Мир Мельхиора 5 — Хрустальная башня.

Пролог

Ну же, ну.. ещё хотя бы пару минут…

— Откройте! Служба безопасности! — послышался настойчивый голос за дверью.

В дверь с ожесточением ломились.

Корпорации не любят, когда кто-то суёт нос в их дела.

Мой дом — моя крепость. И я не жалел скудной зарплаты на безопасность своей крохотной жилой ячейки. Нет, без специалиста им дверь не вскрыть. Время пока ещё есть.

Только бы успеть!

Загрузка была почти завершена и экран начал отображать ответы. Я пробежался глазами по тексту. Глаза расширились от удивления и неверия.

Проект “Мельхиор”? Чего? Корпорация “Подлунные миры”? Создатели виртуальных игр?? А эти-то здесь при чём?!

Стоп, инцидент с обезумевшим игроком, принёсшим в жертву игровому богу свою семью… Но как это может быть связано с эпидемией в реальном мире?

Это же…

В дверь послышался стук чего-то потяжелее кулака. Кажется, нетерпеливые ребята снаружи всерьёз разозлились. Или кто-то позвонил сверху и попросил поторопиться.

В то, что выводил монитор верилось с большим трудом.

Но я должен узнать, зачем они всё это сделали. За что погибли мои близкие? А вместе со мной об этом узнает и ещё несколько человек. Ну ладно, несколько миллионов человек. Лёгким мановением руки информация уходит в сеть.

Те, кто правят этим миром, решили вместо ракет на этот раз использовать в своих играх биологическое оружие. Так я потерял всё. Тех, кого я любил больше всего на свете. Всего лишь ради того, чтобы корпорация «Подлунные миры» смогла скрыть свой промах.

Но что же на самом деле случилось такого, что корпорация выпустила на свободу смертоносный вирус, только чтобы скрыть… что именно?

Ошибка. Сервер недоступен. Проверьте подключение к сети.

Следом погас свет.

Ну, нет. Отключения научили меня всегда держать под рукой генератор. Так просто я не сдамся!

Я помню, как держал за руку самого дорогого мне человека и молил лишь об одном — уйти вместо. Или вместе. Но бог не услышал меня. В мире-темнице слишком сложно достучаться до высших сил.

Теперь я остался один в этом мире. От всей некогда большой семьи остался только двоюродный брат Артур где-то на другом конце земного шара.

Но теперь мне терять уже было нечего. И утащить за собой на дно я никого не смогу. Всё что остаётся, это рассказать правду миру.

Раздался звук сообщения с номера погибшего отца. Я насторожился — из могилы не пишут посланий.

Глянув на полосу загрузки, я понял, что ещё немного времени у меня есть. Тогда я взял телефон и прочёл сообщение, которое никому было отправить. Смартфон отца валялся где-то среди его вещей в соседней комнате.

На экране горело:

Я дам тебе силу изменить всё. Ты согласен? Да/Нет.

Послание было выполнено в форме анимированного свитка в стилистике «Подлунных миров».

По телу пробежали ледяные мурашки. Почему-то даже скорая смерть от рук службы безопасности меня так не пугала, как иконка приложения, которое я никогда не устанавливал. Скажу больше, на моей нищенской старой модели смарта в принципе не могло быть игрового мессенджера.

И тем не менее, я не задумываясь нажал «да». После того, что я узнал, я уже готов поверить во что угодно.

Но ничего не произошло. Чудес не бывает. Может, это какой-то новый вид вирусной проги, распространяющей спам под прикрытием игрового интерфейса?

— Откройте! Откройте немедленно!! — надрывался голос по ту сторону двери.

А ведь попасться им в лапы — гораздо хуже, чем просто смерть. Нужно хотя бы сделать видимость серьёзного сопротивления, чтобы они прикончили меня быстро, а не растягивали удовольствие. СБ не любит шутки шутить.

Дверь содрогнулась снова, и в этот момент на коммуникатор пришло новое сообщение. Всё с того же номера, откуда прийти не могло.

Но вместо ответов и пояснений на экране был лишь какой-то код, в котором я с трудом признал техническое сообщение «миров». Странный служебный текст для настройки капсулы альтернативной реальности.

SIO ƝƐL 3711♯ƒσ яc є∂_cσηη єc тιση _ρ яσ т119ѕя7:M єℓкнισ я♯Ɗєν _тєѕт№887131

Я примерно знал, что с этим делать и куда вводить строку. Но вот понять, куда именно меня это подключит — можно даже не пытаться. Слишком мало времени. Может даже, на тот самый закрытый сервер, инцидент с которым они так пытались скрыть.

За дверью послышались странные звуки и переговоры. Людей там явно прибавилось.

Капсула VR-погружения пылилась уже неделю. Я не поставил руководство в известность, что не буду пока работать. В этом мире потеря работы равносильна смерти, но когда за какие-то пару недель у тебя на глазах погибают все близкие от заразы, которую никто даже не собирается нормально лечить, приоритеты меняются.

Кто бы не прислал мне этот странный код, времени на подключение должно хватить впритык. Вот только стоит ли оно того? Тогда меня вырвут прямо из капсулы, и всё, добро пожаловать на допрос с пристрастием. Смерть меня ждёт при любом раскладе, но если они возьмут меня живым — она может быть о-очень долгой.

Так стоит риск того, чтобы узнать, ради чего на самом деле погибли сотни тысяч человек, включая моих близких?

Руки сами выбили в настройках набор букв и цифр.

В голову пришёл ещё один неприятный вопрос — первое слово в длинной строке подключения — это ведь мой собственный игровой ник. Я не сразу его опознал в странном написании с незнакомыми символами, тем более что в последний раз играл больше двух лет назад. Но ведь это точно он!

Внутренность устройства блеснула изнутри фиолетовым светом. Фиолетовым! В старенькой капсуле нет таких цветов. Там в принципе не существует диодов такого цвета!

К чёрту.

Раздался первый серьёзный удар в дверь. Безопасники больше не пытались меня убедить открыть вход, и начали выламывать двери грубой силой.

Я лёг в капсулу и закрыл за собой крышку. Осталось от силы секунд тридцать. Что можно успеть увидеть и понять за тридцать секунд?

«Ожидайте, идёт процесс инициализации».

Перед глазами появилась надпись. Моргнув пару раз, будто от помех, она сменилась:

«Мир Мельхиора. Подключено. Ожидайте.»

Затем, где-то углом зрения, я увидел то, чего не ожидал, но что отчаянно хотел увидеть:

Я дам тебе шанс отомстить. Более того, ты даже сможешь всё изменить.

Проект «Мельхиор»... Значит, слухи не лгут, и некоторые избранные до сих пор могут попадать туда. Но после того, что я увидел в полученных файлах, я даже не знаю, что думать. Только сумасшедший решился бы разморозить этот проект, да ещё и запускать туда людей!

Мозг отказывался понимать, но.. черт, я просто хотел ухватиться за последнюю надежду.

Похоже, история с эпидемией далеко не закончена. Возможно, всё ещё только начинается.

Краем ускользающего сознания, я уловил шум падения выбитой двери.

Только бы успеть.

Всё тело захлестнула боль. Дикая, невыносимая боль такой силы, что она вытеснила собой все прочие мысли, а затем у меня вырвался длинный нечеловеческий крик.

Я почувствовал, как нечто запредельное вторгается в мой разум, сканирует насквозь, перемешивая внутри мысли и чувства.

Тьма перед глазами медленно рассеивалась. Но рассмотреть что-либо я не мог. Лишь мелькавшие во мраке силуэты чего-то тёмного и пушистого.

Постойте, пушистого?

А затем я нашёл в себе силы поднять голову и в тусклом синеватом свете от крохотного окошка, я увидел причину своих страданий.

— Ва-а! — само собой вырвался крик, в котором смешалось всё — и боль, и удивление и, мягко сказать, охреневание от происходящего.

1. Добро пожаловать в Мельхиор.

Ну а как можно не охренеть, когда очнувшись, обнаруживаешь, что тебя заживо жрёт крыса?

По размеру она скорее напоминала собаку. Серая, нехило побитая жизнью зверюга равнодушно посмотрела на меня чёрными бусинками глаз, а затем.. да, просто продолжила трапезу. И отскочить или вывернуться от неё не получалось — нижняя часть тела просто отказывалась слушаться.

На руках уползти прочь нечего было даже пытаться. Тем более, что неподалёку раздался писк — к трапезе спешила присоединиться ещё одна мохнатая тварь.

Превозмогая дикую боль, я попытался стряхнуть крысу с себя, но именно в этот момент подоспела её товарка, заинтересованно обнюхивая правую руку.

К счастью, руки мне вполне подчинялись, так что я быстро убрал праздничный ужин из-под носа хвостатого людоеда, и даже нашёл в себе силы для активного сопротивления.

Физическая боль дала трещину, выпуская не менее страшную боль — душевные муки, которые до этого были глубоко внутри, не давая дышать. Мохнатые чудовища как нельзя лучше подходили для того, чтобы выпустить пар.

Пар…

Вокруг правой руки собралось облачко белёсого пара, и я изо всех сил зарядил кулаком в тело крысы.

Тварь взвизгнула, но уходить не спешила, скорее напротив — я будто всем сердцем ощутил её смертельную обиду и желание отомстить. Но после секундного раздумья, крыса всё же не стала рисковать. Ошпаренная морда со злобными чёрными глазками исчезла во мраке, а следом за ней поспешили уйти и её сородичи, скрываясь в чёрном провале дыры неподалёку.

Я же с некоторым непониманием смотрел на длинную красную полосу над головой монстра с надписью:

Злокрысь, уровень 45. *среднее ранение*

Что ж, с непосредственной угрозой для жизни я справился. По крайней мере, на какое-то время — не стоит исключать возможность возвращения крыс, да ещё и в компании сородичей. Сейчас они пожаловали просто покушать свежего мяса, а могут ведь прийти и конкретно на охоту.

Озираясь вокруг, я понял только одно — ничего общего с моим домом это место не имеет. То, где я оказался, мало походило на знакомые серые человейники. Никаких низких белых потолков и тесных комнат — напротив, над головой было метра четыре до утопавших во мраке каменных сводов.

Значит, я в Мельхиоре. Вот только сколько у меня осталось времени до того момента, как меня вытащат из капсулы псы корпорации? По идее, уже должны бы. Выходит, всё зря? Я рискнул, чтобы просто оказаться в какой-то локации игрового подземелья? Где ответы?!

Помещение было странным. Оно походило на огороженный кусок склада. В другой жизни, на сколько я помню, купить помещение такого размера мог себе позволить далеко не каждый. Но это только относительно площади. Что до наполнения… Старая, покосившаяся мебель помнила и лучшие годы. И эти годы остались в далёком прошлом.

Всего одно окошко с синим мутным стеклом давало мало света, но рассмотреть помещение всё же удавалось. А самое главное — по центру жилища под ногами находилась огороженная ржавыми прутьями клетки дыра. Самый натуральный чёрный провал в никуда, откуда пахло мхом и сыростью.

Именно оттуда и пришли крысы, и туда же сбежали.

Значит вот ты какой, проект “Мельхиор”? Что-то это ни разу не похоже на виртуальный мир. Уж я-то знаю, о чём говорю. На работе я видел много виртуальных пространств, и ни в одном не было такого запредельного уровня реализма.

Попытавшись встать, я вскрикнул от резкой боли в ноге. Любой нормальный сервер бы автоматически понизил чувствительность после такой вспышки боли. Как здесь вообще можно что-то делать? Это уже не просто игра, а реалРПГ какое-то.

Похоже, крысы не только неплохо меня потрепали, но и совсем не чистили перед этим зубы. Судя по распухшей лодыжке, дело было плохо — в кровь попала какая-то дрянь. Смогу ли вообще ходить после такого? Правая нога и на ногу-то походила с большой натяжкой.

Сердце начало бешено колотиться. Даже понимая, что где-то там лежит моё реальное тело, а это лишь виртуальная реальность, я не мог унять волну эмоций от вида своего тела в таком состоянии.

В тот момент я захотел лишь одного — чтобы боль исчезла.

И.. она действительно исчезла.

Применено: касание Дафны.

Из рук вырвался всё тот же пар, окружая раны теплом и прогоняя боль прочь.

Значит, я какой-то маг с целительными способностями. Что ж, это лучший выбор для мира, где тебя могут искусать крысы так, что нога опухает и отказывается подчиняться.

Раздался тихий, едва слышный стук. Я вздрогнул, вспомнив последние минуты, проведённые в прежнем мире. Но в отличии от безопасников корпорации, здесь в дверь стучали как-то осторожно и вежливо.

Поискав глазами вход в комнату, я наткнулся на узкую высокую арку с видавшей виды деревянной дверью. По такой стукни ногой как следует, и она рассыплется сама собой, никакой замок не спасёт.

То, что незнакомец за дверью не пытался её выломать, уже говорило о его мирных намерениях.

Понятия не имею открыто ли там, но подойти к двери и открыть самому будет непросто. Разве что если ползти.

Незнакомец по ту сторону помялся с минуту и повторил стук.

Судя по всему, я в какой-то заброшке. Или вернее, данже, с учётом того, что Мельхиор был когда-то игровым сервером. Сомневаюсь, что в таком месте у меня могут быть друзья. Но с другой стороны — такую ветхую дверь любой недоброжелатель мог просто как следует пнуть ногой, однако стучавший и не думал ломиться силой.

— Войдите, — крикнул я без особой надежды на успех. Так и оказалось — дверь задёргалась, пытаясь открыться, но на этом и всё.

Но применять силу с той стороны никто всё равно не спешил.

Как и цепкие руки безопасников до сих пор не спешили вытаскивать меня из вирт-капсулы. Они давно бы уже должны были взломать дверь, найти мою тушку и вытащить. Очень, очень странно!

Я осмотрел себя чуть детальней. На мне была серая бесформенная тряпка и такие же серые штаны, пропитавшиеся кровью.

Мда…

До того, как всё стало совсем плохо, я порой частенько любил проводить время за историями про попаданцев. Уйти от обыденного серого мира и на время погрузиться сознанием во что-то чуть более светлое, надеть на себя личину героя — эх, старые добрые времена!

Сейчас всё выглядит так, будто я сам стал героев одной из таких книг. Глупость, конечно. Но эта мысль заметно успокаивала. Почти все попаданцы начинают паршиво, но в конце истории обычно окружены девушками, властью и успешным успехом.

Может ли быть так, что время здесь идёт иначе? Или это полноценная оцифровка сознания? И то и то звучало дико. Копия сознания в теле бота ещё куда ни шло, но настоящая оцифровка — это из разряда мифов фантастов.

И тем не менее я всё ещё здесь, а мир кажется реальней самой реальности. Впору и впрямь поверить, что я попаданец в магический мир…

— Система. Меню. Выход, — тихо шепнул я. Обычно достаточно было просто пожелать, чтобы перед лицом возникло игровое меню, но сейчас она меня полностью проигнорировала.

Интерфейс определённо был — те же крысы бегали с красными плашками запаса здоровья. И в то же время опции выхода не предполагалось.

Мир был абсолютно реален. Новичок может и спутал бы, но как вирт-дизайнер я не мог ошибиться. При всех стараниях корпорации «подлунных миров», у игровой вселенной есть ряд очевидных отличий.

Послание таинственного существа запестрело новыми красками. Неизвестный ведь что-то говорил о том, что может мне помочь. Хорошо бы его разыскать, и для начала — стоит понять, где я конкретно. В реальности и здесь.

Я заставил себя собраться. Прокушенная лодыжка вновь болезненно напомнила о себе. Каждое движение отдавалось дичайшей болью, и лишь полная неподвижность переводила боль в разряд чего-то терпимого. Ноющего, но терпимого.

Похоже, срок действия магии истёк, и обезболивающий эффект магии закончился. Я попытался повторить свои действия. Сосредоточился и изо всех сил пожелал, чтобы боль ушла.

И она снова ушла!

Применено: касание Дафны.

Стук в дверь не повторялся, но и звука удаляющихся шагов я тоже не слышал. Стучавший терпеливо оставался под дверью. Будто знал, что выбора у меня всё равно нет и рано или поздно я выйду.

Может, это тот, кто прислал мне код и помог здесь оказаться? Может, он просто не мог управлять точным местом моего появления, но теперь нашёл и готов дать обьяснения?

Но доверять незнакомцам всё равно не стоит. В прежнем мире, доверять можно было очень малому числу людей, и лично я их уже потерял. Кто бы не хотел отправить меня сюда, у него наверняка на это были свои цели.

Ну что ж, пусть тогда ждёт, раз не решается войти сам, даже получив разрешение с моей стороны. Потом буду думать, как ползти к двери, если не придумаю ничего лучше.

Так, а что ещё я могу? У меня был очень странный набор способностей — обжигающий пар и обезболивание. Наверняка должно быть что-то ещё!

[список доступных заклятий магии воды 11/13: кипящий гнев, паровой шар, водная регенерация, облачная чистота, инеевый цветок, туман, водный кадавр, касание Дафны, облачная аура, облачный оберег, гниль и ржавчина, облачные владения , водное тело ]

Воу, так можно было?

Перед лицом появилась полупрозрачная таблица со списком магии. Примерно так же, как над головой у крыс появлялись плашки с названием и запасом здоровья.

Целых одинадцать заклинаний! Вернее, тринадцать, но два навыка горели красным, как недоступные.

Не знаю, правда, много это или мало в этом мире. Но меня впечатлило. Некоторые, правда, были мне недоступны и отмечались серым, как неактивные, однако с этим разбираться будем позже.

В любом случае, я не нулевой персонаж, а в теле какого-то мага.

Самое главное — регенерация. Если эта способность работает так, как я думаю, то…

На лице сама собой расплылась улыбка. Итак, в этом мире я действительно кто-то вроде мага-целителя. И это радовало. Не встречал ещё ни одной истории, где целитель был бы не востребован. Да чего уж там, нет ничего лучше, чем если твоё собственное здоровье зависит только от тебя самого. Болезни, ранения, отравления — этот мир явно весьма опасен, но шансы быстро сдохнуть в нём, с такими способностями начинают падать.

В другом мире я бы многое отдал за такой дар. Если бы только в реальности существовала такая магия. Тогда я бы сумел спасти родных…

Отогнав мрачные мысли, я выбрал из списка «регенерацию». Пар вокруг ладони стал ласковым прохладным облачком, впитавшимся в мою ногу. Там, где прежде были куски вырванной плоти, начала собираться из прозрачных водных потоков по форме здоровой конечности.

А затем р-раз, и в один миг вода обратилась вполне себе обычной босой ногой.

Быстро. Очень быстро, я бы даже сказал.

Грязные тряпки, оставшиеся вместо штанины, насквозь пропитались кровью. Но сама нога выглядела так, будто нападение крыс мне приснилось. Боль тоже исчезла, как страшный сон, и я осторожно пошевелил ступнёй.

В дверь постучали в третий раз. Всё так же тихо и осторожно, будто боясь разбудить. Но вместе с тем настойчиво. Давая понять, что никто никуда не уйдёт.

Осторожно ступая и ожидая подвоха со стороны исцелившейся конечности, я подошёл к двери. Она была закрыта на простенький замок с засовом. Очень, кстати, любопытно, как этот засов был закрыт изнутри. Значит, я как-то дошёл сюда сам, запер дверь и отключился?

Вернее, не совсем я, конечно, а прежний владелец тела.

Кстати, как я хоть выгляжу?

Я протянул руку к небольшой выщерблине в полу и призвал атакующую способность «кипящего гнева». Соприкоснувшись с холодным камнем, пар быстро сконденсировался, став водой. В её отражении я увидел бледного седовласого парня измождённого вида.

Чёрт, да это же моё лицо! Чуть изменившееся, осунувшееся, болезненное. С парочкой небольших шрамов, впалыми щеками, да ещё и эта седина, перекрасившая меня в серебро.

А ещё, похоже, я неплохо могу видеть в темноте.

Наконец, я преодолел расстояние до двери, снял защёлку, и осторожно приоткрыл дверь.

По ту сторону двери стояла мрачная черноволосая девушка с закрывавшей половину лица чёлкой. Но рассмотреть её как следует мне не удалось. Девушка явно не любила быть в центре внимания. От моего любопытного взгляда она поежилась и опустила голову ниже, прячась за волосами.

— Д..доброго цикла, — смотря в пол и чуть запинаясь, произнесла она.

— И тебе привет, — с некоторой заминкой, ответил я. — Ты кто?

— Ласка... — ответила девушка хриплым голосом. Будто каждое слово давалось ей с трудом, но при этом было насыщено чувствами.

Похоже, мой вопрос был для неё неожиданным, будто до этого никто этим больше не интересовался. В сердце защемило нечто смутное, некое едва уловимое ощущение, будто я уже где-то слышал это имя.

— Магистр просил проводить тебя, — добавила она после недолгой паузы.

— Постой… Где мы? Что за магистр? — задал я очевидные вопросы.

— М-м-м.. мы в Оазисе, — замялась Ласка, не зная, что ответить. — Магистр ждёт, нужно спешить.

Понятнее не стало, но и явного негатива или нежелания говорить, в её словах не чувствовалось. Больше походило на то, что она в целом не привыкла общаться с людьми.

Но слова о Магистре у неё звучали очень убедительно. Может, речь как раз идёт о том, кто пригласил меня в эту реальность?

— У нас есть хоть пару минут? Можешь рассказать... — начал было я, но мрачная девушка сразу же прервала меня:

— Пожалуйста… Магистр не любит ждать. Позови инвентарь и оденься.

Просто позвать? Ну, со списком заклинаний было так же, так что почему бы и да.

Перед глазами тут же появился лист, разделённый на множество ячеек, в каждой из которых находился какой-то предмет.

Ничего себе такой стартовый наборчик.

Возникло впечатление, что это не личный инвентарь, а какой-то склад. Если не свалка.

В первую очередь в глаза бросался умопомрачительный список всяких непонятных ингредиентов. Семена, листья, какая-то пыль, разные фрукты, грибы… и зачем это всё моему предшественнику?

Кроме того, я был гордым обладателем танталовой кольчуги в непригодном состоянии, всяких наручей, сапог и самое главное — серой потрёпанной мантии жреца и вишнёвой мантии инквизитора тари. Собственно, так они и назывались в инвентаре.

Первая мантия выглядела на грани износа, а вторая — совсем новенькая, будто и не одевалось ни разу. Если чуть задержать взгляд, выскакивало пояснение с эпическим классом редкости и рядом бонусов. Звучит весьма многообещающе, ничего не скажешь.

Хотя даже первая, разодранная мантия жреца, всё равно была лучше безликих серых штанов и рубахи из мешковины, в которых я был по пробуждении.

Я ещё раз посмотрел на девушку. Та чуть приподняла голову, и из-под длинной чёлки выглянул жутковатый шрам. Скорее всего по задумке такая стрижка была выбрана именно в попытке его скрыть, но работало это только когда она опускала голову в пол.

Почувствовав мой взгляд, Ласка вновь быстро опустила лицо и отвернулась.

Одета она была довольно просто, во что-то вроде потрёпанной кожаной брони, когда-то бывшей чёрного цвета. Значит, и мне не стоит наряжаться как на парад в яркую мантию. Всего лишь догадка, но мало ли.

Теперь осталось только понять, как это одевать.

Я потянулся рукой к зависшей рядом табличке с содержимым инвентаря и попытался коснуться мантии. Интуитивно всё сработало верно, и одежда оказалась у меня в руках.

— Просто попроси мир одеть это, — пряча лёгкую улыбку, пояснила Ласка.

Попросить мир? Ну окей, я хочу надеть это. Что дальше?

Ткань исчезла у меня из рук, сразу же оказавшись на теле. Никогда не любил тратить время на примерку одежды, так новшество сразу пришлось по душе.

Правда, на мне это выглядело ничуть не презентабельное, чем с серым тряпьем, в которое я был одет изначально. На одежде имелись следы засохшей крови и подозрительные разрезы.

Наверное, я поторопился. Лучше уж ходить в вишнёвой робе инквизитора, собирая на себе чужие взгляды, чем устраивать косплей на бомжа. Ну да ладно, переодеваться пока не буду. Может и к лучшему, если я буду выглядеть так. Всегда полезно вводить окружающих в заблуждение относительно своих возможностей. Никто не посчитает бомжа в рваном хламе серьёзным противником.

— Магистр говорил, что вас доставили из какой-то бойни в Запределье, — глядя на кровавые пятна на моей одежде, неожиданно поделилась девушка.

— Бойни? — переспросил я. Увы, в одно слово никак нельзя было втиснуть десяток возникших догадок и предположений. Это где же успело побывать это тело, так похожее на моё собственное, только прошедшее концлагеря? Или оно просто изменилось под меня, когда я здесь оказался.

— Пошли. Он будет сердиться, если мы его задержим — напомнила она, делая шаг от двери.

— А к чему, собственно, такая спешка? — что-то в словах девушки меня насторожило. Слишком уж она нервничает.

— Если магистр будет зол, он усложнит испытание. Я не хочу опять умирать — пояснила Ласка.

— Постой.. что значит опять умирать?

— Ну, — замялась она. — Испытания магистра Танатоса новичку пройти не под силу, а я одна не справлюсь со всей нежитью наставника. Поэтому пожалуйста, поспеши. У меня и так очень мало шансов.

— Что ещё за Танатос? И при чём тут я?

Но объяснять что-то ещё Ласка не стала, просто проигнорировав попытки с ней заговорить снова.

Моя комната оказалась одной из шести в длинном коридоре. Крайняя от выхода. Слева располагалась тёмная винтовая лестница, куда и устремилась моя спутница.

— Может, расскажешь ещё хоть что-то? — попросил я. — Ну, пока идём. Буду рад любой информации!

Девушка промолчала. Она ступила на тёмную лестницу и уверенно направилась вверх. Со зрением в темноте у неё тоже был полный порядок.

— Я слышала, вас было больше трёх сотен, но выжило около тридцати, — неожиданно продолжила она. — Нашей башне достались четверо — разведчик, инженер, целитель и маг.

Так, ну с классом догадаться не трудно — я или целитель, или маг, но почти наверняка — первое. Судя по списку доступных заклятий — почти вся моя магия была связана с лечением и очисткой от всякой дряни. Это было понятно по одним только названиям.

Значит, я появился здесь после какого-то инцидента, как один из выживших. Только вот приём был каким-то совсем не дружеским на старте. Значит, мы чем-то провинились или сделали что-то не то? Или здесь всё настолько паршиво, что раненых кладут рядом с голодными крысами?

— Это всё, что ты знаешь о выживших в том походе? — предпринял я попытку продолжить разговор.

— Да, извини. Я не сильно этим интересовалась. Если интересно, то тебе стоить кого-то ещё, — ответила она. — Я плохой собеседник.

— Тогда может, расскажешь об этом месте.. и мире в целом? — задал я следующий вопрос.

— Ээ… Что именно тебя интересует? Мы в башне Смерти, во внутреннем домене. Оазис, так его ещё называют. А вокруг него стоит город…

Да уж, понятней не стало.

— А что дальше? За городом?

Девушка бросила на меня ещё один странный взгляд, но потом буднично ответила:

— Пещера и монстры, конечно. Больше там ничего нет.

Забавно. Только вот если там ничего нет, в каком же тогда походе участвовала моя тушка?

Выйдя с винтовой лестницы этажом выше, мы остановились перед массивными деревянными воротами. Наверное, метра в три шириной, и не меньше семи-восьми в высоту. Похоже, в этом мире у строителей какая-то страсть к гигантизму. Прямо теряешься после крохотных комнатушек из прошлой жизни. Будто из собачьей конуры попал в царские хоромы.

Массивная дверь на вершине со скрипом приоткрылась, и Ласка кивнула, пропуская меня вперёд.

Помещение напоминало церковь. Только вместо икон и витражей в высоких грязных окнах горел неестественный зелёный свет. Зловещий и ядовитый.

Нас уже ждали четверо. Трое стояли спиной ко входу и не проявили к моему появлению никакого интереса. Сразу рассмотреть мне удалось лишь четвёртого — высокого мужчину лет сорока пяти в тёмном одеянии с чёрным мехом в качестве воротника. А на груди, прямо поверх него, была зелёная кираса.

— Отлично, все в сборе, не прошло и пол вечности, — отчеканил мужик холодным ровным голосом. — Почему я должен ждать так долго, Ласка?

— Простите, магистр, — с заметным страхом склонила голову девушка.

— Ничего, думаю, лишняя тренировка с крысами научит тебя выполнять приказы своевременно, — безразлично ответил мужик, но я прямо физически ощутил, как моя спутница напряглась, пытаясь скрыть испуг.

— Это моя вина… — решился я вступиться за Ласку, в конце концов это и впрямь я её задержал.

Но слушать меня никто не стал:

— Да плевать, — с таким же безразличием перебил меня магистр. — Шевелитесь уже.

Встав в один ряд с Лаской и тремя незнакомцами, я стал с любопытством разглядывать остальных собравшихся.

Высокий бородатый мужчина, лет тридцати-тридцати пяти напоминал сильно истощавшего медведя. В его глазах горел насмешливый огонёк превосходства, но на фоне чувака в зелёной броне он смотрелся скорее нахальным школьником.

Второй парень был на голову ниже и чем-то напоминал молодого Чехова — короткими тёмно-каштановыми волосами и открытым лбом. На поясе его висел ничем не примечательный меч, а выражение лица было таким, словно он находился не здесь, а где-то далеко, в таверне за кружкой эля.

Третья из собравшихся — девушка с длинными угольно-чёрными волосами и ровной, идеально подстриженной чёлкой. В глазах её читалось пренебрежение и властность. Будто главная здесь она, а все остальные по-умолчанию должны ей подчиняться. Пожалуй, больше всего она напоминала древнеегипетскую жрицу, одетую в горчичный костюм с кожаным корсетом, и ботфортами на ногах.

— Повторю для новичков, — бесцветным голосом продолжил магистр. — У вас остались сутки, чтобы восстановить свой боевой потенциал. Всё просто — вы или становитесь сильнее, или умираете.

— Я заметил, — не удержался от ехидного комментария высокий бородач.

На бледном лице магистра не дрогнул ни один мускул. Он лишь с безразличием посмотрел на бородача и щёлкнул пальцами. В следующий миг на лицах у всех, кроме Ласки, появились металлические заклёпки, исходящие зеленоватым свечением.

Никакой боли не было. Однако открыть рот стало невозможно.

— Ваши тела должны вспомнить как выживать. Моей башне не нужна обуза, — спокойно пояснил магистр. — За этот год вы должны стать сильнейшей боевой группой или сдохнуть, чтобы не позорить меня. Ваши потуги за два прошедших дня — это сплошное разочарование. Больше поблажек не будет. Сегодня последний день. Вы будете умирать, пока не пройдёте сраную нежить, или станете учебным расходником для других учеников.

Магистр сделал паузу, пробегая взглядом по лицам. Я тоже краем глаза обернулся на своих товарищей по несчастью — бородач смотрел с яростью, девчонка с ненавистью, а парень с мечом — с таким же удивлением, как я сам. В глазах Ласки же я прочитал страх.

— Мастер.. вы знаете мою силу, — ещё ниже склонив голову, осмелилась сказать она. — Но в этой команде всю работу придётся выполнять мне. Справиться с задачей на пятерых я не смогу. Позвольте мне пройти испытание в одиночку…

Бородач бросил на мою спутницу злой взгляд.

Я ожидал, что Танатос вновь будет недоволен, но на этот раз он снисходительно ответил:

— Учись командной работе, Ласка. Это твоя слабость. В реальном бою ты тоже не всегда сможешь выбирать напарников.

Девушка понуро опустила голову под взглядом Танатоса, но внутри не смирилась — стоя с ней рядом, я видел, как Ласка напряглась. Словно враги вот-вот появятся прямо перед её лицом.

— Для тех, кто здесь впервые, — продолжил магистр. — Есть два основных слова силы. Инфо и инвентарь. Используйте их. У вас есть всё, чтобы победить. Я отобрал самый перспективный материал из доступного, так что база у вас хорошая. Но если вы по сути своей слабаки, вам это никак не поможет. Самая гнилая слабость течёт отсюда, — здесь магистр постучал пальцем по виску.

Новая пауза. Где-то за окном завыл ветер.

Танатос снова внимательно всмотрелся в наши лица, словно искал в них признаки слабости.

— Нужно готовым быть к бою всегда и везде. Надеюсь, сегодня у вас получится лучше, раз в группе появился хилл — едва заметно ухмыльнулся Танатос и щёлкнул пальцами.

После этого магистр вдруг исчез во всполохе зелёного пламени, а вместо него вокруг нас появился отряд скелетов с пылающими потусторонней зеленью глазницами.

Серьёзно? Он вот так просто натравит на нас эту хрень?!

2. Первое испытание.

— Вот же с-сука! — выругался бородач, со свистом растягивая букву «с».

— Как же мне всё это надоело… — с раздражением процедила девушка в горчичном костюме.

— Ух ты, ходячие скелеты! — восхищённо заметил парень с мечом.

Бородач сжал зубы так, что заиграли желваки, а в его руках появилось нечто вроде стимпанковской винтовки — массивное медное оружие со множеством шестерней и десятком непонятных элементов, между которыми забегали разряды электричества.

Парень с мечом вытащил оружие из ножен и направил в сторону приближающегося врага. Вся неуверенность, будто он зашёл сюда на экскурсию, тот час же слетела с его лица. В нём по-прежнему осталась какая-то лёгкость и отстранённость, но при этом его движения были чёткими и отточенными. Было понятно, что клинок он видит не впервые и умеет им пользоваться.

Девушка, напоминавшая жрицу, тоже призвала своё оружие. Им оказался странный треугольник, покрытый светящимися огненными письменами. Артефакт завис в воздухе перед ней и отзываясь на её действия, повторяя все движения её руки, начал наливаться силой.

Инженер, разведчик и маг?

От неожиданности я слегка замешкался, а мечник, тем временем, уже нанёс удар по первому скелету. Тот неумело сделал шаг назад и занёс ржавый клинок для контратаки.

Бородач нажал на курок своей странной винтовки. Судя по её сложному устройству, это и был инженер.

Блеснула молния и во лбу у второго скелета появился маленький металлический трезубец. Пробежал разряд электричества, но не похоже, чтобы мертвецу от этого было хоть чуточку хуже. Бородач удивился, но сразу догадался ударить наступающего на него врага прикладом.

Затем мелькнул огненный росчерк и сквозь горящий рунами треугольник пролетело длинное огненное копьё. Вспышка на миг ослепила всех, а стрелка с мечником ударной волной повалило на землю. Вот вам и маг, здесь всё ясно.

Значит невысокий парень с простым мечом — разведчик.

Инфо — мысленно позвал я второе слово силы, о котором говорил магистр и перед глазами замерцала длинная таблица со множеством умений, описаний и цифр. Но изучать это всё сейчас было некогда. Вспомнив свой опыт с заклинаниями, я мысленно пожелал, чтобы вместо всего этого появился просто список доступных способностей.

Затем я призвал инвентарь — помнится, в нём было кое-какое оружие…

В наличии был меч, арбалет, кинжал и посох. Но только один из этих предметов обладал магическими свойствами и выделялся среди прочих. Если остальное оружие было помечено как «обычное» или «необычное», то посох подсвечивался янтарной надписью и пометкой «легендарное»,

В отличии от остальных, я не чувствовал страх. Теоретически я понимал, что эти твари могут причинить боль, а то и убить. Но при всей внешней реалистичности, зеленоглазый скелет казался мне слишком нереальным.

В руке появился длинный витиеватый посох метров двух, из серого дерева с бирюзовым камнем на вершине. Едва пальцы сжались на его рукояти, как по всей его длине пронеслись бирюзовые огни.

Восстановлена связь с богами-покровителями. Класс «жрец» типа «иерей» подтверждён.

Доступно обращение к богам.

Регенерация! — активировал я навык, направив посох на пострадавшего от огня разведчика. Он уже поднялся и отбивался сразу от двух скелетов. Ещё от двоих врагов остались лишь обгоревшие костяшки после огненной магии волшебницы.

Инженер поменял тактику — бросив свою винтовку на пол, он достал из инвентаря тёмный меч и присоединился к разведчику. Я направил силу исцеления на раненого бородача, а затем решился попробовать что-то из других своих заклинаний.

Способностей с уроном в списке было всего две — «кипящий гнев» и «паровой шар». Если судить по названиям, второе использовать рискованно — может статься, что оно тоже массовое и ударит по своим, как только что сделала огненная волшебница. А вот первое, методом исключения, получается то, чем я недавно отогнал крыс.

Я потянулся к ближайшему скелету и применил магию.

С вершины посоха потянулся жгут белёсого пара, быстро достигая врага, намеревающегося обойти инженера с фланга.

Над головой у костяка появилась полоса, означавшая запасы здоровья. Но от моей атаки она даже не дрогнула. Тем временем, один из скелетов шагнул навстречу инженеру, подставляясь под удар меча. Тот неплохо владел оружием, и не упустил возможность, уйдя чуть в сторону и перерубив твари хребет.

Разведчику за его спиной повезло меньше. Сделав шаг вперёд, скелет пошёл на сближение, и вогнал свой меч ему в живот по самую рукоять. С глухим стуком разведчик рухнул на каменный пол, выпустив из рук клинок.

Ничего себе так тренировка. Здесь только что убили одного из нас!

Да какого хрена?!

Я применил регенерацию, но ничего не произошло. Видимо восстановить такое моей магии не под силу. Но в этот момент в голове у меня зазвучали слова:

— В покое обрати свой мрак к рассвету, — повторил я за голосом, и посох обдало ледяным холодом.

В углу зрения мелькнуло оповещение об открытии новой молитвы, а тело разведчика окутало бирюзовое сияние. Раны стали затягиваться, а в остекленевших глазах вновь появилась искра жизни.

Ну ничего ж себе! А я, оказывается, продвинутый лекарь. Даже с того света возвращать могу. По крайней мере в пределах минуты после гибели.

— А-аф! — послышался из-за спины хриплый голос Ласки.

Стоп, а где она вообще была во время боя?

Я обернулся и, мягко говоря, охренел. Перед мрачной девицей со шрамом валялись пятеро изрубленных монстров. Ласка одна была куда эффективнее всей нашей четвёрки!

Но даже так оставалось ещё три врага, а она при этом была сильно ранена.

Ласка припадала на ногу, левая рука повисла безвольной плетью, а из дыр в кожаной броне струилась.. наверное, всё таки кровь. Только была она чернильно-чёрного цвета.

Так или иначе над полосой её здоровья светилась надпись «тяжелое ранение».

Устремившись к ней, я на ходу активировал регенерацию и затем ударил врага посохом.

— Узри Покой, узник посмертия! — произнесли мои губы под действием чужой воли.

Мелькнуло ещё одно сообщение об открытой молитве. Посох преобразовал желание уничтожить чудовище в короткую фразу. Рука полыхнула бирюзовым сиянием, и атаковавший меня мертвяк рассыпался грудой костей.

Распавшись сгустком мрака, Ласка оказалась за спинами у нападавших на неё скелетов, и два кинжала вошли в пустые черепушки. Затем девушка ударом ноги оттолкнула третьего и метнула один из кинжалов точно промеж пустых глазниц нежити.

— Охренеть… — тихо уронил разведчик, когда последний враг распался кучей костей.

Собственно, у меня были те же чувства. Хотя помимо эффективной расправы девушки над нежитью, меня поразила и моя собственная сила. Выходит, у меня есть в арсенале не только прописанные тринадцать заклятий.

Где бы ещё только подсмотреть список всех этих молитв. Изгнание нежити и воскрешение — вполне вписываются в класс жреца. А в инфо как раз и значились два класса — нубесмант и иерей.

— Не могу поверить… мы выжили. Как..? — на лице инженера было усталое удивление.

— Должно же это было когда-нибудь закончиться, — фыркнула огненная волшебница. — Мы уже два дня пытаемся пройти хотя бы один этап!

— Один этап? — я сразу обратил внимание на главное.

— Точно, ты ведь впервые. Неплохо для новичка. Синаэль, да? Будешь Син! — дружелюбно улыбнулся бородач.

— Значит, ты хиллер? — спросила пиромантка. — Тебя-то нам как раз и не хватало. Что ещё можешь?

— Лечить, обезболивать, отпугивать нежить, немножко воскрешать… — назвал я то, что уже успел опробовать. — Так что там с этапами? Это что, ещё не всё?

— У тебя появился таймер? — спросил разведчик, которого я вытащил с того света. — Кстати, спасибо, очень выручил. За смерть тут хреновые штрафы…

Я пошарил глазами и наткнулся на искомое. Он отсчитывал девятую минуту, снижаясь к нулю.

Хотелось о многом расспросить своих товарищей по несчастью. Что они помнят о своём прошлом? Помнят ли они тот поход, который упоминала Ласка, или они такие же попаданцы, как и я? И если второе, то кем они были в том мире?

Но отсчёт времени перед глазами заставлял пока что выбросить всё лишнее из головы, и сосредоточиться на насущном.

— Да, таймер есть. И? — требовательно спросил я в ответ.

— Когда он дойдёт до нуля, появятся новые твари, — ответил инженер.

Я вспомнил, что назвавший себя магистром тип говорил о слове «инфо» и произнёс его про себя.

Терми Фенек, пилигрим 88 уровня

Сайрис Серокрыл, инженер 146 уровня

Фхайрантаанимар, драконорождённая 82 уровня

Последняя Ласка, тень 91 уровня

Вот как местная система описала моих невольных союзников.

Бородатый инженер с именем Сайрис, на вид казался среди них самым адекватным, да и уровень, заметно выше прочих, внушал уважение. Хотя в бою он был так же беспомощен, как и все, кроме Ласки.

Разведчик-пилигрим Терми, и девушка с непроизносимым именем были слишком напуганы и шокированы произошедшим, а моя проводница в принципе была не очень общительной. Но вот Сайрис смотрел на меня с надеждой и пониманием.

— Что за твари? — спросил я у него.

— А хз, полный рандом. — ответил он.

— Некрокрысы, гули, гасты, вурдалаки, — ответила за него пиромантка. — У этого Танатоса дерьмовая фантазия и фетиш на мертвечину.

— Не ной. Всё равно возродишься… — ехидно хмыкнул Сайрис.

— Так-то оно так, да точно откат мне совсем не нравится, — присаживаясь на холодный пол, вставил Терми.

— К чертям безысходность! Первую волну прошли, пройдём и вторую! — уверенно сказал я, сжав свой посох. — Этот придурошный магистр сказал, что хочет восстановить наш потенциал, значит победить можно. Сколько их всего, этапов?

— Ласка как-то сказала, что в конце будет босс. На третьем, — задумчиво потянул Сайрис.

— Ласка… — я обернулся к неприметной убийце скелетов, но не увидел её в святилище. Девочка с классом тень, ещё миг назад бывшая рядом с нами, незаметно для всех куда-то исчезла.

Дьявол!

Тем временем, таймер опустился до пары минут. Время безжалостно утекало.

— Нужно занять какое-то удачное место для обороны, — уверенно сказал я и Сайрис одобрительно кивнул:

— Тоже так подумал. И хорошо бы состряпать какой-то план.

Отлично. По крайней мере ещё один из нас не собирается сдаваться. Уже что-то.

Нужное место удалось найти быстро. Сразу за залом, рядом с лестницей, оказался небольшой альков, куда вела узкая дверь. Замкнутое пространство, отлично подходящее для обороны. Каким бы ни был враг, входить сюда ему придётся по одному, имея дело сразу со всеми нами.

Терми и Сайрис встали у входа, приготовившись атаковать нападающих с двух сторон. Мне полагалось стоять за их спинами и поддерживать группу лечением. Разве что в самом начале можно опробовать свой паровой шар, до того, как враги войдут внутрь.

— А что, если они появятся как скелеты, из воздуха? — спросил Терми, озвучив и мои опасения.

— Тогда опять отправимся на перерождение. — мрачно усмехнулся инженер. — И так пока не пройдём.

Таймер отсчитывал последние мгновения. Мы судорожно сжимали оружие.

Секунды утекали одна за другой. Все затаили дыхание. Терми нервно выглядывал из отсутствующей двери наружу. Сайрис вонзил клинок в трещину между плитами и приготовил винтовку. Поможет она или нет в этом бою зависело от типа противника.

Разыскать бы исчезнувшую куда-то Ласку…

Я развернул общий список способностей, призвав всё то же инфо, и попросил показать мне все доступные умения. Надеюсь, у меня достаточно времени, чтобы хоть примерно прикинуть назначение каждого из них.

Я должен восстановить потенциал тела, в котором нахожусь — об этом сказал Танатос. Навыки мага-целителя, навыки жреца. И то, и то направлено на лечение. Может, и не лучший набор для боя, но я бы ни за что не променял эти навыки на какие-то другие.

Помимо регенерации у меня оказалось снятие проклятий, благословение, знакомое обезболивание и лечащая аура. Из атакующего по-прежнему оставались паровой шар и кипящий гнев, то есть всего два заклятия и оба на основе горячего пара.

Разве что с большой натяжкой можно было добавить сюда же заклятие «гниль и ржавчина», что могло бы навредить вражеской экипировке. Ну и наведение тумана — скорее всего, что-то вроде маскировки.

Но были и ещё три заклинания, которые выделялись среди других. Поднятие водного кадавра, облачные владения и водное тело. Доступно мне было только первое, остальные два значились красными, и чтобы иметь возможность их применять, нужно достигнуть определённого уровня владения навыками.

Впрочем, если новый враг будет снова нежитью, жреческий навык «упокоение» мне поможет.

Наконец, таймер достиг нулевой отметки.

Но враги не появились.

Никаких скелетов или же прочей живности из воздуха не вырастало, и в дверь никто не ломился.

— А как вы в прошлый раз отбили вторую атаку? — обратился Терми к инженеру.

— Дракоша просто долбанула огнём, прикончив и меня, и всех монстров, — бородач бросил обиженный взгляд в сторону Фай.

— Дракоша? — переспросила пиромантка, но отвечать ей никто не стал. Хорошее прозвище, чего уж там. Намного лучше, чем Фхай-чего-то-там. Таким именем только логопедов пытать.

— Постарайся хотя бы внутри помещения так не делать, — заметил я. — В закрытом пространстве себя тоже гарантированно сожжешь.

— Не с моим резистом к огненному урону, — слабо улыбнулась Дракоша.

Тем временем, монстров всё не было. Что ж, не будем тратить это время попусту. Свои способности я примерно понял. А как быть с остальным?

Призвав инфо, я взглянул на доставшиеся мне статы.

Персонаж Синаэль тар Мантикор, нубесмант/иерей 75 уровня.

Раса: тари.

Расовый бонус: дополнительная характеристика «эмпатия», 80% сопротивления урону при падении, +400% к высоте прыжка.

Мда, имечко не многим лучше. Такое подошло бы игровому неписю или персонажу из фентези. Впрочем, что вокруг меня сейчас, если не фентези? Что ж, это вполне вписывается в слова магистра.

Затем я опустил глаза к перечню характеристик, но изучить их уже не успел.

Скелеты? Крысы?

Не угадал никто.

Должно быть, сработали инстинкты или что-то ещё, не знаю. Но это меня спасло.

Я обернулся. Глаза расширились от ужаса, и я крикнул:

— Сзади!!

Сквозь каменные стены медленно просачивались белёсые силуэты призраков, издававшие тусклое свечение. Они выглядели, словно закутанные в тряпьё мумии. Их глаза светились алым пламенем, а на телах виднелись следы от множества ран, будто их пытали сутками напролёт.

Вся наспех выстроенная тактика боя шла коту под хвост.

Раздался женский крик. Фай была самой уязвимой из нас — её стратегия отойти от входа подальше сработала в обратную сторону. Никого не оказалось рядом, чтобы ей помочь. Белые руки вынырнули из стены, схватили девушку и принялись рвать на части, словно стая диких зверей.

Я развернулся и бросился к ней, выставляя руку и читая слова активации молитвы, так хорошо зарекомендовавшей себя в бою с нежитью.

Навык сработал как надо, и тварь исчезла обратно в стене, а Дракоша повалилась на пол, но я уже начал вливать в её тело силу регенерации и обезбол. Жить будет. По крайней мере, пока.

Инженер без особой надежды разрядил в первого призрака заряд винтовки — трезубец вонзился в стену, пройдя сквозь полупрозрачную плоть. То же самое можно сказать и про меч разведчика. Призраки просто игнорировали весь физический урон.

Пройдя прямо сквозь меч Терми, призрак оказался рядом с инженером, и вцепился когтями в шею. Ещё один призрак парил в сторону самого разведчика. «Идеальное» место для обороны обернулось для нас западнёй.

Вернув в инвентарь бесполезный меч, я быстро шепнул:

— Узри покой, узник посмертия…

Изгнание нежити не подвело — призрак не исчез, но отлетел в сторону, будто получил кирпичом по морде.

Затем я направил потоки регенерации Сайрису, возвращая здоровье.

Но это ничего не меняло.

Без возможности наносить урон в этом просто нет никакого смысла — нас всё равно убьют рано или поздно.

Должен быть способ валить этих уродов. Иначе в чём вообще тогда вообще смысл испытания? Просто убивать нас раз за разом?

Короткая вспышка надежды возникла, когда одну из своих способностей применил Терми — его меч засветился белым сиянием, а с лезвия начали подниматься, будто струйка дыма, крохотные белые кубики.

Следующая его атака с усилением, одним ударом покончила с наседавшим на него призраком. На миг я поверил, что мы вчетвером сумеем переломить ход битвы, но в следующий момент духи начали просачиваться сквозь камень и пикировать на нас ещё и из-под потолка…

— Сверху! — предупредил я союзников, но все были слишком заняты. Применить усиленный удар повторно у пилигрима не выходило. Должно быть, у навыка был откат.

Призрак завыл и опустился на голову инженеру, а другой вынырнул из пола, принявшись полосовать его ноги когтями. Я наспех прочёл ещё одну молитву, чтобы отогнать тварей, и сразу послал союзнику регенерацию. Но уже стало понятно, что это бессмысленно. Такая тактика нас не спасёт, а лишь чуть отсрочит неизбежное.

Терми сумел повторить приём, но второй дух был лишь ранен. Убить одним ударом нежить не вышло. Тем временем, накрытый прозрачными телами призраков, инженер повалился на землю.

В очередной раз прочитав слова молитвы упокоения, я отогнал тварей от терзаемых союзников. Но в отличии от скелетов, изгнание призракам вредило не так сильно, а скорее просто на время отгоняло прочь.

— Бежим! — крикнул я. Оставаться на прежнем месте было сродни самоубийству.

Мы выбежали из комнатушки, не зная, куда направляться. Призраки появлялись отовсюду — стены, пол, потолок. Периодически Терми активировал свой навык, чтобы пробить нам путь, а я попеременно то накладывал исцеление, то атаковал упокоением.

В голову пришла мысль, что именно это и есть лучшая тактика борьбы с таким противником — не останавливаться ни на секунду. Перемещаться, не позволяя врагу застать нас врасплох. И это работало!

Где-то вдалеке послышался сдавленный женский крик, в котором я узнал Ласку.

— Туда, — кивнул я в эту сторону Терми и Саю.

Мы свернули в ближайший коридор и скользнули между призраками. Как ни крути, а те сильно нам проигрывали в скорости. Если бы только они не появлялись, выныривая со всех сторон!

Большинство проходов были здесь узкими, так что бежать приходилось по одному. Благо вскоре на практике я узнал главную фишку призраков — опасны были только когти. Лишь они были материальны, в отличии от всего остального полупрозрачного тела. К тому же, атаки шли с небольшой задержкой, что позволяло своевременно уклоняться даже без боевого опыта.

Через полупрозрачное тело призрака можно было спокойно шагать. По коже пробегает холодок и волосы встают дыбом. Но в остальном — вполне безопасно.

За углом обнаружилась наша пропажа. Ласка из последних сил отбивалась от нападавших призраков. Её пытались атаковать сразу трое, но она ловко уклонялась, грациозно перекатываясь или просто уходя за миг до появления когтей монстра.

Но тем не менее, она была на последнем издыхании.

Последняя Ласка, тень, уровень 91 *тяжелое ранение*

На моих глазах три духа скооперировались, или просто так неудачно совпало, но они ударили друг за другом с разницей в секунду, и уклониться от трёх пар когтей сразу, было уже невозможно.

Ласка растворилась чёрной дымкой и рванула метра на три назад, вновь собираясь в прежний вид. Ран на ней стало ещё больше. Девушка держалась из последних сил. Призраки же лезли отовсюду снова и снова — их поток и не думал стихать.

Вперёд себя я послал посохом регенерацию в сторону тени. В этом мире посохи работали чем-то вроде удлинителя для каста заклятия — если рукой можно было посылать заклинание в ограниченном радиусе, то сжимая посох, можно лечить почти любую видимую цель.

— Без вариантов, — первым резюмировал увиденное пилигрим. — Одного я убью, но потом оставшиеся меня прикончат, пока навык будет в откате.

Дракоша и Сайрис промолчали — оба ничем не могли помочь. У инженера не оказалось ни одной подходящей способности, чтобы навредить призрачным сущностям, а если пиромант начнёт кидаться своими огненными копьями, тень наверняка погибнет.

— Слушай, Терми, — произнёс я. — Призраки проходят сквозь друг дружку, видишь? И они медлительны.

— А реально, — хмыкнул Сайрис. — И чё?

— Как на счёт рубануть тварей твоим навыком всех сразу, Терми? — спросил я и крикнул девушке, посылая регенерацию. — Ласка, беги к нам!

Та посмотрела на меня с удивлением, но послушалась, начав спешно отступать в нашу сторону.

Как я и думал, полупрозрачные светящиеся фигурки стали смещаться друг к другу, выбрав прямую траекторию наступления. Они не огибали препятствия, не попытались взять нас в кольцо, а как бараны тащились вперёд, пересекаясь друг с другом. Призрачные тела наслаивались, собираясь в бесформенную кучу белёсых тел с окровавленными руками.

— А если не сработает? Вдруг урон идёт только по одному?

— Тогда у меня есть хилл и обезболивание, — я мрачно улыбнулся. — Они ведь не убивают одним ударом.

Действительно, несмотря на восьмидесятый уровень, одним ударом призраки не убивали, если только не подставлять шею. В этом они были намного лучше скелетов, которые на любую ошибку могли ответить смертельным ударом клинка.

— К чёрту тебя, Син! — выругался Терми, зажёг свой меч таинственной магией белых кубиков, и бросился навстречу тени.

Ласка вновь потратила половину запаса здоровья, пропустив болезненный удар когтями по лицу. Но регенерация сделала своё дело как надо, и тень нашла в себе силы отскочить и уклониться от удара призрака.

И вовремя — как раз в этот момент появился пилигрим, одним ударом убивая целых пять духов.

Пять из шести. И последний не простил ему этого. Терми едва успел заслониться левой рукой, чтобы избежать серьёзного повреждения, но затем получил жесткий удар когтями в живот. Тварь постаралась как следует, загоняя пальцы поглубже. Будто чудовище собиралось вырвать часть внутренних органов наружу.

Но я был готов.

Молитва откинула тварь где-то на метр. Обезбол и регенерация подоспели вовремя. А следом в бой снова ворвалась чуть подлечившаяся Ласка.

Девушка облачком тьмы метнулась за спину призраку и ударила кинжалами в спину.

Последний.

Ласка и Терми синхронно повысили уровни — фигуры обоих подсветились тёплым янтарным светом. А такому гениальному мне — нифига.

— Сп-пасибо.. — осторожно произнесла девушка. В её голосе сквозила растерянность и непонимание.

— Ну, мы же вроде как в одной команде, — улыбнулся я.

— Это мы уже победили? — прижимая руку к раненому животу, недоверчиво спросил Терми.

— Нет. Магистр бы не сделал тренировку такой простой, — покачала головой Ласка.

— Простой? Ты едва не погибла! — возразил я.

— Моя ошибка, — тень принялась взглядом выискивать потенциальную угрозу со всех сторон.

Но призраки не спешили появляться вновь.

— Ах, ну да, мы же бессмертны, как я мог забыть, — я криво улыбнулся.

— Что? Синаэль, мы не бессмертны, — удивилась девушка.

— Разве нет? А возрождения? — поддержал меня Терми.

— Чем больше смертей, тем ближе вы к угасанию, — ещё сильнее удивилась Ласка.

Это мы вовремя зашли, что называется.

— Угасанию? Это что-то вроде окончательной смерти? — догадался я.

— Не совсем, — уклончиво ответила тень. — Об этом не принято говорить. Но.. это хуже, чем смерть.

— То есть штрафов на уровни, зверской боли и удовольствия быть убитым ещё недостаточно? — побледнел Терми.

— Завтра в любом случае всё должно закончиться. Нашей победой или нашей смертью на испытании, — губы Ласки едва заметно дрогнули. Будто она хотела ободряюще улыбнуться, но передумала.

— А что будет завтра? — опередил меня Терми с вопросом.

— Первый учебный день, конечно… — начала Ласка и вдруг резко подняла руку, призывая нас к молчанию. — Тихо, кажется, я слышу банши.

— Банши? — переспросил я, но вскоре и сам услышал далёкий скорбный плач, напоминавший жуткое пение.

По телу пробежались ледяные мурашки. Нежить больше не казалась мне игрушечной, как в самом начале. Сложно считать игрушкой то, что собирается тебя убить.

— Только не говори, что мы пойдём валить эту хрень, — предупреждающе замахал руками пилигрим.

— Пока жив босс, наставник нас не отпустит, — спокойно ответила ему Ласка.

Таймер до следующего боя иссяк куда быстрее, чем в первый раз…

Послышался жалобный замогильный вой и Сайрис выругался:

— Бля… эта хреновина уже тут…

3. Добро пожаловать в задницу.

Банши мало чем отличалась от остальных призраков, если не считать вычурного призрачного платья и пылающих потусторонней зеленью глаз. Когда-то существо можно было назвать симпатичной девушкой, но сейчас от прежней красоты остались только намёки.

— Ласка, стой! — остановил я девушку. — Давай сначала придумаем план.

Тень застыла, смотря себе под ноги.

— Я справлюсь сама, — уронила она.

Но я её даже не стал слушать.

— Не справишься. Призраков ты в одиночку не осилила, а эта штука явно сильнее.

— Я справлюсь! — упрямо повторила тень.

— Вот об этой слабости тебе и говорил магистр, — зашёл я с другой стороны. — Из-за нежелания принимать помощь, ты подписываешь себе приговор. Сейчас мы — команда.

Девушка потупилась. Похоже, я нашёл нужные слова.

— Терми, смотри, ты ударишь тварь своим навыком, затем, Ласка отвлечёт внимание банши на себя. Выиграет тебе время, пока твой навык откатится, и потом ударишь опять, — предложил я. — А я поддержу вас лечением.

— Отвлечь… — задумчиво повторила тень. — Хорошо, я постараюсь.

— Главное не лезь на рожон и не подставляйся. — повернувшись к девушке, добавил я. -Достаточно просто отвлекать нечисть. Ты часто можешь превращаться в дымку?

Тень поджала губы и запахла недоверием. Именно запахла. Не знаю, как описать, но я будто почувствовал от неё волну эмоций. Не об этой ли расовой эмпатии говорилось в инфо? Да, в моём профиле определённо было что-то такое, но я не думал, что это будет работать вот так.

— Раз в семь секунд, — решилась поделиться она.

— Вот и постарайся быть на виду и отвлекать банши. А в случае опасности — сразу отпрыгивай подальше. Не ввязывайся в ближний бой. Основной урон выдаст Терми.

Затем я повернулся к Сайрису с Дракошей:

— Фай, до того, как всё начнётся, попробуй первой шарахнуть чем помощнее. Больше ничего не нужно — есть риск задеть Ласку и Терми.

— А я? — с ехидцей в голосе поинтересовался Сайрис.

— Будь готов и не подставляйся, — ответил я инженеру. Ну а что ещё, если не смотря на самый высокий уровень у него не было никаких подходящих навыков для этого боя?

Понимание, что смерть не окончательна, а моё здоровье в моих руках, делало ситуацию не столь жуткой. Вот только отправляться на перерождение я не собирался. Тот незнакомец, что прислал мне сообщение на телефон — явно не магистр. Точно не он. И я не имею право умирать или «угасать», пока его не найду.

Он сказал, что поможет, и я должен найти его во что бы то ни стало!

Уже на подходе встала первая трудность — тварь завыла вновь, да так, что у меня закружилась голова и сердце забилось, как бешеное. В этот момент Дракоша нанесла первый удар, и пламя вокруг чудовища взвилось до самого потолка.

На миг я даже подумал, что мы победили, но увы. Спустя пару секунд из столба огня, как ни в чём не бывало, медленно выплыл призрак. Если бы не просевшая шкала здоровья, я бы и вовсе решил, что чудовищу плевать на огонь.

Но едва пламя стихло, тварь вновь разразилась леденящим криком.

Все стёкла разбились, и даже стены начали покрываться трещинками. Звук будто проникал под кожу, заползал в разум, выжигая все мысли и чувства и оставляя лишь страх. Желание развернуться и бежать прочь, покуда только хватит сил. Бежать, в надежде что пока тварь будет убивать остальных, я сумею хоть чуть-чуть оторваться.

Я покрепче сжал зубы и заставил себя стоять. Мышцы напряглись, дыхание перехватило, сердце готово было вот-вот вырваться из груди.

Но стоявшим в первом ряду пилигриму и тени, было куда хуже, чем мне. Они оба согнулись, закрывая кровоточащие уши, а рядом с их именами появился квадратик с рисунком какого-то проклятия.

Сайрис судорожно сжимал свою винтовку с молниями и застыл, будто статуя. А Фай с ног до головы окуталась какой-то огненной защитой и бегающими глазами искала путь к спасению.

Я вовремя послал союзникам «регенерацию» и «облачную чистоту», чтобы снять поразившую их напасть, и «касание Дафны» — обезболивающее заклинание.

Сам не понял, как именно, но я поднял что-то вроде паровой волны, несущей с собой все три этих навыка разом. Наверное, именно об этом и говорил магистр — связка заклинаний, применённая вместе, казалась знакомой, даже привычной. Но вот как именно я это сделал сразу, так и не скажешь.

А затем мой план вступил в действие. После целительных чар Ласка и Терми пришли в себя, и нашли в себе силы сражаться. Мощные удары зачарованным мечом сносили где-то процентов десять за раз. Так себе продуктивность, если учесть необходимость каждый раз ждать перезарядки навыка пилигрима.

Но уже после второго удара сам бой постепенно начал становиться однообразным набором повторявшихся действий.

Удар усиленным клинком. Отход. Удар кинжалом Ласки, который по какой-то причине наносил урон даже духам. Тварь переключилась на неё и попыталась достать девушку цепким когтем, но проворная тень ускользнула, расплываясь облачком мрака и отпрыгивая.

Банши вновь попыталась крикнуть — но в этот момент ей в лицо летит огненное копьё. Никто не просил Дракошу о б этом, но вышло удачно — тень с пилигримом как раз были в паре метров от монстра.

Банши переключилась на неё, и полетело в сторону пиромантки, но в этот момент навык Терми откатился, и он со всей силы рубанут нежить в спину.

Вы получили уровень! Текущий уровень — 76.

Получена одна единица свободного навыка (доступно 76)

В затихшем помещении раздались громкие хлопки.

— Надо же, а вы не такие уж слабаки, как я думал, — послышался довольный голос Танатоса. — И чего спрашивается было два дня умирать? Что ж, с испытанием вы справились. Теперь поговорим по-настоящему.. ученики.

— Итак, — продолжил магистр. — Моё имя — Танатос, магистр башни Смерти. Вы доказали, что не совсем мясо, но ваш результат пока слишком слаб. Обычно я учеников не беру. Скажу сразу — ненавижу возиться со слабаками. Но это было личное распоряжение Ректора.

Магистр сделал долгую паузу, подбирая слова. Всем своим видом он давал понять, что такой приказ ему, мягко говоря, не по душе.

— Однако он ничего не говорил о том, что все мои ученики должны выжить, — губы магистра дрогнули в лёгкой усмешке. — Докажите, что с вами стоит считаться, и тогда вы получите от меня поддержку и знания. Надеюсь, вы меня не опозорите слабостью, иначе… вам же хуже.

Магистр снова замолчал, выдерживая паузу, чтобы мы прониклись его словами. Затем магистр обвёл нас всех тяжелым взором, хмыкнул и снова продолжил:

— Завтра вы приступаете к обучению в академии. Вы, двадцать пять душ бойцов вашего уровня и ещё хренова туча нубов. Проходит это довольно просто — посещение любых занятий свободное. Можете вообще забить хер на всё это, если по итогу вы будете в числе лучших. Смотрите свои статы, навыки и думайте, чего вам не хватает для повышения потенциала. Затем ищете нужную башню и поднимаете книги и заклинания. Можете брать других наставников по интересующим дисциплинам. За ручку вас тащить никто не будет, но я позабочусь, чтобы стимул у вас был. Это ясно?

Снова тишина. Я скривился. Он будто провоцировал нас каждой паузой. Но никто не решался её нарушить, помня о возможности получить зелёную железку на губы. Никто не хотел опять получить унизительное проклятие.

Так и не дождавшись ни звука, Танатос тяжело вздохнул:

— Ладно, вопросы. С каждого по одному. И только по делу.

— Где нам жить? — первой решилась Дракоша.

— Тупой вопрос. Там же, откуда вы пришли. Зря вас крысы отнесли туда, по-вашему? Следующий.

— Но там нет ничего для жизни… — начала было возмущаться девушка, но не успела закончить фразу. Магистр щёлкнул пальцами и девушка получила в ответ лишь знакомый зелёный кляп из магии.

— Вы что, не в состоянии позаботиться о себе сами? — с раздражением спросил Танатос. — Мне что за вами, сопли вытирать?

— Мужик, поясни хоть на кой чёрт нам чему-то учиться, — с неприязнью спросил бородач, и сразу поправился. — В смысле, вот выживем мы, станем лучшими, как ты хочешь. Дальше что?

— Уже лучше, — одобрил вопрос Танатос. — Целей у нас будет три. Официально — для войны с пленниками мира-темницы. Фактически, на первом этапе, для защиты города от монстров. Но мне не нужны слабаки, так что конкретно у вас есть и третья цель — к следующему призыву вы все должны войти в рейд сдерживания, пройти испытание Волнами и получить ранг младшего магистра или хотя бы старшего ученика.

— Ээм.. и что для этого нам нужно? — подхватил Терми.

— Дурацкий вопрос, — пожал плечами магистр. — Ответ по всем трём целям только один: чтобы выжить.

Ох. Не нравится мне, как это звучит. Но охотно верю.

Я бросил взгляд на Ласку, но та, похоже, никаких вопросов задавать не собиралась. И тогда я задал свой, самый главный вопрос.

— Когда я переходил в этот мир, мне обещали помощь. Но что-то пока я не вижу ни помощи, ни того, кто это мне обещал.

Все лица обернулись ко мне. Странно, я сказал что-то не то?

Неясное чувство, наверное, и бывшее обещанной в инфо эмпатией, кольнуло меня удивлением окружающих. Мой вопрос взволновал всех.

— Вот как? — даже на лице у Танатоса было некоторое удивление. Он чуть приподнял бровь, выдержал паузу, и ответил. — Полагаю, этот вопрос тебе стоит задавать Ректору.

— Как я могу его найти? — задал я второй вопрос, но магистр не стал меня одёргивать.

— Завтра найдёшь в Хрустальной башне, если повезёт, — ответил он и затем обратился снова к нам всем. — На этом, всё. Где ваши комнаты вы в курсе, крысы вас разбудят.

С этими словами Танатос исчез, а мы остались впятером. Там же, где несколько минут назад погибла банши. Тело существа волшебным образом исчезло. Остались лишь редкие следы битвы в виде капель крови и царапин на каменном полу.

— Крысы разбудят? Ну зашибись, — я первым нарушил молчание.

— А что не так с крысами? — спросил Сайрис.

— Ну, если тебе всё так, то я промолчу, — с горькой усмешкой ответил я, на что бородатый инженер просто подал плечами.

Скудное освещение, ранее едва позволявшее разглядеть что к чему, вдруг разгорелось, прогоняя прочь мрак. Так помещение становилось даже немного уютным, если бы не обилие паутины, общее запустение и собачий холод.

— И.. что дальше? — с нотками непонимания спросила Дракоша.

— Дальше по койкам, сказано же, — пожал плечами Сайрис. — Если ни у кого нет идеи получше, конечно.

— Брр. У меня дыра в полу и холод такой что околеть можно, — поёжилась девушка.

— Ну-да ну-да, — на бородатом лице появилась ехидная ухмылка. — Что ж, если так холодно, заходи ко мне, можем погреться. Остальным не предлагаю, сорян.

— У меня тоже яма в полу, — добавил я. — Хотя это меньшая из наших бед.

Девушка с минуту размышляла над предложением инженера и к моему удивлению ответила:

— Я подумаю.

— Может, хоть познакомимся нормально, раз больше никто не собирается нас убить? — предложил Терми. — Я так понял, в ближайшее время нам частенько придётся проводить время так же.

— Дельная мысль, — кивнул Сайрис.

— Хорошо бы нам выработать вместе тактику взаимодействия во время боя, в таком случае, — предложил я.

— Это само собой, — кивнул инженер. — Но знаешь, раз на то пошло, скажи-ка мне для начала, что у вас за договорённость с этим ректором? Ты знаешь то, чего не знаем мы? Как на счёт поделиться?

— В том мире… — начал я, но запнулся в самом начале.

Как можно сформулировать такое простыми словами? Могут ли слова выразить ту боль, когда теряешь близких. Теряешь глупо и бессмысленно. Не от старости, а от болезни, которой ещё несколько месяцев назад даже не существовало. Даже не успев как следует попрощаться, записать видео с ними на память, обнять как следует…

— Син, ты с нами? — поторопил меня Сайрис.

— Да.. пытаюсь подобрать слова.

— Просто обрисуй в двух словах, что у вас там за общие терки. Меня, знаешь, никто не спрашивал хочу ли я оказаться здесь и общаться с этим хмырём.

— В том мире я.. кхм, скажем так, вляпался в некоторое дерьмо. И мне пришло сообщение с предложением помощи. Код для подключения к вирту. Я его ввёл в капсулу и оказался здесь. А у вас не так?

Мелькнула мысль, что вся эта четвёрка могла быть из местных неписей. Но я сразу её отмёл — если остальных ещё можно было на первый взгляд втиснуть в эти рамки, сленг того же Сайриса с его «сорян» и прочими вполне земными словечками в этот образ не вписывался.

— Капсулу? То есть мы в какой-то виртуальной реальности? — предположил Терми.

— Не знаю, — честно ответил я. — Очень похоже на то, но… в том мире я был вирт-дизайнером, делал локации для разных VR-миров. И скажу, что этот мир нихрена не похож на обычную виртуалку. Слишком много боли и реализма. И… как бы сказать. Уникальных элементов.

— В смысле, уникальных? — заинтересовался пилигрим.

— Ну, есть два типа поддержки вирт-пространства. Запоминание всех вокселей или запоминание информации о них. В первом случае нужен большой сервер с хорошей памятью, потому используются повторы в графике. Во втором — геометрия всех объектов уникальна, но генерируется заново каждый раз, когда ты оказываешься где-то. Этот метод требует ещё больше мощностей, так что редко используется. Здесь же я не заметил повторов — каждая мелочь уникальна. И внешне ничего не меняется, если отвернуться…

— Всё-всё, мы поняли, — перебила меня Фай. — У меня уже мозг плавится от всего этого.

— Окей. В общем, я понятия не имею, что это за вирт такой, — закончил я.

Здесь было о чём подумать и мне самому. О том, что я узнал о проекте «Мельхиор», я предпочёл пока не говорить. Не то, чтобы я собирался что-то скрывать, но такие вещи не начнёшь ведь вываливать вот так просто на ровном месте. Да и потом, в моих знаниях было так много дыр, что они едва ли не из них одних состояли.

По крайней мере, стоит сперва дождаться завтрашнего дня и поговорить с этим Ректором. Надеюсь, у него найдутся нужные мне ответы.

— А вы кто и откуда? — поинтересовался я, переводя тему.

— Дистрикт Светлов-7, — задумчиво потянул Сайрис. — Инженер-осветитель четвёртой линии. Но.. я нихрена не помню о том, как здесь оказался. Был на смене, вёл расчёт системы освещения.. а потом бац — и я на каком-то пыльном складе. Хрень, кароч.

— Хладновский дист, кодировщик МПЕшек, — потерянно выдохнул пилигрим. — Монстров и лут расставлял по уровням, в общем. Только не в вирте, а в мобильных убивалках времени. Как сюда попал тоже не знаю. Последнее что помню, это как бухал по-чёрному. Бывшая… хотя, вам оно нафиг не надо. В любом случае, у меня в том мире ничего не осталось, так что может всё даже и к лучшему.

— Почти соседи, — ощерился Сайрис и хлопнул Терми по плечу. — Мне до тебя километров двадцать с лишним пилить. — А ты, красавица?

— Секретарь младшего помощника заместителя секретаря, управляющего системами фильтрации Салтовского диса, — гордо заявила Дракоша.

Сайрис присвистнул:

— Да ты у нас прямо птица высокого полёта. По крайней мере звучит серьёзно. Как ты только вообще это всё помнишь? Хотя, с твоим именем я и не удивлён.

— Хватит уже, — вздохнула Фай. — Не я это имя придумала!

— Ну-да ну-да, — ехидно ухмыльнулся Сайрис. — А ты откуда, Син? Дизайнер локаций чего?

— Дистрикт Амос-17. Трущёбы… — ответил я. — Работал по найму, в том числе и на корпорацию подлунных миров.

— Звучит круто, — заметил Терми.

— Не особо, — скривился я, припомнив свою работу в прежнем мире. — Дизайн — это весело только если ты вольная птица и делаешь его для себя. А когда штампуешь одно и то же по строгому плану… Ласка, а ты…

Я обернулся к тени, но на прежнем месте девушки уже не было. Таинственная первая ученица Танатоса просто исчезла, не став слушать наши рассказы. Жаль — из нашей пятёрки она была самой странной. Было бы интересно услышать её историю.

Вчетвером мы вернулись обратно по комнатам. В хитросплетениях здешних переходов было легко заблудиться, но к счастью, мои товарищи-попаданцы находились со мной в одном коридоре, а вместе искать путь было проще.

Шесть дверей в комнаты, пять из которых были заняты и одна — заперта на тяжёлый амбарный замок снаружи. Тень, скорее всего, находится где-то здесь же. Возможно чуть позже стоит попытаться её разыскать — девушка явно знает намного больше всех нас вместе взятых. Да и думается мне, она вовсе не из вредности не спешит этим делиться.

Оставшись наедине с собой, я закрыл хлипкую дверь и сполз по ней на холодный пол.

Разум снова окружили воспоминания о потерянном времени и обо всём том, что сделать я так и не успел. На душе было на редкость паскудно. Воспоминания о тех, кого не вернуть, и кого я не смог защитить преследовали меня в обоих мирах, медленно сводя с ума. Хочу верить, что тот таинственный незнакомец, пославший мне сообщение, знал, что делает.

Завтра. Завтра я должен узнать, что это за Ректор и действительно ли он может мне чем-то помочь. В прошлом я никогда не верил во всякие чудесные воскрешения. Можно ли воскресить того, кого уже нет?

Глупость, конечно.

Но после того, что случилось, только постоянно находя для себя новые цели, я заставлял себя жить. Сперва хотелось просто уйти следом за ними — зачем жить в мире, где нет ни одной близкой души? Я работал, чтобы радовать близких. Жил, чтобы сделать их жизнь лучше. Для чего мне продолжать жить теперь? С болью и ненавистью к себе за то, что не смог никого спасти?

Разве что, ради мести. И ради того, чтобы понять, зачем всё это вообще было нужно.

К чёрту!

Сжав руки в кулаки и стиснув зубы, я заставил себя подняться.

Жалеть себя бессмысленно. У меня есть конкретные задачи. Найти того, кто меня сюда вытащил, и вытрести из него всё, что он знает. Что и зачем делать дальше — буду думать потом. Я не рассчитывал, что моё любопытство и последняя надежда позволят мне прожить так долго. Но сейчас уже ясно, что заботливые руки безопасников корпорации прошли мимо. А это значит, что мне стоит начать привыкать к этой поседевшей версии себя. Похоже, я тут надолго.

Итак, что мы имеем? Наконец-то у меня было немного времени нужно бы изучить своё наследство.

Персонаж Синаэль тар Мантикор, нубесмант/иерей 76 уровня.

Раса: тари.

Стихийные печати:

Вода: Сопряжение 1% [ЗАБЛОКИРОВАНО], [ЗАБЛОКИРОВАНО]

Основные характеристики:

Сила — 7

Ловкость — 9

Выносливость — 9

Воля — 11 (14)

Интеллект — 15

Мудрость — 20(24)

Эмпатия — 9

Активные пути развития:

Нубесмант (облачный маг специализации поддержки) доступно 12/13 заклинаний.

Иерей (духовный сан II ранга) доступно 5 молитв.

Бог-покровитель: Нефтис, владыка божественного Покоя.

Бог-покровитель: [НЕАКТИВНО]

Фамильяр: Искролапка, пещерная мантикора.

Вот что мне выдала здешняя система.

Судя по всему, мой предшественник активно прокачивал мудрость. Далее следовали интеллект и воля. Что это значит? Если долго смотреть на какой-то параметр, система выводила подсказку. Благодаря ей удалось выяснить много интересного.

Каждый такой навык, судя по описанию, увеличивал силу тех или иных возможностей, связанных с ним. И он же их ограничивал — нельзя прокачать навык выше связанной характеристики.

Мои способности мага были по большей части завязаны на интеллект. От этой него же зависели и доступные слоты под заклинания.

Мудрость ускоряла восстановление запаса маны, но куда важнее было увеличенное количество бонусов, приносимых характеристикой способностям жреца. Фактически, она делала каждую мою молитву на порядок сильнее.

Именно поэтому мне удавалось расшвыривать нежить упокоением и возрождать погибших. К сожалению, это работало только с недавно погибшими. Каждая прошедшая секунда снижала шанс воскрешения, так что я бы назвал это не возрождением, а скорее неким продвинутым хиллом.

Остальные способности жреца были такими:

Молитва Покоя — успокаивает цель.

Молитва Амнезии — стирает память цели.

Вороны Нефтис — создаёт магического посланника из связанной стихии.

Проверять амнезию было не на ком, но сам факт наличия в моём арсенале чего-то такого заставлял задуматься. Стереть кому-то память — это серьёзно.

А вот два других я исследовал сразу же.

— Да обретешь ты покой в объятиях её.

Так звучала молитва Покоя. Применив её, мне стало действительно намного спокойнее.

Да, я потерял самое ценное. Жизнь близких. Но я уже сделал первый шаг на пути к тому, чтобы отомстить за них.

Говорите, глупости? Я поверил непонятно кому и оказался непонятно где? Может, даже моё настоящее тело сейчас валяется в капсуле, а я просто провалился в какую-то странную игру?

Не знаю. Может, и так.

Но утопающий и за соломинку хватается. А в прежнем мире меня ничего больше не держит.

Так-с, продолжим.

— Унеси тревогу под крылья покоя.

Созданная на руке водяная ворона внимательно посмотрела мне в лицо.

Хм. И как это работает?

— Найди Ласку и пригласи ко мне в гости, — сказал я существу и подбросил его вверх.

Водяная птичка взмахнула крыльями и скрылась в дыре, по центру моей комнаты.

Хорошо, с имеющимися параметрами закончили. Что дальше?

Помимо этого у меня имелось семьдесят шесть нераспределённых единицы навыка. Судя по последним полученным уровням, по одному за каждый. Вот только непонятно, почему мой предшественник не вкладывал их.

Копил на что-то? Да нет, вряд-ли — навыки всё равно ограничены разными характеристиками. Нельзя поднять, например, владение кинжалом больше, чем позволяет ловкость. В принципе, разумная система. Но почему все они не тронуты?

Может, это была задумка по прокачке? Слабые навыки прокачивать легче, чем сильные, и прежний я этим мог пользоваться, вкачивая всё вручную и оставляя очки на тот уровень, когда качать их станет уже сложнее.

Тогда что там дальше ппп

С содержимым инвентаря можно было разбираться бесконечно долго — прежний я устроил из него целый склад барахла.

По большей части это были всякие семена, ростки и ингредиенты для алхимии. Чтобы понять это всё, хорошо бы как следует изучить какую-нибудь энциклопедию. Здесь наверняка есть библиотека или что-то вроде неё.

Окей, это откладываем на потом.

Теперь вернёмся к навыкам.

Магические навыки:

Контроль — 15 (19)

Концентрация — 8

Проводник воли — 5

Элементалист — 4

Медитация — 4

Санация — 3

Трансформация — 0 (5)

Голос течений +37%

Дополнительные Навыки:

Кулинария — 8

Сонар — 7

Грибник — 5

Отравитель — 4

Землекоп — 4

Пловец — 3

Стрельба из арбалета — 3

Проницательность — 1

Доступно 76 очков для распределения.

Бонусы к интеллекту, мудрости и навыкам давал посох. Это я понял, когда изучал инвентарь. Из всех моих предметов в инвентаре, он был самым ценным. На втором месте была тёмно-вишнёвая мантия инквизитора.

Сейчас большая часть моих навыков была почти не прокачана, лишь несколько из них выделялись среди прочих, но это мелочи на фоне того, что было доступно мне в целом. Не понимаю, почему всё таки мой предшественник столько времени копил навыки. Или может, навыки просто обнулились, когда я попал в это тело?

Не знаю. Но главное сейчас не разбазарить это сокровище напрасно и правильно всё это распределить.

Среди заклинаний мага воды были два, применять которые я не мог — не подходил по требованиям. Наверное, их стоит поднять в первую очередь. А вот дальше — нужно думать. Смотреть возможные пути развития для лекаря и думать. Как я понял, именно за этим и нужна здесь академия. С этим тоже пока что повременим.

Остаётся последнее. Призыв фамильяра. Что за зверушка у меня есть, и что она умеет делать?

В этот момент меня отвлёк шум откуда-то неподалёку, из колодца в центре комнаты.

Крысы!

Неужто эти твари вновь решились попытать счастье в охоте на меня?

Судя по цокоту маленьких лапок, их не меньше полудюжины. Крепких боевых особей.

Боже, я только попал в этот мир, а уже начинаю от него уставать.

Призвав список заклятий, я начал собирать вокруг руки горячий пар и готовиться к новому бою.

4. Меж двух миров.

Самый лучший напарник для лекаря — какое-нибудь сильное могучее существо, способное прикрыть в бою. Этакий зверь-танк, прущий напролом.

Прежде мой предшественник уже доказал ценность его набора способностей. Не подведи же и в этот раз!

Из колодца выпрыгнули юркие серые силуэты. Крысы. Они действительно пришли по мою душу. Причём на этот раз это были не просто животные — по мою душу пришли монстры в несколько раз больше обычной крысы. Несколько тварей в метр с лишним ростом, со злобными маленькими глазками.

Призыв фамильяра!

Перед метровыми крысами на полу в клубах дыма появился… маленький серый котёнок. Ну или скорее — молодая кошечка. Но в любом случае на боевого зверя фамильяр никак не тянул. На первый взгляд вообще было не понятно, какую пользу может принести в этом мире обыкновенная дворовая кошка.

Искролапка — значилось у неё над головой.

Зверь испуганно дёрнулся, развернулся и бросился бежать, прячась у меня за спиной.

Ну офигеть теперь! С таким-то защитником мне никто не страшен.

Я приготовился для атаки, но замер. Одна из крыс вынула откуда-то горящую масляную лампу и в помещении стало заметно светлее. В этом свете я наконец рассмотрел незваных гостей как следует.

— Гошподин.. вы гневаетешь? Пощадите, прошу, гошподин, — пропищала центральная крыса, становясь на две лапы.

На теле двуногой крысы в метр ростом было какое-то подобие набедренной повязки, а с плеч свисало нечто вроде халата. Крысиная лапка неуклюже держала слишком большой для крысы светильник, совершенно не нужный им самим.

— Вы кто, нахрен, такие? — спросил я, когда первые секунды охреневания сошли на нет.

— Нежуми, гошподин. Магиштр Танатош прикажал нас убратьша в вашей комнате.

Вот значит, как? «Крысы вас разбудят»? А у него забавное у него чувство юмора.

— И часто вы так.. убираетесь? — полюбопытствовал я.

— Каждый день, гошподин. Раньше в этих покоях никто не жил, но теперь убиратьша надо.

— Надо-надо, — поддакнул второй крысёныш.

— Окей, пока что убирать ничего здесь не нужно. Да и вообще, справлюсь как-нибудь с этим сам.

— Но.. гошподин.. мы живём, штобы шлужить! Лашмуш будет рад быть полежный для гошподин! Лашмуш чем-то провинилша?

Мда. Странности продолжаются. Они здесь что, вроде домовых эльфов в Хогвартсе? Может, подарить этому Лушму носок, чтобы он отстал?

— Хорошо, ты можешь мне помочь, если ответишь на вопросы, — предложил я. — Как на счёт просто поговорить?

Незуми переглянулись, замялись и промолчали. Расовая эмпатия подсказывала, что двуногие крысы в замешательстве. Похоже, общением со зверьками никто здесь себя не утруждал. Я же счёл их молчание за знак продолжить.

— Ты знаешь, кто такой Ректор?

Крысы задрожали и опустили лысые хвосты к полу. Мокрые носики заходили ходуном, но вот Лашмуш решился:

— Ректор — великий владетель академии, города и наших жижней. Мы шивём, чтобы шлавить его и вошхвалять, и шлушить его ущеникам и.. шлушить вшем. Народ нежу — друг.

— Хорошо, я понял. Как его найти?

— Найти? Великий шам приходит, когда нужно. Но мы шмиренные не имеем права видеть шветлый лик его.

Ясно, здесь каши не сваришь.

— Танатос. Что вы знаете о нём?

В ответ на мой вопрос крайняя крыса излилась на каменный пол недержанием.

Красноречивый ответ, ничего не скажешь.

— Магиштр Танатош великий защитник города и академии, мудрый, шильный, шправедливый… — начал из себя с заметным старанием выдавливать Лашмуш. На сей раз выдавать хвалебную оду «доброму и справедливому магистру Смерти» было сложнее, чем славить абстратного Ректора, который крыс даже не видел.

— Так-так, стоп. — остановил я крысу. Здесь тоже глухо. Не пытать же мне их, в самом деле. Мои расспросы для них уже и так та ещё пытка.

— Окей. А об академии и городе можете рассказать? Это-то хоть не запретная тема?

— Великая академия вежде вокруг наш. Я не жнаю, что говорить о ней, — заявил разговорчивый крыс.

— Зачем она нужна? Чему в ней учат?

— Шиле, чтобы бить монстров и мудро править народом нежуми, — ответил за Лашмуша другой крыс.

Я призвал инфо, чтобы увидеть имена и уровни странных существ, но был разочарован. Уровни от сорока до шестидесяти, а вместо имён у всех, кроме лидера, было просто «Незуми-слуга».

— И много вас таких?

— Много-много. Мы верхние, чиштим, убираем, готовим, шлужим. Нижние шлужат городу ижнутри, чтобы тот работал и жил. Это великая Шудьба!

— Ладно, хрен с вами, свободны, — со вздохом махнул я зверькам, чтоб те проваливали. Крысиный запах с вонью немытой шерсти, а после разговора — и гнилых зубов, уже и так забил собой все иные запахи этого места.

Едва мои слова слетели с губ, как вся шестёрка, перегоняя друг дружку, ринулась в дыру в полу. Мда, спать здесь мне расхотелось ещё больше. Кто станет спать там, где в любой момент может появиться непонятная немытая крыса, сделать что угодно и свалить незамеченной?

Но другого места у меня не будет. А значит, нужно подумать, что с этим делать.

Сделать тут чуть теплее, предположим, не сложно с моими способностями. Но надо бы подумать, как перекрыть нафиг эту дыру в полу. И дверь тоже стоило бы заменить.

Рядышком мяукнул мой боевой фамильяр. Белая грудка, серая спина, пятнышко на лапке и полосатый хвост. Таких «фамильяров» в прежнем мире можно было встретить где угодно. Один в один кот беспородный приверженец вольной жизни. Жаль крысы таких размеров этому домашнему хищнику точно не по зубам.

Я призвал пар и ударил в то место, где крыс оставил свой страх в жидкой форме.

Сначала просто отправил, как боевое заклинание, а потом вдруг осознал, что могу поддерживать его и дольше. Уменьшить температуру, увеличить площадь… идеальный способ влажной уборки безо всяких крыс. Заодно и в помещении стало не так холодно.

Повышен навык: контроль. Текущий уровень — 16.

Внезапно.

Выскочившая перед глазами надпись многое объясняла. Прокачка навыков своими силами без сражений тоже возможна. Приятная новость.

Я попробовал сформировать на руке паровой шарик и отправить его в дальнюю стену, сосредоточившись на том, что необходимо вымести из комнаты мусор и пыль.

Шар быстро собрался у меня над ладонью и задрожал, выражая готовность. Вышло не сложно, только запасы маны начали медленно ползти вниз.

Вот и главный подводный камень — чтобы как следует вымыть всю комнату маны потребуется немеряно. Иди придётся делать работу в несколько заходов. Что ж, заодно и потренируемся.

Пробежавшись ещё раз по списку доступной магии, я призвал туман. Он выглядел наиболее масштабной магией. На этот раз магия собиралась чуть дольше, но уже через минуту я едва мог разглядеть собственную руку, не то, что стены комнаты.

А теперь попробуем сильно-сильно пожелать этому туману стать тёплым и подчиняться моей воле.

Туман стал оседать, повинуясь моим желаниям, собираться в небольшие тёплые лужи, и вымывать в дыру пыль, грязь и мелкие камушки. Стало заметно теплее, а затем — погас свет. Совсем забыл о факелах, которые не выдержали сырости и в одно время погасли.

Тяжело вздохнув, я на время прервал свои эксперименты с управлением водой, открыл дверь и вышел наружу. Огня среди моих сил не нашлось, так что зажечь свет я смогу только лишь по старинке, от пламени факел в коридоре.

— Ой..

По ту сторону я нос к носу столкнулся с Лаской. Девушка сразу же опустила глаза и отпрянула от меня. Причём не как нормальный человек, а коротким рывком в тёмной энергии.

— Ласка! Здорово, что ты тут. Есть время поговорить?

— Да, я… услышала твою птицу. Зачем ты хотел меня видеть?

— Мне кажется, или ты меня.. опасаешься, что-ли? — спросил я.

— Не.. не совсем, — запнулась она. — Ты не поймёшь, прости, — опустила голову девушка ещё ниже.

— А ты попробуй объяснить, — ободряюще улыбнулся я.

— Ну.. Меня здесь не очень любят. Если ты будешь со мной общаться, у тебя будут проблемы. Я не хочу тебе мешать.

— Со своими проблемами я как-нибудь разберусь. Заходи уже. Здесь холодно. Только возьми с собой факел.

Ласка обернулась, словно впервые оказалась в коридоре, метнулась навыком к ближайшему факелу метрах в пяти, выхватила и так же способностью перешла ко мне.

Вот только факел таких манипуляций не пережил. Огонёк погас, едва девушка вышла из короткого портала у меня перед носом.

На бледном лице тени появился смущённый румянец.

— Позволь мне, — направившись ко второму факелу, хмыкнул я. — Так почему тебя здесь не любят, если не секрет?

— Я пустотник. — ответила она, будто это слово само по себе всё обьясняло.

— Что ещё за пустотник? — слово казалось смутно знакомым.

— Я проклята. Это сила, что пожирает душу и превращает людей в чудовищ. Я чудовище, Сион. Со мной опасно общаться.

— Синаэль вообще-то. Хотя лучше давай просто Син, — вздохнул я.

Девушка снова покраснела:

— Прости. Я.. это само как-то вырвалось. Син.

— Так звали твоего друга?

— У меня нет друзей, Син. Я опасна для окружающих. Просто оговорилась.

— Бывает. В любом случае, пока что ты на чудовище не очень похожа. Скорее наоборот — как по мне, ты довольно милая.

Слова сами как-то естественно слетели с губ, но на девушку это сработало, как окаменение. Она застыла, казалось, даже дышать перестала, а глаза расширились от удивления.

Мне захотелось как-то исправить ситуацию, хоть и не совсем понятно, чем именно я вызвал такую странную реакцию. Вот даже и не знаю.

Я ещё раз посмотрел на опущенное лицо Ласки, где из-за длинной чёлки выглядывал аккуратный милый и чуть вздёрнутый носик. Интересно, почему в мире, где одним заклинанием можно вернуть отрубленную ногу, эта девушка носит шрамы на треть лица?

— Заходи, — повторил я, впуская девушку в комнату. — Нет смысла говорить на пороге.

Зажечь факелы в комнате удалось не сразу. Сначала пришлось тем же контролем убрать из помещения влагу и лишь после этого снова стало светло.

Ласка всё это время молча смотрела за моими манипуляциями, будто чего-то ждала, и наконец, когда я вновь обернулся к ней, выпалила:

— Ты мне снился. До нашей встречи снился, — затараторила девушка, будто боялась, что если сделает паузу, то больше не сможет выдавить из себя ни слова. Она вновь засмущалась, а мои брови медленно поползли вверх.

— Может, мы были прежде знакомы? — предположил я, хотя был уверен, что в той жизни таких знакомств не водил.

Все мои контакты сводились к семье и налаживать общение с кем-то за пределами работы было попросту некогда. Чтобы поддержать семью, я брался за любую работу и уже несколько лет даже на игры времени не находилось. Разве что книги в дороге читал. Но ни о каких знакомствах и речи не шло.

А тех, кого я знал и любил, и ради кого жил все последние годы, в живых больше нет…

Ласка молчала, потупившись в пол.

— Сион.. Меня так звали во сне? — подтолкнул я девушку.

— Я не помню. Может быть. А может, я не так услышала. Не знаю. Мне трижды стирали память.

— Трижды?! — ухватился я за неожиданную информацию. Неужели и нас всех это ждёт? — Это нормально, по-твоему?!

— Я его орудие, — отозвалась девушка. — А у орудия не должно быть эмоций. Не должно быть памяти. Если мастер решил, что так нужно, не мне с ним спорить.

— Что-то мне твой магистр нравится всё меньше и меньше, — скривился я.

С такими подчинёнными, как Танатос, возникают сомнения, что мой благодетель вообще собирается выполнять то, что обещал. Но тогда зачем я ему вообще? В слова магистра о том, что мы призваны сюда валить каких-то там монстров, верилось слабо. Зачем для этого нужны попаданцы вроде меня? Или призывали бы каких-нибудь солдат и боевиков.

А война с миром-темницей.. пф! Это и вовсе даже звучит смешно!

— Не говори так, Син. Он защищает город от зла снаружи, — тихо возразила Ласка.

— А что там за зло такое? Монстры?

— Монстры, — подтвердила Ласка и повторила слова Танатоса. — Мы созданы для войны с ними и с пленниками мира-темницы.

Всё веселее и веселее. Таинственный помощник ничего не говорил о том, что собирается воевать с моим прежним миром.

Мир-темница. Мрачное название пошло от первых пользователей вирт-капсул. Дескать, в игре можно раскрываться на полную, любить, дружить, враждовать, и очень многие не хотели покидать свои капсулы вообще никогда. Но так или иначе, мы все привязаны к реальным телам и реальному миру, где по-прежнему нужно есть и ходить на работу, чтобы оплачивать счета.

Отсюда и пошло это название. Темница, в которую мы вынуждены возвращаться.

Глобальный проект «подлунных миров» со временем перерос в несколько планет-серверов, с полноценной инфраструктурой внутри. Фактически, разработчики создали полностью автономные миры с собственной экосистемой и экономическим устройством.

Была продумана система, в которой каждый будет особенным, каждый ищущий избранность становится избранным. Героем гаремника? Пожалуйста. Великим магом? Все возможности. Принц на белом единороге? Уздечку в руки и вперёд. Мир общий, но нейросети делают под каждого свой уникальный путь в нём.

И люди пошли. Десятками, сотнями, тысячами, миллионами. Миллиардами. Даже сами разработчики не ожидали такого ажиотажа. Оказалось, что помимо стандартных путей развития с фармом мобов и поднятием уровней, многие рады просто жить здесь обычной жизнью.

Спешно были созданы миллионы дополнительных неписей под запрос целевой аудитории, и по всем вирт-мирам расцвели романтические истории и социальная жизнь людей, которые щедро несли свои мизерные деньги на решение бытовых вопросов искусственного мирка.

Для многих виртуал стал домом. Уставшие от безнадёжности люди были рады перенести свою жизнь из безысходной рутины реальности в красочные вирт-миры.

Тесные комнаты, ненавистная работа, зачастую принудительная изоляция из-за очередной эпидемии или экологической катастрофы. Бедность и бесправие перед властью правительств и корпораций. Истощённые, напичканные химией слабые тела, тянущиеся к серым пищевым брикетам…

Но вот ты шагнул в капсулу, твоё тело погрузилось в искусственный сон, и ты сильный, здоровый, красивый. Можешь стать великим воином, душой компании, огородником, выращивающим любимый сад, рыбаком, путешественником, скалолазом, моряком, духовным искателем, можешь каждый день менять подружек и устраивать оргии, или жениться на любимой женщине и растить детей.

В общем, всё то, что в «мире-темнице» давно стало уделом избранных. В виртуале ведь нет ни эпидемий, ни экологических катастроф, ни пристальной слежки правительства. Живи себе в идеализированной версии любимой эпохи от ранней античности до стимпанка. Смотря что по вкусу. Разве что для космических приключений и футуризма «подлунные миры» пока не открыли ни единого сервера.

И вот у тебя здесь семья и дети. Друзья среди неписей, приключения. Целый огромный светлый мир, полный радости и смысла. Но каждый день ты вынужден возвращаться в ту самую жилую ячейку, к одиночеству и безысходности и кормить тело дешёвыми пищевыми брикетами.

Мир-темница — очень точный термин. Не зря он прижился настолько, что даже игровые персонажи переняли это словечко.

И вот теперь говорится о войне с этим миром. Если это игровой сервер Мельхиор, то сама идея такой войны пахнет шизофренией. Достаточно обесточить сервер, и воевать будет некому.

Но место, где я нахожусь, напоминает игру лишь наличием интерфейса.

Никогда не видел виртуальности, в которой настолько чёткая картинка и настолько точное отображение всех.. физиологических аспектов. Я слышу, как у меня стучит сердце, как булькает в животе. А если я перестану дышать, инстинкт самосохранения даст мне по башке. Как вирт-дизайнер я знаю сотни мелочей о том, как сравнить реальность и вымысел. И технологий, способных создать всё, что меня окружает, попросту нет.

Я внимательно посмотрел на Ласку. Её глаза были странными и немного пугали. Зрачок и радужка были чёрными, будто уголь, и сливались в один большой чёрный круг, размером чуть больше обычного человеческого.

Грудь её вздымалась от дыхания. Волосы были немного растрёпаны, а из-под чернильной чёлки выглядывал уголок шрама. Будто от ожога, по которому сверху когтями провёл дикий зверь.

— Ты ведь тоже один из них. Пленник, — сформулировал я все свои мысли в одной простой фразе.

Реакция была странной. Девушка поджала губы, сворачивая их в тонкую полоску. Отвела взгляд. Опустила голову в пол и вжала поглубже в плечи. Девушка сжалась, будто я дал её пощёчину, а теперь собираюсь ещё и наорать.

— Об этом не говорят, — тихо произнесла она. — Дурное это. Недоброе. Очень.

Наверное, я сейчас делаю ошибку, но:

— Почему? Если тебя это мучает, можешь не отвечать. Я просто пытаюсь понять всё. Но может, если ты поделишься с кем-то, тебе станет легче?

— Я.. помню своё прошлое, Син. Даже после стирания памяти всё равно многое помню. Даже то, что очень хочу забыть, — она подсознательно схватилась за изуродованную часть лица, взъерошив волосы. Затем бросила быстрый взгляд на меня и отшатнулась, поняв, что я успел её рассматриваю.

Сердце забилось чаще.

А ведь если б не шрам и попытка всеми силами скрывать лицо, она была бы нереально красивой.

Тонкие изогнутые брови, правильные черты лица, необычные глаза, смущённо поджатые губы, милый чуть вздёрнутый нос... Мне вдруг захотелось крепко её обнять, прижать к себе и сказать, что теперь всё будет хорошо.

Не до конца отдавая отчёт своим действиям, я потянул руку к Ласке и осторожно коснулся копны угольно-чёрных волос.

— Тебе не стоит прятаться, — тихо сказал я. — Ты правда очень милая. Хочешь, я исцелю твой шрам?

Вопреки моим ожиданиям, она не отшатнулась.

— Его нельзя исцелить. Он пришёл со мной оттуда. Чтобы я помнила. — произнесла она.

— Зачем? Если ты так боишься мира-темницы, то зачем хочешь сохранить его печать на своём лице?

— Чтобы помнить, — повторила она. — Когда меня будут бить, проклинать и ненавидеть, я буду улыбаться, потому что помню — это мой рай. А настоящий ад я уже прошла. Знаю, это прозвучит странно, но я люблю Мельхиор, мастера Тана и сражения с монстрами. Это лучше, чем быть частью мира темницы. Лучше пусть всё будет, как есть.

— Нет, — покачал я головой и ободряюще улыбнулся. — Теперь в этом мире есть я. И я никому не позволю тебя обидеть.

Интерлюдия. Шестирукая смерть.

Танатос с ухмылкой отошёл от зеркала. Картины боя с нежитью поблекли, и громадное окно в иной мир вновь стало отражать две фигуры — высокого седовласого волшебника с длинной бородой и темноволосого мужчины в чёрной робе с одетой поверх неё зелёной бронёй.

— Что скажешь, мой ученик? — спросил великий Ректор. — Всё ещё думаешь, что мой эксперимент был ошибкой?

— Пока что Терми и Фхайрен меня не очень впечатлили, — ответил магистр. — Сайрис интересен, признаю. Он быстро сориентировался. Два дня до этого он пытался быть лидером, но это не его роль. Ворон слишком эгоистичная птица. Скорее всего, он будет серым кардиналом этой группы.

— Я бы на твоём месте не списывал со счетов единственного в академии дракона. Но.. ты не сказал главного. Синаэль. Что скажешь о нём? — на лице у Ректора появилась добрая отеческая улыбка с самой капелькой насмешки.

— Вы ведь сами знаете, что я скажу, учитель. Хотите услышать, что опять были правы? — хмыкнул Танатос.

— Да, Тан, потешь старика. Помнишь себя в первые дни?

— Его с самого начала занимало лишь выживание группы. Это не просто командный игрок. Син — прирождённый лидер. Он сразу просчитал ситуацию, мгновенно перестроился под неудобного противника и умудрился сохранить группу. С первой же проверки. Пока что сказывается малый опыт и непонимание собственных возможностей, но зато он учёл все возможности окружения. А ведь его потенциал — слабейший из пятёрки. Это.. впечатляет. Кем он был раньше?

— Если так интересно, простым винтиком системы. Но это не важно. Мир-темница не ценит кадры — там их переизбыток. Им не нужны лидеры и стратеги. Именно поэтому однажды они падут. Они слишком недооценивают простых людей.

— Ну, предположим, этого лекаря я бы «простым» не назвал, — возразил Танатос.

— И тем не менее в том мире это было так, мой ученик. Ему просто не дали себя проявить. Как и многим другим, его потенциал заглушили. Системе не нужны новые лидеры, ей нужны исполнители.

— Кстати, наставник. Он вспоминал вас. Говорил, что вы ему что-то обещали, и с его настойчивостью он явно будет это искать. Похоже, вы были правы, и после второго стирания памяти к нему вернулась часть воспоминаний ещё до первого.

— Хм. А вот это уже нехорошо. Но пока не критично, — нахмурился старец.

— Так может, стереть его снова? — предложил Тан.

Старик надолго задумался. Минуты на полторы, не меньше. За это время он отошёл от своего ученика, прошёлся вдоль заваленных свитками столов с непонятными устройствами, задумчиво покрутил средним пальцем глобус с узкой полоской обитаемых земель Надземья, и лишь затем ответил своему ученику:

— Нет, Тан. Нельзя. Кто знает, что всплывёт в памяти в следующий раз, и не пробудит ли он раньше срока то, что мы запечатали в телах твоей пятёрки. Сильные потрясения вредны для сдерживающей печати. Нет, — повторил старик, — пока что пусть всё будет так, как есть. Стереть память мы всегда успеем.

5. Хрустальная академия.

Меня разбудил стук.

Не мог не разбудить с учётом того, что я дремал у самой двери, подальше от чернеющего провала.

Как я смог заснуть в таких условиях, спрашиваете?

По периметру вокруг провала в полу я расставил баррикаду из инвентарного хлама. Так, что не знающая о сюрпризе крыса не сможет пробраться не развалив её, и не разбудив меня грохотом. С холодом было справиться ещё проще — я просто собрал в ямах на полу кипящую воду, да и стены более-менее сумел прогреть.

Но всё же меня разбудили не крысы.

Я поднялся, собирая вокруг себя капли воды и наспех умылся. Вот где в виртуале можно страдать от слипающихся поутру глаз? Половина ночи, проведённая в попытках обезопасить своё жилье не прошли даром.

Открыв дверь, я уже не удивился, когда увидел по ту сторону Ласку.

— Син, — начала она, впервые не уводя глаза в пол. — Доброго цикла.

— И тебе не хворать. Рад тебя видеть, — я тепло улыбнулся девушке.

Тень чуть покраснела и собиралась отвернуться, но заставила себя посмотреть мне в глаза.

— Пора в академию. Если мы опоздаем, магистр будет недоволен.

— О-па, да вы прямо не разлей вода, — послышался ехидный голос Сайриса, лениво закрывающего за собой хлипкую дверь.

Хотя нет. Не хлипкую. С удивлением я успел заметить, что с обратной стороны его дверь была крепко обита пластинами красноватого металла. А руки у него откуда нужно растут.

Его комната оказалась прямо напротив моей. Поэтому выйдя за дверь, он сразу же столкнулся со мной.

Ласка покраснела, опустила лицо в пол и обратившись мраком, рывком ушла к стене.

— Что, завидно? — ухмыльнулся я в ответ на ехидную улыбку инженера.

— Ну-да ну-да. Без обид, но лучше уж Дракоша. Хоть пожмакать есть чего. Ну ты понимаешь, спереди. Без обид, Ласка, я не фанат столярного дела.

Затем раздался истошный крик и из третьей комнаты влетела Фай. Хлипкая дверь не выдержала жестокого обращения и с шумом повалилась на пол. Но девушка этого даже не заметила, и выбежала в коридор прямо по ней.

— КРЫСЫ!! У Меня в комнате КРЫСЫ!!! — смотря на нас округлившимися глазами, истерично закричала она.

— Прошим прощения, гошпожа. Повеление великого магиштра. Время… — послышался знакомый шепелявый голос.

Улыбка как-то сама собой расползлась на лице.

А спустя пару минут из своей комнатки вышел и Терми. Его комната была как раз справа от моей. Дверь со скрипом открылась и на пороге появился пилигрим. Вид у него был сонным, но крысы его нисколько не смутили. Один из незу и вовсе был рядом с ним, осторожно осматривая нас и пытаясь понять, что же вызвало такой ажиотаж в коридоре.

— Всем утречка! Что у вас тут стряслось? — спросил он.

— Дракоша знакомится с местной фауной, — хохотнул Сайрис.

— Гошпожа… — с непониманием и страхом спросил показавшийся в дверном проёме следом за Фай двуногий крыс.

— Оно разговаривает!! — отскочив к инженеру, недоуменно воскликнула девушка.

Крыс понуро опустил голову, не понимая, чем именно провинился.

Ну, пиромантку можно понять. У самого первая реакция была ненамного лучше. Хорошо ещё, что не огрела бедняг какой-нибудь огненной магией.

— Понятно, — весело улыбнулся Терми. — А по мне, вполне себе милые существа. Да, Линшаль?

Крыс у его ног мало что понял, но на всякий случай горячо закивал.

— Готовы лететь в академию? — зевнув, спросил Сайрис.

Лететь?

— Ласка, мы будем куда-то лететь? На чём? — шепнул я своей новой подруге, и на её лице расплылась редкая для неё улыбка.

— На рыбе, конечно.

* * *

Рыба?

Ну, некоторое сходство и вправду было. Механическая конструкция с глазами и плавниками, действительно напоминала огромную механическую рыбину. На деле же это было некое летательное устройство, принцип работы которого был мне пока непонятен.

Подсвеченный магией голубой хвост чуть дёрнулся, когда мы влезли с Лаской наверх и присели на небольшом сидении. Она оказалась у меня за спиной, пару раз хлопнула механизм по боку, и рыба заворочалась, медленно поднимаясь вверх.

Никаких звуков, рёва турбин или появления крыльев — по ощущениям, будто устройство работало на магнитах или управляло гравитацией. Ну или магия — магией вообще проще всего объяснить что угодно.

По всему механизму пронеслись голубоватые вспышки, освещая широкое пространство ангара. Голубые камни среди грубого металла налились слабым сиянием. Рыба зависла в полуметре над платформой.

Сама взлётная платформа представляла собой каменный диск, на который мы вышли спустя минут десять блужданий по пустым коридорам. Магический ангар освещался парочкой факелов. Ещё немного света давали незнакомые символы из светящегося камня на стенах.

Помимо нашей рыбы, здесь их было ещё штук пять. Где-то на краю пара крыс рядом с ведром медленно драили каменную площадку, а один из механизмов был мокрым, и вокруг медленно натекала пенная лужа.

А затем в сторону отъехала дверь ангара. Вернее, сперва я принял её за стену, потому как фактически третье взлётного диска поднялась вверх, открывая вид на башню за ней. И вот теперь я реально открыл рот от полноты чувств.

Да что там, все мы открыли. И компанейский Терми, и ехидный Сайрис и самовлюблённая Дракоша.

Потому что увидев ТАКОЕ сложно остаться равнодушным.

Представьте себе тысячи крошечных башенок и домиков с синими окнами. Вытянутые острые крыши и белый камень, голубоватые окна, синяя черепица, изящные формы архитектуры… Будто маленький городок. Да что там, это и был маленький городок. Строения расположились везде, на сколько хватало глаз. Они простирались по кругу, в центре которого находилась... Хрустальная башня.

Величественная и полупрозрачная, переливавшаяся синим и соединённая с зависшими в воздухе башенками поменьше. Она была будто стержень, вокруг которого волшебным образом удерживался коричнево-голубой город.

Башня была расположена на небольшом зависшем в воздухе островком, простираясь как вверх, так и вниз. Будто пронзала зависший островок.

Вокруг всего этого в ярком свете утреннего солнца летало множество белых птиц, а между ними парили другие летучие рыбы. Ученики академии отовсюду слетались к центру.

Невообразимой красоты место.

Я уже успел повидать здесь и крыс, и нежить, и всякие жуткости. Успел ощутить давящее чувство безысходности. А теперь ощутил и то, за что Ласка назвала этот мир раем.

Это был очень странный рай, но я мог её понять. Одна только возможность каждый день созерцать что-то подобное делала этот мир даже со всеми его опасностями лучше однообразной безысходности мира-темницы.

Если так подумать, даже Танатос — пусть он был суров и ставил сложные задачи и грозил смертью, но в конце концов, я знал, что этот вопрос можно решить. Банально прокачать свой уровень, научиться эффективно управлять своими способностями и так далее. Я могу даже превзойти его, став сильнее. Это не всесильные власти и коспорации, против которых ты всегда песчинка, не способная ничего изменить.

Если смотреть на мир под таким углом, то Ласка права. Это рай просто потому, что моя судьба в моих собственных руках и моё будущее в первую очередь от меня и зависит. Это вдохновляет и даёт моральные силы двигаться дальше.

Жаль только, что моя истинная цель лежит вовсе не здесь. Чем поможет мне сила в этой реальности, если в мире-темнице нет ни магии воскрешения, ни силы отомстить корпорации за моих близких.

Едва рыба покинула ангар, я посмотрел вверх. Небо было светлым, почти белым. По нему медленно плыли серые грозовые тучи и кажется, шёл снег. Но до нас он не достигал, разве что в виде редких капель лёгкой мороси.

Снаружи было прохладно и чисто. Спокойно. Умиротворяюще, я бы сказал.

Сайрис, Дракоша и Терми, все выбрали себе по отдельной рыбке, так что вдвоём были лишь мы с Лаской. Управлялась странная техника очень просто — достаточно было просто сосредоточиться на нужной точке на несколько минут, и механизм сам начинал путь. При этом если просто глазеть по сторонам, на движение это не влияло. Должно быть, и вправду какая-то магия. Хотя бы по части управления.

Весь путь занял не больше десяти минут, но при этом все мы наслаждались каждым мгновением. Даже от хмурой Ласки исходили эмоции радости. Обернувшись назад, я увидел, как девушка с лёгкой улыбкой смотрит по сторонам, пока прохладный утренний ветер развивает её чёлку, открывая лицо.

Лишь в самом конце, уже на подлёте к центральной башне, это чувство начало стихать, и девушка вновь стала хмурой.

Посадочная площадка перед академией походила на ту, с которой мы стартовали — то же каменный диск и изящной каменной кладкой, напоминавшей плетение или бесцветную мандалу. Только намного больше — здесь размещались сотни летучих рыб, и хватило бы места на ещё столько же.

Снизу уже крутилось в непрерывном хаосе множество человек. Прибывшие общались между собой, собирались в группы и так далее. Честно говоря, чем здесь положено заниматься я понимал с трудом.

Наша с Лаской рыба пошла на спуск, замедлилась и сама себе выбрала место среди множества припаркованного транспорта. Судя по всему, летучие механизмы не имели чёткого хозяина и любой мог взять любой из них и лететь на нём. Тем более что поклажи никакой не предполагалось — все свои вещи можно носить в пространственом кармане инвентаря.

Посадочная площадка пестрела мантиями студентов Хрустальной академии. Похоже, у местных была своя форма, разнящаяся в зависимости от факультета, или башни. Для меня это стало сюрпризом — нашей пятёрке никто ничего подобного не выдавал, и даже не говорил о таких правилах.

— О, последняя пустая тварь академии! Эй, парень, оно же тебя сожрёт! — крикнул высокий рыжеволосый мужик. Он как раз слезал со своей рыбы, когда мы приземлились на помосте.

Я даже не сразу понял, что он обращается ко мне.

Обернувшись к говорившему, я с удивлением обнаружил как на лицах окружавших нас учеников появлялось отвращение и страх.

Ласка опустила голову и начала медленно отходить в сторону, но я положил руку ей на плечо.

— Пустая твоя башка, раз ты позволяешь себе оскорблять девушек, — ответил я незнакомцу.

— Ой-ой, герой выискался. За тебя же переживаю, придурок! Впрочем, что с вас взять, нубов… — с презрительной гримасой сказал рыжий.

— Хэй, смотрите-ка, у Последней ухажёр выискался! — задорно поддержал задиру другой незнакомец в такой же светло-серой мантии.

— Ну ты и извращенец, братан, — заржал ещё один. Причём на этот раз это был невысокий парень в алой мантии с рыжими языками пламени.

— Прости, Син. Я пойду, — тихо шепнула Ласка, предприняв попытку вырваться.

Я собирался уже ответить им крепким словцом, но всех собравшихся отвлекла яркая вспышка, и огромная доска в самом конце посадочной площадки засияла изменившимся текстом.

— И чё там? — слезая с рыбы рядом с нами, полюбопытствовал Сайрис.

— Рейтинг, — тихо ответила Ласка.

Доска находилась справа от узорных высоких ворот башни, так что нам в любом случае предстояло пройти мимо.

Вблизи это была чёрная доска с подсвеченным текстом. На ней был список из множества имён. Слишком большого множества, чтобы кого-то нормально разглядеть, поэтому я скользнул взглядом только по первой части, в сторону десятки лучших.

На первом месте в таблице рейтинга, обходя засилье злопыхателей и ненавистников, находилась ученица Танатоса.

Последняя Ласка. Тень 91 уровня.

* * *

Мы впятером стояли у входа в огромную лекционную аудиторию.

Внутри башня была ещё красивей, чем снаружи. Всюду, куда бы я не посмотрел, находились растения. Множество разнообразной зелени оплетало башню как снаружи, так и внутри. Но именно внутри это было особенно заметно.

Множество лиан, цветов, плетущейся поросли. Особенно поражали большие цветы, излучающие яркий солнечный свет. По этой причине никакого иного освещения в башне и не предполагалось. Растения освещали собой всё.

Внутри большая часть мест была уже занята, и мы не сговариваясь, одной компанией устроились на самом верху. Предстояло прослушать ряд обязательных вводных лекций, которые нам в целом должны были пояснить о возможных основных путях развития. А уже затем учащиеся сами определяли, что именно им нужно и куда стоит отправляться для пополнения знаний.

Как я понял, местная система развития во много была индивидуальной. Было множество сходных путей развития, но абсолютно идентичный набор навыков и способностей был редкостью.

Не только у нас был ряд готовых навыков — раса, стихия, характеристики и класс выдавались рандомно. И далеко не всегда они подходили друг другу. Переучивать, например, мага с низким интеллектом и огромной силой в классического воина-танка было невозможно, классы нельзя было отменить. Можно лишь взять дополнительно воинский класс и развиваться в сторону гибридного класса, какого-нибудь рыцаря-мистика.

Именно поэтому академия отказалась от классической системы обучения, заменив полной свободой выбора занятий, которые нужно посещать. Исключением были только общие собрания, вроде текущего — на них обычно говорили общие моменты, касавшиеся всех учеников, независимо от класса и стихии. В основном, организационные вопросы. Об этом мне вкратце рассказала Ласка, пока мы ожидали прихода магистра.

— Приветствую, новички! — начал высокий мужчина лет пятидесяти с аккуратной короткой стрижкой и клиновидной бородкой. — Моё имя — магистр Джеро. Моё направление — магия огня. Но главные принципы стихийной магии в целом схожи, поэтому основные навыки я вам дам.

— Кстати, Ласка, — шепнул я своей спутнице. — А ты ведь уже не новичок здесь. Почему ты пришла сюда?

— Магистр Джеро не часто покидает свою башню. Это первый раз на моей памяти, когда он решил здесь присутствовать.

— И что? У него какая-то другая информация? Иные знания?

— Он один из сильнейших магов Доминиона, — пожала плечами Ласка. — Попробую договориться об изучении пары магических дициплин.

— Договриться? — удивился я. — Разве посещение не свободное для всех?

— Ну.. — снова помрачнела девушка, подбирая слова. — Не все будут рады меня видеть на занятия. Лучше заранее узнать, чем быть выгнанной с позором. Лучший контроль у водников и огня, но Ирис на глаза лучше не показываться…

— Извини, если лезу не в своё дело, но почему к тебе такое особое отношение? И что за Ирис?

— Зачем, Син? — тяжело вздохнула Ласка. — Тогда ведь и тебя не оставят в покое…

Тем временем, Джеро продолжил:

— Всякая магия строится на трёх китах — стихия, аспект и навык. С первым всё ясно. Если у вас есть привязка к одной из них — это и будет вашей основой в магическом искусстве. С аспектами чуть сложнее. В первую очередь это все возможные физические проявления вашей магии. К примеру, плазма у огня, пар и лёд у воды, природа у стихии земли.. ну и так далее.

За его спиной на огромной доске, вспыхивали списки аспектов для основных стихий. Здесь таковыми считались, помимо четырёх элементов, ещё свет и тьма. Итого шесть.

— Но на этом всё не заканчивается. Помимо агрегатных аспектов есть ещё и общие. К примеру, аспект температуры доступен воде и огню, аспект исцеления доступен всем, но требует разных затрат маны и напряжения сил. У воды, земли и света исцеление есть уже на первой ступени стихийного ранга. У огня и ветра — второй-третий. У тьмы с этим сложнее всего, но даже тёмный маг может исцелять. Это как пример, на самом деле этих аспектов куда больше.

Я открыл параллельно инфо и начал пролистывать доступную информацию. К сожалению, об аспектах там не говорилось ничего, но рискну предположить, что мне доступно стандартное управление водой, управление водным паром, соответственно, нагревание воды и аспект исцеления.

— И самое вкусное, — ощерился в улыбке преподаватель. — Навыки. Если первые два момента менять довольно сложно, кроме как прокачивать свой уровень связи со стихией, то тут всё зависит только от вас. Какие навыки вы сможете поднять, прокачать и сделаете частью вашего арсенала — таким магом вы и станете. Я назову самые основные, которые советую изучить всем:

Джеро развернулся и указал рукой на доску, где начали вспыхивать названия способностей.

Контроль — умение управлять стихией в чистом виде. Он даёт возможность видоизменять заклинания под свои нужды и создавать новые. Можно сказать, базовый навык для любого мага.

Максимизация — умение насыщать стихию, во много раз увеличивая силу заклятий. Для боевой магии — крайне полезный навык.

Концентрация — если планируете выходить за стандартный набор заклинаний, и собираетесь плести сложную, многоструктурную конструкцию сил — это обязательное умение. В остальном же, это навык для всех чар, которые требуют долгого времени каста, и он же не позволит врагу сбить ваши заклятия.

Эти три — база, доступная каждому. В моей башне вы сможете найти любую информацию по ним, как и в любой другой. Но лучше подбирать направление обучения по своей стихии. На этих навыках всё не заканчивается. Есть и более узкоспециализированные направления. Как-то синкретизм, санация, магический сонар, элементализм для призывателей, и прочее.

С полным списком имеющихся навыков можете ознакомиться в стандартном справочнике академии. Например, Санация — один из основных магов для целительских классов и для поддержки союзников маной. Элементализм нужен для взаимодействия со стихийными порождениями. Синкретизм для специфических заклятий, затрагивающих несколько стихий разом, Абдикция для некоторых видов некромантов…

Джеро продолжил расписывать подробности магических умений. Я же смотрел в инфо и радовался, что у меня уже есть какая-никакая, но база навыков. Стоит на досуге прикинуть, как усилить мои возможности лекаря.

Про голос и трансформацию не говорилось ничего, а вот проводник, похоже, жреческий навык. Но что он делает, я понятия не имел. А потому, когда лектор окончил свой рассказ, поднял руку:

— А что на счёт навыков для жреца?

Окружающие с удивлением посмотрели в мою сторону. Похоже, мой вопрос их заинтересовал.

— Жреца? — задумался лектор. — Любопытно. В нашем мире есть всего один бог — скорбящая мать Мортис. Единственный магистр, который мог бы проконсультировать вас по этому поводу — мастер Танатос из башни Смерти. О пути жреца вам стоило бы поговорить с ним.

— Всего один бог? — не удержался я от второго вопроса.

— Уверен, — после небольшой паузы, ответил Джеро. — Хотя.. ходят слухи, что недавно в мир спустилось ещё одно божество. Какое-то водное воплощение из первородной Аквы. Если так, то более подробная информация должна быть у мастера Ирис.

Вот только надпись в моём инфо говорила другое:

Божественн ые прив язки: Нефтис, владыка божественного Покоя / Дафна, тайна сияющих вод.

Что же произошло со мной в том походе, если я одним только классом дважды нарушаю местные реалии?!

6. Призрачная библиотека.

Следом за первой лекцией было ещё две. Об общих навыках и о боевых. И то, и то я слушал в пол уха, уже зная, что это не мой путь. Мои боевые навыки были весьма посредственны. В инфо значилось лишь хиленькое умение стрельбы из арбалета, да неплохие навыки кулинарии.

Только вот поваром становиться я не собирался.

А вот обилие алхимических ингредиентов в инвентаре наталкивали на определённые мысли. Мой предшественник явно что-то думал с этим всем делать. Сейчас среди алхимических навыков значился только «отравитель» четвёртого ранга.

Чтобы разобраться со всем наследством, что лежит в моём инвентаре, мне нужно или обзавестись нужным знаниями, или найти алхимика, которому я мог бы довериться. Среди нашей пятёрки алхимиков, увы, не было.

Итак, основные пути развития намечены — разобраться с навыками целителя и жреца и узнать, в какую сторону их можно развить. Затем найти способ самому наносить урон — сейчас я неплохой лекарь, но как боевой маг могу разве что сварить кого-нибудь со скоростью черепахи.

В любом случае, сейчас у меня какое-то безумное количество очков навыков. А это уникальная возможность направить своё развитие почти по любому пути. При большом желании, я даже мастером меча могу стать, не имея к этому никаких классовых бонусов.

Главное — не останавливаться. Ни на одну минуту. Танатос что-то говорил про год, за который мы должны стать сильнейшей боевой группой. Не знаю, как остальные из нашей пятёрки, но я стану сильней намного быстрей.

Пока что я не представляю кто и зачем меня сюда перенёс. Слова о помощи и возможности всё изменить никак не сочетаются с тем, что я в какой-то магической академии… я даже не уверен, что действительно нахожусь на том самом сервере. Меня давным-давно уже должны были вытащить из капсулы, не говоря уж о том, что этот странный мир кроме интерфейса ничем не отличается от реальности.

Слишком всё странно и непонятно.

Едва дождавшись окончания последнего из обязательных уроков на сегодня, я сразу же направился в библиотеку магии воды. В этом мире ей заведовала некая Ирис, магистр башен Воды и Призраков.

Стихии были абсолютно разными, но сама Ирис была мастером в обоих направлениях, и как-то совмещала обе должности, хоть они и сильно отличались во всём. Из-за слов Ласки о неприязни к ней, к этой Ирис у меня тоже тёплых чувств изначально не было.

Но общаться лично с ней и не нужно. По крайней мере — пока. Потому я начал с того, что изучил всё известное мне об этом направлении. В частности, все навыки, о которых не рассказал Джеро, но которые были в моей коллекции.

Так или иначе, я был магом воды, и если бы я не был приписан по какой-то причине к башне Смерти, по способностям моё место было бы здесь. И вся информация с книгами и наставниками по водной магии тоже была в этой башне.

Мои спутники также разбежались по разным башням в поиске новой для них информации.

Призрачная библиотека была любопытным местом. Пол утопал в клубах тумана, но на мой контроль он не отвечал, а значит не имел с водой ничего общего. Да и книгам бы такое соседство не пришлось по душе. Скорее всего, он исходил от множества фиалковых и голубых цветов, оплетавших это место.

Сами книги располагались лесенкой. Один ряд книжных полок возвышался над другим, третьим и так далее. При чём стояли они на первый взгляд весьма хаотично, так что можно было легко заблудиться.

В центре этой конструкции возвышалась странная штуковина, напоминавшая сферу из множества лент.

— Что ты ищешь в обители призраков, ученик? — спросила невысокая девушка с неестественно длинными белыми волосами. Они обнимали её, словно невесомый плащ, и стелились по полу. Удивительно, но ни частички грязи не налипло на них. Возникало ощущение, что они сами по себе светились нежным лунным светом.

— Пытаюсь определиться с путём развития, — со вздохом ответил я. — Не подскажете, здесь есть какой-то каталог или что-то вроде того?

— Я знаю все книги в этом месте. Что именно тебе нужно? — бесцветным голосом отозвалась она.

Я посмотрел в её серые глаза, напоминавшие воду в горном ручье. Девушка будто бы была не из мира смертных. Слишком воздушная и нереальная. Будто рисунок вдруг сошёл с картины в реальность, но сохранил в себе всё волшебство красок.

А ничего себе тут библиотекари.

— Пожалуй, для начала я хотел бы узнать о навыках трансформации воды, санации и концентрации.

— Вот как? — во взгляде девушки мелькнуло удивление. — Трансформация сложный навык, не часто кто-то решается идти этим путём. Советую тогда взять побольше книг о контроле и навык канальщика. А зачем тебе санация?

Хм. С контролем у меня всё и так было неплохо. А вот навык канальщика… Что-то о нём сегодня вроде бы говорил Джеро… Ах да, точно. Если не ошибаюсь, он помогает уменьшать стоимость заклинаний. Магистр пламени рекомендовал его для бафферов и проклинателей — они ведь всегда тратят много маны на поддержку своей магии.

Если так, то мне он, пожалуй, не нужен. Высокая мудрость очень сильно поднимала скорость восстановления маны, и тратить драгоценные очки навыков на нечто схожее по действию не стоило.

— У меня есть заклинания, которыми я не могу пользоваться без трансформации. Я так понимаю, нужно как-то открыть навык, а затем просто влить в них очки навыков?

— Да, такой путь проще всего, — отозвалась девушка. — Ты ведь водник, верно? Твой класс… — тут она посмотрела поверх моей головы, считывая класс через инфо.

— Нубесмант, — озвучил я.

— Облачный маг, значит… редкий класс. Хоть и очень слабый. Целительство, поддержка и скрытность, верно?

— Вроде того, — кивнул я. Слабый, значит..? Ну, с атакующей магией у меня всё действительно так себе. Но всё равно неприятно слышать. Зачем мой предшественник развивался именно в эту сторону?

— А что за заклинания тебе недоступны? — спросила девушка. — Я знаю очень немного магии, которая требует у стихии воды этот навык.

Я с минуту подумал — может ли эта магия быть секретом у моего предшественника, но затем плюнул — если никому не доверять, то моё обучение сильно замедлится и может пойти не по тому пути. Будет обидно вкладываться в бесперспективные пути развития. Вряд ли в этом мире есть реролл персонажа.

— Водное тело и облачные владения, — ответил я.

— Любопытно, — спокойно ответила она, но расовая эмпатия прочитала за этим спокойствием удивление и даже некоторую растерянность. — Это очень похоже на мой собственный путь. Он сложный, но один из самых интересных в магии воды. Правда, до этого момента я видела трансформацию тела лишь в аспекте воды и льда. С туманом может быть ещё интереснее. Могу я узнать твою башню, ученик… Синаэль?

— Можно просто Син, — отмахнулся я. — Башня Смерти Танатоса.

Девушка вздрогнула, а дружелюбное любопытство исчезло с её лица и сменилось настороженной опаской. Даже эмпатии не потребовалось, чтобы понять — мой ответ ей очень не понравился.

— И с каких пор Тан посылает ко мне своих учеников? — спросила она.

Только сейчас я догадался призвать инфо и взглянуть на девушку передо мной.

Ирис «Белая Мать», истишия, уровень скрыт.

Мда… пора привыкать при знакомстве в первую очередь залазить в инфо. Значит, это она не допустила Ласку к занятиям по концентрации от своей башни? Надеюсь, магистр огня окажется справедливее. Но вот лично мне трансформацию лучше всего изучать у магии воды. Тем более, что сама Ирис сказала, что наши пути развития магии близки.

Значит, нужно попробовать договориться. Танатос явно ей очень не по душе. Может, на этом и сыграть? Мне он так-то тоже не очень приятен. Если я вспомню, как он натравил на нас скелетов и оставил спать вместе с крысами — я даже не совру.

— Меня никто не посылал. Этот магистр нам вообще ничерта не пояснил, только называл всех слабаками и требовал стать сильнее. А как именно — никто не объяснял.

— Вот как? Что ж, похоже на него. Общение — не его конёк. Но почему именно моя башня? Трансформации может обучить мастер Тахион из башни Земли и мастер Накх из хаоса. Я бы рекомендовала тебе первого.

Тахион и Накх, значит? Запомним. Если здесь откажут с обучением здесь, туда я и пойду.

Девушка смотрела на меня цепким, выжидающим взглядом, словно это была какая-то проверка. Что ж, если так, я и понятия не имею, как мне её проходить.

— Если честно, я слабо понимаю принципы распределения в академии. Я чистый водник, к тому же — целитель. Потому и пришёл в башню воды. На факультете Смерти вообще ничерта нет, кроме крыс и нежити, — ответил я ей смущёной улыбкой.

Девушка ещё с миг буравила меня взглядом, а затем произнесла:

— Да, тебе стоило попасть ко мне в ученики, а не к Танатосу. Боюсь, он не сможет ни оценить, ни раскрыть твой потенциал водного мага. Могу только посочувствовать тебе, ученик. Слышала, к мастеру Смерти личным указом Ректора записаны четверо, верно? Кто остальные трое?

— Инженер, маг огня и пилигрим, — не стал скрывать я. При желании это и так мог ей сказать кто угодно.

— Хм. Инженеру место среди механистов Мракрии, а для магов огня есть башня Джеро. Танатос не имел права претендовать ни на кого, кроме пилигрима. Что ж, присваивать чужое ему не впервой. Хотя постой, твой второй класс, иерей — что он значит?

— Это жреческий класс, — признал я. — Подробнее не скажу, сам ещё не знаю.

— В таком случае, некоторые права на тебя у него действительно есть. Он единственный наставник жрецов в академии. Хм-м… — на этот раз Ирис сделала долгую паузу, погрузившись в свои размышления.

Эмпатия тари почувствовала лёгкий укол разочарования. Но выносить окончательный вердикт относительно меня, она не спешила.

— Всё равно странно, что жреца водного бога отправили учиться к жрецу бога смерти…

Глаза Ирис округлились. Магистр чуть приоткрыла рот, но тут же отвернулась, скрывая охватившее её изумление. Надеюсь, я не совершаю сейчас большую ошибку.

Джеро ведь упоминал недавнее пробуждение водного бога. И приписка к Дафне «тайна сияющих вод», как бы сама собой намекала. Вот на счёт второго бога вопрос оставался открытым — богиню смерти звали здесь Мортис, и ни о какой Нефтис я пока что ничего не слышал.

— Жрец водного бога… — потянула Ирис, будто пробуя эту фразу на вкус. — Покажешь мне своё инфо?

На этот раз в голосе мастера Воды и Призраков послышались даже что-то слащавое. Голос у Ирис был очень глубоким и нежным. Её хотелось слушать.

— А как? — спросил я, чтобы выиграть время. Делиться своими данными мне не хотелось. Даже Тан при всей своей авторитарности и при полном отсутствии даже намёка на деликатность, не требовал демонстрировать свои параметры.

— Просто обведи взглядом свой профиль и мысленно брось в мою сторону, — пояснила Ирис.

Хм, обвести профиль. А если взять только часть?

Я призвал инфо, нашёл строку с божественным покровителем и выделил фразу про Дафну.

Строка отделилась от остального списка и поплыла в сторону, следуя за моим взглядом. Работает!

— Дафна? — удивлённо спросила Ирис. — Я слышала, что в этом мире появилось новое водное божество. Это важный шаг для нашей стихии, Син. Тебе не место в учениках башни Смерти…

Магистр пыталась вести себя сдержано, и она действительно неплохо умела владеть собой и скрывать свои чувства. Но эмпатия тари всё равно видела её чувства насквозь. Похоже, я перестарался с откровенностью.

Нужно дать ей понять, что я не спешу менять сторону, и вернуть тему обратно, к нужному мне навыку. Если я её так сильно заинтересовал, пусть теперь сама постарается заинтересовать меня.

— Наверное, — я пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушно. — По-правде, я вообще мало что здесь понимаю. Только недавно очнулся, и на меня сразу натравили то крыс, то скелетов. А как проходит обучение трансформации у вас?

Ирис улыбнулась:

— Трансформация это редкий навык эпической редкости. Он лежит в основе тактики боя через контроль пространства, — сказала она. — Стать водой, распространиться, поглотить всё вокруг и вынудить врага сражаться в твоей среде и по твоим правилам… Вот что такое трансформация.

Девушка на миг замерла, но в глазах её я вдруг увидел бездонную глубину, будто часть её сознания находилась где-то далеко отсюда.

— Только тот, кто владеет искусством растворения, — продолжила она, — на мгновение теряя себя и собирая из пространства снова, способен понять суть истинной магии воды и вдохнуть жизнь в стихию. Сомневаюсь, что такой, как магистр Смерти, способен это понять.

— Звучит круто! — искренне восхитился я.

Ирис улыбнулась шире, и на этот раз искренне:

— Вода прекрасна и совершенна, Син. Слияние с ней и трансформация тела — очень сложные навыки. Но если у тебя есть талант к этому, я постараюсь помочь. Водное тело это базовая способность моего класса. А облачные владения должны быть производными от владений воды. Сейчас, минуту…

Девушка на несколько секунд прикрыла глаза и подняла руку. Я ощутил сырость и лёгкий шелест текущей воды, а затем откуда-то сверху в ворохе брызг на ладонь Ирис упала толстая тёмная книга в кожаном переплёте.

— Вот, возьми эту книгу, — произнесла она.

Получен предмет: стихийная трансформация плоти. Том 1.

— Здесь основы, — пояснила она. — Если сумеешь освоить своё «водное тело», приходи ко мне. Возможно, я возьму тебя в свой поток и помогу отточить это заклинание до пригодного уровня. Уроки трансформации начнутся примерно через месяц. К этому времени ты должен овладеть основами. Если будут вопросы — приходи сюда.

— Большое спасибо! — ответил я. — А что с остальными навыками?

— Пока что они тебе не нужны, — отвела взгляд магистр. — Сосредоточься на этом. Если ты не научишься становиться водой — дальше продолжать не имеет смысла.

— Понял, ещё раз спасибо. А как насчёт санации? — спросил я. Этот навык по-прежнему был мне нужен, как лекарю. Во всяком случае, так утверждал Джеро на своей лекции.

— Санация? Зачем она тебе?

— Мастер Джеро говорил, что это незаменимый навык для лекарей.

— Для лекарей.. да, пожалуй. Это навык необычного ранга для заклинаний-источников и усиления целительских чар, — сказала Ирис, но уже без прежнего интереса. — Я бы не рекомендовала тебе тратить на это параметры. Хотя если ты серьёзно настроен на целительство — смысл в это есть. Вот, если хочешь, держи:

Получен предмет: «Основы санации магических потоков».

— Спасибо! — тепло поблагодарил я и задал ещё вопрос, раз уж у нас такая дружеская беседа.

— Кстати, а Вы не знаете, как можно встретиться с Ректором?

— Ректором? — брови Ирис вновь поползли вверх. — Ты не перестаёшь меня удивлять ученик. Это-то тебе зачем?

— Ну как же, — я изобразил удивление. — Хочу узнать, почему я в башне Смерти, а не башне Воды и спросить на счёт перевода.

— Вряд-ли это тебе что-то даст… Но раз хочешь, отправляйся в центральную башню на самый верх. Если Ректор пожедает, то примет тебя. Но обычно к нему очень непросто попасть, так что будь готов к отказу.

* * *

Путь к центральной башне шёл мимо взлетной площадки, где большинство учеников уже седлали летучих рыб. Среди прочих я заметил Терми и Сайриса, что-то оживлённо обсуждающих у края платформы. Девушек из нашей группы видно не было.

Центральная башня, как я уже говорил, была выполнена из какого-то прозрачного минерала. Блики света в гранях её стен наводили на мысль о хрустале. Но на деле это скорее был какой-то твёрдый полупрозрачный минерал, размывавший видимость.

Первый день в академии пролетел незаметно, и большинство учеников уже собирались на каменной площади у летучих рыб.

Оставалось последнее дело, в сравнении с которым мой разговор с Ирис и сражения с нежитью казались игрушкой.

Я свернул в противоположную от выхода сторону, к спиральной лестнице, находившейся в центре Хрустальной башни.

Запретно. Вошедшим — кары.

Так было написано на большой стальной двери, перекрывавшей путь вниз. Но мне, к счастью, нужно было подниматься.

Казалось, лестница вверх бесконечна. Я быстро вымотался. Целый день, проведённый на ногах, начинал сказываться. Ноги начинали слегка ныть, и я применил касание Дафны. Заклинание сработало на отлично, убрав все неприятные ощущения.

Но впереди всё ещё был долгий путь вверх. Я даже заподозрил, что всему виной магия, отгоняющая непрошенных гостей. Мало ли, магический мир всё же. Зачем прогонять кого-то прочь, если можно просто не давать зайти?

Однако я не сдавался, и спустя целый час, когда я уже начал тихо ненавидеть полупрозрачные ступени, перед глазами выросла белая дверь, оплетённая изящными растениями со светящимися жёлтыми цветами.

Она была сразу у лестницы. Путь к вершине башни уходил дальше вверх, потому я сперва засомневался, туда ли иду. Никакой вывески на двери не находилось. Но идти дальше мне хотелось ещё меньше. Хотя бы зайду, спрошу, той ли дорогой иду. Лишь бы там вообще кто-то был.

Но судьба, видимо, сжалилась над моими ногами.

Я занёс руку, чтобы постучать, но голос с той стороны опередил меня:

— Входи, Син. Я ждал тебя.

У Ректора был глубокий бархатный голос. Ещё до того, как я впервые увидел его, у меня в голове сразу нарисовался образ высокого седовласого волшебника. Что ж, именно так и было.

Он сидел за золотистым столом в окружении множества непонятных устройств с металлом, кристаллами и магией, а за его спиной возвышались высокие книжные полки. Что-то громко тикало и щёлкало. Многие артефакты пребывали в постоянном движении, и определить даже приблизительное их назначение я не смог.

Гораздо интереснее было смотреть на громадный белый глобус с сине-зелёной полосой по экватору, и на картины. Изображались на них крупные фигуры каких-то незнакомцев, при чём далеко не все они походили налюдей.

Ректор как раз заканчивал что-то писать, и я не стал его прерывать.

Ожидание длилось не больше полуминуты, и я думаю, что он нарочно дал мне это время, чтобы я успел привыкнуть к обстановке. Любой, кто впервые здесь оказался, надолго бы потерялся, рассматривая множество магических предметов и артефактов. Многие из них излучали гипнотическое свечение и создавали непередаваемую атмосферу.

Больше всего ректор напоминал классического мудрого волшебника. Такой себе Дамблдор или Гендальф в просторной магической тёмной мантии со множеством витееватых золотистых узоров.

Затем он поднял на меня тяжёлый взгляд добрых, понимающих глаз, словно выжидая, что я скажу.

— Прошу прощения, Ректор. Я пришёл по поводу вашего обещания помочь мне в другом мире…

— Я знаю, мой ученик, — с сочувствующей улыбкой ответил тот. — Я знаю...

7. Вечернее небо.

— Присаживайся, Син. В ногах правды нет, — произнёс Ректор.

Я с растерянностью осмотрелся вокруг, в поисках мебели. Заметив мои метания, он чуть усмехнулся, махнул в мою сторону рукой, и передо мной из ниоткуда мгновенно появился стул из тёмного дерева с роскошной бежевой обивкой.

Отодвинув стул, я присел на него, и хотел было задать следующий вопрос, но он снова опередил меня:

— Я знаю, зачем ты здесь, Синаэль. Рад, что ты решился принять моё приглашение.

Как будто у меня был выбор… В то, что у меня есть шанс что-то изменить в том мире, откуда я прибыл, я почти не верил. Здесь только чудо могло помочь, но в мире-темнице не бывает чудес.

Но начал я не с вопросов об этом.

— Почему именно я? Или такие приглашения приходили всем в этой академии.

Старик улыбнулся и посмотрел на меня мудрыми зелёными глазами. Из всей внешности великого Ректора, как его все называли, именно глаза выделялись больше всего. Весь вид хозяина академии был будто собирательный образ мудрого волшебника из сказки. Длинный нос с горбинкой, необычайно длинная борода, густые кустистые брови и длинные серебряные волосы, забранные в хвост где-то на уровне лопаток.

И лишь глаза были чем-то, не вписывавшимся ни в одну сказку.

Зелёный цвет был пронзительно-ярким. Но не как сила Танатоса — это была холодная зелень с нотками бирюзы. Зрачки пребывали в едва заметном постоянном движении, будто обьектив камеры. В них тоже читалась мудрость и невероятный ум. Но это не были глаза старика. Это были глаза чего-то запредельного, куда большего, нежели просто человек.

— Да, Син, я спрашивал каждого из моих учеников. Но лишь очень немногие помнят об этом. И тому есть причина. А потому не стоит распространяться о своей памяти.

Щи.. а ведь мы уже успели обсудить наше странное попаданчество с Сайрисом и остальными.

— Это не то, чтобы тайна, — продолжил старик. — Твои друзья по факультету тоже обладают частицами памяти. Но многих других ты лишь расстроишь своими рассказами. Никто бы не хотел вспоминать всё то, что помнишь о другом мире ты…

— А как же обещания? Им вы тоже обещали изменить свою жизнь?

— Не всем, — устало ответил Ректор. — У каждого было своё желание. Я помню их все, и когда придёт время, исполню их.

— Даже для тех, кто о них забыл? — спросил я, и со страхом добавил. — Зачем вы стираете память?

Это был риск. Такие, как Танатос не станут служить кому попало. Я охотно верил, что передо мной находится существо запредельного могущества и невообразимой власти. Если этот мир на самом деле реален, а передо мной сидит не просто функция, а великий волшебник, сумевший пробиться в иной мир… хотя нет. Маг бы создал портал, а не прислал бы строку системного кода для входа через капсулу.

Но тогда возникает закономерный вопрос, что с моим телом? Почему корпорация не вытащила меня из вирт-капсулы, а я не сижу у них на допросе? И почему этот мир, не смотря на магию и интерфейс, настолько реален?

И всё же, я верил, что он меня не убьёт. Слишком глупо тащить меня сюда лишь для этого. А вот стереть память, как всем остальным…

— Так нужно, мой ученик. Увы, иного выхода нет, если мы хотим, чтобы моё обещание было исполнено.

— Нам..?

— Нам, Син. Нам всем. Моя академия создана лишь с одной целью. Спасти нас всех. И уничтожить зло, что ты зовёшь корпорацией «Подлунные Миры».

Слышать слово «корпорация» из уст фентезийного мага было странно.

— Я.. не совсем понимаю. Скажите, Ректор, этот мир… реален? Или я нахожусь на сервере «Мельхиор»? Что такое мир Мельхиора на самом деле?

— На все эти вопросы ответ один, мой ученик: да, — тепло улыбнулся волшебник.

— Я не понимаю… Через капсулу можно попасть в параллельный мир? — спросил я, чувствуя себя идиотом. Почему-то даже в попаданчество было поверить проще, чем в то, что капсула VR-погружения способна на что-то подобное. Хотя, я же видел фиолетовый свет, которого не могло быть?..

— То, о чём я тебе скажу, очень сложные вещи. Но постарайся их понять, — со вздохом прервал мои размышления Ректор. — Над нашим миром нависла угроза. Угроза всему живому, которая убьёт тебя, меня, и всех, кого ты успел повстречать в своей новой жизни. В любой момент может случиться непоправимое. Однако.. есть способ решить эту проблему. И к сожалению, устранить её можно только там.

— В реальности…?

— Ты сейчас тоже находишься в реальности, Син. Но эта реальность очень слаба. В твоём мире я могу лишь наблюдать. Но почти не могу вмешаться.

— Поэтому, вмешаться должны будем мы? Попаданцы оттуда?

— Да, Син. То, что я тебе сейчас скажу, не должен знать больше никто. Это знак моего доверия к тебе и веры в то, что ты поможешь мне выполнить своё обещание.

— Возможность отомстить и шанс изменить всё?

— Верно, мой ученик. Однажды лучшим, в числе которых можешь быть и ты, придётся вернуться назад. Но вернуться со знаниями, которые я и мои магистры, смогут тебе передать. И со всем тем, что ты сможешь изучить сам.

Вернуться… назад?

Со знаниями…?

Постойте ка…

..Это что значит…

…вернуться в реальный мир…

…с магией?!

— Что именно я смогу изменить? Молу ли я, например, воскресить своих блихких?! Всех жертв вируса клейнода?!!

Я встал со стула, не в силах сдержать эмоции.

Радость, сомнения, страхи, непонимание, неверие… чувства смешались воедино.

— Я буду с тобой честен, мой ученик. Если бы твои близкие погибли здесь, способов вернуть их было бы множество. Но в том мире всё немножко сложнее.

Я молча кивнул. Что тут ещё скажешь. В реальности нет магии и заклятий воскрешения.

— Поэтому чтобы возродить их, необходимо сначала заставить тот мир подчиняться нашим правилам. Понимаешь меня, ученик?

— Заставить реальность подчиняться игровым правилам? — не понял я.

— Игровым? — Ректор удивился, а затем медленно покачал головой. — Разве всё вокруг тебя похоже на игру?

— Похоже, — ответил я, — хотя если убрать отсюда системные оповещения, это и впрямь был бы вполне реальный с виду мир.

— Жаль, что ты так думаешь, — пожурил меня Ректор. — Реальность — это то, чему ты позволяешь быть реальностью. Если ты решишь, что мир вокруг тебя иллюзия, он для тебя и будет иллюзией.

— Разве? — осмелился возразить я. — Есть объективные законы физики. Магии в том мире нет.

В горле пересохло, будто в пустыне. Мысль о том, что я смогу пронести в реальность частицу магии, меняло всё. Месть? Конечно, я отомщу. Но есть вещь куда более глобальная, чем это. И ради неё я действительно пойду на всё.

Вернуть их. Всех, кого у меня отняли.

— У меня есть план, Син. — мягко начал Ректор. — Однажды, давным-давно, был случай, когда один из пленников мира-темницы принёс с собой в душе частичку бога из нашего мира в свой. Очень злого бога, который существует лишь ради того, чтобы убивать души. Но главное, ему удалось вынести кусочек этого мира в тот. Понимаешь?

Я кивнул. По телу пробежались мурашки, а в голове — волны осознания.

Инцендент с психом, принесший свою семью в жертву игровому богу…

…и вирус клейнода, выкосивший миллионы людей. Созданный корпорацией, чтобы закрыть свой промах.

Вот из-за чего на самом деле был закрыт сервер «Мельхиора». Но тогда кто и зачем пытается возродить проект из пепла? Со стороны корпорации это геноцид и самоубийство.

— И к-как.. как мы это сделаем? — дродащим голосом спросил я. — Как принесём магию в другой мир?

— А вот этого я тебе пока не могу сказать, мой ученик, — печально покачал головой Ректор. — Стань сильнее, и однажды ты узнаешь больше. Когда твоя роль в великом плане станет чуть выше.

— Сильнее? Насколько сильнее?

Ректор вновь тяжело вздохнул:

— Стань магистром, Син. Стань хотя старшим магистром. Каждый из них знает часть плана. Узнаешь и ты свою, мой ученик.

* * *

Обратно я шёл с таким видом, будто меня кирпичом зашибло.

Если сравнивать слова владыки академии с этим, получалось очень похоже.

Ректор умел.. вдохновить. Идеи переноса магии в другой мир казались мне невозможными, но мне отчаянно хотелось в них верить. Если этот план действительно есть, я хочу занять место среди его лидеров. Тем более что путь к этому вполне очевиден.

Теперь мне стало понятно, зачем меня и других попаданцев обучают как бойцов. И мне самому тоже стоит постараться, и взять то, что мне понадобится в другом мире. Найти магию воскрешения такого уровня, которая сможет вернуть к жизни моих близких.

Когда я вышел из Хрустальной башни, мелко накрапывал дождь. На каменном диске почти не осталось рыб, в сравнении с утром. Сколько же времени я провёл в гостях у Ректора?

Погружённый в свои мысли, я на автомате дошёл до ближайшей рыбины и сразу запрыгнул в седло. В этот момент рядом оказалась Ласка. Она будто ждала меня, и упала на рыбий хвост, едва я начал взлетать.

Я вдруг вспомнил её манеру перемещаться, обращаясь в клубы мрака. Если я правильно понял механизм работы трансформации, то её способность должна работать по схожему принципу.

— Ты что, ждала меня? — спросил я.

— Нет, я.. всегда задерживаюсь. Можно, я полечу с тобой? Ты ведь в Башню Смерти?

— Да, конечно… — кивнул я, и девушка поудобнее разместилась за моей спиной.

Рыба мягко оторвалась от каменного диска и взмыла в вечернее небо.

Здесь, в круге неба над головой, темнело рано.

Ласка затихла, крепко ухватившись за металлические плавники.

— Много учишься? — спросил я, просто чтобы нарушить тишину.

— Почти… и улетать не хочу, когда здесь много людей. Раньше я любила ночевать в башне.

— Здесь, в академии? Здесь есть спальни?

— Нет, конечно. Разве что в целительской или в личных покоях Ректора, — девушка чуть улыбнулась. — Моё место в библиотеке.

— За столом? — разговор ни о чём успокаивал. Да и переключиться на чужие проблемы бывает полезно.

Она ведь вовсе не от большого желания ночевала здесь. Наверняка её ждали на взлётной. Или поджидали в мрачных коридорах башни Смерти. А в комнатах и добрый наставник вполне мог выпускать всякую нечисть.

— Зачем? Оттуда ведь ничего не видно. Но с книжных полок открывается отличный вид на вход, — тепло улыбнулась Ласка. Похоже, настроение у неё сейчас было немного лучше, чем обычно.

— По ночам?

— Да.. — погрустнела девушка. — Не я одна иногда остаюсь в башне. Некоторые готовы даже не спать по ночам, чтобы поохотиться на опасную пустотницу.

— Значит, Джеро взял тебя в ученицы? — сменил тему я.

— Мастер Джеро, — поправила Ласка. — Да. Я смогу повысить свой магический уровень. Тогда меня будет ещё сложнее поймать!

Приятные мысли мигом вернули девушке прежнее настроение.

— Скажи.. зачем они всё это делают? Только из-за пустоты?

Ласка промолчала.

— Сегодня я встретил Ирис. Мастера Ирис. И у меня сложилось впечатление, что у неё личные счёты к Танатосу. Ты уверена, что дело в тебе, а не в том, что ты ученица этого психа?

— Ты не прав, Син. Да, Ирис ненавидит мастера Тана. Но это скорее соперничество. Они с мастером Джеро и мастером Тахионом вчетвером борются за звание сильнейших. Но пустотники — это другое. Я не знаю причин, Син. Но думаю, пустотники причинили ей много зла. Я — чудовище, Син.

— Всё равно, тебе не следует винить себя в том, что ты не делала. Я пока не знаю, чем таким провинились пустотники, но конкретно ты — точно не чудовище, Ласка.

— Я ненавижу их, Син. Ненавижу их всех. Я бы действительно хотела сделала со многими из них очень плохие вещи. Но я никогда не ищу ссоры… Я лишь хочу, чтобы все оставили меня в покое. Только.. их тоже можно понять. Я — пустотник.

— Если они желают тебе зла, нормально чувствовать зло в ответ. Не скажу, что копить это в себе правильно, но.. это нормально. Ты ведь живое существо, и у тебя тоже есть чувства.

— У меня?.. — Ласка затихла. — Не знаю, Син… во мне живёт что-то злое. Возможно, тебе тоже не стоит общаться со мной. Я могу случайно навредить и тебе.

— Я лекарь, — улыбнулся я. — Я не боюсь ран.

— Ты не понимаешь… но.. спасибо. Знаешь.. ты не против, если иногда мы будем говорить вот так? Если у тебя будет время, конечно. Иногда..

Не смотря на репутацию изгоя, она была удивительно наивна и открыта. Словно брошенный на улице котёнок. Обиженный, недоверчивый, но всё ещё готовый поверить в чудо.

Я вдруг потянулся к ней рукой и потрепал по волосам.

— Ч-чего? — девушка отстранилась, но убегать с рыбы в воздухе было некуда.

— Просто. Мне нравится, когда ты улыбаешься.

— Син.. мы садимся.

Время полёта будто стало ещё короче. Десять минут пронеслись, как одна.

Механическая рыбка вынесла нас куда нужно. Наверное, читала мысли или просто знала сама кого и куда следует вести. В будущем стоит поинтересоваться, как это всё работает, но.. не сейчас.

Рыба плавно въехала в ангар домена Смерти, где нас уже ждала очередная странность...

Паршивое название для дома, чего уж там.

8. Ночные гости.

Металлическая рыба с голубыми кристаллическими плавниками медленно заплыла в башенку и приземлилась на каменном диске.

Ласка первой спрыгнула на пол, встала спиной к рыбе и настороженно осмотрела помещение. Тень была очень осторожна и никогда не теряла бдительность. Следом за ней спрыгнул и я, куда более расслабленный и спокойный.

Короткий разговор с девушкой подействовал умиротворяюще. Мысли улеглись и начали превращаться во вполне чёткий план. Набрать силу. Получить сильнейший навык воскрешения, какой только существует в этом мире. И спасти всех, кто мне дорог.

— О, а я всё думаю, где наш лекарь, — послышалось у меня за спиной.

Я обернулся и увидел Дракошу и Терми. Они тоже решили свой первый день в академии растянуть на подольше, и сейчас вели беседу возле припаркованной рыбы.

— Записывался на изучение магии, — отмахнулся я. — Пока наш общий знакомый не прислал к нам домой новую нежить.

— А наша мисс мрачность? — поинтересовалась Фай.

— Занятия.. по контролю… — девушка опустила голову, пряча лицо за чёлкой.

— О как. Я вот тоже… — начал Терми, но вдруг замер и обернулся в сторону выхода. — Чего это с ним?

Странный парень, которого я прежде не видел, шёл по помещению, натыкаясь на стоящих неподалёку рыб. Он что-то бормотал себе под нос, падал и каждый раз вставал снова, делал шаг, спотыкался и опять падал. Бедняга будто не замечал стоящие перед ним конструкции и путался в собственных ногах.

— Угасание… — тихо прошептала Ласка.

— Это и есть угасание? Что с ним? — спросил я, но девушка не стала отвечать, просто опустила голову ещё ниже и чуть отвернулась, а эмпатию кольнуло грустью и жалостью.

Нахмурившись, я решительно направился к бедолаге и попытался помочь.

— Парень, ты как? В порядке? Что с тобой? — задал я ему вопрос.

В ответ он не сказал ничего, лишь продолжил бормотать себе под нос:

— Девяносто два семнадцать, сорок восемь двадцать. Тридцать три четыре восемь, сорок семь пятнадцать… — тихо шептал он. Причём это был не просто поток случайных цифр. Он будто бы.. читал стихи?

— Эй, очнись! — повторил я уже без особой надежды и применил регенерацию, а затем облачную чистоту — заклятие, снимавшее дебафы.

— Он не понимает тебя, — покачала головой Ласка.

— Ты можешь толком пояснить, что это за хрень?!

Ласка отошла на шаг, видимо испугавшись моего голоса. Но затем всё же ответила:

— Каждое воскрешение забирает частичку души. Я говорила.

— Говорила, — подтвердил я. — Но что это значит? Ему можно как-то помочь? Зачем на нас вообще спускают монстров, если потом получается.. вот это?

— Так делает только мастер Танатос. Так он заставляет нас учиться выживать и становиться сильнее. Только в реальном противостоянии можно получить настоящую силу. Но.. в городе много способов умереть.

— Ну офигеть теперь, — прокомментировал Терми. Они с Дракошей тоже решили подойти к бедолаге следом за нами.

— Естественный отбор, — хмыкнула Фай.

— Тело не может существовать само по себе. Поэтому место души занимает стихия, — тихо пояснила Ласка. — Только…

В этот момент парень вдруг словно бы только что заметил нашу компанию, отшатнулся, посмотрела на меня безумным взглядом и прокричал:

— Сорок пять шестнадцать восемь! Девяносто три сто семь!

В руках его возник нож, от которого исходило странное белое свечение. Неестественное свечение. Будто текстуры поплыли и теперь просвечивали объёмными пикселями. Чем-то это напоминало способность Терми, только намного, намного интенсивнее!

Ласка оказалась быстрей. Девушка поднырнула под руку безумцу и зарядила ему локтём в нос, а затем пнула в живот. Бедолага отлетел и повалился на живот без движений.

— Он жив? — с любопытством спросил Терми.

— Что у него было с глазами? — спросила Дракоша.

— С глазами? — не понял я. Честно говоря, просто не успел обратить на это внимания — слишком всё быстро произошло.

— У него вместо зрачков были кубики. Вращающиеся кубики!

— Это стихия Фрактала, — пилигрим побледнел, будто знал нечто страшное, недоступное нам.

— Фрактал? — переспросил я.

— Впервые слышу об этой стихии… — тихо прошептала Ласка.

— Потому, что я единственный её носитель, — так же тихо ответил Терми. — Тан говорил, кроме меня фрактальных магов не существует.

— Значит, существуют, — заключила Дракоша.

— Нет… не похоже, чтобы он этим управлял. Скорее это стихия ему диктует, что делать, — пилигрим обернулся к Ласке. — Говоришь, душу заменяет стихия? Как это выглядит обычно?

— Обычно угасшие просто смотрят в одну точку и ни на что не реагируют, кроме магии своей стихии. Странно… — шепнула Ласка.

— Что странного? Лас, что ты знаешь? — спросил я.

— Обычно угасшие не опасны. Я впервые вижу, чтобы один из них нападал на кого-то. И оружие.. у него ведь нет разума. Угасшие не могут ничего, кроме каста случайных заклятий. Это как элементали в телах людей.

— А одержимые? — с интересом спросила у неё Фай.

Ласка смерила Дракошу пристальным взглядом, но все же решилась ответить и ей:

— Одержимые... Возможно… Да, может быть. Но я видела только одержимых пустотой и однажды — хаосом.

Я посмотрел на лежащее на полу тело. Парень неотрывно смотрел куда-то в небо и не проявлял никакой активности, будто уснул с открытыми глазами.

— Меня не просветите? Что ещё за угасающие и одержимые? — задал вопрос я.

— Угасают нормальные маги, — пояснила Фай. — Огонь, земля и так далее. Теряя душу, они деградируют до состояния безвольного овоща. С одержимыми почти так же, но у иномирных стихий есть своя воля и желание захватить тело владельца.

— Поэтому пустотников так ненавидят, — добавила Ласка. — Стоит утратить слишком много души, или же позволить стихии внутри тебя стать слишком сильной, и власть над тобой начнёт брать она...

— То есть если ты будешь угасать, то станешь таким, как этот тип? — спрсоил Терми. — Жуть!

— Судя по тому, что как они себя ведут, фрактал тоже переходит в одержимость, — кивнула Ласка.

— Только этот парень милашка по сравнению с тем, в кого превратится Последняя Ласка, — ухмыльнулась Дракоша, посмотрев на мою спутницу. — Тварь пустоты нас всех здесь сожрёт и не подавится.

— А эти хаоситы что? И кто там ещё может быть одержим? — поинтересовался Терми.

— Хаоситы непредсказуемы, а одержимые демонами и призраками — в зависимости от того демона или духа, что будет в их теле…

Тем временем, разворачивающееся действо получило неожиданное продолжение. Тело одержимого вдруг дернулось, приподнялось и рывками потянулось куда-то в сторону от платформы.

Я вынул посох, готовясь к неприятностям. Но ситуацию прояснили появившиеся из-под парня мордочки незуми, тащивших тело. Как-то я пропустил тот момент, когда они бесшумно подошли к нам и взвалили на себя тело одержимого.

— Эй, а вы куда его? — спросил я.

— Надо уношить бешноватых. Штарый крыш видит — штарый крыш шабирает. Не гнеффайтесь, гошподин, мы бышштро.

— Они здесь за дворников, — пожал плечами Терми.

— И что они с ним сделают? — изумлённо спросил я. — Нам не нужно куда-нибудь об этом доложить там?

— Одержимость и так очевидна, — пожала плечами Дракоша. — Раз крысы его куда-то понесли, значит так и надо. Забей.

— И часто тут такое? — спросил я у Ласки.

— Одержимость? Бывает… иногда. Но не этой стихией. Раньше я даже не слышала про фрактал.

В этот момент на платформе приземлилась длинная механическая рыба сразу с тремя седоками. Высокий красивый парень с темно-русыми волосами в окружении двух девиц. Блондинки с выдающимся бюстом, и темноволосой хрупкая девчушки с нулёвкой, как у Ласки.

Обычно я не заостряю на этом такого внимания, но в данном случае слишком разительным был контраст.

Увидев нас, парень улыбнулся и дружелюбно махнул рукой:

— Привет, соседи по башне! — жизнерадостно приветствовал меня незнакомец. — Здорово, что в башне Смерти кто-то обосновался, а то с той стороны только монстры порой лезли.

— Привет, — настороженно поприветствовал я его в ответ, и обратился к Ласке. — Ты их знаешь?

— С нами рядом башни Знаний и Земли. Это большие факультеты, потому иногда соседи заходят сюда, когда не хватает рыб… — ответила девушка.

— Или когда не хотим привлекать слишком много внимания, — подмигнув, дополнил парень. — Я Лесат, а это Селиса и Эрфи. Рад знакомству!

Я внимательно посмотрел на парня. Хм, а ведь не врёт, действительно рад. Прямо глоток чистого воздуха после первого дня в академии.

— Син, — ответил я. А это Терми и…

— Фай! — в глазах у волшебницы загорелись искорки. — Будущий величайший пиромант!

— А вы из какой башни? — спросил пилигрим.

— Знаний, — лучезарно улыбнулся Лесат. — Вот же книжка на мантии.

Он ткнул на серебристый знак в виде раскрытой книги. Я уже знаметил, что здешние факультеты все имеют свой герб и носят его на одежде. Только наша башня почему-то особенная. Ни какой-то особой формы, ни значков — ничего.

— Ну, бывайте, — махнул он рукой, приобнял своих спутниц и зашагал прочь.

— Ты их знаешь? — тихо спросил я у Ласки.

— Видела, — тихо ответила тень. — Мастер Тан дружен с мастером Лакомкой.

Надо же. У Танатоса могут быть какие-то друзья? Что ж, хорошо, что у нас есть хоть какие-то союзники в академии. Ну или хотя бы не совсем враги…

* * *

Вновь стало холодно. Называть комнаты домена Танатоса жилыми было настоящим издевательством. Промозглый ледяной воздух, гулял по коридорам, заглядывал через дырявую и полную трещин дверь поднимал лёгкий сквозняк, уходя в дыру в полу.

От каменного пола тянуло холодом, а в воздухе стояла сырость. Пахло плесенью, будто в погребе. Казалось, даже под открытым небом теплей и уютней.

Наверное, более неподходящего места для жилья ещё поискать.

Оказавшись в своей ничуть не уютной комнатушке, я первым делом принялся наполнять её горячим паром, чтобы хоть как-то согреться.

На полу там-сям разбегались цепочки следов крысиных лап. Пока меня не было, незуми всё же вновь приходили и что-то делали. Знать бы только ещё что именно. Брать здесь попросту нечего — голые стены, ржавая решётка вокруг квадратной дыры и хлипкая дверь.

Мда… С этим запустением и крысами определённо нужно что-то делать. Но сейчас я не чувствовал в себе и толики сил на это. Да и идей пока не было. Хотелось улечься в тепле с хорошей книжкой и просто отдохнуть.

Начинаю понимать, почему Ласка предпочитает не ночевать дома.

От горячего пара на холодных стенах проступил конденсат. Ещё немного, и комната начнёт напоминать баню. Но лучше уж так, чем дрожать от холода, укутавшись всей одеждой в своём инвентаре.

Что ж, путь к Магистру начинается с первого шага.

Итак, трансформация.

Едва я перестал дрожать от холода, как поднял повыше плотный тёплый туман, чтобы не испортить книгу, присел на корточки и вчитался в текст.

«Трансформация тела мага является многоструктурной наукой, совмещающей в себе высокую степень контроля, концентрации…»

От чтения меня отвлёк скрип. Где-то неподалёку кто-то будто пытался перепилить стальные прутья ржавой пилой. Спустя миг к звуку присоединилась матерная брань. Кажется, это был Сайрис.

И что там у него стряслось? Познакомился с незуми? Именно так назывался крысиный народ, работавший в академии за домовых эльфов.

Скрип повторился снова, и я услышал звук выстрела. Его странная медная винтовка стреляла с характерным звоном, напоминавшим электрические разряды.

Я напрягся и прислушался. Настороженно поднялся. И…

Хлипкая дверь слетела с петель, в полёте рассыпаясь на щепки.

— Мы-мы-рррр! — послышался жуткий механический вой, следом за которым в мою комнату ввалился.. ввалилось… черт, вот даже не знаю, как эту хрень называть.

Это было нечто среднее между механизмом и живым существом. Из тела твари торчало множество пил, ножей, молотков и прочей столярной утвари, а внутри тела, отдалённо напоминавшего гуманоида, были куски мяса, больше напоминавшие пластилин.

Вся виденная прежде нежить и рядом не стояла с этим эпичным красавцем. После такого недержание будет гарантировано обеспечено всем.

Направив руку и отведя посох, я атаковал тварь упокоением, но чудовище проигнорировало мои потуги, сходу рубанув по руке пилой.

Из отсечённой кисти брызнула кровь, но я успел активировать касание Дафны и отпрыгнуть.

Не будь я лекарем с обезболиванием и регенерацией, на этом мой путь в Мельхиоре мог бы и закончиться.

Чудовище продолжило натиск, неуклюже гремя ржавыми суставами, и инстинктивный страх меня спас. Я отшатнулся, вжавшись в стену, и ткнул тварь посохом.

Кипящий гнев.

Раскалённое щупальце пара вырвалось из клубов моего обогревающего тумана, и стегануло прямо по оголенной плоти кадавра.

— Мыр-мыр-мыр! — обиженно завыло чудовище и отпрянуло назад.

Я воспользовался паузой, чтобы восстановить отсечённую конечность. Там, где прежде была моя кисть, из воды сформировался её прозрачный водяной заменитель. Ещё миг — и рука стала прежней. Поразительная скорость восстановления.

Отошедший от первой атаки монстр вновь ринулся в мою сторону, но я уже понял, что делать дальше.

Вместо кипящего гнева я активировал паровой шар, и всё тело монстра окутала туманная дымка. Тварь завизжала и потеряла равновесие, и я довершил начатое, пинком сталкивая врага в дыру.

— А-а-а! — послышался женский крик.

Похоже, ночные гости наведались не только к нам с Сайрисом.

Я выскочил в коридор и увидел, как инженер отбивается сразу от парочки таких гадов. Получалось у него откровенно паршиво — меч был короче размаха лапы монстра, а атаковать враг мог любой частью тела.

Сходу активировав гнев, я отогнал первого противника, а затем послал силу исцеления в инженера. Конечностей тот не лишался, но был весь изранен, а красная полоса над его головой опасно перевалила за половину.

Тум! — Серокрыл нажал на спуск винтовки, и второй монстр осел на пол. Между металлическими частями его тела пробежали всполохи молний. Инициатива перешла в руки инженера, и я позволил себе окинуть взглядом весь коридор нашего жилого блока.

Ещё один монстр ломился в дверь Дракоши — пиромантка сыпала из-за её остатков огненными копьями, больше вредя двери, чем монстру. Рядом была комната Терми, и судя по звукам, враги наведались и туда.

Лишь жилище Ласки осталось нетронутым. Возле неё тоже суетился уродливый гад, но девушка как-то нашла способ укрепить вход к себе, и все попытки чудовища были тщетны.

Я взмахнул посохом, направляя потоки раскалённого пара. Сразу несколько клубов один за другим, но на сей раз гад оказался менее уязвим, и сразу же развернулся в мою сторону. А секундой позднее, и подгоревший ублюдок решил оставить Дракошу, найдя более уязвимую цель.

Серия кастов кипящего гнева едва сумела их остановить у самого моего носа. Первый упал на пол, а второго я с силой ткнул посохом, свалив рядом и атаковав сверху тем же кипящим паром. Раз за разом, пока алая полоса над его головой не угасла.

Лекарь из меня неплохой, но вот урон просто крысам на смех. Лекарю нужно стоять за спинами верных товарищей, а не биться в первых рядах. Но в реальности всё немного сложнее, чем в играх.

Сайрис разобрался со своей парочкой, но на помощь пока не очень спешил.

— Терми! — крикнул я, направившись к комнате пилигрима.

Парень не ответил, но, судя по звукам боя из его комнаты, он ещё сражался.

Я устремился в разбитую дверь и застал картину, как сразу трое ржавых уродов теснят пилигрима к стене. Дыр в полу в его комнате не было, так что сбросить врага вниз не выйдет.

Одного противника я смог отвлечь кипящим гневом, сходу активировав атакующую магию. Но двое других продолжили теснить пилигрима.

Вспыхнул белый свет, и второго врага отбросило к дальней стене. Пилигрим примеринл странный навык, напоминавший шар из множества белых кубиков. И он был весьма эффективным — всё тело чудовища начало дымиться и исходить струйками белых кубов. Следующим ударом пилигрим попытался отогнать прочь последнего. Но тот просто шагнул ему навстречу, заключая в смертоносные объятья.

Здоровье Терми опустилось до отметки с «тяжёлым ранением» за пару секунд, и лишь вовремя выпущенная регенерация спасла ему жизнь.

Пользуясь тем, что монстр меня игнорирует, я подошёл к нему почти вплотную и выпустил из навершия посоха и левой руки двойной поток обжигающе горячего пара.

Ну же, ублюдок, сварись!

— Мыымырр! — возмутился монстр, выпустил пилигрима и попытался развернуться ко мне, но этот манёвр стоил ему жизни. Воспользовавшись этим, Терми воткнул клинок в соединяющую жуткую конструкцию плоть, надавил и как следует провернул внутри.

— Спасибо.. чувак, — запыхавшись, ответил Терми. — Вовремя ты…

— Боюсь, дружище, это только начало, — тяжело вздохнул я, увидев появившийся таймер. — Похоже, наш магистр снова решил нас убить.

Пройдено волн 1/3

До следующей волны осталось 4:59…

9. Кровь и ржавчина.

— Вот же с-сука! — выругался Сайрис, пиная стену. — И времени до второй волны вдвое меньше, чем прежде!

Мы с пилигримом вышли из его комнаты, рассматривая результаты первой волны очередного испытания магистра. Из любопытства я заглянул в её комнату и присвистнул. Пока что первое место по геноциду чудовищ за пироманткой. У неё в комнате было большое окно, через которое к ней и влезли твари. И было их больше, чем у любого из нас.

Теперь же чудовища лежали грудой обугленных трупов.

Заметив мой интерес, Фай самодовольно ухмыльнулась:

— Без вас я работаю только лучше!

— Посмотрим, как ты запоёшь, если в следующей волне будут хреновины с сопротивлением к огненному урону, как у тебя, — фыркнул Сайрис. — Чтобы лупить копьями вплотную не нужно быть гением.

— Что, завидно, борода? — приняла слова инженера за комплимент пиромантка.

Я подошёл к двери Ласки и постучал.

— Ты тут? Вместе будет легче сражаться! — крикнул я ей.

— Не старайся, — ответила Дракоша, пробираясь через обугленные останки своей двери. — Она не ночует здесь.

Вот же… Вместе ведь вернулись вчера сюда! Снова нашла себе новое место для ночлега?

— Да, а где? — спросил я.

— Я что, похожа на её секретаря? — скривилась Фай.

— Знал бы где здесь по ночам в двери не ломятся всякие твари, сам бы туда ушёл, — хмыкнул Сайрис.

Призвав водяную ворону, я шепнул:

— Ласка, ты в порядке? На нас напали, обороняемся в жилом блоке.

Птица взмахнула крыльями и устремилась по коридору.

— Есть идеи, что будет на этот раз? — спросил Терми.

— Рандом, как обычно, — поджал плечами Сайрис.

— Нужно придумать план обороны, — предложил я.

— Ага, как в прошлый раз, с призраками, — ехидно ответил инженер. Но затем примирительно добавил. — Хотя в целом ты прав. Можно попробовать соорудить им ловушек на входе. Но если опять будут призраки…

— А может ли быть так, что Тан сейчас смотрит за нами, — спросил я, — и подбирает именно тех монстров, которые будут для нас хуже всего?

— Вот же мразь, — скривился Сайрис.

— Ну, это лишь предположение… — заметил я.

— Всё равно гребаная мразь. И так поселил в жопу, так ещё и работать мешает.

— Работать? — заинтересовался я.

— Да так, мелочи, — махнул рукой он.

План, как на зло, не вырисовывался. Для этого нужно хоть что-то знать о будущем противнике. Но в таких условиях… если Танатос и впрямь видит здесь всё, даже не знаю.

Поставить ловушки на входе в наш блок? Окей, полезут пауки по потолку. Запрёмся в глухую оборону в комнате? Опять прилетят призраки, и мы окажемся в западне. Соберёмся в самом коридоре в круговую оборону — появится какая-нибудь плюющаяся ядом хрень и расстреляет нас издали.

Единственное, что приходило на ум — это просто усилить самого себя. И вот здесь подумать было о чём.

Призвав инфо, я взглянул на список своих навыков. Контроль и концентрация были мне нужны однозначно, поэтому я вкинул в них часть своего запаса очков. Увы, этого было мало.

С разумом в пятнадцать единиц я не мог поднять контроль выше этого значения. Более того, этот навык уже сейчас на один пункт обгонял максимум, соответствующий моему уровню интеллекта на данный момент. Плюс ещё четыре единицы давал волшебный посох.

Следом я вложил немного очков в концентрацию, доведя и её до капа, то есть до тех же пятнадцати единиц, ограниченных уровнем интеллекта. Похоже, в этом мире придётся развиваться больше вширь чем вглубь.

Впрочем, с таким огромным списком навыков, которые демонстрировал на вводной лекции магистр Джеро, наверняка есть и дублирующие, которые будут работать вместе. Ну, или у меня паршивая фантазия — несколько десятков разных направлений по сути одного и того же я представить себе не могу.

Когда я открою трансформацию, сразу же волью пятнадцать единиц туда. Вот только её ещё нужно открыть, а прочесть книгу за оставшиеся.. уже четыре минуты физически невозможно.

Или возможно?

Перед глазами возникло воспоминание отсечённой чудовищем кисти. Жуткая картина, конечно, но сперва регенерация восстановила не саму руку, а создала нечто вроде её фантома из жидкости. Кисть не вырастала заново, как это бывает если речь идёт о природной регенерации у животных.

Должен ведь быть и схожий с этим обратный процесс, верно? Растворить руку, вновь сделав её водой. Нет, экспериментировать с самовредительством точно не будем, я ещё не настолько выжил из ума. Но сам принцип..

Я протянул руку вперёд и попытался силой мысли приказать руке стать водой. Как это было при активации разных заклятий.

Ну да, как же. Это было бы слишком просто.

Ладно, будем экспериментировать. Что там у меня ещё есть в списке навыков..?

Повинуясь наитию, я направил руку на вываренные останки железного монстра и активировал ещё не проверенное заклинание «водный кадавр».

Потоки влаги потекли к трупу, собираясь в разварившемся теле. Горячая вода заполняла артерии, шла по венам и насыщала собой мелкие капилляры, пока вся живая составляющая жуткого тела чудовища не стала мокрой и исходящей лёгким водным паром.

Ага, вот значится, как это работает.

Монстр неуклюже попытался подняться. Эти твари и при жизни были не ахти какими ловкими, а сейчас тварь и вовсе едва стояла на ногах. Непослушные конечности разъезжались, и стоило огромных усилий просто заставлять её вертикально стоять. Но тем не менее каким-то чудом, мне удалось поднять чудовище.

До чего неудобная магия! Выглядит эффектно и жутко. Сам бы отложил кирпичный домик от таких спецэффектов. Но вот в бою такая туша может разве что оттягивать на себя внимание противника. При чём оттягивать неэффективно — запасы маны быстро понеслись к нулю. Зачем мой предшественник вообще изучал нечто подобное? Абсолютно бесполезная ведь в бою штука. До настоящего некроманта мне ой как далеко.

Но вот сам принцип…

Вода, насыщенная маной, заменяет собой кровь в сосудах и заставляет сгибаться конечности, делая труп чем-то вроде марионетки. Очень необычное применение стихии.

Окей, а как на счёт двух одновременно?

Я направил руку на второго урода и активировал магию снова. Сработало всё точно так же, а полоса маны поползла к нулю вдвое быстрей. Чтобы не остаться без сил к началу реального боя, я отпустил путы второго чудовища, и тот снова развалился бесформенной кучей. Проверили, и ладно.

— Охренеть, — заметил мои манипуляции Сайрис. — Да у нас тут грёбаный некромант!

— Был бы ещё от этого хоть какой-то толк, — скривился я.

— Ну ты попробуй, мож и будет. Мало ли какая херь к нам сейчас полезет.

— Вообще, эти уроды и сами по себе те ещё машины убийства, — заметил Терми. — Ему и не нужно много сделать, достаточно свалиться кому-нибудь под ноги, и хрен кто пройдёт.

Хм, а это и впрямь дельная мысль. Комок плоти был опасен не сам по себе, а десятками торчавших из него железок. Можно сказать, ходячий частокол.

Три минуты — наполнила Фай. — Так и будем стоять здесь?

— У тебя есть идеи получше, красавица? — ощерился Сайрис. На бородатом лице заиграло что-то самую малость безумное.

Дракоша фыркнула и отвернулась.

— А у меня есть, — ответил на собственный вопрос инженер. — Отпусти-ка эту страхолюдину, Син. Сможешь же потом снова поднять?

— Без проблем, — пожал я плечами, и Сайрис подошёл к туше свалившегося монстра. В его руках появились какие-то медные приспособления и мелькнула короткая вспышка.

Я же продолжал размышлять.

…Итак, основой моей магии является вода, насыщенная частицами моей маны. Тело человека состоит на сколько там процентов из воды? Не помню, если честно, но вроде бы на много. И моя мана в первую очередь тоже во мне самом.

Я вновь протянул руку и приказал воде в ней согнуть её.

Ничего.

Хорошо, а если так:

Водный кадавр.

Подсознательно я боялся боли — всё же вся моя магия была не просто водой, а водой очень горячей — паром и кипятком. Но вопреки всем опасениям, никакой боли не было.

Я повторил приказ. И на этот раз сработало. Рука согнулась в локте и разогнулась, повинуясь силе мысли безо всякого вмешательства мышц. Неплохое начало. Теперь попробуем левой рукой применить магию. Например, создать облачко пара.

Есть!

Если ты знаешь нужный результат, подогнать под него решение не так сложно, как создать с нуля.

Водяное тело… Демонстрация способностей магистра Ирис. Она полностью стала водой и разлилась потоком. Регенерация без регенерации…

Осталось времени до следующей волны: 1:37

Если это заклинание есть в списке доступных, значит мой предшественник как-то им пользовался. В моём списке осталось ещё кое-что неиспробованное — облачные владения.

Облачные владения — подчиняют воле заклинателя доступную воду в радиусе действия. Все эффекты неатакующей магии повышают эффективность на 50%. Все союзники получают часть эффектов целевых неатакующих чар.

Грубо говоря, такой себе усиленный контроль воды вокруг и добавление массового эффекта моим баффам и хилкам. Благословений, правда, почти не завезли, но вот с массовым лечением — здорово. Не зря все мои хиллки направлены на одну цель — зачем, если с владениями они и так будут действовать на каждого.

Я сосредоточился и применил новое заклинание, ставшее доступным после поднятия навыка концентрации.

На первый взгляд, ничего не произошло, но наверняка всё не так просто.

— Началось! — предупредил Терми.

— Давай, поднимай этого хмыря, — Сайрис поднялся и сделал шаг назад от туши чудовища.

Я активировал кадавра и начал озираться вокруг в поисках возможного противника. Призраки? Снова? Или всё же что-то другое?

— Мать твою… — тихо проговорил инженер, глядя на вход в жилой блок.

В нашу сторону медленно направлялось ЭТО. Чудовищная гипертрофированная туша гуманоида метров трёх ростом, покрытая, словно шерстью, десятками торчащих кольев, пил, крючков, серпов, цепей и прочего металлолома.

Высокие потолки и широкие пространства сыграли не в нашу пользу. Гигант бодренько потрусил к нам, выбрав своей первой целью Сайриса.

Инженер благоразумно отошёл в сторону, давая кому-то менее умному сагрить тварь на себя. Но идиотов в нашей четвёрке не было. Точнее нет, один был.

Я поднял руку и приказал кадавру отправиться навстречу.

Тварь неуклюже поплелась в сторону монстра, готовясь если не заключить в объятья противника, то пасть перед ним противотанковой миной.

Собственно, сравнение с миной оказалось очень даже верным:

Не дойдя пару шагов до врага, кадавр споткнулся о собственные конечности и повалился навзничь, а трёхметровый мертвяк, не сильно заморачиваясь, просто наступил на него, как на кусок мусора.

Вот только мусором он всё же не был.

Раздался электрический треск, и здоровенное чудовище покрылось всполохами молний. Здоровье врага резко полетело к нулю, но что ещё более важно — монстр был парализован.

Браво, Сайрис!

Бьющееся в конвульсиях жуткое тело повалилось на бок, открывая нам вид на беззащитное брюхо. В отличии от предыдущего противника, у этого нашлось вполне понятное уязвимое место. И этой возможности мы не упустили.

— Дракоша! — закричал Сайрис, но девушка уже и сама сообразила, что от неё требуется.

В живот твари врезались сразу три огненных копья, и в сумраке коридора расцвело маленькое солнышко. Запахло палёным мясом, а лицо обдало горячим ветром. Тварь благополучно издохла, уступая место лезущей следом товарке.

Фай не упустила момент и атаковала снова — пока второй враг был с двух сторон заперт стенами, заклятие огненного столба девушки было особенно смертоносным. Отражаясь от стен, огонь вновь возвращался к чудовищу, увеличивая урон.

Увы, на этом халява закончилось.

Из-за спины чудовища появилось третье. Такое же мерзкое и не менее здоровое, чем его сородичи. Оно прыгнуло, перемахивая через горящих собратьев, и приземлилось прямо у меня перед лицом.

Я разрядил почти в упор паровой шар. Как я уже понял, собственная магия пара не причиняла мне вред, а остальные стояли чуть поодаль. Но и врагу от парового шара вреда было не много. Если предыдущие твари были комками плоти с металлом, то тело нового противника было покрыто серой корочкой, защищавшей от таких неприятностей.

Будь он чуть поменьше, я бы может, его и сварил бы целиком. Но этот трёхметровый урод просто проигнорировал мою атаку, подпрыгивая и замахиваясь острой лапой.

В моё тело впились две пилы, нож и крюк. Сознание заволокло дикой болью, и мир перед глазами заплясал. Изо рта вырвался сдавленный хрип, а эмпатия уловила отголоски удовольствия мерзкой твари.

Ещё в полёте я успел скастовать регенерацию, благодаря чему не только выжил, но даже не потерял сознание. Ещё и касание Дафны пришлось как нельзя кстати — без хорошего обезболивающего я бы просто загнулся от болевого шока.

Однако даже так в себя я приходил непозволительно долго.

За это время в прорвавшегося врага ударился шар из крохотных белых кубиков от Терми, а с другой стороны разрядил в его тушу свою винтовку Сайрис. Полетели огненные копья Дракоши. Запас жизни чудовища стремительно падал, но тварь по-прежнему была достаточно проворна, чтобы не сдаваться так просто.

Своей следующей целью монстр выбрал Фай — как источник самого большого урона.

Девушка запаниковала и атаковала столбом огня. Вот только на сей раз место было выбрано неудачно. От чудовища во все стороны пошли волны пламени, сбившие с ног инженера и пилигрима. Лишь сама Дракоша не только устояла, но и продолжила панически поливать тварь огнём, забив на союзников.

Увы, убить тварь ей так же не удалось, и следующим ударом монстр нокаутировал девушку. Взметнулась кровь и куски вырванных внутренностей. Это был ваншот — исцелить такие раны магией воды было невозможно.

Но их могла исцелить молитва. То самое «пробуждение», что так выручило меня в недавнем бою со скелетами.

— В покое обрати свой мрак к рассвету, — шепотом произнёс я.

Навык сработал. Над головой девушки снова возникла алая полоса жизни, начавшая набираться запасом здоровья. Но времени это, конечно, тоже отнимет немало.

Тем временем, на сцену вышел четвёртый монстр…

Очнувшийся Сайрис выстрелил твари в задницу, но заряд лишь высек искру об один из торчащих железных крюков. Следом под ноги врагу смело скользнул Терми, с усилением пытаясь подрубить лапу чудовищу.

Последнее вышло даже слишком хорошо — настолько, что лишившись конечности, тварь начала заваливаться на него, едва не прикончив на месте. Пилигрим лишь в самый последний момент смог увернуться. Достаточно, чтобы сохранить жизнь, но недостаточно, чтобы остаться невредимым — и его ноги пронзил вражий металлолом.

Но мстить ему монстр не собирался. Его больше прочих заинтересовал я.

Ещё бы. Почуял гад, что я собираюсь с ним сделать.

Ржавчина!

Как-то я в первом бою позабыл об этой способности, а зря. И без того не самые свежие инструменты, торчащие из тела чудовища, начали на глазах покрываться толстым слоем ржавчины и осыпаться. Боевой потенциал чудовища рушился на глазах.

Нет, добить его таким образом я не смог, но подпортил знатно. Самую малость сбил запасы ХП, но главное — сделал врага хрупким, а его оружие — менее смертоносным.

Увы, это не помешало ему взлететь в новом прыжке в мою сторону. И уходить от твари было попросту некуда — позади меня была лишь стена, а размеры чудовища не позволяли обойти его сбоку.

Казалось бы, судьба предрешена, вот только я не зря столько экспериментировал перед битвой. Не то, чтобы на это всё стоило ставить жизнь, но иных вариантов у меня всё равно не было.

Я собрал в себе касание Дафны и регенерацию, и принял смертельный удар, пытаясь защитить хотя бы жизненно важные органы. Чудовище отсекло мою руку с частью плеча, прорезало рёбра и забурилось длинным ржавым мечом в живот. Но здоровье не ушло. Регенерация воды уже работала, и рука на глазах собиралась из частичек водного пара.

А затем, с помощью контроля, на одной воле, я заставил заклинание замедлиться.

Задержаться.

Не обращаться в плоть, так и оставшись водой.

На лице расползлась улыбка победителя.

Открыт навык: трансформация. Текущее значение — 1.

О нет, не один! Я был готов и сразу же вбил ещё четырнадцать единиц, догоняя значение до пятнадцати. А затем:

Водное тело.

Прилетевший мне в голову второй удар монстра не смог сделать уже ничего. Лапа прошла сквозь воду. Странное ощущение. Я будто на миг оказался во сне и чувствовал своё тело, будто невесомое облачко. Ну а раз так — устремился вперёд, напролом, прямо сквозь монстра.

Танатос, конечно, редкостный говнюк, но в одном он был прав — сражение учит намного быстрее, чем любые учебники.

Применять магию в этой форме я тоже мог. Облачные владения всё ещё были активны, и вся вода в коридоре подчинялась моей воле. Вся, включая ту, из которой я состоял сам.

Кипящий гнев!

Получен новый уровень! Текущий уровень — 78.

Так то! Знай наших!

Я вернул материальную форму и обернулся на сварившегося заживо противника с обломанными ржавыми штырями по всему телу.

— Это все? — осторожно спросил Терми. Бедняга так и лежал с пробитыми ногами. И как только терпит, не теряя сознание?

Маны оставалось немного, но я сразу же направил все её остатки на обезболивание и излечение боевого товарища.

— Спасибо.. Син.. Третий раз меня выручаешь… — через силу поблагодарил пилигрим.

— А ты крут, лекарь, — признала Фай.

— Да, лихо ты его, — кивнул инженер.

— Потом похвалите, — чуть улыбнувшись, ответил я. — Это ещё не конец.

— Да, ещё третий этап, — мрачно напомнила Дракоша.

— Нахрен такое дерьмо, — скривился Сайрис.

— Боюсь даже представить, что за нечисть сюда приползёт дальше… — согласился Терми. Целительная магия работала и ему на глазах становилось лучше.

Но после второго этапа сражения с монстрами мысль о третьем вызывала едва ли не ужас. При чём у всех — об этом говорила эмпатия.

Твари со второго этапа были очень похожи на чудовищ с первого. Значит, высока вероятность, что и третий этап будет нечто из того же списка. Судя по слабым отголоскам эмоций, это была странная нежить, со слабым и очень примитивным, но сознанием.

Что-то из плоти и стали…

В этот момент у входа показался смазанный тёмный силуэт и послышался тихий, приглушённый голос. Тот самый, что мне так понравился с первой встречи:

— Сюда идёт истервис, — произнесла Последняя Ласка, появившейся следом за последним чудовищем возле лестницы. — Босс — нежить третьего ранга.

10. Истервис.

— Ласка? — удивился и обрадовался я.

— Ну и где ты была? — фыркнула Дракоша. — Нас тут как бы убивают!

— Хватит, Фай! — раздражённо бросил я.

— Ну-да ну-да. Хорошо, что вернулась, — хмыкнул Сайрис. — И где, мать вашу, таймер?!

— Я получила твоего вестника, — тихо шепнула тень. — Истервис — очень опасный враг.

— Что это за хрень? — сразу же ухватился инженер.

— Высшая нежить, иммунная к… — начала было Ласка, но в этот момент он появился.

Первое впечатление при виде босса было даже немного разочарованным. Воображение уже рисовало громадную тушу запредельного уровня, после которой ещё неделю будут сниться кошмары.

После всего, что мы увидели на первом и втором этапе, босс смотрелся как-то жалко. Подумаешь, обычный костяк. Скелетов я уже успел повидать, и молитва упокоения работала против них безотказно.

А тут один, и совсем непримечательный суповой набор в драном чёрном плаще и с косой. Разве что уровень обходил наши — истервис был двести двадцатым. Нормальный уровень для босса на пятерых. Даже я бы сказал, маленький — банши та была трёхсотой. Да и выглядела она солиднее в разы.

Поэтому, когда он появился, я просто направил на него левую руку и активировал упокоение ритуальной фразой.

И ничего не произошло.

Скелет вдруг ускорился, неожиданно быстро замахнулся косой и едва не прикончил меня, когда на его пути оказалась Последняя Ласка.

Она рывком в клубах мрака появилась у него в ногах и подтолкнула, сбивая с траектории.

Скелет устоял. Только внимание переключил с меня на тень.

Он неестественно быстро развернулся и атаковал её сверху вниз. Но в том месте девушки уже не оказалось — рывок и тень в клубах мрака появилась у него за спиной, попытавшись пнуть его в спину.

Ага, как же. Скала! Враг даже не заметил её, вновь повернувшись с ненормальной скоростью, пытался срезать её косой, словно пучок травы.

Проворная Ласка пригнулась и снова ушла с траектории удара. Девушка была предельно сосредоточена и напряжена, будто натянутая струна.

Тум! Во врага прилетел заряд винтовки Сайриса. Чиркнув по кости, он отлетел в стену и, жалобно звякнув, застрял в камне.

Следом в голову истервису влетело копьё огня от Дракоши. Её враг проигнорировал. Послышался взрыв, огонь прошёлся по костям и подпалил плащ. Но скелету было плевать.

Я тоже отметился — если упокоение не работает, стоило проверить и мой кипящий гнев. Но я уже не удивился, когда результатом моей атаки стало лишь погасшее пламя чёрного плаща нежити.

— Да что ж это за срань такая?! — выругался Сайрис.

Во врага прилетел белый шар Терми, и только теперь враг что-то почувствовал. Полоса здоровья над головой чуть дёрнулась — урон был незначительным. Но всё лучше, чем ничего.

Похоже, враг был если не полностью иммунен к магии, то невероятно сильно от неё защищён.

Скелет двигался так быстро, что порой его движения размывались. Выбрав своей целью Терми, как единственного, кто смог его ранить, он устремился к нему. Сайрис благоразумно отпрыгнул с его пути и вынул меч. Но попытка атаковать им врага в спину не привела ни к чему.

Прозвучал металлический лязг, однако клинок лишь высек пару искр, не более.

Главное сейчас — защитить пилигрима. Пока что он единственный кто может уничтожить монстра. Вот только задерживать его придётся очень долго, прежде чем он сможет нанести достаточно урон, чтобы упокоить буйного мертвеца.

В последний момент Терми сумел удивить, выставив между собой и противником нечто вроде силового поля из редких белых кубиков, остановивших скользящего к нему противника.

Столкнувшись с преградой, истервис даже не сразу понял, что именно произошло, и этот момент попытались использовать все, чтобы предпринять ещё одну попытку атаки.

Сайрис метко поразил врага в шею клинком, Ласка метнула пару кинжалов в шейные позвонки, а Дракоша как следует ударила его по затылку режущей огненной волной.

Из всего этого сработала лишь сила тени. Оружие всё так же отскочило от башки чудовища, но тем не менее некоторый урон нанесло.

Отметил это и враг, медленно поворачивая череп в сторону к девушки.

Зелёное пламя в пустых глазницах загорелось чуть ярче.

— Как его бить, Ласка?! — крикнул я.

Но она не ответила, вместо этого собрав в левой руке шар из вязкой чёрно-лиловой субстанции, напоминавшей очень ленивый пучок замедленных молний.

Враг устремился к ней, занося косу. Девушка сделала шаг в сторону, слегка пригнувшись, в самый последний момент вынырнула в рывке прямо перед ним, атакуя тварь в грудь.

Вот это истервису сильно не понравилось. Снялась где-то пятая часть запаса здоровья, а следом затем в спину ему прилетел белый шар Терми. Навык пилигрима успел откатился.

А затем до меня, наконец, дошло.

Кости. Они были не просто белыми, как у обычного скелета. Его кости состояли из зачищенного до блеска светлого металла. Вот почему ему плевать на наши атаки — попробуй клинком перерубить так просто стальные пруты!

Размахнувшись, истервис попытался убить Ласку одним ударом, и на сей раз лишь чудо позволило ей уйти. Просто присесть и пропустить косу над головой не удалось — враг резко пошёл на сближение и с силой пнул девушку металлической ногой.

Тень едва не погибла на месте, отправившись в долгий полёт метров на пять и врезаясь в каменную стену.

Истервис перехватил косу и ринулся к ней для добивающего удара.

Я изо всех сил бросился ему наперерез, активируя водное тело. Было уже понятно, что навредить ему я ничем не смогу, но в этой форме я надеялся без риска оттянуть внимание на себя, чтобы дать Ласке время прийти в себя.

Я уже послал ей через посох обезболивание и регенерацию, но даже так требовалось время, чтобы прийти в себя.

— Аххкх… — воздух выбило из груди от столкновения с чудовищем.

Согнувшись от боли после сильнейшего удара в солнечное сплетение, я едва не потерял сознание. Даже не сразу нашёл силы активировать целительную магию.

Но почему? Ведь в этой форме мне было плевать на лезвия и пилы монстра второго этапа!

Существо мелькнуло мимо меня, занесло над черепом косу и обрушило его на тень.

Металлический скелет, значит?

Ржавчина!

И снова враг даже внимания на меня не обратил. Ему что, вообще всё по боку?!

— Ржавей!! — зарычал я, хлопая ладонью по хребту монстра в отчаянной попытке отвлечь его от тени. — Ржавей, ублюдок!!!

— Син! — неожиданно крикнул Сайрис. — Это серебро!! Серебро не ржавеет!!

Белый шар Терми, и чернильно-лиловая магия Ласки ранили тварь, но ничто из этого не причинило чудовищу реальные неудобства.

Серебряный череп развернулся ко мне и громадная серебряная коса вспорхнула в его руках, будто тростинка.

— Узри Покой, узник посмертия! — упрямо прорычал я. Ладонь коснулась грудной клетки нежити и наконец, сумела самую малость отбросить врага, не позволяя ему довершить начатое.

Следующий белый шар прилетел ему под ноги — Терми понял, что убить своим навыком врага он так легко не сумеет, но вот сбить с пути — вполне.

Может, мы сможем просто затыкать его количеством? При всей своей нереальной силе, монстр был один, а нас — пятеро.

Сайрис с размаху заехал чудовищу стальной трубкой, вырванной с мясом из тела дохлого монстра прошлого этапа.

Стокнувшись с серебряным черепом, тот оставил заметную вмятину, и его здоровье снова просело. Не сильно, но решение инженера показало единственную слабость монстра — сильный ударный урон, способный погнуть металл.

Водный кадавр.

За спиной у нежити встал один из монстров первого этапа, расставив руки для обнимашек. Тварь отшвырнуло в объятья кадавра. Лезвия ожидаемо не причинили истервису вреда, но чуть задержали, давая возможность Сайрису снова огреть его по башке стальным шестом, а Терми — скастовать шар.

Монстр поднял левую руку и молниеносно поймал трубку, вырывая из рук инженера. Затем оттолкнул кадавра, словно котёнка, и одним взмахом косы перерубил пополам вместе с торчащим из него металлом.

В этот момент заряженный исходящими вверх белыми кубиками, клинок Терми сумел оставить внушительную зарубку на металлической ноге монстра. И сразу за этим — пришедшая в себя Ласка с силой впечатала в спину чудовища второй чернильно-лиловый шар медленных молний.

Истервис ответил жестко, от всей души огрев трубой Терми. Молниеносно размахнулся, пытаясь размозжить голову Ласке, и та пригнулась. А затем швырнул трубу, как копьё, пришпиливая им Сайриса к стене.

Я снова прочёл молитву упокоения — пусть и совсем слабо, но она работала через касание. Похоже, прямой контакт увеличивал силу жреческих умений.

Тварь отшвырнуло чуть дальше, к Дракоше, которую перестал воспринимать за противника.

Терми ударил заряженным клинком, вновь попытавшись перерубить ему ногу. Первый удар оказался удачным — пусть перерубить серебро он не смог, тварь стала слегка прихрамывать.

Враг пошатнулся. Ещё один кинжал Ласки прилетел ему в голову, высекая крохи ХП.

Истервис попытался шагнуть, но не смог сдвинуться сместа. Забытая им Фай кепко держала врага у самых ступней. Руки её побелели от температуры, постепенно растапливая и металл.

Скелет дёрнулся было, но на этот раз ноги его подвели и переломились в месте зарубок, сделанных Терми.

Враг повалился на пол, резко перевернулся, используя левую руку, но было поздно. Способность усиления пилигрима откатилась, и в серебряный череп, между горящих глаз мертвеца, вошёл исходящий белыми кубами клинок.

Получен новый уровень! Текущий уровень — 79.

…

Мы все замерли, не в силах поверить в то, что дело сделано.

В полной тишине раздавалось лишь наше тяжёлое дыхание. Лишь моя вода с журчанием расстворила ржавчиной железный прут, на котором держался прибитый к стене Сайрис, и в дело вступила регенерация.

— Что это.. мать твою.. было..? — с трудом спросил инженер у Ласки.

— Истервис, — равнодушно пожала плечами она, отряхиваясь от пыли. Тень уже успела прийти в себя. Через что же ей пришлось пройти здесь до того, как в башне Смерти появились мы?

— Нежить или какой-то голем? — уточнил я.

— Магистр как-то создавал при мне такого, — тихо ответила девушка. — Маги огня заколдовывают кости на временный иммунитет к пламени, а затем скелет помещается в расплавленное серебро…

— Почему именно серебро? — удивился я.

— Димагический материал, — пояснила за неё Дракоша. — На серебро нельзя воздействовать магией.

— Какой же конченый урод придумал эту срань? — с отвращением скривился инженер.

— Древние. Некроманты-артефакторы тари, — тихо сказала Ласка.

Тари… это ведь моя раса. Интересная, должно быть, история у моих здешних предков, раз они выдумали такое!

— Так жить не вариант, — с тяжёлым вздохом резюмировал Сайрис. — С этого мудака Тана станется спускать на нас нечисть даже пока мы спим. Однажды я точно набью ему морду.

Сказанно это было с таким ледяным спокойствием, что я сразу поверил: набьёт и как следует.

— Есть предложения? — хмыкнула Дракоша.

Но на этот раз Сайрис промолчал. Лишь зло сжал зубы и посмотрел на тело валявшегося перед ним монстра.

— Ласка, а ты где спишь? — обратился я к тени. — Я так понимаю, ты не живёшь тут?

— Страшны не монстры, — ответила она. — Страшны люди, которые знают, где я живу.

— А от монстров как спасаешься по ночам?

Ласка пожала плечами:

— Меняю место. Сплю там, где сложно подобраться бесшумно. Ставлю ловушки. Развешивать обереги от злых духов и магии…

— Мдэ… — потянул инженер. Перспективы такой жизни его не прельщали.

Как и всех нас…

Интерлюдия. Шестирукая смерть.

— Что-то происходит, великий Ректор. Что-то тёмное и недоброе заворочалось на дне города в покинутых доменах.

— Это не доклад, магистр Энкейл. Особенно если учесть, что ты сам — магистр Мрака. Хотелось бы немного больше конкретики.

— Всепожирающая Сфера пала, а лис из великой библиотеки перестал выходить на связь, — задумчиво заметил невысокий светловолосый парень, в волосах которого клубились маленькие частички поглощавшей свет тьмы.

Магистр мрака был задумчивым и немного потерянным, будто всё время пребывал мыслями где-то далеко отсюда. Его бесцветные серые глаза смотрели словно не на людей, а сквозь них. Танатос про себя отметил, что сегодня он куда серьёзнее, чем обычно.

Энкейл выглядел самым младшим среди старших магистров Доминиона. На вид ему было лет семнадцать-восемнадцать, и сам он напоминал подростка, что обычно ещё больше подчёркивал нарочито добродушной манерой общения и наивностью.

Каждый раз глядя на него, Танатос удивлялся, как за такой милой и безобидной внешностью может прятаться сильнейший маг тьмы и глава некромантов академии. Впрочем, общение с мертвецами не было сутью его силы, как и сам Тан считал себя больше воином, чем жрецом.

— Крысы нижнего города заволновались, — заметил магистр Джеро.

— Незуми? — удивился Ректор. — Стоит ли это нашего внимания, особенно сейчас, когда до конца первой фазы осталось так мало?

— Они ведь, кажется, поклонялись этому монстру, не так ли? — вслух задумалась молодая девушка с короткими светлыми волосами и мягкими чертами лица. В кругу всех собравшихся, среди суровых повелителей Доминиона, она выглядела ненамного уместнее Энкейла. Но тем не менее, Книжная Лакомка, которую все звали просто «Лакки», была полноправным магистром и мастером Звёздной башни домена Знаний.

— Крысы всегда найдут кому поклоняться. Это даже не зверяне, а звери по недомыслию наделённые интеллектом, — отмахнулся Тахион, магистр земли. — Тем более сдаётся мне, кое-кто из нас уже потянул свои руки в прежние угодья чудовища.

Взгляд мастера природы и камня уколол девушку.

— Есть другое тревожное известие, — поспешила перевести тему Лакки. — Эксперименты с новой стихией в городе начинают выходить за грани дозволенного. Это становится опасным для Доминиона.

— Поясни, дитя, — ободряюще улыбнулся великий Ректор.

— За последние было уже с четыре случая одержимости новой стихией. Вы ведь знаете о поставках фрактала в город?

— Наслышан, — кивнул Ректор.

— Но разве этой стихией можно управлять? Единственный адепт Фрактала — это ученик Тана, верно? — невысокая хрупкая магистр Ирис с неприязнью посмотрела на мастера Смерти.

— Раз нет адептов, то не может быть и одержимости, — заметил Тахион.

— Так считалось, — кивнула Лакки. — Но вы же в курсе, как используют частицы этой стихии пустотники? «Чёрный дым» становится всё более популярным.

— В курсе, — скривилась Ирис. — Мало того, что эти твари опасны для окружающих, так они ещё и подсаживаются на наркоту! Они ведь этим занимаются уже не один год с попустительства…

Она бросила взгляд в сторону Ректора, но не закончила фразу. Не все были довольны тем что глава Хрустальной башни закрывает глаза на использование опасных стихий, но высказывать это вслух прямо перед владыкой Доминиона могла себе позволить только Ирис.

— Все одержимые рано или поздно приходят к «чёрному дыму», — кивнула Лакки. — Но здесь что-то другое. Раньше это не вызывало таких.. последствий. Что-то в его составе изменилось.

— И что же? — спросила Ирис.

— Недавно в город прибыл эмиссар от ордена Смертной Тиши, — ответила магистр Знаний. — А о связи фрактала и ордена Доминиону известно давно.

— Где они только эту дрянь нарыли, — фыркнул кто-то из магистров.

— Я думал, после войны одержимых им нет до нас дела, — добавил магистр Луксор.

— Синий некромант… — предвкушающее улыбнулся Танатос. — Мне заняться этим вопросом?

— Пока что рано, Тан. Этим займётся Энкейл, — седовласый владыка города посмотрел на блондина с летающими вокруг него частичками мрака, и тот кивнул. — Вполне возможно, эти события связаны.

Танатос разочарованно хмыкнул, и Лакки бесшумно рассмеялась, прикрыв рот кулачком. Сегодня у него было на редкость хорошее настроение.

Обычно именно мастера Смерти великий Ректор посылал устранять неугодных. Грубо, жёстко, эффектно и эффективно. И надо сказать, он любил эту работу. Любую работу, в которой его ждал сильный противник. Танатос любил вызовы и никогда не избегал поединка.

— Что я должен выяснить? Его цели? — спросил он.

— Для начала — просто наблюдай, Энкейл. Найди его, присмотрись. Узнай, что здесь понадобилось ордену.

— Мы ведь больше не делаем ставку на пустотников? Путь в мир-темницу откроется… — начала была Ирис, но на этот раз всё же превысила лимит терпения Ректора, и тот посмотрел на неё с неодобрением.

Вроде бы мелочь, но все в зале почувствовали себя не в своей тарелке. Резко похолодало и стало неуютно, а в висках собравшихся застучало.

— Путь в мир-темницу это не твоя задача, Ирис, — улыбнулся владыка города, но прежней теплоты в этой улыбке было намного меньше. — Как продвигается призыв учеников? Это предпоследний набор перед началом.

— Чуть меньше сотни безымянных, примерно треть от этого — именных, — безразлично ответила магистр Призраков.

— В таком случае на этом пока всё. Жду результатов по ордену Тиши, Разорванному домену и Фракталу. Танатос…

— Да, Ректор, — просто кивнул магистр Смерти, прекрасно зная, что его попросят остаться. В последнее время владыка города всё больше полагался на своего рыцаря смерти, что не могло не льстить. Вернее, льстило бы, будь на его месте кто-то другой. Но Тан и так был уверен в себе и прекрасно знал себе цену.

Первой вышла всё чаще попадавшая в опалу Ирис. Следом за ней Луксор и ещё несколько магистров небольших доменов. Последней вышла Лакки — мастер Звёзд до последнего думала, что её тоже оставят, но похоже, не сегодня. Что ж, тем лучше — у неё, как и у многих здесь, были и свои проекты. Чего стоит магистр, который не ведёт никакой собственной игры?

Некоторые уже считали Танатоса был правой рукой Ректора, хотя на деле сам Ректор не нуждался в советниках. Скорее, Тан был одним из его самых любимых учеников, как и Аннон с Джеро. Лакки — кем-то вроде любимой внучки.

Энкейл — лучшим в любых деликатных и тайных поручениях, Тахион надёжным исполнителем, Накх с Мефом — исполнителями менее надёжными, Луксор с Мракрией — узкими специалистами для определённых задач, а Ирис… Ирис была хороша во всём, что не касалось пустотников, к тому же среди всех магистров, мастера Призраков больше прочих любили в народе. Когда дело не касалось одержимых, она была очень эффективна.

— Как там наш маленький проект, ученик? Ты спустил на них истервиса? Не слишком ли? — с доброй улыбкой спросил Ректор, когда они остались одни.

Общение с разумными никогда не было его любимым занятием, и обычно он сводил его к минимуму, во всём полагаясь на своих учеников.

— Не слишком, — хмыкнул Танатос. О его способах тренировки учеников знал лишь он сам, но Ректор… он в принципе знает всё. Даже это собрание, Тан был уверен, было лишь для того, чтобы напомнить другим о долге и выдать задачи. Самому Ректору едва ли нужно было что-то рассказывать.

Впрочем, это только его догадки. Чем на самом деле занимается великий Ректор в подвалах своей башни, не знал никто. Танатос лишь смутно догадывался, но даже он не понимал всего в великом плане.

Каждый из магстров знал лишь строго отведённую ему роль. Личной беседы удостаивались единицы. Син был таким исключением — кто-то из пятёрки должен был стать лидером оперативной группы. Кто именно — зависело уже от низ самих.

— И что скажешь? — с улыбкой спросил Ректор. — Всё ещё считаешь, что моё решение стереть им память и начать переподготовку ошибочным?

— Скажу, что не смотря на печать, проклятие ищет путь наружу. Вы сами знаете, наставник. Все пятеро потенциально невероятно сильны. Но в каждом из них есть изъян. Но я.. признаю. Это было верным решением.

11. Убийцы из фрактала.

Следующую ночь после сражения с истервисом, мы провели в спокойствии. Как и последующие три. Если, конечно, так можно сказать при постоянном шуме из комнаты Сайриса. Звуки были такими, будто он там пытается освоить кузнечное дело.

Ласка всё так же не ночевала дома, но всегда приходила под утро, чтобы вместе с нами лететь в академию. Местные бросали на нас недовольные взгляды и в пол голоса перешёптывались, но обходилось пока без новых конфликтов.

Дракоша последовала её примеру и вскоре тоже перестала ночевать дома. Не каждый день, как тень, но пару раз точно она уходила ночевать к кому-то в гости. Из всех нас, она была самой общительной, обойдя в этом даже Терми. В отличии от прятавшейся где-то в переходах между башнями вокруг Стержня Ласки, она нежилась где-то в чужой постели. Может, нашла себе парня, а может просто хорошую подругу и ночевала у неё.

Я большую часть времени посвятил изучению всех основ этого мира. Побродил по другим башням в целях увидеть сильные стороны того или иного факультета и понять, где ещё я смогу найти навыки, нужные лично мне.

Книги по основам магии были и в центральной башне. Трансформацию и санацию я уже прочёл в первые же дни, но прежде чем идти к Ирис, решил довести магию трансформации до совершенства.

В реальности магия работала куда более интересно, чем пара строчек в описании.

Выяснилось, что облачные владения могут намного больше, чем просто подчинять воду вокруг меня. Всё было ещё круче! Под этим заклинанием любая связанная со мной вода могла стать источником каста.

Как посох, который удлинял радиус применения навыков, так это заклятие позволяло делать продолжением посоха всю воду в округе.

Где-то спустя пять дней Танатос всё равно подловил излишне хитрую чародейку. Её настигла группа зомби, когда та гуляла по территории домена Знаний.

Девушка с огненной магией валила нежить пачками, но тварей всё равно оказалось достаточно много, чтобы загнать её к нашему жилому блоку.

Наверняка мастер Смерти знатно посмеялся от своей затеи.

Та же пачка нежити пригнала к нам и Ласку — её способности против зомби были куда хуже — девушка была скрытным убийцей, а не магом-дамагером с уймой массовых абилок.

Но собравшись вместе, мы в группе легко развеяли ходячих покойников.

Затем была чуть более сильная версия мертвяков — гули. Но и с ними отлично расправлялся огонь и фрактальные навыки Терми. Способности Сайриса и Ласки против этого вида врагов были не столь эффективны, потому они больше сдерживали врага, не позволяя подобраться к Фай.

Что до меня, то я занимался своими прямыми обязанностями — полностью переключился на лечение, опробовав в бою облачную ауру и оберег.

Как выяснилось, все навыки прекрасно работали в связке — владения, аура и обереги повышали эффективность лечения вдвое.

На третьем этапе нас ждал усиленный некроморф. Ловкая и быстрая тварь легко уклонялась от огненной магии Фай, и пришлось на ходу спешно менять стратегию. Но даже так вскоре мы одержали верх, загнав тварь в ловушку и запинав общими силами. Тан будто бы специально подобрал такого противника, которого никто и з нас не смог бы победить в одиночку, но который становился лёгким, если собраться вместе.

Наверное, Танатос так пытался нам намекнуть, что не ночевать дома — не панацея от встреч с его монстрами. Но в целом эта проверка обошлась нам легче, чем две предыдущие. Или же мы уже сработались достаточно, чтобы стать полноценной боевой группой.

В академии каждый был волен настраивать график посещения занятий и даже список этих самых занятий, как хотел.

Всё отдавалось на откуп самим ученикам, в том числе очень многие откровенно халявили. И это было допустимо. Почему? Наверное, потому что над ними не стоял магистр Танатос. В других башнях, где ученики измерялись десятками, а то и сотнями, никто не требовал немедленно становиться сильнее. Можешь хоть сотню лет сидеть в учениках и наслаждаться жизнью, раз в какой-то период показываясь в академии.

Иерархия здесь была странной. Ученики могли оставаться в этом статусе сколько угодно. Кто желает возвышения до уровня старшего ученика или младшего магистра — работали над собой и прокачивались. Или те, кто просто желал силы, не обязательно поднимаясь в статусе.

Спустя первый год обучения или чуть больше, в зависимости от правил в конкретной башне, дозволялось покидать пределы академии и уходить во внешние домены. Фактически, жить обычной жизнью не теряя статуса. Но первый год обучения всем, включая нас, нужно было сидеть тут.

Помимо учеников разных рангов, в большом Доминионе были ещё и безымянные — попаданцы без права перерождения, которые не имели статуса учеников, а также зверяне. Отдельная каста с правами примерно теми же, что и у безымянных, разве что зверян дозволялось ещё и брать в рабство, в отличии от людей-попаданцев.

Кошкодевочек, правда, не завезли. Местные зверяне, помимо служащих Доминиону крыс незуми, представляли собой громадных свинолюдов со свиным рылом, и каких-то агрессивных чихар. Все три вида внешне походили на людей разве что двуногостью. Незу были именно крысами, гверфы напоминали свинорылых орков из японской манги, а чихры — натуральные фурри, порой с лишними конечностями, будто жертвы мутаций.

Были и какие-то другие виды, но о них можно было разве что прочитать в книгах. Но удовлетворять праздное любопытство времени не хватало. Сейчас меня интересовало в первую очередь собственное усиление.

Возможно, чуть позже… Когда-нибудь.

Всё это время я изучал трансформацию. Открыть навык было сложнее всего. Нудную прокачку я избежал просто вкинув очки навыков. Оставалось только одно — с помощью книги понять главные принципы её использования.

Выяснилось много незначительных, но важных нюансов использования этой силы. Наверное, стоило бы изучить и другие важные для мага дисциплины, а не полагаться только на цифру в инфо.

Каждый из навыков, помимо того, чтобы позволять пользоваться определёнными заклинаниями, давал и другие, менее очевидные преимущества. Та же трансформация изначально была о придании своей стихии различных форм. Например, превратить лужу в водяную зверушку и приказать пойти прочь… или укусить врага.

Правда, такие фокусы жрали уйму маны без правильного заклинания.

Но это были самые основы — то же самое можно было проделывать и с помощью контроля. Более же глубокая трансформация позволяла влиять на структуру материи, напитанной маной заклинателя. Вроде водяного тела, когда моя плоть превращалась в насыщенную магией воду и обратно.

Именно поэтому сегодня я снова отправился в башню воды и призраков. Всё, что я выяснил с помощью книги Ирис и опытным путём, я уже освоил и хотел ступить дальше.

Призрачная библиотека была такой же, как и в прошлый раз. Магистр Ирис как-то упустила момент с тем, что её саму ещё нужно было сперва разыскать. Первая встреча с ней вышла случайной. И что же теперь, бродить здесь до следующей, надеясь на удачу?

Впрочем, именно так для начала мне и придётся сделать.

Так начался мой путь по библиотеке заново. Я просто выбирал маршрут наугад, заглядывал в разные закоулки, пробегал взглядом по корешкам книг. Незнакомые названия ничего не говорили, а принцип, по которому они наполняли библиотеку был непонятен. Во всяком случае, точно не по алфавиту. Может, по смыслу, но я этот смысл не знал.

Пустынное место было довольно уютным. Люди редко попадались и все были заняты своим. К тому же здесь всё утопало в призрачном тумане, так что рассмотреть дальше нескольких метров было сложно. Лишь светящиеся цветы давали понимание, что впереди что-то есть.

Наконец, около одной из книжных полок я заметил сосредоточенную девушку с вьющимися светлыми волосами и внешностью.. ну, наверное именно так выглядит эталонный учитель какого-нибудь языка.

— Прошу прощения.. вы ведь из призраков? — задал я ей вопрос.

У каждого из башен-факультетов было нечто вроде логотипа на одежде. Ученики призрачного и водного факультета все ходили с геральдическим цветком с пятью лепестками.

Одни только мы, ученики Танатоса, пока что не имели эмблемы. Раньше его ученицей считалась лишь Ласка, и такой нужды не было — все и так знали кто она и чья ученица.

— Да, а вы.. ? — девушка поискала на моей одежде эмблему башни, но ожидаемо ничего не нашла и растерянно посмотрела в глаза. Отсутствие знака было странностью — даже магистры не пренебрегали этим.

За исключением Тана.

— Башня Смерти, — не стал скрывать я. В очередной раз в голову пришла мысль, как же стрёмно это со стороны звучит. Мы ведь на деле к Смерти не имеем совершенно никакого отношения. Дракоша говорила, что наш магистр просто назвал свою башню по основному боевому классу, а был он рыцарем смерти. Но звучит-то как!

На девушку это не произвело особого впечатления. Лёгкая заинтересованность, но не более.

— Ясно. Вы что-то хотели?

— Да.. где можно найти магистра Ирис? — спросил я.

— Магистра? Мать не любит, когда её отвлекают и редко покидает свой домен.

— Мать? — удивился я.

— Мать призраков, — пояснила она. — Так её зовут в нашем домене. А что вы хотели? Может, я могу чем-то помочь?

Девушка казалась дружелюбной, и я решил этим воспользоваться, как следует обо всём расспросив.

— Она обещала, что возьмёт меня в ученики по магии контроля пространства.

— Вот как? — удивилась незнакомка. До этого мои слова её не так впечатляли, но теперь в голубых глазах девушки промелькнул живой интерес. — Я тоже в этой группе. Не знала, что к нам можно поступить первогодке, да ещё и из башни.. Танатоса. Как тебя зовут?

Девушка сразу после таких новостей перешла на ты.

— Син. А что не так с его башней?

— Приятно, — ответила с улыбкой незнакомка. — Меня зовут Цианея. Можно просто Циана. А на счёт башни.. Белая Мать и магистр Тан.. не очень ладят. Не думала, что она возьмёт к себе одного из его учеников.

— Понятно. Так что на счёт встречи? Я могу как-то увидеть Ирис?

— Мать Ирис, — аккуратно поправила меня Циана. — Если так, то я сообщу ей о тебе, когда будет возможность и передам. У тебя есть навык связи?

Я сформировал на руке водяную ворону и продемонстрировал девушке.

— Как необычно. Магия воды, значит. А карты у тебя нет?

— Карты башни?

— Переговорной карты, — мягко улыбнулась девушка. — Вот, возьми мою, будет первая.

Цианея вытащила из воздуха, а вернее — из инвентаря, вытянутый прямоугольник, напоминавший карту таро. На рубашке был изображён цветок Призрачной башни, а с обратной стороны улыбался застывший рисунок. Чародейка стояла на фоне нарисованных медуз, а в правой руке ее была зажата волшебная палочка. Так она ещё сильнее напоминала школьного учителя с указкой в руке.

— Спасибо, — поблагодарил я её. — Кстати, что здесь стоит почитать по контролю локации?

Почему бы и не расспросить её, раз уж она изучает примерно то же, что собирался изучать я.

— Из общих знаний — всё, что касается трансформации. Это в третьем ряду под жёлтым цветком. — А по специализации, смотря какой у тебя класс…

Тут девушка подняла глаза вверх, видимо призвав инфо и читая мой класс, указанный над головой.

— Нубесмант? Что это? Какая-то специфическая магия воды?

— В описании сказано, облачный маг, если это о чём-то говорит. А по сути — поддержка. Я лекарь.

— Лекарь? В башне Смерти Танатоса? Хм. Тогда.. наверное, тебе подойдёт санация. Я тоже изначально была лекарем. Но сейчас ушла больше в навыка сонара. Это намного лучше подходит магу с контролем локации. Ещё, пожалуй, абсорбация — это для ускоренного сбора силы воды из воздуха. Но лучше поговорить об этом с наставником. Если мать берёт тебя в группу, то лучше подскажет.

Сонар, значит… а ведь этот навык был и у моего предшественника. И даже был немного прокачан.

— А зачем они нужны, санация и сонар? — описания навыков у меня были, но думаю, будет полезно узнать мнение того, кто их использует на практике.

— Санация это навык передачи своих сил другим. Изначально он нужен для прямой передачи маны другому магу, но целители с её помощью могут усиливать свои возможности. Как максимизация у боевого мага. А сонар.. это что-то вроде навыка поиска. С его помощью…

Цианею прервал протяжный истошный крик. Судя по мелькнувшему на лице девушки испугу и удивлению, к подобному она была не готова.

Я развернулся, чтобы пойти на крик, и волшебница последовала за мной. Не знаю уж, от любопытства или просто не желая оставаться в одиночестве.

* * *

— Какого… хрена? — тихо задал я риторический вопрос.

В окружении оплетавших стеллаж цветов, в самом сердце испускаемого ими густого белёсого тумана, валялся труп. Темноволосый парень с носом-картошкой лежал в луже крови, заботливо прикрытый сверху кожаной курткой.

Вынув посох из инвентаря, я прочёл молитву возрождения, но времени прошло слишком много, и спасти несчастного я уже не мог. К сожалению, у навыка был предел по времени, который я должен был превзойти в первую очередь перед тем, как вернуться в прежний мир.

— Ой! Это.. как же? Нужно.. сообщить кому-то из младших магистров!.. — растерянно произнесла девушка.

— И часто у вас тут такое?

— За год с лишним моего обучения — впервые, — растерянно произнесла она.

Труп она видит явно не первый раз в жизни. Наверное, какие-то испытания есть в их башне. Но тем не менее по реакции было понятно, что она не лжёт.

Я начинаю привыкать быть эмпатом. Способность оказалась крайне полезной в общении.

— Башня огня? — спросил я, глядя на эмблему, выбитую на кожанке.

— Земли, — поправила меня Циана, указав пальцем на логотип серебряного дерева, торчавший из-под куртки.

— Здесь есть какая-то полиция или комитет расследований? — спросил я. — В смысле, если я приподниму куртку, я ничего не нарушу?

— Я свидетель, — пожала плечами девушка. — Поднимай.

Осторожно ухватившись за край кожанки, я потянул её на себя, и эмблема дерева на коричневой мантии предстала перед нами во всей красе.

— Зачем его накрыли этим? Хотели отвести подозрения на огневиков Джеро? Но зачем? — спросила девушка.

Будто я знаю ответ, ага.

— Как-то топорно. Они бы ещё имя убийцы на лбу у него написали. — продолжила девушка.

— Я думаю, убийца хотел скрыть кое-что другое. Вернее, задержать нас… — задумчиво сказал я, глядя как от окровавленной раны в животе жертвы вверх начинают медленно подниматься крохотные белые кубики.

— Фрактал… — тихо произнесла Цианея. По эмпатии будто ударило волной страха. — Это же фрактал!

Любопытно. Ласка здесь тоже не первый год, но она ничего не слышала об этой стихии. А вот моя новая знакомая прекрасно понимает, с чем мы столкнулись.

— Что ещё за фрактал? — спросил я, надеясь выудить побольше информации.

— Одна.. светлая стихия… — пытаясь отойти от шока, сказала Цианея.

— Светлая? Что тебя так испугало?

Девушка внимательно посмотрела на меня, словно думая, стоит ли отвечать.

— После фрактала не возрождаются, Син. Это окончательная смерть…

В руке чародейки появилась волшебная палочка, один в один как на её карте, и из неё вылетела стайка крохотных полупрозрачных медуз, которые тут же разлетелись вокруг.

Где-то вдалеке послышался топот ног.

Не долго думая, я вкинул часть свободных очков навыков в сонар. Что-то мне подсказывает, умение поиска мне очень понадобится.

Решение было обдуманным, хоть я его и откладывал до последнего. Сонар был совершенно не нужен моему классу, не помогая ни способностям лекаря, ни прикрывая мои уязвимости. Он был просто хорош сам по себе, позволяя почувствовать присутствие врага или найти его поблизости.

— Циана, как ты пользуешься сонаром? — спросил я у девушки.

— Зависит от заклинания, которым ищешь. У меня это призыв. Мне помогают мои эфирные медузы.

Мда, стоило сначала спрашивать, а уже потом — делать. Впрочем, я бы всё равно к этому навыку рано или поздно пришёл.

У меня навыков призыва не находилось, и перекачиваться в саммонера я не планировал. Единственное, что хоть как-то могло соотноситься с поиском — это облачные владения. Вот только они контролируют видимую влагу вокруг, а не ищут цель.

И видимой влаги вокруг как раз нет, так что управлять мне было нечем…

Впрочем, это как раз вопрос решаемый:

Я активировал туман, и из посоха потянулись струйки пара. Разбитый кристалл на вершине вновь был целым — похоже, артефакт каждый раз восстанавливался заново. К тому же, посох ещё и менял внешний вид, когда я его вынимал из инвентаря.

Следом за туманом пошли владения. Я сосредоточился на крупицах испарённой воды и неожиданно для себя почувствовал, как проваливаюсь в неё. Вода стала будто продолжением моих рук. Не нужно было никаких мысленных команд — достаточно одного только желания, одной воли, и туман разлетелся по помещению в сторону раздавшегося звука.

Я сосредоточился на ощущениях. Если Циана чувствовала пространство призванными медузами, то и я должен как-то ощущать колебания воды вокруг себя. В конце концов сонар — это как раз про чувствительность. Тем же навыком пользовались охотники для усиления зоркости или слуха.

— Нашла, — первой всё равно была Циана. — Ой.

— Что?

— Они.. куда-то исчезли.

Они.. Значит, несколько?

Закрыв глаза, я полностью погрузился в туман. Перед глазами пронеслись ряды книг, стеллажей, плетущихся растений со светящейся пыльцой и наконец, увидел главное. Сонар работал, но пока как-то непонятно — надо бы записаться на какие-то курсы, где магов обучают сканированию пространства.

— Что находится под нами? — спросил я.

— Ничего, — удивлённо ответила Циана. — Башня парит в воздухе.

Я нахмурился и пошёл следом за своим туманом.

Впереди, в соседнем зале, нашёлся узкий лаз, перекрытый оплетённой решёткой. Якобы неприступный ход, намертво перекрытый зеленью. Значит, спрыгнуть вниз мог лишь маг, который как и я, может трансформироваться в стихию. Или превращаться во что-то маленькое. Или.. черт, да много что может быть в магическом мире, на самом-то деле.

Но с другой стороны, этот кто-то должен ещё и уметь летать, иначе люк в полу, ведущий в пропасть вокруг Хрустальной башни, ничем бы ему не помог.

Хотя нет, есть ещё один вариант. Убийцу могла ждать летучая рыба. А это значит, по академии рыщет как минимум, парочка маньяков, убивающих учеников академии навсегда…

12. Дом у цветов.

С тех пор, как мы с Цианой повстречали в библиотеке покойника, прошло три дня.

Тема одержимых стихией фрактала нигде так и не поднималась. Хотя я был в этом мире ещё слишком мало, чтобы знать все места, где могут собираться такие слухи. Будто ничего и не произошло. И это было куда более подозрительно, чем если бы меня вытягивали на откровенный разговор какие-нибудь местные слуги порядка, или хотя бы магистр.

Одно я знал точно. Если опасность угрожает всем, самое лучшее решение — становиться сильнее.

Мельхиор честнее мира-темницы. У меня те же возможности, что и у любого потенциального противника. У любого врага есть класс, уровень и пути развития. Остаётся лишь быть на шаг впереди.

Именно поэтому не найдя возможности встретиться с Ирис в тот день, я составил Ласке компанию в посещении магистра Джеро для занятий с контролем и концентрацией.

Девушка была только рада компании, а мастер огня даже не обратил на меня никакого внимания. Даже когда мы перешли к практике, и я выполнил все три задачи, удостоился лишь кивка наставника.

Намного лучше было бы познавать этот навык под руководством Ирис, но с другой стороны, подход другой стихии тоже может быть полезным.

В любом случае, главный вывод, который я сделал, это что контроль стихии и так моё самое сильное место. Высокая мудрость и приток маны позволяли мне творить магию напрямую, без заклинаний, достаточно продолжительное время. А главной проблемой в контроле был именно ограниченный запас маны.

— Он просто огневик, — пожала плечами Ласка, когда мы вышли из аудитории. — Здесь мало кто в состоянии оценить сложность работы с твоей стихией.

— Не думаю, что дело в этом, — я покачал головой. — Видела, как работали другие? Думаю, огонь намного хуже поддаётся контролю, чем вода. Из него сложно создать стабильную форму и ещё сложнее заставить пламя делать что-то несвойственное ему.

Огонь и правда вёл себя весьма своевольно, норовя выйти из-под контроля и вести себя более естественно.

— Да, огонь контролировать непросто, — согласилась Ласка. — Хотя я слышала, воздух ещё сложней. Воздушники и огневики вообще редко изучают эту дисциплину. Здорово, что мастер Джеро так хорош в этом и готов обучать даже такую, как я.

— Брось, Ласка! Ты ведь ничем не хуже других. Сколько у тебя контроля стихии?

— Шесть, — ответила девушка. — Но мне больше пока и не нужно. Для тени это не главный навык. Мне просто не хватает на одно полезное заклинание.

— И как, уже хватает?

Девушка смущённо улыбнулась.

А затем вдруг резко взмахнула рукой, и дёрнулась в сторону.

Мимо пролетели несколько кинжалов и ударились в стену напротив, развеиваясь маленькими чёрными облачками. Всё вместе походило на смайлик, хотя с учётом её силы очень скоро губы расплылись в зловещем оскале, а глаза расширились, сливаясь в жуткую харю кровожадного монстра.

Увидев это, девушка чуть нахмурилась.

— Здорово! Значит, вот почему твои кинжалы цепляют бесплотных чудовищ, — улыбнулся я. — Это магия тьмы?

— Нет, — девушка снова смутилась и спряталась за угольной чёлкой. — Нежить имунна к урону тьмой. Так что это только старый фокус с кровью...

— Фокус с кровью?

— Да.. в крови ведь содержится твоя мана и духовная сила. Это первое, чему учили бы в башне Крови, если бы она была открыта. Достаточно смазать оружие кровью, и оружие получит возможность вредить многим таким существам. Но это плохой метод. Лучше купи у светлых святую воду. Или просто набери в центральном фонтане библиотеки мастера Ирис.

Мда. Светлые факультеты Ласку явно не жалуют, как и мастер Воды не обрадуется ей в библиотеке. Так что у неё и возможностей особых нет.

— Если заранее, то можно ещё освятить оружие. В общей библиотеке есть формулы….

— О, Син! Ээ.. Ласка? — мимо шёл Терми в своей тёмной сине-бирюзовой стёганке. —

Рядом с ним шёл наш знакомый из соседнего домена. Лесат выглядел немного сонным, но при виде нас нашёл силы для улыбки.

— Привет смертные! — приветствовал нас он.

— Смертные? — хмыкнул я.

— Ну а что? Смертевики звучит лучше? — ещё шире улыбнулся книжник. Да, обитателей башни Знаний звали именно так, за герб с книжкой.

— Нас всего пятеро. Можно и по именам. Тем более, что к магии смерти из нас вроде бы вообще никто отношения не имеет.

— Кстати да, странно, — заметил Терми. — У всех, кто на одном факультете, есть нечто общее. Кроме нас.

— Ну, с нами как раз всё просто, — вздохнул я, припомнив слова Ирис. — Танатос единственный наставник жреческих классов вроде нас с тобой. Ласка, а ты за что сидишь?

— Ээ.. сижу? — тихо уточнила девушка. — Наверное… это из-за моей стихии…

Ей вопрос явно по душе не пришёлся. Или то, что ей пришлось в очередной раз напоминать, что она связана с магией пустоты.

Пустотников боялись и ненавидели. Не только Ласку, просто она была одной из немногих, о ком все знали наверняка. Обычно стихию пустоты все скрывали.

— Слушайте, а давайте поговорим по пути, — Лесат улыбнулся, будто ничего не произошло. — Син, Ласка, как на счёт перекусить? Мы в Дом под цветком. Го с нами?

— Я.. пожалуй, пойду, — Ласка улыбнулась и шагнула в сторону, но я её остановил.

— Погоди. Что за Дом?

— Ты там ещё не был?! — удивился Терми. — Как ты тогда жив до сих пор? Ты чем питаешься, праной?

Вообще-то вопросы продовольствия решали крысы. Продолжая аналогии с домашними эльфами, незуми исполняли любые приказы, кроме откровенно самоубийственных. И если вдруг понадобятся какие-то простые общедоступные материалы или продукты, то всегда можно было просто найти ближайшего крыса.

Дальше.. не знаю что делали другие. Но лично я с помощью контроля ослаблял кипящий гнев и просто готовил на пару. Рискну предположить, что Сайрис смастерил для этого что-то вроде плиты, а Дракоша просто жарила всё огненной магией. А вот Терми.. даже не знаю. Разузнал где в академии что-то вроде столовой?

Сам Дом был просто пристройкой к мосту в сторон башни Земли. Собитсвенно, его и прозвали так потому, что стараниями друидов сюда дотянулся светящийся цветок корнецвета, разросшийся до внушительных размеров. По этой причине здесь было довольно светло.

— Мы здесь часто перекусываем с Лесатом, — пояснил пилигрим. — Всё за счёт академии!

— Я как-то ещё не сталкивался со здешней валютой, — заметил я.

— Медь, серебро, золото — всё как в классике, — улыбнулся книжник. — Но внутри академии другие расчёты. Это всё во внешних доменах.

— И что там, за пределами академии? — воодушевился я.

— Почти то же самое, только побольше, — отмахнулся Лесат. — Маленькие городки внутри города. Через год и вас выпустят — насмотришься. Я всяко сижу тут, хоть и могу гулять где угодно.

— Зачем вообще это правило с первым годом? — спросил Терми.

Лесат пожал плечами и подозвал незу.

— Они же здесь не готовят, правда? — с подозрением спросил я.

— Не, на подхвате, как всегда, — улыбнулся Лесат. От него вообще, похоже, всегда веяло оптимизмом.

Вскоре на столе оказалась вполне приличная простая пища из грибов и острой рыжей лапши. Принесший её крыс низко поклонился, прижал поднос к телу и пошёл прочь в сторону кухни.

Ласка недоверчиво осмотрела свою тарелку, а затем чуть наклонилась и принюхалась. Затем подозрительно ковырнула двкуколкой лапшу, намотала небольшой кусочек и задумчиво отправила в рот.

— И каково оно, быть единственными двумя жрецами в Доминионе? — начал разговор Лесат. — Никого с вашими классами я больше не знаю.

— А ты знаешь все классы у всех учеников? — улыбнулся я.

— Жрецы это отдельное направление, Син. Совсем другие навыки и всё остальное, — книжник ответил такой же улыбкой. — У вас вроде как даже главная характеристика другая. Мудрость, да? Кроме вас никому высокая мудрость нужна разве что друидам. Может, хоть намекнёшь на ветки развития?

— Как видишь, пока что я развиваюсь только как маг, — я пожал плечами. В конце концов мне и впрямь было нечего ответить по своему второму классу. — Концентрация, контроль, санацая…

Я развёл руками. Про трансформацию пока говорить было рано, да и надо ли?

— Ну, это стандарт для мага-целителя. Терми говорил, ты хиллер, да?

— Именно, — кивнул я. — Облачный целитель, если точнее.

Я чуть поднял руку и призвал небольшой шарик горячего пара.

— Редкий путь, — кивнул Лесат. — Знавал я одну девчонку с классом пароманта. Забавная такая.. жаль слишком ревнивая. А у тебя, Тер? У тебя ведь только одни класс?

— Ты же и так знаешь все мои секреты, — хмыкнул пилигрим. — Я больше простой мечник с парочкой магических способностей. А от жреца у меня только пара молитв. Навыков специальных нет.

— Погоди, про молитвы ты мне не рассказывал, — оживился Лесат.

— Могу создать поле тишины, — равнодушно ответил Терми. — Толку только с того. Вот фрактал да, имба…

— Я бы на твоём месте не сильно распространялся о твоей стихии, — заметил Лесат. — Ты ведь слышал о тех случаях?

Я навострил уши. Эта тема нигде при мне не поднималась, да и магистры академии не спешили как-либо демонстрировать инетрес к этому вопросу.

— Ты сам всё видел, — нахмурился Терми. — Был же с нами тогда на взлётном круге.

— Я-то был… но тут беда скорее в том, что подумают окружающие, — покачал головой Лесат. — Так-то фрактал там совсем по другой причине. Но это всё равно не повод лишний раз напоминать о себе. Это так.. просто совет от друга.

— Постой, — вмешался я. — А по какой причине? Знаешь что-то интересное?

— А ты, — хитро улыбнулся Лесат.

— Видел место одного из.. случаев, — не стал скрывать я. — Погиб огненный маг.

— О как? Ну, я знаю не так много. Просто мой магистр заинтересована этим случаем. А я люблю ей помогать, — в улыбке книжника появилась хитринка. — Одержимость вызывает передозировка какой-то дряни… кажется, это называется «чёрный дым».

— Наркотик? — понял я.

— Не совсем. Для нормальных да. Но для пустотников он только снимает одержимость на некоторое время. Вот они и травятся… — Лесат осёкся, наткнувшись взглядом на Ласку. — Ой, извини.

— Ничего… — тихо буркнула девушка. — Я понимаю их. Но у меня другие методы ослабления проклятия.

— Здесь интереснее другой момент, — продолжил книжник. — Фрактальная одержимость обычно проявляется как безволие. Здесь же была прямая агрессия. Я слышал про то, что на одного огневика стало меньше…

— Я видел тело. Кто-то убил его оружием со способностью стихии фрактала. От ножа исходило что-то вроде дымки из белых кубиков…

— Кхм, младшие ученики, — неожиданно послышался грубый голос за моей спиной.

Я обернулся и увидел высокого мужика в сверкающей кольчуге, на которой красовался глаз, символ башни Отрицателей. Мастера антимагии.

— М-м? — с улыбкой отозвался Лесат.

— Что с вами за столом делает это отродье? — спокойно спросил он.

Я сжал кулаки, а вокруг сами собой начали собираться капельки кипящей воды.

— За этим столом сидят мои друзья, — отозвался Лесат, чем вызвал удивление Ласки и десяток баллов уважения у меня. — Это я их сюда пригласил.

— Твоё какое дело, книжник? Или ты забыл, кто такие пустотники? Вроде бы это ваш домен постоянно бегают пожрать эти монстры? Хорошо, что мы всегда готовы помочь в борьбе с ними.

Диалог вёлся явно не такой простой, как могло показаться. Значит, в домене книжников проблемы с пустотниками, а эти помогают отбиться?

— И спасибо вам за это. Но ты знаешь, что Лакомки с Таном дружба? Меня попросили провести экскурсию нашим союзникам. Все остальные вопросы к магистрам.

Парень тсыкнул и отвернулся, больше ничего не сказав. Только хотел было на прощанье плюнуть в сторону Ласки, но слюна превратилась в пар прямо у него под носом и полетела вверх.

Отрицатель побагровел и пошёл прочь.

Ласка съежилась и уставилась себе на колени.

— Извините… это моя вина…

— Да какая тут твоя вина в чужом идиотизме, — возразил Лесат.

— Но я и правда могу быть опасна…

— Не парься так из-за этого. Будь ты опасна, тебя бы сейчас с нами не было. Магистры не дураки. Ты ведь нава по расе. У вас от природы большая сопротивляемость пустоте. Любой другой бы на твоём месте давно уже слетел с катушек и устроил бойню. А ты держишься. Вот даже этому придурку не ответила. Ты же первая в рейтинге, что тебе какой-то средненький отрицатель.

— Вообще-то их там девять, — заметил Терми, глядя в сторону дальнего столика, где с неприязнью поглядывая на нас, о чём-то переговаривались отрицатели.

— А знаете что? — улыбнулся Лесат. — Давайте прогуляемся наверх. В башне Земли отличный сад. Еду хватайте с собой.

На третьем этаже башни был разбит сад под куполом с корнецветами. Растения уже теряли яркость, потому здесь царил полумрак.

Повсюду раскинулись цветущие растения в огромных горшках. От мелких кустарников до настоящих деревьев.

Ближе к краю находились механические рыбы. Видимо, у магов Земли в башне была своя стоянка.

Лесат подошёл к краю и беспечно уселся на край.

— Здорово быть любимчиком магистра, — заметил Терми.

— А то! — не стал отпираться книжник.

— Кстати, а у книжников как с пустотниками? — на всякий случай спросил я.

— Да как у всех. Хотя при виде нашей подруги они скорее разбегутся, чем решат напасть. — вздохнул Лесат. — Но вообще это мутный факультет. У них самих пару раз выявлялись пустотники. Обоих устранил мастер Стерх. Но жертвы всё равно были.

— Пустотники есть на каждом факультете? — задумчиво спросил я.

— Бывает, — равнодушно пожал плечами Лесат. — Мне вот что интересно, раз уж мы тут собрались. Кто что думает обо всём этом?

— О чём — обо всём? — не понял Терми. — Имеешь ввиду этот мир?

— Что-то вроде. Каким вы видите наше будущее?

— Звучит так, будто ты собираешься заманить нас в секту, — заметил я.

— Да так, просто собираю мнения. Твоё особенно интересно — не так часто Ректор снисходит до разговора с простым учеником. Или не очень простым, Син?

— Ты был у Ректора? — удивился Терми.

Терми тоже посмотрел на меня заинтересованным взглядом. Да и Ласка, хоть и спряталась снова за своей чёлкой — эмпатию не обманешь.

— Это такая редкость? — отпираться было бессмысленно. Я в общем-то, и не пытался это скрывать. Хотя, конечно, говорить всего я не буду.

— Иногда случается, — кивнул Лесат. — Но для большинства это обходится амнезией.

— Что ты помнишь о своём прошлом, Лесат? — решился я спросить после долгой паузы.

Ласка вздрогнула и опустила голову. Я увидел, как она сжала руки в кулаки, и эмпатия почуяла страх.

— Мало что, — кивнул книжник. — Но я понимаю, о чём ты. Среди безымянных многие помнят о прошлом. Да и среди учеников были случаи. Но не припомню, чтобы кто-то из-за этого удостаивался аудиенции.

Вот как? Если сами воспоминания о другом мире не настолько редкий случай, то кое-что я могу сказать.

— Я напомнил ему об обещании. Он кое-что обещал мне перед тем, как я оказался здесь.

— Интересно, — улыбнулся Лесат, призывая продолжить. — Что же за обещание дал великий Ректор простому ученику?

— Зачем ты здесь? — спросил я у книжника в ответ.

Лесат такого вопроса не ожидал, поэтому сделал паузу и заудумаося.

— Для меня это вопрос даже не в том, зачем я здесь. Вопрос — почему я ушёл оттуда? Что ты помнишь о прежнем мире, Син? Нищету, безысходность, войны, болезни..?

— Хватит! — не выдержала Ласка. — Не призывай её сюда!

Кого — реальность?

— Как скажешь, — миролюбиво поднял руки книжник и помотрел на меня. — Я просто хотел оттуда свалить. Как и многие.

— Я не помню сам переход, но.. у меня точно нет причин хотеть обратно, — добавил Терми. –Это мой второй шанс, или что-то вроде этого. Полагаю, сюда шли те, кому в первую очередь нечего терять.

— У меня причина была, — тихо сказал я. — У всех причина была. Каждый давал своё согласие. А стирание памяти… издержки перехода или необходимое зло. Тут не скажу — могу лишь гадать.

— И зачем перешёл ты? — спросил Лесат.

Ласка испуганно сжалась, но вместе с тем чуть приподняла голову. Эмпатия прочитала страх, смешанный с любопытством.

— Я.. да, помню. Я потерял нечто ценное, что невозможно вернуть. Там принято считать, что невозможно, — я поправился. — Но если хоть десятая часть слов Ректора — правда, я не отступлюсь и сделаю это невозможное.

— Я ушёл от проблем, — неожиданно признался Лесат. — Помню совсем немногое, но этого достаточно. Мир-темница забирает нечто большее, чем просто свободу. Он за забирает мечту. Но ты единственный, кто что-то говорит о том, чтобы вернуть утраченное. Хочешь вернуться туда?

Ласка при этих словах побледнела, хотя куда уж больше. Было видно, что этот разговор ей сильно не нравится, но что-то держало её рядом. Девушка будто зависла в собственном страхе и смотрела в одну точку.

— Я слишком хорошо помню их лица, — неожиданно даже для себя сказал я. — Их улыбки, их тепло. Я и тогда ценил эту связь, а сейчас понимаю, что жил только ради этого. У меня была большая и очень дружная семья, и за какую-то неделю я потерял всех. Каждый человек это отдельная вселенная… Самое ценное в мире — это чувства людей, их память и жизни. Ректор пообещал мне месть, но… я хочу большего. Мне нужен способ вернуть всех, кого отнял тот мир.

— Вернуть? — неожиданно выпалила Ласка. И тут же смутилась, даже сделала едва заметный шаг назад.

— Почему-то принято считать, что смерть неотвратима, — я скривился. — Но в Мельхиоре это и близко не так. Я уже вытаскивал в бою товарищей с того света.

— Бро, не хочу тебя расстраивать, но воскрешение даже здесь очень зависимо от времени. По сути ты просто восстанавливаешь тело и возвращаешь душу. Всё что дальше — это некромантия, и души там уже никакой нет…

— Брось, Лесат! В этом мире полно условностей! Способности становятся сильнее, допустимое время растёт. Это всего лишь вопрос прокачки.

— Но в том мире нет никакой магии, — добавил книжник.

Пока нет, — едва е вырвалось у меня. Но это был бы уже намёк на великие планы Ректора. На этом разговор на эту тему стоит сворачивать.

— Пока что у меня и здесь такой силы нет, — я улыбнулся и развёл руками.

— Даже не знаю… Если такая сила здесь и существует, то она доступна разве что богам.

— Значит, придётся стать богом, — улыбнулся я.

13. Магистр Смерти.

В дверь постучали. Вернее в то, что прежде называлось дверью. Последняя устроенная Танатосом проверка лишила всех, кроме Ласки, и того хлипкого входа, что был. Разве что оставалась по-прежнему закрытая шестая дверь, которая и тогда не интересовала монстров, и сейчас была неприступной твердыней.

Мы с Терми и Лаской вернулись достаточно поздно. Причём девушка умудрилась исчезнуть не попрощавшись, где-то в коридорах башни Смерти. Настроение было отличным, поэтому я не спешил спать, решив перед сном продолжить разбирать инвентарь.

Большую его часть занимали семена разнообразных растений, образцы фруктов и алхимические ингридиенты. И если с растениями и грибами было ещё примерно понятно — система пусть не всегда достаточно подробно, но описывала весь этот хлам, то со всякими более экзотическими штуками это работало намного хуже.

— Да, войдите, — не глядя ответил я, мрачно рассматривая черноту в яме под моей комнатой.

— Сап, ходячий обогреватель. Вижу, ты не спишь. Есть минутка? — послышался голос инженера с той стороны.

— Да, Сайрис, входи. Что там?

— Да так, есть одна бытовая идейка. Я тут собрал кой чего на досуге. Зайдёшь ко мне?

Дверь в его комнату больше не выглядела как прежде. Сейчас это была массивная металлическая конструкция, которую далеко не каждый монстр был способен выломать силой. Сам инженер легко повернул ручку и открыл вход, но подавляющее большинство встреченных нами чудовищ до этого бы не додумались. К тому же, почти уверен, что есть в ней и свой замок, и даже какая-нибудь ловушка — как следует шибануть током излишне настойчивого гостя.

Но самое интересное было внутри.

До этого я как-то не посещал его комнату, но теперь понял причину постоянного шума оттуда.

Дыры в полу в его комнате не нашлось. Но не нашлось в ней и окон. Вообще никаких. Печальное место, отлично подходящая для склада каких-нибудь стройматериалов, но никак не для жизни. Хотя после вмешательства инженера помещение начинало приобретать скорее вид мастерской.

Сайрис Серокрыл за короткое время с его появления здесь уже успел сильно изменить под себя это место. На полу валялись непонятные детали и части устройств. В углу стоял полуразобранный механизм, напоминавший связанного со сферой гуманоида.

Были здесь и другие непонятные агрегаты, но их даже описать было сложно без специальных знаний. Это могло быть что угодно, как какой-нибудь генератор, так и просто груда спаянной меди со множеством проводов.

Но позвал он меня ради одной конкретной конструкции. Она была и впрямь занимательна, хоть и назначение её я понял не сразу. Всю комнату инженера покрывало множество витееватых труб. Они оплетали все стены на манер…

— Батарея! — догадался я.

— Агась, — расплылся в улыбке бородач. — Только нужно по ним воду пустить.

Вот и ответ, почему он решил поделиться своими изысканиями со мной…

— Звучит неплохо, но я что тебе, кипятильник? Мне сидеть твоим личным обогревателем рядом?

— Зачем сидеть? Я проведу несколько труб к тебе, и будешь себе радоваться жизни в тепле.

— Не отпуская трубы, — скривился я.

— Отопление, конечно, не совсем моя тема. Я как-то больше по электричеству. Но нагретая система будет сохраняться несколько часов. Примерно часа четыре, может больше — тут смотреть надо. В будущем я и генератор сообразить смогу, но спать в холоде как-то не охота.

— Тогда может, и остальным проведём? — предложил я.

— Может, — с неохотой согласился инженер. — Только мне впадлу. Хотят — пусть сами придумают, что мне за это будет.

Справедливо, хотя и сурово.

— Ладно, идёт. На первый взгляд идея и впрямь неплоха. Только ты потом и генератор на двоих сообрази, ладно?

— Не вопрос, братан. Ну, тогда запускай воду. Вот сюда плз, — Сайрис открыл вентиль на самой толстой трубе, поднимавшейся вертикально вверх.

Я хотел было призвать туман, но в следующий миг остановился, поражённый внезапной мыслью:

— Кстати, Сай, а откуда ты взял всю эту систему?

— Доверься мне, я инженер! — на бородатом лицее Сайриса расплылась хищна улыбка.

— Нет, сами трубы. Не в инвентаре же ты их нашел?

— Кой-чего в инвентаре, но по большей части принесли крысы, — ответил Сайрис.

— Крысы? Незуми?

— Агась. Они здесь везде, как блохи на шкуре мусорной псины. Позови незу, и они явятся, готовые лобызать твои пятки.

— И они вот так просто собрали тебе столько готовых труб? — уточнил я.

— Агась, — повторил Сайрис. — Нашли где-то, а я уж собрал. Ну и как чёрнорабочие для простых задач, тоже... Так чё, воду льёшь или как?

— Лью… только ты говорил там что-то на счёт оплаты, — ухмыльнулся я.

— Щи, — деланно огорчился инженер. — И чего ты придумал?

— Да так, развитие твоей идеи в свою сторону, — отмахнулся я. — Сможешь потом сделать мне трубы по заказу с той же системой? И заодно дверь такую же, как у тебя.

— Тогда я к тебе и подведу вывод пара, будешь топить сразу на две комнаты, — Сайриса мои пожелания нисколько не смутили.

— Сделаю. Может, пара-тройка дней и будет готово, — инженер показал большой палец, а на бородатом лице засияла улыбка.

— Тогда по рукам, — кивнул я, и принялся наполнять трубы горячим паром.

— Давай, приступай, — наконец, сказал Сайрис.

Вскрыв вентиль, я просто засунул руку внутрь и принялся собирать влагу, кастуя туман и с помощью контроля прогоняя воду внутрь.

Сконденсировавшаяся влага начала медленно заполнять сложную конструкцию из хитросплетения труб. Зажурчала вода и в комнате инженера начало становиться заметно теплее. Затем я активировал кипящий гнев и начал поднимать температуру выше.

Вскоре в комнате стало немного жарко. Сайрис открыл дверь и сбросил мантию. На лбу проступили капельки пота.

— Круто, работает! Ну, бывай тогда, — я улыбнулся и направился к выходу.

— Погоди.. сделай хоть чуток прохладней… не будь извергом!

— Попробую, нагревание мне как-то легче даётся, — мне температура не доставляла никакого дискомфорта.

Проходя мимо новой двери на выход, я снова поразился тому, насколько хитрая это была задумка. Когда внутри труб раскалённый пар, любой незваный гость получит ожоги при попытке войти внутрь.

Жаль, что Танатос наверняка под такую красоту натравит на нас призраков или костяков, которым плевать на температуры…

— Незуми! — крикнул я в дыру в полу, едва вернулся в свою комнату.

Ответ не заставил себя долго ждать.

Послышалось шебаршение, далёкий писк где-то внизу и вскоре снаружи появились три крысака в обносках. От обычных крыс их только и отличали лишь это тряпьё и попытка ходить на задних лапах.

— Д-да гошподин, — испуганным дрожащим голосом спросил первый крыс.

— Мне нужна ткань и рейки. Много ткани и много реек. Даже лучше железных прутьев. Это возможно?

— Конешно, гошподин, — отчаянно закивал головой крыс. Видимо, ждал от меня какой-то подлянки.

Я хмуро осмотрел края квадратного колодца, затем достал факел и посветил вниз. Удобно, что можно их прятать в инвентаре в сразу горящими.

Из тьмы проступили рваные куски каменной конструкции, из которой торчали ржавчины рейки.

Прежде мне казалось, что колодец в комнате был задуман строителями с самого начала, но теперь я в этом несколько сомневался. Скорее, его сделали позже, и довольно грубо. Вырвав часть пола с помощью магии, не иначе. Но для моих целей так было даже лучше — будет к чему привязать.

Троица крыс исчезла во тьме провала, нырнув в колодец. А спустя уже минут пять-семь в комнату начали входить невысокие крысолюды, неся на себе обрывки сшитых тряпок и металлические рейки. Вскоре незуми заполонили всю комнату. Серые и бурые шерстки, розовые усатые носы, писк и бесконечный поток материалов.

— Гошподин.. прощения прошу. Говорить можно? — спросил крысолюд с бегающими маленькими глазками.

Я придирчиво осмотрел материалы, которые достали крысы. Неплохо, но, пожалуй, этого будет мало, чтобы сделать задуманное.

— Уже закончили? Это всё, что удалось найти? — удивился я. Как-то скудно после того, что Сайрису они смогли отыскать пригодные трубы.

Но крыс лишь задрожал хвостом и покачал мордой:

— Гошподин.. магиштр Танатош прошит ваш срочно прибыть к нему.

* * *

Прибыть он просил, как выяснилось, не только меня. И это радовало. Не хотел бы я оставаться с этим типом наедине. Но какого чёрта ему от нас нужно? Да ещё и так поздно, посреди ночи…

Терми, второй приглашённый, стоял рядом и точно так же не знал, чего от него хотят.

Танатос стоял спиной к нам, глядя в синие окна своего святилища.

Это было то же место, где мы не так давно встречались с выводком скелетов, так что было здесь нам весьма неуютно, не смотря на всю красоту витражных стёкол и резных высоких окон.

Я поднял взгляд к потолку, где словно под куполом святилища были нарисованы какие-то картины. Но разглядеть их в полумраке помещения было невозможно. Свет почти не проникал через окна, так что здесь всегда было сумрачно.

Пахло тоже необычно. В первый раз я не обратил внимания, но сейчас чувствовал запах сандала или ладана. Слабый и смешанный с ароматом мха.

— Терми и Синаэль, Тишина и Покой… — задумчиво проговорил Тан, рассматривая каменный алтарь перед собой.

Подняв руку, он резко провёл по воздуху перед глазами, и его пальцы воспламенились неестественным зелёным пламенем. Я невольно вздрогнул — именно в этом потустороннем зелёном огне в прошлый раз здесь появились скелеты. Такой едкий, кислотно-зелёный в этом мире был цветом магии Смерти.

Но сейчас магистр лишь зажёг перед собой длинный ряд расставленных на алтаре свечей.

Вот откуда был запах. Его издавали сами свечи, а вовсе не ароматические палочки, как я подумал изначально. На вид свечи были самыми обычными, если не считать цвета огня, но сделаны они были явно не из воска.

— Что-то нужно? — спросил я у магистра.

— Разве я разрешал говорить? — в голосе Танатоса послышалось сожаление, даже какая-то обида.

Наконец, он обернулся к нам и тяжёлым взглядом обвёл сначала пилигрима, затем — меня.

— Рад, что вы решили зайти, — сказал он с лёгкой насмешкой.

— Вообще-то уже ночь, — не смог не заметить я, заранее смирившись с магической пластинкой на рту для самых говорливых.

Но на этот раз магистр Смерти не стал затыкать нам рты, и даже нормально ответил:

— Вы всё равно не спали, — сказал он. — А время — самый ценный ресурс. Так к чему его тратить попусту?

Терми просто кивнул.

— В академии нет преподавателя жреческой науки, поэтому я буду тренировать вас в этом лично, — спокойно сказал Танатос. — В башне я бываю не очень часто, так что славно, что вы решили дождаться меня.

Ага, вот именно тебя, хмыря, и ждали. Интересно, кстати, чем был занят Терми? Вид у него был совсем не сонным, скорее — задумчивым.

Поняв, что возражений не будет, Тан продолжил:

— Посмотрим, каких жрецов из вас можно сделать. Тем более, что наши боги во многом имеют схожую природу, — здесь он сделал паузу и снова внимательно посмотрел то на меня, то не Терми. — Я уже видел твою силу в действии, иерей. А как на счёт тебя, пилигрим? Что дала тебе мёртвая богиня?

— Мёртвая? — удивился Терми, впервые проявив какие-то эмоции с тех пор, как пришёл в святилище магистра.

Тан на миг задумался, будто прикидывал в уме, стоит ли отвечать на этот вопрос. Но и на этот раз ответил нормально:

— Твой бог Тишины мёртв, ученик, — тут он кивнул в мою сторону и добавил. — Как и твоя богиня Покоя. В этом мире есть лишь один бог — Смерть. Скорбящая мать Мортис, чьими дочерями были ваши покровители.

— Если они мертвы, то кому мы читаем молитвы? — спросил я.

— Ваши силы жрецов зависят от артефактов, которые привязаны к вашим душам. Твой посох, Синаэль, и твой амулет, Терми. В них заключены осколки душ ваших богов и от них же зависит ваша сила.

— То есть, если мы их потеряем, то лишимся способностей? — спросил я.

— Посмотри на свой артефакт через инфо, — ответил Танатос.

Проводник воли Нефтис.

Редкость: легендарный.

Материал: фосфофиллит, древо Покоя.

+ 4 к параметрам воли и мудрости. +4 к навыку контроля. +2 к могуществу заклинания:

Масштабируемый. Самовосстанавливаемый.

Стихийная привязка: вода.

Привязка владельца: Синаэль тар Мантикор.

Потерять, передать, продать — невозможно.

— Нельзя передать? — понял я.

— Отдай его мне, — спокойно попросил Тан. — Или ему, — добавил он, кивнув в сторону Терми, — сам поймёшь.

Я протянул посох Терми. Не то, чтобы сомневался в написанном, но лучше и впрямь понимать, как это работает.

Пилигрим неуверенно взял посох в руку. И посмотрел на меня. Ничего не произошло.

Сначала. А что случилось потом я даже понять не сразу успел.

Затем глаза Танатоса угрожающе расширились, в руках рыцаря смерти появился огромный двуручный меч, который он занёс над головой. Со шлейфом зелёного пламени клинок полетел в мою сторону, так что я едва успел в последний момент активировать водное тело. Уклониться от удара столь могучего и опытного существа с моими навыками было невозможно.

Но увы, это не помогло. Даже после превращения моей ноги в воду, клинок отсёк её, прервав заклинание водного тела и выбив меня в физическую форму. Боли не было, должно быть из-за магии. Но тем не менее я повалился на каменный пол в лужу собственной крови.

Регенерация

Заклинание слетело с вершины посоха, крепко зажатого в моей правой руке.

Я сам не до конца понял, как это случилось. Он просто оказался там, став проводником целительной магии.

— Пилигрим, теперь попробуй передать свой амулет Сину, — с лёгкой улыбкой попросил Танатос ледяным голосом. Наверное, впервые на моей памяти этот гад улыбался. Вот же чёртов садист.

— Не-не, я всё понял, — протестующе поднял руки Терми.

— Славно, — кивнул магистр. — Вставай, Син. Разве я давал приказ лежать на полу?

— Чего тебе от нас нужно? — с неприязнью спросил я у магистра.

— Чтобы ты не был ноющим слабаком, — скривился Тан.

— С таким обучением мы быстрее сдохнем, — неожиданно поддержал меня обычно куда более спокойный и оптимистичный пилигрим.

— Значит, сдохните, — равнодушно пожал плечами магистр Смерти. — Но если кто-то из вас протянет годик до экзамена, будете мне благодарны.

— Что ещё за экзамен? — осмелился спросит Терми.

— Волны, — отмахнулся Танатос. — Насмотритесь, если будете живы. Вернёмся к сути. Сомневаюсь, что вам это сильно поможет, но Ректор решил, что вам нужно знать основы жреческой мантики. Я научу вас двоих проводить ритуалы и некоторые обряды. Для этого вы будете приходить ко мне сюда каждые три дня. Это понятно?

Мы с пилигримом не ответили ему ничего. Но магистр Смерти в нашем ответе и не нуждался.

— Хорошо. Тогда приступим к первому уроку. Сегодня я дам вам только основы. Постарайтесь усвоить и развить их к следующему уроку достаточно, чтобы выжить.

* * *

От магистра мы вышли под утро. Даже не знаю, чем он руководствовался, устраивая для нас внезапное ночное занятие. Действительно знал, что мы не спали могли продержаться на его занятиях не уснув? Экономил время? Хотел устроить очередной тест, на этот раз на выносливость?

— Что думаешь, дружище? — спросил меня Терми, когда мы покинули святилище Танатоса.

— Что этот Танатос — конченый псих, — после тяжёлого вздоха ответил я.

— Это-то понятно, — отмахнулся пилигрим. — Я о самой науке.

Я призвал логи. Танатос обмолвился об этом слове силы вскользь, будто мы и так его должны знать, но для нас обоих оно оказалось в новинку. Работало это так же, как и в игре, призывая полупрозрачную плашку со списком последних действий.

Штуковина была довольно полезной. Хоть бы и потому, что всё в них представало в более понятной формулировке, зачастую даже с конкретными цифрами. Многие действия расписывались с указанием шанса успеха или даже пояснением, почему то или иное занятие провалилось.

Сейчас, после долгого и крайнее неприятного урока магистра Смерти, последним там значилось:

Получен навык: ритуалистика. Текущий уровень — 1.

Разумеется, мы могли влить в него очки навыков. На старте в этом мире нам их отсыпали щедрой рукой по количеству уровней в наличии. Вопрос был лишь в том, насколько он вписывается в наш стиль боя и задуманный план развития.

Вот чем конкретно эти знания помогут мне, с учётом того, что все мои жреческие навыки дублировали или дополняли целительские.

Что такое ритуалистика? Если вкратце, что-то вроде контроля для мага, только для жреческих классов. Соответственно, и ограничена она была не пятнадцатью единицами моего интеллекта, а двадцаткой мудрости.

Там же Тан обмолвился, что именно на двадцатом уровне навыка ритуалистика даёт какой-то свой особенный бонус.

— Не знаю, — честно ответил я. — Бонус на двадцатом уровне — это интересно, но стоит ли это целых двадцати очков? Что-то я не уверен.

— Двадцати? — удивился пилигрим. — Хренасе у тебя мудрости! Впервые слышу о характеристике с двадцаткой!

— Ещё посох даёт плюс четыре, — хмыкнул я.

— Тогда у тебя должны быть очень крутые молитвы, — заметил пилигрим. — Я всего до девятки вкачать могу. С амулетом чуть больше, но толку…

— А что у тебя за способности? Что делают пилигримы из жреческого?

— Могу приглушить звуки, развеять магию, создать купол бесшумности и оглушить врага, — на этот раз Терми описал свои возможности чуть шире, чем в столовой.

Значит, всего на одну молитву меньше, чем у меня. Выходит, получают их не за мудрость. В отличии от навыков мага, которым интеллект давал слоты для заклинаний, здесь используется какой-то иной принцип.

Мудрость и впрямь играла важную роль для жреца, увеличивая силу воздействия всех способностей. Нужно будет обязательно опробовать их как следует. Что-то мне подсказывает, Танатос этим озаботится лично в самое ближайшее время. Наслав каких-нибудь особых монстров.

— Но тратить на непонятную ритуалистику девятнадцать очков..? — вслух размышлял я. — Вместо этого можно было бы сносно научиться махать мечом, например. Или взять что-то более полезное для мага.

Что ж, об этом стоит узнать больше в библиотеке.

— Я точно этого делать не буду, — пожал плечами Терми. — У меня тут ветка развития по стихии просто зашибенная. Развитие ветки жреца или навыков мечника и рядом не стояло со штуками, которые…

— Помогите! Кто-нибудь! Боги! А-а-а!! — раздался где-то неподалёку панический крик.

Мы с пилигримом переглянулись, и не сговариваясь, отправились на него.

14. Стихийные одержимые.

Едва мы завернули за угол одного из бесконечных узких переходов, как нам навстречу выглянуло это.

Правда то, что мы имеем дело с врагом, мы не сразу поняли.

Этим было вытянутое гуманоидное тело из полупрозрачной тёмной субстанции. Вытянутая туша из тёмной дымки — без глаз или иных отличий. Такая себе ожившая и вставшая тень, сохранившая искажённые пропорции.

Обнаружил неприятность Терми. Видимо, чувствительность к стихии Фрактала его и уберегла.

Пилигрим отшатнулся и выставил перед собой фрактальный щит из полупрозрачных прямоугольников.

Когти твари скользнули по одной из них, а затем последовал второй удар, разбившийся о защиту. Тварь на это отреагировала резким снижением, а её когти зажглись белоснежным сиянием, исходившим фрактальными кубиками…

Терми отреагировал, запустив шар из таких же кубиков в тварь. Но впервые на моей памяти враг сумел обойти большую часть урона фрактальной стихией.

Значит… фрактальная тварь? Но откуда? Это уже точно не проделки Танатоса.

╡╢╣╤╥╦╧╨, 27 уровня.

Стихия: фрактал.

Такой маленький уровень и такая огромная сила!

— Да обретёшь ты покой в объятиях её! — прошептал я скороговоркой слова молитвы.

Текст вновь будто возник в моей голове, и сам вырвался наружу с моими словами.

По описанию это жреческое умение «молитва Покоя» должна была успокаивать цель. Так и вышло, даже немного чересчур, — тень осела на пол бесформенной тучкой.

Но следом к нам потянулась ещё одна такая же тварь. Завидев нас, существо потянулось длинными тёмными лапами, вместе с тем проступая отчётливее и принявшись исходить знакомыми белыми кубиками на самых кончиках своих конечностей.

В башне противник чувствовал себя как дома. Высокие и узкие коридоры как раз идеально подходили их высокому росту и узеньким телам.

Пилигрим сразу же выпустил в голову врагу новый белый шар, и тварь отшатнулась, получив небольшой урон.

Терми устремился к упавшему монстру и усиленным ударом вспорол теневой твари брюхо, выпуская на волю новый сноп белых кубиков.

— Проклятые твари! Боги, да что же это?! — на этот раз голос был женским.

— Туда! — ткнул пальцем я в правое ответвление тоннеля.

Верный посох принял вид ветвистой серой палки, на вершине которой запульсировала бирюзовая магия в хрупком фосфофиллите.

Звук боя и возни был уже где-то совсем рядом. Никогда прежде я не заходил в эту часть башни. Кажется, здесь наша часть Оазиса граничит с факультетом земли.

— Кей.. Кей, пожалуйста, не надо! Кей, хватит! — посышался всхлип и звук удара.

Впереди расстилалася крохотный внутренний дворик с высокой башенкой с винтовым подъёмом вверх. А внизу, прижавшись к стене, отбивалась солнечная эльфийка. Рыжие волосы выделяли её на фоне обступивших теней, а в руках пульсировал изогнутый посох с зелёной силой магии природы.

— На тебе тени, — остановил я товарища, — займи их ненадолго. А я возьму на себя призывателя. Не будет его, не будет и теней.

Пилигрим кивнул и принялся заготавливать белый шар.

Я же внимательно посмотрел на главного противника. Саммонер. Незнакомец со светящимися язвами на лице смотрел безумными глазами на валявшийся у его ног труп. Похоже, парень был невменяем и творил какой-то ритуал, пробуждавший покойника к жизни. Только вместо зелени некромантии его руки исходили множеством кубиков.

Уже спустя миг тело дрогнуло, а на месте ран начали появляться белые вспышки всё той же фрактальной магии. Нападать в лоб и с расстояния — плохая затея с моей слабостью в атакующей магии. Упор стоит делать на навыки жреца. Пусть их и мало, но из-за высокой мудрости они никогда не подводили.

Я применил водное тело и выпустил туман. Затем облачными владениями я начал ощущать себя единым потоком со своими заклинаниями. Вся вода вокруг стала мне подчиняться — фактически всё поле боя могло стать источником моей магии воды — теперь я мог применять её без участия рук или посоха.

Казалось бы, идеальная тактика. Не появляться самому в зоне видимости и насылать атакующую магию из-за угла, не попадаясь под ответный удар. Не каждый враг догадается атаковать пар или воду, да и не каждый сумеет это сделать.

Но вот этот ублюдок сумел.

Меня будто бы обожгло кислотой. Стало больно, одновременно жарко и холодно. Я едва успел отменить заклинание и выпасть из потока водного пара на каменный пол. Не знаю как, но враг безошибочно меня определил и сумел ранить чем-то вроде белой сферы Терми.

— Семь, пятнадцать, сорок восемь! — расхохотался безумец, странно наклонил голову на бок и побежал ко мне.

Руки противника превратились в две белые клешни из сонмов кубиков.

Я сформировал на его пути облако раскалённого пара, а сам отпрыгнул. Но боли враг, видимо, не чувствовал. Даже здоровье его не просело, несмотря на то, что в местах многочисленных ожогов появились новые светящиеся язвы.

Значит, даже отвлечь его этим не получится. Но для активации жреческих умений нужно было подобраться поближе, и быть приэтом в нормальном виде. В форме воды я не мог произнести ни слова, а молитвы, в отличии от заклинаний, требовали обязательно повторять нужные слова.

— Да обретёшь ты…

Рывок со вспыхнувшими на дороге кубами, и я едва не лишился головы.

Спасла кошачья ловкость. Раса тари сама по себе добавляли немного гибкости и рефлексов.

Уже падая, я активировал водное тело и благодаря ему перетёк врагу за спину. Развеял магию, положил руку на спину врага.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её!

Враг упал на колени, безучастно уставившись в пол. Божественный навык сработал как надо и в этот раз. Оставалось одно — через несколько секунд он очнётся, а связывать или пытаться его вразумить — бесполезно. Но пока он жив, чёрные тени продолжают теснить Терми и незнакомую девчонку.

Что ж, раз уж ему плевать на мой пар, придётся делать это руками.

Я призвал инвентарь и вытащил меч.

Но в этот момент на помощь своему воскрешателю бросился мёртвый ученик домена Земли. Заклятие поднятия фрактальной нежити сработало с задержкой.

Переставший быть разумным существом монстр глупо свесил голову на бок. Изо рта вывалился язык, и враг медленно побрёл в мою сторону, протягивая руки. Застёжка в виде ветвистого дерева, символа их башни, переломилась, и на пол полетел зелёный плащ.

— Шолок… фошем… — что-то попытался сказать он, но с высунутым языком это было проблематично.

Нежить. То есть на самом деле не совсем, но молитва упокоения может сработать.

— В покое обрати свой мрак к рассвету! — призвал я упокоение, и врага отбросило на несколько шагов назад.

В тот же мин я вновь повернулся к его создателю — и как раз вовремя — тот уже отмер.

Меч просвистел мимо — враг уклонился и контратаковал белой клешнёй.

Соприкоснувшись с мечом, клешня обратила в белые кубики треть клинка. Враг сделал шаг в сторону и занёс вторую клешню на уровне живота.

Водное тело.

Заклятие чудовища прошло мимо — прямо над лужицей, которой я стал с помощью всё ещё активных облачных владений.

Враг замахнулся и удалил клешнёй вниз. Я на миг уловил, как из его рта вместе со слюной выкатываются белые кубики. Чуть отскочив, я собрался за метр от врага.

— Да обретёшь ты Покой…

Я протянул руку, но наткнулся на полупрозрачный фрактальный щит. Выкатывавшиеся изо рта кубики быстро менялись вразмерах, приобретая хорошо знакому форму барьера Терми.

Если он успеет завершить защиту, я к нему уже не пробьюсь!

За его спиной чернильная дымка когтями попыталась достать пилигрима, а затем вторая такая же нырнула к незнакомой друидке. Полыхнуло фиолетовым и по врагу призраку ударили две неестественные лиловые лозы…

Чернильно-лиловый — это ведь цвет пустоты. Похожая сила просыпалась каждый раз во время самых смертоносных способностей Ласки.

Но монстр ничего даже не почувствовал. Даже наоборот, на миг призрак отвлёкся, чтобы в пару укусов бездонной пасти сожрать заклинание девушки.

Мой противник разжёг над рукой белую фрактальную сферу. Терми легко метал её через свой барьер, так что и этот урод наверняка сможет так же.

Нужно успеть!!

Я обратился водой и потянулся изо всех сил в оставшийся просвет в защите врага.

Тело и впрямь будто помнило все эти трюки. Я будто инстинктивно знал, что делать в бою.

Но ни читать молитвы, ни атаковать реальным мечом я в такой форме не мог. А потому перетекая врагу за спину, я собрался обратно в физическую оболочку. Взмах надломанным мечом, короткое сообщение о критическом уроне, и уровень над головой врага посерел.

По телу прокатилась боль — какая-то способность врага сумела меня зацепить. Но в остальном манёвр удался.

Перед глазами мелькнуло оповещение.

Зафиксировано нарушение целостности сдерживающей печати.

Текущей уровень сопротивления Пустоте — 98%

Начинаю понимать, почему Танатос выбрал себе нас в ученики.

Получен новый уровень. Текущий уровень — 81

Доступна дополнительная характеристики.

У вас есть нераспределённые единицы навыков!

У вас есть нераспределённые единицы характеристик!

Значит, каждые десять уровней по единичке? Ещё одна была на старте. Надо бы уже их куда-то вложить. Мудрость или интеллект..?

Я обернулся к боевому товарищу. Терми стоял с клинком напротив развеивавшегося чёрного облачка и наслаждался статусом героя. Вот только девушка счастливой от своего спасения отчего-то не выглядела.

— Вы.. вы ведь ничего не расскажете? — умоляющим тоном прорыдала спасённая эльфийка.

— О чём? Это что, ты призвала эту мерзость? — удивлённо спросил я.

Пилигрим был ошарашен словами девушки ничуть не меньше меня.

— Что?! Нет! Конечно нет! — испуганно замахала руками эльфийка.

— Она пустотник, — пояснил мне Терми. — В бою она к своим друидским штучкам добавила магию пустоты.

И правда. За спиной у девчонки быстро развеивался чернильный лес с тёмно-фиолетовой светящейся листвой. Совсем не похоже на работу обычного нормального друида. На их магические дела я уже успел насмотреться.

К тому же и глаза у неё пылали фиолетовым, а светло-зелёными цветами магии земли. В этом мире магию часто можно отследить по цвету глаз, сиявших после применения нескольких заклинаний за короткое время.

Несчастная ещё больше задрожала и вжалась в стену. Моё внимание ей явно по душе не пришлось.

— Успокойся. Мы друзья Последней Ласки, — обратился я к девушке. Как я понял, статус ученицы Танатоса здесь ни для кого не секрет. Пусть знает, что мы пустотникам не враги, если те сами не лезут в драку.

Вот только мои слова не только не успокоили её, но скорее даже наоборот — напугали ещё больше. Девчонка на всякий случай снова зажгла чёрно-фиолетовое пламя, которое ещё недавно порывалась скрыть.

— Успокойся, — повторил я. — Что произошло?

— Т-ты не пустотник? Не нападёшь на меня?

— Обычный маг воды, — фыркнул я. — Чужими душами не питаюсь. Может пояснишь, что случилось?

— Они.. я.. Кей. Это всё он! У него были фрактальные кристаллы. Он покурил черного дыма, а потом бросился на Альфа, и… Боги, разве Хрустальная академия не самое безопасное место Доминиона?!

Я поднял глаза повыше и призвал инфо. Девушка не скрывала своё имя. Миина тёмный друид.

— Успокойся.. Миина, — в третий раз повторил, теперь уже Терми, тоже заглянув в её инфо. — Это всего лишь смерть. Скоро очнутся на респе.

— Нет!! — в голосе девушки опять проскочил панический страх. — Ты не понимаешь!!

— Так объясни. Давай по порядку, почему не очнутся и что я не понимаю? — спросил пилигрим.

А я, кажется, понял в чём дело. Помнится, Цианея тоже говорила, что с воскрешением после убийства фракталом всё плохо.

— Те, кого убивает фрактал, не возвращаются! — подтверждая мои мысли, залилась рыданиями девушка.

Мы с Терми переглянулись. В глазах товарища стояло непонимание. Видимо, о таких возможностях своей стихии он не подозревал.

— Что такое чёрный дым? — задал я вопрос девушке. — Какой-то наркотик?

— Да.. но только для тех, кто не близок к одержимости. Чёрный дым помогает подавлять приступы пустоты, — выпалила Миина.

— Говоришь со знанием дела, — не удержался Терми, и эльфийка быстро замотала головой.

Послышалось чапканье босых лап по камню — из соседнего коридорчика между башенками появилась полудюжина крыс незуми. Не обращая на нас никакого внимания, они бодренько зашагали к покойникам и ухватили под руки, намереваясь тащить.

— Эй, ребята, а вы здесь откуда? — спросил я у них.

— Не гневайтешя, хошяина. Надо, чтоб чишто было, — ответил главный крыс.

— Раш-раш-раш, — послышался быстрый писк в хвосте отряда. Последний незу огромной вилкой зашкрябал по полу. В ответ капля крови мёртвого одержимого преобразовалась в маленький белый кубик и постоянно меняя направления, медленно устремилась ввысь.

— Может я.. это.. пойду? — тихо уронила себе под нос Миина.

— Для начала загляни-ка к нам в гости. Есть у меня к тебе ещё пара вопросов. — ответил я и обернулся к крысам. — Эй, пришлите ко мне кого-то из ваших, дело есть.

Крыс кивнул и пошёл дальше. И ведь не спросил ни где я, ни кто я такой. Но я ни секунды не сомневался, что по прибытию в свою комнату, я встречу там выводок его сородичей…

Если подумать, зачем здесь службы правопорядка или шпионы с доносчиками, если есть крысы? Тому же Танатосу достаточно просто спросить у любого незу, и тот доложит кто где кого и когда убивал.

И вот тут, к слову, возникает ещё один очень интересный вопрос. Значит, и тайная связь этой девчонки и её бывших друзей с проклятой стихией должна быть прекрасно известна магистрам. Если крысы, конечно, сами не пытаются это скрыть — но тогда кто-то из учеников должен был бы сказать, что незу делают что-то странное, верно?

— А вы… кто? — наконец, начала чуть приходить в себя спасённая.

— Башня Смерти, — ответил я с лёгкой улыбкой, и девушка побледнела. Хотя казалось бы, куда уж больше…

15. Тёмные вести.

— Чайку? — предложил я своим гостям. — Только если у вас с собой есть чашки.

Чашки у гостей оказались. Легко носить посуду с собой, когда есть инвентарь. Металлическая кружка у Терми, надбитая глиняная у девушки и медная — у Сайриса. Да, инженер тоже оказался тут как тут, но прогонять его никто не спешил.

Когда мы пришли, он как раз занимался моей дверью, превращая в копию своей. А под потолком между нашими комнатами уже висела медная труба, по которой пар будет переходить между комнатами.

Все трое протянули свои кружки в мою сторону. Я всыпал немного трав из инвентаря, поделил по чашкам маракую и заклинанием призвал в них кипятка. Да-да, всё это тоже у меня было, включая вполне земной фрукт.

Собственно, маракуйей была забита, наверное, с четверть инвентаря. Похоже, мой предшественник в этом теле то ли собирался её кому-то продавать, то ли был без ума от этого фрукта. Как впрочем, быстро пристрастился к нему и я.

Понять бы ещё, как эта штука здесь оказалась — что-то я сомневаюсь, что этот фрукт растёт в Подземье вокруг города. Всё, что я успел здесь попробовать, было очень далёким от земной флоры и фауны. Фруктов здесь вообще было крайне мало, а те что были — носили странные названия и внешне не походили ни на что мне известное.

— Спасибо за дверь, дружище, — поблагодарил я инженера. Конечно, ушлый Сайрис наверняка придумает, как мне за такой подарок расплачиваться, но я был искренне рад его задумке. Собственно, дверь, как и в его случае, была продолжением системы труб, что превращало её в последний рубеж обороны.

— Любой монстр, способный поджариться, да поджарен будет, хехе, — растянулся в улыбке инженер.

— А ты почему не спишь? Уже вроде как почти утро. Рассвет на носу, — заметил я.

— Дык поспишь тут, в твоей сауне, — фыркнул инженер. — Над температурой и отводом лишнего жара нужно будет ещё покумекать… Вот, решил заняться, пока жду тебя. Хотя трубы уже начали немного остывать… А вы где пропадаете? И как зовут эту няшу?

Друидка чуть покраснела и смущённо улыбнулась. Бородатый инженер произвёл на неё хорошее впечатление.

— Слушай, Син, — фыркнул Терми, отходя в сторону от дыры в полу. — Они не могли бы это делать после того, как мы выпьем чай?

Сейчас незуми активно по моей просьбе сносили в комнату землю, и зачастую делали это они не очень аккуратно. Во все стороны летели комки грязи. К тому же зверяне громко шумели, пытаясь забить найденными досками и металлом дыру в полу. Из-за этого в помещении стоял грохот, как и положено на приличной стройке.

— Пошри тебя Щерное Шолнше! — громко выругался какой-то крыс из дыры. Заделывать я её приказал внизу, таким образом оставив себе нечто вроде полуметровой ямы.

Спустя секунду из ямы вылетел крыс, болезненно сжимая повреждённую лапу. Я машинально отправил ему касание и включил облачную ауру. Пусть себе пассивно подлечивает этих бедолаг.

Незу удивлённо посмотрел на свою руку и присмотрелся к ране, но так и не понял, откуда пришла помощь.

— Терми, ты вроде говорил что-то о заклинании тишины, — напомнил я.

— Сокрой в тишине голос разума, — шепнул пилигрим.

— Стесняешься крыс? — удивилась Миина.

— Не нравится мне, как быстро они узнают новости друг от друга, — скривился я. — Да и говорить в таком шуме будет не очень приятно.

— Они всё равно тебя будут слышать. Вся академия кишит крысиными норами, — ответила пустотный друид.

— Это да… — задумчиво потянул Сайрис и посмотрел на своё детище. — Откуда-то же они эти трубы сняли.

— Ладно, вернёмся к делу, — вздохнул я. — Что ты знаешь про чёрный дым. И как это связано с одержимостью фракталом?

— Фрактал поглощает всё, включая эмоции. А пустота черпает силу в них. Если принять немного стихии, то она прогонит проклятие пустоты… — охотно пояснила девушка, а затем посмотрела в сторону инженера и добавила. — Мне друзья рассказывали.

Уходить инженер не спешил, да и прогонять его мне не хотелось. Наоборот, пока крысы трудятся в поте лица, лучше бы он и дальше за ними присматривал. Свои идеи на счёт превращения дыры с ледяным ветром в нечто более полезное, я ему не озвучивал, но суть он уже уловил.

— И надолго? — с любопытством спросил инженер

— Смотря сколько и как курить, — пожала плечами она.

— А что с одержимостью? — спросил Терми.

— Если перестараться с дозировкой, то фрактал побеждает пустоту внутри тебя, а затем пожирает тебя самого. Фракталом нельзя управлять. Как-то так, — ответила эльфийка. — Вроде он уже на первых процентах синхры начинает плавить мозги.

Здесь друид красочно покрутила пальцем у виска.

Я бросил взгляд на пилигрима и уловил слабую, едва заметную ухмылку.

— Звучит, будто вы там все наркоманы, — ехидно отметил Сайрис.

— Эй, я не одна из них! — возмутилась Миина, на что инженер только отмахнулся:

— Да забей, мне нет дела до твоих интимных трудностей, — дипломатичность в список достоинств Сайриса явно не подпадала.

Бил он, конечно, вслепую. Хотя догадаться был не очень сложно. Девушка слишком нервничала и слишком часто бросала на него подозрительный взгляд. Значит, явно есть некий секрет, что нас связывает, и который она бы не хотела раскрывать кому-то ещё.

— Ты обещал, что никто не узнает! — девушка посмотрела на меня.

— Значит, угадал, — улыбнулся инженер, смакуя маленькую победу. — Не волнуйся, никто и не знает, кроме башни Смерти.

— Магистр…

— Тану мы ничего о тебе не расскажем, — пообещал я, сам припомнив свои мысли на счёт крыс. Я почти уверен, что магистру Смерти ничего рассказывать и не нужно.

— Так как, часто прикладываешься? Помогает? — в голосе Сайриса послышалось нечто среднее между заговорщицкой улыбкой и плохо скрытым ехидством.

— Знал бы ты, что такое приступы пустоты! — зло бросила в ответ Миина.

— Так расскажи нам, — попросил я. — Мы здесь всего-то седмой… нет, уже восьмой день тут. Я понятия не имею, чем твоя пустота отличается от другой стихии, и честно говоря, мне обидно за нашу Ласку.

— Ну… — потянула девчонка, — когда начинается приступ, это очень тяжело вытерпеть. У вас когда-нибудь бывали панические атаки? Преследовали кошмары? Мерещилось… всякое?

— Значит, пустота — это что-то вроде душевной болезни? — уточнил я.

— Ну.. в каком-то смысле, — признала она. — Любой пустотник однажды сходит с ума. Это конец для всех… нас.

— Поэтому пустотники бросаются на всех подряд? — спросил Сай. — За это их и не любят? Ах да, ещё, наверное, за пытки. Вам ведь нужно, чтобы у жертвы было побольше эмоций, — так?

А Сайрис уже неплохо успел разузнать об этом.

— Я никогда ни на кого не нападала! — выпалила друид.

— Агась, — ухмыльнулся инженер. — Поэтому ты и сидишь на чёрном дыме.

— Ни на чём я не сижу! — разозлилась девчушка. — У меня всего тридцать семь процентов синхры! На таком уровне никто ни на кого не нападает!!

— А со скольки будешь? — заинтересованно спросил я.

У Ласки этот процент явно уже перешёл на второй ранг. В этом мире у каждого мага была шкала синхронизации со стихией, и когда она доходила до сотни, то происходило качественное изменение с открытием новых возможностей.

Простые маги нормальных стихий обычно старались сами максимально поднять этот показатель для усиления. Но вот у тех стихий, которые давали одержимость, всё было уже не так однозначно. И в особенности у пустотников.

— Да не знаю я! Слушайте, я не просила заражать меня пустотой! Но после тридцати трёх процентов эта дрянь не исчезает, даже если опускается до нуля!

— Ага, так вот почему господин Стерх убивает всех, кто перешагнул за это значение, — задумчиво сказал Сайрис.

Девушка дёрнулась, словно получила пощёчину и даже чуть расплескала чай.

— А нападать вас заставляют делать голоса или как? — уточнил Терми.

— Нет! Да… Не совсем, — сама запуталась в своих словах девушка. — Просто так тоже можно прогнать безумие. У меня всё терпимо. Что-то вроде сильной депрессии с паническими атаками. Мне убивать не хочется и голосов я не слышу. Но Кей.. Кейнарт говорил, что можно украсть чужие чувства и на время обмануть пустоту.

— А пытать зачем? — спросил Сайрис.

— Чем сильнее эмоции, тем больше можно украсть и на дольше хватит, — растерянно ответила Миина. — Кей так говорил.

— С чего такой интерес к пустотникам, Сай? — озвучил Терми вопрос, который я сам собирался ему задать, как только закончим с друидкой.

— Знаешь, когда живёшь в одном блоке с тем, от кого шарахается вся академия… — инженер сделал многозначительную паузу. — Скорее это я должен спрашивать, почему это пришло в голову только мне одному.

— То есть ты подозреваешь в чём-то нашу Ласку?! — вмешался я.

— Конечно подозреваю, Син! Что за глупый вопрос! — фыркнул Сайрис. — В этом сраном мире и с таким ебанутым магистром я не удивлюсь, если и вы с Терми какие-нибудь маньяки!

— Ласка — нав, Сай. Её раса сопротивляется пустоте! — твёрдо сказал я. — Думаешь, почему она единственный пустотник, который свободно расхаживает по академии с её синхрой?

— Да, там не меньше второго ранга, — задумчиво потянул Терми. — Не зря она первая в рейтинге.

— Слушайте, если это всё, что вы хотели у меня узнать, то я бы пошла уже… — Миина пыталась сделать вид, что равнодушна, но эмпатия уловила её нервное напряжение и близкий к панике страх.

Тяжело же быть пустотником в этом мире. Не зря она с друзьями скрывалась, да и Ласке очень несладко приходится. Хотя и остальных можно понять — никто не хочет оставаться рядом с тем, кто в любой момент может двинуться крышей и стать маньяком.

Но эти вот фрактальные ребята нравятся мне что-то ещё меньше.

— Ладно, оставим тему, — с тяжёлым вздохом произнёс я. — Мне ещё нужно от тебя кое-что другое. По основному профилю, так сказать. Считай, что это плата за нашу дружбу. Может, в будущем ещё сможем друг другу помочь.

— В смысле? — не поняла меня эльфийка.

Я кивнул в сторону усердно таскавших землю крыс. Проложенный под дырой в полу каркас из медных труб Сайриса и положенные сверху доски, забивавшие лишний вход в мою комнату был уже готов. Крысы были не сильно старательными исполнителями, и делали всё довольно расхлябано, но нужно признать — быстро. Сверху они подстелили и ткань, сшитую из множества тряпок — чтобы земля не просыпалась вниз.

Теперь зверьки усиленно заполняли получившуюся яму землёй.

— Хочу разбить здесь небольшой сад, — улыбнулся я. — Что скажешь?

Сайрис ухмыльнулся. Видимо, он тоже догадался, что именно я затеял. Затем понял и Терми. На лице пилигрима расплылась улыбка.

Девушка сделала несколько шагов к воздвигаемой конструкции, с сомнением осмотрела то, что прежде было широким колодцем, дырой в полу метра в пол метра с лишним, и задумчиво посмотрела на меня.

— Сад? И что тут будет расти..? И.. понадобится специальный свет. Кристаллы с ним дорогие, а корнецвет в этой части Оазиса не растёт… — переключившись на более привычное для друида дело, девушка заметно успокоилась.

— О, со светом я могу помочь, — хитро улыбнулся Сайрис. — Освещение — это как раз была моя тема в прошлой жизни. Пожалуй, смогу сделать тебе фитолампы нужного спектра, и запитать от своего генератора. Само собой, не бесплатно...

Я открыл инвентарь, разглядывая богатый набор семян, щедро собранных моим предшественником. Не знаю, какие ещё растения из них будут полезны, но как минимум, я смогу приторговывать маракуей, хех.

Когда все разошлись, за окном было уже полноценное утро.

Самое время идти на занятия. Контроль у Джеро, библиотека Ирис, с недавних пор ещё магический сонар. Плюс хорошо бы найти ещё что-то интересное для моего класса, что бы смогло реально меня усилить.

Но… не сегодня. Точно не сегодня.

Закрыв двери я едва удержался, чтобы тут же не повалиться в глубокий сон.

Но была ещё одна проблема, о масштабах которой следовало бы узнать как можно скорее. Я едва не забыл об этом пока мы пили чай параллельно крысиному строительству. Или.. скорее очень хотел об этом забыть. Вот только если закрывать глаза на проблему, она вряд-ли от этого исчезнет

Повинуясь силе мысли, передо мной возник язык сгустившегося в воду пара, создавая подобие зеркала.

С той стороны на меня смотрел сонный парень лет двадцати шести-тридцати. Никогда не умел нормально определять возраст по виду. Тем более, что абсолютно седые волосы целителя Синаэля заметно прибавляли ему лет.

В целом, моя новая внешность мне нравилась, хоть и была немного непривычной. Я снова поймал себя на том, что он сильно напоминает меня реального. Черты лица стали чуть более кошачьими благодаря крови тари, волосы стали чистого светло-серого цвета, глаза окрасились насыщенной лазурью мага воды, плюс добавилось несколько шрамов.

На полупрозрачном фоне отражения голубые глаза мага воды чуть засветились — я призывал тёплый пар, одновременно с этим сниая с себя в инвентарь всю одежду. Капли вокруг меня завертелись вокруг, создавая подобие душа. Наверное, один из главных бонусов мага воды — ванная комната и прачечная прилагаются к контролю стихии бесплатным бонусом.

Перед лицом всплыло сообщение о повышении уровня синхронизации со стихией воды до уровня «Сопряжение 11%».

В другом мире я не носил татуировок. Здесь же всё тело, кроме лица, покрывали соединяющиеся линии, в месте пересечения, которых были изображены замки на фоне тонких линий с точками. Будто крохотные звёздные системы.

Не назвал бы это особенно эстетичным, но да и хрен бы с ним. Я придирчиво осмотрелся и осторожно коснулся свежей и так и не зажившей раны от боя с одержимыми. Вместе со свернувшейся кровью проступала едва заметная полоса чернильно-фиолетового цвета. Теперь она пересекала выбитый в области груди татуировщиком замок…

— Нарушение целостности печати… — тихо повторил я слова системы.

Не повышение уровня синхронизации, а снижение уровня сопротивления стихии…

Похоже, вовсе не из-за жреческих талантов мы с Терми оказались в башне Смерти, вместе с пустотницей Лаской.

Что-то мне подсказывает, у Сайриса с Дракошей тоже есть неприятная тайна. Как и у Терми.

У всех нас куда больше общего, чем кажется на первый взгляд…

Интерлюдия: Ноктюр

— Так значит, убийства пустотников продолжаются? — поинтересовался Энкейл.

Невысокий блондин беззаботно мотал ногами, сидя на камне. Со стороны могло показаться, что это сын какого-нибудь кузнеца из числа безымянных, если бы не идеальная чёрная мантия с едва проступавшими узорами. Предмет явно был артефактом, которые простым детям не по карману, да и не за чем.

Но его собеседника безобидная внешность никак не могла провести.

— Не только пустотников, — возразил его Стерх. — Помимо прячущихся крыс полно жертв среи одержимых других стихий. Двое демонологов, пара призраков, недавно был ещё один хаосит. К тому же под горячую руку попали и несколько учеников без проблем с одержимостью.

За спиной у него висела сложная конструкция баллистического арбалета. Фактически, ручная баллиста, способная метать копья не хуже тех, что стоят в орудийной башне. Ходят слухи, что этим оружием Стерх мог одним выстрелом прикончить тварь трёхсотого уровня.

— Но остальные потенциально одержимые орден Тиши волнуют мало, не так ли? — закинул удочку Энкейл.

— Уверен, что это они? Пока что смертность целиком зависит от несдержанности пользователей фрактала, — зевнул чистильщик, выбравший путь охоты на своих сородичей по стихии. — Просто пустотники обычно и есть самые несдержанные.

— Ну, тебе виднее, — не удержался магистр.

— Да, Энкей, мне виднее, — не поддержал насмешливый тон мастера Мрака Стерх.

Магистр ухмыльнулся. Большинство встречавшихся с чистильщиком не переносили его на дух. Сдерживающую печать против пустоты мог ставить лишь лично Ректор, и делал он это только в исключительных случаях. А потому чтобы не сойти с ума, пустотникам необходимо или пользоваться чем-то вроде кристаллов чёрного дыма или по старинке — пожирать чужие души.

Стерх выбрал для себя второй вариант. И был лишь один способ делать это так, чтобы самому не оказаться в роли загнанного зверя — пожирать души других таких же, как и он сам, но преступивших черту.

Потому чистильщик охотился в первую очередь на своих сородичей по стихии. Самозабвенно и с удовольствием, не чураясь исконно пустотных методов, вроде пыток. В общем всё, что не ограничивалось рамками его договора с великим Ректором.

— И тем не менее, это фанатики Тиши первыми спутались с фракталом, — заметил магистр. — Это ведь они поставляют кристаллы чёрного дыма в город?

— У этой дряни много источников. Некоторые из моих.. клиентов, — плотоядно усмехнулся чистильщик, — грешат на синдикаты Крысиного рынка, некоторые на отдельных торговцев, а некоторые и вовсе на незу.

— Значит, распространителей несколько… или один, но хорошо спрятанный, — подвёл черту Энкейл.

— Я наведу справки, если дашь добро на проверки некоторых «разрешённых», — в голосе чистильщика появилась надежда с капелькой предвкушения.

Разрешёнными он называл тех, кто ещё не успел перейти черту в тридцать третий процент синхры. Ректор по какой-то причине не разрешал охотиться на таких, да и вычислить пустотника с низким процентом было сложно без серьёзной проверки. Но были и способы проще — например, навестить регулярных потребителей чёрного дыма, или расспросить с пристрастием уже пойманных среди тех, кто уже перешёл черту и кого дозволялось законно сожрать.

— Хм… Дай-ка подумать. Пожалуй, да, дозволение у тебя будет. Но постарайся обойтись без бойни. Мне бы не хотелось спугнуть настоящую цель, да и наставник просил вести себя тише.

— Сделаю, — уже предвкушая будущую работу, плотоядно улыбнулся чистильщик. — Кстати, старый друг, не просветишь, что за выводок будущих монстров ошивается теперь в башне Тана? Неужели Ректор снова задумал эксперимент с пустотой?

Энкейл перевёл задумчивый взгляд на Стерха. Обычно чистильщик не интересовался ничем, кроме своих будущих или потенциальных жертв. Какое ему может быть дело до каких-то учеников Тана?

— Не интересовался, — честно ответил магистр. — Если так любопытно, могу навести справки про одну из них. Там как раз есть девочка про моей части, адепт магии тьмы.

— Не стоит, о Ласке я и так знаю, — скривился Стерх. Открытая пустотница с зашкаливающей синхронизацией давно уже мозолила ему глаза, и Энкейл не сомневался, что чистильщик спит и видит возможность пообщаться с ней поближе в пыточной камере.

— А с чего вдруг такой интерес? — не удержался магистр.

— Тан бы не взял к себе кого-то обычного, — поделился мыслями чистильщик. — У него уже есть одно чудовище в башне. Вот подумал, может там и все остальные какие-нибудь твари в человечьей шкурке?

Вот кто бы говорил… — хмыкнул про себя магистр.

— Не знаю, Стерх, связано ли это как-то, но наставник говорил, главная цель Доминиона уже близка. Возможно, следующий призыв будет последним. Понятия не имею, как это связано с новыми учениками братишки Тана, но к Ректору с их появлением он заходить стал намного чаше…

16. Чаепитие среди призраков.

Догадывался ли я? Наверное, таки да. Как себя чувствует человек, узнающий о неизлечимой болезни? Хотя нет, это плохое сравнение. Я пока что не получил от пустоты ничего плохо, потому все беды пустотников видел лишь со стороны.

Да, лучше такую стихию скрывать. Да, окружающие почти поголовно ненавидят пустотников. Но на этом пока что и всё. Безумие и голоса в голове пока что были лишь страшной историей, а не реальностью.

Наверное, все сюрпризы меня ждут впереди.

Магический, мать его, мир!

Спустя несколько дней после засевания земли и после трёх сеансов колдовства Миины с моей грядкой, на месте окружённой редкой решёткой ямы появилась вполне приличная зелень, а плодоносные растения дали первый урожай. Ничтожный срок для того, чтобы на месте груды земли появился маленький, но очень пышный сад, украсивший мою комнату и тем более для получения фруктов.

Даже дышать теперь здесь было легче. К тому же, система отопления Сайриса прекрасно работала. Дом начал становиться моей маленькой крепостью.

Удивительно, как замена холодной дыры в пустоту на сад превратила убогое, хоть и просторное помещение, в настоящие хоромы.

Особенно место понравилось плетущимся видам вроде маракуйи. Она охотно оплела прутья редкой клетки и потянулась к потолку. Здесь он был так высоко, что я даже не мог его достать даже подпрыгнув с вытянутым над головой посохом.

К тому же то, что я называл клеткой — по сути было зачем-то установленными на расстоянии в треть метра металлическими штырями сантиметров пять в диаметре каждый. Наверное, чтобы в мою комнату снизу не проникла какая-нибудь совсем уж массивная нечисть — никакой иной причины я для их установки не видел.

Но для комнатного сада они подходили идеально. Оплетённые зеленью, они стали настоящим украшением, да ещё и полезным в хозяйстве.

Да и в остальном моя комната за эти дни сильно преобразилась. Помимо пышного сада вдоль стен теперь шли медные трубы, прогревавшие холодное помещение. Факелы и масляные лампы заменила сложная система освещения от Сайриса, издававшая приятный розовато-фиолетовый свет.

Из-за всего этого моя комната выглядела лучше, чем когда-либо мой дом в другом мире. Там жильё стоило каких-то совершенно безумных денег, и честной работой заработать на жилье было почти невозможно. Ну а к какому концу ведут долги, и говорить нечего — форменный суицид и большая проблема для всех близких и родичей. Бывало, что люди за такую ошибку расплачивались всю жизнь, и по итогу так и оставались в долгах, с трудом выплачивая одни только проценты.

Я поднял чашку, собирая в неё водные потоки и заваривая чай.

Передо мной расстилались заросли разнообразной флоры земного и неземного происхождения.

Коллекция семян в инвентаре, доставшаяся мне по пришествию в это тело внушала уважение. Здесь были и яды, и пища, и просто непонятное нечто. Один цветочек, например, вчера едва меня не убил. Как оказалось, на нём невероятно быстро возникали и созревали плоды, которые из-за тряски и падений разлетались, как осколочная граната. Ещё и прорастала эта дрянь очень быстро в местах попадания.

Пожалуй, с ним лучше экспериментировать в более изолированном месте.

Миина поделилась семенами светящихся растений и мха, которые давали ещё немного света, заменявшего солнце в моём саду, а на следующий день Терми отвёл меня к месту, где можно было набрать светящихся камней. Уже не для реального освещения, а просто для украшения комнаты и разнообразия.

Следом за нами с инженером и Терми переоборудовал свою берлогу под себя. Зайдя как-то к нему в гости, я увидел уютную мебель и бар со множеством разнообразных напитков. Теперь его комнатка походила на уютный кусочек трактира, хотя на фоне моего сада и мастерской Сайриса она казалась куда обычнее.

Магический, мать его, мир…

Я открыл инвентарь и снял с себя одежду. Босые ноги ступили на покрытую влажным мхом землю. Подняв руки вверх, я призвал немного тёплой волны, что заплясала вокруг меня утренним душем.

Затем, приведя себя в порядок силой магии и продолжая пить чай, я сорвал с плодовой лианы лиловый фрукт, разрезал тонкой струйкой воды с помощью контроля и насладился сочной мякотью.

С каждым днём новый мир нравился мне всё больше и больше.

Спустя минут пять я уже одевался в вишнёвую мантию инквизитора вымершей расы. В первые дни я несправедливо её избегал, а зря. Древние тари знали толк в удобной одежде. Мантия не стисняла движений не смотря на обилие плетений лент и поясков. Одевать такое вручную было бы морочно, наверное. Но коснувшись к нужному предмету в инвентаре, я решал эту проблему за несколько секунд. А дальше удобней кошачьей мантии одежды и не придумаешь.

Маленькие условности этого мира радовали. По мановению руки я с лёгкостью стирал одежду прямо на себе, и за пару секунд высушивал её. Мгновенно переодевался, таскал в невидимом пространственном кармане уйму полезных вещей и ещё много чего по мелочи.

По ту сторону горячей двери из труб, меня уже ждали Сайрис и Терми. А чуть поодаль, словно готовясь в любой момент сбежать прочь, была Ласка.

Почему-то от вида девушки на душе всегда становилось спокойнее.

— А где Дракоша? — спросил я о вечно отсутствующем члене группы Танатоса.

— Она у нас сама по себе — ухмыльнулся Сайрис.

Пропажа нашлась на Взлетной площадке.

Девушка ворковала с Лесатом. Сегодня две его сопровождающие красотки отсутствовали, чем и воспользовалась пиромантка.

Я приветственно махнул рукой и тот дружелюбно махнул в ответ.

— Файрен нравится Енот? — удивлённо спросил Терми.

— Кто? — не понял я.

— Ну Лесат же, — пояснил пилигрим. — Его раса — тануки, или енот по-простому. Он такой единственном экземпляре во всей академии.

— Он много кому нравится, — я пожал плечами. — Как и наша Дракоша.

— О, свежие сплетни? — ехидно улыбнулся Сайрис. — Интересно, чья френдзона победит в случае схватки?

— Ох, могу только пожелать им удачи, — забираясь с Лаской на летучую рыбу, сказал я. — Фхайрен красивая, но как-то совсем не в моём вкусе.

— Пф! — фыркнул Терми. — Ты просто ни черта не понимаешь в цундере!

— Не, Син у нас по яндере выступает, — рассмеялся Сайрис. — Не рискну предположить, кто из вас больше поехавший. То ли дело моэ…

— Даже не хочу знать, о чём вы, — бросил я уже не глядя.

С глухим скрипом металлическая рыба поднялась со взлётной площадки, и мы с Лаской взлетели к серому холодному небу. Вид вокруг по-прежнему захватывал — колодец из серых подсвеченных башенок вокруг центрального полупрозрачного шпиля.

В свете тусклого далёкого солнца сейчас была видна лишь часть Оазиса — другая сторона всё ещё пребывала в полумраке. Солнце здесь застывало над нами лишь в полдень. Далёкое и бледное солнце Мельхиора.

Кстати, сутки здесь длятся тридцать шесть часов. Три оборота часовой стрелки стандартных часов. При этом тело было прекрасно адаптировано к этому циклу. Одно из самых приятных открытий этого мира. Времени всегда не хватает.

Ласка тихонько тронула меня за плечо и указала куда-то вниз. Обычно она старалась быть незаметной, так что к таким редким моментам её инициативы имело смысл подходить серьёзно. Тень никогда не указывала на бесполезные вещи.

Внизу в глаза сразу бросилась группа в серых и серо-красных мантиях. Наверное, с десяток учеников академии. И ждали они именно нас. Даже с такой высоты я чуял их взгляды, а эмпатия рисовала направленный в нашу сторону гнев.

Этим-то что ещё нужно?

— Очередные твои фанаты? — предположил я, и судя по молчанию девушки, оказался прав.

Глядя на то, как её ненавидят и пытаются травить, я всё лучше понимаю Миину и её друзей, скрывающих свою природу. А ведь такая судьба ждёт и меня, когда таинственная печать исчезнет.

С этим тоже нужно что-то делать…

— Домен Отрицания, — тихо прошептала Ласка. — Антимаги.

Вот так вот живёшь себе спокойно, колдуешь потихоньку, и даже не догадываешься, что у кого-то неподалёку цель жизни — бить морду таким, как ты.

— И чего они от тебя хотят?

Ответа не последовало. Девушка лишь чуть сильнее обхватила меня, а эмпатия выдала её страх и неуверенность. При свидетелях Ласка никогда не выказывала слабости. Напротив, была готова броситься на кого угодно, ставя на кон свою жизнь. Но оставаясь наедине со мной она чуть расслаблялась. И сказать по правде, я считал это своей маленькой победой.

Ласка не доверяла никому в академии. Лишь для меня она сделала маленькое исключение.

Я не стал менять курс, и металлическая рыба приземлилась прямо перед десятком хмурых лиц. В конце-концов если они специально ждут тень, то просто пойдёт следом за нами, а вот мы уже будем выглядеть как слабаки или трусы.

Не нападут же они на нас прямо на площади перед академией — здесь ещё полно других учеников. Да и магистры периодически появляются.

— Последняя, — мрачно приветствовал девушку лидер группы.

Высокий, сурового вида мужик был похож на ученика магической академии не больше, чем лесоруб на детсадовца. Особенно если учесть чуть перекошенное лицо, будто он по жизни нюхал одни лишь общественные сортиры.

Ласка за моей спиной зашевелилась. Даже не оборачиваясь я понял, что она готовится к бою.

— Вчера была первой, — ответил я за подругу. — Судя по рейтингу.

И кивнул в сторону таблицы к входа в Хрустальную башню. Главное украшение посадочной площади.

Мужик не ответил. Вернее, собирался, но явно не мне — смотрел он только на тень.

— А ты, кстати, на каком месте? — добавил я в голос чуть насмешки.

— Не лезь куда не понимаешь, — всё же снизошёл он до ответа мне.

— Так-то это ты к нам лезешь. Да ещё с группой поддержки. Ты кто вообще? — я сознательно подливал масла в огонь, переключая злость отрицателя с Ласки на себя.

Рядышком уже приземлились Терми с Сайрисом, а неподалёку — и Дракоша с Лесатом.

Как минимум, пилигрим точно впишется за нас. Такой у него характер. Сайрис тоже может, если заварушка станет чуть более массовой. Хотя он не любит затеи, которые не несут ему личной выгоды. А вот Тиара — эта точно вряд ли.

— Я — староста первого круга Отрицания! — полным гордости и самодовольства голосом ответил он.

— А я — староста первого круга Смерти. — насмешливо ответил я, копируя пренебрежительную манеру общения Танатоса. Нашего наставника в академии боялись и уважали. Во всяком случае нейтрального отношения к нашей башне не было ни у кого.

Вот только как бы не мне пришлось потом отдуваться за эти слова. Никакого старосты Тан не назначал. Он даже эмблемы факультета не удосужился нам выдать, не то что распределять какие-то роли.

Тем не менее, это сработало. Парень чуть стушевался. Даже съёжился, став будто бы меньше.

— Последняя обвиняется в нападении и убийстве ученика нашего факультета, — уже не так уверенно продолжил он. И добавил, вновь уперев взгляд в Ласку. — Это ведь была ты!

— Обвиняется кем? — вернул я внимание к себе. — Ты дознаватель?

— Норта убил пустотник! И по всему его телу были следы от ножевых ран!

— Так и ищите своего пустотника, мы здесь при чём? — я приподнял бровь.

— Это она!! — староста отрицателей ткнул пальцем в Ласку.

— Окей, где пруфы? — на моём лице растянулась снисходительная улыбка.

Парень сжал зубы.

— Доказательства, говорю, есть? — повторил я.

— Ты.. издеваешься?! — побагровел отрицатель.

— Просто спросил, с чего вы взяли, что это она? Или это единственный пустотник на всю академию? — вопрос был и впрямь интересный. Если среди учеников башни Земли пряталось целых трое пустых, то готов поспорить, они не единственные.

Готов поспорить, в академии наверняка ещё полным-полно тех, кто скрывает свою стихию.

— Просто она единственный открытый пустотник, а достопочтенным господам искать настоящего виновника влом, — с ехидцей заметил Сайрис.

Вот уж не ожидал, что он вступится, да ещё и одним из первых.

Впрочем, эффект от этих слов был не самым радужным

— То есть несколько мужиков просто хотят на выместить злость за собственное бессилие на хрупкой девушке? — я ухмыльнулся в тон инженеру.

— Ты.. Я вызываю тебя на поединок! — староста отрицателей не выдержал и ткнул в меня пальцем. — Готов ответить за свои слова в бою, водник?

И вот почему именно я? Тыкал бы своей клешнёй в инженера. Или двухметровый бородатый мужик твоей весовой категории тебе нравится меньше, чем щуплый целитель?

— И что здесь происходит? — послышался мягкий, но вместе с тем громкий и сильный голос. Все обернулись, глядя как светловолосый парень с миловидными чертами лица идёт сквозь толпу глазевших учеников.

Перед ним все спешили расступиться, что сразу наводило на мысль о высоком статусе парня. Но вот внешность его была полной противоположностью отрицателя. Незнакомый магистр куда больше походил на ученика, чем на преподавателя.

Невысокий блондин лет семнадцати на вид. Как и почти все главы факультетов, он не скрывал своё имя, делая его доступным всем окружающим без личного знакомства.

Энкейл Черное Пламя, магистр Мрака, ноктюрн 356 уровня.

Староста отрицателей потупился и сделал шаг назад. Будто и не при чём здесь. Но и магистр не стал раздувать пожар. Напротив, он сыграл максимально тонко:

— О, Ласка, — он дружелюбно улыбнулся тени. — Не забудьте сдать доклад по трансформации мрака. Доброго времени.

Сказал, и пошёл себе дальше. Лишь порывы ветра с шумом трепали его чёрный плащ.

Спустя миг стали расходиться и отрицатели. Я уже было подумал, что на этом конфликт будет окончен, но староста всё же обернулся напоследок, напомнив:

— Я буду ждать тебя в алом корнецвете, староста Смерти. Здесь же.

— Прости, — тихо пискнула Ласка. — Я пойду вместо тебя.

— Вот только не хватало ещё, чтобы девушка за меня приходила на стрелку, — нервно хмыкнул я.

Может, с точки зрения логики, лучшему убийце первого потока было бы проще, но уважать себя после такого я перестану.

— Кстати, а какой у него рейтинг в таблице учеников академии? — задумался я, подходя к подсвеченной в утреннем солнце доске.

— Тридцать шестой, — с ехидцей ответил Сайрис. — Из пяти тысяч шестиста сорока трёх учеников первого круга...

Ох дружище, достаточно было и первой цифры.

* * *

— Контроль локации — это не конкретный приём. Правильней будет его назвать способом взаимодействия с магией. При чём способом не самодостаточным.

В любом случае вам придётся сочетать его с другими ветками развития. Самыми распространёнными считаются воплощение, атакующая магия и призыв. Или ты меняешь вид стихии вокруг тебя, или превращаешь стихию в своё оружие, или наполняешь её стихийными существами. Это основные пути развития трансформации, чтобы сделать это направление вашим козырем.

Ирис чуть приподнялась над землёй, подняла левую руку и сотворила большую каплю воды метра в два диаметром, а затем из той же её руки вынырнула стайка голодных рыб. Почему голодных? Белая дама следом вытащила из инвентаря кусок мяса и швырнула в созданную ей зависшую каплю.

Не прошло и нескольких секунд, как хищный косяк рыб не оставил и крупицы добычи.

— Это лишь частный пример использования трансформации с навыками контроля и призыва. Второй и третий элемент у вас будет меняться в зависимости от того, что вы используете. Не забывайте, что сделав среду агрессивной с атакующей магией, вы отрезаете себе возможность добавлять некоторые виды призыва. Те же пираньи не выживут в ледяной воде.

— Мать.. — осторожно подала голос солнечная эльфийка с нижних рядов. — А как на счёт других навыков, помимо призыва и атаки?

Лекционная аудитория Ирис была странной. Столы располагались нависая друг над другом почти вертикально, и подниматься наверх приходилось по лестнице. Зато зависшая в воздухе магистр Воды и Призраков была видна одинаково хорошо всем собравшимся.

— У мага есть лишь два препятствия, Мероу. Лень и отсутствие фантазии. Использовать можно абсолютно всё, а что из этого выйдет — увидишь.

— А как на счёт совмещения с другой стихией? — спросила другая ученица. Судя по отсутствию цветка на мантии, смелости в голосе и отсутствии обращения «мать», девочка была, как и я, не местной.

— Это возможно, — кивнула Ирис. — Но тогда вам потребуется открыть умение «синкретизм».

— Как на счёт санации и навыков лекаря? — задал вопрос я, раз уж всё начали.

Магистр посмотрела на меня с лёгким удивлением.

— Редкое сочетание, но вполне рабочее. Хотя даст оно лишь скорость исцеления союзников. Хотя.. пожалуй, ещё это придаст одиночным заклинаниям массовости. Но сама «санация» редко стоит затраченных очков навыка. Это умение магов поддержки, Синаэль. А теперь, пожалуй, перейдём к практике. Для начала…

* * *

— Я слышала, пару дней назад рядом с вашим доменом убили двух учеников башни Земли? — спросила Цианея, едва урок был окончен.

— Их убило то же, что и того парня в библиотеке. Фрактал.

— Стихийный одержимый — поняла Циана. И как бы невзначай уточнила — а не пустотник?

— Жертвы сами были пустотниками — ответил я и девушка ненадолго замолчала. А я чуть погодя, с сожалением добавил. — Как и убийцы. Скорее всего, они тоже пустотники, переборщившие с чёрным дымом для подавления одержимости.

— А что случилось у отрицателей, не в курсе? — закинул я удочку.

— Слышала, девушку убили. Вроде как тоже пустотник.

— А есть подробности? Знаешь, гибель от фрактала сильно отличается от простой смерти.

— Они исчезают навсегда, да. Окончательная смерть, — девушка затихла, а эмпатия выдала её страх.

— Не только — покачал я головой. — помнишь кубики из раны того парня?

— Точно, — поняла Циана. — Внешний вид. Я интересовалась этой стихией, но так и не поняла, откуда она берётся.

— Чёрный дым, снижающий одержимость, — со вздохом сказал я. — Он пожирает пустоту. Но если его становится слишком много, пустотную одержимость заменяет фрактальная.

— Значит, все же пустотник — сделала вывод Ци.

— Не только. Хаоситы и демонисты ведь тоже могут быть одержимы. И.. призраки — задал я осторожный вопрос.

— Да, — нехотя ответила Циана, — но я мало видела такое. Призрак может захватить тело медиума. Факультет Ирис включает в себя не только призрачных магов, но и чистых магов воды, как я. Поэтому я немного знаю об одержимости призраком и о процессе в целом.

— Как это выглядит? — продолжил допытываться я.

— По-разному, — нехотя ответила волшебница. — У призраков всё зависит от духа, захватившего тело. У каждого из них свои интересы. Один дух стремится убивать, а для другой зайдёт в ближайшую таверну и будет предаваться обжорству и пьянству.

— А остальные? Хаос, бездна..?

— Хаоситы сеют хаос, — усмехнулась Ци. — Честно говоря, с ними трудно понять, где та черта, за которой начинается одержимость хаосом. Там другое разнообразие — от кровавых жертвенных ритуалов до распевания песен голышом перед академией.

— Бывало и такое? — изумился я.

— Хаоситы, — с улыбкой пожала плечами Ци. — Случаи бывали и не такие, но бывали и жуткие. Да и с бездной не всё одинаково — демоны все сремятся к разрушению, но каждый из них проявляет это по разному. Только пустотники одинаково кидаются на всех.

— Не одинаково, — теперь уже я покачал головой и начал обьяснять. Многое я уже успел узнать из объяснений Миины и Ласки, и картина складывалась вполне однозначая. — Пустотников подталкивает своего рода безумие. Беспричинные страхи, тоска, отчаяние… и на высоких уровнях только убийства и пытки других помогают им прийти в себя. Так что они убивают просто чтобы быть нормальными. Или… курят чёрный дым, который их убивает. Принимают фрактал… Чайку?

— М? — не сразу поняла девушка.

— Есть с собой в инвентаре кружка?

Цианея с удивлением вынула высокую глиняную чашу. Я поднял руку, собрал немного воды в виде горячего пара. Затем взял маракую, местный кислый съедобный цветок и траву, напоминавшую на вкус ромашку. Поток пара подхватил заранее разрезанные кусочки. Я вынул свою чашку и собрал в воду в чашках вместе со всеми ингридиентами.

Контроль у меня получался с каждым разом всё лучше. Особенно, когда подписался на курсы этого направления у водников с одобрения Ирис. Младший магистр Кай раскрывал дисциплину немного иначе, со стороны мага-криоманта. А затем после занятий часто показывал различия в подходе Ласке, за что она была очень благодарна.

— Интересная у тебя магия, — вырвала меня из мыслей Циана. — И фрукты. Никогда прежде не встречала таких.

— Маракуйя. Вот, держи, — я положил парочку перед ней на подоконник. — Кстати, а вот наша вода, она не вызывает одержимости из-за высокой синхронизации?

— Стандартные стихии вызывают не одержимость, а угасание, — чуть погрустнела Циана. — Они тоже могут захватить власть над разумом, вот только какая цель, например, у огня? Или воды? Солнечного света?

— Они просто есть, и им не нужно распространяться? — предположил я.

— Угасшие это тихие сумасшедшие, считающие себя факелами, травой, лучиком света… Печальное зрелище, на самом деле. Но они безобидны.

— А магия крови, звёзд, псионика, порча..? — припомнил я ещё четыре направления магии в Мельхиоре.

— Ну, эти виды магии не зря называют научными. Каждая из них имеет свой подход. Кровь это не совсем стихия, а скорее аспект, и одержимость кровью — это служение её хозяину. Примерно то же самое и у псионики. Звёздная магия — это спектр малых аспектов вне основных стихий. Управление гравитацией, изменение законов природы, чистая магическая энергия. Но у них стандартное угасание стихийников. Про одержимых порчей не слышала. Это даже не стихия способность магически воздействовать на бактерии и споры.

— Ясно. И куда в этом разделении будет относиться фрактал?

— А вот это — хороший вопрос… Хотела бы я сама знать, — девушка надолго погрузилась в молчание, наслаждаясь чаем и поделившись местным светящимся аналогом дынной булочки.

— Кстати, — вдруг спросила Циана и тон девушки чуть изменился. — А Ворон из ваших, да? Башня Смерти? Я спрашивала у механистов Мракрии…

— Что за ворон? — не сразу понял я.

— Сайрис Серокрыл, — пояснила эльфийка.

— Да, такой у нас есть, — хмыкнул я. — Не знал, что вы знакомы.

Эльфийка покраснела и отвела взгляд.

— Мы не знакомы. Видела его недавно в башне Механистов. Так как, ты его знаешь?

Похоже, суровые бородачи сейчас в моде.

17. Поединок.

— Рейтинг, — отрывисто и глубокомысленно изрёк Энкейл. — Через три месяца пройдёт первое испытание, которое определит новый порядок сил среди младших учеников академии. И только от вас и вашей команды зависит, какое место в нём вы займёте.

Это был именно тот магистр, кого мы встретили сегодня утром, и кто выручил нас с Лаской от бессмысленного мордобоя.

Впрочем, меня как раз его вмешательство ни от чего не освободило. Ведь дуэль будет не когда-нибудь, а сегодня. Вот, прямо сейчас. Красным циклом называли время после основных занятий.

Время в этом мире делилось на несколько циклов по четыре часа, большая часть из которых определялась светом оплетавших башню и окрестности цветов корнецвета.

Последняя лекция на сегодня была обязательной. Об этом сегодня всем сообщали крысы всем новичкам, в первую очередь нашей тридцатке выживших где-то за пределами города. Я больше в тот момент рассматривал их, чем слушал добродушного с виду магистра, с непонятным классом «ноктюрн».

Вёл себя Энкейл так же, как и в первую нашу встречу — а именно, удивительным образом сочетал в себе детскую непосредственность и безобидность с во взрослой серьёзностью, мудростью и странной аурой угрозы.

Я разглядывал присутствующих на лекции и пытался понять, чем мы отличаемся от всех прочих учеников академии. Какими были мои забытые и забывшие меня товарищи, выжившие в таинственном походе?

Ну, разными, очень разными.

Внимание привлёк чуть пухловатый рыжеволосый маг со змеиными глазами. Воздух вокруг него накалялся от едва заметной магии. Вот стоит себе такой толстячок с умным видом, а воздух вокруг него словно плывёт.

Не менее толстая девица, вокруг которой сидели три призванных химеры. Лопоухий парень с эмблемой из расходящихся стрелок хаоситов, тощий и какой-то потерянный, не смотря на довольную улыбку. Лесат, с обоими своими подружками…

Я вдруг понял, что общего между всеми ними.

Зверяне. Пухлый рыжий маг — змеелюд асу. Девушка — волчица аму, кажется. Хаосит лис чиффари. Лесат, как недавно выяснилось, енот тануки.

В академии были представлены множество разных рас. В основном всякие классические эльфы — солнечные, лунные и дроу, два вида дворфов, хафлинги, люди и орки… Звери же среди них встречались, но были большой редкостью. На нашем же потоке зверянами были поголовно все, без исключений.

Даже у меня самого в статусе значилась таинственная раса «тари». Но что это такое я так и не понял — лишь то, что она зовётся в Доминионе «котами». Ну, бонус к прыжкам и впрямь в тему, но на этом сходства с этими животными заканчивались — главной особенностью тари была всё же эмпатия, которая к котам имеет довольно посредственное отношение.

— Через двадцать дней будет ваш первый экзамен, который определит ваше место в рейтинге академии на весь год до следующего испытания, — тем временем продолжил магистр. — В прошлый раз на первом месте оказалась моя ученица Ласка из башни Танатоса. Кто будет сейчас — увидим. Вполне возможно, что кто-то из вас. И

— А профит в чём? — конечно же, это был ехидный голос бородатого инженера.

Магистр Мрака улыбнулся и легко ответил, безо всяких театральных сцен. Танатосу бы поучиться:

— Чем выше рейтинг — тем выше уважение академии. Выше привилегии, выше статус. Об остальном сможете узнать в отделе снабжения.

Сайрис кивнул, я же задумался. Значит, здесь есть и отдел снабжения? Вроде бы я здесь уже здесь далеко не первый день, а о таком месте только узнал. Интересно, что там? Нечто вроде местного магазина или склад с выдачей ништяков? Нужно будет расспросить хоть бы и того же инженера.

Ворон, блин. А ведь похож, к слову. Кажется, его раса называется сорами, вороньи дети.

— Испытание будет проходить под академией. На нём вас будет ждать встреча с Темной Рекой… — продолжил Энкейл, но его слова утонули в гуле собравшихся. Похоже, место было примечательное, только я вот пока что разузнать о нём ничего не успел. И так дел по горло хватает на каждый день.

Магистр мрака успокаивать аудиторию не стал, тихонько продолжая свой рассказ. Я даже на миг пожалел, что он — не Танатос — тот быстро решил бы проблемы шума. Тем более, что информация была нам нужна.

— Что за река? — шепнул я вопрос Сайрису.

— Крысятник, — пожал плечами инженер. — Место не столько опасное, сколько скучное до жути.

— А откуда тогда такой ажиотаж вокруг? — спросил я.

— Там недавно группу нубов вырезали подчистую, — ответил Сайрис. — Нашли только куски костей и пожёванные тушки.

— Погоди, так скучное или смертельно опасное? — не понял я.

— И то и то, — пожал плечами инженер. — Как ты уже понял, никто не возродился. Скорее всего пустотники ушли подальше от глаз, приняли фрактал и началось… Так что одни боятся, другим любопытно, третьи понимают, что скорее всего их группе не повстречается ничего сверхъестественного. Убьют толпой пару монстров и разойдутся по домам ещё на год.

— И ты говоришь об этом так спокойно? — вмешался Терми.

— Я как раз прагматик из третьей категории, — ухмыльнулся инженер. — В прошлый раз испытание на тёмной реке было года два назад, и говорят, оно было нереально унылым. Пару команд только пожевало немного, но из списков на возрождач никто не пропал и магистры их башен вскоре вернули их в срой.

Хех, в тех реалиях, когда в самой академии можно сгинуть окончательно, это и впрямь уже не кажется так страшно. Подумаешь, пожевали немного. Моё попадание в этот мир как раз и началось с такой процедуры.

— Да и вообще, монстров бояться — в Подземье не ходить, — ухмыльнулся инженер.

— Теперь, условия, — продолжил мастер Мрака. — Результат будет учитывать исключительно полученный вами опыт. Положение в будущей таблице будет зависеть от максимального уровня набранного вами опыта за время нахождения на испытании. Разумеется, я рекомендую набирать этот опыт исключительно в охоте на монстров.

— К слову, мы ведь идём вниз по башням? В смысле, группами по факультетам? — спросил пилигрим.

— А хрен его. Я ж тебе не поисковый сайт… — развёл руками Сайрис.

В этот момент ответ пришёл оттуда, откуда и должен был с самого начала — магистр Энкейл поднял руку, и увитая цветами и лозами доска за его спиной окрасилась мраком. Смотрелось это достаточно эффектно, чтобы народ чуть успокоился и обратил на него внимание, а затем облачко мрака резко рассеялось и на его месте появился светящийся текст.

Группа призраков с водниками, чистые водники, две группы огневиков, три группы светлых, отряд отрицателей, книжники, воздух, вихрь, механисты, порча, две группы тёмных, три от земли, демонисты… стоп. Вот жеж!

Староста группы: Синаэль тар Мантикор (триантари, нубесмант/иерей).

Состав: Терми Фенек (чиффари, пилигрим), Сайрис Серокрыл (сорамин, инженер), Фхайрантаанимар (дракон, драконорожденная), Последняя Ласка (нав, тень)

— Вот же гандон этот Танатос, — на этот раз даже я не сдержался. — Готов поспорить, это его рук дело. Только когда он успел узнать о моих словах на счёт старосты?

Собственно, я был и не против, но очень мне не нравится тенденция, что магистр знает буквально о каждом нашем чихе. Любая случайная фраза или точное местоположение, чтобы устроить засаду с испытанием…

— Ну, так-то тебя все, кто был тогда на взлётной, слышали, — наслаждаясь моей реакцией, ехидно заметил Сайрис.

— А в чём подвох? Это даёт какие-то ништяки или гемор? — полюбопытствовал Терми.

— Честно — понятия не имею, — пожал я плечами. Меня никто об этом не предупреждал.

— Так и быть, разузнаю, — ответил инженер. — Ладно, пошли на шоу. Попкорн я уже раздобыл. Вернее, грибные чипсы.

— Попкорн? — не понял я.

— Агась. Я на отрицателя десяток золотых поставил, — на бородатом лице Сайриса расплылась максимально ехидная улыбка. — Постарайся слить бой красиво.

Вот же… И ведь он прав, шансов против более опытного ученика, да ещё и с боевым классом, у меня очень немного.

Однако проигрывать дуэль я не намерен. Самое время вспомнить всё, чему я успел научиться в контроле пространства!

* * *

Время в окрестностях академии и окружавшего её Доминиона определялось не в привычных часах, а в циклах, связанных с цветением самого распространённого светового растения — корнецвета.

Почему не по солнцу?

Наверное, стоило сказать об этом раньше, но в этом мире жизнь на поверхности невозможна. Небо над Хрустальной Башней — едва ли не единственное место, где можно без боязни наслаждаться миром над нами.

Температура на поверхности планеты достигает минус двухсот с лишним, а в среднем гуляет около минус восьмидесяти. Должно быть из космоса Мельхиор напоминает идеальный белый шар с полосой по центру.

Полоса экватора была единственным местом, где жизнь на поверхности возможна. Но от нас эти места были недостижимо далеки.

Вся жизнь на планете проходила в пещерах Подземья. В местах, что кишмя кишели самыми разнообразными монстрами.

— Надо же, не струсил, — послышался знакомый холодный голос с капелькой насмешки.

Я повернул голову и с удивлением обнаружил стоящего поодаль Танатоса. Вот уж кого я точно не ожидал здесь увидеть. Ума не приложу, зачем магистр тут. Не для того же, чтобы поставить десяток монет на моего противника.

Сам противник был тут же.

Признаться, по спине пробежал холодок страха, когда я увидел эту тушу.

Утром староста отрицателей был в серо-красной мантии с гербом своего факультета. Глаз, пронзаемый клинком сверху.

Сейчас же он зачем-то решил заняться нудизмом, сняв с себя верхнюю одежду и оставшись под холодным небом в одних штанах и ботинках. И надо сказать, парень не пренебрегал регулярными занятиями спортом.

Он поигрывал мускулами, красуясь перед собравшейся толпой. Вокруг него собрались зеваки, несколько миловидных мадам, явно неровно дышащих к этой махине.

Большие волосатые кулачищи тоже выглядели внушительно. Одна подача таким молотом по харе, и нокаут мне гарантирован.

Уттирой, блокатор 84 уровня.

И вот напротив него становлюсь я. Щуплый худой парень с классами священника и целителя.

Хорошо, что нам предстоит не банальный мордобой, а магический поединок.

Заметив меня, староста отрицателей самодовольно ухмыльнулся и провёл большим пальцем себе по шее.

— Горло болит? Может, чайку с мёдом? — я постарался ответить с долей юмора, и призвал шарик кипящей влаги. Впечатления это не произвело никакого. Уттирой продолжил играть мускулами, давая окружающим как следует рассмотреть свой нагой торс.

Пренебрежение достигло пика, когда он просто развернулся ко мне спиной, красуясь перед дамами и демонстрируя мне татуировку с символом своего факультета.

А мне даже красоваться нечем. Разве что собрать в воздухе немного воды и приготовить себе ароматного чайку в кружке. Тело Синаэля было слабым и сильно истощённым. Даже не смотря на то, что я не сдерживал голод и ел от души, всё равно выглядел голодным. Но зато я был довольно выносливым, да и по ногам заметно, что я очень много ходил пешком.

Впрочем, кому к чертям это нужно? Главное — эффективность. Результат. И в моём случае его достичь можно только одним способом — включить голову.

Как я могу победить эту махину? Судя по тому, как он выделывается, он будет и в бою действовать на публику. Плюс он сильно меня недооценивает. Противник уверен в своей победе. Выше уровень, выше физические статы, больше боевого опыта. По крайней мере, опыта после пробуждения так точно — на счёт моего тела я был не уверен.

Возможно, это и есть моё главное преимущество — тот самый опыт тела, который Тан так активно пытался в нас пробудить попытками убийства.

А ведь Танатос бы не пришёл сюда, если бы был уверен в исходе поединка — внезапно понял я. Такой, как он, не стал бы тратить время просто так.

— Ну что, нуб, готов?

— Сейчас, чаёк допью, — отозвался я, поднося ко рту кружку.

Само собой, стерпеть такого нахальства противник не смог, а потому резко рванул в мою сторону, занося кулак для удара.

Я выплеснул кипящую воду ему навстречу и спрятал кружку в инвентарь.

Враг инстинктивно прикрыл лицо рукой, и теперь на ней красовалось алое пятно ошпаренной кожи.

Магия уже действовала. Я заранее активировал облачные владения для контроля воды вокруг, а теперь добавил к ним водное тело и кипящий гнев.

Разозлённый враг зарядил мне по лицу, но я ничего не почувствовал — кулак ударил по воде, которая сразу же обратилась клокочущим кипятком. И вот тут противник не сдержался:

— А-а-а! Ёба…

Слушать его я не стал, обхватывая врага потоком воды и проходясь кипящей влагой и паром. Спасибо, тебе, чувак, что решил перед боем раздеться. Прямо как знал!

Раздался новый душераздирающий крик. Покрасневшая кожа вздулась волдырями, и я мысленно уже готов был поздравить себя с победой, но в этот момент враг контратаковал.

— Арр.. изыди!! — рыкнул он, нанося удар кулаком по кипящему водному сгустку.

Воздух вышибло из лёгких. Живот скрутило болью, и я повалился на каменный пол взлётной площадки.

Послышался хохот учеников домена Отрицания, и насмешки фанатеющих от моего противника девушек. Одна начала говорить что-то обидное, но я не расслышал слов среди общего шума, а вторая просто заулюлюкала, наслаждаясь представлением.

Превозмогая боль, я поднял голову. Взгляд зацепился за встревоженное лицо Ласки. Нава судорожно сжимала кинжал, готовая броситься на моего противника, наплевав на все правила поединков.

Она сразу ощутила мой взгляд и посмотрела мне в глаза, но я едва заметно отрицательно помотал головой. Если Ласка вмешается, дуэль превратится в хаос, не говоря уж о том, что все посчитают меня проигравшим.

А проигрывать я не собирался. Это всего лишь один удар. Так просто этот Уттирой меня не одолеет!

Но как ему удалось ударить меня, не смотря на активное водное тело?

Передо мной стоял красный как вареный рак отрицатель, кулак которого всё ещё сиял белёсым призрачным светом.

Проклятая способность противника выбила меня из магического навыка, а боль не позволяла сосредоточиться на поединке вновь. Я жадно глотал воздух и от полного поражения меня спасла лишь беспечность противника.

Касание Дафны.

Один удар едва меня не нокаутировал, и второй бы точно меня вырубил, если б вообще не добил. Но будучи уверенным, что сражается со слабаком, пусть и обладающим одной неприятной для него способностью, отрицатель всё же решил закончить бой пафосно и эффектно.

С пару секунд посмотрев на мои мучения, он вновь повернулся спиной и расставил руки, наслаждаясь вниманием поклонниц.

Вот только после «касания» свои муки я лишь изображал, усыпляя бдительность. И как только он беспечно отвёл взгляд, я атаковал вновь, направив во врага кипящий гнев, а следом за ним контролем возводя между нами стену из кипятка.

Но на этот раз магия просто разбилась о засиявшую кожу отрицателя.

Блокатор… не сложно догадаться, что его силы связаны с блокировкой магии.

Факультет антимагии, да?

Уттирой протянул левую руку к кипящей преграде, и вода распалась безобидной лужицей.

На лице у противника расплылась ухмылка.

Но ненадолго.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её! — проговорил я скороговоркой слова молитвы Покоя, и враг застыл. Я же поднял контролем остатки воды и бросил ему под ноги. Хрен с ней, с магией — законы физики тоже никто не отменял, и удар потоком воды под колени заставил его упасть в мою сторону.

Голова отрицателя оказалась как раз рядом со мной, и я не мог упустить этот шанс.

— Тропой забытья ты… — начал читать я слова единственной молитвы своего жреческого класса, которую ещё не успел опробовать. Но не успел.

— Довольно, — послышался ледяной голос Танатоса, а на моём запястье сомкнулась стальная хватка магистра Смерти.

Я с удивлением посмотрел на него, но даже расовая эмпатия тари не помогла прочитать его чувства. За ледяным спокойствием магистра было странное сочетание ярости, гнева и.. удовлетворения?

18. Шестирукая печать.

— Ты чем думал, придурок? — начал магистр поздравления «любимого ученика».

— А что мне, позволять себя избивать? — спросил я, глядя ему в глаза.

— Кажется, ты не догоняешь расклад, парень, — с раздражением ответил Танатос. — Если бы ты его прикончил, или он тебя — вы бы оба возродились и дело с концом. Но как думаешь, что было бы, реши ты его обнулить?

— Обнулить?

— Амнезия. Ты собирался стереть память этого слабака, — процедил магистр Смерти.

— То есть возрождение не спасло бы его? — запоздало понял я.

— Дошло, наконец? Ещё не хватало, чтобы моего ученика устранили за нарушение кодекса. С твоей мудростью и посохом, и с его уровнем воли, ты бы ему мозги выжег нахрен.

Мда, нехорошо вышло.

— Кажется, дошло, — удовлетворённо кивнул Танатос, глядя на моё виноватое лицо. — В следующий раз не выделывайся и добей мечом после покоя. Или залей ему воду в задницу и вскипяти его изнутри. Или собери вокруг туман, спрячься и медленно повышай температуру. Или… ладно, что-то я немного увлёкся. Вот.

Магистр поднял правую руку, зажёг едкое зелёное пламя и с силой толкнул меня в плечо.

Я опустил глаза и обнаружил на своей тёмно-вишнёвой мантии инквизитора эмблему факультета Смерти.

Силуэт шестирукой старухи с черепом и шестью серпами я видел впервые, но что именно я получил, я понял сразу.

А спустя секунду мои мысли подтвердила система:

Получен предмет: печать Танатоса.

Получена регалия: ученик башни Смерти.

— Как-то раньше не было на это времени, — пояснил магистр. — Пока Ласка была одна, в этом не было нужды.

— Эм. Спасибо, — поначалу немного растерялся я.

— Пожалуйста, — процедил магистр так, будто я его сейчас оскорбил своей благодарностью. — Ты уже решил, как ваша группа будет набивать рейтинг под Рекой?

— Нет, — магистр снова меня сбил, резко переведя тему.

— Постарайся уж. Раз назвал себя старостой, то и спрос будет с тебя. Не дай Мортис мне не понравятся результаты.

— А если понравятся? — задал я вопрос.

— Правильно мыслишь, — одобрил магистр. — Тогда я верну тебе один из трёх предметов, что принадлежали тебе этому телу.

— Стоп. У вас есть что-то моё?

— Прежнему тебе принадлежали три вещи, которые было решено на время изъять.

— Решено кем? Это же мои вещи! — возразил я.

— Есть предел уровня опасности предметов, которые разрешено иметь ученику твоего ранга. Но я могу закрыть на это глаза, если докажешь, что достоин ими обладать.

Получено задание: только победа.

Один из членов вашей группы должен получить место в рейтинге не ниже третьего.

Никто из членов вашей группы не должен занять место в рейтинге ниже двадцатого.

Награда: Амулет [скрыто]/ Книга [скрыто]/ Инструмент [скрыто].

А сколько там всего этих мест в рейтинге? Как там говорил Сайрис? Тысяч пять с лишним? Каковы у нас реальные шансы одержать такую победу?

— Я могу выбрать только один из артефактов? — уточнил я. — Может хоть подсказка будет, зачем они?

— Скучно, — пожал плечами Танатос, будто это отвечало на все мои вопросы.

Мда уж, было бы глупо надеяться, что он станет хоть как-то облегчать мне жизнь.

— Что я должен знать о Тёмной Реке?

— Там обитают одни слабаки, — пренебрежительно махнул рукой магистр Смерти.

Ну да, и снова — что ещё я ожидал услышать от этого говнюка? Как там — нужно быть готовым всегда и везде? Надо будет ему сказать спасибо, если он лично для нас не повысит сложность, спустив на свободу какую-то нежить.

* * *

— Чего он от тебя хотел? — спросил Терми.

Все мои сокурсники встречали меня на входе в жилой блок. Даже Дракоша с непроизносимым именем.

Чуть поодаль стояла Ласка, как всегда прячась в тени. Хитро улыбался Сайрис, будто уже знал, что я скажу. Но первым голос подал пилигрим.

— Хочет победу нашей группы на испытании, — начал я с главного. — Давайте ко мне, сделаю чайку и поговорим нормально. Нужно многое обсудить.

В башне Смерти сегодня было как-то по-особенному прохладно и зябко. Едва мы сошли с летучей рыбы, я контролем расширил область действия тёплой облачной ауры. Так мы прошлись до нашего жилого блока, где ещё оставалось немного тепла от прогревшихся за ночь стен.

Сегодня даже незуми было на редкость мало — почти никто из их племени так и не повстречался нам по пути.

Толкнув дверь из множества труб, я вошёл в свою комнату, превращённую стараниями пустотной друидки в небольшой лес. Следом вошли и остальные, а я сразу открыл одну из труб и принялся вливать внутрь кипящий гнев.

Почти сразу стало теплее и намного уютней. Система отопления Сайриса сделала наши комнаты во много раз более жилыми. Даже Ласка начинала всё чаще ночевать в своей комнате.

Сокурсники уже знали, что будет дальше, а потому сразу стали доставать из инвентаря чаши и кружки. К хорошему привыкаешь быстро, а чай определённо был чем-то очень хорошим. Особенно если ингредиенты для него растут у тебя под рукой.

— Херасе у тебя тут дендрарий, — похвалил Сайрис.

— Твоими стараниями в том числе, — наполняя протянутые чаши водой, улыбнулся я.

Терми привычно сорвал с ветки свежую маракую и достал нож, а затем его примеру последовала и Дракоша. За время совместного обучения в этом мире, мы успели немного сдружиться, хотя полностью я доверял только Ласке и немного — Терми. Пилигрим был самым открытым и чистосердечным, особенно в сравнении с колючим ехидным Сайрисом и хитрой эгоистичной Дракошей.

В помещении запахло цветами, фруктами и ароматными чайными травами.

— Так какого он остановил бой? — допытывался пилигрим. — Народ уже сочиняет, что Тан покрывает своих учеников.

— Если бы он этого не сделал, одним идиотом в академии стало бы меньше, — пояснил я. — Я его чуть не убил.

— Ну так и переродился бы твой отрицатель, — хмыкнул инженер. — Не велика беда.

— Каждая смерть приближает к угасанию, — тихо напомнила Ласка. — Или стихийной одержимости.

— Он возродился бы овощем, Сай, — ответил я ему с тяжёлым взглядом.

— Во-от оно как, — задумчиво потянул Сайрис. — Это что же у тебя за читерный навык такой, если не секрет?

— Стихия Фрактала? — помрачнел Терми.

— Нет, — покачал я головой. — Навык жреца. Молитва амнезии. Убить не убивает, но память, по словам Тана, даже после возрождения не вернётся.

— Похоже, способов устранять врагов окончательно не так уж и мало, — заметила Дракоша.

— Тебя ещё Ректор не призывает помогать с промыванием мозгов нубов? — усмехнулся Сай.

— Есть и ещё кое-что, — решил я в откровенности идти до конца. Раз уж мы теперь одна команда, лидером которой, похоже, быть мне, стоит сказать им и о другом. — У Танатоса есть предметы, которые раньше принадлежали нам. Их вроде как изъяли за излишнюю читерность. Мне он предложил в награду один из трёх моих же собственных артефактов. Уверен, что-то подобное может быть и у кого-то из вас. Советую подойти к нему и поговорить о награде.

— Награда — это хорошо, — кивнул Сайрис.

— Но для начала нужно будет ещё её получить, — продолжил я. — Кто-нибудь что-то знает об этой Тёмной Реке? Шуму в академии было много, но я так ни черта о ней и не узнал, кроме того, что по мнению Тана «там одни слабаки».

— Я знаю, — уверенно ответила Файрен. — Нужно было всего лишь слушать Энкейла.

— Послушаешь тут, когда все орут над ухом, — скривился инженер.

— Кто тебе мешал садиться на первый ряд? — съязвила пиромантка.

— Дракоша, давай ближе к делу, — направил я девушку в конструктивное русло.

— Собственно, река там не одна, — начала Фай. — там несколько рек с одним именем и множество их рукавов, бегущих по пещерам под башней. Они ограничены высокими стенами пещер разлома, но часто среди них попадаются островки, на которых охотятся местные монстры. Уровни в среднем от шестидесяти до сотни. Иногда встречаются мини-боссы около ста пятидесяти-двухсот. Ещё эти земли населяют незуми. Некоторые крысы там настолько тупы, что могут атаковать и учеников. Хотя большинство, конечно, выполнят все приказы. Но к академии они не относятся, так что…

— Незу, нападающие на людей? — приподнял бровь Сайрис. — Нам же не нужно их как-то щадить?

— Да хоть вообще из всех крыс свари суп, всем пофиг. Раньше они боялись каждого шороха, но говорят, недавно там объявились группы сектантов Черного Солнца. Это такой крысиный культ. Некоторые из них связаны с магией пустоты, так что попытаются убивать медленно и со вкусом. С ними рекомендовано не связываться. Сам спуск будет на байдарках и лодках.

— Монстры там какие? — опередил меня инженер. — Помимо уровней.

— Зверушки, — пожала плечами Дракоша. — Их больше всего. Порой встречаются пещерные монстры, но они редко сбиваются в стаи. Есть пара подвидов микотидов, полуразумных грибов. Зачастую они миролюбивы, но по словам магистра Энкейла, «бывает всякое». Вообще, у меня сложилось впечатление, что это не выживание, как у Тана, а скорее что-то вроде сафари с подсчётом фрагов. Только вместо убитых будет подсчитываться полученный за вылазку опыт.

— Спасибо. Кому-то есть что добавить? — я пробежался взглядом по товарищам и остановился на Ласке.

Словно почувствовав мой взгляд, тень вздрогнула и исподлобья посмотрела на меня, прикрывая свой шрам чёлкой.

— Ласка, как прошло прошлое испытание?

— То, на котором ты получила первое место, — добавил Сайрис.

— Испытание было в одном из мёртвых доменов внутри города… — тихо отозвалась она. — Руины, через которых начало прорастать дикое Подземье. Много монстров, часто встречались заражённые пустотой. Но..

Девушка сделала паузу, бросила на меня быстрый взгляд из под чернильной чёлки, и добавила:

— Опасней всего — люди, — тихо прошелестела хриплым голосом тень. — Никто не следит за источником получения опыта, и не важно, это будут другие ученики или монстры.

— Ты о чём, красавица? — хмыкнул Сайрис.

Девушка нахмурилась, но ответила:

— Убивать других учеников плохо, но не запретно. На первом испытании меня сразу же убили ударом в спину. Так я и получила прозвище «Последняя», за худшее место в рейтинге.

— Странно представить, что с тобой сделал за это Тан… — заметил Сайрис.

— Усиленные тренировки, — сжалась и побледнела девушка.

— Зато потом ты сполна отыгралась, перебив на втором испытании кучу народу и став первой, — насмешливо добавил инженер. — Наслышан.

— Я просто защищала себя… — ещё ниже опустила голову Ласка, но эмпатия тари на этот раз не уловила в её эмоциях ни капли вины.

— Никто тебя ни в чём не обвиняет, — мягко сказал я. — Расскажи как есть всё, что можешь.

Девушка отхлебнула чай с маракуйей, сделала паузу и прижалась к стене.

— Меня определили в команду, которая попыталась, как и в первый раз, убить меня ударом в спину. Но я уже освоила теневой шаг и.. сумела уйти. Затем чуть позже к ночи поймала одного из них и узнала, что на меня сделали ставку. Сильный артефакт тому, кто меня убьёт, и золото всей группе…

Сперва они ссорились друг с другом за право меня убить. У меня хорошая скрытность и слух. Меня трудно найти и поймать. Так мне удалось организовать пару встреч и стравить несколько групп с монстрами.

Сутки они соревновались, чтобы меня найти и убить. На второй день им почти удалось загнать меня. Боевая группа демонистов и отрицателей сообща заманили меня в тупик. Но вместо того, чтобы расстрелять издали, — девушка горько усмехнулась, — решили что перед этим нужно обязательно отыграться на мне за неудачи первого дня. Но совершили ошибку и поплатились за ней.

В последний день конфликты закончились и все оставшиеся группы обьединились против меня. Ну, большинство, кроме нескольких оставшихся в стороне. Пришлось перейти к ловушкам и ловить их по одному… К тому же, мне повезло приманить на кровь стаю высокоуровневых монстров и одну случайно забредшую тварь с гибридной стихией.

Монстры — не всегда враги. Иногда они лучше людей. Они — предсказуемые.

— Ты хочешь сказать, что это будет не охота, а битва на выживание? — спросил Терми.

— Не для всех. Но на нас обязательно нападут. Особенно после того, как ты… — тень посмотрела в мою сторону, — ..вступился за меня, Син.

— Может, тогда просто высадим её за борт? — с надеждой спросила Дракоша.

— Лучше думай о том, что твою спину будет прикрывать победитель предыдущего испытания.

Все взгляды повернулись к Ласке, и девушка смущённо улыбнулась.

— Я постараюсь, — произнесла она. — Магистр всегда щедро награждает победителей.

— В таком случае, — продолжил я, — осталось только продумать общую тактику боя.

— А что тут думать? — удивился Сай. — Просто будем действовать так же, как во время развлечений Танатоса.

— Так же не получится, — я покачал головой. — Есть два большущих подводных камня. Для начала, нам нужно не обороняться, а наступать. Стоя на одном месте много опыта не получишь. И второе. Противостоять нам будут не безмозглая нежить, а в том числе и разумные люди. А значит, они могут приготовить неприятные сюрпризы и проявлять смекалку в попытках нас прикончить.

— Скажу даже больше. Не хотела, но раз уж вы настроены так серьёзно, сезон охоти на нашу мрачную тихоню никто не отменял. Отрицатели, демонисты, тёмные, кто-то из ветра и земли, — добавила Дракоша. — Я не шутила, когда предложила нам идти разной дорогой. Разве не достаточно того, что мы не станем тебе мешать, Ласка? Боюсь, наш топ рейтинга скорее помешает нам, чем поможет вырваться в лидеры.

Тень потупилась и кивнула.

— Да, спасибо.

— Спасибо? — удивился я. — Нет, Файрен, мы одна команда. К тому же, никто не должен опуститься ниже двадцатого места.

— Так твоя Ласка прекрасно справится с этим и сама, если ей на старте никто не будет мешать, — возразила Дракоша. — Так ведь?

— Да, я…

— Даже не думай, — покачал я головой. — Тем более что с отрицателями я и сам встречусь с большим удовольствием.

— Думаю, они и сами с удовольствием тебя поищут после позора их вожака на дуэли, — хохотнул Сайрис. — Я согласен, Ласка уже имеет опыт, так что её помощь будет к месту. Что нам мешает точно так же ставить ловушки всем вместе?

— Да все уж идём, чего разделяться? — добродушно улыбнулся Терми.

— Именно, — улыбнулся я и подмигнул Ласке. — Кстати, чуть не забыл.. ещё кое что. Метки. Теперь у нашего факультета в пять душ есть нормальная метка башни. Разбирайте и подумаем над общей тактикой поведения во время испытания.

19. Шаги к цели

С тех пор, как впереди замаячила вполне конкретная цель, которая в будущем могла сильно повлиять на нашу судьбу в академии, свободного времени стало всё меньше.

Доминион будто к чему-то готовился и спешил. Некоторые говорили, что испытание назначено слишком рано. Особенно новички, которые ещё не успели освоиться с новыми навыками.

Впрочем, на этот раз поток новых учеников в академию был сравнительно небольшим. В основном, речь шла о нашей тридцатке вернувшихся. А нам не нужно было развивать себя с нуля. Тела уже имели до стирания определённый набор способностей. Так что предстояло скорее овладеть тем, что у нас уже было, заново.

Время до испытания нужно было использовать с максимальной пользой, чтобы восстановить все пути развития, что были раньше. Не просто как набор надписей в инфо, а с пониманием, что для чего нужно и в какую сторону может быть развито.

Сверившись со списком навыков, которые у меня были открыты, я обошёл всех интересующих меня наставников и библиотеки доменов в первые же дни после объявления об испытании. Просто чтобы удостовериться, что я не пропущу перспективные направления развития, задуманные раньше.

Ради любопытства я посетил местные курсы кулинарии — и убедился, что учиться готовке необходимости нет. Поднимать навык выше нужды не было. Баффы хорошая еда накладывала, как и полагается, но не настолько большие, чтобы делать это основой стратегии. Возможно, однажды я сюда ещё загляну, но это определённо не основа для усиления.

К грибникам мне предложил зайти Терми. Даже провёл целую лекцию о том, как можно усилиться за счёт этого с моей магией воды. В итоге я пришёл в домен Порчи, скорее из любопытства, чем реально интересуясь этим направлении. Но как оказалось, навык является одним из основных у ряда веток развития гаруспиков, и этот предмет для них очень даже прикладной и боевой.

Что ж, шутку я оценил. Потраченное время — не очень. Хотя сам факультет Порчи показался мне изнутри довольно уютным местом. В качестве освещения они использовали светящиеся грибы и люминорный мох.

Посетил местное стрельбище, но понял, что делаю это в первый и последний раз. Большинству навыков для воинов и стрелков учили в домене отрицателей. Их странная… скажем так, ветвь умений антимагии позволяла очень эффективно бороться с магами и волшебными монстрами, но на противодействии врагу её полномочия и заканчивались, потому почти каждый отрицатель шёл по пути бойца или стрелка.

Все, кто не имея магии хотел всё равно колдовать любой ценой, шли к хаоситам и демонологам для заключения контрактов с иномирными тварями.

В общем, здесь мне успело повстречаться рекордное количество недоброжелателей. Я почти сразу понял, что здесь мне не рады, прошёлся по домену и ушёл. В конце концов основные умения стрельбы и ближнего боя были и в других доменах, а мастером клинка мне не стать всё равно.

Пожалуй, единственным доступным и перспективным путём усиления, если изучать все развитые в этом теле навыки, единственным достаточно перспективным был сонар. Да и то потому, что один из подходов к этому навыку строился на использовании магии.

Сонар, или поиск с помощью магии, никак не сочетался с другими моими умениями, кроме контроля воды. Но тем не менее, этот навык мог оказаться невероятно полезным во время испытания на Тёмной реке.

Особенностью навыка было то, что оно не требовало знания особого подхода и строилось на уже имеющихся умениях. Мой сонар строился на контроле воды в парообразной форме. Это то, что получалось у меня лучше всего. Сказывались занятия у призраков и огневиков, да и сам я в прошлом явно часто полагался на это умение — оно было прокачанным свыше капа по интелекту. Так можно было делать, лишь активно используя навык самостоятельно.

Мастер Илос использовал для разведки ветер, «ощупывая» им пространство перед собой. Для этого он развивал очень высокую чувствительность к колебаниям ветра, и мог почувствовать приближение врага просто по изменением в воздухе вокруг.

Из всех предложенных способов использовать сонар для разведки с моим набором способностей, этот мне показался самым перспективным. Вновь проснулось дежавю — раньше я точно использовал нечто подобное.

— Ладно, тогда приходи, обучу чему смогу. Но вода плохо подходит для этого. Да и навыки стоило развивать в направлении иллюзиониста, а не лекаря.

— А если так, — я призвал немного воды в виде тумана.

— Магия тумана? — с любопытством спросил магистр. — Редкое направление. Насколько хорошо оно тебе подчиняется.

— Контроль — профильный навык, — сказал я, заставляя облачко над рукой превратиться в туманный силуэт кошки, а затем в ворону, которая взмахнула крыльями и полетела вверх.

— Нубесмант, значит. Не слышал о таком классе, хотя я мало что знаю про водников, — произнёс магистр. — Всё равно не жди, что встанешь в топе среди разведчиков. Но уберечь себя от неожиданностей сможешь. Кстати, помни всегда о двух главных недостатках — быстрый уход маны от использования чистого контроля без заклинания, и материальная природа твоей магии. В общем, экономь силы и держись подальше от всяких духов и призраков.

В целом, впечатление и о наставнике, и о его домене сложилось приятное. Слабый факультет, но в целом, приятный.

Под вечер, до чертей устав от приключений, я уже серьёзно раздумывал над тем, чтобы оставить только два контроля с концентрацией и сонар. Я бы и от одного из контролей отказался, но чем больше я посещал занятия у водников и огневиков, тем больше понимал, что разница в их подходах слишком велика, и мне нужны оба пути.

Банально, подход в башне огня учитывал нагревание и прочие термические аспекты, а у водников агрегатное состояние через контроль если и менялось, то только в сторону криомантии. Но я-то как раз маг кипятка и пара, как бы странно это не звучало для адепта воды.

После башни Ветра я снова сверился со списком своих навыков.

Что же ты хотел сделать, прежний Син? Чем вызван такой билд и список способностей?

Оставались отравитель, пара жреческих навыков и социалка. Из этого списка наставник был только для отравителей. По всему остальному с обучением мне обращаться было попросту не к кому.

Проводник воли и голос течений ни в одной из башен не изучался. Первое — явно жреческий навык, а по жрецам никого кроме Танатоса в академии не было. И сам Тан, если уж на то пошло, был по классу в первую очередь рыцарем смерти, а уже потом немножко её жрецом.

Что голоса течений, то тут всё ещё сложнее — навык был не просто специализированно жреческим, но похоже, вовсе заточенным исключительно под связь с богиней воды.

Плюс проницательность, которая вообще была лишь редким социальным навыком, позволявшим догадываться о природе незнакомых вещей. По идее, эта способность должна была давать мне озарения во время обучения, общения или при попытке разобраться с чем-то непонятным. Спектр применения был большим, но все навыки такого типа оставались за кадром — изучай сам, как хочешь. Вон, в главной библиотеке стержня есть всё…

Из того, что можно было изучить детальнее, оставался ещё отравитель. Но я уже откровенно не верил, что в этом есть нужда. Вряд-ли яды будут для меня интересней, чем даже сонар, последний в моём списке по полезности.

— Син! — обрадовалась Ласка, поймав меня на взлётной.

Я приветствовал её улыбкой.

— Наверное. Разве что… — я тут подумал, что кому, как не убийце знать об использовании ядов. Это явно не её профиль, но всё же тема должна быть близкой. Класс тени был чем-то вроде убийцы с магией тьмы. — Что у нас в академии по части ядов? Не знаешь, есть магические направления?

Ласка задумалась:

— Если честно, я мало этим интересовалась. Кровь навов сама по себе яд, а меня отравить очень сложно. Так что мне это не нужно. Но.. этому обучают в домене мрака. Кто-то из младших магистров.

— Хм. Покажешь? — чтобы прогуляться в компании, небольшой запас сил у меня ещё был. Заодно будет лишний повод расспросить тень об устройстве Доминиона и здешних порядках.

Домене Мрака был одним из любимых у девушки — тёмные были из тех, что предпочитали шарахаться от пустотницы, а не стремиться убить.

Девушка даже показала мне крохотную булочную посреди тёмной улицы, где даже её угощали горячими пирожками. С грибами, само собой.

Прогулка вышла приятной, хотя девушка по большей части молчала. Лишь к концу прогулки мне удалось её разговорить, и та начала проводить нечто вроде экскурсии, рассказывая о примечательностях этого домена.

Младшего магистра, заведовавшего ядами, на месте уже не было. Придётся всё же тащиться в другой день, или забить. Но Ласка приятно удивила меня, затащив в местную библиотеку и целый час убив на то, чтобы найти что-то о применении ядов.

Итог был.. неоднозначным. Особой специализации тут не было. Создание ядов с помощью магии — да. А вот применение в бою было самым обычным. Единственное, что сразу пришло в голову, это смешивать яды со своим паром и напрямую контролем травить врагов.

Но для этого нужно было только узнать или разработать яды, которые смогут оставаться опасными даже в виде смешанного с водой пара. Не удивлюсь, если раньше я именно так и набивал себе уровень «отравителя» — с атакующими навыками у меня была совсем беда.

Когда мы закончили, было уже достаточно поздно. Небо над Стержнем потемнело, а в домене Мрака в принципе предпочитали темноту. Большинство магов тьмы так или иначе находили способы видеть во тьме.

После библиотеки тёмных свежий воздух казался настоящим чудом. Я глубоко вдохнул и едва не закашлялся от вони железа и химии, а затем где-то вдалеке раздался звук чего-то вроде дрели и ударов молота по металлу.

— Механисты, — равнодушно поведала тень, глядя на моё удивление. — Их домен — соседний.

Девушка кивнула в сторону на редкость широкой улочки, ведущей в соседний домен.

Не смотря на позднее время, людей было всё ещё много. Множество учеников сновало между зданиями, а в небе летали механические рыбы.

— Мастер Тахион… — тихо сказала ласка, глядя на мужчину в тёмно-зелёном плаще с высоким воротником.

Внешность магистра показалась мне добродушной. Он едва заметно улыбался одними кончиками губ. Круглые очки и длинные волосы, собранные в хвост, делали его похожим на лекаря или просто интеллигентного добряка.

Если бы Ласка не обратила моё внимание, то после знакомства с Таном, Ирис, Джеро и другими магистрами, я бы и внимания на него не обратил. Впрочем, возможно магистр и не хотел привлекать к себе лишнее внимание — я призвал инфо и увидел, что уровень и имя над головой были скрыты.

Он шёл прочь от домена механистов, не обратив на нас никакого внимания. Да ещё и пешком, вместо того, чтобы воспользоваться магией или рыбой. Впереди его ждал путь через владения Тана, которые начинались сразу за башней Мрака. Решил прогуляться?

Магистра выделял разве что бегущий следом за ним невысокий чёрный крысолюд-незу. Да и то, это я к двуногим крысам только-только начал привыкать. Другие же в Доминионе видят хвостатых слуг годами и воспринимают за часть местности.

Я посмотрел дальше по улице — в отличии от шумного домена механистов, на пустынной улочке тёмных, рядом с библиотекой ядов, здесь не было никого, кроме нас с Лаской. Никого, кроме ещё парочки незу, которые шли мимо по своим крысиным делам.

Увидев мастера Тахиона, парочка сжалась и замерла у стены одного из домов. Будто мимо них прошла сама смерть. Сам магистр даже внимания на хвостатых не обратил, с тем же довольным видом идя дальше.

— Забавно на него реагируют крысы, — заметил я, когда фигура магистра уже удалялась.

— Да.. — кивнула Ласка. — На самом деле крысы подчиняются ему, а уже потом — академии.

— А какие у него дела с механистами? — спросил я скорее для поддержания разговора.

— Никаких… — неожиданно уверенно ответила Ласка. — Мастер Мракрия.. не покидает свою башню во внешнем домене.

— Вообще?

— Вообще, — кивнула девушка. — За последние годы его мало кто видел, кроме пары доверенных младших магистров. Все дела ведут они от лица наставника. Да и в целом у друидов с механистами нет ни одной общей дисциплины.

— Ладно, оставим дела магистров самим магистрам, — махнул я рукой. — Лучше как следует подготовиться к испытанию. Хорошо хоть, Тан на время прекратил насылать на нас каждый день нежить.

— У наставника в последнее время много дел, — пожала плечами Ласка. — Но думаю, скоро он сделает нам сюрприз. Уроки выживания всегда должны быть неожиданными.

20. Вниз 1/2.

Этот день мало чем отличался от предыдущих.

Мы всё так же собирались на взлётной площадке, так же прилетели на рыбах к Хрустальной башне. Разве что все мы были куда более сосредоточены, чем обычно. Напряжённая и даже более мрачная, чем обычно, Ласка смотрела в одну точку. Мыслями она уже была на испытании.

Эмпатия говорила о сложном букете чувств, в котором была смешана надежда, недоверие, подозрительность и осторожность. Девушка до сих пор не верила, что её хотят видеть в составе команды, и даже не в виде первой цели для опыта.

— Всё будет в порядке, Ласка, — уверенно сказал я. — Во всяком случае, на меня можешь точно рассчитывать. Да и на Терми, думаю, тоже.

Механическая рыба с мерцавшими лазурными плавниками начала снижаться к площади перед входом в Стержень.

Сегодня ученики никуда не разбегались, как прежде, а собирались группками по факультетам.

Для нас, звериной тридцатки последнего потока, всё это будет впервые, но для сотен обитателей академии — ежегодной рутиной. Думаю, Ласка сильно преувеличила, когда говорила что на неё охотились прям почти все. Часть учеников уже много лет находилась в статусе ученика и не собиралась ничего менять.

Даже любопытно, зачем академия упорно тянет столько тех, кто находится в ней только для статуса ученика и возможности перерождения. Так что далеко не все сегодня будут в поте лица фармить мобов или охотиться на Последнюю Ласку.

Как я понял по наличию участников в списке, испытание на рейтинг касалось учеников всех факультетов академии. А вскоре мои мысли подтвердились, когда я увидел на посадочной площадке целую толпу.

Сейчас здесь были все бойцы, собранные по факультетам.

Мы были самым малочисленным отрядом. Средним было значение в восемь-десять учеников. Факультеты крупнее разбивались на несколько отдельных групп.

Среди собравшихся я повстречал всех, с кем успел познакомиться. Цианея среди отрядов домена Призраков, неприязненно зыркавший в мою сторону староста отрицателей, Лесат из домена Знаний с его подружками…

Предстояло всем вместе опуститься на дно академии, под стержневую Хрустальную башню. И по началу спуск не предвещал ничего дурного. Мы просто шли единой толпой вниз по широкой и почти не освещённой лестнице.

Но очень скоро меня ждал сюрприз. Неоднозначный такой сюрприз.

— Одевайте вот это и прыгайте вниз, — произнёс незнакомый магистр, ткнув пальцем в стоящие у стены деревянные треугольные доски.

У меня уже тогда закралось недоброе предчувствие.

Я обернулся на остальных, в поисках хоть какого-то понимания и увидел, как в другом отряде берут непонятный артефакт, тот на миг исчезает из виду и появляется за спиной. Ученики одевали устройство через инвентарь.

Похоже, эти странные крылья — действительно нечто вроде магического артефакта. Первый отряд, кажется, из башни Земли, уже вооружился ими, и ученики смело шагнули вниз

Из-под крыльев вырвалось теплое зелёное пламя. Магия природы.

Надеюсь, это работает автоматически.

Получен предмет: копия крыльев тари.

Материал: древогриб, хрусталь.

Редкость: обычный.

Тари? Совсем, как моя раса в инфо.

Я взглянул, как окружающие берутся за руки по отрядам и протянул свои друзьям.

В ладони оказалась холодная рука Ласки.

А затем, мы полетели во тьму Подземья.

Вернее, внизу было относительно светло, хоть и не так, как в свете факелов академии.

Должно быть, для того и служило ограничение на количество участников отрядов. Внизу все снова соберутся всё равно вместе по факультетам. А значит и те же отрицатели действительно могут сговориться и устроить нам тёплый приём внизу.

Наверное, стоит иметь какой-то план на такой случай.

И кстати, кое-что я и впрямь могу сделать.

— Летите вниз, а я на разведку, — улыбнулся я, и спрятал крылья в инвентарь.

— Чего? Син, ты… — начал было Сайрис.

Капле воды плевать на падение с высоты. Потому я активировал водное тело и обрушился на землю, разбившись на капли, что повинуясь контролю принялись собираться в мою нормальную форму.

Нижние уровни, значит.

Не там ли случился тот самый инцидент, с тридцатью выжившими из трёх сотен? Хотя сомневаюсь, что первокурсников вели бы в столь опасное место. Всё же это Тан у нас уникален, а остальные магистры стараются беречь своих учеников.

Внизу передо мной расстилались светящиеся грибы, вырисовывающиеся на фоне мрачного тёмного камня. Запахло сыростью, плесенью и землёй.

Монстров вокруг я не увидел. Поэтому я применил владения, туман и растёкся облачком вокруг.

Навык «Сонар» повышен. Текущий уровень — 12.

Кажется, вблизи действительно ничего нет. Разве что призраки — единственное моё слепое пятно.

Лишь в отдалении паслись какие-то существа, определить которых на расстоянии я не смог.

Их я рассмотрел чуть позже. Существа оказались неопасны — вполне по уровню даже отряду из пяти душ. Да и без меня, тоже справятся. Поэтому я проскользнул туманом им за спину и продолжил исследование тоннелей.

По пути встретилась ещё пара монстров. Это были какие-то продвинутые слаймы, что смогли меня почуять и даже попытались атаковать. С ними мы тоже справимся без труда. А что дальше?

Так я провёл ещё пол часа. Потом иссякла мана.

Пришлось спешно обращаться чел.. тари, и пить зелье.

Обратно я вернулся вовремя. На товарищей напал отряд монстров, которых я не почуял…

Это было что-то вроде хищных червей, размером не больше собаки. Но вместе с тем легко прыгавшими сквозь каменные стены.

Мда, разведчик из меня пока так себе…

Магией воды я атаковал врага с тыла гневом, просто чтобы отвлечь. И это мне удалось — монстры переключили внимание на меня, а я активировал водное тело, в форме жидкости перелетел к товарищам и приступил к привычному исцелению.

Ко внезапному нападению мой отряд был готов. Мелькнули молнии винтовки Сайриса, полыхнул огненный росчерк Дракоши, взметнулся фрактальный клинок Терми и черви были повержены. Так бой был завершён относительно бескровно и быстро.

В этот момент на нас решила выйти альфа-особь червей, выбрав своей целью меня.

Чудовище выскочило из-под земли, но вместо спины целителя встретило клинки Ласки.

Едва бой был окончен, я поделился с товарищами тем, что я почуял впереди на нашем пути. Как мало мы знаем об этом месте! Непозволительно мало. Вот чему учил нас Танатос. Враг может быть где угодно и атаковать, как угодно.

— Танатос был прав, — подтвердил мои мысли Терми.

— Танатос — мудак, — упрямо повторил Сайрис.

— Интересно, у него кто-нибудь есть? — полюбопытствовала Дракоша. — В смысле, подружка?

Путь по Подземью продолжался.

Кое в чём он, похоже, был прав ещё. Монстры здесь действительно слабоваты. Рассчитаны на нубов, которые едва вступили на путь прокачки. Для уровней сороковых бои были бы очень долгими и кровопролитными.

Скучное место? Пожалуй, что так. Во время полёта вниз я ещё думал, что мы все стартуем примерно рядом. Но на деле нас раскидало так, что весь первый день мы не делали вообще ничего. Лишь набивали опыт на мелочи, которая кидалась сама, так что шкала прогресса почти не двигалась.

Куда больше внимания я уделил знакомству с подземным миром Мельхиора. С одной стороны он походил на земные пещеры. Но с важными фентезийными отличиями — то и дело нам попадались какие-то светящиеся камни, грибы или растения.

Окружающий мир был нереально красив. Переливающиеся огни в полумраке и обилие фосфоресцирующих растений создавали ощущения путешествия по сказочному миру грёз. Всё казалось не совсем реальным, волшебным.

Вспомнились слова Ласки о том, что этот мир — её рай.

Сама девушка выглядела здесь настолько естественно, что я только сейчас понял, как неуютно ей в окружении людей в академии. В пещерах она была настоящей тенью. Даже будучи рядом с нами, она часто терялась из виду в своей чёрно-серой потрёпанной одежде. Здесь она делала её ещё более неприметной на фоне игры света от камней и растений. Так она и впрямь будто сливалась с тенями.

Спустя несколько переходов и часов шесть ходьбы мы нашли удобное место для ночлега.

Предстояло дежурить всю ночь, и делать это усиленно. Опустив даже тот момент, что смерть уменьшает рейтинг, перерождения забирали частичку разума и души. Если монстры застанут нас ночью — быть беде. Но намного хуже, если нас найдут люди.

Даже не представляю, кто и где сейчас может быть. Локация Тёмной реки оказалась очень большой и запутанной. По её словам, испытания в городе проходили в месте намного меньше, потому встречаться друг с другом ученики стали почти сразу после высадки. К тому же концентрация и сила монстров тоже были на уровень выше.

Когда настала наша с Лаской очередь охранять покой группы, мы все были измождены. Даже куда более подготовленная постоянными издевательствами Танатоса Ласка, и та явно сдавала позиции после целого дня непрерывного пути.

Лагерь обустроили возле крохотного пещерного озерца. Оно утопало во тьме чуть в стороне от дороги, вдоль которых росла какая-то светящаяся поросль. Здесь было удобней обороняться, был путь к отступлению в случае чего, и при этом мы оставались достаточно неприметны.

Порадовала мантия инквизитора — похоже, она подстраивалась под ситуацию, хоть и слабо. Вишнёвый цвет мантии постепенно потемнел, ровно настолько, чтобы не быть ярким пятном на фоне группы.

Разбили лагерь довольно быстро. В приготовлении пищи, как ни странно, помог Сайрис. Вышло ароматное блюдо из тушёного с грибами мяса с добавлением трав, и ароматный чай с маракуйей.

Попутно за едой мы развернулась неспешная беседа ни о чём. Делились сплетнями, обсуждали пути развития навыков, думали о будущем… Дракоша и инженер были очень разговорчивы, да и пилигрим не сильно отставал от них. Я же больше слушал, иногда посматривая по сторонам.

Взгляд невольно застывал на тёмной фигуре поодаль. Девушка всегда была будто бы с нами, и в то же время отдельно от нас. Будто готовилась в любой момент уклоняться от летящего от костра ножа.

20. Вниз 2/2.

В эту ночь на нас напали твари, напоминавшие пауков. Они пришли откуда-то сверху, где над высокими стенами разломов, на дне которых мы находились, зависла титаническая Хрустальная Башня, наплевавшая на гравитацию.

Я предполагал что-то подобное и выпустил туман, в том числе и над нами, небольшим облачком. А потому, когда тела врагов прошли сквозь него, я уже знал о ночных гостях и успел предупредить друзей.

Уже на подступе к лагерю, врага встретил залп огненных копий и взрывавшихся пламенных сфер от Дракоши. Вниз полетели обуглившиеся чешуйчатые многолапые монстры. Вблизи они куда меньше походили на пауков, скорее на ящеров-мутантов.

До нас дошло с десяток особей, самую малость ниже нас по уровню. Здесь их встретила винтовка Сайриса и клинки Терми с Лаской. Девушка была слишком быстра, чтобы попасться в под лапы существ, а пилигрим прикрылся фрактальным щитом. Поэтому сила целителя в этом бою нам не понадобилась.

В бою ящеропауки были сильны, но своевременное обнаружение и файершоу от пиромантки свело все их преимущества на нет, а с остатками мы разобрались относительно быстро.

В этом бою я достиг семьдесят пятого уровня.

Оставаться на том же месте и спать дальше в окружении трупов никто не хотел, потому мы решили двинуться дальше по тоннелю. Не то, чтобы кто-то успел выспаться, но немного сил восстановить удалось.

К счастью река была уже близко, и продолжать путь мы решили по ней.

С собой нам выдали нечто вроде байдарок. На пятерых у нас было таких две, разобранных и сложенных частями в инвентарях. Такие речушки оплетали всю локацию испытаний, потому обойтись без них было нельзя. Далеко не у каждого в группе были маги, способные передвигаться по воде самостоятельно.

Увы, быстренько погрузиться не вышло. Чтобы собрать байдарки, нам пришлось потратить довольно много времени, и то это удалось сделать в основном благодаря усилиям Сайриса. На это время он стал нашим лидером и командовал что и как делать. От мага воды здесь зависело очень мало.

Зато потом, когда мы погрузились в них — я с Лаской, а Сайрис с Дракошей и Терми, мои способности были незаменимы. Вёсла, которыми нас тоже заранее снабдили, были не нужны благодаря контролю воды. Так что едва мы погрузились в байдарки и отчалили от берега, путешествие превратилось в приятную прогулку с возможностью попутно вздремнуть для всех, кроме меня.

— Разбудите, когда будет что-то интересное, — зевнув, откинулся на сидении инженер.

Терми уже успел вырубиться. Ночной бой был очень напряжённым. По итогу совсем не тяжёлым, но потребовавшим выложиться на полную. Сонными были все. Особенно я сам, но вместе с тем именно мне почему-то сопротивление сну далось не очень тяжело.

Лишь Дракоша, погрузившись в свои мысли, мрачно смотрела вперёд, да Ласка не оставляла бдительности. Но тень вообще была на стрёме всегда. Всё, как учил Танатос и жизненный опыт.

— Тоже будешь спать, Син? — заметила мои приготовления Фай. — Можешь контролировать воду во сне?

— Не совсем, — отмахнулся я, но пояснять детали не стал.

Активировав облачные владения, я опустил руку в воду, погружаясь сознанием в воды тёмной реки. Ласке я мог доверить охранять своё тело. Я узнал её уже достаточно, чтобы знать. Она сама никогда не предаст. Не смотря на всю холодность и отстранённость, она очень ценит хорошее отношение и ту дружбу, что у нас завязалась за последнее время.

Течение усиливалось, и подталкивать лодки уже не было такой нужды. Но спать я вовсе не собирался. С активными владениями я мог отслеживать пространство лучше, чем распуская туман. Мои заклинания как ни крути были ограничены и нуждались во моём контроле, а река прекрасно текла и без меня. Оставалось лишь гулять по ней разумом, выискивая опасности.

Если опасность будет нам грозить из воды, или плыть нам навстречу — я сразу же смогу это почуять.

Так мы плыли некоторое время под громкий храп инженера. Погрузившаяся в свои мысли Ласка и засыпающая Дракоша.

— В паре километров отсюда ещё одна группа на трёх лодках. Скорее всего мы встретимся с ними на изгибе, — сказал я, не открывая глаз.

— Кто там? Можешь сказать точнее? — вздрогнув и растеряв сонливость, спросила Дракоша.

— Нет, покачал я головой. Только то, что там три лодки. Значит, в группе от шести до девяти душ.

Я сконцентрировался и часть своей маны испарил облачком, чтобы подняться чуть выше и ощупать плывущих.

— Семеро, — уточнил я.

— С семерыми мы справимся, — добавил Сайрис сквозь сон.

Погнав облачко дальше, я попытался изучить пространство вокруг. Река здесь не имела берегов и текла строго в расщелине, между высокими каменными стенами. Смутное предчувствие заставило меня послать туман дальше, чтобы исследовать, не идёт ли за троицей байдарок ещё несколько.

Чутьё не обмануло. Только вместо лодок враг оказался иным — группу преследовала свора потревоживших наш сон пауков-крокодилов. Сейчас людям удалось немного оторваться, но стоит им хоть немного остановится, и встреча будет неминуема.

Мага воды в отряде не нашлось. Люди изо всех сил работали вёслами. А значит, и отдых уставшим мышцам рано или поздно понадобится. О запасе сил монстров оставалось только догадываться, и надеяться, что и им известна усталость.

— Мы ускоряемся? — заметила Дракоша.

— Нужно им помочь, — пояснил я.

— Помочь? — возмутилась девушка. — Ты в своём уме? За помощь не платят!

— Говорят, добро возвращается, — улыбнулся я не открывая глаз.

— Вот только не нужно лечить меня этой хренью. Я никому помогать не собираюсь.

— Тебе и не нужно, — хмыкнул я. — Когда окажемся на месте, просто постарайся защитить свою жизнь, и всё.

— Эй! Ты там охренел или как? — возмутилась Дракоша.

— Я тоже в деле, — послышался сонный голос инженера. — Под прикрытием этих неудачников можно будет неплохо набить фрагов.

— Ну, разве что если так, — скривилась пиромантка. Я её выражения лица не видел, но по голосу и благодаря эмпатии хорошо нарисовал её в воображении.

Тем временем, я решил попытаться помочь преследуемым на расстоянии.

Находить врага было не очень просто, а убить одним кастом с помощью кипящего гнева и вовсе невозможно. Шустрые твари просто выходили из области удара и терялись из виду. Враг ощущался туманом с большим трудом. Ощущение было, будто я пытаюсь ощупать маленькие медные фигурки.

Затем я перешёл на паровые шары, но толку от них было не больше. Впрочем, очень быстро мне пришёл бонус к концентрации, а затем поднялся и навык контроля — оба достигли шестнадцатого уровня, на единицу обойдя интеллект.

Ещё раз подтверждает, что можно прокачивать навыки и выше связанной с ними характеристики, а ограничение работает только на прокачку за очки навыков. Таким образом усилиться можно не через одно умение, а собирая несколько со схожими свойствами.

Так никого и не убив, но чуть подрастая в навыках, я наконец вынырнул разумом из реки и тумана, и объявил:

— Будите Терми. Через минут пять мы встретимся с ними.

— А враг? — спросила Дракоша.

— Отстаёт ещё минут на пять-семь.

Я активировал облачный оберег. Он немножко повышал регенерацию и усиливал моё целительное воздействие на друзей. Рядом с активной облачной аурой лёгкие раны заживали сами собой, да и регенерация ложилась куда лучше.

Друзья тоже готовились к битве. В руках у Терми появился небольшой двухзарядный арбалет, видимо недавняя обновка, а наконечник стрелы выпустил вверх редкую вереницу белых кубиков. Сайрис приготовился стрелять из своей винтовки, а Дракоша мрачно смотрела вперёд, складывая пальцы для активации боевой магии.

* * *

Мы вынырнули из-за поворота прямо перед лицами боевой группы призраков. Незнакомцы глядя на нас здорово струсили и приготовились отбивать нападение, лишь Цианея просияла при виде меня и Сайриса.

— Синаэль! Сайрис! — громко приветствовала нас девушка.

Значит, я правильно сделал, что решил вмешаться. В случае, если бы незнакомцы были настроены агрессивно, они бы оказались в очень интересной ситуации. Путь к отступлению был отрезан. Если бы это был кто-то настроенный нейтрально — они были бы нам сильно должны за спасение. Но Цианее я был рад помочь и просто так. Как другу.

— Башня Смерти, — неприязненно приветствовал нас лидер группы, невысокий темноволосый парень с голубыми глазами. Лунный эльф с каким-то необычным классом. Выглядел он опрятно, даже слегка чопорно, но впечатление создавал гнетущее. Как тот, к кому лучше спиной не поворачиваться.

Он бросил быстрый взгляд на Цианею, мазнул глазами по нашей группе и остановился на фигуре Ласки, после чего заметно помрачнел и напрягся.

— Башня Призраков, — с улыбкой ответил на приветствие я, выказывая мирные намерения. — Вас преследуют монстры?

— Кропалиски, — кивнул парень. — Вам что с того?

— Предлагаю вместе их загасить, — вновь улыбнулся я.

— Чтобы потом ударить нам в спину? — прямо спросил он.

— Мы хоть раз так делали? — я чуть приподнял бровь.

— Я вообще тебя впервые вижу, — скривился глава их группы. — И знать тебя не знаю.

— Я его знаю. Син не такой, — вступилась за нас Цианея, глядя на инженера. — И Сайрис ни за что не ударит нам в спину!

Парень снова мрачно посмотрел на свою спутницу, но та выдержала его взгляд с самой невинной улыбкой, и наконец он кивнул. Ещё бы ему отказаться — если он опасается нападения с нашей стороны, то отказавшись действовать сообща он ещё больше подставит свою группу в случае атаки.

— Вы уже сталкивались с этими тварями? — полюбопытствовал щуплый высокий парень с кошачьими ушками большими очками и на редкость толстыми линзами.

— Они сегодня были у нас вместо будильника, — ухмыльнулся Сайрис. Я проследил за его взглядом и заглянул в спектр эмоций своей эмпатией. Скорее из любопытства, чем ради необходимости. Но полученные наблюдения меня немного озадачили.

Инженер не отрываясь смотрел на солнечную эльфийку. Старался не сильно палиться, но тем не менее всё время будто пожирал Цианею глазами. Значит, познакомиться уже успели.

Сказал бы, что это любовь с первого взгляда, при чём обоюдная, если вспомнить слова самой эльфийки. Но вот в чувствах его было нечто совсем другое. Теплота — да, но вместе с тем растерянность и что-то смутное. Будто всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Что-то между ними было… будто они с ней уже были знакомы когда-то раньше.

Могли ли они быть знакомы раньше? В таинственном походе, откуда вернулись в нашей группе все, кроме Ласки, Циана тоже не была. Все те тридцать с лишним тел с душами попаданцев имели в инфо звериные расы. Как, например, у мага в очках и у всей нашей группы, за исключением тени.

Остальные же ученики носили куда более простые и понятные фентези расы, вроде эльфов, дворфов и тех же людей. Разве что изредка среди них встречались лисолюды. Но вот среди вернувшихся не было ни одного человека или эльфа. Исключительно полузвери.

Впрочем, среди компании призраков моё внимание привлёк ещё один ученик. Взгляд зацепился за худого высокого мага в толстых очках. А если точнее — за кошачьи ушки, прогладывавшие через его светлые волосы.

Он держался чуть отстранённо и улыбался, будто всё происходящее его не особо касается. Ну пришли какие-то ученики другой башней и ладно. Но эмпатия сразу же уловила смутное беспокойство. Маг бросал на меня быстрые и будто бы мимолётные взгляды и находился в странной растерянности. Как собственно, и я сам — его лицо казалось мне смутно знакомым. Ну, или скорее знакомым прошлому мне, хозяину этого тела.

А ещё он чем-то незримо отличался от остальных. Даже не знаю в чём именно, но я чувствовал некоторое.. родство, что ли? Кстати, может, именно об этом мне и спросить напрямую?

— Эти хреновины напали на нас среди ночи, так что я всё ещё на них зол и буду рад покрошить, — добавил Сайрис. — Сколько их там, братан? Десятка с два?

— Не знаю, — ответил лидер призраков с оттенком недовольства. — Но мы справимся сами.

Не справятся. Даже сам призрак в это не верил. Но и враждебность в нашу сторону не была чем-то личным. Скорее, наличие пустотницы в группе и её дурная слава за фарм опыта на других учениках в прошлом испытании.

— Ой, да ладно, приятель, мы просто хотим убедиться, что Циана в порядке, — я снова добродушно улыбнулся, пытаясь соответствовать образу простого безхитростного парня. Наверняка он или сам видел или в курсе моего конфликта с отрицателями. Но эту ситуацию можно рассматривать очень по-разному. Может, я просто впрягаюсь за всех несчастных?

— Какое вам дело до ученицы нашего факультета? — неприязненно спросил призрак. — С каких пор ученики Призрачной башни дружат с башней Смерти? С чего бы мне вам верить?

— Ну не хочешь — не верь. Мы с вашим выводком чудиков и без вас можем справиться, — с насмешкой Сайрис.

Надо же, грубый инженер Сай и «милая леди».

— Мы вместе учимся у мастера Ирис, — с улыбкой пояснил я, смягчая слова друга. — Так что в каком-то смысле союзники. Ты правда зря беспокоишься. Зачем мне вредить тем, с кем обучаюсь трансформации воды?

— Ну… если так, — в голосе призрака послышалась растерянность, а эмпатия говорила, что недоверие сменилось удивлением.

— Син, где враг? — настороженно спросила Дракоша.

— Ещё минут пять, — ответил я, не отворачиваясь от ушастого мага. — Кстати, если не секрет, мы с тобой нигде не встречались? Ты кто по расе? — спросил я у мага в очках.

— Тари, — растерянно ответил он. — Типа кот. Знаешь, ты тоже кажешься мне вроде бы смутно знакомым.

Прямо как я… Только никаких кошачьих ушек у меня нет.

— Что-нибудь знаешь о прошлом своего тела? — продолжил допытываться я.

— Только то, что был в каком-то походе. Где-то за змеиным спуском, в храме одного из древних богов.

Змеиный спуск? Древний бог? А ведь он знает побольше меня.

— М-м, так это твой туман, — встрял глава призрачного отряда, глядя как повинуясь моей воле вверх поднимается сизое облачко. — И долго ты за нами шпионишь?

— Где-то с час, — пожал я плечами. Чего тут скрывать, если он сам всё понял? — Кстати, как тебя звать-то? Может, познакомимся по-людски?

— Масао, — фыркнул глава призрачного отряда.

— Некуш, — дружелюбно ответил кошачий маг.

— Циана, — сразу же отозвалась эльфийка. Хотя её имя мы и так знали.

Следом послышались вялые ответы остальных членов семёрки, и в инфо над их головами зажглись имена. Удобно, черт возьми. Не нужно бояться, что потом всё забудешь.

— Идут, — предупредил я всех, едва первый пауко-крокодил пересёк туманную взвесь, которую я сразу же превратил в паровой шар.

Тварь сорвалась со стены и плеском повалилась в воду, взметнув вверх ворох брызг. Остальные её товарки приняли это за сигнал к атаке и пространство вокруг нас ожило. Вот только не так, как прежде.

— Из воды, быстро! — закричал Масао, первым осознавший угрозу. — Их ведёт даэрот!

В месте нашей встречи с его группой был у стены небольшой островок суши. Слишком узенький, чтобы нормально там обороняться, но я предпочёл поверить его опыту. Ну, или скорее его эмоциям, которые уловила расовая эмпатия тари. Парень был в ужасе, и мысли о нас его сейчас занимали меньше всего.

А затем я увидел его. Тёмные воды реки вспучились, в воздух поднялись брызги и снаружи показалась длинная крокодилья голова на мускулистом чешуйчатом торсе.

Даерот, уровень 235

Стихия: вода, тьма.

Может, Дракоша была права, и мы зря в это ввязались..?

21. Тёмная река 1/2.

Засверкали вспышки магии. Дракоша и маги призрачной группы принялись поливать врага смертоносными заклятиями. В плечо главного гада вошла фрактальная стрела Терми, начав разъедать чешуйчатое тело даерота.

Но на высокоуровневое чудовище впечатления это не произвело. Враг даже внимания не обратил на полученный урон, хотя фрактал, как и прежде, впечатлял способностью поразить что угодно.

Подняв лапу вперёд, монстр активировал свою способность и в нас полетел сгусток мрака.

Я приготовился встретить атаку стойко, уходя в водное тело, но Ласка успела быстрее, удержав меня от ошибки. Слишком поздно я вспомнил свой бой с отрицателем — увы, моё заклинание превращения в воду бесполезно против любой магической атаки, а магией в этом мире владел каждый второй.

Резко толкнув меня в бок, девушка сбила меня с ног, и смертоносный заряд прошёл мимо. А следом за ним мелькнул ещё один, врезаясь в мечника из призрачного отряда.

Заряд тёмной энергии пробежался по телу несчастного, испепеляя плоть. Чернота пожирала с одинаковой эффективностью и кожу, и кости и даже амуницию бойца.

Я применил регенерацию, затем наспех прочитал молитву возрождения, но ни то, ни то не сработало — заклинание не оставило практически ничего от несчастного, будто ему на голову вылили ведро кислоты. Магия просто не нашла, что ей восстанавливать.

— Хищная тьма, — тихо шепнула тень. — От неё защищает лишь свет и звездный щит.

Ещё наверняка в этот список входили и фрактальные способности Терми, — добавил про себя я.

Следом на нас посыпались сверху и мелкие монстры. Большинство из них было серьёзно ранено магическим залпом, но тем не менее им удалось добраться до нас и обрушиться единым потоком.

Завязалась схватка. В тесноте крохотного участка суши такая сутолока могла закончиться плачевно — даже как следует взмахнуть мечом здесь было сложно — всегда оставался риск задеть своих. Но паника подстёгивала не думать об этом и рубить врага любым способом.

Хорошо хоть Дракоша с её склонностью применять массовую магию у себя под носом, продолжала заниматься дальними целями.

Над её правой рукой завис странный треугольник, проходя сквозь который магия ускорялась и мгновенно поражала цель. В отличии от заклинаний других магов, копья Дракоши почти всегда находили цель.

Удобно сражаться в тесноте из всех нас было только тени и вору из призрачного отряда. Хотя второму было далековато до смертоносности Ласки. Тень расплывалась с помощью своей способности, оказываясь в самом удобном для атаки месте.

Я мысленно порадовался, что эта машина смерти на нашей стороне — все удары её были точны и всегда находили цель. В отличии от призраков, тень не делала лишних движений. Каждое её действие несло врагу гибель.

Сам же я на полную врубил силу ауры и обкаста, периодически добавляя регенерацию.

Сложно переоценить важность опытного хилла в группе, и в сравнении с целительными заклятиями Цианеи я не мог с гордостью не отметить, насколько моё тело хорошо подготовлено для таких рейдов. Все заклинания отлично дополняли друг друга, и срывались с левой руки и посоха без остановки, возвращая здоровье и не позволяя никому из нас погибнуть от зубов монстров.

В какой-то момент мне показалось, что мы побеждаем. Должно быть, слишком обманчиво выглядели всполохи магии с нашей стороны. Но крокодилоголовый упырь думал иначе. Сопротивляться его магии было почти невозможно.

Магия тьмы оказалась жутким и на редкость неприятным противником. Мне приходилось всё время тратить исключительно на хилл и следить за здоровьем союзников, потому как смертоносные способности главного гада вполне могли убить с одного попадания даже полностью здорового воина.

Но долго так продолжаться не могло.

Вскоре погиб ещё один из призраков. Конечно, в городе он возродится вновь, но будет где-то в хвосте рейтинга. А главное — это брешь в наших рядах и большой минус для наших объединённых отрядов.

— Терми, мне нужно время, — сообщил я товарищу. Только у него одного была универсальная стихия, способная блокировать тьму. Однако свой щит применять он мог не часто, так что выиграть много времени ему было не под силу.

А значит действовать придётся быстро.

Пилигрим понял меня и не стал задавать лишних вопросов. Он зачаровал новую арбалетную стрелу и метко подстрелил чудовище чуть ниже шеи. Монстра это не убьёт, но заставит поменять приоритеты в выборе основных целей.

У меня же будет немного времени для реализации задуманного.

Облачные владения подчинили моей воле воду в окрестностях, и я медленно стал повышать температуру. Если делать это незаметно, есть шанс, что хладнокровная тварь ещё долго не почует подвох.

Терми принял вторую стрелу хищного мрака на полупрозрачную защиту, и та рассыпалась уходящими вверх белыми кубиками.

Следом обзор чудовищу перекрыла Ласка. Её вмешательство было неожиданным, но она пришла на помощь очень вовремя. Вокруг головы чудовища сформировалась её сфера мрака, и следующее заклинание врага ушло в воду.

Я принялся что есть сил ускорять процесс, вкладывая весь свой навык контроля, а затем начал активировать на весь остаток маны паровые шары и кипящий гнев.

Вода забурлила и вскоре шкала жизни чудовища поползла к нулю. Монстр заметался — он был достаточно быстр и ловок к воде, чтобы уйти от копий Дракоши или заклинаний других магов, но когда начала вскипать вся среда его обитания, деваться чудовищу стало попросту некуда.

Тварь впала в панику. Запахло вареным мясом, монстр замотал крокодильей башкой. Раздавался плеск воды. Чудовище предприняло последнюю попытку вырваться из кипящей жидкости и попыталось уйти на глубину.

Решение было верным — там моей маны было ещё слишком мало, и вода была относительно прохладной. Но.. слишком поздно.

На поверхность воды начал медленно всплывать кверху брюхом наш мини-босс. А затем и его маленькая армия, прыгающая на нас со стен пещеры, начала разбегаться прочь.

Охренеть… мы завалили эту тварь.

Уровень неожиданного противника был как у боссов с испытаний Танатоса. Если бы не близкое общение с истервисом и другими питомцами мастера Смерти, я бы решил, что переоценил свои силы и предложил отступлать.

Но подобную нечисть мы уже валили, пусть и без группы поддержки.

Интерлюдия: призрачный клинок.

Масао стоял, тупо рассматривая всплывшую разваренную тушу чудовища.

Уровней мир отсыпал неплохо. Но скромный семьдесят девятый у целителя теперь смотрелся чем-то вроде издёвки.

Третий староста одной из самых могущественных башен пребывал в замешательстве. Облегчение от гибели столь сильного противника, радость от вовремя пришедшей подмоги и гордость за самого себя омрачили двое бойцов в минусе, и ещё кое что, куда более неприятное.

Пятёрка из башни Смерти.

Смертоносность каждого из них он уже успел оценить. Не зря их взял в ученики Танатос. Жуткая Ласка и раньше удивляла всех своей смертоносной точностью, но и остальные не отставали. Винтовка триспа у инженера принадлежала к древней вымершей расе, магия огня пиромантки в логах выдавала какие-то фантастические для её уровня цифры урона, а у пилигрима так и вовсе были никогда не виденные прежде навыки.

И, конечно, целитель.

Староста группы Тана на своём скромном уровне сварил нахрен целый участок реки! Да, как лекарь он тоже творил что-то запредельное, но это… Сколько же у него маны? Какого уровня у него мудрость..?

Не хотелось бы столкнуться с ними в бою.

Может, имеет смысл напасть первым? Сейчас жуткий хилл почти на нуле, пилигрим потратился на свой защитный барьер, а пиромант с инженером в ближнем бою не составят хлопот для его пятёрки.

Да и у него самого в отряде есть один из опасных новичков, вернувшихся из храма абсолютного зла. Смотрелся он весьма безобидно, но в бою порой выделывал такие вещи, что Масао сделал всё возможное, чтобы завербовать его в свою группу.

Но даже так шансы не так уж и велики, как хотелось бы, так что риск большой. К тому же Циана это вряд ли одобрит. Солнечная эльфийка была ему очень даже интересна. Не настолько, чтобы её мнение повлияло на решение лидера группы, но всё равно неприятно. Особенно если из-за этого она не поддержит группу в бою.

Атаковать или нет?

А что, если атакуют они сами, уже когда придут в лучшую форму и будут готовы к этому?

Не лучше ли сделать это прямо сейчас, пока шансов больше?

Пугает только Ласка — если стальные уже выдохлись, то судя по тому, что он слышал, эта пустотная тварь не показала ещё и половины своих способностей. Для неё вырезать пятерых в ближнем бою — не такая уж сложная задача. Не зря она сейчас в рейтинге на первом месте.

С другой стороны… как пустотник, она и сама может в любой момент наброситься на них или вовсе на своих союзников. Или они как-то могут её контролировать? Ирис как-то обмолвилась, что магистр Танатос ничего не делает просто так.

Масао почти решился и наметил точку, чтобы одним ударом оборвать жизнь опасного лекаря, когда тот вдруг сам обернулся и посмотрел прямо ему в глаза и произнёс:

21. Тёмная река 2/2.

— Сюда идут ещё три группы, — поделился я с лидером призраков. — И минимум три даерота.

— Ты уверен? — заметно нервничая, переспросил он.

— Вас же я как-то нашёл, — пожал я плечами.

Глава призраков как-то сник, а глаза его остекленели, спустя миг забегав по призванному интерфейсу. Я же решил продолжить. Нужно хотя бы попытаться вытащить этих ребят из задницы. Тем более, что она теперь касается нас всех.

— Грузимся в лодки, — опередил меня Сайрис. Я хотел предложить то же самое.

— Они быстрее нас, — заметил Некуш.

— Не, теперь с нами наш староста, — ухмыльнулась Дракоша. — Ты же вытащишь нас из созданных тобой же проблем, Син?

Я счёл за лучшее не поддаваться на её провокацию и спокойно ответил:

— На воде мы быстрее.

Мы пошли дальше, вниз по реке. Я поминутно старался контролировать как гнавшихся за нами чудовищ, так и выискивал что-либо ещё впереди нас. Возможно, ещё одну группу учеников, или другой вид монстров, или хотя бы удобное место для обороны. Меня устроило бы всё.

Но впереди были лишь камни окружавших подземную реку стен, и порой растущие в высоты сталактиты.

По началу это никого не удивляло, но путь не менялся и дальше. Километр, десять, пятьдесят… Наша скорость была достаточно высокой, чтобы покрывать такие расстояния относительно быстро. Но это была стратегия бегства, а не победы.

Мои мысли укрепил раздавшийся вскоре голос Масао:

— Этот тоннель плохо разведан. Через метров шестьсот сверни вправо или влево.

— По лапам, — дружелюбно ответил я ему.

Что-то в душе у этого парня эмпатия выдавала нечто недоброе, порой сквозившее агрессией. Но кроме наших групп здесь пока никого нет, от монстров мы немного оторвались. Тоже особая неприязнь к Ласке? В последнее время начинает казаться, что тихую наву ненавидит едва ли не вся академия.

Наконец, мы немного успокоились. Скорость байдарок с вёслами и помощью магии воды превзошла ожидания, и стало понятно, что нагнать нас враг уже не сможет. Вот только пора бы привыкнуть к тому, что в этом мире ничего не бывает просто.

— Где-то здесь… — растерянно произнёс Масао, когда перед его лицом сверху спрыгнул многолапый крокодил.

От неминуемой гибели призрака спас выстрел винтовки Сайриса. Медный трезубец, потрескивающий молнией, вошёл в подбородок чудовища, по телу врага прошёлся разряд электричества, и парализованный зверь с шумом плюхнулся в воду.

— Вот же срань! — выругался инженер.

— К бою! — решил Масао. Но его приказ запоздал. Все и так поняли, что нас сейчас ожидает.

Следом за первым на нас посыпались из воды и со стен десятки чудовищ.

Монстров, что специально ждали здесь свою жертву, и которых мне не удалось распознать за развилкой.

Две бригады чудовищ, будто стеной, двинулись на нас с двух сторон, а впереди каждого из двух воинств стоял даерот.

Не знаю как, но чудовища сговорились и поджидали нас тут. Они вынырнули одновременно, когда мы все были к этому не готовы, и лишь секундой позже появились два босса.

Крокодилоголовые сразу же атаковали нас магией, призывая с двух рук всевозможную тёмную дрянь.

Воевать с этими ребятами в таких условиях, на пересечении подземных рек? Да ну нафиг, какое там «к бою»?!

Я ещё больше вложил маны в воду и погнал все байдарки дальше по тоннелю. Инерции в них было достаточно, чтобы даже без гребли некоторое время поддерживать темп.

— Это ловушка, — уверенно заявил Сайрис, когда мы наспех пролетели между двух армий.

— Она самая, — подтвердил я. — Но свернуть мы не могли, согласись.

— Это да… — задумчиво потянул инженер.

— Что там дальше, милый? — с улыбкой спросила Дракоша у лидера призраков.

Тот ответил ей хмурым взглядом. Похоже, он принадлежал к тому редкому типу учеников академии, кого не впечатляла наша пиромантка.

— Что там? — нетерпеливо повторил вопрос Некуш.

— Ничего интересного, — тоскливо отозвался я вместо затихшего Масао, но затем отдалённо возникло ощущения изменений в рельефе местности, и я продолжил.

— Пещера изгибается.. Там суша. Много суши… — тихо озвучил я свои озарения, и шум вёсел стих. Сейчас мы вновь использовали для ускорения не только мою силу, но и старый добрый ручной труд.

— На карте этого места нет, — наконец, отозвался глава призраков.

Тем временем течение стало замедляться и теперь лодки продолжали плыть лишь благодаря моей мане. Мы медленно выплывали в широкую пещеру, в отдалении которой виднелся островок, покрытый светящимися растениями.

— Здесь живёт один из кланов незуми, — заметила притихшая Цианея.

— Наши, сектанты или дикие? — уточнил Сайрис.

— Не знаю, — чуть покраснела девушка. — Видишь символ на камне, — девушка указала пальцем на едва различимый силуэт свернувшейся калачиком зверушки. — Этот клан давно уже не выходил на связь, а веру крысиные народы меняют довольно часто. Кажется, их зовут кланом «Спящей Крысы».

— Спящей? Надеюсь, не хаоситы, — фыркнул кто-то из призраков.

— Может, мы с ними и не встретимся, — заметил Некуш. — Незу часто меняют норы.

— С нашей удачей? Ты серьёзно? — иронично усмехнулся Терми.

Сайрис с одобрением посмотрел на пилигрима и расплылся в улыбке.

— А ещё здесь когда-то было что-то вроде аванпоста древних, — добавил инженер, указывая на вырисовывавшийся силуэт медных построек.

Да, это совсем не походило на хибарки полуразумных крысолюдов.

Медные башни, огромные шестерни. Титаническая мельница где-то на фоне прилегла отдохнуть на камни. Ремонта постройки не знали многие сотни, или даже тысячи лет, и сейчас были покрыты люминорисом — светящимся мхом, питавшем особую страсть к меди.

— Медь? Сорами, если не ошибаюсь? — уточнил Масао.

— Агась, — с удовольствием ответил инженер. — Вороны.

И в этот момент за его спиной распустились два чёрных крыла. Лоснящихся чернотой и блеском ночи.

— Фига себе! — прокомментировал Терми.

— Ва-ау, — покраснела Циана.

— О, а они работают? — с научным интересом спросил Некуш.

— Да, — чуть посмурнел Сайрис. — Только маны жрут немеряно…

Затем стали лучше видны и валявшиеся повсюду груды мусора, из которых и состоял крысиный остров. Прибившиеся к затонувшим руинам куски дерева, грибов, пласты металла и плавучие растения явно были не столь древними, как медные сооружения в его центре.

За ними же начиналась каменная стена гигантской колонны сталагната.

Уши наводнило кваканье, чавканье и стрекот насекомых. Место было более чем обитаемо. Любопытство подстёгивало поскорее приступить к исследованию острова, но холодный разум предпочёл бы и вовсе здесь не останавливаться.

Но выбор у нас был не велик. Пытаться бежать дальше, надеясь, что мне хватит маны, а гребцам — сил добраться до другого отряда, или храбро пасть в бою.

Останки аванпоста меняли грустный расклад. В тот момент, наверное, все мы вздохнули с некоторым облегчением. Сооружение древних явно строилось в защитных целях. Многолапые крокодилы не смогут сыпаться на нас сверху и снизу, и им придётся преодолевать гладкие медные стены. А значит, боевые маги и стрелки смогут устроить врагу настоящий конвейер смерти.

Но радость наша была не долгой.

Едва байдарки причалили к берегу, мусор вокруг нас зашевелился, послышался писк, и мы оказались в окружении множества острых копий местных аборигенов.

22. В гостях у спящей крысы.

В нашу сторону потянулся ряд копий, по сути просто заострённых палок и ржавого хлама. Но с учётом количества крыс исход возможного боя был очевиден.

Без шансов. Тупо задавят толпой…

Оставалась лишь одна надежда — на диалог. Вот только есть ли у этих пушистых ребят желание с нами общаться?

И главное, как вообще строить с ними диалог? С позиции господ — это бы прокатило с теми крысиными кланами, что служат Доминиону. С позиции вежливых мирных ребят? Как бы они не сочли это за слабость.

— Чушаки. Шверху. Что вам н-нада? — опередил меня глава крыс, первым начав диалог.

И правда, что же нам надо? Убраться к чертям?

— Это земли клана спящей крысы? — требовательно спросил Масао.

— Шпящей. Да. Что нужно вам? — повторил крыс.

Я изучающе посмотрел на незуми. Глава был стар, с седой шерстью, и похоже, припадал на одну лапу. Но главное мне сообщила эмпатия тари — крыс был напуган. Возможность конфликта ему была совсем не по душе. Хотя и решимость среди его эмоций имелась, так что соверши мы критическую ошибку в переговорах, и они не станут долго думать.

— Сюда идут монстры. Кропалиски и даероты, — ответил глава призраков и атмосфера потяжелела. Крысам новости по душе явно не пришлись.

Пора бы мне брать переговоры свои руки.

— Мы пришли вам помочь. Незуми — союзник Доминиона, и мы не позволим врагу навредить вашему народу! — заявил я.

Масао посмотрел на меня с удивлением, как и многие другие из его отряда, но вмешиваться не стал. Сайрис и Дракоша же напротив — посмотрели на меня с одобрением и пониманием, быстро смекнув в чём суть.

— Помошь? Верхние никогда не помохали нишним. Тем более ушеники, — заметил кто-то из крыс, но глава крысиного воинства посмотрел на него тяжёлым недобрым взглядам и тот сразу заткнулся.

— Да мы ученики, — пришла мне неожиданно на подмогу Дракоша. — И это наше испытание.

— Сохраним как можно больше незу, получим бонусы, — кивнул я, и сразу же попытался перевести тему от взаимных подозрений к реальным делам. — У вас есть где можно окопаться и приготовиться к обороне?

Вопрос риторический — очевидно, что аванпост древних был сам по себе идеальной оборонной конструкцией.

— Ешть, — неуверенно ответил шаман. — Идем жа моя душа.

Крысиное воинство поспешило к медным башням и частоколу, сооружённому из мусора у их подножья. Незу и сами следили за обороной, и наверняка бы сумели отбить атаку водных чудовищ, но и большие потери были бы неизбежны. Уверен, монстры и сами неоднократно проверяли на прочность их оборону и охотились здесь на незуми.

— Шдешь древний хранили швое оружие. Как у ты, — ткнул шаман в винтовку Сайриса.

— Это трисп, — ответил инженер. — Кстати, что-нибудь ещё тут осталось от древних сора?

— Штарый комнаты. Много. Бешполежно, — равнодушно пожал плечами крыс.

Незуми проводили нас внутрь аванпоста. Древние сорамин были чем-то вроде продвинутой технологически стимпанковской расы. Вернее, даже тесла-панковской. Всё вокруг было построено вокруг множества медных проводов, и угадывались многочисленные электрические устройства.

К примеру, почувствовав движение, в помещении зажглись лампы накаливания. Не знаю уж как они продержались здесь сотни лет, и тем более не понимаю, как они могли работать без прямого подключения к проводам, но факт остаётся фактом.

Аванпост сорамин пал множество сотен лет назад, но останки древней техники по-прежнему умудрялись функционировать.

Дверь за нами закрылась автоматически. По ту сторону порога валялись механические медные куклы в полуразобранном виде. Похоже, когда-то на это место было совершено нападение, и врага встретили именно они — механическая армия вороньего народа.

Незуми оставили технику ворон как есть, разбив внутри аванпоста лагерь из множества палаток. Здесь было относительно тепло, потому шатры крыс имели скорее церемониальное и декоративное значение.

Единственное, что всерьёз выбивалось из атмосферы — были крысиные росписи, покрывавшие стены вокруг. Незуми изрисовали вокруг практически всё. Стены изображали какие-то сцены из крысиной жизни, а медная плитка была стёрта и исцарапана множеством поколений незуми.

Ах да, ещё была копоть. Крысы не стеснялись палить костры в помещении, от чего над нами был напрочь чёрный потолок, покрытый гарью. Я даже по началу не смог его распознать — над головой была чернота и ничего больше.

На кострах у крысиных жилищ жарилась рыба. Рыба, мелкие ящеры, несколько печально знакомых многолапых рептилий, передвигавшихся по стенам. Похоже, основным источником пищи для незу служил улов из реки.

— Ждешь ешть башня, — произнёс шаман. — Там и там. Бери щепь и лезь вверх.

— Зачем? — не понял я.

— Удобный оборона. У наш ешть лук. Мы дать. Удобно штрелять ящериша.

— Спасибо, у нас есть своё оружие, — хмыкнул я. — Но башню показывай.

Изогнутая лапа с седой шерстью указала корявым пальцем на грязные почерневшие цепи, свисавшие с потолка. Куда именно лезть вверх я по началу даже не понял — снаружи казалось, что башенки находятся ниже.

— А лестницы здесь что, нет? — спросила Дракоша.

— Лешнища? Нет. Да. Но нет.

— Это как? — повторилась пиромантка.

— Одна жавалена мушором. Вторая жакрыта. Нет пути.

— Закрыта, говоришь? — задумался Сайрис.

— Как далеко враги? Чуешь их? — тихо спросил Масао, подойдя почти вплотную.

Хороший вопрос.

Вместо ответа я прикрыл глаза и выпустил струйку тумана обратно к мусорному берегу.

— Стоило бы залезть повыше, в башню, — заметил я. — Моя магия ограничена полем видимости, так что наверху я смогу узнать больше.

— Тогда лезь, — кивнул глава призраков в сторону свисавшей цепи.

Постановка вопроса мне совсем не понравилась, будто бы он отдавал мне приказы. Но вместе с тем он был прав — нужно лезть вверх, иначе просто никак. Поэтому я проглотил уязвлённое самолюбие и взялся за цепь.

Тем временем Сайрис продолжил беседу с главным крысом, и тот приказал одному из своих сородичей проводить гостя к лестницам. Технологии древних сорами были любимым делом инженера, так что у него здесь вполне может нарисоваться и нечто вроде небольшого личного квеста.

Взбираться вверх по цепи оказалось неожиданно удобно. Большие звенья послужили чем-то вроде лестницы, как раз позволявшей поставить ногу в сегмент.

Наверху, в сторожевой вышке, следов крысиного присутствия было больше, чем в самом их логове — под потолком сушились тряпки, а всё помещение провоняло рыбой и мусором. Да и сами крысы устроили здесь себе лежбище из тряпок, которое не стирали, видимо, никогда.

Находиться в таком месте было мягко говоря, неприятно. Но я пересилил себя и шагнул к смотровому окну.

Чудовищ пока не было. Но в свете фосфоресцирующих водорослей были видны борозды на водной глади. Преследующие нас твари не отказались от своих намерений.

Я активировал облачные владения и сразу же приступил к исследованию реки.

Чудовища и впрямь шли за нами. Плыли в воде, а испарившаяся туманная дымка уловила мелькавшие на стенах силуэты паукоподобных крокодилов.

Но я не остановился на этом, а потянулся туманом дальше, изучая тёмную реку дальше.

Недоброе смутное подозрение не давало мне покоя, и вскоре я убедился, что оно было верно.

Открыв глаза, я поискал кого-либо из своих, но наткнулся только на выжидавшего старейшину незу. Однако спустя миг за его спиной нарисовалась высокая фигура Сайриса.

— Как минимум одну лестницу наверх я вскрыл, — самодовольно поделился он. Судя по отсутствию крыльев за спиной, он сюда взобрался без них.

— У нас проблемы, Сай.

— Дай угадаю, Син. Там не две группы крокодилов?

— Метрах в трёхстах от них ещё четыре, — сообщил я ему.

— Щетыре группы ш даеротами? — испуганно уточнил крысиный шаман.

— У вас много стрелков? — задумчиво спросил я главу крыс. — Луки, пращи, или чем вы там пользуетесь?

— Мы не шправимша ш четырьмя! — замотал он головой.

— С шестью. Нас ведь ещё две группы вело.

— Пошри их щёрное шолнше! — странно выругался крисолюд. — Вы принешли неутащу!

— Тем не менее теперь мы в одной лодке, — ухмыльнулся Сайрис.

— У каждого даерота не меньше двух дюжин мелких, — заметил я. — Скорее всего подмога подоспеет как раз, когда мы будем бить первую пару. Нужно поставить здесь магов, и…

— Не выйдет, — отрицательно качнул головой Сайрис. — С сильной массовой магией у нас только Дракоша. А тут будет под сотню уродов.

— Хм. На подготовку ловушки у нас уже нет времени. Максимум минут десять-пятнадцать.

— Не вариант, — вновь качнул головой инженер. — Но пожалуй, одна мыслишка имеется.

— Какая? — ухватился я.

— Арсенал, — ответил Сайрис. — По пути сюда я видел путь к нему и смогу взломать. Только мне потребуется время. Точно больше десяти минут.

— А что дальше? Чем нам поможет арсенал?

— Смотря что там есть, — ухмыльнулся инженер. — Может удастся найти автоматон или механических стражей.

— Орушие древних? — осторожно уточнил крысиный шаман.

— Оно самое. Посмотрим, что там есть, — повторил Сайрис. — В любом случае, будет лучше, если ты мне расскажешь всё что знаешь о тайниках сорамин в этой заставе. И будет вам пара аргументов против чудовищ.

— Я рашкажать, да. Всё что жнаю.

— Постарайтесь продержаться хотя бы минут пятнадцать, — лениво сказал Сайрис крысу, будто речь шла об обыденных вещах, а не о жизнях незуми. Впрочем, именно так к ним в Доминионе и относились. — Я примерно понимаю, как вскрыть ваш тайник.

Крысиный шаман неуверенно кивнул, но не спешил отдавать приказы своим подчинённым.

Мы находились перед небольшой медной дверкой, приваленной камнем. Древние сорамин сделали вход внутрь неприметным, будто речь шла о кладовой с мётлами. Лишь массивные медные створки с облезшими латунными узорами говорили о том, что это место было всё же чуточку важнее.

Двое крыс, идущих за своим вожаком, переглянулись. Эмпатия выдавала их неуверенность — незу считали эту дверь неприступной. Но проникнуть внутрь они явно пытались неоднократно и без нас — на двери осталось множество следов от попыток взлома.

Всю дверь покрывали царапины, а на уровне головы находилась большая вмятина. Прикрученный сверху декоративный узор из латуни здесь слез практически полностью. Но дверь всё равно не поддалась.

Ни замка, ни замочной скважины не наблюдалось. Дверь вообще угадывалась лишь по форме и небольшой выемке арки.

Сайрис повторять безуспешные попытки крыс не стал. Лишь лениво постучал по двери в нескольких местах, а затем принялся изучать стену рядом.

Так он простоял почти целую минуту, о чём-то размышляя, прислушиваясь к эху от своего стука, изучая сколы и трещины.

Наконец, Масао не выдержал:

— Если не можешь вскрыть, так и скажи. У нас времени мало!

— Я-то могу, но есть проблемка, — не глядя на собеседника, ответил инженер.

— И?

Сайрис вытащил нож и подковырнул одну из глубоких трещинок в латунном узоре, открывая нашему взору до этого не заметную крышку.

Я сразу же посмотрел на крыс, пытаясь уловить их эмоции, но те были равнодушны. Похоже, как сам вожак, так и его спутники, прекрасно знали об этой панели, но почему-то решили молчать.

— Нужно перегрузить механизм сильным ударом тока. Но батарейка из моего триспа слабовата для таких дел. У тебя, часом, нет ничего с магией молний? — спросил инженер.

— Некуш — темпестант, — ответил глава призраков. — Но на счёт именно молний надо бы уточнить, — и добавил, повернувшись к своей спутнице, — Циана, сходи-ка за ним.

Все сейчас готовились к предстоящему бою. До налёта чудовищ оставалось совсем немного времени, и крысы вместе с основной частью наших отрядов, сейчас занимались подготовкой к нему. Вряд-ли враг будет штурмовать вход — скорее всего, многолапые крокодилы полезут через окна.

Самым полезным среди нас всех сейчас была Дракоша с её массовой огненной магией. Боевая ситуация позволила бы ей в этом бою поднять не меньше десятка уровней только на мелочи. Но огненная волшебница не спешила покидать нас, зачем-то увязавшись следом.

Вскоре прибежал маг ветра.

Поправив толстые очки, Некуш с умным видом посмотрел на открытую инженером панель.

Выглядела воронья технология не очень впечатляюще — несколько шестерней, какие-то треснувшие полупрозрачные кристаллы и множество медных проводов. При чём всё это выглядело довольно паршиво — крысы явно изучали механизм без особой бережливости.

Не отрываясь от попыток что-то наладить в устройстве, инженер произнёс:

— Сможешь выдать нам молнию?

— Это не мой профиль, но постараюсь. Одной ведь будет достаточно? — спросил Некуш.

— Одна и нужна. Но сильная. Ты уж постарайся вложиться как следует.

— Тогда отойди чтоль, а то цепану ещё, — сказал темпестант принявшись создавать над правой рукой нечто вроде миниатюрного грозового облачка с мелькавшими вспышками.

— Ща, погодь. Ещё… — инженер прижался к панели, что-то скрипнуло и одна из погнутых шестерней встала внутрь механизма. Затем он грубо ударил несколько раз рукояткой кинжала, возвращая примерный вид детали. — Давай!

Сайрис сделал резкий шаг назад и Некуш протянул руку к устройству.

Мелькнула дуга электрического разряда, на миг ослепившая всех собравшихся, а затем шестерни медленно забегали по кругу. Посыпался песок и раздался гул. Дверь поддалась, начав медленно отъезжать в сторону.

Правая створка была намертво заблокирована упавшим камнем, а левая застряла где-то на середине своего пути. Механизм продолжил её тянуть дальше, в результате чего толстый пласт меди с неприятным скрипом изогнулся и дверь встала наискось, застряв намертво.

Протиснуться в открывшееся отверстие было не сложно, разве что из стены периодически вырывались снопы искр.

— Добро пожаловать, — хмыкнул Сайрис, первым нагибаясь и пролезая внутрь.

Я с некоторой неуверенностью посмотрел в сторону крыс — очень был удобный момент для удара в спину. Но незу с ошарашенным видом переглядывались друг с другом и не находили ни правильных слов, ни действий, отдавая всю инициативу нам.

— Ты бы залезла на башню, — сказал я Дракоше, пока следом за инженером в арсенал на четвереньках полез Масао. — Там от тебя толку побольше будет.

— Успею, — отмахнулась девушка. — Бой ещё не начался.

— Храни наш вещный шон… — тихо прошептал один из спутников крысиного лидера.

— Найс-с, — расцвёл улыбкой инженер.

— Смотрится неплохо, — с ноткой неуверенности заметил глава призрачного отряда.

— Это всё может нам помочь? — задал я конструктивный вопрос.

— Не сильно, — ответил Сайрис, продолжая улыбаться. — Не против сотни с лишним крокодилов.

— Тогда чему ты так радуешься? — удивился я.

— Хе, — ухмыльнулся инженер, принявшись детально изучать помещение.

Крысы влезли следом за нами, с интересом разглядывая всё вокруг.

За массивной дверью оказалось широкое пыльное пространство со спёртым пыльным воздухом. По обе стороны от меня пылились незнакомые устройства, а у дальней стены перед нами нашлись стойки с оружием.

— Что с механизмами? Они исправны? — продолжил допытываться Масао.

— Исправны, — кивнул инженер, — но без питания они бесполезны. Кое-что я смогу поднять на личных запасах, но армию не ждите. А для тех штук, — здесь Сайрис кивнул в сторону застывших вечной статуей медных титанов метров трёх ростом, — так вовсе генератор нужен.

— То есть всё зря? — с сомнением спросила Дракоша, хотя в спектре её эмоций было очевидно, что она в это сама не верит.

— Ну, для меня нет, — хмыкнул Сайрис, на ходу вскрывая панель на одном из медных гигантов и заглядывая внутрь.

— Кстати, — заметил я. — А как древние вытаскивали их отсюда? Они ведь не пролезут в дверь.

— Наверху должен быть технический лаз и автоподъёмник. Но на них нам точно одной молнии не хватит.

Час от часу не легче.

Масао с задумчивым видом снял одну из медных винтовок, направил в потолок и нажал на спуск.

Тум!

Неожиданно для всех блеснула молния и вверх улетел медный трезубец.

— О как, — приподняв бровь, прокомментировал Сайрис. Он даже прекратил курочить титана, с удивлением уставившись на оружие в руках призрака.

Вороньи винтовки, напоминали винтовку инженера, только были чуть компактнее и проще.

Следом к стеллажам подошла Дракоша и вынула вторую винтовку, лишь немногим опередив Сайриса.

— А, оружейные батареи живы, надо же! — восхитился он. — Правда толку от них тоже не будет.

— Почему это? — удивился призрак.

— Ну, это ж не имба-оружие, а простой парализатор. Вооружи всех нас ими и расклад не сильно изменится.

— А если вооружить крыс…? — вслух задумалась Дракоша.

— А это не опасно, давать незу оружие древних? — с сомнением скривился Сайрис.

— Есть идеи получше? — спросил я. В целом незу ещё ни разу не давали мне повод считать их злодеями.

— Ну, тогда кое-какой шанс есть, — инженер почесал голову и задумчиво посмотрел на крысиного вожака. — Как твоё имя, незу?

— Ашараш, — охотно сказал тот.

Глава крыс старался не подавать виду, но эмпатия отчётливо выдавала его истинные чувства — тот едва не прыгал от радости, будто и не направлялись к стенам аванпоста полчища монстров.

Затем вдалеке раздались крики. Вовремя я вспомнил чудовищ — первые их ряды уже начали взбираться по стенам, судя по испуганному крысиному писку.

— Дракош, они без тебя там точно не справятся, — напомнил я девушке.

Та с неодобрением посмотрела в мою сторону, но спорить не стала. Только сорвала со стойки ещё одну воронью винтовку, спрятав в инвентаре.

Вот уж кому это оружие точно было абсолютно не нужно — её огненная магия была намного эффективнее вороньей винтовки.

Затем девушка шагнула к выходу, протянула вперёд левую руку и вдруг исчезла в огненной вспышке.

Порталы, значит. За время этого похода я узнал много нового о своих спутниках. Крылья инженера, порталы пиромантки — у каждого нашлись свои козыри и секреты.

— Ну иди сюда, Ашараш, и бойцов своих тащи, — тяжело вздохнул Сайрис. — Будем вас учить пользоваться триспом…

— Син, идёшь? — окликнул меня Масао, кивнув в сторону выхода. Без лекаря призрак в бою оставаться не хотел, а мои возможности у него уже был шанс оценить в прошлой битве.

Я стащил со стойки и себе воронью винтовку — всё равно их здесь было десятка три, не меньше, и спрятав её в инвентарь, поспешил следом за призраком.

Со стороны выхода раздались крики и крысиный визг. Монстры пошли в атаку — битва за аванпост началась.

23. Крысиные болота.

Многолапые твари оказались с сюрпризом.

Лезть наверх? Штурмовать стены?

Нет.

Нас встретил слитный залп кислоты, к чертям начавший прожигать стены древнего укрытия. Древние сора почти всё делали из меди или латуни, и если обычно это делало их поделки едва ли не вечными, против кислотных плевков куда лучше защитили бы самые обычные каменные стены.

Аванпост, ставший домом для десятков незу, постепенно превращался в руины.

Ждём. Я слышал крики сверху. Верней, предсмертный писк. Крысы там были отданы на растерзание монстров. Вожак незу оказался не менее циничным ублюдком, чем мы, отправив свои сородичей на смерть.

Из наших на башне в момент атаки оказалась лишь Дракоша. Да и то, у этого была вполне объяснимая причина — когда находиться наверху стало опасно — девушка просто спрыгнула вниз. Не только у Сайриса были крылышки. Разве что у Фай, были перепончатые драконьи крылья, покрытые чешуёй. Благодаря им, она спикировала вниз, уворачиваясь от кислотных стрел, вылетающих из пастей крокодилов.

Прежде враги не проявляли активности в дальнем бою, но теперь разразились потоками кислотных плевков на славу. А затем под прикрытием плевальщиков, паукоподобные ящеры начали подниматься наверх. Твари прекрасно умели лазить по вертикальным поверхностям, что не раз сумели продемонстрировать во время прошлых стычек.

Нападавших было невероятно много. Казалось, даже больше чем я насчитал перед боем. Намного больше, чем нас и крыс, а потому наши мохнатые зверьки даже не стали пытаться удержать всю наполовину затонувшую воронью крепость. Мы сосредоточились в самом её сердце и пытались удержать лишь главный зал с крысиным лагерем и пару башен, часть окон которых выходила не только наружу, но и вовнутрь.

Заняв две дальние башни, враги принялись поливать нас и сверху. К счастью, делать это им пришлось наугад, так что уходить от атаки можно было проявляя самый минимум внимательности.

В ответ та же Дракоша порадовала их столбом пламени. Сильнейшее её заклинание из известных мне. Огонь объял первую башню, и сверху раздался вой умирающих монстров.

Нам стало не до того — враг прожёг кислотой путь внутрь аванпоста.

Через плавящуюся медь внутрь стали пролазить многоглавые крокодилы.

Мы ждали. Десять секунд, двадцать, пол минуты…

А затем врага встретил слитный залп вороньих триспов.

Первый ряд вторженцев был парализован и растянулся на полу, а шустрые крысиные воины отправились добивать уродов. Для этих целей у незу были остроги, нечто вроде палок с остриём на конце, эдакий симбиоз косы и копья.

Но за первой волной тварей последовала и вторая. А за ней — третья.

Лечить десятки раненых крыс по одиночке было затеей неэффективной, потому я вложил контроль и ману в то, чтобы максимально растянуть ауру и накинуть обкаст на как можно больше целей.

Пассивное исцеление было весьма эффективным, хоть и уступало полноценной регенерации и тем более молитве.

Однако куда важнее было сейчас сделать иное.

Применив водное тело, я распался на воду, а затем испарился туманом, чтобы узнать, что именно нас ждёт дальше.

Даероты ждали снаружи. Они почувствовали меня сразу же и принялись поливать туман стрелами мрака. Я выпустил ещё больше тумана, чтобы запутать противника и полетел дальше. Предстояло узнать, что именно нас ждёт ещё.

Два отряда засады плюс четыре отряда преследователей. Это был самый оптимистичный расклад, но что-то мне подсказывало — на деле всё будет куда как хуже.

Полукруг вспыхивающих молниями крыс был прорван. Ворвавшиеся внутрь монстры падали на медный пол, но следом за ними наступали новые и новые твари. Бесконечный неостановимый поток чудовищ.

Такой ли должна быть учебная миссия? Со слов Ласки и других учеников, миссия была не настолько сложной — во всяком случае никто не упоминал орду монстров.

Если подумать, существа с самого начала будто пытались нас заманить в ловушку. Не обязательно именно здесь — просто ящеры с крокодилоголовыми постепенно отсекали все повороты, загоняя нас в окружение. Будто у каждого из них была карта с постоянной пометкой нашего местоположения.

Может ли это быть простым совпадением, или кто-то специально пытается устроить охоту именно на нас, чужими руками? Я бы склонялся к первому варианту, если бы не история о приключениях Ласки на прошлом испытании и не обилие злопыхателей и хейтеров, которым позарез хотелось нам досадить.

Мда. Танатос был строг к нам. Танатос был жесток. Другие магистры проявляли к своим подопечным куда больше лояльности и участия. Даже самовлюблённая Ирис не зря звалась матерью призраков.

Но похоже, именно подход магистра Смерти был верным.

Янтарным цветом вспыхнули заклинания Дракоши. Как я и говорил, для неё этот бой был сплошным источником опыта. Сейчас она уже поднялась до девяностого уровня и останавливаться на достигнутом не собиралась.

Увы, кроме неё, с возможностью наносить столь мощный массовый урон, никого не нашлось. Потому даже с вооружёнными крысами дело шло мягко говоря, паршиво.

— Не шешть, — напряжённым до предела голосом произнёс крысиный шаман.

Я даже не заметил, как он подобрался ко мне.

— Что не шесть?

— Два и шетыре шёрных это не вшё. Они идут ещё. — пояснил Ашараш. — Разведка видит много.

Эмпатия заставила сердце забиться чаще — крыс снова был перепуган до чёртиков.

Чтобы проверить его слова, нужно было взобраться на башню и самому всё увидеть, но сейчас наверху был ад — крысы там уже были повержены, и теперь Дракоша поливала их потоками пламени.

— Вам уходить. Нам уходить. Вмеште, — неожиданно предложил Ашараш.

Хм. Я удивлённо приподнял брови.

— Куда? — не понял я.

— Ешть тайный путь. Я покажу. Мы прикроем.

Предложение было неожиданным — с чего бы нашим пушистым союзникам предлагать нам бежать с ними? Или это своеобразная благодарность, и они действительно теперь считают нас своими друзьями?

Но размышлять над этим было не время. Поток тварей не иссякал, и останься мы здесь ещё на несколько минут — все окажемся на круге возрождения в башне.

И всё же с чего вдруг нашим здоровьем так озабочены крысы?

Неужели реально верят, что наш небольшой отряд сможет как-то помочь целому крысиному клану в пару сотен мохнатых морд? И потом, они что же, оставят часть своих на растерзание монстрам? Крысы готовились к обороне, а не к побегу, и внутри вороньей крепости было полно палаток со стариками и детьми. Бежать сейчас — значит обречь их на гибель!

— А вы? Они ведь сожрут ваше племя!

— Шожрут шлабых! Мы идём с вами, — без раздумий замахал головой крысиный вожак.

Жертвуя собой, незу собрались перед монстрами, давая нам шанс уйти. В ряд выстроились деревянные копья с заточенными концами, встречая наступавших чудовищ. Многолапые крокодилы посыпались с захваченных и пылавших огнём Дракоши башен, и незу неплохо справлялись с ними.

Но затем на сцену вышли даероты с потоком стрел мрака, лучей смерти и самое жуткое — зарядов хищной тьмы. И вот здесь крысы сдали. Им просто нечего было противопоставить такой магии. С нашей поддержкой — возможно. Или хотя бы с поддержкой стрелков. Но вооружённые триспами крысы тоже отступали, обступив нас плотным строем.

Неужели опасность настолько велика, что старейшине крыс нужно жертвовать своими ради побега? Что находилось снаружи сейчас, я мог только догадываться. Времени вновь сканировать местность с помощью тумана уже не было.

В целом, незу уже не раз показывали, как ценят жизни учеников академии. Возможно, у них и впрямь какой-то контакт или древний договор с Доминионом.. не знаю. Но.. что-то не давало мне покоя.

Будто планы крыс менялись прямо на ходу, от спокойной обороны и готовности сражаться до последнего, до совершенно неожиданного решения жертвовать своими, чтобы спасти нашу группу вместе с руководством крысиного клана.

Вот только времени размышлять нам никто не давал.

— Уходим, Син! — воскликнул Терми. — Крысы правы, нам не отбить такую толпу!

— Тайный ход, гошподин, — напомнил о себе Ашараш. — Я покажу.

Напоследок вновь отличилась Дракоша — зашипела огненная магия и прямо перед разрывающимся строем копейщиков незу возник столб пламени. Часть крыс тоже попались под дружественный огонь, и я на миг испугался, что они повернутся против нас, но вожак даже внимания на это не обратил.

Странные у них тут порядки.

Высокий как для крыса воин со стимпанковской винтовкой за спиной нагнулся и приподнял тяжёлый медный люк, открывая спуск вниз. И он же первым спрыгнул вниз.

Раздалось чваканье, а в нос ударил гнилостный запах болота.

— Гошподин? — многозначительно напомнил о себе крыс.

Самым смелым оказался Сайрис. Спрыгнув следом за нашим проводником, он включил нечто вроде массивного медного фонаря с электрическим светом. В свете устройства высветилась грязь и зелёная жижа.

Я потянулся вниз струйкой маны и активировал облачные владения. Заклинание сразу же вырисовало в голове помещение, в котором лишь форма говорила об изначально искусственном происхождении места.

Где-то за нашими спинами прозвучал визг погибающей крысы, но вожака это не смутило. Даже эмпатия не выдавала ничего, кроме.. радости?

Снова кольнуло недоброе предчувствие, но было уже поздно. Я летел вниз, а следом за мной спускались и другие члены группы. Возвращаться обратно и выяснять, что именно происходит и что не так, было бы неуместно. Вниз спрыгнула Дракоша, Терми, а за ними поспешили и оставшиеся в живых призраки.

Чуть спокойнее стало, когда следом за нами всё же спрыгнул вниз сам крысиный вожак и ещё несколько его воинов с вороньим оружием. Затем кто-то из незу с лязгом закрыл люк, обрекая себя на смерть в умирающем крысином логове.

Поразительный народ — такое презрение к собственной жизни… и ради чего? Ради нас? Бред! А ведь в крысином лагере были не только воины. Старики, дети — что с ними? Тоже остались на растерзание монстров?

И этот живой блеск в глазах старого крысолюда… Не понимаю.

Я опустился на колени и погрузил руку в вязкую зловонную жижу.

Ваша карта обновлена.

Теперь я знал примерный путь дальше. Туман отрисовал грубую карту полузатопленных переходов ушедшей под воду части вороньей крепости. Похоже на какие-то затопленные катакомбы. Признаков опасности не находилось, но я уже не раз попадал в ситуацию, когда мои навыки просто не могли обнаружить определенный тип монстров.

— И куда ведёт это болото? — задал вопрос Сайрис.

— Далеко. Много путей. Ражный выход, — ответил старый крыс.

— А чё по врагам? — продолжил расспросы инженер.

— Ешть, — признал незу. — Мало, много. По-ражному. Шлабые.

— Тогда поспешим. Куда идём-то? — Сайрису неожиданная смена планов тоже по душе не пришлась.

— Здесь настоящий лабиринт, — вмешался я. — Вот, ловите карту.

Призвав слово силы, я отправил всё что узнал союзникам.

— Ух, это ты правильно, — оценил Сайрис. — Хотя здесь полно ходов. Надеюсь, крысы в теме куда идти.

Ага, настолько в теме, что легко заведут нас в любую ловушку — добавил я про себя.

Интерлюдия: Шестирукая смерть.

Отойдя от зеркала, высокий седовласый волшебник задумчиво уселся в кресло, принявшись накручивать на палец кончик серебряной бороды.

На этот раз по ту сторону были не фигуры разумных, а сухая статистика со множеством цифр и имён. Сторонний наблюдатель бы ничего в ней не понял, но собравшиеся в кабинете великого Ректора то и дело с напряжением посматривали в сторону зеркала и то хмурились, то радовались.

Зачастую, конечно, стараясь не выдавать эмоций, но выходило у всех это по-разному.

Только один из присутствующих оставался по-настоящему спокоен. Мрачный темноволосый мужчина в чёрной мантии с надетым поверх неё зеленоватым панцирем кристаллической брони.

— Похоже, подопечные магистра Зарфейна сегодня в топе, — подлил масла в огонь владыка Доминиона. — Признаю, идея направлять речных даеротов магией света весьма любопытна. Итоги испытания уже начинают вырисовываться.

— Ненадолго, — фыркнула Ирис. Её подопечные тоже были среди лидеров рейтинга, при чём к её огромному удивлению, самая слабая из её групп, со средненьким оммедзи, едва начавшим осваивать магию призыва.

— Согласен с беленькой, — расплылся в улыбке Тахион, магистр башни Земли. — Ещё ничего не ясно.

— Танатос, скажи им, — попросил Ректор и все умолкли, сосредоточив взгляды на любимчике владыки академии.

— Статистика смерти, — фыркнул магистр. Пояснять, что он имеет ввиду Тан не стал, но все и так поняли.

Глядя на количество убитых врагов и полученного опыта в топе рейтинга, все как-то позабыли смотреть вниз, на его хвост.

— Откуда столько выбывших? — нахмурилась Лакки.

Магистр знаний была, наверное, самой смышлёной из всех магистров, если не считать самого Ректора. Единственное, в чём она всегда проигрывала Тану — боевой опыт и излишняя эмоциональность. Вот и сейчас девчушка выглядела обиженной ученицей, а не грозным мастером башни Знаний.

Но обижаться ей было не на кого, кроме самой себя. Могла бы и раньше заметить.

— За двести с лишним лет моего правления в башне таких цифр не было и близко, — попыталась исправиться магистр Знаний, добавив статистики. Это была её сильнейшая сторона — помнить всё и правильно анализировать. — Такого невозможно достичь, просто распугивая речных даеротов. Нужно ещё знать, где их логова. Большинство этих зверей даже не показывается на поверхности, потому ведь тёмная река и считалась несложной локацией. Почему они вообще массово поднялись вверх?

— Я помню подобный случай, — осторожно заметил обычно молчаливый Аннон. — Двести пятьдесят шесть лет назад, в последнюю попытку основания башни Пустоты. Испытание на тёмной реке закончилось уничтожением почти всех учеников. Если не ошибаюсь, пустотники использовали свою силу, чтобы устранить конкурентов.

Магистра Света уважали все — он был одним из старейших здесь, если не считать, конечно, самого Ректора. Но при этом Аннон умудрился не поссориться ни с кем, включая как учеников, так и других магистров. Даже с Ирис или полубезумным и вечно отсутствующим магистром Хаоса он умудрялся поддерживать добрые отношения. Разве что магистр Бездны мог бы оспорить это. Но Мерфи обычно предпочитал держаться в тени и сам без нужды избегал конфликтов. Редкое качество для мага бездны.

Продолжать развивать тему Аннон не стал. Зачем, если есть Ирис, которая обязательно ввяжется в любую возможность сказать про пустотников что-то плохое?

— Помню, как же! — ожидаемо взвилась Ирис. — Ублюдок Харт! Он погубил тогда и обратил в пустоту десятки моих учеников! И…

— Мы помним тот печальный случай, Ирис, — с полуулыбкой ответил Ректор. — Может, среди нас опять затесался стихийный одержимый?

В голосе главы послышалась лёгкая насмешка и Ирис испуганно вжалась в подлокотники своего кресла.

— Можно пригласить в академию господина Стерха, — ехидно добавил Танатос, просто, чтобы позлить Ирис, которая ненавидела чистильщика всей своей душой.

— Довольно, — устало махнул рукой Ректор. — У кого-то есть мысли по делу? Тан?

— Это точно не магия пустоты, — ответил магистр Смерти. — Мастер Зарфейн, что за заклинание использовали ваши подопечные для контроля животных?

Мастер Отрицателей промолчал. Ещё недавно довольный успехом своих учеников, теперь он выглядел хмурым. Под таким углом он на ситуацию ещё не смотрел. Помимо пустоты, воздействие такой силы на действия речных монстров могла оказывать только магия Разума и магия Крови.

Обе стихии на данный момент не были представлены полноценными факультетами, а среди антимагов они и вовсе пользовались дурной славой. Зарфейн не мог припомнить ни одного новичка среди своих на испытании, кто бы интересовался чем-то подобным. А провернуть такой ход с хищниками одиночка не смог бы.

— Может, у них что-то вроде брачного сезона? У даеротов? — задумался Тахион. — Не крысы же их убивают.

— Я проверял окрестности Тёмной реки. Монстры до сотого уровня, несколько мини-боссов до трёх сотен для самых стойких… всё как всегда, — вставил магистр Энкейл. — Будь у даеротов какой-то крокодилий нерест, я бы наверняка это заметил.

— Может, ученики опять взялись убивать друг дружку, пока мы не видим? — предположил Тахион. — Помнится, ученица Тана в прошлый раз так взлетела на вершину рейтинга.

Танатос лишь равнодушно пожал плечами:

— Ласка способная, но.. не в таких масштабах. Там внизу сейчас не охота, а выживание.

— Мы должны им помочь! — уверенно заявила Ирис.

— Помочь? — скривился магистр башни Смерти. — Что же у тебя за мания такая, воспитывать слабаков? Это что, саботаж обучения..?

24. Твари болот.

Поворот направо. Затем налево. Снова направо.

Выводок слизи — маленькие стихийные существа, шестидесятого уровня встретили нас слитным залпом кислотных стрел. Страшная вещь, если не обладать навыками регенерации и снимающим боль касанием Дафны.

Бой с ними был завершён всего за несколько секунд — достаточно было пережить лишь первую их атаку. Терми призвал фрактальный барьер, приняв первый удар на него. Существа особым умом не отличались, так что продолжали плеваться даже когда увидели полную бесполезность этой затеи.

Дальше в ход пошли пламенные копья Дракоши, мигом оборвавшие жизнь тварей.

Следующими были болотные скрытни. Они были уже чуть посильнее, и от огненной магии легко уклонялись.

Если с первым противником мы справились быстро и без чужой помощи, то теперь в бой вмешались крысы, ловко отстреливая излишне приблизившихся чудовищ. Чуть позже несколько чудовищ оправдали своё название и как-то подобрались к нам незамеченными, выскочив из воды лишь в самый последний момент.

Но крысы были готовы к этому. Привычные к таким вывертам этих существ, они просто выставили копья. Да и на нас пара врагов пришлась. Но основная надежда скрытней была на эффект неожиданности, которой не вышло.

За следующим поворотом покрытого плесенью тоннеля, нас встретили новые скрытни. Чуть побольше и поагрессивнее предыдущих, но из-за разделявшего нас открытого ространства, шансов у них было ещё меньше.

От залпа вооружённых триспами крыс уклониться было сложнее, а парализованных электричеством чудовищ добить было уже делом пары секунд. Я ещё раз задумался над тем, а не было ли большой ошибкой то, что мы поделились с ними оружием?

Крысы с вороньими триспами были намного смертоноснее, чем с корявыми стрелами и заострёнными палками. Крокодилы с прочной чешуёй были для них не очень удачным врагом. Но вот группу магов расстрелять из засады — легко. Трисп парализует, мгновенно выводя мага из боя. Остаётся только добить и взять в плен.

Хорошо хоть, управлять автоматонами и механическими стражами, как Сайрис, они не могли.

Вот только по окончанию этого боя радость была заметно подпорчена самими незу:

— Не к добру, — произнёс крыс-разведчик. Тот самый, что первым из незуми срыгнул вниз в темноту из заброшенного аванпоста ворон.

— Говори, Гшенгеш, — отрывисто приказал вожак.

— Земля Мейару штала ширее. Ждешь жнак, — крыс указал взглядом на три перечёркнутые борозды на манер поля для игры в крестики-нолики с одним лишним рядом.

— Что ещё за Мейару? — скривился Сайрис.

Ашараш смерил нас долгим испытывающим взглядом и ответил вопросом на вопрос:

— Вштретить Хозяина Болот это шмерть! О нём не говорят. Его шлавят! Но его лихо… его лихо вштретить можно. Вам по шилам одолеть болотное лихо?

— Уровень своего лиха назови, — ещё сильнее скривился инженер.

— И навыки, — добавил уже я.

— Двешти и пять дешатков. Шильный. Быштрый. Отравный.

— Охренеть резюме. Ладно, если он встретит даерота, кто кого?

— Шмотря кто нападёт первым, — задумался крысиный старейшина.

— Херово, — прокомментировал инженер.

— Дистанционные атаки есть? — уточнил я.

— Дети Мейару выходят шнижу, — шаман указал крючковатым крысиным пальцем себе под ноги. — Прячутша и форму шменяют в водах болотных. Не нужна им дальняя. Так нападёт и жабьёт нашмерть.

— Знасит, опасаться воды? — с сомнением спросил Сайрис и посмотрел на меня.

Я неуверенно посмотрел себе под ноги. Мы шли в стоячей зловонной жиже, доходившей нам где-то чуть выше колен. В такой большой твари не спрятаться. Скрытни и так совершили чудо, подобравшись незамеченными, да и то из-за тины.

— А что всё таки за Мейару? — спросил Терми.

— Великий хожяин штоков Доминиона. Никто не видел его. Но он один иж трёх поджемных фладык…

— Никогда о таком не слышала, — подала голос притихшая Дракоша. — Хоть я с первого дня собираю всё об этом мире.

— Я слышала, — тихо заметила Цианея. И в голосе у неё не было ни капли радости по этому поводу.

— Всё настолько плохо? — задал вопрос я, почувствовав её эмоции эмпатией тари.

— Три ужаса прячутся в недрах Доминиона. Во тьме подземелий дремлет вечным сном Чёрное Солнце, рыщуют среди забытой локации Зоосада неназываемые чудовища, пожирающие имена, и хранит покой клоаки под городом Мейару Помойный…

— Молщи, неражумная!!.. — в ужасе восклинул шаман. Все незу ощетинились вороньим оружием, и от каждого ударило волной сильного застарелого страха. А затем, испугавшись уже собственных слов, добавил. — Проштите, госпоша, прошу ваш! Но негоже жлить владыку Мейару…

Осознав, что ничего страшного не происходит, Ашараш выдохнул и вернулся к прежней вежливости, а опасения старого крыса повернулись к нам. Кто знает, как на дерзость его отзовутся ученики академии?

— Объяснись, незу, — строго сказал я крысиному лидеру.

— Нельзя, нельзя жвать его так! Владыка вшё знает. Лишь благошловенная лень его хранит наш. Но ошкорбление щебя он ушлышит вшюду! Ушлишит, придёт и жагубит вшех!

— И как нам называть его? — с сомнением хмыкнул я.

— Мейару Гневливый. Мейару Великий. Мейару Шиятельный… — начал крыс, но был тут же прерван Сайрисом:

— Да вы прямо молитесь на него, как я посмотрю, — едко заметил он.

— Нет, — серьёзно помотал головой Ашараш и благоговейно ответил. — Мы молимшя великой Шпящей Крыше!

— Вот прям крыше и молитесь? — не удержался ехидный инженер.

Циана едва слышно усмехнулась в кулак, а Дракоша зло выпалила:

— Хватит, Сай, ты прекрасно его понял.

Болотистая зелень и серость вокруг совсем не походили на пещеру. Участок катакомб сменился чем-то вроде грязного болота, в котором вязла обувь, а зловонная жижа норовила залиться в сапоги.

Под ногами то и дело торчали гнилые останки от когда-то росшего здесь леса. Сейчас эти чернеющие пеньки оккупировали грибы, которые в обилии захватили местность. То тут то там показывалось их бледно-алые шапки, взрывающиеся облачком зловонных коричневых спор. Тогда запах гнили сменялся ароматом грибов и прокисших гнилых овощей.

Стоял плотный густой туман. Он плохо подчинялся моей воле мага воды, но всё же позволял хоть немного просмотреть земли вокруг нас.

Навык сонар повышен. Текущий уровень — 13.

Я на мгновение отвлёкся, читая сообщение системы. В этот момент всё и произошло.

С плеском из казалось бы неглубокой лужи вынырнула тварь, покрытая зелёным мхом, гнилыми пеньками и поросшая грибами. Лишь рожа чудовища выдавала его природу — на зелёной мшистой морде раскрывался полный острых зубов рот и единственный алый глаз.

Тварь с невероятной скоростью ударила лапой — длинным изгибавшимся отростком, напоминавшим ствол гнилого дерева, разломанного пополам.

Мелькнули ветвистые чёрные когти, и ещё один ученик из башни призраков отправился на перерождение. Теперь наших союзников осталось всего четверо.

Некуш самую малость сумел задержать тварь воздушным потоком, спасая жизнь лидеру их групы. Затем Масао запоздало отпрыгнул и призвал духов. В воздухе из ниоткуда проявились три мелких духа — что-то вроде живого зубастого зонтика с глазом, живой бумажный фонарик и нечто бесформенное, будто увеличенная картофелина с глазом и пастью.

Духи вместе набросились на чудовище, но больше отвлекали его, чем наносили урон. Остальное доделал сам ученик призрачной башни, взмахнув катаной.

Удар был не таким сильным, как хотелось бы, и тварь осталась жива. Чудовище на миг отступило, регенерируя повреждение. Но очень скоро была готова атаковать вновь.

С лёгким запозданием мигнул барьер Терми.

Затем настала пора контратаковать нам.

В морду чудовищу полетело огненное копьё Дракоши и блеснул трисп Сайриса.

Только один трисп.

Где все крысы? Только что вокруг нас было больше дюжины незуми, и куда они все могли деться так быстро?!

Чудовища сразу поняли, кто для них опасней всего, и сосредоточились на пиромантке.

— Уааааах! — закричала тварь, обдавая нас зловонным дыханием.

Только сейчас я смог как следует рассмотреть монстров.

Странные существа на тонких корявых лапках походили на мохнатые кусты с обильно росшими из спины грибами и мхом. С головы свисали, на манер длинных волос, водоросли. А на безносой башке с большим корявым том, горел единственный красный глаз.

Существо потянулось к нам длинной корявой лапой с когтем, и Дракошу сковало хищными лозами. Она попыталась отойти и повалилась под воду. Я контролем попытался развеять свою стихию, но вода была такой грязной, что она почти не подчинялась мне и жрала втрое больше маны.

Следом из воды вынырнул другой монстр.

Почти такой же, трехметровый живой куст встал из воды в метре позади нас, не смтря на то что вода покрывала едва ли пол метра постранства.

Значит, какая-то способность.

Я запоздало попытался вскипятить воду, но результат был странным. Мне удалось так отогнать врага и даже нанести небольшой урон, но.. кажется я понимаю Дракошу. Иногда я начинаю забывать, что только я могу находиться в кипящей воде. К счастью, я развеял силу до того, как вода стала слишком горячей.

Перед Масао завис призрак с бумажной печатью, закрывавшей лицо. Сам он был ранен, но не сильно. Я сразу же отправил ему регенерацию и сразу устремился к пиромантке на помощь.

Но не успел.

Ещё одна тварь вылезла из воды прямо рядом с Фай и сходу ударило. Раздался крик. Я обернулся, и увидел, как Дракоша исчезает под водой в корявом кулаке монстра.

— Фай! — закричал Терми.

Я с ужасом увидел, как сильнейший боевой маг отряда погибла за пару секунд. И пусть смерть для неё не будет окончательной, и она вскоре возродиться в башне Танатоса, частицы души она при этом лишится, а мы на остаток похода остались без пиромантки.

Сложно переоценить потерю сильнейшего дамагера для нашей боевой группы.

Неужели это конец?

Кипящий гнев.

Применить боевое заклятие я мог быстрее всех — сейчас я находился в окружении родной стихии.

Навредить этим я врагу вряд-ли сумею. Но главное — отвлечь. Враг ведь использует только грубую силу, без магии.

Здоровье чудовища дрогнуло. Много я не отнял, но причинить боль кипящим паром мне удалось.

Враг вновь скрылся под водой, чтобы появиться передо мной, сразу же вонзая когти мне в живот. Спасло только вовремя активированное водное тело. А затем я ударил прямо в рожу паровым шаром.

Тварь завизжала и замотала головой.

В этот момент в шею чудовища, нанося критический удар, вошёл насыщенный силой фрактала арбалетный болт Терми. А следом что-то шлёпнулось в лужу под ногами врага, и по монстру побежала волна молний.

— Что ж ты с феном купаешься, чудо? — ухмыльнулся инженер, засиявший светом полученных уровней.

Как-то даже просто для столь сильного противника…

…подумал я в первую секунду.

— Уихххсчщ! — послышался писк на грани слышимости. И вокруг нас из болотного ила вставали три туши обитателей болот.

— Мейару Великий, Многогранный владетель шияющей гнили, прими дар шпящей Крысы во шлаву дружбы великой и пожволи нам, шмиренным нежуми, уйти прочь! — послышался хорошо знакомый голос старосты Ашараша.

Самой крысы нигде не было видно, и даже голос ему будто бы не принадлежал, став сильнее и громче.

Лихо Болотное, уровень 285.

Лихо Болотное, уровень 299.

Лихо Гибельное, уровень 407.

25. Владыка тайных болот.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её! — выкрикнул я слова молитвы богу Покоя.

Одно из чудовищ на некоторое время выбыло. Но увы, у моих союзников таких результатов не наблюдалось.

В глазах инженера полыхнула ярость хищника, а на лице расплылась улыбка, будто его ждал не бой, а всего лишь игра. Подняв руки, он уронил под ноги две медные сферы, которые на глазах стали трансформироваться в боевых големов со встроенными триспами и медными щитами.

Затем от его ног бросились врассыпную десятки маленьких механических паучков. И словно бы этого было мало, следом за сферами из бездонного инвентаря инженера появился медный ворон с метровым размахом крыльев.

Бросившийся на него монстр был встречен полудюжиной молний. На пути врага встали механические воины, принимая предназначавшийся Сайрису удар на щиты.

Второй монстр выбрал главной целью Терми — болотное лихо впечаталось в барьер из множества белых кубиков. Затем с левой руки пилигрима слетела фрактальная сфера, а следом он атаковал с разворота зачарованным стихией клинком, лишая чудовище ноги.

Призраки лишь на пару секунд замешкались, и тоже бросились с бой. Хотя я не мог не отметить про себя их чувство ужаса, сменившееся изумлением и надеждой. Группа Масао явно не ожидала настолько успешного сопротивления высокоуровневым тварям.

Затем к лишившемуся лапы монстру подскочил Некуш, как и я решив бить врагу по глазам.

Магия ветра справилась не хуже горячего пара, и дважды раненый монстр заверещал.

А затем защищаться пришлось уже мне.

Гибельное Лихо отличалось от своих сородичей внешне, лишь тёмным оттенком плесени и мха на теле. Но вот в возможностях тварь имела куда более заметное отличие — она владела магией.

Из-под воды ударил поток гниющей жижи — магия врага подбросила меня вверх. Я воспользовался этим, чтобы вновь активировать водное тело и обрушиться вниз потоком кипящей воды.

Тварь отскочила, и атаковала гнилым дыханием.

Меня выбило из заклинания и протащило по грязи, но я тут же поднялся и начал читать молитву покоя. Почему бы не воспользоваться тем, что между нами теперь такое расстояние?

Я закончил читать как раз в тот момент, когда чудовище почти достигло меня. Затем я активировал водное тело в третий раз, чтобы осевшая тварь не раздавила меня своей тушей.

Оказавшись за спиной у монстра, я сразу же создал несколько щупалец кипящего гнева, и одно из них сумело задеть единственный глаз.

Но в отличии от своих младших по уровню собратьев, враг даже не заметил этого.

Лихо обернулось. Вываренное око свесилось вниз, но твари будто было на это плевать. Монстр ударил корявыми лапами, а следом за этом — гнилым дыханием. И если первое было пока не опасно, дыхание врага уже сбивало с меня водное тело. Если бы на мне не было защитной магии, я был бы уже мёртв — во всяком случае немногочисленные болотные растения в этом месте испарились в миг.

Пришлось уклоняться — я упал в лужу и воспользовался навыком контроля, чтобы обратиться в воду растечься прочь. Однако, когда я собрался вновь в физическую форму для чтения молитвы покоя, враг уже меня ждал. Я понял, что не успею активировать водное тело вновь, а значит для меня это конец.

Но на пути смертельного удара встала Ласка.

Корявая лапа встретила чёрное облачко, и вся его конечность оказалась истыкана десятком кинжалов. Ловкая девушка уже бежала по плечу монстра, зажигая в левой руке тёмно-фиолетовую сферу магии пустоты.

— Твой дом — ПУСТОТА! — сорвавшись на хрип, прошипела она.

Тварь заверещала вновь и замахала лапами перед собой. Здоровье чудовища в инфо просело до жалкого десятка процентов. Но этого было недостаточно.

Не удержавшись, тень повалилась вниз, а ей навстречу понеслась лапа чудовища.

Ласка отлетела прочь, со всплеском повалившись в болото, а следом за ней в тумане пронесся шлейф её чёрной крови. Я закончил читать молитву, но врага на прежнем месте уже не оказалось. Взбешённый монстр устремился к девушке, чтобы добить, хотя та и так была при смерти.

Всё, что я успел сделать — это направить ей поток живительной регенерации, а на пути твари поставить паровое щупальце гнева.

Девушке хватило сил, чтобы распасться облачком тьмы и перенестись чуть дальше. Но увы, всё оказалось не так просто.

Задрав голову, враг вдруг резко крутанулся на месте, а между его корявых лап замерцали всполохи зелёной энергии, унесшейся к раненой тени.

Время будто замедлилось. Мне вдруг стало так страшно за жизнь девушки, будто речь шла об окончательном исчезновении. Почему-то мысль о том, что она может погибнуть прошибла меня холодным потом. Будто вместе с ней я сам потеряю нечто очень важное.

В голове замерцали какие-то картинки, будто нечто забытое и вдруг вернувшееся в чертоги памяти.

Вода вокруг нас заклокотала, мана просела в ноль. Жидкость стала практически белой от вскипевшей под тварью лужи, резко ударившей чудовищу в брюхо. Затем поднявшаяся жидкость преобразовалась в форму огромной руки и сжала чудовище, проваривая целиком.

Заклинание «паровой шар» преобразовано в «паровая длань»

Получен новый уровень. Текущий уровень — 94.

Я стоял над телом стонущей Ласки.

Девушка была ещё жива и сильно страдала. Боль я сразу же снял касанием Дафны, но лучше от этого ей не стало. Плоть девушки покрывалась струпьями, и сколько бы я не пытался сбить выраставший на ней мох и грибы, ни очищающая магия, ни регенерация не справлялись.

Проклятие гнилого дыхания монстра было слишком сильным и не желало уходить прочь.

Тень пыталась что-то сказать, но лишь молча открывала рот в беззвучном крике. Более того, само пространство вокруг не желало отпускать девушку — та фактически врастала в ил вокруг неё.

По телу пробежал холод настоящего ужаса.

Что, если проклятие этих тварей сродни фрактальной магии или моей амнезии, и воскрешение после него не предполагается в принципе? Только окончательная смерть, став частью топи?!

— Нам пора, Син. Сраные крысы могли позвать сюда ещё этих тварей! — рыкнул мне на ухо Сайрис.

— Я не брошу её тут! — яростно крикнул я, отмахиваясь от инженера.

— Син, ты чё, совсем охренел? — в голосе Сайриса послышалось удивление. — Ну не хочешь — оставайся тут!

Сжав зубы от злости, я вновь посмотрел на инженера и увидел на его лице красный след от горячего пара. Я даже не заметил, когда применил магию — всё вышло само собой, на рефлексах.

— Извини, — процедил я. При чём я действительно хотел извиниться за то, что задел его боевой магией, но с губ сорвалось лишь одно слово, по интонации больше походившее на угрозу.

Зафиксировано нарушение целостности сдерживающей печати.

Текущей уровень сопротивления Пустоте — 94%

Ворон скривился:

— Извиняю, — в тон мне ответил инженер. А затем резко развернувшись, махнув рукой и пошёл прочь.

За ним поспешили Масао с Некушем, а с некоторым запозданием, перепуганная Циана с последним призраком, имя которого я так и не запомнил.

— Уверен? — предпринял попытку образумить меня Терми. — Не можешь вылечить, так добей — возродится в башне.

— Добить? — угрожающе переспросил я.

— А что такого? Она сама говорила, что уже умирала много раз, — не смутился пилигрим.

— Ласка не потеряет больше ни единой частички своей души, — чуть спокойнее пояснил я. — И я найду способ её исцелить. Иди с Саем.

— Как скажешь, — неодобрительно пожал плечами Терми. Но спорить не стал.

* * *

Отрешившись от мира вокруг, я присел рядом с девушкой и взял её за руку. Сейчас она больше напоминала прогнивший кусок водорослей, но я упорно посылал ей регенерацию и касание Дафны.

— В покое обрати свой мрак к рассвету, — активировал я молитву возрождения, и та восстановила здоровье девушки. Но эффект гниения, увы, не сняла.

— Почему.. — закашлялась девушка.

Сила жреца с высокой мудростью вернула её в сознание и даже дала возможность говорить. Но ненадолго и ценой огромных усилий.

— Ты же не хочешь утратить часть души? — спросил я у неё.

— Нет…

— Тогда терпи. Я что-нибудь придумаю.

Пообещать легко, да только что я в действительности смогу сделать?

Пользуясь тем, что сила, сращивавшая девушку с болотом, временно отступила, я бережно взял её на руки, обрывая многочисленные водоросли. Уменьшив контакт с болотом, я смогу хотя бы немного замедлить действие проклятия.

Но почему я не могу снять эту гадость очищением?

По рукам пробежали всполохи бирюзовой маны, обновляя снимающее боль касание и регенерацию. Девушка вновь закашлялась и захрипела. Похоже, гниль добралась до её лёгких.

Ну же, думай, целитель!

Единственное, что хоть как-то улучшило ситуацию — была молитва возрождения Нефтис. Но и её сил было недостаточно. Временная мера, на минуту откладывавшая неизбежное.

Что я могу сделать, чтобы усилить её?

Танатос. Чокнутый магистр Смерти ведь давал нам навык, позволяющий это делать. Ритуалистика. Но тратить так много очков навыков просто надежды ради? Ведь нет никакой гарантии, что этот навык сможет усилить конкретно эту молитву. Ритуалистика — это о проведении ритуалов, собственно, а не про исцеление проклятий.

Ласка на моих руках вновь захрипела, а меня снова бросило в озноб.

Все вопросы будто исчезли сами собой, а я призвал инфо и не дрогнувшей рукой вбил весь возможный максимум в открытый у Танатоса навык.

Повышен уровень навыка: ритуалистика. Текущий — 20.

Открыта возможность создания новых обрядов.

— В покое обрати свой мрак к рассвету, — произнёс я, давая Ласке ещё несколько минут жизни, но так и не излечив полностью.

Проклятье!

— Син… я.. видела.. во сне… — вновь попыталась что-то сказать девушка.

— Тихо, Ласка, я тебя вытащу, — пообещал я.

Что ещё не так? Неужели я зря потратил очки на бесполезный навык?

— Кто пришёл в мои зе-емли?! — раздался леденящий душу потусторонний голос над туманным болотом.

Черт, чёрт, чёрт!!

Только этого мне ещё не хватало!

— Оскорбля-аешь! Наруша-аешь! Без спросу прихо-одишь!! Смерть тебе, смерть! Я — Мейару Гневливый!

Я лихорадочно обернулся, но ничего не заметил. Кроме меня и Ласки вокруг по-прежнему никого не было.

— Постой! Я тебе не враг! — попытался крикнуть я в ответ невидимому собеседнику.

— Врешь? Обманываешь?! Гадость замышляешь?!! Тебе смерть, смерть!! Я — Мейару Прозорливый!

— Покажись, и я скажу тебе это глядя в глаза! У меня умирает друг! Я просто хочу уйти! — крикнул я вновь. — Я тебе не враг, хозяин болот!

— Нет! В тебе есть порча!! Ты зло несешь! Ты умрёшь от руки моей! Смерть тебе! Я — Мейару Всеведущий!

Несу зло? О чём он?

Или.. он имеет ввиду в прямом смысле — несу на руках. Ласка! Он чует в ней магию пустоты!

— Она ранена, Мейару! Она не может причинить зла!

На этот раз вместо ответа таинственный владыка туманных болот с шумом приземлился рядом со мной.

Он будто бы упал откуда-то сверху, из под серых туманов, за которыми пряталась академия Доминиона.

В месте приземления поднялась целая волна грязной болотной жижи, окатившая нас с Лаской с головы до ног.

Выглядел Мейару… ну, это можно описывать очень долго. Как нечто, слепленное из мха и поганок в напоминавшее гигантского хорька метров пяти. Но вместо звериной морды на меня смотрело лицо старика с длинной белой бородой.

На спине же, вместо гривы, были заросли растений и грибов, а голову венчали древоподобные рога, покрытые зеленью.

— Хотел меня видеть! Ты-ы!! Нахал! Наглец!! Так узри же! Я — Мейару Великолепный!

— Мда уж, ты и впрямь многогранная личность… — вырвалось у меня.

— Я! Да!! Я — Мейару Многогранный! Во мне много всего! Я — король! Я — Мей-йар-ру-у!

Мейару Помойный, хозяин гиблых болот, уровень 577.

Легендарное существо.

Голос болотного повелителя дрожал, будто он театрально пытается изображать ярость. Слишком человеческие для его тела глаза со множеством полопавшихся капилляров метались в безумии, таращась то на меня, то на Ласку, то куда-то вдаль за нашей спиной.

— Мейару! Я вижу вас насквозь! Ты не уважаешь меня! Привел монстра! Твар-рь! Пустота! Ненавижу! Я — Мейару Мстительный!

— Так значит, ты ненавидишь пустотников? Но ведь моя подруга ничего тебе не сделала! Ты же… — меня осенило догадкой. Раз он так любит новые прозвища, так почему бы не перевести эту его страсть в свою пользу? — Я слышал о тебе, как о Мейару Справедливом!

— Справедли-ивый?! Я?!! Да!!! Я — Мейару Справедливый! — глаза владыки болот завращались, как у одержимого бесами безумца.

— Несправедливо карать того, кто не сделал тебе ничего дурного! — крикнул я монстру. — Скажи, кто обидел тебя, и возможно я смогу за тебя отомстить!

— Отомстить?! — губы существа задрожали от гнева. — Да! Да!! Я хочу отомстить! Выломать ему руки! Хрен ему вырвать! В голову приделать, аки рог срамной!! Не-на-ви-и-и-жу! Как же ненавижу!!!

Владыка болот подался чуть назад, бегло взглянул вверх и принялся рвать зелёные волосы и белую бороду в приступе ярости.

— Кого ты ненавидишь? Назови имя, Справедливый Мейару! Я друг тебе!

— Дру-у-уг? — дрожащим от злости голосом переспросил монстр. — У Мейару нет друзей! Не бывает и не было никогда! Я — Мейару Независимый!

— Назови имя своего врага, великий! Я отомщу за тебя! — продолжал настаивать я.

— Отомстишь? Не-е-ет! Нельзя! Нельзя-нельзя!! Мейару может всё сам! Мейару должен сам убить Харта. Разорвать Харта. Сжевать Харта. Хрен ему вырвать и вставить рогом срамным, в лоб пришить болотною силой!! Са-ам!!

— Кто такой Харт? Расскажи, что случилось, Мейару! Я могу помочь! — продолжил я свои попытки переговоров с безумцем.

Тем временем Ласке вновь становилось хуже. Девушка задыхалась и даже снятие боли от Дафны помогало всё хуже. Одними губами я начал шёпотом выводить слова молитвы возрождения, чтобы дать девушке ещё несколько минут и отогнать побеждавшее её проклятие.

— Харт! Зовёт себя принцем безумия! Дирижёром пустоты! Мерзкий лжец! Злоде-ей, — здесь он театрально повысил голос. — Негодя-яй! Ненавижу! Хрен бы ему… ты читаешь что?! Обманывать вздумал! Обманщик!!

С удовлетворением я отметил, что частые дыхания тени стали чуть медленнее и спокойней.

— Стой, Мейару! Мейару Милостивый! — я протянул к нему левую руку в останавливающем жесте. — Это была молитва лечения. Мой друг умирает!

— Молитва! Лечения! Жрец! Обманщик! Жрецов больше нет! Боги умерли! Съедены злом! Нет их окромя скорбной матери! Погибель одна жива! Я — Мейару Ведающий!

— Но я не лгу, Мейару! — я специально старался почаще называть монстра по имени. Эмпатия подсказывала, что каждый раз услышав его, болотный владыка словно бы на миг расцветает.

— Так ты Погибели служишь?! Злой, злой жрец! Недо-обррый!

— Я служу Нефтис, богине Покоя, — выпалил я.

— Покоя?! Дочерь старшая?! Скорбящая мать потеряла своих дочерей! Ты лжешь, лжешь, лжец! Мейару ненавидит Погибель! Мейару не должен быть никого слабее! Я — Мейару Бессмертный!

— Тогда как ты проиграл этому Харту? Он обманул Мейару?

— Обманул?! Да! Да!! Обманщик! Во-ор! Негодяй! Вырвать бы ему…

— Так почему не вырвал? Что помешало? — попытался я перевести тему. Мой божественный покровитель ему явно не пришёлся по душе.

— Пустота обман! Злая стихия! Не должно её быть! Мейару любит лишь воду! Болото! Когда-то я служил водному богу. Но нет его больше! Нет! Нет больше богов. Я — Мейару Одинокий…

Впервые за время нашего разговора чудовищный старичок перестал гневно кричать, как буйно помешанный. В голосе владыки болота послышалась тоска по давно утраченным временам.

— Я тоже люблю воду, Мейару, — сделал я ещё одну попытку. — И знаешь, у меня есть и водный бог.

— Нет! Нету! — вновь разозлился старик. — Лжешь ты, псина! Нет бога воды больше! Будь здесь бог воды, Мейару бы не проиграл Харту!! Ненавижу! Ненавижу-у!! Алтарь посквернить! Твари злой передать! Ненавижу!! Кости бы ему сломать! Сердце вырвать! Хрен отчекрыжить и ко лбу прибить, единорог аки был чтоб!!..

Блин, как же с ним сложно!

— Постой, постой, Мейару Мудрый! Что за алтарь? Он далеко? — спросил я.

— Алтарь! Да! Нет! Ты обманщик! Не покажу святое! Убью! Смерть вам всем! Негодяи!..

— Да нет же, послушай! Его ведь уже осквернили, так? Нельзя это сделать дважды, так что ты ничем не рискуешь! А я смогу доказать тебе, что служу богу воды. Ну же, Мейару Гениальный, подумай!

— Убью! Тебя! Обоих вас.. если обманешь. Я — Мейару Гениальный. Меня нельзя обмануть!!

Я перехватил заметавшуюся в бреду девушку поудобней, и с облегчением сказал:

— Веди, Мейару. Я верну тебе связь с водным богом.

26. Тайна сияющих вод.

Передвигаться верхом на Мейару было… любопытно.

Да-да, жуткий зверодед любезно позволил залезть к нему на спину. Вернее, на поляну, потому как спина у него была покрытая травой и маленькими чахлыми деревцами.

Я обхватил ногами ветвистый корень, а руками крепко сжимал тихо стонущую тень. Ласка выглядела всё хуже и хуже, а молитву Нефтис приходилось повторять с каждым разом всё чаще. Если бы не это, я бы даже получил удовольствие от такого способа передвижения.

Мейару высоко подпрыгивал в туман над нами, и на какой-миг всё вокруг скрывала сплошная серая пелена.

Затем Мейару падал на болотистую почву, поднимая вокруг себя заслон из брызг и снова поднимаясь высоко вверх. Воздух трепал полы тёмно-вишнёвой мантии кошачьего инквизитора и белые волосы тари. Сложно было поверить, что мы находимся под землёй.

Нужного места мы достигли примерно минут через десять-пятнадцать. Здесь владыка подземных болот прижался к земле и наклонился, давая мне возможность спуститься вниз.

Новое место ничем не отличалось от любого другого — всё те же редкие гнилые пеньки, обилие грязи, луж и зловоние. Лишь в паре метров от нас возвышался на крохотном клочке суши маленький островок с каменным алтарём. Когда-то за ним была статуя, но теперь от неё осталась лишь груда камней. Сам же алтарь был покрыт мхом и плесенью.

Прошёл бы мимо — даже внимания особого бы не обратил, не то что признать в этом нечто важное. Но вот мой посох и сама система сразу поняли, что к чему. Холод «воли Нефтис», как назывался мой артефакт, я почувствовал даже из инвентаря. Предмет словно просился сам в руки.

А перед глазами всплыл текст оповещения:

Обнаружено место силы.

Средний алтарь. Привязка: [ ∀ ̵̛̒̋͊̊̌͝ ́ ͙̼̹͙͔́̓̓͗͗̚͝ ⋀ ̵̋̆́̋ ̀ ̨͓̲͈̼̥̜̙̗̖̦̯̲̓͒̂͂̾̈́̍̕͝∩̸̢̻̰̞̹͇̪̗̟͇̒̐͗͛͂̓̕ ╫ ̸̢̡̧͔̰̬͚̥͉͉̗̲̺̀̓͗̀̽̊͒̈́͆͜͝ͅͅ █ ̶̨̢̙̙̥̜͈͕̜̔͛͌̽͜ ], стихия Пустота.

Скорее всего вместо непонятных символов должно было быть имя бога. Об этом я и спросил своего странного спутника:

— Кому посвящено это место?

— Злу! Большому злу! Злобному злому злу!!

— Я не могу прочесть его имя, — признался я.

— Нет! Нельзя читать! Произносить нельзя!! Близкие сгинут, друзья умрут, болезни накличешь, сам душу свою изведёшь! Злобное злое зло!! Мейару ненавидит такое зло!

— Понятно…

— Убирай его, жрец!! Немедленно! Ты обещал!!

Я бережно положил на относительно сухую землю Ласку и подошел к алтарю, осторожно коснувшись его рукой. Треснувший камень казался холодным, почти ледяным, а рука вдруг заболела, словно в кости впились десятки бормашин.

Резко отдёрнув ладонь, я призвал касание Дафны, чтобы прийти в себя и попытался снова.

На сей раз боль была уже терпимой.

Я вытащил посох, но тот стал вести себя ещё более странно, нежели прежде. Бирюзовый камень на вершине запульсировал, а серая древесина холодом обжигала руку.

Меня вдруг захватил страх. Дикий, непередаваемый ужас. Захотелось бежать без оглядки, рыдая и моля о пощаде. Убегать, закрываться руками, беззвучно кричать…

Но это не были мои мысли. Их вызывал толи осквернённый алтарь, то ли я перенял эмпатией часть эмоций своего посоха.

Я выпустил артефакт, и тот покатился по влажной земле в сторону лужи. Сразу же полегчало, но ненадолго.

Следующим слово взяла система:

Зафиксировано нарушение целостности сдерживающей печати.

Текущей уровень сопротивления Пустоте — 93%

Теперь заболело где-то в груди. Там, где прежде я видел сочащуюся чёрно-фиолетовым светом рану.

Текущей уровень сопротивления Пустоте — 92%

Так. Долго стоять здесь я не могу, иначе это закончится плохо. Не знаю, что именно случится, но что-то мне подсказывает — результат мне не понравится.

Но божественный артефакт, который прежде ни разу меня не подвёл, сейчас был бесполезен. Заключённая внутри частица богини Покоя была в ужасе.

Однако сейчас мне нужна была не она.

— Дафна. Богиня воды. Если ты меня слышишь, подай мне знак, — прошептал я себе под нос.

Ничего.

Текущей уровень сопротивления Пустоте — 91%

Ритуалистика — это контроль для силы жреца. Плюс у меня есть теперь навык создавать свои собственные ритуалы.

— Скажи, Мейару, а ты видел, что делает Харт с алтарём?

— Он засунул в него силу зла! Подлый!! Мерзкий! Ух, попадись он мне только снова!!..

Что значит засунул? — задумался я, но спрашивать не стал. На профессора магии Мейару никак не тянул. Может, этот Харт просто напитал алтарь магией пустоты? Значит, я должен тогда напитать его как-то магией воды. Но сперва нужно вытащить из алтаря это самое зло. Вот только как?

Сейчас бы сюда Терми с его фракталом…

Я отошёл чуть дальше, чтобы не лишиться процентов сопротивления пустоте, и присел на мокрую землю. Что для мага воды немного намокнуть?

— Почему ты сидишь?! Делай, жрец! Или ты задумал обмануть меня?!! — зарычал владыка болот.

— Успокойся, Мейару. Я просто думаю, как очистить алтарь от твоего зла, — пояснил я. — Буду рад, если подскажешь.

— У бога своего спрашивай о том, не у Мейару!

— А как? Ты только не злись, я еще начинающий жрец.

Зверодед тоже попятился от алтаря, присел в лужу, зачерпнул в ладони воды и полил себе голову. На лице существа появилось выражение задумчивости.

— Мейару Благословенный погружался в стихию, — тихо произнёс он. То есть тихо — в сравнении с прежним собой.

— Погружался? — заинтересованно спросил я. — Это как?

Вместо ответа хозяин болот резко нагнулся, и окунул голову в воду, а затем вдруг нырнул под неё, как недавно делало болотное лихо. Глубина здешних луж никак не позволяла спрятать пятиметровую тушу существа, но тем не менее, от его присутствия не осталось и следа.

Что же он это, просто ушёл, оставив меня наедине со своей осквернённой святыней, за которую так боялся? Или это и был ответ — нужно прыгнуть в воду? Вот только едва ли я смогу с головой поместиться в этой мелкой трясине.

Теперь я остался один рядом с алтарём, если не считать часто дышащей Ласки, в лёгких которой продолжала распространяться гниль.

Хм..

Я зачерпнул немного зловонной болотной жижи и умылся. Ничего не изменилось кроме того, что теперь запах гниющих растений был всюду.

Тогда я, перебарывая брезгливость, наклонился и целиком погрузился в грязную зеленоватую воду бесконечного болота.

По началу мне показалось, что я делаю огромную глупость. Во всяком случае почувствовал я себя полным идиотом. Затем я начал подниматься, чтобы перевести дыхание, но на меня вдруг навалилось сзади нечто тяжелое, прижимая к луже.

Голова целиком погрузилась под воду, уткнувшись в склизкий ил. Я попытался подняться, но куда там моим скромным силам до громадной туши Мейару.

Появившийся из ниоткуда зверодед ещё сильней вжал меня в ил. В рот и нос полезла склизкая мерзость. Я почувствовал, что задыхаюсь и беспорядочно замахал руками. Вырваться из захвата можно было лишь одним способом.

Водное тело.

Я почувствовал, как огромная рука-лапа болотного владыки прошла сквозь спину, и я всё же вынырнул наружу, жадно хватая ртом воздух.

Но находился я уже совсем не на гиблых болотах, и никакого Мейару рядом не было, как и алтаря с телом Ласки…

* * *

Вокруг меня больше не было гиблых болот.

Вода была мне где-то по пояс, но больше это не была зловонная жижа. Нет, это была кристально чистая, прозрачная жидкость. Теплая и нежная, будто касание матери. И она была повсюду. Лилась с ясного голубого неба теплым ливнем, подобно огромному, бесконечному душу.

Так было всюду, куда бы я не посмотрел. Бесконечное поле обволакивающей и оберегающей силы Воды. На миг я почувствовал, как на глаза сами собой наворачиваются слёзы. Но не печали, а радости. Бесконечной радости, словно бы я вернулся домой после долгого отсутствия.

Я был здесь впервые, но возникшее чувство было именно таким.

Хотелось упасть на колени и радоваться каждой проведённой секунде в этом удивительном мире.

Но я заставил себя собраться.

Вспомнил близких, погибших в реальности, хотя теперь я бы уже не смог сказать, что именно действительно реально вокруг меня. То, что принято называть миром-темницей, Подземье Мельхиора с Хрустальной башней или.. вот это место. Самое удивительное из всего, что я когда-либо видел.

Нет, у меня ещё много дел. Многое нужно совершить.

Мои близкие живут в моей памяти. Пока есть я. Однажды я передам своим детям истории о том, какими они были. Пока есть я, не угаснет и пламя ненависти к корпорации, совершившей с нами всё это. Пока есть я, живёт и обещание Ректора дать мне силу всё изменить.

Мир — иллюзия. Реальность реальна лишь потому, что мы считаем её таковой. Так говорил владыка Доминиона, вырвавший меня из мира-темницы через капсулу альтернативной реальности, перенеся мой центр осознанности... куда?

— Сион. Синаэль тар Мантикор. Алекс Стаматин. Так много имён для одного существа…

Приятный, мягкий, но вместе с тем сильный женский голос пронёсся над миром бесконечной воды, будоража сердце и заставляя его биться чуть чаще.

Но никого рядом не было.

— Иерей Покоя, избранный дочерью Смерти. Глашатай Пустоты, избранный её тёмной сестрой. Тари, избранный Безупречным. Мой будущий Аква, выбранный мной. Я рада, что ты снова нашёл путь сюда, дважды утративший память.

— Дафна, — понял я.

— Раньше ты звал меня Тайной Сияющих Вод. Но я люблю все свои имена.

Усилившийся тёплый ливень становился плотнее, перекрывая видимость, и вскоре рядом со мной из дождя собралось тело девушки лет двадцати пяти с белоснежной кожей, большими голубыми глазами и волосами, сотканными из застывшей воды.

— Ты не помнишь о том, что совершил. Но я помню. И благодарна тебе. Теперь ты совершил это вновь, подарив мне второй алтарь. Чего желает мой Аква в награду?

— Значит, алтарь под Доминионом теперь принадлежит тебе? — понял я.

— Когда-то он принадлежал павшему болотному богу. Сила пустоты слишком чужда этому алтарю, и он легко принял силу бесконечной Реки. Так чего ты желаешь, мой Аква?

Чего я хочу? То есть мне полагается награда за выполненный квест? ..И за этот алтарь?

— У твоего алтаря обитает существо, зовущее себя Мейару. Оно тоже хочет служить тебе и охранять алтарь, — сперва я решил выполнить обещание болотному королю, иначе по возвращении в Мельхиор он всё равно сожрёт нас с Лаской.

— Вместо просьбы о награде ты преподносишь мне новый подарок? Благодарю за хранителя нового алтаря, Аква. Но ты не ответил на мой вопрос. Чего желаешь ты сам?

— В Мельхиоре осталась моя подруга. Её можно вылечить силой Воды?

— Исцелить проклятую наву от гнилистого заражения можешь ты сам на моём алтаре. Я научу тебя, и ты всё сделаешь сам, — улыбнулась Тайна Сияющих Вод. — Дважды я спрашивала тебя о награде и дважды ты просил за других. И я спрошу тебя в третий раз. Чего желаешь в награду ты сам, Аква?

А вот теперь я действительно растерялся. Что я могу попросить для себя из того, что реально исполнить? Сомневаюсь, что богиня воды сумеет исполнить то, что я действительно хочу. Вернуть близких? Уничтожить корпорацию? Дать силы для мести в другом мире, где даже магии нет? Сомневаюсь.

— Если честно, я не знаю о чём могу попросить. Ты назвала меня дважды утратившим память. Что это значит? Можешь ли ты её вернуть?

— На твоём рассудке лежит тень мага, шагнувшего на ступень бога Разума. Но мне понятно течение твоих мыслей. Не мне отменять волю того, кто бросил вызов самим создателям. Но я даю тебе право задать три вопроса, Аква.

Тело водной богини покрылось рябью и разлилось водой, слившись с бесконечным потоком дождя. Но вместе с тем, я продолжал чувствовать её присутствие. Везде и во всём вокруг себя. В шуме дождя, в волнах бесконечной воды, во влажном тёплом воздухе.

Так, со временем меня никто не торопит. Однако я бы предпочёл вернуться обратно поскорее — кто знает, сколько протянет Ласка без моих молитв?

Хотя, конечно, так хорошо и спокойно, как здесь, я не чувствовал себя никогда…

Ладно, соберись, Син. Что узнать для меня важнее всего?

Теперь, после её слов о дважды утратившем память, многое уже само по себе меняется. Могло ли быть так, что я попал в Мельхиор намного раньше, и в том таинственном походе за пределами города участвовал не мой абстрактный предшественник, бывший владелец этого тела, а.. я сам?

— Ты говорила, что я второй раз преподношу тебе алтарь. Как это было в прошлый раз? — наконец, задал я свой первый вопрос.

— Вырвал один из четырёх великих храмов из лап абсолютного зла и посвятил его мне. Так я получила силу в Мельхиоре, став третьей в праве на владение этим миром, после Смерти и Пустоты. Берегись, Аква. Бездушный бог признал тебя своим личным врагом.

Ну офигеть теперь. Отличные новости. Прямо с ума сойти, как я рад, что моей смерти желает какая-то жуткая жуть.

— Как я могу защитить себя от этого бога? Ведь такой способ есть?

— Это не удавалось ещё никому из смертных, ибо она правит всем злом, что ты можешь себе представить. Но верное течение есть. Стань истинным Аквой, Сион-Синаэль-Алекс. Не зря ты получил имя проклятого зверя. Во всём есть отпечаток путей судьбы.

Мда уж. Отличный ответ. Вот прям всё сразу же стало понятно, ага.

— Что значит стать истинным Аквой? И.. ты ведь с самого начала хотела от меня именно этого, я прав?

— Это два вопроса, — ответило божество. Но я почувствовал в её голосе радостное удовлетворение, будто бы всё идёт именно так, как она задумывала с самого начала.

Дафна…

— Прежде у тебя была моя книга. Печаль моя в том, что ты не успел её изучить. Так найди же и сделай это теперь. Таков мой ответ на оба вопроса. Однажды Битва Магов начнётся вновь, и ты должен победить в ней.

Битва магов… ещё одна загадка о которой я пока что ничего не слышал. Разве что была карточная игра с этим названием. Но сомневаюсь, что богине воды интересны мои успехи в играх.

— Ты сказала, что я нужен разным силам. Кому из них и насколько я могу верить?

— Хитрый вопрос, — я почувствовал в голосе богини насмешку. — Каждому, но по чуть-чуть, будущий Аква. Чего желает Покой не ведомо даже мне, но в ней нет её силы. Лишь осколок души в твоём посохе. Я в любом момент могу развеять её связь с тобой. Некогда последний представитель своего вида по имени Безупречный хочет видеть продолжение истории своей расы. Ему нет дел до богов. Замыслы посягнувшего на силы средоточия разума полубога слишком сложны. Но я не чувствую в нём зла к нашему миру — его враги лежат за пределами подлунных миров, а главная цель сейчас — сделать тебя сильнее и защитить разум от зла. В этом мы с ним едины, но наши цели разричны, хоть и не противоречны друг другу…

Дафна на миг замолчала, собирая последнюю часть ответа.

— Лишь пустота враждебна всему живому, потому прошлый ты с ней боролся. Я в этом мире недавно, и история о новой стихии ужасна, и она осквернит твою воду. Уже оскверняет. Но даже искажённый и грязный Аква будет полезен. Решать тебе.

Пусть течение ведёт тебя, будущий Аква.

Глобальное оповещение! Власть Дафны, Тайны Сияющих Вод в мире Мельхиора повышена!

Повышена синхронизация со стихией воды. Текущий уровень — сопряжение 34%

Повышен навык «голос течений». Текущий уровень — 48%

Духовный сан «Иерей Дафны» подтверждён.

Получен постоянный бонус ко всем проявлением стихии воды +20%.

Получена молитва «Касание Дафны»

Снимает боль, удушье и симптомы болезней силой богини Воды.

Получена молитва «Исток Дафны»

Открывает путь источнику силы Воды.

Удваивает скорость восполнения маны и здоровья жреца рядом с источником Воды.

Получена молитва «Течение Дафны»

Позволяет проводить через себя волю богини Воды..

— Ого… — только и смог вымолвить я, глядя на простыню текста перед глазами.

А когда я смахнул их в сторону, понял, что сижу на коленях перед алтарём Тайны Сияющих Вод. Бога, воплощённого среди бесконечных рек.

— Я чую воду! Мейару чует! Ты не.. не обманул меня, жрец… — в голосе владыки болот было искреннее удивление.

Забавный он. Зачем же он меня сюда вёл, если был уверен в том, что я его обману?

— Я выполнил обещание, Мейару, — ответил я.

— Ты.. Ты прав был! Да! Ты друг мне, жрец! Я рад что встретил Синаэля. Отныне знай, что в землях этих у тебя есть друг! Я — Мейару Благо… Постой! Друг Синаэль!! Она заговорила!! Заговорила с Мейару!! Узри же имя моё, друг!! Узри!! Великое оскорбление в имени моём пропало!!! Многогранный!! Я — Многогранный, жрец!!! Мейару Многогранный!!!

Не смотря на путанную речь существа, я понял о чём он, и призвал инфо. И улыбнулся. Похоже, изменения коснулись не только меня:

Мейару Многогранный, священный зверь Дафны, уровень 610.

Стихия: вода (аспект реки).

Легендарное существо.

Меня чуть с ног не сбило волной чувства радости от чудовища.

Зверодед мелко запрыгал на одном месте, забавно свесив длинный язык. А вместе с тем начал меняться и его внешний вид, вместе с местностью.

Нет, гиблые болота не превратились в озёрный край или что-то в этом роде, но я ощутил, что гнилостный запах вдруг пропал, и дышать стало заметно легче. Пройдёт немало времени, прежде чем это место достаточно изменится, но процесс уже начался.

И начался он с хозяина этого места — Зелёный мох на шкуре Мейару стал ярче, приближаясь к чистым изумрудным оттенкам, гнилые ростки сменились живыми растениями, а поганки обратились светящимися люминесцентными грибами.

Но изучать вызванные божеством изменения было не время. Рядом с алтарём по-прежнему лежало тело Ласки. Частое дыхание девушки стало ещё быстрее, словно лёгкие грозились вот-вот отказать. Глаза её были на выкате, от чего девушка была не похожа на саму себя, а разум её, видимо, уже покинул.

Однако теперь я знал, что нужно делать.

Я подскочил к подруге, бережно взял её на руки и взвалил на каменный алтарь.

— Держись, Ласка, — прошептал я скорее себе, чем ей, и приступил к делу.

Подняв руку над алтарём, я прошептал первую молитву богини воды:

Касание тайны сияющих вод.

Слова всплыли в голове сами собой, едва только стоило мне подумать о том, что я хочу сделать. Теперь накладывать обезболивание я могу и словами молитвы, чтобы усилить эффект заклинания «Касания Дафны».

Боль и страх ушли, и безумие в глазах тени поблекло.

— Открой путь сиянья теченьем речным. — произнёс я слова второй молитвы, усилившей путь между миром богини и Мельхиором.

На первый взгляд ничего не случилось, тем более, что богиня и так уже овладела этим алтарём и этой местностью. Но я чувствовал, что так будет правильно. В будущем этим обращением я смогу создавать и другие источники силы Воды.

— Истоками рек посвяти меня в Тайну, — вымолвил я слова третьей молитвы.

Вот зачем Дафна открыла мне эти три обращения к ней. Проведя силу бога к Ласке и к алтарю, я призвал волю водной богини в тело несчастной навы.

Третья молитва была самой неопределённой. Необходимо было держать в голове конкретную цель, которая относилась напрямую к аспектам моего водного божества. Увы, лечение к ним не относилось, хоть некоторые возможности по этой части и были. Но вот божественное очищение, тем более от порчи водной природы, не могло не сработать.

И затем случилось невероятное.

Нет, не исцеление девушки. В этом-то я как раз не сомневался, да и магия воды с силой, заключённой в моём посохе Нефтис, не раз показывала мне чудесное возрождение едва ли не с порога смерти.

Струпья гнили смывались, будто нарисованные грязной водой. Лицо снова приобрело живые оттенки. Кожа навы оставалась бледной, но болезненная зелень ушла прочь. Девушка забилась в жутком кашле, выплюнула какую-то зелеоватую жидкость, пахнущую болотной гнилью. А затем, судорожный вздох, будто девушка не могла насытиться водухом, наконец-то свободно циркулирующим в её лёгких.

Но я впервые увидел хищную, параноидально недоверчивую и смертельно опасную тень такой.

Очнувшись от ужасов проклятия гнили, Ласка резко поднялась и обняла меня так, что хрустнули кости. Затем я услышал тихий, едва уловимый всхлип. От неожиданности я растерялся, но обнял девушку в ответ, позволяя прийти в себя.

А когда опаснейшая ученица академии окончательно успокоилась и смущённо отстранилась, пряча взгляд, я увидел, как по щекам её скатываются чёрные слёзы.

Интерлюдия: Шестирукая смерть.

— Как это понимать, ученик? — голос великого Ректора был спокоен и холоден. Но Танатос прекрасно знал, что это значит. Если бы глава Хрустальной башни изображал гнев или досаду, магистр Смерти был бы куда спокойней.

Читать эмоции Ректора нельзя было с помощью банальной эмпатии, их можно было лишь изучить и предполагать, если общаться с великим годами. Тан был как раз из тех, кто умел их понимать лучше многих.

И впервые магистр Смерти, победитель доппельгангера и ночной кошмар Белой Ирис не знал, что ответить.

Алые буквы глобального оповещения возникли перед лицами у всех собравшихся. Но однозначно хорошей новостью это было лишь для владыки башни Воды и Призраков.

Магистр этих двух стихий тоже сидела здесь, и ей хватило собранности не выказывать свои истинные чувства. Но Танатос не сомневался, что в душе она сейчас ликует. Ещё бы — просто так, не ударив и пальцем о палец, стать сильнее и увидеть растерянность на лице своего врага.

Но вот что на самом деле думает по этому поводу великий владыка академии?

— Полагаю, иномирный бог подчинил ещё один алтарь, — констатировал очевидное Танатос.

Ответить хоть что-то на вопрос учителя было необходимо.

— Это понятно, — отмахнулся Ректор. Великий был гением, и иногда осознавая своё превосходство в интеллекте над абсолютно всеми вокруг, он смотрел снисходительно на других, считая их чуть глупее, чем они есть на самом деле.

Вот и сейчас Ректор, похоже, счёл, что его ученик не понимает, что это значит. К тому же, среди присутствующих сегодня был магистр хаоса Накх, очень вовремя вставивший:

— Лол. И чего вы так скисли? Ну одним алтарём больше, одним меньше. У Пустоты их ещё дохрена, а у Смерти ещё больше. Вообще ж ничего не изменилось! — с беззаботной улыбкой прокомментировал хаосит.

— Иномирный бог не может проявить свою силу сам по себе. Для обращения алтаря ему нужен жрец, — пояснил светлый Аннон.

— Синаэль, — процедил Танатос. Играть в непонимание дальше было бы всё равно, что расписаться в своей глупости. Вот только ни один из присутствующих ни за что не поверит в такую черту у генерала армии Доминиона.

Об этом ученике первого круга слышали пока что лишь Энкейл с Ирис. Светловолосый некромант задумчиво приподнял бровь, а на лице матери призраков Танатос прочитал сперва удивление, а затем на её лице расползалась едва заметная ухмылка.

С магистром Мрака было понятно — его работа всегда быть в курсе. Но вот реакция матери призраков.. заставляла задуматься. Неужели Ирис уже была знакома с ним и имела какие-то свои планы на Сина? Плохой знак. Наверняка ведь ничего хорошего такая связь магистру Смерти не принесёт.

Как бы это не она его надоумила сделать что-то подобное — подумал Тан, болезненно поморщившись.

— Единственный жрец воды из существующих, — кивнул Ректор.

— Не он ли виновник пришествия нового бога из другого мира во время тех событий в храме сами знаете кого? — вслух задумался Джеро.

Ему ответом стало молчание. Ответ на этот вопрос знал лишь сам магистр Смерти и Ректор. Но вот догадки теперь могут появиться у многих.

— Как это отразиться на наших планах в будущем? — главный вопрос был задан магистром Знаний. Книжная Лакомка, больше известная как Лакки, даже не смотрела на своих собеседников, что-то записывая в блокнот.

— На данный момент — никак, дитя, — с отеческой улыбкой ответил Ректор. Магистр Знаний была его второй любимицей после Танатоса. — Но мне не ведомы мотивы этого.. существа. Кто знает, зачем в мир бога Смерти явилась Вода…

И это было правдой.

Танатос похолодел, когда понял это.

Ректор и вправду не знает ответа. Не понимает, как это может влиять на великую миссию, ради которой тысячу лет назад был создан Доминион и ради которой уже несколько лет не покладая рук трудится и сам магистр Смерти. Даже когда он ещё не был магистром, действуя из тени мастера Махаона Бронзоборода. Ещё до основания его Искр.

Наверное, потому, холодному, и казалось, неспособному на сочувствие рыцарю смерти, захотелось поддержать своего наставника:

— Всего два алтаря, — заметил Танатос. — Пусть один из них и находится в великом храме, это капля в море. Предположу, водного бога ведёт любопытство. Боги стихийных планов — не моя специализация, но как жрец.. скажу, что это слабенький бог.

— Водным планом правит владыка морей Дагон и озёрная дева Нимуи, — задумчиво сказала Ирис. — Дафна… что-то я слышала о ней. Кажется, это аспект рек.

— Водные боги этого мира давно пали от рук той, чьё имя забыто и проклято. Задолго до основания Доминиона, — добавила Лакки, всё так же не отрываясь от записной книжки. — Я согласна с мастером Танатосом. Скорее всего, этой Дафной движет лишь любопытство к закрытому миру и жажда власти. Ей ничего не ведомо ни о наших планах, ни о Великой Цели.

— Энкейл, — прогремел решительный голос седовласого владыки Хрустальной Башни. Ректор принял решение. — Бросай всё и отправляйся в Надземье. Узнай у пленников всё, что можешь, о Дафне. Кажется, её регалия зовётся «Тайна сияющих вод», верно? Реализация великого плана скоро войдёт в ту стадию, когда нежелательное вмешательство любой из сторон может нарушить всё. Я продумывал баланс сил и вычислял исход сотни лет. Шанс на успех есть только при полном соответствии плану. Даже мелочь в виде вмешательства такого неучтённого фактора может всё сильно испортить.

— А как быть с Тишью, наставник? — спросил мастер Мрака.

— Меня устраивает твой отчёт. Дальше этим вопросом займётся мастер Знаний и мастер Смерти. Ты же постарайся подготовить правильную почву среди пленников мира-темницы. В общем, действуй так, как мы обсуждали.

Для самого Танатоса это оказалось сюрпризом. Но он внутренне возликовал. Задание — это очень хорошо. Значит, никакого недоверия к нему нет, и Ректор действительно скорее озадачен тем, что сумел что-то проморгать. Вернее, он скорее не придал связи его ученика с иномирным богом воды должного значения.

И тому была причина — прежде боги обходили закрытый проклятый мир. С чего вдруг один из богов, при чём явно кто-то не из сильнейших, сунул свой нос в смертельно опасный Мельхиор, где конкурировать придётся с обезумевшей от отчаянья богини смерти и опасной стихии, способной пожирать даже богов.

— Да, Ректор, — поклонился магистр Мрака.

— Всю информацию по ордену Тиши ты передашь Танатосу и Лакомке, — добавил великий Ректор. — Вопрос с фрактальной одержимостью и убийством пустотников возьмёт на себя Танатос. Лакомка, дитя, от тебя я надеюсь увидеть отчёт по технологиям, которые они используют для заражения этой стихией. Узнай всё об этом чёрном дыме — как он устроен, как работает, и можем ли его использовать мы сами.

— Да, наставник, — кивнула магистр Знаний.

— Танатос, на тебе решить вопрос с функционером. Синим некромантам не место в городе.

Магистр Смерти кивнул наставнику, и седовласый древний маг ответил ему, чуть задержав на нём свой взгляд. Он значил что-то вроде «что от тебя требуется ты уже сам понял». Найти и уничтожить — хорошая задача. Как раз в его вкусе.

Что до Лакки, то шпионка из неё так себе, но в сборе информации ей нет равных, так что заменить Энкейла ей в этом вопросе и впрямь будет не трудно. Возможно, она справится с этой задачей даже лучше, чем архитень Ноктюр.

— Мастер Накх… — следующим обратился владыка к магистру Хаоса. — Рад, что вы почтили нас своим присутствием.

— Ну, дела-дела, — улыбнулся он. Единственный, кто позвлял себе фамильярность в отношении владыки Доминиона. Но такова уж была природа всех хаоситов. Ректор понимал это и не требовал от хаоса следовать правилам.

— Как продвигается твоя задача?

— Змеи сидят в своих норах, шеф, — ответил он. — Фантомус сидит в своей башне, как и остальные иерархи. Со времён падения пирамиды Ртути, они довольно пассивны и просто выжидают. На захват их бывшего агента им плевать, скорее всего. Как вы и думали, шеф, им нет дела до таких мелочей. А об остальном я расскажу вам чуть позже и лично.

Ректор кивнул.

— Тахион, есть новости от твоих подопечных? Пожалуй, я хотел бы ознакомиться с докладом на тему войн местных зверян. И как продвигается твой особый проект?

— После падения Чёрного Солнца первое место у крыс занял мой питомец. Последние племена незу присягнули на верность Джерри. Народ незуми полностью подчиняется Доминиону. А на счёт зверянских войн… как сказал магистр Накх, змеи не проявляют активности, а значит и крысам не о чём пока беспокоиться. Хотя было бы славно огнём и мечом пройтись по миру клеток и вычистить оттуда всех чихар.

— Мы уже обсуждали это, Тахион, — мягко сказал Ректор. — Идея мне нравится, но форсировать конфликт с асу не в наших интересах. Они не должны ни о чём подозревать как можно дольше.

— Ах да, ещё Джерри обмолвился, что пересекался с шавками воронов. Скорее всего в войне зверян будут участовать сора.

— На чьей стороне? — заинтересовался владыка.

— Вроде как на своей. Сора сделали своими ставленниками единственных вассалов, сиинтри. Какие-то белки, которых даже мелкие звериные кланы не уважают. Это уже агония — вороны окончательно выродились. Им сочувствуют только наивные дети, верящие в сказки о равенстве, которыми они ссут в уши потенциальным союзникам. Доминион это в любом случае не коснётся.

Тан откинулся на массивном деревянном стуле и задумался. Жаль, что Ректор против зачистки чихар, но ему и впрямь виднее. Рассказ Тахиона его уже волновал куда меньше. Доклады от крыс, в частности от его странного ручного незуми, обычно не имели никакого оношения к делам Доминиона. Но Ректор старался держать руку на пульсе — крысиная сеть шпионов уже не раз выдавала академии предателей и засланцев.

Танатос не знал, в чём именно сила Тахиона, но незуми испытывали перед ним прямо-таки кататонический ужас. Даже его, магистра Смерти.. да что там, даже великого Ректора, крысы боялись значительно меньше. И чем можно так запугать местных зверян?

Магистр воздохнул. Всё самое интересное было уже сказано.

Раз вопрос с Тишью доверили ему, значит Ректор желает решить вопрос кардинально. Что-то в отчётах Энкейла ему не понравилось. И это отличные новости. Наконец-то достойный противник, которого он не видел уже на своём пути уже слишком долго. Некроманты Тиши, решившие заделаться наркоторговцами, натравливающими пустотников друг на дружку, не могут быть слабыми.

На лице рыцаря смерти расплылась лёгкая предвкушающая улыбка.

Пусть таинственные заговорщики окажутся посильнее. А ещё лучше, пусть за ними окажется кто-то из синих некромантов ордена. Пусть не епископ, но хоть какой-нибудь захудалый функционер. Они просто обязаны быть сильными противниками!

Ненавижу слабаков — такими были мысли сильнейшего в академии.

Наконец, собрание подошло к концу, и магистры Доминиона принялись расходиться. Поднялся и сам Тан. К охоте на Тишь стоит приступать прямо сейчас.

— Танатос… — неожиданно прозвучал голос Ректора.

Магистр с удивлением обернулся.

— Чуть не забыл. Почти все ученики уже вернулись с испытания, но в списке не хватает имён. Похоже, твои подопечные где-то задерживаются. Надеюсь, ценный для академии материал не попытается покинуть город?

— Фхайрентаанимар, — помрачнел Танатос.

— Нет, пиромантка уже в твоей башне, насклько я знаю. А вот целителя и тени в списке вернувшихся нет. Как и в списках погибших.

— Я разберусь, наставник, — кивнул магистр. — Ласка ни за что не решится ослушаться, так что скорее всего, они просто заплутали на тропах.

— Надеюсь, что так, ученик. Очень не хочется стирать их вновь. Психика тари слишком непредсказуема, а от твоей тени и так почти ничего не осталось. Ещё одно стирание, и возможно уже придётся отдать её Стерху…

27. Парящая канализация.

— Ты уверен, что это правильный путь, Мейару?

— Многогранный! Зови меня Многогранным Мейару! — добродушно пробасил гигантский хорёк с головой старца и зеленью вместо шерсти.

— Прости, Мейару Многогранный. Так как? — повторил я вопрос.

— Это самый близкий путь! К городу над нами я ходил всегда так. Друг Рыбник любит Клоаку.

— Что ещё за Рыбник и что за Клоака?

— Рыбник был прежним жрецом болот, покуда злобное злое зло не съело его разум. Когда-то давно он был другом Мейару… А Клоака — это земли над нами. Опасное место! Но друзей Мейару там никто не тронет. Никто!

— Хорошо, а где именно мы окажемся? — задала вопрос Ласка.

К девушке владыка болот по-прежнему относился настороженно, но пока я рядом, она была в безопасности.

— У башни со знаком как на вашей одёвке, знамо где! — улыбнулся Мейару.

Значит, сразу у башни Смерти… Надеюсь, в академии не сильно расстроятся, что мы вышли из испытания сами через другой выход. Но монстров мы набили достаточно, чтобы выполнить задачу Танатоса. Не знаю, удалось ли кому-то из нас занять место в тройке лидеров, но в целом все мы получили достаточно опыта, чтобы быть на вершине списка.

Конечно, другим отрядам могло повезти не меньше нашего, но многие ли смогли бы справиться с той жутью, что преследовала нас на реке, многим ли удалось бы устроить кровавую бойню под прикрытием стен и с подмогой незуми, и многим ли удалось бы одолеть группу болотных стражей? Сдаётся мне, ученики вообще не должны были туда попасть.

Особенно, если мои смутные догадки окажутся верными, и кто-то приложил руку к тому, что речные твари выберут своей целью именно нас. Не исключено, что Масао повезло оказаться у нас на пути. Впрочем, это исключает вариант, что башня Воды и Призраков в этом заговоре участвовала. Это уже хорошо. В прошлый раз водники и призраки активно участвовали в общей травле Ласки.

— Что ж, тогда прощай, друг, — сказал я и протянул чудовищу руку. — Я буду гордиться знакомством с тобой, Мейару Многогранный!

— Знай же, что у тебя под городом теперь есть брат, Синаэль тар Мантикор. Не смотря на.. странную подругу и проклятое имя.

— Постой, Мейару, а моё имя чем тебе не угодило-то?

— Имя-то? Друг Син не знает?!

— Расскажешь? — попросил я.

— Расскажу! Я — Мейару Многогранный! Я — расскажу! Мантикорами зовут падших тари! Падших! Недобр-рых! Но ты не такой, вижу! Ты друг Мейару! Ну и крылатых котов что живут где-то в пещерах. Их тоже мантикорами кличут. Но я не вижу у тебя котьих крыльев!

— Падших — в смысле одержимых пустотой, верно? — уточнил я.

— Это так! Но не так! Сказка есть, старая. Еще с того времени, как Мейару Многогранный был малым стихийным духом над доброй свалкой… — на лице старика расплылась мечтательная улыбка.

— Расскажешь?

— Не помню я! Больше непомню. Немного помню! Одна есть слабость у древних тари. Полюбил один из них как-то недоброе, и от того сам он недобрым стал. Имя ему было как твоё — тар Мантикор. Вот и повелось с тех времён у них звать проклятых этим именем. Больше знать хочешь — ищи кто остался от древних зверян, родившихся здесь.

— А где их искать, Мейару Многогранный?

— Слыхал я, где-то в городе остались гверфы. Где-то вверху, бродят чихары, да те глупы! Не способны на равных они по разуму говорить с Многогранным Мейару! Глупы!! Ещё слыхал, что по миру порой встречаются сиинтри и оури. Только сам их не видел я сотни лет. Так что точно я тебе то не скажу, друг Синаэль. А ещё, может, из змеюк кто-то жив! Да только коль так, врядли станет с тобой говорить кто из них… Ступай теперь! Ступай, Син! Не скажу тебе больше про народы зверей! То не знаю!..

— Спасибо, — поблагодарил я нового хранителя алтаря водного бога.

— Тебе спасибо! Ты — друг мой, Син! Друг Многогранного Мейару! — добродушно осклабился он. — И да, возьми! Вот тебе мой подарок! Коль станет худо всё, меня зови! Смогу чем — помогу тебе. Но только в городе!

Получен предмет: манок болотного владыки.

Раз в двадцать суток способен призвать на помощь Мейару Помойного Многогранного и его слуг.

Подъём вверх был странным, и немного даже попахивал сюрреализмом. Мы находились на зависшем в воздухе островке камня, приросшего к ржавой лестнице, спускавшейся из окутывавшего всё вокруг серого тумана.

Такой себе балкончик под спуском в никуда.

Не представляю, как Мейару вообще его нашёл — снизу от болот этого крохотного острова тоже не было видно. Зверодед просто прыгнул и оказался тут. И точно так же, оставив напутствие и прощальный подарок, спрыгнул вниз, в болота.

И вот теперь он нас покинул, оставив одних…

— Как тебе удалось подружиться с ним? Он же монстр! — спросила Ласка.

— Он Мейару Многогранный, — насмешливо ухмыльнулся я.

— Вот только не начинай. Или он тебя заразил и теперь ты будешь в каждую фразу вставлять его имя?

— Зачем? У меня своё есть. Синаэль Великолепный!

— Он тебя точно укусил, заразив безумием! — чуть нахмурилась Ласка, а я рассмеялся.

Видел бы кто сейчас в домене, как мрачная и якобы не способная на нормальное общение ученица Танатоса говорит со мной. Совсем как обычная девушка, а не ужасный пустотник.

Я многозначительно хмыкнул, взялся за ржавую перекладину и подтянулся вверх, протянув левую руку тени. С её характеристиками, силой и ловкостью, это ей бы мне помогать, но к чёрту эти мелочи.

На бледных щеках навы появился румянец, и она осторожно взяла меня за руку.

Путь наверх был долгим. Наверное, минут пятнадцать мы без остановки лезли вверх, покуда серое туманное небо не сменилось нависшим тяжёлым потолком. Это была дырявая кладка из мрачного серо-синего камня. Мы лезли к одному из люков, напоминавших канализационный, только чуть шире.

Ржавое железо было влажным, и на руке остались неприятные куски ржавчины. На миг я даже подумал, что лестница не выдержит моего веса, и мы обрушимся вниз. Но обошлось. В реальности лестница оказалась куда крепче, чем казалось с виду.

Наконец, мы достигли каменного неба, и я толкнул рукой люк. Очевидно, им очень давно не пользовались, да и кому бы вдруг понадобилось спускаться по одинокой обрывающейся лестнице в пропасть, ведущей в никуда. Без Мейару или специальных крыльев, вроде тех, благодаря которых мы спускались вниз, здесь делать было нечего.

С трудом приподняв крышку люка, я сдвинул его в сторону и выглянул наружу. Ну что ж, это и впрямь было нечто вроде канализации, обрывавшейся вниз. Будто нечто обглодало помещение снизу, но дальше каменные тоннели выглядели не особо примечательно.

Уровнем выше, куда мы поднялись по ещё одной ржавой лестнице, была вода со стоков. На удивление, даже более чистая, чем вода внизу, из болот. Хотя неприятные мысли о природе вечного дождя и тумана болот всё равно промелькнули. Часть жидкости состояла из талого снега, падающего мимо Стержня и академии через Оазис. Но часть — всё равно проистекала отсюда, из канализации.

Здесь нас встретила кислотная слизь — существо семидесятого уровня, которое при виде нас начало очень медленно, но настойчиво ползти в нашу сторону сторону.

Мейару предупреждал об этом — запах гиблых болот отпугивает местных обитателей, равно как и аура самого болотного владыки. Но вот здесь его власть постепенно сходила на нет, и тоннели заполоняли мелкие монстры, вроде слаймов.

Так прошёл где-то час. Может и больше — за временем я не следил, а отмерявших его светящихся цветов, в катакомбах не водилось. Пришлось долго блуждать по лабиринтам тоннелей, хоть и казалось, что путь очевиден — лишь знай себе, поднимайся вверх.

Но не смотря на общую спутанность здешних троп, путь казался скорее приятным, чем утомляющим. Меня словно вело что-то, и скорее всего, так оно и было. Пространство вокруг, так или иначе, невольно подчинялось Мейару, так что я будто бы интуитивно знал, куда нужно идти.

Да и монстры… мы ещё дважды встретились с разновидностями подземной слизи, а затем пережили бой с большими плюющимися улитками. Существа не представляли особой опасности и уступали по уровням, а потом сражения с ними были не сложными. Настолько, что мы с Лаской не скрываясь, продолжали несмешную беседу обо всём и ни о чём одновременно.

Затем на нашем пути повстречался какой-то жутковатый хищник. Он долго смотрел на нас, не решаясь напасть. Но прежде чем мы решились напасть первыми, он успел скрыться прочь во тьме тоннелей.

Затем была короткая встреча с ещё одним обитателем катакомб — небольшой группой троглодитов с копьями. Они были явно умнее тех же слаймов или улиток, и попытались напасть чуть более организовано, сперва устроив засаду, и затем попытавшись взять нас в полукольцо. Но количественное превосходство не сильно им помогло, когда в существ полетел моя массовая магия, а рванувшая к ним в чёрном облачке Последняя Ласка, так и вовсе обратила аборигенов в бегство.

Стычка была короткой и однозначно провальной со стороны противника, но напомнила нам о необходимости осторожности, и я снова принялся проверять пространство вереди своим туманом. Будь вместо этих ребят учебная нежить Танатоса, нам пришлось бы очень тяжко.

А ещё… не смотря на мрачность обстановки вокруг, и обилие запахов сырости и гниения, на душе было.. нет, даже не просто спокойно, а тепло. Взгляд то и дело утыкался в фигуру Ласки.

Не тощая, но стройная. Относительно высокая — ниже меня может, на пол головы, не больше. Спутанные от приключений в болотах и на Тёмной реке волосы. Шрам, который теперь почти не скрывала чёлка — в моём присутствии девушка перестала прятать лицо. Черные глаза. Совсем не человеческие — чёрная радужка сливалась со зрачком в большие угольные круги.

Пожалуй, она была красива. Я бы даже сказал, космически красива. Но при этом я отдавал себе отчёт, что так подумали бы не многие. Как минимум, людей бы оттолкнул её шрам, да и характер, мягко говоря, своеобразный. Не говоря уж про общую мрачность образа девушки.

Совсем не взрывная Дракоша, не мягкая Циана и не подавляющая красотой Ирис. Но только в присутствии жутковатой пустотницы мне было настолько спокойно и уютно. Ни за что бы не поменял её общество на кого-то другого.

— Ласка… — произнёс я, не зная, как начать.

— Син? — чуть смущённо отозвалась она.

— Знаешь, у меня такое чувство, будто я знаю тебя всю жизнь.

Последовала пауза. Тень была растерянна и мучительно подбирала слова.

Хорошо обладать эмпатией. Почти читерство в общении.

— Я.. видела сны. Много снов.. с тобой. Ещё до того, как мы встретились, — наконец, ответила девушка.

— Сны? Надеюсь, хорошие? — я постарался добавить немного позитива и подбодрил её улыбкой. Вроде бы она уже пыталась что-то об этом мне рассказать, но тогда было немного не до этого.

— Разные, — ответила она после новой паузы. Ласка вообще любила паузы в разговоре, которые использовала, чтобы подобрать наиболее точные слова для описания своих чувств. — Но ты в них всегда был.. на моей стороне.

Вот почему холодная и колючая ученица Танатоса мне так доверяет. Сны, значит… А в свете сказанных Дафной снов я склонен считать, что это были не совсем сны, а скорее смешанные с ними воспоминания.

Когда-то мы с Лаской уже бродили вдвоём по пещерам, тоннелями и данжам. Теперь я в этом ни секунды не сомневался. Каждое движение тени казалось знакомым, как и её голос, и уютный запах с едва заметным ароматом сладости. Ванильного шоколада или чего-то подобного. Он чувствовался даже сейчас, не смотря на то, что девушка успела как следует поплескаться в болоте, да и лёгкая морось внизу не прекращалась ни на минуту.

Ласка… Кем же мы с тобой были, и зачем нам с тобой стёрли память? Но я благодарен, что при этом никто не стал нас разлучать.

— Не знаю причин, но мне намного спокойней, когда ты рядом, — сказал я с лёгкой улыбкой. — Будто ты придаешь мне сил.

Девушка вновь сделала паузу.

— У меня то же самое. Это ведь не ментальная магия? Иначе я тебя убью.

Сказано это было даже с какой-то надеждой. Так что я решил уточнить напрямую:

— Взаимно, — улыбнулся я. — Но почему у меня такое чувство, что ты бы хотела этого.

На этот раз Ласка не делала паузы, ответив сразу:

— Доверять страшно. От врага ожидаешь удара. Друг же может сделать куда больнее. Знаешь.. если ты всё же меня предашь — сделай это быстро, ладно?

— Как ты можешь говорить всё это после того, как я послал к чертям всю нашу группу и спутался с Мейару, чтобы вытащить тебя с того света?

Между прочим, сейчас я был уже уверен, что проклятие гнили преследовало бы её даже после перерождения. Иначе стандартная молитва возрождения должна была бы сработать, не подхватывая вслед за собой эту гадость.

— Я.. не понимаю, почему ты так поступил. Ты очень странный, Син. Знаешь, обычно люди делятся на два типа — те, кто хочет меня убить и те, кто хочет меня использовать. Но тебя я совсем не понимаю. Почему ты меня не боишься? Почему ты не хочешь меня убить? Почему пытаешься помочь? Почему тратишь на меня столько времени? Возишься, спасаешь… ты же совсем не понимаешь, что я такое, да?

— А я и не человек, Ласка. Я же тари, — улыбнулся я ей, пытаясь обойти сложный вопрос, на который я и сам до конца ответа не знал.

— Тари… тебе следовало бы держаться от меня подальше с такой расой.

— Почему? Я чего-то о тебе не знаю?

— Нет, Син. Это обо мне знают все. Я — пустотник.

— И что с того? — не сразу понял я, но сердце забилось чаще.

— Для тари заражение пустотой означает смерть, — спокойно вынесла мне приговор Ласка. — Пожалуй, для тебя я даже опаснее, чем для других. К тому же.. отрицатели и.. другие. Они во многом правы. Твоя дружба со мной делает и тебя немножко изгоем. Это очень невыгодная дружба, Син.

— Дружат не ради выгоды. Иначе это уже и не дружба вовсе. Ты единственная в этом мире, кому я могу доверять до конца. Ведь могу же?

Ласка улыбнулась.

Если я кому-то в этом мире и могу доверять, то только ей. Даже сам не до конца понимаю почему, но откуда-то я знал, что она меня не предаст.

Я остановился и пристально посмотрел в глаза Ласке.

— Умеешь хранить секреты? — с усмешкой спросил я у девушки.

Тень сглотнула, будто ожидала от меня какой-то подвох. Я же призвал инвентарь и мгновенно снял с себя алую мантию инквизитора, открывая ей вид на татуировки сдерживающей печати и шрам, источающий чёрно-фиолетовую энергию пустоты.

Девушка отскочила, инстинктивно выхватив кинжалы, но я так и остался стоять с пару секунд, после чего вернул одежду на место.

— Ты… пустотник? — ошеломлённо спросила Ласка. — Как такое возможно? Тари не могут быть адептами пустоты!

— Я не знаю, — пожал я плечами. — Может, когда эта печать спадёт, я и склею лапки. Но пока что там ещё большой запас прочности.

— Не думаю, — осторожно покачала головой Ласка. — Чтобы наложить печать, нужно сначала пережить саму пустоту… будучи в теле тари, в твоём случае. Но… это очень странно.

— Не могу утверждать наверняка, но скорее всего, весь наш факультет — такие же. Со сдерживающими печатями. Ученики каждого факультета имеют много общего, только у нас инженер, огневик, водный хилл и пилигрим, все с разными силами. По началу я думал, что это из-за жреческих сил, всё же Тан наставник жрецов, а у нас с Терми как раз жреческие классы. Но у тебя и Сая с Дракошей таких способностей нет. Остаётся пустота. К одной пустотнице добавили ещё четверо.

— Звучит логично… — задумалась Ласка. Вид её снова становился мрачным и напряжённым, будто девушка в любой момент ожидала подвох или внезапное нападение.

— Слушай, вопрос может и не к месту, но что вообще такое эта пустота? — спросил я. — С тех пор, как я оказался в этом мире, я слышал только вздохи о том, как это плохо и страшно. Но пока что я вижу только то, как на несчастных пустотников охотятся, травят и убивают где не попадя.

— Ну.. тому есть причины… — вздохнула тень.

— Вот я и хотел бы их знать. Если честно, стихия фрактала кажется мне куда более жуткой.

— О ней я ничего не смогу тебе рассказать. Сама узнала о фрактале не так давно. Может, и к лучшему — о чёрном дыме я тоже узнала совсем недавно, хотя пустотники им пользуются уже года два. А о пустоте… Ты когда-нибудь чувствовал себя чужим в собственном теле?..

— Ты говоришь об одержимости? — уточнил я.

Ласка погрустнела и отвела взгляд, а затем — тяжело вздохнула.

— Не совсем… Страх, паника, паранойя, агрессия — пустота пожирает всё доброе и приумножает злое, увеличивая синхронизацию. Но она ничего не привносит извне. Всё это только твоё, но проклятие доведёт твою тёмную сторону до абсолюта, понимаешь? Ты не можешь опасаться — пустота сделает тебя трясущимся от страха комком нервов. Ты не можешь злиться — пустота превратит гнев в неконтролируемую ярость и жажду убийства. Любое твоё чувство она извратит, превратив тебя в безумца.

— Но ведь ты можешь контролировать себя? — заметил я.

— Я очень стараюсь… — виновато ответила девушка, будто её кто-то обвинял. — Но с каждым процентом синхронизации делать это становится всё сложнее. Даже если не обращаться к проклятой стихии, любой прорыв негативных эмоций усиливает её. Тебя начинают преследовать кошмары. Такие, что ты боишься уснуть. Ты начинаешь бояться людей — вдруг они спровоцируют тебя на что-то? А главное — ты начинаешь бояться самого себя…

— Что ты имеешь ввиду? — спросил я задрожавшим голосом. Почему, я и сам не до конца понял. Словно странное чувство дежавю, преследовавшее меня с самого появления в этом мире проснулось вновь.

— Я боюсь потерять себя, Син. От меня и так уже почти ничего не осталось. А тот, кто достиг третьего ранга синхронизации с Пустотой, становится Принцем Безумия. Существом, не способным мыслить и живущим лишь сиюминутными эмоциями за счёт поглощения других или исполнения ритуалов своего безумия. Как обсессивно-компульсивное расстройство, только во много раз хуже.

— Как что? — не понял я.

— Это когда тебе кажется, что не сделай ты.. чего-то, случится что-то очень, очень плохое. По сути, я схожу с ума, Син. Всякий пустотник сходит. Однажды я стану опасна. Возможно, даже для тебя…

— Я не бросаю своих, Ласка. Что бы там ни было, тебя я тоже не брошу.

— Совсем как в одном моём сне… Знаешь, Син…

Нас прервал резкий звук, вырывавшийся среди тишины катакомб. Местная фауна редко издавала шум, а потому взрыв и серия странных, неестественны звуков едва не оглушила нас. Это походило, пожалуй, на белый шум, на фоне которого играли хаотичные электронные ноты на грани с ультразвуком.

Я только и успел вытащить посох Нефтис, а Ласка ощетинилась кинжалами, приготовившись к бою.

Но всё было намного хуже.

Потолок над нами изогнулся, словно это был вовсе не камень, а кусок тёплого пластилина. Пространство заскрежетало, и начало распадаться кусками… маленьких белых кубов.

Фрактал.

Чёртова стихия фрактала!

Странная магия сорвала этаж над нами, будто крышку с консервной банки. Будто это был вовсе не камень канализационных тоннелей, а кусок застывшего воска, выгнувшегося наружу. Вместо каменного потолка теперь было чёрное небо подземного мира.

Я лихорадочно озирался, чтобы найти потенциального противника, но никого рядом не было. Лишь высокая башня, оплетённая множеством светящихся растений и отмерявших в Доминионе время, корнецветов.

— Башня Смерти… — с растерянностью тихо проговорила Ласка.

Вот только знакомое мне логово Танатоса с нашим жильем выглядело абсолютно иначе. Мы вообще были не в Оазисе.

— Мейару обещал, что мы выйдем к башне… — с не меньшим удивлением ответил ей я.

Сверху хлынул поток воды и посыпались обломки зданий. Затем вниз с криком полетел фрактальный одержимый, рука и нога которого были заменены на непонятное марево из белых кубов.

Несчастный приземлился над нами с Лаской, падая прямиком на торчавший из выгнувшейся стены ржавый штырь. Вместо крови изо рта жертвы вверх понёсся ворох всё тех же фрактальных частиц.

Я посмотрел в ту сторону, откуда прилетел одержимый и увидел фигуру опрятного парня с прилизанными короткими каштановыми волосами. И убийца тоже заметил меня. Парень улыбнулся половиной лица, тогда как вторая половина оскалилась в злобной гримасе, которая при этом каждую долю секунды немного менялась. Будто бы правая и левая части его лица были независимы друг от друга.

Он подмигнул мне:

— Давно не виделись, приятель. Рад, что ты ещё не сдох. Отличное новое имя!

Я вовремя призвал инфо, чтобы углядеть главное.

По телу пробежался табун ледяных мурашек.

Харт, дирижёр пустоты, уровень [пошёл к чёрту]

«Король неудачников».

Стихия: пустота.

И прежде, чем я смог что-то ответить, он исчез во вспышке чёрно-лилового пламени, оставляя нас одних.

— Это не та башня Смерти, Син. — дрожащим голосом, тихо прохрипела Ласка. — Нам нельзя здесь находиться. Мы за пределами академии…

Content

Мир Мельхиора 5 — Хрустальная башня.

Пролог

1. Добро пожаловать в Мельхиор.

2. Первое испытание.

3. Добро пожаловать в задницу.

4. Меж двух миров.

Интерлюдия. Шестирукая смерть.

5. Хрустальная академия.

6. Призрачная библиотека.

7. Вечернее небо.

8. Ночные гости.

9. Кровь и ржавчина.

10. Истервис.

Интерлюдия. Шестирукая смерть.

11. Убийцы из фрактала.

12. Дом у цветов.

13. Магистр Смерти.

14. Стихийные одержимые.

15. Тёмные вести.

Интерлюдия: Ноктюр

16. Чаепитие среди призраков.

17. Поединок.

18. Шестирукая печать.

19. Шаги к цели

20. Вниз 1/2.

20. Вниз 2/2.

21. Тёмная река 1/2.

Интерлюдия: призрачный клинок.

21. Тёмная река 2/2.

22. В гостях у спящей крысы.

23. Крысиные болота.

Интерлюдия: Шестирукая смерть.

24. Твари болот.

25. Владыка тайных болот.

26. Тайна сияющих вод.

Интерлюдия: Шестирукая смерть.

27. Парящая канализация.