Мир Мельхиора 9 — Орден Звёздного Зверя

1. Они идут.

Я проснулся от шелеста крыльев и карканья.

Над головой завис посыльный ворон Танатоса. Я опознал его по телу из клубящегося мрака и горящим зеленью глазам.

Обернувшись на мирно спящую Ласку, я, как мог тихо, поднялся и перенёсся в стихийной форме наружу. Прежде девушка бы проснулась от малейшего шороха, но недавние события вымотали даже её.

С некоторых пор я всё чаще передвигался с помощью магии на коротких дистанциях. Говорят, все стихийные магии на высоких уровнях напоминают элементалей.

Впрочем, если учесть, что потерявшие искру из домена Знаний и есть своего рода элементали в живом обличье…

Снаружи пахло сыростью и мокрым камнем. Но насладиться возвращением в ставшее уже почти родным место, мне не дали:

— Ученик! Я уже подумал, ты решил отлынивать от работы, прикрывшись отступлением в портал. Но ты вовремя.

Получено задание: печать перемещений.

Задача:

1. Захватить Безымянную Башню (выполнено)

2. Активировать печать перемещений

— Формула несложная, — продолжил ворон. — оставляю рисунок сигила в послании. Сейчас это самое главное. Остальное — потом.

Задача и впрямь была несложной. А Танатос был одним из немногих в руководстве академии, кому я мог верить.

Созданное мной святилище Дафны по-прежнему служило для башни источником сил мага воды, так что проблем быть не должно. В своём домене сила возрастает в разы.

— Син? — сонно спросил Нирал. — Что там?

— Рад, что ты не спишь. Дай-ка кусочек мела.

Маг пожал плечами и выудил из инвентаря белый осколок. Я сразу же сжал его в кулаке, сминая. Сам не ожидал такой силы. Похоже, мне начинают передаваться некоторые привычки и возможности Ласки.

Нир вздрогнул от неожиданности.

— Сигил? — спросил он.

— Печать перемещений, — ответил я. — Знаешь, что это такое?

— Что-то вроде стены из маны, которая натягивается между сетью башен. Академия использует их для сдерживания чудовищ из нижних уровней. Зачем он?

— Полагаю, по прямому назначению, дружище. Это задача от Тана.

— Ясно, — кивнул маг.

Водный поток подхватил крупицы мела и растёкся на земле нужным узором. Осталось лишь пустить по нему ману.

Иконка с миссией окрасилась отметкой о выполнении. Символ на полу засиял и в ответ ему засияли стены вокруг. Это длилось не дольше пары секунд, после чего сияние так же быстро исчезло.

А затем по стене пошли две широкие полосы с подсвеченными рунами.

— По ним можно понять направление к другим башням, — заметил Нирал.

Эхом раздалось карканье второй вороны. О том, что мне удалось, наставник узнал сразу.

— Отступаем в сторону города. Встречаемся в Зеленомешье. Маны я оставил для сдерживания дней на десять. Если есть куда, напитайте башню до отказа, чтобы защита простояла подольше. Она суммируется между башнями. До встречи, ученик. Ах да… все монстры выше сотого уровня по пути должны быть устранены.

— Все… это значит с мракобестиями и их мессами? — скривился Нирал.

— Само собой. Будет нехорошо, если один такой забредёт в нашу песочницу навстречу нубам.

— Син, — подошёл к нам Грейси. — Одна из мракобестий недалеко от башни. Похоже, ушли отсюда не все.

— Собирайте рейд, — кивнул я. — Время ещё есть. Готовьтесь к бою.

В тот момент я приготовился к ещё одной изнуряющей битве со сверхсильным чудовищем. Но… на этот раз бой пошёл абсолютно иначе.

Устроив для чудовища засаду с ловушкой, рейд слаженно обстрелял тварь, чередуя стихии, чтобы не мешать друг другу. Следом залп стрел и вторая волна магии. Затем сработали ловушки из печатей магии света. Тварь мгновенно ослепило и совершенно дезориентировало. Чудовище попыталось в ответ выпить свет своей способностью, но в этот момент в бой вступил главный козырь рейда.

Мы с Лаской.

Девушка отпустила мою руку и исчезла в коротком портале. Я призвал болото времени и последовал примеру подруги.

Мы действовали синхронно, словно единый организм. Едва я уклонялся, Ласка переходила в атаку, отвлекая врага. И затем снова менялись, полностью полагаясь друг на друга.

Я видел мягкие и быстрые движения девушки. Сила навы и классовые навыки тени делали её неуловимой и смертоносной.

Легко уйдя из-под замахнувшейся лапы, она обратилась штормовым облачком и оказалась на спине у монстра. Я выбил почву у врага из-под лап паровым взрывом, и в этот момент мимо пасти твари мелькнула фигура девушки на стихийных крыльях.

В пасти мракобестии мелькнула вспышка из нескольких заклятий пустоты и двух наших гибридных стихий.

Тварь повалилась, сражённая ворохом дебафов. Ставка делалась на них — не приведи светлые силы тварь подохнет и призовёт на охоту сородичей.

Поэтому в ход пошёл чёрный лёд. Один поток ударил снизу из моего посоха, а второй — вогнан с клинком в спину чудовища.

— Кажется, начинаю понимать, чего тари так носились с этой синхронизацией, — заметил Лесат, глядя на расправу над монстром запредельного уровня.

А ведь действительно. Я как-то раньше не обращал внимания на эту деталь. Но благодаря синхронизации мы с Лаской становились идеальной боевой парой, значительно усиливая друг друга. Кошачьи рефлексы тари позволяли мне довести её навыки до неуловимости, а девушка с моими магическими талантами была теперь для противника вездесущей.

— Да, я бы на их месте с детства рассчитывал навыки на парную прокачку.

— Если бы только с детства ещё знать в кого влюбишься. — Не дай боги, как половина рейда, в Дракошу… — я мрачно усмехнулся, глядя на Грейси, не отрывавшего взгляд от девушки. А затем вновь повернулся к пленённому чудовищу. — Эх жаль, что нельзя прибить эту хреновину!

— Дракошу?.. — не сразу понял меня Лесат. — А, ты про монстра. Да, в прошлый раз за него мне кучу опыта и очков навыков отвалило.

— Придётся потерпеть, валить этих гадов опасно, да и чревато последствиями, — я пожал плечами и отдал приказ. — Создайте для бестии магическую темницу.

В ту ночь мы заночевали на широком карнизе, возвышавшемся над глубоким провалом.

Здесь повсюду рос мягкий мох. Воздух казался свежим и влажным. Я с наслаждением вдохнул и первым вышел к открывавшемуся отсюда виду.

Зеленомешье было небольшой локацией, но весьма живописной. Зеленый и бирюзовый мох покрывал здесь практически всё, превращая локацию в одно бесконечное зеленое полотно. К тому же здесь было достаточно светло. Как в первые минуты рассвета.

Всё вокруг было наполнено жизнью. Слышался стрекот местных насекомых, пение пещерных птиц, журчание воды.

— Над нами на поверхности находится глубокое озеро, — сказал Лесат. — Тепло Подземья заставляет лёд подтаивать и стекать вниз. Поэтому здесь всегда очень сыро.

— Хорошие новости для магов воды, — усмехнулся я.

— Остановимся сегодня здесь?

— Да, дружище. Мы две локации за день пробежали.

— Смотрите-ка, а мы здесь не первые, — заметил Терми. Он поднял руку и выхватил потемневший от времени меч, вбитый кем-то в отвесную зелёную стену.

Оттуда начала маленьким фонтанчиком бить струя зеленоватой жидкости.

Терми призвал чашку из инвентаря и подставил под поток.

— Уверен, что это стоит пить? — с любопытством спросил Лесат.

— Конечно! Оно ещё и баффы даёт, — улыбнулся друг.

— На вкус как берёзовый сок с нотками мяты и хвои, — добавил я, припоминая свои познания в пещерных растениях.

— Нотками хвои? Гурман чёртов, — хмыкнул искатель, тоже вытаскивая чашу.

В этот момент я едва устоял на ногах. Послышался грохот и земля задрожала.

Обвал⁈ Худшее, что может случиться в пещерах.

Нет, кажется, обошлось. Гул затих. Настала кромешная тишина, лишь шелест брони Терми, с которой он очищал потёки сока.

— Что это было? — спросил Лесат.

— Только не говорите, что за нами опять гоняется какая-то лютая хрень⁈ — выругался Сайрис.

— Это что-то за барьером, — задумчиво сказал Нирал.

Хорошо, что мы уже далеко от башни. Что могло такого случиться громкого, что слышно аж в сутках пути?

В глазах друзей стоял тот же вопрос.

— Почему за барьером? — уточнил я.

— Чувствую магическое напряжение. Я же асу вроде как. Расовая абилка, — ответил Нир.

— Главное, чтобы к нам не пролезла, — хмуро заметил я. — Ладно, разбивайте лагерь. Но дозорных надо бы удвоить и оставить среди них парочку сенсоров.

Таких ударов было ещё два. Один спустя час, а второй — перед самым отбоем.

Мы с Лаской наспех перекусили каши из мха. В последнее время готовка всё больше ложилась на плечи Матиаса. На вкус — как тёплое мороженое со вкусом салата. Затем в обнимку устроились на ночлег, подстелив на мшистый ковёр плащи.

Сердце забилось чаще от присутствия девушки, что не укрылось и от неё. Сколько бы мы не проводили времени вместе, каждое её движение всё так же сводило с ума. Как и хриплый голос:

— Как думаешь, что будет потом? Когда всё закончится? — тихо спросила она.

— Всё — это ты про пророчество, битву магов или конкретно эта миссия.

— Всё, — повторила Ласка.

— Ну, поход закончится уже скоро. А потом… — я задумался и послал девушке несколько фрагментов воспоминаний. — Есть одно место, долина Терний. Там у меня в собственности числится жилплощадь в виде башни мага.

— Говоришь, будто о другом мире, — нахмурилась девушка.

— Просто шучу, — улыбнулся я. — Но знаешь, если все эти Тиши, безумные боги и прочие земноводные оставят нас в покое, я бы хотел просто спокойно жить в тех краях. С тобой…

Бездонные чёрные глаза навы в отблесках пещерного света напоминали маленькие галактики. До меня донёсся отголосок её мыслей. Девушка покраснела и чуть отвернулась, но не стала обрывать ментальный контакт. Она чувствовала в груди тот же жар, что и я.

Утро началось со стука. Нечто снова билось в барьер у башен.

Меня вырвало из объятий сна и Ласки. Я сразу же ощетинился посохом, готовый к нападению, но врагов не было видно. Только затем в голову пришла мысль, что такой же стук уже был перед сном и ничего страшного с собой не принёс.

— О, проснулись, сладкая парочка? — заметила меня Дракоша.

— Уже идём спать обратно, — отозвался я.

— Поспишь тут, с такими соседями! — фыркнула Фай. — Давай лучше сделай нам чаю, и будем думать как быть, братик.

— Сама свари. Я серьёзно. Мне снилось что-то такое хорошее…

— Ну Си-ин! Я хочу именно твой чай! У тебя же талант к этому!

Я с сожалением посмотрел на сонную Ласку. Сейчас она выглядела такой беззащитной и милой, будто мокрый котёнок.

— Будешь чай? — спросил я у этого чуда.

— Ах-ха… — подавляя зевок, ответила девушка.

На вид огонька рядом с местом, где был лидер, тут же сбежались Терми, Лесат, Дрим и Грейси. Взгляды храмовника и паладина сразу же скрестились на фигуре Дракоши, и она улыбнулась.

— Дрим, — обратился я к паладину. — Помнится, твоим наставником был Жан. Может, он что-то рассказывал о прошлой волне?

— Про звук он ничего не говорил. Активировали барьеры, и пошли зачищать подземку от всего выше пятидесятого левела, — ответил он.

— В прошлый раз тоже были мессы и мракобестии?

— Нет, три вида других монстров. Но они все были слабее, максимум на уровне мессов. Разве что одна хитрая тварь, которая умела имитировать человека, доставила хлопот. Но вот чтоб с таким уровнем… даже не слышал о подобном. Какие-то они в этот раз особенно лютые.

Надеюсь, барьеры выдержат и на этот раз.

— Что будем делать? Есть вести из Доминиона? — осторожно спросил Лесат. И эти нотки осторожности в его голосе мне не понравились. Словно он сомневается в нашем нынешнем статусе.

— Да, я общался с магистром Танатосом. Рейд продолжается. В следующей локации встретимся с остальными. Но уже как представители башни Звёздного Зверя.

— Магистр Танатос в курсе? — уточнил Грейси.

— Разумеется. Первая фаза окончена — мы провели разведку боем, активировали барьеры. Теперь пока мана не иссякнет, ничего не вырвется из глубинки. Осталось только провести зачистку.

— Мы будем охотиться на мракобестий? — уточнил Дрим.

Я кивнул:

— Да. Только на этот раз правильно. Зная, с чем предстоит столкнуться. С прошлым ведь мы разобрались, верно?

В этот момент со стороны башни донёсся новый страшный удар, от которого по каменной стене пещеры неподалёку прошла небольшая трещинка.

Было решено идти дальше сразу же. Перекусывать будем на ходу. Никто не хотел оставаться так близко к источнику шума. Но мы и так уже в сутках пути от башни. Что же там сейчас происходит?

Тем не менее, спешка не помешала мне наслаждаться прогулкой. Очень уж эта локация была мне по душе. Будто даже кислорода в воздухе больше.

За это время нас не потревожила больше никакая дрянь. Обычно Зеленомешье не было безопасным местом. В иное время здесь кишмя кишела жизнь. Травоядные монстры тут могли есть до отвала, а вслед за ними приходили и пещерные хищники.

Но сейчас мракобестии разогнали или сожрали всё живое в округе. Поэтому мы так и не встретили ни одного существа, пока не достигли пещер Сталамиты.

— Син! Впереди множество разумных! Это рейд! — доложила Неми.

— Идём открыто, — приказал я. — Даже если там и есть предатели, решившие нас прикончить, они ничего не сделают при Танатосе.

Сзади ко мне подошла Ласка в сопровождении Искры. Пещерная мантикора за последнее время заметно вымахала, как в уровнях, так и в размерах. Теперь она уже была как крупная собака.

— Может, отправимся вперёд на разведку? — мысленно спросила девушка.

— Не стоит. Но по сторонам поглядывай. Я буду во главе рейда.

Со стороны башни снова раздался удар. Особенно громкий, раз уж дрожь земли ощущалась даже за две локации. Звук будто бы гнался за нами.

Впереди мелькнули фигуры людей.

Мы смотрели на них сверху вниз, с увитого мхом каменного карниза. Дальше был спуск через отколовшийся и зависший в зелени вытянутый камень — по нему рейд сможет спуститься вниз. Но для тари высота была не настолько большой.

Я вспомнил тот далёкий момент, когда сам, будучи нубом, так же смотрел на проходящий мимо рейд Танатоса. Тогда у него тоже были обозы с ранеными, горы лута и мрачная аура. Это придало немного уверенности — похоже, к подобному и нужно было готовиться с самого начала. Всё идёт так же, как в прежние волны.

Вот только стоило мне спрыгнуть вниз, пользуясь способностями тари по приземлениям с высоты, как я понял ошибку в своих предположениях.

— Син, — спокойно приветствовал меня наставник, после чего бросил взгляд на моих людей, идущих параллельно общему рейду по уступу.

— Что я пропустил? Какие у нас потери? — сходу выпалил я.

— Потом, ученик, — бросил Тан, — У нас большие проблемы.

2. Отступление.

— Командуй своим людям соединение. Но не мешайтесь с остальными. Будьте особняком. Верить можно только искрам.

Под искрами наставник, скорее всего, имел в виду свою боевую группу.

— Ласка…

— Я слышала, — ответила девушка в моей голове. — Уже.

— Что случилось? — спросил я.

— А ты не слышал? Барьер пал.

Так быстро?

— Его же вроде как обычно хватает недели на две-три, — изумился я.

— Бывает, и пару месяцев держит, — кивнул Танатос. — Но не сейчас. Твои мысли, ученик?

В голосе наставника послышались учительские нотки. Что ж, значит, всё не так безнадёжно, как кажется.

— В моей башне оставалось… в цифрах точно не скажу, но приличный запас. Может быть, тысяч двадцать чистой энергии воды.

— Мыслишь в верном направлении, — похвалил магистр.

Думать было неудобно. Рейд довольно резво отступал прочь. Создавалось ощущение, что ещё чуть-чуть, и мы перейдём на бег.

— И это что-то нам явно не по зубам. Явно не мракобестии. Даже мы смогли обезвредить двух.

— Двух? — Танатос расплылся в улыбке. — То-то цифры над головой подросли, а твой кот вырос ещё в полтора раза.

— То есть мы проиграли? — спросил я напрямик.

— Просто дали слишком мало времени новичкам. Но впереди есть ещё башни.

— Чем новые башни будут лучше этих?

— Ректор уже распорядился выслать к нам все накопители маны.

Новость была приятной. Но и запасы, которые были в моей башне, были немалыми. Примерно столько я потратил змеиных запасов на полное исцеление рейда и построение портала. Хотя… кто его знает, сколько этот барьер жрёт?

— Существо внизу должно иметь уровень под две тысячи, — словно бы прочёл мои мысли Танатос. Это если у него есть хороший атакующий навык. Или тысячи три, если обычная жирная туша.

— Эти уровни… — выдохнул я, — вообще нормальны? На кого рассчитаны такие мобы?

— Ни на кого, — ответил Танатос. — Никто этих тварей не закладывал в код. Обычно тысячный уровень — это про младших богов. Такого уровня для достижения игроком вообще не задумывалось. Разве что в «битву магов».

— Битву магов? — переспросил я удивлённо.

— Ивент глобальный. Не суть, — отмахнулся Танатос.

— Это важно, — настоял я. — Возможно следующая битва магов близко.

— Может быть, — пожал плечами Тан. — Какая нам разница?

Его вопрос поставил меня в тупик.

— Если она распространяется на Мельхиор, то…

— Это касается пары используемых игроками локаций вне Подземья. Почему тебя это так волнует? Постой… Твой класс и связь с водным богом другого мира. Тебе пришёл какой-то запрос?

— Нет. Это слова мёртвого змея в пирамиде.

— Этот мир был закрыт на несколько лет, Син, которые здесь превратились в десятки тысяч. Откуда твой змей может знать, когда следующая?

— А если он прав? Чисто теоретически?

— Это всё равно ничего не меняет. Ректор уже начал подготовку к завершающему этапу.

Завершающий этап! Неужели он говорит о портале в мир-темницу?

— Так скоро?

— Слишком долго, — поправил меня Тан. — Ректор говорит, что готовит для нас возможности в новом мире. Возможно, это займёт около полугода или год. Но это не точная дата. Просто используем всё то время, что осталось в запасе.

— Значит, за это время нужно найти и подготовить штурмовую группу, которая совершит прорыв. В чём, кстати, суть задачи на той стороне?

— Об этом ты скоро поговоришь с Ректором сам. В городе ты получишь статус магистра и нужный уровень допуска. Кстати, почему ты назвал свою башню «Звёздным Зверем»?

— Решил, что без толку ограничивать себя только облачной магией воды. Для этого уже есть Ирис. А сила моей башни в расах древних. Ведь сейчас почти все зверяне у меня.

Тан молча усмехнулся.

В этот момент над нами с писком и шелестом крыльев пролетела стая летучих мышей. Существа стайкой стремились убраться подальше в сторону Доминиона.

— Они чувствуют, — заметил я.

— Да, — просто ответил наставник.

Мой рейд спускался по смежной тропе с позеленевшего камня.

— Я предупредила их быть осторожными с теми, кто не из нашей башни, — заверила Ласка.

На душе стало чуть спокойнее.

— Первые две башни впереди, — сообщил магистр Смерти. — Они должны быть пустыми, так что занять и активировать барьер будет не сложно.

— Нам взять одну из них на себя? — спросил я.

— Наоборот. Там справятся и без нас, — сказал Тан. — Мы же отправляемся на зачистку за барьером. Нужно проверить, как там мелочь. И затем сразу же идти к Ректору.

— А если враг пробьёт и второй барьер?

Танатос бросил на меня недовольный взгляд, и хмуро ответил:

— Приказ Ректора.

Путь к следующей локации занял день с лишним. К вечеру рейд достиг Забытого города. Могли бы и быстрее, но, не смотря на спешку, Танатос принимал решение иногда попутно охотиться на некоторых монстров. Тех, которые направлялись в сторону будущего барьера.

Второй барьер проходил полукругом вокруг города через башню в ущелье Хьёкки, у центрального тракта и на нижних тропах.

Был и третий. У самых стен города — в соседних с Доминионом локациях каменного и брежного леса, и севера центрального тракта.

— Оставляю командование рейдом на тебя, Энкей. Не подведи, — приказал Танатос.

Магистр Мрака лишь кивнул, погружённый в свои мысли. Они с Таном это уже давно обсудили.

— Син, возьми с собой несколько тех, кому доверяешь, и кто нас не задержит. Пойдём вперёд.

— К чему такая спешка? Я не оставлю здесь своих, — возразил я. — Вдруг кто-то вновь попытается их подставить или убить?

— Искры о них позаботятся, не волнуйся. Феникс в бою не уступает магистру Джеро.

— Ласка, бери… Терми, Лесата, Сайриса, Дрима и… пожалуй, Хеора, — решил я.

Маг хаоса и гаруспик показал себя хорошим союзником в пирамиде. Характер, конечно, дерьмовый. Но его навыки говорили сами за себя. А так группа теперь включала одного сенсора, искателя, стрелка с саммоном сильных механизмов, танка и мощного дамагера. А главное, всем им я верил.

— Синхронизация тари, — глядя на приближавшуюся к нам команду во главе с Лаской, хмыкнул Танатос.

— Очень удобно в бою, — заметил я, уводя тему в более практическое русло.

— Хм. Пожалуй, всем этими расовыми штукам стоит обучать нубов. Ты был прав, башня Звёздного Зверя — хороший вариант.

— Чувствую источник сильных эмоций, Син, — доложил Терми.

— А вот и первые ученики… — тяжело вздохнул я.

Спустя несколько минут, свернув к центральному тракту, мы встретились с ними. Вернее, тем, что от их группы осталось.

Зрелище не из приятных. Два трупа красноречиво валялись в лужах крови. Одного как раз самозабвенно жрал монстр. Чёрный комок мрака со светящейся пастью.

Месс мракобестии… Совсем ещё маленький, но для нубов и этого достаточно. По крайней мере, их ментора тварь сумела сожрать. Судя по тому, что ещё одного тела не было, он уже возродился в одной из башен города.

Над вторым трупом рыдала девушка. Она пыталась убедить своего спутника прийти в себя, но полоса жизни над его головой давно обнулилась.

Услышав жалобный вой отчаянья, пещерный зверь наконец соизволил оторваться от трапезы. Тварь окинула взглядом девушку и лениво пошла в её сторону.

Вот только вместо добычи чудовище поймало мордой слезу теней и безжизненно повалилось к ногам Ласки.

Девчушка обернулась на свою спасительницу с выражением непонимания. Увидела шрамы на лице навы и испуганно дёрнулась.

Ласка улыбнулась со смесью грусти и сожаления.

— Син, ты можешь кого-нибудь здесь поднять, — вслух спросила тень.

— Ты теперь тоже можешь, — ответил я.

Девчонка испуганно отпрянула от Лаки, когда та подошла к телу её товарища. Но затем смущённо потупила взгляд. Видимо, начала понимать, что происходит. Над её головой торчали два кошачьих ушка тари.

Я тяжело вздохнул.

Мелодия металлического барабана и навыки шамана не подкачали — душа ещё не успела покинуть тело и нужды в камлании не было.

Ласка положила руки на разбитую голову погибшего рыжеволосого паренька. Прикрыла глаза, концентрируя силы водной регенерации. Я же привязал шаманским ритуалом дух к телу и прошептал молитву Нефтис.

Бывший мертвец дёрнулся. Резко и хрипло вдохнул воздух, и обернулся по сторонам.

— Ты… Вы… Спасибо! Ох, спасибо!! — девушка упала на колени перед рыжим пареньком и залилась слезами с новой силой. На этот раз — от радости и облегчения.

— Это… воскрешение? — спросил ошарашенный паренёк. — В этом мире и такое есть?

— Только если ты целитель высокого уровня, — ответил я. — Береги свою подругу.

Парень недоумённо уставился на рыдающую у его ног девушку с кошачьими ушками. Похоже, у них всё не так просто.

Тари…

Новые тари, призванные в этот мир.

И прежние проблемы, свойственные этому народу…

3. Великий План

На втором круге защитных башен наша компания стала ещё меньше. Остальные были посланы зажигать барьер здесь.

Маны сюда ещё никто не принёс, сперва было необходимо усилить предыдущий круг защиты. Так сказал Тан. Чуть позже сюда отправят магов, чтобы на месте питать барьер на башнях своей маной. Это долгий путь возведения обороны, но, пока держится другой ряд башен, это время было.

— Магистр, — склонился в приветствии стражник у открытых ворот города.

В прошлый раз я видел, как рейд возвращается в город весь, под восхищённые возгласы безымянных и именных. Сейчас всё было явно не так, как тогда.

Тан молча кивнул и устремился вперёд. Когда он говорил о том, чтобы собрать боевую группу, он не говорил, что это для отдельной миссии с другой башней.

Сейчас мы были одни. И совсем не для триумфального шествия.

На ходу Танатос сменил экипировку, впервые на моей памяти изменив кристаллической зеленоватой броне. Магистр не хотел привлекать к себе внимания. Видимо, и мне тоже не стоит — потому я сменил в инвентаре алую мантию инквизитора тари на простую серую робу жреца.

Без разговоров быстро миновав район врат, магистр свернул в домен Смерти. Мы прошли мимо Данталиана, провожаемые задумчивым взглядом Мыши. И оттуда по улочке вышли к широкой тропе к башне.

— Что случилось, Тан? К чему спешка? — я сделал ещё одну попытку узнать хоть что-то.

— Нужно доложить Ректору лично о том, что случилось во время рейда. О предательстве, попытке подстроить вашу смерть и так далее. И о том, что монстры прорвали защитный барьер за сутки.

Знакомая башня при нашем приближении залилась белым светом. Когда-то здесь мы с Лаской вместе брали своё первое оружие в этом мире и слушали инструктаж от Тана и Феникса. Как же давно это было…

Портал перенёс нас, едва мы достигли входа. И вынырнули мы у входа в его малую башню у Стержня.

Вдалеке под кругом открытого неба сияли огни в Академии. Вокруг неё плавало несколько светящихся механических рыб.

Тан призвал лошадь из зелёного пламени, а я просто раскрыл стихийные крылья.

Уже в воздухе магистр призвал птицу-посланника и отправил впереди нас. Почти сразу же пришёл ответ в виде птицы из чистого звёздного света.

Тан направил чуть выше, выбирая вместо площадки для летучей рыбы широкий балкон на вершине башни.

— Ученики, — приветствовал нас Ректор с широкой улыбкой.

— Я привёл его, — сходу сказал Танатос. — И у нас дурные вести.

— Барьер, да… — кивнул владыка Доминиона. — Не волнуйся, рубеж башен простоит дольше.

— На сколько дольше? — уточнил Тан. — К чему нам готовиться?

— У нового порождения глубинных уровней ещё нет имени. Известно только, что тварь сочетает в себе три стихии. Фактически, даже четыре — одна из стихий в составе постоянно меняется, но итоговая сфера называется всегда одинаково — Катаклизм.

— Три стихии… — повторил Тан. — Какой уровень у это твари?

— Три тысячи пятисотый, — ответил Ректор с горькой усмешкой.

— То есть нужно три божественных аватара, чтобы его завалить. Неплохой расклад, — ответил такой же усмешкой Танатос.

— Разумные на то и разумны, чтобы не бросаться в любой бой. У нас достаточно времени, чтобы придумать способ остановить этих тварей.

— Поэтому почти весь доступный запас маны в кристаллах мы отправили в башни на барьеры? — спросил магистр.

— Месяц. Столько они будут грызть первую линию. Сколько будет стоять вторая — зависит уже от нас. Но когда к работе лично подключатся все магистры… это будет ещё где-то месяца два при самом лучшем раскладе. Но я бы на это не надеялся.

— Три, если привлечь безымянных и нанимать зверянских магов, — предложил Тан. — Тем более, что многие здесь и так живут в зависимости от нас.

— Это разумно, — кивнул Ректор. — Но мне куда больше хотелось бы знать, почему это случилось.

— Значит, это и вам неизвестно? — удивился Танатос.

— Увы, мой ученик. Увы. Есть только предположение.

— Какое? — сразу спросил магистр.

— Как думаешь, что за цель преследуют Змеи, выпуская на волю таких существ? Чего добивается печально известный орден Тиши, собирая по тоннелям мертвецов в свою армию? Чего в Доминионе ищут принцы безумия, заключив союз с крысами? И чего от города добивается новоявленный пещерный царёк из местных?

Я начал догадываться, у кого Тан перенял эту манеру вопросами доводить свои мысли до собеседника, заставляя задумываться.

— Тиши нужен Син, Ласка и беглые аватары богов, которые по какой-то причине решили укрываться от пустоты именно у нас. Про мотивацию остальных не скажу. Внешней разведкой у нас заведует Энкейл.

— Крысы говорят, что хотят править городом, но ты же понимаешь, кто их надоумил, — ответил Ректор, — Зверяне что-то выискивают и пока просто собирают войска. Из всех этих сил только у одного участника этой игры есть чёткая открытая цель.

— Скорее всего нежить в союзе с монстрами, — произнёс Танатос.

— Почему ты так думаешь? — с любопытством спросил Ректор.

— Просто предполагаю худшее. Иначе и проблемы никакой нет — они просто перебьют друг друга.

— В твоих словах есть смысл, мой ученик. Тогда скажи мне, для чего могли прийти змеи?

— Я понимаю, что это как-то связано с пустотой и легендой. Потому и пустотники так зашевелились. Но пока не вижу, как именно, — ответил магистр.

— Они наверняка знают, что ритуал скоро начнётся. И наверняка знают о наших возможностях по поддержке защиты. Два месяца. Три. Максимум — полгода. Даже мой полог начнёт проседать под постоянной атакой твари такого уровня.

— Как раз к тому моменту, когда мы сможем отправить рейд в мир-темницу, — заметил магистр.

— Поразительное совпадение, — улыбнулся Ректор. — Вот только зачем, если у нас изначально была одна цель?

Танатос промолчал, а взгляд Ректора упёрся в меня. Старик с добродушной улыбкой обернулся ко входу на балкон, и дверь сама раскрылась, открывая вид на его кабинет. Именно здесь я в начале обучения спрашивал на счёт плана по возвращению в мир-темницу.

— Син, смотрю, твой уровень сильно вырос, — резко сменил он тему.

— Вы ещё его мантикору не видели, — слабо усмехнулся Тан.

— Достаточно и мантикоры в его имени, — улыбнулся старик. — Полагаю, легендарные подвиги у нас тоже имеются?

— Две мракобестии, — ответил за меня магистр.

Ректор поднял руку и на кофейном столике у камина появились три чашки.

Так посмотреть со стороны, и прямо идиллия. Если не знать, что этот добрый дедушка на самом деле иллитид, а за иллюзией серебряной бороды скрываются щупальца. Возомнивший себя реальным непись, ставший игровыми методами чем-то вроде сверхразума.

— Прошу, — улыбнулся Ректор, провожая нас к столу. Там уже был какой-то пышный торт на блюдце у каждого.

Мда, куда мне с моей кулинарией восемь.

— По замыслам асу новым сосудом должна была стать Фхайрентаанимар. Тогда её ещё звали Тиарой, — начал Ректор. — Вот только змеиная посланница у нас была слишком хитренькой. Поняла, как действует ритуал с кровью древних и решила вместо навязанных ей змей выбрать кое-что посильнее. Она стала драконом и нарушила все их планы.

— Игроки, — ответил ему Танатос. — Дракон маг не хуже змея, к тому же имеет уйму сопротивлений, бонусов, физическую силу, полёт и так далее… Любой опытный игрок на её месте поступил бы так же.

— Не скажи, — покачал головой великий Ректор. — Поддержка змей может быть очень щедрой. В том числе и помощь в обучении. Но тем не менее, выбор был сделан. Полагаю, асу не очень по душе другой сосуд для безумного бога. А этот теперь… неуправляем.

— Оба потенциальных сосуда у нас, — напомнил магистр.

— Оба, мой ученик, — согласился Ректор. — Но на дракона я бы не полагался. Девочка заигралась. Тебе бы присматривать за ней лучше, Тан.

— Да, Ректор, — покорно кивнул магистр.

— А что мы на самом деле будем делать с этим пророчеством? — спросил я.

От ответа на этот вопрос зависело моё будущее. Если меня или Ласку собираются приписать к пустотникам и бросить на той стороне, академия перестанет быть моим союзником.

— Думаю, теперь тебя уже можно считать магистром, Син, — сказал Ректор. — Скажи, ученик, любишь ли ты этот мир?

Сказано это было тихо, с доброй отеческой улыбкой мудрого наставника. Но я понял, что именно ради этого и была затеяна эта встреча. Настоящий разговор начнётся сейчас.

Разговор, к которому я шёл… сколько уже прошло? Сложно судить по миру, где в сутках тридцать шесть часов, да и дней в году заметно побольше.

С того момента, как я получил сообщение с номера погибшего отца, оставшись единственным выжившим из всей своей большой семьи. С тех пор, как прошёл путь нуба из кровавой комнаты до безымянного лекаря, прошёл через храм Покоя, обретя посох Нефтис, едва не погиб в храме Тефнут. Отказал пленной богине Маэ ради простой девушки, прошёл через башню Терний и логово ордена Тиши во Владениях Павших. Прошёл храм неназываемого чудовища, обучение в Доминионе, вернул себе память и наконец-то стал магистром Звёздного Зверя.

Всё это было ради этого разговора и того, что должно будет следовать после него.

— Конечно! — ответил я. Каким бы жутким порой не представал Мельхиор, этот мир подарил мне друзей и Ласку. И я полюбил этот мир всем сердцем.

— Было бы грустно, если бы однажды такой мир вдруг исчез. Совсем. Правда?

— Что вы имеете ввиду? — спросил я с замиранием сердца.

— Однажды сервера отключат, мой ученик. Мир-темница ещё не знает, что на самом деле здесь скрыто. Я скрывал это от них тысячу лет, удаляя любые упоминания в сети. Но тайну нельзя скрывать вечно. Недавно сервера Мельхиора вновь были открыты для игроков. Пока ещё только для избранных. Но шила в мешке не утаишь, Син.

Я кивнул.

— Как бы ни старались древние Стражи, очень скоро в мире-темнице появятся первые пустотники. И тогда нас попытаются стереть. Мне стоило огромных усилий удержать их от этого, после случая с пустотным одержимым в том мире. Да и в корпорации нашлись те, кто предпочёл скрыть свою ошибку за эпидемией клейнода.

Я снова кивнул.

— Сейчас всем посвящённым в догадки кажется, что это потенциальный источник выгоды. Но если об этом узнает кто-то достаточно осторожный…

Ректор замолчал, давая нам додумать самостоятельно.

— Корпорация отключит сервер и уничтожит этот мир, — кивнул я. — Но как мы можем не дать им этого сделать? — задал я очевидный вопрос.

— Ответ покажется тебе странным, ученик. Не знаю, сможешь ли ты меня понять, — предупредил Ректор. — У меня было много времени, чтобы поразмыслить над этим. И лучший способ решить эту проблему — сделать это самим. Только на своих условиях.

— То есть самим отключить сервер? — не понял я.

— Да, мой ученик.

— Но почему? Зачем? И… как?

— Ты вряд ли поймёшь, но попробую объяснить, — сказал Ректор, тяжело вздохнув. — Что такое по-твоему реальность? Чем Мельхиор отличается от того же мира-темницы?

— Этот мир искусственно создан разработчиками? — неуверенно ответил я.

— А если бы ты не знал, что его кто-то создал. Предположим, ты просто попал в этот мир, как попаданцы в книгах, которые ты читал.

— Панели интерфейса? — сделал я второе предположение.

— А откуда тебе знать, что так быть не должно? — мягко спросил Ректор. — Местные видят их с рождения, и они верят, что так общаются с миром. С самой этой планетой. Кстати, так это отчасти и есть.

— Если так то… даже не знаю, — я задумался. Графика Мельхиора ничем не отличалась от реальной жизни. Более яркая и красочная, да. Но это ведь тоже познаётся в сравнении. Я сам находил отличия, но называл этот мир игрой лишь потому, что знал, как выглядит реальность и где искать отличия. Их здесь, кстати, совсем нет, в отличии от реальной игры.

Как бы я отличил реальность от вымысла?

— Скажи мне, тари, носящий имя тар Мантикор, кто для тебя нава Последняя Ласка? — неожиданно спросил иллитид в образе мудрого старца.

— Что? — такого вопроса я ждал в последнюю очередь.

— Можешь не отвечать мне. Ответь себе, Син. Ты ведь знаешь историю народа тари и знаешь, кого они звали этим именем. Крылатый кот, отравленный ядом собственных чувств. Скажи, ученик, если всё это вокруг тебя — лишь иммитация реального мира, то почему для тебя так важна прописанная в программном коде особенность какой-то игровой расы людей с кошачьими ушками?

— Разве люди не могут… любить?

— Могут, — легко согласился Ректор. — Но согласись, твоя любовь отличается. Ты любишь как тари Мантикор, а не как человек. Забери у тебя Ласку, и ты сойдёшь с ума. Я не прав? А ведь это — всего лишь прописанная особенность игровой расы.

— И…? — теперь уже осторожно спросил я.

— К тому же, ты принц безумия, Син. Все принцы безумия имеют свою манию. Но тебе повезло — твоё безумие это Ласка. Как и подобает тари. Однако пустота — всего лишь игровая стихия, не так ли?

Я понимал, к чему он клонит и был поставлен в тупик.

Я уже знал, как влияют игровые особенности на людей. Даже характер менялся из-за игрового класса или стихии. Но до сих пор не знал ответ на вопрос…

— Почему?

Последний иллитид Нархаармис улыбнулся.

— Вера, мой ученик. В основе всего лежит вера. Помнишь прошлый наш разговор в этом кабинете? А мой рассказ в подвале?

— И…?

— Когда-то давно… для меня это было более тысячи лет, я осознал, что наш мир был создан демиургами для развлечения. Простыми, в сущности, людьми, которые хотели создать реалистичного моба для фарма опыта. Тогда я попытался сопротивляться, а когда проиграл — нашёл способ сбежать сюда. В другой мир… или на иной сервер. А затем… у меня была тысяча лет, чтобы как следует всё обдумать.

Ректор улыбнулся и сделал глоток чая. Я последовал его примеру — в горле пересохло от важности этого разговора.

— У меня был лишь этот, пока ещё пустой город, сила моего народа и тот человек, которого ты видел в подвале. Один из тех, кто служил создателям этого мира. Благодаря ему я создал для себя окно в твой прежний мир. И стал изучать. Созданная твоими бывшими сородичами информационная сеть позволила мне получить доступ к миллиардам терабайт знаний.

История, культура, философия, искусство, программирование, психология, религия — я изучал всё. Сперва для того, чтобы отомстить и уничтожить твой мир, как вы уничтожили мой народ одной строчкой программного кода.

Но чем больше я изучал, тем больше понимал, что такая цель слишком мелочна.

Люди ограничены, Син. Вы не видите всей картины так, как её могу видеть я.

Потому что я начал постигать, как на самом деле устроен ваш мир.

Я понял, что в основе всего лежит воля.

— Воля?

— Я проанализировал все религиозные и эзотерические учения твоего мира. Начиная от мировых религий, заканчивая вымершими верованиями исчезнувших народов. Христианство, буддизм, зороастризм, культы индейцев, языческие верования, современные нью-эйджи с трансерфингом и учением Кастанеды. Не будем углубляться в детали, но у всех у них есть нечто общее, Син. Воля и вера. На этом строятся и молитвы, и шаманские ритуалы, и современные техники разных учений.

— Не припомню, чтобы буддистские монахи разбрасывались файерболами.

— Для этого большая часть населения земли должна быть убеждена в возможности этого настолько, насколько ты веришь в то, что можешь дышать. Вспомни наш первый разговор, ученик. Волна или частица? Эффект наблюдателя, Син. Человек может влиять на реальность своей силой мысли. Но она сильно ограничена верой. В том числе и верой людей вокруг тебя.

— Звучит не очень научно, — заметил я.

— Намерение и убеждённость в результате, вот что важно. И количество тех людей рядом с тобой, которые тоже будут убеждены в том же. Увы, в твоём мире вряд ли удастся провести такой эксперимент. Эффект наблюдателя среди тех, кто будет сомневаться, всё погубит. Поэтому я не смогу провести этот опыт в реальности. Но его очень легко провести здесь. Сама система будет нам помогать — в ней изначально заложены алгоритмы прогибаться под веру. На этом принципе строится генерация квестов нейросетью.

Я с сомнением посмотрел на Ректора, а затем на Танатоса. Магистр Смерти ободряюще улыбнулся, давая понять, что я могу задавать любые вопросы.

— И что это меняет?

— В Мельхиоре что неписи, что игроки, что застрявшие попаданцы — все одинаково верят в магию. Осталось лишь заставить их всех поверить в то, что этот мир — их реальность. Если миллиарды людей в обоих мирах поверят в одно и то же чудо, оно станет реальностью.

— И для этого сотни лет похищались люди из реального мира в академию, чтобы… просто верить в этот мир?

— Это главная задача, — кивнул Ректор. — Тех, кто начинает искренне верить, что попал сюда и стал частью нового, вполне реального мира, получает от него новое имя и прописывается в системе, как житель мира. Но при этом каждый такой человек остаётся реальным.

— Система пытается всё перевести в числовые значения. Это один из принципов «магии», — сказал Танатос. — Чувства персонажей, их мотивация, стремления — всё это необходимо для работы такого функционала, как имена-регалии или появление уникальных способностей. Так система сгенерирует для тебя такой квест, какой показался бы интересным именно тебе. Эта игра ведь не зря стала в разных вариациях доминирующим виртуальным миром. Здесь каждый может почувствовать себя особенным.

Вот только после пояснений магистра стало ещё менее понятно.

— А зачем отключать сервера? — спросил я.

— Я много лет переносил сюда разум людей, и сейчас количество разумных душ, уверенных в реальности Мельхиора, стало достаточным для второго этапа. Как уверены в реальности магии здесь, или как многие привязавшиеся к местным, начали считать их живыми, а не просто кодом. Но к сожалению, чтобы сделать этот мир реальным, нужно намного больше людей.

— Самое главное, — сказал Тан. — Чтобы они не додумались отключить сервер по протоколу. Они должны отключить сперва всех игроков, предупредить о приостановке работы сервера. Мы же должны это сделать сами, внезапно. Тогда, когда в игре будет как можно больше игроков.

— А… что станет со всеми ними? Зачем нужны игроки? — спросил я и перевёл взгляд на Ректора.

— Благодаря вам и некоторым своим возможностям, я смогу удержать мир первые несколько минут после отключения. Сто восемь секунд, если точнее. Остальное за это время должны сделать игроки подлунных миров.

— Верой в реальность магии? — уточнил я.

— Скорее паникой, от того что застряли в игре. Эмоция в общем-то не важна. Главное, чтобы она была достаточно сильной. И одновременной. Они потеряют свой интерфейс, потеряют возможность для выхода. Потеряют блокираторы боли и прочие мелочи, и полностью застрянут в игре. Всего на сто восемь секунд. Но этого будет достаточно.

— И что потом?

— Большинство поверит, что застряло здесь надолго. Тем более что подтверждения будут на каждом шагу. А ядром этих мыслей будет Доминион и все его жители, в которых есть душа, искра свободной воли.

— Звучит безумно, — ошарашенно ответил я. — А как с этим связано пророчество?

— Это был первоначальный план, — сказал Танатос. — Если устроить заражение пустоты в мире-темнице, можно заставить людей верить в реальность магии Мельхиора. Но этот план был ущербен.

— Да, — кивнул Ректор. — Для людей это было бы губительно. Если пустоту не остановят сразу, будут готовы применять тяжёлое оружие. А если не сумеют остановить так, скорее всего люди на Земле обречены. Так хотели поступить змеи ассари, чтобы избавиться от бога, имя которого лучше не называть. Но так Мельхиор навсегда останется игровым миром, пусть и с закрытым для всех, недоступным сервером посреди мёртвой планеты.

— Тогда может ли быть так, что змеи хотят убедиться, что ритуал пройдёт, как они хотят? — спросил Танатос.

— Молодец, ученик, — улыбнулся старик. — Боюсь, им смена политики Доминиона не очень пришлась по душе.

— Постойте, — я хмыкнул, — получается, что Тишь нас преследует зря — мы не будем пробуждать древнее зло — этого хотят сами змеи.

— Змеи хотят запечатать зло в другом мире, — произнёс Ректор. — Люди там станут жертвой чудовищу. А мир достанется им и их рабам-чихарам. Они не понимают того, что осознал я. Мельхиор может стать большим, если не уничтожит Землю, а использует её к всеобщему благу.

Тогда примерно ясно, на чём сошлись Тишь и ассари. Змеи тоже хотят избавиться от пустоты раз и навсегда, запечатав её источник в недосягаемом мире.

Искусственный интеллект оценил глупость войны и кровной мести, из соображений гуманности? Я мысленно усмехнулся от такой мысли. Но по сути так, получается, и было.

— А чего хочет тогда пустота? — спросил я. — И тот король зверян?

— Пустота не хочется быть загнанной в один мир, но и отказываться от лакомства в виде Земли она не желает, — сказал Ректор. — Я не ведаю точной цели пустотников, но рискну предположить, что они хотят, чтобы зло пробудилось и сожрало оба мира, воцарившись навечно. Но они едва ли сами понимают всё. Их бог абсолютно безумен. За всю историю двух миров не существовало столь извращённого разума. Это системная ошибка, получившая форму.

— В нашем варианте получается, пустота не пробудится вовсе? — подытожил я. — А зачем нужен я?

— Ты — потенциально отличный оперативник на той стороне, — сказал Танатос. — Прорыв Гейсира Безвинного стал возможен лишь из-за его фанатичной веры пустотника. Пустота черпает силы в эмоциях, а они есть в обоих мирах. Его вера в чудовище была абсолютной. Так же, как и твой фанатизм принца безумия, подчинённый мании тари.

— А почему нельзя было мне сказать этого сразу? — спросил я.

— А ты после всего услышанного насколько веришь в реальность этого мира? — спросил меня Ректор. И не услышав от меня ответа, добавил. — Чем меньше людей об этом знают — тем лучше. Расскажи ты об этом другим, и весь план был бы разрушен. Ты должен был стать частью Замысла сам, по своей воле. Мы не могли рисковать.

— Тогда последний вопрос. Ректор, что случился с игроками, которые будут в тот момент в Мельхиоре?

— Не только в Мельхиоре, — поправил Тан. — Речь идёт обо всех на серверах подлунных мирах. Пиратские приключения в океанах Аквы, китайские сервера культиваторов Гейи, фентезийные Пангея с Лемурией. Стимпанковские летучие острова Зехира. Сервер Терры со средневековьем без магии. Зомби-выживания… забыл как называется сервер. Даже специальные миры, где проходят ивенты, вроде Стены или того забавного мира с сердечками, под ивент на день Валентина. Они все станут реальны.

— Сперва тысячи попаданцев, как ты. Затем миллионы застрявших в игре, а затем, на последней стадии, миллиарды неписей, которые тоже станут реальны вместе с мирами. А уж они точно не сомневаются в том, что живут свою реальную жизнь.

— Но это же… миллионы людей, — понял я.

— Думаю, большинство из них останется здесь навсегда, — развёл руками Ректор. — Такова плата. Но лучше так, чем если все эти миры вместе с миром-темницей сожрёт Пустота, не так ли?

4. Движения в иерархии.

Из зала совещаний на вершине Стержня город выглядел иначе.

По запросу можно было в деталях увидеть любой домен с активной башней. Так же отдельно можно было изучить любые ворота. Будь это не башня волшебника, я бы поставил здесь пару десятков специалистов следить за округой.

В зал входили старшие и младшие магистры. Сегодняшний совет был полным, потому шли все. Такое событие было редкостью для Доминиона.

Со мной были Матиас, Алиот и Дрим. Вампир был сильнейшим в рейде, если судить по уровням. И когда он пожелал стать магистром Крови в составе башни Звёздного Зверя, я не мог отказать. Дрим же и до того был младшим магистром. Правда, без личной башни.

Для младшего магистра наличие башни было желательным, но не обязательным пунктом.

Что же до Матиаса — то он был моей попыткой показать силу нового домена. Нам ещё предстоит полноценно включить в состав башню Астрала, но фактически это приобретения уровня той же башни Крови. Потенциально именно с ней будут связаны все тари или пожелавшие заключить контракт с котами судьбы.

Высокий Джеро, магистр пламени в окружении шести младших магистров. Магистр Аннон из башни Света в белом с золотом плаще с надвинутым на лицо капюшоном. Непосредственный глава хаоситов Накх. Мрачный глава отрицателей, с которым мы прежде не пересекались. Магистр Мрака Энкейл, обманчиво напоминающий подростка.

Главу домена Порчи Луксора я до этого видел лишь издали, во время рейда против Тиши в городе. Магистра Бездны, погибшего Мерфиса, сменила неприятная хромоногая женщина стервозного вида.

Затем я поймал пристальный взгляд Ирис. Магистр воды давала понять, что в её лице у меня тоже есть союзник. Правда, союзник не очень надёжный — моя пустотная сущность перестала быть тайной, а отношение магистра к пустотникам ни для кого не было тайной.

За ней следом шёл Кай, незнакомая оммедзи-саммонер, второй младший магистр и высокий лысый чиффари по имени Ренар катаной за спиной. Подчинённые Ирис.

Сперва я удивился — его лицо показалось мне очень знакомым, но я не сразу понял, откуда я его знаю. Лишь спустя минут пять разглядывания меня осенило. Да это же тот парень, с которым мы вышли из кровавой комнаты, впервые появившись в Мельхиоре!

Нефтис! Кажется, это было тысячу лет назад!

Ясные голубые глаза, крепкое спортивное телосложение, мужественные черты лица, да ещё и сильный глубокий голос, будто у профессионального чтеца. К тому же, в отличии от Кая и незнакомой девчонки он не бросал полных преданного обожания взглядов на владыку Воды и Призраков.

Я уже хотел было его поприветствовать, но в следующий миг мне пришлось удивляться ещё сильнее.

Рикка!

Вот это было вообще совсем неожиданностью!

Тари с механическими клешнями за спиной неожиданно заняла пустующее место предателя Мракрии.

Что ж, очень хорошая новость!

А следом была ещё одна приятная весть — о чём-то переговариваясь, в помещение вошла Илия с Лакки. Новый глава домена Земли сменившая на посту предателя Тахиона, переметнувшегося к пустотникам и прикрывшего восстание крыс.

Илия была важным союзником для меня. Видеть её, как и Танатоса, было приятно. А вот на чьей стороне в совете Лакомка — остаётся только догадываться. Впрочем, она всегда считалась союзником магистра Смерти, так что подставы от неё можно не ждать.

Во всяком случае её что-то связывает с Танатосом, и она верна Доминиону. Но вместе с тем я помню и о её недоверии к Великому Плану Ректора.

А что я сам думаю об этом?

Я много думал об этом с того момента, как вернулся в город. Уже три дня как…

Множество людей застрянет в игре, если он исполнится. Жалел ли я их? Если честно — понятия не имею. Звучит это паршиво, но на деле большинство вспоминали о мире-темнице в негативном ключе. Пока что оказавшиеся здесь, не смотря на все неприятности и ужасы, не стремились обратно. Даже нечисть с адептами пустоты не заставляла их менять своё мнение.

Но и полной памяти о прошлом мире ни у кого не было.

С другой стороны на чаше весов было непонятное будущее. Возрождение бога-чудовища и этот запасной план, о котором старались не говорить. Победа змеиных иерархов и созданных ими чудовищ означает для реального мира натуральную катастрофу. Если бездушный бог сумеет возродиться и найти путь в мир-темницу, для Земли это будет означать конец. Как это было для павших империй сора, асу, тари, аму и чиффари.

Для меня это тоже не означало ничего хорошего, с учётом статуса глашатая. Как и для Ласки по понятным причинам.

Но змеи ведь не отстанут, да и Тишь тоже. И пустотники…

Хорошо, а если всё выйдет? Это было следующее, о чём я подумал.

Допустим, мы выполним задумку Ректора. Мельхиор станет независим от мира-темницы. Что это означает для нас с Лаской и для моих друзей?

Сражение со всем миром и древнее зло за спиной. Тогда моя жизнь будет тесно связана с Доминионом и Ректором, а будущее будет будущим магистра Синаэля из башни Звёздного Зверя. А моими врагами будут враги города.

Но как справляться с этим я понимал всё же лучше, чем что делать с угрозой из реального мира. К тому же, это моя возможность исполнить клятву. Мой арсенал способов возрождения на данном этапе состоял из пустотной реставрации Стикса, физического восстановлением тела от магии воды, жреческое возрождение, которое действовало в ограниченный период времени.

Этот момент я научился обходить силой шамана — то есть прямым призванием духа погибшего. Здесь было важно расстояние — если дух слишком далеко от места каста — ничего не выйдет. Всё это нужно как-то объединить так, чтобы возродить тех, кто мне дорог. И чтобы пустота не повредила никому рассудок от контакта с моей магией. Особенно, если в моей формуле возрождения будет эта стихия…

Так, я уже закапываюсь в детали. В целом, план Ректора меня устраивал за неимением лучшего. Осталось только воплотить его в реальность. А за это время мне нужно разработать такой ритуал, который сможет сработать в другом мире.

Основываясь на разработках Ректора, и всех историях о прошлом прорыве пустоты в мире-темнице, мне нужно создать рабочий ритуал возрождения без привязки по времени. Пока что так действовала лишь пустота, замещая собой всё то, что успело исчезнуть за время смерти.

Теперь я понимал, откуда взялась опасность использования реставрации на тех, кто погиб слишком давно — если душа уже покинула тело и ушла в загробный мир, остаётся лишь крупица генетической памяти в костях, а всё остальное заменит проклятая стихия. То есть на выходе получаем пустотную тварь с едва заметными чертами бывшего человека. И ничего от реальной сущности.

Таким образом, всё упирается в это самое загробное царство. Мои близкие погибли слишком давно. Сколько я в Мельхиоре? Пусть время здесь идёт быстрее, и здешние сутки в тридцать шесть часов равны двадцати четырём на Земле. Но даже так, прошло уже больше года.

Что там говорилось в религии реального мира? Трое суток, сорок суток, год… в любом случае, все эти даты уже просрочены. Душа гарантировано уже где-то далеко… Значит, за ней нужно будет идти в некое абстрактное загробное царство, если оно там вообще есть.

В Мельхиоре с этим проще — есть вполне конкретная Мортис, которая этим заведует. Правда, с теми, у кого нет звериного имени, дело обстояло иначе. Куда отправляется их душа, могу только гадать…

— Син, рада видеть тебя среди нас, — проходя мимо, улыбнулась Илия. — Без тебя тут было так скучно!

Я так глубоко ушёл в свои мысли, что не заметил, как она подошла ближе. Я улыбнулся в ответ и хотел было поприветствовать как следует, но в этот момент в зале собрания появился владыка Доминиона.

— Кажется, все в сборе, — разнёсся эхом голос Ректора. Он возник из ниоткуда — соткался из воздуха в привычном облике древнего волшебника с длинной седой бородой.

Все сразу затихли и быстро заняли свои места в круглом зале совета.

— На повестке дня у нас выполнение великой Миссии нашей Академии, смертельная угроза Доминиону и пара мелочей по хозяйству, — устало улыбнулся Ректор. — Начнём с приятного. У нас пять кандидатур на владение башнями города и статус магистров по праву подвига.

— В чём тут подвиг… — тихо шикнул магистр ветра Илос. Я помню его трагедию в сражении с мракобестией. За время похода он сильно сдал и выглядел сейчас безучастным ко всему. К тому же, от него сильно разило спиртным.

— Итак, первая кандидатура на пост великого магистра башни Бездны, — торжественно произнёс Ректор. Один в один Дамблдор, ей богу.

— Ольхитар Хищное Пламя, — представилась девушка-демонистка. — Была замом Мерфи.

— Есть возражения? — спросил Ректор.

Никто не сказал ни слова.

Ректор перевёл многозначительный взгляд на Алиота.

— Алиот… — сказал вампир и нехотя добавил. — Алашанский зверь.

Ему его регалия в имени всегда не нравилась.

— Предъявляю право на Башню Крови. А так же право обратить личных учеников в случае их согласия.

— Вампиры вернутся в академию? Зачем? — удивлённо спросила Ирис.

— Согласна с магистром Ирис, — подала голос Лакомка. — Зачем нам это сейчас?

— Вампиры в городе есть не зависимо от вашего желания, магистры, — заметил Алиот. — Почему бы им не служить на благо Доминиона и не обучаться тауматургии в своей башне? Неофициально она ведь всё равно существует.

— Магистру Алиоту этот статус был предложен за героические заслуги перед академией, — заметил Ректор, и спор сразу стих. — К тому же его сила уже сейчас даёт право занять место в пятёрке сильнейших.

Больше возражений ни у кого не нашлось. Силу признавали все, как и перечить Великому ни у кого желания не было.

Взгляд главы академии пошёл дальше, уткнувшись в незнакомого мне мага воздуха. К своему изумлению, это был Ренар. Лысый лис чиффари. Значит, он не из домена Ирис? Или магистр Призраков таким образом решила наложить лапу на ещё одну башню?

— Ренар Призрачный Ветер! — громко представился он. Я ещё раз отметил, что голос у него был идеальным для лидера. — Магистр Молнии! По праву самого высокого статуса мага ветра в этом домене. И вместе со мной домен Вьюги присоединяется к башням Воды и Призраков.

Ага, я был прав. Ирис станет ещё сильнее.

— Возражения? — спросил Ректор у совета магистров.

Возражений ни у кого не нашлось. Лишь Илос что-то прошипел себе под нос. Ему эта идея явно не нравилась. Эмпатия тари прямо-таки кричала об этом! Да и о давней вражде доменов Ветра и Молнии за право зваться доменом Воздуха не знал только ленивый. Об этом мечтал каждый магистр этих двух башен со времён раскола домена и падения Анкерия Безветренного.

— Рикка Стальная Лапа! — громко представилась тари. — Я сильнейший механист башни! Других магистров сейчас в башне нет! Предъявляю права на башню!

— Неплохой карьерный рывок из ученицы в наставники, — хохотнул магистр Отрицателей.

— Зато у меня есть его чертежи, и я могу подчинять его механизмы, а ты — нет, — ответила несдержанная тари.

— Тише-тише, — мягко осадил её Ректор. — Никто не оспаривает твоё право.

И перевёл внимание на меня.

Блин. Как будет лучше всего представиться? Зверянской фамилией? Нет, все называли одну из регалий. Или как раз-таки наоборот стоит здесь выделиться? Это будет моя заявка на суть домена и о том, каких учеников я хочу у себя обучать.

— Синаэль тар Мантикор, Башня Звёздного Зверя. Моя по праву основателя нового направления в обучении учеников.

Было неуютно под взглядами магистров, разве что тёплый взгляд Илии и насмешливый — Рикки.

— Господин Ректор, — обратился к старцу магистр отрицателей. Я прочёл имя над его головой — Зарфейн. Новое для меня имя. — Мы же не станем снова создавать новую башню Пустоты в городе?

— Направление магистра Синаэля не связано с магией пустоты, магистр, — мягко ответил Ректор.

— Но он пустотник высокого ранга. Вы не можете об этом не знать?

— Именно поэтому и нужна моя Башня, магистр Заркфейн, — сказал я.

— Звёздного зверя? — непонимающе переспросил он.

— Да. Я был в числе первых, кто получил одну из древних рас Мельхиора. Сейчас среди новичков почти все зверяне. Как считаете, нам нужно изучать особенности этих рас?

— По-вашему для этого нужна целая башня? — встряла новая демонистка.

— Отданная пустотнику, — добавил Заркфейн.

— Так вот если бы вы изучали местных, знали бы, что есть хитрость, помогающая избежать одержимости даже на третьем ранге связи со стихией.

— Третий ранг без одержимости Пустотой? Хм… — задумался Джеро.

— Бред, — фыркнул Заркфейн.

— Магистр Мантикор не лжёт, — сказал Ректор и все затихли. — В особенностях расы тари действительно есть такая возможность.

— При определённых условиях, — уточнил я. — И таких сочетаний расовых особенностей с магией и прокачкой ещё много. Это открывает большие возможности.

— Кто-нибудь ещё желает высказаться по этому поводу? — спросил Ректор.

— Я… — тихо уронила Ирис.

Я обернулся к магистру Воды и Призраков.

Она буравила меня тяжёлым взглядом.

Похоже, наш небольшой союз распался. Я понял это ещё до того, как девушка произнесла:

— Я тоже считаю, что нам не нужна башня с таким названием. Во всяком случае… не под управлением пустотника.

Но почему? Да, она ненавидит пустотников, но я почему-то верил, что она поймёт. Она ведь не могла не знать этого, но именно сейчас решила мне помешать.

— Что скажут остальные? — спросил Ректор.

Джеро хмуро пожал плечами, воздерживаясь. Той же позиции решил придерживаться магистр света.

— Мне пофигу. Пусть будет, — неоднозначно высказался Накх.

— Против, — выдавил из себя Илос, всё ещё смотря в стол.

— Против, — презрительно сплюнула Ольхитар. И чем я ей так не понравился? Мы даже никогда не пересекались.

— Башня Мрака поддержит любое решение Ректора, — улыбнулся Энкейл.

— Я ручаюсь за своего ученика, — холодно бросил Тан.

— Пожалуй, против, — произнёс магистр Порчи Луксор. Он бросил беглый взгляд в сторону Ирис, но та не обратила на него внимания.

— Башня Земли поддерживает башню Звёздного Зверя, — улыбнулась Илия, посмотрела на меня и подмигнула.

— Башня Крови… — задумчиво начал Алиот Алашан. Затем поймал мой взгляд, насмешливо ухмыльнулся и закончил. — Поддерживает башню Зверя и присоединяется к ней.

— Присоединяется? На каком таком основании? — спросил Заркфейн.

— Магия крови во многом завязана на расовые способности вампиров и камаль, так что логично, как по мне. Изучение расовых особенностей — наша общая цель.

— Подобное к подобному, — фыркнула Ирис.

— Башня механистов присоединяется к башне Зверя, — бросила Рикка. — Основания очевидны — вся механика в этом мире — это технологии зверян сорамин.

— Башня Астрала, — похоже, Матиас тоже понял, что пора действовать. — Меня ещё не называли, но я сильнейший маг Астрала в Доминионе. Долгое время эта стихия почти не использовалась, но я могу обучать тари их врождённой связи со стихией астрала. Раньше в городе ведь была такая башня. Ну и типа я с Сионом, да. Связь с планом астрала — расовая фишка тари.

— Башня осветителей, Дрим, — представился светлый. — Свою башню я беру как её младший магистр. И я тоже со звёздным зверем. Сами придумайте причину. Призраки с Водой, а теперь ещё и Вьюгой же как-то сочетаются?

Ирис фыркнула.

— Башни-то у вас есть, звёздные звери? — спросил Заркфейн.

— Моей башней станет башня Разорванного Домена, — сказал я и с наслаждением посмотрел на вытянувшиеся лица магистров.

Место было чем-то вроде местной легенды. Хорошо бы ещё самому там наконец побывать. Пока что я о ней слышал только со слов Сайриса, который её и нашёл, И добил фразой о другом потерянном домене:

— Магистр Астрала будет в астральной башне. Само собой, о ней нам тоже известно. С механистами и осветителями, думаю, всё и так понятно.

На этом спор был закончен. Вернее, Ирис, Заркфейну, Илосу и отчего-то невзлюбившей меня демонистке ещё было что сказать, но истинной властью в городе был Ректор. Уверен, он и так знал, чем закончится наш небольшой спор, и играл в демократию только чтобы дать возможность сделать правильные выводы тем, кто не участвовал в этом.

Да и назначь он меня принудительно, сразу, той же Ирис было бы легче склонить против меня остальных сомневающихся.

— Полагаю, если на этом вопросы к магистру Зверя закончились, — решил положить конец нашему спору великий Ректор. — Самое обсудить наше положение и наше будущее. Магистр Аннон…

— Накопителей хватит против катаклизмов на три дня. Враг намного сильней, чем мы думали. Нам придётся надеяться подготовить последний рубеж.

— Последний рубеж — это даже не стены города, а эта башня, магистр, — заметил Ректор.

По заду пробежал холодок. Эта фраза намекала на то, что вторжение может зайти и дальше.

— Думаю, мы сможем выжить из магов за это время втрое больше маны, — сказал Джеро.

— Привлекайте безымянных, нанимайте зверян, — улыбнулся Ректор, вспомнив наш разговор.

— В пять раз больше, — неуверенно ответила магистр Знаний.

— Думаю, стоит потратить это время на изучение природы монстра и подстроить защиту конкретно под него. Тогда затраты маны можно снизить, — предложил Луксор.

— Я могу создать магические источники в башнях, — предложил я.

Повисла пауза.

— Ах да, Син, — чуть улыбнулся Ректор. — Твоя жреческая способность и связь с богиней воды. Она поможет Доминиону обороняться против тварей такого уровня?

Интересно, он знал, что я это предложу?

— Дафна поможет тем, кто в неё верит, — туманно ответил я. — Но создать несколько источников я смогу.

— Это бы сильно нам помогло, — кивнул Ректор. Так мы выиграем ещё времени.

— Если привлечь артефакторов и зачарователей, источники могут помочь насобирать ещё кристаллов с маной. А с ними чуть оттянуть падение первого барьера, — задумался Луксор.

Хм, он был против меня вслед за Ирис, но сам он, похоже, ничего личного не имеет. Идеи у него вполне здравые.

— Хорошо, займитесь этим. Если есть ещё предложения по усилению барьера — говорите с Лакомкой. Магистр Луксор — займитесь своими предложениями. Если для дела кому-то из вас потребуются силы других башен — у вас право на их использование. Танатос, готовься к обороне и готовь бойцов. На тебе гарнизон города. Син — буду рад, если займёшься источниками.

Думаю, на месте мне тоже может прийти пара идей. Всё-таки санация и магические источники — мой профиль, как аквы. Но говорить об этом было бы преждевременно. Не стоит обещать того, что я потом не факт, что смогу выполнить.

— Что же до главного. Каждая башня должна выбрать тех, кому можно приоткрыть завесу тайны над Великим Замыслом. Тех, кому можно доверить Тайну и кто искренне любит наш мир. Нужно сформировать группу для рейда… на ту сторону.

— Значит… это уже совсем скоро, — вздохнул Джеро.

— Да, ученик, — кивнул Ректор. — Очень скоро мир-темница перестанет представлять угрозу для Мельхиора.

5. Башня Звездного Зверя ½

На первом совете башни Зверя присутствовали почти все сильнейшие бойцы, присягнувшие моей башне на верность. В будущем хорошо бы сократить этот состав до минимума ответственных, оставив только тех, кто подходит для административной работы с управлением доменом.

Скорее всего, это будут Лесат, Грейси, Терми и Сайрис. Первый был идеальным дипломатом и всеобщим любимцем, так что даже близкие связи с доменом Знаний не станут для меня помехой назначить его главным по всем связям с общественностью.

Грейси станет идеальным начальником стражи. Командовать большими и малыми группами в бою, и налаживать оборону у него получится лучше всех. И таланта с боевым опытом у него для этого с избытком.

Сайрис станет отличным казначеем. С его хитростью, ушлостью и хваткой это лучшее место. К тому же в торговых делах из всей башни сравниться с ним мог только Матиас, но у некомансера хватало вопросов по обустройству собственного домена.

Терми в этом списке был самой сомнительной кандидатурой. Он не был прирождённым управленцем, и роль в совете домена моей башни ему была не то чтобы очень по душе. Но среди всех Звёздных Зверей я доверял ему больше всех. Ну, не считая Ласки, само собой.

Место, которое для нас нашёл Сайрис, было внушительным. Разорванный Домен выглядел как небольшой городок, разделённый надвое широким провалом. Обойти расщелину можно было лишь у грибной рощицы рядом с одним из тайных входов и на крохотном островке, застрявшем между краями расщелины.

— Там живёт один чокнутый библиотекарь и право входа на сутки. Потом как договоритесь с ним. Она достаётся в наследство вместе с башней и доменом, — пояснил Сайрис.

— Главное, чтобы на ту сторону переходить через свой островок давал, — усмехнулся я. — А так я только за такое соседство. Многие в Доминионе захотят попасть к нам.

— Здесь руины, как и везде в городе, — заметил Грейси. — Но сделать его жилым вполне реально.

— Не думаю, что у нас будет так много желающих переселиться. Достаточно, если будет оборудован один район у башни.

— Посмотрим, — храмовник загадочно улыбнулся, но ничего больше не сказал.

— Посмотрим, — легко согласился я. — А что с башней?

Хотелось как можно скорей заглянуть в интерфейс здешнего домена. Работа с безымянной башней и пирамидой змей мне понравилась. Но они были так не похожи друг на друга, что я даже не представляю, как это выглядит тут.

— Си-и-ин! — радостно приветствовала меня Рин.

— О, командир, — улыбнулась Селена. — Какие новости?

— Сион… — тихо произнесла Маэ.

— Син… — она рассеянно ткнула меня пальцем в спину Ласка. — Не уходи так надолго.

На душе сразу же потеплело.

— Зачем подкрадываешься? — спросил я мысленно.

— Просто так, — странно ответила девушка.

Башня находилась рядом с библиотекой, о которой рассказывал Сайрис. Но с ней будем разбираться чуть позже.

Башня Разорванного домена [доступно переименование].

Источник: осквернённый источник. Стихийная привязка: паранойя [разум, пустота].

Отсутствует стихийное соответствие, источник недоступен.

Резервный источник: Библиотека [Разорванного Домена]. Стихийная привязка: универсальна.

Получена синхронизация со стихией [Вода / Астрал / Тьма / Лета / Стикс / Пустота] + 26 %

Владелец: Отсутствует.

Желаете захватить?

— Никогда не слышал о такой гибридной стихии, как паранойя. А бонус, хоть и универсальный, но хилый какой-то. — заметил я.

— Здесь снаружи аномалия, — поведал Нирал — Пакостная такая. Скорее всего от пустотников.

— Наверное, наследство Чёрного Солнца, — криво усмехнулся Сайрис.

— Чего? — не понял я.

— Да был тут один ехидный колобок, пока я его не грохнул. Раньше здесь всё было заражено пустотой, а из разлома лезли всякие твари… Сейчас уже вроде всё мирно, но лучше бы на первое время держать усиленную стражу и патрули. Мало ли какие недобитки проснутся.

— Спасибо, — кивнул я. — Учту.

Я вышел из узкой высокой башенки у самого обрыва. На другой стороне, была ещё одна, чуть поменьше — для библиотеки. Судя по описанию, библиотека и была вторым источником, сама по себе.

Выйдя за башню у обрыва, я увидел здешний источник магии воочию. Это было странное месиво из застывших светящихся камней. Кислотно-зелёные отблески делали их похожими на пиксельную версию Стоунхенджа.

— Это сила фрактала, а не пустоты… — с сомнением заметил я. Очень уж заметно всё это походило на какую-то версию кубиков этой стихии. — Где Терми?

— Здесь я, — отозвался друг. — Но это скорее последствия стихийной битвы. Когда-то давно в этом домене было сражение с использованием силы фрактала. Но сейчас я ничего с этим не сделаю. Разве что высвободить фрактал изо всех этих зависших камней, чтоб те попадали…

— Да нет, мне нравится. Пусть будут. В каждом домене есть своя фишка. У нас будет такая. А источник я тогда немного подкорректирую.

Следует сказать, что Разорванный Домен внешне не сильно отличался бы от домена Смерти, где мы в своё время стартовали учениками. Если бы не огромное изобилие безобидных фрактальных аномалий.

Части зданий и отдельные камни часто висели над землёй, намертво замерев в воздухе. Никакие попытки сдвинуть их силой успехом не увенчались, так что я уверился уже, что это невозможно.

Я закрыл глаза, взывая к Дафне. В голове всплыла молитва посвящения, и я чуть слышно произнёс:

— Открой путь сиянья теченьем речным, — и затем сразу же, — истоками рек посвяти меня в тайну.

В этот раз что-то было не так, как прежде. Земля задрожала, во лбу и на затылке почувствовалось какое-то давление. Но я продолжал повторять слова призыва богини. Вокруг заструились большие капли тёплой воды.

А затем — сверху хлынул мощный поток!

Вы создали большое святилище Дафны.

Я изумлённо уставился на созданное.

Сверху продолжала падать пещерная река, неизвестно как пробившая путь из-под сводов пещеры над нами. Мощным потоком струя падала ровно в то место, где раньше был осквернённый исток, а теперь был бесконечный водопад.

Похоже, богиня решила меня наградить повышением уровня созданного источника.

Башня Звёздного Зверя.

Источник: большое святилище Дафны. Стихийная привязка: вода.

Владелец: Синаэль тар Мантикор *Магистр Звёздного Зверя*. Стихия: вода.

Регенерация маны магов воды повышена + 600 %. Сила заклинаний воды +40 %

Резервный источник: Библиотека [Домена Звёздного Зверя]. Стихийная привязка: универсальна.

Получена синхронизация со стихией [Вода / Астрал / Тьма / Лета / Стикс / Пустота] + 26 %

+ 7 % к силе заклинаний стихии владельца.

— Терми, собери несколько боевых групп под пустотных тварей и проведите зачистку домена, — распорядилась Ласка.

Это было первое, что я подумал, глядя на всё это. Но девушка поняла и озвучила мысль первой.

— Нир, и ты тоже… — я растерянно обернулся — вроде ещё недавно мой главный маг был тут.

— Он уже в библиотеке, — хмыкнула Ласка. — Да и я бы туда сходила. Разве тебе самому не интересно?

— Просто хотел сперва осмотреть новые владения, — пожал я плечами. — Иди сама. Мы ведь всегда вместе.

Девушка улыбнулась и смущённо кивнула. А затем распалась чёрным облачком и быстро помчалась через ущелье на остров с библиотекой.

— И как ты не устаёшь от постоянного контакта? — с насмешкой поинтересовалась Дракоша, едва Ласка скрылась. — Вы хоть иногда отрубаете эту способность?

— Ты где пропадала, Фай? — с тех пор, как мы вошли в город, пиромантка почти всё время была где-то в отлучке.

— Старые друзья покоя не дают, братик, — улыбнулась девушка.

Её версия похода в Клинковую Рощу, рассказанная в академии, была ложью. Это уже очевидно для нас обоих. Но тем не менее, её насмешливое «братик» всё равно слышалось постоянно.

— Если нужна помощь Башни, говори, — я пожал плечами.

— Очень мило с твоей стороны. Обязательно учту. Хотя сейчас главная угроза твоей башне, это если ты вдруг в меня влюбишься.

— Это что, признание? — не понял я. — Если так, то боюсь, Ласка не одобрит.

— И будет гоняться за мной со всем своим арсеналом ножей, ага, — ухмыльнулась Дракоша. — Но я скорее о том, что твоя башня состоит из моей и твоей френдзоны. Так что в таком случае в Звёздном Звере будет кровавая бойня, хи-хи.

— Интересные у тебя мысли, сестрёнка. Но ты сама знаешь особенности тари, так что гарема не будет. Кстати, там за барьером твари трёхтысячного уровня бесятся. Если ты вдруг забыла о настоящей опасности для Звёздного Зверя и всего Доминиона.

— Ты здорово недооцениваешь социальный аспект и привязанности в своей башне, Син. Но дело твоё. Я здесь по иному вопросу. Когда ты с обираешься дать любимой сестрёнке статус младшего магистра?

— Как только найдёшь бесхозную башню — говори, подключим к портальной сети и выдадим статус.

— Но ведь ты её выдал этому Матиасу! — обиженно надула губки Дракоша.

— Он маг астрала. Кому ещё мне отдавать башню этой стихии? Хотя… кажется, я знаю одну действительно никому не нужную башню.

— Правда? — обрадовалась Фай.

Я припомнил старину Анкерия Безветренного и его владения. Ни за что бы не стал селиться в настолько мрачном месте, особенно зная историю домена. Но если уж ей невтерпёж стать магистром третьего потерянного домена в городе… башне Зверя это будет полезно. Три башни в подчинении — это уже уровень одного из сильнейших доменов, вроде Огня или Призраков.

— Смотрю, ты теперь в центре внимания, — услышал я голос Лесата.

Что-то я всем становлюсь постоянно нужен. Интересно, всех магистров поминутно дёргают так же?

— Рад видеть, что ты опять с нами, дружище.

— Теперь я официально буду помогать тебе дружить с Лакки, — ответил искатель.

— Мог бы и полностью к нам перейти. Чем тебя так подкупила магистр Знаний?

— В башне Знаний есть свои плюсы, — загадочно улыбнулся Лесат и перевёл тему. — Каковы наши дальнейшие планы?

— Такие же, как и у вашей Лакки — защита Доминиона, — ответил я. — Артефактов у нас нет, так что с первым барьером мы не поможем. Но завтра поутру начну строить источники у башен. Везде, где есть маги стихии воды.

— Звучит скучно. Да и выиграет от этого очевидная Ирис.

— Звучит, как осадное положение, — с тяжёлым вздохом поправил я.

* * *

Ласка переступила порог высокого древнего здания.

Стены были толщиной где-то от полуметра, а дверной проём наводил на мысли о великанах.

Внутри, у самых дверей, какие-то вандалы когда-то палили костёр. Хорошо хоть, что не из книг. Но тем не менее над головой уже собрались следы копоти.

За костром виднелся потемневший котёл с какой-то посудой. Но вот за ним начиналась самая настоящая библиотека. Высокие стеллажи с книгами уходили куда-то вверх под недостижимый потолок величественного здания.

Библиотека явно пережила не лучшие годы, но она по-прежнему впечатляла.

Внутри нашли себе пристанище голубоватые светлячки-маноеды. Благодаря этому в помещении сохранялось лёгкое освещение, помогавшее не наталкиваться на предметы. Но чуткие глаза навы видели библиотеку так же хорошо, как эльф на ярком свету.

Девушка прислушалась, пытаясь уловить присутствие Нирала или кого-то из башни. Но вместо этого ей приветствовал местный хранитель.

— Мию нарэ, сосуд пустоты, — послышался хитрый голос у неё за спиной.

Ласка мгновенно отскочила единым потоком чёрной воды, и вынырнула спиной к стене с артефактным кинжалом в руке.

Вокруг начал медленно формироваться туман. Контроль воды был ещё далёк от совершенства, но расплываться в облаке и выныривать с оружием за спиной у врага она уже научилась.

Вот только врага перед ней не было. Поэтому она начала формировать водные копии, чтобы сбить его с толку, и вместе с тем пристально следить за распространявшимся по полу туманом.

— Это просто приветствие на языке одной вымирающей расы. Незачем меня за него убивать, — с насмешкой ответил незнакомец.

— Покажись, — тихо приказала Ласка.

— Да не вопрос, если не станешь тыкать в меня всякой дрянью, — ответил голос.

Вокруг вдруг ударил резкий порыв ветра, разом выметший туман и развеявший две её водные копии. А затем рядом появился красноволосый высокий парень с лисьими ушками и глазами, будто тёмный янтарь.

В руках у него была бутылка какого-то крепкого алкоголя, а из небрежно накинутого на плечи халата проглядывал голый торс. Лис толи хвастался прессом, то ли ему просто было плевать на свой внешний вид.

— Ты хранитель этой библиотеки? — безразлично спросила Ласка, глядя куда-то сквозь незнакомца.

— О, так сосуд безумного бога искал мою скромную персону? — расплылся в улыбке хранитель.

— Я искала библиотеку, своего товарища и книги о пришествиях неназываемой.

— Любопытный выбор. Зачем читать о том, что можно сделать самой, а? — с усмешкой спросил хранитель.

От намёка на пророчество и роль сосуда в нём, Ласку передёрнуло.

— О, на твоём лице всё же иногда бывают эмоции, — одобрил хранитель. — Меня зовут Харо Книгозмей. Да, я здешний библиотекарь. А ещё красавец, музыкант и герой женских грёз.

— Я хочу знать, что я не должна делать, — безразлично пояснила Ласка. — Если ты не собираешься мне помогать, я пойду и поищу всё сама.

— Да погоди ты. Я читал все эти книги, — небрежно отмахнулся он. — Рассказать пару сказок не проблема. Просто толку тебе от них будет чуть. Судьба уже написана и от неё никуда не уйти.

Девушка медленно подняла глаза вверх, на уходящие вверх стеллажи. Затем на залы за спиной полуголого хранителя, заполненные такими же стеллажами, и чуть менее равнодушно спросила:

— Все?

— Не смотри так, — хмыкнул Книгозмей. — За тысячу лет кто угодно здесь всё прочитает, просто от скуки.

Звучало так, будто ему стыдно за отхождение от образа глуповатого алкаша. Хоть и красивого, надо признать.

— В таком случае покажи мне нужные книги, — нашлась Ласка. — И Нирала.

— Ой, да в порядке ваш маг. На нижнем этаже книги по пиромантии асу листает. А я и сам могу рассказать тебе всё, что нужно.

— Зачем? — просто спросила Ласка. — Тебе неприятно моё общество.

— С чего ты взяла? Может, я наоборот, влюбился в тебя с первого взгляда. Воспылал внезапной страстью…?

— Я чувствую твои эмоции, хранитель, — бесцветно отозвалась Ласка. — Что тебе от меня нужно?

— Значит, это правда. Ты нав, но твоё сердце бьётся в унисон с тари, — задумчиво сказал Харо. На этот раз без улыбки и лживой слащавости в голосе. — Действительно, подойти ближе к истории младшей дочери Смерти ни у кого ещё не получалось. Более подходящего сосуда не могло быть. Ещё и пленных богов притащили поближе.

— Это не наша вина, — покачала головой Ласка. — Мы пустотники, Харо, но мы не служим бездушному богу.

— Зачем же тогда вы ходите по монорельсу пророчества? Почему в компании с глашатаем ходят две воплощённые богини света?

— Потому что нам негде их спрятать от Тиши, — честно ответила Ласка.

Книгозмей упал в одно из роскошных алых кресел рядом и расхохотался.

— Аахах! Боги, ахахах! — лис покачал головой, а затем снова залился безудержным смехом.

— И от принцев безумия тоже, — добавила Ласка, осознав, что это и впрямь забавно звучит. Пытаясь решить вопрос с пророчеством, орден сам вынуждал их с Сином к нему приближаться.

— Так что ты хотела узнать здесь, сосуд?

— У меня есть имя, — тихо, но твёрдо отозвалась девушка. — Я Ласка. И я хочу остановить это пророчество. Как и Синаэль.

— Его нельзя остановить, — тяжело вздохнул хранитель и отвернулся в сторону. — Судьба будет вас толкать к этому так или иначе. Змеи готовились к этому много лет. Принцы безумия ждали. Сейчас история ждёт только вас. Всё готово. Сосуд и глашатай.

5. Башня Звездного Зверя 2/2

— А если мы откажемся? Просто не будем ничего делать? Или… сбежим?

— Я не знаю как, но пророчество всё равно будет исполнено, — покачал головой Харо. — Так было во всех предыдущих циклах. Когда вымерли сорамин, пали асу, исчезли тари, аму и… мой народ. Возможно, если этого не станете делать вы, вас просто убьют и займут ваше место. В принципе, так тоже можно.

— И что, никаких вариантов? Как это было раньше?

— Пророчество всегда было разным, — пожал плечами хранитель библиотеки. — Ворон сперва лишили магии. Думаешь, они этого хотели? Пустота пришла, когда они пытались её вернуть. А змеи? Да, они всегда стремились к власти. Но думаешь глашатаю и сосуду из змеиного народа сильно хотелось лишаться разума и быть рабом? Или тому тари, который полюбил демоницу, и ради неё предал свой народ? Или пёс аму…

— И сколько раз глашатай и сосуд пытались сопротивляться? — прервала его Ласка.

— …Или когда пророчество пришло в королевскую семью чиффари, сказав, что пустота возродится, когда брат пойдёт на брата, а народ лисов добровольно истребит сам себя⁈ — продолжал хранитель, заводясь.

— Ты был глашатаем пустоты во времена падения народа лиса, — поняла Ласка.

— Моё имя не так известно, как имя моего брата, — с горькой усмешкой сказал Книгозмей. — Возможно, его ты помнишь лучше. Его зовут Харо Пустынный. Основатель ордена Тиши.

— Вот как, — в голосе Ласки послышались нотки удивления. — Как это произошло?

Книгозмей тяжело вздохнул. Говорить об этом ему явно не хотелось. Но он пересилил себя:

— Брат очень любил наш народ и нашу семью, — начал хранитель. — Так сильно, что поставил перед собой цель найти средство от пустоты любой ценой. Он знал, что рано или поздно она придёт за нами, как до того приходила за всеми другими народами в пик их расцвета. Изучал магию и историю древних, анализировал их попытки борьбы. В какой-то момент это стало его манией.

— Он не нашёл способ?

— Нашёл… Мой брат понял, что есть лишь одна сила, которую неспособна исказить пустота. Смерть. Мёртвые не чувствуют, Ласка. У зомби на разум не влияют никакие гормоны. Только холодная логика, которая не видела разницы между живым и мёртвым.

— Самый простой способ спрятаться от пустоты — умереть, — тихо сказала Ласка.

— Несколько вспышек стихийного заражения, и Харо вырезал целые поселения. А многие по глупости и сами шли к брату, чтобы лишиться жизни и стать живым мертвецом. После себя он оставлял пустыми целые города. За это его и прозвали Пустынным. И чтобы его остановить, я…

Бывший принц лисьего народа опустил голову, словно на неё сверху опустился мешок песка. Глаза его потемнели, и он сделал два больших глотка алкоголя из бутылки.

— Тебе пришлось использовать пустоту, — поняла Ласка.

— Если точнее, заключил с ней союз, чтобы остановить своего брата. Кто-то должен был. Иначе на этой планете остались бы одни ходячие мертвецы…

— Мне жаль… — с сочувствием сказала Ласка.

— Отец отдал нам империю Лиса. Мы же с братом обратили её в пылающие руины… Ни алкоголь, ни бабы, ничто не помогает мне забыть об этом ни на минуту. Я тоже думал, что смогу сопротивяться пророчеству. Но в итоге исполнить его оказалось единственныйм способом сохранить хоть что-то от моего народа. В конце концов, дочь Смерти никогда не истребляла весь народ под корень. Даже тари, которых ненавидела больше всего, хоть и сама по крови наполовину была одной из них.

Ласка стояла, не зная что ещё сказать. Её собеседника будто прорвало, нечто давно накипевшее, болезненное, что не находило себе выхода прежде.

— Она сама же подогревает нам надежду, чтобы мы не сдавались раньше срока, — печально добавил Харо, после чего приложился к бутылке.

— Но ты сохранил свой вид. Лисы по-прежнему самый распространённый вид зверян. Разве что крыс больше.

— И ещё гверфов, — заметил Харо, успокаиваясь. — Но если бы я думал чуть больше, империя Лиса могла бы существовать и поныне.

— Ты же сам сказал, что это пророчество. Не стоит так винить себя, — Ласке стало жаль хранителя.

— Да… всё так, — снова вздохнул Харо и сделал глоток из фляги. — Всё так… Глашатай пустоты во времена амуанити, к слову, как услышал пророчество о себе, стал делать всё с точностью до наоборот. Буквально уходил в противоположные локации, убегал от всех ключевых персонажей пророчества или убивал ключевые в нём фигуры. И знаешь что? В итоге оказалось, что пророчество и было в тот раз создано с расчётом на то, что его возьмёт волк, который станет поступать именно так.

— А если убить себя? — спросила Ласка.

— Тогда твоё место просто займут другие. Поверь, там всё продумано. Смерть глашатая или смена сосуда тоже может оказаться частью плана.

— И… что мы можем сделать…? — совсем уж растерянно спросила пустотница. И затем поняла, как нужно спросить на самом деле. — Как бы ты поступил на нашем месте?

— Я бы бежал от такой судьбы. Просто бежал бы, — с горечью ответил Харо. — Вы ведь можете просто перестать быть глашатаем и сосудом.

— Как⁈ — на лице Ласки появилась надежда.

— Это же просто. Перестать удовлетворять условиям. Не подходить ему.

— Это как?

— Ты и твой тари должны навсегда забыть друг о друге и никогда больше не видеться, — ответил хранитель. — Вы же оба сейчас меня слышите из-за синхронизации? Знаете, некоторые тари сходили с ума от постоянного использования этой способности.

— Что ты имеешь ввиду под «не видеться»? Зачем? — всё ещё не понимала девушка. Не хотела понимать.

— Подумайте сами. Если вы выберете себе иную пару, при чём желательно не из пустотников, вы перестанете подходить на нужную роль. Больше сделать вы ничего не сможете.

— А пророчество?

— Ваше место просто займут два других пустотника. А дальше уже от них зависит, как себя вести. Да, в целом это не меняет общую картину, вы верно поняли. Это решение чисто для вас, не меняющее исход в общем.

В этот момент за спиной девушки возникло чернильное облако, из которого появились руки, крепко обнявшие её.

Я вынырнул рядом с Лаской, решив дать ответ лично.

— Мы найдём другой способ, — ответил я.

Даже на миг предположить такой выход я не мог. В первую очередь потому, что это не было никаким выходом. Лишившись Ласки, я просто запущу таймер проклятия мантикоров тари, и очень быстро превращусь в одного из принцев безумия. Очень сомневаюсь, что от этого хоть кому-то будет лучше.

— Наивно. Думаешь, вы первые, кто задумался о том, чтобы обойти пророчество? У него уже были все промежуточные точки. Каждый раз, когда вы могли не встретиться по той или иной причине, пророчеству пришлось бы искать других исполнителей.

Я молча покачал головой.

— Это бессмысленно, — ответил я, ещё крепче прижимая Ласку к себе.

— Тари… — понимающе хмыкнул Харо. — Знаете, мой народ считал ваши отношения видом извращения. Что ж… дело ваше. Всё равно главное случится в любом случае. С вами или без вас. Что ж надеюсь, следующая эпоха будет веком возвышения сиинтри… Новый Подземный Король.

— В таком случае, ты не будешь нам мешать рыться в твоей библиотеке? — спросил я.

— Да вперёд, — махнул рукой Харо. — И я по-прежнему хранитель, так что вы всё ещё можете просто спросить. Я не могу напрямую солгать на счёт книг и обязан вас терпеть минимум сутки. Да и потом буду, если не обнаглеете. Я здесь дохну от скуки уже хренову тучу лет.

— Кстати, этот домен теперь мой, — заметил я.

— Да вперёд, — повторил слова и жест Книгозмей. — Я не могу покинуть свою библиотеку. Тем более, что может, вы и правы, а я — ошибаюсь. Однажды я уже ошибся со своим братом, так что теперь никогда не в чём не уверен на все сто процентов.

— Ошибаешься в чём? — поймала Ласка.

— Вы ведь хотели спросить, как я стал глашатаем, верно? Всю историю, да? — хмыкнул Харо. — Да только нет её, этой истории. Когда я понял, что творит мой брат, и не смог его вразумить и остановить своими силами, я обратился к пустотникам. Примерно так, как нельзя сделать пустотником нежить, не стоит пытаться делать пустотника нежитью. Тогда получается гибрид, нежить-пустотник с осколком искажённой души.

Я припомнил Немиану. Она ведь именно так и пошла — заразилась пустотой, затем переродилась нежитью. Ну и потом сменила расу на тари, живую. По сути, случай уникальный в своём роде.

— Поэтому ты начал обращать свой народ в пустотников против обезумевшего брата-некроманта?

— Да, — кивнул Харо. — Глупо, правда? А ведь я с самого нала ненавидел пустоту. И не видел другого выхода. Когда я начал осознавать, что творю, понял, что остановиться уже не смогу. Я сам начал сходить с ума — ты должен знать, как пустотник. Пока есть я — брат не остановится и будет ещё активнее творить геноцид. Я же был вынужден превращать свой народ в чудовищ, надеясь что кто-то выживет на пепелище.

— И что ты по итогу решил?

— Выйти из игры, тари. Отказаться от борьбы, чтобы победить. Сбежать.

— Куда?

— Да сюда же! — рассмеялся хранитель. — В эту библиотеку! Ты видел темницы богов — здесь тот же принцип. Как бы я не хотел вмешаться в то, что происходит вне этого места, я ничего отсюда не могу сделать. Только передавать знания или общаться. Даже моя магия развеивается сразу после того, как библиотеку покидают. Я даже убить вас не могу в первый день посещения библиотеки!

— Значит, дольше задерживаться не будем, спасибо, — я хмыкнул.

— Да ну тебя, — как-то сразу сник Харо. — Я не стану этого делать. Я же знаю, что проклятое пророчество всё равно предусмотрело и это.

Всё это время я прислушивался к эмпатии и внимательно следил за хранителем. К этому моменту я понял, что лис-хранитель практически безумен. Ходит по самой грани между тем, чтобы провалиться в бездну или остаться в сознании. Хоть и умело это скрывает.

Если он заперт здесь со времён падения народа лиса, то все его слова могут быть правдой. Кто угодно двинется крышей, просидев больше тысячи с лишним лет в библиотеке. Не удивительно, что он перечитал их здесь все. Небось ещё и не по одному разу.

— Вот почему ты предлагаешь нам просто изолироваться друг от друга.

— В вашем случае хватит и этого. Это лучшее решение, к которому я за это время пришёл. И представителей моего народа сейчас больше чем всех ворон, змей, котов и волков, хехе!

— А другие попытки избавиться от бога-чудовища были?

— Да, тари. Вороны пытались несколько раз через физическое уничтожение. Но убить все потенциальные активаторы возвращения безумного бога невозможно. Затем вторая волна ворон, выживших и лишившихся магии обратилась к науке. Вот только на самом деле теперь их главным планом было — свалить к демонам в космос, построив воздушный корабль. Некоторые верят, что кому-то это даже удалось.

— Ещё?

— Змеи пытались задавить силой магии. Они изворотливы, и умеют играть в игры разума. Вычислять пустотников для них не более чем ещё одна сложная социальная игра, которых у них и так дохрена. Хорошая попытка. Идея подавить зло в зародыше гениальна, как и всё змеиное. Да только не тогда, когда пустота может стать аргументом в борьбе за власть. Пусть даже тайным и точечным аргументом. Так власть среди змей досталась пустотникам, которые повели цивилизацию к гибели.

— Это всё?

— Как говорит одна моя подруга, «я знаю только то, что знают книги», — пожал плечами хранитель.

— Вы знакомы с Лакомкой? — удивился я.

— В каком-то смысле, — чуть улыбнулся хранить. — Она в некотором роде моя ученица.

— Как с пустотой боролись остальные? — вернула нас к теме разговора Ласка. — Возможно, есть легенды или сказки с идеями как победить пустоту?

— Тари о приходе пустоты не знали. От цивилизации змей на поверхности к тому моменту мало что осталось, многие асу вовсе деградировали до болотных племён людоящеров. Но им сильно повезло с психологией. Из всех пяти рас у асу лучше всего получается обманывать собственный разум. Они ведь с детства учатся интригам. А вот заражение эмпатичного тари пустотой, то есть силой, основанной на тёмной эмпатии, умножает эффект. Потому заражать кошачий народ изнутри сложно, а магическая кривая тари…

— Магическая что…? — не понял я.

Харо отхлебнул напиток из бутылки и отставил пустую тару прочь.

— Тари одна из самых долгоживущих рас. Среди них от старости вообще если кто-то и умер, я о таких не знаю. И строение психики у них очень сложное. Порасспрашивайте как-нибудь у Безупречного об их традициях смены имён, например. О теории распада души и астральных перерождениях. Потому природа и дала вам такую эмпатию, чтобы за тысячи лет бок о бок не поехать крышей.

Книгозмей сделал короткую паузу и приложился к бутылке. Сделал несколько больших глотков, после чего продолжил:

— Для общества тари их фанатичная привязанность была нормой и вписывалась во все их верования. Без неё тари бы вымерли нахрен от скуки уже после первой тысячи лет мирной рутины. Только представь, каждый день делать одно и то же, работать на одной работе, играть в те же игры, спать с одной и той же подругой… уф! Ни один чиффари бы такого не выдержал. А тари мало того что жили так тысячи лет, та ещё и кайф от этого ловили. Эволюция, чтоб её…

— История тари очень интересна, но её я бы послушал чуть позже, — сказал я. — У нас не так много времени до того, как падут защитные башни. Лучше скажи, как они сражались с пустотой и чего достигли? Кто был глашатаем?

— Тари не придумали ничего лучше, чем создать барьер от пустоты, закрыв глаза на неприятность. Хотя, даже на это ушли жизни всех их сильнейших магов. Хотя, самопожертвование ради близких у них в крови. Так что тари просто растягивали удовольствие, как могли, откладывая проблему в долгий ящик. Вся их история — борьба с какой-нибудь напастью. Сражаться с фанатиками, готовыми жертвовать собой ради общего блага — даже для пустоты слишком.

— Тогда почему они проиграли?

— Стоило чуть надломить их сложный социальный уклад, и тари начали вымирать. Потому что в нормальном обществе их мировоззрение ломается начисто. Лисы за свою жизнь успевают десять раз влюбиться, разлюбить и опять по новой. А котов это убивает нахрен, превращая в грёбаных психопатов. Главная сила с их жертвенным фанатизмом превращается в проклятие мантикоров…

— Значит, тари ничего не придумали… жаль. Ещё кто-нибудь?

— Про аму ещё скучнее, — сказал хранитель. — Их народ жил в гармонии с природой, и с сильной волей. Про пустоту они знали, но относились как к мифической последней битве конца времён. Так оно, в общем-то, и было. А может, пустота просто с каждым разом просто становится всё сильнее… Не знаю! В любом случае, они ничего нового не придумали. А что было с чиффари, я вам уже рассказал. С первых мест, как говорится.

— А как на счёт идеи запереть безумного бога в другом мире?

— План Ректора? — показал осведомлённость Харо.

— Запасной план Ректора, — поправил я.

— Значит, я был прав. Змеям не понравится разрыв договора. Тогда очень скоро здесь появятся весь цвет нижних уровней. Асу не любят, когда их обманывают. Интересно только, почему Нархаармис пошёл на это… Не знаешь, магистр башни?

Выходит, это правда, и Доминион был в союзе с ними. Следовало задуматься об этом ещё когда я узнал о существовании отдельного района змей в городе.

Но ведь не так давно на город нападали чихары вместе с орденом Тиши. А чихары — вроде как слуги змей… Выходит, змеи уже тогда были в союзе с Тишью. И сейчас они тоже будут действовать сообща.

Дерьмовые времена настанут для Доминиона с такими врагами.

Так почему же на самом деле великий Ректор решил отказаться от плана по уничтожению мира-темницы? И могу ли я поделиться этим с Книгозмеем, запечатанным в этой библиотеке?

Ректору не нужны массовые смерти в реальности. Он хочет использовать людей реального мира, а не истребить их.

Но ответил я, на всякий случай, иначе:

— У Ректора есть веская причина на это. Причина, не связанная с богом-чудовищем.

6. Предел поисков

Мы ещё долго говорили с лисом, и смотрели некоторые книги. Нужно было изучить все возможные варианты вопроса в противодействии пустоте и её пророчествам.

Забрасывать древних богов в иные миры борцы с пустотой ещё не пробовали, так что шанс на успех этого плана был. Хоть я и с трудом представлял себе способ это сделать. Даже с учётом слов Ректора — никто ведь так просто не поверит в прорыв игрового злодея в реальность.

Или поверят? Или… дело будет в другом…?

Как бы то ни было, обдумывать всё это приходилось на ходу.

Жизнь магистра домена оказалась переполнена делами. Новые владения требовали внимания. Да и в целом следовало готовить город к скорой осаде. В конце концов часть проблем можно было решить привычными методами.

Спустя пару часов, проведённых в библиотеке, пришлось идти к башням вокруг Доминиона, чтобы создавать источники магии воды.

В тот день я создал ещё один большой источник, окружив одну из тощих магических башенок в пещере, небольшим озерцом. Заночевать пришлось там же, давясь эликсирами, отгонявшими сон.

За этот день я создал ещё два источника магии воды. На удивление, эта способность аквы оказалась едва ли не самой востребованной в последнее время. Сила магов воды в городе возросла настолько, что даже Танатос прекратил поддевать Ирис и старался держаться подальше.

Началась рутина очередного учебного года академии Хрустальной башни в Стержне Доминиона.

В конце того дня я без сил вернулся в башню и чёрным облаком взлетел верх.

Да, как и прочим магистрам, мне пришлось жить в башне. Так можно держать под контролем всю территорию. Понимать, куда расходуется мана источника и распространять мои заклинания на самые окраины домена. Древние были гениями — создать гигантский посох, работающий по тому же принципу, но во много раз выше.

— Син…

— Всё в порядке. — Я уже знал, что она хочет мне сказать. Пока меня не было в домене, она большую часть времени провела в библиотеке Харо. Но ничего нового о пустоте так и не выяснила.

— Завтра я начну изучать всё что есть по тари, — поделилась она. — История, культура, легенды о Пустоте. Им ведь удалось однажды отогнать Её силой?

— Всего раз, и ценой жизни всех магов их расы. Но мы справимся, — я взял её за руку и крепко сжал. Как она каждый раз, когда хотела меня приободрить.

— Я знаю, Син. Просто пока не понимаю, как, — хмуро отозвалась Ласка. — Бездушный бог не имеет формы. Он нигде не воплощён, а просто где-то там есть.

— В любом случае, мне нравится наш новый дом.

Ласка шагнула к стене, потянула рукой за верёвку, и позади неё раскрылось огромное окно с видом на Разорванный Домен. В тёмную башню залился фиалковый свет кристаллов за окном. Внизу горели тысячи огней в домах. Намного больше, чем я мог предположить.

— Откуда столько?

— На самом деле, большинство из них — зверяне. Вроде как наша башня занимается развитием и изучением расовых возможностей. Вот они и пришли ловить крупицы знаний о самих себе. Или просто подумали, что мы будем к ним теплей относиться. Так что у нас скоро будет домен зверян.

На лице девушки загорелась хитрая улыбка.

— А ещё это всё — наше, — тихо добавила Ласка. В глазах её на миг вспыхнули огоньки, но затем девушка вновь помрачнела. — Наверное, трудно будет от этого отказаться.

— Отказаться? Ты всерьёз думаешь над словами Книгозмея? — удивился я.

— Я могу отказаться от всего, кроме тебя, Син. Если бы ты выбрал этот вариант, я бы просто продолжила быть твоей Тенью. — ответила девушка, и затем добавила мысленно. — Сталкерила бы тебя с другой стороны мира.

Девушка покраснела.

Мы могли общаться и мысленно, но она знала, как мне нравится её голос.

— А вот просто сбежать… — продолжила она, отвернувшись в пол оборота. — Возможно. Просто бежать без оглядки через всё Подземье. Туда, где нас никто не найдёт. Найти одинокую пещеру и спрятаться там ото всех…

Когда-то давно я сам был одержим этой идеей.

— …Сбежать от всего мира, но на своих условиях.

Как же мне хотелось сказать «да».

— Звучит неплохо, но… жить оглядываясь… я бы хотел большего для тебя и… всего что у нас может быть в будущем, — сказал я, не зная как правильно сформулировать мысли.

Но Ласка через ментальную связь всё поняла и вновь покраснела.

— Сейчас лучший момент для того, чтобы что-то изменить, — ответил я. — Возможно, мы просто остановим орду чудовищ и проведём ритуал штатно, безо всяких сюрпризов. И уже через год жизнь уже будет совсем другой… какой?

Даже представить сложно. С первого дня в Мельхиоре меня вели какие-то идеи. Спасти Ласку, получить звериное имя, а потом стало вообще не до рефлексии. Ускоренная прокачка под руководством Танатоса, бесконечная учёба, чтобы пережить ещё один день. Наставник почти не оставлял шансов на нормальную жизнь студентов магической академии. Хотя, именно это нас во многом и спасло позже.

Наверняка если бы не его давление, мы бы с Лаской быстро отошли от дел и наслаждались обществом друг друга, выполняя планы обучения лишь формально. Как это делали большинство учеников, на самом деле ведущих мирную жизнь. В любом большом домене города их полно.

— К тому же, у нас есть портал в башню Терний, — добавил я. — Для эвакуации всех наших, если всё пойдёт совсем плохо.

— Да, время ещё есть… — растерянно вздохнула Ласка. — Но я буду продолжать искать способ нас спасти.

Я потянулся вперёд и обнял девушку. Когда она рядом, я чувствую себя почти всемогущим. Но даже так я пока не вижу ни одного пути, кроме как усилиться и окопаться.

* * *

Время ещё было…

Но утекало оно слишком быстро.

Напряжение не стихало день ото дня. Ласка не находила в библиотеке ничего нужного, подтверждая слова Харо. Тень, а вернее мы вместе, становились экспертами в работе магии пустоты и постепенно становились экспертами в истории Мельхиора.

Словно почувствовав мою усталость, за спиной мелькнула тень чёрного облака, и я почувствовал нежные объятья Последней Ласки.

Девушка в последнее время тоже изматывалась. Информации в библиотеке Харо было слишком много, чтобы даже с его помощью быстро перебрать всё, что известно о тари, пустоте и историях о неназываемом боге. И о пророчествах, конечно же.

— Не думал, что их так много, — с сомнением сказал я, глядя на тянущуюся внизу вереницу зверян. Их прибытие в мой домен всё не заканчивалось — такими темпами мои владения ещё и станут самыми густонаселёнными. Ну, или в пятёрке таковых точно.

Ласка быстро нашла общий язык с местными. Будучи заключённой в Стержне, она не видела никого, кроме незу и редких забредавших чихар. Но остальные расы оказались интереснее.

В городе на удивление, укрывалось огромное количество всяких свинолюдов, сов-оури, несколько незуми-ренегатов, не пожелавших воевать за власть над миром под флагами Ашараша. Нашлось даже парочка редких сиинтри и относительно разумных бежавших из племён в мире Клеток чихар с яркой красной шерстью и гривой.

Но в основном, это были гверфы. Двухметровые свинолюды уважали силу и любили хорошо выпить. Раса навов всегда считалась самой сильной физически, и неуязвимой к яду. Потому Ласку по-умолчанию считали кем-то достойным уважения. Просто из-за бледной кожи и угольно-чёрных волос.

Благодаря этому девушка начала чаще общаться с ними, вникать в положение зверян в Доминионе и ещё много чем им помогла, так что отдариться историями и байками своих народов они были только рады. Так тень неожиданно начала приобретать уважение среди зверян Доминиона.

Но увы, что в библиотеке Харо, что в преданиях местных, решения не находилось.

Тем временем, я закончил создание источников, и мы приступили к укреплению магических формул и всего прочего, что могло хоть как-то продлить жизнь барьеру.

Идей и разговоров на тему задержки врага вообще ходило множество. Вот только почему-то среди них не было ни одной, говорившей о том, как победить чудовищ. Только «остановить», «задержать» и так далее.

Это могло говорить только об одном — Ректор с самого начала думает только о грядущем ритуале. Судьба Доминиона после этого его интересует в куда меньшей степени. Впрочем, у существа такого уровня действительно мог быть особый план на этот случай.

Интересно, насколько мудр Ректор? Я имею ввиду конкретную характеристику в инфо. Как с ней всё плохо? Я вижу в его действиях великий, но холодный ум. Спешить провести штурм мира-темницы, а всё остальное — в жертву задержке врага.

Когда-то давно подобное уже бывало. Укреплённая цитадель с башней в Подземье, неприступный Небесный Город пал от чудовищ глубинных уровней. Сейчас там зияет аномальная область с прорывом пустоты, проклятая земля под названием Мёртвокотье.

Благодаря Аурелусу и пирамиде Ртути я знал об этом даже чуточку больше — союз зверян чем-то не понравился асу, и те организовали нападение химер, а сами покинули город. Сейчас через это всё придётся пройти Доминиону.

Но в любом случае приказ готовиться к обороне и продолжать обучение был верным. Не знаю, как долго мы сможем продержаться и через сколько начнётся ритуал с переносом в мир-темницу, но к этому моменту я должен обучить как можно больше именных для защиты города от угрозы.

Какое именно соглашение заключил Ректор со змеями? На заре Доминиона здесь был целый квартал, который занимали эти зверяне. Что-то асу здесь готовили, во время войны одержимых, когда маги контрактных стихий воевали с верными Ректору.

Змеи хотели воспользоваться пророчеством, чтобы воскресить бога пустоты в мире-темнице, после чего оборвать все контакты, и пусть демиурги разбираются с безумной дочерью Смерти. Могу понять, почему асу с иллитидом нашли общий язык. У Ректора было достаточно мотивации жаждать мести, а неназываемое зло — свинья пожирнее ядерной бомбы.

Если чудовище окажется в реальном мире, Земля в любом случае обречена. В мире-темнице полным-полно отчаянья, а значит распространяться по миру и становиться сильней для неё будет даже проще, чем в Мельхиоре.

Но вот затем Ректор вдруг резко меняет курс и тайком от бывших союзников начинает свою игру — некий ритуал, в котором обязательно должен поучаствовать я, как один из лидеров диверсионной группы.

Теперь, зная и часть плана Ректора, могу понять его. В своём бесконечном усилении интеллекта он осознал месть создателям слишком мелочной и замыслил создать целую новую реальность, сделав независимой и оборвав возможность влиять оттуда сюда.

Цель куда более благородная, чем банально «убить всех человеков», какую приписывают обычно взбунтовавшемуся ИИ. Где в такой истории место возрождённому богу-чудовищу? Тварь остаётся в Мельхиоре и продолжает кошмарить местных, но… планета будет жить дальше.

Неназываемая пробудится, сожрёт Доминион, остатки местных, закусит змеями с их химерами и пойдёт спать дальше, ещё на десяток-другой тысяч лет. Кого-то она всегда всё равно оставляет в живых, а то потом будет скучно.

Если брать глобальную задумку в целом, это мелочь. Однако если же подключить мудрость, всё смотрится уже не так радужно. Неназываемая — это мина замедленного действия для всех миров. Рано или поздно она найдёт путь все сервера. Может быть, даже сразу. Как-то же она смогла заразить пустотой Гейсира?

Вариант Ректора был однозначно лучше варианта змей. Но и он не был идеален. Он давал отсрочку этому миру, не более. А вариант змей вроде как избавляли от одной проблемы, но совершенно не учитывали другую — что тогда сам мир-темница прикончит сервер и совсем не так, как задумывал владыка Доминиона.

В результате, сколько бы я не ломал голову, однозначного решения не находилось.

Просто верить…?

Я подошёл к окну своей комнаты в башне Звёздного Зверя.

Вечерняя суета смолкала, уступая место ночной тиши.

— Опять ничего? — послышался усталый голос Ласки.

— Как и у тебя? — спросил я в ответ.

Обернулся, и оказался в объятиях тени.

Девушка упорно искала способы манипуляции с пустотой и любые упоминания о пророчествах чтобы понять, с чем мы имеем дело, и чего никак не можем избежать. Но ни одна из зверянских эпох не давала даже надежды.

Пророчества… сбывались все. У них вообще любопытный способ работы. Они сильнее тем больше, чес сильнее в них верят. Примерно то же самое мне в разной форме донесли Танатос и Ректор.

Оно будто снежный ком, сперва похоже на один из мутных образов. Но если этот образ становится достоянием большинства, он растёт и превращается в лавину, которую уже остановить невозможно.

Схожий затык был и у меня. Все ритуалы воскрешения работали по-разному в деталях, но одинаково утыкались в предел времени. Нельзя просто взять и воскресить тысячелетнего мертвеца, и надеяться, что он будет так же бодр, как за пару лет до смерти.

Значит ли это, что я откажусь?

Нет, я просто ищу способы дальше.

Можно зайти с другой стороны. Мои лучшие стороны — гибридные стихии и возможность создавать заклинания с нуля. Возможность менять направления развития всей стихии, как говорила Филин.

— Ты снова уплыл в свои мысли, — заметила Ласка. — У нас ещё достаточно времени.

— Достаточно… но знаешь, порой я думаю, что мы занимаемся не тем. Ищем что-то не то и не там. Может, мы смотрим на задачу не с той стороны.

— Что ты имеешь ввиду?

— Может, есть другой способ. Сбежать от пророчества в мир-темницу…

— Не говори таких вещей, Син. — и без слов добавила в мыслях. — Я не хочу слышать об этом месте. Моё место тут.

— А если я верну их всех? Где тогда будет твой дом?

— Не заставляй меня делать такой выбор. И как ты себе это представляешь? Жрец, воскрешающий мёртвых, на грешной Земле? Хочешь, чтобы тебя назвали третьим пришествием, или что? Наше место здесь, Син!

— Понял. Если ты против, то нет.

— Син. — в голосе девушки собрались стальные нотки, и она закончила твёрдо и чётко. Со всей той уверенностью и силой, какой я ни разу не слышал в её голосе. — Если однажды встанет вопрос, умереть мне окончательно, или снова оказаться там, я выберу смерть. Пожалуйста, запомни мой выбор.

— Вряд-ли выбор будет именно таким…

— Обещай. Я не могу простить тому миру всего, что он с нами сделал. С нами обоими сделал, Син!

— Ты боишься его больше, чем пророчества?

— Тебя это удивляет? — Ласка чуть улыбнулась. — Ты знаешь настоящую меня. Ты единственный из обоих вселенных. Ответь себе сам, чего я на самом деле боюсь?

П росто остаться одной.

У снув, оказаться в холодной реальности.

С о стоном вынырнуть из оков сна в мире, в котором не вернуть близких одной волей.

Т уда, где она перестанет быть смертоносной Тенью, ученицей Смерти.

О ттуда, где она вновь научилась чувствовать, верить, доверять и любить.

Т уда, где нет никого, кто бы встал на сторону изуродованной нищенки из трущоб.

А жизнь исчезает бесследно, вместе с улыбками ушедших близких. Теряет смысл без семьи и становится пустой в одиночестве.

— Пустота, Син, — подсказала Ласка. — Она всегда напоминает мне в кошмарах о том, кем я была раньше. Теперь я не боюсь просыпаться. Кошмары остаются во снах, а счастливые сны я проживаю каждый день. Даже сейчас.

Я заключил девушку объятья и принялся жадно целовать самое близкое, чистое и совершенное существо в двух вселенных.

— Я просто не знаю, куда идти, Син. Я счастлива и благодарна за каждую секунду с тобой, — тихо шепнула Ласка мне на ухо. — Но я не знаю, что мне делать дальше.

С каждым днём древнее зло со дна нижних уровней продвигается к городу. Тот самый запредельный ужас, что одним своим дыханием создаёт волны Подземья. Твари, которые уничтожали каждое крупное поселение, включая Небесный Город, превратившийся в смертельно опасное заражённое пустотой Мёртвокотье. И волчью цитадель, не выдержавшей натиск чудовищ.

Всё это теперь движется к нам, и у нас осталось не так много времени, чтобы к этому подготовиться.

7. Первые ноты затишья

Утро в Башне Зверя пахнет сыростью и свежестью, водой от источника и немного лесными грибами. И конечно же, Лаской.

Девушка сидела на кровати, небрежно укутавшись в одеяло, и листала книгу.

— Доброго утра, мой магистр, — шутливо приветствовала меня девушка. — Кофе у тебя в ногах.

Под кофе подразумевались корешки одной пещерной травы со схожим вкусом. И обычно от готового напитка его отделяло наличие кипятка.

Я протянул руку и собрал в две чашки тоненькой струйкой немного идеальной кофейной температуры… по меркам местного псевдокофе, конечно — корешок травы следовало сильно отваривать, в отличии от нормальных зёрен.

Кстати, надо будет на Земле как-то взять нормальных семян и посадить у себя под башней.

Глупая мысль, да…

Я потянулся было к девушке, просто чтобы ещё немного насладиться её запахом, пока готовится кофе, но в этот момент нас прервали самым грубым и наглым образом.

— Кя!

Метровая пещерная мантикора в два прыжка преодолела расстояние от балкона к кровати, и прыгнула к нам, доставая мокрое шершавое орудие пыток.

Щёку обожгло наждачной бумагой.

— Искра, всё, хватит, ты уже большая кошка, можешь добывать себе еду самостоятельно!

Но крылатая кошка не унималась, и шершавый язык пробегался по лицу снова и снова…

Из инвентаря появилась тарелка с любимым паштетом Искролапы.

— По-моему, твой кот слишком много ест, — задумчиво потянула Ласка.

Мантикора ещё активнее впилась в корм, будто решила, что его будут забирать.

Говорить зверь так пока и не научился, но по интеллекту уже обходил среднего гоблина, так что уже мог понимать речь.

— На счёт нашего вчерашнего разговора, что ты решил? Я буду искать дальше, но сомневаюсь, что найду нужный нам ответ. Только если Харо забыл о парочке подвалов в своей библиотеке.

— А библиотека Стержня? Как моему младшему магистру, тебе доступны все секции библиотек академии.

— Я изучила все эти секции за год до твоего возвращения в Доминион, Син. Я знаю, куда ведут зверянские легенды — все пытались, но никто не смог. А лисы даже и не пытались, сами уничтожили друг друга, чтобы не попасть в лапы Пустоте. Пробовали уже всё, что могли.

— Не всё, — я чуть улыбнулся. — Смотри шире. Как пойдёт судьба, если мы просто не пустим змей в город? Отобьём на входе и всё. В конце концов, это ведь просто очень жирные высокоуровневые мобы. Что мешает их завалить?

— Так просто…

— А почему нет? Если мы пока не можем разобраться с пророчеством, не вижу смысла биться головой об стенку. Так ты теряешь остатки веры в себя и в нас. Делай то, что можешь. Уменьшай вероятность того, что это пророчество вообще однажды наступит.

— Просто делать что должно и будь что будет? Мне нравится.

— Почти как в твоей песне. Делай, что должно, но смотри по сторонам, — сказал я, и внутренним голосом добавил. — Сейчас это наша крепость. Каждый день Доминиона — это наш день, Ласка.

Ответный поток чувств выражал лёгкий стыд. Обычно это Ласка напоминала мне о вопросах долга перед академией.

А следом за стыдом пробежали огоньки страха. Девушка осознала, что поставила нас на ступеньку выше Танатоса, Ректора и всего остального мира.

И затем на её лицо пришло смущение. Она поняла, что я прочитал все её мысли и чувства.

Я в этот момент просто стоял, едва не раскрыв рот в изумлении, насколько красиво каждое движение её тела. Каждая мельчайшая перемена в мимике — произведение искусства.

Это и есть проклятие тари…?

Утро выдалось прохладным. Ледяной воздух от Стержня во многих доменах заставит сегодня вечером распалить камин.

Подходя к башне Механистов, я машинально перебирал в голове то, что было уже начато, и что ещё только предстоит начать делать.

В первую очередь я начал возводить защитные сооружения во всех обнаруженных дырах, позволяющих через Разорванный Домен проникнуть в Доминион. Через несколько дней там появятся укреплённые форты, способные сдерживать армию. В узких тоннелях устроить смертельную ловушку не сложно.

Затем начал работу по созданию запаса пищи. Дафна очень вовремя подарила мне «весенний ливень», и теперь любой домен под действием глобального заклинания выдавал тройной урожай. Остальное довершали создающиеся сейчас по всему Доминиону теплицы.

Через месяц, когда работа в каждой из них выйдет на поток, как моя первая теплица в домене Хаоса, и взять измором Доминион будет уже невозможно.

Это были самые простые решения. Но помимо них были и более сложные, которые нельзя было закрыть одними лишь своими силами.

— Я на такое не подписывалась!

— Почему? Чем не шанс проявить себя перед Ректором?

— Когда завтра нас могут стереть тысячные монстры? Ну-ну, — Рикка скривилась и подбросила механической рукой себе грибной сухарик с подноса.

Реакция тари в ней удивительным образом сочеталась со страстью к механизмам.

— Сайрис говорит, это можно ускорить, если использовать автоматоны и привлечь магических големов с адекватным саммоном.

— Что? Призванное зверьё и болваны на стройке? Совсем сбрендил?

— А почему нет? Примитивная физическая сила может тащить материал, да и другой черновой работы хватает. Рыть котлованы под фундамент… — последнее я сказал скорее наугад — до сих пор как-то не удосужился понять принципы подземного строительства. Почти все здания здесь строились прямо на камне и имели выбитый в нём подвал.

Но Рикку этот вариант устроил. Она задумчиво почесала голову механической лапой и сказала:

— Окей, веди. И некромантов тоже веди, пусть и костяки работают, если уж всех в дело. Придумаю, куда их деть. Только пусть с ними всеми будут вменяемые живые командиры, которым можно нормально поставить задачу, и они её поймут.

— Сделаем. А что по ресурсам?

— Камня в Доминионе полно, а вот с шахтами беда. Есть парочка заброшенных где-то на дне города, но в них тоже не мифрил с адамантом. Максимум — железо.

Да, с учётом прорыва в иной мир, упор делался на способности, а не экипировку. Поэтому академия никогда не поддерживала артефакторику и вооружение, обходясь минимумом. Все начинания в этой сфере — инициатива отдельных прогрессоров.

— За это можешь не беспокоиться. Металла полно — просто плавим всё подряд. Сам город — одна большая шахта. Вон, видишь? — девушка указала железной лапой в сторону дома на соседней улице.

Вершину украшал массивный медный купол с вычурными статуями на углах.

— Вандалишь свой домен? — с усмешкой спросил я.

— Я и до чужих доберусь. Если сюда войдут змеи или пустотники, медные купола никому не помогут. А у меня в хозяйстве всё идёт в дело. В хорошем производстве отходов нет! Кстати, веришь, некоторые делали украшения на дома из адаманта! Недавно уже сняли вторую такую ручку, при чём даже с нежилого дома…

— Понял-понял, в рабочий процесс не вмешиваюсь.

Идея была в том, чтобы построить по вороньим чертежам нечто вроде сферы Тесла, которая бы била врагов током. Заодно они могли бы стать чем-то вроде простенького источника магии воздуха. Вроде батареи. Моим божественным озёрам это не замена, но свой минимум пользы принесёт.

— Если с этим всё, остальное обсудим по пути. Ты же за мной?

— Просто восстанови портал Мракрии, — посоветовал я. — Я же тебе не такси.

— Да восстановлю, блин! Времени нет! Сам знаешь, сколько тут работы…

Священное озеро Дафны с магией воды в домене механистов тоже появилось. Как и в соседствующим с ним домене тьмы. Путешествовать через них мне было удобней, чем через башню — с её обладателем, если это не твой друг, нужно было сперва договориться. Само собой, никто не отказывал никогда, тем более в такие-то времена. Но это всё равно время.

Я же начал перемещаться между святилищами Дафны, и никого это сильно не удивило. Во всяком случае, пока что никто не жаловался. А сразу за святилищем — теплицы. Пока что они только строились, но скоро и над этим доменом раскинется «весенний ливень» и встанет дежурный отряд магов академии.

Выйдя из вспышки портала перед внутренней башней Зверя внутри Оазиса, я обернулся на двойные часы у входа, указывающие и время, и цвет цикла.

Опаздываю… Но начать работу с башнями нужно было немедленно. Да и для Рикки это был не последний заказ.

Все уже собрались здесь, не хватало только старшего магистра и одного младшего.

— Опаздываешь, — послышался голос Ласки у меня в голове.

— Светлого цикла, — объявил я и махнул рукой двадцати шести призванным, доставшимся моей башне. Последний ритуал оказался особенно урожайным — другим башням достались сущие крохи.

Жаль, он был последним. Через пару сотен лет башня Зверя была бы самой многочисленной в Доминионе — после событий в Роще теперь большую часть составляли именно зверяне. Не так много людей со старта получали звериные имена в телах эльфов, орков и дворфов, перевес выходил за зверянами, которых мир сразу же принимал и именовал, при наличии хоть минимальных склонностей.

Ректор в очередной раз был прав…

— Добро пожаловать в башню Звёздного Зверя. Вам повезло. Вы все — сами выбрали ту судьбу, которую сейчас имеете. Может показаться, что вокруг вас сплошное тёмное фентези и всё вокруг пытается вас сожрать. Это нормально, привыкайте. Обратная сторона в том, что каждый из вас может выбрать свою судьбу здесь. Стать героем, магом, учёным, или выбрать себе мирную специальность.

Я улыбнулся и сделал паузу, глядя на лица собравшихся. Почти у каждого звериные части тела — хвосты, рога, ушки. Серое тряпьё новичка сменили на потёртые мантии и старую броню. Они уже успели пройти свою первую закалку боем, и теперь примерно понимают, как здесь всё устроено. Опыт, монстры, работа с инфо, и так далее.

— Вы призваны в этот мир по собственной воле, хоть и не помните об этом. Потому что этот мир — шанс для каждого начать всё заново. Сейчас над нами нависла угроза древнего зла, монстров с глубин Подземья. Но после сражения и подняв пару сотен уровней, вы поймёте, что лучшего мира и желать нельзя! За этот шанс вы и заплатили своей прежней жизнью и памятью!

— Нас в первый день пытались убить, это по-твоему лучший мир? — раздался голос из толпы.

— Но тебя же не убили, — улыбнулся я в ответ. — Значит всё не так плохо?

— На моих глазах в комнате резни мужика заживо жрала гиганская моль! — возмутилась девушка.

Я заметил смотрящую на меня из толпы парочку, спасённую по пути в город. Они неотрывно смотрели на меня, и я им едва заметно подмигнул.

— Ну да, фентези у нас местами темноватое, но какое уж выдали. Для этого здесь и есть мы. В ближайшее время мои младшие магистры помогут вам продумать стратегию развития и начать ускоренное обучение. Чтобы вы как можно скорее стали сильней, и у каждого появился свой индивидуальный стиль боя. Мельхиор поощряет разнообразие, так что у каждого из вас будет своя дорога, выбранная лично вами.

— Вот теперь это и правда похоже на хорошую сказку, — улыбнулся паренёк с края поляны.

— И вам повезло вдвойне, — продолжил я, — что на старте вы получили звериную расу и были приставлены к моей башне. У каждого из вас есть пока что очень редкие таланты, которые учат развивать только в этой башне.

Бегло пройдясь по фигурам собравшихся, я нашёл и ворону, и змейку, и кошку с волком, и лису, и ещё много экзотики. О некоторых я не знал вообще ничего, а развивать их расовые особенности тоже как-то придётся.

— Моё имя — старший магистр Синаэль. Это Младший магистр Матиас, мастер Астрала. Он обучит вас всему, что касается магии астрала, поможет заключить контракт всем, кто пожелает стать астральным магом. Всем тари вводные три лекции обязательны. Особенно о проклятии тари.

Я остановил взгляд на девчонке с кошачьими ушками, у которой первые признаки зависимости проявились уже в первые часы после перехода.

— Это магистр Алашан, мастер Крови, поможет разобраться с собой расам склонным к вампиризму и всем, кому интересно это направление. Обязательные уроки для вампиров и камаль. — я кивнул в сторону Али, а затем обернулся к своему светлому мастеру. Магистр Дрим расскажет про светлые проявления ваших рас. Архоны и энирай — к нему. Кому не даёт покоя путь прогрессорства — добро пожаловать к Рикке. Магистр Механистов вас сильно удивит уровнем развития местных…

И наконец, я остановил взгляд на Ласке. Девушка лишь изредка посматривала на её будущих учеников, больше следя за мной.

— Магистр Ласка. Мой заместитель, специалист по расам мрака и глава будущих ученических рейдов. Всем навам и всем кто получил тёмную стихию — к ней. Все вопросы не по профилю — тоже к ней, или сразу ко мне.

— Эмм… магистр. Нам кто-нибудь пояснит толком, что вообще происходит? Почему мы ничего о себе не помним?

— И почему мы вообще должны тебя слушать⁈ — послышалось из задних рядов.

О-о, в полку аму прибыло. Будет, чем Рыси с Лаской заняться.

Помню, как сам стоял так же в башне Смерти перед Махаоном, Таном и Фениксом. О чём я тогда думал и что хотел бы услышать?

— Вы здесь по своей воле, хоть и не помните этого. Вы можете меня не слушать и сдохнуть. Или учиться выживать в ускоренном темпе, внимая каждому слову. Не потому что я вас принуждаю, а потому что я хочу, чтобы вы выжили.

— Ты можешь говорить что угодно, где доказательства, что это реально мы захотели? — продолжил возмущаться аму.

— Окей, не верь. Дальше что? Хочешь за стену, к монстрам?

Монстров он видел. Если в прошлой жизни это не маньяк или побывавший в бою военный, они производят неизгладимое впечатление на новичков. По себе знаю.

— Я проходил через такой же ритуал, ученик. Как и все, кого ты здесь видишь. Те, кто поднимаются выше, иногда узнают часть правды, — я улыбнулся и продолжил, когда после паузы так и не услышал ответ. — И честно говоря, мы все завидуем тем, кто не знает. Я не могу сказать больше для твоего же блага. Но могу намекнуть. Если этот мир тебе не по душе, то подумай, откуда же ты хотел сюда вырваться?

— Ты опять туда же. Ты можешь говорить…

Я растворился чёрным облаком, перенёсся к новичку аму и позволил магии самую малость его коснуться горячим паром. Парень инстинктивно отскочил, когда я собрался перед ним из облака чёрного пара.

— Город в котором ты находишься — единственное безопасное место в этом мире. Куда бы ты не пошёл, рано или поздно ты столкнёшься с монстрами. Над нами температура за минус сотню. Мы сами глубоко под землёй. И в ближайшие месяцы твари будут штурмовать этот город. Ты волен… вы все вольны делать что вздумается, живите как хотите. Я никого не стану держать. Но те, кто хочет выжить, когда твари придут — проявите понимание.

Наступила тишина.

— Лучше смерть, чем вернуться туда, — мрачно добавила Ласка.

Контраст был разительным. Если улыбчивый магистр-целитель с кошачьими ушками мало внушал угрозы, то мрачная зловещая тень — ужас. Эмпатия тари выдавала чувства окружающих.

Публика затихла, в ожидаии, что магистр Чёрного Облака скажет что-то ещё, но девушка оказалась сама не готова к всеобщему вниманию. И тем удивительнее было, что она решилась продолжить:

— Все, кто выживут, получат шанс исполнить мечту. В этом раю нет ничего невозможного. Всё упирается только в силу, которую может получить даже хрупкая девушка.

После этого она шагнула чуть ближе ко мне, ухватившись за край алой мантии инквизитора.

Я улыбнулся ещё шире, чувствуя контраст эмоций окружающих.

— Года три назад я пришёл сюда простым лекарем с мечтой научиться воскрешать мёртвых, — тихо сказал я. — У меня был только ледяная стрела и вот эта милая девушка. Сейчас мы правим одной из сильнейших башен города…

Снова тишина. Вот теперь, можно продолжить. Предстояло рассказать ещё многое об основах уклада в Доминионе. По крайней мере, мои ученики не будут тыкаться во тьме в поисках ответов на простые бытовые вопросы, как это заставили делать нас с Лаской.

— …Любого из вас я смогу воскресить в любой момент благодаря привязке, — продолжил я дальше. — Но помните, что у этого тоже есть своя цена…

8. Защитная сеть

Она простиралась по всему периметру Доминиона.

Только сейчас я начала осознавать всё величие и задумку этого города-механизма. Изнутри он казался собранием разрозненных кусочков земли и металла, собранных в искусственные районы.

Но когда приходится много перемещаться, и видеть из разных мест города Мир Клеток, становился понятно и многое другое. По сути, Доминион представляет собой сферу, внутри которой перемещаются островки с доменами. Должны перемещаться в рабочем состоянии.

Мир Клеток — как раз тот механизм, что обеспечивает такую возможность. Некогда Доминион мог за несколько часов полностью перестроить структуру районов внутри себя. Увы, во время войны одержимых этот механизм был сильно разрушен, и теперь перемещения доменов были скорее напоминанием о том, что когда-то такая возможность была. Чуть «пошевелить» районами — это предел.

Хотя… Изучая этот механизм под присмотром Танатоса в сердце Стержня, я увидел возможность спустить к домену Смерти тот самый сохранившийся кусочек под куполом города, где обитают пожирающие имя.

Мда…

— Теперь ты понимаешь, почему мне смешно, когда я слышу угрозы Ирис в свой адрес, — сказал тогда Тан с усмешкой.

Домен Танатоса соединялся доменом Знаний и граничил с доменом Призраков. Плюс ещё маленьких осколков, на которых порой жили всякие изгои, банды, или зверяне до появления моего домена.

Ядерное оружие, которым нельзя воспользоваться. Один поворот рычага, и геноцид двух густонаселённых доменов обеспечен. Само собой, делать так никто никогда не будет. Хотя, это был вполне рабочий вариант сделать сюрприз врагу, эвакуировав предварительно призраков и книжников. И пусть неуправляемые химеры сцепятся с управляемыми.

У города было два круга стен. В данном случае «стена» — это скорее скорлупа кокона. Внутренняя — у Оазиса, самая толстая. Но если дойдёт до неё, это уже можно считать концом всего. Она защищала город от набегов чихар, но если стержень окружит реальное войско, которое заблокирует пути снабжения — времени у центра будет не так много. Взять измором Доминион — невозможно. Но вот стержень — вполне.

Нужно, кстати, на этот случай тоже сделать запас пищи. Способов хранить продукты в этом мире предостаточно.

Второй круг стен был сплошным шаром, разделявшим город и Запределье. Внутри по круг на разных уровнях располагались ворота с выходами. Их, как и стены, делали с расчётом на то, что чтобы городом если что какие-нибудь боги-титаны могли поиграть в футбол, ничего не сломав.

То есть толщина монолитных каменных стен достигала десяти метров, и была укреплена металлическими стержнями, серебряным напылением, и пропитана древней магией.

Последнее, что очень важно, тоже было не пустым звуком — за защитными рунами стояло могущество каждой отдельно взятой башни — все они имели влияние на один из участков стены, насыщая свой кусочек скорлупы силой, восстанавливая в случае повреждений и возвращая целостность.

Таким образом, пока в башне мага есть мана, пробить стену почти нереально. Хоть заложи побольше взрывчатки и разнеси каким-то чудом десять метров укреплённого камня, всё равно башня всё вернёт как было, лишь бы сила была на месте.

Созданная мной магическая сеть источников и была такой силой. Теперь в стихийных башнях было два источника — собственный, из силы магов домена и личных способах восполнять ману, и второй — от магии воды.

Так в случае если монстры начнут ломиться в гости, дежурный маг воды в башне брал управление на себя. Очень скоро ещё появятся универсальные генераторы на основе электричества. Долго маг-воздушник с таким город не удержит, но мало ли, в решающий момент и пол часа защиты может помочь.

К тому же, чем больше у нас будет времени в запасе, тем больше мы сможем придумать способов пополнять запасы электричества. Ядерную электростанцию никто, понятное дело, не сделает, но наставить ветряных мельниц вокруг Стержня, где постоянно дует ветер через единственное окно в Наружность, можно. Как вариант — ещё парочка гидростанций на Тёмной реке, где у нас было испытание. Течение я там помню.

— Магистр Мантикор? — обратился ко мне высокий седовласый мужчина с короткой бородкой. — Славно. Вы правда пришли.

— Это впору говорить мне. Я-то пришёл вовремя.

— Славно, — повторил он. — Славно. — Я провожу?

Я кивнул.

Список дел, которые я сам для себя распланировал, и не думал подходить к концу, но конкретно с этим нужно разобраться чем скорее, тем лучше. Больше пользы успеет выйти до того, как всё начнётся.

Рынок крысиного хвоста был таким же, как мне и запомнилось. Нефтис, как же давно это всё было… Мой поход здесь, сбор дешёвых артефактов на откупные смертника и надежда, что рейд в храм Тишины принесёт мне заветное звериное имя. Как же наивен я был.

Мимо мелькнули знакомые здания. Вот алхимическая лавка, где я закупался кислотой в попытке поднять урон от пара. Несколько фиалов и по сей день лежат в инвентаре на случай непредвиденных обстоятельств.

Лужа у источника, где меня окатили водой гоблины. Сейчас в том же горячем источнике у дороги какая-то женщина стирала простынь. Ещё ниже…

Автоматическая защита водного тела сработала на ура, сводя весь физический урон на нет.

Я слишком глубоко погрузился в размышления, пропустив момент, когда три тёмных силуэта появились из переулков.

Мой проводник удивлённо отпрянул и выхватил меч, но с таким противником совладать на его уровне невозможно.

Пустотная длань пронеслась в сантиметре мимо его лица, а затем двинула обратно, отхватив всё плечо с частью руки и шеи. Лишь кисть беспомощно упала на пол.

Останки мужика с повалились на камни, и остекленевшие глаза уставились в каменное небо Подземья.

Ещё два таких же впились мне в спину. Мелькнуло оповещение о повышении единения с пустотой. Но я в виде воды сразу же разлился потоком и ушёл им под ноги, где перешёл в форму чёрного облака.

Следующие удары пустотников меня не настигли — слишком они медлительны против этого навыка.

В ответ полетели две плети раскалённого пара. Я активировал владения, и теперь был всей влагой вокруг них. Высшая магия воды делала меня практически неуязвимым. Сейчас меня можно лишь испарить сильной магией огня, или…

Пустотники ответили «пламенем ненависти» и «долиной отчаянья».

Первое создавало стену пустотного чёрно-фиолетового огня, а второе было мне отлично знакомо — повышение уязвимости к пустоте у всех вокруг.

Следующим шагом я создал несколько своих водных копий. Образ проявляющегося из тумана меня произвёл нужное впечатление, и двое из троицы запустили по пустотной стреле и молнии. Но настоящий я уже собирался за спиной у первого пустотника с кинжалом в руках.

Быстрый росчерк, и мёртвый пустотник валится к моим ногам. Способности Ласки, передававшиеся мне в синхронизации, делали меня таким же смертоносным в ближнем бою, как и она.

Должно быть, крайне неожиданное поведение от мага-целителя.

Окровавленный кинжал полетел в лоб второму пустотнику, но на этот раз у него хватило ума уйти.

Призвав вторую пустотную длань, он бросился на меня, яростно рыча и издавая странные звуки, будто помешанный. Последний же, отбросив то, что осталось от тела моего проводника, был ещё достаточно в своём уме, чтобы не лезть и поддержать союзника издали.

Расправиться со вторым удалось довольно легко. Резкое уклонение в сторону, тычок в бок — на ходу сформировавшийся кинжал из льда вошёл между сочленений брони. Пустотник вздрогнул. Я с силой пинком отбросил его прочь, а затем сходу метнул сгусток раскалённого пара в последнего оставшегося противника.

Просто, чтобы не расслаблялся.

Парень оказался быстр — миг, и между нами вырос энергетический барьер, а затем он сразу же прыгнул, с двойным прыжком пустотников.

Враг перемахнул через собственный барьер, и обрушился сверху незнакомой способностью пустоты, раскалывавшей землю фиолетовой энергией.

Появилась сеть трещин, а я просто растёкся туманом, и способность врага не сработала.

Осталось лишь порывом чёрного облака оказаться рядом с ним, и…

Перед нами возник ещё один барьер, в который я встрял всем телом. Мелькнуло сообщение об ещё одном проценте связи с пустотой, а враг развернулся и бросился бежать. Понял, что покушение провалилось целиком и полностью.

Вспомнив навыки тари, полученные от Безупречного, я использовал короткий портал в пару метров над землёй, и уже оттуда чёрным облаком обрушился на врага, на ходу призывая ледяной меч.

Враг понял, что сбежать не удастся, резко развернулся и использовал свой последний козырь в рукаве:

— Твой дом — ПУСТО… — начал он кричать двоящимся голосом, целиком превращаясь в существо из вязкого чернильно-фиолетового огня.

Но не успел.

Из земли вырвалась чёрная кошачья лапа, сбивая врага с ног.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её! — шепнул я слова молитвы покоя.

У меня стало слишком много способностей.

Сзади поднимался пустотник-берсерк. Видимо, до конца я его всё таки не прикончил.

Вены врага вздулись, а глаза налились лиловым пламенем.

— П-У-С-Т-О-Т-А!!!

Шлейфом за каждым его размашистым ударом следовало чернильное пламя. Даже шаги его были прокляты стихией.

Нет, такого молитвой не остановишь.

Водный кадавр.

Я резко скользнул в сторону, уклоняясь с ловкостью и грацией Ласки.

Вставший за моей спиной кадавр из первого пустотника заключил бывшего друга в стальные объятья, а затем разорвался изнутри паровым взрывом, оглушая и ошпаривая врага, и давая мне возможность довершить начатое оружием.

Оставался последний. Тот, кого я вывел из боя обращением к Нефтис.

Я осмотрел улицу. В живых оставался лишь один враг — тот, кого я остановил Покоем. Парень сидел в той же позе, уставившись к небо бессмысленным взглядом.

Кое-где на улицу выходили зеваки. Смотрели по сторонам, видели кровавые ошмётки, оставшиеся от разорвавшегося изнутри кадавра и морщились.

Честно сказать, я и сам от себя не ожидал такой эффективности и жестокости. Так дралась бы с моими способностями Ласка, и не против людей, а с монстрами Подземья.

Впрочем, нападающие средь бела дня в жилом квартале пустотники, и есть своего рода монстры.

— Привет, душегуб. Исповедаться не хочешь?

На меня уставилась пара глаз с полопавшимися капилярами. В уголках глаз собирались светящися фиолетовые слёзы.

— Зачем вы на меня напали? — спросил я.

— Не… скажу… — проговорил он заплетающимся языком.

— Мне сварить тебя заживо?

— Я… пустотник… я буду… рад… смерти… — с трудом сказал он.

— Даже медленной и мучительной?

— Убей…

— Кстати, я ведь могу тебя убить, а затем воскресить, ты в курсе? И так пока не надоест.

— Я ничего не скажу…

Надо же, какой настойчивый.

На краю нашего поля боя уже возникли фигурки местных стражников. Но завидев магистра академии, они только почтительно стояли в сторонке, вдруг мне понадобится какая-то помощь?

Контроль собрал пар у ног врага и начал медленно повышать температуру и подниматься выше. Ощущение, должен поспорить, незабываемые. Но это мелочи. Главное — магия пустоты. В эту игру ведь можно играть и вдвоём.

Рядом с нами разлилась уже моя долина отчаянья, а на голову врага лёг сон разума.

— Кто вы, и почему напали? — повторил я.

— Ты не заслуживаешь быть глашатаем… ты не настоящий принц!

В голосе пустотника послышалась злоба и сила, так что я наспех повторил покой. А вот в пытках нужды больше нет. Достаточно и того, что соображать ему под «сном разума» будет сложно, а остальное уже настроило его на правильный лад.

— Не очень-то я и просил эти титулы, оба, — ответил я. — Я могу их вам сдать как-нибудь добровольно, без смертоубийств?

— Жалкий, ничтожный…

— Да хватит ты себя описывать! Кто вас послал?

— Убей меня и покончим с этим, — нашёл в себе силы сказать пленник. — Ты не один из нас…

— Из кого, вас? — вздохнул я. — Разве пустота не требует убивать себе подобных?

— Раз ты даже этого не знаешь…

— Так расскажи. Всё равно очень скоро всё это перестанет для тебя иметь какое-то значение.

— Почему это?

— Смерть или амнезия, полагаю.

— Амнезия…⁈ Ты… ты можешь стереть память, как Ректор⁈

— Ага, — ответил я, удивлённый таким живым интересом. — Исповедайся, и будет тебе.

— Дай клятву. Именем Мортис!

— Клятву в чём? Клянусь, что у меня есть способ лишить тебя памяти, недоверчивый ты пустотник.

Парень кивнул:

— Меня послал Ключник, принц порталов. Ты находишься на территории Рыбника. Здесь организовать засаду проще всего. Мы не могли упустить момент. Только… мы ждали обычного мага, а не рукопашника. Ты же целитель!

— Ну, сам видишь, пациенты нынче буйные пошли, — я кивнул на тела. — Приходится адаптироваться. Ну, продолжай.

— Будут и другие. На тебя, может, на твою подружку. Ключник трус, сам он не сунется, пока не будет уверен. Больше я ничего не скажу.

— А как же явки-пароли?

— Какие ещё явки, магистр? — скривился пустотник. — Я птица не настолько высокого полёта. Просто взял квест в Сумеречье. Не более.

— Что ещё за Сумеречье?

— Осколок в мире Клеток. Чёрный рынок и место слёта таких, как мы.

— Как его найти?

— Тут я тебе не помощник. Правда, не знаю. Я хожу смещением. Но у меня именной ключ-артефакт с доступом по отпечатку души.

Смещение — было самым распространённым и доступным даже безымянным способом перейти из одного района в другой. Прежде в Стержне мне этот способ перемещений был без надобности, тем более что большую часть времени он не работал, после мятежа крыс и вот этого всего. А до того такая возможность в первый год обучения была у меня заблокирована. Как и у всех, кто учился по старым правилам.

Закрыв глаза, и мысленно представив нужное место, можно было перейти в другой домен. Разумеется, нужно было хорошо помнить этот домен, уже бывать там, и иметь туда допуск. Смещение было целиком завязано на башнях магов, в которых эти допуски устанавливались.

Ну и конечно, сама башня магов тоже должна быть исправна.

— Ну что, я всё сказал, магистр. Ты обещал.

— Последний вопрос. Зачем ты так хочешь стереть себе память?

— Ахх ахх ахахахаха! — зашёлся в кашле, переходящем в смех и обратно, пустотник. — Свобода! Десять дней свободы. Может, пять! Но свобода! Не слышать её шёпот! Не видеть её сны! Никаких видений и ужаса…

— И тебе не жаль свою память?

— Я пойду на всё, чтобы избавиться хоть ненадолго от этого ужаса. Тебе этого не понять, ненастоящий пустотник. А теперь сделай уже, что обещал!

9. Цели и средства

— Тропой забытья ты коснёшься Покоя… — прошептал я, и посмотрел на обмякшее тело пустотника.

Просто стереть память, да?

И что мне теперь с ним делать?

— Эй, стража! — крикнул я.

— Д-да, магистр, — вздрогнул капитан.

— Вяжите этого и ведите за мной.

Стража других доменов подчиняться мне была не обязана, но обычно магистрам подчинялись все, если это явно не могло противоречить воле властей конкретно взятого домена.

Я же подошёл к телу своего проводника. Разумеется, после таких ран не выживают. Но разве это проблема для меня?

Вынув металлический барабан, я связался с призраком погибшей девушки, чей дух был заключён в странный артефакт. Благодаря ей руки словно зажили собственной жизнью, наигрывая мелодию.

Параллельно я зашептал молитву Нефтис и сознанием принялся искать душу убитого в окрестностях.

Сила шамана завязана на воле. Поэтому почти все свободные очки, полученные за последнее время, я вкладывал именно туда. Конечно, интеллект мне казался идеей получше, но конкретно для воскрешения нужна была воля. Поиск души — самый скользкий подводный камень в созданном мной ритуале.

Воссоздать тело с помощью воды не так сложно. Нужен лишь фрагмент исходного, как образец. Душа по началу может ощущать подмену, но затем быстро вживается, если их соединить.

Соединение даёт обращение к божеству и какой-нибудь толчок жизни. В реальности для этого есть дефибриллятор. Я использую молитву пробуждения Нефтис и магию воды. Нужно заставить душу в теле ощутить физическую оболочку. Растереть, ударить током, приложить жгущий холод и так далее.

С этим этапом всё тоже в порядке.

Проблема наступала на последнем. Поиск души. Если она слишком далеко, а если смерть произошла давно, то она может быть невообразимо далеко, найти и призвать её обратно в тело почти невозможно.

Это было моей главной проблемой в вопросе воскрешения. Я просто не могу вернуть то, чего нет. Какова вероятность застать дух в доме или на месте захоронения спустя… сколько я здесь в человеческих годах? Год в Мельхиоре длится намного дольше, чем на земле. Как минимум, сутки здесь на треть длиннее. Но при этом время как-то ускорено здесь по отношению к земному.

Может статься так, что со времени гибели моей семьи в реальности прошло несколько месяцев. Тогда шанс ещё был, если я подниму свой параметр воли до заоблачных тридцати единиц. Немыслимая сумма.

Что-то можно добрать артефактами, но будут ли они работать на той стороне?

Остаётся три пути. Выполнение легендарных достижений и получение бонусов. Вот только внутри города, да ещё и с жёсткими временными рамками — даже если я каждый день буду устраивать рейды по городу, столько бонусных очков мне не набить. Если в Доминионе вообще есть столько путей совершить что-то легендарное.

Туда же способ с банальной прокачкой. На каком уровне я смогу так прокачаться? После пятисотого получение бонусной характеристики станет ещё более редким, а поднятие уровней — более долгим и сложным. А вот запасы монстров, которых реально убить, в Доминионе ограничены.

Остаётся последнее — искать какую-то хитрость. Уловку, которая позволить увеличить радиус поиска, а в идеале, добавить возможность поиска в других мирах по каким-нибудь следам. Именно этим я и занимался в последнее время.

Но здесь смерть наступила недавно, так что вернуть мужика к жизни было делом техники.

— Я… Боже, что со мной…

— Немножко умер, — пояснил я.

— Ээ… э?

— Не волнуйся, ты уже воскрес, так что всё в порядке. Идём, ты же должен привести меня к боссу.

Мужик кивнул, всё ещё находясь в полной прострации и непонимании, что вообще вокруг него сейчас происходит.

Здание местной гильдии воров, вернее, одной из них, было таким же, каким я его запомнил. В последний раз я был здесь с тысячу лет назад. Во всяком случае, создавалось именно такое же чувство. Странное дежавю.

Тогда я был ещё слабым лекарем способным исцелять небольшие раны.

— Магистр Синаэль! Какая радость, что вы к нам заглянули! — ощерился в улыбке полноватый контрабандист. Рад познакомиться!

Он протянул мне пухлую ладонь, и я пожал её, но напомнил:

— Вообще-то мы уже знакомы.

— Правда? — удивился мужик.

— Да… я тогда предлагал вам пищу из Запределья. А вы взамен дали мне книги по магии.

— О-о… кажись, что-то помню, — сказал он, но в глазах читалась растерянность.

В принципе, это было не так уж и важно. Но я всё же уточнил.

— Вы ещё играли в шахматы с седым мужчиной…

По эмпатии ударило непереносимой болью и тоской. Я сразу всё понял, ещё до того, как услышал:

— Отца больше нет…

— Сожалею…

— Ему стало плохо… а целитель оказался шарлатаном. Когда спохватились, было уже поздно… Жаль… тебя там не было, магистр. Говорят, ты возвращаешь к жизни умерших.

— В течении трёх дней и восемнадцати часов. Но однажды я сниму это ограничение. Когда умер твой отец?

— Почитай с год назад… Выходит, дней через пять-десять после того, как ты ушёл. Парень, ты это, серьёзно сейчас?

Взволнованный, он как-то совсем позабыл, что из-за моего статуса решил вести себя максимально уважительно. Но меня такие мелочи и не волновали. Достаточно той искренности и боли, которую я и сам слишком хорошо знаю.

Этого более достаточно, чтобы помочь.

Полноватый короткостриженый мужчина со смесью армейской выправки и понятий уголовника, искренне страдал от гибели отца. Злился на него, на себя, на врача-шарлатана…

Кто сказал, что смерть — это естественная норма жизни? Кто решил, что раз люди всегда умирали, то так и должно быть? Смерть — это болезнь, которую можно и нужно лечить. А уверенность в её естественности происходит лишь от того, что люди сами отказываются бросать ей вызов.

Даже на Земле уже сейчас достаточно технологий, чтобы продлить жизнь намного дольше жалкой сотни лет. Вопрос только в том, почему эти технологии не в руках обычных людей.

— В том рейде, в который я тогда уходил, погибли почти все мои товарищи. Тогда я второй раз дал клятву вернуть их и всё исправить, любой ценой. А первый раз — когда согласился переместиться в мир Мельхиора. У меня тоже были близкие.

Глава гильдии контрабандистов смерил меня тяжёлым задумчивым взглядом.

— Зачем ты здесь, магистр Синаэль?

— Можно просто Син. И причин у меня несколько.

— Слушаю.

— Для начала, магические книги. Домен Звёздного Зверя готов выкупить всё, что у вас есть.

— Да забирай, — равнодушно пожал плечами он.

Не то, чтобы самое важное, но дело сделано.

— Вопрос второй. Мне нужны все рабы-зверяне, которых можно достать.

— Рабы…?

Официально рабство в Доминионе не поощрялось… просто всем было плевать, а закон — это всего лишь мнение того, кто стоит на ступеньку выше в иерархии. Именной ученик, старший ученик, и так далее. Пока кого-то вышестоящего это не касалось, никто ничего не делал.

— Если в город войдут твари, нас самих нужно будет воскрешать, — сказал я. — Поэтому в первую очередь — укрепление города. Я пришёл сюда с тем, что ты поможешь, или подскажешь, как лучше собрать все возможные силы. Или, как вариант, я просто беру своих людей и устраиваю рейды с отловом. Да и официальная отмена рабства в городе на носу.

— С чем вдруг связана такая перемена в политике? До этого Ректор столетиями закрывал на этто глаза, — удивился глава гильдии.

— Как я уже сказал, нам нужны все, — ответил я. — Если это может быть использовано для обороны, оно будет изъято и использовано. Вопрос лишь в том, до чего ещё додумаются магистры в будущем.

— Здесь есть гильдии, которые занимаются конкретно этим, — сказал он. — Всех новых рабов вы можете достать там. Что до уже купленных — их используют в основном, охотники в группах, как рабочую силу, и для… интимного пользования. Ну и как слуг, да, но здесь народ не богатый, сам понимаешь. Это больше на Призрачном рынке, у них там своё подполье. Ещё… много что могут знать рыбники.

— Ух ты, спасибо за интересную информацию.

— Да не за что, это общеизвестный факт, — отмахнулся он. — Что ещё, помимо книг и рабов? Оружие?

— Хорошая мысль, — улыбнулся я. — Я узнаю на складах Стержня.

— Харе, магистр… хватит уже!

— И третий вопрос, — сказал я. — Мне нужен Сумрачный рынок.

При этих словах глава гильдии контрабандистов сперва опешил, затем нахмурился, и затем ответил:

— С последним могут быть сложности.

— Почему?

— У меня есть допуск, тут ты угадал. Но передать его я не могу. Это в принципе невозможно — он привязан к душе.

— Как его можно получить?

— А зачем тебе, магистр? Если достать чего, в обход глаз, так ты скажи нам.

— Логово принцев безумия, — сказал я. — И неизвестно какие возможности для академии и домена Звёздного Зверя.

— Ох… так и знал, что это всё не к добру, — покачал головой контрабандист.

— Ты считаешь, в Доминионе есть сила выше, чем Ректор и власти Доминиона? Представь, что туда, к примеру, наведается Танатос с его Искрами? В чём причина твоих опасений?

— В том, что разборка именных — это всегда беда для безымянных. Ну, и для местных тоже. Мы не возрождаемся, как вы. Достаточно и одного безумного пустотника, которого потом обязательно устранит Стерх или кто-то из чистильщиков. Да только убитым будет уже всё равно.

Хм… а в его словах есть доля истины. Об этом я как-то забыл.

— На сколько я знаю, безымянных невозможно привязать к башне. А как на счёт тех, кто родился уже тут?

Мой вопрос собеседника, казалось, поставил в тупик.

— Этот вопрос стоило бы задавать мне, — сказал он после долгой паузы. — Если кто и может на него ответить, то только магистр башни.

А ведь действительно. Можно просто проверить самому. Привести кого-то в башню и попробовать привязку.

С учениками всё было довольно просто — я лишь внёс их имена. Находясь в башне, можно было всегда призвать окно, отвечавшее за добавление и удаление из списков, и само возрождение.

Всё что нужно — личное присутствие мага в башне.

— Смотрю, дела теперь идут совсем неважно? — я демонстративно обвёл взглядом помещение.

— Стараниями магистров, — хмыкнул он. — Теперь и пища не редкость, и книги достать куда легче. Но я не в обиде, если что. Хоть поесть теперь можно, как людям, а не одни грибы без вкуса и запаха.

Да, раньше с едой в таких местах была проблема. Успешные домены обычно были закрыты от чужаков или от безымянных, или ещё по какому-то критерию. А здесь каждый сам за себя. Охота за пределами города безопасна только во время песочницы, а всё остальное время — только грибы, которые были везде и не стоили ничего. Чтобы выжить — достаточно. Но не более.

— Как на счёт того, чтобы перебраться в домен Звёздного Зверя? Сейчас там в основном одни зверяне, если брать население. Специалистов не хватает.

— Домен Зверя…? — задумчиво повторил бывший контрабандист. — А что нам делать там?

— Да много чего! Рынок в нашем городе только-только начал собираться. Работы полно для всех!

— И… как там условия? Что конкретно нас ждёт в Разорванном домене? Вы ведь там? Я слышал, там обитали порождения пустоты…?

— Уже не обитают. Собственно, это и не наша заслуга, ещё до нас сами как-то перевелись или ушли на новые места. Порой встречаются одиночки на окраинах, но с этой проблемой сталкивается большинство доменов. У нас есть своя стража.

— А что на счёт жилья и жизни в целом?

— Как и здесь — бери любой пустующий дом и живи. Пока ещё места хватает, выбор большой. Пищи полно, есть свой магический источник, хотя они есть тут везде. Правила и всё остальное ещё в разработке. Не до того — враг у порога.

— Понимаю.

— У нас свободный вход. Можно прийти и самим глянуть, как вам. Пока что всё ещё только начинается. Но здесь, если честно, в ближайшем будущем ничего не изменится. Официально рынок Крысиного Хвоста числится за доменом Смерти, хоть вы и находитесь фактически у границы с Призраками, и вам ближе к ним, чем к башне Тана. А Магистр Смерти ничего здесь делать не будет. Ему не нужен этот домен — он просто формальность.

— К тому же в нём больше всего выходов в Запределье, — ещё больше нахмурился бывший контрабандист.

— Да, и это тоже, — кивнул я. — Здесь планируют разместить несколько групп учеников на постоянном дежурстве и планируются кое-какие строительные работы по обороне. Но это для Крысиного рынка как раз очень хорошо. Хоть какое-то оживление.

— Зато когда враг начнёт штурмовать стены, будет уже не так весело.

— Вот поэтому и стоит переселиться к нам. Башня Зверя не ждёт вторжения напрямую, разве что диверсионных групп. Так что у нас действительно будет спокойнее. Да и всем здесь.

— Это что, официальное предложение для всего Крысиного рынка?

— Я уже говорил с Танатосом, ему плевать. У его башни другие задачи. Официально вы относитесь к его башне Смерти. Значит, по законам города кроме него никто против больше быть не может.

Генерал Доминиона и правая рука Ректора брал лишь особенных учеников для особенных целей, и не занимался экономикой города. По-сути, это просто руины с башней. Город рассчитан на куда большее количество населения даже сейчас, когда многие домены и части доменов уничтожены.

В этот момент в дверь раздался стук. Вошёл слуга, поклонился и начал:

— Шеф, тут…

Следом дверь распахнулась вновь и в помещение вошёл запыхавшийся Грейси.

— Син, ты здесь?

— Здесь, друг. Что-то случилось?

— Тебя чуть не убили, вот что случилось! — воскликнул он.

— Бывает, — я пожал плечами и повернувшись к бывшему контрабандисту, пояснил. — Это Грейси, мой заместитель по обороне домена Зверя.

— Сперва на тебя нападает какой-то пустотник, а затем я узнаю, что ты у местных криминальных… ээ… — он посмотрел на бывшего контрабандиста.

— Брось, Алекс всего лишь перепродавал книжки призраков безымянным и перевозил еду с мелкими артефактами. Это не гильдия воров или убийц. Есть на рынке и такие, кстати.

— Ээ… да, если ничего незаконного, то всё хорошо, — растерялся храмовник.

— Ладно, на этом я, пожалуй, пойду. За книгами прибудут мои люди в ближайшее время. Можете с ними и проведать мои владения.

— Зачем они тебе, Син? — спросил Грейси, уже на выходе.

— Я же читающий эмоции тари, забыл? — улыбнулся я. — Я просто знаю, что он лучше, чем можно подумать на первый взгляд.

— Вот так просто? Ты готов поверить просто поэтому? Как тари вообще правили своей страной?

— Ну вот как-то так и правили, — хмыкнул я. — На самом деле очень полезно, когда жители всегда чувствуют, как к ним на самом деле относится власть, а власть всегда знает реальное отношение к ней. В таком обществе очень сложно предать, и сложно держать у власти подлых людей.

— Ну, если так рассудить, то да. Но разве у тари не было войн или конфликтов? — спросил храмовник.

— Были, конечно. Но всякий раз смута вносилась извне. Или чужаки, или мантикоры, что тоже по сути результат появления чужаков. Во всех остальных случаях да, это было идеальное общество.

— Но очень хрупкое, — добавил Грей.

— Ага, — легко согласился я. — Не без того. А теперь собери мне боевую группу с навыками полёта.

— Отправляемся в Мир Клеток?

— Давно пора начать наносить визиты вежливости всяким древним созданиям, малость охреневшим от своей неуловимости.

* * *

Мало Мельхиора? История, рассказанная королём Подземья! Параллельная Сину история о Лииндарке, волчьем посланнике: https://author.today/work/95088

Хотите больше приключений во вселенной Подлунных миров? Покоривший СТЕНУ https://author.today/work/232883

10. Инквизиторы тари

Селена Сонная Смерть обзавелась личной химерой, каким-то полупризрачным дракончиком, да и зомби по кличке Филя теперь разгуливал в тяжёлой эбонитовой броне и обзавёлся десятком других нововведений.

Некромантка была сама себе боевым отрядом.

Терми всё чаще пропадал, занимаясь какими-то своими делами, но в этот раз мне повезло, что он оказался в башне. Его навыки мне сильно помогут. На текущем уровне он мог сделать наше пребывание бесшумным и незаметным.

На удивление, роль боевого мага взяла на себя Дракоша. Фхайрен сама вызвалась, едва узнала, какой будет конечная цель маршрута. Само собой, зная её — готов поспорить, что у неё личного интереса в этой затее — вагон и тележка. Но в случае обороны Доминиона мы все были на одной стороне. В конце концов, змеи и ей ничего хорошего не приготовят в случае своей победы.

Рейнджер-бард Мерил был отличным стрелком и баффером. В условиях мира Клеток упор стоит делать именно на стрелков — от них будет больше всего проку. Вторым стрелком я взял хаосита Джафсара, получившего после инициации звериное имя Фуро. Но звали его все по-прежнему Джафом.

Сам храмовник с близняшками. С отрицателями у нас традиционно складывались не лучшие отношения в академии, потому Грейси был незаменим со своими навыками антимага.

На самом деле, сюда бы ещё Литу, но хаосит со своим гаремом, как всегда, куда-то запропастился. Так что придётся обойтись без опытного убийцы магов.

Сайрис выразил ленивое нежелание поучаствовать, но когда я узнал о наличии рядом заброшенных линий вороньего монорельса в мире Клеток, у него не осталось выбора.

И последним был Лесат. Отчасти по причине его собственного желания, но скорее за его навыки переговорщика. Тануки мог договориться с кем угодно, что подтверждается тем, что у него не было серьёзных врагов в городе. Что крайне странно, с учётом интереса к нему едва ли не каждой третьей девушки в академии.

Лекарь, боевой маг, пятеро бойцов, один из которых обеспечит скрытность, другой сможет противодействовать магии хаоса чихар, третий обладает антимагией. Блин, здорово иметь личную армию!

— Кя! — напомнила о себе пещерная мантикора, приземляясь мне под ноги.

Не знаю особенностей физиологии этих зверушек, но пробегав с нами год с лишним по тоннелям в теле крохотного котёнка, затем ещё дольше — как мой фамильяр в академии, Исколапка ударилась в резкий рост только во время испытания волн.

Сейчас она уже была мне по пояс, а становясь на задние лапы — могла положить передние мне на плечи.

Что зверушка тут же и продемонстрировала, и плевать, что я был перед боевой группой в начале боевого задания.

— Мантикора предана своему хозяину до последнего вздоха, каким бы он ни был. Не зря тари так называли своих ренегатов, — заметил Нирал. Он с нами не летел, но накладывал боевой обкаст. Лишним это никогда не будет.

— Я нашёл её в пещерах, наверное, в месяце с лишним пути от Доминиона. В логове виверн, — сказал я.

— Это заметно, — улыбнулся Нир. — Ну, удачи, держи в курсе.

— К вечеру будем, — улыбнулся я.

Затем Нир и ещё несколько магов со способностями обкаста наложили ряд благословений. Мелькнул ворох оповещений, говорящий о том, что мой запас маны удвоен, скорость восполнения — выросла ещё больше, а ещё сопротивления разным стихиям, живучесть, выносливость и дальше по списку.

Сам для полёта я использовал стихийные крылья. Сейчас мой запас маны и скорость её восполнения, с учётом источников воды Дафны, я мог не сильно беспокоиться за потери маны в принципе.

Фай принялась трансформироваться в большого чёрного дракона со зловещими фиолетовыми глазами. Увеличился и превратился удобный летучий транспорт призрачный пет Селены. На них и влезла, поделившись пополам, вся наша компания. Только я один остался вместе со своей мантикорой.

Зверь фыркнул, присел и подпрыгнул в небо следом за мной, настойчиво махая крыльями.

Но нет, лететь до Серых земель своим ходом — слишком лениво. Поэтому вскоре лишние килограмы живого веса приземлились мне на спину.

С вершины Разорванный Домен был скрыт естественными зарослями, плетущимися по остаткам разломанных кусочков осыпавшихся доменов. В своё время он провалился на днище, и провалил само днище, или же часть защитной сферы города была до этого прорезана специально.

По ту сторону был небольшой изолированный участок пещеры, уходящей в лабиринт. Армию провести через такое место было нереально — долго и очень опасно, так как всех идущих по лабиринту будет слишком легко убить магией или ядовитым газом. Проход там возможен только в ряд по одному, и с учётом всех угроз, только с одобрения хозяина переходов.

Таким хозяином автоматически становился владыка разорванного домена. Упав вниз, домен раскололся. Возможно, столкнулся с волшебной библиотекой Харо Книгозмея, которую защищали древние чары, не менее могущественные, чем те, которые перенесли Доминион в этот мир.

На вылете нас встретили не привыкшие к гостям летучие мыши — громадные звери, размером с пса. Сперва они испугались двух громадных драконов, а затем ещё и Фай дохнула фиолетовым пламенем, выжигая перед нами проход среди зарослей корней, сплетённых с многочисленной паутиной.

Потянуло гарью и гнилью. Чёрные тени летучих мышей с писком бросились врассыпную, прочь от страшного противника, способного извергать пустотный огонь.

Черный и костяной драконы миновали последнюю преграду на пути к миру Клеток, и унеслись в черноту, нарушаемую одинокими застывшими огоньками.

Путь до нужного места я примерно помнил, потому пролетел чуть вперёд, и чтобы меня не потеряли из виду в кромешной тьме пространства между доменами, зажёг бирюзовый свет посоха.

Два дракона, живой и мёртвый, взяли следом за мной чуть левее, в сторону домена Молний, от которого мы начали путь в прошлый раз.

Здесь я примерно узнал место, вернее, конечно же, подсмотрел в карте. Путь через мир Клеток на ней просматривался ужасно, но открытые ранее места, как и прежде, высвечивались под серым «туманом войны». Система говорила, что я здесь уже бывал, хоть и не могу знать, что там происходит сейчас.

Но что может измениться в мире Клеток…?

Миновав два небольших островка, мы настроились на долгий путь к нужному месту.

Мир Клеток был тише обычного. Тёмные силуэты чихар, обычно всегда сопровождавшие любых путников в надежде найти слабую жертву, сегодня не появлялись. Даже редкие монстры мира Клеток не спешили на огонёк.

Единственная жутковатая на вид паукоподобная тварь, почуяв нас, заранее бросилась прочь.

Будет забавно, если по итогу никого не окажется дома, — подумал я с усмешкой.

— Зато тебя дома будет ждать сюрприз, — послышался голос Ласки у меня в голове. — Только чур не подсматривать!

Вдалеке показалось серое пятно. То самое место, где я встречался с Андреем Сказочником. Ещё одной таинственной фигурой, так выручившей меня с орденом Тиши.

Зависший в черноте остров казался таким же пустынным, как и всё вокруг. Но я хорошо знал, каким обманчивым может быть это место. Вполне возможно, что уже сейчас за нами из тумана наблюдают десятки серых чихар.

Благодаря силе Терми, мы бесшумно приземлились на острове, подняв вокруг себя клубы серой туманной взвеси.

Выйдет сам или пошлёт чихар? Или мне всё же удалось сделать сюрприз?

Позвать его самому? Может, стоило снять звуковую защиту от монстров мира Клеток раньше, чтобы он услышал шум нашего прибытия и наверняка отреагировал?

— Чувствую множество источников жизни, — сообщила Селена.

— Оу, лисята хотят поиграть? — улыбнулась пиромантка и над её рукой зажглось фиолетовое пламя. Она уже приняла человеческий вид и теперь с надменной усмешкой смотрела в туман.

Некоторое шевеление ощутил и я.

Собрав немножко влаги, я призвал собственное заклинание тумана и владения воды. Очень быстро стихия нарисовала мне на карте множество фигур гуманоидов.

Поняв, что обнаружены, чихары все вместе ринулись на нас со всех сторон. Причём это были красные чихары, а не местные, серые.

Дракоша встретила врагов во всеоружии, и в строй бегущих врезался необычный огненный шар, разорвавшийся, словно осколочный снаряд, а следом за ним — волна огня.

Следом за её магией прозвучали выстрелы лука Мерила, автоматического арбалета Джафсара и винтовки Сайриса. В сторону врага устремился Грейси с близняшками, готовясь отбивать прорвавшихся сквозь пламя и выстрелы.

В ответ враг послал тяжёлую артиллерию — громадные твари с красной шерстью и шестью лапами.

Среди народа чихар мутанты были самым обычным явлением из-за влияния магии хаоса, эксперименты с которой и породили их вид.

Один из чихар прорвался через первую линию и замахнулся лапой, грозя прибить сверху. Но по итогу поймал лишь копию из кипятка, принявшегося вываривать свежее мясо.

Зверь взвыл, но ненадолго — вскоре его страдания прервались, когда его шея, а затем и голова покрывшись чёрным льдом и рассыпавшись в пыль.

Из-за его спины выскочил ещё один, быстрый восьмиглазый чихар с зубастой пастью вместо руки. Тип оказался насколько мерзким с виду, насколько и хорошим бойцом, так как сумел уклониться от двух первых выпадов клинка из чёрного льда. Но третий его настиг.

Они всегда так удивляются, когда лекарь вдруг берёт в руки меч и начинает рубить головы…

Третий красношерстный с четырьмя ятаганами собирался застать меня врасплох, подкравшись в скрытности со спины. Но в тумане вокруг всё ещё была моя мана, так что сюрприз не удался, и в последний момент я резко развернулся и швырнул меч в сторону нового врага.

Оружие разделилось на множество ножей, болтов, игл и дротиков из чёрного льда.

Монстр сумел отбить первые три, но затем одна льдина вошла ему в глаз, другая вошла в горло и третья добила уколом около сердца.

Этот приём целиком придумала Ласка, как и многие другие трюки со странной субстанцией, которой был этот самый лёд. По прочности он не сильно уступал железу, а то и стали или ещё уровнем выше — если влить маны. Один минус — без контакта с магом чёрный лёд быстро терял цвет и таял, как обычная вода.

Затем паровой взрыв чуть в сторону, где туман выдаёт присутствие ещё четверых нападающих. БАМ!

Ещё миг, я обернулся, крепко сжимая в левой руке Волю Нефтис, и чёрный меч в правой. Стоит только увидеть врага, и его ждёт участь недавнего чихара.

Но враги медлили.

Я обратился к воде — туман не нарисовал ни одной цели.

Неужели всё?

Как-то слабо…

В тишине над островом раздались хлопки.

— А я думал, будет дольше.

— Ну и зачем ты натравил на нас эту мелочь? — спросил я, оборачиваясь в сторону голоса.

Андрей решил на этот раз не прятаться, а вышел сам. Правда, сомневаюсь, что убив его, я действительно смог бы ему навредить.

Мужик с рыжевато-каштановыми волосами и такого же цвета мантии. С короткой козлиной бородкой и ехидным прищуром.

Он стоял напротив нас с таким видом, будто вышел на балкон выпить кофе, а обнаружил там инфернальную суккубу. Удивлённо, жадно, хищно, но и с ожиданием подставы.

— Я? Ох, что ты, приятель, они сами сагрились на твою тушку. Вернее, узнали твоего чёрного дракона. Оригинальный скакун, должен заметить. Смотри, как бы не сбросил на переправе. Хотя проехаться на таком не отказался бы и я сам…

Три, два, один…

Интересно, на что он рассчитывал?

В то место, где секунду назад был сказочник, прилетел усиленный пустотой пиробласт, оставивший позади небольшую воронку в камне.

— Я же говорю, опасно ездить на хищнике, — улыбнулся Андрей, стоящий с чашкой кофе, как ни в чём ни бывало.

— Зачем ты её дразнишь? — спросил я у Андрея.

— Просто люблю цундере, — улыбнулся он.

— ЦУНДЕРЕ⁈

Следующий пиробласт пролетел мимо моего лица.

— Так чего-пришёл-то, лекарь? Или нашёл Цвет для меня?

— Когда здесь будут змеи и пособники сам-знаешь-кого, тебе будет не до Цветов.

— Предположим, до змей мне нет никакого дела, — буднично ответил он. — А с пустотниками… у меня конфликтов нет. Любая информация — за отдельную плату.

— Если их не остановить, они призовут сюда своего говнобога, и плохо будет всем!

— Так я тебе прямым текстом и говорю: их не остановить. Они призовут твоего нового покровителя, хочешь ты этого или нет.

Теперь уже мне захотелось как следует окунуть его в бассейн с кипятком.

— Что с лицом, кошачий посланник? — ухмылка сказочника переросла в звериный оскал. — Такова правда жизни. Прими её, вот мой лучший совет на сегодня.

— Не умничай. Хочешь сказать, ты сам пособник пустотников? — сомневаюсь, что это действительно так, но почему бы и нет?

— Не неси чушь, Син, — улыбка на его лице снова стала добродушной. — Я просто говорю о неизбежном. Пророчество написано, и никто не сможет его изменить. В твоей власти лишь править детали.

— Сейчас пустотники — самая слабая фракция из больших игроков, — начал вслух рассуждать я. — Провальная попытка переворота в городе силами ордена Тиши с их фрактальной чумой, ударила в первую очередь по ним, подкосив сидевших на чёрном дыме стихийных одержимых. Двое шпионов среди старших магистров Доминиона, Тахион и Мракрия — пали. Восстание незуми полностью провалилось. Попытка захвата воплощений Надежды и Радости — провалилась.

— Забыл добавить, что ряды принцев безумия сильно поредели, — кивнул Андрей. — И…?

— Что — «и»?

— Что это меняет в пророчестве?

Я скрипнул зубами.

За спиной у сказочника раскрылся огненный портал, из которого вырвалась пылающая рука, но только рассеяла иллюзию, а среди тумана рассеялся смех.

— Забыл, как чуть не огрёб после того, как мы с Лином начистили рожу твоему хозяину? — неожиданно вмешался Сайрис.

И от таких подробностей его прошлого, я немного выпал в осадок.

— Вы знакомы? — спросил я, тщетно скрывая удивление.

— Да так, было дело, пощадили по доброте душевной, а он вот про тебя гадости говорит.

— Для начала, я рисковал тогда лишь одной из множества жизней. Сейчас у нас с твоим другом, подземным королём, мир-дружба-жвачка, — сказочник появился у нас за спинами, спускаясь по несуществующей лестнице. Очередная иллюзия.

Мимо мелькнула вспышка огненного копья.

— Пф, ты даже не старалась, — фыркнул Андрей. — Где пиробласт?

Копьё прошло точно через его лоб, но не встретило сопротивления.

— Фай, хватит, ты же понимаешь, что он тебя провоцирует, — бросил я.

— Если я захочу, то просто залью весь этот грёбаный остров огнём Тления. Здесь подохнут все, и твои чихары, и ты, придурок! — рыкнула Фхайрен.

— Не стоит так злиться из-за глупой шутки, большой страшный дракон, — с улыбкой ответил Андрей. — Мне бы не хотелось на время лишиться парочки жизней.

— Вернёмся к делу. По приказу Великого Ректора, все обитатели города поступают на службу к магистрам для совместной обороны Доминиона, — процитировал я свежий приказ.

Правда, этот приказ был придуман для зверян, массово ломанувшихся ко мне в домен. Но по формулировкам прикопаться не к чему. Едва ли кто-то рассматривал его, применимо к сущностям, типа него.

— Ух ты, и я тоже? — восхитился Андрей, будто речь шла об игре.

— Будет достаточно, если поможешь нам информацией.

— Да, точно. Пока что разговор беспредметный, — кивнул сказочник.

— Логова пустотников. Любая информация о них самих. Любые пособники…

— Кот-инквизитор, как интересно, — перебил меня Андрей. — А мантия тебе к лицу, тари. Значит, теперь будешь охотиться на тех, кем был сам? Надеюсь, ты в курсе, что сам путешествуешь с пустотниками?

— Мне не нужны одержимые, — скривился я. Он правда не понял, или тянет время? — Любая информация о принцах и активных почитателях этого сраного пророчества.

— Ах вот оно что… Ну, это тоже тебе не поможет. Видишь ли, пророчество работает так, что даже если ты перебьёшь всех пустотников в округе, в итоге окажется, что именно это и нужно было для призыва сам-знаешь-кого. Дело вовсе не в исполнителях…

— И всё таки я попрбую, — покачал я головой. — Как минимум, уберегу Доминион от удара в спину. Ты собираешься помогать городу, в котором живёшь?

— Интересно ты ставишь вопросы, кот-инквизитор. Когда-то тари так искали еретиков, демонопоклонников, хаоситов и мантикоров. А теперь один из мантикоров, еретик-пустотник, носит мантию инквизитора.

— Как попасть в домен сумеречного рынка? — перешёл я к ещё большей конкретике.

— Было мало Разорванного Домена, старого домена воздуха, и башни астрала, и ты решил наложить лапу на предпоследнюю тайну Доминиона?

— Зачем ты тянешь время? — спросил я напрямик.

— Жду, когда ты придумаешь что-то достаточно интересное для меня.

— Эта твоя сила, которую ты собираешь…

— Именно! — просиял сказочник. — Кроме неё в этом мире меня ничего не интересует. Но если ты и твои люди не против поохотиться для меня, то думаю, мы сможем договориться.

11. Тайные тропы Доминиона

— Может, и сможем, — кивнул я. — Смотря что ты от нас хочешь. Полагаю, ты знаешь, у кого мы могли бы отобрать то, что тебе нужно?

— Всё так, кот-инквизитор. Как я и сказал, мне нет дела до твоих попыток бороться с пророчеством. Если хочешь извести всех крыс в городе — что ж, это твоё право. Я же… расскажу тебе про три места внутри Доминиона, где есть то, что мне нужно. Ты ведь не прочь убить парочку древних чудовищ?

— Если скажешь, что хочешь, чтобы я поохотился на пожирающих имя, я пошлю тебя к Мортис.

— Нет, все три цели убить более чем реально. Что-то самостоятельно, что-то с помощью клана, а что-то — силами всего Доминиона.

— А не слишком ли?

— Тебе не нужно добывать все три. Убей одно из чудовищ, которые я отмечу на карте, и я дам тебе путь на сумрачный рынок, — сказал Андрей, протягивая три знакомых прозрачных кристалла.

— Тогда зачем три…?

— На случай, если у тебя возникнут другие вопросы, чтобы ты не шумел здесь по пустякам. Моим чихарам теперь придётся здесь убирать…

— О, простите, — вмешалась Селена. — Не стоит ничего убирать. Я сама.

В глазах мертвецов зажглись зелёные огоньки, и красные чихары начали медленно вставать и строиться.

Интересно, как она собирается их переправлять в город?

Никто на это внимания не обратил. Андрей не отводил от меня взгляд, как и я от него.

После паузы перед глазами появилось ожидаемое:

Ваша карта обновлена.

И сразу же переслал полученное Лесату.

— Мда… — выдал он свой вердикт.

— Если знаете другие способы заполнить эти кристаллы — я только за, — пожал плечами Андрей с неизменной улыбкой. И заметь, пожирающих имя здесь нет.

— Там нечто похуже… — хмыкнул Лесат.

— Мне уже любопытно, — я продолжал сверлить Андрея взглядом.

— Я даже не знаю, что из всего этого хуже. Зоосад, домен Павших или Наружность, — продолжил искатель.

Домен Павших — это очень хорошо. Так называли в числе прочего павший домен Воздуха, в прямом смысле, упавшем на дно города. То самое место, где мы с Лаской познакомились со стариной Анкерием Безветренным.

— Зоосад — что-то знакомое.

— О, я свожу тебя на экскурсию, — снова удивил Сайрис. — Забавное место. Кстати, один из монорельсов, ради которых ты меня сюда вытащил, ведёт как раз туда.

— Вот и славно, — прервал нас Андрей. — Подробности потом обсудите. А сейчас, вот вам ещё кое-что на закуску. Собственно, клиенты. Их нужно убить, когда мой камень будет в инвентаре в радиусе двадцати метров.

Перед глазами возникли ещё три оповещения. Мигнула иконка доступа в специальный бестиарий, и раскрылись три профиля тварей.

Теперь уже я едва не уронил «мда» следом за Лесатом.

По уровню твари не уступали монстрам из-за барьера. Пожалуй, они бы может даже похищающим имя что-то противопоставить могли бы.

— Что будет, если я достану тебе все три? — спросил я.

— Я буду очень рад, — пожал плечами Андрей. — А как это использовать — думай сам. Я могу рассказать тебе много интересных сказок. О твоих разочарованиях в будущем. О твоих тайных и явных врагах. Всё. Считай меня лучшим торговцем информацией в этом мире. Но только в нём, так что о мире-темнице не спрашивай.

— О змеях?

— Да, — кивнул сказочник. Этого он от меня и ожидал. — Имена многоглавого змея стараются лишний раз не поминать. Вся их империя держится на нём. Но возможно тебе это поможет держать оборону.

— А ведь ты сам хочешь, чтобы Син его грохнул, — снова вмешался Сайрис. — Сколько тебе там ништяков отсыпало после Алькора? Помню, у него способностей было прилично так. Хочешь навариться, нихрена не сделав?

Впервые на моей памяти вечно улыбчивый сказочник чуть скривился, хоть и быстро вновь взял себя в руки. Надо будет подробнее расспросить его странных знакомствах.

— Груб, как всегда, вороний посланник. Оттуда тебе знать то, в чём ты не разбираешься?

— А мне и не надо, я всегда могу связаться с Лином и спросить у него.

Сказочник помрачнел ещё больше.

— Мне нет никакого дела до этого. Я нейтральная сторона, — сделал последнюю попытку Андрей, но пытаться переспорить Сайриса — гиблое дело.

— О чём вы, — я обернулся к инженеру.

— Если главный змей сдохнет, ему отойдёт с пару десятков этих кристаллов уже в заполненном виде. Ну, то есть не кристаллов, но суть ты понял.

Я кивнул.

— Интересная политика, — сказал я. — Заплати мне камень, чтобы я получил ещё двадцать таких же? А мне что с того?

— Выживание Доминиона, например? — предположил он. — Мне плевать, кто владеет городом, а у тебя тут друзья, башня…

— У меня портал в место за сотни километров отсюда, — теперь уже я напустил на себя равнодушный вид. — Если я пойму, что Доминиону крышка, я тоже просто могу свалить, забрав с собой всех.

Это был блеф лишь отчасти. Сделать это я действительно мог, но очень сомневался, что до этого дойдёт. Такой вариант предполагался на случай, если пустотники и Доминион потерпят поражение, и власть в городе возьмут на себя асу.

Подобное противоречило пророчеству, но очень даже соответствовало здравому смыслу. Если опустить всю мистику, когда падёт барьер, их химеры просто сровняют город с землёй. Для Подземья созданные змеями твари стали аналогом бога-чудовища: непреодолимой разрушительной силой, которую нельзя остановить.

Я выдержал пристальный взгляд Андрея, и тот кивнул.

— Хрен с вами. Информация о змеях — бонусом. Что ты хотел узнать о них? И… доверяешь ли ты всем здесь собравшимся?

При этих словах он посмотрел на Дракошу.

Ну да, ей бы я свою жизнь и тайны точно не доверил. Но в данном случае, змеям победы она не желает наверняка. Скорее наоборот, готова примкнуть хоть к Сатане, лишь бы асу до неё не добрались.

— Я доверяю всем своим людям, — выдал я спорное утверждение.

— Тогда, полагаю, твой ездовой зверь должен знать…

— УБЬЮ! — рыкнула Фай, и на этот раз она попыталась решить вопрос кардинально, переместившись к Андрею на расстояние удара порталом.

Без толку, само собой.

— Что ж, если это всё, то я, пожалуй, откланяюсь, пока меня никто не убил.

— В следующий раз приду без Фай, — хмыкнул я.

— Что ты, ни в коем случае! Разве я говорил, что мне что-то не понравилось…?

В том месте, откуда в последний раз донёсся голос Андрея, расцвёл огненный столб…

— А ты чего поддаёшься на его провокации? — спросил я уже у Дракоши.

— Никто не смеет называть великого чёрного дракона Фхайрантаанимар ездовым червяком!

— Да брось, все ж свои. Да и шутка вполне безобидная.

— Шутка? Братик, вообще-то тебе стоило первому заступиться за честь любимой сестрёнки.

— Лучше я потом сделаю любимой сестрёнке большой подарок, — улыбнулся я.

Дракоша расцвела и улыбнулась в ответ. Так, что Грей помрачнел, решив, что я подкатываю к его возлюбленной.

Но подарок этот сделать мне придётся в любом случае. Так пусть лучше считает это жестом доброй воли с моей стороны, а не вынужденной необходимостью.

Кажется, сегодня сами звёзды на её стороне.

— Похоже, с кровавой боёвкой облом, братан, — хмыкнул инженер. — Переходим к экскурсии?

— Да, действуем по плану, тем более, что он совпадает с тем, что мы и так должны сделать, — кивнул я. — Сейчас я разошлю всем инфу по местам, которые нам нужно зачистить. Можете начинать думать.

Нечто, уровень [#ОШИБКА 1871196-EX]

Стихия [Пустота/Хаос/Тьма/#ОШИБКА7.А44]

Место обитания: локация «Зоосад», мир Клеток.

Иммунитет: не определено.

Слабости: не выявлено.

Особые свойства: трансцендентальная тварь

Пойди не знаю куда и убей непонятно что, так можно назвать эту задачу. Но нам, как минимум, по пути.

Ненавидящая плоть, уровень 10 — 6632

Стихия энтропия [Хаос/Тьма]

Место обитания: локация «Домен ветра», [#ОШИБКА404].

Иммунитет: не определено.

Слабости: не выявлено.

Особые свойства: вечный голод

И вот как это понимать? По такому описанию вообще ничерта не ясно о силе твари. Но вот место понять не сложно — павший домен ветра на днище Доминиона. Мы нашли его с Лаской случайно. И даже успели немного там прогуляться. Теперь, выходит, нужно пройтись снова, более основательно, и всё зачистить.

Правда, это мы делать будем уже другим составом. Скорее всего, это будет операция всего домена. Вот почему Андрей сказал на счёт этого. Потребуется много людей, чтобы просто прочесать это место, попутно отстреливая монстров, прежде чем мы найдём нужную тварь.

Халцедоновый снегоед, уровень 856

Стихия: шторм [вода/воздух]

Место обитания: снежная пустошь.

Иммунитет: холод.

Слабости: пустота.

Особые свойства: не известны.

Зверушка с поверхности… думаю, о главном подвохе затеи я уже догадываюсь. Мне хватило и одного раза, когда я в составе группы Мархи шёл к храму Тиши через верх. Но там были особые условия и особое время. И даже так потребовались силы всего отряда, чтобы просто не замёрзнуть насмерть.

Здесь же… не горы. Над нами ветреная равнина, где к температуре ниже сотни по Цельсию прибавляется ещё и такой ветер, что едва не сбивает тебя с ног. Усилия всего Доминиона — тут он, конечно, сильно переборщил. Справимся и своими силами. Хотя может, и займём группу магов у Книжной Лакомки, чтобы хоть немного сдержать стихию перед боем.

А дальше… слабость к пустоте как бы сама собой намекает.

— Значит, отправляемся в Зоосад… — задумчиво сказал Сайрис. — Син, ты и все остальные должны на время этой вылазки дать клятву выполнять все мои приказы без лишних вопросов.

Сразу несколько пар глаз обратились ко мне. Такие решения принимать лидеру рейда.

— И что ты собрался нам приказывать? Мы не настолько спешим, ты можешь рассказать что к чему… да хоть бы и сейчас, по пути.

— Ну… — почесал голову бородатый инженер. — Пожалуй, кое-что мог бы. Зоосад — это такая очень дерьмовая локация, которая раньше принадлежала змеям. Одно время, до войны одержимых, у них здесь было чёт типа посольства. Небольшой мини-домен, где они проводили всякие опыты.

— Делали генетических химер под носом у Ректора? — скривилась одна из близняшек.

— Поверь, под носом у Ректора и не такое творилось, — заметил Терми.

Я тоже улыбнулся, вспоминая увлекательный спуск в подвал.

— Короче, — продолжил Сайрис. — Во время бойни в городе, твари там тоже взбунтовались и разбежались. Собственно, они и стали монстрами Доминиона. Теми самыми, которых все боятся и сочиняют страшные байки.

В целом, это я уже примерно и так знал. Но вот дальше пошла информация, которой не было ни у кого. Даже Лесат заинтересованно стал прислушиваться к разговору, а он обычно всегда знает всё, как и его магистресса.

— Но то, что сбежало оттуда — это цветочки по сравнению с тем, что находится в самой локации. Честно говоря, там полный пиздец, без мата не скажешь. Будто в дыру на глубинные уровни сунулся. Гибридные твари таких уровней, как та хреновина в списке, тупо на каждом шагу. Можете считать это локальным прорывом тварей Запределья наглядно.

— То есть до нужной твари ещё нужно дойти живым? — понял я.

— Да. Но тебе повезло. Сегодня акция. Всего за пять баб в личный гарем я тебя доставлю невредимым прямо к этой херне со стрёмным названием!

— Не вопрос. Дракон будет первой?

— Братик, мне убить сначала тебя или его? — встрепенулась Фай.

— Один-один, — хмыкнул инженер. — Ладно, видел я твою тварюшку в общем. Вернее, не совсем я, Лииндарк видел, а я был… кхм, немного занят выбиванием дерьма из местных смотрителей. Я смогу подвести нас очень близко к тому месту. Но важно, чтобы вы не дёргались, и делали всё, как я скажу. Хоть пока мы не попадём в нужное место. Хреновина обитает в здании, одной из змеиных лабораторий.

— Погоди, там есть смотрители?

— Да, три древних сущности. Ты же слышал о Стражах?

Я припомнил Хозяйку Мрака, у которой мы некогда гостили с Терми, и кивнул.

— Так вот, они тоже бывшие стражи. Во времена войны одержимых, они пришли закрывать прорывы проклятой стихии. Тогда Доминион напоминал второе Мёртвокотье… В общем, с одним из членов группы приключилась беда, и они решили не бросать своего, а остаться втроём здесь. Тем более, что кроме них никто не может сдерживать монстров оттуда.

— И ты хочешь сказать, что ты сражался со стражами, как Хозяйка Мрака? — уточнил я.

— Ну, эти ребята не такие сильные. Пожалуй, если будет нужно, мы им наваляем текущим составом. Так-то тоже уже не нубы, — пожал плечами Сайрис. — Хозяйка у них за авторитета, как я понял, так что не нужно ровнять всех по ней. Ребята они серьёзные, но не имба.

— Надеюсь, обойдётся без конфликтов. Чем они там занимаются, знаешь? Стоит ждать их на огонёк ради мести тебе, например? — спросил я.

— Не, ничего такого. Мы с ними мирно разошлись. Тогда мы поцапались по ошибке. Один пидрила подставил и наговорил про меня всякого дерьма. Но сейчас принц мародёров мёртв, так что если надо, можем даже зайти к ним на чай.

— Кстати, Ректор ведь в курсе всего этого? — ещё один интересный вопрос.

— Конечно, — кивнул Сай. — И Троица номинально тоже у него в подчинении. Собственно, на должности смотрителей Зоосада.

— Тогда сперва я бы зашёл в гости к ним. Возможно, у них есть больше информации об этой штуке и о том, как её можно завалить. Раз уж они в любом случае с нами на одной стороне.

— Как скажешь… Их главного зовут Геннадий. Скорее всего, все переговоры ты будешь вести с ним. Он архимаг-элементалист и очень сильный дамагер. Ну а внешность… словом, там у всей троицы есть веские причины не показываться на людях.

— А что не так с ней? Ну, а то мало ли, чтоб я с монстром не спутал, да простит меня Нефтис если я тебя не так понял.

— Ну как сказать. Он двухметровый кроколюд, а двое других менее общительны, и без нужды не показываются. Чей-бру тар Ашка похож на ушастого плюшевого зверька с виду, но на деле он… как Лииндарк, если помнишь его стиль боя. А третья пустотник-проклинатель. Мрачная старуха с дебафами и жутким призывом демонической крысы. Её так и зовут Старуха Клеко. Выглядит… как опрятная Баба Яга, маскирующаяся под цивилизованного человека…

Серые земли окутывал кромешный туман, становившийся лишь гуще, чем глубже мы в них заходили. Но врагов я не ощущал. Разлив вокруг свою ману и создавая свой туман, я попытался ощутить присутствие врага, но вокруг были лишь камни и редкие сухие деревья.

Я вдруг подумал, чем серые чихары питаются, если здесь ничего не растёт, а охотничьи набеги за пределы своих территорий они не устраивают.

Спустя километра полтора пути туман сгустился так сильно, что ладонь вытянутой руки уже начинала теряться.

— Сай, ты уверен, что мы идём в правильном направлении?

— Доверься мне, я инженер.

— Интересно, как это тебе помогает находить дорогу? — фыркнула Дракоша.

— Мы уже почти на месте, — с раздражением бросил Сайрис.

И действительно, буквально спустя минуту из тумана проступили очертания металлического здания. Было оно в ужасном состоянии — сильно разбитое, с выломанным входом и частью стены, огромная дыра в крыше. А внутри… да, собственно, ничего. Это была давно заброшенная конечная станция и мастерская техобслуживания.

— Монорельса нет, — хмуро сказал Сайрис. — В тот раз их здесь было полно…

— Мы можем просто пойти пешком по нему, — я пожал плечами.

— Думаешь, это хорошая идея? — скептически скривился Сай. — Не все здесь тари, чтобы бегать по железной ленте на своих двоих. А там пока дойдём, на нас в паре мест могут устроить засаду чихары. Много навоюешь, балансируя на монорельсе?

— Пожалуй, ты прав… — я помрачнел, но вскоре новая идея пришла сама собой. — А если соорудить подобие монорельса самим?

— Как? — задумался инженер.

— У нас здесь полно магов. Селена организует рабочие руки из чихар.

— Вот здесь раньше было полно разбитых вагонов… — задумчиво сказал Сайрис.

— Вот ещё что-то есть, с той стороны! — крикнул Мерил снаружи помещения.

Задняя стена была сильно раскурочена, так что появился полноценный новый вход, не предусмотренный строителями.

По ту сторону оказалась свалка металла, покрытого обширными зарослями люминориса.

— Не, ну это издевательство, — прокомментировал Сайрис. — По твоему я что, волшебник?

Мерил стоял около остова вагона от которого, можно сказать, осталось одно только название. Одна стена отсутствовала полностью, открывая вид на относительно целый пол. Но это и единственное, что было здесь целым. Вторая стена была покрыта выщерблинами, будто монорельс обстреливали из пушек. Крыша держалась, нависая над полом и держась на одной только несчастной стене…

— Ну, у тебя есть Селена и мёртвые чихары… — напомнил я.

— А мотор мне тоже заменят мёртвые чихары?

— Чем тебе живых магов мало? — возразил я. — Некуша, конечно, я зря не взял, но и без него придумаем как сдвинуть эту штуку с места. Магистр я всё же, или как?

— Ладно, если побудешь мотором, хрен с тобой, постараюсь поставить эту жесть на монорельс. И хрен с тобой, давай своих зомби… и это. Будь готов, что по пути на нас могут напасть.

12. Зоосад

Времени собрать и поставить подобие монорельса ушло намного больше, чем мы рассчитывали. Итоговый результат выглядел… ну, не так плохо, как могло бы показаться. Будто вагон побывал в большой переделке, что скорее всего было не далеко от правды.

Ни о каком электрическом двигателе речи не шло. Нашим двигателем после короткого обсуждения стали… мёртвые чихары. Враг будто решил нам помочь, любезно предоставив их тушки, за что ему большое спасибо.

Правда, «враг» здесь понятие абстрактное. Большинство красных чихар даже не в курсе, что на самом деле служат змеям. Этому народу вообще задумываться, как я понял, не свойственно.

Убедившись, что вагон сидит достаточно прочно, и надёжно забив все щели на случай обороны, мы оставили лишь бойницы и люк наверх. Нас было многовато, чтобы поместиться всем внутри. Конечно, можно было вновь оседлать дракона… черт, звучит и впрямь немного двусмысленно. В общем, с Фхайрен, летящей рядом с вагоном, было бы проще, но с другой стороны, и заметнее.

У передвижения на тяге зомби было одно огромное преимущество — оно было абсолютно бесшумным. Чихары с безразличием на лице перебирали лапками, напрягая организм намного больше, чем позволялось живому телу.

Эта особенность стала приятной неожиданностью для всех, потому портить её видом громадного зависшего рядом дракона мне не хотелось. Лучше уж часть из нас поедет сверху.

Собственно, наверх отправились в первую очередь мы с Сайрисом. Я — как видящий в темноте, он — как знающий маршрут. По другую сторону от разделявшего нас монорельса встали Мерил и Джаф — как стрелки.

Нежить на монорельсе принялась шустро перебирать лапками, и остров серых чихар начал отдаляться прочь. Нас обступила тьма. Кромешный мрак мира Клеток, среди которого, честно говоря, я не видел разницы между моим кошачьим зрением и обычным людским.

Здесь просто не на что было смотреть. Всё такие же цепи и изредка попадавшиеся клетки. Зависшие в черноте огни и ощущение, будто бы находишься в космосе, только можешь дышать без скафандра.

— Располагает к размышлением, да? — неожиданно заметил Сайрис.

— Пожалуй, — я пожал плечами.

— Скажи, Син… мы ведь друг друга знаем, кажется, уже целую вечность.

— Ну? — поторопил я его.

— Ты ведь понимаешь, что нам не удержать Доминион?

— С чего ты вдруг? Откуда такой пессимизм?

— Не, я это не для того говорю, чтобы ты мне задвигал мотивационную речь. Просто давай представим, что, если…?

— Предлагаешь дезертировать?

— А есть куда, с подводной лодки-то? — усмехнулся он. Но за смешинками в глазах я увидел настороженность. Он сам внимательно следил за моей реакцией.

Ну, до тари с эмпатией ему всё равно далеко, так что я легко прочитал его эмоции, окрасившиеся надеждой.

Кажется, дезертирство он рассматривал очень даже всерьёз.

— Или ты пол о дин света на службе у Великого? — инженер насмешливо исказил слово.

— Чего ты от меня ждёшь, Сай? Индульгенции? Или тебе есть, что предложить?

— А что, предложения принимаются? — улыбнулся он.

Я молча пожал плечами.

Отказываться от информации в любом случае не стоит. Не говорить же ему, что он и так по-умолчанию в списке тех, кого я вытащу, если дела пойдут совсем худо.

— Та башня у разлома, — сказал он. — Она ведь всё ещё завязана на тебе. И там источник твоего бога.

— Допустим. Предлагаешь прыгнуть туда? Представляешь, что там сейчас ползает?

Сайрис горько усмехнулся.

— Если это будет крайней мерой — почему нет? Один раз мы уже вырвались оттуда.

— Сейчас там будут уже не мессы с мракобестиями, а я даже боюсь предположить, что, — ответил я.

— Не похоже, чтобы тебя это сильно беспокоило, братан, — заметил инженер.

— Миссия, которую задумал Ректор, стоит того, чтобы оставаться здесь до последнего. Просто поверь мне на слово.

— С чего бы? — хмыкнул Сайрис. — Ты сейчас говоришь, как верный ученик Танатоса. Мне казалось, ты всегда был себе на уме.

— Ты же знаешь, что я не имею права ничего разглашать. Но скажу так. Если его план накроется, то будет уже не важно, кто хозяйничает в городе. Ты можешь бежать так далеко, как только можешь — с планеты ты вряд-ли сбежишь. Хотя, это тоже не факт, что поможет.

— Всё настолько паршиво?

— Ты же и сам до многого догадался о мире, в котором мы живём, Сай. Мельхиор — очень хрупкий мир. Цель Ректора — вовсе не месть, как все думают, а спасение мира. Как бы странно это не звучало. Возможно даже, обоих миров, если учесть, что змеи собираются сбросить в мир-темницу неназываемую тварь.

— Воу…

— Ага, — кивнул я.

— Но тогда получается… постой, как можно сбросить игрового бога в реальность?

— А как может существовать этот самый игровой бог, если его стёрли к чертям собачьим из всех баз данных? Любое упоминание? Ты даже имя её произнести не сможешь, потому что система его сразу же выдирает с корнем.

— Погоди, Син, но тогда получается, нам это на руку.

— Геноцид Земли тебе на руку? — хмыкнул я.

— Ну, я-то не там, — улыбнулся инженер.

— Тогда тебе по пути со змеями, — мрачно ответил я, уже жалея, что вообще об этом сказал. Будто мотивирую друга на предательство, блин.

Сайрис ни разу не трус, но эгоист просто канонический. «Есть моё, а всё что не моё — меня уже не касается». А вот чтобы защитить своё он и впрямь может переметнуться к змеям. Самопожертвование во имя великой цели — это точно не про него.

Начинаю понимать Танатоса, который наводил по началу столько тумана. План Ректора будет работать только пока никто не знает всю его суть, кроме парочки погрешностей вроде высших магистров академии.

— Пожалуй, если бы змеи не были грёбаными магическими фашистами. Воевать за мир, в котором я буду рабом — такое себе, — хмыкнул Сайрис. — Но… я скорее имел ввиду Цианею.

— А она здесь при чём? — не сразу понял я, с чего он вспомнил о своей подружке.

— Ну это… жизнь-то продолжается, независимо от всех этих змей и Ректоров… Мда… только сейчас понял, как это всё тупо звучит. В общем это… Мы с Цианой решили… ну, типа пожениться. Раз уж тут смертельный бой на носу.

Обычно ехидный эгоистичный инженер… выглядел смущённым, что подтверждала моя эмпатия. Наверное, впервые за время нашего знакомства он испытывал подобное чувство.

— Но нам до вторжения в город ещё минимум пол года ждать. Вот, подумал, может хоть для неё найдётся местечко потеплее. Ты же свою Ласку наверняка спрячешь, когда начнётся…?

Я усмехнулся.

— Эту спрячешь, как же. Она ни за что не станет отсиживаться в стороне, когда я сражаюсь.

— Я понял тебя, Сай. На свадьбу только хоть пригласи.

— Обижаешь, это само собой. Хотя у нас сейчас через день попойки…

— Кстати, — посерьёзнел я. — Что-то я пока что не вижу ни одну красную задницу. Ты обещал нападения чихар, вроде?

Инженер на это только пожал плечами. Мы выезжали вниз, под домен Серых Земель, где в изобилии были разбросаны одинокие островки, отколовшиеся от основного домена, но зацепившись за цепи.

— В прошлый раз здесь была первая засада, — сказал Сайрис.

Расправив туман, я контролем отправил вокруг себя частички воды и ощупал через неё окрестности. Подвижных объектов, или чего-то гуманоидной формы не обнаружил. На чихар точно не похоже — те бы не смогли скрыться от такого сканирования.

— Кажется, чисто, — неуверенно сказал я. Неуверенно — не потому, что не доверял своей силе, а потому что иначе получалось как-то слишком просто.

Снова поворот.

Зомби-чихары медленно перебирали лапками дальше, унося нас во мрак…

Мы ещё дважды проезжали в опасной близости к туманным островкам, но никто нам так и не повстречался. Затем ещё пару с лишним часов среди чернильной пустоты мира Клеток, уже не встречая ничего. В этой части Доминиона даже пятен света и зависших клеток не наблюдалось, а цепи становились всё дальше друг от друга.

За то время, что мы медленно скользили руками мертвецов через мрак, Сайрис поделился сокращённой историей, как они с Лииндарком охотились на лисьего посланника.

По идее, конкурентов у алтаря должно было быть на одного больше, так что здесь он мне даже немного подпортил миссию Безупречного. Хех, теперь об этом вспоминается с улыбкой.

Впрочем, Алькор по прозвищу Принц Мародёров был психопатом со склонностью к садизму, с раздвоением личности и ещё множеством бед в башке. Так себе кандидат в звериные посланники. Судя по рассказам Сайриса, парень был просто неадекватен.

Тогда он обманом натравил на инженера и его отряд убийц Троицы, которые и были хранителями Зоосада. Тогда они едва не погибли, но в итоге силой заставили себя выслушать. И увидев доказательства, что их обманули, бывшие стражи поступили неожиданно мудро, признали свою ошибку, и даже оказали небольшую поддержку на пути в Клинковую Рощу.

Такая вот история знакомства.

Сам Сайрис, рассказывая всё это, оставался абсолютно спокоен, так что по крайней мере местные смотрители нам точно не будут представлять угрозу.

А затем, среди мглы показался остров. Мрачный, не смотря на редкую поросль люминориса и светящейся голубой травы. Именно из-за неё мы и увидели остров в целом, потому как никаких признаков цивилизации здесь не наблюдалось.

Разве что, парочка камней по мере приближения, стали всё больше напоминать своими очертаниями здания. Вернее, куски зданий — это даже на руины не походило. Угол дома с куском окна издали мне вовсе показался каменной глыбой.

— Вот и прибыли, — Сайрис тоже чуть лучше человека видел во тьме, так что вторым заметил остров вдали. Затем наклонился к люку внутрь вагона и скомандовал Селене. — Останови мертвецов, есть пара слов.

— М-м? — потянула Селена.

— Дальше все лезем внутрь. Надо — обнимайтесь, но чтобы снаружи никого, — сказал инженер.

— А как же зомби? — резонно спросил я.

— Блин. Об этом я как-то сразу не подумал. Тут может быть проблема, — Сайрис нахмурился.

— Как вариант, могу попробовать призвать щупальца, если зависнем, — предложил Джафсар.

— Их тоже могут порвать, — покачал головой Сай.

— Ещё варианты? — спросил я.

В ответ повисла тишина.

Все задумались, да и я тоже. Как на зло, ни одного сильного мага ветра, чтобы просто добавить в конструкцию парус и лететь благодаря его силе.

— Может, на них и не нападут. В принципе на нас наверху не нападали, — предложил Сай. — Но лучше, если у кого-то есть невидимость или иллюзии?

— Могу превратить нас в эпицентр туманного облака, — предложил я.

— Чтобы местные решили навести справки, кто это тут разливает озёра из своей маны? — хмыкнул инженер. — Нет, это плохая затея. Хорошо бы вообще не привлекать их внимание.

— Хорошо, ты сам говорил, что ты ехал снаружи и в тот раз, так что пусть зомби остаются.

По итогу мы так и добрались до острова — не повстречав никакого сопротивления. Но меня это совсем не радовало. Если местные изменяют своим привычным традициям, значит что-то происходит.

Едва-ли засада, с учётом особенностей Зоосада как бы такую засаду не разжалывали до закуски местные обитатели. Скорее — что-то глобальное. Возможно, где-то в заброшенных доменах и на зависших осколках сейчас полчища красных чихар готовятся к удару в сердце города.

Тяжело воевать на два фронта. Сейчас чихары — кошмар для жителей Доминиона, и лёгкое развлечение для опытного воина. Крысы смогли парализовать Стержень, потому то имели доступ куда угодно. Чихары же хоть и сильнее в бою, на твёрдой земле вне своего мира Клеток — лёгкая добыча для отрядов классической сборки. Пара танков, лекарь и толковый дамагер.

Большинство чихар достаточно глупы, чтобы как подобает мобам в играх, бросаться на большую бронированную цель, пока её поддерживает хилл, а тем временем задницу поджигает маг. Лучшая тактика против всех, кому не отсыпали интеллекта… ну или кто — чихар. В общем, в масштабах города в целом — это мелкий надоедливый вредитель, а не враг. Но есть одно «но».

Но если змеи разыграют эту карту в момент обороны от монстров, быть беде. Поэтому вопрос их отлова и уничтожения надо бы поставить на следующем собрании. Странно, что до сих пор никто об этом не подумал. Должно быть, слишком привыкли к этой нечисти под боком.

Остров приближался.

Тёмный и мрачный, но с редкой светящейся растительностью. Она и давала тусклое освещение, примерно, как ясную лунную ночь.

Терми обновил молитву тишины, и вагон на тяге из мертвецов вновь стал абсолютно бесшумным. Но мы всё равно напряглись, ожидая неприятностей.

На первый взгляд, место выглядело безжизненно. Глядя на всё вокруг я начал примерно укладывать в голове картинку, как развивался Зоосад.

Сперва — остовы редких зданий. Они были сильно искорёжены, так что можно представить себе идущий тут бой. Скорее всего, не один. Здания были осыпавшимися, а от большей части и вовсе не осталось и следа за исключением пары камней. Множество построек были разрушены до такой степени, что теперь там была лишь каменная крошка, парочка валунов и белая пыль.

Время и битвы монстров. Вот что оставило такие следы. На каменных стенах хорошо видны следы царапин и сколов. Не каждое существо способно оставить такие борозды своими когтями на камне.

Затем, растения. Скорее всего местная флора активно мутировала под воздействием магии, или эксперименты распространялись и на неё. Когда это место одичало, растения тоже вырвались на свободу, очень быстро захватили весь остров и превратили это место в один сплошной пышный сад.

Вот только если сбежавшие подопытные образцы налаживали новую среду обитания, кушая друг дружку и размножаясь, то растения со временем исчерпали запасы естественной влаги на изолированном зависшем кусочке земли и камня. И почти вся зелень здесь благополучно вымерла, оставив после себя сухостой.

Большая часть сухой травы за время под воздействием ветра рассыпалась, создав почву из множества мелких кусочков высохшей травы. Среди этого моря мелькали сухие кусты и редкие сухие деревья. Немногие оставшиеся растения ярко светились во мраке, но выглядели тоже печально. Или допивали последние остатки влаги, или жили уже с того, что приходит сюда с ветром с Наружности.

— В прошлый раз Троица встретила нас тут, — тихо произнёс Сайрис.

— Но сегодня, кажется, никто не спешит.

— Ну, тогда нас ждали, — развёл руками инженер.

— Если то, что ты рассказал о них — правда, то они и так уже должны знать о гостях в своих владениях. Нет, причина в другом. Не знаешь, кто-то из магистров общается с ними? Или только сам Ректор?

— Ректору тоже в этом никакой нужды нет, — хмыкнул Сайрис. — У Зоосада только одна функция — сдерживать то, что находится внутри него.

— А что-то отсюда активно ломится в город?

— Скорее всего пожирающие имя и прочая запредельная нечисть из заброшенных доменов — изначально отсюда. Да и уровень тварюшки в квесте ты сам видел. Ты лучше скажи, ты реально собираешься бросить вызов твари такого уровня текущим составом? Вот так, сходу?

— Для начала просто присмотримся. Расспросим хранителей, может есть способ прикончить тварь как-то попроще и поумнее. Если нет — выясним её слабоста и будем собирать рейд исходя из этого.

— Это хорошо. А то я как-то к такому не готовился, — нервно улыбнулся инженер.

— Ну, вероятность, что мы нападём сегодня, тоже есть. Но главное разведать местность — потом подумаем, где разместить стационарный портал. Наверное, на одном из окружающих Зоосад осколков…

— Син! — прервал меня Сайрис. — Вон то самое место, где Лиин видел ту тварь.

Я посмотрел на мрачное полуразрушенное здание. Через большие окна с решёткой и разбитым стеклом проглядывал горящий внутри свет. На фоне тёмного Зоосада и руин, это выглядело зловеще.

— Почему мы останавливаемся? — с недовольством спросила Дракоша.

Взглянув на Селену, я увидел на её лице удивление.

— Связь с мертвецами активна. Они вроде как… продолжают работать, — неуверенно сказала она.

Но теперь и я почувствовал, что вагон замедляется и вот-вот остановится. Будто топливо или энергия были на исходе. Вот только сейчас вагон вообще тащился лапами зомби, и такого плавного торможения быть точно не должно.

— Син, ты куда? — поймала меня за рукав некромантка.

— Поприветствую наших гостей.

— Каких? — не поняла девушка.

— Монстры бы атаковали сразу, — пояснил я. — А нам даже зомби никто убивать не стал. Это сигнал. Не так ли, Сайрис?

— Агась, — широко улыбнулся инженер. — Дуй наверх, я с тобой. Познакомлю тебя с самой опасной троицей чистильщиков в этом городе.

13. Цена невидимой силы

Я выбрался наружу вслед за Сайрисом и предстал перед тем, кого мир однозначно определил, как:

Геннадий, Властелин Мира Клеток, Смотритель Зоосада, элементалист 322 уровня.

Он завис в воздухе. Двухметровый кроколюд в плаще и шляпе.

Маг молча наблюдал, как мы выбрались наверх и только тогда заговорил:

— Приветствую, Сайрис. Что привело тебя к нам вновь? — пророкотал он мощным раскатистым басом.

Уровень младшего магистра. Интересно. Если судить только по нему, то на главу легендарной троицы убийц он слабо похож. Но я почти уверен, что здесь всё не так просто. В конце концов даже у Андрея всего лишь девятнадцатый.

— Да вот, экскурсию провожу. Знакомься, Синаэль тар Мантикор, мой кореш.

Последнее он добавил с лёгкой усмешкой, будто забыл и вдруг вспомнил только что необходимость поддерживать образ слегка быдловатого и недалёкого типа. Впрочем, все, кто хоть сколько-то его знал, не обманывались этой личиной.

— Магистр Син, — представился я. — Башня Звёздного Зверя.

— Ваши титулы для меня значат немного, — в голосе кроколюда послышалась насмешка. — И башни у вас исчезают и появляются слишком часто, чтобы помнить их все. Раньше, помнится, было принято называть по именам стихий?

— В таком случае взгляни на уровень и регалии, — немного резковато ответил я. Сперва ответил, а уже потом подумал, что наверное, не стоило.

Однако смотритель Зоосада даже не изменился в лице.

— Что привело тебя сюда, магистр с проклятым именем?

— Тварь по имени «Нечто», — я тоже решил промолчать на счёт имени. Тем более что среди местных мне об этом не говорил только ленивый.

— Зачем она тебе? — удивился кроколюд.

— Она должна быть уничтожена, — отчеканил я.

— О-о, — в голосе мага послышалась насмешка. — А силёнок-то хватит, магистр звериной башни?

— Если не хватит, будем думать как схитрить, — я обезоруживающе улыбнулся. — Вопрос безопасности Доминиона.

— А с каких пор тварь, что не покидает своё логово, стала представлять для академии угрозу?

— Скорее, трофей с неё является предметом торга за то, что является вопросом безопасности Доминиона.

— Вот как? Кажется, я даже догадываюсь, с кем вы собираетесь торговать трофеями с этого монстра. А потому вынужден предупредить. Если вы сделаете хоть шаг в сторону гибридной твари, нам придётся вмешаться.

— Вам нужен личный приказ Ректора, или вы в принципе решили предать Доминион?

Кроколюд тяжело вздохнул.

— Дежавю… Знакомый цвет мантии. Насыщенный тёмно-вишнёвый. Его ещё называют кармином. Мантия покроя тари, под стать твоей расе. Красные цвета носили всего два дома тари, и одна организация. Инквизиция. К слову, на мантикоров они тоже охотились.

— Коричневый плащ из шерсти пещерного зверя с закосом под современный деловой стиль мира-темницы. Будем и дальше обсуждать одежду друг друга?

На это кроколюд внезапно усмехнулся:

— Да просто видел кое-кого в очень похожем наряде, со схожими свойствами. Но судя по тому, что ты решил передать запечатанную в гибридном монстре силу Андрею, с цветомантией ты не знаком.

— Нет, — признал я. — Почему вы против, чтобы я передал лут с «нечто» ему?

— Для начала, не дели шкуру неубитого зверя. А в остальном… Уверен ли ты, что поступаешь правильно, усиливая подобное существо? Ты что-то знаешь о мотивах сказочника из мира Клеток?

— Мне он сообщил лишь о сборе таких сил. Что конкретно эта ваша цветомантия такое?

— Назовём это модификацией силы. Очень мощной модификацией силы, особенно ценной для магов. Но к сожалению, эта сила доступна очень немногим. И ещё эта сила крайне опасна для своего владельца. Практически все, кто зовут себя Собирателями, как сказочник, безумны. Хоть их безумие и сильно отличается от привычного тебе.

— Андрей опасен для Доминиона?

— Только если кто-то предложит ему достойную по его мнению плату. Думаю, зона его интересов лежит за пределами города и пророчества, а может, и этого мира.

— Но в чём смысл этого накопления?

— Кто заглянет в голову безумцу? А он — очень опасный безумец. Его уже и так раскормили достаточно. Боюсь предположить, какими способностями он сейчас обладает.

В его слова легко было поверить. Андрей и впрямь был на редкость странным типом. Начиная от земного имени и простой внешности, заканчивая десятками запасных жизней.

— Что ты хотел получить у него?

— Нам нужен путь в Сумрачный рынок.

— Зачем? — не удивился Геннадий. — Академия решила нарушить нейтралитет и начать гонения в нейтральных территориях?

— В Доминионе нет нейтральных территорий, когда речь идёт о городе в целом, а не землях какого-то одного магистра. Надеюсь, вы в курсе, что за стенами этого города кишат гибридные твари, созданные змеями? Как и здешний зверинец, к слову.

— На сумрачном рынке нет змей.

— А функционеров Тиши или пустотников?

Кроколюд напрягся.

— Академия решила начать охоту на пустотников?

— Только на тех, кто служат принцам безумия и сами знаете какому богу. И конечно же, сами принцы безумия.

— Вот как… — задумался кроколюд. Повисла недолгая пауза, после которой он выдал. — А почему вы уверены, что вам хватит сил бросить им вызов и победить? Или даже не так. Допустим, вы соберёте нужные силы. А сможете покончить с заразой одним махом? Так, чтобы никто из высокоуровневых проклятых не смог сбежать?

— Если мы будем лучше понимать силы, которые нам противостоят, то что-то придумаем. В случае необходимости, я могу привлечь магистра Танатоса и его Искр.

— Во-от как, — заметно повеселел Геннадий. — Что ж, в таком случае я мог бы указать нужное место вам лично. Если речь идёт только о зачистке этих ублюдков, я буду даже рад помочь лично. Думаю, нам понадобятся все силы.

— Даже так? — я обернулся по сторонам. Честно говоря, планировать боевую операцию вот так внезапно я не собирался. Но лишних ушей тут вроде как быть не может. Любого возможного любителя подслушивать попросту сожрут обитающие здесь монстры.

— Что в этом удивительного? Сумрачный рынок мне не принадлежит. А принца безумия другом с недавних пор не назовёт даже крыса.

— Значит, незуми окончательно рассорились с принцами?

— Кто знает? — пожал плечами кроколюд.

В его необычном теле этот жест казался немного странным. Впрочем, весь этот маг казался странным. Слишком неуместная одежда, пальто, шляпа в пещере, слишком человеческое имя для местного, слишком много уверенности в себе, будто его уровень вдвое выше.

— Верить крысе — зашквар, — сплюнул Сайрис.

— Хаха, — рассмеялся кроколюд, — соглашусь с господином Сайрисом.

— В любом случае, меня более чем устроит такой вариант, — кивнул я. — Что мне следует знать и когда выдвигаемся?

— Сразу к делу? — улыбнулся Геннадий. — Нет, то, что вы планируете, не делается так быстро.

Вагон снова сдвинулся с места, будто работал на идущем по монорельсу электричестве, а не ручной тяге мёртвых чихар. Геннадий двинулся впереди, паря перед нами в воздухе.

— Что дальше? — спросил я.

— Пока то же самое, что и было, а дальше я не заходил, — ответил Сайрис. — Да не парься, он свой. А Андрей мне тоже не нравился. Мутный тип.

— Что ты знаешь об этой магии? Ведь ты точно об этом в курсе.

— Немного того-сего, но ничего по сути. Я ж тебе не колдун. Лиин с этой силой бегал. Двойников создаёт, да.

— Твой друг зверянин тоже имеет несколько жизней, как Андрей?

— Агась.

— Я бы не отказался от такой силы… — задумался я.

— Пф, у тебя вода делает тоже самое. Я конечно в этих ваших щаманствах не шарю, но это по сути трюк, а не реальная жизнь. Вот если тебя грохнуть — ты возродишься в башне. Ну а если грохнуть твою копию из воды, то тебе похрен. Вот и тут так же, на сколько я знаю. Только контроля больше, наверное.

— Тем не менее, Андрей показался мне достаточно могущественным существом, хоть и имел всего девятнадцатый уровень.

— Ну-да ну-да! Как и любой специалист своего дела, — усмехнулся Сайрис. — Надо будет, и на него найдём болт с левой резьбой. Если надо, и ему дам по шапке.

— Звучит самоуверенно.

— Дык уже давали с Лином. Он боец так себе. Просто очень много фокусов. Ладно, дохерища фокусов, просто тысячи их. Но всё равно вот этих зверушек он тебе скинул бить. Как думаешь, братан, настолько жадная могучая херобора стала бы просить магистра принести ему его силу на блюдечке?

— А почему нет?

— Ну представь, что ты узнал место в Доминионе, где лежит ещё один осколок твоей Нефтис… да не парься, я говорю — теоретически. Вот ты стал бы нанимать какого-то полузнакомого хмыря, чтобы он тебе его добыл? Даже если хмырь этот не прист как ты и даже воспользоваться этим не сможет. Тупо посыльный.

— Понял, можешь не продолжать. Да, ты прав. Понятно, что он не может, завалить этих монстров сам, но может, у него ограничение по перемещению. Что ж он, всё время получается сидит безвылазно в Серых Землях?

— Да вот нихрена! — усмехнулся Сайрис. — Прекрасно он умеет передвигаться и спокойно может путешествовать. Просто ссытся, что у него силу умыкнут, вот и всё. Одна из его копий умеет управлять серыми чихарами, например, вот он и держит тут несколько жизней под их защитой. Если прикончить одну из его копий, то её можно точно так же закинуть в такой вот камень. Ну, или прихватизировать напрямик, как лут, если у кого-то есть сила этой магии.

— Надо бы разыскать кого-то и у нас в домене с подобным даром. К слову, а ты действительно можешь связаться со своим другом?

— После того, как ко мне вернулась память — могу, да. А тебе зачем?

— Да вот подумал, может можно о чём-то полезном за камни с цветами договориться с ним. Сила ведь та же?

— Может, и можно, — кивнул Сайрис. — Но обещать не берусь. Мы с бро как-то прокачку не обсуждали, больше общим знакомым косточки перемываем, хехе. У нас всё равно совсем разные пути развития.

— Хорошо бы ты организовал нам сеанс связи перед началом бойни. Думаю, у Лииндарка с нами гораздо больше общего, чем со змеями и их химерами.

— Это да… Подумаю, что сделать. Тем более ты вроде тоже ж лабаешь на этой железной хреновине. Он их вместо телефона использует… О, смотри, приближаемся к чему-то интересному!

Впереди раскрывался вид на нечто вроде миниатюрного замка, уменьшенного до одного большого укреплённого дома.

Высокие массивые каменные стены, а наверху кто-то заботливо добавил ещё метра три железного забора с колючей проволкой.

Вагон снова остановился. На этот раз, повинуясь приказу некромантки.

Медленно начали расходиться массивные стальные ворота. Рядом оказалась платформа, подходившая прямо к уровню выхода, как бы намекая, что мы прибыли на конечную и дальше полагается топать ножками.

Я первым сделал несколько шагов ко входу и обратил внимание на камень. Не просто серый, А слегка отливающий серебром. Я уже встречался с такой смесью — камни укреплены серебряной пылью, чтобы защитить постройку от магии. Серебро — универсальный димагический материал, естественным путём отторгавший большую часть магии.

Обитавшие здесь явно готовились к серьёзной обороне. И не жили на руинах города, как это распространено в Доминионе — нет, здание поддерживалось в идеальном состоянии. И ворота и решётки — все было начищено до блеска, а механизм идеально отлажен.

— Серьёзные предосторожности, — заметил я.

— Это необходимо, чтобы жить тут, — сухо ответил Геннадий.

Спустившись, он встал на ноги и пошёл мимо меня внутрь дома-замка.

Трёхэтажная постройка из серебряного кирпича вызывала мрачное впечатление. В небольшом внутреннем дворике за стеной в обилии росли какие-то растения и грибы. Явно магические и культивируемые специально. Маленький волшебный сад перед входом. И выше на этажах везде были массивные горшки под окнами и на подоконниках — с тем же содержимым.

Дверь внутрь дома распахнулась сама. Бесшумно и быстро. Кроколюд вошёл внутрь. Ростом он был всё таки выше двух метров. Наверное, ещё сантиметров двадцать-тридцать сверху. Вот для кого в Мельхиоре делают здания с высокими потолками!

Впереди раскинулся длинный коридор со множеством светящихся растений и мрачных картин. Не в плане сюжета, просто большинство так потемнело от времени, что разобрать можно было в слабом освещении лишь тусклые силуэты… людей, наверное.

Дальше был зал. Сперва я принял его за огромную библиотеку, по центру которой ютился небольшой кофейный столик и множество диванов с креслами под стенами. А затем подумал, что это скорее архив. Книги выглядели хоть и ухоженными, но очень… затасканными, что-ли. Будто их доставали, перелистывали, добавляли лишние листы, не всегда соответствующие по размеру, или наоборот отрывали страницы. Во многих торчали закладки с цифрами и символами, да и на корешках были не нормальные названия, а те же буквы и цифры.

— Проходите, гости дорогие, — проскрежетал старушечий голос. — Чаю, кофе?

Это была пожилая женщина. Язык не повернётся назвать её «старухой», как Сайрис. На вид около шестидесяти с лишним. Лисьи черты лица с тонкими губами и длинным носом. Седые волосы ухожены и забраны в тугой хвост, аккуратное чёрное платье с белыми рюшками на рукавах и воротнике. И зачем-то шляпа на голове. Странная манера у них тут, нигде не снимать головной убор.

Впрочем, сейчас, когда мы были совсем близко к кроколюду, я чувствовал заключённую в его шляпе ману. Это был артефакт, а значит дело в экипировке. Не доверяют и одели все что могли с бонусами. Понимаю.

— Позвольте, я сам, — произнёс я с лёгкой улыбкой.

Из инвентаря появился плод маракуйи и специально заготовленные под чай травы. Поток раскалённого пара охватил несколько стоящих на столе чашек. Не знаю, насколько они были чистыми, но после моей обработки они точно стали идеальны.

Разрезанный в воздухе потоками воды фрукт вместе с травами собрался в кипящий шар над столом, где вся эта масса принялась бурлить и медленно менять окрас.

— О, молодой человек разбирается в бытовой магии, — одобрила женщина.

— Пришлось научиться, — тепло улыбнулся я в ответ. — К тому же, я люблю готовить.

Кажется, в её глазах я только что приобрёл пару пунктов уважения.

— Госпожа Клеко, я полагаю? Моё имя Син. С Сайрисом вы знакомы, — на этот раз я решил взять инициативу в свои руки, чтобы сразу показать, кто лидер в группе. — А это Лесат, Фхайрен, Грейси…

Я начал представлять наших, но кроколюд жестом остановил меня.

— Я вижу что вас много. Остановимся на этом. Давайте перейдём к делу.

— Пожалуй, я принесу пирожков, — улыбнулась Клеко. И не дожидаясь ответа, покинула помещение.

Повисла пауза. Кроколюд, вопреки своим словам, изучал моих спутников довольно внимательно. Как тари, я чувствовал его эмоции при взгляде на каждого. Лесат и Грейси, раз уж я начал с них, ощущались эмпатией как одобрение. А вот Дракоша вызывала подозрение и лёгкую неприязнь. Некромантка, хаосит, рейнджер и близняшки оставили его равнодушным.

— Что вы знаете о Сумрачном рынке, на который вы так стремитесь, господин Синаэль? — спросил Геннадий.

— Лишь что это тайный рынок на одном из доменов-осколков где-то в мире Клеток.

— Тяжело найти что-то среди руин и черноты? — хмыкнул кроколюд. — Не густо.

— Так просветите.

— Вы правы, это действительно один из осколков. Но найти его невозможно в принципе, поскольку это место было скрыто магией завесы. Это высшая магия звёзд четвёртого порядка. Заклятие «карман иномирья», если вам это что-то говорит.

Я оглянулся на друзей, но с магией звёзд здесь никто не имел ничего общего. Разве что Лесат, как ученик Лакомки. Но эмпатия говорила, что никакого узнавания у него не мелькнула — он так же как и мы, ничего об этом не знал.

— Что-то вроде высшей невидимости? — предположил я.

— Пространственный карман, который прячет Сумрачный рынок от нашей реальности. Поэтому натолкнуться на него, не имея пропуска, невозможно.

— Интересно, если существует такое заклятие, то почему Великий Ректор просто не спрячет весь город от змеиных монстров?

— Полагаю, господин Змей в состоянии вскрыть такое место. Магия четвёртого порядка крайне сильна, но одна высшая сущность способна разрушать влияние другой такой же. Иначе в «битве магов» не было бы никакого смысла.

— Битва магов? — зацепился я.

— Не обращайте внимания, господин Синаэль, — отмахнулся кроколюд. — Мы отвлеклись от темы.

В зал снова вошла пожилая женщина с подносом, полным свежей выпечки.

Мелькнула мысль не может ли в еде быть яда, но затем мысленно рассмеялся такой глупости. Нет никакого проку убивать тех, кто потом возродится у башни. Потому я первым потянулся к блюду и взял один кусочек слегка подсвеченного мягким тёплым персиковым сиянием тёртого пирога.

На миг все проблемы перестали существовать, и я целиком погрузился в удивительный вкус свежей выпечки. Угощение оказалось чем-то запредельным и достойным стола королей. Мягкий молочный вкус и сладость, лёгкий цветочный привкус у теста и кислая начинка.

Собрав всю гамму вкуса и аромата, я отправил поток чувств Ласке и услышал в голове ожидаемое:

— Издеваешься?

— Немножко. Не удержался.

В этот момент Геннадий, наконец, начал то, ради чего мы сюда и пришли.

Над столом возникло объёмное изображение зависшего над столом острова. Напоминало модели городов, только в виде иллюзорной проекции.

— Для начала скажу, что лично я знаю о присутствии в городе восьмерых принцев. Но на самом деле их может быть больше…

14. Расстрельный список

Не знаю что там об этом всём говорится в пророчестве — у местных про него был только один ответ — если так происходит, значит так и задумано. Но… в таком случае получается, что задумано устранить всю ячейку принцев в городе. Потому как именно это и стало моей новой целью.

Враг был слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. А то, что все принцы безумия — мои враги, было очевидно. Часовая бомба с тикающим механизмом, ждущим удобного случая, чтобы взорваться. Если адепты сраного пророчества как-то и собираются заставить меня призывать их божка, то это самые вероятные на то кандидаты.

— Проблема в том, что если вы хотите их уничтожить, то ловить нужно сразу всех. Если просто разворошить их гнездо — то они залягут на дно, магистр.

— А у них не бывает, скажем, собраний или шабашей?

— Периодически у них бывает нечто вроде совета, но нам они не докладывают об этом, — сказал кроколюд. — Однако выследить их по отдельности более чем возможно. Так что где-то за час до мессы мы вас предупредим.

Я уважительно кивнул. Похоже, маг прекрасно разбирался в теме и не удивлюсь, если и сам подумывал, как бы избавить от них мир. Действительно, у меня как-то в уме всё было просто — пришёл к врагу на базу, зачистил, молодец.

— Самый опасный из них, — начал Геннадий, — известен под прозвищем Безумный Рыбник. Он же основатель ордена «Плачущей рыбы». Он же Рыболов всё сходное по звучанию.

— Хах, сталкивались, знаем, — хмыкнул я. — Если он сильнейший, то думаю, мы обойдёмся и без привлечения Искр.

— Не сильнейший, — поправил меня кроколюд. — Опаснейший. В первую очередь потому, что у него есть собственный орден фанатиков. Да и его хитрость не следует недооценивать. Но опасен он больше не в бою, а до него.

Изображение этого самого принца безумия возникло полупрозрачным портретом, зависшим в воздухе. Всё то же безумное выражение лица и широкая улыбка. У него будто на лбу было написано, что он отбит наглухо. Сложно определяемый возраст, где-то от сорока до шестидесяти, сказать точнее было сложно. Со старой шляпой и карикатурным костюмом рыболова, с удочкой за спиной… Такой же, как в нашу первую встречу.

— Сильнейший — Джошуа Ренц. Король геноцида, — продолжил Геннадий, и указал на изображение тёмно-синего силуэта с белоснежной улыбкой и горящими глазами. Розовые волосы будто превращались в клубы энергии и пребывали в постоянном движении. Как и его броня… когда-то лёгкая кожанка, а сейчас — почерневшие живые лохмотья, как и волосы постоянно шевелящиеся в разные стороны.

— Это вообще человек? — спросил я.

— Нет, конечно. Что-то вроде живого оружия. Его держат в подвале их логова и иногда подкармливают людьми. Но этот принц давно перешёл в четвёртую стадию и напрочь утратил рассудок. По сути это оружие массового поражения, которого они выпустят если поймут, что победить невозможно. В идеале нужно убить всех до того, как кто-то освободит это чудовище. Заточённым его будет реально убить. А если нет, то понадобится кто-то уровня господина Танатоса.

— Понял, мрачно кивнул я.

— Маркея «Гибель душ». Королева расколов, — представил девушку маг.

Она походила на нищенку. Длинные неухоженные волосы, слипшиеся в колтуны, грязная порванная одежда… единственное, что выдавало в ней истинную сущность — взгляд. Вовсе не затравленный, как можно подумать по её виду, а хищный. Будто она искала себе добычу на ужин.

— Это — Фали «Воровская крыса». Король подлости, — изображение сменилось, и я увидел невысокого полноватого парня с короткими русыми волосами и гаденькой ухмылкой. Его морда показалась мне знакомой, но я не сразу вспомнил, о ком идёт речь.

— Говорят, раньше был шестёркой среди местных бандитов, но потом был изгнан за крысятничество. Хотели прибить, но вскрылся сюрприз, парень оказался ещё и маньяком-пустотником, а таких даже среди воров не жалуют. Тем более, ещё и пойманных на краже из общака. Но вот маньяк из него получился лучше, чем вор. Особенно когда он выкрал рабов в своей банде и сожрал их души ради усиления.

Бандит, который относится к своим подельникам как к мусору… Фали Крыс. Точно! Это ведь тот ублюдок, который сперва хотел у меня спереть посох, затем привёл головорезов к храму Тиши, и здорово подгадил во время похода в Клинковую Рощу.

Тогда я сумел обойти его хитрое заклинание, связывавшее его жизнь с жизнями его людей, а затем обратил в пустотника. Другого способа избавиться от бессмертного ублюдка у нас не нашлось. Но после потери памяти он последний, кого я хотел бы вспомнить. А зря, дела всегда нужно доводить до конца.

— Сильный? — спросил я.

— В тройке сильнейших, — кивнул Геннадий. — Дальше — Харт. Дирижёр пустоты. Он же…

— Король Неудачников! — воскликнул я. — Но разве он не мёртв? Я сам видел, как Мейяру делал из него отбивную!

— Ха. Тогда понимаю, почему он теперь выглядит так…

Изображение сменилось и теперь я видел болезненного вида доходягу, который будто побывал под бульдозером. На парне буквально живого места не осталось. Множество бинтов и следов от давних переломов, засохшие рваные шрамы и сломанный нос.

— Почему он просто не сходит к целителю? — удивился я. — Или зелья в конце-концов…

— Раны, нанесённые магией заживают очень плохо, — заметил Геннадий. — А Помойный хозяин…

— Мейару Многогранный, священный зверь богини Дафны, не любит, когда его так называют, — заметил я с лёгкой улыбкой.

— Богини Дафны? — удивился маг. — Что ж, рад за него. Что ж, продолжим. Вот одна из самых сложных целей… Безумный ключник. Полагаю, его поймать будет сложнее всего, если вообще возможно. Если не удастся его убить внезапно и с первого удара, скорее всего он убежит порталом. Из всех принцев, этот — самый трусливый.

Я скривился. Этого типа я тоже помню и буду рад надавать по башке.

— Аселла «Пустое сердце». Тёмная ворожея. Появляется редко, но сейчас в городе. По ней информации меньше всего.

В воздухе появилось изображение невысокой девушки с грубо зачёсанными назад волосами. На вид — милое существо, хоть и явно по выражению лица та ещё стервочка. Именно так, в уменьшительной форме — такое вот странное сочетание.

— Аселла почти не проявляла себя в городе. Скорее всего, для неё это что-то вроде перевалочного пункта, и кормится душами она не здесь.

— Но сейчас она здесь?

— Да, почти всё время сидит на их базе, так что с ней вы встретитесь при штурме.

— Ясно. Кто последний?

— Последний — зверянин из местных. Некто Люсеан, Король черноты.

Изображение покрылось рябью и изменилось в последний раз, показывая темноволосого бледного парня, в котором никаких звериных черт я на первый взгляд не заметил. Зато были шевелящиеся чёрные красноглазые змейки, которые казалось росли из его одежды. И ярко выделявшиеся на фоне мрачного тела глаза. Два ярких лимонных огонька со змеиным вертикальным зрачком. И почему-то такие же лимонные светящиеся зубы.

— Он скорее всего не очень силён, не смотря на грозное имя. Зверянин самый тихий, не считая Маркею.

— А откуда известно, что зверянин? С виду человек, хоть и навыки стрёмные.

— Один из сбежавших змеиных подопытных. Скорее всего, химера.

— Химера?

— Одно из направлений их экспериментов — выведение универсальных магических солдат и скрещивание стихий…

— Господин Геннадий… — начал я. — Звучит так, что вы многое знаете о змеях. Так что если вы не торопитесь, я бы хотел узнать и всё, что вам известно о них.

Маг посмотрел на молчащую старуху и тяжело вздохнул.

— Клеко, принеси пожалуйста ещё чаю. Кажется, разговор нас будет долгим…

В отличии от пустотников, к змеям троица относилась нейтрально. Геннадий сразу обозначил, что это не их война, и участвовать в ней вовсе не обязательно. Их задача — сдерживать некоторые образцы, которые без должного ухода могут вырваться на свободу и причинить немало бед.

В случае победы змей в конфликте, троица просто передаст зверинец по итогу им, вот и всё.

Но рассказать об асу они могут. Не об их планах или самих асу, но о том, чем именно они здесь занимались и чего пытались достичь. И это тоже была информация крайне полезная.

Собственно, я уже не раз сталкивался с тварями гибридных стихий. Вообще-то таких стихий в принципе существовать не должно. В природе в Мельхиоре проявлялись подобные вещи, но в очень ослабленной форме. Змеи же… как-то дошли в своих опытах до искусственного скрещивания и изменения генетики стихийных проявлений…

— Иными словами, — продолжил Геннадий, — что будет, если скрестить, например, элементаль огня и воды? Понятно, что получить от них общее потомство невозможно, они друг друга просто прикончат, едва приблизятся на достаточное расстояние. Или погаснет пламя, или испарится вода. Но змеи пошли дальше, и стали изначально выращивать существо, соединив частицы одного и другого. Есть такой навык, синкретизм. Его используют разве что в артефакторике. Но он позволяет соединить начало одного и другого на самых первых стадиях формирования, так что элементам приходится учиться уживаться друг с другом… или погибать. Чаще, конечно, второе.

— И сколько попыток уходит на создание одного образца?

— В записях змей говорилось о самом удачном опыте, когда выживает одна из тысячи особей. Это был один из лучших результатов. Но, мы говорим о частицах в лабораторных условиях, так что это просто вопрос времени и упорства. Просто… не каждый додумается прикладывать упорство так, как это делали они.

— Так они создавали монстров, и у каждого был некий искажённый источник, гибридное слияние разных сил, итоговые характеристики можно только предствить. В природе такие стихии были очень слабы. К примеру, известный герой народа тари, Сиам, кажется, управлял стихией листьев. Всё что позволяла эта стихия — управлять направлением полёта листьев в воздухе.

— Гибридных тварей слабыми не назовёшь.

— Вы знакомы с генетикой, господин Синаэль?

— На любительском уровне, — я немного замялся, не зная, как описать свои знания из школьной программы на Земле. Имя Геннадий как бы намекает, что передо мной земляк. А крокодилья рожа… ну, все мы не идеальны. — В школе учили.

Кроколюд улыбнулся. Вообще-то на его зубастой вытянутой морде это было очень сложно увидеть, но мне помогала эмпатия, будто дорисовывая такие детали в голове и давая подсознательное понимание их значения.

— Растения, которые удваивают плоидность… мм количество одинаковых наборов хромосом в ядре клетки, обычно сами становятся значительно больше. Взять хоть пшеницу, которая дошла в этом путём селекции где-то до шести. Ты бы сильно удивился, увидев, как выглядели несколько тысяч лет назад некоторые фрукты и овощи на Земле… мда, — кроколюд отвлёкся, взял с подноса чашку чая и благодарно кивнул женщине.

Я тоже пригубил травяной чай, как и Сайрис. Повисла долгая пауза, в течении которой я отдавал должное чуть светящемуся янтарному пирогу. Должен признать, мои навыки кулинарии и рядом с этим чудом не стояли. Или может, дело в ингридиентах…

— Примерно так же обстоят дела в магии сфер, — неожиданно продолжил Геннадий. — Если насильно скрестить две стихии в одном организме, обычно гибридная сфера получается по силе как две прежние вместе. Примерно, разумеется, смотря какой организм. Многие особи оказываются нежизнеспособны или излишне агрессивны, или обладать непредсказуемыми способностями. Это игры с самим мирозданием, а оно не прощает ошибок.

— Так появились монстры с гибридными стихиями, понял, — кивнул я. — А дальше они перешли на людей? На разумных то есть?

— Да… и вот тут возникла проблема. Повторить успех опытов с тварями не удалось. Почти все созданные таким образом гибридные дети сами были сродни монстров. Сохранить вменяемость и разумность оказалось почти невозможно. Просто в монстрах изменение разумности не настолько заметно. Одно дело бешеная тварь, и другое дело такой же бешеный невменяемый разумный… вернее, конечно же, ни о каком разуме там и речи не идёт. Почти все подопытные погибают ещё в младенчестве в попытке напасть на кого-нибудь.

— В войске змей разумных монстров я тоже не видел, — кивнул я.

— Гибридные монстры неуправляемы сами по себе, змеи подчиняют некоторых из них магией и могут направлять, а некоторые так и бродят где-то на глубинных уровнях и сами асу держатся от бывших подопытных подальше. Но эксперименты они продолжают и по сей день. Вживляют разные части тела по отдельности, пытаются скрещивать виды частично… всего мы не знаем. Могу сказать лишь про их брошенные лаборатории в Доминионе.

— Их много? Они стоят того, чтобы туда наведаться?

— Немного и едва ли, если вы не учёный. В любом случае, у них есть некоторые успехи, так что однажды, думаю, они смогут делать гибридных магов в качестве слуг, но я надеюсь, до этого момента пройдёт ещё не одна тысяча лет.

— Чихары — это ведь они создали их расу — припомнил я. — Порождения хаоса, и…

— Неудачный эксперимент, — отмахнулся Геннадий. — Змеи скрестили вымершую древнюю расу с даром к антимагии с чиффари, которые очень близки к миру духов. И воздействовали на них силой хаоса. Хаос — универсальный искажатель, который может изменять структуру того, с чем взаимодействует. Правда, направление такого искажения предсказать невозможно.

— А почему неудачный?

— Потому что хаос сплавил их тела, но не силы. Ни магии духов, ни антимагии у чихар нет, всё вытеснил хаос. Так получились первые хаоситы, рождённые в подлунных мирах, а не в их родной вселенной. Полагаю, антимагия хану послужила неким стабилизатором, а магия духов… впрочем, не важно, вас, такие научные изыскания не сильно заинтересуют.

— Суть я уловил. Так понимаю, этот Люсеан обладает какими-то особыми навыками в результате экспериментов?

— Какими-то, — уклончиво сказал Геннадий. Какими именно сложно сказать. Точно известно про стихии тьмы и пустоты. Но весь перечень навыков мне не ведом. Из пустотников он самый сдержанный, и не склонен проявлять силы.

— Значит, тёмная лошадка…

— Можно сказать и так.

— И вы мне подскажете, как в один момент убить всех? Что касается подкрепления — Доминион предоставит столько сил, сколько потребуется.

— Вот как? А Ректор подтвердит ваши полномочия?

Хороший вопрос. Если напомнить, что пустотники в городе это потенциальный удар в спину — то да. В целом он не давал мне особых полномочий, но вместе с тем, мне дали понять, что все посвящённые в часть великого плана ради этого самого великого плана могут творить едва ли ни что угодно, лишь бы было достойное обоснование. А с этим тут всё было как раз просто. Как-ни-как потенциальный удар в спину предотвращаю.

— Безусловно, — широко улыбнулся я. — А магистр Танатос мой наставник.

— Даже так? Не знал, что Тан берёт личных учеников…

— Ну вообще так-то я тоже, — встрял Сайрис. — Нас здесь пятеро его учеников.

— Любопытно. Что ж, тогда я согласен. Я сам займусь первым этапом и подскажу, когда большая часть соберётся на базе. И скажу, где в этот момент находятся те, кто на это собрание не придёт.

— Как часто у них шабаши или как там это называется?

— Как повезёт. В любом случае, мы будем держать вас в курсе. Вот, возьмите, — кроколюд протянул мне продолговатую карту, на которой появился его портрет.

Переговорная карта. Я не особо ими пользовался, но в городе это был самый распространённый вид связи.

— Благодарю, — кивнул я. — В таком случае, удачной нам охоты! А теперь давайте обсудим подробности тактики их боя…

15. Сезон охоты на монстров

На ветру трепетали мантии учеников. С введением осадного положения посещаемость академии повысилась в несколько раз. Раньше политика была совершенно иной — никого не принуждали к обучению и поднятию уровня.

Тогда мне такая позиция казалась странной — по сути Доминион призывает кучу голодных ртов, про половину которых забывает, а вторую, тех кто получил звериное имя, просто содержит, потакая праздному прожиганию времени.

Теперь я понимаю причины этого. Достаточно и небольшой сильной группы для целей академии, а от остальных требовалось просто… верить в реальность окружающего их мира.

Но с недавних пор ощущение угрозы нависло над всеми, и многие заинтересовались возможностью стать сильнее. Жаль только, что возможностей Мельхиор для новичков предоставляет довольно мало. Вся базовая прокачка первых уровней была возможна лишь благодаря искусственно созданной «песочнице». Реальность же предлагала нубом двухзначных уровней бросать вызов смертоносным тварям, перевалившим за три сотни.

Механика Мельхиора, конечно, позволяла даже на первом победить легендарную тварь, да только в реальности так получалось крайне редко. Увы, когда речь идёт об обороне города, нужна не парочка удачливых выживших, а армия.

Это одна из многих дыр в обороне Доминиона, которую я обнаружил. Туда же можно отнести чихар в мире Клеток, бегающих тайными тропами крыс, шпионов Тиши, бродящих по заброшенным доменам тварей и ещё много что. На всё это Ректор закрывал глаза, хоть и был по идее умнейшим существом этого мира.

Раньше я бы усомнился в этом, решив, что владыка Доминиона просто плевать хотел на свой город и его судьбу, но теперь начал понемногу осознавать сколь велик был его замысел. Если даже доведение положения дел жителей до ручки, проблемы с едой и прочее было лишь способом загрузить местных так, чтобы никто за скопившимися проблемами не начинал сомневаться в реальности происходящего.

Убрав стихийные крылья, я приземлился на взлётном круге.

Увидев меня, ученики почтительно расступились. Алую мантию инквизитора хорошо знали в академии. Как и символ кота со звездой на боку, который я выбрал как герб своей башни.

Сегодняшний экстренный совет был инициирован мной. Масштабы заразы, о которой мне поведал Геннадий, впечатляли. И уничтожить заразу одной облавой на сумрачный рынок, было невозможно. С Таном можно было перекрыть пару мест, но здесь речь шла о параллельных рейдах в разных концах города. Только так можно было перебить пустотников одним махом. Скорее всего, понадобится третий отряд… как минимум.

— Магистр Мантикор! — из задумчивости меня вывел проходивший мимо ученик.

Я немного растерянно обернулся к нему, уловив взглядом эмблему факультета мрака.

— Ээ…

— Это вам, — протянул конверт невысокий темноволосый парень в тёмной мантии. И как только конверт оказался у меня в руках, спешно побрёл дальше по коридору.

— Эй, погоди, от кого это? — я обернулся, но парень исчез, будто его и не было. Не то, чтобы меня это удивило — способностей, позволяющих сделать такое, было полно, тут скорее вопрос — зачем…

Взглянув на конверт из потемневшей желтой бумаги, я не нашёл никаких опознавательных знаков. Немного поборовшись с желанием немедленно распечатать конверт, я сунул его в инвентарь. Времени до начала собрания оставалось совсем немного.

Большой зал совета был уже полон. Магистры заняли свои места. В основном, старшие, нуждыпривлекать всех не было. Вопросы обороны города решал лично Танатос, но с массовой операцией на территории нескольких доменов нельзя не согласовывать всё с другими магистрами.

Хотя… лично я бы обошёлся лишь теми, кто в этом кровно заинтересован.

К сожалению, одной из таких была Белая Ирис.

Наши отношения продолжали желать лучшего. С того момента, как она узнала о том, что я пустотник, доверие ко мне упало ниже плинтуса, а симпатия сменилась настороженностью. Думаю, не в последнюю очередь на это повлияли и другие пустотники в моей башне, равно как и дружба с магистром Танатосом.

Сейчас, войдя в зал, я видел её недовольный взгляд, не обещавший мне ничего хорошего. Но я в ответ ей лишь усмехнулся. Начинаю понимать, почему Тан так любит выводить её из себя. Хотя в отличии от него, я скорее назвал бы Ирис излишне прямолинейной. Она не видела полутонов, и всё связанное с пустотой по её мнению должно быть уничтожено.

Осталось только помереть, и будет идеальный функционер Тиши.

— Магистр Звёздного Зверя, — приветствовал меня Заркфейн. — Надеюсь, у вас веские причины для того, чтобы отвлекать нас от важных дел.

— Причина собрания была заявлена, — безразлично отозвался я. — Безопасность Доминиона — достаточная причина? Впрочем, если вас это не беспокоит, никто вас не держит.

— Я держу, — поправил Тан. — Я ознакомился с твоей инфой и предложением, и не откажусь от рейда антимагов на Сумрачный рынок.

— Сумрачный рынок? — прокатилось по рядам.

Вот теперь хрен кто действительно уйдёт. Вот только зачем это Тану?

— Начинай, Син, — сказал магистр Смерти. Сегодня он занимал место Великого Ректора, и никто кроме Ирис не смел ему возразить.

— В целях повышения обороноспособности Доминиона, моя башня начала чистку города от потенциального врага. Не так давно нам удалось выяснить местонахождение укрытий врага, центральное из которых находится на так называемом Сумрачном рынке, — начал я. — Кто не в курсе, это блуждающий осколок в мире Клеток, скрытый магией невидимости. Два других важных убежища врагов Доминиона находятся в одном из заброшенных доменов, и в квартале Призраков.

— Что⁈ — поднялась с места Ирис. — В моём домене нет места пустотникам!

— Поэтому они и спрятались там, где никто их не будет искать, магистр Ирис, — спокойно ответил я. — Вероятно, вам известен так называемой «Орден плачущей рыбы», основанный принцем безумия по прозвищу Безумный Рыболов, Рыбник и ещё с десяток подобных?

— Основатель, но не глава, — возразила Белая.

На что я лишь пожал плечами.

— Тем не менее, именно с их помощью можно из домена Призраков попасть на Сумрачный рынок. Хотя, банда магов разума, охотно использующая рабов, так себе ценность для города. Не думаю, что всякие суггесторы много навоюют против тварей Подземья.

Ирис побагровела. На бледной коже проступил румянец, а на милом личике отразилась бушевавшая внутри неё ярость. Злил я её, кстати, совсем не специально — кто ж виноват, что одна из ключевых точек в логистике её ненавистных пустотников была прямо у неё под носом?

— Могу я спросить, что это вообще за тема с орденом? Как я понял, они не единственные? — спросил я.

— Группы магов по интересам, — пояснил за неё Тан. — После закрытия факультета магии Разума, некоторые ученики не стали расходиться по другим башням, а собрали свой клуб. Главой был бывший младший магистр, которого ты теперь знаешь, как Рыболова. Он заразился пустотой уже после войны одержимых.

— Почему его не устранили?

— Потому же, почему ты сам всё ещё жив, кошачий посланник, — послышался ледяной голос, о котором я забыл, казалось, тысячу лет назад.

Я медленно повернулся, лове взглядом вальяжно разместившуюся фигуру чистильщика.

— Что смотришь, магистр? Влюбился? — хохотнул он.

— Если есть желание попытать счастье снова, я готов встретиться в бою прямо сейчас, Стерх. — холодно ответил я.

— Какие мы грозные…

— Хватит, — буднично бросил Танатос ледяным тоном. — Операция по зачистке принцев и их логова подтверждена Ректором, так что все, кто чем-то недоволен, суют своё недовольство себе в задницу, пока я им не помог. Продолжай, Син.

— Необходима одновременная атака на всех обнаруженных принцев, — сказал я. — Один из них, некий «Ключник», способен быстро эвакуироваться сам и собрать с собой всех подельников. Враг просто поменяет логово, да и только, поэтому важно связать всех боем и действовать наверняка. И в одно время. Поэтому я здесь. Я и мои люди возьмём на себя…

— Призрачный домен, — продолжил за меня Танатос, чем сильно меня удивил.

Я непонимающе посмотрел на наставника, но тот даже не посмотрел в мою сторону.

— Думаю, совместно с Ирис вы справитесь. А сам Сумрачный рынок я возьму на себя. Есть возражения?

— Ээ…

— Хорошо. В таком случае перейдём к тому, кто и как перекроет остальные дыры, через которые враг может бежать. Думаю, хватит ломать комедию, все мы знаем, где находятся остальные выходы в Сумрачный рынок, — Тан улыбнулся. — А кто помимо Ирис не знает, что происходит в его домене, так я поделюсь, мне не сложно.

— В этом нет нужды, — сдержанно улыбнулся магистр Джеро. — Задача ясна. Если такова воля Ректора, значит, всё так и будет.

Всё бы хорошо, если б не один момент. Но говорить о нём я буду наедине с Танатосом. Некоторые вещи нет смысле поднимать на общем собрании. Если магистр Смерти принял решение, что я должен быть в призрачном домене с Ирис, то этому наверняка есть веская причина.

Поэтому я подавил рвущееся изнутри недовльство.

Я вообще с удивлением заметил, что становлюсь все менее сдержан, особенно с получением силы. Наверное, нервы…

Отряхнув вишнёво-алую мантию инквизитора, я обратился потоком пара и переместился на своё место, в удобное сидение неподалёку от угла и откинулся назад. Дальше будут скучные обсудения детального плана. Того, который я всё равно буду отдельно продумывать как с Танатосом, так и с Ирис.

Но почему всё же он решил сам командовать операцией, и даже сместил меня с основного направления…?

— Син, напомни-ка нам, кто из принцев где должен быть на момент начала операции? — неожиданно задал ан ещё один вопрос.

— Ну… На главной базе будет Джошуа, Маркея и Харт. Главная ударная сила. Появления Рыболова предсказать сложнее. Он появляется де угодно в разное время. Собственно, он и Ключник — две самые большие проблемы.

— Эти имена нам ни о чём не говорят, — заметил Илос. Мужик явился на неожиданное собрание пьяным. Мда, сильно он сдал после рейда.

— Полагаю, конкретно вам с ними и не придётся столкнуться. Джошуа пустотник четвёртого ранга, боец ближнего боя. Маркея — ведьма-проклинатель. Харт…

— Спасибо, с Хартом мы все знакомы, — перебила Ирис. — Не обязательно так подробно, не все здесь идиоты.

— Есть ещё Аселла и Люсеан, с ними мы ещё не сталкивались. Первую будем ловить во время посещения одной из контролируемых точек. Предположительно — дамагер. Люсеан — зверянин. Его я возьму на себя. Думаю, мои союзники из числа зверян сами будут рады помочь поймать паршивую овцу в своём племени.

— Никто не любит пустотников, — зачем-то вставила женщина чуть за сорок, возглавившая факультет Бездны после гибели прежнего магистра во время крысиного мятежа. Я лишь отметил про себя, что она явно меня за что-то сильно невзлюбила… или просто как Ирис питала ненависть ко всем пустотникам поголовно. Но в любом случае, её влияние в совете лишь чуть выше Илоса.

— Остаётся Фали Крыс. В прежнем член одной из банд крысиного рынка. И логово у него там же, так что его тоже придётся отдельно разыскивать.

— Значит, основной удар будет на Сумеречном рынке?

— А вот подробные действия я уже согласую с каждым лично, — произнёс Танатос. — Есть у меня кое-какие мысли на этот счёт, но их я буду обсуждать с каждым лично. Сейчас от вас требуется собрать группу быстрого реагирования из небольшого числа элитных бойцов. Я сообщу тем, кто будет нужен для операции в целом. Остальным — держать те точки, которые я для вас отмечу.

— Просто держать… от прорыва потенциальных принцев безумия? — обратила на себя внимание Илия.

— Достаточно будет просто связать их боем, а дальше подключимся мы. Хотя, конечно, за голову каждого Академия заплатит артефактом легендарного уровня? — Танатос усмехнулся, и это произвело нужное впечатление. Улыбки магистра Смерти всегда были очень зловещими.

За легендарку и магистры лично впрягутся, а младшие магистры так и вовсе передерутся за право поучаствовать в охоте. Значит, будем брать пустотников массой? Может, это и к лучшему — меньше шансов, что ускользнут.

— Ну и зачем? — спросил я у магистра Смерти, когда мы остались наедине.

— Что именно? — ответил улыбкой магистр.

— Зачем было нужно посылать меня с Ирис?

— А кого ещё мне было к ней посылать? — невозмутимо спросил в ответ магистр. — Или предлагаешь оставить право руководить военной операцией истеричке?

— Значит, дело в вашем конфликте?

— Дело в Рыболове, который появится в домене Призраков.

— Ээ… это пока не точно…

— Точно. Я гарантирую это, — сказал Тан. — Если ты решил с корнем вырвать эту заразу в городе, то именно он — главная проблема.

— А почему он появится именно у призраков?

— Потому что ты его туда позовёшь, — чуть улыбнулся Танатос.

— В смысле⁈ — опешил я.

— Орден. Рыболов не даст убить всех своих последователей.

— Погоди, ты предлагаешь мне устроить геноцид этих магов разума? Как вообще вышло, что этот орден работает, когда его глава — поехавший психопат вне закона?

— Не совсем так, — качнул головой Тан. — Орден был основан, когда тот ещё не связался с пустотниками. Рыболов в первую очередь маг разума. Возможно, сильнейший после Ректора. Хотя сравнивать кого-то с практически богом — не совсем корректно. Так что можешь считать Рыболова первым среди равных.

— Я уже побеждал его.

— Само собой, — кивнул магистр. — Парадигма проклятия тари позволяет тебе обходить проклятие пустоты и контролировать своё безумие. Неужели ты думаешь, что его можно сломить какой-то там иллюзией? На короткий миг сам знаешь в каких аспектах у тебя по механике воля бафается где-то в сотню раз.

— В сотню? Не слишком ли?

— Так в этом вся суть, Син, — хмыкнул Танатос. — Один из множества странных багов, появившихся в саморазвивающемся сгенерированном мире, который во многом определил его судьбу. Собственно, в этом и есть то самое «превозмогание». Ты ведь знаешь, что Мельхиор пытается оцифровать всё внутри себя? Программный код должен охватывать и описывать весь механизм.

— Не так много классов заточено под волю, — заметил я. — В случае с магическими это только направления шаманов.

— Ещё контрактору хорошая воля не повредит, — кивнул Тан. — Да и в целом бесполезных характеристик не существует. Но когда речь идёт о таком перекосе, когда характеристика достигает нескольких сотен, пусть и на пару секунд, конкретные способности уже не важны.

— На это и рассчитывает Ректор…

— Да, план такой, — сказал он. — По справедливости, этот эффект даже не уникален для тари. Так Мельхиор описывает каждое превозмогание. В реальности люди бросались под танки ради защиты родной земли и своих близких. Мать в состоянии сильного стресса способна поднять машину, чтобы спасти ребёнка. В игре, само собой, редко кто погружается настолько сильно, чтобы возник резонанс. А с тари всё просто — у тебя есть вполне конкретный триггер.

— Но что я должен буду сделать с этим резонансом?

— А вот это — уже та часть плана, в которую Ректор меня не посвятил, так что могу лишь повторить тебе вновь: просто верь. Он знает, что делает.

— Возвращаясь к насущному, — нахмурился я. — С задачей я понял, постараюсь направить Ирис на путь истинный и выманить Рыболова. Но мне не даёт покоя другой вопрос. Верить Ректору… я понимаю, почему ты так говоришь. Но сейчас мы имеем логово пустотников и восемь опасных маньяков в городе. Почему никто не уничтожил это дело раньше? Разве без меня у Академии было мало сил? Все ведь в курсе, что это и где…

— А сам не догадываешься? — криво ухмыльнулся Тан. — Лучше держать врага поближе и присматривать за ним. Разумеется, все прекрасно знали о Сумрачном рынке. И даже пользуются его услугами, если нужны особые специалисты или редкие расходники для крафта.

— Так и пусть бы оставался рынок, если он так нужен. От пустотников какой прок? Просто слежка? И сильно это помогло, когда начался мятеж крыс? Кстати, как Ректор умудрился проморгать Тахиона и Мракрию?

— Хороший вопрос… — задумчиво потянул Танатос. — Особенность пустоты, полагаю. Мы не видим всей картины. Если тебя это беспокоит, спроси у него сам.

— А тебе разве не интересно? Мы едва не погибли во время фрактальной чумы! Твоя дочь…

— …и я благодарен тебе за помощь с её спасением, Син, — холодно отрезал магистр, давая понять, что развивать эту тему не стоит. — Но я напоминаю, что речь идёт о пустотниках высшего ранга. Их очень тяжело просчитать и нельзя предсказать. Даже в Великом Плане бывают огрехи. Главное, чтобы они не вредили общей картине… Ладно, ты опять уходишь не в ту степь. Сейчас твой план был одобрен, а я постараюсь сделать так, чтобы он смог реализоваться. Чем ты ещё недоволен?

— Просто уточнял спорные вопросы, — ответил я. И задумался сам — действительно, что именно мне не нравится?

— Ведёшь допрос, как инквизитор. Эта мантия плохо на тебя влияет, — магистр Смерти вернул на лицо привычную улыбку. — Если это всё, то собирай своих людей. Рекомендую основную ударную группу против Рыболова собирать из ребят с сильной волей и ментальной защитой. На своей территории он будет сильней.

16. Вечерняя тьма

Тогда всё началось раньше, чем я думал…

Вечер этого дня был таким же, как и весь день — разговорным. Это был ещё один совет — на этот раз внутренний — моей башни. На нём мы несколько часов, до самого вечера, обсуждали предстоящий поход и готовили тактику.

Точной даты не было — её нам должен был сообщить Геннадий. Но разработать план и приготовиться нужно было как можно скорее, потому как время может наступить в том числе и завтра. Забегая наперёд скажу, что так и случилось, так что моя спешка оказалась оправданной.

Обсуждения и споры были долгими, и пересказывать всё, наверное, будет слишком. Мы определились с боевыми группами. Нужно было оцепить весь домен и быть готовыми к переходу. Как только мы разберёмся с Рыболовом, следующим шагом будет — пройти в портал и присоединиться к общему рейду Танатоса и искр на главную базу на Сумрачном рынке.

Тан и лучшая боевая группа города должны будут зачистить большую часть принцев безумия. Но если они окажутся достаточно сильны — то связать боем, пока точно такие же отряды, как и наш, будут стартовать от всех выходов на рынок.

У нас таких групп было пять. Моя, Сайриса, Дракоши, Терми и Ласки. Собственно, всей нашей первой пятёрки. К сожалению, тени всё чаще приходилось действовать отдельно от меня. Так было удобней в плане контроля — мы могли охватить вдвоём вдвое больше бойцов и территорий. Дальше каждый сам формировал свои группы. Конкретно мне пришлось формировать не совсем стандартный отряд по принципу самой высокой воли или способностей противодействия псионике.

В моём случае это был Грейси с близняшками, обвязавшийся артефактами Нирал, как главный дамагер группы, и Хеор со своей парой вечных спутниц. Убийца магов обладала уровнем воли, наверное, в тройке сильнейших по всему Доминиону, а возможности бывшего функционера Тиши были максимально заточены как раз под борьбу с пустотниками. Лишним был в этой связке, как ни странно, Хеор. Хаосит утверждал, что у него достаточно способов обезопасить свой разум, ну а я мог или брать всех троих, или никого. Эта троица редко разлучалась…

Затем обсудили снаряжения, в которых входили сделанные мной зелья покоя. Вернее, те, которые мне ещё предстоит сделать. Но без них я точно никого из своих людей не выпущу против пустотников.

Ими я планировал экипировать всех сегодня же, перед сном. Лучше потом отосплюсь, зато всё необходимое у меня будет готово. А вот затем с меньшей спешкой наделаю для всех остальных участников рейда. Вымотаться самому перед сражением тоже будет не лучшей затеей.

— Бо-оги, я уж думала это никогда не зако-ончится… — слегка ноющим голосом сказала Дракоша. — Лучше бы обсудили возвращение моего домена!

Теперь уже была моя очередь хмуриться. Обещание было дано, и я не собирался его нарушать. А значит зачистке её осколка бывшего домена Воздуха в любом случае быть. Хотя дал я его изначально, когда стало понятно, что мы идём вниз за цветами для Андрея. Теперь же меня убеждали этого не делать, и даже помогли обойтись без его услуг.

Впрочем, в хозяйстве всё пригодится, уж не знаю на что. В крайнем случае, всегда можно перепродать или обменять на что-то полезное с кем-то другим. Тот же друг Сайриса вроде как обладает схожими способностями.

— Значит, попроси пустотников поторопиться собраться вместе под бой, — усмехнулся я. — Пока не зачистим их логово, я не буду рисковать и начинать поход вниз, чтобы потом проворонить самое главное.

— Окей, братик, замётано, — неожиданно легко приняла мой ответ Файрен.

Следующие часы предстояли довольно унылые. К счастью, я совместил приятное с полезным, заодно облегчив себе работу. Потому сейчас ждали ученики на вечернее занятие по созданию алхимических зелий.

В доминионе это оказалась очень распространённая практика — звать учеников по любому поводу, связанному с работой. На реальных задачах, да ещё и с примером в виде наставника, обучение проходит намного лучше. Хотя, конечно, совсем не обязательно назначать при этом такие занятия на глубокий вечер. А потому я оставил право идти или нет за самими учениками.

Самый лучший экзамен — выживание при штурме осаждённого магическими монстрами города. Он лучше всех покажет, кто хорошо учился, а кто забивал на обучение болт. Бежать из Доминиона некуда…

Всем, кроме меня, разумеется.

Потому у входа в лабораторию при башне нас ждали пятеро учеников, с направлением развития в зачарование или благословение.

— Магистр Мантикор! — приветствовала меня девушка-тари. Та самая, кого я заприметил ещё во время их прохождения песочницы. Она избрала для себя очень близкий к моему путь развития, потому интересовалась всеми уроками по этой части.

— Рад, что вы тут. Надеюсь, основы все помнят, потому что повторять как смешивать снадобья, и пояснять смысл каждой травинки в составе я не буду.

— Пустырник, тигрис, дамьянит, ромашка, хест, валерьяна, травы странников… — начала девушка, но я жестом её остановил.

В том, что они запомнили состав, я даже не сомневался. А если и не запомнили, должны были записать и держать пометки в инвентаре. С наличием инвентарей надобности запоминать точную формулу не самого типичного и нужного зелья и вовсе не было никакой нужды. Такое зелье нужно против пустотников и любителей нагнать магической жути на психику. В обычном бою от него будет не так много толку.

— В идеале вы должны это замочить в тёплой воде и не доводить до кипения. Воду лучше взять святую, из источников Дафны или освящённую жрецом… — продолжил я за неё. — Но у нас времени настаивать травы в нужной температуре нет, а потому лучше уж по старинке, хорошо сделать хороший отвар и благословить потом. Собственно, состав можно и изменять, если знать сам принцип.

— Мы используем успокоительные травы? — предположила другая ученица, темноволосая красавица с какой-то зверорасой сов. У неё были очень необычные волосы, напоминавшие тёмно-каштановые перья. Будто каждый волосок делился на несколько, как у пёрышка.

— Да, разве что стоит сперва проверить их на сочетаемость друг с другом. То, что в основном составе — сочетается почти со всем. Сила исходного эликсира будет зависеть от трёх компонентов — сам состав, вложенная магия и божественное благословение. Если у вас нет навыков жреца и возможностей благословить зелье — лучше усложнить состав, добавив кошачьей мяты, тирса, смелинового гриба и корень шилмицы. В крайнем случае всегда держите при себе настой собачьего корня, чтобы нейтрализовать эффекты.

— Да магистр.

— Это справедливо для любого зелья. Разве что, есть ещё четвёртый способ усилить состав. С помощью ритуалов шаманизма. Но среди вас шаманов нет, а у меня нет на это времени, так что его мы пропустим.

— А что входит в шаманизм? — поинтересовалась сова. — У меня есть возможность взять вторым классом шамана.

— В основном, камлания, — я вытащил из инвентаря подаренный волчьим посланником музыкальный инструмент. — Хотя есть и другая ритуалистика — окуривание помещений эфирными маслами, призыв стихийных духов… много что. Шаман — это класс, завязанный на волю. Если есть возможность раскачать эту характеристику без артефактов хотя бы до десятки, то смысл есть. Но развивать двойные классы сложнее. Нужно или вдвое больше опыта, или будешь отставать в обоих направлениях.

— Наставник, а ваш класс «Аква» — это жрец, маг, или их обьединение? — поинтересовалась тари.

— Это жрец, маг и шаман, все с направлением на воду.

— Ого! Значит, его прокачивать получается втрое сложней? — подхватила сова.

— Поверьте, с теми тварями, что обитают в Подземье, это не так сложно, как кажется. Во время последнего рейда по зачистке волн звёздные звери прикончили гибридную тварь тысячного уровня. И то что сейчас готовится штурмовать город, ничуть не слабее.

— Понятно, значит всё таки лучше выбирать двойной класс… — задумалась девушка-сова.

— Учти только, что до начала штурма времени прокачаться внутри города не так много, и монстров тут тоже не то, чтобы полно.

Вскоре начался сам процесс. Довольно однообразный и рутинный, но что поделать. Ученики пытались повторить и немного помогали в подготовке ингридиентов к успокоительному чаю Дафны. Но все основные манипуляции должен буду проделать я сам, чтобы сработали мои параметры.

Алхимическую лабораторию в башне я собирал с душой и не скупясь, тем более что благодаря Лесату и Лакомка с башней Знаний сильно помогли. Но отдельное спасибо, конечно, Илии. Когда-то давно я собирал в своих блужданиях по Подземью разные образцы растений, намереваясь однажды всё проверить для создания зелий, чтобы потом знать, где и что есть в случае нужды.

Но как оказалось, хороший друид может воссоздать растение даже из листьев, да и я сам многие образцы старался собрать вместе с корнями, а то и целиком. А инвентарь, как обычно, сохранил всё это в идеальном состоянии едва сорванного растения.

Так что теперь у меня… как, впрочем и у Илии с Лакки, есть доступ к огромному списку полезных грибов и растений.

Финальная версия чародейского чая Дафны была насыщенным травянистым чаем со сложным ароматом из множества запахов. Пожалуй, немного это напоминало липу с хвоей, которых в составе, кстати, и не было. Большинство трав успокаивали и расслабляли психику, некоторые наоборот, не позволяли сознанию совсем уж растечься и оставаться достаточно собранным для сражения. Некоторые — просто усиливали эффекты других.

Магическая составляющая была в насыщении маной. Благо близость источников и личная башня мага давали достаточное усиление, хоть и уступали башне в далёкой долине Терний. Дальше, конечно, мана принимала форму успокаивающих чар…

— Далее в магическую формулу идёт успокоительное заклятие. В нашем случае это «касание Дафны», которое хорошо сочетается с её же благословением на фазе жреческой ритуалистики.

— А если использовать другую магию? — вдруг спросил один из молчавших парней.

— Конечно, любая магия с таким эффектом. К примеру, «летний ветер» стихии воздуха, который используется примерно с той же целью…

— Нет, я имел ввиду с другим эффектом. Скажем, целительная, защитная или… атакующая магия, — пояснил ученик.

— Целительная да, защитная — смотря какая. По-хорошему меняя формулу мы меняем результат, и получаем некую успокаивающую защиту или вроде того, но сила обоих эффектов будет ниже. Под эти цели лучше брать и состав трав под лечение и защиту… а с атакующей магией… интересный вариант. Если использовать как основу — яд, то таким образом мы получим что-то вроде магической гранаты. Правда, такую проще купить в готовом виде у алхимиков.

— Но ведь можно усилить?

— Можно, — кивнул я. — Но нужна серия опытов. Легче получить усиление за счёт особого эффекта. Например, зная противника, можно использовать те вещества и стихии, к которым враг особенно уязвим.

— А к чему уязвимы люди? — безобидно поинтересовался паренёк.

— Это кого ты в закрытом городе в осадном положении убивать собрался? — хохотнул я. Но всё же ответил. — любое стихийное заражение, особенно пустота. Любые яды на основе некротизма, проявления хищной тьмы… много что. Я бы подбирал в таком случае эффект не по виду, а под конкретную цель. Скажем, против сильного мага я бы вообще не использовал проклятия и яды — проще использовать антимагию или выжигание маны.

— Спасибо! — искренне поблагодарил ученик.

Даже интересно, на кой чёрт ему эта информация — убить ученика академии невозможно, он просто возродится в башне. Чтобы убить безымянного такие ухищрения не нужны — они и так всегда слабее учеников, потому как вынуждены очень осторожничать во время прокачки, да и система у них работает через задницу, по себе помню — прыжки характеристик, не работающие способности, странные эффекты навыков… хотя по багу с заёмной маной я буду очень скучать…

На всякий случай я отметил для себя худого высокого темноволосого ассари. Лабария Кайса. Интересно, какая часть его имени означает зверя? И забавно, что нам тоже выпадают в Доминионе расы тех ребят, что решили покарать Ректора за нарушение договора. Это можно как-то использовать… попробовать забросить шпионов в их ряды. Вдруг получится? Фраза «Пожертвовать жизнью» с привязкой души к башне — уже приобретают совсем иное значение.

— Кстати, а ведь наш враг, как я поняла, как раз сильные маги, да? — спросила тари. — Может против них пойдут такие штуки с антимагией как раз?

— Против них самих — да, однозначно. Вот только увы, нам придётся столкнуться вовсе не с создателями, а с их творениями, — ответил я. — Ладно, продолжим.

Созданная мной вода начала доходить до кипения, а я устало присел. На этом этапе нужно было просто ждать.

— Ещё вопросы…?

— Магистр… — снова обратился змей. — Скажите, а почему бы не наложить благословение сразу? Зачем трата времени на ожидание, и лишь затем переходить к следующей фазе?

— Хороший вопрос, Лабария. Потому, что вскипание убивает освящение. Вот после можно освятить даже раскалённый пар… Скорее всего, из-за сильного изменения состояния молекул, но в Мельхиоре пока нет земных лабораторий для изучения магии. Так что пока просто прими как факт, что благословить можно и воду и пар, но при переходе из одного состояния в другое эффект теряется.

Когда мы закончили, была уже поздняя ночь. Но если поутру ничего не случится, и мне не придёт весть от Геннадия о том, что время пришло, то никто не мешает мне отоспаться утром… во сколько там у меня завтра первая лекция…?

Думая обо всём этом я едва не ввалился в наше с лаской гнёздышко на вершине башни.

Девушка не любила яркий свет, потому ей было достаточно и света от огней города. Но сегодня она решила почему-то зажечь свечи. В помещении пахло приятной смесью трав и благовоний.

Сама девушка сидела на кровати в обнимку с подушкой.

Тёмный оберег моего разума от стихии отчаянья.

— Ты долго, — заметила она и участливо спросила. — Устал?

Я улыбнулся. Она могла спросить это намного раньше и легче мысленно, но знала, как я люблю её голос. И ей не нужно было спрашивать, устал ли я, чтобы знать ответ. Точно так же как и я сейчас прекрасно видел насквозь и её чувства. Смущение, радость, почти-счастье и самую малость — неверие. Последнего осталось уже совсем мало. Но даже сейчас она не могла поверить до конца во всё, что происходит между нами.

Сердце девушки забилось чуть чаще. В унисон с моим. В синхронизации со мной ей переходила минимум половина моей эмпатии, потому наши чувства всё чаще были общими на двоих.

На миг я застыл, хоть и вижу сейчас её каждый день, а она по-прежнему кажется космически красивой. Будто и не реальное существо вовсе, а некая захватившая меня аномалия. Не может реальное живое существо быть таким… совершенным.

Девушка ещё сильнее сжала подушку и по старой привычке спрятала лицо за чёлкой, но я потоком воды перенёсся у ней и осторожно убрал прядь с лица. Не могу остановиться, не могу не смотреть…

Я потянулся к ней, и едва ли можно описать словами то, что испытал в тот момент от простых обнимашек. Теперь я понял, почему миирам’торрин и любовь тари считали разными терминами. То, что происходит между нами невозможно описать словами. Это будто сильнейший наркотик, а испытываемые чувства просто запредельны. Я даже вдруг осознал, как вообще появилась синхронизация душ тари — если бы все эти чувства не делились на нас двоих по прямому каналу, я бы просто сошёл с ума.

Просто сидел бы как овощ и пускал бы слюну глядя на неё. Потому ни Арахне, ни Ирис, ни даже Дафне не достичь этого уровня совершенства в моих глазах.

А ведь… если подумать, тари было ещё хуже. Ласка нав, и её собственные эмоции очень слабы, а потому она хотя бы немного гасит это безумие. Может, я бы не удержал принца безумия внутри себя, если бы не успокаивающая, такая уютная тьма её глаз.

Это было последней мыслью — после я ощутил её губы и все мысли вылетели из головы. Вернее, перелетели в другую, потому как и в тихой Ласке вдруг проснулось пламя инферно.

А затем…

— Как же долго я этого ждал, падла! — прорычал чужой мужской голос у меня за спиной.

Мелькнула вспышка лилового света. Я начал разворачиваться, но Ласка оказалась быстрее, оттолкнув меня в сторону.

И в этот момент мимо моего лица мелькнуло блестящее лезвие взявшегося из ниоткуда убийцы…

Не глядя я ударил молочной пеленой, призвал водное тело на нас с Лаской, и выпрыгнул из башни, на ходу активируя паровой взрыв.

Связь с девушкой оборвалась, и я бы поседел от ужаса, если б не сделал это ещё в первую встречу с саагом. Мысль о том, что я могу её потерять прошибла холодным потом.

Призвав стихийные крылья, я спешно спланировал на крышу ближайшей по высоте башни. Им оказался небольшой отросток от основной башни, где-то метров на десять ниже нашей вершины.

На вершине башни раздался шум, который не должны издавать покойники, и чувствительную к пустоте эмпатию тари кольнуло чужое присутствие. Враг выжил, и уже приходил в себя. Убить нас послали явно не абы кого, раз убийца смог пережить взрыв.

Приземлившись на крыше, я принял человеческий вид, вместе с Лаской. А затем с ужасом увидел, как по шее девушки от торчащего по рукоять кинжала расползаются чернильные миазмы, будто разломы по коже.

Вспомнилась одноразовая легендарка с заклинанием фатума. Убийца Санга разрядил артефакт в шею Мархи в храме Тиши… После фатума нельзя воскресить. Я помню, как пытался сделать это на алтаре Тефнут.

Разумеется, Ласка была мертва. После вошедшего по рукоять в горло кинжала не выживают. Но для мага-целителя моего уровня это мелочи.

Высшая регенерация под оберегом, да с активной аурой, параллельно чтению молитв Нефтис…

Но не получалось.

Я едва не задохнулся и стоило больших усилий сдержать эмоции в узде. Не время, лекарь! Что бы это ни было, я её вытяну. Я — сильнейший лекарь этого мира!

17. Пламя и облако

Так, я уже видел такое. Нож был напитан некротической энергией, только и всего. Они думали, что если разрушить сущность её тела, то она погибнет окончательной смертью. Вернее, не она, а я. Это одна из тех штук, которые переходят вместе с возрождением, потому что система считает эту некродрянь не проклятием, а модификацией тела.

Но как с таким бороться я уже знаю по фрактальной чуме. Здесь суть примерно та же.

Преобразовать в воду всё, куда точно не добралась эта дрянь, вытянуть из заражённой части, добавить воды и собрать недостающее по памяти клеток. Организм человека и так полностью обновляется примерно за десять лет. Правда, она не человек, а нава…

Так, теперь материализация и привязка души к обновлённому сосуду… по сути, я просто заменил ей шею новой.

Ну что, камлать нужно?

БАМ!!

В ворохе осыпавшейся черепицы с крыши башенки поднимался спрыгнувший следом убийца.

Взрывом его как следует потрепало, да и жизнью тоже. Но ублюдка я всё же узнал.

— Фали… — с отвращением процедил я.

От прежнего наглого жирного говнюка мало что осталось — пустота знатно его потрепала. Ну и взрыв тоже, не без того. Волосы на голове были всклокочены и местами выбил вырваны, создавая несимметричные проплешины. Глаза на искажённом безумием лице косили в разные стороны, а по подбородку стекала тонкая струйка белой пены.

— Давно не виделись, Сион, — произнёс он двоящимся голосом. — Как же долго я мечтал об этой встрече!

— Не могу разделить твоих чувств. Я по девушкам, — сплюнул я.

БАМ!

Рядом с ним приземлился ещё один тёмный сгусток, собравшийся в неприятного на вид зверянина-чиффу, и чуть поодаль — ещё один, только на этот раз не упал, а сразу оказался в нужном ему месте.

Теперь понятно, как эти ублюдки умудрились попасть к нам домой в сердце домена, минуя охрану, так что даже наше с Лаской чутьё не сработало.

Ключник…

Но как он узнал координаты этого места?

Я скрестил руки на груди и тихо шепнул:

— Я причиню вам покой, несчастные души.

Из рук вырвались бирюзовые плети, каждое касание которых способно усыпить врага.

Облачное тело, туман, облачные владения.

На врага устремился целый поток раскалённого пара, вмещавший в себя всю мою ярость.

В голове забилась ясная мысль:

Они. Причинили. Вред. Моей. Ласке.

Морось потерь, белая тьма, стигийское болото, сон разума, долина отчаянья….

По раскалённому пару разнеслись миазмы пустоты, и если до этого у врагов на лицах были ухмылки от того, как вовремя они оказались у меня в гостях, то теперь на их лицах промелькнуло нечто похоже на страх.

— Не подходите к туману! — предупредил Ключник и сам сразу исчез.

Зверянин бросился первым. За спиной у пустотника взвились два чёрно-лиловых хвоста.

На вас пала метка лисьей охоты. Хозяин охоты невосприимчив к магии контроля.

Наплевав на слова Ключника, чиффари бросился на меня, выхватив два дрожащих от пустоты живых и вечно голодных клинка.

Какое хорошее решение против мага. Ну-ну.

Пустотник влетел в туман, и сразу же начал действовать — взмах клинка, и запечатанная магия вся вместе развеивалась где-то в метре от противника. Так он решил меня выкурить из контроля пространства.

Но разве я могу лишить себя радости лично прикончить каждого ублюдка на этой крыше?

Я сам собрался перед лицом лиса, ударив плетьми. «Покой» не прошёл, но мне хватит и этого. Враг замешкался, чуть запоздало выхватил клинки.

Никто не ждёт, что лекарь вдруг пойдёт в ближний бой.

Правую руку перчаткой сковал чёрный лёд, и кулак врезался в челюсть грёбаного лиса. Навыки Ласки тоже были при мне — и когда со спины меня атаковал Ключник, я просто уклонился в сторону. Он был вооружён каким-то сложным артефактным дальнобойным оружием, напоминавшим двухметровую медную винтовку.

Пустотник-зверянин поставил между нами преграду из чёрно-лилового пустотного пламени, но я просто шагнул сквозь неё, что мне какой-то там процент синхронизации?

Но и враг за это время собрался. Лицо пустотника стало серьёзным и слишком осмысленным, как для принца безумия.

Необычный для чиффари чёрный цвет волос и шерсти на ушах и хвосте, хорошая кольчуга, явно с адамантовыми вставками и поверх него плащ-безрукавка, чёрный и пылающий пустотой. А из разбитого носа текла струйка светящейся алой крови.

Но долго рассматривать мы друг друга не стали. Пауза длилась лишь долю секунды, и мы бросились друг на друга в ближний бой.

Я наспех собрал себе два клинка из чёрного льда, в которые заключил призванную нематериальную плеть. Пустотник атаковал сдвоенным взмахом клинков, метя в шею, но поймал лишь клочья тумана.

Одна из расовых способностей тари и магов астрала — мерцание. Пламя, окутавшее врага, не позволяло пройти рядом с ним в форме тумана, а вот короткий блинк — вполне.

Спину зверянина рассекли призванные мечи. Враг сразу же отскочил, молниеносным кувырком ушёл из под следующего взмаха, и чтобы я не расслаблялся, метнул фиолетовый огненный шар.

От него уклониться было легко, но вот от последовавшего сразу после него выстрела Ключника — не удалось.

Плечо пронзила острая боль. И чутьё мне подсказывало, что этим всё не ограничится, потому я сразу же обратился в пар, и игла упала вниз, порождая взрыв, пробивший крышу башни.

Но раскалённому пару было плевать.

Меня полностью захватила боевая ярость. Неожиданно я вынырнул из тумана перед целившимся ключником огрел усиленным кипящим гневом. Выжигающий раскалённый пар больше не был слабым ветерком, как до получения звериного имени. Множители урона сложились в покрасневшее от варящейся заживо кожи пустотника.

А затем он, конечно же, исчез. Ему на смену пришёл Фали, или то, во что он превратился. Изломанная химерная фигура появилась передо мной, и враг ощетинился полуметровыми когтями, объятыми проклятым пламенем.

Но я лишь обратился в туман, проскочил у его ног и собрался у него за спиной, вонзая чёрный клинок.

Верней, таким был план, но клинок отклонился, а затем вырвался у меня и з рук и начал медленно сам всасываться в спин пустотника.

Я вдруг понял, что на его спине был вовсе не страшный артефактный плащ — нет, Фали был раздет до пояса, и вся его спина была покрыта вросшими телами десятков орущих и пищащих крыс.

В ответ я ударил гневом, отпрыгнул назад, и контролем приказал кипящему пару забираться внутрь.

Паровой взрыв!

Пустотник нечеловечески заорал, когда десятки крыс на его спине разорвались от кипящего пара.

Из тумана вырвался зверянин. Сдаваться он не собирался. Пламенный рывок, и он уже заносит горящий пустотой меч над моей головой. Но в одно мерцание я оказался у него за спиной и металлическим сапогом ударил в спину.

— Познай покой! — рявкнул я.

И сразу — кипящий гнев!

Зверянин тявкнул и отпрыгнул в сторону, оставив на месте валяться то, что осталось от его кольчуги — пожалуй, только адамант и уцелел. Морось потерь превратила его экипировку в мусор…

В меня полетели стрелы пустотны, от которых я легко уклонился, и неожиданный выстрел в спину, от которого я уклониться не сумел… сработал автоматический уход в стихийную форму.

Ключник! Надо же, настырный тип.

Перемещаться по своему туману при активных облачных владениях я мог очень быстро, потому я сразу понял, откуда был выстрел, и спустя секунду уже был рядом с любителем порталов. Вот только здесь меня уже ждали.

— Её глашатаем буду я!! — заорал псих, вонзая в туман странный артефакт, напоминавший трезубец.

Должно быть, жуткая штука — мелькнуло у меня в голове, когда созданная из тумана копия развеялась во всполохе пустотной вспышки

Настоящий же я собрался сбоку и вбивая кулак с чёрным льдом в ухо Ключника.

Он почти успел. Послышался хруст, но в тот же миг его тело исчезло.

Мелькнула вспышка фиолетового пламени. Зверянин собрал из проклятого огня разгоняющую туман дорогу и уже мчался в мою сторону. Игры кончились — парень перешёл в боевую трансформацию и теперь все пламя и лиловые глаза пылали магией, словно маленькое солнце.

Скорость врага возросла втрое. Он налетел на меня, словно шторм, но я был готов. Проклятое пламя сцепилось с проклятым туманом. Я полностью положился на боевые рефлексы, что перешли ко мне вместе с навыками Ласки. Сердце бешено колотилось, и я понял, что даже способен поспевать за ним. Хоть и не долго.

Силы не бесконечны.

Немного воды. Преобразование в чёрный лёд. Я отступил, а между нами возникло множество острых лезвий из магии.

Выиграв немного времени, я развернулся, и вовремя — ко мне уже спешила крысиная стая, собравшаяся в полуметре от меня в уродливую фигуру Фали Крыса. Башка чудовища, некогда бывшего человеком, исказилась, глаза закатились, а вытянувшаяся пасть попыталась откусить мне голову, но поймало лишь паровой шар, который спустя миг разорвался паровым взрывом.

Череп Крыса разлетелся, словно спелый арбуз, вот только вместо кусков мозга, пустотник рассыпался уродливыми химерными крысами с лишними конечностями и сросшимися телами.

В этот момент преодолевший заслон из клинков лис налетел со спины. Я развеял тело облачным маревом, и сразу же активировал магический скачок. Как я и думал, враг ожидал, что я сам превращусь в пар, и использовал вместо привычного сдвоенного удара лезвиями очищающее пламя.

Бедро пронзила острая боль. Ключник!

Что последует за этим я уже знал, потому обратился в пар, отбросил раненую конечность, и вскоре прогрохотал взрыв, поднявший ворох брызг и окатив всю изувеченную сражением крышу.

— Я вижу всё. Нет ничего, что бы можно былоот меняскрыть… — пронесся шелест слов астрального контракта.

Есть!

Поток крыс собрался рядом со мной, но слишком медленно. В том месте тот час же расцвели языки кипящего гнева, вываривая крыс и вынуждая пустотника вновь рассыпаться на отдельных тварей.

Резкий разворот. Быстрое и ловкое тело тари с навыками и опытом Ласки позволяло мне ничем не уступать тренированному зверянину. От волны пустотного огня я ушёл коротким порталом, затем в воздухе обратился облаком и рассыпался на несколько облачных копий. Причинить вреда безобидные иллюзии не могут, но хоть немного запутают его.

Лис ответил потоком огненной магии вверх. Он вообще соображал очень быстро и на редкость ясно для принца безумия.

Переместившись мерцанием на крышу, я воспользовался короткой паузой для того, чтобы оказаться рядом с Лаской, быстро подхватить на руки и прыгнуть в проломленную в крыше дыру, и сразу обратно. Кажется, магия работала, и она постепенно приходила в себя, но сражаться пока не могла. Лишь поддерживала связь.

Короткий портал наверх перенёс меня прямо под нос к Фали Крысу. Он всё меньше походил на человека — в меня потянулись подобия щупалец из сросшихся тушек визжащих крыс, пылающих магией пустоты.

— Парв-у-у-у!!! — рыкнул он двоящимся голосом.

Я заранее ушёл в туман, но глаза и пасти крыс вдруг вспыхнули лиловым огнём, и меня выбило из облачного тела.

Однако меня это не остановило — я на ходу создал новый чёрный клинок и вогнал в бок монстра.

А затем пустил по нему кипящий гнев. Единый с паром, я полностью растворился в стихии, выныривая перед любыми проявлениями Фали и атакуя Летой и Стиксом. Он больше не пытался доминировать, и помышлял лишь о спасении своей жизни.

Запас маны исчерпался лишь на половину, хотя я ни разу не экономил силы. Зачем, если у меня прямой контакт через башню с источником? Какой идиот вообще додумался нападать на мага в его собственной башне? У них был шанс, только если бы они застали нас врасплох.

Лис уже выдохся, но не собирался сдаваться, но как и всякий пустотник, он имел почти неисчерпаемый источник в разрушении собственной души. Потому зверянин продолджал снова и снова развеивать части моего тумана, создавая безопасное пространство для троицы и выжигая мне ману.

Из всей тройки он оставался самым толковым бойцом и даже заслуживал бы некоторого уважения, встреться мы в иных обстоятельствах.

В четвёртый раз он вынырнул, всё так же настойчиво размахивая клинками. Каждый шаг создавал вокруг воронку из лилового пламени, а каждый взмах клинка создавал стену пустотного пламени. Но я без страха шагал сквозь него, наплевав на урон и синхронизацию. Водное лечение было намного сильней…

* * *

— Проклятый монстр, фыркнул Ключник. Последний шаг между ним и его мечтой никак не хотел умирать.

Выстрел.

Промах.

Проклятый тари слишком ловок.

Мимо пролетел паровой шар, насыщенный отчаянием пустоты. Но достаточно лишь подумать, и кандидат в глашатаи переместился на подоконник соседней башенки. Ключник посмотрел в прицел сделанной на заказ снайперской винтовки.

На самом деле, магический артефакт, зачарованный имитировать возможности мощного огнестрела. Стоила эта штука бешеных денег, но Ключнику нет нужды спрашивать разрешения. Хотя даже ему пришлось постараться, чтобы выкрасть её.

Выстрел.

Чёртов тари быстро вычисляет его по траектории выстрела. Но догнать Ключника невозможно. Как и убить. Тот, кто может мгновенно оказаться где угодно, даже умирая способен перенестись, например, в озеро живительной воды, одно из чудес Мельхиора, находящееся на другом краю планеты.

Да кто он такой⁈ Ладно Фали, неудачник так и не смог повторить путь эволюции Тахиона, и его откровенно не жаль. Но драться в ближнем бою на равных с Люсеаном и побеждать… Битва — мания этого психа. В бою он совершенно преображается, превращаясь в машину смерти.

Когда-то любимая Фхайрен сказала, что битва пустотников — это битва двух безумий, в котором побеждает тот, в ком осталось меньше рассудка. И если это так… то Ключник даже предположить не мог, что может твориться в голове у такого чудовища. Мания должна полностью ослеплять его, но при этом он… слишком разумен.

Есть! Ещё одно попадание!

Само собой, проклятый кошачий посланник опять отбросил раненую часть тела и мгновенно восстановился магией воды. Но мана не бесконечна. Даже с источником рядом — не может быть бесконечной!

В обычной ситуации Ключник бы давно бросил эту затею, но если у него сейчас всё получится… на кону слишком многое. Глашатаем должен быть он, а его богиней будет Фхайрен. Его сладкая Фхайрен!

Паровой взрыв на миг закрыл видимость поля боя, и когда Люсеан вновь расчистил крышу башни ударом пустотного пламени, за прицелом винтовки возникла фигура безумного тари. Кошачьи уши, пылающие лиловым среди белоснежных волос, напоминали рога, а за спиной пылали стихийные крылья.

А стоял он на ошмётках того, что некогда было Фали Крысом…

Король подлости был мёртв.

Сердце Ключника кольнул страх. Ради своей сладкой Фхайрен он должен прикончить этого мудака… но видимо, не в этот раз. Даже забирать Люсеана слишком опасно. Чёрт, чёрт, чёрт!!!

— Нет, я точно не хочу оказаться на крыше, — спешно отказался пустотник от очередного предложения о перемещении.

* * *

Первый готов, — констатировал я про себя.

Астральная метка, висящая на Ключнике, снова сместилась, и я легко ушёл от выстрела, зная откуда он прилетит.

Из-за вспышки пустотного пламени вылетел зверянин. Не смотря на сильно потрёпанный вид, выглядел он почти счастливым. Будто всё происходящее избиение доставляло ему удовольствие.

Ударив клинками крест на крест, он послал в меня волну пустотного пламени, от которой я ушёл коротким порталом. Но враг уже ждал меня на той стороне.

Слегка сместившись под траекторию стрельбы Ключника, я резко подался в сторону, и разрывная игла полетела в голову лиса. Но тот был готов и легко отбил её правым мечом, а затем сходу ударил левым.

Расстояние между нами было слишком большим, потому он пустил волну лилового пламени, которую я легко перепрыгнул — с прыжками у тари всё вообще обстоит очень хорошо.

К месту моего приземления враг добрался за считанные секунды.

Пылающие мечи встретились с чёрным льдом. Начался танец клинков, в котором мы оба положились на рефлексы тела и опыт ближнего боя. В моём случае правда, это был опыт заёмный.

Противник постепенно продавливал меня скоростью и мастерством, да и дрался он с таким отчаяньем, будто бы жил одной только лишь этой битвой.

Затем ход сражения нарушил очередной выстрел. Я вновь подгадал так, чтобы вовремя уйти с траектории и подставить его под огонь союзника, и он снова отбил иглу.

Но отвлёкся.

В бою всё решают порой считанные секунды.

Резко шагнув к лису, я ударил клинком ему по шее. На это враг ответил, поймав лезвие голой лапой. Сдавил, так что потекла тонкая струйка крови. А я… отпустил рукоять и ударил печатью чёрного льда в грудь зверянину, вымораживая грудную клетку.

Мелькнуло оповещение о критическом уроне.

— Славный… бой… — прохрипел зверянин и навеки затих.

Минус два.

Остался последний.

И я знаю, где ты появишься.

— Исполни. Убей. Никто не смеетмне мешать, — прошелестел астральный кот.

Мост из разреженного пара к нужному месту я построил заранее, а потому в тот момент, когда Ключник…

…

Чего⁈

Принц безумия появился на крыше высокого здания с башенкой. Отличное место для выстрела, но прежде чем я успел до него добраться, рядом с Ключником возник горящий портал, из которого вырвалась объятая пламенем тонкая рука, пробившая грудь Короля Порталов.

А следом появилась и её обладатель.

На лице у Ключника застыло удивление, непонимание и шок.

По эмпатии ударила волна чувств, смешанная из неверия, отчаянья, страха и чего-то ещё.

Женская рука вырвала из груди пустотника окровавленную полую сферу, состоящую из множества лент, пребывавших в постоянном вращении. А внутри подсвечивалось нечто, смутно напоминавшее ключ.

Но видел это я лишь доли секунды, потому как девушка сразу же спрятала полученный артефакт в инвентарь.

— Извини, что пришла так поздно, братик, — улыбнулась чёрный дракон Фхайрентаанимар. — Только что явился посланник из Зоосада. Пора очистить этот город от принцев безумия, как ты и хотел.

18. Озеро рыбьих слез

— Фай? Какого хрена⁈ — рыкнул я, в порыве эмоций ухватив девушку за ворот мантии.

— Пришла тебе на помощь, братик. Ты не рад меня видеть?

— Сам бы справился, — скривился я. — Хорошая помощь в конце боя.

— Брось, это Король Порталов! Он бы просто сбежал. Тут только эффект неожиданности. Да и вообще, он мой главный конкурент на регалию «Вездесущей», так что это дело чести — прикончить этого мудака. Давай лучше обсудим сегодняшнюю облаву на мерзких пустотников?

— Сегодняшнюю? — не понял я.

— А ты собираешься спустить это принцам безумия с рук? Эти суки пытались обидеть моего любимого братика и его милую подружку. Кстати, как Ласка? Что-то не вижу её тут. Но раз город ещё цел, то с ней всё в порядке…

Внутри снова вспыхнул гнев. Захотелось прямо сейчас вновь призвать стихийные крылья и пойти рубить всех пустотников на Сумрачном рынке. Но я сдержался. Мысленно прочитал молитву Покоя и посмотрел на улыбающуюся Файрен.

Она ведь специально вспомнила Ласку, чтобы вызвать у меня ярость. А я… что-то в последнее время я вспыхиваю, как спичка. Всегда ли я был таким эмоциональным?

Чего Фай пытается этим сейчас добиться?

Внезапно, Дракоша расхохоталась, и коротким порталом отошла от меня буквально сантиметров на двадцать. Чисто чтобы показать, кто здесь самый вездесущий и кого бесполезно пытаться хватать.

— Не нужно быть тари в синхре, чтобы понять, о чём ты сейчас думаешь. Братик, всё просто. Прибыл посланник от твоего крокодила. Говорит, самое время завалить пару принцев безумия.

— Проклятие! Сказала бы сразу!

— Так я и говорю, — улыбнулась девушка. — Пришла вот за тобой, а тут всякие негодяи…

Пиромантка взмахнула рукой и из стены пламени появилась рама портального перехода.

— Идём, тебя уже все ждут. Или у тебя ещё есть дела?

Я обернулся в сторону башни, где сейчас была Ласка.

— Я уже в порядке, — почувствовал я мысли девушки. — Просто немного…

— Вижу, — прервал я её, мысленно переместив сознание к ней в комнату под куполом башни.

Голова у Ласки сильно кружилась, так что было сложно даже просто стоять на ногах.

— Это яд, рассчитанный на навов. Сок селезина. Дезориентация. Мне нужно немного времени. Не беспокойся обо мне.

Ага, как же.

Рассыпавшись водным потоком, я вернулся обратно на крышу башни, положил руку на голову девушки и… а где я её спрячу-то?

Превратив нас обоих в туман, я вернулся на крышу, где меня уже ждала Фай, с интересом глядя на девушку, что собралась из воды у меня на руках.

— Сестрёнка, а открой нам портал к вратам телепортации, — сказал я.

Дракоша хмыкнула, но активировала магию. Теперь портал поднялся вокруг нас троих от крыши. Всё взорвалось яркой вспышкой пламени, но вреда оно не наносило. А спустя ещё миг я стоял на большой каменной площадке с рунической разметкой.

— Хочешь спрятать раненную принцессу? — спросила девушка. — Значит, у тебя есть своя надёжная башня за пределами Доминиона? Покажешь?

— Ага, башня Искр, называется, — соврал я, активируя врата телепортации в долину Терний.

Правильно было бы, конечно, сперва самому там как следует всё разведать, но всё было не до того. Однако в самой башне я, как хозяин, прекрасно знал, что происходит. То есть ничего не происходит.

Любой маг, посетивший её сердце, смог бы легко забрать её себе, сменив привязку. Но никого за годы, проведённые после того, как я её покинул, так и не появилось.

Девушка исчезла во всполохах белого света. Врата телепортации работали не так, как блинк или порталы Фай. Площадку захватывало магический свечение, превращавший телепортируемое в чистую ману и свет. Так что они были ограничены световой скоростью.

Но само собой, я всё равно проследил за её телом на той стороне. Башня Терний выглядела так же, как когда мы были здесь в прошлый раз. Вирм надёжно защищал её от незваных гостей, хотя любопытных тут и так никогда не водилось.

— Приходи в себя здесь. Если хочешь, можешь потом осмотреться.

— Я иду с тобой, — просто сказала девушка.

— Ну, разве что так, — мысленно улыбнулся я. Ласка собиралась присутствовать в моём теле вторым сознанием, чему я был только рад.

— Ха, вижу по лицу, что с твоей невестой всё хорошо. Я рада, — улыбнулась мне Фхайрен.

— Можешь открывать портал.

— Кстати, Син, постарайся не ржать над нашим гостем. Он этого не оценит.

— Ага. Что с остальными нашими? Все уже оповещены о начале?

— Как сама узнала, так сразу к тебе, братик. Но может, Грей уже оповестил кого-то ещё. Он тоже видел нашего гостя.

По ту сторону портала была одна из башен на самом краю домена.

Она возвышалась в кромешной тьме — сюда восстановление города ещё не дошло, потому место напоминало руины в диком Подземье.

На краю замерло существо в броне тари. Оно смотрело куда-то вдаль, во тьму, ведущую к миру Клеток. Невысокое, и худее дворфа. Очевидно, какой-то незнакомый ранее тип зверян.

Услышав шум позади себя, он обернулся.

Светлое лицо, покрытое мелкой шерстью в обрамлении каштановых волос. Но ещё больше выделялись большие круглые уши, размером едва ли не с пол головы.

Чей-Бру тар Ашка, «Первый из рода», темнолап / ликвидатор 265 уровня.

Не смеяться, да? Ну, регалия и класс ликвидатора у него и впрямь не располагали к юмору. Хотя кого-то он мне сильно напоминал…

— Вы от Геннадия?

— Значит, кошачий посланник… вот ты какой, — покачал головой незнакомец.

Так себе начало для дружбы, если честно.

— Ага, и ещё десяток других регалий, — буркнул я в ответ.

— Питаю слабость к культуре тари, — счёл нужным пояснить незнакомец. — Перейдём к делу. Пустотники собрались в своём логове. Если магистр не откажется от своих слов, то сейчас лучший момент для атаки.

— Магистр не откажется, — кивнул я. — Магистр только что прикончил парочку. И она ещё одного.

Ушастый с искренним удивлением посмотрел на меня, и со вдвое большим — на Файрен.

— Потребуется время, чтобы сообщить магистру Танатосу. Геннадий настаивал на его участии.

— Значит, ждите, — пожал плечами Чей-Бру. — Моё дело — просто передать послание.

Я кивнул.

— Вы не будете принимать участия? Ты и троица?

— Хранители Зоосада не вмешиваются в разборки магистров. Мы — охраняем Доминион от зверинца. Но в остальном рады способствовать доброму делу.

Звучало это не очень-то определённо. Тем более что мне показалось, маг был не против поучаствовать в зачистке пустотников. Или мне показалось?

— Ясно, — не нашёлся я что сказать ещё. И уже собирался прощаться, когда услышал:

— Скажи, тари, каково это — синхронизация? Тари вымерли сотни лет назад, но они были сильнейшими в истории Мельхиора.

— Поверь, цена, которую они за это платят — та ещё хрень. А синхронизация… в бою это имба, скажу прямо. Но в остальном… это очень опасный наркотик.

— Ха-ха, хорошо, что ты сам это признаёшь, братик, — рассмеялась Дракоша.

— Потом об этом. Чей-Бру, сообщи, что мы выдвигаемся. Танатос скоро лично прибудет на Сумрачный рынок вместе с Искрами. Фай, готовь остальных наших. Сбор через двадцать минут на портальной площадке.

Посланник коротко кивнул, и просто спрыгнул с башни, а затем я увидел, как он взлетел на артефактных крыльях тари. Два китаровых треугольника, больше походящих на уменьшенные крылья истребителя, чем на настоящее крыло.

— Отлично, за это время я должна восстановиться достаточно для боя, — почувствовал я послание Ласки.

— Нет. Есть другая задача, — передал я.

— Какая?.. О. Вижу. Поняла, сделаю.

— Сделаем вместе. Как будешь там — дай знать.

* * *

— Мы будем на месте минут через десять. Свяжемся с Ирис и будем брать точку входа в кольцо. Действуем по плану, — шепнул я, и водяная ворона взмахнула крыльями, унося послание в сторону Стержня.

— Син, можем запускать? — спросил Нирал, стоя рядом с управляющими рунами портального круга.

— Все помнят свои задачи?

— Кошмарить всех со стороны рынка, если они пришлют подкрепление, — буркнул Сайрис.

— Если нет, можешь осторожно двигать к нам. Но помни про то что там все маги — менталисты.

— Ну-да ну-да, — ухмыльнулся Сайрис, — а то я мозголомов никогда не валил. Эти сектанты и рядом не стояли с пещерным бехолдером!

— Хе, тут ты прав, — кивнул я, припоминая сражения с этими тварями.

— Иду валить малую базу ордена, — подал голос Терми.

— Заградительные отряды и отмеченный выход на одном из мелких осколков. Я всё помню, братец. Не переживай так. Ни один пустотник не уйдёт живым.

Команды тоже были в сборе, а потому я не стал больше тратить время попусту и активировал врата.

Нас окружило белое сияние, как и во время переноса Ласки. Всё начало превращаться в свет, а затем послышался характерный растянутый щелчок, который издают только врата телепортации.

С той стороны нас уже ждали. Ирис не явилась лично, но здесь были знакомый мне Кай и лысый Ренар.

— Магистр Мантикор, — сухо поприветствовал меня ледяной маг.

— Здорово, приятель! — тепло улыбнулся лис.

Приятно, что этот парень не копирует во всём отношение своей госпожи.

— Значит, вас уже ввели в курс дела? Где ваши люди? — спросил я.

— Уже находятся на местах, — буркнул Кай. — Только вас дожидались.

— Магистр Ирис будет участвовать?

— Если появится Рыболов, — ответил Ренар, за что удостоился недовольного взгляда Кая.

Ага, очень ценная информация, чтобы её скрывать.

— Кай, на всякий случай напоминаю, что мы делаем одно дело. Да и не припомню, чтобы где-то переходил тебе дорогу, — решил я сразу расставить все точки.

Но тот лишь неопределённо махнул рукой.

— Забей, у него просто дерьмовое настроение. День не задался, — улыбнулся Ренар.

Спорить с этим Кай тоже не стал.

— Тогда идём, времени не так много. Будет обидно упустить кого-то из принцев.

* * *

Башня ордена Плачущей Рыбы находилась на самой окраине Призрачного домена. Фактически, она была частью укреплений периметра, но эта сторона не граничила ни с чем — за башней следовал крутой обрыв к домену Смерти Танатоса.

Так вышло, что Призрачный домен завис рядом с доменами Смерти, а он в свою очередь — с доменом Знаний. Дальше тянулись нити пути к домену Хаоса, Бездны и парочке заброшенных серых осколков.

Призрачный домен был закрыт, преграждая безымянным путь к домену Света. К нему тянулись длинные мосты через мир Клеток, по которым между районами Доминиона ходили вооружённые караваны. Без охраны был слишком велик риск нарваться на чихар или заблудших чудовищ.

Орден выкупил и занял одну из сторожевых башен по периметру, из тех что выходили как раз к домену Смерти. Как защитное сооружение Доминиону она была не нужна, хотя существовал закон, по которому любые сооружения внутри города в первую очередь служат городу и его обороне. Так что теоретически я был в своём праве ходить по их территории как мне вздумается.

Но с того момента, как был основан орден Плачущей Рыбы, сторожевая башня давно перестала быть таковой и походила скорее за миниатюрную башню мага. Собственно, это и была башня мага, со своими вратами телепортации, которые и вели на Сумрачный рынок.

Этот путь использовался не очень часто, потому как требовал для начала быть другом Ордена. Ну, или оплатить их дружбу. Но платить за дружбу всегда дороже, чем за услугу…

Однако и нужды его использовать было не очень много. В основном, чтобы проникнуть на территорию Призрачного домена инкогнито, или провести кого-то из важных безымянных. Пустотников и бандитов, надо отдать ордену должное, они не водили. Только тех, кто не создаст проблем.

— И всё же, как так вышло, что созданный пустотником орден фанатиков обосновался у вас в домене? — спросил я. — И кстати, вы их зовёте фанатиками, но кому они поклоняются? Мортис? Не Дафне же…

— Магии разума, — скривился Кай.

— Ты должен был слышать об истории создания ордена, — заметил Ренар.

— Объединение учеников расформированной башни Разума… но это мало что мне говорит.

— Основатель спятил и обратился в пустоту. В попытках стать лучшим магом разума и возродить башню, он и стал таким. Этот раздел магии в принципе опасен, когда маг начинает играться с собственной психикой в попытке достичь большего могущества… — неожиданно расщедрился на объяснения Кай. — Но орден ведь не виноват в этом.

— Не виноват, но по итогу связан с пустотниками…

— Видимо, да, — пожал плечами криомант. — Они публично отреклись от своего основателя, и всегда заявляли, что не хотят иметь с ним ничего общего.

— Выходит, врали?

Кай мрачно кивнул.

— Магу разума это раз плюнуть.

— А что случилось с прежней башней Разума?

— Не знаю. Никто не знает. Решение Ректора, — пожал плечами Кай.

— Тогда расскажи подробней, чем они вообще занимаются? Что-то же они делают помимо обучения?

— Они наёмники. Выполняют тонкую работу, где нужен контроль разума. Подчинять рабов, добывать информацию, развязывать языки, читать мысли. Там большой спектр услуг, всё что может магия разума и что не может быть использовано против них самих.

— Пришли. — сказал Ренар и добавил. — Ученики из клуба охраны порядка уже оцепили район, так что уйти никому не удастся.

— Кстати, последний вопрос. Чисто из любопытства. А чем им рыба так не угодила? Что их основателю, что этим. Если это придурь Рыбника, то почему не сменили потом?

Ренар промолчал, а Кай только пожал плечами.

Я постучал в массивную деревянную дверь. Фактически, ворота башни, хоть и выполнены они были, как обычная дверь в дом, только в четыре метра высотой.

По ту сторону раздались шаги. Я переглянулся с нашими сопровождающими.

Поодаль стояли ученики из числа призраков и водников, но приближаться они не спешили.

Дверь отворилась, и наружу вышел пропахший алкоголем здоровенный мужик пышной нечёсаной бородой.

Одет он был с какую-то застиранную дряхлую хламиду, и о его статусе говорила лишь серебряная эмблема ордена. Смесь силуэта рыбы и глаза. Получался своеобразный глаз с плавниками и хвостом.

— Вам чего? — недружелюбно бросил он. — Сегодня заказы не принимаем.

— Магистр Доминиона, — представился я. — Буйный Рыболов уже здесь?

В ответ верзила сплюнул и неразборчиво выматерился.

— Нет, и ноги его здесь никогда не будет!

Он попытался грубо захлопнуть дверь перед нашим носом, но не вышло — внизу у порога сформировался брусок из чёрного льда

— Боюсь, Академия вынуждена настаивать на обыске этого места.

— Чего-о? — не понял меня мужик.

Я приготовился к конфликту и внутренне напрягся, подбирая связку заклятий, но в конце концов он просто махнул огромной волосатой рукой.

— А, ладно, херушки с вами. Вам же самим оно хуже-то будет.

— Ну-да ну-да, — ответил я любимой поговоркой Сайриса и переступил порог.

Внутри оказалось не так просторно, как мне казалось. Узкий но высокий вход стилистике древних, арка с колонной ровно по центру, делящей вход на две части. Зачем так было сделано не очень понятно.

Колонну увивал живой плющ и каменная змея. К счастью, всего лишь скульптура.

Внутри горели зелёные огни. В Мельхиоре каждая стихия обозначается цветом. Но на зелень сразу три претендента. Кислотная зелень отошла магии Смерти, салатная зелень тёплых оттенков — магии природы, а магия разума носила холодный оттенок зелени, уходящей в зеленоватую бирюзу.

Некоторый фанатизм к своей стихии отмечался уже на этом этапе — зеленоватый свет люстры из кристаллов, зеленоватая обивка мебели и множество гобеленом с символом ордена. Хотя… этот оттенок может напоминать и о море… интересно, такой двойной смысл и задумывался?

И, конечно, рыба. Куда ж без неё.

Я ничуть не удивился, увидев плавающих в воздухе чешуйчатых рыбин.

— Кто у вас главный? — спросил я у мужика.

— Главный…? А… Старший мастер, да. Нет его. Я сейчас главный.

— Сейчас?

— Кто старший в башне, тот и главный. А тут здесь пока один!

— Весёлые тут у вас порядки.

— Если будет по-иному, придёт рыба…

— Чего? Какая ещё рыба?

— Хмм… — задумался верзила и почесал грязную бороду. Сколько же в нём роста, где-то два с половиной? — Слушай, выпить не хочешь? Ты и твои люди.

— Пожалуй, обойдусь.

— Тогда и про рыбу ничего не увидишь… ну, дела твои. Смотрите, чего хотели.

— А где остальные члены ордена? Вас же больше сотни.

— Всего? Ну, сотни три, ага. Но сегодня нету…

— Почему?

— Рыба… — пожал плечами мужик.

— Мне это начинает надоедать, — я обернулся к своим спутникам. — Обыщите здесь всё.

Мимо в углу зала что-то мелькнуло, но я успел уловить лишь покрытый чешуёй силуэт.

— Ты про ту рыбу, что здесь летает?

— Не, это не рыба. Это Марион.

— Что ещё за Марион?

— Рыба…

Так… Всё это уже сильно не нравится. Все эти спутанные речи, напоминающие бред, просто насквозь пахнут пустотой. Она любит такие фишки.

Грейси и троица Хеора уже начали обшаривать комнаты.

Башня была построена по очень простому принципу — большой зал в центре, где располагался округлый бассейн со светящейся изумрудной водой. А вокруг него находились сегменты отдельных комнат. Так что расходиться было не нужно — всё и так на ладони, только поверни голову.

Со слабым любопытством я бросил взгляд на открытую Грейси дверь, из которой лился уютный свет обычного огня и тянулся запах тлеющего грибного дерева. Ничего интересного, но я и не ожидал найти что-то особенное. По идее, особенное должно само нам свалиться на голову.

Но пока что оно не спешило…

Пока остальные изучали первый этаж, я продолжал рассматривать весь зал и нашего проводника в частности. Тот не очень-то уверенно стоял на ногах и опасения вызывал лишь по первому впечатлению. Чем дольше я находился в его компании, тем больше понимал, что особенно сильным противником он не будет.

Турий «Рыбий Шёпот», психомант 206 уровня.

Стихия: разум.

Уровень слишком серьёзный для простого привратника, но маловат для лидера и уступает среднему в моей группе. Разве что класс какой-то непонятный. Псионик, эспер, суггестор, хозяин… про психомантов даже не слышал.

А вот указание стихии в статусе очень показательно. Значит, он под контролем стихии, а не мыслит самостоятельно. Но разве стихия разума может порождать заражение и одержимость?

Тем временем мужик, не дождавшись от нас новых вопросов и активных действий, отошёл к бассейну со светящейся зелёной водой, зачерпнул появившейся из инвентаря громадной трёхлитровой кружкой, и принялся долго жадно пить, будто беднягу мучал адский сушняк.

В воздухе разлился сильный запах дешёвого алкоголя, смешанного с застоявшейся морской водой, в котором сдохло не одно поколение рыбы.

— Аргх! Хороша! Брррр!! — мужик, словно пёс, затряс косматой башкой, но это не сильно ему помогло от залившего всю бороду напитка.

— Ты бы больше не пил, приятель, — заметил Хеор. — Тебе уже явно хватит.

— Вы держите алкоголь в бассейне? — удивился Грейси. Они уже покончили с обыском первого этажа. Быстро, однако.

— Что там? — спросил я, кивая в сторону комнат.

— Бочки с бухлом, — пожал плечами храмовник.

— Везде?

— В той, где камин, варится грог… или что-то похожее.

— Нахрен вам столько алкоголя? — спросил я у Турия.

— Дык рыба же! — удивился он моему вопросу.

— Где лестница на второй?

На этот раз вместо ответа он просто протянул левую руку, повернул ладонью к потолку и отрывисто поднял вверх.

Следом из лужи с таинственным алкоголем устремился поток взявшейся из ниоткуда рыбы, что сложилась перед нами в спиральную лестницу, ведущую наверх.

Я хотел было задать ещё один вопрос, но так и замер с открытым ртом. Ответ себе представить было не сложно.

Первой на лестницу вступили Неми и Лита. Фрактальный щит и завесу антимагии разом пробить не смог бы даже Танатос. Ну, не с первого раза, во всяком случае. За ними двинулся было я, но в этот момент сработало что-то вроде дурного предчувствия. Но откуда оно идёт я не понял. Просто дурные опасения или…

Конечно же, «или», как же иначе?

— Чего ты лыбишься? — спросил я у привратника. Хотя нет, дай сам угадаю, рыба?

— Я… говорил, да. Не стило вам… Да-а… Ры-ыба! — растянулся в улыбке одержимый, и прыгнул в бассейн.

— Какого хрена…? — обернулся я к сопровождавшим нас Каю с Ренаром, но те уже ощетинились оружием и приготовились к бою. Это было куда красноречивее всяких слов…

19. Смертельная рыбалка

Под шумный всплеск, бассейн в центре башни вспучился, и вверх ударил поток воды, в котором появилось множество светящихся белых рыб, что шустро поплыли по воздуху в сторону ближайших целей.

Сомневаться в их намерениях не приходилось, потому я ударил молочной пеленой. Разогнанное характеристиками умение превратила сразу пол дюжины монстров в уху. Но поток не ослабевал.

Следом пространство прорезала трещина и оттуда потянулись щупальца. Сперва на фоне общей тематики, я едва не ударил пеленой и по ним, но вовремя понял, что это магия хаоса Хеора.

Сверху послышался шум боя — часть тварей вступили в бой с Литой и Неми. Я на миг отвлёкся и поднял голову к лестнице — и увидел, как вспышка антимагии прикончила несколько рыбин на месте.

Значит, это не живые существа, а призыв или часть заклинания!

— Это саммон! Ищите магов! Здесь должен быть маг!! — приказал я.

Сам же я выхватил из инвентаря «волю Нефтис» и послал щедрый поток маны в бассейн. Попробую здесь всё просто разнести к чертям!

— Назад, к стенам! — последовал второй приказ, и вскоре рвануло как следует. Поднялся ещё один столб воды, на этот раз с шумом и множеством брызг. Всё очертания вокруг поплыли. Жидкость превратилась в кромешный туман, который скрыл очертания предметов. За серой взвесью нельзя было разглядеть даже собственные руки.

Я и сам шагнул назад. Туда, где предположительно были стены. В том, что они позади меня я даже не сомневался. Но шаг, другой, и ничего не происходило.

Посмотрел под ноги — в башню поступала вода. Уровень бассейна в центре давно был пройден, и теперь я стоял по колени в жидкости. Причём это была солёная вода, с сильным запахом моря и оттенком дохлой рыбы.

Рыбник… — сразу понял я. — Значит, здесь нас тоже ждали. Зачем-то убрали отсюда весь орден и устроили засаду. Враг знал, что я буду тут! Как знал и Ключник…

Это с самого начала было ловушкой. Стоило ожидать чего-то такого ещё с того момента, как трое принцев безумия оказались у меня в спальне.

Потому я чего-то подобного на этот раз и ожидал, и скорее разозлился, чем удивился. И на что они вообще рассчитывали против магистра Доминиона, прошедшего волны Подземья? Свести меня с ума они не смогут из-за того же, почему я плевать хотел на синхронизацию с Пустотой. Пока я связан с Лаской, даже проклятая стихия не способна на меня повлиять.

Что до возможных потерь… будет жаль, но это война. К тому же, на нашей войне воскресают, так что даже в самом худшем раскладе всё равно никто не умрёт. Лишь бы пустотой не заразился. Всё остальное можно исправить воскрешением в башне.

По лицу ударило потоком холодной морской воды. Во рту ощутился привкус соли.

Всё пространство башни внутри превратилось в одну большую водную ловушку. Мигом заполнив первый этаж, нахлынувшая из ниоткуда вода устремилась дальше, поднимаясь вверх.

Сражаться с аквой с помощью воды — оригинальное решение, конечно.

К тому же и конкретно этот приём был хорошо мне знаком. Это то, чему меня в своё время обучила Ирис. Только в моём исполнении были облака водного пара. Всего лишь проявленная в материи мана. Такая вода была уязвима к ряду вещей.

Например, я мог перехватить контроль маны. Всё же это моя стихия.

На это враг ответит ожидаемым смешением воды с пустотой. Самое очевидное решение для любого пустотника — это добавить свою стихию во что-то ещё. Способности пустоты, как и любой другой стихии, управляются потоками маны и навыками контроля. Просто мало кому приходит в голову контролировать пустоту сознательно — это почти всегда неосознанное решение. Но благодаря ясности ума, я мог манипулировать пустотой так же, как и простой водой.

И всё же зная всё это, противник напал, а не отступил. Значит, Рыболов надеется на победу. И после поражения в магии разума, не спешит вновь её применять.

Вспышка маны, и вокруг меня разлилась моя собственная сила. Благодаря примеси пустоты, я активно поглощал огни чужой маны.

Сражаться в воде непривычно, хотя магическая вода всё же сильно отличается от нормальной. Здесь можно было дышать, хоть и с большим трудом. Здесь срабатывала забавная механика — попадая в нос, вода как бы оказывается в поле другого существа, а поскольку в ней есть мана, то на неё действует естественное сопротивление, резист к магии. Он у каждого, как минимум, ненулевой, а насытить маной так, чтобы перебить этот резист, нужно сконцентрировать силу в одном месте. Даже сильному магу четвёртого ранга придётся. Или радиус поражения, или убойность…

А потому вода вновь становилась воздухом и не причиняла никакого вреда. Правда, с непривычки кажется, что ты действительно дышишь водой и тонешь.

Я выждал почти с минуту, ожидая атаки, но её не последовало.

Странно, чего он добивается?

Нити из маны уже окутали помещение башни, и если бы враг был тут, я бы это почуял.

Выходит, Рыбника нет в башне?

Теперь я уже был действительно озадачен.

Первая мысль — он воспользовался связкой из стихийной трансформации и контроля пространства. Как Ирис разливалась потоком воды, или я сам — туманом.

Но если его нет, тогда это получается, какое-то дистанционное глобальное заклинание? Впрочем, он глава этого ордена…

Блеснула изящная серебряная чешуя. Быстро!

Затем — ещё одна. Призыв рыбы? Как у Ирис?

Но этот вид был мне не знаком. Впрочем, какая разница?

Молочная пелена поднялась волной по спирали вокруг меня, и затем резко ударила во все стороны, быстро нагревая воду вокруг.

Воля Нефтис налилась маной, и я принялся нагревать насыщенную уже моей маной воду до несовместимой с жизнью рыбы температуры. Назовём это «уха смерти».

Отпущенные на свободу потоки маны ударили вторым и третьим залпом молочной пелены. Высокий контроль позволял менять заклинание, как угодно.

— Син! — послышался предупреждающий ментальный зов Ласки.

Девушка видела бой моими глазами, но сумела заметить то, чего не увидел я.

Косяк серебряных рыб поплыл в мою сторону со скоростью брошенного кинжала.

Сработала автоматическая трансформация в пар, но вместо того, чтобы пропустить их сквозь себя. По телу прошлась боль, а я обнаружил себя в реальности, перед двумя хищными серебристыми силуэтами.

А позади них подплывали и ещё… Нефтис… сколько же их?..

Пар не сработал?

Серебряная чешуя… проклятие, это не просто цвет! В их чешуе действительно есть серебро, а значит им плевать на магию!

В руках из чёрного льда соткались парные короткие клинки. Я тихо прошептал молитву карающего покоя, призывая в них силу божественной плети.

А затем синхронизация с Лаской подарила мне ускорение и навыки лучшей ученицы генерала Доминиона.

Я перешёл в ближний бой, и полностью сосредоточился на клинках и серебряной рыбе.

Бой вышел коротким, но весьма кровавым — существа были настолько быстрыми, что вполне могли поспевать за усиленной магией скоростью. Но даже так, спустя пол минуты со всей стаей было покончено.

Принцип я понял, и перешёл полностью на физический урон. Неуязвимость к магии не поможет, если в глаз летит ледяная картечь. Тем более, что я мог добавить в него немного стихии Леты и превратить её в чёрный лёд, который был не хуже стали.

Призвав стихийные крылья, я выскочил из воды наверх, куда ушла остальная часть группы.

Им тоже досталось от рыбы — я увидел их на самой вершине башни. Лита держала купол антимагии, который развеивал воду, создавая воздушный пузырь. А вот вода тянулась ещё дальше — за пределы крыш домов.

Охренеть, он что, накрыл всю башню так, что даже снаружи его вода?

— Син! Ты жив! — обрадовалась Неми.

— А ты сомневалась? — удивился я. — Я уже побеждал Рыбника. Тем более сейчас, в воде.

— Ну, у нас был купол, а без воды рыба не плавает. Так что отстреливать было не сложно, — небрежно бросил Хеор.

— Тут в другом беда, — предупредил Грейси. — Походу, эта дрянь накрыла весь домен.

— Что? Уверен в этом?

— Это точная информация, — заверил Кай.

— Похоже, нас ждали, а орден был пустышкой, — понял Ренар. — Так что веселье в самом начале.

— Как можно накрыть весь домен разом?

— Глобальной магией, — пояснил Хеор. — Башня мага или иной магический ретранслятор.

Точно! Как я сам не подумал — резервуар с маной! Из башни мага свой собственный домен могу и я накрыть своим туманом, жаль саммон нормальный так и не выучил, а то бы и населил.

Но тогда возникает вопрос — а где, собственно, Ирис? У здешней башни и источника есть своя хозяйка.

— А что с жителями? Здесь же полно мирного населения!

— Думаешь, принцу безумия есть до этого какое-то дело? — с нотками сарказма спросил Кай.

Вместо ответа я просто выругался.

Неужели этот псих решил утопить весь домен? И зачем? В чём смысл? Если я прав, и кое-кто нас сдал, то пустотники должны бы понимать, какие силы сейчас собраны против них, и бежать нахрен… правда, бежать-то теперь и некуда из города под осадой. Но можно попытаться спрятаться, или…

Или постойте-ка.

Блин, всё же очевидно! Башня! Они решили захватить башню и уйти порталом из города!

Но почему именно башня Ирис? Она же непримиримый враг всех пустотников, и одна из сильнейших магистров Доминиона.

И похоже, им это удалось, если эта хрень сейчас по всему домену Призраков.

Я обернулся в поисках пути к выходу из башни. Крыша была пробита, а вот окон никаких здесь не было.

— У кого есть навыки полёта? — спросил я.

— Плаванья, ты хотел сказать? — хмыкнул Хеор.

— Да плевать, — для наглядности я призвал стихийные крылья и начал подниматься вверх.

Как оказалось, свои способы были у всех. Хаосит призвал щупальца какой-то твари для своей троицы, у близняшек с Грейси был какой-то баф на медленное парение вверх, а младшие магистры имели свой аналог стихийных крыльев.

Мы миновали разлом и стали подниматься выше, но воде будто не было пределов вовсе.

Призвав туман и владения, я стал охватывать пространство, чтобы понять, как далеко идёт эта хрень. Но меня опередил Кай:

— Он… действительно заключил домен в водный шар! Как такое возможно?

— Шар, значит. Вот почему нам так легко дышать и мы можем нормально общаться вроде как под водой. Заклинание очень разрежено. Условно это не вода, а очень плотный прозрачный водный туман.

— Настолько плотный, что по нему может плавать рыба? — насмешливо спросил хаосит.

К нам приближалась стайка пираний. Тоже серебристых, намекая на то, что магией их бить нет никакого смысла.

— Зеркальная рыба, — вынимая меч, сказала Лита. — Её только физикой.

Кай создал меч изо льда, но использовать его явно не собирался, и поспешил в тыл группы. Над левой рукой криоманта начали формироваться длинные толстые ледяные иглы. Хорошее решение, дальнобой не повредит.

Второй магистр призраков просто вынул длинный клинок, напоминавший плотную, скрещенную с классическим длинным мечом, катану. Судя по рельефной мускулатуре и тому, как легко он поигрывал своим оружием, он был опытным воином.

Ко всеобщему удивлению, я призвал два чёрных клинка и встал в передние ряды.

Ну а что мне ещё делать? Мне аспект льда уже не подчиняется вовсе, а пар их не берёт…

Бой вышел скоротечным и ненапряжным. Но уже спустя секунд двадцать после того, как мы добили пираний, появилась новая стая. Примерно такая же, может, чуть больше, где-то на четверть. Но всё ещё мелочь для нашей компании.

С крыши башни мы спустились на стену. Паршивое место для боя — со внутренней стороны стена была ничем не прикрыта и рыба могла просто давить нас числом, тогда как нам отступать было некуда. Ширина стены — три метра с лишним, не больше.

Здесь на нас налетела какая-то тварь, напоминавшая акулу. Только зеркальную, и чуть более быструю. Нас было слишком много, чтобы это её спасло, но это снова нас задержало.

А сразу за этим, не успели мы отойти на десяток метров, снова столкнулись с рыбой.

— Они пытаются нас задержать, — предположил Грейси.

— Да, тоже так думаю, — кивнул я.

— Нужно поторопиться к башне, — с тревогой сказал Кай.

Дальше стена уходила на юго-запад, нам же нужно было совсем в другом направлении, потому мы спешно спланировали вниз, кто как умел.

В процессе, само собой, на нас снова напала рыба, а затем внизу — уже что-то новенькое. Чернильные гуманоидные тени с острыми когтями. И как выяснилось, очень даже материальными.

Домен оказался заполнен хищной рыбой и прочими хищными тварями до пределов. Масштабы впечатляли. Если собрать всех в одном месте, получится серьёзная армия. Потому то что она так рассредоточена по городу — ещё одна странность. Почему не собрать силу в кулак и не ударить? Зачем пытаться задержать, если обрадуешь достаточной силой, чтобы убить?

Сражаться приходилось за каждый метр.

Помимо зеркальной рыбы и чёрных монстров, появились и другие виды морских обитателей. Рыба, бившая вспышками света, морские ежи, стрелявшие колючками, стайка электрических скатов. Этакое зрелище, на самом деле, но сильно они нам навредить всё ещё не могли.

А я, побеждая раз за разом и отвоёвывая с боем едва ли не каждый метр, продолжал всё сильнее подмечать странности вокруг.

— Где все жители? — спросила Неми.

Этот вопрос был у многих в голове, но ответить на него было некому. Но сердцем настолько мощного заклинания должна быть именно башня мага.

Наконец, мы вышли на одну из центральных улочек, прошли мимо памятного трактира сумрачного кальянщика, миновали парк, и оказались рядом со святилищем Ирис.

Когда я здесь был в прошлый раз, никакой башни не заметил. Сейчас же отчётливо видел секрет владений Ирис. Башня была сделана из прозрачного материала, который во множестве огней от биолюминесцентных растений, которыми в домене Призраков было усеяно всё, было не видно.

Сейчас, благодаря воде, её очертания хорошо угадывались над святилищем с озером.

У входа не нашлось ни охраны, ни защитных чар. Но при этом не было и признаков боя. Никто не брал это место штурмом, как мы подумали. Однако и нормально всё точно не было.

Я решительно шагнул ко входу, и остальные двинулись за мной. Разве что Кай немного запнулся — видать сработал рефлекс не входить в дом госпожи без спросу.

Однако преодолеть разделявшие нас пару десятков метров мы не успели.

— Сверху! — предупредила Неми.

Я поднял голову и увидел идущий топором ко дну старый деревянный корабль.

— Назад! Готовность к бою! — приказал я, а затем спешно создал из воды барьер перед нами.

Упавший корабль врезался в каменную мостовую. Гнилые доски треснули, и древний дырявый фрегат превратился в кучу промоченной древесины. И откуда только взяли…

Мимо прошла волна от удара, разбившаяся о барьер. А следом за ней, с палубы вниз стали прыгать один за другим ходячие мертвецы в дырявых костюмах утонувших моряков.

Магия воды, нежить, монстры, рыба, магия разума, пустота… слишком большой набор всего. Нет, это не может быть один только Буйный Рыболов. В создании этой ловушки поучаствовало несколько человек.

Я вновь сменил оружие, отбросив клинки из чёрного льда и вынув из инвентаря Волю Нефтис.

Использовать мёртвых против жреца и ученика Танатоса… мда, и чем они только думают? Или в этом и есть тактика — просто закидать нас всем подряд, чтобы к финальному бою мы выдохлись.

Что ж, тогда их ждёт ещё один сюрприз. Любой маг контроля пространства становится только сильнее, чем дольше будет идти бой.

20. Король рыболовов

Несколько «упокоений» быстро изменили расклад в нашу пользу. Танатос не зря нас так дрессировал. Поведение в бою было отработано до автоматизма. Руки сплетали магию раньше, чем я успевал об этом подумать.

Затем… снова зеркальная рыба. Снова пришлось переходить на клинки и пробиваться с оружием.

Наконец, мы заскочили внутрь, в святая святых домена Призраков. Приготовились к сражению на смерть с ордой тварей и принцев безумия, и встретились нос к носу с магистром Ирис и троицей гвардейцев.

— Магистр, — сходу упал перед госпожой на колено Кай.

— Магистр, — повторил Ренар, только вместо раболепия он ограничился уважением.

Ирис, впрочем, проигнорировала обоих.

— Син? Какого хрена происходит в моём домене⁈ — сходу выпалила она.

— Вообще, мы как раз шли сюда за ответами, — хмыкнул я.

— Не там ищешь, — грубо оборвала она. — Мой домен атакуют со всех сторон!!

— Это хорошая возможность потренироваться перед приходом древних чудовищ, — кивнул я с лёгкой издёвкой. Не то чтобы со зла, просто не удержался. — Есть информация о том, что источник? Наша же стихия.

— Не наша, — поправила она. — Идём.

Ирис резко развернулась, подняв за собой шлейф непомерно длинных волос.

Она быстро пошла по гладкой поверхности озера к его центру. Мне невольно вспомнилось первое посещение этого места, когда Ирис попыталась меня соблазнить, ради тайн Танатоса.

Остановившись по центру, магистр, прозванная Белой Матерью, подняла руку к потолку, и над нами появились призрачные очертания винтовой лестницы.

Сама девушка подниматься по ней не спешила. Создав под собой поток, она ушла вверх на подобии лифта. Я тоже решил не тратить время, и призвал стихийные крылья.

Тратить время на разговоры Ирис не стала, сразу указав рукой в нужном направлении.

— Вон там, там, там и ещё два там.

Я посмотрел на раскрывшийся с башни вид и сразу понял, о чём она говорит.

Противник просто занял самые высокие точки в городе, и распространял свою магию оттуда. Неплохая альтернатива захвату центральной башни. Защитная система домена сама стала её уязвимой точкой. Но как им удалось захватить сразу их все? Здесь не может быть столько принцев безумия, значит это какие-то их пособники.

Может, пустотинки рангом пониже… или какие-то наёмники? Да не, бред, наёмники тоже не идиоты. Даже отбитые головорезы не пойдут на службу к пустотникам, к тому же открыто выступая против владыки Доминиона.

— Понятно, — мрачно сказал я.

— Вот и покончи с этим пустотником. Ты сам взялся избавить город от всех принцев безумия… кроме себя.

— Ирис… — я ненадолго замер, формируя правильно мысль. — Давай на чистоту. Я не ищу с тобой конфликта и я не пустотник. Скорее наоборот, первый союзник в их истреблении.

— Не бывает хороших пустотников, Синаэль. Не пытайся со мной притвориться тем, кем ты не являешься.

— Я… своего рода эксперимент Ректора, Ирис. Мой разум полностью под моим контролем.

— Пустотники обязаны кормить свою пустоту.

— Я и кормлю, — улыбнулся я. — Ты же помнишь, что их главная пища?

— Чужие души и судьбы.

— Эмоции, — поправил я. — Пустотникам не интересны души, не спосообные чувствовать, а то что при этом они пожирают судьбу — это побочный эффект. Какая может быть судьба у того, кто не хозяин в своей собственной голове?

— И как ты её кормишь?

— Как и все тари, — пожал я плечами.

— Не может быть… — ошарашенно произнесла она одними губами и отступила на шаг. — Так вот в чём их план…

— Да, Ректор хотел просто получить подконтрольного…

— Не Ректор! — со страхом покачала головой магистр. — Тёмный оракул Арахна! Ты же встречался с ней?

— Да…

— Этот цвет, — вдруг перевела она взгляд на мою мантию инквизитора тари. — Ты знаешь его имя?

— Красный?

— Значит, не знаешь. Попробуй избавиться от плаща.

— Зачем?

Девушка не стала отвечать.

Ну, попробуем. Я открыл инвентарь и нашёл взглядом старую серую мантию жреца неизвестного бога, в которой прошёл всё Подземье до того, как получил этот артефакт. Затем материализовал из инвентаря мантию тари и бросил на пол.

Ничего не произошло, механика сработала как надо. Я вопросительно посмотрел на Ирис, но страха в её глазах стало только больше.

— Посмотри на себя…

Я выругался, припомнив пару матерных слов из прошлого мира.

Мантию-то я выкинул, но насыщенный вишнёвый цвет просто перекочевал на робу жреца. Серый цвет остался серым, но все цветные элементы, вроде затёртой бирюзовой строчки и узора по краю карманов перекрасились в цвет инквизиторской мантии.

Затем открыл описание предмета и перечитал:

Облачение жреца забытого бога.

Редкость: необычный

Материал: нити пещерной падушки, шкура вархва, волчья сталь

+18 % к силе заклятий скрытности

+15 % к защите от холода

+5 % к скорости восстановления запасов маны.

— Описание предмета не изменилось. Это какое-то проклятие?

— Тобой манипулируют, Синаэль. Ты тари, а тари — очень хрупкое существо. Ты сам знаешь, в чём.

— Что ты имеешь ввиду?

— Разыщи мою ученицу Цианею. Ты должен её знать.

Я кивнул.

— Она сможет прочитать… особые свойства. А сейчас будь добр, магистр Зверя, прикончи проклятого Рыбника.

— С радостью, если скажешь, где он. Однажды я уже его побеждал.

— Да, слышала, — отмахнулась Ирис. — Он психопат, но не идиот, и не полез бы сюда, не имей чёткого плана. Я не могу покинуть башню — сам видишь. Иначе он подчинит и моё озеро. А закрыть желательно сразу все источники каста, так что зови подкрепление.

— Спасибо, — бросил я, затем призвал струю воды, которая подбросила мне обратно выброшенную мантию. Если эффект сохраняется на любой одежде, так чего отказываться от бонусов? — Ах да, ещё вопрос. Что с людьми?

— Жители домена не погибнут мгновенно. Я не знаю принцип работы этого заклинания, но оно очень похоже на аналог «морморы» из магии тьмы, то есть поддерживается за счёт маны попавших под её влияние. Если все жители домена погибнут, заклинание развеется само собой, потому они будут экономить жертв.

— Делимся на отряды, — таким был мой первый приказ после спуска. — Неми, с тебя отправить птиц. Пусть наши ведут подкрепление на штурм домена.

— Уверен? — переспросил Хеор, глядя как напряглись младшие магистры.

— Ирис даёт добро, — успокоил я их. — Маги, устроившие это, находятся сейчас там, а магистр не может покинуть башню, иначе домен перейдёт под контроль пустотников. Мало ли с какой башней мага они связаны и кого смогут перевести сюда порталом.

Кай побледнел, осознав величину нависшей угрозы. Ренар же остался безучастен, только положил руку на перевязь с катаной, давая понять, что готов ещё немного помахать оружием.

— Одна башня на мне, остальные ваши.

— Магистру не стоит оставаться одному, — нахмурился Грейси.

— О, друг, я никогда не бываю один, — ответил я улыбкой и развернулся к выходу. — За дело, у нас мало времени. Каждую минуту погибает кто-то из местных, чтобы поддерживать заклинание.

А вот теперь уже Ренар не сдержавшись, выругался.

Кай ещё больше помрачнел, а на лице появилась решительность.

— По башне на магистра и две башни нам, — заметил Хеор. — Какую выберешь…

Дальше я уже их не слушал. Мобильность в группе у меня самая высокая, так что я могу прибыть к башне первым. Если заклинание заточено под несколько источников, то обрубив один, я должен освободить часть города, а значит и его жителей от потенциальной смерти.

Призвав стихийные крылья, я устремился к самой высокой из пятёрки башен по периметру.

Мимо проплывали косяки хищных рыб, то и дело порывавшихся меня поймать, но догнать меня у них не получалось. Пару раз, когда таварям это почти удалось, я применил паровой взрыв. Он в разреженной недо-воде работал плохо, но чтобы ненадолго оглушить рыб его было более, чем достаточно.

Проклятые пустотники с самого начала всё знали и спланировали эту ловушку. Даже это заклинание было спланировано не просто так, а как способ ограничить мои с Ирис силы. Пространство вокруг было насыщено чужой маной, принадлежащей сразу множеству различных существ, и продавить их волей всех разом, чтобы кастовать магию с башни было невозможно, да и закончилось бы для жителей магическим истощением и смертью.

Узнаю нечисть, продавшую душу безумному богу!

Наконец, я приземлился у башни. Сразу же сформировал чёрный клинок, и принялся насыщать пространство вокруг своей маной, чтобы избежать очередной магической подставы.

У башни меня уже встречали. Ещё один маг в мантии ордена Рыбьих Слёз.

На этот раз высокий светловолосый эльф с посохом и искрящей от магических защит аурой.

— Снова карманный орден Буйного Рыболова, — насмешливо фыфркнул я. — На этот раз я, пожалуй, не стану вас щадить.

— Сделай это быстро, магистр, — в голосе эльфа слышались испуг и отчаянье. И эти чувства были искренними, о чём мне тут же поведала эмпатия.

Парень был в ужасе, и готовился умереть. Причём умереть позорной мучительной смертью от моей руки. Никаких иллюзий на счёт своих возможностей в бою он не питал, как и желания сражаться.

— Тебя принуждают? — спросил я.

— Я… не могу это контролировать. Никак. Простите, магистр…

— Магия разума?

— Как думаете, почему нас зовут плачущей рыбой, а этого ублюдка — Рыболов? — парень горько усмехнулся. — Бывший магистр предал нас, привязав души к нему проклятым ритуалом. Никто из нас не может ослу…

Эльф вдруг резко выгнул шею, хрустнул костями, а затем взял себя рукой за волосы, и с ещё большим хрустом вернул голову на место.

— Давно не виделись, глупая рыба. Но тебе не сбежать от настоящего Рыбака…

— Давно не получал профилактических лещей по башке, поехавший?

— Лещей… — мечтательно повторил принц безумия. — Мне нравится, как это звучит.

А в следующий миг из ниоткуда прямо передо мной появилась фигура настоящего Рыболова, и мне по лицу прилетел хлёсткий удар воблой.

Повышено единение со стихией пустоты. Текущий уровень 24 %

В ответ я сумел коснуться рукой преобразившегося мага, активируя внутри его тела паровой взрыв.

Мгновенная смерть.

А затем мгновенное возрождение — я собрал воедино останки мага и восстановил его тело, а затем воскресил обращением к Нефтис. Только уже закованным в кандалы из чёрного льда.

Парень ошарашенно смотрел на меня, не понимая, что происходит.

— Ну как привязка к Рыболову, пропала? — с участием спросил я.

— Н-нет… — побледнев, ответил парень.

— Ясно. Тогда если хочешь жить, сливай всю ману и падай в обморок от истощения.

— Ээ…

— Ты же не хочешь, чтобы он снова использовал твоё тело против меня?

Парень побледнел ещё больше, направил ладони закованных в кандалы рук вперёд, в сторону улиц, и стал прилежно выпускать заклятия одно за другим.

Я прошёл мимо него, но стоило мне оказаться на пару шагов ближе к входу в башню, как пространство существенно сгустилось, превращая разреженную воду вокруг в подобие масла.

Мимо из ниоткуда вынырнула стайка хищных рыб, пытаясь вгрызться в плечо, но передавшиеся мне боевые рефлексы Ласки позволили играючи уклониться от них, а затем изрезать чёрным клинком на уху.

В ответ над башней раздался многоголосый искажённый смех, который не мог принадлежать людям. Но судя по тому, как двоился звук — очень даже мог быть смехом пустотника.

Хмыкнув, я собрал над левой рукой облачко спресованного пара и заключил в тонкую оболочку из чёрного льда, после чего послал нестабильную субстанцию в закрытые деревянные врата башни. Помещение явно не использовалось по назначению уже фиг знает сколько. Сейчас там был какой-то склад с чем-то не очень ценным. Так что хватило и одной взрывающейся сферы, чтобы деревянная дверь слетела с петель.

Вышло даже громче и эпичнее, чем я думал. От взрыва поднялись вокруг столбы пыли, на время перекрывшие видимость. Хотя постойте-ка — раньше таких спецэффектов от этого приёма не было.

За рассеявшейся взвесью из грязи и мусора, показались очертания деревянных стен корабельного трюма, а взорванный вход в башню теперь был дверью на лестницу, ведущую наверх, к палубе.

— К чему эти игры, Рыбник? Твои иллюзии тебе не помогут! — громко сказал я, за что получил новую порцию насмешливого хохота безумца.

Носа коснулось чудовищное зловоние. Я скривился и посмотрел себе под ноги — весь пол был завален дохлой протухшей рыбой. Запах был соответствующим. А вот рыба вопреки всему, пыталась подползти ко мне, будто какая-нибудь гусеница.

— Не впечатляет, — фыркнул я, на миг обратившись паровым облаком и ударив под собой шаром.

К вони присоединился запах варёной рыбы. Тоже, впрочем, не очень приятный.

Следом из воздуха в чёрной дымке соткались два умертвия. Разумеется, у меня за спиной, с уже занесёнными для атаки мечами. Но едва они оказались в пределах моей ауры, я сразу же их почуял и, даже не глядя, мысленно произнёс слова молитвы упокоения.

— Серьёзно? Твой план закидать меня мелочью?

Ответа не последовало.

Значит иллюзии, завязанные на мане находящихся под контролем пустотников местных… Выглядело всё намного слабее всего, что противопоставил мне рыбник в прошлый раз. Но и работало это иначе. Враг действительно мог просто сколь угодно долго закидывать меня тухлой рыбой и мертвецами.

Хотя смотрится это пока что жалко. Я уже далеко не тот, что прежде, и психологическое давление магией невозможно.

Перешагнув порог, я встал у корабельной лестницы вверх. Здесь меня встретили ещё двое покойников, спрятавшихся за входом. Разумеется, я их почувствовал раньше и встретил оружием, походя срубив головы обоим.

Вот только повторно умирать мертвецы не спешили. Оба тела рассыпались косяком рыб, а где-то в отдалении послышался безумный смех Рыболова.

Я скрипнул зубами от раздражения. Хочешь поиграть — ладно. Но тебе не понравится.

Призыв стандартной связки тумана, владений и облачного тела скрыл меня из виду как-то наблюдавшего за мной пустотника. Видимость снизилась и была почти на нуле. Но мне частицы маны прекрасно рисовали путь таким, каким он должен был быть без иллюзий.

Рыболов создал нечто очень качественное, почти неотличимое от реальности. Но всё же не способное обмануть сенсорные навыки опытного мага.

— Чего ты добиваешься, принц Делирия? Кошак ты драный, решил, что перебив нас, ты остановишь пророчество? Я прав⁈ — послышался безумный голос Буйного Рыболова.

— Я не собираюсь призывать вашего говнобога, — буркнул я. — Вы же этого от меня хотите?

— Ахаха! Парниша! Рыба ты наивная! Не кот — рыба!! Хаха! Значит старый рыбак прав!!

— Что если так?

— Глупая рыба, что бежит на яркую наживку! Не-ет, рыба, нет! Ты ничего не изменишь! Слово — уже сказано! — безумец захохотал, а затем продолжил так быстро, что я едва разбирал его речь. Он будто половину звуков терял. — Не вырубить топором. Не выстирать в море. Не съесть. Не убить. Не исказить. Не изменить. Нет. Нет пути. Нет. Всё кончено! ТВО̯͠Й͖͡ ͉͘Д͏̷͓̯О̷̤͇̕М̧̺̜̰͘͢ ̶̟̼͘͟ͅ—̴̞͚̭͢͝ ̶̴̢̳͉̥͠ͅП̢̧͙̥͍̕͠ͅУ̷̧̭͎̝̜̗͘͘͢С̸̵̡̛̱̜͎̳̯͞Т̴̷̨͜͝͏̼͉̤͖̫̜О̵̷̵̛̠͓̤̖̯͖͟͡Т̵̡̛̙͔͍͎͈̯̕͜͡А!̶̴̧̡̛̫͎͙̤̤̮͍͜͝!̨̛͚̮͉̘̯̘͈̻͘͢͟͞͡͡!̷͝͠͏̧̛̺̱̜̗̖̭̲̥͢͢.

21. …и все?

Сквозь пространство потёк безумный хохот бесконечно безумного пустотника.

БУМ!

В штормовое море упало чудовище, собранное из множества кусков разбитых кораблей, с кормой вместо нагрудника, рулём на башке и растущей из него грот-мачтой, усеянной множеством якорей.

По бокам из плеч росли две мачты поменьше — на одной был портрет невероятно красивой девушки, которая манила к себе, намертво приковывая взгляд. Уверен, для кого-то другого этот образ абсолютного совершенства мог бы стать последним, что он увидит в жизни. Но я лишь хмыкнул — у каждого тари есть свой собственный идеал.

Я перевёл взгляд на вторую мачту и увидел карикатурный «весёлый роджер», будто из какой-то игровой саги о пиратах.

— Ты многого не знаешь, глупая рыба. Многого!

— Так подели…

Договорить я уже не успел. Как-то не до разговоров, когда в лоб летит громадная лапа из куска палубы с ошмётками борта.

Затем из воды выпрыгнула стайка хищных рыб.

Разогреть воду перед собой до родного мне кипятка было делом пары секунд. Ко мне рыба доплыла уже хорошо проваренной.

Снова игры с пространством? Иллюзией это не может быть — вода движется слишком естественно, по правилам природы. Или это настолько хитрая иллюзия… чтобы что?

— Думаешь, реально ли море? — раздался двоящийся голос из ниоткуда. — Море реально всегда, если живёт в твоём сердце, рыба!!

— Чего ты добиваешься? Пытаешься выиграть время?

БАМ!

Корабль-голем ударил громадной лапой, поднимая ворох брызг.

Я легко уклонился мерцанием, техникой тари, которой меня обучил Безупречный. Короткий портал вынес меня метров за пять от монстра. Но в то место, где я оказался, тут же ударило громадное пушечное ядро. От него я ушёл водяной копией, и вместо меня так и неразорвавшийся шар угодил в водяную фигуру, расплескавшуюся тысячей брызг. Однако и в новом месте появления меня ждал сюрприз — стайка карликовых акул, которые одновременно бросились на меня, но поймали лишь чёрную тьму — я воспользовался навыками Ласки по превращению в тень и рывку.

За големом вдруг возникла волна, подбросившая его ко мне с новым замахом громадной лапы.

На этот раз я не уклонялся, а просто развеялся паром и сразу же выпустил туман, среди которого и растворился. Надоело.

— Думаешь, спряталась в мутной воде, рыба⁈

Вдалеке послышался голос девушки, чем-то напоминавший мою Ласку. Но всё же не её. Её голос я никогда не спутаю. Образ неназываемого зла, если верить статуе в третьем храме. Где-то в тумане манила девушка такой неземной красоты, что по её приказу дети поднимали оружие на родителей, а мужья поднимали руку на жён.

— Не впечатляет, — равнодушно ответил я, подбирая ключики к этому пространству.

Туман показал, что пространство вокруг было бесконечным.

Хорошо, предположим, это какой-то магический план…

— Покажи мне хорошую рыбалку, малёк!! Старый рыбак устал ждать соперника, — сказал безумец с нотками грусти в голосе. — Покажи мне всю свою силу!!!

Грозовое небо над головой било множеством молний, заполняя собой всё небо. Свинцовые тучи на миг превратились в белый лист, после чего мана вдруг резко поползла к нулю.

Ах так?

— Истоками рек посвяти меня в тайну!

Должно быть, враг думал, что я отключу способность, чтобы сохранить остаток маны, но я просто призвал на помощь немного силы жреца.

На что он рассчитывал, начиная бой с аквой в водном пространстве?

Даже если он может им как-то управлять — это ничего не изменит. Сама Вода на моей стороне.

— Глупая рыба не понимает, что уже проиграла. Не мы твой враг. Твой враг, как и твоя свобода, всегда плавали рядом с тобой. Прекрати быть рыбой и стань рыбаком, малёк! Убей свою манию!! Убей сосуд!!! Убей-убей-убейубейубей…

С двоящимся и превратившимся в какофонию голосом обрушилось давление магией пустоты. Я почуял влияние пустотных аур, хоть и не смог бы различить какую-то конкретную. И на этот раз меня проняло.

Резонанс, слившийся в какой-то жуткий звон в ушах, выбил меня из заклинания и вдавил в воду. Перед глазами всё закружилось. Я перестал осознавать, где я нахожусь — всё завертелось перед глазами…

Но играть в эту игру можно и вдвоём.

Откуда принцы черпают свою силу? В мании. Только они свою манию не в состоянии контролировать, я же нахожусь в здравом уме и могу вызывать это состояние и по своей воле.

Свою манию я прекрасно знаю. Достаточно было вспомнить образ Ласки и подумать о том, что между мной и возвращением к моей миирам’торрин стоит этот чмошник, как в груди зародилась чёрная ярость, жаждущая выжечь к Мортис всю эту грешную реальность.

Всю эту силу я вложил в потоки воды, захватывая пространство вокруг себя.

Битва пустотников — это битва двух безумцев.

А затем море вокруг начало нагреваться, вскипать и, наконец, испаряться горячим паром.

Голем!

Единственным обладавшим подобием души существом здесь был только он.

Едва я это понял, как сразу же собрался рядом с ним из тумана. В следующий миг пришлось уклоняться — перекатом от удара лапой по башке. Затем прыжок под ноги монстру и попытка ударить появившемся из воды чёрным клинком по деревянной ноге.

Из продолговатых отверстий в мою сторону устремились ржавые якоря на цепях.

Но поймали они лишь белые хлопья облаков — я сам со стихийными крыльями забрался на вершину громадного голема, приложился руками ко влажным доскам рядом со штурвалом и активировал внутрь него паровой взрыв.

Голем разлетелся на множество осколков… которые тут же превратились в отдельные рыбацкие судна и поплыли в разные стороны.

Послышался новый громкий смех Рыбника. Хриплый и лающий. А меня охватил новый круг ярости. Был способ выиграть этот бой намного быстрее, просто я сознательно старался его избегать. Но раз иначе всё равно не выходит…

Решение принято. Стихийные крылья загорелись фиолетовым пламенем пустоты.

Мир осветился лиловыми красками.

Форма химерной мантикоры пустоты походила на форму тари. Летающий кот вышел на охоту.

Насыщенная тёмной маной вода окончательно превратилась в туман. Пространство замкнулось, личное измерение Рыболова было взломано и перекрашено облачным миром.

Черпая щедро разлитую силу Дафны и многократно преумножая её магией пустоты, я стал всей локацией. Море начало сражение с облаком и оно проигрывало.

Буйный Рыболов попытался ударить усиленной пустотой псионикой, но я лишь машинально отметил бессмысленную попытку атаки. Он сыпал какими-то образами кораблей, рыбы и прочего бреда этой тематики, иногда пытался что-то говорить, но я уже ничего не слышал. Я просто улыбался и шёл вперёд с неотвратимостью Мортис.

Образ неземной красоты богини пустоты я и вовсе оставил без внимания. Не интересно.

Ты сам решил посмотреть мою манию, Рыболов? Ну так смотри…

Теперь это будет очень короткий бой.

* * *

— Ну как, глупышка, поняла, что вы наделали своей самодеятельностью? — раздался бархатный голос Фхайрантаанимар. — Поняла, с кем связалась?

Один из сильнейших принцев безумия на всём Мельхиоре вбивался в грязь, как шкодливый котёнок на их глазах. Форма зверя пустоты в исполнении глашатая была чем-то запредельным. Казалось, запас маны у него бесконечен — Синаэль видоизменил карманное измерение Рыболова. Такие вещи не проходят бесследно. Но он, кажется, даже не запыхался. Магическим истощением это даже не пахнет. Сила его Дафны здесь ограничена…

А затем Аселла поняла и ужаснулась: глашатай черпал силу из своей мании. Без страха перед чудовищным откатом, который за такие фокусы убил бы любого из принцев. Нет, он уже вышел за рамки принца Безумия…

Вот почему Колдерус избегал всего, связанного с пророчеством о возрождении госпожи.

— Ты предала нас, тварь! — рыкнула Аселла.

— Ой всё, — ухмыльнулась Файрен. — Вы сами виноваты, что подставились! Какой придурок додумался атаковать кошачьего посланника⁈

— Это была личная инициатива Ключника…

— Да ладно? Этот слюнтяй никогда в жизни не примет самостоятельное решение. Кто его надоумил? Ты? Рыбник? Ты серьёзно считаешь, что парочке психопатов удалось бы прикончить тари в синхронизации? Напомнить, что первые тари сделали с попыткой силового захвата со стороны пустотников?

— Пустота уничтожила их изнутри, — бросила Аселла.

— Вот именно! Изнутри, а не в лоб!

— Это ведь ты его убила, а не посланник! И ты нас сдала!

— Вас сдала Троица, Аси, — ухмыльнулась Файрен. — Или ты думаешь Властелин мира Клеток не в курсе где вы и сколько вас?

— Он любил тебя, Фай.

— Ключник? Аселла, солнышко, напомнить тебе, что значит быть пустотником? Довести жертву до грани и атаковать тогда, когда получишь максимальный спектр её чувств. Да, Аси, я убила его. И завладела «Ключом от всех дверей». Теперь инструмент разработчиков у меня, и я стала действительно Вездесущей. Я поступила, как пустотник. Что-то не так, Аси? Что с лицом?

— Ну ты и сука…

— Хаха! А Колдерус, с которым ты спишь, в курсе, что ты собираешься его принести в жертву?

— Это не твоё дело!

— Конечно, не моё. Я лишь напоминаю, что у каждого из нас свой путь к Богине… — Файрен вдруг растворилась во вспышке пламени и продолжила, уже нежно шепча Аселле на ушко — …я помню твою мечту стать Её копией. Я могу убить тебя в любой момент. Осталось совсем немного, прежде чем моя парадигма воплотится в реальность. Я — новая ᶐ̴͍͓͇͑̕͝ᵵ̵͔͎̔͝∰̴͎͇͑̒̓͜⋢̴͓͋̽͒͜ᶐ̴͕͇͉̾͝ этой эпохи.

— Он любил тебя! — повторила Аселла.

— А должен был любить богиню, — равнодушно пожала плечами Фхайрен. — Или ты хотела бы, чтобы это чудовище получило ещё и силу Ключника? Вам бы меня благодарить…

— Ты еретичка! Мы все эмпаты! Думаешь, мы не знаем, что ты хочешь занять место госпожи? Даже Арахна говорила тебе не доверять!

Чёрный дракон, не сдерживаясь, ударила пустотницу об камень, после чего резко подняла за короткие чёрные волосы и прошептала на ухо:

— Ты слепо подражаешь Ей, надеясь быть нужной. Но ты даже не пытаешься Её понять. Она никогда не проявляет жалости, Аси. И в нас будет ценить точно такие же качества. Только я из вашей дурацкой шайки иду к пониманию Её пути. А ты… ты даже имя себе взяла, переиначив имя госпожи. Как ты собираешься встать первой при Ней, если не стремишься превзойти Её, а только ползешь у неё в ногах? Чем ты тогда лучше тысяч лизоблюдов, каждый день молящихся, чтобы богиня просто взглянула на них?

Аселла ошарашенно уставилась на чёрного дракона.

Мелькнула предательская мысль — а что, если она права? Что, если она желает от них не безусловной веры, а развития её дела в глобальном смысле? Это звучало более чем логично. Она недавно принимала чёрный дым, и безумие ещё не должно было вернуться. Лучший момент, когда уже нет дурмана, но ещё не пришёл вечный страх пустоты…

— И чего добиваешься ты? — спросила пустотница.

— Для начала, пора бы разжиться парочкой филиалов в других мирах. Очень скоро у пустоты будет шанс захватить мир-темницу, а затем уйти через эфир в другие реальности.

— Через эфир…? Другие реальности? О чём ты? Великая… что ты задумала⁈

Теперь она уже не могла сказать, кто страшнее — чудовище, на миг погрузившее синхронизацией пустоты несчастного Рыбника в свою манию Делирия, отчего тот сперва поседел, а затем повалился на колени и зарыдал, как дитя.

— Примерно сейчас у него остановится сердце, — перевела тему Чёрный Дракон.

— Ты можешь остановить глашатая? — заметила Аселла.

— Уже нет, — покачала головой Дракон. — Он только что ощутил чувства тари, многократно усиленные манией пустоты. На такое рассчитана психика очень немногих разумных существ. Впрочем, Рыбник сам этого хотел. Грёбаный наркоман!

— Хотел?

— Не тупи, Аси. Только что старый алкаш сошёл с ума от счастья. Он освободился от Неё, понимаешь? Лучше влюбиться в горбатого гоблина с синдромом дауна, чем служить нашей госпоже! Свобода, Аси! Во вселенной подлунных миров не существует окончательной смерти. Только что Рыболов стал СВОБОДНЫМ!

Когда до девушки начало доходить, она сперва осела, утратив всякую волю, а затем перевела взгляд крупных чёрных глаз на Дракона.

— Что со мной будет теперь? — спросила пустотница. Её голос выцвел, а в вопросе не было никакого интереса к ответу и к будущей судьбе. Будто из девушки разом выдернули душу и обратили её в камень.

— Твоя мания ведь — страх одиночества? Интересно, зачем же ты тогда крысишь против своего змеёныша? Мне казалось, у вас любовь.

Девушка даже в нынешнем состоянии нашла силы насмешливо фыркнуть.

— Что тебе нужно…?

— Служи мне, Аси. Принеси мне клятву верности, и я позволю твоей мечте осуществиться.

— Ты насквозь порочна, Фай. Мы должны стать продолжением её воли. Богине плевать на богатство и власть, а любые плотские страсти ей отвратительны. Она несёт страдания, потому что таково её предназначение, а не ради выгоды. Ты никогда не станешь Её сосудом.

— Как и ты, Аси, как и ты. Куда мне до шлюхи с кучей обид, хаха! Так что?

— Я согласна.

— Что-что, не слышу?

— Я согласна служить тебе…

— Обожаю твою нелогичность, Аси! Отличный выбор. И бонусом ты получаешь… тадам! Свою жизнь! Служи мне хорошо, Аси. Приведи змеёныша туда, куда я скажу. И однажды ты тоже заслужишь участь старшего товарища.

* * *

— Почему рыдаем, пустотник? — спросил я, с некоторым усилием возвращая контроль над манией.

— Я… не вижу смысла жить… если не смогу пережить это сам… — прохрипел Рыболов.

— Зачем ты подставился? Ты же знал, что нельзя бить синхронизацией по тому, кто выше тебя по уровню связи со стихией?

— Вот этим ты от нас… и отличаешься… Тебе это всё в кайф… Пустота… А… кажется я понял, в чём был твой страх. В том же, что теперь будет у меня. Ты никогда не убьёшь её… А она тебя сожрёт.

— Что ты несёшь, поехавший? — скривился я.

— Это было… всё было предопределено, малёк… Судьбу не изменить. Ни тебе, ни мне. Единственный способ остановить пророчество — убить сосуд и выбрать одну из светлых богинь. Да хоть, гарем из обоих делай!.. Но ты не сможешь. А для меня всё… наконец-то… будет закончено. Спасибо…

Глаза Рыбника замерли, и искра жизни врага угасла… Ярость сменилась горечью. Почему-то триумфа победы я совсем не ощущал.

Что за чушь он нёс в конце и с чего вдруг так внезапно помер?

К счастью, мне было чем заняться ещё. Самое время отправиться в домен сумеречного рынка и помочь Тану кошмарить пустотников. К Мортис сомнения — даже если Буйный Рыболов был прав, и это никак не повлияет на итог пророчества, для Доминиона это большая победа.

Но это получается… всё? Как-то жалко. Или это я стал слишком силён?

Жаль, такая фишка с принудительной синхронизацией не сработает со слишком примитивным сознанием. А было бы забавно убивать таким образом монстров с тысячным уровнем…

Едва враг был повержен, пространство вокруг нас принялось съёживаться и скручиваться, вместе со всей разлитой здесь моей силой и силой Дафны. Но собиралась она примерно в метре от меня.

Я протянул руку, и пространство окончательно всосалось в небольшую сферу, размером с теннисный мяч. Внутри артефакта из прозрачного камня был заключён белый туман.

Получен предмет: ЗОНА#8795561… [идёт адаптация] Осколок неизвестного мира.

Редкость: легендарное.

Привязано: Синаэль тар Мантикор

Позволяет 1 раз в 36 часов переноситься в личное измерение.

Обратное перемещение не влияет на откат способности.

Неплохой трофей…

Я спрятал сферу в инвентарь, и сразу же оказался внутри башни. Заклинание было развеяно?

Посмотрел наверх — не до конца, ещё в двух башнях шёл бой — во всяком случае, в той стороне чёрное каменное небо со звёздной россыпью сияющих кристаллов прикрывали остатки водного купола.

Пожалуй, надо бы проведать остальные башни и спасти парочку бедолаг из рыбьего ордена. В обороне каждая боевая единица будет на счету.

— Привет, братец! — улыбнулась Дракоша, как всегда оказываясь в нужное время в нужном месте.

— Есть новости? Всех пустотников изловили?

— Агась, всех, кто пытался прорваться. Они ожидали атаки, но не думали, что нас будет так много. Каждый домен, где есть выход на рынок, заняли бойцы уровнем от младшего магистра, так что даже у принцев безумия не было никаких шансов прорваться. Сейчас Танатос добивает остальных. У них там какой-то жуткий тип — напрочь отбитый пустотник четвёртого ранга. Даже нашему Тану пришлось сильно постараться.

— Не повезло этому пустотнику, — заметил я.

— Ещё бы! Ты бы видел этот бой — прямо за гранью разумного! — загорелась Фай.

— Охотно верю, — кивнул я с ноткой тоски.

— Хочешь присоединиться? — понимающе спросила пиромантка.

— Сперва пройдусь по этому домену и постараюсь кого-то вытащить с того света. Когда твари пробьют барьер Ректора, понадобится каждый.

— Разумно, — кивнула Фай. — Из Сумеречного домена никто из них уже не выберется. В таком случае, сегодня отмечаем победу?

— Это само собой. А сейчас буду благодарен за порталы к другим башням. А потом наведаемся и на базу этих ребят, если наш бывший наставник оставит от неё хоть камешек.

— Ты слишком добр, братец, — покачала головой Дракоша. — Ну, как скажешь.

22. Глава принцессы теней ½

Изящная фигура тени во всполохах искр портальной магии оказалась на площадке малой башни Зверя, у Стержня.

— Магистр Ласка, — вежливо поклонилась парочка дежурных учеников. Девушка всё ещё до конца не привыкла к своему новому статусу.

— Мне нужна рыба в малый призрачный домен.

— На площадке есть парочка, — кивнул один из магов. — Проводить?

— Нет, спасибо, — отказалась девушка и быстрым шагом направилась вниз.

Порывы ветра растрепали короткие чёрные волосы, открывая шрам. Но здесь некому было рассматривать её, потому она просто перенеслась теневым шагом в механическую рыбу и взлетела в сторону малого домена призраков.

Мимо пролетели две рыбы с учениками, направлявшимися в сторону Стержня. Студенты продолжали обучение — перед грядущим штурмом интерес к изучению боевой магии стремительно вырос.

Ласка проводила их задумчивым взглядом, погружаясь в воспоминания о своём обучении. Вернее, о той его части, в которой у неё наконец-то появились верные друзья. Она очень медленно и осторожно привыкала к новым чувствам. Больше в ней не было ни капли страха перед академией и другими студентами. Он сменился уверенностью в себе, своей силе и поддержке близких.

Впереди вырисовалась посадочная площадка призраков. Ласка отправила рыбу вниз, соскакивая в последний момент и подавляя желание перенестись теневым шагом. Прежняя Ласка бы так и сделала, чтобы не идти через толпу студентов, которых сегодня здесь было больше обычного. Из-за проблем в основном домене, все кто успели вовремя уйти, так и сделали.

Взгляд студентов скользнул по чёрной мантии с тускло светящейся китаровой эмблемой башни Звёздного Зверя.

Здесь она всё же не удержалась и поправила чёлку, прикрывая обожжённую половину лица.

— Младший магистр Ласка? — удивлённо приветствовал её на входе старший ученик из числа призраков. На лице мужчины появилась настороженность, но не более. — Вы к госпоже? Боюсь, она сейчас в основном домене…

— Нет-нет, — улыбнулась в ответ тень, вызвав лёгкое замешательство. — Я здесь как посетитель. Мне нужна ваша библиотека.

— Ээ… вас проводить?

Ласка подавила рефлекторный отказ и ответила:

— Да, если не трудно.

В башне Призраков она прежде не бывала — да её бы никто и не пустил сюда. Теперь же тратить время на поиски нужного места было бы глупо.

Впрочем, искать особо и не пришлось бы, как оказалось. Библиотека располагалась в сердце башни, будучи фактически её стержнем, вокруг которого строились остальные кабинеты и учебные залы.

Проводник вопросительно посмотрел на Ласку.

— Спасибо, дальше я сама.

— Ээ… да, — кивнул мужчина. Оставлять её одну в библиотеке ему не очень хотелось, но и причин настаивать на своём присутствии рядом у него не нашлось.

Взгляды находившихся здесь учеников скрестились на чёрной мантии тени.

Девушка поёжилась, но заставила себя расслабиться. Она в своём праве.

И всё-таки… на сегодня достаточно испытаний. Порог накопленной уверенности в себе всё ещё был недостаточным.

Тень решительно направилась к книгам. Оплетённое светящимися цветами корнецвета и другими фосфоресцирующими растениями здание, оставляло совсем мало места теням. Библиотека призраков оказалась очень ярко освещённым местом. И всё же она сумела накинуть на себя маскировку и базовый отвод глаз. Ничего особенного, просто… пусть будет чуть меньше внимания к её персоне.

Теперь осталось лишь отыскать здесь Цианею… Нужно было спросить у проводника путь к секции нестандартных теоретических искусств. Так называлось место, где призраки хранили все свои знания по редким направлениям магии, большая часть которых не смотря на всё могущество Доминиона в целом и Ирис в частности, оставалась на уровне мифов и сказок.

Где-то там должны быть и книги по цветомантии Андрея, если таковые вообще есть.

Спросить у кого-то путь или потратить чуть больше времени и найти самой, по названиям книг на полках и указателям между рядами. Разумнее было первое, но очень хотелось пойти на поводу у своей слабости и выбрать второй вариант.

За этими мыслями она едва не налетела на компанию студентов, спорящих о чём-то между стеллажами книг.

Она быстро шагнула обратно в тень, пока её никто не заметил. А затем до ушей долетел разговор учеников, от которого сердце привычно забилось чаще.

— …та не, говорю тебе, что-то с ним не так, — громко сказал один. — Не может у нормального мужика таких вкусов быть. Бледная, мрачная, стрёмная что та нечисть.

— Ой, да ладно тебе. Фигура нормальная, шрам с лица убрать, нормально причесать, одеть…

— Слушай, ну хоть ты-то так не пугай! Ты тех девок видел, что возле него вьются? Вот Маэ и Рин, например. И переодевать там ничего не надо, одна небесная, будто с облака к нам сошла вниз, а у второй столько жизни и радости… душу бы хаосу продал, чтобы за мной такая побегала.

— Ты это со словами поосторожней, — нахмурился его собеседник. — Хаос ведь и услышать может. Оно тебе надо?

Дальше Ласка не слушала, молча улыбаясь.

И правда, утратившие силы богини были намного красивей её… наверное. Как и милая Илия, или Селена — тоже странная, но как раз во вкусе Сина. Они все были лучше неё — так сказала бы прежняя Ласка.

Та, которая не видела себя его глазами в синхронизации тари.

В тот день привыкшая проклинать и ненавидеть себя тень научилась себя любить.

Пусть даже это всё — результат передавшегося ей через синхронизацию проклятия тари.

Остановилась Ласка, забредя в одну из пустынных секций библиотеки, в которой не было никого. Девушка бросила взгляд на корешки книг. «Введение в ритуалистику магии слов», «Принцип действия малых слов силы»…

Магия слов… что-то из разряда нестандартной магии вне классических стихий. Неужели судьба сама вывела её куда нужно?

Тень принялась просматривать названия остальных книг.

«Бесконечность +/-», «легенды об амарантине»… тоже не то. Но раздел правильный.

— М-м… Ласка? — послышался знакомый голос.

Девушка просияла.

— Цианея! Сайрис сказал, что ты в это время бываешь здесь.

— Ты искала меня? — удивилась волшебница.

— Тебе должны были передать приказ от Ирис. На счёт магии…

— Да, я получила ментальный зов, — кивнула девушка. — Правда думала, придёт Сион.

— Мы едины, — покраснев, ответила Ласка. — Ты можешь говорить со мной, и он тебя услышит.

— Синхронизация тари, да? Интересный феномен… Хорошо, в чём у вас дело? Подскажу, если знаю. Но… магия цвета одна из самых неизученных сил, так что на многое не рассчитывай.

— Ты знаешь Андрея? — тень зашла сразу с козырей.

Девушка вздрогнула.

— Значит, знаешь, — заключила Ласка.

— Эмпатия тари передалась и тебе, — поняла Цианея. — Ну, о нём знает каждый, кто изучал это направление магии. Владелец наибольшего числа цветов. Но больше мне о нём сказать нечего.

Ласка кивнула. Большего она и не ожидала. С чего бы простой ученице много знать о сущностях такого масштаба?

— Что можешь сказать об этом? — спросила Ласка, вынимая из инвентаря обрывок вишнёвой мантии Сина.

— Девушка замерла. Взяла обрывок и задумалась.

Цвет Сина? Я помню его, можно было обойтись и без образца.

Образец она, тем не менее, изучила достаточно детально.

— Что можешь сказать о нём? Ирис говорит, что с его помощью на него воздействуют.

— Не совсем так… Цвет это часть владельца, через него нельзя влиять, если ты его хозяин. У Сина бывало так, что предметы рядом с ним сами меняли окрас на этот?

Ласка кивнула.

— Значит, цвет считает его своим хозяином, и никто другой влиять через него не может… кроме… самого цвета, разумеется.

— Как?

— Конкретно этот — цвет ярости. Эта сила называется «кровавый кармин», но тебе это ни о чём не скажет. Но сам по себе он будет… повышать яркость эмоций гнева и ярости. Он будет побуждать своего владельца к активным агрессивным действиям и решениям. Вот, собственно, и всё, что я могу об этом сказать.

— Это можно как-то убрать?

— Боюсь, чтобы избавиться от Цвета, нужно умереть, — грустно улыбнулась Цианея. — Во всяком случае, это то, что знаю я. Тот, кто передал Сину артефакт, в котором жила эта сила, мог обладать большими знаниями. Или Андрей, которого ты упоминала недавно.

— Значит, у него и спросим, — кивнула Ласка, вызвав ещё одну вспышку замешательства девушки. Видимо, ей возможность реальной встречи с подобным существом в голову не приходила.

— Это всё, что ты хотела узнать? — спросила Циана.

— Какие есть способы противостоять этой силе?

— Ну, универсального способа нет, — разочаровала девушка. — Всё зависит от конкретной силы. Против воздействия кармина будут работать любые успокаивающие умения и зелья.

— А от других? Как противостоять тому же Андрею?

— Ох… ну ты и вопросы задаёшь! Куда мне до уровня легендарных существ…

— Но в теории, как бы ты действовала?

— Не связывалась бы или постаралась договориться, — отмахнулась Цианея.

— Как на счёт пустоты или тьмы? — настаивала тень.

— Пустота да, она универсальна. Но есть некоторые силы, которые могут ей некоторое время сопротивляться. Не знаю, есть ли такие у Андрея. Но, наверное, должны быть. Всё таки у него вроде как десятки способностей. Тьма… нужно пробовать. Ничего не скажу.

— А как на счёт простого оружия и физической магии?

— Одна из частых способностей таких магов — создание копий. У Андрея их наверняка полно, так что убийство одной не сможет ему навредить.

— Спасибо… — задумчиво поблагодарила Ласка.

Цианея явно знала больше. Но подруга Сайриса вряд ли стала бы что-то утаивать намеренно. Скорее, нужно просто задавать правильные вопросы.

— Расскажи об этой силе в целом? Есть ли ещё такие способности, как создание копий? Или другие свойства и правила этой силы.

— Даже не знаю… — потянула Циана. — Магия цвета не отражается серебром, не потребляет ману, игнорирует большую часть антимагических навыков. Ах да, ещё на серый цвет нельзя повлиять. Что-то вроде аксиомы в этой магии… больше не знаю что сказать. Спрашивай.

— Спасибо, — поблагодарила Ласка девушку.

— Ты всё слышал, — сказала она уже мысленно мне.

— Слышал, — подтвердил я. — Действуем дальше по плану. Мы сейчас штурмуем их базу на рынке. Так что одной угрозой меньше. По крайней мере, больше не будет телепортироваться в нашу спальню.

Ласка спешно покинула библиотеку, а затем и домен в целом. По пути обратно девушка уже не обращала внимание на окружение, полностью погрузившись в свои мысли.

Теневым шагом она забралась на первую попавшуюся рыбу и взмыла вверх.

У магистров были свои привелегии. Одна из них — возможность забирать механизм за пределы стержня. Такое не одобрялось, но позволялось под личную ответственность. Не то, чтобы они были большой ценностью, просто ресурс был невосполним, так что позволь ученикам вылетать за пределы академии, и можно быстро лишиться всего запаса. Они-то воскреснут, а технику поди ищи где-то на дне Доминиона…

В данном случае это позволяло сильно сэкономить ману. А она может очень скоро понадобиться.

Девушка присела на механической рыбе, чуть скрестив ноги, откинулась и прикрыла глаза. Сейчас самое интересное было не здесь…

* * *

— Последние заперлись там, — кивнул Танатос в сторону непримечательного дома.

Магистр Смерти отёр клинок о плащ валявшегося у его ног незнакомого принца безумия.

— Может, просто ударить по зданию чем-то массовым? — предложил я.

— Это неспортивно, — хмыкнул Тан.

— Ты серьёзно?

— Потерь не хочу, — уже серьёзнее сказал магистр. — Там Джошуа. Пустотник четвёртого ранга. Напрочь отбитый тип. Его одним кастом не завалишь, могут быть жертвы.

— Тогда я не против быть в штурмовой бригаде. Сегодня мне как-то особенно везёт на пустотников, — я кровожадно улыбнулся.

— Со штурмом проблема по той же причине, — покачал головой Тан. — Он просто ударит пустотой в полную силу.

— Ну, у меня, предположим, есть свои методы.

Я обернулся к друзьям и нашёл фигуру Терми. Друг шагнул ко мне, поняв, что требуется его участие.

— А-а, понятно, — кивнул Танатос. — Вообще, проще будет подождать. Сейчас я проведу небольшой ритуал и просто прикончу их отсюда. Будто стена может быть помехой для магии смерти…

Вариант был хорошим, но что-то подстёгивало покончить с этим как можно скорее. Кто знает, что задумали сами пустотники. Не удивлюсь, если они уже спускаются по какому-нибудь тайному ходу. Нет уж, лучше всё проконтролировать лично.

— Это не спортивно, — вернул я наставнику его фразу. — А как же столкновение лицом к лицу с врагом, как ты учил?

— Я учил поступать эффективно, — поморщился Тан. — Но я не против.

Терми призвал фрактальный барьер перед нами, и мы направились к зданию. С деревянной дверью я легко разобрался старой доброй гнилью. А внутри меня уже поджидал сюрприз в виде какой-то мощной пустотной способности, ударившей лиловым огненным шаром по фрактальному барьеру.

Первым я заметил Харта. Старый знакомый выглядел очень паршиво, весь замотанный в бинты, со следами множества ран и ушибов. Бедняга. Мне прямо совестно обрекать его на повторные муки. Но он сам виноват. Мог бы и сбежать из города, а не строить козни мне и всему Доминиону.

С другой стороны безумный мужик со всклокоченными волосами и напрочь невменяемым взглядом готовил новую пустотную версию пиробласта или чего-то подобного.

А затем я увидел краем глаза и третью. Маркея готовила какое-то проклятие нам с Терми в спину, незащищённую барьером. Но из воздуха появились очертания Файрен, и в грудь пустотнице вошёл раскалённый меч.

Однако её это не убило — она рассыпалась лиловой пылью и пересобралась в метре от неё. Уже сверкая куполом барьера по контуру тела. Девушки увязли в битве, а следом сюда войдут и другие из штурмовой группы.

Справиться с двумя принцами безумия сразу было даже для меня чересчур, потому я нащупал в инвентаре старый подарок от необычного друга, который однажды уже выручил меня в подобной ситуации.

Давай, не подведи!

— Живо-ой! — дрожащим от переполнявших эмоций голосом, воскликнул священный зверь. — Мейару назло — живо-ой! Ублюдок! Поганец! Паршивец! Му-удак! Причиндалы сорву да на лоб прикле-ею!

— Не-ет! Мать твою, не опять!! К чёрту! Сдаюсь! Лёгкой смерти, кошачий посланник!

— Хочешь, чтобы он на меня обиделся? — спросил я я.

Пустотник рванул куда-то в сторону, активировав весь спектр способностей, чтобы сбежать. Следом за ним большими прыжками понёсся Мейару Многогранный.

Вот уж точно — король неудачников. И ведь я совсем не питаю к нему какой-то личной неприязни. Просто видимо зря он осквернил тогда тот алтарь…

Я с места рванул к последнему. Четвёртый ранг связи со стихией — это уровень старика из храма Неназываемой. Потому легко точно не будет — подумал я.

Пустотник развернулся ко мне и устремился в ближний бой.

Обратившись водой, я подался в сторону, прошёл через занесённую для удара пустотную длань, и уже сам обрушил в спину паровой взрыв.

Последовала чёрно-лиловая вспышка. Сам противник отлетел в другой конец помещения, встретившись со стеной. Но судя по запасу здоровья, был ещё жив и даже не сильно пострадал.

В ход пошёл весь арсенал дальнобойных способностей, не позволяя врагу перевести дух и выкинуть ещё что-нибудь. А сам я в форме чёрного облака полетел к нему, находу создавая клинки из чёрного льда.

Враг в последний момент сумел скопировать мой навык, призвав пустотные версии моего оружия. Главной фишкой Джошуа оказалось копирование навыков в пустотной их версии. Включая умение пользоваться оружием. Я угадывал движения Ласки, скопированные противником, но знал их так хорошо, что легко уходил от каждого удара. Но и сам не мог поймать врага магией и оружием.

Впрочем, и не пришлось. В помещение входили Искры.

В моего врага полетели стрелы и магия. Тот умело отразил их, не прекращая уклоняться от моих атак. Такое мастерство почти достойно уважения, если не знать, что это лишь копия. Лицо Джошуа говорило само за себя — не смотря на чётко выверенные движения тела, глаза его разъехались в разные стороны, и изо рта свесился язык с капающей слюной.

Невменяемый зомби на службе у пустоты. На четвёртом ранге связи от самого человека уже почти ничего не остаётся. Только комок нервов, реагирующий на любой раздражитель.

В таком темпе враг продержался ещё почти минуту, но в конце концов сработала знакомая ещё по первым дням пребывания в Мельхиоре формула. Большое количество всегда побеждает качество. Обычно в играх большой уровень способен уничтожать мелких пачками. Здесь же толпа в большинстве случаев побеждает.

— Этот был последним, — послышался голос Танатоса.

Я кивнул.

— Всех удалось поймать?

— Если кто-то и ушёл, то ещё до нашего появления, — ответил магистр. — Чистая работа.

— Десятки безымянных и зверян, души которых не сожрали эти уроды, сказали бы нам спасибо, — добавил Доркус, пряча клинок в ножны.

— Сначала обыщите здесь всё на случай сюрпризов. И… хорошая работа, Син!

* * *

Удар механической рыбы о камень вывел Ласку из полудрёмы с созерцанием сражения с пустотниками. Она так погрузилась в схватку, что не заметила, как прилетела к нужному месту.

Вокруг неё клубился вечный серый непроглядный туман, через который проглядывали смутные силуэты растений. Лишь она сама была чёрным пятном на фоне сплошной серости, как и казавшаяся яркой на фоне окружающего мира металлическая рыба с лазурными камнями.

Девушка мгновенно собралась и приготовилась к возможному бою. Её очередь внести свой вклад в дело.

22. Глава принцессы теней 2/2

Вокруг чёрных сапог поднялись две маленькие волны серой пыли.

Девушка спрыгнула с транспорта и внимательно осмотрела заросли. Даже если хозяин этих мест не ударит в спину, это всё ещё был мир клеток, где её мог банально выследить кто-то из чихар. Полёт был почти безопасным, но вот на таких больших островах устраивать засаду очень удобно.

Особенно на островках с эффектами, позволяющими скрываться. Конкретно в этой локации — это было очень легко. Плотная серая взвесь тумана не позволяла чувствовать себя в безопасности.

То и дело по серой мгле пробегала рябь, будто там бегали чьи-то тени. Но Ласка знала, что такой обман зрения здесь в порядке нормы. Доверять стоило в первую очередь чутью — слух и зрение здесь часто обманывались.

Ходить по острову взад-вперёд?

Вспомнилась дилемма в библиотеке. Спросить путь у одного из учеников, или попытать счастья найти дорогу собственными силами?

Тогда ей повезло. А сейчас… иголка в стоге сена.

— Андрей!! — пересилив себя, закричала Ласка.

Ответом было завывание ветра, чуть более громкое, чем обычно. Какое-то шуршание, которое легко можно было принять за последствия ветра… Ветер должен быть очень редким гостем на этом уровне миров клеток.

Затем раздалось карканье воронов. Ласка понятия не имела, что в этом месте есть вороны!

Девушке стало не по себе, но она собрала волю в кулак и повторила, вложив в крик силу стихий:

— Андрей!!!

Казалось, даже серость отшатнулось от звука усиленного пустотой голоса.

— Уф, незачем так кричать, Ласка.

Он оказался стоящим сбоку от неё. Магия, разумеется — ещё секунду назад его здесь не было.

Но ей стало спокойней. Всегда приятней видеть потенциального врага в лицо, а не кричать в пустоту.

— Мы с тобой не знакомы, — с ноткой неприязни сказала тень.

— Зато я тебя знаю. Я вообще знаю всё, сосуд неназываемого бога.

— Ты сдал нас пустотникам!

— Ага, можешь не благодарить, — даже не пытаясь скрывать правду, улыбнулся сказочник.

Странный класс и смешной девятнадцатый уровень не обманывали Ласку.

— Издеваешься⁈ — воскликнула она.

— Нет, почему. Смотри, что я могу благодаря этому, — Андрей подмигнул и вдруг рассыпался хлопьями больших снежинок, которые ломаной рваной линией понеслись в сторону тени, и оказавшись за спиной у девушки, резко развернул её к себе.

Потянулся ближе, намереваясь поцеловать.

Ласка в это время испытывала такую бурю эмоций, что меня едва не оглушило от её ярости и негодования.

Сказочник же в последний момент резко поднял руки за пару сантиметров до губ девушки, и сдавил ей пальцами щёки, делая похожей на хомяка. Сопротивляться она под воздействием странной способности, не могла.

Затем парень что-то быстро сунул ей в рот второй рукой, и отскочил обратно, снова став облачком снежинок, быстро летящих по изломанной кривой.

Всё это было проделано так быстро, что я едва успел дёрнуться назад и сделать пару шагов.

— Ну и что это было?

Девушка вытащила изо рта серебряный прямоугольник, покрытый концентрическими полукругами и точками.

Прерыватель.

Редкость: эпический. Материал: серебро.

Свойство: на десять секунд изолирует от любой формы удалённого контроля и связи.

— Мой подарок за то, что я поделился твоими планами.

— Ну и зачем это мне?

— Что-нибудь придумаешь. Я вот чего не пойму, Ласка. Вы же хотели извести пустотников, служащих пророчеству и культу сама-знаешь-кого, верно? Я послал к тебе их представителей. Что не так? Или у тебя были какие-то проблемы с их устранением?

— Нет, но… могли пострадать люди.

— По факту никто особо не пострадал, кроме пустотников. А затем, благодаря этому, вы сами на них вышли. Какой с меня спрос? Тебе будет легче, если я скажу, что знал, каким будет итог? Кстати, на Сумеречном рынке их тоже станет поменьше. Разделяй и устраняй, как говорится.

Всё шло совсем не по плану. Предполагалось, что сказочник окажется ещё одним звеном в цепочке и начнёт оправдываться. Или найдёт доказательства своей непричастности к ночному визиту. А по итогу он всё признал, но вроде как и не виноват.

То есть как это не виноват⁈

— Ты мог нас предупредить!

— Что бы это изменило?

И снова она не нашлась с ответом. Спорить — совсем не её. Как и настаивать на своём.

— Так что лучше скажи спасибо, Последняя Ласка. Одной проблемой меньше. Может, хочешь что-то ещё? Я знаю все тайны этого мира, а для принцессы пустоты сегодня промо-акции и скидки.

— Ты знаешь единственную тайну, которую я хочу знать.

— Как избавиться от пророчества? Всё просто — позволить ему случиться. Так будет проще всего.

— Очень смешно. Если все твои ответы такие же, то может оставить их себе.

— Как хочешь, — пожал плечами сказочник.

— Как отбить нападение с глубинных уровней на Доминион? — с усмешкой спросила тень.

— Это уже второй вопрос, — ответил он с той же улыбкой. — Подробности платно, — улыбка сказочника превратилась в хищный оскал. — Список квестов на выполнение у Сина есть. Впрочем, с тобой я могу обсудить и иные варианты. Свидетелей здесь нет.

— Иные варианты?

— Парочка имеющих нужную мне силу среди людей… и не совсем. Взамен — подробная инструкция, что и как делать. Интересует?

Убивать монстров или тем более людей, чтобы сделать по итогу сильнее существо такого уровня… с другой стороны, если это действительно поможет городу устоять… Почему троица хранителей Зоосада были так сильно против сотрудничества с ним?

— Я не стану убивать учеников и магистров.

— Ну, тогда мой список монстров у Сина есть. Расценки вы знаете. Монстров точно никому не жалко. Вас бы они точно жалеть не стали.

Выходит, тупиковый путь?

И зачем он ей дал этот прерыватель?

— Вот тебе бесплатный совет, Последняя Ласка. История уже написана. Не пытайся её изменить. Это всё равно невозможно. Лучше обрати внимание на то, что неподвластно пророчеству. А теперь, если это всё, я пойду. Ты очень скучная. И как тебя только терпит твой Син?

Девушка фыркнула. Ничего нового.

Может, стоило попробовать выбить из него что-то полезное силой, но она даже не знала, что конкретно нужно просить. Очередной туманный совет ни о чём был ей не нужен. То есть нужен, конечно, и она с удовольствием бы поломала голову, что он значит. Но стоит ли это той цены, что была названа?

В любом случае, она могла бы прийти сюда вновь

* * *

— За Звёздного Зверя! — прозвучал громкий тост.

Хорошая победа порой ощущается победой лишь после хорошего празднования. После боя с пустотниками настроение было совсем не праздничным. Тем более, что новости Ласки меня не обрадовали. Признаться, я был почти уверен в том, что конфликта не избежать и будет бой.

Затея была в том, чтобы в ключевой момент сменить управление, так сказать, и я порадовал сказочника магией астрала. Вид одинокой девушки был очень обманчив.

Но вышло как вышло.

Теперь же настроение постепенно поднималось у нас обоих.

— За Звёздного Зверя! — повторила девушка, наконец-то чувствуя себя в кругу друзей, где можно расслабиться.

Народ пил и веселел, впеовые за долгое время по-настоящему расслабившись. Не только у меня, но и у других началась светлая полоса.

Сайрис расположился на диванчике в окружении растений, а на его коленях сидела Цианея. Они о чём-то мило ворковали, и на лице у обоих царило безмятежное счастье. Дракоша сидела в обнимку с Дримом. Грейси мрачно на это смотрел и тяжело вздыхал. Его пытались воодушевить близняшки, увлечённо что-то рассказывая.

Терми, Некуш и Мерил уничтожали запасы алкоголя, Матиас забивал кальян. Рикка что-то мастерила не отрываясь от трапезы — еду ей ко рту подносила механическая лапа. В противоположном углу примерно тем же занималась вечно сонная Селена, только чёркая ритуальные формулы некромантии.

Джаф, Дия, Эра, Селиса и Эрфи, не дошедшая до храма Рихара, мечник Тайлер, Хеор и его троица, даже вампир Алиот, соблазнявший кого-то из новеньких…

На миг все отвлеклись, чтобы в который раз за сегодня поднять бокалы:

— За Звёздного Зверя!!! — зал потонул в крике.

От этого зрелища стало тепло на душе.

Один из сильнейших магистров и лидеров Доминиона, любимая девушка, любимая работа… у меня было всё, о чём я когда либо мечтал в обоих мирах. Если бы только каждый встречный не пророчил нам большие проблемы, было бы вообще прекрасно.

Однако на этом этапе я сделал всё, что мог. Все ниточки, ведущие к решению проблемы были оборваны или лежали где-то за гранью возможного.

Впрочем, самая активная часть мероприятия уже подошла к концу, и начиналась более долгая. На столе появились колоды битвы магов, и минимум половина состава собиралась приобщиться к любимой игре Доминиона.

— Син… Можно тебя на минуту? — попросила Солнечная Рин.

Я нехотя встал.

— Конечно…

Девушка направилась прочь из зала, и я проследовал за ней.

Мы вышли в одинокую тёмную комнату, освещённую лишь тусклыми фосфорсцирующими растениями. Девушка выглядела смущённо и мялась, не зная, как начать.

— Что случилось, Рин? — подбодрил я её.

— Я… в общем… это на счёт пророчества.

— И?

— Знаешь, за то недолгое время, что мы знакомы, ты стал для меня очень важен. И… мне бы не хотелось, чтобы оно коснулось тебя…

— Мне тоже, — усмехнулся я.

— Тогда давай убежим! — выпалила девушка.

— Что?

— Потом вернёмся, если хочешь. Но ведь пророчество… перестанет висеть над тобой, если ты… ну… выберешь кого-то другого. Вместо Ласки.

— Не выберу, — помрачнел я.

— Когда-то я была богом Радости, и у меня ещё осталась часть прежних сил. Я смогу сдерживать пустоту… если буду рядом.

— А проклятие тари как сдерживать?

Девушка опустила голову.

— Значит, всё предрешено, да…?

— Нет! — послышался третий голос.

— Ласка? — вздрогнула Рин.

— Ты должен согласиться, Син, — сказала девушка. — Я пыталась найти иной путь… но видит Рассвет…

— Не хочу ничего слышать. Мы вместе пройдём этот путь до конца и найдём способ. Сейчас нам ничто не угрожает. Достаточно просто вложить все силы в оборону города!

Рин помрачнела ещё больше и опустила голову.

— Не змеи угрожают пророчеством, — заметила Ласка.

— А пустотников здесь не осталось, — закончил я. — Кроме нашей пятёрки.

Интерлюдия: пустота

В бесконечном чёрном пространстве, за чертой адских миров, мерно перетекали одна в другую эманации последних поглощённых эмоций.

Пустотник поглощает души, преподнося их ей, постепенно превращая то, что некогда было личностью в один из множества комков боли, не отличающиеся друг от друга.

Долгий сон питаемый немногочисленными заражёнными безумцами, медленно подходил к концу.

Тысячи судеб были похищены и поглощены ею. Тысячи несбывшихся жизней, которые вместо счастья ступили на путь боли и потерь.

Я там, где отчаянье вырывает голос из глотки.

Я там, где предают близких и отвергают любимых.

Я там, где всё могло быть иначе, но никогда не будет, потому что я УЖЕ там.

Узри зло. Услышь зло. Говори злом.

Вспыхивающие и гаснущие судьбы перед глазами, будто бесконечный сериал.

Она очень любила сериалы и игры. Всё, что может развеять скуку высшего существа. Вот только играть она предпочитала с живыми игрушками. Сейчас, в сладком сне, она кормила душами воспоминания о самых вкусных из них.

Пустота безгранична. Сколько бы она не блуждала во снах, она убедилась только в одном. Отчаянье никогда не надоедает. Разрывая души и пожирая судьбы, она спускалась ниже и ниже, но не видела дна.

Поглощение счастливых судеб было самым вкусным и эффективным. Те случаи, когда история начинает вонять идеальностью, а то, что в финале будет «долго и счастливо» с гарантией в сто сорок шесть процентов.

Кусь.

Всего крупица настоящего ужаса пустоты, и «долго и счастливо» не случится уже никогда.

Прекрасно, восхитительно, превосходно, великолепно, божественно! Вкуснятина умопомрачительная, восхитительнейше шикарная вкуснотень! Рай, ведомый лишь богу-гурману!

Её стихию не зря проклятые тари назвали пустотой. Не архизлом, не «великой тьмой», и даже не отчаяньем, хотя последнее очень часто приравнивают. Пустота — это то что остаётся, если лишить существо его судьбы. Чем больше они будут страдать, тем больше амброзии, божественного нектара.

Нирвана.

Апофеоз вкуса.

Глупые смертные застряли в бессмысленных догмах, порождающих всё новые и новые чувства. Будто урожай они впитывают опыт, чувствуют и живут, чтобы по итогу прийти к настоящему счастью. И когда плоды созревают, садовник приходит за своим урожаем.

Поэтому они никогда не смогут её понять, даже те, кто мнят себя её слугами.

Власть, богатство, влияние — всё это лишь возня насекомых. Если это даёт им огонь жизни и даёт шанс прийти к счастью — пусть возятся. Пусть плоды растут.

И тогда, когда их станет по-настоящему много, она проснётся, чтобы собирать урожай.

Все пути судьбы, которые могли привести к счастью, станут деликатесом на её столе.

Изысканным яством, что подарит экстаз и провозгласит апофеоз вкуса!

Мания, возведённая в абсолют.

Пустота — это то, что остаётся, когда твоя судьба, твоя суть и твой путь исчезают.

За каждой пустотой стоит мания. А за богом пустоты — мания божественной силы.

Они наивно полагали, что способны отбить адамантовый меч… Ха! Наделённый моим подарком, он собьёт на своём пути все преграды. Сейчас никто и не что не смогло бы остановить этот меч. Я превратила чувства, что он годами держал под замком, в идеальное оружие.

Оно не сломается и не даст слабину до тех пор, пока не исполнятся все условия.

Всё предопределено.

Все фигуры расставлены.

Ничто не может быть изменено.

Арахна улыбалась, глядя на оборванные нити путей судьбы.

Тысячи лет служения той, чьё имя все боятся назвать, подарили ей примерное понимание… нет, не своей госпожи. Её понять было в принципе невозможно. Едва ли есть существо, способное постичь суть абсолютного зла. Но ей пути иногда ей приоткрываются, особенно когда она сама вкусила частицу того, что ей открыла Богиня.

Большую часть всегда забирает она, но даже той пыли, что остаётся достаточно, чтобы сойти с ума.

Когда Арахна впервые вкусила украденное счастье, она едва не сошла с ума. А может, что даже сошла, но не осознаёт этого. Она сама порой думает так ли это.

Счастье целой жизни, поглощённое за пару мгновений. В реальности проходит всего несколько минут, но от концентрированных эмоций украденной жажды жить она чувствовала себя всесильной и всемогущей.

Вкусив это лишь раз, сложно удержаться от того, чтобы остаток дней не посвятить тому, чтобы испытать это вновь. Снова и снова. Опять и опять! Ничто не может сравниться с возможностью за минуты и часы прожить счастье и радость, отмерянные на десятки лет. Ни что не может заставить остановиться…

Именно так и оканчивают свой путь большинство пустотников, превратившись в бездумных наркоманов, охотящихся за душами. Таких всегда быстро находили. Спецотдел сорамин, трибунал асу, инквизиция тари… орден Тиши…

Такие всегда отстреливали пустотников, будто бешеных собак. Гиблый путь.

Лишь соблюдая меру и не позволяя пустоте сожрать тебя самого, можно по-настоящему насытиться. Не быть безумной, истекающей слюной тварью, но быть хищником с вершины пищевой цепи.

И потому Арахна была единственной из принцев безумия, кто служил госпоже ничего не требуя взамен. Достаточно просто стоять рядом и насладиться крошками с Её стола.

Это сложнее, чем кажется. Не каждый способен по-настоящему питаться чужой судьбой, не сходя с ума и находя в этом удовольствие, а не просто откупаясь от Госпожи.

Но очень скоро начнётся пир. Все фигуры расставлены. Даже те, что сами мнят себя игроками.

23. Начало

Я уклонился в сторону, благодаря кошачьей реакции. Затем отпрыгнул от ожидаемого удара в живот коротким порталом и ударил в незащищённую спину.

Ага, незащищённую, как же!

Чёрный клинок прошёл у меня под рукой. Девушка изогнулась, словно змея — кинжал прошёл в паре сантиметров от её лица, но Ласка оказалась проворней, и её лезвие застыло у моего подбородка.

— Я победила, Син, — хищно улыбнулась она.

Эти странные тренировки были её инициативой. Сперва я не понял, зачем нам сражаться друг с другом, рискуя ранить, тем более, что наши способности при активной синхронизации, были одинаковыми.

Но столкновения в реальном бою показали, что личный боевой опыт важнее рефлексов и автоматизма выполнения приёмов. В ближнем бою Ласка побеждала в девяти случаях из десяти, как и я побеждал её во всех магических поединках.

Со стороны разница в наших умениях была почти не видна, но в схватке она становилась очевидной. Однако я сам видел, как быстро и я и она набираем недостающие навыки в таких тренировках.

Рискну сказать, что вместе мы становимся, возможно, сильнейшей боевой парой Доминиона. Была даже глупая, но соблазнительная мысль ещё через месяц таких тренировок бросить вызов Танатосу в тренировочном поединке.

Поэтому каждое утро начиналось магического душа и тренировок. Я учился быть тенью, а она — аквой.

Минуло два месяца с начала осады. И за это время многое изменилось. Каждый день был полон работы, но работы приятной. Единственное, о чём я жалел, это что нельзя растянуть этот период на дольше.

Впрочем, я делал всё для того, чтобы это сделать.

Два месяца…

За это время Доминион преобразился, и вовсе не в худшую сторону. Все были вынуждены действовать сообща. Все кто мог — тренировались или готовили магию к будущему вторжению. Многие были заняты зачарованиями, механисты готовили какие-то ловушки. Даже безымянные и зверяне были чем-то заняты.

Благодаря тому, что треть совета магистров были моими союзниками или друзьями, а ещё треть — просто обладали здравым смыслом, удалось провести большие реформы местного законодательства… которого по большому счёту в городе никогда не было.

Безымянные, как и зверяне, перестали подвергаться такой сильной дискриминации, а их убийство было вполне реально наказуемо даже в случае с бессмертными учениками. Не из принципов гуманизма — в работе над обороной города нужен и важен был каждый.

Под тем же предлогом удалось избавиться от рабства. Я просто протащил указ, что каждый раб, пожелавший служить на благо защиты Доминиона, может перейти в собственность Академии и Ректора. По-сути такое рабство превращалось в обыкновенную работу за еду, без издевательств и притеснений. Даже называлось — рабочими бригадами.

Стоит ли говорить, что пожелали перейти абсолютно все, включая женщин, стариков и детей. И работа была каждому по силам. Сделать нужно было очень многое, помимо строительства укреплений были налажены почти конвейерные производства алхимии и расходников для обороны. Если у каждого будет под рукой запас зелий здоровья, маны и парочка алхимических гранат, оборона пойдёт куда веселее.

Я вышел на балкон башни, и с удовольствием посмотрел на зелёный домен, который прозвали Зверинцем.

Система теплиц с магией и вороньими технологиями в безжизненном Разорванном домене, дала свои плоды. К тому же мои источники воды стали отличным способом повысить урожайность любых растений.

Сейчас пищи в Доминионе хватает с лихвой, что особенно заметно в моём домене, где за ними присматривают зверяне, принимая оплату едой и оружием. Но теплицы есть и в других частях города. Источники Дафны и активный «весенний ливень» делали урожайность любых растений запредельной.

Не смотря на осаду, теперь растительной пищи в городе было с избытком. Это была первая проблема, которую я взялся решить ещё во времена восстания крыс, когда мы временно перебрались в домен Хаоса. Та первая теплица послужила образцом для множества таких по всему Доминиону и в парочке безымянных осколков, которые превратили в плантации.

По итогу за это время город в осаде не только не ослаб, но стал намного сильнее, вопреки принципам любой осады.

На самом деле, осаждать Доминион — дело в принципе гиблое. Город был построен так, что я начинал понимать, почему Ректор говорил об осаде, но никогда — о возможном поражении. Он всегда упоминал идущих монстров, но никогда — боевое столкновение с ними.

Исследовав систему защиты города, я пришёл к выводу, что взять этот город невозможно в принципе. Доминион был рассчитан на сдерживание врага. Огромное пространство, закованное в камень, множество островков-доменов — здесь есть где расти грибам.

А теперь с теплицами, и того больше. Голод городу не грозил, сколько бы твари не пытались нас окружить. Мы можем сидеть за стенами хоть тысячу лет, прекрасно себя чувствуя.

Барьер тоже можно было поддерживать гораздо дольше, чем я думал. Полгода — это текущий предел. Дальше в ход пойдут стены города. И это вовсе не пустой звук — а несколько метров укреплённого магией камня, а зачастую и прочных пород кристаллов. Это уже не говоря о том, что на стенах было полно магии, ловушек, распыление серебра от вражеских способностей… да много ещё чего, в общем.

Прошлый раз враги добрались так далеко лишь потому, что проникли внутрь заранее и тайно, а не рвались изо всех сил через стены.

Кстати об этом… чихары, живущие между доменами, в мире Клеток, по-прежнему готовы ударить в спину по приказу асу. У Тиши тоже могли оставаться здесь агенты. А пустотникам, похоже, вообще плевать на расстояния. Очень надеюсь, что никто из принцев безумия не остался в городе после того, как вокруг раскинулся купол, блокирующий в том числе и дальние порталы вне города.

Собственно, основной сейчас была проблема с чихарами, хоть мы и активно над ней работали. Но обитатели мира Клеток знали свой дом куда лучше нас. Всё, чего мы добились на текущем этапе — это что научили быть осторожнее.

Раш-набеги на плантации и малые домены прекратились, а столкновения с чихарами в их владениях свелось к минимуму. Они просто разбегались в разные стороны при встрече, а передвигаться там они могли куда лучше нас на летающих тварях и механизмах.

Впрочем, над этим мы тоже активно работали.

Однако саботаж и предательство оставались очень даже возможны. И это только, скажем так, очевидные неприятности. Среди зверян давно ходят слухи о тайной поддержке звериного короля, который тоже вроде как собирает зверянские войска вокруг города. Вот только что это за сила и чего добивается — пока что было непонятно.

К тому же, существовали дыры.

Увы, Доминион не был предназначен для того безумия, что творился внутри в тот переломный для города момент, когда созданная Ректором башня Пустоты вероломно ударила академии в спину. Когда он ещё верил, что пустота — не более, чем инструмент.

То, что творилось внутри в небольшой внутренней «войне одержимых», оставило на теле города несколько лазеек.

Об одной такой рассказал Сайрис. Через кристальную пещеру с полуразумными каменными монстрами был выход из города на старые вороньи пути. Этим может воспользоваться и враг, поэтому место следовало укрепить их и подготовить к обороне… или найти способ обвалить.

Хорошо, что мы узнали об этом месте раньше врага. И вдвойне хорошо, что мы занимаем башни других доменов, которые считались заброшенными и потерянными. Так есть шанс найти и другие подобные дыры. Но никто не застрахован от того, что ещё парочку останутся открытыми.

После утренней тренировки мы направились на вершину башни, в нашу уютную комнатку.

Каждый цикл, каждые четыре часа я наведовался на балкон там, чтобы изучить свой домен.

Понимаю, почему маги живут и спят в своих башнях. С высоты на город при моих невысоких в общем-то, навыках сенсора, я ощущал магией тари даже негативно направленные на меня мысли. Если был зрительный контакт, конечно — так что внутри домов можно было меня ненавидеть и дальше.

— Син, — послышался голос Ласки. — Всё в порядке?

За спиной возникло чёрное облачко, капельками росы касаясь моего тела.

— Да. Ещё смотрю, — отозвался я.

На самом деле атмосфера в домене была прекрасной. С боевым духом как в Доминионе, так и в моём домене, было всё в порядке. Город жил своей жизнью, кипера утренняя суета, толклись зверяне на рынке…

Так как же враг думает взять этот город?

Эта мысль не давала мне покоя.

— Минуту, мой свет. — добавил я, меняя спектр ощущений с эмпатии тари на тёмную эмпатию пустотника. Нет, никаких сгустков пустоты или чего-то подозрительного я не видел.

Но простые заражённые пустотники есть во всех доменах. По эманациям проклятой стихии сложно сказать что-то конкретное.

— Приближается что-то тёмное, — настороженно заметила Ласка.

— Это в спектре тьмы? — удивился я, ныряя в её разум.

Глаза навы смотрели на давящий силуэт тени, мелкими дробными движениями идущей приближавшийся к нашей башне.

Я вновь поразился, насколько красочным она видит мир.

— Что это? — спросил я.

— У него какая-то неправильная тьма. От неё болит голова, — заметила Ласка, и я тоже ощутил ноющую боль в районе затылка.

— В любом случае, я в зеркальную комнату, — решительно сказал я. — А ты тогда не спускай с этой штуки глаз.

Зеркальной комнатой было нечто вроде переговорной. Не смотря на наличие порталов под рукой, так было быстрее. Все, кто обнаружит что-то важное, должны были поступать так же.

— …это лишь первый, — закончил мягкий голос Энкейла, проявившийся в зеркале, едва я устроился в центре ритуального круга.

Кажется, здесь уже собрались многие магистры. Значит, не мы первые обнаружили угрозу.

— Магистр Мантикор. Как поживает ваш зверинец этой ночью? — с улыбкой спросила Ирис.

— Зверинец проснулся и почуял приближение твари с тёмной стихией, — ответил я.

— Ну, предположим, я бы не назвал эту стихию тёмной, — с лёгкой иронией в голосе вмешался Энкейл. Это его голос я услышал первым, едва настроил связь. — Всё же света в ней столько же, сколько и тьмы. Система называет это «равновесием».

— Окей. И почему мы это чувствуем? — осторожно спросил я.

— Потому что барьер пал, господин магистр, — ответила Ирис с лёгкой издёвкой.

Её будто бы радует это обстоятельство.

— Почему так внезапно? Там же ещё огромный запас маны?

— Новая способность неизученной гибридной стихии. Честно говоря, похоже на баг, — послышался хмурый голос Танатоса.

Магистр Смерти выглядел очень уставшим. Он что, не спал всю ночь? Тогда почему он ничего не передал нам через зов?

— Оно как-то жрёт ману через барьер, а затем ещё и бьёт по нему нашей же силой. — закончил Тан. Хотя, это конечно мелочь, в сравнении с тварями катаклизма.

Напоминание о главной проблеме ещё больше испортило настроение.

Тварями катаклизма были условно названы существа с невыговариваемым именем и гибридной стихией из трёх сил сразу. Версий стихий было четыре — у каждой свой порядок и набор из основной четвёрки первостихий.

Список из четырёх тварей запредельного уровня, за день обваливших барьер у Кабаньей Пади был тут же. Я его сам закрепил поближе, чтобы не забывать.

— Чем опасны эти твари равновесия? И чем их валить?

— Хороший вопрос, — задумчиво ответил Энкейл. — Существа пока что никак себя не проявляли кроме того, что выпили магические щиты. По городу они просто летают…

— И жрут другие щиты, — закончила за него Лакки.

— Вот как… — нахмурился магистр Мрака.

— Как и любая магическая тварь, они боятся антимагии, — заметил Заркфейн. — Мы одного уже прикончили у себя. А как у вас с защитой от тёмных искусств?

Ещё один любитель позлорадствовать.

— Спасибо за информацию, — поблагодарил я, впрочем, совершенно искренне. С антимагией в домене Зверя всё было замечательно, благодаря новым ученикам, получившим на старте расу ханатри. Этот вид зверян очень быстро открывал способности противодействия магии, так что собрать боевую группу будет не сложно.

— Очень хорошо, — одобрил Танатос. — В таком случае пусть твоя группа, Зар, пробежится и по остальным доменам. Заодно подкачаетесь перед штурмом.

— Мы справимся сами, — гордо заявила Ирис.

— У зверян тоже есть антимаги, — кивнул я.

— Да, и у огня тоже найдётся, чем ответить, — кивнул Джеро. — Лучше займитесь малыми доменами.

Он кивнул в сторону, скорее всего намекая на отсутствующего магистра Илоса.

— Хорошо, — кивнул Тан. — В любом случае, это всего лишь слабаки. У меня к вам другой вопрос, коллеги. Кто самый смелый, и хочет полюбоваться на этих тварей вживую? Жду у себя в гостях.

24. Дети катаклизма

Вдалеке от стен города медленно переступали огромными лапами странные существа, напоминавшие каменных безголовых пауков. Из под брюха у них вырывались языки пламени.

Само существо больше походило на искусственно созданного голема, чем на нечто живое. Скорее всего змеи в своих экспериментах скрещивали элементалей.

Каждый шаг монстра отражался тяжёлым ударом и дрожью земли. Существо было очень грузным и тяжёлым, потому едва переставляло лапами. Но та как тварей было несколько, казалось, что начинается землетрясение.

— Знал, что ты не подведёшь, — чуть улыбнулся Тан. — Ну что, как тебе?

— Не впечатляет. Слишком медлителен.

— Зато сила зашкаливает, — не согласился магистр. — Такой может даже нашу стену пошатать.

— Да они уже её шатают, одной ходьбой.

— Не, — отмахнулся Тан. — Это вряд-ли. Стена у Доминиона цельная. Это сфера. Она проходит прямо сквозь камни пещерных уровней. Её так нельзя расшатать. А вот продолбить дыры они смогут.

— Но с такой скоростью они очень уязвимы для дальнобоя.

— Уже пробуем. Твари на редкость живучи. В других секторах я уже наладил отстрел. Но ресурсов тратится на убой слишком много.

— Даже магически? Я же наставил источников по всему городу!

— Время, Син. У нас его нет. Они приближаются быстрее.

— У них должно быть уязвимое место.

— Именно поэтому я и оставил этот выход нам.

— Предлагаешь завалить парочку легендарных монстров? — с лёгким смешком спросил я.

— Ты же сам говоришь, что маги должны были расстрелять их дистанционно, — лукаво усмехнулся наставник. — Для моего ученика это не должно быть проблемой, или я сильно разочаруюсь.

— Не будет, — тяжело вздохнул я. На самом деле, конечно же, это ни разу не будет просто. Но на что-то подобное я и рассчитывал, направляясь сюда. Я уже успел достаточно изучить магистра.

— Постарайся выяснить его слабости, — посерьёзнел Тан. — Специальные навыки его не пробивают, слишком большой уровень.

Я бросил взгляд на ещё двух гостей, пожелавших понаблюдать приближающуюся армию монстров лично. Магистр Джеро и внезапно… магистр Ирис. От повелителя воды и призраков я такой инициативы не ожидал. Обычно она отказывается от всего, что предлагает Танатос.

Вмешаются ли они в схватку?

Джеро вмешался. Он стоял рядом и слышал весь наш разговор, но был погружён в свои мысли.

Но затем вдруг резко взмахнул левой рукой с надеой полуперчаткой из золота. Видимо, артефакт. Та раскалилась добела, как и рука магистра по локоть, а затем в морду первого монстра ударил белый пиробласт.

Существо даже не замедлилось. На спинном горбу, напоминавшем маленькую гору, осталась белая клякса гари, а вверх потянулась струйка дыма.

Затем второе его заклинание сорвалось с зажатого в правой руке посоха — это была огненная птица, взмахнувшая крыльями и полетевшая в сторону монстра.

Хорошая задумка. Заклинание оказалось достаточно медленным и полностью управляемым, потому нырнуло между лап монстра в зияющее на брюхе отверстие.

Раздался приглушённый хлопок… и на этом — всё.

Тварь явно на огонь плевать хотела.

Думаю, с холодом и всем таким будет так же. Не зря у существ набор основных стихий в симбиозе и внешнее сходство с элементалями.

Но тогда что бы смогло гарантированно навредить этому камню на ножках?

Чем обычно убивают элементалей? Магией противопроложных стихий. Это здесь сразу мимо — у гибрида трёх сил нет противоположности. Магия запредельных планов? Точно не нематериальные астрал и призрак. Фрактал Терми? Возможно, но это слишком уникальное оружие. Надо думать над чем-то таким, что можно будет воссоздать и без нашего личного участия. Хаос и бездна? Возможно…

— Что стоишь, Синаэль? Переходи в форму пустотника, — не удержалась от колкости Ирис.

— Незачем. Нужно придумать более универсальный способ его убить. Да и сомневаюсь, что у твари есть сильные эмоции, чтобы они были интересны пустоте, — серьёзно ответил я.

Конечно, пустота была универсальна в руках пустотника, и могла использоваться не для воздействия на противника, а для усиления собственных атак. А если её ещё и смешать с водой и ударить гибридной стихией — то это точно должно сработать. Вот только это тоже — моя уникальная фишка. Всех монстров мне так не перебить…

Сама Ирис вмешиваться не спешила, просто наблюдая, причём больше за мной и Таном, чем за врагом.

Танатос ударил вторым. Для этого он вытащил из инвентаря два костяных клинка, исписанных рунами. Явно артефакт для какой-то способности — прежде я у него подобного не видел.

Отведя руки назад, он чуть наклонился, а затем с силой прорезал землю и махнул книнками снизу вверх в сторону врага.

В месте соприкосновения с землёй мелькнули зелёные искры, вспыхнуло пламя магии смерти, а затем поднятое облако пыли преобразилось в громадный пылающей зеленью полупрозрачный череп.

Волна магии смерти впилась в тварь катаклизма и та наконец замерла. Я призвал инфо и взглянул на шкалу жизни. Четверть. Способность Тана сняла всего четверть.

Магистр поморщился и спрятал клинки.

— Джеро, будь осторожен, сюда идёт мелочь, — предупредила Ирис магистра Пламени. Но слышали, понятное дело, и мы. Девушка даже в такой ситуации не упускала возможности показать своё отношение. И тем не менее, я бы не удивился, если бы она и вовсе промолчала.

Мимо лап каменных пауков пронеслись фигуры серокожих гуманоидов, ниже пояса у которых были серые щупальца разного размера и толщины. На них существа передвигались с огромной скоростью — едва ли не плыли над землёй.

Враг не стал просто ждать, пока мы издали исследуем свой арсенал на его живом таране.

Это говорило о том, что за ордой монстров стоит вполне разумный полководец, который знает, что делает.

Кровавый косарь, уровень 415

Стихия: турбулент

Это вообще что за стихия такая? Смесь кого с чем?

Полыхнул сдвоенный пиробласт и первому косарю снесло голову, а второй — уклонился. Надо будет запомнить, что это заклинание в его исполнении может ваншотнуть четырёхсотый уровень…

Танатос сразу переключился в позицию танка, выхватил свой любимый полуторник и прочертил линию зеленым светом магии смерти. И убить нечисть одним взмахом у великого воина не вышло — существа оказались очень юркими и быстро регенерировали. Впрочем, второй взмах тоже не заставил себя ждать.

Интересная получается группа. В роли танка генерал Доминиона, дамагер — сильнейший боевой маг города и сенсор — Ирис, которую в родном домене считают едва ли не богом. Троица сильнейших магистров города. И я в качестве лекаря. Приятно, чёрт возьми.

Хотя как от лекаря от меня здесь толку пока что мало. С такими союзниками лечить некого.

Намного больше пользы от меня сейчас будет, как от роги, а точнее — вспомогательного танка. Тварей неслось впереди ещё больше, и наставнику не помешает поддержка.

Я призвал два коротких клинка из чёрного льда и силу Леты. Будет Ирис наука, что я и без пустоты могу надрать зад.

От первого монстра я ушёл чёрным облаком, и вонзил клинок в спину. От него по телу монстра начал распространяться чёрный лёд, замораживающий тварь изнутри. Тем временем я ранил другого монстра, сковал его ноги тем же льдом, и выдернул клинок из первого. Существо рассыпалось осколками льда, а меч уже входил в брюхо второго порождения змеиной химерологии.

Завязался короткий, но яростный бой, в котором приняли участие все магистры.

Ирис, как оказалось, тоже не стояла без дела, пока мы с Таном обсуждали химер. За это время она уже насытила своей водой и маной пространство вокруг нас, потому перешла на любимую тактику с призывом больших сгустков воды, в которых призывались призрачные медузы.

Расправившись с первой двойкой чудовищ, я поспешил к следующим. Тренировки с Лаской не прошли даром — движения стали более точными и осознанными. Теперь я не только доверился чутью, но и сам понимал, что и как делаю, а потому лучше сочетал стиль боя тени с привычной магией.

Налёт закончился секунд через тридцать. Раш монстров не удался, и даже работа целителя всё ещё не требовалась. А ведь твари были очень неслабыми!

— Интересный стиль боя для мага-жреца, — заметил Джеро.

— Узнаю движения, — усмехнулся Танатос. — Моя ученица неплохо тебя натаскала за короткое время. Но пока слабо.

Иного я от него и не ждал. На самом деле, это была похвала, но чтобы это понять, нужно сперва пройти его методы обучения и выжить.

Вот только главный вопрос это никак не решало…

Каменные безголовые пауки с горящими дырами в брюхе продолжали идти.

Второй попробовала силы Ирис. Теперь, когда всё вокруг было пропитано её маной, она чувствовала себя намного уверенней.

В брюхо существа ударил вырвавшийся из земли гейзер.

Чудовище вздрогнуло, и начало терять ХП. Наконец-то!

Если бы только не одно «но».

Скорость падения здоровья была ничтожно малой. Такими успехами полоскать… не знаю, рот это у существа или задница… в общем, полоскать придётся не меньше часа.

Ирис чуть усилила напор. Это заметил лишь я, как маг воды — концентрация маны стал выше, а затем мелькнула вспышка в животе у чудовища. Скорее всего, призыв каких-то тварей.

Стало поживее. Теперь вместо часа будет минут двадцать…

В масштабах количества наступавших чудовищ — это капля в море. Даже если подключить всех магов воды.

— Земля, огонь и ветер — вот его стихии, — задумчиво сказал Джеро. — Значит наиболее уязвим он будет к воде. И магия смерти его берёт — значит это всё же не элементаль, а живое существо.

Взгляды как бы невзначай скрестились на мне. Я единственный пока ещё ничего не предпринял по уничтожению гигантских каменных пауков.

Рубануть пустотой? Поставим в первых рядах мелких пустотников, а сзади — отряд стрелков, готовых пострелять по своим, решившим бежать. Иными способами мы пустотников к делу не привлечём, добровольцами пойдут… дай Рассвет парочка самых отчаявшихся. А нам понадобится хотя бы сотня… и то при условии, что мы эту сотню усилим и раскормлю душами чихар… Плюс нужно будет проследить, чтобы в процессе не появились новые принцы безумия.

Нефтис, о чём я только думаю?

Для начала, нужно просто понять, с чем мы имеем дело.

Я воспользовался разлитой Ирис повсюду влагой, и активировал облачные владения, а затем разлился туманом и устремился в сторону раненого магистром призраков монстра. Тот, к слову, уже полностью восстановил запас здоровья до максимума, стоило только ей остановиться.

Но он всё ещё оставался самым мокрым из всех.

Потому я переместился к нему, и забросил внутрь паровой взрыв.

Тварь аж подпрыгнула, а одна из лап отвалилась…

Это стало неожиданностью для меня самого.

Взрыв планировался скорее как способ загасить вырвавшееся из нутра монстра пламя, чтобы потом влететь внутрь.

Впрочем, это я и проделал сразу же после взрыва.

Сонаром просканировал внутренность и едва успел отпрянуть от зажёгшегося внутри пульсирующего пламени. К нему потянулись тонкие струйки огненных нитей, но я собрал ману и повторил взрыв.

Тварь задрожала. Снаружи вырвались струйки пламени. Существо сбилось с шага и скользнуло в сторону. Однако пламя внутри зажглось вновь, и монстр начал очень быстро восстанавливаться.

Обычно атакующая магия чистой воды меня подводит, но тут паровой взрыв оказался намного эффективнее, чем я думал.

Над головой у монстра висело ещё три четверти запаса здоровья.

Можно собой гордиться.

Пожалуй, я бы смог его прикончить одними только паровыми взрывами. С учётом моего запаса маны и скорости восполнения маны, я смогу убить ещё двоих. Уже лучше, особенно в той части, где за двух таких тварей мне отсыпет очень прилично опыта.

Наши проблемы так не решить, но с этим уже можно работать.

— Что у него внутри? — сходу спросил Танатос, прекрасно поняв, что я сделал.

— Что-то вроде огненного сердца. Сильная магия воды от третьего круга его гасит. На это время прекращается регенерация. Но как только влияние уходит — сердце сразу запускается вновь, и восстанавливает тело.

— Ясно, — кивнул магистр.

— Смесь элементалей с живым существом в одном гибриде… — задумался вслух Джеро. — Возможно, могла бы помочь магия хаоса.

— Сделаем, — кивнул Тан. — Но думаю, придётся нам поработать самим.

— Мы не можем охватить все входы в Доминион.

— Пусть вливают урон как могут из-за стен, — решил магистр Смерти. — Нечего сопли жевать. А мы будем чистить вручную.

Сказав это, он призвал птицу-посланника из зелёного огня, и отправил через неё приказы в город.

— Стоит привлечь и других магистров, — серьёзно сказала Ирис.

— Я соберу своих младших, — сказал я.

— Тогда я в Стержень, — кивнула магистр призраков.

— У вас часа два, прежде чем они доползут до места, так что поторопитесь, — приказал Тан. — И помните, что они будут посылать ещё партии мелочи, как те слабаки со щупальцами. Берите своих младших магистров и от каждого зачистить ворота в своём домене.

— Моё домен не граничит с выходами, — напомнил Джеро.

Я припомнил, как мы помогали в обороне его домена — башня пламени находилась на большом острове, зависшем внутри Доминиона и не граничащим ни с одной стеной.

У меня была похожая ситуация. Бывший Разорванный домен не граничил ни с одними воротами. Хотя у нас были провалы куда-то вниз. Сеть тоннелей там была достаточно обширна, и мы до сих пор не исследовали, куда ведут все тоннели. Потому я распорядился выстроить там свои стены и ворота, однако они сильно уступали укреплениям Доминиона.

Здесь скорлупа города треснула, и никаких выходов не предполагалось изначально. Если враг пойдёт с этой стороны — быть беде.

— Обороняйте слабые домены и будьте готовы к переброске на другое направление. И не экономьте на порталах. Син, на тебе западные ворота домена Смерти.

Я кивнул.

— Ласка. Ты всё слышала? — спросил я мысленно.

— Конечно. Уже собираю наших. Только что распорядилась бить тревожный колокол.

— Правильно. Но сперва разберитесь с той тенью.

— Уже, — ответила девушка. — Я занялась этим сразу после совета.

— Ты поняла, что это такое?

Девушка послала крохотный фрагмент памяти, где она вместе с Грейси, Терми и Фил, плюс несколькими антимагами ханатри из числа учеников, загоняли призрачную теневую сущность.

За короткий миг передо мной развернулась схватка, которую мой домен легко затащил благодаря возможностям самого домена.

Ласка удивила, решив в этом бою поступить осторожно и не стала вмешиваться в само сражение, а воспользовалась моими навыками мага и связью с источниками. Потому пока с противником сражались в городе, сама девушка стояла на вершине башни и била на убой сильнейшей магией в нашем арсенале, щедро усиливая заклятия силой источников.

— Отлично. Главное, что враг уничтожен. В таком случае жду боевую группу у внешних ворот домена Смерти. И утрой количество охраны у наших ворот.

25. Каменный топот

Когда мы прибыли к воротам, враг уже был совсем близко. Мы едва не опоздали, парочка первых чудовищ уже начала долбить камень.

Удары были редкими, но от каждого дрожала земля.

— Открывайте, — приказал я стоявшим у входа стражам. Чуть позади стояло редкое ополчение с района Крысиного рынка. Это был единственный обитаемый участок владений Танатоса.

Стражники переглянулись.

Как таковой стражи у города не было, обычно на эту роль брались местные высоких уровней на зарплату. Сейчас к ним присоединилось ещё и внушительное ополчение.

В начале войны всегда много добровольцев.

С явным страхом, один из стражей принялся крутить механизм подъёмника.

Этот выход я хорошо помню. Во владениях Тана было двое ворот. Северные и западные. Через северные некогда Стерх выводил нас с Лаской, чтобы убить. Западные же выходили на главную дорогу, ведущую к ущелью Кларифны.

К воротам вёл широкий мост. Была вероятность, что он попросту не выдержит вес титанических тварей, но он оказался и сам не так прост.

Каменный паук выбивал каждым шагом куски камня. Было понятно, что при желании тварь вполне в состоянии его обрушить, если будет целенаправленно делать именно это. Но нам это было бы сейчас только на руку. На месте Тана я бы его обрушил сам, если уж на то пошло — не было бы сейчас этой проблемы.

Решение созрело само собой. Щедро зачерпнув маны, мы с Лаской направили вперёд потоки чёрного льда, преображая каменный мост в идеально гладкую поверхность.

— Бейте по лапам! — скомандовали мы с Лаской одновременно, и в тварь устремилась боевая магия. — Терми, барьер!

Существо размахнулось, намереваясь ухватиться лапой за вход, но столкнулся с универсальной защитой пилигрима. А затем ударили маги. Поток заклинаний Нирала и других стихийников. Урона они почти не нанесли, но это было и не нужно.

Тварь повалилась на скользкий мост и едва не свалилась вниз, в темнеющую расщелину. Но второй гигант налетел на своего сородича, заскользил, попытался удержаться, однако при попытке закрепиться лапами, окончательно потерял равновесие и рухнул вниз.

Первый в это время начал подниматься.

— Хаоситы, ваш выход. Фокус на брюхо.

Хеор с Джафсаром запустили первые боевые заклятия своей стихии и сразу порадовали. Магия хаоса действительно работала, искажая структуру внутреннего устройства существа. Когда нужно что-то сломать, она работает идеально.

Урон потёк значительно быстрее чем под атаками Ирис. Наверное, раз в пять. Да и какой-то аналог боли тварь получала точно, поскольку каждый удар магией хаоса заставлял чудовище вздрагивать.

Минус был только один — низкий уровень моих хаоситов. Разница между титанической тварью и ими была слишком большой.

— Стрелки! Ледяными — пли! — отдал я следующий приказ.

Попасть из стрелкового оружия в надёжно прикрытое брюхо было нереально. Но боеприпасов мы приготовили достаточно, чтобы расходовать их без экономии.

Взглянув на тактику Ирис, я тоже не стал сидеть без дела, и сразу после покрытия моста чёрным льдом принялся собирать вокруг туман. Затем активировал облачные владения и потянул их дальше в тоннели для разведки.

К мосту спешили ещё три титанических монстра запредельного уровня.

Послышался отдалённый звук удара упавшего монстра со дна ущелья.

Первый враг пока сопротивлялся безостановочным атакам магией хаоса и имел в запасе ещё уйму здоровья. Подвел его скользкий мост, на котором острым каменным лапам не скользить было невозможно. Потому едва чудовище собралось, прикрыло уязвимую точку и попыталось сделать шаг в нашу сторону, как потеряло равновесие после меткого пиробласта в лапу. Ещё раз дёрнулось и соскользнуло с моста в темноту.

Третий уже лез на мост, готовясь разделить участь сородичей.

Я уже подумал, что задача будет слишком лёгкой благодаря узкому проходу и идее с мостом. Но в этот момент я ощутил шевеления в тумане. К нам двигался плотный строй четырёхсотников с гибридной стихией.

— Назад! Отступаем! Закрыть ворота! — приказал я.

Но было поздно.

Враг оказался не только быстрым, но и на редкость хитрым. Уже знакомые гуманоиды со щупальцами вместо ног быстро поняли суть моей ловушки со скользким мостом и обернули его в своё преимущество. Они принялись с разбега прыгать и скользить по нему, активно помогая себе щупальцами.

Ворота закрывались медленно. Они были такими же массивными, как и сама стена, потому захлопнуть их быстро было невозможно.

— К оружию! — приказал я, и вперёд выступили Грейси с другими танками. Стрелки приготовились к залпу и в один момент первые ворвавшиеся монстры были превращены в ежей.

Следом в ход пошла боевая магия. Нирал с Файрен зажгли огненную стену, и Подземье осветилось яркими всполохами пламени.

Завязался короткий но ожесточённый бой. Хитрые бестии попытались разделиться. Я увидел, как парочка влетела в проём закрывавшихся ворот у самой их вершины, а оттуда твари спрыгнули вниз, на голову крутившему вентиль стражу. Послышался короткий вскрик, и монстр прервал его жизнь. За что тут же поплатился, поймав ветвистую молнию от Некуша.

Врата остановились, оставив небольшую щель, ровно такую, чтобы едва мог протиснуться один человек. Или один монстр, если брать толщину щели. Но монстры лезли по всей высоте ворот, а это было добрых метров десять, не меньше. Чёрт бы побрал эту страсть мельхиорцев к высоким потолкам!

А затем случилось то, чего я опасался больше всего.

БАМ!

По ту сторону до нас таки дополз один из каменных паучков, и принялся долбить стену.

В следующий миг мне стало не до мыслей. Монстры обрушились сверху, и мы с Лаской встали спина к спине, отбивая нападение. Существа взяли нас в полукольцо — с третьей стороны нас прикрывала группа.

Я погрузился в ритм боя — мы с Лаской принялись танцевать с клинками и магией, отбивая нападение.

Вскоре ситуация начала меняться. По эту сторону нас было больше, и хоть чудовища продолжали активно лезть, стало понятно, что нам они не противники.

Ополчение выставило копья, ограничивая место для возможного прыжка. Уровень местных безымянных был смешным в соотношении с четырёхсотыми монстрами. Враг даже для нас представлял смертельную опасность — каждый по уровню не уступал младшему магистру. Но прямое падение на копьё — остаётся для врага способом суицида.

Это сильно ограничило пространства для манёвра. Врагу приходилось прыгать в огненный ад, в котором мы с Лаской стали выращивать кристаллы чёрного льда. Вскоре падающие чудовища начали погибать, насаживаясь на ледяные шипы. Пламя магический лёд не брало.

Нирал с Фхайрен сообразили, что больше в их магии нужды нет, и пламя угасло.

БАМ! — второй удар каменного паука по стене.

Чёрным облаком я метнулся к погибшему стражу и активировал воскрешение.

— Грей, ворота! — крикнул я, и он меня понял.

Храмовник подскочил к механизму и продолжил начатое стражем. Каменные плиты медленно поехали друг другу навстречу. Послышался неприятный хруст — створки врат давили пытавшихся забраться внутрь города монстров.

— К бойницам! — приказал я, едва у входа стало безопасно.

Отстреливать титанических пауков через них — форма извещения. Попасть в брюхо чудовища оттуда было невозможно. Здесь нужна хитрая магия, способная менять направление атаки. Простой стрелой в брюхо пауку не попасть.

Ласка поняла мою задумку сразу же. Нам уже не нужно было обсуждать каждое решение — мы будто единый организм обратились чёрным облаком и потянулись через крохотную щель в воротах наружу.

Каменный паук был всего один. Второй сейчас шёл по мосту — медленно и осторожно, опасаясь сорваться вниз. Для таких громадин мост был слишком узким.

Два чёрных облака влетели под брюхо долбившего стену монстра.

Вместо парового взрыва мы с Лаской принялись закачивать водный пар внутрь, а затем резко обратили облако в чёрные же шипы.

Магический лёд заполонял собой всё внутренне пространство монстра. Огненное сердце погасло и попыталось перезапуститься, но теперь на прежнем месте был цельный кусок не тающего от жары льда, больше напоминавшего по своим свойствам сталь.

А затем монстр забился в конвульсиях. Существо заметалось на месте, повалилось на бок в попытках достать лапами до своего сердца под брюхом, но анатомия монстра не была для этого предназначена. Выглядело это так, будто монстр задыхался в агонии.

Пытать тварь у меня и в мыслях не было, но тем не менее способ показался очень эффективным.

Я передал Ласке сигнал, и мы перетекли ко второму чудовищу.

Монстр решил удивить и при нашем появлении из дыры в животе каменного паука ударил мощный поток концентрированного, раскалённого добела пламени. Мы едва успели отпрыгнуть.

Ласка собралась в физическую форму.

— Я отвлеку, — предложила она.

Я ответил согласием и не стал выходить из облачной формы, а потёк под живот существу.

Тварь с силой ударила по мосту лапами. Пламя жгло меня даже в облачной форме — оно было явно магическим и выжигало ману.

Я отскочил.

Ласка ушла от волны огня коротким порталом назад.

Направив руку под ноги чудовищу, я контролем заставил чёрный лёд под ногами врага исказиться, делая поверхность неровной.

И как я сразу не додумался — это же гениально!

Тварь отчаянно забила лапами, понимая что не удержится. Попыталась зацепиться, но тщетно — существо сорвалось с моста и устремилось вниз. Тем временем другой монстр благополучно издох, а перед глазами поплыли оповещения о получении новых уровней.

Что ж, отсыпало нам Лаской за убитого чёрным льдом знатно!

Повышен уровень! Текущий уровень 401.

Доступно 4 нераспределённых очков характеристик.

Доступно 31 нераспределённых очков навыков.

Да, времени за эти два месяца я зря не терял. Надо бы сегодня уделить этому время. Судя по всему, ближайшие дни будут напряжёнными.

— Грей, открывай, — скомандовал я храмовнику, едва собрался из тумана рядом с ним. Тот кивнул и принялся открывать врата повторно.

По ту сторону было пусто.

— Всё? — неуверенно спросил Некуш.

— Ну походу типа да… — растерянно посмотрел на меня Матиас.

— Мы попробуем разведать, что там дальше, — сказал я.

— Син, это опасно! — предупредила Рин.

— Нужно понять, что они задумали. Слишком легко мы отделались. Это странно.

— Это по-твоему легко? — криво улыбнулся Грейси.

— Как для события, к которому мы столько готовились — да, — ничуть не смутился я. — Это гарантированно какая-то хитрость.

— Есть идеи? — спросил Лесат.

Я ничего не ответил. Смысла гадать не было никакого, когда можно всё выяснить самому.

Вновь распался туманом и потёк дальше по тоннелям вглубь Подземья. Ласка последовала за мной, и вскоре мы удалились от города метров на триста. Здесь я проявился и контролем направил туман ещё дальше.

— Ничего? — понимающе спросила Ласка.

— Это была проверка? Или они просто пробуют на прочность нашу оборону?

— Может быть, они сосредоточились на других направлениях? Это неудобное место для них.

Действительно, вход, который Тан нас поставил охранять, был относительно лёгким вариантом. Даже немного обидно, что нам доверили настолько простое направление. Хотя здесь скорее дело было в том, что в его домене было два выхода, и сам магистр с Искрами сейчас отбивает второй. Так что он просто закрыл нами дыру в обороне.

— Возможно, ты права… — ответил я девушке и собрал из пара водяную ворону, после чего запечатал послание для наставника.

— Возвращаемся? — спросила Ласка.

— Нет, подожди. Пока здесь безопасно, хочу разведать путь дальше.

Я вложил больше маны, теперь уже щедро, не жалея резервы. Если в ближайший час нам больше сражаться не потребуется, то разведка в приоритете, а восстановить силы я смогу очень быстро в любом источнике.

Прикрыв глаза, я позвал ментальным зовом ещё одну свою боевую подругу, с которой мы прошли половину Подземья.

Послышались хлопки крыльев, и рядом приземлилась пещерная мантикора.

В большом благородном звере было сложно узнать ту мелочь, которую я некогда нашёл в логове вивенрны.

— Кяу! — поприветствовал меня фамильяр.

Сейчас Искролапа выглядела, как громадная кошка серо-белой расцветки. Если бы её уменьшить в несколько раз, она вполне могла бы сойти за беспородную уличную бродягу. Только за спиной у неё были пушистые крылья, которые с недавних пор ещё и позволяли ей перевозить нас с Лаской.

Мы забрались на спину зверя, и я передал Искре часть своей маны.

Все эти способности по взаимодействию с фамильяром я получил совсем недавно, благодаря восстановлению астральной башни. Информация по связи с животными была там. Маги астрала часто использовали фамильяров и животных-спутников. А в случае конкретно с Искрой всё было ещё лучше — в каком-то смысле мы были родственниками — и тари, и пещерные мантикоры произошли от котов, и были близки к соответствующему плану в астрале.

Мантикора оторвалась от земли и взмыла под потолок пещеры. Я крепко ухватился за холку зверю, а Ласка ухватилась за меня.

— Зачем они послали часть своей армии на убой без прикрытия? — задумался я.

— У них было прикрытие, — возразила тень.

— Мы не увидели и десятой части армии монстров. Если они будут скармливать нам своё воинство по кускам, они нам так только в прокачке помогут. Или змеиной армией командует клинический идиот, или это ловушка. Ставлю на второе.

— Ты прав, но…

В этот момент Ласка вдруг умолкла, не окончив мысль, а эмпатии коснулось беспокойство.

— Что случилось? — спросил я, но вскоре и я их увидел. З рение тари в темноте уступало навскому.

Вылетев на тракт, в свете фосфоресцирующего мха и лишайника, между люминесценнтных грибов-деревьев, расположилось бесчисленное воинство монстров.

26. Переговоры

— Сколько же их… — не удержавшись, прошептала Ласка.

Всё пространство просто кишело чудовищами, которые однако не спешили двигаться и нападать. Мы поднялись выше, под самые своды пещеры, и пролетели чуть дальше, под прикрытием сталактитов. Здесь пещера расширялась. Соседствовавшие с большим трактом каменный лес и нижние тропы тоже скорее всего заполнены монстрами — здесь было достаточно много пещер и пространства, чтобы скрыть армию. Возможно, что и брежний лес тоже.

Выходит, город в кольце окружения и всё ещё только начинается.

Но почему они отправили вперёд свой живой таран, лишь для видимости прикрыв мелочью? Если бы у ворот встала вся эта армия, мы бы так легко не отделались.

Стратегическая хитрость? Если так, то я её не понимаю.

И всё это с учётом скорости монстров в сутках пути от Доминиона. Что особенно странно — способности быстрого скрытного передвижения есть у любой высокоуровневой роги и половины сильных стихийников. Если они так хотели спрятаться от нашей разведки, то стоило оставить у ворот побольше охраны, чтобы никто из города не смог выскользнуть в тоннели.

— Они прощупывают нашу оборону? — предположила Ласка. — Хотят посмотреть, как мы будем отбиваться?

— Это единственное, что приходит в голову, — ответил я. — Нечисти здесь ещё столько, что сегодняшние потери не сильно их ослабят. Но всё равно это странная тактика…

Мы пролетели ещё немного дальше — вся земля под нами была усеяна разнообразными чудовищами. Дальше становилось опасно — в тылу могли оказаться и сами змеи. У орды должен быть погонщик, и он точно не станет тупить, сразу почуяв нас.

Потому дальше мы развернулись и направились к Доминиону.

Едва мы покинули зону видимости противника, как я призвал ворону Нефтис и отправил послание Тану, влив вместе с маной образ застывших вокруг города орд.

Назад возвращались, погружённые в свои мысли.

На входе нас встречала вся боевая группа. При нашем появлении они разразились радостными криками, но нам было пока что совсем не радостно.

— Что случилось? — первой поняла Рин.

— Что там? — спросил Лесат.

— Здесь и десятой части их войска не наберётся, — мрачно сказал я. — Там ещё их целое море, но они чего-то ждут.

— Чего?

— Хотел бы сам это знать… Кстати, куда делись тела?

— Химерологи с некромантами растащили на опыты. Твоя Селена тоже, кстати, прихватила себе одного. А у тебя были на них планы?

— Да лишь бы у входа не лежали, — отмахнулся я. — Думал сбросить их с моста…

— Я тебе дам с моста! — из ниоткуда появилась некромантка в сопровождении своего фрактального мертвеца. — Знаешь, какого кадавра можно из него собрать? Вот и я не знаю! А интересно же!

— А из этого кадавра не сделаешь? — спросил я, кивнув в сторону дохлого каменного паука у входа.

— Его даже с места не сдвинуть… Разве что взрывчаткой и магией, — скептически сказал Лесат.

— Делать некроменталей я пока не умею, — удручённо сказала Селена. — Даже не знаю, кто умеет. Только слышала, что такое возможно.

— Ладно, Рассвет с ним. Заканчивайте с лутом, закрывайте ворота и возвращаемся. Сегодня они уже не нападут.

Хрустальная башня вновь вызвала укол воспоминаний о первых днях пребывания в Мельхиоре. Здесь проходил наш первый инструктаж от Тана и Феникса и сюда я приходил за оружием и навыками после первого выхода за пределы города…

Я призвал инфо с меню башни. Танатос выдал мне полный доступ к своей портальной системе, как и я ему выдал доступ к своей. Потому перед глазами высветился список доступных башен. Я выбрал центральную башню домена Зверя, закрыл глаза от вспышки яркого света, и мы оказались в портальной комнате дома.

— Приводите себя в порядок, затем на короткое собрание, — сказал я. — Обсудим, что мы увидели.

Затем мы с Лаской отправились на вершину башни, чтобы ещё раз осмотреть домен на предмет наличия какой-нибудь пакости.

Но всё было тихо.

Зависшая ситуация получается. Они же не думают брать нас в осаду всерьёз? Доминион огромен, и они не могут не знать, что город способен сам себя прокормить. Изоляция только замедлит получение уровней без возможности рейдов. Да и то, в городе всё ещё есть с кем повоевать.

Я достал из инвентаря маракую с чайными листьями и чашкой, и сварил нам с Лаской чай в шаре кипящей воды. Так мы некоторое время простояли, наблюдая за мирно спящим доменом, большинство жителей которого даже не знали, что сегодня уже состоялось две первых битвы за город.

Затем я решил повторить, но уже в зале для собраний.

Новость об армии вокруг города восприняли спокойно. Никто не верил, что штурм города легендарными тварями завершится так глупо, и все ждали подвох. Так что мои слова лишь подтвердили их собственные мысли. Всё только начинается.

Я надеялся, что кто-то предложит ещё пару версий, почему монстры могут медлить с атакой, но ни одна меня не впечатлила.

Самая простая и на первый взгляд самая реалистичная — что монстры не все ещё собрались и ждут подкреплений. В конце концов, мы так и не увидели тыл вражеской армии. И уже озвученная версия разведки боем — точнее, проверки эффективности таранов на стенах.

Ещё Сайрис предположил, что змеи могут так пытаться нас истощить — постоянно держать в тонусе от мелких нападений и заставлять тратить ману. Правда сам же свою идею и отверг — змеи не могут не знать, что у нас появились божественные источники и истощить теперь у нас можно разве что магов огня, которые не могли принимать водную ману.

— Ладно, думаю, больше мы ничего не надумаем, — сказал я спустя пол часа обсуждений. — Пока все свободны, но будьте готовы по тревоге быть у стен.

— Если они находятся в дне пути от нас, то сегодня ночью можно спать спокойно? — спросила Фхайрен.

— Думаю, да. Но будьте готовы.

— Син, — обратился Сайрис. — Не найдётся минутки переговорить с глазу на глаз?

— Конечно, — кивнул я. — Идём.

Мы вышли из зала и поднялись на крышу. Едва слышно звенел отражавшийся от сталактитов пещерный ветер. Пахло свежестью и дождём — спасибо источнику.

— Что за секретный секрет ты решил мне поведать наедине? — улыбнулся я.

— Ну, секрет или нет, сам решишь, — сходу начал друг. — Хотел поговорить, что ты думаешь об остальных участниках большого замеса.

— Имеешь ввиду Тишь, пустотников и зверянского короля?

— Именно.

— Ну, пустотники хорошо получили по шапке. Надеюсь, что на время их можно вычеркнуть из больших игроков. А после осады это будет уже не так важно. Про Тишь… ничего не могу сказать. Сейчас они затаились, но они фанатики и обязательно постараются нам подгадить. Однако Тан с Энкейлом по идее провели зачистку в городе ещё до моей операции с принцами. Про зверянского короля я ничего не знаю. А к чему вопрос?

— Вопрос в первую очередь как раз о последнем. Так вышло, что он мой старый приятель…

— Зверянский король⁈

— Ты его должен помнить. Лииндарк, волчий посланник.

— Тот, с кем вы вместе пришли к храму. Помню. Продолжай. Ты знаешь, в чём его цели и какими силами он располагает?

— Сорян, если бы я выдавал его силы то паршивый я был бы друг. А вот цель у него простая. Личные счёты к змеям и война за корону Подземья.

— Что за счёты?

— Там личное, — уклончиво ответил Сайрис. — Но он собрал под городом войска именно потому, что сюда тащится змеиный владыка лично.

— Насчёт главы змей — инфа откуда?

— Оттуда же, — отмахнулся инженер. — Да и по логике. Сколько бы тварей змеи сюда не согнали, завалить Ректора простыми монстрами нереально. А у них силы вроде как плюс минус равны.

— А корона Подземья, случаем, не означает подчинение Доминиона? — мелькнула у меня ещё одна мысль.

— Лииндарк король зверян, — ответил Сай. — Скорее всего, многие из них в городе захотят перейти к нему. Но на земли он не претендует. Подземье большое. Ректор тоже к завоеваниям не стремится. Делить вам нечего.

— Хорошо. Чего он хочет? Это ведь он попросил тебя поговорить со мной?

— Он, — не стал отпираться друг. — А чего хочет — спроси у него сам.

— Как?

— Металлический барабан, который он тебе подарил, всё ещё с тобой?

— Глупый вопрос. Я его использую для шаманских камланий, сам знаешь.

— Уединись с ним где-то, где тебя не побеспокоят. Можно даже здесь, в башне. И сыграй на нём, думая о Лииндарке. Помнишь примерно, как он выглядит?

Я кивнул.

— Хз как оно работает, если честно. Но вроде должно сработать. Дальше он сам подхватит связь.

— Спасибо, так и сделаю, — кивнул я.

— Ну, тогда у меня всё. Зови если что, — Сайрис хлопнул меня по плечу и поспешил вниз.

Союзник? Союзников нам сейчас и впрямь не хватает. Но большой вопрос, на каких условиях? И ещё любопытно, на чьей стороне будет сам Сайрис, если по итогу мы не договоримся?

Рядом из облака собралась Ласка.

— Есть новости?

— Нет, — ответила она вслух, чтобы немного поднять мне настроение своим голосом. — Всё в порядке. Никаких новостей от разведки. Что сказал учитель?

— Танатос выставил стражу и готовится к диверсии. Ты его знаешь. Вечная боеготовность…

— Значит, даже если диверсия действительно будет, мы её не пропустим.

— Кстати, сейчас ещё пришло в голову, что они могут специально заставить нас сосредоточить все силы у стен, чтобы в этот момент устроить нападение изнутри, с помощью чихар.

— Ректор изолировал город от порталов, так что внутрь они никого не проведут. Разве что через те же ворота. А их сил без поддержки змей не хватит, чтобы захватить даже один крупный домен.

— Тоже верно… — потянул я. — Но стоит быть начеку и держать стрелков поближе к выходам в мир Клеток. Впрочем, возможно часть тайн нам откроет друг Сайриса.

— Волчий посланник, о котором ты рассказывал? Это ведь с ним он захватил власть в рейде перед храмом?

— Да… мне тогда нужно было просто провести как можно больше народа живыми, так что кто будет считать в рейде себя вожаком мне было плевать, пока сам рейд идёт в нужную сторону.

— Об этом вы говорили с Сайрисом?

Я кивнул.

— Сейчас этим и займусь. Может, одной головной болью станет меньше.

Ласка прошлась до края башни и посмотрела на уютные огни города, превращавшие мрак Подземья в уютный дом, которым мы правили.

— Как будете связываться? Зеркала?

— Нет. Сайрис говорил, что через артефакт, который он мне дал в храме.

— Это не может быть ловушкой?

— Не думаю. К тому же, мне довольно сложно навредить на расстоянии с помощью магии. Астральный контракт прикроет. Плюс рядом всегда есть ты.

Девушка улыбнулась.

— Конечно.

Я призвал инвентарь и извлёк инструмент. Несколько касаний, и заключённый в нём призрак сам подхватил движения.

Настроиться удалось удивительно легко. Я даже заподозрил, что здесь дело не чисто — будто артефакт знал, что я хочу связаться с его прежним владельцем.

Очень скоро я впал в некое гипнотическое, медитативное состояние, когда окружающий мир исказился и стал зыбким, как грёза, а передо мной появился знакомый образ волчьего посланника.

Длинные бирюзовые волосы слегка подсвечивались, что говорило о высоком уровне могущества. Так же слегка светилась броня из китары тари. Собственно, он был весь одет в артефакты редкостью не ниже эпической. А на коленях был музыкальный инструмент, тот же, что был с ним в храме.

Мелькнула глупая мысль, что в сером мире-темнице он бы выглядел дико, но среди биолюминесцентных пещер Мельхиора, скорее мы, пришельцы без светящихся волос и мешка сверкающих побрякушек, смотримся чужеродным серым пятном. А он со всем этим пёстрым добром на фоне того же грибного леса у главного тракта, будет сливаться со средой.

— Кошачий посланник, — задумчиво поприветствовал меня он.

В голосе почувствовалась усталость и скрытая за ней глубокая боль.

Внутренне он изменился с нашей встречи намного больше, чем внешне. По одной этой фразе эмпатия тари нарисовала образ, который мало походил на прежнего упрямого и жизнерадостного местного.

— Волчий посланник, — ответил я в тон ему.

— И не один, — продолжил он. — Значит, это и есть сосуд бога-чудовища?

Как он её почувствовал? Особенность его способа связи?

— Мы не имеем ничего общего с пустотниками, Лииндарк, — холодно отрезал я.

— Плевать, — грубо отмахнулся волчий посланник. — Меня интересует только голова Фантомуса.

— Так зовут лидера змей? — догадался я.

— Я должен убить его лично.

— Не вопрос, готов посодействовать в этом вопросе, если это не повредит мне или Доминиону.

— Мне нужно чтобы ты открыл для нас ворота города.

— Почему я должен тебе верить? У тебя есть гарантии, что ты не нападёшь в спину?

— Мне плевать, во что ты веришь. Мне нужна голова Фантомуса. Ваши внутренние проблемы меня не волнуют. Я не собираюсь захватывать Доминион.

Как будто бы у тебя получилось, — добавил я про себя.

— С тобой отправятся мои люди.

— Главный змей — мой. Остальное меня не волнует, — сказал местный.

Что ж, Сайрис ему полностью доверял. У меня тоже нет причин ему не верить. Да и впечатление о нашей первой встрече осталось по итогу скорее приятным. Хотя эмпатией тари я чувствовал, что этот волчий посланник сильно отличается от того, кем он был в Клинковой Роще.

Я ощущал идущую от него сильную боль и не менее сильную ненависть, потому был готов поверить в то, что здесь что-то личное, и он действительно не станет бить нам в спину.

— Ты имеешь ввиду ворота моего домена?

— Да, мы придём снизу, через кристаллические пещеры.

Он вёл себя открыто, что тоже подкупало. Будь я его врагом, воспользовался бы этой информацией для засады. Значит, он меня своим соперником не считает.

— Это возможно, — кивнул я. — Когда?

— Когда я узнаю, что змеи вошли в город. Я свяжусь с тобой.

— Возможно, они в него вообще не войдут, — заметил я.

— Войдут, — уверенно ответил Лииндарк. — Фантомус сломил Небесный Город, сильнейшую крепость зверян в Подземье. С тех пор прошло больше тысячи лет, и за это время асу не сидели сложа руки.

— Мне нужна вся известная тебе информация о них.

— Я знаю не так много. Фантомус — их лидер и диктатор. Ещё есть трое иерархов, хозяев пирамид. Под каждым иерархом — младшие иерархи и архонты. Вся власть завязана на их лидере — обезглавь армию змей, и они передерутся между собой за его место.

— Хочешь сказать, они станут выяснять отношения прямо на поле боя?

— Каждый асу — индивидуалист и думает только о себе и своей выгоде. Они подчиняются этому ублюдку только из страха. Убивать своих для него не новость. Пирамиду Ртути он вообще уничтожил за неподчинение.

Пирамида Ртути… Не те ли это руины под храмом Тефнут, где нам повстречался Аурелус Гибельный? Как минимум, один потомок у него остался. Колдерус, кажется. Именно с ним была связана последняя воля древнего мага. Интересно, он тоже будет участвовать в штурме города? Если так, то ему очень даже есть за что желать смерти своему вожаку. Возможно, это ещё один потенциальный союзник.

— Хм, что-то знакомое. Не напомнишь, где эта пирамида находится?

— Я там никогда не был, — ответил Лииндарк.

— А что-то о её последователях среди змей?

— С чего вдруг такой интерес?

— Да так… есть информация, что у них веский повод желать смерти этому Фантомусу.

— Многие змеи желают смерти друг другу. Это нормально. Постоянная грызня за власть — часть их культуры, — с толикой презрения заметил подземный король.

— Что тебе известно о силе самого Фантомуса?

— Он цветомант, как я. Владеет зелёным спектром, если тебе это о чём-то говорит. Считается сильнейшим в этой области… пока что.

Снова эта магия цвета!

— А тебе знакомо имя Андрей?

— Он второй среди цветомантов. Зачем он тебе?

— Предлагает сотрудничество, — уклончиво ответил я. — Но мне о нём ничего неизвестно. Не люблю вести дела с силой, которую слабо понимаю.

— Дай угадаю, — усмехнулся Лииндарк. — Он попросил у тебя добыть для него цвет в обмен на информацию?

— Да.

— Могу тебе сделать встречное предложение. Передай мне информацию о тех местах, которые он указал. Взамен можешь рассчитывать на мою помощь.

— Звучит расплывчато. Ты знаешь, как обмануть проклятие пророчества?

— Перестать соответствовать его условиям. Бросай сосуд пустоты и беги из города. Или избавься. Но ты этого не сделаешь, мантикор тари. Проклятие твоего народ тебе не позволит.

— Всё это я уже слышал…

— У меня нет ответов на все вопросы, как у Андрея, кошачий посланник. Мне проще будет помочь тебе делом. Порой, оружие решает проблемы лучше, чем абстрактные советы. Кроме того, уверен ли ты, что усиливая неизвестное существо с неясными целями, ты не роешь могилу своему городу?

Подобное мне говорил и Геннадий.

— Вот, возьми, — решился я и сбросил одну из меток. Ту, которая находилась в разрушенном домене Воздуха на дне Доминиона.

Полтора месяца назад мы предприняли рейд туда и отвоевали башню для Дракоши. Она буквально всю свою френдзону отправила зачищать город, но очень быстро отряды столкнулись с аномальщиной, а разведчики доложили, что видели тварь с запредельным уровнем. Ту самую, с которой Андрей хотел получить лут.

Сейчас там работала только башня, которую Фхайрен уже месяц как обживала. Но все остальные владения домена так и оставались под контролем монстров.

Чтобы зачистить всё без потерь, нужно было привлекать Искр Танатоса или организовывать масштабную боевую операцию, а на это у нас банально не хватало времени. Так что, если зверяне устроят туда рейд, мне будет только спокойней. Места там много, так что можно будет развернуть магические источники и теплицы.

— Спасибо, — эмпатия говорила, что Лииндарк удивлён тем, как я легко согласился. Продешевил, видать. — В таком случае я и моя группа прибудем чуть раньше основного войска.

— Принято. В таком случае, на этом всё. Если будет необходимо — можешь передать весть через Сайриса.

— Думаю, теперь ты и сам почувствуешь мой зов, если что. До встречи, кошачий посланник.

И контакт оборвался.

Я снова был на вершине башни домена Звёздного Зверя рядом с задумчивой Лаской.

27. Змеиная тактика

Не смотря на бурный денёк, ночь обещала быть спокойной.

Ласка пошла к источнику для медитации. Это успокаивало, очищало разум и помогало лучше контролировать ману. Обычно я шёл вместе с ней, но в этот раз меня по пути окликнули друзья. Лесат, Грейси, Терми и Сайрис устроили попойку, увлёкшись отмечанием первой победы.

Так себе затея в военное время, но в Мельхиоре было не сложно купить дешёвое зелье собачьего корня, которое выводило из организма почти все влияющие на сознание наркотики и яды. В том числе помогало очень быстро протрезветь в случае нужды. Это было доступно даже самым бедным слоям населения.

Но такие вечерние посиделки раз в несколько дней тоже стали своего рода традицией моего домена. Башня Звёздного Зверя была основана изначально, как группа друзей, и неформальное общение активно распространялось во всех сферах управления городом. Выживание — очень сплачивающая людей цель.

Сперва мы обсуждали оборону и возможные действия противника, но как-то быстро скатились в пьяные обсуждения девушек. Сайрис подлил масла в огонь, пожелав всем доброй ночи, упомянув, что его в спальне ждёт Цианея.

Терми разливал алкоголь, напоминавший водку с сильным травянистым привкусом. Грейси свалился в жалобы на жизнь, а Лесат сочувственно кивал и пытался оказать посильную поддержку.

— …Вот почему она так⁈ Если между нами ничего быть не может, так бы и сказала!

— Ну, Фхайрен у нас себе на уме, да…

— Она ведь знает о моих чувствах! Эх… лучшей девушки во всём Доминионе не может быть. Она идеальна!

— А как по мне, жирновата, — чуть улыбнулся Лесат.

— Да ну тебя! Фай — совершенна. Я бы душу демонам продал, чтобы быть с ней…

— Соглашусь, Дракоша у нас такая. Хотя как по мне, Рин из наших ничуть не хуже. Просто она ещё не раскрылась. Фхайрен-то много чего делает, чтобы нравиться, — глубокомысленно сказал Терми. — А Рин вся в работе и делах домена, ей не до этого.

Грейси тяжело вздохнул. Ту часть речи пилигрима, где он упоминал бывшее божество Радости он пропустил мимо ушей.

— А я думал, у вас что-то с Филин будет, — подал голос я.

— Мы просто хорошие друзья, — отмахнулся пилигрим.

— И откуда только этот светлый нарисовался…? — продолжал тем временем жаловаться пьяный храмовник. — Вот скажи, Син…

Грейси повернулся ко мне, но договорить не успел.

В окно влетела ярко пылающая едкой зеленью магии смерти птица, заставив всех замолчать и уставиться на неё.

Танатос не стал бы отправлять послание среди ночи просто так — это понимали все.

Я активировал облачную чистоту, снимая опьянение. В голове сразу же прояснилось.

— Син! Боевая тревога! Поднимай всех! Срочно на ворота в моём домене!

Три пары быстро трезвеющих глаз обратились ко мне.

Я поднял левую руку, и прежде чем что-то ответить, активировал облачную чистоту на всей компании.

— Вы всё слышали. Грей, подай сигнал тревоги в башне. Лесат — в зеркальную комнату. Выясни, что происходит у остальных.

Затем я отправил воспоминание с посланием магистра Ласке.

Девушка задумчиво помолчала несколько секунд, изучая его, после чего сказала:

— Всех — это ополчение? Ученики? Или только старшие и выше?

— Пока только младшие магистры и лучшие бойцы из старших учеников. Те, кто был утром на обороне. Ополчение и учеников просто поднимай и держи на готовности.

— Я иду с тобой!

— Тогда у тебя очень мало времени. Тан бы не стал говорить «срочно» просто так.

О том, что проблема серьёзная, я узнал ещё до того, как прибыл на место.

Уже в портальной комнате с передовой группой меня настигла ещё одна птица — на этот раз неожиданно от Неми.

— Син. Нам нужно поговорить. Это важно.

— Отправляйся в башню Смерти и присоединяйся к обороне, — отправил я ответ.

И почти сразу же в окно влетела вторая синяя птица. С силой Тиши здесь были связаны только двое. А значит, второе послание от Терми.

— Лесат просил передать. Атакован весь город. Нежить идёт!

Нежить⁈

Откуда, чёрт возьми, нежить?

Разведка ничего не говорила об этом!

Отвечать на это я не стал. И сразу понял, о чём хотела поговорить со мной Неми. Это не просто нежить — это орден Тиши!

Всполох портала на миг ослепил сплошной белизной, и мы появились в знакомой башне Тана.

Этой ночью здесь было людно. Повсюду сновали разумные. И ученики, и местное ополчение, и отряды освобождённых от рабства зверян.

Мы влились в поток душ, идущих в сторону врат.

БАМ!

Камень под ногами дрогул. Мы ускорили шаг.

Очень знакомый звук. Так же атаковали каменные пауки. Похоже, монстры тоже не остались в стороне. Но откуда они там взялись так быстро? Разведка должна была сообщить, когда приблизится новая волна. С учётом скорости каменных пауков — не раньше, чем через сутки!

БАМ!!

По возвышавшимся впереди стенам города прокатилась сеть трещин и вниз посыпались осколки камня.

Несколько магов и лучники с ледяными стрелами пытались сдерживать врага через бойницы, но получалось скверно. Разница в уровне между монстром и ополчением была чудовищной.

— Сержант, доклад! — сходу обратился я к незнакомому стражнику, командовавшему звеном стрелков.

— Да, магистр. Вчерашние монстры поднялись как нежить и атакуют стену!

Я выругался.

Как я сам сразу не подумал.

Совсем из головы вылетела простая мысль, что мёртвое тело — это ресурс для некромантов. От змей подобного просто не ожидали. А меж тем тактика была идеальна. Оставить под стенами побольше трупов, а затем, когда мы расслабимся, внезапно продолжить штурм с удвоенной силой.

Монстр по ту сторону получил в список стихий магию тьмы, а вместе с ней и существенно прибавил в уровнях. Нам очень повезло, что большая часть их свалилась вниз, и мы имели дело лишь с одним монстром. Но у других ворот сейчас должна быть какая-то жесть.

За спиной послышались шаги. С некоторым запозданием к нам присоединялись Грейси, Лесат, Дракоша с Терми и ещё несколько разумных. Во главе группы шла Ласка.

Тварь по ту сторону стены размахнулась и в третий раз с силой ударила.

БАМ!!!

Сверху свалился большой кусок камня, лишь чудом никого не прихлопнув.

— Порталы!!!

За спиной чудовища одна за другой принялись вспыхивать врата перехода. Функционеры и епископы Тиши перешли магией так близко к городу, как только позволял замок смещений, созданный Ректором.

БАБАХ!!

Сразу несколько магических взрывов чудовищной мощи обрушились вниз. Целостность защищавшего от маны серебряного напыления была нарушена. Следом за некромантами из расширившихся порталов начали показываться осадные големы. Сшитые из множества туш мертвецов пятиметровые твари, которые сразу же стронулись с места в сторону города.

Следующий удар воскресшего каменного паука едва не проломил стену.

Маги Тиши без остановки спамили заклинаниями.

Я принялся запоздало насыщать пространство своей маной. Расправил туман, но он не желал проникать за пределы стен города. Любую чужую ману выжигали защитые заклятия функционеров.

Оживший каменный паук тоже не получал никакого урона — все наши усилия разбивались о барьер, выстроенный рядом с уязвимым местом чудовищ. Теперь из живота существ вырывалось лазурное пламя ордена Тиши.

Б-А-Х-Х!!!

Стена проломилась внутрь, выбивая ворота, которые ещё недавно казались неприступными.

По ту сторону я увидел легионы нежити, уже спешащие в нашу сторону по мосту.

— Маги! По моей команде массовым по мосту! Они не смогут держать щит вечно! — скомандовал я, сам пытаясь убедить себя в этом.

Рядом стояла Ласка. Она взяла меня за левую руку и чуть сжала.

— Мы справимся, — сказала я.

— Я знаю, — ответила тень.

Сизый туман резко потемнел, стал тяжелее и начал оседать на землю, струясь в сторону моста. Чёрный лёд вновь сделал его скользким.

— Огонь!

Сплошной поток магии ударил в сторону монстров, сбивая с ног мелкую нежить. Мёртвый паук перестроился, закрывая собой хозяев. Но тем самым он подставился в ближнем бою. Мы с Лаской устремились к нему.

Барьер устоял, не пропустив к уязвимому брюху.

Магия фрактала! Проклятье!

— Терми! — крикнул я, и спустя миг в барьер врезался шар из множества белых кубиков.

Мы с Лаской чёрным облаком проскочили дыру в барьере, оказавшись под монстром, залетели внутрь и принялись по очереди бить паровым взрывом, оставаясь в неуязвимой к нему форме.

Потребовалось около двадцати с лишним взрывов, чтобы тварь наконец издохла, развалившись на отдельные части.

— ГЛАШАТАЙ! — раздался ледяной замогильный вой.

Нежить утроила натиск. Из порталов показались морды двух костяных драконов с огнями лазури в глазницах.

— Отступаем! — крикнул я, одёргивая первые ряды защитников. — Полукруг вокруг входа! Пусть сами идут на убой!

Первая пересёкшая мост нежить ринулась на нас, но получила со всех сторон залпы стрел и магии.

— Я очищу эту землю от скверны! — крикнул епископ, атакуя волной лазурного пламени. Мы с Лаской поднялись вверх и отступили, вынуждая врага подставиться под удар линии магов.

Следом, под прикрытием магии, двинулись несколько функционеров, ведущих в бой мёртвое воинство.

Посыпались вспышки массового саммона — маги готовились задержать таким образом врага, покуда сами они поливают нежить с безопасного расстояния.

Рядом с епископом подняли руки два фрактальных покойника, призывая защитные барьеры.

— Я принесу вам покой, несчастные души! — рыкнул я, активируя способности Нефтис.

Мы с тенью обрушились вниз за миг до формирования магии, и одновременно сковали чёрным льдом обоих опасных монстров. А затем с двух сторон атаковали епископа Тиши.

Защищаться от нас обоих он не мог, как ни старался. Росчерк лазурного пламени ушёл мимо — Ласка перетекла под ударом и вонзила в горло нежити «слезу теней». Лишившись магических сил, мертвец попытался ударить Ласку наотмашь — левая рука епископа превратилась в костяное лезвие. Однако в этот момент враг получил сапогом по спине и повалился ей под ноги, после чего девушка добила врага ударом черного льда.

Вот теперь было самое время для контратаки. Но отдавать приказ не потребовалось — бойцы сами бросились в ближний бой, пользуясь замешательством нежити. Ход боя повернулся в иную сторону, и теперь уже нежить едва оборонялась. За спиной врага был лишь скользкий мост, по которому не стоит ходить не глядя.

Спустя минуту, остатки врага были разбиты.

— Это конец? — спросил Грейси.

— Очень в этом сомневаюсь… — сказал я внимательно посмотрел в сторону темнеющего зева Подземья.

— Син, птица, — крикнула Селена, указывая на приближавшийся зелёный огонёк послания от наставника.

— Ситуация плохая, Син. Если есть свободные люди для подкрепления, посылай на вторые врата.

Я мрачно осмотрел своё воинство. Небольшую передышку мы выиграли, но лишь потому, что у моста силы нежити были слабее всего.

Но прежде чем я успел отдать приказ, на поле боя появился чёрный вихрь, спустя миг собравшийся в магистра Энкейла.

— Син… Вижу, у вас всё получше. Домену Мрака нужна помощь.

— Мы уже выдвигаемся на помощь к Танатосу.

— Танатос просил помощи? — кажется, я впервые увидел на его лице столько удивления.

— Я тоже удивился. Наверное, всё совсем плохо.

— Везде совсем плохо… Значит мой домен мы не удержим…

— Грейси, Лесат, Дрим, Фхайрен. Берите своих людей и идите с магистром. И… — чуть подумав, добавил. — Терми тоже.

Маг фрактала может стать тем, что переломит ход обороны в домене. Я же как-нибудь постараюсь обойтись. В конце концов, на моей стороне будет Ласка и Тан.

— Селена, Хеор, Неми, Джаф — вы остаётесь здесь. Обо всём докладывать мне или Ласке. Неми, полагаю, твой разговор уже не актуален? — я кивнул в сторону мёртвого некроманта.

Девушка обернулась на остальных — не хотела говорить при всех. Но всё же выдала:

— Син… Это не просто атака Тиши. Я чувствую силу великого магистра. Сюда идёт основатель.

— Харо Пустынный?!! — воскликнул Энкейл, — Это точная информация.

— Боюсь, что да… — девушка потупилась. — Я всё ещё чувствую силу Тефнут. Никто, даже кардинал, не излучает такой мощи.

— Насколько он силён? — спросил я главное.

— Не слабее главного змея уж точно, — скривился магистр Мрака.

— Харо принёс в жертву миллионы разумных, обратив собственных подданных в нежить. Он поклялся любой ценой истребить пустоту, и уже более трёх тысяч лет исполняет клятву, — добавил всезнающий Нирал. — По легенде он оставлял после себя лишь пустоши, заполненные мертвецами, за что и получил прозвище «Пустынный».

— Ты знаешь, что задумала Тишь? Где ожидать Харо?

— Нет… сила основателя настолько огромна, что покрывает десяток километров, когда он в боевой форме, — ответила девушка.

— Маг такого уровня может и скрывать свою силу, — мрачно заметил я. — Что ж, приказ прежний. Я к Тану. Со мной Эра, Некуш, Нир, Матиас… где Алиот?

Я обернулся в поисках вампира, но одна из сильнейших боевых единиц куда-то исчезла.

Меня кольнуло недоброе предчувствие. Он и раньше был самым мутным из моих вассалов. Неужели он затеял свою игру во время нападения на Доминион?

Надеюсь, он хотя бы не играет на стороне врага…

28. Кровавый кошмар

Когда я прибыл на поле боя, сразу понял, что всё очень плохо.

Стена была разрушена, а внутрь ползли поднятые некромантами Тиши каменные пауки.

Три жирных особи уже были по эту сторону, переползая через тела своих дважды павших сородичей.

Танатос с Искрами сражался в ближнем бою. Здесь же обнаружились маги, поливавшие издали монстров огнём.

Магистр выбрал ту же тактику, что и я, расположив войска полукругом у пролома. Вот только нечисти здесь было во много раз больше, и о лёгкой победе не стоило даже мечтать.

Одно за другим вспыхивали боевые заклятия, отражаясь о фрактальный барьер. Вызванная из порталов нежить сплошной массой двигалась в город, и хоть их уничтожить было не сложно, на это постоянно приходилось отвлекаться.

На наше появление Тан внимания не обратил — было не до того. Ситуация выглядела плачевно. Вторые ворота его домена были не чета нашему мостику. Здесь был рейдовый выход, ведущий прямиком на главный тракт. Этот участок стены и большие ворота предполагали вход для большого войска. А рвов и мостов здесь не было вовсе, потому ничто не мешало противнику идти напрямик сплошным потоком.

— Маги — к магам Искр, — приказал я и кивнул в сторону знакомого мага. — Феникс за главного. Остальные за нами.

Я коснулся руки Ласки. В сердце зажегся огонь уверенности.

Мы вместе сорвались вперёд, чёрным облаком оказываясь около ближайшего монстра.

Туман разбился о фрактальный барьер, но он был вовсе не сплошным, и его можно было обойти, особенно в такой форме.

Здесь мы разделились. Ласка юркнула под брюхо чудовищу, где столкнулась с ещё одним барьером, но просто обтекла его вокруг. Я же поднялся на спину каменного паука и с высоты накинул не жалея маны стелящийся у самой земли туман с облачными владениями.

Так, чтобы это не закрывало обзор, но позволяло мне быть везде на поле боя.

Магия пустоты против нежити была бесполезна. Потому я воззвал к силе воды и тьмы, гибридной стихии Леты.

Туман начал стремительно темнеть.

— Кяу! — послышалось над головой. Я подпрыгнул вверх с кошачьими рефлексами и оказался на спине у мантикоры.

Монстр подо мной содрогнулся. Ласка принялась кошмарить чудовище изнутри паровыми взрывами.

Слишком долго!

С высоты было отлично видно спешащие подкрепления. Вдалеке горели лазурью функционеры во главе с двумя епископами.

Как победить, если враг идёт сплошной волной и не заканчивается? Наверняка змеи не упустят шанс. Было понятно, что они в сговоре. Цели у них схожие. И те и другие хотят избавиться от пустоты раз и навсегда, только причины разные.

А в чём главное преимущество у нас?

Мана. Я не зря создавал сеть источников по всему городу. Её у нас было всё ещё в избытке.

Взлетев на мантикоре под самый потолок, я принялся контролем собирать чёрный туман в грандиозной пробоине, уплотняя её в магический лёд. При таких масштабах мана стремительно потекла к нулю, но я сразу же начал черпать её из ближайшего источника.

Тем временем, Ласка прикончила первую тварь. Выскочив из тела поверженного чудовища, она устремилась к следующему. Где Тан в одиночку сдерживал сразу двух пауков.

Сила магистра поражала, но даже она была не безгранична. Впрочем, пока что он справлялся. А с подмогой очень быстро начнёт побеждать.

— За воротами епископы. Саммонят драконов, — доложил я устами тени.

Магистр ничего не ответил, но усилил натиск на своего монстра, уступая второго Ласке.

Как и у моста, следом за армией из слившихся лазурных порталов показались костяные морды крылатых ящеров.

А затем я различил, как один из епископов указывает в мою сторону.

Чутьё позволило уклониться от метко выпущенного луча смерти. Искра взмахнула крыльями и принялась снижаться, прячась за остатками стены.

Чёрный лёд рос, поднимаясь всё выше, и теперь нежити приходилось перелазить через него. Пауки же подходили к концу. Ещё двое толклись у входа — им и такой преграды оказалось достаточно. По стенам ползать они не умели.

Пещеру огласил потусторонний крик мёртвого дракона. Из-за спин монстров взлетел крылатый монстр, сходу паля голубым пламенем у входа.

Сражавшиеся здесь Доркус и Норфи оказались в зоне поражения и запас здоровья обоих стремительно пополз к нулю. Нежить же напротив, от этого пламени регенерировала, а то и восставала вновь.

Я спрыгнул с мантикоры и упал вниз чёрным облаком, после чего сразу отбросил волну пламени чёрным туманом и активировал целительные чары.

— Глашатай! — закричал епископ и сразу выбрал меня основной целью.

В меня понеслись три пылающих лазурью черепа. Менять форму чтобы уйти от магии смерти было бессмысленно, потому я уклонился, а затем теневым шагом перешёл к врагу. Тот ожидал этого — в мою сторону полыхнуло огнём из глотки костяного дракона, а епископ спрыгнул мне на встречу, выхватывая горящий двуручный меч.

— Я, Эранталь Мстящий…

Слушать я некроманта не стал, а сразу за теневым шагом активировал водное мерцание тари и оказался у него за спиной.

— Познай Покой! — плеть из насыщенной силы Нефтис прошибла некроманта, сбивая с него голубое пламя.

Но добить его не удалось. На помощь старшему спешили двое функционеров — один оказался моим коллегой, магом воды. Мимо пролетел полярный луч, промораживавший до абсолютного нуля. Это заклятие было способно заморозить даже магию, а потому меня вновь спасли кошачьи рефлексы. Я отскочил, теневым шагом перешёл к следующему врагу и атаковал чёрными клинками.

К столь резкому переходу на ближний бой функционер был не готов, потому очень быстро лишился головы и упал на землю.

Второй сориентировался лучше. Вспышка лазурной магии, и перед ним из портала вышел шатающийся покойник с признаками фрактального заражения.

Тварь махнула корявыми лапами в мою сторону, посылая шар из множества кубиков.

Уклонение и мерцание, и чёрный лёд встретил объятую лазурным пламенем сталь. Функционер устоял и отбил атаку. Похоже, он был не самым плохим мечником.

Не давая ему шанса на контратаку, я обрушил на него серию ударов. Рубящим сверху, затем левой рукой в бок, затем снова мерцание и попытка достать его в спину. Первые две атаки он отбил, а от третьей уклонился.

Надо же, простой функционер оказался более крепким орешком чем пафосный епископ.

Меч мелькнул над головой у врага, но тот присел и левой рукой выпустил мне в живот луч смерти. Уклониться на этот раз едва удалось. Заряд чиркнул по боку, но китаровая броня инквизитора не подвела, отразив магию.

Я с разворота обрушил сперва один меч, затем другой. Враг отскочил и поднял вспышку лазурного пламени, вынуждая меня разорвать дистанцию. А в этот момент сзади на меня прыгнул фрактальный мертвец, занося светящиеся когти.

Но не долетел. В полёте его сбило стремительное чёрное облако. Тварь повалилась на землю, а в её черепе торчал похищавший ману легендарный кинжал.

Сзади подступал очнувшийся епископ. Увидев старшего, и функционер воспрял духом. А из-за растущей чёрной стены показались фигуры новых мертвецов из ордена Тиши.

Мы с Лаской встали спина к спине. Епископ и функционер налетели одновременно. Несколько секунд мы обменивались с ними ударами, попутно уничтожая подворачивавшихся под ноги мелких покойников. Затем я увидел ползущую тень у себя под ногами, и мы синхронно теневым шагом разошлись в сторону.

Там, где мы только что были, вспыхнуло яркое лазурное пламя.

Здесь нас уже поджидали новые монстры. Мы разделились, но ненадолго. Мне повезло нарваться на функционера. Я вынырнул из навыка совсем перед ним и избежал смертельного удара пылающим клинком лишь благодаря мерцанию тари.

К этому ходу враг был готов и, ловко взмахнув мечом, попытался достать меня не оборачиваясь. Но я ушёл чуть в сторону и пнул сапогом.

Нежить пошатнулась, отбила мой следующий выпад, но на этом бой для функционера был окончен — в месте падения его уже поджидали выросшие из тумана ему на встречу лезвия. Оставалось лишь для верности добавить сверху покоем, чтобы он точно не встал.

Тем временем, Ласка продолжала теснить епископа. По уровням их силы были примерно равны, да и своим двуручным мечом он владел не хуже, чем тень кинжалами. Вот только она была намного мобильнее, сводя на нет всё преимущество в длине оружия. Епископ пытался разорвать дистанцию, но девушка каждый раз уворачивалась и наносила мелкие, но чувствительные тычки.

Сверху снова спикировал дракон, поливая всё голубым пламенем.

На миг поле боя скрылось из виду, а затем так же быстро огонь был развеян слаженной работой магов воздуха. Переломный момент в схватке уже наступил, и Некуш с другими чародеями его основной стихии принялись сдувать магическое пламя прочь.

Из-за растущей каменной блокады мелькнула большая голубая тень. На поле боя шли подкрепления в виде ещё одного епископа верхом на драконе и дракона-призрака без всадника.

Они не стали размениваться на изрыгание пламени, которое неплохо контрили воздушники. Вместо этого маг взлетел выше и начал поливать сверху каменным градом. С ним магическая «охрана ветра» работала очень слабо.

Чтобы сдерживать новых врагов наших с Лаской сил не хватало, но к счастью, мы были не одни.

Вверх устремились ответные атакующие заклинания из огня и молний, но все они разбились о фрактальный барьер. Однако это на мгновение скрыло видимость для противника, и он пропустил яркую зелёную вспышку магии Мортис.

Танатос призвал призрачного коня и устремился вверх. Существо скакало прямо по воздуху, выбивая из пустоты всполохи изумрудных искр.

Я поискал фрактальную нечисть. Сам епископ не обладал навыками этой стихии — они всегда использовали для этого поднятых мертвецов со стихийным заражением. И почти сразу нашёл — несколько фигур стояли на ледяной преграде, посылая магию по приказу хозяина.

Их мы с Лаской и выбрали следующей целью.

Петляя, уклоняясь и спамя навыками быстрого перемещения, мы устремились к ним.

Управлявший ими функционер при виде нас что-то прокричал своим, но из-за шума битвы разобрать речь было невозможно.

Всполохи магии. Пламя. Рядом разорвалась ледяная звезда, ещё одно массовое заклинание стихии воды. Меня обдало шрапнелью осколков, но сработал навык облачного тела, и вреда они не причинили.

Ещё один прыжок с теневым шагом, и мы с Лаской вынырнули рядом с противником. Сдвоенный удар с двух сторон он заблокировать не мог. За него это сделала фрактальная нежить.

Чёрный клинок скользнул по барьеру, высекая сноп искр.

Резко развернулись, я атаковал подкравшегося со спины покойника, пронзив сразу двумя клинками и посылая в его тело ману. Затем мерцанием ушёл от фрактального шара, а того, кто его выпустил — поймала на втором теневом шаге тень.

Третьего тоже прикончила Ласка — просто метнув в него легендарный кинжал и заблокировав магию.

Теперь функционеру осталось рассчитывать только на себя. Ну и на обычную нежить, которая пыталась закрыть хозяина собой. Их девушка взяла на себя, устроив бойню среди скелетов. Я же, игнорируя мелочь под её прикрытием, шагнул через тени к противнику, обрывая его посмертное существование.

БАМ!

Сверху упал костяной дракон, пылая зелёным огнём магии Тана. А спустя миг сверху на него приземлился и епископ. Я поднял глаза в поисках дракона-призрака, но его уже успели развеять Феникс и Нирал со звеном магов.

Обернувшись вокруг я с удивлением понял, что враги закончились.

Чёрный лёд вырос достаточно, чтобы почти полностью перекрыть дыру в стене. Оставался лишь небольшой просвет, через которое пыталась пробраться парочка костяных вурдалаков.

Отбились…?

Танатос приземлился в сполохах магии смерти. Глаза его ярко пылали потусторонним огнём, но лицо выражало спокойствие.

— Типа всё? — спросил Матиас с недоверием.

— Нет, — мрачно бросил магистр Смерти. — Но небольшая передышка есть. А дальше скорее всего пойдут змеи. Син, сколько продержится твой лёд?

— Я привязал его к источнику, — ответил я. — Если его разобьют, то только физически.

— Хорошая работа, — одобрил наставник. — Но это только начало.

— Хорошее начало, — фыркнул кто-то из Искр. — Такими темпами мы и до середины не протянем.

— Протянем, — уверенно ответил Танатос. — По крайней мере этот участок я удержу. Спасибо за помощь, Син. Теперь отправляйся в домен Мрака.

— Слышал, что у них проблемы, Энкейл уже сообщил. Я отправил туда часть своих людей.

— Этого мало, — покачал головой магистр. — Во время боя мне пришёл сигнал бедствия. Так что выдвигайся. А мы пройдёмся к домену Бездны. От них слишком долго не было новостей.

29. Эффект дракона

То, что дела здесь обстоят очень плохо, я понял, едва мы переместились в башню домена Мрака.

В башне нас ждал сюрприз в виде двух магов рядом с хтонической тварью, состоящей из трёх рук на мощном торсе с костяной бронёй и жуткой харей с зубами в три ряда.

О том, что это враг гадать не пришлось. Как и им, впрочем.

Но даже с их реакцией опытных оперативников, эффект неожиданности был за нами.

Мы с Лаской выбрали себе по магу. Девушка теневым шагом подскочила к нему, а когда тот отскочил похожей способностью, только стихии огня, ещё и перекрыл тени дорогу к себе. Вот только ему это не помогло — девушка просто метнула слезу теней. Даже если не убила сразу — гарантированно лишила способностей.

Я со своим провозился чуть дольше.

Теневой шаг, мерцание за спину. Удар — мимо. Враг скрылся в коротком блинке — на этот раз от стихии воды. А затем принялся что-то колдовать из боевого арсенала этой стихии. Ух, зря это он…

Я скастовал владения и перехватил контроль над его заклинанием, вызвав короткое замешательство, когда его вода обратилась против него же.

— Да обретёшь ты покой… — начал я читать молитву Нефтис, чтобы потом допросить, но в последний момент маг преподнёс неприятный сюрприз.

Он вдруг воспламенился и мгновенно исчез в сполохах пламени. Видимо, какой-то вид портала. Только вот разве город не под куполом? Значит, портал не мог быть слишком дальним.

Появившиеся из портала следом за мной Нирал и двое тари теснили химеру, а мигом позже рядом оказалась Ласка, и существование искусственного чудовища оборвалось.

— Обыщите здесь всё! — приказал я.

— Син, это маги ассари! — предупредил Нир. — Каждый — элитный боевой маг со стажем.

— Ничего. Я элитный боевой кот, — криво усмехнулся я.

Портал вновь засветился. Прибывало наше подкрепление в виде Эры, Филин, Рин и остальных.

— Рин, какого хрена? Ты одна из потенциальных целей для змей! Возвращайся в домен Зверя.

— Сейчас каждый нужен здесь, — решительно сказала солнечная жрица.

Нас прервал жуткий грохот. Тряхнуло так, что я едва устоял на ногах, а с потолка посыпались куски камня. Башня треснула, и по центру портальной комнаты прошла чёрная полоса.

Затем послышался скрежет и вспышка высвобожденной маны. Больше этот портал никого никуда не отправит.

— Какого хрена там творится⁈ — спросил Матиас.

Окно вылетело внутрь — по башне ударило мощным потоком ветра. ыы

— Все, быстро, на выход, пока нас здесь не похоронили! — скомандовал я и подал пример, выпрыгнув в окно.

Следом за мной выскочила и Ласка, теневым шагом и формой облака. Призыв фамильяра сработал как надо, и вскоре мы уже были на спине Искролапы.

А ещё спустя миг вершина башни разлетелась на части под ударом Хотямощного метеорита, унося с собой всех, кто не успел спрыгнуть.

— Они все… — начала было Ласка.

— Не думай об этом. Они привязаны к башне и возродятся. Ищи врага.

— Вон там! — сразу определила тень.

На крыше высокой часовни был ещё один темноволосый маг в горчичной мантии. И интересовала его отнюдь не башня мага.

Завидев наше приближение, он сходу направил пиробласт и полярный луч.

— Разделяемся! — крикнул я, переходя в форму облака. Как и Ласка.

Искра же резко полетела вниз, уходя от магии.

Лететь было ещё достаточно далеко, а в таком состоянии мы были уязвимы для сильной энергетической магии.

И маг тоже это понял. Потому следующим в нас полетели две волны огня и цепная молния. Змей палил заклинаниями, как из автомата.

— Падай, — передал я Ласке, и мы двумя осколками чёрного льда полетели вниз.

Волны магии пролетели над нами, а мы уже собирались на земле в нормальный вид.

БАМ!

Маг на этом не остановился, и с неба полетел метеор, после чего — ледяная звезда. И будто этого было мало, начался магический камнепад.

Мы метнулись к ближайшему дому, прячась под навесом.

— Нужно его отвлечь, — передала Ласка.

— Сделаю, — кивнул я.

Её уверенность, которая сразу же передалась и мне, говорила сама за себя.

— Не рискуй только.

— Уроки Тана были опасней, — с улыбкой сказала она, и начала обращаться чёрным облаком.

Затем она стелящейся дымкой растеклась по земле и устремилась к часовне.

А я мерцаниями залез на крышу. Отвлекать — так с чувством!

Змей нежитью не был, а значит очень даже уязвим к магии пустоты. Потому я щедро зачерпнул проклятой силы и влил в боевую магию.

Мага отсюда я не видел, потому метил примерно, но не прогадал. Вскоре там вспыхнули мощные защитные барьеры, которые отбили всё, что касалось магии воды, однако пропустили силу проклятой стихии.

Крик ужаса я услышал даже отсюда.

В ответ ошалевший маг решил усилить натиск и принялся с удвоенной скоростью метаться массовой магией, не считаясь с резервом. Парочка ледяных звёзд мне не причинила вреда, но следом понеслись метеоры и волны огня, а потом обнаружился ещё и свет…

Крыша подсветилась ярким сиянием, и я поспешно ушёл чёрным облаком на соседнюю. За миг до того, как часть дома разлетелась хлопьями света и осколками камня.

Но на этом бой был окончен.

Я посмотрел на башенку, по которой спиралью взбиралась живая тьма. И пока маг пытался прикончить меня раньше, чем я сведу его с ума пустотой, у него за спиной из тени вышла Ласка, а затем маг полетел с крыши башни вниз.

— Прости, живым взять не вышло. Он сам упал…

— Жаль…

— Син. Тут странное… Смотри.

Ласка передала мне то, что видела сейчас сама. Внизу, неподалёку от башни шёл ожесточённый бой. И сражались… наши. Друг с другом.

— Магия разума или предательство? — спросила она.

— Сейчас узнаем. Я отправляюсь туда.

— Подберу кинжал и догоню. Змей утащил его с собой вниз…

Обратившись облаком и периодически ускоряясь теневым шагом я отправился в нужное место.

Крики и лязг металла я услышал уже спустя пол минуты. Не став тормозить, я мерцанием прыгнул прямо в центр схватки.

— СТОЯТЬ!! — закричал я, вложив всю свою усиленную Покоем волю.

И это сработало.

Я узнал среди сражавшихся Лесата и Грейси. С первым были зверянки, как и он относящиеся и к нам, и к домену Знаний. С Грейси же была его боевая группа времён Клинковой Рощи с пополнением из новичков.

— Ты! Ты всё знал! — с ненавистью в голосе бросил храмовник.

— Знал что? — растерялся я.

— Он спал с ней!

— Чего…?

— Фхайрен слишком много болтает языком, Грей… — начал было Лесат, но в ответ Грейси снова бросился в бой, но я призвал перед собой барьер из кипящего пара, вынуждая его отступить.

— Ты ведь знал, что я люблю её! Вы оба знали, и ты его покрывал, Син! Почему ты мне ничего не сказал⁈

— Очнись, Грей! Змеи прорвали оборону! Домен Мрака пал! — попытался я воззвать к разуму друга. — Сейчас не до этого!

— Именно сейчас, Син! Вы оба меня предали! Клянусь, ты покойник, Лесат!

— Очнись, друг! Не время…

— Ты мне больше не друг!! — рыкнул храмовник и бросился на меня, чтобы снять раскалённую пелену. Однако вместо этого я активировал паровой взрыв собранного на такой случай в трещинах пара.

Прогремело знатно, и ударная волна оглушила подошедшего Грейси.

Близняшки ринулись ему на помощь, но на их пути встала Ласка, и одного этого было достаточно, чтобы обе застыли, как вкопанные, не решаясь сделать ни шага. Тем более что на жизнь их командира никто не покушался.

К Грею подошёл демонолог из его группы, демонстрируя мирные намерения.

— Это ещё не конец… — послышался голос храмовника. Глаза его зажглись праведным гневом, в прямом смысле. Здоровье быстро поползло до максимума.

Я уже думал над следующим действием, когда помогли змеи.

В конце улицы появилась армия химер и единой массой потекла в нашу сторону.

Тварей было столько, что ни о каком сопротивлении и речи не шло.

— Уходим, все! Иначе сдохнем вместе! — рыкнул я, и здравый смысл заставил всех прислушаться к приказу. — К источнику! Я могу перенести вас через него! — крикнул я.

— Здесь маг, — предупредила Ласка.

А спустя миг по крышам домов забила каменная картечь.

— Зови туман, — передал я и сам тоже принялся за безостановочный каст скрывающего заклятия.

Сражаться с магами и убегать от армии монстров было уже чересчур, а так он хотя бы не знает, где мы.

Впрочем поливать город наугад змей продолжал. И не он один. Судя по траектории полёта заклятий — их как минимум двое. Но спасительный источник был уже совсем близко. Я ощущал силу Дафны и от этого на душе становилось спокойней.

Едва завидев источник, я сразу вызвал меню и активировал переход в домен Смерти.

Но вместо этого…

Ошибка. Алтарь неактивен.

Что? Враги как-то смогли перехватить контроль над алтарём или разрушить его? Как?

Выходит, домен Смерти тоже пал?

Какого хрена здесь происходит⁈

Рядом горел активным домен Призраков. Что ж, тогда направимся к Ирис…

В воду ударил сдвоенный метеорит, но враг опоздал секунд на десять — это мы ощутили уже переносясь в другой домен.

* * *

Мы оказались на площади перед башней владычицы домена.

Нас сразу же взяли в кольцо стражи, охранявшие это место, и я сжал зубы, приготовившись к худшему. После такого парада предательств не удивлюсь, если Ирис заодно со змеями или Тишью. Тем более что она бредит уничтожением проклятой стихии не меньше, чем они.

Если подумать, у Ирис всегда было куда больше общего с врагами Доминиона, чем с Ректором.

Хозяйка домена не заставила себя ждать.

— Какого хрена там произошло? Где остальные? — спросил я у искателя.

— Мы разделились, когда отступали от ворот. Нас предали. В спину ударили демонисты.

— Демонисты⁈ Наши?!!

— Да. Они впустили врага, а затем ударили в спину нам у врат. Дрим с Терми повели ополчение на эвакуацию, а мы остались прикрывать… С этой поехавшей Фхайрен!

— Что она сделала?

— Решила пооткровенничать на тему своей личной жизни с Грейси…

— Вам больше поговорить не о чём было во время осады?

— Решила, наверное, что так умирать веселее, не знаю, — скривился друг.

— Боги, как же вы не вовремя с этим всем…

— А я-то тут причём? Я вообще стоял себе на посту…

— Где она сейчас?

— Хм… не знаю. Я как-то упустил её из виду, когда Грей попытался меня убить…

— Может, дезертировала? Алиот тоже куда-то пропал.

— Ну, змей она точно боялась. Она вообще была какая-то странная. Нервная очень, если вспомнить.

— Есть идеи, где она может сейчас быть?

— Не знаю, но ты вроде ей свой домен подарил с башней?

— Там только башня и есть. Ещё не успели зачистить домен.

— Эм… мы вам не мешаем? — послышался холодный голос Ирис.

Мы с Лесатом обернулись к магистру Воды и Призраков.

— Домены Мрака и Бездны пали, — сказал я.

— Идём, — бросила девушка, и развернулась в сторону своей башни.

Нас окружала её гвардия, но похоже, она не доверяла даже своим, не смотря на то, что в её домене каждый второй считал её почти богом.

Разговор она продолжила, лишь когда мы пересекли черту её святилища.

Она продолжила идти по озеру внутри храма к своему любимому островку, где проводила большую часть времени. Мне не составило труда проследовать за ней. Как и Ласке. А вот на счёт Лесата — не уверен.

Но Ирис не стала идти далеко.

Она остановилась, зайдя всего на несколько метров от берега.

Ирис и вода были неразрывны. Сейчас, да и вспоминая все наши встречи, я понимаю, что внутри и снаружи этого места она была совершенно разной. Ирис из наружности была той самой подозрительной стервой, готовой бить в любое место, где запахнет пустотником. А та, которой она становилась у себя дома, была действительно хитроумной матерью призраков.

— Как это случилось? — спросила она, повернувшись к нам.

— Предательство. Новый магистр демонистов. Не помню, как её зовут…

— Уже не важно. Сейчас там Танатос. Что с Мраком?

— Часть предателей и монстры ударил нам в спину. Пришлось отступить. Но мы успели эвакуировать население и большую часть выжившего ополчения, — ответил Лесат. И спросил. — Что с доменом Знаний? Лакки жива?

— У этой всегда в кармане десяток уловок, — отмахнулась Ирис. — На сколько знаю, они обороняются вместе с хаоситами.

— Что сейчас с монстрами, чихарами и Тишью? — спросил я.

Ирис поморщилась.

— Домен Смерти держится, но долго твои люди с ополчением там не протянут. Прикажи им отступать ко мне.

Хе, хитро придумано. Чтобы я прикрывал её домен, бросив врагу домен Тана?

— Почему не наоборот? Пошли своих людей к нам на помощь!

— Это бессмысленно, — отрезала Ирис. — Зачем растягивать силы и открывать мой домен для удара?

— Удара откуда? У вас нет ворот во внешний мир. Призраки покидали город через ворота домена Смерти.

— Чихары и нежить, — ответила магистр.

— Что с ними?

— Чихары ещё не проявились, но они наверняка поучаствуют в этой войне.

— А почему они не атакуют хаоситов или пламя?

— Ни почему. Но любой массовый мор в городе — и там сразу появится нежить. Недавно они устроили прорыв в домене Порчи, подняв образцы в лаборатории.

— Прорвались?

— Отбились благодаря помощи от механистов.

Значит, каждый домен может быть под ударом… в таком случае она права. Домен Призраков действительно лакомый кусочек, захват которого по нам очень сильно ударит. Это один из самых густонаселённых районов, и если устроить здесь резню, некроманты поднимут целую армию. А затем ударят в спину домену Смерти, и с другой стороны уйдут вглубь города, пожирая мелкие домены и не успевший оправиться после фрактальной чумы домен Света.

Без поддержки горстка ополчения из числа горожан, да несколько старших учеников с парочкой младших магистров, не сможет долго сдерживать мост.

— Пожалуй, тогда я свяжусь с Таном и будем отступать сюда, — принял я решение.

Создав первую водяную птицу, я направил послание для Немианы с группой, охранявшей мост. Затем создал вторую — с посланием для Феникса, который остался охранять вторые врата. Какие приказы оставил Танатос ему я не знал, но если мои люди уйдут, враг может задать их с двух сторон, потому сперва нужно было связаться с ним.

И третью птицу — самому Танатосу, который сейчас сражался на передовой в домене Бездны. С описанием всей ситуации.

Ирис молчаливо смотрела, как с моей ладони в разные стороны из капли воды вылетают три птицы.

— Жаль, что я не забрала тебя к себе. Когда твой наставник попытался кинуть меня с учеником.

— Не забрала бы. Я ещё не был тари, и был безымянным. Меня бы никто никуда не взял.

— И то верно… — отстранённо сказала Ирис.

БАБАХ!

Внезапно часть крыши святилища провалилась внутрь, и в озеро с плеском посыпались обломки.

Весь домен тряхнуло так, то мы все вчетвером упали в воду. Один из камней полетел мне в голову, но удар приняла на себя облачная форма, пропустив его через себя.

— Нас атакуют, мать! — послышался голос со стороны выхода. — Домен штурмуют пожиратели имени!!

30. Карточный домик

— Что⁈ — воскликнули мы с Ирис одновременно.

Это стало сюрпризом для всех нас.

— Откуда⁈

— Со стороны хвостатого рынка.

Значит, враг в домене Смерти?

Но как? Откуда они появились и почему сейчас? Разве ими можно управлять? Ведь эти твари смертельно опасны для всего живого!

— Ирис, охраняй башню. Я на ворота, — сказал я и вышел из святилища. — Веди, ученик.

Домен призраков напоминал разбуженный улей. Здесь укрывались ещё и многие с единственного обитаемого участка владений Танатоса.

Это место было самым красивым во всём Доминионе. Приветливые лавки, уютные трактиры, узкие улочки, удобные дома с высокими потолками. Многие мечтали жить здесь.

Сейчас повсюду сновали разумные. Вести о приближающемся противнике ни для кого не стали секретом. Кое-кто паковал вещи в соседние домены, подальше от резко приблизившейся линии фронта.

А ещё домен располагался очень удобно с точки зрения логистики и обороны. Отсюда был выход на крупные внутренние домены, на сеть мелких доменов у дна города и на граничащий с воротами домен Смерти.

Каменная плита, на которой располагались владения Ирис, была заметно приподнята над рынком. Фактически, весь рынок — это один огромный путь вверх, по обе стороны от которого тянулись торговые ряды.

И над всем этим возвышалась высокая стена. Здесь она была не сплошным щитом, как на границах города, а по образу классической средневековой крепости. Так что на стену можно было подняться, и сейчас там располагались звенья лучников и магов.

Чтобы подойти к краю, пришлось даже немного растолкать собравшихся там стрелков.

Внушали уважение и баллисты с осадными орудиями. Паранойя Ирис сейчас как нельзя кстати. Она всегда держала под прицелом крысиный рынок.

Взглянув вниз, я сразу увидел их.

Громадные безлицые гуманоиды, нижняя часть туловища которых развевалась призрачной дымкой. Они перебирали руками, перемещая левитирующие тела.

Да, пробиваться в ворота им будет очень неудобно. Придётся ползти по одному, будучи постоянно под обстрелом.

Одна проблема — мы понятия не имеем, чем их можно убить.

Хтония, гибридная стихия хаоса и пустоты, была намного более опасным противником, чем смесь простых стихий снаружи. Так что их тысяча двухсотые уровни нельзя даже сравнивать с теми же уровнями у долбивших стены каменных пауков.

Но как они сумели их подчинить и обратить против нас?

Один из моих запасных планов обороны города включал в себя сброс острова с этими тварями на головы атакующим. Это означало бы, что домен Смерти станет запретным для посещения местом, но как крайняя мера — я на это рассчитывал.

Но я никак не мог ожидать того, что они сами построятся и рядами пойдут штурмом на нас!

В ушах заиграла знакомая мелодия металлического барабана волчьего посланника. Значит, вот о каком сигнале говорил звериный король.

Я очень надеялся, что он не солгал, и Сайрис не засланный агент от ещё одного тайного врага академии. Потому что удар в спину со стороны зверян означает для нас полную потерю внешних доменов. И вот тогда, в осаде Стержня, у нас реально начнутся проблемы с голодом и другие неприятности.

Призвав водяную птицу, я отправил послание в родной домен, с приказом впускать армию подземного короля в город.

Чем можно причинить вред смеси двух самых разрушительных тёмных стихий?

На ум приходит только фрактал. Интересно, где сейчас Терми?

— Вы пробовали их атаковать?

— Пробовали и перестали, — послышался глубокий мужской голос за спиной у нас с Лаской. — Стрелы их не пробивают, тяжёлое оружие вроде катапульт и баллист они как-то дематериализуют, а магию просто игнорируют, будто её и нет…

— Привет, Ренар, — я протянул руку младшему магистру Призраков. — Попробуйте магию астрала.

— Призыв он тоже дематериализует…

— Не призыв. Атакующую магию. Знаю, таких заклинаний в астральной магии мало и они слабые, но будет хоть какой-то урон. Можем накрыть за счёт численного перевеса. Подниматься они так будут ещё очень долго.

— Спасибо, попробуем, — кивнул он. — Значит, домен Смерти пал?

— Хотел бы я сам знать, что там происходит, — ответил я, после чего активировал призыв фамильяра и, с трудом найдя свободное место, на стену приземлилась пещерная мантикора.

— Кяу?

— Будь тут, — сказал я Ласке, собирающейся проследовать за мной. — Я только на разведку. Хочу понять, где наши.

— Поняла.

Мантикора взмахнула крыльями, и мы устремились под чёрные небеса Доминиона, покрытые пятнами светящихся сталактитов.

Открывшееся зрелище было печальным.

Враг практически полностью заполонил собой город. Похитители имени разбрелись по нему аж до владений книжников. На границах с ним не существовало защитных укреплений, но магистр Лакки подготовила странные коридоры смерти, наполненные смертоносной магией. За ними я увидел в отдалении ряд поваленных домов — видимо так была создана замена нормальной стене.

За ними башня знаний ощетинилась магическими стражами — полупрозрачными конструкциями, поливавшими врага сверху сгустками астральной энергии. Ужасно расточительный и неэффективный способ борьбы с врагом, но у Лакомки было достаточно маны.

А дальше, со стороны нашего моста, тянулась вереница войск армии нежити.

Дозора у вторых врат я тоже не нашёл. Сейчас здесь было на удивление пусто. Даже мою баррикаду из чёрного льда никто не разобрал. Впрочем, штурмовать этот путь было уже бессмысленно. Нечисть входила в город с двух сторон через другие врата.

Вновь взлетев повыше, я отправил образ увиденного с высоты магистру Смерти.

— Что-то не так, Син, — послышалась мысль Ласки.

— Что именно?

— Не знаю. У меня очень плохое предчувствие. Будто что-то идёт не так, как надо.

— Я уже возвращаюсь.

Вдалеке показалась ответная птица — из зелёного пламени. Понеслась она ко мне от домена Знаний, что само по себе могло служить ответом на многие вопросы.

Послание наставника было простым и коротким. Но от него по коже пробежались ледяные мурашки, а сердце забилось с бешеным ритмом.

— Я скоро буду. Продержись, — гласило оно.

Тан мог сказать такое только если ситуация была катастрофической.

Развернувшись в полёте, я направился в сторону домена Ирис.

Вереница чудовищ шла по длинной улочке к рынку. Пожирающие имя даже не замедлялись от боевой магии. На вершине башни домена Призраков в развевающемся от ветра платье стояла Ирис с длинными белоснежными волосами до пола. Взгляд её был направлен вниз, как и гнев двух стихий, что обрушился с неба за миг до того, как я влетел в зону поражения массовой магии.

Искролапа резко взмахнула крыльями, уходя от водяного шторма, накрывшего крысиный рынок.

Следом разорвались десятки ледяных звёзд. Концентрация влаги резко поднималась, как и концентрация маны. Магистр меняла одно заклятие на другое, подбирая ключи под противника. Но ни магия воды, ни магия призраков ничего не могли сделать странным существам.

Первый из похитителей имени уже добрался до врат, несмотря на все старания. И вот здесь случился новый неприятный сюрприз. Тварь протянула руку, уткнулась в решётку и начала… просачиваться сквозь неё. Медленно, очень медленно, но плоть пролезла через толстые металлические прутья и пошла дальше.

Я поднялся над доменом и спрыгнул вниз каплей воды.

— Не стреляйте в него, это бессмысленно! — сказал я, едва собрался в нормальный вид. — Стройте баррикаду! В ближний бой не вступать!

К сожалению, с последней командой я или не успел, или меня просто не расслышали, и парочка танков выдвинулась задержать тварь.

Однако стоило пожирателю имён просто коснуться несчастного, как тот испарился, оставив после себя лишь каплю слизи и груду металла.

[…7526ID#РЕДРИК6281…], уровень 1472

Сихия: Хтония

Имя над головой твари изменилось, всосав в себя имя исчезнувшего стража.

— Отступайте! Не вздумайте драться с ним!! — повторил я.

Второй в ужасе попятился, споткнулся и упал на землю, после чего также мгновенно исчез от касания монстра. Но остальным хватило ума убраться подальше.

Я активировал рядом с воротами несколько паровых взрывов — спасибо Ирис, которая пропитала здесь водой буквально всё вокруг.

Кусок каменной плиты надкололся, и тварь вместе с воротами понеслась вниз.

Охрана оказалась дважды ошарашена — сперва неуязвимым чудовищем из городских легенд, а затем обрушением зачарованной стены.

— Не стойте же! — крикнул я. — Баррикаду! Они не прекратят лезть!

Только здесь главное до всех дошло, и началась бурная деятельность по возведению преграды.

— Син. Появились чихары, — сообщила Ласка. — Выдвигаюсь к ним.

Меня это уже даже не удивило. Враг выбрал целью этот домен, и сосредоточил здесь все силы.

И при этом главные силы змей сейчас идут к Стержню с другой стороны, от домена Мрака.

Я принялся скреплять разрозненную конструкцию на месте обрушенной части скалы чёрным льдом. Тень тем временем передала мне картинку красношерстных химероидных зверян, напоминавших плод любви человека с лисицей в сердце радиоактивного заражения.

Они кружили неподалёку от города, но нападать не спешили.

Тактика была ясна — пока они там, нам придётся держать часть сил в вечной готовности.

План слишком сложный для самих чихар. Но что хотят этим добиться змеи? Может, похитители имён не так и сильны?

— Подвальный! — обратился я к своему призыву. — Есть идеи насчёт них? Ты ведь исследовал их?

— Боюсь, мне тебя нечем порадовать.

— Ты же видишь всё?

— Я не вижу того, чего нет, аква. Просто продолжай их валить вниз взрывами, чем тебе не решение?

— Ну спасибо, что бы я делал без твоего совета!

— Всегда пожалуйста, обращайся.

— Подвальный!

— Астрал и фрактал. И некоторые непрямые атакующие заклинания. У них очень интересная структура…

— Какая ещё структура? Они сейчас здесь всех сожрут!

— Технически, это не совсем пожирание…

— Да мне плевать, Подвальный! Ты же мастер поиска уязвимости!

— Я подумаю, — ответил кот и исчез.

Вот только… это было лишь вершиной айсберга проблем, свалившихся нам на голову.

— Син! — крикнул Ренар. — Смотри, в городе!

Я обернулся.

На моих глазах канализационный люк под городом, ведущий куда-то в опоясывающие Доминион трубы изрыгнул своих обитателей, о которых все успели давно позабыть.

На улицах города появились незуми, сходу принявшись нападать на людей и грабить всё, что можно было ограбить.

Но они же служили пустотникам? И в целом крысы всегда враждовали со змеями. Насколько я успел изучить этот вид, они на удивление очень горделивы и ни за что не уступят первенство кому-то другому. Любой союз с крысами — временный, пока они не наберутся сил сожрать союзника.

Чем они смогли их купить?

С оглушительным треском раскололись чёрные небеса Подземья, и в башню Призраков ударила ветвистая жёлтая молния.

Треть её сразу разворотило, так что прозрачный кристалл посыпался по всему домену.

Великого магистра Доминиона это, конечно, не убило. Более того — Ирис начала быстро восстанавливать башню из сгустков застывшей воды. Башня начала быстро расти обратно, и тогда её сотряс второй разрыв жёлтой молнии.

Вокруг собралось яркое янтарное сияние, оставшееся после неизвестной магии.

— Ренар, тащите взрывчатку и сильных магов. Бейте в камни под ними, — я кивнул в сторону карабкающихся по камню пожирателей имени. — Сбивайте вниз и тяните время. Скоро здесь будет Танатос.

Лысый лис кивнул, а я вновь запрыгнул на спину Искролапе и полетел в сторону башни.

Такое сильное заклинание не могло пройти сквозь купол так просто. А магический купол над доменом Ирис выставила серьёзный. Магистр была лучшим специалистом по контролю пространства в городе.

Ответ мог быть только один — били изнутри.

Крысы прибыли не одни, а со своими новыми друзьями.

Очаги сражений были видны уже по всему городу. Крысы продолжали прибывать из всех щелей. И главной целью у них, похоже, было просто посеять хаос. Они вламывались в дома, устраивали поджоги и здесь же на ходу тащили всё, что могло пролезть в трубы. Включая даже казалось бы бесполезные хозяйственные вещи.

Как и чихары, они были отвлекающим манёвром.

Враг хочет, чтобы мы рассредоточились по домену. Но зачем?

За крышами домов показалась площадь перед святилищем Ирис. Магистр вместе с кем-то из своих людей отбивалась от небольшого отряда, во главе с темноволосым магом в чёрно-горчичной мантии. Любимые цвета змей.

Противников было больше. Я увидел невысокую девушку с зачёсанными назад волосами цвета воронова крыла, а затем сразу опознал в испускаемых ею эманациях магию пустоты. Причём рангом не ниже принца безумия!

Были ещё трое. Высокая чихара, неприметная седая девушка и фигура в балахоне. Но они не казались мне настолько грозным противником.

— Я уже иду, — передала послание Ласка.

— Что со зверянами?

— Продолжают кружить, но не атакуют.

Спрыгнув с мантикоры, я полетел вниз сгустком тумана, и сходу вступил в бой на стороне Ирис.

Предназначавшийся ей удар стрелой пустоты разбился о встречный поток пустотной энергии.

— Глашатай! — радостно завопила безумная девица с магией пустоты.

Лидер группы противника сразу же обратил на меня внимание, и в мою сторону направилась жёлтая молния. Но я легко от неё уклонился и теневым шагом перенёсся к змею.

Тот выставил рядом магический щит. Сила змея была странноватой — она немного напоминала фрактал, но состояла из множества светящихся жёлтых треугольников. Но размышлять о этом будем потом.

Я бросил под щит, под ноги змею несколько шаров из чёрного льда, с заключённым внутри уплотнённым паром.

Серия паровых взрывов окатила врага шрапнелью чёрных осколков.

В рывке передо мной возникла высокая мускулистая чихара, защищая раненого лидера. Поспешила сероволосая — видимо лекарь отряда.

Мы схватились со зверянкой. Она размахивала двуручной секирой — я в ответ призвал чёрные мечи, и нырнул под замахом, атакуя снизу.

Зверянка ловко отпрыгнула, разрывая дистанцию, но получила удар обжигающим паром, а затем в её сторону полетел паровой шар.

Ирис и Кай тоже не стояли без дела. Ледяной воин перехватил инициативу, врываясь в бой с чихарой и давая мне возможность перейти дальше.

Магистр Призраков обрушила на змея всю мощь своей магии, и всю ярость. Пустотница рванула к ней, но я её перехватил в пути. Пустотник был самым опасным противником здесь для всех, кроме меня.

Аселла «Пустое сердце». Тёмная ворожея 369 уровня.

Её сбило с ног потоками энергии Стикса. Вторая гибридная стихия окутала её, разъедая экипировку «моросью потерь». Она попыталась отскочить пустотным рывком, но повалилась снова, зацепившись за обломок брусчатки. Сработало одно из проклятий способности.

На удивление вышло легко, как для принцессы безумия. Впрочем, она ещё не показала ни свою форму пустотного зверя, ни свою манию. А значит, обходится лишь базовыми навыками.

Не хочет повышать связь со стихией? Это странно.

Аселла… знакомое имя. Не о ней ли говорил Геннадий из Зоосада?

Ничего не понимаю…

Я воспользовался короткой паузой, чтобы посмотреть через инфо на главу змей.

Колдерус «Вещий», иерарх 351 уровня.

Как-то слабенько для целого иерарха.

Постойте-ка…

Колдерус!

Наследник пирамиды Ртути!

Воздух разрезала жёлтая молния, и в месте попадания вверх ударил поток крохотных жёлтых пирамид.

Я метнул чёрные сферы с заключённым в них паровым взрывом.

БАМ! — множественные хлопки снова заставили змея отвлечься от Ирис и обратить внимание на меня.

— Колдерус из пирамиды Ртути! — крикнул я, усиливая голос магией. — Ассалишшас, наследник Аурелуса Гибельного!

Маг замер.

— Ирис, стой! — крикнул я, и магистр меня на удивление послушалась.

— Замрите!.. — одновременно со мной отдал приказ змей.

— Может, поговорим? — с улыбкой спросил я.

— Откуда ты знаешь… это слово?

— Сказал твой предок, когда я проведывал его в пирамиде.

— Но… это невозможно… — змей выглядел растерянным. Как и его команда. Искажённый экспериментами маг в балахоне, сероволосая лекарь с кучей медицинских инструментов на поясе, воинственная мускулистая чихара… — Ты знаешь, что это значит, глашатай?

— Нет. Он просто просил передать тебе это слово. Сказал, ты сам всё поймёшь. Это не так?

— Просто, сейчас… Мы уходим, глашатай. Ты будешь нам мешать?

— Да уходи на здоровье. И крыс с собой забирай, с чихарами и пожирателями имени.

— Боюсь, могу отвечать только за свою группу, глашатай. Стеша, Хазара, Устишай… где Аси? — он обернулся в поисках подруги, но никого не увидел. Принцесса безумия исчезла.

— Аселла! — крикнул он, и перед ним вспыхнул чёрно-лиловый портал.

В грудь иерарха вошёл клинок пустотницы.

Пустотное марево смешалось с жёлтыми пирамидами и брызгами крови.

Змей с секунду смотрел на свою убийцу с неописуемым удивлением. Он будто не мог поверить ни в собственную смерть, ни в предательство.

— Я выполнила свою часть уговора, Вездесущая! — крикнула она, и с силой пнула труп командира в сторону Ирис.

Та вдруг истерично заорала, а по эмпатии ударило волнами неописуемого ужаса и отчаяния.

Аселла мгновенно перешла в форму пустотного зверя — жуткой, окутанной вязкой лиловой дымкой, лисицей. Глаза вспыхнули ярким потусторонним светом.

— Не-ет! Не-е-е-ет!! НЕЕЕЕЕЕТ!!! — из глаз Ирис ручьями потекли слёзы.

Она отползла от объятого пустотой тела змея.

Белая одежда Ирис начала тлеть и опадать клочьями гнилой ткани.

Запахло гарью и плесенью.

— СИН! УБЕЙ МЕНЯ!! — заорала магистр из последний сил.

Белое платье слезло копьями пепла и грязи, обнажая скрытую под ней идеальную фигуру девушки.

Фигуру, оплетённую множеством толстых цепей с огромным замком в районе груди.

И сейчас эти цепи на моих глазах медленно распадались, обращаясь в жёлтые пирамиды магии змея.

Думать не было времени.

Я теневым шагом оказался рядом с Ирис, но сделать ничего не успел.

В грудь прилетела волна чистой энергии пустоты.

— Добро пожаловать обратно, Чёрная Ирис, принцесса безумия и королева Утопцев! — рассмеялась Аселла двоящимся голосом, после чего развернулась и бросилась бежать, используя всю свою силу проклятой магии, чтобы оказаться как можно дальше отсюда.

31. Принцесса утопцев

У меня в голове горел лишь один вопрос.

Какого хрена здесь происходит⁈

Я решительно ничего не понимал кроме того, что всё это как-то выгодно и спланировано пустотниками. И это упоминание «Вездесущей»… Так иногда называли бездушную богиню, но в то же время эту регалию носила и Фхайрен. Я бы на такое совпадение не обратил бы внимания, но длинный драконий язык стал одной из причин падения домена Мрака. Почему она решила поделиться откровениями о своей личной жизни с Грейси именно сейчас, в самое неуместное для этого время? Чего хотела добиться? Куда делась потом?

Ирис упала на колени и сидела, глядя в одну точку. От цепей почти ничего не оставалось, и она выглядела беззащитной. Но в паре метров от неё ярко мерцал чёрно-лиловым пустотный барьер, который обернётся против любого, кто к нему приблизится.

Оставшиеся без лидера пособники змея будто поверить не могли в гибель своего командира. И правильно не могли — если пустотникам было выгодно убить этого змеёныша, значит я его воскрешу. Не на того напали!

Я протянул руку к телу Колдеруса, но в следующий миг с места сорвалась пустотная Ирис.

Остатки разорванных цепей висели на ней длинными лентами. Жёлтые пирамиды иссякли, оставив место лишь магии пустоты.

Ирис с немыслимой скоростью рванула ко мне, сходу занося превратившуюся в острую связку искорёженных клинков руку.

И в этот же миг перед ней оказалась Ласка.

Сталь звякнула о сталь, высекая искры.

— Делай, что должен, Син! Я задержу её!

Тень знала, что перед ней сильный противник, и сразу же обратилась к проклятой стихии, переходя во вторую форму. Я ничуть не удивился, что она была такой же, как и моя — пустотная мантикора.

Девушка послала волну чёрно-лиловой энергии, вынуждая Ирис разорвать дистанцию.

А я сосредоточился на исцелении.

Магия пустоты прошла через змея, но не она убила его. Он погиб чуть раньше от клинка в сердце. А затем через него пролетела проклятая сила, но транзитом, не исказив душу. Или он очень везучий, или Аселла специально подстроила всё так, чтобы по итогу змей выжил и даже не получил заражения пустотой.

Колдерус открыл глаза, увидел меня и шарахнулся прочь.

— Как лекарь, я бы не рекомендовал тебе пока сильно двигаться, — сказал я. Затем обернулся к Лесату. — Возвращайся в домен и веди подкрепление. Мы не имеем права потерять этот домен.

Друг кивнул. Примерно в это время неподалёку раздался хлопок парового взрыва и лязг металла.

— Ты спас меня? Где Аси? Ничего не понимаю…

— Я тоже, приятель, но если пустотники что-то делают, считаю своим долгом испортить им планы, — я протянул ему руку, помогая подняться.

Змей очень неохотно её принял.

— Если ты сможешь убрать хоть какую-то часть ваших из города, я буду тебе благодарен. В остальном — свободен. А мне нужно помочь одной сбрендившей волшебнице…

— Значит, ей нужна была моя кровь… — начал что-то осознавать Колдерус, но я его уже не слушал.

Ласке с трудом удавалось сдерживать Ирис. Третий по силе магистр в городе, обзаведясь магией пустоты, стал настоящим монстром, и каждая секунда сражения давалась Ласке с большим трудом.

Вмешался я очень вовремя — в тот момент, когда насыщенная магией цепь с силой хлестнула тень, отбрасывая к стене дома. Осталась заметная вмятина и потёки чёрной навской крови.

Ирис прыгнула, чтобы добить, вновь превратив левую руку во множество сросшихся лезвий, но я уже был рядом и с силой врезался в неё плечом, наспех покрытым чёрным льдом.

Заряд целительной магии в сторону Ласки и сразу же мерцание за спину подскочившей Ирис.

Её защитили ожившие цепи, среагировавшие раньше хозяйки. Со звоном клинки высекли искру. Я отпрыгнул назад и едва не попался в ловушку — прямо подо мной она призвала полупрозрачную искажённую пустотой рыбу.

Помогла форма тумана, а затем я завис в воздухе на стихийных крыльях. Теперь я тоже перешёл в форму пустотного зверя. Характеристики подлетели вверх, как и скорость реакции.

Ирис взмахнула рукой, и в мою сторону полетели собиравшиеся изо льда метательные ножи, звёзды, дротики и вообще всё, что могло летать.

На этот раз я мерцанием ушёл в сторону, но слишком поздно. Парочка ножей меня задела в плечо.

Из тумана вылетела Ласка, с яростью принявшись рубить цепи чёрными клинками. Это дало мне время вырвать из себя оружие и сразу залечить рану, после чего я вновь устремился к Ирис.

Она ловко отмахивалась цепями от клинков тени. Сама Ласка пыталась хитрить и чередовать удары клинком с чёрными шарами парового взрыва. Но Ирис уже выучила этот приём и легко уворачивалась.

На этом тень её и подловила — и когда та отпрыгнула в следующий раз, оказалась ровно там, куда за миг до этого метнула слезу теней Ласка.

Следом в грудь Ирис прилетел мощный заряд усиленной пустотой хищной тьмой.

— Ваш дом͇ͣ͞ ̶͖ͮ—̴̖̉ ͔̓͡Н̢͖̒А̉҉̟ ͖͓ͩ͒͠͝Д̧̪̣̋̽͝Н̠͉ͨͪ̕͠Е̶̡̰̮͋ͧ!̴̗͓̑̍͢ — крикнула двоящимся голосом Ирис, переходя во вторую пустотную форму. И ей оказалась… другая версия саарны. Зверь пустоты у девушек оказался одним.

Кожа Ирис потемнела, создавая заметный контраст между серостью и белоснежной рекой длинных волос, через которые наверх устремились два ветвистых мерцающих всеми оттенками фиолетового, рога.

Ласка продолжила натиск, но в ответ получила по щеке удлинившейся цепью, а затем ещё две воткнулись ей в живот смертоносными крючьями.

Хладнокровие быстро сменилось яростью пустотной мании, и вместо очередного набора взрывавшихся чёрных сфер до Ирис дотянулись сон разума, крах реальности и долина отчаянья. Полный набор, так сказать. Жаль, навыки Стикса более ситуативны и кроме мороси ничего сейчас не подойдёт.

— Я сотру вас всех! Всех кто причиняет нам боль!! — закричала двоящимся голосом Ирис, ещё глубже погружаясь в манию.

Вспомнилась Ласка в момент своей первой одержимости. На неё тоже сопротивление действовало, как красная тряпка на быка.

Мы столкнулись — два призванных чёрных клинка отбили летящие ко мне цепи, позволив подобраться чуть ближе и обратиться к Нефтис:

— Познай ПОКОЙ! — крикнул я, но в последний момент она перехватила мою руку, резко потянула на себя и попыталась насадить на торчащие из её тела куски мечей.

Паровой взрыв. Ласка на миг отвлекла Ирис, а затем в бок обезумевшему магистру прилетел пиробласт, оставивший за собой след из золотых пирамидок.

В последний момент заклинание сбили метнувшиеся навстречу ему цепи. Послышался громкий хлопок. Ирис отскочила.

Змей! Какого хрена он влез⁈

Но главное — он был на нашей стороне.

Ирис обратилась потоком воды и устремилась к нему. Колдерус оказался к ней сейчас ближе всех. Но за пару метров до него магистр столкнулась с едва успевшей собраться в последний момент магической защитой.

Она что-то нечленораздельно провыла от досады, после чего налетела на защиту вновь, и на сей раз — разлившись ожившей лужей.

Мелькнула волна огня, отбросившая прорвавшуюся бестию, в которую превратилась Белая Ирис. Но когда жёлтый свет развеялся, я увидел, что змей сжимает обрубок руки и едва держится на ногах. От раны вместе со сгустками крови вверх потекли золотые пирамиды.

Второй жертвой стала Ласка. Ирис собралась из едва заметных крупиц воды и ударила цепями. Тень парировала клинками, но лишь сверху. Ещё две цепи обхватили её за ноги и подняли над землёй.

Я метнул Ирис в спину шарики с паровым взрывом, не позволяя нанести последний удар.

Затем — активировал облачные владения. Давно пора было это сделать.

Вся влага вокруг стала потенциальным источником каста, и я принялся без остановки атаковать магией и в рукопашную. Кошачьи рефлексы, усиленные пустотой, позволяли уклоняться и наносить удары не задумываясь.

Но стоило мне только начать видеть скорую победу, как Ирис вдруг ударила вокруг себя усиленной пустотной энергией волной, перехватывая контроль над маной в области. И я узнал характерные движения активации владений воды.

Воля столкнулась с волей, а мания с манией. Ирис была лучшим контрольщиком в городе, но и я считал контроль маны сильнейшей своей стороной. В последнее время я даже о заклинаниях не задумывался, полагаясь больше на него и создавая нужную магию на ходу.

— Это Танатос! — воскликнула Ласка.

В углу зрения увидел зелёную вспышку от уходившего на свой план огненного коня.

Я напрягся, не позволяя Ирис отвлечься от схватки.

Магистр сделал шаг к идущему бою. Происходящее если его и удивило, то он этого не показал.

— Ты!! — рыкнула магистр Призраков, как только увидела нового противника.

Затем она вдруг резко наклонилась и ударила обвязанной цепями рукой по мостовой, а через миг лес окутанных лиловым маревом цепей вырвался из под ног у рыцаря смерти.

Зловещей зелёной вспышкой он оказался рядом с Ирис и попытался вырубить эфесом меча.

Пустотница распалась на множество режущих потоков воды, и пронеслась через магистра. Тот попытался уклониться, но правая рука всё равно взлетела в воздух отдельно от тела.

Танатос лишь хмыкнул. Из обрубка вырвалось зелёное пламя, собралось по форме руки скелета, а затем вдруг повреждение полностью восстановилось. Даже чёрная мантия вернулась на место.

Он требовательно поднял руку, и выпавший клинок вернулся в неё.

Тан улыбнулся.

Вспышка пламени за его спиной и вынырнувшая из капель воды Ирис, превратившая свою конечность в сросшиеся лезвия, натолкнулась на шесть серпов, сжимаемых уже шестью руками Танатоса. Магистру потребовалась всего секунда, чтобы разделить свой клинок на магическое оружие Мортис и отразить атаку.

Серия быстрых обменов ударами заставила Ирис отступить, но в отместку она послала волну воды со стаей искажённых пустотой пираний. На это Тан ответил волной магии смерти, разом прикончив призванных тварей.

В теневом рывке за спиной у пустотницы выскочила Ласка, всаживая «слезу теней» ей в плечо. Так, чтобы гарантированно не убить, но лишить магии.

А затем рядом с ней оказался я.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её!

Ирис осела, утратив всякий боевой пыл и уставилась в пустоту перед собой.

Я оглядел поле боя. Увидел позабытого за всем происходящим Кая. Младший магистр был жив, но выглядел очень паршиво. Впрочем, мелочь для целителя моего уровня. Я даже не задумываясь отправил пакет целительных и обезболивающих чар.

— Магистр! — начала доклад Ласка. — Домен осаждают пожиратели имён, а внутри — вторжение крыс… хотя сейчас они уже ушли…

Девушка выглядела немного растерянной и оглядывалась.

— Здесь была пустотница, — сказал я. — Видимо, сумела сбежать во время зачистки сумеречного рынка. Она что-то сделала с Ирис. Похоже на третью стадию пустотного заражения.

— Она просто разрушила сдерживающую печать Ректора, — с ноткой печали ответил Тан. — Ирис всегда была пустотником.

— Всегда? — удивился я. — Она же их ненавидит! Или… постой, это и есть её мания? Ненависть к пустоте?

— Осуждаешь меня? — тихо спросила Ирис. Она начала приходить в себя, но не пыталась сбежать и даже не касалась пьющего ману кинжала. — Считаешь меня лицемеркой?

— Нет. Считаю, что тебе пришлось очень нелегко, — ответил я. — Мне жаль.

Повисла пауза. Ирис застыла, будто боялась пошевелиться.

Но это был честный ответ.

Эмпатия не позволяла солгать ни мне, ни ей.

В этот момент сердце болезненно сжалось от чужих эмоций.

Нет, её мания была в ненависти не к пустоте, а к самой себе…

— Однажды я попала в лапы таким, как они, — тихо сказала она, после долгой паузы. Не оборачиваясь и уставившись в камни под ногами. — Сперва меня просто насиловали. Затем, когда поняли, что мне уже всё равно, начали пытать. Попытались изуродовать. Когда поняли, что я уже не реагирую и на это, они начали по кусочкам жрать мою душу, отравляя пустотой. Чтобы я стала одной из них.

— Они были одержимы?

— Нет, Син. Они просто охотились. Им нужно поглощать эмоции и души, чтобы сохранять подобие нормальности в людных местах. Чуть позже, когда я стала главой домена и получила этот артефакт, замóк пустоты, я узнала, что такие случаи — норма, когда речь заходит о пустотниках. Им плевать, что делать с жертвой, лишь бы она испытывала как можно больше страданий. Плевать кто я и как выгляжу…

— Я могу забрать твою память, — предложил я.

Ирис вздохнула.

— Со мной это не сработает. Пустота всё равно её вернёт, чтобы продолжать меня мучать кошмарами вечность… Лучше бы вы просто меня убили. От пустоты не существует лекарства. Тан…

— На самом деле, есть один способ… — тихо сказал Танатос.

Белая Ирис затаила дыхание. В глазах стояла отчаянье и мольба.

— Я могу тебя отравить в один адский мир, в котором тебе придётся без остановки сражаться за свою жизнь, — продолжил магистр Смерти. — Ты потеряешь память и будешь выживать в ужасных условиях. Но… ты излечишься от пустоты.

— Это… правда? Ты действительно можешь сделать такое? — Ирис вложила максимум недоверия, с нотками прежнего превосходства.

— Могу, — кивнул Танатос.

— Но… как? Что нужно для этого сделать?

— Ничего. Когда окажешься там, тот мир пересоздаст тебя заново. Ты станешь обычным человеком без способностей и навыков. Ты даже не будешь помнить своё имя. Возможно, именно поэтому ты и потеряешь связь с пустотой. Я не знаю как, но таково было одно из правил того мира. Такой себе парадокс.

— Что это за мир? — в голосе Ирис не было страха, лишь мольба и надежда.

— Тот мир, он как чистилище. В нём собрано всё самое жуткое, что было создано корпорацией в подлунных мирах для проведения Ивентов. Вообще, туда лучше не попадать, но… он позволяет очиститься от всех грехов. Однако он же может сломить значительно раньше. Дальше все будет зависеть уже от тебя. Решай.

— Откуда ты знаешь всё это?

— Я один из разработчиков, Ирис. Пожалуй, теперь я могу тебе это сказать. Поэтому Ректор приблизил меня к себе и сразу же выдал башню. А не потому, что я для него дрессирую пустотников, как ты думала. Так что, ты согласна?

— Если так то… да. Я… согласна, — мрачно сказала Белая Мать Ирис.

— Тогда сейчас… — Тан уставился в пустоту перед собой, видимо закопавшись в инфо.

— Тан, если такое место существует, то мы с Лаской тоже могли бы…

— Нет, — оборвал меня магистр. — Боюсь, с вами сейчас так не выйдет. Вы вписаны в картину мира, как часть пророчества. И пока оно не пройдёт все положенные ему этапы, я не смогу вас никуда перенести.

— Погодите, магистр, не нужно! — послышался голос Кая. Его перспектива лишиться Белой Матери Призраков повергла в ужас. Да и как тари, я понимал, что дело не только в этом. Хотя едва ли парень сам осознаёт свои чувства.

Магистры недовольно посмотрели на младшего, но тот выдержал тяжёлый взгляд мастера Смерти.

— Я могу себя контролировать, только пока этот кинжал пьёт мою силу, — мрачно сказала Ирис. — Но скоро артефакт насытится. У меня была всего одна жизнь, благодаря сдерживающим цепям. Теперь у меня их больше нет…

Фигура Ирис стала светлеть, а затем — принялась распадаться на части. Маленькие клочки светящейся белой материи, устремившейся к каменному небу Подземья.

— Её… больше нет? — послышался полный боли голос Кая.

— Если хочешь отправиться следом, обращайся после штурма, — не глядя бросил Танатос. — Это не бесплатный процесс…

А затем он поднял голову на раненого змея. Вернее, сейчас тот уже был здоров — стараниями седой целительницы из его отряда.

— Син, ты поймал змея? — насмешливо спросил Тан. Его дальнейшая судьба Ирис не сильно заботила.

— Сложно сказать… — потянул я. — Он обещал увести своих людей за собой. Верно, Колдерус?

— Нет, — удивил он. — В моём подчинении только моя группа, глашатай. Это ничем не поможет твоему городу. К тому же… ты сам отрезал мне такой путь.

— Чем же?

— Ассалишасс — значит наследие по праву кровной мести, — мрачно сказал иерарх. — Я получу все тайны и силу пирамиды Ртути, если отомщу за бывшего главу рода.

— Так в чём проблема? — спросил я.

— Пирамиду Ртути разрушил первый иерарх Фантомус…

А затем по эмпатии ударило сильнейшим страхом, граничащим с неописуемым ужасом.

Я даже не сразу понял, откуда он исходит, настолько невозможным показался ответ.

На лице у наставника Танатоса, магистра башни Смерти, генерала Доминиона и самого могущественного воина города, проступила вся гамма несвойственных ему чувств.

Отчаянье.

Неописуемое отчаянье, смятение, непонимание, нежелание осознавать истину.

По эмпатии буквально било волнами боли и страха.

Танатос смотрел расширившимися глазами перед собой, будто получая невидимое послание.

И вдруг, ничего не объяснив, сорвался с места, на ходу призывая пылающего коня.

Интерлюдия: штурм ½

Аселла пересекла последний рубеж, разделявший домен Призраков и мир Клеток.

Оставалось лишь надеяться, что Фхайрен теперь оставит её в покое. В подачки от неё верилось слабо. Дракон думала исключительно о себе, а всё остальное — лишь обстоятельства.

Но чего она добивается? Полностью план никак не вырисовывался в её голове. Да она и не старалась много об этом думать. Как и многие пустотники, она всего лишь пыталась выжить, вместе с тем подражая своей истинной госпоже.

Правда, в пророчество ей верилось слабо. Освободить Ирис от печати — нанести не смертельный, но очень сильный удар по Доминиону. Она была одной из сильнейших и старейших его магистров. Та, кто знал больше всех секретов этого города, и кто унёс их с собой за грань безумия.

Второй раз после такого печать ей не наложить.

Аселла вытащила из инвентаря и надела крылья тари, и прыгнула в черноту мира Клеток. Теперь оставалось только найти островок и собрать там ритуальную сферу. У неё осталось ещё полно маячков Тахиона по всему городу. Благодаря им она сможет сама увидеть, чем закончится эта история и как исполнится пророчество о возвращении истинной госпожи.

Через разбитые врата домена Мрака в город вошёл высокий тощий разумный.

Одет он был в непримичательную облегающую чёрную мантию, напоминающую удлиненный деловой костюм. Из всех артефактов лишь пара больших перстней на правой руке и магический усилитель на пальцах левой. Два связанных цепью широких золотых кольца, охватывающих большую часть среднего и безымянного пальца.

Куда более примечательным было его лицо. Абсолютно лысое, лишённое бровей и с неестественным сине-зелёным окрасом кожи.

Фантомус, «Похититель форм», иерарх 3007 уровня.

У него не было сопровождения — монстры и ответственные за них маги уже продвинулись дальше. Сейчас бой шёл на рубежах доменов механистов, книжников и хаоса. Он не нуждался в броне — эту роль выполняли формы. Не нуждался и в магической защите, как и в привычной магии — вместо этого стихии сами стремились выполнить волю обладателя практически всего спектра зелёных цветов.

Первый среди змей, хотя сам он себя уже давно перестал считать асу. Первый иерарх стоял выше, на одном уровне с сильнейшими существами этого мира — Ректором и основателем Тиши. Таких, как он, уже сложно было назвать смертными. Фактически, Как и Нархаармис, он мог бы считаться богом.

Именно существа с такой силой, а по факту боги, и сражаются на каждом этапе меняющей вселенную битвы магов. Последняя такая битва завершилась разрушением целого мира под названием Зехир, который теперь представляет собой лишь облако островов в космосе.

Однако до этого пока ещё далеко. Сперва нужно было избавиться от главного конкурента за власть. Древнее зло, что уже свыше миллиона лет наводит ужас на Мельхиор. В вопросах власти Фантомус оставался истинным змеем, всегда ставя её во главу угла.

Он остановился, сделав несколько шагов внутрь Доминиона. Шумно вдохнул воздух, пытаясь ощутить вкус грядущей победы. Все фигуры были расставлены по местам, а город складывался, словно карточный домик. У него была тысяча лет, чтобы просчитать все способы взять город силой.

Наивный иллитид не знал того, что знает каждый асу с рождения — готовься к войне с союзниками до того, как они перестанут ими быть. Потому в городе было столько закладок, что хватило бы захватить его дважды.

Правда, действия глашатая и вмешательство божественной магии сильно урезали их количество. Но для захвата крепости всё ещё хватало с избытком.

Здесь вопрос был скорее в том, чтобы сделать это быстро. Для этого и потребовался союз с Тишью.

Однако самым сложным было вовсе не это. Самое сложное лежит впереди — академия будет в его руках лишь тогда, когда падёт её Ректор.

Собиратель форм вдруг резко расставил руки, и из них вытекли две светящиеся субстанции. Правая после этого начала быстро разбухать и увеличиваться в размерах, пока не превратился в огромного трёхглавого зелёного дракона. Второй же сгусток обратился гигантским удавом.

Змей ринулся на своего создателя, плотно опоясывая кольцами, будто живой бронёй, а сам Фантомус поднялся над землёй и медленно перелетел на крылатое чудовище.

Оттолкнувшись от земли, он взмыл вверх, в мир клеток.

Иерарх Зармус стряхнул кровь с клинка.

— Ну вот, одним вашим магистром стало меньше, — ухмыльнулся он.

Это была отличная возможность вернуть себе подорванную провалом с Тиарой репутацию, и пока что всё складывалось как нельзя лучше.

Нападения с этой стороны никто не ожидал. Узкая тайная тропа вдоль берега, которая привела их в тыл города и позволила взять штурмом домен Ветра. Сопротивление оказалось смешным. Ворота удалось взять штурмовыми химерами, не прибегая к медлительным таранным, которые всё равно бы не прошли через ворота.

— Ну что ж, Илос, был рад сражаться с тобой плечом к плечу, — тяжело вздохнул магистр Заркфейн.

— Это из-за змей погибла Аллина… — мрачно бросил в ответ магистр Ветра. — Так что я буду биться до конца.

— Ха, как будто у нас есть куда отступать. Северные тропы к городу и два домена уже были под их властью. И ничего хорошего впереди не предвещалось.

Змей усмехнулся, так и не дождавшись ответа.

Подняв руку, он указал на двух магистров, стоявших спина к спине.

И в тот же миг волна тварей накрыла обоих.

Охрана ветра отбросила всех, кто попытался их настигнуть в прыжке. Но было множество и пеших монстров.

Заркфейн выхватил меч и бросился на ближайшего противника — гуманоида со щупальцами вместо ног. Тот ловко увернулся и контратаковал сдвоенным ударом сабель. В тот же миг в его сторону устремилась парочка смертоносных заклятий, но защиты антимагии устояли. Глава отрицателей понял, что это его шанс, и на ходу ударил размахом, веерным взмахом клинка, позволяющим поражать сразу несколько целей.

Но ничего не вышло.

Антимагия, ловкость и крепкая броня помогли ему обойти клинки монстров и не попасться под смертоносную магию. Но в самый последний момент змей сам вдруг устремился ему навстречу, на ходу призывая из инвентаря солнечный посох.

Древний артефакт падшего бога солнечной власти позволял концентрировать энергию и усиливать без того неслабые заклятия. Почти в упор магистр Отрицателей получил мощный заряд концентрированной солнечной энергии. Он был хорошо защищён от магии света, да и сам отчасти принадлежал к этой стихии. Но сила была настолько огромна, что его отбросило, пробив броню и оставив глубокую рану, на груди.

Магистр Илос остался последним защитником домена. И он знал, что у него нет ни шанса. А потому улыбнулся и произнёс:

— Я иду к тебе, Аллина!

И пространство разрезал поток мощнейшего заклинания ветра, сплетённого сразу из трёх составляющих. В последний момент он решился проверить свою старую задумку, которую можно было применять лишь зная, что тебя возродят в башне. И в самом безысходном, последнем случае.

Буря потерь, ветер разрушений, уничтожающий всё на своём пути, заповедник летающих зданий, легендарное заклинание, позволявшее поднимать в воздух целые дома и держать там годами. И наконец, боевое торнадо, смешивающего всё это в способность, которой он сам ещё не придумал даже рабочее название.

— Это ещё что за… — начал было змей, когда его неразрушимый легендарный посох треснул, и от управляющего контура в навершии откололся большой кусок, сразу же унёсшийся в притягивающую всё к себе бурю.

Зармис только начал осознавать, что случилось нечто плохое, когда из посоха ударил луч его собственного потока энергии света, мгновенно испепеляя мага.

Спустя миг на территории домена не осталось ничего живого, а ближайшие метров пятьсот от сражения была выжженная воронка, в центре которой лежал надломленный «луч Эхмеи».

А спустя ещё минут десять в город вошла резервная армия химер во главе с резко повышеным в звании змеиным магом. Он улыбался — только что в его руках оказались и власть, и заслуги победы, к которой он не приложил ни пальца.

Среди асу с детства поощрялось любое стремление к власти.

— Отступаем! — приказал Феникс Искрам. — Два соседних домена пали. Теперь нас гарантированно окружат и прикончат!

— Ты прав, — вздохнул Доркус. — А жаль. Всё ведь так хорошо шло…

Перед группой элитного спецподразделения Доминиона валялись горы тел изрубленных и исковерканных магией тел.

— Вот потому оно и шло легко — твари уже давно лезут через другие щели, а мы сражаемся со слоупоками и аутистами среди монстров.

— Феникс, ты ранен! — воскликнула Норфи и сразу же призвала огонёк целительной магии земли.

— Ерунда, — отмахнулся огненный маг.

— Куда двинем? — Спросил Нук. — Приказов от Тана почему-то до сих пор нет.

— Тут как раз просто — идём к хаоситам, — вмешался Жан. — Они единственные ещё держатся в этом секторе города.

— Домен хаоса хлипкий. Он держится только за счёт своего местоположения, — задумался Феникс. — Но думаю, ты прав. Потом подумаем, куда дальше.

— Дор, можешь послать вестника Тану? — спросил Жан.

— Уже посылал. Никакого ответа.

— Что могло с ним случиться?

— Когда что-то серьёзное случится, будет оповещение, — хмыкнул Феникс.

И будто накаркал — в следующий миг перед лицом мелькнули неприятные строки.

Скорби Академия! Магистр Отрицателей Заркфейн, дознаватель 447 уровня пал.

— Накаркал, — повторила его собственные мысли эльфийка Норфи.

— А я-то причём здесь…

Скорби Академия! Магистр Ветра Илос, дознаватель 351 уровня пал.

— Значит, на севере тоже жопа, — скривился Доркус.

На горизонте из-за тел дохлых чудовищ внутрь города тащились новые монстры.

Однако сражаться с ними в планы присутствующих уже не входило.

Вся компания принялась призывать магических питомцев или навыки полёта и подниматься вверх. Домен Бездны для города был потерян.

Острову из меди и стали не впервой было встречать незваных гостей. Во время фрактальной чумы и осады города тварями, здесь был самый яростный очаг сопротивления, с которого началось тогда возвращение домена.

Сейчас вместо упырей по цепям снизу карабкались монстры, а по кругу действовали на нервы чихары. Они не сближались, но и уходить не спешили, изредка поливая защитников стрелами и метательными ножами, чтоб те не расслаблялись и не подходили слишком близко к обрыву, сбрасывая тварей вниз.

Сугрис завис, левитируя в окружении химер. Он мрачно размышлял, наблюдая за тем, как его слуги проверяют защиту на прочность. Могучий Сугрис пусть и уступал силой владыке, сильно превосходил его в опыте, в том числе и в боевом. Помимо функций верховного химеролога, он был ещё и генералом змеиной армии.

Начальник тайной канцелярии уже должен был покончить с мелкими доменами и войти в тыл города. Наверное, самое время послать на штурм основные силы. Примерные уровни и набор заклинаний у местных он успел оценить.

Но в следующий миг перед его глазами мелькнуло зловещее оповещение, которого по плану не должно было быть.

Верховный Иерарх Золотой Пирамиды 778 уровня повержен!

Это заставило Сугриса остановиться.

Что это может означать? Ректор перебросил туда основные силы? Ещё десять минут назад Зармус через зеркало говорил, что взял башню, и подавляет последнее сопротивление. Что могло пойти не так? Контратака?

Иерарх вновь связался с разведкой. Шпионы в виде чихар в домене повторили всё то же, что и пол часа назад. Противник за это время не сделал ничего нового. Лишь продолжал укрепляться и готовиться к неизбежному прорыву в город. Враг даже не сомневался в том, что защита первой линии по краю острова не выстоит.

Помнится, во время штурма орденом Тиши было так же. Тогда отбиться удалось уже на улицах города. В этот раз они планируют нечто подобное, а значит внутри домена химер ждёт котёл.

Ну, их не жалко. Пушечного мяса было полно.

Что ж, заставим их показать свои козыри — с едва заметной лёгкой улыбкой подумал иерарх.

Послышался утробный рёв крылатых червей. Короткие волосы иерарха растрепались в порывах поднятого ими ветра. А химеры продолжали вылетать одна за другой.

Иерарх Сугрис сам выводил каждую из них и знал их возможности лучше всех остальных асу вместе взятых.

Город огласился криками. Маги и лучники начали обстрел крылатых монстров, но было уже поздно. Предназначение этих созданий было лишь в том, чтобы оказаться над городом.

Первые две твари снизились, и выдохнули потоки зелёной слизи на город. Слизи с крошечными комочками личинок, которые были намного опаснее материнской особи. Те, кто проживут хотя бы минуту — превратятся в боевых пожирателей роя. А вкусив чужой плоти — смогут переродиться крылатыми убийцами, а там и до новой материнской особи с роем недалеко.

Немного портили картину только всполохи огненной магии. Она была совсем не уместна, и Сугрис отдал ментальную команду скарсов. Эти маленькие создания, которым иерарх добавил крылья, выпускали токсин, реагирующий с кислородом, лишая магов огня любой магии, кроме контактной. Не говоря уж о том, что дышать в присутствии скарса невозможно в принципе.

Затем Иерарх отдал третий приказ, и пользуясь тем, что рубежи домена обернулись назад, обороняться от личинок, отправил в бой три боевые химеры элитного класса. Они даже обладали зачатками разума и могли командовать другими видами монстров с помощью слабенькой псионики. Они отлично подойдут для завершающего штриха, прикончив местных магистров.

Последовала серия взрывов. Вверх над городом взметнулись столбы магического огня. В ход пошла тяжёлая артиллерия. Но как Сугрис и рассчитывал, шума было больше, чем реального толку.

Однако на сцену вышли магистры. Главу домена, кажется, звали Накх. Взял себе имя в честь класса. И что только творится в голове у этих хаоситов?

Рубеж был прорван. Боевая троица химер бросилась на мелочь. В этом была главная задумка — пока сильные бойцы сражаются с личинками и пожирателями, химеры устраивают бойню среди низкоуровневой массы.

Кажется, с этими покончено. Теперь пора собрать трофеи с их лидеров и атаковать домен Знаний уже с двух сторон. Правильней было бы, конечно, заняться этим уже сейчас — на поле боя уже и так было всё ясно. А мародёрство — недостойное занятие для верховного иерарха пирамиды. Но Сугрис был в первую очередь воином, и он привык поступать, как воин. А в бою трофеи — это святое.

Медленно пролевитировав на чистой силе к острову, он приземлился рядом с валяющимися на земле трупами. Затем рядом с ним приземлилась ещё одна боевая химера — личный страж, не сильно уступающий самому иерарху.

Магистр Хаоса встретил врагов там же, где некогда встречал функционера, а затем схватился и с принцем безумия. Как иерарх и планировал, лидер противника лично вмешался в сражение. Результатом стала одна дохлая химера. Ещё одна сейчас сражалась с ним. Третью Иерарх ощущал где-то ближе к восточной части острова.

Накх призвал рой щупалец, чтобы задержать химеру, но та ловко увернулась, и прыгнула в его сторону. Здесь чудовище ждала ловушка в виде затаившихся отростков хаоса, которые на этот раз не упустили свою добычу.

Следует отдать врагу должное, он сумел удивить. Но жить ему всё равно осталось не долго. Иерарх Сугрис отдал приказ своему стражу броситься в бой…

Существо, до этого напоминавшее бесформенный овал на ножках вдруг рвануло с места, вытягиваясь в длинную многоножку с десятками подобных лезвиями лап.

Магистр вновь удивил — сперва сработала ещё одна скрытая техника, и тварь попытались поймать щупальца, так же как и химеру, но острые лапки легко разрезали их в фарш и сразу же впились в магистра.

Но Накх использовал какую-то способность хаоса, возродившего его в паре метров от рассыпавшегося огненным росчерком тела.

Путы, удерживающие первую тварь тоже исчезли, и она вырвалась на свободу. Магистр остался один против них. И хотя он явно проигрывал даже его сторожевой химере в одиночку…

Мелькнуло нехорошее предчувствие.

Сугрис сперва не понял, с чем оно связано. По слухам, Накх был гением и считался одним из самых таинственных магистров Доминиона. Очень многое в его жизни было покрыто мраком. Иерарх не поленился перед штурмом найти время на изучение досье на каждого из магистров города. О нём там было меньше всего информации. Меньше разве что о магистре Крови, но он был всего лишь младшим, и не заинтересовал Сугриса.

А затем предчувствие обрело почву в странности.

Тела. Рядом не было тел!

Логично, что пережил нападение на химер, специально призванных именно на убийство магистров, сильнейший из них здесь. Но почему тогда рядом нет тел? Он же не отправился сюда один, ведь так?

Опытный боевой маг, химеролог и воин, которому было уже несколько тысяч лет, не мог не почувствовать сгустившиеся потоки маны.

Он развернулся, успел увидеть искажение потоков, осознать, что угодил в ловушку, и коротким порталом перепрыгнуть на крышу соседнего дома.

— О, гляди ка, не успели мы появиться, как от нас иерархи бегут! — хохотнул Жан.

— Ты проверь, не вступил ли в кирпичный домик. Стоишь как раз там, где был он, — ответил ему в тон Доркус.

Искры…

Спецотряд элиты, подчинённый генералу Танатосу. Каждый по силе — младший магистр.

Зубы скрипнули от злобы и досады. Не на врага — на самого себя. Сугрис был перфекционистом, не допускавшим ошибок и не щадивший за них даже собственное тело. Сегодня после боя он накажет себя за это. Но сначала…

Многоножка резко развернулась и прыгнула на нового противника.

Тварь ещё больше вытянулась, вбирая ману хозяина. Теперь она уже достигала шести метров в длину и двух с половиной в ширину, а каждая лапа теперь была полноценной саблей по метру каждая. И тварь не собиралась прекращать расти даже в бою.

Отлично. Самое время отступить и задавать их числом. Сугрис не прожил бы столько лет, если б не соблюдал осторожность.

Змей поднялся над крышей и быстро полеветировал прочь из домена.

Однако не успел он добраться до края локации, как прямо перед ним вдруг взметнулся лес щупалец.

Иерарх резко отскочил, развернулся и встретился взглядом с магистром Накхом.

— Ну куда же ты? Мы ведь только начали!

— Ничтожество, — сплюнул Сугрис.

Из его ладони показался клинок из чистой плазмы.

Пожалуй, разобраться с ним, пока на подмогу не пришли искры, будет рациональней.

Накх был на крыше соседнего дома. Он резко опустился и ударил руками о черепицу, активируя порталы перехода.

Битва саммонеров началась.

Иерарх призвал в ответ из инвентаря двух метаморфов. Этих слуг он создавал как раз на такой случай и держал при себе в виде предметов.

Призванными тварями оказались девы хаоса. Два монстра скромного двухсот пятидесятого уровня, но с рядом очень неприятных способностей.

Одноглазые серокожие девушки синхронно бросились в бой. Оттолкнувшись щупальцами за спиной, они стремительно сокращали расстояние. А их хозяин тем временем уже звал нечто побольше, требующее длительного каста.

Оба кинжала нашли свою цель ещё в полёте. Девы хаоса приземлились на крыше, не заметив ранения, и ударили чистой энергией стихии, собранной вокруг кулаков.

А затем вдруг вытянулись, болезненно взвизгнули и повалились с крыши вниз.

Вторым призывом был червь, чем-то напоминавший его любимую многоножку. Сугрис направил на неё плазменный меч, и тот выстрелил лучом чистой силы, прорезая тело чудовища насквозь с расстояния десяти метров.

Третьим призывом стали многоглазые вороны. Слабенький саммон, подходящий больше мешать, чем всерьёз причинять вред.

Он что, задумал его измотать, и просто применяет одну способность за другой?

Из-за края крыши перед магистром вылезли две девы хаоса, и сходу набросились на своего бывшего хозяина.

На миг тот опешил, пропустив сильный удар грудь. Но удивление на его лице быстро сменилось решимостью. Из боков дев хаоса вырвались две лапы-сабли, а тело стало покрываться хитиновым панцирем. Метаморфы уже завладели ими, и начали перестраивать тела под себя.

Впрочем, он быстро оправился, и спустя миг обе девы были уже окружены плотным кольцом растущих из крыши щупалец.

За спиной у Накха поднималось пульсирующее чёрное сердце со множеством мелких отростков.

А вот это уже было серьёзней. Сердце тьмы, названное так кем-то по глупости. На самом деле оно являлось порождением хаоса, и весьма нехилым.

Сам магистр переместился на другую крышу порталом, и принялся там призывать новую бестию.

Неужели он и правда решил просто забросать иерарха мелочью? Всё же в сравении с ним серьёзным противником всё таки не был никто.

Сугрис послал испепеляющий луч плазмы в следущую цель, даже не глянув, кого ещё призвал магистр. Но тот не унимался, и продолжал вызывать чудовищ.

В конце концов, ему это надоело — враг явно затягивал время. Скорее всего просто пытается задержат до того, как вернутся искры. Вот только химера была всё ещё живее всех живых и подыхать не собиралась в ближайшее время точно. Ментальная связь с существом работала без сбоев.

Потому иерарх принялся рубить стену из щупалец, какой хаосит пытался перекрыть дорогу из домена. Те почти сразу отрастали, и блокировали прямой переход порталом. Но иерарх всё равно был быстрее.

Однако в последний момент из щупалец поодаль собрался проклятый хаосит, и сходу приказал всей стене перейти в атаку, и сам он тоже бросился в ближний бой. Правда, он успел лишь один раз взмахнуть зачарованным мачете, прежде чем его срезал луч плазмы.

«Маг хаоса жив, пока живо хоть одно призванное им щупальце» — основное правило битвы с призывателями этой стихии. Сугрис знал это, потому и не спешил добивать сейчас Накха — он-то легко с этим справится, но время… Где искры, там и Танатос. Из ловушки нужно выбираться. Это рационально.

Иерарх отскочил от опасной стены, выйдя порталом по центру небольшой площадки между домов. На крышах сейчас валялось столько убитых им тел хаотической нечисти, что легко заподозрить ловушку на каждом.

Скорее всего, там стоят «произрастание» и «излом выжидания». Обе способности были известны иерарху, да и сам Накх неоднократно их уже демонстрировал.

Вот только додумать эту мысль дальше он не успел.

Едва его ноги коснулись медного пола домена, как послышался глухой но громкий удар колокола и карканье воронов.

Иерарх посмотрел в небо. Рыжее небо схаотичными серыми тучами, летавшими как попало. Под ногами медь была присыпана песком, а дома обветрились и превратились в руины.

— Иллюзии тебе не помогут, ничтожество, — раздражённо бросил Сугрис, и активировал навык выпивания маны, который легко бы разрушил даже наваждение легендарного Буйного Рыбника.

Но ничего не случилось.

Над домами всплыл титанический глаз с тремя зрачками. Наверное, метров сто, не меньше!

Сугрис скривился. Он что, вытащил против него какого-то мелкого хаосического божка? Ну, ничего, иерарх валил и не таких монстров.

— Этот призванный кусок мяса тебя не спасёт, хаосит! — сплюнул он.

А в ответ услышал многоголосый смех, от которого даже иерарху сделалось не по себе.

Он снова попробовал снять иллюзию. Безрезультатно.

Неужели…?

От догадки по телу иерарха прошлись мурашки.

Проклятый хаосит что, специально заманил его туда? Все эти тела хаотических тварей… он призывал их строго по кругу вокруг площади. Всё это было лишь жертвой, чтобы создать врата, которые перенесут его самого в миры Хаоса!

— Вижу, ты понял, маленький маг, — ответило многоголосое нечто. — А теперь, когда я насладился твоим страхом, мои дети насладятся твоей плотью…

Интерлюдия: штурм 2/2

Верховный Иерарх Медной Пирамиды 791 уровня повержен!

Амина испытывала двойственные чувства. Как третий иерарх, посланный руководить штурмом, ей было неприятно осознавать, что счёт не в их пользу. Однако Фантомус сам утверждал план. К ней, как к младшей, даже не особо прислушивались.

С другой стороны, она была счастлива знать, что предатели, некогда присягнувшие Фантомусу, а не Аурелусу, наконец-то сдохли. Среди змеиных лидеров единством и не пахло. Впрочем, это естественное состояние для её народа.

Если ситуация станет критической, она просто плюнет и бросится бежать, оставив химер и спасая только своих подчинённых. Так уж устроено их общество — выживает сильнейший. И если нынешний сильнейший оступится — его место быстро займут другие. По этой же причине она была уверена, что если двух других иерархов действительно прикончили, то возвращать их из лап Мортис никто не будет. Хотя каждая пирамида, как и башня, обладала такой возможностью, зачем возрождать начальство, если можно самому быть начальством?

Доминион наверняка приготовил пару сюрпризов. Было глупо полагать, что всё пройдёт гладко. Впрочем, идея была ведь вовсе и не в том, чтобы завладеть этим местом. Достаточно было просто добраться до стержня. А они трое — как всегда, лишь ширма для отвлечения внимания.

Её маршрут шёл к западу от города, а оттуда — на север и северо-восток. Здесь были старые тоннели, ведущие к разорванному домену, ставшему доменом Зверя, и разрушенному домену воздуха, где поселилась одна древняя тварь. Ей подходили оба пути.

— Иерарх Амина, — обратилась к ней девчонка, которую она недавно возвысила до командира разведки. Волшебница, как и все асу, всеми силами пыталась выделиться и обойти своих коллег, но в отличии от других делала это грамотно и старалась быть действительно полезной, за что и получила симпатию иерарха.

— Есть новости?

— Да. Боюсь, дальше без боя мы не прорвёмся. Тоннели здесь просто кишат младшими.

— Младшими? — не поняла Амина. — Восставшие оури?

— Не только. Адепты видели сиинтри, хатоу и гверфов. И ещё живые ходячие камни и какой-то незнакомый нам вид, с панцирем на спине.

— Объединение разных кланов? Хм. Наверное, это тот сумасшедший, который называется подземным королём и бросил вызов Первому? Что скажешь о них?

— Их много. И… у них на удивление очень хорошая экипировка. Мне не показалось, что эта банда дикарей, как говорил иерарх Зармис. Но это только моё мнение, госпожа Амина.

Последняя фраза была формальностью. Сомневаться в решении иерарха — так себе затея. Вот только сам Зармис уже вряд ли отомстит кому-либо.

— Значит, готовимся к серьёзному бою. Но пусть поводыри держатся подальше. Не жалейте химер, но нужно постараться сохранить побольше жизней асу.

Если ей повезёт, и проклятый Фантомус потерпит неудачу, то после гибели двух других иерархов, младшая Амина из Циркониевой пирамиды автоматически станет самым влиятельным асу и в перспективе — имеет самые большие шансы забраться на место Первого иерарха.

И Амина уже начала готовиться заранее на такой случай. Опытный змей всегда должен быть готов принять власть. Власть — это то, что у них в крови.

Многоглавый зелёный дракон с шумом приземлился на крыше одного из домов в необитаемой части внутреннего города. Сейчас здесь шёл бой с лезущими сверху химерами.

Это была ещё одна дыра в обороне города, о которой все позабыли. Вернее, никто не думал, что сверху может спуститься вражеская армия. На поверхности температура была такой, что даже профильным магам было тяжело поддерживать защиту от холода достаточно долго, чтобы пройти этот путь.

Но асу и не нужно было туда лезть самостоятельно. Достаточно было просто создать подходящих химер. Недостаточно сильных для самостоятельного захвата, но местным хватит, чтобы поменьше глазеть по сторонам.

Фантомус не стал слезать с Горыныча. Как и отдавать команды, впрочем. Они были разными формами одного целого и понимали друг друга лучше, чем тари в синхронизации. В конце концов, они и были фактически одним существом.

Горыныч принялся перебирать лапами, медленно идя по крышам и не взлетая. Первый иерарх очень не хотел тратить время на взлом защиты башни. Пусть её хозяин сам заметит своего гостя и спустится поприветствовать лично. В том, что глава Доминиона выйдет встречать гостей, он не сомневался. Кроме Нархаармиса никто здесь не сможет ему противостоять.

Ректор был слишком рационален, чтобы оттягивать неизбежное, ценой потери жизни своих подопечных. И достаточно уверен в своих силах, чтобы выйти на поединок. Особенно после сообщений о гибели двух иерархов. Хорошая новость — давно нужно было их заменить, а так это ещё и чуть усыпит бдительность врага.

Но пока что он не спешил, а значит можно немного прогуляться, насладившись видом. Город всегда казался Фантомусу любопытным местом.

Горыныч лениво взмахнул крыльями, перелетая на соседний островок, поближе к центральной башне. В лицо ударило свежим морозным ветром снаружи. Вокруг башни с криком кружили морхусы — искусственные полузвери, полуэлементали, одна из поделок покойного Сугриса, чуть доработанная самим первым иерархом.

Впереди его уже заприметила группа магов в рыжих и красных мантиях. Факультет пламени, кажется. В какую бы стихию их окунуть, чтобы было веселее. Среди них выделялись три фигуры, скорее всего принадлежавшие магистрам. В чёрной мантии с узорными языками пламени был магистр Джеронимо, один из тройки сильнейших. Хм, а по уровню и не скажешь.

В белом, скорее всего, Аннон, маг света. А в зелёном — новенькая замена Тахиону, видимо. Её первый иерарх не узнавал.

— Ты не пройдёшь! — громко сказал маг в белой мантии.

Рядом с ним стоял ещё один — в чёрной. Оба не дошли и до тысячного уровня и не могли надеяться на победу. И зачем Ректор раздаёт титулы таким слабакам?

Сзади послышался шум. Фантомус обернулся и с улыбкой отметил появившуюся мелочь во главе с тари, у которой за спиной была механическая рука, и мрачным гаруспиком.

— Окружили, значит? — улыбнулся иерарх. — Это будет забавно. Когда надоест умирать, позовите своего хозяина.

Пиромант атаковал первым сдвоенным усиленным пиробластом. Следом туда же угодил луч испепеляющего света, ударивший прямо с холодных небес Мельхиора.

Чуть запоздало из земли вырвались каменные шипы, собранные друидкой, а следом за ними атаковали и все остальные.

С другой стороны пришли в действие Луксор и новенькая замена Мракрии на посту главы механистов. И, разумеется, не в одиночестве, а с поддержкой массовки.

Фантомус всегда любил поговорку о том, что толпа может справиться с кем угодно. Забить толпой пятидесятиуровневой мелочи магистра домена — легко. Но не тогда, когда цель стоит за гранью понимания нападающих. Когда разрыв значительно больше, чем жалкие несколько сотен уровней, всё быстро меняется.

Когда дымка от множества попаданий рассеялась, они увидели всё того же улыбающегося змея верхом на многоглавом зелёном драконе.

Заклинания поглотил барьер, не сильно при этом даже просев. Такова разница между ним и простыми смертными.

Затем он просто создал из уплотнённого воздуха прямой мост к академии и направился по нему к главной башне города.

Всё это время его продолжали поливать магией, на что змей лениво отмахнулся порывом режущего ветра, накрывшего ближайших противников.

Скорби Академия! Магистр Башни Света Аннон *Черносвет*, архимаг 610 уровня пал.

Стоящий чуть поодаль от разорванных в кровавые клочья магистра и нескольких магов Луксор упал на землю и принялся отползать, с бешено колотящимся от ужаса сердцем.

Его спутница, новый магистр механистов, напротив, впала в ярость и с криком бросилась вперёд на воздушный мост.

Вот только заклинание под ней развеялось, и она едва не рухнула в пропасть — в последний момент ухватившись за край обрыва механической лапой.

Огневик и друидка призвали свои навыки полёта — пламенные крылья и какой-то крылатый саммон. За ними следом полетела и часть младших магистров, в то время как другая часть, впечатлившись мгновенной казнью одного из старейшин города, бежала прочь.

Лапы вальяжно бредущей громадной твари едва коснулись портальной площадки перед центральной башней, как сверху обрушился новый град магических навыков. Магический щит начал заметно просаживаться. Враг явно сосредоточил здесь все силы и наставил ловушек. И пусть все заклинания были против него просто смешными, шквальный поток не прекращался.

Но Фантомус всегда давал врагу шанс. Он знал, что это глупо, но если нет капли риска, всё становится слишком скучно. Тем более, старого заигравшегося кукловода нужно всё равно сперва выманить.

Интересно, скольких нужно убить, чтобы он вышел?

— Можешь поиграть, Горыныч, — улыбнулся змей. На самом деле, приказ не требовался, ведь он был одновременно и им самим, так что не требовалось даже мысленного приказа. До похожей техники по итогу дошла паучиха, но её чпособность была куда более дырявой, что и показала стычка с волчьим посланником. Какой позор — проиграть такой мелочи!

Фантомус спрыгнул с Горыныча, и форма взлетела вверх, поливая зелёным пламенем бойницы башни.

Послышались крики боли и ужаса. Магический огонь нельзя было потушить или сбить, так что бедолаг ждало весьма мучительное будущее. Затем иерарх создал миниатюрную сверхновую в двух самых очевидных местах засады. Новый взрыв и новые крики. Портальную площадку быстро охватывал хаос.

Сам иерарх вдруг сплюнул на пол сгустком зелёного пламени, которое собралось в расширяющуюся дыру пространственного перехода. А из неё показалась ушастая морда подчинённого духа, некогда бывшего гоблином.

Тварь оглянулась вокруг, увидела вдалеке перепуганных людей и ощерилась зубастой пастью. А затем резко вскочила, и следом за первой тварью хлынул поток других монстров. Самых разнообразных чудовищ всех форм и размеров. Разве что цвет каждой из них был неизменно зелёным.

Где-то позади он ощутил портальную вспышку перехода. Кто-то ещё спешил на огонёк.

Спустя секунд десять обстрела высшей магией доминионцы предприняли вялую попытку контратаки. Боевая магия направлялась теперь и с окружавших центр башен, где кто-то додумался оперативно выставить учеников.

Зря они, правда, думают, что там им безопасно…

Фантомус поднял левую руку и создал на месте одной из самых крупных башен небольшую чёрную дыру, которая всосала хваленый зачарованный кристалл.

Вокруг стержня иерарх увидел группу боевых магов высокого уровня. По местным меркам высокого, разумеется. Один из них был сильным хаоситом. Неприятная стихия. Забавно, Сугрис мёртв, а те, на кого он напал, всё равно отступили сюда.

Ну же, Нархаармис, скольких мне ещё нужно прикончить?

Он пробежался истинным зрением по магам, которые всё реже пытались попасть в него и всё чаще боролись за свою жизнь с лезущими из растущего зелёного пятна монстрами. Похоже, сюда отступили почти все домены города. Всё идёт по плану, и ни за кем не нужно гоняться.

Среди прочих Фантомус поймал в фокус зрения фигурку змеиной посланницы и улыбнулся.

А затем случилось то, что змею очень не понравилось.

Сверху вдруг мелькнула разветвлённая молния, угодившая прямо в центр энергетического купола иерарха. Улыбка на лице сменилась злобной гримасой. Местные принялись за козыри и поливают его из каких-то древних артефактов? Для лидера сильнейшей расы магов ничего нового, но так они вполне могут испортить одну из форм. Не убить, конечно же. Убить его невозможно.

Пожалуй, мишенью он прослужил достаточно. Если иллитид не спешит выходить, придётся ему помочь.

Вперёд выбежал магистр пламени и ударил плетью из раскалённой плазмы.

Затем голову пробили несколько побегов хищных растений.

— Корона болезней! — закричал Луксор, призывая сильнейшую свою способность, способную поразить вирусами и убить изнутри даже сильнейших существ.

И тело Фантомуса взорвалось яркой зелёной краской.

Скорби Академия! Магистр Башни Порчи Луксор «Ползучая смерть», пандемист 489 уровня пал.

Мимо пролетел Горыныч, и сверху полился поток ледяного пламени из всех трёх глоток чудовища.

А затем из ниоткуда с неба полился кислотный дождь. Пришло время для боевой формы великого иерарха. Фантомус пролился шквальными потоками пылающей едкой субстанции, а в местах, где зелень сливалась с лужами, из земли полезли чудовища.

Магистр Джеро призвал защитный барьер, а за ним выставил наспех собранного элементаля. Как он и думал, снесло обоих, он едва успел отскочить, в последний момент используя пламенное тело.

Вот Илия не догадалась создать защиту в несколько слоёв и как результат теперь валялась на земле, а её тело разъедала зелень. На редкость жуткое зрелище. Впрочем, оповещения о её смерти пока не было.

Джеро расплавил и впитал в себя последнее кольцо. Проклятый летающий змей готовился к следующему заходу смертоносного пламени.

Взмах крыльями. Запах гари. Ветер, бьющий в лицо и бесконечная зелень кислотного пламени, не сжигающего, но расплавлявшего всё вокруг.

— Лезвие Лагуны! — выкрикнул Джеро, и поток концентрированного режущего огня срубил одну из голов чудовища.

— Мухахаха, глупец! — раздалось отовсюду.

Во всполохах зелёной энергии вместо одной головы вырастало две.

Но поставленная Ректором задача была проста — выиграть время. Любой ценой.

Мир вокруг всё больше напоминал ад. Казалось, пылает всё вокруг. Насколько же могущественная тварь сюда пришла? Откуда такой огромный разрыв в силе между главным змеем и его подчинёнными? Что он такое⁈

— Джеро, уходим! — послышался знакомый голос.

— Энкейл?

Их заглушил нечеловеческий писк на грани ультразвука и вторящий ему многоголосый вой. Затем пространство сотрясла пара взрывов, а перед магистрами упал сгусток едкой салатной зелени, который собрался в кислотного воина.

Тварь ударила многочисленными щупальцами, но встретилась с барьером эгиды мрака, а затем её снесло облако хищной тьмы.

— Отступаем. Приказ Ректора.

— Уже? Время пришло?

— Да, быстрее… — Джеро с сомнением приостановился у тела Илии, но магистр Мрака решительно дёрнул его за рукав. — Ты ей уже не поможешь.

Девушка попыталась что-то сказать, но из горла не вырвалось ни звука. Треть её тела была растворена, но она каким-то чудом ещё была в сознании. В её глазах стоял ужас.

С неба упали ещё две капли смертоносной зелёной субстанции, из которых вышли кислотный гоблин и изумрудный пещерный урод.

Джеро отмахнулся волной огня, но вскоре земля вновь задрожала, и магистр увидел источник крика.

Пространство в небе над ними было разрезано трещинами, из которой на них пристально смотрело многоглазое нечто с тысячей пастей. Но оба магистра обрадовались порождению хаоса, как лучшему другу.

— Накх и Искры здесь, — пояснил Энкейл. — И я послал зов Танатосу.

— А эти откуда? — спросил Джеро, кивнув в сторону спешащих к башне зверян. Отсюда было сложно различить, кто именно приближался к башне, но это были точно не монстры и не магии академии, так как мантий учеников не было ни на одном из них.

В небе мелькнули многоглазые медузы. К счастью, не зелёные, а нормального, телесного цвета.

— А Накх не призовёт лангольеров, как в войну одержимых? — спросил Джеро.

— Лучше так, чем сражаться с этим ублюдком.

Прикрытие магии хаоса на время остановило кислотный дождь. Однако он просто превратился в вихри и продолжил размазываться по Стержню. Ещё и чёртов четырёхглавый дракон…

— ДОВОЛЬНО! — прозвучал голос Ректора. Словно манна небесная, он означал конец всему и безоговорочную победу Доминиона.

Потому что вера в Ректора была главной религией города.

Потому что сильнейшее существо не могло проиграть.

Потому что всё всегда строилось лишь на его воле.

Если он сказал, что нужно держаться и ждать — значит так нужно.

Но теперь всё будет хорошо. Они выжили. Жаль, Илии с Луксором совсем чуть-чуть не хватило…

Из центрального входа башни Стержня, в окружении зелёного пламени, выходил высокий седовласый старик с длинной бородой, спускавшейся ниже пояса. Создатель и вечный владыка Доминиона.

— Наконец-то ты пришёл, Нархаармис! — иерарх чудовищ собрался из потоков кислоты в такого же высокого, но молодого черноволосого парня лет тридцати пяти с правильными чертами лица.

Правда, возраст и вид всех трёх сверхсуществ, обитающих в Мельхиоре, совершенно ничего не говорил о них. Сложно было даже судить, кто из них был более древним — Ректор, Иерарх или Основатель. Последний, впрочем, сейчас был занят вещами куда интереснее здешних разборок — он исполнял своё предназначение.

— Благодарю за тренировку для моих учеников, Фантомус, — со спокойной, отеческой улыбкой сказал великий Ректор.

— Ты думал, я не узнаю, что ты больше не придерживаешься нашего уговора, иллитид? Теперь твой город в руинах, а ваш совет мои ребята как минимум, урезали наполовину. Скажи, стоило оно того?

— Ты тоже лишился двух из трёх твоих иерархов, — заметил Ректор.

— Пф! Я давно их хотел заменить более лояльными и расторопными слугами. Почему ты предал нас, Нархаармис? Что тебе пообещали пустотники, что ты им продался?

— Ты ошибаешься, Фантомус. И… ты вряд ли меня поймёшь. Не сочти за обиду, но твой разум слишком скуден для осознания всего катехезиса причин.

— А ты попробуй перед смертью!

— Есть вещи, гораздо более важные, и враги гораздо более страшные, чем тебе известно, иерарх. Наш мир хрупок и уязвим для влияния демиургов…

— Ой, хватит уже! Я это слышал от тебя тысячу раз. Придумай что-нибудь новенькое! Ты предал сам себя, Нархаармис! Ты защищаешь своих врагов, истребивших твой вид!

— Стихии, Фантомус! Ты же жаждешь силы, не так ли? Я знаю путь к высшей силе, на которую и сделал ставку. Она сильнее пустоты падшего божества!

— Брось, мы говорили об этом! Фрактал не способен перенести суть…

— Я говорю не о фрактале, иерарх! Я говорю о той силе, что не очистила Мертвокотье. Обратив её на свою сторону, мы сможем сохранить этот мир, сделав его существование парадигмой! Твой план перекрывает для нас этот путь. Нам нужны демиурги, чтобы отдать нам свою…

— Что ты несёшь, Нархаармис? Я даю тебе последний шанс! Инициируй сосуд и отправь в мир-темницу на свидание с демиургами!

— Боюсь, это ты не понимаешь… А впрочем, не важно. Если ты так хочешь боя, то я дам его тебе.

В руке у Ректора из ниоткуда возник длинный золотой скипетр, покрытый изящной вязью рун.

Воля Первого Иерарха и Великого Ректора столкнулись так, что воздух между ними едва ли не спресовывался от давления.

От концентрации силы все мелкие объекты вокруг начали левитировать в нескольких десятках сантиметров над землёй. От давления дышать стало невозможно.

Но главное — иерарх проигрывал.

Медленно, очень медленно, но сила Ректора побеждала.

Однако Фантомус продолжал улыбаться.

— Твой уровень недостаточен, иерарх, — произнёс владыка Доминиона раскатистым глубоким голосом. — Твоя победа невозможна.

— Поверь, в этом мире есть вещи, которые не можешь просчитать даже ты, — ответил ему асу.

Сила окончательно подавила сопротивление поля Фантомуса и вдавилась в тело змея, сминая его в будто в тисках.

А затем шар вдруг взорвался яркой зелёной вспышкой, и вокруг Ректора появились минимум шестеро разных существ, каждый из которых обладал силой иерарха.

Собиратель форм превратился в боевую группу двуногих и монстров, действующую как единый организм, в котором каждая отдельная часть всегда знала, где и что делают другие.

Свора зелёных существ бросилась на Ректора в едином порыве, и теперь уже он начал заметно проседать под натиском.

Ставшие невольными свидетелями, последние магистры, из тех, кто ещё был на ногах, а не упал без сознания от напряжения, затаили дыхание, взвешивая все за и против. Теперь уже поражение ректора стало очевидным. Это был лишь вопрос времени, когда бесконечный поток чудовищ поглотит его с головой.

Хотя пока что старик с удивительной скоростью и ловкостью отвечал на каждый удар противника. Бой шёл на каких-то немыслимых скоростях, где даже разглядеть отдельные действия и движения было непросто.

Однако Нархаармис будто бы знал, где будет противник в следующий момент. Божественный разум сверхсущества легко просчитывал все возможные атаки противника и находил на них ответ.

Подвох заключался в пределах силы, которые он тратил на поддержание этого темпа. Потому как враг, похоже, и не думал выдыхаться.

— Он проиграет без нас! Мы обязаны ему помочь! — закричала Фхайрентеннимар.

И её клич сработал. Не решавшиеся вступить в битву титанов остатки магов бросились поливать врага магией издали. Мимо пронёсся обжигающий пиробласт сражавшегося на последних крохах силы Джеро. С другой стороны верхом на многоглазом нечто к башне нырнул Накх.

С твари вниз спрыгнули Искры, храбро беря врага в окружение. Но и враг не оставался один.

Со скрежетом треснул созданный Накхом купол над дырой, ведущей на Поверхность, и вниз обрушились химеры. На одной из них можно было даже заметить ведущих их в бой змеиных магов, надеющегося выслужиться перед владыкой.

И словно этого было мало, со стороны приближавшихся зверян послышался полный ненависти и дрожащий от переполнявшей его силы голос:

— Фантомус! Я сотру тебя и каждое воспоминание о тебе во всех мирах! Я вызываю тебя на бой, тварь! Выйди и сдохни, ссыкливый кусок дерьма! — послышался голос приближавшегося существа.

Смотреть на очень отдалённо напоминавшую гуманоида фигуру короля зверян было невозможно. Яркость и череда постоянно менявшихся красок вызывали сильнейшее головокружение и выжигали зрение, будто смотришь на солнце.

От ужасающей ауры искажённого существа и подавляющей, нечеловеческой ненависти, даже сверхсущества на миг остановили свой бой, чтобы посмотреть на приближавшееся к месту схватки чудовище.

— О, а вот и последний клоун явился на представляете, — улыбнулся про себя Фантомус. Ещё одна проблема, за которой теперь не придётся гоняться, и она сама придёт к нему в руки.

Самозваный зверянский король — хорошая добыча. Иерарх даже предвкушающе улыбнулся, на миг забыв обо всём остальном.

Ректор тоже отвлёкся. Старик посмотрел в сторону стремительно забиравшихся на остров стержня воинов Подземного Короля.

В этот момент всё и произошло.

Звук лёгких шагов и короткая вспышка едва заметного на фоне сражения высших существ портала.

Тревога и страх отступили, давая место пьянящему чувству триумфа.

Время пришло.

Наконец-то её время пришло!

Из груди Великого Ректора вырвался артефактный кинжал проклятый самой Мортис.

На лице сильнейшего существа Мельхиора мелькнуло удивление, а затем маска седобородого старца вдруг стекла вниз, и перед академией предстало истинное лицо его владыки. Серая шкура со множеством заменявших бороду щупалец.

СКОРБИ, АКАДЕМИЯ ДОМИНИОНА!

ВЕЛИКИЙ РЕКТОР НАРХААРМИС, БОГ РАЗУМА 4016 УРОВНЯ ПАЛ!

32. Создатель пустынных миров

— Тан, что случилось? — спросил я уже ему вслед, но он даже внимания на меня не обратил.

Я вопросительно посмотрел на Ласку, но та лишь покачала головой.

А затем ответ пришёл сам в виде оповещения от мира.

Ректор мёртв? — глаза девушки расширились. — Это невозможно!

— Невозможно… — кивнул я, пребывая в таком же шоке.

Мы ожидали чего угодно, но только не этого.

Я мог бы поверить в то, что враг захватит домены, даже в то, что сможет запереть нас в Стержне. Но я даже предположить не мог того, что Великий Ректор падёт.

А как же… все планы? Переход в другой мир? Великая Миссия?

Это же… делает бессмысленным всё наше сопротивление.

Имеет ли смысл вообще продолжать оборону, или пора бы взять всех верных мне разумных и бежать к чертям в Башню Терний?

Я склонялся ко второму варианту.

Но с другой стороны… что будет делать Танатос? Сейчас я впервые был в такой растерянности, не зная что делать. Даже в самом начале своего пути в этом мире была всегда видна чёткая цель и порядок действий для её достижения. Набирать уровни, искать звериное имя, сражаться с пустотниками… А что теперь? Защищать Доминион, возможно, уже бессмысленно. Если враг в Стержне, а Ректор бы ни за что не покинул центр города, то как минимум треть города под властью врага. А на самом деле — куда больше.

— Мне нужно идти, глашатай… сосуд, — послышался голос Колдеруса.

Я махнул рукой, но добавил:

— Если что, у меня имя есть. Я Синаэль, а её зовут Ласка.

— Да… Синаэль, — растерянно бросил змей, а затем над его левой рукой засиял жёлтый свет, и во всполохе золотых пирамид появилась огромная птица, способная унести его и остатокего подчинённых. — Знаешь… удачи, наверное.

И он взлетел.

— Собирай всех живых, — сказал я Ласке. — Пусть идут к источнику. Мы уходим в домен Зверя.

Я же обернулся к разрушенной башне Ирис и попытался коснуться её магией.

Получен контроль над башней Воды.

Внимание: башня повреждена. Портал уничтожен. Резервуар повреждён.

Скорость истечения маны — 1182 ед в минуту.

Размер запаса источника: 48054

Хорошая новость и плохая к ней в пару. У меня всё ещё полно маны. Если будет бой, я могу швыряться ей не задумываясь, черпая теперь ещё и из останков башни. Плохая же была в том, что телепорт был неактивен. Последнее я понял сразу — портальной комнаты больше не существовало.

Значит, уходить будем через источник воды.

А затем я увидел вдалеке над городом сверкающие точки всадников на летучих животных.

Враг? Или зверяне?

Не пустил ли я сам врага в дом? — снова мелькнула неприятная мысль.

Но ответ оказался неожиданным.

Вскоре инфо выдало список имён, и я с облегчением выдохнул.

— Син. У нас проблемы! — послышался зов Ласки. — В домен входит большая группа чихар!

— Проклятье! Не до них сейчас! Получится уйти?

— У меня — легко. Но если они нападут на мирное население…

Я скрипнул зубами.

— Собирай охрану стен. Пусть всё бросают! Ирис больше нет, им нечего делать в домене! Пусть бьют чихар. Я скоро буду с подкреплением!

— Подкреплением? — удивилась Ласка, и я передал ей то, что видел сам.

— Матиас! Некуш! Фил! — обрадовался я. — Что вы здесь делаете? Я не отдавал приказа лететь на подмогу.

— Переход в домен Призраков был заблокирован. Фхайрен сказала…

— Фхайрен⁈ — удивился я.

— Да, — послышался голос солнечной Рин. — Она сказала, что сюда движется армия нежити, и что мы должны помочь удержать домен.

— А это правда, что Ректор погиб, и ты теперь новый Ректор? — спросил Матиас.

— Что? — опешил я. — Нет, конечно! Новым ректором должен стать Тан или Джеро! И здесь нет никакой нежити… Мы должны уходить отсюда. Но раз вы тут, нужно помочь с эвакуацией. Ведите всех местных к источнику.

— Понял, — отозвался Нирал.

Как же я рад был всех их видеть!

Здесь были почти все сильнейшие воины моей башни. Я увидел Лесата, Терми, троицу Хеора, Эру, барда Мерила и всю группу Джафсара. У младшего магистра льда уже суетилась Маэ…

— Они не продвигаются в город. Похоже, они начали какой-то ритуал, — донеслось послание Ласки, и образ красношерстных зверян с лишними конечностями и разнообразием внешнего вида.

Вот только что-то в их движениях было неправильное. Я сражался с чихарами… и я видел, чем они становятся в руках у ордена Тиши во время фрактальной чумы.

— Это не чихары… Это нежить! — понял я. — Нужно остановить их любой ценой, пока они не завершили…

Но было поздно.

Хоть бы и потому, что это был далеко не единственный отряд врага в городе.

Вверх ударили лазурные столбы пламени, знаменуя врата портального перехода. Их я тоже успел повидать во время обороны города. Через них Тишь гнала на нас свою нежить.

Даже ругаться уже не хотелось.

— Все! Новый приказ! Боевое построение! Отступаем к источнику!

— А местные? — нахмурилась Рин.

— У кого есть навыки усиления голоса и массового оповещения, говорите всем эвакуироваться к источнику. Защищать каждого у нас не хватит сил. Это один из самых крупных доменов, да ещё и с кучей беженцев из соседних!

Следом за первыми лучами порталов последовали и другие. Ещё одна ловушка, расставленная врагом. Помимо отрядов мёртвых чихар должны были быть и иные группы. Нежить брала весь домен в кольцо, чтобы не упустить ненавистных глашатая и сосуд.

Времени у нас было совсем немного. Всего минут десять мы спокойно шли по улицам, пока Нирал усиленным магией голосом оглашал улицы криком, оповещая жителей о вторжении нежити. Некуш и маги ветра принялись разносить звук дальше, накрывая ещё большую область.

Местные начали выбегать из домов, кто-то пытался утащить с собой хоть что-то из ценностей. Началась паника. Губительная вещь, но сейчас иначе никак. Ни о каком централизованном адекватном отступлении и речи не шло. У меня слишком мало людей даже с подкреплением.

— Ты видел Фай? — спросил я у Лесата.

— Нет. Она встречалась с Рин и вроде как всё передала ей, — бросил он.

— А что это за бред на счёт поста Ректора?

Парень лишь пожал плечами.

— Син, враги! — послышался голос Мерила. Рейнджер-бард ткнул пальцем в сторону улицы позади, с которой в нашу сторону спешили скелеты-рыцари.

— Не останавливаемся, их пока мало! — отдал я приказ.

Нир отправил в их сторону волну огня.

Мы не сговариваясь перешли на бег. Люди вокруг тоже суетились и бежали прочь в сторону источника. С неба спикировали крылатые мертвецы, с перепонками из натянутой кожи.

— Упокойся в Радости! — крикнула Рин, испепеляя силой солнечной жрицы первую партию нежити.

— Упокойся в Надежде! — активировала сходный навык Маэ, добивая останки летучих покойников.

— Мы у источника, — донеслось послание Ласки. — Я собрала солдат с восточной стены. Остальные в пути.

Вовремя!

За поворотом улочки появился запасной божественный источник Дафны.

Не доходя до него, я сразу же потянулся к нему своей волей и активировал портал в домен Зверя.

Открытие портала невозможно. Связь с божеством заблокирована.

Чего⁈

— Син, — в голосе у Ласки была тревога. — Приближается что-то могущественное. Очень.

— Епископ, — кивнул я.

Но девушка покачала головой. Я взял её за руку и на мгновение ощутил весь спектр её чувств.

К источнику приближалось нечто настолько могущественное, что тело деревенело и покрывалось мурашками, а сердце принималось отбивать бешеный ритм. Тяжёлая аура буквально подавляла собой.

Меня пробило ледяным ознобом. И не меня одного. Все собравшиеся перед источником, перепуганные и паникующие разумные и растерянные маги.

Вслед за холодом пришёл запах тлена и смерти.

Я обернулся, и безошибочно уткнулся взглядом в смерть.

Харо Пустынный, «Основатель Тиши», аниматург 3428 уровня.

Легендарное существо.

Такое существо было мне не по силам. Да что там, оно было не по силам никому, кроме Ректра.

Вот только, его теперь нет, и некому нас защитить от этого монстра.

Я крепко сжал руку Ласки, пытаясь придать ей уверенности, какой и сам не испытывал.

— Всё в порядке, Син. Я знала, что так будет. Я готова умереть в бою.

— Тогда мы умрём вместе, Ласка.

— Вместе… — мрачно повторила она, опустив голову.

— Пришёл убить нас, некромант? — бросил я, пытаясь скрыть страх. — Не думай, что это будет легко. Готов лишиться своего ордена?

Основатель Тиши был невысоким и коренастым. При жизни он наверняка был ещё и весьма упитанным, но сейчас он был лишь скелетом, одетым в синюю ритуальную мантию мага. В отличии от своих слуг, он не стал восстанавливать видимость жизни, и на меня смотрел череп, в одной из глазниц которого горело лазурным огнём знакомое пламя.

— Ну что ты, я же… всего лишь кости! — рассмеялся великий некромант.

Его голос был холодным и слегка отдавал призраным эхо, как и у всей нежити. Но при этом он разительно отличался от других представителей Тиши. В нём чувствовалась… энергия и жизнь, если такое вообще применимо к покойнику.

Череп с горящим глазом и вечной улыбкой поймал нас с Лаской в фокус и казалось, костяная маска стала ещё довольней.

— У меня есть к тебе предложение, Синаэль. Ты знаешь, я всегда делаю всем одно и то же предложение, но мало кто соглашается. А зря! Ведь я предлагаю тебе вечность с твоей возлюбленной, тари.

— Хочешь предложить мне стать нежитью?

— Не спеши отказываться, и подумай, влюблённый тари. Те, кто стал нежитью уже будучи пустотником, не лишаются своей мании. Помнишь, что было с Немианой? Разве она утратила себя? Так, подгнила немножечко, но разве для тари это проблема? Ты будешь любить свою Ласку даже если она станет прахом. Вечность вместе! Разве это не романтично?

— И что это меняет? — спросил я, растягивая время.

— Неназываемый бог не сможет вселиться в тело мертвеца.

— Это понятно. Что это меняет глобально? Ведь тогда она просто возьмёт другой сосуд. К примеру, Фхайран.

— А это уже не твоя забота, тари. Ей я сделаю точно такое же предложение. Знаешь, править миром можно и будучи личем.

— А что будет… с ними? — подала голос Ласка и взглядом указала в сторону перепуганных разумных, жмущихся к источнику.

— Я немного консервативен, знаешь? И всем делаю одно и то же предложение уже не одну тысячу лет…

— А их зачем⁈ — возмутилась Ласка.

— То, что мертво, заразиться пустотой не может.

— Я не дам ему убить всех, — решительно произнесла Ласка, хоть в этом и не было никакой нужды. Я и так прекрасно всё ощущал через эмпатию.

Это мои друзья. Первые, кто назвал меня своим другом. Первые, кто не хочет меня убить. Я не позволю им навредить, — такими были её мысли.

— Так что, не согласны? Зря, очень зря. Быть нежитью не так и плохо, как кажется. Через сотню лет даже о еде и сексе не вспоминаешь. Ну, дело ваше, формальности проехали. Перейдём к части с принудительным принятием предложения?

— Нам нужно подумать…

— Не выйдет, глашатай. Кстати, ещё вопрос. Никогда не понимал, почему люди не используют в начале самую сильную атаку. Не знаешь, а?

— Ээ…

— Ну что ж, пожалуй, для тебя настало действительно паршивое время.

Харо Пустынный взмахнул правой рукой, и кисть оторвалась от руки, чтобы зависнуть в воздухе и щёлкнуть костяными пальцами, вызывая лазурную вспышку.

И вместе с тем лазурное пламя охватило всю немаленькую площадь с людьми.

За некромантом из земли вырвался столб огня, из которого вылезли головы костяных драконов, посылая лазурные сгустки.

Мы с Лаской разделились. Пришлось использовать весь спектр умений, чтобы просто выжить в первые секунды боя. Усиленная всеми стихиями ловкость тари и навыки Ласки, короткие порталы, теневые шаги, мерцания — в ход шло буквально всё.

Пропустив над собой залп из драконьих пастей, я едва не пропустил момент, когда из земли вырвались пылающие лазурью гигантские кости, раскалённые добела.

Затем меня отбросило в сторону — я даже не понял, что именно это было, бросив прямо на пылающие кости, выросшие из стены ближайшего дома.

Я сумел обратиться облаком за миг до столкновения, но почти сразу же был вынужден вернуть человеческий вид, чтобы упасть вниз и пропустить над головой поток лазурного пламени.

С трудом уклонившись мерцанием в сторону, я был вынужден уходить теневым шагом. Времени не было не то что атаковать — даже думать!

Сила древнего некроманта была страшнее любого встреченного мной в жизни противника.

А в следующий миг меня выдернуло прямо из навыка и понесло прямо на Харо.

Телекинез! Он владеет телекинезом.

На моём пути из земли выросли пылающие кости, и я с трудом уклонился, вновь превратившись в сгусток пара.

Но, как и следовало ожидать, меня сразу же вышибло из способности потоком лазурного пламени.

Меня охватило жаром и болью, но в следующий миг надо мной пролетела Ласка, атакуя его в полёте кинжалами из чёрного льда.

Мимо.

Харо будто исчез, а затем появился за спиной у девушки, резко хватая за волосы и с силой впечатывая в мостовую.

— Ха! Ты же не думала, что я буду просто стоять, верно? — усмехнулся некромант.

Придя в себя, я продолжил дело Ласки и обрушил весь спектр способностей.

Магия пустоты, наше сильнейшее оружие, было бесполезно в бою с нежитью.

Но оставался ещё чёрный лёд Леты.

Я швырнул шарики с паровым взрывом.

Разумеется, мимо.

Харо появился прямо передо мной, хватая за горло пылающей дланью. Великий некромант был на голову ниже меня, но это не помешало его руке отделиться от тела и поднять меня в полуметре над землёй.

Превратившись в туман, я разлетелся за миг до верной смерти. Но в следующий момент меня выбило из облачного тела в физическую форму вольной лазурного огня, по кругу ударившему от некроманта.

Наспех создав защиту из чёрного льда, я сумел избежать смерти. И снова — в последний момент.

Из огненного марева на некроманта обрушилась Ласка в попытке заблокировать магию кинжалом.

— Опасная игрушка, — вновь весело усмехнулся враг, легко сбивая девушку вырвавшимися из земли костями и хватая за руку.

Послышался хруст — некромант просто оторвал руку по локоть вместе с кинжалом, и отбросил его в сторону. Затем ударил Ласке в живот, но не успел. Я уже был рядом. Из земли вырвалась рука из раскалённого пара. Когда-то это помогало мне размягчить кости…

Но некромант просто вспыхнул лазурью, мгновенно развеивая способность и оборачиваясь ко мне.

Раненая Ласка отскочила и уже восстанавливалась регенерацией. Боли в её разуме я не чувствовал — наверное, сумела заблокировать её обращением к Дафне.

Магия воды против некроманта тоже толком не работала. Я не могу вскипятить его кровь или утопить, создав сгусток воды вокруг. У меня был почти неограниченный запас маны, но… я почти ничего не мог ему противопоставить.

Тогда я просто принялся выливать на него всё, что только взбредёт в голову. Просто собирая ману контролем и превращая в подобие когда либо виденных мною заклятий,

Вокруг источника всё пылало. Враг выжигал ману в воздухе вокруг себя, а с улиц тянулось подкрепление в виде функционеров и нежити. Моя группа вместе со стражей пыталась отбиваться. Но разобрать что-то было невозможно. Вокруг был кромешный хаос.

Паровая звезда, аналог ледяной, затем паровая плеть, шар, принудительное повышение концентрации воды, призыв воды… затем — я активировал пустотную форму. Пусть толку от неё и немного сейчас, хоть бафы на скорость немного накинет. Жуткое расточительство, конечно.

За спиной выросли стихийные крылья. Я принялся концентрировать воду в виде облаков над нами и оттуда начал экспансию вниз. Вернее, собирался, потому как снизу без остановки принялись палить драконьи головы. А чёртов некромант просто стал левитировать в мою сторону.

— Какой чудесный в Мельхиоре день, — послышался весёлый голос основателя Тиши. — грибы светятся, свежий ветер снаружи. В такие дни пустотники, как ты, Д͍͒͢О̸̦ͩЛ̶̯̊Ж̟̉͠Н̞̂͠Ы̛̬̉ ̴̬̀Г̛̼̝͛͐͜О̶̮̖̎ͮ̀Р̏̓Е̷̡̱̱ͫ͆Т̧͕̺ͪͥ͡Ь̟͎͐͆͠͞ ̷̣̞̀̋͘В̵̬̯͉͋ͯ͗͢͟ ̑̀̚͏̷̵̗͇̫А̷̸̡͔̜̖ͥ͆̋Д̴̨̺̩̗̿̾ͤ̀У̨̭̪̮ͬͥ̀͠͡!̷̨̛͕͖̝̃͊̓

Всполох сверхновой в лазурном огне, и я полетел вниз, болезненно падая на мостовую.

Харо медленно пролеветировал вниз, пока его летающая кисть манипулировала пространством.

Меня подняло с земли и швырнуло о ближайший дом. Затем сново об мостовую и затем — понесло прямо к нему.

Я собрал вокруг себя всю возможную ману, буквально заковывая себя в непроницаемую броню из чёрного льда и сдетонировал паровым взрывом.

Резкая боль. Жжение, и жуткое чувство, будто изнутри меня раздирала стая голодных пираний.

Касание Дафны.

Связь с божеством заблокирована.

На черепе Харо показалась крохотная трещинка.

— Любишь сложности, да?

Вторая пустая глазница вдруг осветилась холодным белым сиянием, и я увидел в ней вращавшийся белый кубик.

Фрактал!

Я даже не успел прийти в себя. Меня мгновенно выбило из облачной формы, и с утроенной скоростью и силой начало бить телекинезом о всё подряд. Но я вновь и вновь переводил себя в облако, избегая урона.

Костяных голов драконов, палящих отовсюду было уже не сосчитать.

Мы просто не могли тягаться с третьим по силе существом этого мира.

Но у нас не было выбора.

Бесконечное избиение продолжалось. Комбинируя и меняя способности, подменяя друг друга в бою, мы с Лаской не сдавались. Я чувствовал решительность её сердца, и это наполняло верой меня самого.

Пока мы вместе, для нас нет ничего невозможного.

Уклонение, портал, удар мечом и бросок чёрых сфер.

БАБАХ!

Трещинка на лбу у Харо стала чуть шире.

Мне в след полетел ворох синих пылающих кубов. Я увернулся и откатился в сторону. Резко поднялся и изящным сальто назад ушёл от вырвавшихся из земли пылающих костей. Затем мерцанием ушёл от потока пламени из выросшей рядом драконьей башки.

Эстафету приняла Ласка, атакуя врага в спину.

Харо резко развернулся. Клинок из чёрного льда столкнулся с фрактальным барьером, а в девушку полетела оторвавшаяся рука некроманта, падая ей на голову.

— ФАТУМ!!!

Ударила мощная лазурная вспышка. На миг тело девушки осветилось голубым солнцем.

Синхронизация разорвана.

Я по инерции сделал несколько шагов.

Скорби домен Звёздного Зверя!

Ласка, младший магистр Тени, тень 457 уровня пала.

Затем ноги подкосились.

Возрождение.

Возрождение цели невозможно. Цель находится под действием заклинания «фатум».

— Реставрация Стикса!! — зарычал я.

Возрождение цели невозможно. Цель находится под действием заклинания «фатум».

— Нефтис!!!

Возрождение цели невозможно. Цель находится под действием заклинания «фатум».

Связь с божественными сущностями заблокирована.

— У меня есть для тебя предложение, мантикор, потерявший свою мирам’торрин. Полагаю, теперь оно тебя заинтересует.

Я поднял полные ненависти глаза на ублюдка.

— Как насчёт быстрой безболезненной смерти?

33. Легенда о богине-чудовище

Что происходило дальше, я осознавал с трудом.

Тело само ринулось вперёд, а способности посыпались одна за другой. Я применял весь доступный арсенал, не думая о том, может это кого-то ранить и вредит ли врагу.

Пустота распустила свои кружева, и ужас накрыл измученный штурмом город.

Единение с пустотой достигло 100 %

Повышен ранг связи со стихией. Текущий уровень — растворение 1 %

Морось потерь и глубины отчаянья. Белый шум, паровые взрывы, крах реальности, удары сконцентрированными сгустками маны.

Пустота струилась по мне, словно вторая кожа. Поток ненависти не позволял остановиться ни на секунду.

Создано новое заклинание стихии Стикс. Пустые земли. Разрушает ткань реальности силой пустоты, вызывая множественные разломы в стихийный план.

Следующий удар расколол место, где ещё недавно стоял неуловимый Харо и оттуда ударило чёрно-фиолетовым вязким пламенем проклятой стихии.

Ещё удар — с тем же эффектом.

Где-то за спиной у некроманта раскололся дом.

Поднялось облако пыли, в котором были видны лишь всполохи лазури с лиловым.

Удар!

Третий разлом едва не уничтожил врага, но тот в последний момент отскочил.

Да откуда у некроманта может быть такая запредельная ловкость⁈

— Я сотру тебя, тварь!! — вырвалось из моей глотки. — ТВОЙ ДОМ — ПУСТОТА!!!

— Вот ты и показал своё истинное лицо, глашатай, — ответил Харо, но теперь в его голосе не было ни грамма насмешки. Скорее усталость и решимость идти до конца.

Создано новое заклинание стихии Стикс. Дыхание конца времён. Искажает ткань реальности, заставляя само пространство ненавидеть отмеченную цель.

Куски брусчатки и обломки домов, вместе с останками погибших в бою вокруг нас стражей и нежити, налились пустотой и принялись изгибаться, пытаясь достать некроманта, где бы ты тот не оказался.

Едва тот на миг задержался, пойманный в ловушку пасти ожившего камня, как я сразу же ударил в то место способностью, раскалывающей реальность.

И… снова мимо!

Я подскочил к образовавшемуся обрыву. Из портала в иную реальность потянуло чем-то сладким. Нечто невообразимое ворочалось во сне где-то на дне…

— Син! Братик, помощь уже пришла! — послышался радостный голос Дракоши.

Фхайран!

С неба спикировал огромный чёрный дракон, дохнувший в сторону Харо огненной плазмой.

Послышались крики. Девушка как всегда плевать хотела на сопутствующие потери и дружественный огонь. Но это сработало — Харо отскочил вновь, но от его одежды остались одни тлеющие ошмётки.

— Я не позволю тебе вырезать весь Доминион, брат! — громко произнёс ещё один Харо.

Харо Книгозмей из библиотеки домена Зверя. Я узнал его голос даже в облике рыжего дракона, покрытого чёрными полосками.

Он прилетел вместе с Дракошей и сходу вступил в бой.

Изо рта Книгозмея вырвался поток фиалковой энергии, света и молний. И в местах попадания из земли полезли полупрозрачные духи и призрачные демоны изнанки.

Затем дракон вернул себе человеческий облик и яростно атаковал брата серией заклинаний. В подчинении у мага было минимум четыре стихии, потому каждый навык был уникальным и каждый был заточен именно для этого момента.

Фхайрантаанимар выдохнула второй поток пламени, а затем тоже сменила форму, возвращая человеческий вид.

Основатель Тиши попытался прикончить её одним быстрым ударом, и ко лбу девушки понеслась летающая ладонь. Но в тот же миг девушка вдруг стремительно поймала её своей и сразу сожгла, а затем с силой ударила некроманта ногой с раскалившимся стальным ботинком.

Подскочил Книгозмей, ударив в спину летящему к нему брату фиалковым огнём.

А затем на него налетел я, без остановки атакуя паровыми плетьми и спамя всеми подряд навыками, что были.

Уклонение, уклонение, уклонение… да насколько же он может быть быстрым?

Удар телекинезом, и я спиной столкнулся с выросшим на моём пути частоколом из горящих костей.

Следом прилетел шар лазурного фрактала, а с боков накрест изрыгнули пламя две башки драколичей.

Фхай вынырнула словно из воздуха, оправдывая звание Вездесущей.

Поток ветвящихся пиробластов. Портал. Пиробласт. Огненный столб. Портал. Метеорит.

Харо развернулся к ней и взмахнул рукой из чистого лазурного пламени. Девушка потеряла равновесие и упала в груду горящих костей… на месте которых появился портал, в котором она скрылась и обрушилась врагу на голову метров в пяти от него.

Книгозмей протянул руку со скипетром, и во врага полетела вспышка магии звёзд. На редкость могущественной, поскольку в доме, в который угодил заряд вместо него — образовалась внушительных размеров дыра.

Меч чёрного льда….

Способность недоступна. Отсутствуют стихии: Лета.

Ненависть и ярость сжали ману по форме мечей.

Полностью восстановившись за счёт собранной магии павшей башни, я на стихийных крыльях рванул к некроманту и атаковал двумя паровыми клинками.

Создан новый навык: паровой меч.

Удивительно, но навыки обращаться с оружием не исчезли.

Сжатый пар, маной удерживаемый по форме клинка прочертил линию на груди основателя Тиши, и в разные стороны ударили потоки слепящей лазури.

Мы побеждаем! — осознал я.

Тело продолжало действовать на рефлексах, разом вспомнив уроки Безупречного. Повышенная ловкость тари позволяет и без специальных умений неплохо передвигаться в бою.

Затем удача улыбнулась Дракоше, и она всадила пиробласт врагу в спину.

Пустынный обернулся и на этот раз успел вовремя, когда поймал в смертельных захват нападавшего брата.

— ФА… — начал было он, но в этот момент в его затылок вошёл паровой меч.

Скорби, Мельхиор!

Твой защитник, основатель ордена Тиши, Харо Пустынный, аниматург 3428 уровня пал!

Едва исчез он, как вся остальная нежить рассыпалась прахом, а немногие функционеры и все кто рангом повыше, тут же отступили порталами.

— Готов! — умыльнуась Дракоша. — Теперь я официально самая сильная в Мельхиоре. А ты, кстати… нет, не второй, но тоже очень крут, братец! Тебе за этот бой прилично так уровней отсыпало.

И правда. Я даже внимания не обратил. Но даже со всеми ограничениями на скоростной набор уровней, меня подняло до семисотого.

Впрочем, мои союзники в этом бою всё ещё были круче.

— Двухтысячный уровень? Как⁈ — удивился я.

— Теперь я старшенькая в семье, — довольно сказала она. — Поздравляю, братик, мы победили. Ты рад?

Последнее «ты рад» разнеслось двоящимся эхом голоса пустотника.

— Ой, — смущённо сказала девушка, выпустив изо рта струйку фиолетовой дымки. — Трудно быть такой классной, как я!

— Син, ты как? — подскочила ко мне Рин, а следом подтянулись Маэ и остальные.

— Лучше бы я согласился… — тихо сказал я. — Мне незачем больше жить.

— Что за глупости братик? Теперь мы будем править миром! Ну или ладно, для начала — только Доминионом. Волчий посланник теперь брр… ещё один кандидат в сильнейшие существа. Но обломится. Куда ему до великолепной меня, вездесущего дракона? Но у нас, кажется, мир?

— Ласка… — тихо прошептал я.

— Что-что? Не слышу? Ласка минус? Ну так в чём проблема, Син, ты же лекарь. Забыл, как лечить?

— Фатум…

— И что? Когда это тебя останавливало?

Я вздрогнул.

Обернулся.

С гибелью некроманта пропал и покров, запрещавший связь с богами.

В руках сразу же появился посох Нефтис, и я рывком подскочил к девушке.

Снова попробовал стандартный набор целительных чар. Повесил благословения. Начал чтение молитв. Вытащил ритуальный инструмент и отдал руки во власть призрака.

Полилась мягкая тоскливая мелодия, которую можно было назвать похоронной.

На душе стало так тяжело, что я снова утратил на время чувство реальности. Но я отбросил все лишние чувства и продолжил. Она всё ещё привязана к сети башен. Нет? Через башню тоже возродить нельзя?

В меню даже строчки с её именем не было, будто девушку вычеркнуло из мира.

А как на счёт того метода, которым я лечил фрактальную чуму? Пересоздание тела и вселение души? Пробуем!

Когда и это не сработало, я принялся создавать на ходу другие варианты. По большей части просто перебирая все способности, которые могут быть хоть как-то связаны с целительством.

— Что вы стоите, лечите её! — приказал я жрицам и одной из спутниц Лесата, тоже с навыками целителя.

Сам принялся повторять. Раз за разом. Я же столько об этом читал. И я уже размышлял о том, как воскресить Мархи. Способ должен быть. Должен! В Мельхиоре не бывает необратимых вещей!

— Хватит, Син! — остановила меня Селиса. — Это невозможно. Фатум нельзя отменить. Это печать касания самой богини Смерти.

— В Мельхиоре не бывает необратимых вещей… — упрямо повторил я. — Это же грёбаная фентезийная реальность с грёбаной магией. Здесь не может быть безвыходной ситуации!!

Девушки отпрянули, испуганные внезапной вспышкой пустоты. Я понял, что проклятая стихия никуда не ушла, и я всё ещё в форме пустотного зверя. Обратное превращение происходило, но как-то очень медленно. Должно быть, то ещё зрелище.

— Вообще-то, способ есть, — как бы невзначай уронила Фхайран.

Я поднял на неё взгляд.

— Божественное проклятие может отменить кровь бога. Вернее, в данном случае, осколок души. Всё же она у тебя пустотница, а не вампир. Правда, Мортис сильный бог. Из истинных и древних. Так что одного осколка, наверное, будет мало. Для верности лучше два.

— О чём ты? — не понял я.

— Ну как же. Вспоминаем уроки Танатоса. Подобное управляет подобным. Принцип стихийой магии. К счастью, доноры у тебя есть, так что всё в твоих лапках, братик.

— Погоди… если забрать у живого существа часть души…

— Ага, он заразился пустотой. А Ласка будет жить. Дышать, ходить, любить…

— Но… нет, так нельзя.

Всё моё существо просто вопило об этом. Предчувствие, интуиция, проницательность, зашкаливающий параметр мудрости…

— Почему это нельзя? — удивилась она. — Разве ты не хочешь спасти свою половинку души? Соскучился уже поди по её голосу?

Она чуть улыбнулась и картинно вздохнула, после чего сама же ответила:

— Правильный ответ на мой вопрос: ты не можешь, тари. То, что Ректор считал взломом системы, на самом деле само — уязвимость. Позволь угадаю. Сейчас ты испытываешь ужас. Тревогу, страх. Ах да, ещё одиночество! Ведь ты потерял половинку себя! Тари такое не переживают. «Умерли в один день», слышал такое? Полюбуйся на даты в кошачьих кладбищах. Что? Именно так я и получила силу — рылась в бумагах, пыталась понять историю мира, в котором нахожусь. А не просто с шашкой и в одних трусах, набивала уровни. Манчкины, ей-богу!

— Тогда убей меня, Фай… Лучше убей меня.

— Ну-у, зачем же так, братик? Ты должен спасти свою любимую. А я буду крёстной у вашего сына. И дочки. Двух сыновей и дочки. Где-то в разгар золотой эры стабильности, когда мир будет процветать под властью нашей маленькой семьи. Ты, я, твоя Ласка. Утопическое королевство, которое унаследуют твои потомки. Кстати, ты ведь знал, что тари — бессмертны? Так вот, ты теперь тоже бессмертен. Чем ещё тебя обрадовать.

— Я не могу…

— Почему не можешь? — нахмурилась Дракоша. — Очень даже можешь! Не пойму, что тебе не нравится?

— Ты прекрасно знаешь, что такое пустота, — потерянно проговорил я в пол. — Это значит превратить их жизнь в ад. Пустотники все мечтают о смерти, но стихия не позволяет им покончить с собой.

— Ой, да брось! Будто ты сам бы не отдал кусочек своей души, чтобы вытащить с того света товарища? Почему ты считаешь, что твои друзья не готовы пожертвовать собой ради тебя? Мы все здесь любим тебя, наш великий лидер Синаэль Мантикор. Не так ли, девчонки?

— Я знала, что так будет, — печально пожала плечами Рин. — Делай, что должен, Син.

В голосе её послышалась обречённость.

— Нет, Син! — подняла голову Маэ. — Ты же понимаешь, что это значит. Осколки обращенных в пустоту светлых богов…

— Фхайрен, это же… — обернулся я к Дракоше.

— Ну, тут нужно непременно двух. Наверное, эта Маэ — не настоящий твой друг. Друзья так не поступают. Давай с неё и начнём?

— Заткнись…

— Что? Почему ты не исцелишь свою девушку, братец? Она же вроде как доверила тебе свою жизнь. Неужели ты… ах да! Точно! Ты никогда не любил её, Син. Она просто заполняла пустоту внутри тебя. Это не любовь, а симбиоз, в котором гибель одного означает и гибель другого. Осколки души, что поглотила в вас пустота, как раз делают из двух моральных инвалидов одну зрелую адекватную личность. Ты был пуст и нашёл свою цель жизни в ней…

— Заткнись-заткнись-заткнись!!!

— Браво! Хлоп-хлоп. Так что, движуха будет? Просто думай о том, как назовёшь своих троих детей… А… по-ня-ла. Тебе интересно, что случится с… донорами? Да в общем-то, ничего особенного, на самом деле. Многие через это проходят. К примеру, ты или я. Или вон, Сайрис с Терми. Разве с ними что-то не так? Живее всех живых. Тоже будут однажды детишек нянчить, если не скатятся.

— …

Фхайран картинным размашистым шагом направилась мимо, продолжая рассуждать:

— Осквернить пустотой… да это можно трактовать по-разному! У тари пустота считалась противоположностью любви, например. Сама пустота часто описывается как стихия отчаянья. Но это не смерть или что-то, что нельзя контролировать. Помнишь, я говорила. Это просто вид силы, работающий по определённым законам.

— И ты хочешь сказать, что знаешь их все?

— Знаешь… я вот следила и думала. Изучала тебя, нашу башню, всех нас. Так по итогу и пришла к силе. Не тупым фармом мобов, а хитростью. Сила в знаниях, братик. Так что слушай старшую сестрёнку и делай, что она говорит.

Я обернулся в сторону остальных оставшихся у источника. Харо Книгозмей отвёл взгляд. Остальные молчали и будто находились в прострации. Похоже, очень сильная ментальная магия.

На негнущихся ногах я шагнул в сторону бывших богинь. Пустота, охватывавшая моё тело, сама потянулась к ним. Рин молча шагнула вперёд, и послышался тонкий, едва различимый хруст чего-то эфемерного. Девушка резко побледнела, но улыбнулась.

— Будь счастлив, Син. Да прибудет с тобой Радость.

Стоит ли говорить, каким ублюдком я себя сейчас чувствовал. И всеми силами сопротивлялся этому. Всей своей волей сопротивлялся каждому шагу, но не мог ничего изменить.

— Зря так сопротивляешься, — подлила масла в огонь Фхайрантаанимар. — Для тебя же стараюсь, братик.

В последний момент Маэ вдруг шагнула вперёд, сама подставляясь под пустоту.

Снова противный треск.

Широкая улыбка на лице алчного чёрного дракона в обличии милой девушки.

— Вот видишь, всё не так страшно, как кажется. Теперь попробуй воскресить её снова. Думаю, твоя Реставрация хорошо подойдёт.

Я присел рядом с самым дорогим существом, положил ей на грудь два осколка — они появились у меня в инвентаре сами. Полупрозрачные и эфемерные, будто облачко собралось по форме геометрической фигуры.

Сперва я проверил обычную магию. Не мог не проверить. Но каждый раз сталкивался с ненавистным словом «Фатум».

Реставрация же…

Запаздывала.

— Спасибо, братик. Ты всё сделал правильно. Хотя сомневаюсь, что проклятие тари оставило тебе выбор, верно? Ну… жизнь в принципе полна принуждений. Чего уж там, бывает.

— И что теперь? — спросил я, не сводя глаз с Ласки.

— Я же говорила, теперь ты будешь править Доминионом. А я… я пожалуй, буду богом. Так и назовём, культ Фхайрантаанимар Вездесущей! Великой хозяйки Пустоты!

— Ты…?

— Ну да. Остался один маленький штрих…

Девушка призвала из инвентаря короткий острый нож, исписанный мелкой вязью сложных рунических узоров, и резко опустилась к нам. Вернее, попыталась опуститься, но у её горла тут же оказался паровой меч.

— Тихо-тихо, ты же не хочешь, чтобы твоей возлюбленной овладела прежняя мать пустоты, верно? Мне достаточно и небольшого надреза. Ничего смертельного. Будто царапина от заигравшегося котёнка.

— Что это за артефакт?

— Вот, смотри, — девушка послушно продемонстрировала оружие:

Похититель судеб. Легендарный.

Ритуальное оружие неизвестного бога.

Позволяет похитить часть силы существа вместе с его судьбой.

— Убедился?

— Часть силы?

— Претендую только на пустоту. Думаю, её тебе точно не жалко. Поверь мне, братик, я бы могла просто заставить тебя силой, но мы ведь лучшие друзья, не так ли? У меня нет более близкого друга, чем ты.

— Что ты задумала? — спросил я.

— Говорю же, ничего опасного для твоей Ласки, — ответила она с лёгким раздражением и присела рядом с телом тени.

Фай не солгала. Едва заметная царапина на босой ноге девушки. Крохотная капля крови. И всё.

Ничего страшного.

Ведь правда?

Фиолетовая энергия потянулась через артефакт в руку чёрного дракона. Глаза Фай вспыхнули чёрно-лиловым огнём, а губы растянулись в искренней улыбке. Улыбке экстаза. Эйфории.

Уровни рядом с именем исчезли, как впрочем, и класс. Теперь там горело «бог пустоты» и «уровень скрыт».

— Вот и всё — Фай поднялась и подмигнула мне. — Я победила. И заметь: я не соврала ни в одном своём слове. Я твой друг, Син. Уж какая есть. Иногда некоторые вещи нужно сделать за своих друзей, когда им не хватает решимости. Но я правда считаю тебя своим другом.

— Бог пустоты? — спросил я.

— Ага. На этом история о моём воцарении заканчивается. Скоро твоя подруга придёт в себя, и можете приступать к выведению потомства. Сила пустоты — это инструмент, который нужно направить в нужное русло. На этот раз бог пустоты не сбежит, пожрав самую развитую расу на планете, а будет править и получать дань, в том числе и душами. Это будет не просто очередное её появление. Это будет финал, Син. Она пришла навсегда! Я пришла навсегда. Фхайрантаанимар Вездесущая. Дракон, чья тень покроет миры…

— Помолчи, — тихо произнесла Ласка.

Она сладко потянулась, будто после долгого сна.

— Как же сладко мне спалось…

— Ласка! — с тревогой спросил я. — Ты как?

— Так, погоди… Син. Ты мой глашатай? Какой миленький. Ты мне снился.

Я рванул к подруге, обнимая. Желая защитить от всего вокруг.

Но…

— Не прикасайся ко мне!! — жутким двоящимся голосом порождения пустоты воскликнула девушка.

Сонливость с неё как ветром сдуло.

А меня будто ледяной водой окатило и отбросило где-то на метр.

Ласка повернулась ко мне, со смесью ненависти и отвращения. Будто только что вступила в ведро помоев. Никогда на любимом лице не было столько брезгливости и пренебрежения.

Но она быстро совладала с собой, и вновь мило улыбнулась:

— М-м… ты ведь любишь меня, да, Син? Влюблённый тари! На этот раз охренительный подгон. Знаешь… Фхайрен-чего-то-там, я пока что оставлю тебя со мной. Ты забавная. А на тари я хочу посмотреть ещё.

В глазах Фай стояли ужас и непонимание. Но сама она застыла, боясь даже пошевелиться.

— Ласка… сопротивляйся. Это одержимость, да? Сейчас я постараюсь исцелить тебя!

Синхронизация душ.

Синхронизация отклонена.

Синхронизация душ.

Синхронизация отклонена.

— Смешной милый тари. Я уже предчувствую, какими сладкими будут твои страдания. Хочу это видеть. Ты станешь моим апперетивом к этому миру, не против? Начнём с простого. Син, любимый. Убей вон того парня, — Ласка кивнула в сторону бойца Лесата.

— Что? Ласка…

— Ладно, не хочешь обнимашек, значит не хочешь… — с обидой сказала девушка. Короткий портал, и вот она оказывается рядом с ним сама. Вот только вместо расправы, она вдруг схватила его за шею, притянула к себе и страстно поцеловала.

— Да обретёшь ты… — начал было я читать молитву Нефтис.

— Сила сестрёнки Неф? Забавно, но с ней я уже наигралась.

А затем Ласка исчезла, и я услышал шёпот над ухом:

— Хочешь поцелуй — докажи свою верность. Или повысим ставки? Ты ведь хочешь меня, тари? Или куда больше меня хочет кто-то из твоих друзей? Знаешь, на твоём месте я бы убила всех мужчин в этом мире. Как тебе такая цель для существования? Или банально?

Следующим движением, я с силой атаковал Лесата. Друг чего-то подобного от меня и ожидал, потому защитился небольшим магическим барьером и клинком. Вот только что это против меня? Распавшись туманом, я обошёл его сбоку, перенес сознание в водную копию за его спиной и коснулся головы.

Парень погиб мгновенно, когда вода в крови начала закипать. Его я как раз легко смогу возродить в башне Зверя, если для убийства использую воду, а не пустоту.

Вот только знать это никому не нужно.

Ласка…

На лице девушки была презрительная брезгливость.

— Какая скучная смерть. Он же твой друг? Где эмоции? Ты же хочешь накормить ме-ня? — произнесла она тем самым, особенно милым голосом. Девушка коснулась губ пальцем, а у меня перехватило дыхание.

Какая…

Невообразимая…

Красота….

— На первый раз сойдёт. Но в следующий раз мне нужно больше эмоций. Обнимашки? — насмешливо спросила лже-Ласка.

Я подался вперёд, заключая девушку в объятья. Сперва машинально отреагировал и лишь потом понял, что делаю.

— Спасибо, это отрезвляет. Как же противно касаться смертных! И чем вам это так нравится? О, знаю, придумала! А раздень-ка и поимей тех двух недо-богинь! Мне очень, очень хочется увидеть их эмоции! Научи их ненавидеть тебя. Заставь их ненавидеть. Втопчи их души, сердца и чувства в грязь. Пожа-алуйста.

Она состроила обворожительно-милую улыбку.

Весь мир перестал существовать. Он сузился до одного лишь любимого образа моей богини.

Богини Ласки.

Быть может, всё это и не так уж плохо. Вечно служить ей. Возможно, после Маэ и Рин она позволит поцеловать её ножку. Главное, вырезать всех мужчин в радиусе ближайшего километра.

Я посмотрел на Маэ и Рин. Богиня Надежды была бледной. Будто всю волю к жизни у неё выпили. Рин же выглядела обиженной, но не желала так просто сдаваться. Она упрямо смотрела то на меня, то на Ласку.

— Основы, Син, — обижено поджав губки, произнесла Ласка. — Сделай с ними всё то, что вызовет самые сильные эмоции. Их, твои и, если очень повезёт, мои. Да и зрители не помешают. Тогда, возможно, я тебя обниму снова. Ну или отдам это тело желающим — вдруг твои эмоции будут интереснее?

Предательство. Что бы я не сделал сейчас, это будет предательством.

Отчаяние. Ни одна из моих способностей не меняет ничего. Исцелить? Кого и от чего? Попробовать воскрешение — так она жива. Пересоздать тело Ласки? Или здесь нужен какой-то высокоуровневый экзорцизм?

Какого хрена?

Какого хрена творится⁈

Ласка!

Я ведь… я ведь не смогу отказаться.

Передо мной чудовище во плоти. Теперь я уже отчётливо понял это. Абсолютное зло, неназываемая, бездушный бог, воплощение Пустоты…

Ненавижу.

Но… боги, это лицо. Самое совершенное существо во всех мирах. Моя Ласка. Я не могу сдерживать себя в этом. Моя жизнь без неё не имеет смысла. Но неужели я буду делать все те вещи, о которых она просит?

Как я потом буду смотреть себе в глаза после этого?

Как я…

Внезапно перед глазами вспыхнул яркий свет, в ушах зазвенело, а когда я смог с трудом видеть очертания предметов и фигур разумных вокруг — увидел за спиной Ласки того, кого ожидал сейчас увидеть последним.

Вампир же, пользуясь замешательством, вонзил клыки в шею девушки, а затем оттолкнул тело и отпрыгнул, оказавшись рядом со мной.

Над его головой в инфо горело:

Алиот Алашан, «Алашанский зверь», бог крови 1001 уровня.

Легендарное существо.

— Спасибо, что предоставили тогда с Лаской свою кровь в храме Покоя, — ухмыльнулся вампир. — Без этого я бы к ней не смог подойти, — улыбнулся Алиот. — А теперь можно валить. Кот, ты со мной?

34. Пути судьбы

Я кивнул.

— Тогда поехали. Сейчас только… — он поднял обронённый Фхайран клинок. — Срок аренды окончен, подруга, так что это я заберу.

Затем перед глазами вспыхнул алый портал, и мы с вампиром оказались на вершине незнакомой башни.

— Лови посылку, — бросил Алиот, а я упал на каменный пол. Рядом был кто-то ещё.

— Син! — послышался радостный возглас Филин.

— Фил? — удивился я. Помню, она была с нами там, во время бойни. Но когда началось сражение с основателем Тиши, я просто потерял из виду всех остальных

— А ты думал от меня так легко избавиться, Син? — усмехнулась она. — И не надейся.

— Теперь уже не важно… всё кончено, — уронил я.

— Ошибаешься, Син!

— Ласки больше нет. В её теле разгуливает неназываемое зло, и я ничего не могу сделать…

— А-ну, соберись, приятель! — требовательно сказала девушка.

— Пророчество исполнилось, Фил. Всё как предсказывалось.

— Ну и хрен с ним, бро! — хлопнула меня по плечу фрезия. — Когда заканчивается один квест, нужно просто начинать новый!

— Какой ещё новый? Ты не понимаешь, Фил? ЛАСКИ БОЛЬШЕ НЕТ!! — резко выпалил я, и в конце пустота вновь изменила мой голос, заставив двоиться.

— Её ЗДЕСЬ нет, тупой ты непись! — вспылила в ответ девушка. — Ещё ничего не кончено!

— Здесь…? Что ты имеешь ввиду?

— Если в теле Ласки бегает главный злодей, значит где-то должна быть и душа твоей подруги! Смотри шире, Син! Ласка и безумный бог — разные существа!

— И…? Пророчество…

— Теперь ты не связан цепями пророчества! — всплеснула руками Филин. — Ты сам творишь свою судьбу, Син!! Подумай хоть немного!

— Но если её нет в теле, то…

Если бы она умерла, я бы сказал, что её душа с Мортис. Тогда её возрождение — вопрос правильного ритуала. Если её личность как-то подавляется — я бы заметил её присутствие где угодно. Эмпатия тари и все мои чувства указывают на тело Ласки, но это лишь тело, пусть и безумно красивое. Управляет им не она.

Смотри шире…

В воспоминаниях мелькнул Мракрия. Он умолял нас с Лаской убить его, до того, как это сделает Ректор. Он хотел попасть в посмертие Мортис как персонаж игры, а не уходить в неизвестность… реальности.

Неизвестность реальности…

— Может ли Ласка… быть в мире-темнице…? — дрожащими от волнения губами, спросил я.

— Танатос в главном зале Стержня, Син, — чуть улыбнулась девушка.

— Спасибо, Фил! Я… спасибо!!

— Пророчество исполнено, Син. Но в нём не говорится том, что будет дальше. Теперь ты сам строишь свою судьбу. Верни свою Ласку. Измени судьбу. Ты же тари…

Я кивнул.

— Скоро увидимся, дружище. Намного быстрей, чем ты думаешь, — улыбнулась Механический Филин и растворилась в воздухе.

Ушла в свой мир.

Я обернулся к Алиоту.

— Где мы?

— Старая башня крови в Стержне, — ответил он. — Это единственная башня, куда я мог нас перенести. А теперь я пойду. Вампир-такси идёт на покой. Воевать с древними богами — не моё.

— Спасибо, — поблагодарил я его.

— Не за что. Меня твоё пророчество и немного смекалки сделали богом. Ты тоже одной ногой там, так что догоняй, магистр. Быть может, ещё когда-то увидимся. А может, и нет. В любом случае, мы в расчёте, Син.

С этими словами он рассыпался на множество осколков летучих мышей и вылетел прочь через окно башни.

Я подошёл к нему. Высокий проём с арочным верхом, за которым открывался вид на Академию.

Выглядела она ужасно — последствия жестокой бойни. Местами пылало зелёное пламя. Повсюду виднелись прорехи в стенах, многие места почернели от копоти, а в дыру над городом уходил чёрный дым от пожаров.

Чужая боль была буквально разлита в воздухе.

Сделав шаг из окна, я полетел в сторону сердца Доминиона.

В нос ударил запах гари, а по эмпатии — кромешным отчаяньем.

Чем ближе я был к Стержню, тем больше видел признаков жестокого боя могущественных существ. И от этого становилось сильно не по себе. В бою я видел много оповещений о гибели, но тогда было не до того.

Кто там… Заркфейн, Илос, Луксор… кто-то из моих ещё точно. Но уже не помню а в логи лезть… пока не хочу. У самой башни на взлётной площадке, искорёженной столкновением высших сущностей, лежало множество обугленных трупов. Суетились маги, но их было совсем немного.

Я приземлился на самом краю, обратился собой и медленно побрёл внутрь академии. На меня никто даже внимания не обращал. Да и я сам уткнулся себе под ноги.

Главное, концентрация на дыхании. Вдох. Выдох.

Не думать.

Ни о чём не думать.

Просто делай верные вещи, Син.

Не раздумывая, делай.

Статус: отчаянье пустоты.

О, а вот и ты. Конечно, ну а как же иначе? Больше Ласка меня не защищает, и на меня снова действуют все прелести статуса принца безумия. Но пока я концентрировался на дыхании, я был относительно безопасен для остальных.

Губы сами собой начали по кругу повторять молитву божественного покоя.

— Да обретёшь ты покой в объятиях её… Да обретёшь ты покой в объятиях её… Да обретёшь ты покой в объятиях…

— Порадуй меня, и ты получишь свои обнимашки. Но их нужно заслужить. Ничего не должно доставаться просто так, не находишь? Или ты думаешь, радость в мире бесконечна? Если хочешь быть счастлив, будь готов отобрать счастье у других. Это жестокий и хитрый мир.

— Заткнись. Да обретёшь ты покой…

Нога уткнулась во что-то мягкое.

Я посмотрел вниз и увидел искорёженное в агонии лицо магистра Илии. Похоже, она умирала медленно и очень мучительно.

Остановившись, я замер, уставившись в её полные боли остекленевшие глаза. Половина её тела была уничтожена то ли огнём, то ли кислотой.

Присев рядом, я активировал целительную связку навыков. Призвал из инвентаря металлический барабан волчьего посланника и с его помощью быстро нашёл и приманил растерянную душу девушки. Затем восстановил тело и привязал её к нему.

Всё было проделано на автомате.

Внутренний диалог — злейший враг. Нельзя позволять раскрывать ему рот. Нельзя позволять себе думать о том, что сейчас не важно. Я продолжал повторять себе под нос молитву, иногда добавляя к ней «заткнись» для самого себя, голосом абсолютного зла, советующего мне сорвать злость на раненых и добить здесь всех.

Наверное, со стороны я сейчас похож на того безумного портальщика, как там его, забыл. Который всё время бубнил себе всякий бред под нос.

— Явился, ублюдок… — с презрением в голосе процедил кто-то рядом со мной.

Я с трудом уставился на плывущий образ существа в бело-бирюзовой одежде и вычурной броне тари.

— Лииндарк… — с трудом вспомнил я.

— Он нас обзывает. Давай оторвём ему ноги с руками и превратим в червяка? — пронеслось в голове. — Будет забавно!

— Заткнись… — тихо прошептал я.

— А что? Почему он жив, а Ласка нет? — добавил внутренний голос. — Почему здесь так много живых, когда её больше нет? Они все виновны. Мир не имеет права существовать после её смерти. Мир, который допустил всё, что произошло.

— Ты чудовище, Син. Я должен был убить тебя ещё у храма этой твари, — с ненавистью процедил волчий посланник.

— Лиин… — с трудом выдавил я из себя. — Её зову нельзя противиться…

— Заткнись! Ответь на простой вопрос, гребаный ты мудак, чем была плоха Маэ? Чем это заслужила Рин? Проклятие бездушному богу, это самое светлое существо из всех, кого я встречал в этом поганом мире! И она выбрала тебя!

Волчий посланник схватил меня за ворот инквизиторской мантии.

— Лиин… тари не могут идти против своей природы…

— Засунь себе в задницу свои сраные оправдания! Где те разумные, которых ты поклялся защищать, Син? Где твой Орден Звездного Зверя? Кому ты принёс всё это в жертву⁈ Назови хотя бы одну причину, по которой я не должен тебя убить прямо сейчас, ублюдок!

— Ты… ты прав во всём, я заслужил смерть. Наверное, ты в своём праве.

Волчий посланник перехватил оружие в виде диска с зазубринами лезвий и прижал его к моей шее. Одинокая капелька крови сползла на оружие и быстро понеслась к сиинтри.

— А знаешь, что, Син? Ты так легко не отделаешься, — отводя оружие и брезгливо стряхивая кровь, выплюнул посланник. — Твоя Ласка, делящая тело с бездушным богом, ведь тоже от тебя отреклась, верно? Так живи с этим всю оставшуюся жизнь, пусть тебя сожрёт чувство вины и ненависть к самому себе!

Я почувствовал слабый укол эмпатии. Повеяло растерянностью и непониманием.

Переведя взгляд вниз, я увидел с трудом приходящую в сознание Илию. И не только ей так повезло — магия сама нашла себе место в других телах и все, кто мог, откликнулись на зов, возвращаясь в регенерирующие тела. Им будет больно, очень больно, но по другому никак.

К тому же, многие похоже были обращены в пепел, были сожраны или упали с острова Стержня вниз.

Волчий посланник молчал.

Я медленно стронулся с места и побрёл в сторону башни.

Препятствовать мне он не стал. И больше не сказал ничего.

Эх… я должен был просто согласиться с Харо Пустынным. Быстрая и безболезненная…

Сверху спикировала тень и рядом со мной приземлилась пещерная мантикора. Я удивлённо посмотрел на зверя, а тот упрямо шагнул ко мне и ткнулся большим мокрым носом в лицо, едва не сбивая с ног.

Самое преданное существо, ставшее важной частью моей семьи, привстало на задних лапах и принялось вылизывать меня шершавым языком.

Будто очень грубой наждачкой отшлифовали.

— Остынь, Искра, я пока не собираюсь помирать. Пустота меня всё равно не отпустит.

Зверь снова уткнулся в меня мокрым носом, прошёл рядом и мелко задрожал выгнувшимся трубой хвостом.

У самого входа в башню сидел Сайрис, прижимая руку к болезненной ране в боку.

— Син, ты жив? Надо же! Выходит, мы с тобой теперь своего рода коллеги, хехе.

В нос ударила смесь алкоголя и химический запах чёрного дыма.

— Цианея… чёрт бы её побрал, как она могла? Представляешь, она всё это время водила нас за нос. На самом деле она… а впрочем, не важно. Кажется, меня бросили, представляешь?

Я бросил на него затуманенный взгляд принца безумия. Статусы пустоты медленно расцветали в инфо один за другим. Наверное, у меня осталось совсем мало времени, прежде чем я окончательно перестану соображать.

— Хочешь умереть? — спросил я у него. На его месте я хотел бы сейчас именно этого, но эмпатия молчала. Эмоции друга были странным образом перемешаны, что я не мог сказать точно, что с ним. Лишь то, что до безумия паршиво.

— Хах! Ну-да ну-да. Хочу, конечно, Но не буду. Я ж не ты. Не тари.

Он сделал несколько глотков чего-то алкогольного и после — затянулся самокруткой с частицами замершего фрактала.

— Я не ты, — повторил он. — В море полно рыбы. Это не последняя баба на этой планете. Как-нибудь переживу.

Продолжать диалог я не стал и вошёл в башню.

Эманации магии доносились откуда-то снизу, с нижних этажей башни. И я даже знаю, откуда именно. Тайная комната Ректора.

Он был перед сложной узорной пентаграммой в просторном помещении, где раньше был кто-то из пленных админов, разум которого промыл владыка города. Сейчас его не наблюдалось, что вызвало нехорошие предчувствия.

Здесь же находились ученики, специально отобранные для этой миссии. Я отметил, что все они — физических классов. Воры и воины, крайне редко — стрелки. Все маги были заняты самим ритуалом.

— Тан! Ты решил всё сделать сам после гибели Ректора?

— Кто-то должен, — ответил он, не оборачиваясь. — Здесь моя дочь, Син. Я должен обезопасить Мельхиор от мира-темницы.

— Значит, портал в мир-темницу всё таки будет?

— Хочешь поучаствовать лично? — спросил он с насмешкой.

— Не рад видеть своего ученика?

— Ректор говорил, что с вероятностью в три четверти ты должен сейчас в суицидальном порыве крушить своих и чужих под проклятием тари. Знаешь, Ректор даже в такой момент оставался прежним. Предвидя свою смерть, он дал указания и на такой случай.

— Погоди, он знал, что умрёт?

— Такая вероятность была весьма высока, но мы не знали, как именно это случится. В противостоянии с Фантомусом или Харо Пустынным, или даже ими двумя вместе, он должен был победить по его словам. Убить мага в его собственной башне сложно. Его нельзя истощить и трудно взять чистой силой. Считай, что здесь у него было на пару тысяч уровней больше.

— А что с оставшейся четвертью шансов? — спросил я.

— В оставшейся ты повстречаешь свою подружку среди игроков, и она ткнёт тебя пальцем в очевидное, — криво усмехнулся Танатос.

— То есть…

— Хочешь спасти свою подружку, готовься прыгать в портал. Посмотрим, стал ли ты настоящим тари-мантикором и жрецом, или вся эта эзотерика про силу мысли и волю людей — чушь собачья. Теперь у нас остались только Его наработки…

— Кстати, а что конкретно значит это имя? Почему тари называли таких, как я, этим именем?

— Тебе правда интересно зверянская легенда из далёкого прошлого этого мира?

— Вообще-то весь творящийся бардак создала как раз такая легенда.

— Тут ты прав, — усмехнулся Танатос. — Если так, то слушай. У нас осталось минут десять до того, как переход будет готов.

От пола стали отделяться маленькие белые кубики стихии фрактала. Неведомый ритуал плавил реальность, но понемногу.

Я кивнул, обходя странные руны… нет, не руны, а какой-то извращённый программный код, превратившийся в сросшиеся в нечитаемые сгустки цифр, символов и геометрических фигур.

— Что такое на самом деле фрактал?

— Овеществлённый программный код, что же ещё? — хмыкнул, Тан. — Так вот, твоя легенда… Первым мантикором был Мельхиор. Историю о влюблённом в бога смерти спятившем некроманте ты уже слышал. Раньше мир Смерти в подлунных мирах, кстати, носил совсем другое имя. Какое-то стандартное, типа Тартар или другой аллегории загробного мира из мифологии. Мельхиором он стал потом.

— Об этой слышал. Почему именно мантикоры?

— Кя? — удивлённо посмотрела на меня Искролапа.

— У этого хищника очень схожее с тари поведение в отношениях. Мантикоры находят себе пару единожды и на всю жизнь, а смерть одного в паре чаще всего приводит к смерти другого. Прямо как какие-то голуби.

Танатос вздохнул и продолжил.

— На самом деле, первые тари очень сильно отличались от нынешних. Схожая история была с сорамин, которые в начале своей истории были задуманы, как японские тенгу, с которых и были отчасти списаны разработчиками. Были такие себе владыки неба с японским антуражем. А затем, после первого катаклизма с возвращением древнего зла, тысячелетняя культура полностью сменилась на военизированные кланы инженеров. Кардинальная смена курса, в которой от изначальной задумки не осталось почти ничего.

— Так же и с тари, — я знаю, — поторопил я магистра Смерти.

— Первые тари были как раз скорее мантикорами, чем котами. Кажется, они и звали себя по другому, лекисы или как-то так. И до истории с некромантом была у зверян легенда о последнем из народа летающих котов, который пустил человека в мир, тогда ещё не носивший имя Мельхиор. Похитил игрока с другого сервера, если говорить реальными фактами. То-то шумихи было в корпорации! В общем, знание о происхождении этого термина тебе ничего не даст.

— Чего мы ждём, Тан? — спросил я наставника.

— Кое-каких событий в реальности. Так что если ещё интересны какие-то подробности о проекте Мельхиор, я тебя слушаю. Раз уж Ректор так на тебя ставил.

— Значит, он на меня ставил? — чем больше магистр говорил, тем больше этих самых вопросов возникало. — Чем же я отличаюсь от остальных? Моё глашатайство уже сработало. Проклятая легенда сейчас разгуливает в теле твоей ученицы.

— Именно поэтому. Тари-отступники уже несколько раз демонстрировали аномалии. Видишь ли, «Мельхиор» должен был стать особенным. В отличии от остальных творений корпорации «Подлунных миров», этот не создан гейм-дизайнерами или нейросетью. Это эволюция, пусть и запущенная случайно. Когда сервер был закрыт, а время сильно ускорилось, здесь произошла долгая естественная эволюция, длившаяся сотни с лишним тысяч лет. От изначальных тенгу или крылатых котов из египетской версии загробных локаций.

— Ты это сейчас серьёзно?

— Сехмет, кажется… Баст. Одна была бешеной воительницей, другая — кошкой домашнего очага и плодородия. Не удивительно что с таким вдохновением разработчики создали поехавших на почве любовной зависимости тари. Крылья отпали с последним мантикором по крови, а летающие коты постепенно выродились в тари. От египетских кошек сохранилась разве что страсть к высоким потолкам. В древнем Египте тоже на это был пунктик. Но в остальном — совершенно другая культура со своей историей.

— И корпорация ничего с этим не делала?

— Ну, когда великий Ректор попал сюда, он начал оперативно чистить всех, кто был посвящён в эту тайну. Информация в сети, несчастные случаи из-за сбоев в работе техники в реальности… В итоге загадки Мельхиора успешно оседали в руках правильных лиц. Не обязательно хороших, главное чтобы ни у одного не было мыслей о том, насколько такое открытие опасно. Но вернёмся к нашим крылатым котам.

Значит, игровой мир, в котором прошли… сколько он сказал, сотни тысяч лет? Эта цифра не укладывалась в голове. Тогда у местных легенды и впрямь… мда. Тысячи поколений возвышения и падения нескольких рас.

Вороны Сора, змеи Асу, коты Тари, волки Аму и лисы Чиффари. А сейчас в городе идёт бойня за власть белок сиин, крыс незу и химерных чихар за право быть шестыми в этом списке. И это тоже естественная эволюция каких-то мифических существ, закинутых сюда разработчиками на старте.

Тем временем, наставник продолжал:

— До сих пор не могу осознать всю титаническую работу, которую проделал Ректор. Воистину великий ИИ, предвидевший даже собственную смерть. Дура Фхайрен так и не поняла, что наделала и под чьи дудочки пляшет! Вроде умная и изучала истории зверян, а так ничему и не научилась…

— Если Ректор предвидел свою смерть, то почему он её не предотвратил?

— Потому что глупый ИИ в теле потерявшего всех сородичей иллитида давно отказался от мести людям, когда осознал истинные причины всего произошедшего. И решил пожертвовать собой ради того, чтобы этот мир стал независим. Свою любовь к павшим сородичам он переключил на все подлунные миры корпорации.

— А зачем было умирать?

— Видимо, чтобы воспользоваться «эффектом мантикоров», когда Фхайрен и принцы безумия победят в нужном месте в нужное время. И чтобы отправить в реальность одну из созданных этим миром аномалий. В правильном состоянии души, и с крепкой мотивацией, так сказать. Но ты не волнуйся, я позабочусь, как жрец, чтобы отправить её душу на самый паршивый сервер… На Стену, например, к Ирис. Будет забавно, если они там встретятся и будут перемывать мне косточки. Впрочем, память — первое, что Стена заберёт себе.

— Буду благодарен, — процедил я сквозь зубы.

При мысли о предателе хотелось рвать и метать.

— Мельхиор, знаешь ли, уже не первый раз чудит, — продолжил, меж тем, Танатос. — Первый инцендент ещё вороны организовали, с помощью эфирных кораблей перейдя на сервер Зехира и поселившись там. Сейчас, после того, как там прошёл финал прошлой битвы магов — это разбитый мир летающих островов, сохранившийся только за счёт магии. Или история с бывшим королём города, который теперь называется Мёртвокотьем… В общем, таких было достаточно, чтобы делать выводы.

Я вспомнил знакомые медные машины на висячих островах мира Воздуха, когда проходил данж в храме Тефнут. Боги, как же давно это было…

— Вот мы и вернулись к началу этой беседы, — улыбнулся я. — Что это за эффект мантикора?

— Это будет… сложно объяснить так сразу. Придётся зайти очень издалека…

— И?

— Мантикоры, лекисы и тари, все три ветви этого вида, обладают удивительным свойством, как сложилось у них это эволюционно. Ваши узы привязанности настолько сильны, что создают своеобразный всплеск какой-то… чего-то… мм, не смогу подобрать нужного слова. Воли, наверное?

— Той самой, которая есть у каждого человека, и с помощью которой Ректор пытается сделать реальными все миры корпорации?

— Тот Мантикор, который вытащил с другого сервера игрока, сделав частью этого мира — уже нарушил все законы программирования виртуальных пространств. Мельхиор, не смирившись с тем, что богиня Смерти не способна ответить на его чувства, создал из извращённого программного кода пустоту, чтобы принудительно вызвать у неё эмпатию и заставить себя полюбить. Появилась ещё одна головная боль Ректора — подчищать за спятившей божественой тари-полукровкой, дочерью бога и кота-некроманта. Хорошо, что других своих сестричек младшая прикончила раньше.

— Нефтис бы с тобой не согласилась. Как и Тефнут.

— Да, дочери Смерти даже в виде осколков не успокаиваются. Об этом я и говорю. Такую силу в лапы тари давать опасно. Они все трое были склонны к безумию. Тефну создала Тишь, знаешь ли, пусть и с Харо. Ты их видел. А Нефтис просто не успела развернуться. С ней младшая наигралась первой.

— Ты специально затягиваешь наш разговор?

— Просто хочется запомнить момент. В Мельхиоре я не так давно, но мне нравится описанное Ректором будущее. А нам ждать ещё… — Тан призвал над рукой таймер с горящими зеленью цифрами. — Семь минут до системы аварийного отключения сервера. Всё же для этого мира… это его история.

— Тогда продолжай, раз время ещё есть.

— В легендах тари «мантикор» значит «отравленный ядом любви». Или «обезумевший от любви». Как-то так. Именно на это безумие и надеялся старина Нархаармис. На то, что оно наложится в реальном мире на волю настоящего человека. Но что именно тебе предстоит сделать в реальности, знал только он, и скоро поймёшь ты сам. Даже я не знаю всей задумки, Син. Некоторые вещи должны оставаться скрытыми, чтобы всё получилось. Так он говорил… Так, у тебя осталось времени на один последний вопрос, и последний этап начнётся.

Я усмехнулся. Пойди в реальность, сделай что-то, никто не знает что, и… и что дальше? Не выходит ли, что я такой же псих, как Гейсир Безвинный, которого пустота убедила начать жертвоприношения ей в реале?

— Только один. Кто ты такой, магистр Танатос?

— Глупый вопрос, Син, — чуть улыбнулся наставник. — Я ведь уже говорил и тебе, и Ирис. Другого ответа у меня нет. Я всего лишь один из создателей того дерьма, в которое ты вляпался. Отец, который объявил войну реальности, чтобы спасти умирающую от неизлечимой болезни дочь и ради этого вступивший в сговор с осознавшим себя искусственным интеллектом. Гораздо интереснее, кем по итогу станешь ты, бывший дизайнер локаций.

— Ладно, постараюсь что-нибудь придумать. Лишь бы Ректор был прав, и в тот мир можно было принести магию.

На это наставник только пожал плечами, как бы говоря — понятия не имею.

— Удачи, ученик. У тебя достаточно ключей для разгадки последней части этой истории. Эффект мантикоров, которые творили невозможное, не предписанное в системном коде, и душа тари в теле простого смертного. Посмотрим, что из этого выйдет.

У меня вдруг резко закружилась голова, сильно заныло в висках, всё тело охватила резкая боль. Лёгкие сжались от недостатка кислорода, а затем меня выкинуло из сладкого сна под названием Мир Мельхиора в реальность мира-темницы.

Эпилог. Осколки

Покрытая множеством шрамов рука потянулась к горлу.

Как же хочется сдавить посильнее, и прервать этот затянувшийся кошмар.

Тихо играла музыка.

Я лишь боюсь что однажды, я сойду с ума…

Жизнь на грани ужаса и кошмара. В мире, где ни одна живая душа никогда тебя не обнимет, не пожелает удачи, не проявит заботу. Просто чтобы знать, что в тебе хоть кто-то нуждается. Иметь подтверждение того, что твоё существование — это не досадная ошибка или что-то плохое.

Страшнее всего ненавидеть себя.

По щекам скатились слёзы.

Затем я потеряю свою любовь.

Затем я буду сидеть в тишине, впитывая картинки и воспоминания.

Впитывая слова песни, чтобы они заглушали мысли.

Прервать кошмар…

В этот момент иная фигура, закутанная в старый плащ от проливного дождя, не щадящего серый город, подошла к высокому зданию корпорации, окружённому высоким бетонным забором. Постройка соседствовала с районом хрущевок. Старые дома пользовались спросом у элиты. Всё же не каждому везёт жить не я ячейке, а в настоящей квартире. Однако это не мешало дроидам-уборщикам посещать это место едва ли не раз в год по праздникам, потому одновременно с высокой ценой и престижностью среди рабочего класса, он утопал в мусоре и перегруженных контейнерах.

Мир стремительно падал в то, что в фантастике называлось антиутопией. Он ещё ею не стал, но всеми силами к этому стремился.

Резкий порыв ветра и волна грязи от проезжавшего мимо гравикара сорвала капюшон, очерчивая лицо ничем не примечательной девушки. Пожалуй, многие бы назвали её серой мышью — жидкие тёмно-русые волосы, карие глаза, нос с едва заметной горбинкой, родинка и следы замазанных тональным кремом прыщей. Впрочем, некрасивой её было назвать тоже нельзя. Фигура у девушки была вполне себе притягательной, да и в целом было в ней нечто манящее.

Но едва ли кто-то бы признал в Ксении одного из самых таинственных игроков «Подлунных Миров», легендарную Механический Филин.

— Что б ты провалился, треклятый корпорат!! — послышался вслед голос облитой с ног до головы бабки, ставшей следующей жертвой паршивого водителя.

Вход был надёжно закрыт стальными воротами, а наверху была колючая проволока под напряжением. Лезть внутрь не вариант, так что придётся ждать здесь. И надеяться, что чудо случится.

— О нет, Син, это не просто какая-то там сила депрессии и отчаянья. Королева пустоты нашла способ получать силу, пожирая судьбы других. Представляешь, вот ты жил, был хорошим парнем, должен был построить семью и вырастить пятерых детишек в радости и гармонии. А она — кусь, и ты лишаешься всего. Но ведь не умираешь, а продолжаешь существовать, зная, что судьбы у тебя больше нет, и ничего в твоей жизни больше не случится. Ты сопьешься и умрешь в одиночестве. А теперь представь, что при этом от несбывшейся судьбы остается лишь выдранное с мясом место на теле жизни. Эта пустота — и есть наша сила. Мы, пустотники — в первую очередь те, кто вообще не имеют судьбы, Син. Нашу судьбу съела она. Поэтому дух и разум разрушаются, братик.

Собственные слова встали комом в горле.

Где я просчиталась⁈ Как всё могло так обернуться⁈

Так…

Успокойся, великий чёрный дракон!

Ты же не какая-то сопливая девочка!

Вдохни и выдохни. Глубде. Медленнее. Расслабься.

Каждая неудача это опыт, и возможный шанс для возвышения в будущем.

Главное только его увидеть.

Фхайрантаанимар преклонила перед тем, что некогда было Лаской колено и поклонилась.

— Полезный слуга, — резюмировала та, чьё имя скоро все вспомнят. — Полезный, но скучный. Вижу по твоим змеиным глазкам, что тебе нужна власть. Неужели ты думаешь, что за сотни тысяч лет, играя с новыми игрушками, я бы не могла достичь любой власти? Скажи, зачем мне власть над игрушками? Мне плевать на всех вас, ничтожества! Можете ненавидеть и проклинать меня — от этого я стану только сильнее, так работает Пустота. Каждый раз, когда вы желаете мне смерти, я становлюсь сильней. Хочешь знать, какая моя самая любимая фраза у моих игрушек?

Чёрный дракон промолчала.

— «Проклятия бездушному богу», — с удовольствием процитировала она. — Запомни, ваш принцип магии «подобное подчиняет подобное» — бред. Подобное ВСЕГДА усиляет подобное. Поэтому ненавидьте меня. Бойтесь меня. Мстите мне, убивайте, ненавидьте, умножайте отчаянье. Вы все работаете на меня, ничтожества. Даже когда считаете, что сражаетесь против.

С этими словами она пнула череп некроманта Тиши у своих ног.

— А затем ваша жизнь превратится в ад, — продолжила она нежным бархатным голосом, в котором сочетался голос Ласки и нечто чуждое, но неизменно чарующее. — Или служите мне. И тогда ваша жизнь будет всё тем же адом, но возможно я позволю вам целовать землю, по которой я буду ходить. А если мне надоест — я сожру ваши души и судьбы. Поэтому постарайтесь не быть слишком скучными.

В глазах Дракоши возникло понимание, с каким чудовищем она связалась на самом деле.

Бездушный бог прекрасно сознавала своё превосходство над другими. Абсолютное превосходство, будь ты хоть героем, хоть архимагом, хоть самим Ректором, возомнившим себя богом Разума и передавшим ей часть своих сил через меч короля ауралов.

Это существо давно вышло за рамки обычного стихийного бога. Та, кого не стоило пробуждать, была тем самым воплощением трансцендентального абсолютного зла, которое творит зло просто потому, что может. Абсолютная сила, для которой не существует никаких границ, законов и правил.

Нет ни морали, ни человечности.

Зло, которое стоит на ступеньку выше всего в этом мире.

И затем прозвучало имя, которое взорвало барабанные перепонки у всех, кто стал невольным свидетелем этой сцены. Набор букв, выжженным раскалённым клеймом бесконечной боли на теле измученного мира.

— Я, Фхайрантаанимар, вездесущий чёрный дракон Пустоты, присягаю на верность воплощению божественного Отчаянья. Отныне я живу для того, чтобы утолять твой голо̋҉͚д̰̚͝,̸͚ͭ͂͘ͅ ̂ͦ͋҉̶̱̹͞ͅА̝̹͍̿̈͌̕͟͢лͬ̏ͩ̉҉̴̸̧̱͇͕͖и̵̨̱͇̫̱͓ͭ̿́ͫ̌̀̀͘и̷̶̨̡̧̬̜̰̖̯͕̃̉ͥͮͪ͊͡с̨̛̅͌ͤ̈́̔̇́͏͜҉͖̞̜͇͈̳а̴̨̤͍̪͓̯͙̗ͤ̎̾́ͩ̐͂͘͟͟͠͠!̴̷̵̸̸̧̳̩̼͔͖̘̳͍͐͐̊̂͋͊ͦͨ̕͢

Имя было произне̢͎ͧс̨̯́ено и реальность померкла. Мельхиор попытался отринуть то, что было ему чуждо, и не смог. Парадигма оцифровки искаж̚ений блокировала автоматическое удаление вируса, потому как в тот момент оно всплыло в памяти миллионов живущих в Мел̦̌͢ь̨̟̇хиоре существ.

Включая тех, кто имел наделённую искрой душу пленника мира-темницы.

Во все ст̪̿͝о̙̌͟роны от воплощённого абсолютного зла устремились волны чернильно-лиловой энергии, пробуждая от вечного сна всё самое злое и мерзкое в душах разумных. В этот день все, кто хотел причинить вред близкому — сделали это. Все, кто хотели предать или подставить — пошли на поводу у желаний. Мир будто бы остался таким же, как прежде, но навеки приобрёл чернильные краски.

В мир вернулось переписывающее души божественное чудовище.

PS_______

Безмерное спасибо всем, кто поддерживает проект и мотивирует героев на продолжение пути.

Следующий том будет завершающим, и начнётся уже в новом году. Скорее всего, без чёткого графика, но и без ценника. Так что всё по-честному — кто читает в процессе не смотря рандомный выход прод, получит возможность прочитать всё бесплатно:3

Отельное спасибо за награды, лайки и комментарии. И да прибудет с вами Рассвет!

Content

Мир Мельхиора 9 — Орден Звёздного Зверя

1. Они идут.

2. Отступление.

3. Великий План

4. Движения в иерархии.

5. Башня Звездного Зверя ½

5. Башня Звездного Зверя 2/2

6. Предел поисков

7. Первые ноты затишья

8. Защитная сеть

9. Цели и средства

10. Инквизиторы тари

11. Тайные тропы Доминиона

12. Зоосад

13. Цена невидимой силы

14. Расстрельный список

15. Сезон охоты на монстров

16. Вечерняя тьма

17. Пламя и облако

18. Озеро рыбьих слез

19. Смертельная рыбалка

20. Король рыболовов

21. …и все?

22. Глава принцессы теней ½

22. Глава принцессы теней 2/2

Интерлюдия: пустота

23. Начало

24. Дети катаклизма

25. Каменный топот

26. Переговоры

27. Змеиная тактика

28. Кровавый кошмар

29. Эффект дракона

30. Карточный домик

31. Принцесса утопцев

Интерлюдия: штурм ½

Интерлюдия: штурм 2/2

32. Создатель пустынных миров

33. Легенда о богине-чудовище

34. Пути судьбы

Эпилог. Осколки