

Минуло минут пятнадцать, и мы уже были на двенадцатом. Первые локации всегда небольшие.

— Кхеморы, — сказала Белая. — Порождения хаоса.

— Как определила, если не секрет? — загорелся Кот.

— Борозды от когтей на стенах и магия хаоса, — пояснила она. — Взгляни на эдельвейс.

Закреплённый каменный цветок, а на деле магический анализатор, горел знакомым рыжевато-янтарным сиянием способностей Тии.

— Кхеморы обычно обитают ниже, — продолжила Белая. — Я уже сталкивалась с ними на пятнадцатом. Опасные твари. Непредсказуемые, как и все хаоситы. Будьте настороже.

Основной и духовный свет были погашены. В них не было никакой нужды. Алый свет ионитов же оставался оберегом на случай магической пакости от врага.

Первая проходчица отставила в сторону тамарскую винтовку и сняла со спины колдерский автомат, так сильно напоминавший калашников.

— Что за кхеморы? — спросил Рейн.

— Вампир, искажённый магией хаоса.

— Новая цепь? — заинтересовался я.

— Пока просто двойной класс, — ответила она. — В первую очередь они вампиры, но искажённые хаотической энергией. На пятнадцатом это средний противник. Для этого этажа — почти перебор. Базовый вампиризм, дальнобойный боевой хаос и ближний бой когтями.

— Да, чувствую порождения хаоса, — очнулась и Тия. — Немного. Около шести. Маги.

— Можешь их подчинить? — спросил я.

— Подавить могу, — ответила шаманка. — Но это затратно по силам.

— Зачем они тебе? — удивилась Белая. — Порождения хаоса ты вроде пока ассимилировать не умеешь.

— Не умею, — кивнул я. — Просто думал как быстрее с ними разобраться.

— Хранитель Леса, позвольте мне, — послышался голос Манри. — Отдыхайте, а мы с радостью побродим по окрестностям.

Как приятно иметь инициативных соратников.

Внезапно, стены локации дрогнули.

Послышался болезненный стон Тумора, и он шагнул в кору дерева.

Белая оставила автомат висеть на ремне и левой рукой сняла с пояса фиал с зелёным зельем бодрости. Зубами вскрыла корковую пробку, выплюнула и осушила до дна. Кофе ей всё же оказалось мало.

Платформа остановилась. Остатки пахнущей полынью и мятой жижи зелёным пятном расползлись у девушки на подбородке и затем собрались на его краю, одинокой каплей стекая вниз.

— Нападение, Арк, — послышался голос Тумора через связь растений.

Растительный лифт замер и чуть накренился. Деревянную перегородку разрезала лапа монстра с длинными когтями. В открывшуюся дыру снизу уставилась морда непонятной твари, вместо башки у которой была куча зависших на сросшихся жилах глаз.

В тот же миг ровно по центру этой мерзости оказался болт сапфировой звезды.

Затем вспыхнул яркий бирюзовый свет рельсовой пушки тамарцев, и выскочившая из мрака перед Котом тварь лишилась верхней части туловища.

А ведь нам просто дичайше повезло, что тамарцы питали слабость к растениям. Окажись мы против таких ружей в катакомбах, и прохождение далось бы нам очень дорогой ценой.

Белая работала ещё эффективнее — скорострельность здесь была в приоритете, потому она легко перестраивалась, моментально наводя прицел на следующего врага и расстреливая все его уязвимые точки.

Тела у кхеморов были тощими, но вполне гуманоидными. Девушка ловко расстреливала сердце, область симметрично от него, а затем пускала пулю в солнечное сплетение. Это было самым действенным средством против них. Даже лучше, чем сносить головы!

Ариддарх направил волну атакующей огненной магии, такой мощной, что несколько искр угасло где-то в его бороде. Сразу трёх лезущих на платформу монстров снесло огненной волной. Но следующим повезло не больше — в груди четвёртого оказалась дыра, прожженная пиробластом Келя.

Кукла Сайны оправдывала многословность и бессонные ночи девушки. Выстрелы тамарской винтовки гремели один за другим и каждый находил свою цель. Механизм после всех обновлений стал по настоящему смертоносным. Кукла лишь нажимала на спусковой крючок, вжимаясь синтетической щекой в тёмно-серую поверхность рельсовой пушки.

Она даже не шевелилась, да и оружие и само старалось компенсировать чудовищную отдачу выделениями бирюзового света, который собирался будто люминисцентные облака вокруг механизма. Из-за этого механизм казался будто вышедшим из другого мира и окружённым зависшими в воздух бирюзовыми гирляндами.

Гарри как раз отстреливался лёгким тамарским лазерным автоматом, который в данном случае ещё эффективней.

А затем до меня дошло, что лазеный луч — это ещё и урон светом с точки зрения Системы. По идее, вампиры должны бы иметь к нему слабость. Тем более, такие глазастые.

Тия ударила вампиризмом, и я поддержал её, включив свой.

Волна охватила пространство вокруг платформы, и энергия жизни потекла к девушке, впитываясь в её тело. Глаза засияли ярче янтарным светом, а мотыльки стали напоминать небольшие фонарики.

А вот я вскоре сильно об этом пожалел. То, что вернулось вместе с энергией жизни, мне по вкусу совсем не пришлось. Голова на короткое время задурманилась, дыхание перехватило от силы мощных желаний и порождаемых ими эмоций.

За короткий миг мне одновременно захотелось сожрать большой кусок зажареного мяса и устроить оргии со всеми попавшими в поле зрения девушками, но прежде чем я натворил глупостей, стоявшую передо мной Альму оттеснил вылезший снизу монстр, и все мои эмоции заполонила ярость.

Это чувство сдержать я уже не смог, потому выхватил майр и бросился кромсать им первое вылезшее наверх существо. Вместе с Тией, которая занималась примерно тем же самым.

Но прежде, чем я успел вдоволь насладиться боем, он окончился.

Я даже сперва не понял. Как? Ведь лезли же только что толпой, когда мы успели с ними расправиться?

Подошёл к краю платформы. Посмотрел вниз. Увидел мрачную, едва видимую локацию с исцарапанными когтями стенами.

Недоверчиво посмотрел на майр.

— Я же сказала, это порождения хаоса, — строго сказала Белая. — Демонов, порождения и проклятых нельзя вампирить, если ты не один из них, разве ты не знал?

И при этом девушка как бы в отместку за что-то встала в вызывающую позу, демонстрируя фигуру. О воздействии хаоса, многократно повышавшего все желания, она знала не понаслышке.

Нет, точно издевается. Девушка слегка пошевелила бровью и едва заметно усмехнулась, самыми краешками губ. После чего развернулась к краю платформы, включила примотанный лентой к автомату миниатюрный фонарик и принялась оглядывать стены, перегибаясь туловищем во мрак.

— Это конец, — сообщил появившийся из дерева Тумор. — Дальше пути нет. Пересбор уже поглотил дыру между этажами, которую мы пробивали в прошлый раз.

— Значит бей новую, — с облегчением сказал я, после чего перевёл взгляд на Кота с Ильгором, Лисом и Гарри, которые сейчас сжимали в руках тамарское оружие. — Народ, желающие со мной на охоту. Зачистим ближайшие локации, соберём фрагменты для терминала. Чего зря время терять?

Белая странно улыбнулась Сайне. Рыжая же демонстративно достала из сумки Эстель пирожок с картошкой и с аппетитом принялась есть.

— У меня приу-ал, шеф, — не прекращая жевать, махнула рукой рыжая.

— Хранитель Арктур, — подал голос Манри. — Вы ведь говорили, что ближайшие локации зачистить буду должен я? Прошу прощения. Просто напоминаю, что всегда готов быть полезен Лесу.

— Знаю, брат, — торжественно сказал я. — Но было бы несправедливо доверять всю работу тебе одному. Все обитатели убежища должны вкладывать свою лепту в общее дело Леса. Ты тоже заслужил право на отдых.

— Благодарю, Хранитель. В этих словах, как и прежде, скрыта великая мудрость.

Первые локации на пути, которые обнаружили отряды некродендроидов были такими: одна аномалия, которую решила Эстель, по одной локации ланцетов, порождений хаоса и тёмных духов.

Последних мы решили не трогать — возиться нет времени. И все три не подходили для ассимиляции и создания чего-то стоящего. Но за ними нашлась локация наших старых друзей псоглавцев.

Верней, ланцетов — локация уже была заражена другим видом, как и в прошлое наше знакомство с культурой этих существ.

Это сделало место довольно жутким, будто сцены из фильма ужасов про чужих. И сами псоглавцы стали походить на хтоническую жуть, которая заставила нас покрыться ледяными мурашками и дрожать.

Ланцетам я был благодарен так же, как и тому вылезшему вовремя кхемору. За отрезвление. У меня способности с набором энергии хаоса за взмахи оружием не было, потому эффект прошёл достаточно быстро.

По итогу короткая прогулка не принесла нам особенно ничего, кроме фрагментов и кое-какой мелочёвки. Но мы и не лезли туда, где была опасность. Достаточно и того, что ближайшие к лифту локации были зачищены.

Это и было главной целью, хотя поручить зачистку можно было и впрямь кому угодно.

К нашему возвращению пробой был уже готов, и дерево пускало корни этажом ниже.

Впереди был четырнадцатый. Если точнее — аномалия с очень подлыми свойствами. Ничем не примечательное помещение со складом простых бытовых вещей, оказалось заполнено летучим вирусом, который действовал незаметно для владельца, снижая осознанность и медленно превращая тело в субстанцию, близкую к паштету.

Во всяком случае, такой был вердикт Белой, которая проверила это на своих анализаторах. Она же и предложила средство решения проблемы.

— Я уже сталкивалась с подобным. Лучшее лекарство против вирусов — это некротическая энергия. Магия смерти работает как хорошее обеззараживание.

— Обеззараживание, говоришь? — повторил я, глядя на Альму.

Рогатая мигом всё поняла и подошла к пробою вниз. Поднесла руку, врубила ауру. Я активировал глаза жизни. Тоже хороший индикатор, как выяснилось — жизнь подсвечивалась всюду, делая всю комнату равномерно окрашенной.

Вскоре к энхе присоединилась и вся некромантская братия, на чём прохождение четырнадцатого было для нас на сегодня закончено. Ну, почти — Белую простая зачистка не устроила, и она начала собирать образцы находившегося здесь вируса для заморозки и использования в терминале.

— Фрагменты они почти никогда не дают по своей воле, — заметила она, увидев мой интерес. — Лучше самому взять, если есть возможность.

— Полезные? — спросил я. — Раньше с ними особых дел иметь не доводилось. На рынке покупал как-то разве что.

— По-разному. Чаще нет, но зависит от терминала, — не глядя сказала она, собирая что-то на стене.

Тем временем, Тумор уже начал пробой на пятнадцатый.

Здесь локацию зачищать я лично уже не стал, отправив Манри и компанию. Эффект от хаоса ушёл окончательно, и я начал строить планы на ближайшее будущее.

До Чёрной Дороги осталось уже совсем немного. Что делать с охраной? Начинать возню с ассимиляцией? Попробовать обойти через астральный путь?

Теперь имея некоторые смутные представления о том, что внизу, как минимум, сидит некая жирная тварь, зовущая себя королём, создавшая Дорогу и Техноцит, стоило подумать, как ей противостоять.

На что вообще может быть похоже это существо?

Нужно найти больше терминалов за пятнадцатым, собирая послания крыса. И если уж на то пошло, лучшее, что я могу сделать в таком разрезе.

В идеале будет лучше, если враг вообще не узнает, что мы побеспокоили его подопечных.

На ассимиляцию техноцит вообще реагирует очень болезненно. Так что лучше всего будет просто пройти мимо. Не зря эта способность появилась у меня на терминале ниже, как бы намекая, что для меня это уже пройденный этап.

Правда, думаю нескольких одиночек мы всё таки затащим в убежище и пополним ряды техноцитодендроза. Личная армия никому не помешает.

26. Плацдарм, который следует подготовить

Пятнадцатый встретил нас сразу как полагается — небольшим техноцитовым роем. Внешне существа были на редкость для этого вида приятными — маски, стилизованные под женские лица, а на голове синтетические волосы.

Вот дальше начинался костяной скелет, намертво сплавленный с футуристичной бронёй.

— Эридианцы, — резюмировала Белая. — Когда-то были.

Ещё будучи на подъёмнике я призвал убежище и через Сильвана отдал приказ заманить внутрь монстров.

Вход раскрылся пошире, показалась рука Мерлина с зажатой в ней гранатой. Самопальной хлопушкой, не способной уничтожить техноцитовых монстров. Маг швырнул её подальше в локацию, попав по башке одной из техноцитовых дам.

Выбив искру и развернув голову существа набок, она разорвалась.

Из убежища вновь показалась рука, на этот раз с поднятым средним пальцем.

— Техноцит — пи…

Конец фразы заглушил механический писк, который синхронно издал враг, после чего все существа бросились наказывать обидчика.

Мне сделалось смешно от нелепости ситуации. Разумеется, понять оскорбление техноцит едва ли был способен. Но выглядело будто они и впрямь обиделись и пошли мстить.

На той стороне врагов уже ждал тёплый приём и ассимилирующие объятья.

Надеюсь, похищение техноцита в моих личных владениях не так сильно возбудит обитателей двадцатого. Но это была только догадка.

Прав я или нет, узнаем в самое ближайшее время.

Но не хотелось бы опять подниматься наверх и ждать, пока техноцит успокоится.

Однако спустя пол часа и час никто не спешил идти нас карать.

Работает? Или это в принципе прокатывает с малыми группами?

Далее следовал выход на саму дорогу. Сейчас я больше думал уже о маскировке, чтобы не пришлось отстраивать лифт постоянно.

Путь на саму Дорогу нашёлся быстро — астральный путь сработал как надо, позволив выйти сразу на неё. Я вздохнул с облегчением. Геморрой с зачисткой места роения по обе стороны больше не грозил.

Может, есть какой-то тайный блок на способности, позволяющие пройти дорогу, а внизу их уже раздают щедрой рукой? Ладно, это просто догадка.

Подходящее место для прокладки будущего лифта уже было, нужно только найти ту локацию, где обосновался мой дендроз. Поэтому здесь мы сделали небольшой привал и отправили в обе стороны разведку для поиска нужного места.

В очередной раз я наспех соорудил себе уютный столик и мебель и поразился тому, как легко у меня это получилось. Начал из любопытства проводить эксперименты и превратил простую мебель в нечто сложное и вычурное с узорами и множеством мелких деталей.

Будто скульптор у меня поднялся раза в два по силам.

Значит, время настройки уже прошло, и артефакт начинает работать в полную силу.

Я провёл ещё несколько простеньких экспериментов. Действительно, древесный скульптор стал значительно лучше. Хотя я в общем-то и раньше не жаловался. Пожалуй, теперь я смогу из дерева создавать тончайшие детали.

— Арк, что-то приближается, — произнесла вдруг Эстель.

Рядом с ней стояла Тия. Она отрицательно покачала головой. Значит, что-то, что она не определяет?

Я напрягся, но искатель выглядела расслабленно.

— Что-то небольшое. Механизм, — пояснила она и чуть улыбнулась. — Ой! Это послание.

— От семнадцатых? — понял я.

Белая ткнула пальцем в сторону серебристой точки, которая быстро приближалась к нам.

Это оказалась небольшая механическая птица, вроде воробья.

Существо замедлилось, зависло в воздухе, нашло меня и уже медленнее полетело в мою сторону.

— Ух ты, какая красивая работа! — восхитилась Сайна. — Какая это культура? Или несколько? Можно…

Она шагнула к птичке, присевшей на столе передо мной. Но не успела. Существо вдруг распалось на детали, будто удерживающая его воедино сила перестала работать в один момент.

Моему вниманию предстали три небольших предмета.

Самым большим был медный стержень, по которому периодически бегали молнии. Вторым был брусок грубого сплава, напоминавшего то-ли камень, то ли осколок металлической балки по форме камня. В общем, в отличии от первого это не впечатляло. К тому же на нём остались засохшие пятна крови. Помыли бы хоть, эх.

А третий… Ещё один булыжник, только покрытый субстанцией, напоминающей очень мелкий мох. Даже на миг показалось, что он откликается на связь растений, но по итогу контакта так и не вышло. Интересно, почему фрагмента три, а не два?

Ответ нашёлся в небольшой записке, где аккуратным каллиграфическим почерком было выведено:

Приветствую, корректор Арктур. Здесь обещанные фрагменты и небольшой бонус за содействие. Надеюсь на мирное сосуществование в дальнейшем.

Прилагается:

Фрагмент мехроманта. Абсолютно безопасен. В нашем секторе считается ключевым для развития техноманта высокого уровня.

Фрагмент композита. Активный ассимилятор! Крайне опасен, однако может быть полезен в некоторых вариациях. Полезен для развития классов усиленных бойцов ближнего боя. Безопасен для доминирующей кристаллической генетики.

Рекомендую проявлять большую осторожность. Может привести к прорыву и зарождению ассимилирующего бедствия.

Третий фрагмент пусть будет сюрпризом. У нас он не стоит ничего, и цепей там всего две. Но что-то мне подсказывает, вам он покажется забавным.

С наилучшими пожеланиями, корректор Август.

— Ух ты! Я же твой самый любимый механист, правда? — расплылась в улыбке Сайна.

— Ты мой единственный механист, так что технически ты при любом раскладе самый…

— Погодите-ка, — очнулся Мерлин. — То есть крутой фрагмент от метанекроида, добытый потом и кровью, мы обменяли на усиление для Сайны и опасную хрень?

Мерлин кивнул в сторону булыжника, который меньше всего походил на источник больших проблем. Оставь такой посреди Чёрной Дороги — даже внимания бы не обратил. Камень и камень.

— То есть ты бы предпочёл, чтобы у нас остался фрагмент для Дины? Да ещё и от безумного существа, с большими бедами в башке? У него в списке цепей мёртвая магия, местное вселенское зло наравне с радиацией. Гарантированно полезная вещь во много раз лучше.

— Соглашусь с Арктуром, — кивнула Белая. — И напомню, что вы с этим всем собираетесь экспериментировать на терминале ионитов, который даже идеальный фрагмент вставит…

— … через задницу, — с поникшей миной закончила за ней механистка. — Знаешь, Арк. Я подумала, пусть пернатый забирает его себе.

— Запомнил, Арк? — победно улыбнулся аллюст.

— Мазохист, — поморщилась Сайна.

Ну, для друида я ничего и не ожидал. Хотя тот третий камешек может и будет мне полезен. В лучшем случае могло быть нечто универсальное, но усиление механиста — уже неплохо. Если только получится это ещё встроить, при этом не угробив.

Главное в этом всём было то, что семнадцатые в целом остались довольны сотрудничеством и теоретически, можно развивать отношения с ними и дальше.

Вскоре пришла информация от разведки. Нужное место было найдено. Оставалось только под прикрытием создать пути для лифта. Причём на этот раз чуть более сложной и хитрой конструкции. Нечто вроде развилки, которая бы обходила Дорогу для тех, кому на неё выходить пока рано.

Связавшись с Тумором, мы начали строить новый изгиб, на этот раз позволяющий проходчикам свободно посещать обе части пятнадцатого. Посмотрим, как пойдёт в этот раз, и если ничего опасного не произойдёт в ближайшее время, можно будет открыть путь.

Вход на Чёрную Дорогу из лифта тоже был, но я пока был не уверен, что стоит рассказывать о нём в городе. Можно поделиться этой информацией с адекватными топами и друзьями из новой фракции, но не хотелось бы, чтоб сюда попал кто-то из Своры или с похожим взглядом на жизнь, открыл секрет Дороги и начал гадить соседям.

С семнадцатыми я бы предпочёл дружить — война между нами будет настолько разрушительной, насколько и бессмысленной. Делить нам нечего. А вот союз мог бы быть очень перспективным.

Белая сидела на чёрном полу, подальше от всех и читала записи наших дальних соседей. Давно пора было заняться тем, что передали нам гости из другого сектора, да чёртов Хостер смешал все планы.

Сперва девушка всё время бросала странные взгляды в мою сторону, но затем записи поглотили её с головой, и она потеряла счёт времени. Даже не обратила внимания, когда сестра Альмы вынесла ей завтрак от Сильвана. И так же не глядя, уничтожила всю пищу, не отрываясь от чтения.

Ну а я занимался бытовым строительством и охотой.

Среди прочего, разведка нашла и памятное место, где техноцит заменили многогранники. Аберрации и по сей день находились так же. Видимо, ассимиляция техноцита случайными монстрами ничей гнев не вызывала, и возвращать свои священные земли враг не спешил.

В случае с дендроидами дело обстояло вроде бы так же. Видимо, механизм стражей дороги реагировал только на определённых существ. Проходчиков, или, скажем, по параметру осознанности.

Строительство медленно, но двигалось. Верней, в нашем случае — рост.

Когда процесс уже не нуждался в моем присутствии и всем занимался Тумор, я занялся вторым — охотой. Со мной следом напросилась Тия. Причём напросилась по делу.

— Арк, — произнесла она незнакомым голосом.

Передо мной стояла Тия в своём новом теле. Теперь с полным вооружением.

Мощная артефактная броня со склада. Я такой не помнил, скорее всего трофеи дендроидов. В качестве оружия девушка выбрала двуручник с отростком по прозвищу Лореадор. Держала она его впрочем одной рукой и вполне уверенно. Второй же она сжимала боевой серп. Этот вид оружия ей нравился больше всего, но для билда шаманки намного лучше подходил артефакт, некогда принадлежавший Змею — легендарная кама.

Девушка хотела опробовать возможности этого тела, что было более чем логично. Лучше сейчас, чем в реальном бою.

Однако охота её быстро разочаровала. Её смысл был вовсе не в том, чтобы махать клинком. С помощью некродендроидов я по большей части заманивал монстров в открытое убежище, в котором происходила ассимиляция и вербовка.

Для этих целей Сайна немного покопалась в программе этих существ и создала парочку альфа-дендрозов, которые отличались от обычных только умением взламывать сознание бывших товарищей без её участия.

Навыков хакера у неё не было, потому процесс был банальным и скучным — объятия и прорастание внутрь управляющей системы, а затем принудительное подключение и перепрошивка на правильный образ мышления. Во всяком случае, процесс она описывала именно так — я со стороны видел только объятья.

Войско техноцитодендроза достигло восьмидесяти шести особей. Серьёзная сила, с которой стоит считаться. Но так ли она будет хороша ниже? Суть техноцита в том, что он превосходит свой этаж, и проходчик пятнадцатого не может пройти такую тварь обычными методами.

Но дальше эта разница в силе начинает сходить на нет.

С этими мыслями я оставил больше половины существ там же, где они были. Только приказ был теперь другим — защищать проход на Дорогу от монстров, но не трогать проходчиков, если те не трогают их.

Выходы на дорогу я перекрыл деревом. Теперь проросший сверху лифт делился на два — одна часть выводила в первую половину этажа, вторая — во вторую. О том, что между ними что-то здесь есть, проходчики знать не будут, а другие выходы всё ещё охранял техноцит.

Умные, впрочем, быстро догадаются, что к чему. Но с сильными фракциями, доказавшими базовую адекватность, я не против поделиться секретами, как уже говорил.

К концу дня мы восстановили путь на этажи и создали на Дороге нечто вроде сторожки. Сайна заботливо написала табличку для семнадцатых и других путников, что дендроз у нас мирный и чинит кровавую расправу только в ответ на причинённую обиду.

Затем я перекусил завёрнутыми в лаваш овощами и зеленью — на ходу. И мы приступили к проходу на шестнадцатый.

Да, по хорошему, стоило бы устроить здесь привал и заночевать, именно так мы и собирались сделать. Но слишком велико было моё любопытство и мания Белой.

Хотя бы одним глазком, как говорится.

Она умела заражать своими эмоциями других.

Наконец-то.

Здесь всё было как и должно. Я расслабился и позволил прохождению Стены дендроидами идти своей чередой до пятнадцатого этажа. После спуска я был настороже — нам нужны были первые подопытные.

Здесь мы наткнулись на группу механических тварей. Существа с виду походили на техноцит, но к счастью, им не являлись и не регенерировали до бесконечности. Просто очень стрёмные и стилизованные под терминатора со снятой кожей боевые машины с алыми светящимися глазами и весьма современными бластерами совершенно непонятного принципа работы.

Локация была покрыта декорациями на тему пасмурного холодного каменистого побережья, окружённого скалами. Но с учётом того, что комнаты на шестнадцатом ещё не настолько огромны, искусственность локации была достаточно явной.

В таком антураже хорошо были различимы горящие алые глаза монстров.

— Дальнобойный атакующий тип — предупредила Белая. — Бьют дезинтеграцией материи, будьте осторожны.

Я кивнул. Хотя последние слова меня совсем не порадовали.

А затем отдал приказ растительной армии к штурму, чем сильно расстроил так и не получившую нормальной драки для тестов тела Тию. Хорошо хоть Белая не была так разборчива в путях прохождения Стены. Впрочем, это тоже кранойсть, только иного рода.

Оружие стало дважды неприятным сюрпризом. Выстрел из странной штуки, имевшей четыре отделённых расстоянием плоских крестообразных ствола.

Стреляло оно четырьмя шариками энергии, которые между собой натягивали энергетическую сетку, выжигавшу участок материи.

Оружие было настолько эффективно, что ваншотило и дендроз, и некродендроидов, плевать хотело на любую броню. Видя это, я отдал приказ магам, и проблема была глубоко заморожена и разбита.

— Это что? Как это вообще работает? — удивлялся Мерлин.

— Хочу! — только и сказала Сайна Синица.

Это было первым о чём подумал и я сам. Но вот тут был второй неприятный сюрприз.

Очень быстро выяснилось что оружие нельзя использовать. Оно было составной частью монстров неизвестной конструкции, которую ни Сайна ни Белая не смогли опознать.

На всяки случай, конечно, образцы были доставлены в убежище. Скоро в терминале прокачается техническая ветка и я смогу создавать уже свой собственный техноцит, а не воровать чужой.

Ха, даже звучит забавно!

— Тумор, продолжай! — с восхищением сказала Белая, глядя на старика.

Тот смущённо потупился.

— Не вздумай. На сегодня всё. Поднимаемся.

— А-арктур! — возмутилась Белая.

— Мы не будем соваться ниже сонными и рвать задницу ради несуществующей спешки. У нас наконец-то есть время исследовать здесь всё нормально и понять, с чем нам предстоит столкнуться.

С этим мы поднялись наверх, выставив по урокам Конрада дозор у разлома, чтобы помешать пересбору. Затем я выставил охранение на Дороге, чтобы избежать возможных сюрпризов со стороны всяческой нечисти.

По крайней мере, сюрпризами для нас они не станут.

27. Враг, которого нет

С самого утра, позавтракав, мы приступили к пробою на семнадцатый. Корневая система с трудом пробивалась через камень. Перегородки между этажами стали прочнее хоть и не сравнятся с той, что была на на десятом.

Время праздных шатаний закончилось. Орден готовился встретить любую напасть. Оба слышащих, Эстель и Фирал, мониторили всё вокруг. Они отслеживали шум под нами и возможное появление врага здесь, на шестнадцатом.

Наконец, пол поддался, и растение начало прорастать внутрь.

Тумор доложил обо всём увиденном. Я в это время осматривал всё это через связь растений.

Тёмное, мрачное место без единой капли света.

Растения различили в этом мраке широкое помещение, вроде крутого ангара. Внутри было пусто. Только колонны и, как вскоре выяснилось, клинки.

— Здесь есть сеть. Эта локация принадлежала технической расе, — сообщила Сайна. — Сейчас включу свет.

С треском внизу и правда появился свет.

— Монстров нет, — отметил Фирал. — Аномалии?

— Автоматические системы защиты. Пытаюсь взломать, но я не знакома с этой культурой.

— Белая?

— Я не техник. Мне нужно увидеть архитектуру, чтобы сказать точнее.

— Принято. Манри, готов?

Некродендроид кивнул и направился к разлому. Следом за ним пошёл безмолвный истервис и их с Манри подопечные — результаты не самых удачных экспериментов, в которых я учился пользоваться возможностями создателя цепей.

Я с трудом припомнил относительно адекватную бывшую кровавую лорелею в теле снежной банши по имени Лора. За Истом следовала его гора из плоти, костей и ветвей. За ассимилированным растением некроморфом закрепилась кличка Джаггернаут, и тварь была действительно лютой и неубиваемой.

Вчетвером они спустились вниз, готовые к любым неожиданностям. Но место оказалось чистым.

— Проверь эдельвейсом, — сказала Белая Сайне, и та спохватившись, вытащила из рюкзака за спиной артефакт.

Но тот не засветился.

— Значит, магии там нет… — потянула первая проходчица. — А есть сканер состава воздуха?

— Ээ… нет… — растерялась механистка.

— У меня есть, — кивнула Белая. — Но мне тогда нужно сбегать в убежище. Я не брала с собой всё оборудование.

— Что тебя смущает? — спросил я напрямик. — Мы ведь уже были на семнадцатом?

— Незнакомая локация, — сказала она. — Я просто перестраховываюсь, когда вижу незнакомую культуру. Когда встречаешься с локациями какой-то расы, начинаешь понимать принцип устройства их локаций. Скажем, селениты не любят ловушки и уловки. У них даже система защиты обычно предупреждает, прежде чем открыть огонь. А у тёмных эльфов культуры морранди, локаций без хитрой подставы просто не может быть.

— Понял. Ну, бери и возвращайся, — я пожал плечами.

— И часто она так? — спросил я у Фирала.

— Перестраховывается? — понял он. — Чем больше людей в группе, тем больше она нервничает. И в бой всегда бросается первой, часто подставляясь под удар. Думает, что у неё много жизней и её сложно убить. Но ведь она всё чувствует.

— У неё нет блокирвоки боли? — удивился я.

— Есть в аспектных формах, — пояснил искатель. — Это когда она распадается на куски льда или туман. А терять девять жизней болезненно. Думает, что лучше уж подставится она и воскреснет, чем кто-то из нас…

— Вообще, это работа хранителя знаний, — заметила Сайна. — Это я растяпа.

При этом она так мило улыбнулась, что обвинять её никто и не подумал.

Тем временем, девушка появилась у разлома с прорастающим деревом с миниатюрным устройством, «хвост» которого она опустила вниз.

По экрану пошли строчки чисел, которые вскоре сменились процентами и химическими соединениями.

— Так я и думала, — сказала Белая. — Повышено содержание СО. Угарный газ, который замещает в крови кислород.

— Значит, всё же ловушка?

— Возможно, невидимые миазмы, — ответила она. — Это семнадцатый, здесь они уже могут появляться.

— Но монстров нет, — заметила Сайна.

— Тех типов, которые мы можем определять — да.

— Вроде бы пока никаких проблем в росте нет, — добавил от себя Тумор. — Даже наоборот, воздух богатый, хорошо идёт.

— Лучше бы он был обычным, — заметил я. После чего связался с Манри и выдохнул. — Некры ничего опасного не нашли. Никакой угрозы. Спускаемся.

Первая проходчица кивнула.

И в этот момент мы услышали стук падающего тела.

Фирал! — воскликнула Белая.

Но Альма в новой обуви оказалась рядом с раненым быстрее. Она вышла рядом с ним из воздуха вспышкой света и сразу же приступила к лечению. Но что-то было не так. Обычно её заклинания срабатывали намного быстрей. А тут она дольше возвращала тело в норму, и после этого парень так и не пришёл в себя.

А следом упал на пол и Кот.

Энхе послала фантом, но стало понятно, что это не последняя жертва.

Однако врага всё ещё не было видно.

Переключился на глаза жизни — тот же результат.

Рядом пришла в сознание Тия, и вместе с Диной они принялись сканировать пространство, судя по огонькам магии хаоса.

Рейн перешёл в спектральную форму. Следом за ним и другие, у кого была неуязвимая к чему-нибудь форма — принимали её. Сайна перешла в нематериальность, Хантер улыбнулся, уходя в невидимость…

И нет, это ему не помогло. Его тело выпало спустя всего пару секунд, а затем упала замертво подскочившая к нему Несса. Элейс, стоявший чуть поодаль — тоже свалился.

Никаких признаков борьбы или урона.

Аномалия? Парадокс?

А ведь мы даже не начали спуск! Мы просто стоим рядом с проломом!

— Массовым вокруг! — приказал я. И в локации вспыхнула разнообразная магия. Это было на случай того, что сработает хоть что-то.

Ясно, что убивает нечто невидимое. Но Альма уже пробовала очищение, а Сайна сейчас пробует ионитовый свет.

Красный луч метался по помещению, но ничего не происходило. То, что нас убивает — не магия! Всё, как и говорили артефакты с аппаратурой.

А что ещё они говорили?

Воздух более вкусный… содержание угарного газа… некродендроиды на разведке не увидели угрозы — им для жизни не нужен кислород…

— Всем надеть маски! — отдал я приказ и сам снял с пояса противогаз и оделся.

Рейд послушался моментально. Те, кто в такие моменты тупит, обычно не спускается так глубоко.

Мы замерли.

Альма в респираторе с открытым лицом продолжала мерцать коротким порталом между своими пациентами, а все остальные замерли, ожидая, кто же упадёт следующим.

Но никто не падал.

Сработало?

Минута, две три…

Я немного расслабился.

— Получается, оно атакует нас через дыхание, — понял я. — Скорее всего, это какой-то газ.

— А почему убивает выборочно и по очереди? — спросил Ильгор.

— Газ-монстр? — глупо улыбнулась Сайна. — Теоретически, это может быть какой-нибудь энергет.

— Энергет бы нашёл как тебя убить и без твоего дыхания, — усомнился я. — И вообще, это вроде как живое проявление стихии, зачем ему твоё дыхание, и почему он не может проникнуть в тебя иначе?

— Нет идей умнее — молчи, — обиделась рыжая.

— Система. Смотритель Белка. Запрашиваю системную справку о встреченном существе.

Терминала поблизости не было, но для своих любимчиков она не против доставить его и из соседней локации.

На вошедшем через дыру экране уже мерцал готовый текст:

Угарный страж. Тип: газообразные.

Свойства и слабости не определены.

— Газообразные? — не понял я.

— Запрашиваю анализ формы, — голос Белой похолодел. — Выдать список цепей.

Одна цепь. Газообразные. Является инертной формой в секторе 22. Не проявляет признаков активности и ассимиляции. Гибридные формы не зафиксированы.

— Это совершенно новый вид существ и принципиально новая цепь, — в голосе Белой зазвучал страх.

— Сказано же, в этом секторе они спящие, — указал я на главное. — Так что есть только вот эти ребята, и больше никого.

— Возможно, ниже есть виды, которые смогли ассимилировать этот газ, — сказала она. — «Не зафиксиованы» — значит, что их нет до двадцатого. На двадцать первом будет уже свой лог. Система называет это локалью — связка из десяти этажей.

— Значит, до двадцать первого этажа можно расслабиться, — заметил я.

— Ты прав… — признала Белая.

— Живые камни и природные явления есть, живые мысли тоже, почему бы не быть газообразным формам жизни? — Задумчиво сказала Сайна.

— Честно говоря, до такого даже Змей не додумался…

— Странно, почему, — пожал я плечами. — Идея вроде бы лежит на поверхности.

— Живой газ — это нарушение закона о том, что любое существо может быть убито, — охотно пояснила она. — Ему же нельзя навредить.

— Вот здесь я бы с тобой не согласился, — послышался голос Мерлина.

— О, с чего ты вдруг решил проснуться?

— Когда я слышу такое оскорбление химии, мне плакать хочется, — ответил он. — Есть масса способов разрушить структуру угарного газа.

— Если ты такой умный, жду идеи, как нам прикончить эту тварь или тварей, — вернул я рейд к действительности. — Кроме того чтобы махать копём летаргии во все стороны.

Невидимые и неосязаемые монстры всё ещё были где-то рядом. Спасибо, что срывать с нас маски они не могут, похоже.

— Вообще, это в данном случае твой противник, — пожал плечами Мерлин. — Я-то могу похимичить, но это время. Просто натрави на него растения. По идее, его убьёт любой фильтр, который ты сделаешь.

Я с трудом припомнил, как именно шёл, когда создавал те виды, что очищали воздух. Последний раз мне это всерьёз понадобилось в памятной битве у первого природного терминала. Затем я немного улучшил геном, усилил нужные свойства, и с волной энергии жизни создал первые образцы в виде древней.

Три неповоротливых ходячих куста-фильтра, созданных специально под эту задачу, начали переработку воздуха. Через связь растений я наконец смог уловить смутный образ нашего противника.

Это были живые сгустки газа, как и было понятно из названия.

Новый вид существ вёл себя достаточно пассивно и в то же время настойчиво и неумолимо. Их было трое, как оказалось. И эта троица кружила по помещению, нигде надолго не задерживаясь.

Твари охватывали собой тела, так что никто того не замечал, на некоторое время застывали в таком положении. И если вдоха не было с пол минуты, искали себе другую цель.

Памяти у них не было, потому как скакали они хаотично, тяготея к повторению одних и тех же действий по кругу. Можно было бы даже контрить их атаку простой задержкой дыхания, но угадать, когда тварь пришла к тебе — почти невозможно. Запаха у твари не было, хотя растения отлично ощущали изменения в воздухе.

Только я, благодаря, растениям смог их засечь. И благодаря им же — начал медленное уничтожение.

— Я могу их прикончить. Но придётся так простоять ещё долго, — сказал я. — Фильтры наносят крохотный урон, когда они пролетают мимо.

— Ты их видишь? — обрадовалась Белая.

— Да. Живые облака угарного газа, — пояснил я. — Главное вдохнуть, дальше оно лезет в тебя, и кислород для организма заказан.

Как бы прикончить их быстрее и точнее?

Мысли привели меня к лежащему на полу копью Летаргии, которое выронил Кот, когда в начале этого странного боя его атаковал газообразный.

Лис проследил за моим взглядом. Он был ближе всех к нему.

Наклонившись, он поднял копьё и вопросительно посмотрел на меня. Врага по-прежнему видел лишь я.

— Просто махай им, как палкой, — сказал я. — Только нас не задень.

Что он и начал делать.

Газообразные были туповаты и сменить маршрут, обойдя Лиса, у них не хватило ума. Очень скоро — на втором круге полёта невидимого чудовища, копьё превратилось в нечто такое же газообразное, но видимое — оно имело голубоватый оттенок, плюс само копьё подсветилось изнутри.

Рассмотреть новый эффект я не успел, но как изнутри волной вымирает монстр — увидел.

После себя существо оставило фрагмент. И что удивительно — он был совершенно невидим и неосязаем.

Впервые Стена так подставляла с лутом. Собрать то что выпало с монстра было невозможно, если не иметь зрения растений или иной очень специфической модификации.

Затем схожим образом мы разобрались и с остальными двумя, угрожавшими группе.

— Кажется всё… — начал было я. — Хотя нет. Лис, потыкай копьём у самой дыры.

К нам лез четвёртый, но пока ещё только пролазил в дыру и был не опасен, так что сам подставился под удар.

— Теперь точно всё, — обрадовал я группу. — Но экипировку не снимайте. Лис, брось копьё вниз Манри.

Послышался далёкий стук металла о камень. Связь растений работала без сбоев, и вскоре я увидел, как бывший командор нежити повторяет действия Лиса, размахивая копьем. Вернее, ощутил через растения.

Эффект был тем же. С той разницей, что внизу их было шестеро и махать пришлось дольше. К тому же, противник быстро разочаровался в них и не сильно старался атаковать. Вернее, вообще не старался, так что Манри пришлось самому бродить по залу и тыкать в воздух.

Он тоже видел противника, так что вести за руку не пришлось. Убегать газообразные не стали, проявив к своей жизни нулевой интерес. Существа не имели нервной системы и, похоже, даже не замечали собственной смерти, как и были равнодушны к её возможности.

Затем я создал и высадил на Древе растений-симбиотов со свойствами поглощения и очистки воздуха, передавая часть в лифт. На удивление, угощение для дерево было сродни небольшому пиршеству с монстрами.

Тем временем, Сайна ушла в убежище, чтобы вернуться с троицей дроидов-мусорщиков, вооружённых пылесосами. Они и стали главной ударной силой зачистки, справившись лучше прочих обитателей убежища. Жаль, что дошли мы до них уже в самом финале зачистки локации.

Я даже не помнил, где мы таких достали, но где-то на верхних этажах, потому как вся троица могла в бою служить сейчас разве что пушечным металлоломом, отвлекая огонь неразумных монстров на себя.

Но в своём прямом назначении, для уборки, они были более чем хороши. Они просто втянули фрагменты в себя встроенным пылесосом, и передали в виде трех пластиковых шаров с понятным содержимым. А затем отправились на штурм локации и вскоре семнадцатый был наш.

Так мы получили пару дюжин фрагментов и пищу для размышлений.

С чем мы на самом деле столкнулись с точки зрения прохождения Стены?

Обнаружение новой цепи это плохо, но как инертная, она в принципе плохо поддавалась ассимиляции, и по идее должна вступать в симбиоз с другими видами монстров только в очень исключительных случаях, которые их буквально вынудят к этому.

Но для такого нужен такой монстр-аутист, который будет пытаться в прямом смысле слова ассимилировать своей цепью воздух перед собой. Не думаю что кому то могла бы прийти в голову подобная глупость.

Так локация семнадцатого была зачищена, и спустя некоторое время Тумор приступил ко взлому прохода на восемнадцатый. С пополнившимся запасом сил дело шло чуть быстрее.

Мы переместились ниже. Устроили временную базу на этаже газообразных. Без них локация была всё такой же смертельно опасной, но зная, чем именно, я смог эту проблему решить, обратив в свою пользу.

Оказавшись на этаже, растения начали переработку воздуха, пока спустя некоторое время не доложили мне о том, что путь свободен. Тогда мы и спустились на этаж ниже, и смогли лично изучить локацию на семнадцатом.

— Культура явно не их родная, — сказала Белая. — Забавные иероглифы, смотри.

Я взглянул на колонны. Честно говоря, мне закорючки на них даже на письменность не намекали. Палочки, круги и геометрические фигуры перекликались в ней кусками рисунков, солнышка и даже пару раз встречавшийся символ со схематичным гуманоидом.

— Рисовали это явно куском камня или обломком арматуры, а тут техногенная культура, — заметил я.

Белая задумчиво покачала головой, после чего начала изучать всякие мелочи, на которые я бы и внимания не обратил.

Свисающий провод, спектр искусственного освещения, материал, из которого были сделаны стены, фактура их покрытия.

Смысл этих действий я пока понимал слабо, но именно на ней держалась существующая система знаний о монстрах. Конечно, в первую очередь их систематизировала Серая, к тому же часть информации приносили проходчики, но львиную долю работы выполняла Белая, практически никогда не покидая фронт дела проходчиков.

По соседству с нами на семнадцатом была локация механического завода с обезумевшей системой защиты. Во всяком случае так мне сказала Сайна, которая сама же и отправилась её зачищать в компании своей куклы и нескольких поделок. Сказала, что так сможет сохранить больше ценных экспонатов и в помощи не нуждается.

С другой стороны была аномалия на основе огня. Сложный и запутанный невидимый лабиринт, в котором касание к невидимым стенам каралось обжигающим пламенем, быстро лишающим конечности.

Необходимости проходить её у нас не было. Более чем достаточно и того, что с этой стороны к нам не полезет какая-то тварь.

На этом всё — всего два выхода. Мы попали в сеть локаций по типу паровоза, переходивших из одной в другую. Живой газ здесь был единичной экзотикой, а остальное было связано скорее с огнём.

К тому моменту, как Тумор пробился на восемнадцатый, Сайна вернулась с победой и доложила, что оттуда открывается путь ещё на две локации. Одна с аномалией, принцип которой она не поняла. Только то, что там было нечто на основе гравитации, и что туда лучше не соваться. Другой выход упирался в сложного элементаля с гибридным источником.

Магмовые двухметровые гуманоиды плевались расплавленным камнем и могли легко прикончить Сайну в её легендарном экзоскелете, вместе со всем её механическим воинством.

Но элементали в нашем секторе не проявляли свойств ассимиляции и редко покидали свои локации. Так что гнаться за ней никто не стал, а нам углубляться было не нужно.

На этом историю о создании постоянного лифта на семнадцатый можно было считать оконченной. Пора приступать к восемнадцатому!

28. Крокодилы, потерявшие смысл

Восемнадцатый.

Вообще-то технически мы его и не видели. Лишь засвидетельствовали своё появление здесь.

Теперь же вижу своими глазами.

Правда, зрелище было так себе. Не впечатляло.

Здесь он был представлен длинными высокими коридорами с узкой тропой под стеной. Остальное пространств занимала грязная, позеленевшая, мутная вода.

Внутри обнаружилась в обилии плесень и простенькие растения по типу совсем мелкого мха. Благодаря им я увидел, что противостоят нам вновь механизмы. Судя по тому, что Сайна их не почуяла, к известным ей культурам они не относились.

Обо всех своих наблюдениях я рассказал и остальным.

— Значит, крокодилы? Забавно, — Лис новому врагу удивился.

— Двое из нас и так уже в медблоке из-за газа. Уверен, что стоит недооценивать механических крокодилов? — спросила Белая. Никогда не недооценивать противника — было одним из её основных правил. Что впрочем, не мешало ей первой соваться в петлю.

— Гораздо опасней, думаю, двуногие роботы, — высказал я свои мысли.

— Жаль, что ты не понял, что у них за оружие… — задумчиво добавила Белая. — Я пойду на разведку.

— Всё не пойму, что с тобой не так? — я ухмыльнулся. Первая проходчица как всегда была в своём репертуаре.

— О чём ты? — нахмурилась она, решив, что я издеваюсь.

Все эмоции были написаны у неё на лице. У Белой была не то чтобы очень богатая мимика, но весьма выразительная. Или это работает эффект от её пассивных способностей?

— Сначала Тумор проверит всё корнями на случай сюрпризов, а потом на разведку отправится Манри. А ты бери Сайну и разбирайтесь со своими приборами.

— Точно! — сказала девушка одновременно с механисткой, которая тоже внимательно слушала наш разговор.

Об этажах за пятнадцатым было известно очень мало. Слишком мало для конкретной статистики. Потому незнакомая локация так ничего и не сказала Белой. Немного света разве что пролила Тия, которая провела сканирование местности через «долину голосов».

Способность доложила ей, что местные монстры повергают в ужас призраков и духовных существ и не знают усталости, не смотря на внешний вид.

Последнее, впрочем, было и так очевидно — на то враг и был механизмом.

Незнакомая культура неизвестной расы очень любила крокодилов, изогнутые формы и круги. Огромное количество разнообразных отверстий стоков привело бы трипофоба к паническим атакам. И ни одного угла. В принципе. Ни в чём. Разве что вертикальная решётка — она тоже встречалась и часто.

По идее, её можно было бы взломать и открыть окна во внутренние помещения за стеной, но мне было лень этим заниматься. Некродендроиды потом сами разберутся, достаточно подать мысль Манри.

Не смотря на осторожность Белой, прав оказался Лис — механические аллигаторы, в обилии прячущиеся в воде среди мусора, оказались лёгким противником. Где-то на восьмой-девятый. Просто очень сильный монстр-ближник, который стремительно вырывался из засады и рвал добычу зубами за считанные секунды.

Но никто на восемнадцатом бы не стал ходить с голой задницей по таким местам. К этому этажу грешно выходить без барьеров, магических щитов, воскрешений и всего остального.

Однако крокодилов компенсировали боевые дроны на двух ногах, которые оказались танками на ножках, хреначащими так, что даже тамарское оружие могло позавидовать.

Первый же встреченный нами мех ударил в нас сплошными потоками плазмы, которыми он стрелял, будто из пулемёта.

Зелёная светящаяся субстанция прожигала стены, убивала при касании любой части тела, жрала броню ниже легендарного уровня рядом со следами от выстрелов.

Дозиметр трещал, как безумный — ко всему прочему, дрянь была ещё и радиоактивной, места от попадания выстрелов фонили радиацией, как, к слову, и само оружие, что снова таки не позволяло нам его использовать.

Дрон оказался настоящим ходячим танком, у которого никогда не кончался боезапас и хватало разнообразия. Затем он обратил в пепел Белую, прошив странной красной молнией — её он пускал из стилизованной под крокодилью пастью со странным звуком. Будто гром пропустили через очень плохие шипящие колонки, снизив качество звука до минимума.

Новый вид атаки оказался совершенно новым сортом дерьмового дерьма, о котором невозможно говорить без матов.

В момент гибели девушка орала наверное с секунд десять так, будто её рвут на части, после чего вырубилась. Как сказала позже Альма — от болевого шока. И вот чем ей сейчас помогли все её жизни?

Минус самый сильный боец. По собственной глупости, правда, и самое главное — временно. Но всё равно неприятно.

Затем хреновину удалось заморозить спамом ледяной магии. Верней не заморозить, а просто замедлить. И уже после этого совместными усилиями мы забили чёртов механизм.

После этого мы долго пытались отдышаться.

— Ещё… идут… — тяжело дыша, сообщила Эстель.

Я молча призвал вход в убежище на самую большую трубу, в полтора метра диаметром.

— Дальше предлагаю передать дело специалистам, — с усталой улыбкой сказал я, когда из круглого входа в убежище показался ушастый череп Манри.

Спорить никто не стал. Главный спорщик, стремившийся в любой ситуации лезть в самое пекло, валялся в отключке, пока способность не возродит её вновь, так что с приказом были согласны все.

— Бери дендроз, — сказал я Манри. — Сам не подставляйся. Жизнь вашей четвёрки и других разумных в приоритете. Мордред пусть идёт назад, — я указал в другую сторону дороги. — И пошли кого-то проверить трубы, в которые можно влезть. Скорее всего, там просто канализационный сток, но лучше проверить.

Манри тар Ланкдор кивнул. Следом за ним из убежища показалась Лора, или как там звали его подопечную.

— А мы? — спросила Сайна.

— Будем изучать результаты, — ответил я.

Незнакомая культура очень напоминала Землю с элементами запустения и антиутопии, ну и страстью к округлым формам. Только размерами местные были повыше людей, и, скорее всего, людьми не являлась.

Локация оказалась огромной. Как и полагается локации восемнадцатого, она простиралась вокруг сплошным лабиринтом из полукруглых улочек, запертых между бетонных стен.

Да, местные тоже любили бетон, а решётки оказались хорошей сталью, но не более. Магии в локации не было вовсе, так что культура была целиком техногенной.

Дроиды в виде гуманоидных крокодилов и стражи-аллигаторы как бы намекают на облик прежних хозяев. Наверняка делали по своему образу и подобию, будучи такими же гуманоидными крокодилами.

Пробравшись внутрь одного из зданий некродендроиды обнаружили, что место было, внезапно, то ли зоопарком, то ли какой-то тюрьмой для животных. Не фермой точно, поскольку животных здесь просто содержали и всё.

Живых из них не осталось никого. Только охранные роботы.

— Кто любит чёрный юмор? — неожиданно спросила Сайна.

— Давай, — кивнул я. Потому что лично на меня место наводило тоску.

На полу валялось сено и опустевшие миски для корма. Животные здесь были большие, но не хищные, что-то вроде слонов или носорогов. Решётки в клетках были сделаны скорее с целью не выпустить, а не реально опасаясь, что её обитатель вырвется на свободу. Напротив, всё говорило о том, что о животных заботились.

Скорее, всё таки зоопарк, или даже некая зона передержки для сохранения вида перед катаклизмами. В любом случае — это просто предположения. Факты нашлись у механистки:

— Знаешь, почему местная система защиты в ярости?

— Не тяни.

— Они считают нас убийцами местной живности.

Я с сомнением посмотрел на истлевшие останки крупного травоядного животного. Им была даже не сотня лет, а куда больше. От костей практически ничего не осталось. Они рассыпались в пыль от одного прикосновения.

— Система поддержки просто не видит других вариантов, — пояснила механистка. — Она не может обвинить в смерти животных саму себя. Убийцами оказываемся мы просто потому что других подозреваемых не существует.

— Ну офигеть логика. Прямо в духе Стены. Иониты бы гордились, — я криво улыбнулся.

— Рада, что ты оценил, — улыбнулась механистка в ответ. — Скорее всего, животные умерли сами от старости. О них здесь хорошо заботились, до последнего. Ну, кроме замкнутого пространства, хотя их выводили гулять.

— Хау… бедные роботы. Получается, они потеряли свой смысл жизни? — прониклась Альма.

— Ну, можно и так сказать, — пожала плечами Сайна. — Хотя это не эстеры, а просто бездушные машины. У них нет чувств, только программный код.

— Откуда ты всё это узнала? — спросила Белая с явным интересом.

После неприятной смерти от красной молнии она уже восстановилась своей способностью. Но вид у неё всё равно был неважный.

— Смогла таки ломануть их защиту и включить автоперевод логов, — сказала девушка. — Но далось с большим трудом. Нужны профильные навыки взлома. До десятого такие вещи были скорее моим хобби, но тема хакерства выше вообще не раскрыта. Серьёзные механические культуры, которые имеет смысл взламывать начинаются с эридианцев, а это не выше восьмого-девятого…

— Сюда бы терминал ионитов, — вздохнул я. — Они будто сквозь землю провалились. Ещё недавно ведь были на каждом шагу!

— Смотри чёрный терминал не накличь, — усмехнулась Белая.

— Кого?

— А, страшилка, которую травят в тавернах, — пояснила Сайна. — Дремучая история о терминале, который создаёт боссов.

Белая кивнула.

— Её придумали в Своре, чтобы пугать новичков. У них очень много таких, — пояснила Белая. — Но остальные совсем примитивны. А у этой идея похожа на наш случай с Хостером. Будто его специально кто-то создал.

— Могу тебя обрадовать, Хостер создал себя сам. Это я видел у него в башке, так что здесь мимо. Его безумие — это не один кривой мод в билде, а попытка собрать нечто новое с целью ассимиляции цепи, взяв за основу псионику. Но что-то пошло не так. Там целый ряд кривых модов, которые ставились с конкретными целями, пока какой-то не стал последней каплей, превратив в психа.

— Вот как? Любопытно, — задумчиво подвела итог Белая. — Это тоже было в его башке?

— Отчасти догадки, основанные на том что увидел, — признал я. — Если так интересует его судьба, можем снарядить тебе экспедицию в двадцать третий. Хочешь?

Девушка промолчала, но мой ответ ей явно не очень понравился.

Мы вышли из зоны содержания животных, в которой ничего больше не нашлось.

У выхода нас уже ждала кучка металлолома от разбитых дронов, механических крокодилов и выбитых фрагментов. Проходчики как раз помогали нежити выгрузить лут в убежище.

Металлолом по просьбе Сайны доставлялся в её мастерскую, а лут частично переходил на склад, а частично — под корни терминалу для анализа. Исследование механической цепи было близко к завершению, а это значит, что я смогу шагнуть на качественно новый уровень ассимиляции механизмов.

Сам я не механист, но в терминале смогу создать существ, которые будут решать вопросы вроде техноцита и без нашего с Сайной участия. Это будет первое созданное мной существо с четырьмя цепями.

Но пока что это был лишь один из многих перспективных проектов для роста.

Глядя на всё это я вздохнул и с чувством удовлетворения от хорошо проделанной чужими руками работы, отдал следующий приказ.

— Ну что, лифт на восемнадцатый готов. Отдыхаем и готовимся. Тумор, начинай копать на девятнадцатый.

Уже завтра мы узнаем тайну двадцатого этажа.

Интерлюдия

Ангедония

— Принцесса, король не любит ждать, — проскрежетал зомби в низком поклоне.

Нежить она не любила. Зачем и по чьей прихоти оживает мебель она понимала с трудом. Всё, что не являлось живым, не представляло для неё никакого интереса.

А ещё лучше — чтобы это было разумным. А ещё — осознанным!

Куда больше она любила рабов. Рабы могут испытывать эмоции, а эмоции — её пища. Иных путей для принцессы безумия не могло быть. Порой она заглядывала в покров в поисках столь редких для неё удовольствий. Впрочем, она была благодарна даже за это.

Рабы слишком привыкли к подобному, и порой ей казалось, что они реагируют лишь по привычке. Эмоций же там было чуть. Хотя и это во много раз лучше, чем ничего.

Зомби же…

— Ненавижу зомби, — скривилась девушка. — Скажи, мертвец. Летит к тебе двуглавый дракон. Что будешь делать?

Принцесса подняла руку и начала активно шевелить средним и указательным пальцами.

— А-а…? — тупо переспросило существо.

Два пальца с чавканьем вошли в глазницы зомби.

— Сожалею, что разгневал вас, госпожа, — с сожалением и усталостью проговорил мертвец. Боли он, впрочем, не чувствовал. Зрение же ему и вовсе давали совсем не глаза.

В пустых глазницах мертвеца показались горящие некротической зеленью магические окуляры. Впрочем, это тоже мана, хоть и не родная её цепям.

Принцесса выпила без остатка всё, что было в покойнике и без каких либо чувств впитала в себя. Некротизм выжег часть кожи, но ей было плевать. Сердце забилось чуточку чаще, вырывая её из беспросветной, бесконечной, абсолютной, безграничной, космически-необъятной и дальше по её списку, скуки.

Но реагировать было нужно.

Принцесса Аселла по прозвищу Ангедония, растянулась в фальшивой улыбке, и нырнула в Океан Трав. Так она называла свои владения, пожалованные Королём.

Обратившись сгустком чёрно-фиолетовой дымки, она полетела между колыхавшимя травами к невидимым глазу, крохотным дырам в земле. Они уходили вниз, к Престолу и окружавшим его рабочим.

В таком виде она могла пересекать большие расстояния за короткий срок. Когда-то давно, ещё в другом мире, её первым классом был егерь. Впрочем, об этом она помнила крайне мало, как и все здесь. Хорошо помнил их прошлое разве что Всеединый Король-под-Дорогой.

— Ваше величество. Я здесь по вашему зову, что един со мной в порыве моего сердца…

— Довольно, Аси! — пророкотал Голос.

Тело настоящего короля она не видела безмерные десятки тысяч дней, с времени Воцарения короля под Дорогой. Но и одного только голоса хватало, чтобы девушку пронзило дрожью.

Эмоции! Эмоции!! Эмоции!!! Даже тень от них делала Ангедонию самым верным и преданным слугой Короля.

По её мнению, разумеется.

— Я сделаю всё, мой король! — с вожделение ответила она королевскому Голосу.

— Дитя воли моей, Ангедония, благословенное дитя Стены Хостер, был подло убит негодяем, зовущим себя корректором твоего сектора, Аси. И воля моя для тебя такова, что и в момент твоего назначения Наместником.

Девушка окончательно собралась из мрака. Перед ней был стержень узла сектора, единый с образом Всеединого Короля-под-Дорогой.

Призрак гигантского стального скелета с алыми механичекими глазами прошёлся по ней, автоматически проводя сканирование.

— Как только подлец переступит Границу, — продолжил Он, — повелеваю убить и сотворить всё, что пожелает твой дух! Не справишься, и гнев мой великий на негодяя, будет лежать и на тебе. Ты — мой наместник, воля от воли моей.

— Да, Король! Я сделаю всё! — в голосе девушки было восхищение и фанатизм.

— Не заставляй меня приходить лично, дочь воли моей, — пророкотал Голос. — Ибо тогда моя Воля может обратиться к другому. Тебе ведомо, что стало с наместником семьдесят третьего, пропустившего прорыв композита.

Ангедония продолжала улыбаться счастливой улыбкой на всё лицо. Один из страшнейших создателей цепей за последние сколько-то циклов. Она не помнила и не вела счёт дням. Зачем, если все они одинаковы.

— Я буду счастлива принять наказание, — улыбнулась она.

Имя наместника, не сумевшего остановить создавшее композит чудовище она тоже забыла. А что с ним случилось — помнила. Его отдали тому, что обитает за двадцать первым этажом. По своей воле Ангедония никогда бы не ступила в земли аномалий на корм обитавшей в её сердце Мёртвой Мечте.

— Ты помнишь. Это хорошее напоминание о том, почему нарушение Кодекса ведёт к смерти. Создатель цепи должен быть сурово наказан, иначе таких мест в Стене станет больше.

— Всё бессмысленно. — отозвалась Ангедония. — Ничто не имеет значения. Я приму наказание с радостью, если так пожелает мой король!

Как и десятки тысяч дней до этого, Король оставался таким же мудрым и полным сил. Он не оставлял без внимания ничего во владениях за дорогой и знал то, чего не знала она.

Ей было слишком скучно интересоваться.

Но её кумир и король никогда не знал слова «скука».

— Дитя Стены Хостер с санкционированной плановой чисткой не смог остановить нарушителя. Так вышло, что ты лучше любого в Королевстве знаешь искусство причинения боли. Это судьба, что ты правишь здесь. Но ты слишком слаба, поэтому ты получишь дар.

— Да, Ваше Величество! — с горящими глазами ответила Ангедония.

Ангедония, наместник великого Короля Механизма в двадцать втором секторе, опустилась на одно колено.

— Я дарую тебе частицу проклятого композита. Его встройка болезненна. Приказываю принять её! — пророкотал Голос. А затем чуть слышно, едва различимым шёпотом добавил. — Прости, Аси. Ты так слаба, любимая дочь моей воли. Но мы не можем рисковать с создателем цепи. Ни один из них не должен пересечь Королевство. Мы не хотим породить ещё один новый фильтр или архибедствие. Достаточно и того, что обитает под нами.

— Да, мой король. Вы очень мудры! Я приму боль с радостью и начну игру. А если это развеет Скуку, я возведу новый алтарь в вашу честь!

— Ступай, дочь воли моей. Сделай то, что должно, и будь что будет. Пусть моя любовь бережёт тебя.

Ангедония вновь распалась потоками чёрно-лилового ветра, но направилась она не наверх, а юркнула в разломанную старую трубу, которую некогда строили как систему оповещений первые проходчики.

Вскоре она уже стояла перед спящим городом, вдыхая аромат палёного пластика.

Треск. Треск от тысячи мёртвых пальцев.

Шелест. Трудились тысячи машин, обслуживая Частицу Механизма.

Наместница собралась вновь в зале из множества зеркал.

Перед ней отразилась невысокая девушка с короткими чёрными волосами, зачёсаными назад и открывавшими лоб. На вид ей было не больше восемнадцати. Широкая счастливая улыбка делала её ещё моложе. Так, что едва ли кто-то мог бы признать в этом чуде самое жестокое существо в Королевстве.

Затем отражение покрылось рябью, сменившись множеством изображений операторов.

— Случилась великая радость, ничтожества! Ликуйте, ибо в наш дом пришла беда! Наконец-то у нас снова будут сверхурочные и смерть от переутомлений! Или постойте-ка. Вы все ведь давно мертвы?..

29. Мир, который умеет удивлять

Утро не задалось с самого начала.

Стена очень не любит планирование.

Помнится, недавно я собирался спускаться на девятнадцатый? Так вот, чхать она хотела на мои планы.

Она любит рандом и внезапности. Потому утро началось с них.

Не успел я уснуть, как убежище поднялось по тревоге.

Миазмы.

Они напоминали радужные тучи, стелящиеся по полу.

Сильван заметил надвигающуюся угрозу, когда это нечто стало превращать растения убежища при касания в белый порошок.

Такой эффект задевал всю органику вокруг нас, неотступно подвигаясь к сердцу убежища. Медленно и неотвратимо, игнорируя всю опробованную на них магию и алый свет. Последний тоже не изменил ничего в раскладе, а потому единственным путём был побег в соседнюю локацию.

Если отозвать убежище из реальности, миазм его уже не коснётся. Но это значит, что отдыху в любом случае пришёл конец.

Лифт пришлось бросить. Отступив из локации, мы перебрались в соседнюю. Пересбор тоже подсуетился, и вместо ожидаемой зачищенной локации нас приветствовала жара мира магмовых великанов. В суете мы как-то просто забыли выставить дозор в соседних с нами локациях.

Место было стилизовано под адское пекло с соответствующей температурой, и охранялось какой-то хитрой версией усиленных ифритов. Местная нечисть металась огнём, переходила короткими порталами, восстанавливалась несколько раз — пока не закончится мана.

Завязался бой, который прервало появление наступающих миазмов. Они проходили сквозь стены так, будто их вовсе не существовало. Пришлось резко сменить тактику и спешно драпать под прикрытием отвлекающих некроморфов.

Оставшиеся ифриты тоже превратились в стеклянные статуи самих себя, и под действием силы тяжести, упали, разлетаясь в пыль.

Мы влетели в соседнюю локацию.

— Аномалия! — сообщила Эстель. — Но я знаю, как её пройти!

Девушка начала что-то изучать, затем к ней подошёл Фирал с металлическим барабаном.

Смотрелось это сейчас не очень уместно. Но пока они занимались своими способностями, я неотрывно смотрел, как радужный туман уничтожает на своём пути всю органику.

Но если так, то почему на нижних этажах в десятке вообще есть что-то живое?

Скорее всего, ответ кроется в статусах или особой защите Стены. Она продолжает вести страную игру, подначивая нас проходить себя, пока сама же она раз за разом восстанавливает наших врагов.

Зачем?

Тот вопрос, ради которого я и иду на нижний этаж.

Скорее всего, сейчас она тоже как-то скрывает от них монстров. Но когда мы находимся в локации, эффект миазмов распространяется на всех, кто в ней.

— Готово, — сообщила Эстель.

Следующая локация по идее должна была соединяться с комнатой у древа. Должна была — потому как зачистив находившихся здесь демонов, мы его проделали сами.

Демоны были сильными, но без особых способностей. Просто очень живучими, так что пришлось потратить время.

По ту сторону стены нас ждало печальное зрелище. Прошедшие миазмы полностью уничтожили секцию лифта на этом этаже, а вниз зиял огромный провал, в который ушли остатки погибшей части растения.

Тумор уже занимался восстановлением повреждения, но сам принцип — если здесь будет и дальше проходить подобное, сама идея лифта ниже семнадцатого становится невозможной…

Разве что я найду однажды какую-то редкую генетику, которая противостоит всем видам здешних миазмов.

Так себе идея. Но подобрать универсальный ответ под каждый вид миазмов не представляется возможным.

Хотя, думаю, тут нужно работать не со следствием, а с причиной. Важный вопрос — будет ли миазм уничтожать дерево, если в этот момент на этаже не будет проходчиков? По идее ведь на этаже полно монстров, которых миазмы должны бы уничтожать. Но они их почему-то полностью игнорируют.

Если нет, то проблема решаема системой контроля и введением ограничений на этих этажах. Если же уничтожение дерева будет происходить в любом случае, идея создания лифта вниз становится утопией, и дальше придётся проходить по старинке, нормально разыскивая лестницы с переходами.

Безумная трата времени.

Если говорить глобально, было бы неплохо пробиться так как можно ниже, попутно заглядывая в терминалы и получая способности оттуда.

— Может, продолжим спуск так? — с надеждой спросила Белая.

Она уже знала, сколько занимает захват деревом плацдарма на этаже, и снова ждать не хотела.

— Предлагаешь прыгать в дыру, навстречу неизвестности? — с сомнением спросил я.

— Зачем к неизвестности? Фир, ищи! — приказала она своему искателю, после чего и сама последовала своему приказу, принимаясь вынимать приборы, анализирующие условия комнаты под нами.

В принципе, проверить локацию, соорудить лестницы и спуститься самим — быстрое и простое решение вопроса. Пробой на двадцатый в любом случае займёт много времени.

Девятнадцатый был в шаге от нас, через уже существующий и не успевший пересобрать пролом.

Я вспомнил свой поход на девятый. Тогда казалось, что предела этой хтони нет. Помню, сколько раз мы были на волосок от гибели во время похода в терминал парадоксов. Сейчас уровень опасности был сродни ему, с учётом наших возросших сил.

— Чёртов цветок как взбесился! — выругалась Сайна, показывая артефакт-анализатор магии. Он метался между белизной и янтарём, словно не мог определиться.

— Миазмы! — встрепенулась Белая. — Новые!

— Это что, шутка такая? — скривился Лис.

— Янтарь — это хаос? — уточнил я. — Как у мотыльков Тии?

— Или рыжий, как это, — хмуро сказала первая проходчица, развернувшись и указывая на светящийся оранжевый туман, просачивающийся сквозь стену.

— Чем от них защититься? Или опять бегать? — последнее вызывало у меня самого тошноту в горле.

— Они воздействуют на душу, — покачала головой Белая. — Только уходить. Но мы можем уйти вниз.

Я закатил глаза.

— Ну, чего-то опасного я там пока не вижу, — сказала Сайна. — Радиация в норме, магия там есть, но не очень много, в рамках магической локи.

— И очень много света, задумчиво добавил я, подходя поближе к дыре на девятнадцатый.

Да, этаж под нами был светлым, и из незаконченного Тумором пробоя на нас бил яркий псевдо-солнечный свет.

А я вдруг ощутил кое-что ещё.

Связь растений сообщила, что под нами полным-полно зелени!

Может, это и правда не худший план?

— Светлая лока, — добавила Белая. — Возможно, ангелоиды.

— На вид вроде что-то растительное, — предположила Сайна. Или грибы. Арк?

— Да, кивнул я. — Хотя я пока немогу понять, какие именно. Что-то странное.

— А по моему, какие-то сопли, — достаточно точно подметил вид локации через дыру Ильгор.

— А в чём странность? — спросила Сайна настороженно.

— Сложно сказать, — честно ответил я. — Я пока сам не понял. Они вроде бы подчиняются мне, но как-то с большой задержкой, и будто… иначе мыслят, что ли?

— Спускаемся, — повторила Белая. — Миазмы уже близко.

— Тумор, что делать ты помнишь, — сказал я. После чего первым шагнул вниз.

Дендроморфизм и древесный скульптор создали мне подобие планера, позволившего спуститься вниз. Локации с девяткой в конце были всегда большими, и уступали лишь локациям технического этажа.

Следом за мной вниз поспешили и все остальные, кто мог летать или приземляться без последствий с такой высоты. Остальные ушли в убежище, которое я сразу же и отозвал.

Уже по приближении я понял, что ближе всех в своих предположениях был Ильгор.

Внизу было нечто, чего прежде не видел никто из нас. Мы как-то привыкли, что Белая знает всё. Но здесь её познания о Стене заканчивались теоретическими выкладками Змея. Ключевое слово здесь — теоретическими.

Подлетев ближе я понял, что мы находимся в роще инопланетного… не-совсем-растения, скажем так.

Приземлившись, я внимательно осмотрел трёхметровый пузырь со светящейся янтарной жижей внутри и многочисленными пупырышками зеленоватых наростов. Вокруг него располагались маленькие пузыри, почти полностью покрытые зеленью. Что-то вроде маленьких грибов на краю грибницы.

И это было первое встреченное мною вот так просто дико растущее существо ещё одного нового типа, какого попросту нет в таблицах.

— Белка, что будет, если биологическая цепь ассимилирует растение и гриб?

— Серьёзно? Здесь такое? — опешила она. — Но ведь растения и грибы были не активной ветвью… до тебя. Погоди, это из-за…

— Блин, да погоди ты! Чем слушаешь? Растение и гриб здесь пассивны. Они в симбиозе с какой-то биоформой. Честно говоря, я не знаю, что это такое. Но оно отвечает дружелюбием.

— Дружелюбием? — с сомнением переспросил Мерлин.

— Рад, что ты проснулся, дружище, — улыбнулся я. — Да, оно довольно примитивно. Растительной и грибной сути я нравлюсь. Биологической — нет, но она в меньшинстве.

Белая, я же могу здесь позвать терминал, или есть шанс, что он кого-нибудь не того разбудит?

— Только если будет слишком кричать слова активации, — ответила девушка.

— Система. Корректор Арктур. Что это за хрень?

Терминал… ох, я как чувствовал.

Со скрипом отъехало нечто у самого подножия огромного пузыря метров шести. Вернее, это было даже средоточие пузырей, растущих один на другом, так что в целом это начинало напоминать светящееся дерево.

Своим появлением он врезался в студенистое тело и поехал в мою сторону по некоему невидимому монорельсу.

Выйдя из тела существа, терминал тем самым сорвал часть достаточно хрупкой оболочки, и изнутри начала вытекать светящаяся слизь.

Вот здесь я и подумал, что очень скоро нас попытаются убить.

Но обошлось.

Окружающие существа ответили очень эмпатично и эмоционально. Связь растений буквально заполонил страх разделить судьбу сородича. Но меня с происшествием они не связали. В отличие от системы защит крокодилов, у этих, похоже, была презумпция невиновности.

Усмехнувшись про себя, я прочитал послание системы на вязком и грязном от слизи терминале:

Мшарил. Тип: симбиотроф [био-дендро-мицелий]

Свойства: случайная детонация, единение.

Любопытный образец. Растительная цепь была спящей, как и грибная. Так что главный источник ассимиляции и сердце существа — в биологической составляющей. Вот она в нашем секторе очень даже активна.

Но как существо смогло собрать в себе сразу две нейтральных цепи?

Это очень походило на работу опытного химеролога. Но в то же время, едва ли кто-то стал бы специально выводить такое. Потенциал трёх цепей был потрачен на живую декорацию, которой предназначалось просто взорваться, чтобы заразить этой дрянью жертву.

— С животными мы не враждуем, а грибы и растения мне подчиняются, — сказал я. — Так что можно сказать, что я контролирую их процентов на девяносто. Так что нам они не навредят. Единственное, чего я им не могу приказать — это действовать вразрез с чувством самосохранения и естественными инстинктами вида.

— Значит, локацию мы, можно сказать, прошли?

— Не знаю, — снова напряжённо покачал я головой. Что-то меня смущало, но что именно, я пока что не мог понять. — Может, эти ребята — просто опасная декорация, а истинный враг — какая-нибудь жирная тварь. Девятнадцатый всё же.

— Не верю, что я так глубоко, — тихо сказал Кот.

— Получается, на двадцатом должны быть свои миры Ленты? — спросил Ильгор, задумчиво разглядывая симбиотрофа. — Извините, любопытство.

— Возможно. По механике вроде как да, — ответил я. — А любопытство — это хорошо.

— Интересно, какие разумные виды могут обитать под нами, — задумчиво произнёс ритуалист.

— Арк, ты выглядишь озадаченным. Всё точно в порядке? — спросила Сайна.

— Не могу посмотреть локацию через растения, хотя они стараются как могут.

С таким эффектом я сталкивался впервые. Симбиотрофы были ребятами дружелюбными и мирными. От чужаков они требовали лишь одного — не причинять им вреда. А дальше делайте — что хотите.

Однако если их ранить, они могут затаить обиду. А затем устроить… здесь было непонятно что именно, но существа попытались донести некий аналог слов «болезненное существование в аду». Это так его интерпретировал мой мозг с помощью совиной мудрости и артефакта у меня на голове.

С осмотром локации через их восприятие была ещё большая беда — то, что передавали мне они, заставляло мой мозг плавиться, а голову болеть и кружиться. После первой попытки такого контакта меня едва не стошнило.

Горло царапнул желудочный сок. Во рту стало мерзко. Повторять попытки не хотелось. Головная боль и лёгкое подташнивание сохранились.

Так я узнал о первой побочке связи растений — к такому радикально иному восприятию меня жизнь не готовила. Всё что я понял — это то, что симбиотрофы видели несуществующие для людей цвета, некоторые магнитные волны и ещё воспринимали так много всего, что нужно иметь мозг Хостера для такого восприятия.

Было бы забавно, окажись, что именно фрагмента этой тварюшки ему не хватало для того, чтобы стать чуть адекватней. Хотя вряд ли, конечно.

Удивительно, но жизнь этого примитивного существа была настолько сложной, что по его виду этого нельзя было предположить в принципе никак. Если воспринимать и анализировать сразу столько всего, можно в этом созерцании потеряться на долгие десятки дней.

— Миазмы! — снова предупредила Эстель, и все с раздражением посмотрели в её сторону.

— Нет, — улыбнулся я. — Это их споры. Рекомендую надеть маски, если не хотите, чтобы такие штуки начали расти в вас.

— А они могут? — ужаснулась механистка.

Я указал пальцем на Манри, на плече у которого уже начал вызревать зелёный пузырь.

Некродендроид невозмутимо посмотрел на центр всеобщего внимания, затем на меня.

— Могу срезать, — сказал он равнодушно.

— Альма, обеззараживание, быстро! — приказал я. Затем обернулся к Манри. — Пока не стоит, но следи внимательно за ним.

Глаза жизни доложили, что в небольшом количестве споры существа присутствовали везде в воздухе. Но ещё больше было вот в таких облака, из которых выйти не облепленнымими было невозможно.

— Уходим отсюда, — сказал я. — Не уверен, что смогу блокировать их инстинкт размножения. С их точки зрения вырастить на нас колонию — акт любви.

По покосившимся лицам товарищей я понял, что больше объяснений не нужно.

— Может, мне его огоньком шибануть? — предложил Мерлин.

— Удачи. Только чтобы нас рядом не было, — одобрил я его способ самоубийства.

Альма повторила магическое обеззараживание.

Я выбрал путь наугад — локации Стены не лес, если идти всё время прямо, даже на десятке максимум в течение суток уткнёшься в границу. Останется только идти вдоль неё до того места, где задуман переход.

Сопротивление монстров мы встретили на полпути к стене. Местные стражи были… ну, фауна не сильно отличалась от флоры. Монстры были ходячими сгустками пузырей с чем-то вроде круглых ртов, с неравномерными зубами, больше похожими на колючки.

На него мои способности хозяина леса тоже распространялись, но в гораздо меньшей степени.

Сперва враг меня признал и не атаковал, но затем вдруг с хищным треском насекомого бросился на Эстель. Она в тот момент была к монстру ближе всех.

— С боевым крещением тебя, — Хлопнул её по плечу Мерлин, когда Альма возродила её после того как монстр одним махом всосал её в себя.

Мы успели лишь чудом — ещё секунду назад мирная тварь, которая пропустила мимо Сайну, Белую и Рейна, вдруг бросилась на точно так же идущую мимо девушку. Тварь как-то хитро закручивала рот, будто растение, так что жертва проворачивалась, стачиваясь о множество острых зубов.

В таком разрезе странный рот твари больше не казался забавным.

Из пасти мёртвого монстра мы вытаскивали уже наполовину перемолотое тело. К счастью, впечатлительных на таком этаже не остаётся, а остальное поправимо Альмой.

Она успела вовремя. За время наших путешествий она успела набраться опыта.

Убивать врагов было тоже неоднозначно. Для монстров девятнадцатого они погибали относительно легко. Но как! Атаковавший нас монстр во время гибели сдетонировал светящейся жидкостью. Той самой слизью, что была и внутри растущих.

Так мы нашли, совершенно неожиданно, ещё один универсальный секрет Стены, вроде ионитового света.

Слизь полностью блокировала все способности тела, выпивала ману, а затем начинала снижать осознанность до своего уровня.

Эта дрянь накрыла всех, кто шёл рядом. Рейн был в это время в форме спектра. Сайна в нематериальность войти не успела, но её спас селенитский костюм. Как и Белую выручила её белая броня.

А вот Лису, Альренцу, Келю и двум некродендроидам не повезло.

Альма присела рядом с ними и принялась колдовать, но что-то её магия на этот раз работала не как чудо по щелчку пальца, а лишь немного ослабляло очаги заражения.

Затем стало значительно лучше.

Вот теперь мне стала хорошо понятна их подлая тактика. Если бы сюда попал кто-то другой, его бы окатило слизью ещё на входе, и к центру локации он бы дошёл уже будучи овощем. Скорее всего, теоретические проходчики бы попадали значительно раньше, и на их месте сейчас росли бы большие жирные симбиотрофы.

Нам дважды повезло. Нет, даже трижды — сперва оказаться в центре благодаря пробою сверху, и не попасть в засаду. Затем повезло с тем, что эти суперхищники признали во мне нечто родственное. И в последний раз повезло с тем, что сами симбиотрофы были настолько же тупыми, в каких хотели превратить и нас.

Раненых доставили в убежище под присмотр лекарей. Сдерживать распространение они смогут, но вопрос с исцелением остаётся открытым. Поход уже был каким-то неудачным, и я всерьёз подумывал о том, чтобы вернуться наверх.

При большом желании я мог бы удалённо призвать сверху лианы, соорудить лестницу, вытащить нас. Хорошая идея, но нет. Слишком долго. Сейчас будет уже проще просто выйти отсюда в другую локацию.

На краю локации нас ждал тупик. А вместе с ним и засада монстров.

В этот раз никто даже не думал подходить к ним — двух тварей мы расстреляли издали, не дав приблизиться. А после этого, чисто на всякий случай, ещё прошлись сверху боевой магией.

Это не осталось незамеченным местной флорой. С каждым заклинанием и агрессивным действием терпимость хозяев локации становилась чуточку меньше, грозя нам верной гибелью.

Но у нас было ещё много козырей в рукавах.

Собрав фрагменты существ, пока Мордред брал образцы тканей противника и образцы спор, я отправился к стене.

Спасибо системе, я получил славную способность астрального пути. Пусть и дорого, но теперь для меня всегда есть дверь там, где её нет для других.

Под шелест листьев созданных мной на скорую руку зарослей пробивался тусклый зеленоватый свет некротической энергии.

Я шагнул сквозь листву, и оказался в новой локации, совершенно не похожей на предыдущую.

Походило на антураж кровавой лаборатории, подсвеченной ультрафиолетом. Ещё почему-то светились пятна крови. Засохшей и застарелой, но всё равно прекрасно сохранившейся.

Всё ещё активные глаза жизни поймали образ крохотных светящихся точек, идущих шлейфом за нами. Но влетая внутрь помещения, они все погибали. Жаль, с теми что побольше это не работало.

— Есть идеи, что за локация? — спросил я, больше обращаясь к Белой. И та не разочаровала на этот раз:

— Да, — мрачно сказала она. — Это локация с терминалом. Но нам он ничем не поможет…

30. Картина, сложенная из кусочков

Он напоминал множество чёрных шестерней и перегонных колб, в которых бурлила светящаяся зелёная жидкость. Местами они были слегка потрескавшимися, и жидкость капала на пол. При этом слышалось слабое шипение, а на полу виднелись разводы.

Одни словом, штука выглядела как то, куда ни при каких обстоятельствах не стоило совать в живого человека.

Ещё до того, как Белая официально представила устройство, я уже знал и сам, что перед нами…

— Механо-некротический терминал, — кивнула она. — Терминал техноцита. Я уже видела такие.

Я припомнил терминал из послания крыса. Этот выглядел иначе, но стилистика угадывалась. Если не такой же, то очень похожий.

— Как именно он заражает? — спросил я у неё.

— Зависит от управляющих модов, — ответила Белая. — Просто внимательно читай описания. Но он в любом случае смертелен.

— Для живых, — кивнул я. — Наги!

Вперёд выдвинулся высший некродендроид, некогда бывший личем, некогда бывшим проходчиком.

Идёт сканирование.

Определен объект категории «проходчик». Имя: Нагибатор. Лич 801 уровня.

Справка: система внедрения навыков 19823.

Тип вмешательства — механо-некротический.

Внедрение структуры различного типа методом принудительной некротизации и механизации тканей.

Идеальное сопряжение: техноцит.

Улучшенное сопряжение: механоиды, киборги, кадавры, нежить, некроморфы, рептилоиды, животные.

Удовлетворительное сопряжение: эстерноиды, некродендроиды, летуны, вампиры, муталиски, порождения хаоса.

Минимальное сопряжение: корвитусы, дендроморфы, рыба, метаморфы, демоны, проклятые.

Надо же, а терминал довольно плодовитый. В нём напрочь отсутствовали только фрагменты нематериальных существ. Да и всё, что связано с мистикой здесь нещадно резалось. Эстеры были техникой с душой, потому видимо и возникала проблема.

Как и в случае с летунами, которые были вроде как и обычными существами со скелетом, плотью и кровью, но всё же это совершенно иной вид, отличный от животных. Это не просто птицы. То же самое можно сказать и о рыбе, которая ещё меньше имеет отношение к привычной рыбе нормального мира. В Стене это вообще существа с собственными законами физики и аномальной биологией.

Потому рыба была обозначена в списке как малая синхронизация. Хотя в целом все эти существа относились к самой плодовитой из всех цепей — биологической. Её порождения занимали, наверное, чуть меньше половины среди всех видов.

Позабавил мои подопечные. Не смотря на различную природу в основе — и живые существа и нежить, обе были в зоне низкой синхронизации. Хотя полагаю, на самом деле с не

Даже любопытно как именно проанализирует и воспримет мои поделки этот терминал.

— Кстати, из серии очевидных вопросов, которые никто почему-то не задаёт, — подал голос Мерлин. — Белочка, слушай, а кто выводит вот эти вот обновления? Каким образом терминалы понимают, что нужно распознавать фрагменты некродендроидов, например?

— Серая в Обсерватории имеет право вносить изменения.

— А если Серая внесёт туда фрагменты вот этих вот всех существ из других секторов? Чуда не будет? Арк вон свой терминал прокачивает, а тут получается нахаляву чтоли?

— Змей полагал, что все возможные виды модов изначально есть в терминалах сектора, — ответила Белая. — Но вносить она может только то, что зафиксировано системой.

— Хм, а если предположим, чисто теоретически, — хитро улыбнулся Мерлин. — Делать так мы, конечно же не будем, но вот что, если закинуть фрагмент с чем-то из четырёх цепей в плюсовой терминал и отпустить то что получится на свободу, затем зафиксирвать перед системой, убить, вытащить мод и благополучно встроить?

— Даже не знаю. Этого существа ведь изначально не было в секторе.

— Как и некродендроидов, — парировал Всадник. — Так что теория твоего Змея на этот раз хрен, растущий в болоте.

Белая поджала губы.

— Тогда у меня нет ответа на твой вопрос.

— Есть! Один ноль.

Девушка удивлённо подняла глаза, хотела что-то ему высказать, но я их оборвал.

— Хватит. Лучше взгляните, что терминал рассказывает о себе.

— Сам смотри. Я здесь всё уже видела.

— Даже это? — ткнул я одну из строчек.

Среднее время встройки 2ч.

Возможна параллельная встройка 6 модификаций. Одновременная встройка для двух пациентов.

Активные цепи: механическая, некротическая.

Встроенный шанс случайной ассимиляции 87%

Шанс заражения реципиента зависит от фрагмента-ассимилятора и уровня анализа цепи ассимилятора.

Примечания:

Уровень болевых ощущений: очень высокий.

Уровень влияния на генетику: разрушение конфликтующей структуры.

Уровень влияния на разум: причинно-следственная связь.

Уровень влияния на магический фон: нет.

Уровень влияния на дух: косвенный.

Уровень влияния на парадигму: принудительно при ассимиляции.

Уровни интеграции: физический, когнитивный (при ассимиляции).

Зона игнорирования: магия запределья, духовная сущность.

Принцип подбора модификаций: автоматический поиск наиболее эффективных вариантов с учётом класса. Приоритет — повышение шанса ассимиляции.

— Приоритет забавный, — улыбнулся Мерлин.

Покопавшись в настройках как корректор, я быстро изменил их на более адекватные. Теперь особое внимание уделялось разуму модифицируемого и отсутствию любых заражений и побочек. Грубо говоря, приоритет безопасности.

Затем система послушно выдала две модификации для лича.

Нагибатор, лич.

1✾ [Фрагмент: ячейка матрицы [техноцит]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: некродендролид ✓. Модифицируемая область: «ядовитые споры» ✓. Духовная эволюция возможностей скрытности за счёт маны. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: механо-некротический.]

Доступна способность: некромеханика (пассивное).

Позволяет взаимодействовать с механизмами на некротической основе.

Позволяет наносить механизмам урон некротической энергией.

Открывает класс Некромеханик.

2✾ [Фрагмент: некрорегенератор [техноцит]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: некродендроид ✓. Модифицируемая область: источник некротизма ✓. Механизация процесса самовосстановления. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: механо-некротический.]

Доступна способность: регенерация III (пассивное).

Повышает скорость восстановления некротической составляющей организма на 450%

Всего две способности, но выглядели они очень здорово. Первая — многообещающая. Вторая — просто крутая.

Но самое главное — среди прочего не выдало даже строчки о побочных свойствах.

Захотелось даже самому проверить, может и мне терминал предложит что-нибудь ценное. Но увы. После слов о «некотизации» шла куча ошибок и уведомление о гарантированной смерти подопытного.

— Хм, без твоих настроек терминал просто ничего об этом не говорил, — сказала Белая. — Мы так потеряли бойца, когда впервые столкнулись с техноцитом ещё в составе группы Принца.

Мне почему-то пришла в голову мысль, как бы он выпутался из истории с некросуггестором. С учётом того, что у них был близкий профиль. Хотя, о магии слов, которой владел он, я даже не слышал ни разу, кроме как в упоминании о нём. Так что…

Из мыслей меня вывел ржавый скрип и грохот, от которого содрогнулась сама Стена.

Некоторые даже повалились на пол.

Какого⁈

На лице у Белой застыл схожее выражение крайнего недоумения.

Речь шла о чём-то глобальном, охватывающем весь сектор.

Спустя миг мы вскочили и отработанной тактикой приготовились к обороне от монстров. Бойцы первой линии застыли, а перед ними — охранные дендроиды, готовые принять первый огонь на себя.

Но ничего больше не происходило.

Пожалуй, это напрягало даже ещё больше, как если бы сейчас впрямь повалили монстры.

Спустя ещё минуту напряжённого ожидания, звук повторился ещё дважды, с разницей в секунду, но заметно тише.

Тук… тук-тук…

Тишина.

— Даже не спрашивай, — тихо сказала Белая, нарушив тишину. — Но кажется, всё.

— Думаешь?

— Предлагаешь стоять здесь до разрушения Стены?

— Значит, ты тоже веришь в то, что говорили Хищники? — вдруг спросил я.

— То, что Стена распадается — это факт, — сказала она. — Даже Голубь говорил об этом, и он тоже препятствовал прохождению всеми силами. Ещё и подставлял цикл за циклом кого-то под Ивент. Между прочим, никто не знает, что происходило в секторе раньше чем восемь циклов назад не просто так!

— Ладно, сейчас это не важно. Сидит себе в своей дыре и пусть сидит, — отмахнулся я.

— Что думаете об этом? — спросил Кот, вернув нас к главному.

— Какая-то тварь вышла на охоту, — сказала девушка. — Что ещё это может быть?

— Важная перестройка Стены, полагаю, — пожал я плечами. — Так скрипеть может только что-то очень большое, размером с локацию этаже так на пятом.

Белая задумчиво кивнула.

Остаток вынужденного привала, пока Наги проходил модификацию, провели за ничего не значащей беседой, которая вскоре переросла в спор на тему ветвей человеческой расы, любимая тема многих, как оказалось. Наверное потому, что изначально все проходчики, так или иначе, люди. Даже если некотрые, как Дина, помнят себя богами, или как Белая с Принцем — жителями иных миров.

Сайна, как всегда, с жаром доказывала, что не может быть ничего лучше рая селенитов. Я в этом не разбирался, но был склонен согласиться — девушка говорила об этом с таким жаром, что я заподозрил её в том, что она сама селенитка в прошлом.

Оппонентов у неё, впрочем, и не было. Вот другие культуры друг с другом соперничали, от колдерской антиутопии до эридианских корпораций и тамарских псиоников.

Я отвлечённо их слушал, ворочая в голове мысли о возможных улучшениях.

Наконец, терминал выпустил лича. И надо сказать, изменения были… своеобразными.

— Терминал таки ассимилировал его? — с опасением спросила Сайна.

— Нет. Я в порядке. А что, немножко техноцит? — спросил Наги.

— Ну-у… теперь у тебя по всему телу металл и какие-то подвижные шестерни крутятся. И глаза. У тебя теперь там строчка цифр вместо зрачков бежит.

— Значит, я крут! И слово «металл» вызывает такое тепло на душе! — порадовался Наги.

После этого он порывистым, излишне резким движением выскочил из капсулы, заставив подозрительную Белую вскинуть автомат. И затем атаковал — стену. Со всей дури вмазал кулаком по бетонному перекрытию, разбивая кости правой руки на мелкие косточки.

Затем обернулся к нам, поднял обломок и продемонстрировал, как быстрее забегали шестерни, застучали поршни внутри тела и лица, и из обрубка вырвалось зелёное пламя, принявшее очертания новой конечности.

— Такое приятное чувство на душе, когда я понимаю, что становлюсь сильнее, — сообщил лич. — Мне кажется, в прошлом я тоже занимался прокачкой.

Я улыбнулся. Про игроманское прошлое Наги всё было и так понятно.

— Постарайся в следующий раз предупреждать, а то ты выглядишь сейчас как враг и пугаешь лес.

Самое испуганное, а на деле скорее осторожное «дерево» только сейчас отпустило автомат.

— Что по основному заданию? — спросил я у Наги, и тот посерьёзнел.

— Я всё сделал, хранитель. Вот то, что ты хотел…

Наги выпустил в мою сторону несколько лиан, чтобы усилить связь растений. Я выпустил свои лозы в ответ, и прикрыл глаза.

* * *

Передо мной развернулась длинная дорога между рядами офисных столов. Раздавались звуки громкого стука по кнопкам тысяч рук, но никого вокруг я не видел. Лишь ряды столов, что тянулись на бесконечность во все стороны и такую же бесконечную дорогу сквозь мрак.

— Ты не послушал меня. Не послушал старого мудрого крыша… Ты идёш дальше, — послышался его голос.

Картинка пришла в движения. Наги стронулся с места и пошёл вперёд.

— Раж ты ждешь, жнащит, ты герой. Тот, кого ждал Тахи! Ошмелюшь шпрошить… ты желаеш брошить ему выжов?

Крысиную речь разбирать было больно. Пообщавшись с техноцитом я осознал, что Тахи был не совсем крысой. Скорее, крысой-киборгом. И механические нотки в его речи делали и без того неразборчивую речь совсем уж неприятной для слуха.

Наги молчал, как умеет молчать только нежить.

— Молчиш? Уважаю твою выдершгку, герой. Хорошо. Я подшкажу, как победить дешпота. Шброшить ужурпатора ш трона и шпашти штарину Тахи.

Наги молчал. Просто перебирал ногами, и в темноте зала стали формироваться призрачные образы.

— Шмерть дешпота шкрыта ото вшех. Ибо никто не жнает шекрет короля, кроме Тахи. Ты хочешь жнать его шекрет? Я рашшккажу тебе его. Но что будет ш бедным Тахи? Никому нет дела до обыщной крыши…

Наги молчал. Череп скелета целеустремлённо смотрел пустыми глазницами вперёд по дороге среди черноты, мимо покинутых офисных столов в окружении треска тысяч клавиш.

— Может ли Тахи доверять тебе? Может ли штаря немощная крыша доверитьша тебе, путник? Молчиш… Уважаю твою шдержанношть, герой… Но бедной крыше некому верить. Король меня подвернет великой муке жа эти шлова, герой. Готов ли ты принешти клятву верношти штарой мудрой крыше?

Наги ответил многозначительным, задумчивым молчанием.

— Молчиш… Уважаю твою ошторожношть. Хорошо. Тахион мудрый! Я дам тебе… предоплату. И середине её пути, ты встретишь настоящего Тахи, ешли я буду всё ещё жив. Ты мне даш клятву там и получиш вторую чашть. А ешли я жгину — приди и отомши жа меня. Я оштавлю пошлание, как.

Чернота окончательно развеялась, явив образ острой кристаллической иглы из незнакомого материала, зависший в чёрной пустоте.

— Ш ужурпатором тебе шладить будет непрошто, герой. Ибо шмерь его на конце этой иглы, — прошепелявил механиеским голосом крыс в голове у молчаливого Наги. — А игла та…

Кристаллический стержень вдруг сменился большим яйцом, напоминавшем миниатюрную сферу дайсона, с прорезями из которых бил яркий свет. Напоминало своеобразный генератор непонятного принципа работы.

— Но и её найти тебе будет не прошто. Потому как нет ему одного мешта…

Чернота за рядами офисных столов вновь изменилась, явив большое устройство, напоминавшее четырёхлапую утку с химерной пастью. Тварь была подвижной, а затем картинка сменилась ещё большим механизмом. На этот раз — нечто вроде мощного боевого дроида метров трёх, с обилием пушек незнакомой конструкции.

Выглядела эта механическая тварь, как типичный рейд босс — с большими когтистыми манипуляторами, внушительными лапами с источавшими пар сервоприводами и двумя длинными антеннами над головой, напоминающими заячьи уши. Скорее всего, тоже какое-то оружие.

— Готов ли ты шражитьща за швободу Тахи? Молчиш… Вожможно, ты не можешь говорить… тогда пошлушай. Ищи пошледнее пошлание у терминала коррекшии на двадшатом. Но берегишь намешника. Я не жнаю, кто будет в твоём. Но вше они — монштры. Есть другой путь. Я укажу. Я рашшкажу, где ошквернённый штраж двадшатого. И я открошу тайшу…

Наги продолжал упрямо идти вперёд через повторяющийся зал рядом с плавающей картинкой. Будто моб, по ошибке зашедший в локацию, где игроку рассказывают местный лор.

— Ты молчиш… — не выдержал крыс. — Но ешли б не молщал, то ты б шпрошил, как гибель твари штанет шмертью ужурпатора. Отвечу так. Король на деле тот, кого однащды долщен был шращить любой корректор…

31. Пароли, ведущие вниз

— Далахан… — тихо проговорил я, вынырнув из видения.

— Что? — не поняла меня Белая.

— Король — Далахан, — сказал я. — Каждый корректор должен победить далахан, при этом не став им.

— Да, — кивнула девушка. — Но к чему ты это?

— Белая, что ты знаешь о стражах этажа? — спросил я, ещё больше вводя её в замешательство.

— Ну, стражи есть на каждом этаже, и чтобы пройти ниже обычно полагается его убить. Тогда Стена начинает генерировать лестницы ниже уже без стража. Но это правило почти всегда нарушается. Ты сам можешь пробить путь на этаж ниже, и в целом на такое способен любой сильный маг или взрывчатка.

— То есть мы их обошли и даже не знаем об этом?

Белая улыбнулась.

— Технически, да, так и есть. Но на практике, как я уже сказала, все так делают. А дальше действует правило, о котором ты уже знаешь. Помнишь радиоактивного элементаля с девятого? Когда любой проходчик достигает этажа ниже, нужда в страже отпадает и система отпускает его на волю.

— Карать нарушителя? — уточнил я.

— Нет, просто у него отключается приказ защищать переход, и дальше страж действует согласно своей природе.

— А это как?

— Зависит от того, в какой локации был переход и Стена поставила стража. Действовать свободный страж будет как монстр локации. Если он принадлежит к цепи-ассимилятору, то пустится в путь, соберёт толпу, будет объявлен как бедствие и убит сильными проходчиками. Если там была локация пассивной цепи — будет и дальше стоять, пока его не подхватит другой активный ассимилятор, способный влиять на него.

— И нежить встретилась с элементалем, явив нам это чудо, понял, — кивнул я. — Во только что это нам даёт…?

— Не знаю, это ты меня спросил, — смущённо улыбнулась Белая. — Что ты видел?

Я начал пересказывать монолог крыса с молчаливым личем, а Тия в новом теле светловолосой воительницы, смотрела то же, что только что смотрел я через связь растений. В её новом теле была и такая фишка.

— Теперь понимаю, почему ты спросил про стража, — кивнула девушка. — Значит, он одновременно и Далахан, и страж.

— А ещё корректор и создатель механической цепи, — добавил я. — Настоящий король механизмов.

— Звучит, как ещё один Хостер на нашем пути, — поёжилась Сайна. — Неужели без этого никак?

— Боюсь, этот вполне адекватен, — сказал я. — Как минимум, он полагается на других и имеет слуг со своей волей, если судить по нашему доносчику. Не знаю, так ли он силён, но он определённо умнее.

— Умнее Хостера? — испуганно уточнила механистка.

— Беда с головой у него перекрывала большую часть реальных возможностей. Как видишь, высокий показатель интеллекта по системе — не панацея.

Убедившись, что нас никто не преследует, мы направились к ближайшему пути наверх, чтобы вскоре, миновав усилиями Эстель локацию с аномалией, вернуться к стволу Древа.

Что ж, миссию разведки можно считать перевыполненной.

В момент счастливого воссоединения с Тумором эдельвейс замерцал чёрным, говоря о миазмах хищной тьмы. Пришлось спешно отходить на лифте ещё на этаж выше и переждать два часа там.

— Пока вас не было, здесь ещё трижды были миазмы, — сообщил старик.

— И что, теория работает? — спросил я.

— Да, — кивнул он. Если покинуть сознанием это место и заблокировать от основной части дерева, миазмы становятся не опасны.

— То есть как, совсем?

— Ну, кислотные точно проходят мимо. Я там уже думал, всё, опять заново всё растить. Заблокировал, ушёл наверх. А потом смотрю — всё в порядке. Потом ещё проверил — тут главное уйти до того, как успел попасться сам в миазмы. Когда сам не видишь, а только знаешь, что будет.

— Снова эффект наблюдателя, — понял я. — Значит, просто не будем соваться вниз во время миазмов.

— Ну, сейчас их нет. Передохни чутка, да будем пробиваться на двадцатый.

При этих словах все стихли. У всех близость двадцатого вызывала чувства. Надеюсь, что больше предвкушение, какое было у меня и Белой.

Следующие пару часов мы ели, отдыхали и готовились к новому спуску. Дерево чуть сменило направление роста корневой системы, и мы обошли неудачную локацию, где были взрывающиеся пузыри. Прошли чуть дальше, потревожив другую.

Там противник был сильным. Всё чаще попадались ланцеты, и в нужном месте тоже были они. Локация выглядела как база пришельцев, обильно покрытая какой-то слизью, выделяемой обитающими тут червями.

Место крайне неприятное, но более чем подходящее для наших целей.

Обитавшие тут монстры выглядели мерзко, и как то, что потребует много мороки, потому большую часть работы сделали некродендроиды и сам Тумор. Особенно отличился Наги — новые навыки его вели к экспериментам, и он бросался в самую гущу схватки, как какой-нибудь танк. Тестировал измененный навык регенерации.

Затем Тумор собрал листвой и ветвями слизь и приступил к пробою.

Однако здесь возникла следующая неприятность.

— Вообще никакого? — воскликнул я. — Так не бывает! Или… здесь другой материал.

— Почему границы между нулевыми делают прочнее, чем внешние части Стены? — задал риторический вопрос Кот.

За прошедшее время дерево успешно сняло первый слой — пятнистый мрамор, которым изначально был покрыт пол локации. А вот затем — намертво встало у нового вида материала, который корни не могли пробить в принципе вообще никак.

Белая вынула из легендарных ножен незнакомый прозрачный клинок, лезвие которого едва виднелось. Затем с силой вогнала его в черноту, но вместо этого послышался жалобный звон, и обломок пролетел в сантиметрах двадцати от виска Сайны.

— И после всего ты пытаешься меня убить? — спросила механистка с нервной улыбкой и подрагивающим глазом.

— Предупреждай в следующий раз, — вступился я за неё.

— Мой клинок… — растерянно выпалила она. — Это же мономолекулярный меч. Он по легендам не может быть сломан!

— А ты собиралась резать перекрытие им? — удивился я.

— Хм. Значит, придётся ждать прорыва, как было с ланцетами? — спросил Рейн.

— Если они здесь есть, — сказала Белая, после чего обратилась к системе. — Смотритель Белка. Запрос на активные и неактивные задания за последние десять дней.

Терминал отозвался не сразу, но затем выехал из стены.

Активные задания в ближайших локациях:

1. Прорыв некродендроидов.

2. Прорыв техноцитодердроза.

3. Зафиксирован прорыв дендрокадавров.

4. Обнаружено существо класса бедствие.

— Да тут только о тебе и говорят, Арк, — усмехнулась Сайна.

— Давай последнее.

Зафиксировано существо категории бедствие.

Уровень угрозы 1104. Тип: высший техноцитодендроз. Класс: лич (?)

За ликвидацию угрозы полагается награда: предмет эпического класса.

— Ну вот, — мрачно покачал я головой. — Доигрался.

— Зато смотри как я могу, босс! — радостно поведал Наги, а затем буквально распался на множество мелких частиц, единым облаком мелких обломков костей переместился на несколько метров в сторону и во всполохах зелёного пламени собрался воедино снова.

Последним со щелчком на место встала челюсть.

Если Наги был когда-то игроком, то я бы поставил на то, что он был очень молодым игроком…

— Собирайтесь. Манри, поведёшь группу на зачистку. Белая, есть способ узнать, где ближайший переход вниз?

— Мы не готовы к битве со стражем сейчас, — нехотя признала Белая. У нас не все в строю.

— Пока что просто собираем данные, — ответил я.

Она была права. Некоторым ещё нужно было время, чтобы оклематься, а кое-кто был вынужден воспользоваться услугами моего терминала, чтобы прийти в себя.

Такой вид целительства мы на дому практиковали впервые, но вышло вполне нормально. Моды были выбраны самые простые, под приоритетом безопасности и с минимальным влиянием. По-сути, просто чтобы вообще иметь предлог залезть в терминал.

Но тем не менее, раненые ещё приходили в себя ментально, да и запас маны никто не вернул.

Сейчас моё войско представляло собой боевые рейды во главе которых был один из высших. Обычно это Манри, но сейчас отрядов было два и второй возглавили Мордред и Наги. С ними были и и фамильяры — результат недавних опытов.

К ним прилагались некродендроиды в качестве боевой силы, которая спутывала врага и очень легко восстанавливалась. Обязательно пару тёмных жрецов для этого в отряде было всегда. Плюс дендроз. Куда ж без него.

Итого стандартная тактика заключалась в раше дендроидами, которые благополучно падали, собрав на себя все основные способности врага и разведав обстановку боем.

Их цель была просто забежать вглубь как можно дальше. Следом шёл дендроз и лидер группы под прикрытием магии. Жрецы поднимали обратно некродендроидов, которые уже как раз были рядом с врагом. Но помешать им связанный боем враг уже не мог.

Другое дело, что Стена не любит универсальные решения, и против тех же призраков эта тактика уже не работает.

Рядом с бывшим командором шли бывшая снежная банши и новичок, которому вскоре предстояло встать на одну ступень с Манри и остальными, но пока что он ещё осваивался с новым телом и новыми возможностями.

Дендрокадавр смотрел на всё широко раскрытыми от удивления глазами. Увидев меня, он вежливо поклонился и продолжил следовать за Манри.

Прохождение сильно замедлилось. Сенсоры изучали все локации, в которые существовал переход, Сайна неотрывно следила за каменным цветком-анализатором. Тот периодически менял оттенки, но не так, как во время миазмов. Тогда он весь буквально сиял силой.

Затем Белая выдавала короткое описание всего, что по её мнению можно ожидать от локации, и только после этого растительная армия шла на зачистку. Разумеется, под всем набором возможных бафов и усилений.

На этот раз пришлось ожидаемо тяжко. Дендроиды погибали слишком быстро, а враг — слишком силён. Первые две локации девятнадцатого отсюда принадлежали мощным видам ланцетов.

И те, и другие плевались едкой слизью и отличались друг от друга не сильно. И в обоих локациях бой вышел непростым. По итогу несколько дендроидов погибли окончательно из-за едкой слизи тварей.

Мы с Белой в это время вместе занимались тем, чем по её словам она сама занималась порой едва ли не сутки напролёт.

— Нам тоже не оставляли инструкций, Арк, — сказала она перед терминалом. — Девять циклов назад… хотя теперь, наверное, уже десять, сектор был зачищен Ивентом полностью. Наша группа с Принцем, были первопроходцами. С нуля изучали все механизмы Стены среди первых проснувшихся. Тогда атмосфера здесь в городе была совсем иной…

— И ты просто долбила вот так терминал? — не поверил я.

— Ну, или пойди спроси у Голубя.

— Скорее уж выторгую эту информацию у семнадцатых, — скривился я.

— Да, я тоже об этом думала. Но что, если наше незнание — это слабость, которая даст им понять, что нас можно легко брать голыми руками?

— Как их самих предали их соседи с другой стороны, — кивнул я. — Ради мифического предмета.

— Когда-то давно я проводила эксперимент, — улыбнулась Белая. — Нашла качественный плюсовой терминал с максимальным шансом успеха, наняла сильного мага-темпориста, который откатывал время в случае неудач…

— А так что, можно было? — перебил Мерлин.

Белая тяжело вздохнула.

— Да, Мерлин. Можно, — ответила она и вернулась к рассказу. — Так вот, я сливала несколько артефактов в надежде получить что-то рангом редкости выше за счёт критической удачи при крафте. Ничего выше легендарного уровня получить не удалось. Получилась «легендарка плюс» с хорошими свойствами. Но не ни о каких мифических предметах я прежде не слышала. Ты уже понял, что он делает?

— Чудеса, — криво улыбнулся я. — Пока что просто поднял контроль. Но у меня действительно не так много способностей под него. Амулет пока отразился только на скульпторе, как ты и сказала.

— Понятно, — кивнула Белая. — Ищи. Предмет иной редкости принципиально отличается от вещи рангом ниже. Легендарные вещи, которые ты держишь в руках, имеют реальную историю. У Тии даже есть способность её прочитать, если немного прокачаться.

— И не жалко было исторические святыни разрушать? — подколол её Мерлин.

Белая шутку не оценила и поморщилась со смесью досады и вины.

— Я должна была знать, — сказала Белая. — Однажды я читала историю про мага, который убил своего ручного лиса, чтобы проверить способность воскрешать мёртвых. Тот добровольно отдал свою жизнь тому, в кого верил, чтобы придурок воскресил зверо-зомби и убедился, что его воскрешение так не работает.

В голосе девушки послышалось столько боли и обиды, что я даже опешил. Сам собой напрашивался вопрос, не с ней ли это случилось, на что она сама же и ответила:

— Не смотри так. Просто книжка тронула, но дальше я читать не смогла. Я не ставлю опыты на живых существах. Давай лучше вернёмся к делу. Пробуй ещё раз обратиться к системе. Однажды получится. Это всё равно лучше, чем молча ждать результатов зачистки.

— Система. Корректор Арктур. Вывести путь к переходу в на этаж три-один для проверки проходимости участка.

Отказано. Недостаточно прав доступа.

— Давай ещё. Пробуй. У меня это получалось на статусе смотрителя.

— Так может просто скажешь, как надо?

— Не скажу.

— Почему? Ты же сама хочешь поскорее отправиться вниз! — я начинал закипать.

— Не могу, — буркнула Белая. — Я просила систему указать мне на стража и на места пробоя. Косвенно. Здесь всё иначе.

— Система, укажи путь к стражу двадцатого этажа?

Заблокировано корректором [УДАЛЕНО].

— Опять Голубь постарался?

— Сомневаюсь, — покачала головой Белая. — У вас одинаковые права. Пробуй ещё!

— Система. Корректор Арктур. Поступили сигналы об отсутствии перехода. Проверяю. Выдай путь к ближайшему.

Ошибка. Переход не сгенерирован. Проходчики в зоне активации не зарегистрированы.

— Вот! — воскликнула Белая. — Это уже нить!

Она обернулась назад, увидела скучающего за книжкой Элейса, подозвала к нам и произнесла:

— Ты же проходчик по статусу? Скажи ему что-то.

— Э-э… сказать что?

— Я проходчик. Я хочу пройти Стену.

— Я про… — начал было парень, но на терминале высветилось:

Зафиксирована попытка влияния. Объект временно исключён из списка.

— Чего? — скривился я.

Белая зло ударила ногой терминал, на что тот ответил.

Зафиксирована порча имущества. Рейтинг смотрителя Белка снижен.

— И это ты меня учишь с ним общаться? — усмехнулся я.

— Да просто… никогда так не было раньше! — возмутилась девушка. — Какое ещё влияние⁈ Бесит эта нелогичность.

— Иногда по тебе не скажешь, что ты здесь самая древняя и могучая, — хмыкнул я.

— Это эмоции, — Белая начала глубоко дышать, успокаиваясь. — Расовая особенность. Я спокойна, только когда одна. Иначе эмпатия начинает перенимать их от вас.

Я обернулся, в попытках найти того нервничавшего, сбивавшего девушку с толку, но встретился взглядом лишь с невозмутимо жевавшем бутерброд Крайном, рядом с котором два некродендроида снимали со стены какой-то непонятный металлический объект. Наверное, что-то редкое на переплавку нашему кузнецу.

— Не, порча имущества это конечно круто, — покачал головой Всадник. — Здесь по пол сектора в руинах лежит, а терминал особо одарённые даже воровали у системы.

— Давай-давай, — погромче это опиши, да в подробностях, — не удержался я. — Система. Корректор Арктур. Есть основания, что туда направляется создатель растительной цепи. Мы зафиксировали прорыв дендроидов. Нужно оказаться там раньше него.

Идёт оценка текущей ситуации. Ожидайте…

Решение принято. Координаты выданы под ответственность корректора Арктур.

Благодарю за содействие делу проходчиков!

Но едва я вздохнул с облегчением, как следом повисло:

Ошибка. Страж этажа не обнаружен. Пересбор невозможен. Построение к текущему месту фактического нахождения нерационально. Расстояние составляет 85 км. Настаиваете на получении координат?

Я скривился.

— Чёрная дорога? — задумчиво спросила Белая.

— Да щас! — фыркнул я. — И заново спускаться на девятнадцатый? Лифт я туда не протяну. Ещё идеи?

Ответил, как ни странно, терминал:

Для инициации пересбора необходимой локации в зоне близкой доступности необходима фиксация факта достижения проходчиками этажа II-9

Я обречённо выдохнул.

— Проходчик Софьюшка, — послышался скрипучий голос со стороны входа в убежище. — Я собираюсь надрать задницу этому стражу, а затем пройти Стену. Слышишь, железка?

Старуха улыбалась. Рядом с ней стояла ухмыляющаяся Сайна.

На экране появился ряд стрелок и таймер:

До пересборки локации 06:29:13

Сформирована награда первому проходчику. На выбор: легендарный предмет / эпический сет предметов. Доступна генерация наградной локации по запросу. Благодарим за ваш вклад в дело проходчиков!

— Вот вам и ваш переход, — довольно заявила старуха. — Жду свою награду. Кстати, может уже лучше запросить на двадцать первом? Внучка, подскажи, есть разница?

32. Тишина, несущая страх

Белая глубоко вздохнула, сняла с пояса флягу и сделала пару глотков, после чего вернула себе прежнюю невозмутимость:

— Бери сет. Одна лега тянет на два-три эпика. Здесь или какой-то маленький сет из трёх предметов, или баг в награде. Так тоже часто бывает. Шанс что эпики окажутся полезнее — выше.

Спорить никто не стал. Кроме самой Белой.

— Поверить не могу, что он купился на сообщение о создателе цепи! — не удержалась она.

— Ну, ты же видела, как дендроиды идут по локациям, и знаешь, что создатель растительной цепи действительно пытается попасть ко входу. Где ошибка?

— Нет. Нигде, — девушка скрестила руки. — Я всё поняла, я не идиотка. Но… это же тупо! Ты же пожаловался сам на себя только что, и тебе выдали санкции чтобы наказать тебя же!

Я пожал плечами.

— По-моему, всё логично.

— Это какая-то ионитовая логика!

— Как будто что-то плохое, — хитро улыбнулась рыжая механистка.

В такой атмосфере мы продолжили наше продвижение к переходу.

Между нами оказалось пять локаций. Достаточно много с учётом того, что на этаже с девяткой в конце они не могут быть маленькими.

Это грозило занять уйму времени, потому я собрал ещё два отряда — из проходчиков, один из которых возглавил сам.

Возле древа под защитой Тумора трудились мирные рядом с убежищем, занося полезные вещи, которые тащили дендроиды.

Я сам возглавил четвёртую группу и уткнулся в локацию высших тёмных духов, встреча с которыми далась нам немалой кровью, даже не смотря на то, что моя группа была самой сильной из четырёх.

Локация представляла собой абсолютную черноту, где в большом пространстве не было видно ни единой искорки света, да и вообще ничего. Все способы освещения моментально гасли, что наводило на мысли о магии.

Магический сканер показывал обилие тёмной магии, что и так было очевидно невооружённым взглядом.

А затем пришли и местные обитатели.

Они появились неспешно и только когда мы зашли уже слишком далеко.

Дверь за нами с шумом захлопнулась, но в последний момент столкнулась с усиленным корнем. Белая сразу предупредила о возможности таких штук в подобном месте.

Затем за моей спиной проявилась сплетённая из мелкой светящейся паутины трёхметровая туша покойника со светящимися глазами, длинными чёрными волосами и огромной зубастой пастью на всю нижнюю часть башки.

Бой был коротким.

— БАМ! — первой сработала Сайна, которой редко удавалось пострелять из нового оружия.

Башка первого призрака разлетелась. Выстрелы были усилены магией света, к которым у тёмных духов была стойкая непереносимость.

Второго постигла та же участь благодаря тамарской рельсовой пушке в руках сперва Белой, а затем и попавшей в туловище тому же призраку куклы Сайны.

Убитый лазером монстр оживал — нити паутины потянули его вверх к потолку локации, и вскоре духи исчезли из вида, а мы снова остались в одиночестве.

Примерно так прошло ещё где-то с минут десять, пока я не плюнул и не приказал вынести сюда десяток прожекторов ионитов.

Уф-ф… лучше бы я просто сюда не совался!

Зрелище было из тех, что отбивают аппетит далеко и надолго.

Тварями был облеплен весь далёкий потолок и часть стен локации, а сами они представляли собой что-то вроде мертвецов с паучьими навыками и повадками. Висело множество коконов, всё было укрыто толстым слоем паутины, а тварей было…

В общем, следующие полчаса мы просто отстреливались и отбивались в лучших традициях Ордена Смотрителей. Хорошо хоть, что обошлось без превозмогания с козырными картами, а простой и банальной рутиной.

Из-за этого я вернулся к древу злым и раздражённым.

К счастью, по другим фронтам противник попался не столь неприятным, и удалось обойтись без сложностей.

Всё вместе заняло у нас пол дня, так что в нужном месте мы были ближе к середине дня.

Однако когда мы достигли пятой по счёту локации, отмеченной терминалом, нас ждал новый сюрприз.

Укрывшись плащом Лешего поплотнее, я отправился в разведку, чтобы взглянуть на место возможного нахождения стража этажа. Компанию мне составила Белая и Кот.

— Пусто? — не поверила Белая.

Я тоже не поверил, потому мы вернулись за рейдом и уже всей компанией продолжили осматривать место, где по идее нам нужно было вступить в смертельный бой со стражем этажа.

— Это странно, — продолжила удивляться первая проходчица. — Ловушка?

Эстель покачала головой.

— Здесь нет аномалий.

— Пустая локация?

— Иногда бывает и такое. Баг, — пожала плечами Сайна.

— Не может же быть так, что именно у этого стажа Король забрал тело и, соответственно находится именно в двадцать втором… таких совпадений не может быть, — я отказывался верить в свою удачу.

— Или стражей нет по всей Стене на девятнадцатом, или Сайна права и конкретно здесь баг, — покачала головой Белая. — Никогда не списывай со счетов баги. Здесь каждая третья причина происходящего хаоса — баг.

Я кивнул и смелее шагнул на территорию новой локации.

Место было стилизовано под обшарпанный, обветшалый госпиталь. Под потолком тускло горела лампа накаливания. Над потрескавшейся краской угадывался потемневший от времени портрет. Разобрать черты было сложно — слишком мало сохранилось от оригинала.

Дальше локация перетекала в серый широкий длинный коридор на много метров вперёд, в конце которого была огромная арка с открытыми воротами вниз.

— Открыто? — удивилась Белая.

— А так не должно быть?

— Страж должен защищать эту дверь. Она открывается только если победить стража.

— Может, он отошёл перекусить и отравился? — предположил я с усмешкой.

— То есть мы, получается, можем спускаться? Или это ловушка? — она вопросительно посмотрела на меня.

Я отдал приказ дендроиду шагнуть внутрь, и тот послушно поднялся, перешагнул через первую ступень и бодро засеменил вниз по лестнице.

Никаких монстров?

Просто так подобного быть не может!

— Пусть Эстель проверил всё на аномалии. И ты ещё раз прогони свои анализаторы, — приказал я Белой. — Здесь просто не может быть свободной дороги. А если это так — то внизу гарантированная засада.

— Согласна, кивнула Белая.

Вскоре вниз устремился целый отряд дендроидов во главе с Манри.

Однако никакого сопротивления и ловушек они на своём пути так и не встретили.

Наконец, мы не выдержали и отправились следом за ними.

Путь вниз был узким. Уже, чем на десять этажей выше. Но в целом переход был почти таким же.

— Надо полагать, на середине пути тоже будет условная локация для отдыха? — спросил я.

— Я бы не надеялась, что там будет безопасно, — ответила девушка.

— Да я не об этом. Но переночевать там хотелось бы. Тем более, что нам и так пора.

— Ты серьёзно? — удивилась она. — Хотя, доля здравого смысла в этом есть.

— Прогоним через терминал наших раненых. Мы уже вполне в состоянии и сами справиться с такими проблемами. Выставим дозор. И поспим.

— А, ты о том, что переход дарит во сне способности?

— Альма так получила фрагмент аалорна.

— Никогда не слышала о таком существе. Вам стоило бы занести эти данные Серой, — назидательно сказала девушка.

— Потом, — отмахнулся я. — В общем, если есть возможность так законными методами одним глазком взглянуть на двадцатый — то почему бы и нет?

— Думаешь, там тоже есть мирные жители? — спросила первая проходчица.

— Изначально точно должны были быть, — ответил я. — Должны же мы как-то эволюционировать во что-то разумное. Много ты видела разумных видов после пятнадцатого?

Бесконечный спуск с далёким потолком тянулся вниз. Помня о подставе на подобной лестнице выше, я заранее изучил потолок, но падать оттуда было нечему.

Серый каменный переход не имел сырости и сталактитам здесь взяться было неоткуда.

Наконец, путь резко расширился, показывая нам внутреннюю локацию.

Место было своеобразным и разительно отличалось от стеклянного сада наверху, в переходе с одиннадцатого на девятый.

Это был огромный чёрный зал, покрытый таким же чёрным затёртым камнем. Никакой пыли не было — поверхность была идеально гладкой, будто отполированная, и бликовала на свету.

Свет тоже был — он зажёгся при нашем появлении — длинные вертикальные светильники с холодным белым светом.

Единственное разнообразие во внешний вид места вносили серебряные горы.

Скорее всего, когда-то здесь была некая утварь из серебра, которая в результате чего-то расплавилась. Хотя это только догадки — самая большая гора была метров пяти и возвышалась в центре зала.

Странно, но вместе с тем место казалось уютным. Было нечто умиротворяющее в здешнем полумраке.

— Тия, проверь-ка на всякий случай место от всякой астральной нечисти. Не хотелось бы вместо сладких снов от системы оказаться в кошмаре с какой-нибудь тварью.

Девушка молча кивнула и в два прыжка забралась на серебряную гору.

— Располагайтесь. Манри, у выходов в обе стороны поставь охрану. Пусть дежурит один из высших. Кстати, как там наш новичок?

— Рейдал? У него есть талант. Но есть и обратная сторона.

— Какая?

— Ему непривычно бороться со страстями своего тела. Но это вопрос привычки. Так он говорит.

— Хорошо, присматривай за ним.

Самый лучший способ исследовать Стену — не подставляя свою шею. Во сне мы рискуем только своей душой, а не всем остальным и, как бы парадоксально это не звучало, конкретно в нашем случае это плюс, потому как нанести непоправимый вред душе во время сна может только мёртвая магия.

Убежище я тоже призвал. Спать на холодном полу при текущих возможностях было бы дикостью.

Вскоре чернота посреди камня начала превращаться в уютное жильё по типу общежития. Тратить много маны на создание более комфортных апартаментов я пока что позволить себе не мог.

Это был совершенно бытовой момент — создать арку с ширмой, призвать туда убежище, используя семена и древесного скульптора. Именно здесь, на ровном месте, я и открыл свойство подарка системы.

Мелькнув зеленью, мифический амулет сразу же угас, а задуманный мной уютный ряд кроватей и бытовой мебели просто… появился. Маны при этом потратил совсем немного, хотя провернуть такой фокус — это сперва заложить семена под каждую конструкцию, а затем щедро полить обновлением. Безумная трата, которую я собирался обойти, просто протянув лозы из убежища.

Но… позволяет творить чудеса, говорите?

Выглядит, как нехилый такой мод от парадокса.

Осталось только понять принцип, по которому он срабатывает и в чём подводные камни. Их просто не может не быть — сразу возникает ряд сложных вопросов. Откуда взялась материя из воздуха, если я потратил так мало маны? Где взялся исходный материал без множества семян? По какому принципу амулет выбирает, что и как усиливать?

Напоследок я собрал группу дендроидов во главе с Наги, чтобы их не поглотил в пути пересбор, и отправил в путешествие к Тумору. Древесный лифт можно было продолжать вниз через этот спуск. И затем, наконец, мы поужинали и я объявил отбой.

— Прямо как лагерь, — заметил кто-то из проходчиков в темноте.

— Тише ты! Кто собьёт сон от системы — прикончу!

Я это услышал краем уха, не разбирая, кто это был. Мне шум никак не мешал. Скорее, мешали мысли. В прошлый раз сны увидели Альма и Рейн. В этот — кто знает. Важнее Тия, которая в тот раз смогла уйти следом за энхе.

Сновидцы были крайне редким классом в Стене. Сновидец нежизнеспособен без поддержки команды. Так что были лишь те, кто сочетал в себе их навыки с боевыми, или как Тия — получил их просто как побочный эффект ряда модов.

Она должна была попытаться утянуть меня и астральщиков рейда в сон за тем, кто пройдёт на этаж.

Никто не знал, к кому придёт награда и по какому принципу.

На этот раз повезло четверым. Но никто из смотрителей и выше систему не заинтересовал.

Как вскоре оказалось — всех привело в единственную локацию, существующую на двадцатом этаже Стены.

Тихо колыхалась бирюзовая трава под неощутимым ветром.

Чёрный потолок где-то в высоте напоминал беззвёздное небо.

Пахло смесью полевых трав. Они напоминали живое зелёное море посреди пустоты.

Вдалеке, насколько только хватало зрения, был плотный туман. Над головой были облака, местами сбивающиеся в тяжёлые грозовые тучи. Но они смотрелись немного неестественно, подсвечивалась изнутри разрядами молний, навеки застывших в процессе всполоха.

Да, облака под чёрным небом были застывшими, будто декорация.

Бескрайняя пустошь зелени, утопавшая где-то в далёком тумане.

— Чей это сон? — спросил я.

— Ильгора, Лиса, Кота и Келя, — ответила Тия.

— Их отправило в одну локацию? — я посмотрел на своих спутников. Они тоже были здесь. Знакомые с астралом, как Кот, Хантер и Белая очнулись сразу же, как я. Остальные ещё приходили в себя, осознавая что это не совсем сон.

— Да, — кивнула Тия. — Я вытянула также всех, кто имеет связь с этим миром.

— Нужно искать наградную локацию хозяев сна, — сказала Белая.

Я кивнул. Вот только куда идти? Зелень была со всех сторон. Трава, редкие камни, ещё более редкий кустарник и… всё.

Обратившись к навыку связи с растений, я обнаружил, что он здесь тоже работает, но крайне паршиво. Я не мог отдавать растениям никаких приказов, лишь с огромным трудом смог собрать картину местности.

Что ж, трава была настоящей. Инопланетная, конечно, со свойствами свечения и ещё накопления маны в себе. Но в целом, просто бирюзовая трава. Кусты обладали примерно теми же свойствами — видимо, всё это было из одного биома.

Я потянулся дальше, охватывая больше и больше пространства. Снова засиял мой амулет, оказавшийся неожиданно полезным и тут. Он придал сил, и я смог потянуться дальше, рисуя в сознании картину локации.

Вот только… у неё не было никакого конца. Локация была бесконечной.

Нет, стоп. Это невозможно. Иной план реальности или иллюзия? Всё же мы в сновидении.

А затем связь растений добралась до небольшого участка, где не росло ничего.

Я сосредоточился на этом месте, попытался улучшить сигналы оттуда и с трудом разобрал, что растения упирается в нечто вроде стены.

Стены, разделяющей локации двадцатого и стены, разрушенной почти до самого основания. Дальше шёл ров — совсем как на десятке. Но пространство между локациями и следующий мир ничем не отличались от предыдущего.

Бирюзовая светящаяся трава под чёрным небом с застывшими грозовыми облаками.

— Арк? — осторожно спросила Белая.

— Растения настоящие. Перегородки между локациями разрушены. Здесь и там локации полностью необитаемы. Трава и всё.

— Хм, — задумчиво изрекла Белая, но на том и умолкла.

— Кажется, я знаю, куда идти, — неожиданно сказал Ильгор.

— Да, там что-то есть, — кивнул Кот, указывая в туман.

Как те, для кого предназначался этот сон, они сразу привлекли этими словами всеобщее внимание.

Указанный путь ничем не отличался от остальных, но сомнений у меня не возникло.

— Ведите.

Мы направились чуть левее. Белая сказала, что это на пять часов по отношению к ориентации Стены.

Я проследил наш путь вперёд, но так и не нашёл ничего примечательного. А спустя какое-то время понял, что мы ходим кругами. Но в этот момент нас и настигла первая находка.

— Что это за существо?

— Я знаю, — тихо сказала Белая. — Вернее, догадываюсь. Посмотрите на строение их тел.

— Люди?

— Высшие эльфы.

— Высшие? — не понял Ильгор, имевший эльфийские корни. — Это какие?

— Следующая ступень развития эльфов. Скорее всего, система хотела передать тебе их фрагмент для эволюции, — сказала первая проходчица.

— Мне не нужна эволюция.

— Тия, как было тогда с Альмой? — спросил я у шаманки.

— Точно так же. Мы пришли в разрушенное поселение. На алтаре был фрагмент.

— Да, Стена должна переносить в живую деревню, чтобы познакомиться с видом без возможности навредить. Обычно это мини-приключение на одну долгую ночь.

— Подумать только, что миры Ленты существуют только для этого, — хмыкнул Ильгор. — Если бы я такое заявил где-нибудь в Гелионе, меня бы закрыли в белом доме.

— Это где? — не понял я.

— Не важно. Локация одна на десятом.

— Десятый — это технический этаж, обслуживающий награды, — жестко повторила Белая. — Мне жаль, но это так. Я не знаю, зачем создатели так задумали.

— Не зачем, а для чего, — задумчиво сказал я. — Чем так важна эта часть прохождения, что ради неё выделили так много ресурсов? Стена ведь очень старается, чтобы скрыть эту тайну. Буквально, лезет из кожи вон. Почему нельзя было просто натыкать комнат с фрагментами? Или здесь важна воспроизводимость?

— Если душ на Стене ограниченное число, то не нужна, — сказала Белая.

— А если нет?

— Пока что мы ещё не встречали проходчиков, у которых бы не было хоть парочки жизней в Стене.

— Ну, есть ещё такие, как я, родившиеся в Стене, — напомнил Ильгор.

Они продолжили обсуждать происхождение и дальше, я же переключил внимание на здания поодаль. Впереди были небольшая деревушка, скрытая в небольшой рощице.

И то, и то появилось на горизонте внезапно. Равно как и растения теперь говорили об этом месте так, словно оно здесь было всегда. Вот только я и до этого сканировал местность перед нами и ничего не нашёл.

Скрытая роща? Обкаст местности? Нет, скорее ритуалистика…

А затем вдруг раздался двоящийся голос с трёх сторон вокруг нас. И этот голос точно не принадлежал мирным жителям миров двадцатого этажа.

— Смотрят. Дышат.

— Телами в другом мире.

— Зачем?

33. Вопросы на которые предстоит ответить

Я обернулся на голос.

Вокруг нас сидели три твари, которые крайне отдалённо напоминали кошек. Хотя сравнивать их с ними было бы для котов оскорблением.

Искажённые лица с улыбками в сотни человеческих прямоугольных зубов, занимавшие всю нижнюю часть лица, сложно было назвать кошачьими. Далее следовал кошачий нос и растянутые щели глаз, зрачки в которых смотрели в разные стороны.

И всё это чудо было размером с метр и обладало лиловым окрасом. К тому же образ плыл и двоился. Знакомый эффект от мёртвой магии.

Как раз недавно вспоминал причину, по которой исследования во снах безопасны. Если не повстречаешь порождение пустоты — то ты ничем не рискуешь. Так вот — примерно такие эффекты и были их признаком.

Двоящиеся твари пошли по кругу против часовой стрелки.

— Добыча.

— Вкусная?

— Разная.

— Минимум три цепи. Пустота, био, изнанка — отрапортовала Белая. — Магия пустоты, возможно гибрид с астралом.

Три цепи и гибридная стихия?

— Просто ущипнуть себя — прокатит? — без особой надежды спросил я.

— Четыре, — послышался мелодичный голос.

Мы все синхронно посмотрели на крышу дома посреди бирюзы, на котором появилась фигура невысокой темноволосой девушки.

— Падшие некрочеширы, — пояснила девушка с белой, светящейся кожей и причёской по типу каре, только волосы её были небрежно зачёсаны назад, а часть свисала как попало.

Одета она была в простой тёмный свитер, со следами пятен грязи и простые чёрные шорты. На шее болтался амулет со светящимся фиолетовым сердцем. Ноги же оставались босыми, с налипшими кусочками травы и палой листвы.

Поймав мой взгляд, незнакомка пошевелила пальцами ног.

— Нравлюсь? Ха. Интересно. Тебе нравятся такие, как я. Это забавно.

— Ты ещё кто?

— Ха. Ты спрашиваешь меня кто я. Но делаешь это без трепета и обожания. Почему так?

На лице девушки не дрогнул ни один мускул. Она будто вообще была не способна на мимику. Равно как и интонация её голоса была совершенно ровной. Будто она нарочно выверяла каждую ноту, вычищая от малейшего признака эмоций.

— Если ты явилась в сон моих людей, то тебе что-то нужно. Так говори прямо и не трать наше время.

— Ха. Хочешь быть крутым. Хочешь догнать. Поймать. Повалить на землю. Сорвать одежду, впиться в губы… Почему герой никогда не пытается соблазнить рейдового босса?

В последней фразе даже был оттенок искреннего любопытства. И ни грамма иронии, как можно было бы подумать. Помог опыт общения с Серой, у которой с этим тоже большая беда. Выходит, у нашей гостьи проблемы с осознанностью…

Пока она несла свой бред, я действительно не мог отвести взгляд от её тела и беззастенчиво изучал её. Вот только мысли мои были далеки от похоти.

Чем больше я смотрел на неё, тем больше понимал, что она похожа на очень хорошую куклу. Все её движения были плавными и будто зацикленными на повторе. Похожим образом анимировали персонажей в старых играх, когда анимация проигрывается раз за разом, имитируя бурное дыхание персонажа.

Так и эта девушка — будто какой-то сверхточный механизм повторяла циклы мелких действий. К примеру, каждые десять секунд она меняла положение головы — чуть сконяла то на один то на другой бок. У глаз был свой цикл в котором она раз в несколько секунд косила в бок.

При всей видимой человечности, человеком тут даже не пахло. Смесь биологической, пустотной цепи и чего-то ещё. Добавь псионику и некротизм, получим Хостера, ха!

— Если ты явилась сама, то у тебя есть какое-то предложение?

— Верно. Я пришла к тебе, чтобы предложить мир.

— Что? Мир? — не понял я.

— Остановись там, где ты есть. Поднимайся наверх. Забудь всё, что ты здесь видел. Живи и дальше свою скучную жизнь и оставь меня.

— Я даже не знаю, кто ты. Это твой дом? — я обернулся вокруг.

— Дом? Не знаю, что ты называешь домом. Обними меня в своём сне, раз это сделает тебя счастливым. Я вижу твой взгляд. Мне приятно. Но придёшь сюда сам, и я убью тебя. А убивать очень скучно. Ты не представляешь себе, какой страшной может быть скука.

Взгляд отвести я и правда от неё не мог. И я бы соврал, если бы сказал, что она не в моём вкусе при всей своей странности. Но такой была разве что первая реакция. Сейчас она меня всё больше начинала пугать своими повадками.

Мелкая моторика движений вместе со странной манерой говорить, делали её просто идеальным отображением неигрового персонажа в старой игре.

Я вдруг отчётливо понял, что могу назвать её третью цепь. Девушка почти наверняка была механизмом. Живое существо, как бы оно не старалось, просто не способно с такой точностью повторять десяток циклов с выверенным до миллисекунд таймером.

А ещё она пользуется функционалом снов, значит является или призрачным магом, или астральщиком. Значит четвёртая цепь — это изнанка.

Био-механо-пустотный призрак? Да ну нахрен! Если это тварь с уровнем Хостера, я имел в виду эти ваши превозмогания башкой об бетон! Главное, чему меня научила та история — вообще не допускать таких противостояний.

Что же она такое на самом деле?

Может, мир — это не так плохо?

Никто ведь не говорил, что мне нельзя будет попробовать протянуть лифт с внешней стороны сразу на…

— И до какого этажа простирается место, куда мне не следует заходить?

— Ниже двадцатого нельзя. Та я, что будет ждать тебя там, не умеет любить так, как ты. Она любит больно. Хочешь, чтобы тебя любили больно?

С этим вопросом вверх от земли к ней потянулся уплотнившейся туман, приобретающий форму беззвучно исходящих дымом фантомов. Существа явно носили на себе признаки пыток, а призрачные тела были искорёжены лишними внедрёнными частями или отсутствием необходимых.

— Это угроза?

— Нет. Но угроза может быть интересна. Тебе нравятся угрожающие девушки? Лови.

Она подкинула мне под ноги голову какого-то незнакомого мужика.

Я вопросительно поднял бровь.

— Ему повезло. Всё прошло быстро. У тебя так не будет. Это больше похоже на угрозу?

— Я даже не знаю, кто это, — пожал я плечами.

— Один из архитопов Альянса, — сказала Белая с едва заметным страхом, искренним сожалением и нотками боли в голосе.

Мне сделалось грустно. Нет, этого мужика я никогда в глаза не видел, так что едва ли буду долго скорбеть. Но всё равно как-то паскудно сделалось на душе.

— Ну вот, расстроила моего хранителя. А угроза в чём? — подколол я существо. Общение явно ей доставляло какое-то удовольствие, хотя в целом странностей в ней было с головой.

— Это показатель моей силы и намерений, — ласково проговорила она. — Он подвернулся мне под руку, и вот он здесь. Тело, увы, отдать не могу… его величество против. Рабочие руки не должны простаивать. Так что оно сейчас очень занято. А вот голова не нужна. Представляешь?

Хм, значит этот архитоп забрался на двадцатый? Стоп, этот факт немного не укладывается. Вообще-то я привык считать себя на самом острие прохождения Стены. А тут кто-то меня обошёл. И почему на девятнадцатом тогда он не отметился в терминале? Легендарка лишняя, что-ли?

Что-то здесь явно было не так, но разгадывать эту тайну мне не особо хотелось, даже несмотря на болезненное любопытство. Может статься так, что она вообще это всё выдумала, чтобы увести нас от главного.

— Представил, — кивнул я. — Сплошной перевод ресурсов. У меня в ход идёт всё.

Амулет не подвёл. Вспыхнув зеленью, она вновь явил чудо парадокса, создав из видоизменённой бирюзовой травы тело для некродендроида.

— О-о, впечатляет, — без малейшей тени эмоций сказала девушка. — Итак, твой выбор. Возьмёшь меня силой, или всё будет по обоюдному согласию? Но смотри, чтобы силой не взяли тебя.

Слушать этот бред от хреновины с четырьмя цепями — только попусту терять время, потому я резко сменил тему разговора на более интересующую.

— Лучше скажи, что с наградой? Четверо моих людей получили приглашение сюда. Где награды?

Человека бы такая резкая смена наверняка бы заставила хоть удивиться, или ввести в ступор хоть на пару секунд. Но будто игровой NPC, бездушная программа, действующая по заданному алгоритму, она ответила так, будто именно об этом мы и говорили с самого начала.

— Это место ничего не сможет вам дать. Чрево Стены мертво, как сердце богини, что создала мёртвую магию. Уходи и уводи своё тело. Уводи своих. Владения Короля закрыты для вас.

— Мне, собственно, к вам и не нужно. Меня интересует путь ниже.

— В землю аномалий? Зачем? Там нет ничего, кроме мёртвой мечты, — ответила девушка. — В любом случае, это невозможно. И не нужно.

— Я бы мог просто обойти земли твоего короля. Или они идут до самого низа?

— Нет, конечно же. Это твоё решение? Зачем тебе вниз?

— Почему вы все так боитесь, что кто-то пройдёт Стену? — спросил я напрямик. — Или будешь как Хостер, затирать мне про энтропию, бороздящую просторы мирной жизни пленников Стены?

— Нет. Мне это не интересно. Я просто желаю сохранить неподвижность. Мне ужасно лень тебя убивать. Это невероятно скучно! А другая я предпочитает во всём видеть боль. Ты любишь боль? На самом деле, мой вопрос об этом. Любишь ли ты боль достаточно сильно, чтобы шагнуть ко мне?

— Да вообще-то не особо.

— Ох. Время на исходе, — она чуть изменила привычный цикл повторяющихся действий и картинно с тревогой посмотрела куда-то в сторону. — В этом месте я должна на вас напасть. Но делать я этого, конечно же, не буду. Мне скучно. И лень. Пусть ваши действия станут ответом.

С этими словами девушка шагнула назад, чуть расставила руки и повалилась в траву, одновременно с этим начиная исчезать лиловой дымке.

— Ушла.

— Оставила.

— Нам? — сразу же оживилась троица некрочеширов.

Существа сорвались с места и бросились по спирали к нам.

К чему-то такому я и готовился, и не я один.

Вот только никто и помыслить тогда не мог, что это вовсе не очередная рядовая стычка с неведомыми тварями.

Троица сорвалась с места в нашу сторону с невероятной скоростью.

Привыкший полагаться на покров каят, я даже не сразу понял, что именно отхватило часть туловища.

Послышались крики боли и паники.

Я обернулся и увидел фигуру некрочешира.

Тело химерного полосатого кота, вытянутая жирафья шея, глаза-щели, посреди фиолетовой шерсти, уши летучей мыши и не меньше полусотни зубов, занимавших больше половины башки.

Тварь качала головой на манер метронома или перевёрнутого маятника, чем напоминали свою жуткую хозяйку.

Существо дало насладиться своим видом секунды с три, словно нарочно давая мне шанс восстановиться дендроморфизмом и скульптором.

Сработала магия настроившегося амулета, мгновенно восстанавливая повреждённые участки.

Мелькнула запоздалая мысль, что я наконец понял, почему амулет считался больше, чем легендарным. Мгновенное получение растительной материи из ничего работало в том числе и в такие моменты, а значит связка скульптора с навыком изменения растительной формы под амулетом превращалось в мгновенную регенерацию смертельных ран!

Но остальным повезло значительно меньше. Рядом со мной во вспышке янтаря развеялась Тия. На её месте был фиолетовый монстр с жуткой улыбкой.

Затем тварь вдруг окатило потоком крови, окрасив в алый фиолетовую шерсть.

— Очнись, Арк!! — Белая навалились на меня всем телом и с силой встряхнула. В её глазах стоял ужас. Девушка была вся в крови с головой до ног. — Мы должны проснуться! Боги, мы просто должны проснуться!!

Я обернулся. Фиолетовая тварь качала башкой в окружении красочных останков моих товарищей.

— Не смотри на них! — воскликнула Белая. — Они жрут интеллект!! Бей вампиризмом, ты же аурал!!!

Крик девушки вывел меня из ступора, и я не задумываясь ударил волной вампиризма, которому меня обучила Тия.

— Хшшшщ! — троица тварей издала непередаваемый звук, бывший одновременно шипением, кошачьим ором и многоголосым эхо.

Я врубил совиную мудрость. Ближайший бросился в мою сторону, и я направил силу вампира на монстра и как следует ударил силой аурала по монстру. Тот вновь издал странный звук и неестественно выгнулся, после чего быстро попятился назад.

Сверху приземлилась Тия, активируя свою похожую способность. Я повторил свою. Вампиризм оказался не очень эффективен в плане урона, но сбивал тварей и явно доставлял неудобства.

Вот только эта та сила, у которой есть вполне ощутимый откат, о котором мы все как-то забыли.

Цвета вдруг стали ярче, выходя за пределы восприятия обычного зрения. Контраст цветов и оттенков стал ещё заметней, а всё вокруг замедленным и плавным, будто в замедленной съёмке со шлейфами.

Запоздало мелькнула мысль, что вампиризм был не лучшей идеей.

Пора бы уже запомнить, что нельзя пить силу того, в чём есть мёртвая магия…

Тия застыла, завороженная живым маятником, а затем я увидел на доли секунды возникшую из ниоткуда пасть твари. Морда оставалась такой же равнодушной даже тогда, когда живот девушки был отхвачен до самого позвоночника.

Вторая жизнь. Вместо Тии в зубах твари оказался кадавр. Вторым призванным каард монстром стало порождение шума. С учётом одноразовости применения, шаманка зашла с козырей.

Шум расплылся в звуковой скорости, врезавшись с клинком из лилового пламени в голову второго чудовища.

Треск. Тело существа рассыпалось, будто глиняная ваза.

…и собралось в трёх метрах поодаль, качающим зубастой башкой на длинной тонкой шее.

Да вы издеваетесь…

Выматериться я не успел — третий монстр попытался откусить мне голову, но столкнулся с покровом. На миг в его утробе я увидел всю тьму бездны.

Повсюду слышались крики. Я даже не понял, откуда на меня упала целая волна крови. Всё вокруг было слишком быстрым, пёстрым и ярким. В голове звенела какая-то музыка, в ритме которой шевелили головы хтонические твари.

Чёртовы живые фиолетовые метрономы…

Второй удар и зубной скрежет — со спины меня попытался сожрать второй монстр, но снова столкнулся в покровом.

В голове каша. Так сражаться было нельзя. Я сейчас даже вампиризмом не прицелюсь и зацеплю своих.

А затем я вдруг понял, что криков куда больше, чем должно быть.

Что⁈

Я с трудом заставил себя встать и обнаружил, что лежу в кровати в локации.

Вот только эффекты никуда не делись.

Как и три неубиваемые фиолетовые твари.

Лагерь поднимался по тревоге. Тварь жрала проходчиков одного за другим.

Как они смогли за нами перейти через сон? Какого хрена⁈

На кровати поодаль в кровавой луже с остатками внутренностей проходчика колыхался маятником фиолетовый химерный тигро-кот с шеей жирафа и пастью запредельной херни.

В голове не осталось ничего кроме мата.

Примерный урон Ордену я опасался даже представить.

Воскресить всех за отведенную пару секунд попросту невозможно! Конечно, её способность позволяла возвращать с намного большим временным интервалом, но тогда были возможны проблемы, с которыми мы уже сталкивались в начале пути. Понадобится терминал, чтобы вернуть таких проходчиков в сознание после страшной смерти.

Двоящимся зрением я кое-как попытался поймать тварь в фокус и отправил лозу. Но поймал лишь воздух. Тварь исчезла — поднырнул под лозой, монстр ускорился, прыгнул и проглотил правую руку по плечо.

Вспышку боли я заблокировал приказом к росту. Амулет сработал, и тело начало быстро регенерировать, а боль сменилась холодным зудом.

Когда твари успели снять все заряды покрова?

Фиолетовые тела казались сейчас крохотными светильниками. Гипнотизирующие движения живых маятников сбивали с мыслей.

Тем временем я видел, как стремительно редеет Орден. Уничтожить хотя бы одну тварь удавалось ценой огромных усилий. Но это не приводило ровным счётом ни к чему.

— Это бессмысленно! — послышался голос Лиса. — Их невозможно убить! Они сожрут нас всех здесь!!

— Нет, продолжайте сражаться! — рыкнула Белая. — Это девять жизней!

— Да! Нужно прикончить каждого девять раз! — крикнул Хантер, обладавший той же способностью.

Начался короткий, но невероятно кровавый бой, ставший одним из худших наших кошмаров на Стене. Очередное напоминание о том, что настоящий ужас находится по эту сторону пятнадцатого.

34. Земли, которые умеют спрашивать

Крики, шум, кровь, всполохи яркого света. Вялость сознания, опьянение и вырванные из контекста фрагменты. Раненая Тия. Порождение шума, поднятое навыком каард, забирает ещё одну жизнь чудовища. Всполохи янтаря — шаманка выходила за пределы своей силы.

Ярко горел шрамм на шее — способность от далахан. Рядом её спину прикрывало новое тело блондинки с косой и мрачная Дина. Её сознание поделилось между тремя телами.

Без остановки стреляла Сайна. Она казалась паникующей, но руки продолжали автоматически перезаряжать ружьё.

Живые фиолетовые маятники, мотыляющие головами.

Лишь в этот короткий миг их можно было достать. Затем они ускорялись и забирали чью-то жизнь.

Альма с отчаянием на лице лечила окружающих на пределе своих возможностей.

Мелькнула мысль, что мы так вообще не отобьёмся, и весь рейд поляжет здесь от трёх простых мобов, даже не рейдовых боссов, а проходной тройки тварей.

Но бой закончился так же быстро, как и начался.

Белая прыгнула в отчаянном порыве, накрывая собой фиолетовую тварь. Тело её в последний момент разорвалось ледяной звездой, изрешетив существо и забрав последнюю, как оказалось, его жизнь.

Второго забрала Сайна cо своей куклой — метким выстрелом артефактной винтовки она ранила тварь, выиграв тем пару секунд для механической куклы, которая приложила раненое чудовище громадным клинком.

Оставался последний, которого на себя взяла Тия, но на удивление не справилась. Монстр прикончил порождение шума и ушёл из под удара, заодно ранив и её, и тело блондинки. Возможно, сказывался меньший контроль над телом.

Следующей целью монстр выбрал меня, и здесь я каким-то чудом умудрился его добить — просто дёрнулся, рефлекторно вызывая между собой и монстром решётку из деревянных кольев, в которую он влетел на всём своём ускоренном ходу.

Тварь разбилась на осколки, а частично — стекла вниз фиолетовой светящейся жижей.

Останки существа ещё немного пролетели по направлению ко мне, развеваясь фиолетовым пламенем. Мне же под ноги подкатился фрагмент твари с четырьмя цепями.

Похоже, это предел наших сил на текущий момент. Не знаю как там по уровню угрозы, но будем знать, что четыре цепи — это страшно. Архиларвин, бешеная многоглазая ворона, Хостер и теперь вот эти вот котейки. Будем знать, что с тварями с четырьмя цепями лучше близко дел не иметь.

Сознание и ясность ума возвращались очень медленно, как и осознание того, чего нам стоили три фрагмента от твари с четырьмя цепями.

Почти полный разгром. Уничтожение двух третей личного состава. Уничтожение большей части запасов войск. Бешеные затраты на восстановление. И падающие с ног от усталости лекари.

Между тел испачканных в крови разумных бегала троица энирай. Чуть поодаль с видом изнасилованного зомби едва волочила ногами Альма. Главный лекарь Ордена вытащила сегодня с того света свыше десятка человек.

— Потери? — спросил я в никуда.

— Нет, — прохрипела Белая, опускаясь рядом со мной. — Всех вытащили. Правда я потеряла половину жизней.

— Всего половину. Они ведь восстановятся, да?

— Да.

— Потерь точно нет? — уточнил я.

Белая слабо улыбнулась.

— Да, хотя времени до воскрешения прошло слишком много, когда критические нарушиеня уже были сильнее магии. Так что большая часть сейчас без сознания. Их может исцелить только терминал.

— Мда… неплохо они нас потрепали, — покачал я головой, поджав губы. Если это сила стражей двадцатого, нам там пока делать нечего.

— Я взяла в городе «оживителей», — продолжила Белая. — Это зелья и артефакты, помогающие вернуть к жизни недавно погибшего. Но запасы на исходе. Ещё один такой бой мы не переживём, — сказала она. — Нужно наверх. Пополнить запасы.

— Не ожидал услышать такое от тебя…

— Да… за шаг до двадцатого, — с такой болью отозвалась Белая, будто лишилась чего-то важного и стоит в шаге от суицида.

— Не делай трагедию из ерунды. Если все живы, то всё в порядке.

— Живы, но… — Белая замялась. — Невозможно воскресить всех вовремя, чтобы душа не успела покинуть тело. Большая часть рейда сейчас нежизнеспособна и полностью зависима от нас.

— Понятно. Тащите всех в убежище. Подумаем, как решить эту проблему.

— Я знаю, как её решить, — сообщил Белая. — Есть только два пути. Сильный шаман с направлением ловца душ, которого у нас нет, и помощь терминала.

Снова обернувшись, я покачал головой, осознавая, в какую глубокую яму нас загнали эти три бестии. Проблемы растут соразмерно силам, и эта нечисть уже на каком-то совершенно ином уровне.

Четыре цепи…

— Мда, эти три котика порвали бы Хостера, как щенка, — заметил Мерлин, видимо думая в том же направлении.

— С чего ты так решил? — поинтересовался я.

— Скорость, пустота, влияние на мозги, девять жизней — чем они его хуже?

— На деле они скорее всего подружились бы, — мрачно уронил я. — Больно много родственных цепей.

— Я к тому, что он не пошёл ниже пятнадцатого в первую очередь потому, что не осилил бы, — заметил друг.

Я кивнул. Всё познаётся в сравнении. А такие вот «джокеры» внутри Стены, обгоняющие по силам рейдовых боссов, это вообще нечто за пределами баланса.

— Как Тия и Сайна?

— Обе в сознании, но тяжело ранены. Лекари не успевают лечить сразу весь рейд, так что пока никто не может им вернуть утраченные части тела… Арктур, мне кажется, мы не готовы идти дальше.

— Ну, если даже ты так говоришь…

— Я просто не знаю, что делать, — помрачнела Белая. — В этом сне я могла умереть окончательной смертью. И десяток жизней меня бы не спас.

— Ты испугалась?

— Да, блин, испугалась! — вспылила почему-то она. — Мы были на волосок от гибели! На ровном месте!

— Значит, у тебя тоже такое чувство?

— Это даже не мини-босс, — вздохнула девушка. — Просто призови инфу. Теперь терминал тебе скажет. Кстати, это ведь монстры нашего сектора, так что их фрагменты должны поддерживать не только иониты.

Устройство тоже было рядом, призванное Белой, так что я наклонился за фрагментом поверженного чудовища и шагнул к нему.

Фрагмент: Хвост падшего некрочешира.

Вид: падший некрочешир. Тип: проклятые псинекромеханы [нежить, механизм, мематик, пустота].

Иммунитет: пустота, магия смерти, ограничено — физический урон.

Уязвимости: не выявлено.

Особые свойства: девять жизней, наследие изнанки, пожирание, гипноз, рывок.

Уровень угрозы: 9 012.

— Ничего себе такой котик! Если здесь и дальше такие мобы, то нам лучше ещё годик походить по терминалам верхних этажей и покачаться, — вынесла Сайна вердикт нашему последнему противнику. — На таких нужен рейд архитопов!

— Да ладно, справились же, — улыбнулся я.

— Вот ты всегда так говоришь!

— И это всегда работает, — заметил я назидательно.

— Механы… Механизмы, — задумчиво проговорила Сайна слабым болезненным голосом. — Откуда в этих тварях мех и почему нет астрала?

— Технически они не являются астральными существами. Там нет души. Кто-то взял тело погибшего чешира, оживил некромантией, вытянув из тела всё что вышло, и придав ему возможности котов сущности изнанки. Но они не являются настоящими существами изнанки… — проговорила задумчиво Белая. Вопрос заинтересовал и её.

Я же с болью смотрел на механистку. Сильно же ей досталось. Половина конечностей отсутствовала и была наспех перебинтована кем-то из целителей. Регенерации пока что не наблюдалось, что странно, с нашими-то возможностями.

— Мне больше интересно, что там за механическая часть и как она сплавлена с астральными возможностями. Хочется взять — и разобрать! — в голосе Сайны послышалась тоска бывалого химеролога.

— Синица, ты как? — спросил я, перерывая их разговор.

Девушка лежала на одной из кроватей, созданных мной для сна в якобы охраняемой локации. Впрочем, кто мог представить, что существа придут к нам не через охранные рубежи, а через сон, явившись сразу внутрь локации.

Они бы и в убежище, наверное, могли появиться так же. Правда, тогда они бы успели наделать куда меньше бед.

— Нормально, — улыбнулась девушка. — Целители не успели всех вытащить, почти весь рейд нуждается в лечении куда более серьёзных ран, чем рука и нога. Но у Альмы есть способность, снимающая боль, так что могу и полежать немного. Хоть когда-то с твоей вечной спешкой.

— Хах, ну главное, что ты в порядке.

— В порядке? Арк, я нифига не в порядке. Я лежу на койке посреди хрен-пойми-чего, без руки и ноги, вокруг меня куча коматозников, фактически — трупов. Но я, блин, не жалуюсь. Я верю в своего лидера, ага. Ты же всегда по итогу оказываешься прав.

Я удивлённо посмотрел на девушку. Она что, отношения решила повыяснять?

— Не смотри на меня так. Просто раз уж сам завёл тему, что тебе стоило немного посидеть наверху и подкопить силы, раз уж тебе так неймётся⁈

— Мы не знаем, когда Стена вновь приподнесёт нам сюрприз и должны быть готовы всегда, — встала на мою сторону Белая. — Проходить Стену — долг проходчика.

— А нельзя её как-нибудь совсем пассивно проходить, а? — с надеждой спросила рыжая. — Ну там знаешь, послал вперёд Манри и компанию, а сам сидишь за три этажа от него в своём уютном лесу и жуёшь попкорн. Чем плохо? Вот у тебя уже есть правильные начинания с личной армией. Но почему ж в заднице опять я?

— Ты преувеличиваешь.

— Преувеличиваю что? Отсутствие руки или ноги?

— Хау-ау… — послышался усталый голос Альмы. — Сайнушка, как ты?

Энирай едва передвигала ноги, но всё равно дошла до нас.

— Альмушка, не нужно так над собой издеваться из-за этого маньяка.

— Минор-ами… — потянула девушка, качнула головой и сняла с пояса фляжку с синеватой жидкостью.

— Она для тебя старается и для всех нас, — сказал я. — Будто ты сама останешься в убежище, если я скажу, что ты с этого момента у нас мирная и во время боя твоё место дома.

— Нет, конечно, — со вздохом ответила Сайна. — Уже и побурчать нельзя. У меня стресс. Дай поругаться.

Я удивлённо приподнял бровь и посмотрел на Белую.

Первая проходчица пожала плечами и уткнулась блокнот с заметками.

— Ой всё! — фыркнула механистка. — Просто кто-то же должен был напомнить, что мы могли бы просто посидеть наверху десяток дней, пройти парочку терминалов, может даже завербовать кого-то ещё. Знаешь, многие не против вступить к нам сейчас.

При словах о мире наверху мы с Белой синхронно поморщились. Она даже вынырнула из своих записей, чтобы сказать:

— Сидеть в городе, копить силы и не делать ничего, как некоторые проходчики? — ужаснулась она. — Прогресс должен быть ежедневным. Принц вёл дела абсолютно так же. Мы отдыхали очень редко.

— Ага, и породил взвод больных на голову трудоголиков! Ладно, я просто вот что подумала… — она сделала картинную паузу, вынуждая спрашивать.

— М-м?

— Проблемы всегда соответствуют этажу. Когда мы встретились с Хостером, я думала, что хуже твари уже быть не может. До него я думала, что Ивент непроходим, а Чёрная — самое сильное существо на Стене.

— И что, та девчонка теперь у тебя на первом месте?

— Да в задницу эту куклу! — возмутилась Сайна. — Кошаки! Грёбаные фиолетовые кошаки!

— Ты перегибаешь. Просто удачный набор способностей. Тот же шум, который подняла Тия навыком каард, неплохо с ними справлялся. Тут нужна скорость.

— Послушай, Арк… ты веришь в знаки судьбы?

— Имеешь ввиду нас с тобой?

— Пф! Я серьезно! Тебе раз за разом дают понять, что наверху не так плохо. Хищники предлагали тебе долю…

— Они хотели геноцидить город Хостером!

— Ну, все мы не без греха. Но всё же! Вот эта тебе теперь говорит, давай дружить. Открытым текстом! Зачем мы идём вниз, когда у нас уже есть всё здесь? Построим базу прямо наверху, будем помогать проходчикам проходить Стену. Сами займёмся наконец всем этим с толком. Нормально, а не галопом. Изучим всех монстров, составим нормальные билды, будем собирать рейды под локации, как делал этот ваш Принц…

— Потому, что Хостер и компания могут быть правы, — со вздохом высказал я мысль, которая уже очень давно мне не давала покоя. — Возможно мы находимся на вершине разрушенного дома, который находится в шатком равновесии на паре брёвен. Нас пытаются убедить, что мы можем затаиться и соблюдать баланс, но балансируя над пропастью мы всё равно не учитываем то, что не способны проконтролировать даже малейший ветерок, который сорвёт нас вниз.

Девушки затихли, внимательно глядя на меня.

Сделав паузу и вздохнув, я закончил:

— Проходчик смертен, Сайна. Порой, внезапно смертен. Мы должны успеть сбежать раньше!

— Ты думаешь, будет ветер?

— Будет буря, Сайна! Очнись, мы ни черта не контролируем на Стене! Никто из тех, кто мнит себя её хозяином — не контролирует! Даже этот король механизмов — какого чёрта он заперся на двадцатом, а не идёт вниз или вверх? Зачем ему Чёрная Дорога?

— Он просто налаживает коммуникации в своих владениях, нет?

— Его владения появились потому что возникла эта коммуникация, — поправил я. — Но мы, повторюсь, ни черта не знаем. Зачем нужны юстициары? Кого такого важного сожрал Хостер? От чего нужно было удержать Стену в кодексе на терминале у юстов?

Я вздохнул и посмотрел, как под надзором Альмы у механистки появляется новая нога взамен откушенной. Жаль с экзоскелетом это так не работает. Мелькнула даже мимолётная мысль, что истинная причина её раздражения в повреждениях селенитской брони. Девушка очень трепетно относилась к экипировке.

— Мы слепые котята, Сайна, — продолжил я. — Слепые котята на заводе. Шаг в сторону — и ты банка тушенки. Мы не понимаем, как устроен мир вокруг нас. Только понимание что, как и для чего что устроено, позволяет нам жить, а не выживать. В чём смысл огромной силы, если ты по итогу всё равно выживаешь?

— Я не понимаю. Ты думаешь, что спустившись вниз и выйдя из Стены мы всё закончим? Как и обещает Белая?

— Нет, чем ты слушаешь? Я к тому, что мы сможем жить так как ты хочешь, в мире и покое, если поймём, как этот мир устроен и по каким законам работает. И в согласии с ними, уже строить своё светлое будущее как угодно. Внутри Стены или за её пределами. Главное, что у нас будет выбор.

— Кажется, поняла.

— Тогда выздоравливай. Альма уже справляется. Скоро и остальные целители тоже до тебя доберутся. В наше время даже и поболеть толком нельзя. Работа сама себя не выполнит.

— Погоди, мы же возвращаемся наверх, так? Искать терминал и зализывать раны? — Сайна приподнялась и серьёзно на меня посмотрела.

— Враг бы хотел именно этого, — сказал я.

— Только не говори, что…

— Мы идём вниз, Сайна, — зловеще улыбнулся я. — Только сперва, конечно, подготовимся.

35. Воля, которую невозможно сломить

— Вставай, Мордред, у нас много работы!

— Вы выглядите как безумный фанатик, хранитель. Мне нравится, — ответил он. И даже улыбнулся бы, если б было чем.

Терминал, прозванный материнским древом, словно почувствовал моё появление. С недавних пор не требовалось даже контакта и медитации. Устройство уже считало меня своим администратором, насколько это позволяли системные ограничения. А ограничений, увы, всё ещё оставалось много.

Измождённые энирай ввозили в комнату телеги с беспамятными проходчиками.

— Всех в терминал? — понял Мордред.

— Каждого проанализировать, выбрать из модов то, что не повредит генетику. Ставить по возможности что-то безобидное, чтобы гарантированно не нарушить ничей билд. Наша цель — просто пропустить их через терминал.

— Да, я недавно уже проводил похожую процедуру. Сейчас то же самое, только массово. Ничего сложного.

— Сложность в том, что этого недостаточно… — тяжело вздохнул я. — Те твари порвали нас почти в чистую.

— Я помню, хранитель. Я тоже там был, когда они появились.

— Как остальные? — спросил я, имея в виду некродендроидов и их фамильяров.

— Нам-то что сделается, хранитель? Критическое повреждение целостности тела нежити не ведёт к нарушению связи с душой. Точнее, ведёт, но простое поднятие растительной нежити, дарованное многим из нас, легко решает эту проблему. Но… на то мы и нежить.

— А ты бы хотел стать человеком?

— Не знаю. Хотел бы? — повторил он, будто спрашивал. — Я не знаю. Форма нежити позволяет мне работать без устали. Я не ограничен сном, необходимостью принятия пищи и другими физиологическими потребностями.

— А как же физические удовольствия?

— Ценой неудобства, потери времени и перспективы получить боль? Не уверен, что это хорошая мысль. Я сильно потеряю в эффективности. Понимаете, хранитель, сейчас меня ведёт жажда знаний, интерес к изучению мира и верность Лесу. А так — я не уверен, что нового меня, созданного таким образом, нынешний я одобрил бы.

— Так думают все высшие некродендроиды?

— Нет. Это моё личное мнение. Справедливости ради, следует учесть, что до того, как стать частью Леса, я не одну сотню лет уже был высшей нежитью. Сознательной и полностью осознанной. Я осознавал, как буду мыслить и чем буду являться, даже когда был аниматургом темной фракции, верным соратником мастера Маджере, Мордредом Тёмным. Полагаю, лорд Манри тар Ланкдор из окрестностей долины Ланкдора, что раскинулась в изгибе реки Мореан’далаты между вечным лесом Арунии и ещё более дикими лесами Китанэлии ответил бы иначе.

— Ого! Звучит так, будто ты сам родом из тех мест.

— Нет. Просто Манри часто делится. Даже человек бы уже запомнил достаточно подробностей, чтобы нарисовать географический справочник. Мне кажется, он бы ответил согласием на твой вопрос, хранитель. Про остальных из нашей четвёрки не скажу. Наги плевать на всё кроме роста характеристик. Он сам называет себя словом «манчкин», что бы это не значило. На летающих островах Зехира такого не было…

— Кстати, ты вспомнил, кто тебя убил?

— Нет. Сам момент смерти не вспомнил. В любом случае, мне повезло оказаться здесь. Мой мир был на грани гибели из-за мёртвой магии и заигравшегося в бога создателя ангелоидов. Вполне вероятно, благодаря этому я смогу пережить гибель Зехира, если ещё её не пережил.

— Ты говоришь об этом с таким спокойствием…

— В этом главное преимущество быть нежитью. Нас не берёт даже мёртвая магия, которая способна заразить и убить бога. Бессмертие как защита от старости как раз не редкое явление. Взять хоть эльфов с прочими фейри, тари, драконидов, разумные механизмы…

Некродендроид закончил вбивать настройки терминала, выбирая нужный мод, после чего отступил в сторону, безмолвно приглашая активировать модификацию. Мне удалось заставить терминал воспринимать его, но подтвердить активацию на живом члене команды некродендроид не мог. Здесь система оставалась непреклонна.

— Скорее это в людях изъян, раз они умирают просто по сроку годности, — продолжил Мордред, отстраняясь от терминала и глядя, как закрываются оплетённые растениями капсулы-плоды терминала.

Маленькие саркофаги из алых листьев потянулись к дереву на ветвях.

— Я не понимаю эту глупость, — не останавливался он. — Пожалуй, на вашем месте я бы задумался о том, чтобы стать нежитью, механизмом, или думал как решить этот изъян, если уж тактильные ощущения настолько важны.

Ближайшее время мне предстояло провести за беседой с ним, помогая раз за разом активировать терминал для лечения бессознательных.

А вот дальше — дальше предстояла работа по агитации на пользование услугами моего терминала.

Удивительно, но сильно агитировать не пришлось. Как я и думал, принудительная установка по факту была хорошей демонстрацией, что от капельки растительной генетики и магии крови никто с ума не сходил.

Ну, или весь возможный скепсис я просто сам себе придумал.

Самое сложное — отойти от правил, полагаясь на свой собственный опыт. Осознать, что часть правил ложные, и отказаться от них сознательно, с полным пониманием, зачем они были введены.

Создание цепей много циклов было страшнейшим злом, потому как раскачивает лодку и ускоряет энтропию. То есть моими действиями по созданию новых видов я приближаю конец всей Стены.

Правы они или нет — пока никто не смог бы сказать с полной уверенностью. Всё говорило о том, что они правы, а моя попытка докопаться до сути — не более, чем эгоизм.

Всё говорило об этом, да.

А моя спешка, мания любопытства… нет, это не попытка копаться в себе. В глубине души я всегда знал, почему стремлюсь вниз, наплевав на все законы и правила.

При самом идеальном раскладе из всех возможных — Стена всё равно погибнет, выпустив на свободу нечто такое, с чем не справится уже ничто. И процесс разрушения в любом случаи будет болезненным. Ресурсов будет не хватать, монстры — множиться, мы — пытаться угнаться за десятками новых цепей, которые рано или поздно появятся.

Это означало, что в целом существование и его бессмысленность для проходчиков окажутся теми же. Просто лично я устроюсь поуютнее и устрою своих близких. Это я действительно мог сделать уже сейчас.

Но при этом для всех остальных жизнь будет только хуже при любом раскладе.

Зная, что в конце будет мучительная окончательная смерть и преображение в тварь, ни бессмертие, ни перерождения уже не кажутся благом.

Именно поэтому я не остановлюсь. По крайней мере, я буду знать, что сделал всё, чтобы действительно всё изменить и найти выход.

Улучшение на моём терминале нисколько не уступало любому другому, и даже небольшого вмешательства с установкой мода было достаточно, чтобы восстановить контроль души проходчика над телом.

Этот механизм мне был всё ещё не понятен, как и многие другие. Но главное, что это работало.

Раньше терминал бы ещё и утраченные части тела возвращал, но это сильно влияло на генетику, вплоть до того что у Альмы тогда появились воспоминания погибшей энирай, ставшей основой для фрагмента. Но теперь мы могли восстановить их магией и зельями.

Вернувшимся в сознание сразу же предоставлялся полный список модификаций, которые можно было сделать, а так же на какие варианты я могу повлиять возможностями корректора и хозяина терминала.

У входа в зал послышались шаги кованых китаровых сапог. В зал вошла Белая. Она несколько запоздала к началу восстановления бойцов Ордена. Среди прочих пострадала и её спутница из прошлого отряда. Танков вообще почти всех вывели из боя. На ногах оставался лишь Рейн.

Он, к слову, находился рядом с терминалом с самого начала. Друг молчал, внимательно наблюдая за процессом. И по его взгляду я понял, что воспользоваться терминалом подумывает и он.

Девушка встала, поймала в фокус меня и затем резко направилась в мою сторону.

— Арк! Я нашла инфу по ним!

— Что? О ком ты? — спросил я.

— Проклятые некромеханы! — воскликнула она. — Семнадцатые уже сталкивались с таким!

— Разве у них есть пустотная ветвь?

— Нет. Судя по всему, это часть охранной системы создателя техноцита. Как и техноцит, они могут быть везде.

— Разве семнадцатые спускались так низко?

— Не знаю. Нам они называли другую цифру, — ответила она. — Не думаю, что они лгали, скорее вопрос в точке отсчёта. Мы назвали самый нижний этаж, который видели. А они могли иметь в виду место где им удалось закрепиться.

— Или слуги местного короля сами зашли к ним на огонёк.

— Может и так, но я не понимаю, почему тогда местный страж не спешит атаковать.

— Вот тут — пока никаких вариантов. Может, она просто ленивая?

Белая усмехнулась. В такое предположение она явно не верила.

— В любом случае, там сказано ещё о двух видах похожих существ. Оба имеют некро-механическую основу и примерно сходные свойства. Активными ассимиляторами здесь выступает то же ядро, что и в техноците.

— То есть этих котеек можно просто взломать?

— Ну, сейчас у них есть и другие цепи. Взламывать пустоту у тебя некому, если это вообще возможно. Суть в другом. Здесь описано, как они уничтожали подобных существ.

— Правда? — оживился я.

— Я не знаю, кто составлял эти заметки, но он был гениальным механиком! Здесь описан принцип работы устройства, которое подавляет часть функций этих существ!

— Что, есть рабочая схема? С чего вдруг семнадцатые так расщедрились?

— Ну, почти. В данном случае достаточно и самой идеи. Всё дело в слиянии эми-эмитеров с антимагией и нарушение внутреннего ритма твари!

— То есть они нам больше не страшны?

— Они будут слабее! — решительно сказала Белая. — Вернёмся в город, я смогу собрать всё необходимое. Дальше нужна будет Сайна. Или можно нанять специалиста в городе. Возможно, с этим нам мог бы помочь Кофа. В Гильдии вроде бы тоже был перспективный механист. Борей, кажется?

— Нам действительно так нужен город? — скривился я.

— Ты собираешься продолжать? Сейчас? Тогда ты ещё безумней, чем я. Дай подумать, у нас нет никаких ЭМИ-эмитеров. В этом главная беда.

— Это что вообще такое и где падает?

— Средства для борьбы с электроникой и подавления сигналов. Больше не скажу — я не механист. Падает с эридианцев, тамарцев, морранди и парочки совсем экзотических видов.

— Сайна должна знать. Спроси сперва у неё, что можно собрать по твоему запросу.

— Поняла. Но как ты собираешься проходить двадцатый с такими силами? Некоторые наивные души вовсе полагали, что мы только ненадолго спустимся починить лифт.

— А что, если эти трое монстров были их авангардом и главным аргументом?

— Ты серьёзно? Думаешь, это блеф? Отправили котиков, чтобы напугать нас? Они бы уничтожили весь рейд.

— Но ведь не уничтожили.

— Железный аргумент.

— Нет, согласись, мы бы и четвёртого такого осилили. Вот пятерых наверное уже нет.

— И? К чему ты? — Белая скрестила руки на груди.

— К тому, что почему бы не послать пятерых, чтобы добить нас?

— Переоценили свои силы? Недооценили нас?

— Думаешь? — скептично спросил я.

— Или это то, о чём и говорила та девчонка. Предупреждение.

— Отправили на убой? — ещё сильней удивился я.

— Что тебя так удивляет? Свора постоянно так делает. Первух на этом построил свою стратегию. Вязь, Хостер… мне продолжать?

— Ни один из вышеперечисленых не стал бы отправлять на убой козырь просто чтобы покрасоваться. Будь каждый из них хоть десять раз отбитый изверг, только полный идиот жертвует самые сильные фигуры без конкретной выгоды.

— А если это не козырь, а действительно, рядовой моб, каких там водятся ещё сотни?

— Ты что, хочешь убедить меня не проходить Стену? Вот от кого я точно не ждал удара в спину.

— Просто ты основываешься на догадках сейчас. Согласна, обычно они оказываются верными. Возможно из-за бафа на мудрость. Но тем не менее, я хочу, чтобы ты видел все риски. Сайна хочет того же, только слишком эмоциональна и доносит это через… как иониты, в общем.

— Я хочу запутать противника. Дать понять, что мы не такие, как он думает. И что нам до лампочки его котики.

— Стратегически я тебя понимаю, но это риск.

— Твои предложения?

— …

— Значит, помимо возвращения в город за техникой и зельями ничего лучше в голову не приходит?

— Возможно, предложение Сайны тебе понравится больше, — с лёгкой издёвкой сказала Белая. — Как там было — давай останемся наверху на десяток-другой дней, поищем терминалы на верхних уровнях. И ещё где-то между строк сквозило «отдохнём».

— Ну, в городе она так-то трудилась не покладая рук над своими механизмами. Так что насчёт неё ты зря.

— Посыл всё равно был таким. Она не создана лить кровь в первых рядах. В отличии от твоей Альмы. Жаль, что прирождённый стрелок получил класс лекаря. Хотя и как лекарь девчонка гений.

— Ей это скажи.

— Обязательно, — серьёзно кивнула Белая. — Тогда такой вопрос, Арктур. Как ты собираешься сражаться армией проклятых некрочеширов?

— Легко. Подумай вот о чём. У этих тварей всего на одну цепь больше, чем у шума. А шум был очень сильным, но и рядом с ними не стоял. Но что интересно, шум дрался с котиками так, будто четыре цепи у него, а не у них.

— Да, я заметила. И?

— Сила тех тварей в бешеном уроне и скорости. У шума урон куда скромнее, но скорость выше. Ненамного — но выше. И этого оказалось достаточно. Сколько там прочности у одного некромехана, или как там их? Цепь мёртвой магии у них общая.

— Ну, тот прибор, принцип работы которого описан в записях семнадцатых, замедляет их.

— Значит, ключевая роль в скорости. Если мы создадим ситуацию, в которой скорость врага сводится на нет, он проиграет. Но делать это нужно сейчас, пока внизу этого не ожидают.

— Снова таки, стратегически ты прав. И моё сердце с тобой — я тоже хочу продолжить спуск. Но… тебя не смущает, что этот парень называет себя королём? Что, если там есть и королевство с подданными? На двадцатом размера должно быть достаточно.

— Ничего. Всегда можно отступить. Но сперва мы проведём сюда лифт и попытаемся создать плацдарм. Если Тумор здесь как следует закрепится, выбить лешего из леса, а лес с земли будет невозможно.

— Здесь ты прав. Земля там точно есть — в видении она была.

— А по поводу их силы и нашей слабости — как насчёт того, чтобы опробовать мой терминал? — спросил я, растягиваясь в злодейской ухмылке и приглашающим жестом указал на терминал.

— Породниться с твоей цепью и стать зависимой от тебя? — уточнила Белая.

— Как будто что-то плохое, — пожал я плечами. — Давно пора.

— Падать, так вместе с камнем на твоей шее… — странно вздохнула она. — Ладно, давай хотя бы посмотрим, что там оно предложит хантрею. Это знаешь ли, сложный класс.

— Вся соль в том, что тебе нужно, — улыбнулся я ещё шире. — Говори, какие слабости ты хотела бы подтянуть перед следующей встречей с некрокотейками?

— Снятие ограничений на реактивацию чар и снижение отката на блинк, версию навыка ледяных зеркал или контролируемую стихийную копию, биологическое усиление на скорость фокусировки зрения, буст рефлексов вроде твоего, но у меня классовый должен быть сильнее. И резист к гипнотической мематике, — выдала она на одном дыхании.

Что ж, эта девушка знает, чего хочет.

Я соединился мысленно с деревом. Девушка коснулась терминала, а я отфильтровал всё лишнее, оставив только то, что подходило под запрос.

— Смотри.

На экране появилось не так много навыков. Всего пять. Видимо она и впрямь знала что просить, потому как я сразу понял, что девушка очень довольна предложенным.

Два из них она отсеяла сразу же, как только прочитала условия.

— Неплохо, но вот эти не подходят, — резюмировала она. — Первый ничего, но версия с оком эффективнее. А второй потенциально опасен. Может быть подводным камнем в будущем.

— Почему?

— Здесь он предлагает использовать узловой фрагмент активного ассимилятора для эволюции мозга. В работу ума вообще лезть опасно без понимания сути процесса и знания терминала. Слишком легко стать овощем.

Что ж, это была обратная сторона медали. На данный момент мой терминал хорошо встраивал фрагменты от родных ему дендроморфов и некродендроидов, но они были не особо разнообразны.

Сейчас к списку добавились ещё дендрокадавры — судя по всему, новые виды существ, созданные в терминале, сразу же заносились в исследованные. Ну, логично — а то получается мне свои же творения нужно бить на фрагменты.

Конечно, я мог создать специальное существо с нужной способностью и таким образом попытаться её передать. Но тут возникала проблема с фильтром класса — за него выйти всё равно было невозможно. Терминал сперва проводил анализ существа и фрагментов, а затем отсекал всё, что не касалось класса.

Это была буквально базовая установка любого терминала. Даже иониты подчинялись этому правилу. Ни статус корректора, ни взлом терминала её не меняли, потому как всё это происходило ещё до того, как вступали растительные и тауматургические компоненты терминала.

Наверное, это сделала третья составляющая терминала, скрытая фрактальная. То есть с системной стихией. Её взломать нам так и не удалось, мы просто настроили с Сайной доступ к системе через магию крови.

Я вмешивался уже на той стадии, когда вступали в работу алгоритмы самого терминала, уникальные конкретно для моего. Эволюция, направленная тауматургией…

Насколько я понимаю, терминал должен был всё так же как прежде использовать в основном алгоритмы природного. Устройство инициировало ускоренную эволюцию, но направление её задавалось магией крови. Фактически, древесным соком в моём случае. Скорее всего, терминал подключал к жилам пациентов свою «кровь». На самом деле эта жидкость была отчасти кровью спектров, отчасти древесным соком, отчасти чем-то вроде крови, но в растительном исполнении.

Сложно сказать точнее. Но я смог проследить, что эта жидкость начинала циркулировать в телах. Это было разительное отличие от природного терминала, который… обходился только ускорением развития тканей.

Ну а что до тех фрагментов, которые мы исследовали… Здесь всё было ещё печальнее. Низкий уровень анализа, и тот мне дался ценой таких усилий благодаря Гону во время Ивента — давал уйму ошибок и соответственно, побочек. Почти все эти моды можно было смело банить просто из-за них.

Но они же потенциально могли дать что-то новенькое. В общем-то, только они и могли. От родных терминалу существ все моды были понятны, но пока слишком маловариативны.

— А вот это око охотника — идеально. Именно то и именно так, как нужно. Ледяная копия тоже ничего. Веет чем-то стандартным и затратным по мане, но такие способности даже в таком виде редкость. Боевая концентрация — слабо, но она похоже, прокачивается. Если так в перспективе будет неплохо.

На выбор система с моей помощью предложила как по заказу мод на зрение, идеально подходящий ей. Это прям была большая удача, связанная с близостью фрагмента по генетике к самой Белой.

Он имел в побочке откат в виде временного ослабления зрения. Но оно было не критичным — прицельно стрелять на дистанции уже не стоит, но махать мечом — никаких проблем.

С концентрацией была примерно та же история — навык принадлежал разумному гуманоидному коту расы тигранов. Спасибо прокачке ветви животных, куда система относила и разумных существ в двадцать втором. В общем, штрафы немного ослаблялись бонусами за близкое направление.

Третий же мод… ну, тут только терпеть, но кажется, девушку всё устраивало.

— Хорошо. Я поверю тебе и попробую эти три. Постарайся не превратить меня в овощ.

— Рад, что тебе нравится, — улыбнулся я.

Сам я энтузиазм первой проходчицы не разделял. Думал, будет лучше, но из-за всего вышеописанного по большому счёту больше чем для восстановления товарищей в критической ситуации он пока не годился. Слишком пока что мой терминал был ещё слаб.

Мелькнула даже мысль, не может ли это быть специальным ограничением для таких, как я. Если собрать достаточно материала, пройдясь катком по первым этажам, я бы прокачался слишком быстро.

Но по всему выходило, что на средний и высокий уровень синхронизации я перейду ещё очень не скоро. Низкий уровень давал слишком много ошибок и побочек, так что только и оставались, что ставить улучшения от обычных и изменённых растений. Вот с этим никаких проблем уже не возникало. Кроме ограниченного разнообразия, конечно.

Так что как терминал мой пока что был слабоват для серьёзных улучшений. В отличии от плюсового модуля, который позволил мне создавать новые виды.

Белая стала отличным примером и мотиватором. Следом за ней и остальные потянулись выбирать для себя модификации. Особенно когда узнали, что наверх никто подниматься не собирается, и мы пойдём в гости к проклятым некромеханам и прочим весёлым зверушкам.

— Арк! — окликнул меня Рейн. — Что, решился наконец на прокачку всего Ордена?

— Ты сами видел, что там внизу.

— Ну, можно подняться наверх. Поискать нормальные терминалы…

— Великие строители! Хоть ты не начинай!

— Да не, меня лично всё устраивает. Я пришёл сказать, что не прочь стать деревом.

— Вот так сразу? Отличный выбор! — одобрил я.

— Да брось, я же генетический оборотень с кучей всяких улучшений. Если добавить мне растительных улучшений, появится автоматически растительная форма. Буду Тумором на минималках. А если окажется неудачная сборка, просто не буду принимать эту форму, да и всё.

— Мотивация, я смотрю, во все поля, — хмыкнул я. — Тогда говори что нужно, подберу что-то адекватное.

— А как насчёт меня? — послышался голос Мерлина.

— Если все подписываются, то ладно, будем считать, что уговорили! — произнесла Сайна.

Я обвёл взглядом новую партию пришедших в себя проходчиков.

До того, как я окажусь на двадцатом, остались считанные часы. Ну ладно, может, чуть больше — встройка может занять ещё много времени. Но очень скоро я узнаю, что находится там на самом деле.

[35] Схема одобренных модификаций Ордена Смотрителей

Бонусная глава с ошиб… логами.

Белка, лекис, хантрей

1🍁 [Фрагмент: око камышового владыки [животные]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: лекис ✓. Модифицируемая область: параметры миоза, мидриаза зрачка╳ . Ошибка поиска. Выявлено критическое несоответствие структуры. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Модифицируемая область: зрительный аппарат ✓. Шанс встройки повышен за счёт родственной генетики. Контролируемая эволюция сходной генетической структуры по заданному алгоритму ока камышового владыки. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «око охотника» (пассивное).

Оптимизирует зрение для наблюдения за сверхбыстрыми сущностями.

2🍁 [Фрагмент: кость зеркального драугра [нежить]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: лекис ✓. Модифицируемая область: анахат чакра [водный источник лекиса] ✓. Директивная эволюция энергоканалов для мгновенного псевдокопирования. Ошибка исходных параметров. Шанс некротизации и превращения в нежить выше допустимого. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Вид: лекис, элементаль (7%) ✓. Модифицируемая область: кожный эпителий ✓. Контролируемая эволюция дублирующих каналов стихийной формы. Внимание, способность будет ограничена. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «ледяная копия» (активное).

Позволяет создавать ледяного двойника с сохранением всех способностей. Требует ману для поддержания работы навыков.

Ограничение: активация возможна только в аспектной форме стихии воды.

3🍁 [Фрагмент: сердце трясинного дикоморда [животные]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: лекис ✓. Модифицируемая область: сердце ✓. Директивная эволюция сердечных клапанов и мышц для разгона организма╳. Ошибка исходных параметров. Шанс утраты осознанности выше допустимых значений. Решение найдено! Модифицируемая область: кора надпочечников ✓. Контролируемая эволюция системы выработки ферментов организма в стрессовых ситуациях. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «боевая концентрация» (пассивное).

Повышает сопротивление мематическим, гипнотическим и псионическим влияниям в бою на 80%, включая системы принудительного самовнушения (воздействие лярв и суггестии)

Дополнительно — иммунитет к провокации и мороку в бою.

Побочный эффект: вызывает временное снижение параметров восприятия и характеристик интеллекта, воли и мудрости на время, равное времени активной работы навыка.

Рейн, энигмат, рыцарь стихий

1🍁 [Фрагмент: семя воина леса [некродендроиды]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: энигмат, летун, кристаллид, слайм, спектр, ангел ✓. Модифицируемая область: «генетический оборотень» ✓. Эволюция свойств генетического преобразования для интеграции новой доминантной генетической ветви. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «древесная форма» (активируемое).

Активирует смену формы на древесную.

2🍁 [Фрагмент: семя жреца леса [некродендроиды]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: энигмат. Модифицируемая область: сердце╳. Ошибка исходных параметров. Шанс гибели объекта при встройке выше допустимого. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Одновременная встрока модификации 1. Вид: растение [условно, при активации модификации 1] ✓. Модифицируемая область: растительная суть ✓. Эволюция растительных свойств для повышения. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «дитя леса» (пассивное).

Все положительные эффекты в условиях растительной или подходящей для роста растений среды будут усилены на 174%.

Сайна, аякаши, призрачный механист

1🍁 [Фрагмент: семя водной лилии [растения]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: синтетический призрак ✓. Модифицируемая область: головной мозг ✓. Ошибка исходных параметров. Шанс гибели объекта при встройке выше допустимого. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Модифицируемая область: кисть левой руки ✓. Симбиотическая эволюция естественных свойств организма в связке со свойствами водной лилии для создания аналогичного механизма вытягивания маны из пассивной структуры. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «утечка силы» (активируемое).

Позволяет лишать питания и похищать в виде маны источники энергии магического и энегетическго типа неодушевленных материальных объектов.

Эстель, сиинтри, авантюрист

1🍁 [Фрагмент: осколок каменной ивы [спектры], семя водной лилии [растения]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: сиинтри, элементаль ✓. Модифицируемая область: водный источник истишии, проекция тёмного источника навки╳. Ошибка интеграции [2]. Невозможно внести изменения в источник истишии: неприемлемая локация для способности. Невозможно внести изменения в источник навки. Обнаружены аномалии в работе, высокая вероятность нарушения структуры. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено. Модифицируемая область: аура. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «родственное чутьё» (пассивное).

Позволяет ощущать присутствие растений и близких форм.

Инициация новой доминантной ветви: растения с вероятностью 37%

2🍁 [Фрагмент: семя духовного древа [растения]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: сиинтри, элементаль ✓. Модифицируемая область: сенсорные системы, разум ✓. Директивная эволюция духовных каналов для повышения чувствительности ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «эмпатия к растениям» (пассивное).

Инициация новой доминантной ветви: растения с вероятностью 68%

Позволяет получать сенсорную информацию от растений.

Лис, практик пути, чиффари

1🍁 [Фрагмент: семя ледоцвета [растения], снежная трава [растения]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: чиффари, элементаль ✓. Модифицируемая область: «ледяная поступь» ✓. Контролируемая эволюция способности по дополнительным параметрам. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «ледяная тропа II» (пассивное).

Позволяет совершать короткие порталы. Все противники между точками выхода получают урон холодом и имеют 34% шанс заморозки. Накладывает эффект обморожения в радиусе применения.

Инициация новой доминантной ветви: растения с вероятностью 8%

Тия, человек, шаман

1🍁 [Фрагмент: семя духовного древа [растения]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: человек, хаархус ✓. Модифицируемая область: мудалхара, свадхистана чакра (источник хаоса альфа каард) ✓. Директивная эволюция духовных каналов для повышения ёмкости каналов санационной передачи энергии ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «живой источник» (активируемое).

Инициация новой доминантной ветви: растения с вероятностью 18%

Позволяет быстро восстанавливать ману союзникам за счёт энергии хаоса.

Внимание: воздействие энергии хаоса в больших объёмах может иметь негативные последствия!

Дина Вездесущая, человек, суггестор

1🍁 [Фрагмент: осколок сущности стенающего затворника [спектры]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: человек ✓. Модифицируемая область: головной мозг╳. Ошибка исходных параметров. Шанс утраты осознанности выше допустимых значений. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Вид: человек, лярва ✓. Модифицируемая область: головной мозг, чакра соль╳. Ошибка интеграции. Обнаружена двойственная параллельная структура. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Фрагмент: осколок сущности стенающего затворника [спектры] + семя темновника [растения]. Модифицируемая область: головной мозг, чакра соль, позвоночник✓. Параллельная тройственная симбиотическая интеграция Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «сфера отторжения» (активируемое).

Создаёт псионический щит отторгающий 78% псионических способностей, 54% магических навыков, 34% энергетических атак, 11% физических дистанционных атак, 3% атак мёртвой магией стихии пустоты.

Внимание, способность будет улучшена: на +10% за каждую единицу воли свыше 8 (воля дракона)

Инициация новой доминантной ветви: растения с вероятностью 10%.

Внимание, шанс инициации ветви подсчитывается по количеству этапов интеграции мода.

Мела Амория, человек, медиум-окклюмент

1🍁 [Фрагмент: семя воина леса [некродендроиды]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: дендроморф ✓. Модифицируемая область: клеточная структура организма ✓. Директивная эволюция регенеративных возможностей организма ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «автореставрация» (пассивное).

Позволяет восстанавливать тело с помощью регенерации и воскресить объект, если 33% тела было сохранено.

Мерлин, аллюст, соларис

1🍁 [Фрагмент: семя искажённого борщевика [растения]. Сканирование биологической формы ✓. Вид: аллюст ✓. Модифицируемая область: головной мозг, аура╳. Ошибка исходных параметров. Шанс утраты осознанности выше допустимых значений. Идёт поиск возможных решений. Решение найдено! Фрагмент: семя искажённого борщевика [растения] + семя стрелка [растения]. Модифицируемая область: продолговатый мозг, мозжечок [искрящая парадигма, источник света], аура✓. Директивная эволюция ауры для получения адаптивных свойств, изменяющих базовый принцип воздействия. Минимальные условия удовлетворены ✓. Тип воздействия: природно-тауматургический.]

Доступна способность: «мёртвый свет» (активируемое).

Позволяет добавлять свету свойства кислотного урона в области до 12 м.

Инициация новой доминантной ветви: растения с вероятностью 5%.

36. Место, где стоит пустить корни

Модификация заняла время до вечера.

Я сложа руки в этот момент тоже не сидел и командовал прорастанием древесного лифта в локацию. Тем временем вперёд ушла группа разведки во главе с Белой. Состояла она по большей части из некродендроидов и вернулась значительно раньше меня.

— Впереди завал. Пройти на двадцать первый невозможно, — сообщила Белая. — Вниз нас пускать не собираются.

— Почему-то даже не сомневался, что по итогу мы будем вскрывать двадцатку.

— Можно попробовать разобрать завал, — предложила Сайна. — Тем более бесплатной рабочей силы полно ведь.

— Тебе лишь бы привал, — заметил Мерлин.

— Ты просыпаешься только в трёх случаях — когда можно над кем-то поэкспериментировать, когда можно кого-то взорвать и чтобы поиздеваться надо мной! — зло фыркнула Сайна.

— Ошибаешься. Я просыпаюсь, чтобы поиздеваться над всеми. Просто ты чаще всех подставляешься.

— Я⁈

— Ты вовремя, Мерлин, — приветствовал я друга. — Сможешь состряпать взрывчатку, которая пробьёт путь?

— Без вариантов, — заявила Белая. — Это даже на десятом не срабатывало, а там твоё дерево справилось. Значит сейчас и подавно.

— Осмелюсь возразить… — начал было алхимик, но она его и не стала и слушать.

— Технологии тамарцев и других культур этих этажей не помогут. Стена рассчитана на то чтобы на девятнадцатом ты прошёл на двадцать первый. Наградной этаж скрыт.

— Ага, а техноцит не ходит выше пятнадцатого, — кивнул Ильгор.

Белая сдавлено рыкнула.

— О-о, — потянул Мерлин уважительно.

— Что? — удивился ритуалист. — Я просто пытаюсь учесть все факты.

— Мы только лишний раз навлечём беду шумом. Мы в Стене и над нами девятнадцатый, — напомнила первая проходчица. — В спину может ударить что угодно.

— Твои предложения? — спросил я у девушки.

— На десятом я решала такую задачу прорывом. Рано или поздно в системе появится квест на тварь с двадцать первого. Мы пройдём через пробитую ей нору.

— Идём, — бросил я и развернулся к выходу из убежища.

— Куда? — опешила она, но быстро поняла, что мне нужно.

— Система. Корректор Арктур. Статус активных заданий на прорыв существ ниже девятнадцатого.

Активных заданий не обнаружено.

— Когда было зафиксировано последнее?

Идёт поиск возможных ответов…

Ответов не выявлено. За последние 365 000 суток прорывов не зафиксировано.

…

— Это… как? — первой отмерла Белая.

— Это Стена, как ты сама нам напомнила. Правила меняются. То, что истинно на десятом, может быть неверным здесь.

— Но… это же не нормально. Прорывов же не может не быть? — осмысливала она новую информацию.

— Может, как видишь, — хмыкнул я. — Правда ничего хорошего в этом нет, тут ты права. У этого явления тоже есть причина, и что-то мне подсказывает, она нам не очень понравится.

— Тогда может быть всё-таки просто не пойдём? — с надеждой предложила Сайна. — найдём терминал ионитов, попробуем повстраивать…

— Я понял. А что с завалом? Какие шансы просто его разобрать?

— Ты меня даже не дослушал… — обиженно надула губы механистка.

— Минимум пара недель, хранитель, — покачал черепушкой Манри. — Нужно будет выносить камни. Построим цепочку из младших, сможем ускориться.

— Не годится. Если стоять столько на одном месте, к нам начнут собираться на сходку все местные рейдовые боссы, — возразил я.

— Да, закон простоя никто не отменял, — согласно кивнула Белая.

— Что ж, тогда нам придётся заниматься экстремальным садоводством, — сказал я. — Больше ничего другого мне в голову не приходит.

— Ты ведь уже пробовал пробить пол? — напомнила Белая. — Думаешь, здесь будет иначе? Материал тот же.

— За много лет растения и давление способны на многое. У нас под контролем дерево, проросшее девятнадцать этажей Стены, включая десятый, который сам под километр в высоту! Что-нибудь придумаем!

Следующие часы были заняты активной работой и началом производственного цикла. Где-то наверху по моему приказу Тумор вырастил несколько раффлезий на верхних этажах, и сейчас там начался мини-гон.

В полную силу заработали оба источника в виде скованных древом всадников. Тумор готовился к следующему раунду прорыва через усиленный чем-то аделит.

Новый разделяющий этажи материал был неестественно чёрным, будто поглощающим сам свет, и на нём же мельчайшие сколы и углы были видны с гипертрофированной чёткостью — там появлялись сверкающие грани и хорошо прослеживаемые линии в тех местах, где геометрия изгибалась…

Что конкретно это за материал определить никто так и не смог. Лишь признали его родство с аделитом и адамантовыми конструкциями.

Манри с некродендроидами получил задачу лезть в лифт и под присмотром Тумора отправляться на фарм новобранцев в растительную армию. Его задача состояла в том, чтобы найти подходящие для ассимиляции виды монстров и обращать их в некродендроидов, по всем последним технологиям.

Пока Сайна с Белой заняли место у терминала, Мордред занимался доработкой и улучшением собранных и ассимилированных растениями тел монстров. Его опыт аниматурга помогал подобрать варианты для управления даже экзотическими телами чудовищ.

Примерно тем же в убежище занимался Сильван. Его способности дублировали мои, потому он тоже мог сильно повысить возможности моего растительного войска.

Спустившись ниже, я начал высаживать семена. Главным растением сегодняшнего дня станет лилия, создающая воду.

Семена падали на голый камень, затем получали волну энергии жизни и ударялись в рост. В этот момент сверкнул мифический амулет, и часть лилий появилась из ниоткуда уже в виде взрослых растений.

На стадии взрослого цветка, как следует отожравшись маны, растения принялись формировать вокруг себя привычную питательную среду. Пространство вокруг медленно увлажнялось. Растения конденсировали вокруг себя частицы воды, а то и вовсе аномальным образом вытягивали влагу из соседних локаций. Древо щедро питало их маной, выжимая возможности цветов на полную.

Я продолжал создавать новые лилии, наращивая объём призванной воды. Завал же был достаточно плотным, чтобы накопленная влага не утекала вниз по лестнице.

Сперва небольшая лужа, затем крохотное озерцо, и вот вода уже начала захватывать ступени лестницы.

Новых нападений за это время не последовало, так что у нас было достаточно времени. Кто-то прошёл модификации, кто-то получил заслуженный выходной, а я растил, ради разнообразия, озеро.

Выходило медленно. В процессе Белая сориентировала остальных членов Ордена, как можно было бы помочь мне. Маги воды ускорили рост, маги воздуха смогли обогатить кислородом площадку между этажами, где мы устроили себе временную базу. Соответственно, он был отчасти откачан из соседних помещений, и его место занял углекислый газ.

Я вдруг понял, в чём главная сила этой девушки. Она была слабым стратегом и не смотря на весь свой опыт порой не видела очевидного. Но она — гениальный тактик, который отлично действует в боевой обстановке и вне её.

Так что вскоре все ресурсы убежища переключились на эффективный рост и создание теплицы.

Уже к середине дня мы были вынуждены отступить от нашей базы и начать подниматься наверх. Тем временем, Тумор запустил ствол глубже, проникая дальше вглубь спуска.

Мы продолжали отступать дальше. Тумор — прорастать вглубь. Он уже пустил корни в искусственное озеро и ударился в буйный рост.

Получая свет от кроны, раскинувшейся под солнцем над Стеной, древо быстро захватывало всё свободное пространство. Ещё немного, и место для роста начнёт заканчиваться. И тогда под усиливающимся, постоянно растущим напором ни одна стена не устоит.

В свободном мире природа подобные штуки часто проделывает, но за десятки лет. Здесь же вместо времени была магия.

Противостояние по итогу продлилось всё равно до самого конца дня, и затем — всю ночь. Местная фауна начинала что-то подозревать, и к нам на огонёк зашли первые гости.

Это был подвид некроморфов, более чем подходящих для своего этажа. Что-то собранное из множества костяных шипов, с пустотой вместо лица и чернотой внутри грудной клетки.

Бой был неприятным, по сложности я бы сказал — выше среднего. Твари метали костяные шипы, передвигались с невероятной скоростью, были ловкими, наносили бешеный урон своими наростами, а самое любимое — раскрывали грудную клетку и проглатывали туда добычу целиком.

Правда, с нами такая фишка не прокатывала совсем — большинство дендроидов были слишком большими для них, а проглотив мелкого, монстр просто вызвал ассимиляцию изнутри и вскоре мои ряды пополнил двойной некродендроид.

Отбились по большей части благодаря Тумору. Когда мы отступили к нему, тварей просто начало пеленать ветвями дерево, и исход стал очевиден.

Затем ещё несколько часов ожидания — не то новых монстров, не то прорыва, и вот наконец, послышался треск разламываемого камня.

КРАК!

Мы замерли, прислушиваясь к звукам. На миг локация погрузилась в кромешную тишь. И вскоре треск повторился.

Заполнив всё доступное пространство, дерево начало давить на стены — медленно и неотступно отвоёвывая у них доли миллиметров, пока те наконец не дали трещину.

А затем рядом с деревом появился сам старик.

— Лифт подан, господин корректор! — пафосно объявил он и улыбнулся.

В стволе у входа распахнулись двери с платформой лифта.

Вот и всё. Двадцатый.

Я вошёл внутрь лишь на пару секунд опередив Белую. А следом внутрь один за другим начали нырять и остальные члены Ордена. Очень скоро начнётся завоевательная кампания двадцатого! Ну или хотя бы прорыв на двадцать первый — как пойдёт.

— Как ваше с Белой устройство, Сайна? — спросил я девушку.

— Цветёт и пахнет. Если откроешь мне убежище — вытащу.

— Вытаскивай и раздавай.

— Их всего два, Арк. Нечего раздавать! Думал я могу создавать машины из воздуха? Чур следующего корректора-ренегата убиваю я, может и мне такой амулет, как у тебя, дадут! — фыркнула рыжая.

— Арктур, друг, — смущённо обратился ко мне Тумор. — Всё никак момент не мог подобрать подходящий как-то. В общем это, я тут отыскал таки в горе хлама после того побоища твою сферу.

— Какую? — не понял я.

— Ну, растительная граната. Она же вроде как многоразовая?

— Флоросфера каят! — просиял я. — Спасибо, если придётся отступать, она может спасти нам жизнь!

Рядом немного нервно доложила о проделанной работе механистка:

— Я установила автономные прожекторы на боты. Если что, ты говори, они подсветят всякое сильномогучее колдунство к чертям кошачьим! — напомнила Сайна.

— Мы можем сливаться с Древом сами, так что выйдем в локации одновременно с тобой, Хранитель! — сообщил Манри.

— Да, я помню. Кто в убежище — идите и будьте готовы. Кто со мной — вдвойне будьте готовы, хотя у вас ещё время есть. Что-то нужно кому перед началом?

— Все необходимые расходники уже при мне, — кивнула Белая.

— Плюс один, — отсалютовал Мерлин. — Готов причинять добро целительным взрывом!

— Ну, тогда поехали! — сказал я и шагнул в растительный лифт.

Продолжение следует: https://author.today/work/354482

Администрация Стены благодарит Вас за содействие делу проходчиков!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Покоривший СТЕНУ 11: Король механизмов

Content

Покоривший СТЕНУ 11: Король механизмов

1. Красота, которая умеет карать

2. Шум, порождающий ужас

3. Легенды, умеющие убивать Вдалеке послышался шум.

4. Средства, ведущие к цели

5. Дрожь, пронизывающая Стену

6. Поиски, ведущие в никуда

7. Кадавры, с которыми пора познакомиться ближе

8. Ассимиляция, идущая принудительно

9. Путь, ведущий к победе

10. Переговоры, идущие к черту

11. Механизмы, что славят лес

12. Гости, которые всегда недовольны

13. Дождь, который приносит лишь смерть

14. Планы, которые известны всем

15. Предложения, с которыми идут к черту

16. Засады, о которых известно заранее

17. Пределы и то, что дальше

18. Итоги, которые мы заслужили

Логи наград Ордена Смотрителей

19. Разговор, с которого стоило начинать

20. Отдых, который мы так долго откладывали

21. Дела, которые давно требовали внимания

22. Сила, для которой не нужны терминалы

23. Жизнь, которую мы порождаем

24. Начала, которых мы ждали

25. Место, куда мы стремились

26. Плацдарм, который следует подготовить

27. Враг, которого нет

28. Крокодилы, потерявшие смысл

Интерлюдия Ангедония

29. Мир, который умеет удивлять

30. Картина, сложенная из кусочков

31. Пароли, ведущие вниз

32. Тишина, несущая страх

33. Вопросы на которые предстоит ответить

34. Земли, которые умеют спрашивать

35. Воля, которую невозможно сломить

Схема одобренных модификаций Ордена Смотрителей

36. Место, где стоит пустить корни

Nota bene