Ведьмак в теле Маркиза 2

Глава 1

Прошло уже почти семь дней с того момента, как мы отправились в путь. Время в фургоне нужно было как-то коротать, и каждый по-своему переваривал информацию, которой я с ними поделился.

Цапля в основном молчал и задумчиво смотрел в окно, а когда я пытался с ним заговорить — только бросал взгляд на Рурика, словно ожидая, что старик всё ему объяснит.

Карл, несмотря на свой молодой возраст, был совсем не глуп — он интуитивно чувствовал, что наши дела выходят далеко за рамки простых приключений.

Рурик, напротив, сначала напрягся, когда узнал о нашем задании, но вскоре взбодрился. Последние дни явно пошли ему на пользу, не без моего чуткого контроля, впрочем. Я приказал выбирать на остановках только лучшие продукты и заставлял его есть от пуза.

И теперь его худые щеки начали наполняться здоровым румянцем, кожа больше не обвисала, а морщины, которые когда-то придавали ему вид старого, почти истощённого человека, начали разглаживаться. Даже лёгкая щетина появилась, что было почти удивительным для его внешнего вида. Глаза Рурика снова блестели, наполнившись жизнью. Он словно окунулся в те времена, когда был моложе и сильнее.

Я улыбнулся, вспомнив последние события. Рэйскрофт… не знаю, насколько это правда, но он уверял, что представляет лично императора. Его задачи просты — инспекции городов, наблюдение за внутренней ситуацией, решение различных вопросов…

За то, что я согласился выступить в качестве его помощника, он решил мою проблему с Теобальдом. Моего брата и его людей арестовали, как только их удалось отыскать в Гринхолле. Оказалось, что угроза заражения вервульфами стала отличным поводом для того, чтобы устроить карантин и проверить всех без исключения.

Теперь он сидит в изоляции, и не сможет меня достать по крайней мере в ближайшую неделю. А когда карантин закончится, его ждёт новость — я уехал по приказу Рэйскрофта в далёкие края, и дядя об этом узнает не позже, чем через несколько дней, как только ему доставят письмо.

Каждый раз, когда я представлял, как мой братец будет беситься, осознав, что все его планы развалились, я невольно улыбался. Ну, а дядя, конечно, выйдет из себя. Пусть думают, что я на службе у Рэйскрофта и занят государственными делами — это даст мне достаточно времени, чтобы продолжать своё путешествие без угрозы преследования дражайших родственничков…

Я бросил взгляд в окно фургона. Лес, что простирался вокруг, тянулся бесконечной чередой деревьев. Мы уже изучили карту несколько раз, и наш маршрут был ясен, как белый день. Путь наш пройдет через небольшие города и посёлки, где мы будем покупать еду и вещи, корм для лошадей.

На полпути придётся менять лошадей — наш фургон, хоть и крепкий, но лошади оставались лошадьми и не могли тянуть его без остановки.

Плавающие Острова — загадочный и грозный край, о котором легенды ходят даже в Эльсингаре. Их правитель, король Томас Грей, удерживает власть уже несколько десятилетий, и его королевство никогда не оставалось в тени.

За последние две сотни лет островитяне неоднократно нападали на Эльсингар, используя море как прикрытие и нанося удары по границам. Всякий раз, когда наши правители пытались дать им достойный отпор, море становилось основным препятствием.

Его бурные волны и непредсказуемые течения топили больше половины отправленных армий. А те, кто всё же достигал берегов, сталкивались с жестоким и подготовленным врагом, что не оставляло им никаких шансов.

Сейчас, вот уже тридцать лет, между нашими королевствами держится хрупкий мир. Мы можем посещать их, а они — нас. Но этот мир скорее похож на перемирие, чем на реальное окончание вражды.

Плавающие Острова славятся с бесконечными ветрами и ледяными морями. Большую часть года в этом холодном краю царит темнота — долгие ночи, короткие серые дни. Люди там крепкие, суровые, с ледяными сердцами и вспыльчивым нравом.

Они привыкли к постоянной борьбе за выживание в своем жестоком климате и бесконечная война с природой сделала их жестокими не только к общим врагам, но и друг к другу. Маги на островах встречаются довольно часто, особенно если учесть плотность населения, которая была почти вдвое меньше, чем у нас в Эльсингаре.

Но среди них не было того благородного блеска, который мы привыкли видеть в наших академиях или дворцах. Маги Островов — это хищники, стремящиеся выжить любой ценой, и магия у них была просто инструментом выживания, не более того…

Каждая наша остановка в пути приносила новые слухи и истории о Плавающих Островах. Люди, встреченные на дорогах и в городках, не стеснялись делиться легендами. У большинства был хотя бы один родственник или знакомый, побывавший на Островах или же участвовавший в боях с островитянами.

Многие говорили об особом металле, который можно было найти только там. Этот материал был редким, его ценили за прочность и уникальные свойства. Из него получалось изготавливать первоклассное оружие, и он идеально подходил для создания артефактов.

Немало воинов и магов искали способы заполучить этот металл, ведь обладание подобным оружием могло стать преимуществом в любой схватке. Оружие, выкованное из этого материала, будто бы впитывало магию, в разы увеличивая силы владельца.

Рэйскрофт отправил меня на Острова с конкретной задачей — расследовать проблему с вервульфами. По данным разведки, самые сильные и опасные особи, способные превращать наших аристократов в послушных «собачек», проникали именно оттуда.

Эти твари были настоящей угрозой, но куда опаснее было то, как наши падкие на силу аристократы искали способы овладеть их возможностями. Магическая власть всегда была чем-то вроде наркотика для знати, а вервульфы предлагали им путь к новой, безграничной силе. И они вступали в эти тёмные союзы, совершенно не осознавая, во что ввязываются.

Все мои попытки больше узнать о природе вервульфов и тех, кто за ними стоит, натыкались на одно и то же — «колдуны и Изнанка». Эти два слова всплывали снова и снова, как ответы на все вопросы. Но что они означают в действительности? Насколько это связано с реальностью? Каждый, кого мы расспрашивали, говорил о каком-то могущественном колдуне, который управляет этими тварями, или же о том, что Изнанка — это место, где они обретают свою силу. Но никто не мог дать точного ответа, где находится этот колдун, или как именно действует Изнанка. Порой мне казалось, что все это — чистой воды выдумка, а истина таится где-то глубоко…

Что же касается ведьмаков, все дороги в вопросе вервульфов вели именно к ним. Люди как обычно были склонны обвинять их во всех своих бедах.А кого еще? Ведь маги всегда остаются «белыми и пушистыми», а значит, все тёмные дела можно приписать тем, кто стоит на стороне «зла».

Моя задача? Я должен найти тех, кто ответственен за распространение вервульфов, а также выявить тех из наших, кто им помогает… если таковые имеются, конечно. Задача крайне непростая, и я не раз заявлял об этом барону. Искать предателей среди аристократов, да ещё и на чужой территории, где каждый смотрит на тебя, как на врага, — дело опасное и неблагодарное.

И это еще усугубляется тем, что если среди наших дипломатов на Островах есть предатель, он будет предупреждать остальных об опасности, как только заметит что-то неладное. Каким образом он будет это делать можно было только гадать, но в том, что он найдет способ, я нисколько не сомневался.

Честно говоря, я хотел отказаться от этой миссии, но Рэйскрофт выложил козырь. Он сообщил, что недавно на Островах появилась Изнанка. И судя по донесениям той же разведки, туда уже устремились Ведьмаки.

Этот факт заставил меня пересмотреть своё решение. Барон заверил меня, что как представитель Эльсингара я имею право осмотреть эту территорию. Вот только я хочу не только осмотреть, но зайти в нее, и как можно глубже. Мне нужные черные кристаллы!

Правда, я решил держать этот план при себе. Ни Рэйскрофту, ни своим спутникам я об этом ничего не сказал.

«Может есть смысл отправить туда кого-то более важного?» — спросил я барона, недоумевая, почему с такой задачей не может справиться армия, или кто-то более опытный, чем я.

Ответ барона меня убедил: если там и правда есть предатель среди своих, то он сразу же доложит об этом королю Плавающих остров. А я — молодой, горячий маркиз, никому не известный к тому же. Мой скромный визит не должен вызвать никаких вопросов. Можно пустить слух, что я просто ищу приключений и сражений, как и многие молодые аристократы после обязательной службы.

Так что план мой был весьма прост: я буду усердно делать вид, что это обычное путешествие в поисках славы и боёв, но на деле — искать вервульфов, предателей и разгадку тайны Изнанки. А там — как повезет…

По пути к пункту назначения я продолжал собирать обрывки информации о том месте, куда нас отправили. Оказалось, что ответ на вопрос, почему это государство называют «Плавающие острова», был на поверхности.

Как объяснил Рурик, сами острова буквально двигаются по морю, и причем довольно быстро. Именно это и стало одной из причин, по которой наша страна не смогла справиться с ними в прошлом. Каждый раз, когда армии прибывали к месту назначения, Острова исчезали, оставляя после себя лишь бурные течения и хаос на воде. Такая непредсказуемость и делала их захват практически невозможным…

Нам предстояло ещё три недели пути по суше, а потом долгий морской переход на корабле. Я прекрасно знал, что плавание будет нелёгким, что шторма могут разбить нас в щепки ещё до того, как мы доберёмся до островов. Но о таких мелочах Цапле я решил не говорить — парень и без того был на взводе.

Я, честно говоря, думал оставить его в Гринхолле. Но его клятва, данная мне в знак верности, и слезные мольбы взять его с собой не оставили мне выбора. Он чувствовал, что если останется там, то свернёт на путь, ведущий к гибели. А Рурик в свою очередь намекнул, что парня следует воспитывать так же, как это когда-то делал мой отец в отношении его самого.

Карл Бёрд — тот самый Цапля — сильно удивил меня в одну из ночей, когда мы разбили лагерь среди леса. Палящее пламя костра отбрасывало длинные тени, звери тоскливо выли где-то вдали, и именно тогда он признался, что ему уже восемнадцать лет.

Его товарищи даже не подозревали об этом. Из-за постоянного недоедания и проблем со здоровьем он выглядел значительно младше своих лет. Я бы и не поверил ему, если бы сам не проверил его организм, пока он спал. В нём было столько повреждений и деформаций, что, скорее всего, он не дожил бы и до двадцати, если бы в его жизни ничего не изменилось.

Зелье, что мы купили, я наполнял элементом. Но не так, как это делал аптекарь, погибший в Гринхолле. Я обнулял себя полностью, чтобы подготовиться к возможным непредвиденным ситуациям. Зелье — это наша страховка, и пока у нас было время, я делал его запас. Рурик и Цапля тоже начали принимать лекарства, причём не по своей инициативе, а с моей лёгкой подачи. Да и я сам за компанию не отказывался от очередной порции снадобья.

Каждый день нес в себе шанс на развитие. Это было идеальное время, чтобы растянуть свои каналы и увеличить объём природного источника. Каждые два часа я обнулял его, чтобы запустить восстановление, а затем вытягивал энергию из магического источника, снова и снова повторяя этот цикл. Чтобы сила не уходила впустую, занимался подготовкой зелий. Закончив с ними, перешёл на оружие и заботу о наших конях. Утренние тренировки с мечом и физические упражнения стали для меня рутиной.

Глядя на меня, Рурик и Цапля не могли оставаться в стороне. Через пару дней старик с интересом подключился к занятиям. Алебарда Фарлея до сих пор была у него и оказалось, что когда-то в прошлом Рурик ею прекрасно владел.

Когда мы поселились в Гринхолле, ему пришлось продать своё любимое оружие, чтобы мы могли выжить. Я еще раз вспомнил старого Аларика недобрым словом. До чего же он довел своего слугу! Теперь же, когда алебарда вернулась в его руки, старик был доволен как никогда. Но еще больше — после того, как я ее ему подарил.

Его тело быстро откликнулось на нагрузки, жилы проступили на руках, мышцы приобрели форму, а взгляд стал твёрдым и каким-то уверенным. Может, и моё зелье тоже сыграло в этом свою роль.

Карл, наконец-то получивший возможность держать оружие, тоже с головой погрузился в тренировки. Я заставлял его бегать, приседать, отжиматься, укреплять пресс. Потом пошли прыжки в стороны, чтобы развивались мышцы и укреплялись сухожилия.

Карл падал, кувыркался, снова вставал. Я видел, что ему сложно, но он не сдавался. В какой-то момент Рурик начал тренировать его в ближнем бою. Старик атаковал Цаплю алебардой, мечом, ножом. Задача Карла была одна: уклоняться, уходить от ударов. Это самый важный навык, который может спасти ему жизнь. И, возможно, не раз.

Рурик с каждым днём становился сильнее и увереннее. Его тело словно проснулось от многолетней спячки, взгляд налился сталью, движения стали резкими и точными.

Наш кучер Джонатан тоже оказался неплохим мужиком. Не жаловался, исправно выполнял свои обязанности и держал язык за зубами. Мы с ним часто уходили на охоту, чтобы запастись провизией, а Рурик оставался с Цаплей, который ещё не чувствовал себя в лесу достаточно уверенно.

Однажды на охоте я заметил особенность магического источника. Он, как и полагается, впитывал энергию из окружающей природы, но делал это теперь достаточно быстро. Раньше для этого требовалось гораздо больше времени. Это означало одно: моя сила увеличивалась, каналы становились шире. Природный источник рос, и я мог удерживать больше элемента, нежели раньше.

Каждый раз, когда зверь или человек умирал, я чувствовал, как мой магический источник насыщается, даже если смерть была далёкой. Как бы мне не хотелось этого признавать, но моя магия была напрямую связана с Эребой, что своим поцелуем подарила ее мне.

— Я скоро, — сказал я старику и Цапле, в очередной раз направляясь на охоту.

Они уже смотрели на меня как на безумца. Еды у нас была с запасом, мы закупили её на месяцы вперёд. Но каждый вечер, когда мы останавливались на ночлег, я всё равно уходил в лес.

Для них это было непонятно, а для меня — отличной возможностью совместить приятное с полезным. Свежая дичь на костре и развитие силы шли рука об руку.

Я не откажусь от своей клятвы — вернуть сестру и отомстить богине смерти. И если для этого придётся воспользоваться её же силой, то так тому и быть…

Мои охотничьи вылазки также служили поводом восстановить давно забытые навыки, которые я освоил ещё в другой жизни. Аякс Войд, старый ведьмак, был тем, кто когда-то научил меня выживать в лесу. Хотя, если быть честным, выбора у меня тогда и не было. Меня просто забрасывали в лес с одним ножом, и я должен был просто выжить. Это означало не только найти еду, но и убить её самому. И не дать убить себя.

Тогда, живя в семье Сильва, я понятия не имел, что такое настоящая охота. Неделями я бродил по лесу, голодая. Ел траву, кору деревьев, грибы. Пару раз отравился так сильно, что был на грани смерти. С каждым днём без еды силы покидали меня, и это делало охоту ещё более тяжелым занятием.

Лес научил меня избавляться от человеческого запаха, заставлял двигаться, как тень, бесшумно и незаметно. Моей первой добычей стал заяц — даже не заяц, а зайчонок — но мне потребовалось почти две недели, чтобы поймать его.

Помню, как рвал его сырую плоть зубами, настолько был голоден. С тех пор я понял: каждый зверь требует особого подхода. Охота — это не просто умение, а искусство. Постепенно я освоил и ловушки, не всегда удачные, впрочем, о чём напоминали несколько десятков шрамов, рассыпавшихся по всему моему телу.

Воспоминания о тех днях оставляли во мне странное чувство. Благодарность Аяксу Войду за его жёсткую науку смешивалась с желанием врезать ему по роже за то, через что он заставил меня пройти…

Попутно вспоминая обо всем этом, я остановился за деревом, стараясь не дышать. Одежда осталась в стороне, брошенная под каким-то кустом. Полностью голый, я быстро измазался в грязи и травах, которые убивали запахи и делали меня почти невидимым для лесных обитателей.

В руке только мой меч, что я недавно усилил. За последнюю неделю я научился обращаться с ним по-новому, хотя не могу сказать, что сам достиг этих изменений. Возможно, это всё из-за тех модификаций, что порекомендовал мне Рэйскрофт.

Вервульфов нельзя убить обычным оружием. Серебро и магия — вот что нужно для того, чтобы одолеть этих тварей. Порошок, который я втирал в металл, должен сделать его прочнее. А магия и серебро добавляли силу для убийства оборотня.

Теперь, когда я выпускал элемент и делал взмах, с меча слетал черный росчерк. Его не увидеть обычным глазом, но с духовным зрением — ещё как. С расстояния метра я мог срубить голову или смертельно ранить добычу, и эта способность уже неоднократно доказала свою эффективность.

Клинок действительно стал сильнее. Теперь кровь, которую он проливал, не сворачивалась. Жертва быстро слабела и умирала, а я, как охотник, лишь добивал её, чтобы избавить от мучений. Но всё это было лишь подготовкой.

Внезапно в темноте блеснули два ярких огонька. Волк? Только уж слишком крупный для обычного зверя. Я медленно выглянул из-за дерева и замер. Передо мной стояла огромная тварь, её клыки рвали на части человеческую плоть.

Пальцы до боли сжали рукоять меча. Неужели мне повезло? Каждый раз, когда я уходил на охоту, то надеялся, что столкнусь с вервульфом, чтобы испытать своё оружие в настоящем бою.

И вот сейчас этот момент настал…

Глава 2

Передо мной в свете луны стоял оборотень, гораздо крупнее и массивнее любого волка. Его мускулистые лапы были толще, чем у всех зверей,, которые мне встречались раньше. Из пасти капала слюна, смешиваясь с кровью и стекая по его клыкам.

Шерсть, густая и тёмная, блестела в лунном свете, а по спине тянулась длинная белая полоса, словно след от удара молнии, которая ещё больше выделяла его среди обычных зверей.

Тварь с легкостью отрывала от тела мертвого человека куски мяса и пока не замечала меня. Я бесшумно выдохнул, стараясь не выдать своего присутствия. Выпустил элемент в рукоять меча. Клинок немедленно отозвался, словно ждал этого момента.

В один прыжок я оказался рядом с оборотнем, и лезвие моего меча устремилось вперёд. Взмах. Острие прошло в сантиметре от морды твари, но она быстро отскочила назад, ещё удерживая в пасти кусок мяса.

Я увидел, как с моего меча сорвался черный росчерк энергии и рванул вслед за зверем. Всё произошло точно так, как на дуэли с Фарлеем. Моя магия достигла цели, и оборотень завыл, когда его ухо отлетело в сторону, а из раны хлынула кровь. Только кровь эта была не красной, как я ожидал, а зелёной, густой.

Зверь не стал медлить, только мотнул мордой, отбросив в сторону кровоточащий кусок человеческой плоти и рванул вперёд, прямо на меня. Я едва успел уйти в сторону и выставил перед собой меч, ожидая столкновения. Но оборотень внезапно пригнулся и кинулся мне в ноги.

Мгновенно развернув оружие, я направил лезвие вниз и ударил. Почувствовал, как клинок прошёл по телу твари, оставив глубокую рану. Но радоваться было рано — оборотень наотмашь ударил меня в грудь. Воздух мгновенно вылетел из лёгких, сбив дыхание, и меня отбросило назад.

Пролетев несколько метров, я с глухим стуком врезался спиной в дерево. В глазах взорвались яркие вспышки, зубы клацнули от удара. Боль пронзила тело, но меч в руках я удержал. «Вот это силище!..» — мелькнула мысль.

Я хрустнул шеей, разминая мышцы, и дважды крутанул клинком, демонстрируя свою готовность к дальнейшей схватке. Но всё, что я ожидал, уже свершилось. Кровь с уха и туловища твари текла без остановки. Я довольно улыбнулся — значит, моё оружие отлично работает и на этих мерзавцах…

И тут вдруг началось. Оборотень замер, словно окаменел, а затем тело его начало изменяться. Лапы удлинялись, шерсть медленно исчезала, обнажая гладкую кожу. Я видел, как тварь теряет свою звериную форму, постепенно превращаясь обратно в человека. Выглядело это достаточно мерзко. В какой-то момент я услышал, как лопается кожа и хрустят кости.

Мелькнула мысль: напасть следует именно сейчас, когда он уязвим. Но любопытство взяло верх. Нужно было понять, с кем я имею дело и как эти твари действуют.

Когда трансформация закончилась, передо мной стоял мужик лет тридцати, блондин, оскалившийся так, будто собирался разорвать меня в клочья прямо здесь и сейчас. Впрочем, так оно и оказалось. Он рванулся вперёд. Я взмахнул клинком, ещё раз, и снова — но меч не оставлял на нём ни царапины. Хреново. Зато теперь понятно, что уязвимы они только в образе зверя.

Сжимаю меч крепче, перехватываю его и уклоняюсь от удара. Его когтистые руки мелькают рядом с моим лицом. Чёрт, эти отростки длиннее, чем у обычного человека! Подпускаю его ближе, а затем резким движением направляю меч прямо в его грудь.

Удар! В то же мгновение я выпустил элемент и у меня получилось пробить его грудную клетку. На этот раз кровь потекла обычного цвета — красная.

Резко наклоняюсь вниз, избегая нового удара когтями, а затем столь же резко поднимаюсь.

— Гори! — произношу заклинание и выпускаю весь элемент.

Огонь охватывает оборотня. Он визжит, пытается рваться то в одну сторону, то в другую, но меч глубоко засел в его груди. Я с силой бью по рукояти, загоняя клинок ещё глубже. Крики сразу затихли, и оборотень рухнул на землю.

Я тяжело дышал, глядя на поверженное тело. Интересно… Я присел и активировал духовное зрение.

— Чего⁈ — выдохнул я, ошеломлённо глядя на убитое мной существо.

Оно восстанавливалось! Даже пробитое сердце начало затягиваться, раны исчезали одна за другой. А ведь не врали люди — вервульфы действительно регенерируют…

Я выдернул меч и, перегнав силу с магического источника в природный, выпустил её в клинок. Лезвие засветилось. Взмах — и голова твари отделилась от туловища, с глухим стуком откатившись в сторону.

Вот теперь всё…

Изо рта у меня вырывался пар, да и разгоряченное тело тоже парило во всю, пока я осматривал поверженного оборотня. Кровь ещё стекала из его раны, как напоминание о недавней схватке. Уровень адреналина стремительно падал… А если бы их было двое? Не уверен, что справился бы… Моя рука невольно сжала рукоять меча.

А мысли уже сами собой понеслись к следующей задаче. Нужны новые методы борьбы с этими тварями, и оружие против них. Обязательно нужно что-то приобрести для Рурика и Цапли — чует мое сердце, что не последняя это встреча с оборотнями. И магию бы неплохо под контроль взять…

По коже пробежал холод ночи.

«Кстати… А где жнецы?» — мелькнула мысль. Они уже должны были явиться, но я не чувствовал их присутствия. Прошла минута, пять… Ничего. В голове возник вопрос — почему? Это было странно. Первый раз на моей памяти они не явились на свежего мертвеца…

Я склонился над трупом оборотня, всматриваясь в его бледное лицо.

— Попробуем? — тихо спросил я. Себя, разумеется, а не покойника.

И закрыл глаза, сосредоточившись на магическом источнике. Внутри уже чувствовалась энергия, мощная и тягучая. Я вытолкнул её, и, как прежде, направил элементом по каналам в руку. Мгновение спустя из моей ладони вышел маленький тёмный шарик размером с небольшое яблоко.

Я тут же направил его на тело оборотня, но тщетно — не долетев до цели он просто рассеялся, испустив легкий дымок. И ничего больше. Проклятье! Я скрипнул зубами. Ладно, попробуем ещё раз…

Я повторил попытку, но всё снова пошло наперекосяк — шарик развеивался еще до того, как касался тела. С каждой новой попыткой я всё сильнее злился на собственное упрямство. Ночь уже близилась к концу, а результата — ноль.

Пот обильно стекал по моему лицу. Несколько часов я просто гонял магию туда-сюда, как безумец. Но с каждым разом это давалось чуть легче. Черные шарики теперь появлялись быстрее, и были они крупнее, чем в начале. Но и только лишь. Толку от этого было немного.

Скоро я решил: последняя попытка — и все! Достаточно. Чувствую, что нужно остановиться и признать провал. Но так легко сдаваться не хотелось. Не сейчас, когда прямо передо мной лежит такая отличная возможность решить вопрос одним махом!

Я сосредоточился ещё раз, пытаясь найти внутри себя то состояние, что возникало рефлекторно, когда я сталкивался со жнецами. Обычно оно всплывало само собой, но как его контролировать, я не понимал. Порой казалось, что я очень близок к разгадке, но всякий раз не знал, как дотянуться до нужного рычага…

В голове что-то вспыхнуло. Меня охватила ярость и злость, похожая на ту, что я ощущал, вспоминая Эребу, её лицо, когда она забирала мою сестру. Гнев растёкся по телу, как жидкий огонь. Он заполнил всё внутри меня.

В этот момент по моим рукам словно ток пробежал. Чёрный шарик, что я удерживал над ладонью, задрожал, а затем рассыпался на тысячи мелких нитей. Они начали медленно обволакивать тело оборотня. Внутри у меня всё так и замерло.

— Получилось? — прошептал я, чувствуя, как сжалось моё сердце.

И тут я ощутил это. Будто дотронулся до чего-то. До души? Это не было похоже на физический контакт — скорее на мысленное соприкосновение с чем-то тёплым, зыбким, как туман.

Сначала это было слабым, но затем связь становилась прочнее, отчётливее. Меня окружила тишина, внутри затихли даже мои собственные мысли. Душа оборотня… её не было рядом. Она висела на грани между жизнью и смертью, не уходя безвозвратно, но и не возвращаясь полностью. Я видел её как наяву — мерцающий силуэт, тонкая, почти прозрачная нить.

Потом она повернулась ко мне. Сначала мелькнуло ощущение удивления, а затем — боль, страх, даже слабая мольба.

Я больше не наблюдал — я чувствовал это всем своим естеством, каждую эмоцию, будто это были мои собственные мысли и чувства…

Я уставился на душу оборотня, осознав вдруг, что она не такая, какой должна быть. Словно что-то разъедало её изнутри. В самой ее середине, где обычно находилось чистое свечение, темнело чёрное пятно. Оно пульсировало, будто живое, и распространялось всё дальше, разъедая сам свет.

«Это последствия обращения?» — подумал я. А, впрочем, это неважно.

Осторожно потянувшись к мерцающему силуэту, я почувствовал, как мои пальцы будто скользят по чему-то невидимому. Но в тот момент, когда я приблизился, душа просто растворилась. Чёрные нити, что окружали ее, впитали всё, что от неё осталось, и устремились ко мне…

Меня отбросило на землю. Тело выгнулось дугой, а магический источник внутри меня начал стремительно расти, словно его кто-то наполнял извне. Каналы, что проходили через моё тело, расширялись, их границы начинали плавиться от переизбытка силы.

Природный источник вдруг ожил, откликнулся на происходящее. Элемент заполнил всё моё тело. Я попытался направить его хоть куда-то — на укрепление, на контроль, на что угодно, черт возьми! Но его было слишком много. Всё вышло из-под контроля.

В какой-то момент мне удалось открыть глаза, и то, что я увидел, заставило меня замереть. Моё тело светилось, как лампочка, наполняясь энергией где-то внутри меня. Но это не было обычное свечение — это было нечто большее. Мои глаза… Теперь я видел яснее, чем когда-либо раньше, как будто это была улучшенная версия духовного зрения.

Я не просто смотрел, я видел! Вокруг меня — в лесу, в воздухе, в земле и даже на небе — была энергия. Она витала повсюду, искрилась, бурлила, её было так много, что казалось, весь мир состоит из неё. Всё живое и неживое было насквозь пропитано этой силой.

Моя рука непроизвольно потянулась вперёд, и, как только я это сделал, энергия откликнулась. Я захотел её, и она устремилась ко мне, подчиняясь моей воле. Это не был элемент, который я привык направлять, и не магическая сила. Это было что-то другое — более чистое, живое, мощное…

Энергия заполнила оба моих источника: магический и природный.

* * *

Локки, бог обмана, появился рядом с телом Аларика

Время застыло, будто весь мир замер в ожидании чего-то великого. Рядом с неподвижным телом Аларика, чей дух переживал невиданные трансформации, возник мужчина. Его костюм, сшитый из дорогого на вид материала, не сходился на объёмном животе. Он щёлкнул пальцами, и перед ним материализовалось кресло — чёрное, кожаное, очень массивное и явно любимое. Локки, бог обмана, уселся на него, сделав глубокий вдох, как человек, определенно довольный своей работой.

В его руке был наполненный водкой гранёный стакан, который он аккуратно — двумя пальцами — приподнял и с большим удовольствием из него отпил. Лёд тихо звякнул о стекло, усиливая ощущение прохлады. Локки причмокнул и, прикрыв глаза, с улыбкой произнёс:

— Эх, сейчас бы селёдочки… или картошечки варёной с маслицем да укропом!

Он мечтательно улыбнулся, представив себе этот ужин, и у него сразу же потекли слюнки. Бог обмана наслаждался моментом, словно здесь больше не произошло ничего важного. Весь мир мог рухнуть, а мысль о закуске из другого мира, между тем, казалась ему гораздо важнее!

— Надо бы заглянуть в тот мирок… — мечтательно продолжил он, потерев живот. — Там такие закусочки… М-м-м, пальчики оближешь…

Наконец Локки с интересом взглянул на тело Аларика, лежащее прямо перед ним. Душа в нем совсем недавно обманула саму смерть, конечно же не без прямого вмешательства бога обмана.

— Долго же ты возился! — усмехнувшись, обратился он к неподвижному юноше. — Я тут жнецов, понимаешь, задержал, а ты всё никак справиться не мог. Эх, не цените вы, смертные, старания высших существ!

Локки встал, и кресло, на котором он сидел, предательски скрипнуло, будто выражая недовольство тяжестью своего божественного владельца. Подойдя к Аларику, он склонился над ним и осторожно коснулся его груди.

— Хм… Неплохо, но всё ещё слабо, — с долей разочарования проговорил он, качая головой. — Я бы на твоём месте старался сильнее. Эреба нашла тебя, но меня за это не вини — хитрая сестрёнка проследила за моими перемещениями.

Локки обвёл взглядом неподвижное тело, и только теперь его лицо приняло серьёзное выражение.

— По твою душу отправили того, кого ты точно не ожидаешь встретить. Так что — старайся, парень! И побыстрее, времени у тебя немного…

Сказав эти слова, Локки снова взял стакан с водкой, сделал последний глоток, а затем щёлкнул пальцами и исчез вместе с креслом, оставив Аларика лежать в предутренней лесной тишине…

* * *

От боли голова раскалывалась так, словно её сжимали тиски. Каждое движение отзывалось стуком в висках. Грудь, где находился магический источник, жгло, как будто на неё уронили раскаленную каменную плиту.

Я попытался сглотнуть, но это только усугубило чувство ломоты в пересохшем горле.

— Что произошло? — спросил я у неба, не ожидая ничего в ответ.

Было странное ощущение, будто кто-то из богов побывал рядом со мной, но в памяти об этом не осталось и следа. Возможно, это та энергия, что витает вокруг прямо сейчас? Может, именно она была источником могущества всех этих высших существ?

Я перевернулся на бок, но сразу подняться на ноги не удалось. Взгляд скользнул по обугленному телу, что лежало рядом. Сгоревший до костей труп оборотня напомнил о произошедшей здесь схватке. Солнце уже поднималось, заливая лес мягким утренним светом.

«Пора двигаться. Мои, небось, уже подняли панику», — подумал я.

Опёрся на руки и попытался встать. Пару раз земля приняла моё лицо, разбив мне губы в кровь, явно насмехаясь над моим жалким состоянием. Спустя несколько попыток и кучи проклятий мне всё же удалось придать себе вертикальное положение. Тело шатало из стороны в сторону, как после долгого морского путешествия.

Я неторопливо оглядел место схватки. Там, где оборотень пожирал свою жертву, лежало тело человека. Мой взгляд зацепился за его плащ. Что-то знакомое было в этом изодранном куске одежды.

Между тем ноги сами понесли меня туда, где я оставил свою одежду. Ушло минут двадцать, прежде чем я смог натянуть штаны и с некоторым облегчением направился обратно к лагерю.

Хотелось идти быстрее, но каждый шаг отзывался болью во всем теле, а деревья, словно добрые друзья, служили мне опорой, помогая не рухнуть прямо посреди леса.

Когда я вернулся к фургону, костёр уже догорел, оставив после себя лишь слабые, едва тлеющие угли.Осмотрелся, ища глазами Рурика и Цаплю.

— Старик!.. — позвал я. Ответом мне была лишь тишина. — Цапля!..

Никто не отозвался. «Какого?..» Кучера тоже видно не было.

«Они что — пошли меня искать?»

Я уселся рядом с бочкой воды и начал умываться. Грязь и кровь, вперемешку с еще какой-то дрянью, так просто не смывались с кожи, но с помощью куска тряпки и мыла мне удалось постепенно избавиться от этого следствия моих ночных похождений.

Я вымыл голову, и тут мое тело охватил озноб. С трудом нацепив одежду, я укутался в плащ. Подкинул на угли мелких веток, а когда огонь наконец взялся, то добавил еще и полено. Пламя разгорелось, приятно пощёлкивая и разбрасывая искры. Постепенно я начал согреваться.

В этот момент я почувствовал, что за мной наблюдают. Поднял голову — метрах в десяти от костра стояли Рурик с алебардой и Цапля с мечом наперевес. Они смотрели на меня настороженно, словно не узнали с первого взгляда. И вдруг одновременно рванули ко мне.

— Господин! — крикнул Рурик.

— Хозяин! — вторил ему Цапля, семеня следом.

— Где вы были⁈ — спросил старик, остановившись рядом со мной.

— Охотился, — ответил я, растирая руки. — Извините, парни, что заставил вас волноваться.

Рурик обошёл меня, бегло осмотрел на предмет ран, убедился, что их нет и облегченно выдохнул.

— Можем отправляться, — сказал я, кивнув в сторону фургона. — Но сначала нужно перекусить… Кстати, а где Джонатан?

Рурик нахмурился, взгляд его стал серьезным.

— Он ушёл за вами ещё ночью, — произнёс старик, явно обеспокоенный. — Взял оружие и… до сих пор не вернулся.

— М? — я поднял на него взгляд. — Что-то случилось?

— Вой… — сказал Цапля. — Протяжный такой, дикий.

Пацан передернул плечами, руки немного дрожали, сжимая меч.

— Волки… — отмахнулся старик.

Вон оно что! Получается, оборотень почти подошел к лагерю, перед тем как мы с ним встретились. Интересно, случайно это вышло, или он кого-то искал?

Старик принялся готовить какую-то похлебку в котелке, а мы с Цаплей то и дело посматривали в сторону леса, ожидая кучера.

Прошел час, затем второй. Наступил день, но никто так и не вернулся.

— Слушай, Рурик… — начал я. — Какой у Джонатана был плащ?

— Синий, он в нем с самого начала нашего путешествия. — ответил старик.

В голове всплыли обезображенные останки человека, которыми баловал себя убитый мною оборотень.

— Твою мать! — вырвалось у меня.

— Что случилось? — повернулся Цапля.

— У нас нет больше кучера. Придется самим править фургоном! — Я встал и вылил остатки похлебки на землю. — Собирайтесь, мы отправляемся немедленно…

Глава 3

Мы быстро собрали вещи: палатка, кухонные принадлежности — всё улетело в фургон. Пока Рурик и Цапля упаковывали наши пожитки, я следил за обстановкой, внимательно оглядывая лес вокруг. Как только со сборами было покончено, мы тронулись в путь. Цапля временно сел на место кучера, а мы с Руриком заварили чай прямо внутри фургона.

— Судя по всему, от нас не отстанут, — заявил я, размышляя над происходящим. — Уж слишком много странных совпадений.

— Придётся немного изменить маршрут, — поддержал меня Рурик, внимательно изучая карту.

— Согласен, — кивнул я.

Я подсел к нему, и мы заново пересмотрели наш маршрут. Немного поспорив, решили все же его удлинить — так будет больше остановок в небольших поселениях и городках. Рурик готов был взяться за вожжи единолично, но я настоял на сменах.

Определились — каждому достается по восемь часов за кучерским местом. Единственное, на чём решили сэкономить — не останавливаться на ночь. Тяжеловато, конечно, но зато двигаться будем без остановки, кроме тех случаев, когда прибываем в поселения. Ну, и перерывы на завтрак, обед и ужин, разумеется.

Новый путь был аккуратно отмечен на карте. Всё казалось тщательно продуманным, оставался только один важный момент.

— Никогда никто не уходит за мной, — строго произнёс я, глядя на своих спутников. — Или я вернусь, или нет. Рисковать не нужно.

— Но, милорд! — попытался возразить старик.

Но я его прервал:

— Это не обсуждается.

Один оборотень мне не страшен, но если их будет двое? Или трое? Лучше не испытывать судьбу…

Теперь готовили прямо внутри фургона. Ближайшее поселение повстречается нам только через несколько дней пути, и пока у нас был отдых, я снова заглянул внутрь себя, попытался разобраться с тем, что произошло в лесу.

Что-то явно изменилось с той поры, как я попытался забрать душу оборотня. Первое, что я понял: без жнецов это намного сложнее. Я словно должен был инициировать этот процесс, но как? Это не до конца ясно. Однако я чувствовал, что душа оборотня была испорчена — то черное пятно разъедало её. И полностью забрать её не удалось — она растворилась, но я всё же успел поглотить хотя бы какую-то ее часть. Этого оказалось достаточно, чтобы меня вырубило.

Следующая заметка для себя: не делать этого в лесу в одиночестве. Слишком уж это опасно. Могут и сожрать, пока я валяюсь там без сознания. Причем, не обязательно оборотни. Мали там зверья кругом ходит…

Мысли мои так и крутились вокруг произошедшего. Почему не пришли жнецы Эребы? Возможно, из-за того, что вервульф не был полностью человеком. Или же это как-то связано с тем самым чёрным пятном? Но как бы там ни было, эффект был ощутим.

Я заглянул в себя духовным зрением, чтобы лучше понять: как произошедшее повлияло на мою магию? Хм… Магический источник был полон, и даже вырос немного. Природный источник тоже подрос, но самое странное — каналы. И как я сразу этого не заметил⁈

Я прошёлся по ним внимательнее. Открыл глаза, потёр виски. Все верно: теперь у меня было две пары каналов: одни для магического источника, другие для природного. Что мне это даёт? Пока не ясно, но одно очевидно — теперь мне будет легче управлять магией.

И еще я обнаружил небольшую перемычку между сетями каналов. Это означало, что я по-прежнему смогу использовать магию для насыщения элемента. Отлично. Нужно будет попробовать что-то сделать, но позднее. Руки чесались — хотелось испытать свои силы прямо сейчас, но… Уж лучше дождаться своей очереди править фургоном.

Я специально подгадал, чтобы моя смена выпала на ночь.

Рурик постепенно восстанавливается, а вот Цапля… Он ещё слишком молод, чтобы смиренно доверить ему наши жизни. Тренировки, безусловно, полезны, но пока придётся их приостановить, или же ограничить временем остановок. Сложившаяся ситуация требует особой бдительности. Физическая форма, конечно, важна, но не она сейчас главная.

Деньги… Мы почти не тронули наши запасы, и это была хорошая новость. Рэйскрофт весьма щедро выделил на операцию почти десять тысяч фунтов. Но у меня всё ещё оставались сомнения. Незнакомый человек вдруг столь безропотно доверяет мне деньги и почти неограниченные полномочия. Карт-бланш, черт меня побери! Чувство, что за этим стоит нечто большее, чем простое доверие, не покидало меня. Но пока руки у меня развязаны — я буду сам решать, как мне поступить. Доберёмся до Плавающих островов, и там уже всё станет яснее…

Погружённый в эти мысли, я не заметил, как Рурик тем временем наготовил еды на несколько дней вперёд, укрепил окна в фургоне и придумал что-то вроде заслона для двери, чтобы никто не мог проникнуть извне без согласия тех, кто находился внутри. Получилась настоящая маленькая крепость на колесах. Признаюсь, не ожидал от него такой изобретательности!

Вахта Цапли на козлах подошла к концу, и его сменил Рурик. Пацан, вернувшись в фургон, сразу взялся за физические упражнения: отжимания, приседания, прыжки, кувырки. Но я заметил по его взгляду, что он терзается вопросами.

— Давай уже, спрашивай… — махнул я рукой, позволяя ему высказаться.

— Как их убить? — тут же спросил он, имея в виду оборотней, разумеется.

— Сложно, — ответил я, убрав меч в ножны. — Для этого потребуется специальное оружие, но я попробую достать что-то подходящее. Когда они в форме зверя, их тела более крепкие. В человеческом обличье — уязвимее.

— А если они не примут человеческий облик? — нахмурился Цапля, не желая уходить от этой темы.

— Хм… Не думал об этом, — признался я, осознав пробел в своих планах. — Придётся ещё раз сойтись с ними в схватке, чтобы понять стратегию до конца.

Я взглянул на письма, что мне оставил Рэйскрофт. Странно, что о таком важном моменте у него ничего не было сказано. Не знает или просто упустил? И если упустил, то намеренно или случайно?

Положив руку на рукоять меча, я снова вспомнил запах порошка, который втирал в клинок. Теперь вот еще вопрос: если у Цапли имеется природный источник, то сможет ли он пользоваться магическим оружием?

Задумавшись, я пришёл к выводу, что магическое оружие ему не нужно. Всё, что требуется — это усиление, а его я могу сделать и сам, направляя магию через свои каналы. Эта мысль меня обрадовала. Если Цапля продолжит нагружать себя физическими тренировками, его природный источник будет укрепляться сам по себе. Энергия начнёт восстанавливать его силы, и каналы постепенно вырастут.

На Цаплю у меня есть свои планы. Моё зелье тоже помогает в этом процессе — не зря я его взял с собой в поход в таком количестве и внимательно следил, чтобы парни не забывали его применять…

Что ж, рассуждаем далее — книга по оружию и оборотням… Подобную литературу, если она и существует, вряд ли можно найти в обычной библиотеке. Знания о таких существах, как оборотни, передаются устно, из поколения в поколение, через… А вот черт его знает как! Придётся много общаться, да так, чтобы не привлекать к себе особого внимания. Либо же придется опираться на свой собственный опыт, а вот его явно недостаточно…

Мои тренировки по магии и обращению с оружием не прекращались. Я постоянно обнулял свои источники, напитывая их снова и снова, и каждый раз пытался пропитать меч элементом. Вспоминал встречу под стенами Гринхолла и сравнивал ту тварь с оборотнем, которого убил недавно. Первый был крупнее и, кажется, немного сильнее… или мне это только казалось? Илми я сам был тогда слабее?

Ещё один вопрос в копилку. Если дело не во мне, то что вызывает такие различия в силе и способностях? Следующий вопрос: а они вообще способны колдовать или использовать магию? Если да, то… плохо! С крепостью тела. я справиться могу, но если тут еще подключится магия…

В бою я использовал заклинание огня, и оно подействовало на тварь. Но что было бы, если бы оно не сработало? Эта мысль не отпускала меня. Прокручивая ее в голове снова и снова, я вспоминал слова Аякса Войда. Он учил меня решать задачи быстро, анализировать в моменте, потому что следующая схватка может оказаться последней. Не сделаешь выводов — проиграешь.

Я посмотрел на окно фургона, за которым вечер уже прочно вступал в свои права. Лёгкий стук по стене — сигнал для смены.

— Пора меняться! — бросил я вознице.

— Я ещё могу, милорд, — улыбнулся Рурик, и не думая останавливать лошадей. — Воздух, лес… всё это придаёт мне силы. А само путешествие… Я словно от сна просыпаюсь!

— Хорошего понемногу, — я скривился в полуулыбке. — Уступай мне место, может я и сам хочу насладиться!

Старик вернулся в фургон, а я занял его место на козлах. Поводья удобно легли в руки. И я подумал, что лошади у нас хоть и сильные, но не выдержат такого темпа слишком долго. Надо бы их поберечь.

Мы не продумали, что остановки в городках должны занимать минимум день. Чтобы животные отдохнули, поели, пришли в себя. Менять их на каждой стоянке? Вряд ли всякий раз удастся найти достойную замену…

Эти мысли отвлекли меня ненадолго. Ведь сейчас передо мной открылась идеальная возможность для тренировки своей магии!

Не выпуская поводья, я сосредоточился на источнике. Силой заставил энергию течь по каналам — новым, которых до этого у меня не было. Сердце стучало с каждым вдохом всё громче, словно предвкушало что-то особенное. Это первый раз, когда я использую магию так, как она должна работать.

Сила вырвалась из ладони столь стремительно, что я едва успел ее разжать. На её поверхности появился маленький черный огонек. Он дрожал, готовый вот-вот исчезнуть.

— Ну привет! — произнес я с улыбкой.

Сжал кулак, и огонек потух. Отлично. Повторил действие — снова вспыхнуло черное пламя. Что ж, приступим… Первое, что пришло в голову, — направить его в мешок, валяющийся рядом. Там был какой-то хлам.

Сначала ничего не произошло. Но через мгновение ткань начала иссыхать, словно пропитываясь старостью, чернеть. Моя магия словно взялась за дело, и через минуту в мешке осталась лишь горстка пепла, развеявшаяся на ветру.

— Понятно… — хмыкнул я себе под нос.

Новый опыт. Я запустил огонек в ближайшее дерево, как мяч, но на этот раз ничего не произошло. Выводы? Пока никаких…

Часы летели, а я продолжал экспериментировать, оставаясь, между тем, начеку и прислушиваясь ко всему вокруг. Время от времени переключался на духовное зрение, пытаясь понять, почему оно не способно видеть оборотней. Или… быть может, после произошедших изменений оно всё-таки сможет?

Любопытство переполняло меня. Одна часть меня жаждала снова встретить вервульфа, а другая предпочитала пока обходиться без подобных встреч. Но магия затягивала меня всё глубже.

Я пробовал направлять ее на разные предметы — на повозку, поводья, даже на те части фургона, которые, если бы и пострадали, то не нанесли бы особого ущерба.

Выводы? Да все такие же! Моя магия связана со смертью, разрушением. Она заставляет умирать, стареть, исчезать. Особенно это касается неодушевленных предметов. Но что касается живого… Тут эффект слабее, чем я ожидал. Возможно, она еще недостаточно сильна для серьёзного воздействия на жизнь?

И тут мне в голову закралась интересная мысль. Клинок… Он уже наполнен элементом, магией и тем самым порошком с серебром, который я втирал по указанию Рэйскрофта. Интересно, как моя магия будет взаимодействовать с ним?

Я вынул клинок и положил его себе на колени. Немного не удобно следить за дорогой и одновременно смотреть на оружие, но все-таки… Я медленно выпустил черный огонек и направил его на лезвие. Магия скользнула по металлу, не впитываясь в него, как я ожидал, но начав обволакивать его, словно какое-то живое существо.

Клинок засветился, но не тем серебристым блеском, к которому я привык, а холодным черным сиянием. Я сосредоточился, выпустил больше энергии, и лезвие ответило мне… тихим гулом! Вокруг него образовалась черная аура, что сливалась с металлом, не растворяясь, а усиливая его.

Я взялся за рукоять и сделал пару взмахов. Клинок прорезал воздух с лёгкостью, мне показалось, что вес его стал ничтожным. Он слегка зацепил деревянные части фургона, и срезал их, как раскаленный нож режет масло. Неплохо… Даже замечательно. Но что, если попробовать направлять силу не в привычном ключе, а немного иначе?

Я закрыл глаза и просто выпустил магию в рукоять меча. Клинок тут же отозвался, даже быстрее, чем при использовании элемента. Ничего удивительного — я уже научился обходить ограничения для колдовства. Лезвие засветилось серебристой полосой, но… того же эффекта, как в прошлый раз, не возникло. Странно.

Меч полегчал еще сильнее, и я чувствовал его намного лучше, будто оружие стало продолжением моего тела. Но как добиться того, чтобы клинок полностью покрылся моей магией?

Я продолжал свои эксперименты, и все они были сосредоточены на усилении и работе с оружием. Сейчас это было моим приоритетом. Я перепробовал всё, что мог. И вот остался последний вариант — совместить элемент и магию…

Тут я намучился как никогда. Пот стекал по лицу, спина уже насквозь пропиталась влагой. Руки дрожали, а глаза с трудом удавалось держать открытыми. Как бы я ни пытался, выпустить одновременно элемент и магию не получалось. Либо одно, либо другое, но никогда вместе.

Когда солнце начало медленно подниматься из-за деревьев, я решил, что оставлю эту задачку на следующий раз. Но тут из мизинца и безымянного пальца вдруг вырвался элемент, а из остальных — магия. Оба потока одновременно проникли в клинок, и тот моментально ожил. Сначала вспыхнула серебряная линия на лезвии, а затем металл окутала магия, словно тёмное сияние.

— Да! — победно выкрикнул я, не в силах скрыть радости.

Дрожащей рукой я убрал меч в ножны. Пот застилал глаза, но улыбка не сходила с лица. Теперь осталось понять, как другие видят это свечение, чтобы не вызвать подозрений в колдовстве. Белого сияния я так и не смог добавить, но теперь было ясно, что магия и элемент могут взаимодействовать. А это уже победа.

— Господин? — из фургона выглянул Цапля и застыл на месте. — А-а-а!.. — глаза его широко распахнулись.

— Что? — нахмурился я.

— Ваши глаза… Они чёрные! — тихо сказал он, указав пальцем мне в лицо.

Чего? Я закрыл глаза и глубоко вдохнул. Затем открыл их снова и посмотрел на парня.

— Ты уверен? — спросил я.

— Не-е-ет… — он замотал головой, растерянный и явно напуганный. — Может, привиделось…

— Что ты хотел? — прервал я его бормотание.

— Моя смена, — сказал он, указав на поводья.

Я вздохнул и поднялся, чувствуя, как усталость тяжело наваливается мне на плечи. Сил почти не осталось. Тело было напряжено до предела. Опыты с магией и колдовством высосали из меня все соки, истощив сразу оба источника. Пропустив парня на место кучера, я вернулся в фургон.

— Господин, все в порядке? — спросил Рурик. Голос его звучал обеспокоенно. — Вы бледный, да ещё и с синяками под глазами… Вам срочно нужен отдых!

— Ага… — кивнул я, чувствуя, что силы окончательно покинули меня.

Скинув верхнюю одежду, я буквально рухнул на кушетку. Тело было будто каменным, а желудок предательски урчал. Еда — вот что мне сейчас действительно нужно. Я хотел было попросить у Рурика что-то поесть, но не успел — он уже подал миску с кашей и крупными кусками мяса. Самыми большими кусками, судя по всему.

— Вы — господин, и должны получать лучшее, — говорил Рурик, пока я активно работал ложкой… — Как вы хотите воспитать мальчика, если даёте ему то же, что и себе? Разве он вам ровня?

Я не стал спорить. Ни сил, ни желания на это не было. Жадно глотал еду, чувствуя, как каждый кусок возвращает жизнь в мое тело. Каша оказалась неожиданно сытной, а мясо хоть и жёстким, но с хорошим привкусом.

Слегка зачерствевший хлеб тщательно вычистил тарелку и завершил первую часть моего обеда. Следом пошло несколько чашек горячего травяного чая, а под занавес — немного компота. И только после этого я устало выдохнул, чувствуя, как тепло разливается по телу.

— Если что, — зевнул я, откидываясь на кушетку, — бери моё оружие. Оно хотя бы что-то способно сделать.

— Отдыхайте, милорд, — тихо ответил Рурик, стараясь не тревожить меня лишний раз.

Мои веки опустились.Фургон покачивался и убаюкивал, и я тут же погрузился в полное забытье.

Когда я открыл глаза, за окном вовсю светило солнце. «Что? Я так мало поспал?» — пронеслась мысль. Но в теле чувствовалась необычайная легкость, усталость как рукой сняло. Я проверил — магия и элемент восстановились полностью. Повернувшись, я увидел рядом с собой меч, но не нашёл Рурика и Цапли.

«Где они?» — подумал я с удивлением.

Быстро сполоснув лицо водой, я накинул на себя плащ и выглянул из фургона. И сразу увидел старика с Цаплёй, которые сидели на козлах рядышком и вместе правили повозкой.

— Почему вы оба тут? — спросил я хмуро.

— Простите, милорд, — поклонился Рурик. — Мы решили вас не беспокоить.

— Сколько я проспал? — уточнил я.

— Сутки, — ответил старик.

— Что⁈ Почему вы меня не разбудили⁈ — мое возмущение прозвучало немного громче, чем я ожидал.

— Мы пытались, но вы так вымотались… — оправдывался Рурик. — Сначала битва с оборотнем, потом сутки без сна… Вам нужно было восстановиться!

— Ладно… — я махнул рукой, успокаиваясь. — Идите, я сам поведу повозку.

— Мы уже почти подъехали к городку, — вставил Цапля, указывая в сторону горизонта, где виднелись первые домики. — Шэдоувейл!

Глава 4

Мелкие деревянные домишки были в беспорядке разбросаны по всей территории вокруг Шэдоувейла. Вдалеке высилась городская стена. Она была существенно ниже, чем в Гринхолле, но ведь и город был куда как меньше. На земле под стеной работали люди.

— Сначала я соберусь, потом вы, — кивнул я своим спутникам.

Вернувшись в фургон, наспех умылся, оделся в походный костюм, что прикупил мне Рурик. Меч прицепил справа на поясе. Занял место кучера и только тогда отправил готовиться ребят.

Когда подъехали к воротам, место кучера уже занимал Цапля. Его как не наряжай, солиднее выглядеть не станет, а нам с Руриком важен образ. Выйдя из фургона, мы со стариком подошли к стражникам, и Рурик протянул им наши документы. И отдельно тот, где говорилось, что я отбыл обязательную повинность аристократа.

Стражу в старых мятых доспехах крайне удивило, что в их город прибыл целый маркиз. По-моему, сразу и не поверили, но после беглого осмотра нашего фургона и оплаты пошлины, нас неохотно пустили за стену.

Я сразу ощутил на себе внимательные взгляды местных. Узкие улочки с булыжной мостовой, по которой громко стучали копыта наших лошадей, были окружены небольшими домами с выцветшими деревянными стенами. Крыши покрывала потемневшая черепица, местами уже ветхая и неровная, а кое-где и вовсе худая.

Улицы петляли, как змеи, уходя то в сторону рынка, то к центральной площади. Около домов стояли телеги с сеном и ведрами, бочки с водой. Из дымоходов поднимался лёгкий дым, в воздухе стоял отчетливый запах жареного мяса и хлеба. Проходящие мимо жители одеты были весьма просто, в основном в грубые шерстяные одежды,, на женщинах были длинные юбки и незамысловатые платки. Они воровато поглядывали на нас, но подойти никто не осмелился.

На углу одной из улиц нам встретилась таверна. Вывеска, висящая на ржавых цепях, была почти скрыта в тени деревьев. Рядом располагалась лавка мясника, перед которой висели на крючьях разделанные свиные туши, а у соседнего дома торговец разложил деревянные ящики с рыбой и овощами. Вскоре впереди показалась рыночная площадь, она была невелика — несколько палаток с местными продуктами, да прилавки ремесленников, уставленные всякой утварью.

— Пахнет бедностью, — тихо сказал Рурик, оглядываясь. — Народ здесь небогатый.

Как только наш фургон подъехал к постоялому двору с вывеской «Синий пират», несколько местных мужиков тут же рванули к нам. Загорелые, в потрёпанной одежде, они не стеснялись пристально разглядывать нашу повозку.

— Нужно что-то, господа? — один из них, с густой сальной щетиной, первым обратился к нам, явно надеясь получить работу.

— Колеса проверьте и с лошадьми разберитесь, — спокойно ответил я. Рурик з покивал и добавил:

— Посмотрите всё. Подкрутите, если надо…

Мы быстро договорились, что за один фунт они приведут фургон в порядок и займутся животными. Хоть цена явно была завышена, я решил не торговаться. Ещё за одну золотую монету нам пообещали обеспечить лошадей кормом на целую неделю.

Когда мы подошли к самому постоялому двору, перед нами предстало одноэтажное здание с потрескавшейся деревянной дверью. Крыша слегка покосилась, по стенам местами висели пучки трав. Я толкнул дверь, и нас с порога встретил плотный запах горячего мяса, смешанный с ароматом застарелого дыма.

Внутри было тепло и уютно, несмотря на простоту убранства: деревянные столы, длинная барная стойка, пара стульев возле камина и несколько потемневших от времени полок с кружками и бутылками. Где-то в дальнем углу слышался негромкий смех.

Рурик и Цапля тащили за собой наши мешки с деньгами. Старик быстро договорился с хозяином — седым мужиком лет сорока, об аренде трёх комнат, еде и горячей воде. И спустя десять минут я уже оказался в своих покоях.

Они оказались меньше тех, что я занимал у мадам Тревис, но было здесь на удивление чисто. Все необходимое была на месте: простая кровать с грубым покрывалом, шкаф для вещей, маленький столик у окна и камин, в котором тлели остатки дров.

Я скинул плащ и открыл окно, с наслаждением вдохнув свежий воздух. План был прост: пару дней на отдых. Лошадям нужно время на восстановление, да и нам самим не помешает набраться сил.

Вскоре внесли бочку с горячей водой, и я не стал терять времени. Сполоснувшись, привёл себя в порядок, чувствуя, как остатки усталости наконец уходят. Сутки отдыха действительно сделали своё дело — тело отозвалось бодростью, а голова наконец стала ясной.

Пока мои спутники разбирались с делами, я решил отправиться на прогулку по городку. Местные жители, похоже, были не слишком любопытны: люди, как правило, быстро проходили мимо, не удостаивая меня лишними взглядами. Стражи на улицах не встретилось, городок казался полупустым.

Я периодически использовал духовное зрение, надеясь увидеть магов или ведьмаков, но результат оказался нулевой — город выглядел тихим и ничем не примечательным. Хорошее место для того, чтобы залечь на дно…

Прошёл почти час, когда я наконец наткнулся на лавку целителя. Над дверью висела деревянная вывеска с аккуратной надписью: «Элианна Тарнелл».

Толкнув скрипучую дверь, я шагнул через порог и сразу наткнулся на хозяйку — миловидную женщину лет тридцати. Её белоснежные волосы мягкими волнами падали на плечи, выделяясь на фоне светло-серого платья, туго затянутого на талии.

Рукава платья были длинными и облегали руки, но ткань вокруг плеч и шеи лежала свободно, создавая ощущение воздушной лёгкости. Голубые глаза смотрели на меня пристально, словно оценивая.

— Здравствуйте, — произнесла она ровным голосом.

— Приветствую, — кивнул я. — Маркиз Аларик Рэйвен.

Её глаза на мгновение расширились от удивления.

— Лорд? — переспросила она. — Чем я могу вам помочь? Вас что-то беспокоит?

— Нет, — ответил я с лёгкой улыбкой и перешел на духовное зрение.

Структура каналов, что проявилась передо мной, дала мне понять следующее: ведьма, причём сильная. И что же она делает в этом захолустье?

— Знаете… — я выдержал паузу, словно размышляя, стоит ли делиться информацией. — По дороге на нас напало нечто… С виду человек, а на деле — зверь…

Её лицо тут же изменилось. Интерес прорезался в её взгляде, но без страха, скорее с любопытством.

— Вас ранили? — спросила она спокойным тоном.

— Нет, что вы! — усмехнулся я, дернув уголком губ. — Я убил оборотня.

Элианна Тарнелл напряглась. Её лицо оставалось спокойным, но настороженность стала очевидной. Похоже, я нашёл того, кто сможет пролить толику света на предмет моего нынешнего интереса.

Я достал меч и демонстративно положил его на прилавок. Хозяйка быстро скользнула взглядом по клинку, но по глазам ее я успел понять, что она узнала этот меч. Или, по крайней мере, знала его предназначение.

— Вам повезло, маркиз, — медленно произнесла она, спрятав свои эмоции за внешним безразличием. — В лесах могут обитать дикие звери, которые переносят разные болезни. Они опасны для людей.

— Болезни? — я приподнял бровь. — Знаете, я хотел бы у вас кое-что уточнить… — И положив два фунта на прилавок, добавил: — Сыграем в вопросы и ответы. Что скажете?

— Не уверена, что смогу вам помочь, лорд… — она сказала это очень тихо, почти на грани слышимости.

Затем губы ее едва заметно зашевелились, и я почувствовал, как она попыталась воздействовать на меня колдовством. Ничего существенного — очевидно, просто хотела избавиться от меня, применяя что-то вроде мягкого принуждения. Но заклинание соскользнуло, так и не подействовав. Я внутренне усмехнулся. Слишком легко…

Она не пыталась угрожать моей жизни, это был скорее способ «проводить гостя до двери».

— Вы умеете хранить секреты? — мягко улыбнулся я, сделав шаг к ней.

— Что? — она нахмурилась, заметно напрягаясь. Её взгляд снова прошёлся по мне, пытаясь найти причину того, почему её колдовство не сработало.

— Лорд, я думаю, что не смогу вам помочь… — произнесла она, но в её голосе уже звучала неуверенность.

Тогда я решил показать ей, на что способен сам. Моя рука окуталась пульсирующим чёрным комком энергии. Я прошептал пару слов, и ведьма замерла, пристально глядя на меня и пытаясь понять, с кем имеет дело. Затем, сжав ладонь, я развеял своё колдовство.

— Может, мы всё-таки поговорим? — повторил я свое предложение и сделал шаг назад. — Я хорошо заплачу за информацию.

— Ведьмак и аристократ? — её глаза расширились от удивления. — Давно не встречала такого сочетания. Обычно вас прячут… Что вас интересует?

— Оборотни, — коротко ответил я. — Мне предстоит длинная дорога, и есть вероятность снова встретиться с этими тварями. И я хотел бы знать о них больше…

Она оценивающе посмотрела на меня, кивнула, и два моих фунта бесшумно исчезли в кармане её платья. После короткой паузы добавила цену — ещё три фунта, и только тогда начала говорить.

С каждым её словом картина в моей голове менялась. Она рассказала о вервульфах как о существах, возникших благодаря Изнанке. Это были не просто дикие звери, как их привыкли изображать, — это были маги, оказавшиеся слишком слабы, чтобы выдержать нападение существ из Изнанки и измененные её энергией. Они не погибли, но и прежними уже не остались.

— Маги более подвержены заражению, — тихо объяснила она. — Всё дело в структуре их магических каналов. Яд или проклятие стражей Изнанки проникает в магический источник и меняет его. Природный же источник способен сопротивляться, и это главное преимущество ведьмаков и ведьм. Мы либо побеждаем заразу, либо умираем.

Её слова осели у меня в голове. Похоже на выдумку, но с другой стороны — интересная версия. И логика какая-никакая в ней присутствует.

— Поэтому власти так тщательно скрывают правду, — продолжила Тарнелл, и её глаза сверкнули от злости. — Маги, заражённые Изнанкой, представляют большую угрозу, но если рассказать об этом правду — система, которая веками строилась, рухнет. Колдовство уже давно приравнивают к злу, и никому не выгодно менять это представление!

Я внимательно ее слушал, стараясь уловить детали, которые мог бы подтвердить мой собственный опыт. Но пока была лишь общая информация.

— В последние пять лет число этих тварей только растёт, — её лицо исказилось. — Император отправляет всё больше людей в Изнанку, и вот результат.

— Они — бездумные животные? — уточнил я.

— Нет, — замотала головой Тарнелл, её глаза горели мрачным огнём. — Точно нет. Слушайте дальше, лорд…

Из её слов следовало, что этими существами управляет некая воля. Проклятие Изнанки подчиняет их, обращает магов в монстров, а затем те начинают обращать других. Только те, кого укусил «чистый» вервульф — маг, заражённый в Изнанке, — могли дальше распространять заразу. Обычные же люди, укушенные ими, становились простым зверьем, не способным на что-то большее.

Получается, среди тех, кого я встретил, первый, что обратил ребят под стенами Гринхолла — чистый оборотень. А вот второй… Может поэтому он мне показался более слабым? И еще его душа…

— Хорошо! — прервал я хозяйку, чуть прищурив глаза. — Как колдовство может помочь бороться с ними?

Она ответила не сразу. В её взгляде зажглось что-то хищное.

— Сто фунтов… — медленно произнесла Тарнелл, и её губы расползлись в довольной улыбке. — И не пенни меньше.

— Вы настолько уверены в правдивости своей информации? — я склонил голову, наблюдая за её реакцией. — Я не собираюсь платить за слухи и легенды, меня интересуют только проверенные факты…

Она только усмехнулась и оттянула вниз ворот своего платья, демонстрируя глубокий шрам на шее и плече. Это были следы зубов.

— Достаточно? — спросила она. Голос ее звучал спокойно, в глазах колыхалась мрачная уверенность. — Поэтому я и торчу в этой дыре. По дороге на меня напали, и больше месяца я была между жизнью и смертью. Только благодаря бабкиным зельям смогла выкарабкаться…

Она выжила после укуса вервульфа?.. Интересно! Я кивнул и неторопливо отсчитал нужную сумму.

Тарнелл приняла деньги с холодной улыбкой. И только после этого продолжила. Из её рассказа следовало, что слабые вервульфы — те, что были изменены обычными укусами — собираются в стаи. Как правило, они нападают поодиночке или группами, но всегда под чьим-то контролем. Сильный, «чистый» вервульф вмешивается только в самых крайних случаях.

Ей не повезло встретиться с таким. Не удивительно, что она возвращалась с Плавающих островов. Но что она там делала, ведьма предпочла не рассказывать.

— Чтобы выжить после укуса, нужна чёрная жидкость из кристалла, — сказала она.

Я с трудом сдержал улыбку. Неудивительно, что это именно тот кристалл, о котором я уже знал. В зависимости от силы ведьмака или ведьмы процесс восстановления может занять дни, недели или даже месяцы. Если же повезёт, то после этого появляется иммунитет к этим тварям, и ты начинаешь чувствовать их присутствие.

Этот факт меня особенно заинтересовал. Тарнелл утверждала, что ни магия, ни колдовство не могут выявить оборотней, особенно «чистых». Они хорошо умеют скрываться, и именно это делает их такими опасными, а охоту на них особенно трудной. Единственный способ — это развить в себе чувство, которое возникает после укуса.

— Колдовской огонь — вот что даёт возможность нанести решающий удар, — сказала Тарнелл, показав на маленький мешочек, висящий у неё на шее на обычном шнурке. — Это волчий аконит, он убивает запахи магии и колдовства. Носите его не снимая, и оборотни не смогут учуять вас заранее…

Чувствую, что это не мне повезло, что я заглянул к ней… Отличный и платежеспособный клиент зашел к ней в лавку.

Тарнелл улыбалась, наблюдая, как я убираю три таких мешочка в карман, оставив на прилавке ещё сто пятьдесят фунтов. Сработает аконит или нет, я не знаю, но пока это единственное средство, что у меня есть.

Напоследок ведьма поделилась со мной маршрутом, который она выбрала, возвращаясь с Плавающих островов. Как она пояснила, этот путь используют ее братья по искусству, среди них он считается наиболее безопасным. За эту информацию мне пришлось отдать ещё тридцать фунтов.

Но на этом наши сделки не закончились. После недолгих раздумий она предложила мне свой дневник, заполненный короткими мыслями и заметками по Плавающим островам. Сотня фунтов — на такой цене мы сошлись, после чего она вручила мне книгу, которую, по ее словам, она уже успела переписать для себя.

Чем дольше мы говорили, тем яснее становилось, чем именно она занималась на Плавающих островах. Изнанка… Там ведьмаки и ведьмы могут позволить себе гораздо больше. Если в нашем государстве всё жёстко контролируется, то там можно укрепить свои силы и узнать много чего полезного…

Когда я вышел из лавки, небо уже успело затянуться серыми облаками, а в голове у меня клубились мысли, словно дым от костра. Нужно обсудить всё это с Руриком. Хотя я уже знал, что старик будет настроен скептически. Как и большинство людей в нашем мире, он воспитан в убеждении, что колдуны — зло, которым нельзя доверять.

В его глазах любая связь с Изнанкой выглядела предательством. А теперь у меня в руках была не только новая информация, но и предметы, связанные с колдовством. И вопрос был в том, как ему все это преподнести.

Я подвёл первые итоги: у меня теперь есть альтернативный маршрут, который стоит изучить и, возможно, использовать. Мешочки с волчьим аконитом, которые должны скрывать наш магический запах от вервульфов. А ещё — знания о том, чем «чистые» вервульфы отличаются от обычных. К тому же Тарнелл поделилась своими наблюдениями о Плавающих островах. Конечно, информации было меньше, чем мне хотелось бы иметь, но даже это уже кое-что.

Всё это вернуло меня к мыслям о Рэйскрофте. До сих пор не ясно, почему он доверил мне такую важную и опасную миссию… Слишком много случайностей, слишком много вопросов без ответов. Может, меня просто хотят убрать? Избавиться от неудобного родственника, на которого можно повесить неприятную миссию? Не исключено, что Мориганы как-то замешаны в этом, ведь они интересуются моей кровью… Но почему именно я? Неужели Рэйскрофт продался им?

Я остановился на мгновение, глядя на узкую улочку, ведущую в другую часть городка. А что, если просто повернуть в эту сторону? Исчезнуть из их поля зрения и выбрать собственный путь? Но куда бы я ни поехал — меня всё равно найдут. Если не Рэйскрофт, то Мориганы. Ну, или дядя…

Не стоит пороть горячку, ведь пока у меня есть официальный документ, что дает определенную степень свободы.. Почему бы его не использовать?

Плавающие острова… Если всё сложится правильно, они станут моим шансом. Я сжал рукоять меча. Мои мысли вращались вокруг Изнанки, черных кристаллов и той неведомой силы, что скрывается за её пределами. Жнецы, Эреба, боги… Все они как-то причастны к этому, но что же их настолько напугало? Или в Изнанке есть сила, способная им противостоять?

На улице впереди меня появились трое незнакомцев. Они вышли из тени и постепенно приближаясь, глядя на меня, словно хищники, оценивающие свою добычу. Все трое были одеты в черные плащи из дорогой ткани, что сразу выделяло их на фоне местных жителей. Даже по их движениям, по осанке можно было понять — это аристократы. Их руки тоже легли на рукояти мечей.

Я остановился и посмотрел на них, прищурившись. Улыбка расползлась по моему лицу. Если они хотят проверить, насколько хорош маркиз Аларик Рэйвен — что ж, они выбрали правильный момент!

Глава 5

— Представьтесь! — обратился ко мне один из них — мужчина. лет тридцати, с суровой военной выправкой. Взгляд у него был холодный, пронзительный,, а осанка, казалось, была отточена годами строгой дисциплины. Двое, стоявших рядом с ним, были помоложе, и чувствовалось, что они находятся у него в подчинении.

— Маркиз Аларик Рэйвен, — ответил я, не двигаясь, а лишь приподняв бровь, ожидая их реакции.

— Какая удача! — мужчина кивнул, слегка улыбнувшись. — Вас-то мы как раз и ищем.

Я сжал рукоять меча чуть крепче, не собираясь расслабляться.

— Что вам нужно? — холодно спросил я.

— Пройдемте в таверну, — мужчина указал в сторону переулка. — Наш разговор не для улицы.

Мой взгляд на мгновение задержался на его лице. Ловушка? Но любопытство пересилило осторожность. В конце концов, в этом крохотном городке делать всё равно нечего…

— Ведите, — кивнул я.

Мои силы полностью восстановлены, и в случае чего я смогу с ними справиться. Даже не потребуется использовать магию легкого колдовства будет вполне достаточно.

Мы двинулись по улицам и несколько минут спустя остановились у небольшой таверны. На входе стояли двое вооружённых людей, которые, едва нас увидев, коротко кивнули. Мы вошли внутрь.

В помещении было всего несколько столиков — штук десять, не больше. Всё выглядело скромно, но даже тут присутствовала дисциплина. Обычных выпивох здесь я не заметил. Все гости за столиками были в форме. Мои спутники, сняв плащи, бросили их на спинки стульев. Я сел за стол, наблюдая за каждым их движением.

— Четыре эля! — громко крикнул мой проводник, обращаясь к бармену.

Тот сразу повернул голову, кивнул и принялся наливать. Я же тем временем продолжал наблюдать за этими людьми

— Простите за этот неожиданный подход, — произнес мужчина напротив меня, чуть расслабившись. — Я барон Освальд Торнкрофт.

— Торнкрофт… — повторил я, медленно кивая. — И что же заставило вас искать встречи со мной?

Мужчина продолжал оценивать меня, но лицо его при этом оставалось непроницаемым. Его длинные тёмные волосы были аккуратно собраны сзади и перехвачены кожаным ремешком.

На шее я заметил небольшой шрам. След от дуэли или еще чего-то похуже. Пока он рассматривал меня, я скользнул взглядом по его магическим каналам, проверяя свою догадку. Да, маг… И это ещё один интересный поворот.

Бармен поднёс кружки с элем и расставил их на столе. Я взял одну, но не стал пить, глядя, как Торнкрофт вливает в себя сразу половину своей кружки в один глоток, будто это был какой-то ритуал. Остальные двое последовали его примеру, и при этом молчали, давая возможность начать разговор своему лидеру.

— Начальство… — кашлянул вояка, будто выдавливал из себя слова. — Нам приказано найти вас и обсудить одно важное дело. Нам известны ваши цели и пункт назначения…

Он замолчал, будто ждал, что я сам ему отвечу. Но я тоже молчал, не собираясь ему подыгрывать.

— Плавающие острова, дипломат маркиз Аларик Рэйвен, — наконец произнёс Торнкрофт, стараясь, чтобы слова эти прозвучали официально.

— Допустим, — сказал я, не спеша, осушая свою кружку. — Дальше?

— Вы не доверяете военным его величества? — удивлённо приподнял бровь лейтенант. — Я лейтенант, между прочим!

— Хорошо, — спокойно кивнул я.

Торнкрофт, почувствовав, что разговор может пойти в другое русло, протянул мне запечатанное письмо.

Я быстро пробежал глазами по тексту. Снизу стояла печать Рэйскрофта. Похоже, барон позаботился обо мне — во всех городах на моём пути военные обязаны были оказывать мне всяческую поддержку: предоставлять лошадей, делиться информацией о безопасных маршрутах, а ещё — снабжать специальным оружием.

В конце письма было личное обращение от Рэйскрофта:

«Маркиз, вам поручили эту миссию благодаря тому, что вы неплохо показали себя в деле с Виктором Монтегю. Это увеличивает ваши шансы на успех».

Я замер на мгновение. Что он имеет в виду? Как я сразу не подумал об этом⁈ Разговор с ведьмой внезапно всплыл в памяти. Всё, что она рассказала о вервульфах, — правда? Ведьмак при укусе чистым оборотнем либо погибнет, либо получит иммунитет. А маг — станет оборотнем…

Вот поэтому выбрали именно меня? Рэйскрофт видел моё колдовство в кабинете барона Вити. Получается, он рассчитывает, что я приобрету иммунитет еще до прибытия на Плавающие острова? Это даст мне преимущество в борьбе с тварями…

Я быстро прокручивал в голове маршрут, что мы выбрали с Руриком, а также те советы, что дала мне Тарнелл.

— Маркиз? — вырвал меня из размышлений Торнкрофт. — Теперь вы нам доверяете?

— Можно сказать и так… — я вернул ему письмо.

— Ваши лошади уже заменены, — продолжил он. — Также добавили в поклажу корм и военные пайки для вас. Что касается оружия… Вам лучше пройти с нами, чтобы получить его лично.

— Как я понимаю, делать это нужно прямо сейчас? — я улыбнулся, чувствуя, что времени у нас впритык.

— Абсолютно верно, лорд, — согласился лейтенант. — И настоятельно советую вам покинуть город сегодня же.

— Даже так? — я приподнял бровь, начиная чувствовать подвох.

— Да, — сказал Торнкрофт, осушив свою кружку. — Неделю назад здесь прошёл караван… скажем так, весьма странный. Они сообщили, что дороги стали очень опасными.

— Что вы имеете в виду? — уточнил я, почувствовав, что разговор становится интереснее.

— Оборотни, — тихо сказал Торнкрофт. — И ведьмы… И ведьмаки…

— Пойдёмте! — я резко встал из-за стола.

Это что-то новенькое. Почему мои собратья по искусству вольготно разгуливают по лесам, особенно если там полным-полно весьма опасных тварей? А может это просто байки путешественников, которые любят все преувеличивать, рассказывая свои истории?

Пока всё выглядело довольно странно: внезапная спешка, насторожённые взгляды, появление лейтенанта. Но тем не менее я поднялся из-за стола, накинул плащ и проследовал к выходу. Мои новые «друзья» двинулись за мной. Я обратил внимание, что остальные в таверне внимательно следят за каждым нашим движением.

Когда мы вышли на улицу, начал моросить мелкий дождь. Я пропустил военных вперед и поднял воротник, стараясь сохранить тепло, а сам молча последовал за ними по узким темным улочкам. Вскоре мы оказались у массивного здания, полностью выложенного из серого камня. Странно, но окна на фасаде отсутствовали, вокруг дежурила стража, а всё пространство было хорошо освещено факелами.

У входа мы ненадолго задержались, пока стражники возились с замками на толстой двери. Вскоре она распахнулась, но за ней обнаружилась ещё одна — железная. Когда же и вторая дверь была открыта,, мы наконец вошли внутрь.

Глазам моим предстала просторная оружейная. Стены были увешаны мечами, копьями и алебардами. В центре стояло несколько ящиков — на вид совсем новенькие, и доставили их сюда явно совсем недавно. Крышка одного из них была слегка приоткрыта, и как только её подняли, я увидел нечто неожиданное. Внутри лежало огнестрельное оружие — ружья с длинными стволами и деревянными прикладами..

Я взял одно из них в руки. Ствол оказался тяжёлым, металлическим, гладким на ощупь, с массивным кремнёвым ударным замком, а приклад был выполнен из тёмного полированного дерева. Надёжный инструмент, сбалансированный, с длинной дульной частью, способной поражать цель с большого расстояния…

— Это фузея, — с гордостью заявил Торнкрофт. — Сейчас их доставляют и размещают повсеместно в нашей стране.

Пока я внимательно изучал ружьё, пытаясь привыкнуть к его весу и форме, лейтенант кивнул на другой ящик.

— Вот порох, — сказал он, показывая на увесистые мешки. — А это — пули…

Мне показали гладкие свинцовые шарики, сверкающие слегка приглушённым металлическим блеском. Однако моё внимание больше привлекла другая партия — пули, от которых исходила едва уловимая магическая вибрация.

Переключившись на духовное зрение, я сразу заметил, что в этих пулях была встроена особая структура. А помимо этого — еще серебро и тот самый порошок, что я втирал в свой меч.

— Это для вервульфов, — хищно улыбнулся Торнкрофт. — Лично видел, как они действуют. Замедляют тварь, не дают ей трансформироваться. А это значит, что можно подобраться к нему поближе и отрубить голову.

Я покрутил в руках несколько таких пуль, ощущая их тяжесть и плотность. Слова лейтенанта многообещающе.

Мне выдали три фузеи, около ста обычных пуль и тридцать «специальных». Лейтенант также показал два мешка с чёрным порохом и необходимые принадлежности для обслуживания оружия: набор для чистки стволов, специальные шомпола, пыжи, маслёнку для смазки и мерки для точного отмеривания пороха.

Все это время Торнкрофт морщился и что-то бубнил себе под нос правила безопасного обращения с оружием. Когда мы вышли из оружейной, двое сопровождающих молча пошли за мной, неся наши сумки. Снова пора было выдвигаться в дорогу, хотя это немного и не соответствовало моим планам.

Снова спешка, снова пора отправляться в путь. Сначала я думал отказаться от этого, но потом прикинул:эти парни поменяли нам лошадей нам поменяли, снабдили оружием и провиантом… Так почему бы и нет? К тому же кое-что я здесь все-таки узнал, и даже больше, чем ожидал от этого места…

Если Рурик и Цапля ещё не умеют обращаться с огнестрельным оружием, это придется срочно исправить. Пусть фузея и не главный козырь в борьбе с вервульфами, но она точно даст нам преимущество в бою. Теперь мои спутники смогут не просто наблюдать, а реально помочь в случае столкновения.

Конечно, тридцать серебряных пуль — это не так уж и много. И каждую из них нужно заряжать вручную, а это займёт некоторое время, особенно у плохо подготовленного стрелка… Но зато теперь у нас есть хотя бы что-то, что даёт нам шанс!

В голове у меня уже формировался новый план тренировок для всей команды. Пока никто не видел, я прихватил с собой немного «специальных» пуль, сверх тех тридцати, что выдал мне лейтенант Торнкрофт. Не то, чтобы я как-то особо на них рассчитывал, но у меня появилась идея, как можно использовать их иначе. Надеюсь, что двадцати штук будет достаточно для того, чтобы провести эксперимент.

Как только сумки с оружием уложили в фургон, двое солдат остались охранять его, пока мы не выдвинемся. Я же прошел на постоялый двор, где воздух был наполнен ароматом жареного мяса, и я даже на мгновение остановился, чтобы насладиться этим моментом. Поднявшись к себе в комнату, быстро собрал вещи.

Подошел к двери Рурика, но не успел постучать, как она тут же открылась.

— Милорд? — его спокойный, деловой тон меня не удивил. — Мы отбываем?

— Да, — кивнул я, чуть приподняв бровь. — Как ты догадался?

— Ваши вещи… — Он легко кивнул на мою сумку и с легкой улыбкой добавил: — Я тоже готов!

Рурик распахнул дверь своей комнаты, демонстрируя собранные вещи. Он уже успел перекинуться парой слов с Цаплей, поэтому оба они были на чемоданах. Старик, как всегда, не терял времени зря.

— Привычка! — с улыбкой пояснил он. — С вашим отцом я всегда был готов к любым оказиям.

Мы заказали несколько порций ужина с собой, и через полчаса уже сидели в фургоне. Рурик взял на себя управление, пока мы выезжали из города. Внутри стало заметно теснее — фургон буквально ломился от припасов. Теперь у нас было столько еды и корма для лошадей, что хватило бы на несколько месяцев.

Цапля то и дело поглядывал на свёртки с оружием, явно ожидая момента, когда я расскажу, что именно там спрятано. Отъехав на несколько километров от города, я решил устроить небольшую остановку, чтобы провести со своими спутниками короткий совет.

— Значит так, — начал я, доставая мешки, что купил у ведьмы. — Это вам…

Я раздал каждому по мешку с волчьим аконитом и рассказал им то, что мне удалось узнать про оборотней. Конечно, всей правды я раскрывать не стал — не хотел перегружать их лишними деталями. Рассказал только о чистых вервульфах, которые получаются из магов в Изнанке, и о том, как они способны заражать людей. В любом случае, это была важная информация, которая в будущем могла спасти нам жизни.

Мы развернули карты и начали сравнивать наш маршрут с тем, что дала мне Тарнелл. Если двигаться её путём, то мы потеряем почти три лишних недели. Это много. Рурик молча изучал карту, а потом предложил альтернативу.

— Милорд, — начал он, глядя на меня серьёзным взглядом. — Я бы кое-что изменил…

Он предложил срезать путь через лес, что дало бы нам выигрыш в две недели. Идея была проста: сначала мы двинемся по относительно безопасной дороге, указанной ведьмой, а после ускоримся за счёт прямого маршрута через лес. И пока мы будем на безопасной территории, у нас будет время подготовиться к разного рода неожиданностям.

— За это время я могу научить Карла пользоваться оружием, — добавил Рурик. — Даже если нам повстречаются эти твари, мы будем готовы помочь вам.

Я внимательно посмотрел на своих спутников. Всё действительно это имело смысл. План не так уж плох: три недели подготовки, затем сокращение пути. Отличная стратегия!

— Хорошо, — кивнул я, приняв решение.

Мы достали фузеи и тут же начали обучение. Рурик детально объяснял Цапле, как обращаться с оружием. Тот буквально светился от восторга, когда взял фузею в руки. Для него это было настоящим приключением — недавно он был просто босяком, обычным уличным мальчишкой, а теперь участвовал в миссии, о которой многие могли только мечтать. Его глаза так и блестели от счастья.

Заняв место кучера, я взял на себя ночную смену. Фургон плавно покатился по дороге, а я наслаждался тёплой курицей, свежим хлебом и водой, которыми мы. запаслись на постоялом дворе.

Ночь поглотила лес, обволакивая нас густым холодным мраком. Рурик и Цапля наконец завалились спать, оставив меня наедине с дорогой и своими мыслями. Старик весь вечер показывал пацану, как обращаться с фузеей: разбирать, чистить и собирать оружие, да ещё и на скорость. Затем позволил ему несколько раз выстрелить. И хотя особых успехов Цапля не достиг, он все же был в восторге, но теперь, утомленный, спал, свернувшись калачиком.

Луна лениво пробивалась сквозь кроны деревьев, серебристо освещая путь впереди. Мы заранее зажгли лампы, и они мягко колебались на ветру, бросая на дорогу пляшущие тени. Я сидел на козлах, в одной руке удерживая поводья, а второй привычно опираясь на меч, и вглядывался во тьму, прислушиваясь к шорохам леса. Впрочем, времени даром я старался не терять и между делом тренировался активировать магию в клинке, снова и снова выхватывая его и выпуская смесь силы и элемента. На удивление, сейчас мне это давалось куда легче, чем раньше. Пять секунд — и меч светился, как надо. Но даже пять секунд — это всё ещё слишком долго…

Но гораздо больше меня беспокоила устойчивость. Как долго я смогу удерживать меч в этом состоянии? Пять минут, может, семь — не больше. Этого явно не хватит для долгого боя. Я пытался восполнять природный источник магией, пытался перенаправлять потоки силы так, чтобы поддерживать оружие дольше, но это оказалось почти невозможным. Совмещать активацию меча с восстановлением истощенного элемента — настоящий вызов.

С разочарованием я выдохнул и утер пот с лица. Получалось лучше, чем несколько дней назад, но всё ещё недостаточно. Холодный воздух сжимал мне грудь, из моего рта валил пар. Я сосредоточенно прислушался к ночным звукам. Лес вокруг был словно живым: треск веток, тихий писк каких-то ночных зверьков, шорох листьев, редкие завывания — всё это сливалось в одну общую звуковую панораму.

Усталость навалилась, словно невидимая тень. Я потёр глаза, чувствуя, как монотонное движение фургона и непроглядная тьма изо всех сил пытаются убаюкать меня, хотя сна не было пока ни в одном глазу. Тогда я активировал духовное зрение, чтобы проверить еще кое-что — после того случая, когда я едва не потерял контроль, я так и не выяснил, улучшились ли мои способности…

Лампа слегка качнулась, свет дрогнул. Взявшись за поводья двумя руками, я медленно потянул их на себя. Лошади, почувствовав команду, сразу сбросили темп и вскоре остановились остановились полностью. Я вытащил из ножен меч. Сквозь ночную тишину услышал в фургоне шаги. Открылась дверь, и предо мной в свете фонаря предстал сонный старик.

— Милорд… — пробормотал Рурик, протирая глаза. В руке он сжимал алебарду. — Почему мы остановились?

— Кажется, я кое-что увидел, — ответил я, не отрывая глаз от темноты. — Оставайся здесь…

— Позвольте помочь вам? — он окончательно проснулся и, несмотря на мой приказ, подошёл ближе.

— Нет, — не оборачиваясь, я махнул рукой.

Я спрыгнул на землю и медленно направился по дороге назад. Может, мне это только показалось? Но выглядело все это как-то странно… Вдруг я остановился и замер. Чёрт, что это? Взгляд скользнул по странным выпуклостям в темноте. Я помотал головой, пытаясь избавиться от навязчивой иллюзии.

— Что там? — раздался сзади голос старика.

— Я приказал тебе оставаться! — цыкнул на я него, раздражённый его упрямством.

— Милорд, мой долг — сопровождать вас! — Рурик твёрдо шагнул ко мне, выставив вперёд алебарду.

Его движения были неуклюжи в темноте. Я мог разглядеть контуры и тени благодаря духовному зрению, но Рурик не видел ровным счетом ничего. Он осторожно подошёл ко мне, водя рукой перед собой, пока не коснулся моего плеча.

— Что там? — прошептал он, напрягшись. — Я ничего не вижу и не слышу.

— Да как тебе сказать… — улыбнулся я.

— Это опасно? — и его руки сильнее сжали древко алебарды.

* * *

Сегодня будет еще одна глава вечером

* * *

Глава 6

Я смотрел на девушку, не сводя с нее глаз. Это было чертовски странно. Голая, посреди ночного леса, абсолютно неподвижная. Мой взгляд улавливал контуры её тела, округлую грудь, кожу, покрытую мурашками от холода, напряженные части озябшего тела. В голове пронеслись возможные варианты. Нападение? Изнасилование? Или… оборотни? Если она заражена, то почему не реагирует на нас?

— Там девушка, — сказал я старику, не сводя взгляда с фигуры посреди дороги. — Я подойду поближе. Если что-то пойдёт не так… атакуй.

Рурик лишь кивнул и шагнул вперед, крепче сжав алебарду, готовый к любому развитию событий. Я направился к девушке, очень медленно, небольшими шагами. Рука автоматически потянулась к мешочку на шее — тому самому, что дала мне Тарнелл. С волчьим аконитом…

И как только я коснулся мешочка, девушка резко крутанула головой, по звериному принюхиваясь. Каналы в её теле, которые я разглядел с помощью духовного зрения, вдруг замерли, словно теряя свою активность.

Отпустив мешочек, я осторожно положил руку девушке на плечо. Никакой реакции. Я потряс её — снова ничего. Третья попытка. Подхватил её под руки. Мои пальцы невольно вжались в мягкую кожу, и я тут же ослабил хватку, шагнув вперёд.

— Что вы собираетесь делать? — спросил Рурик, видя, как я направляюсь к фургону с девушкой на руках.

— Наблюдать, — ответил я с лёгкой ухмылкой, не сбавляя шаг.

В голове у меня уже была проработана стратегия на случай, если что-то пойдёт не так. Стоило ей начать дергаться — я бы просто бросил её, вытащил меч и дальше действовал по ситуации. Но она оставалась неподвижной, словно во сне. Так мы добрались до фургона.

— Разбуди Цаплю и скажи, что у нас гостья. Пусть знает, с кем имеем дело, — прошептал я.

— А кто она? — Рурик прищурился, его голос зазвучал напряжённо.

— Ведьма, — произнес я спокойно, проводя рукой по её замерзшей коже. — И похоже ее укусили…

Мои пальцы нащупали знакомые шрамы на ее плече. Следы укусов — бугорки и впадины. Я выдохнул, понимая, что она заражена.

— Так что процесс обращения уже идёт, — добавил я.

— Милорд! — в голосе Рурика прозвучало возмущение. — Вы хотите посадить к нам в фургон ведьму-оборотня?

— Прямо с языка снял, — кивнул я, с трудом удерживая равновесие во тьме ночи. — Вот только насчёт оборотня я не уверен. Процесс ещё не завершён. И мне очень интересно понаблюдать, что произойдёт дальше.

Рурик отправился будить Цаплю, а я снова включил духовное зрение, пытаясь понять, что происходит в теле девушки. Каналы, природный источник… Ага — вижу яд! Рядом с местом укуса скопилась черная жидкость, и, будто живая, она медленно пробиралась дальше по телу.

Наконец дверь фургона открылась, и я поднялся внутрь с девушкой на руках. Цапля, стоявший в одном неглиже, уставился на нас, словно не веря своим глазам. Его рука нервно сжала оружие, направив его на девушку, но взгляд его при этом жадно скользил по её телу.

— Закрой рот, а то что-нибудь залетит! — бросил я, заметив выражение его лица. Он явно был поражен её видом.

Я осторожно положил девушку на свою кровать. Ещё одна лампа зажглась, освещая всё вокруг.

Волосы у девушки были темные, почти черные, до плеч, спутанные и перепачканные в грязи, поте и крови. На шее вздрагивала жилка — пульс был четким, ритмичным. Мой взгляд невольно скользнул ниже — вот оно, место укуса. Следы зубов… но человеческих. Наливная грудь вздымалась при каждом тяжёлом вздохе.

Я ухмыльнулся, заметив, что вся наша мужская троица пялится на неё без капли стеснения.

Кожа у неё была бледная, почти прозрачная, и удивительно гладкая. Я с трудом переглотнул, когда взгляд мой остановились на её стройных бедрах. Внешних повреждений больше заметно не было, но её внутреннее состояние оставляло вопросы. Быстро схватив одеяло, я накинул его на девушку, чтобы прикрыть наготу, и сел рядом на пол.

— Цапля, садись за лошадей, — кивнул я в сторону места возницы.

— Как прикажете, милорд… — Пацан спешно натягивал на себя портки. Захватив меч и фузею, он выбрался наружу, дверь за ним закрылась.

Я остался внутри, продолжив наблюдать за девушкой. Она уже начала согреваться, и в какой-то момент с её губ сорвался приглушённый стон. Фургон снова покатился вперёд.

— Ложись, — обратился я к Рурику, кивнув на его постель. — Я сам за ней присмотрю.

— Вы уверены, господин? — Старик бросил на меня суровый взгляд.

— Уверен, — подтвердил я, не сводя глаз с девушки.

Она между тем начала потеть. На её лбу проступили крупные капли. Я взял кадку с водой, смочил в ней тряпку и положил девушке на лоб. Полчаса спустя старик уже мирно сопел, а я продолжал внимательно следить за ней.

Её состояние напомнило мне случай из прошлой жизни. Аякс Войд отправил меня тогда в лес охотится на змей. Их яд мы использовали против магов, чтобы обездвижить их перед ударом.

Тогда я еще не понимал, зачем меня туда отправили, но когда змея внезапно напала на меня, укусив за щиколотку, всё стало ясно. Сильная лихорадка, бред, температура за сорок… В тот момент мой природный источник и элемент боролись с этим ядом изо всех сил. И я выжил. И получил иммунитет…

Позже Аякс объяснил мне, что без этой маленькой неприятности шансов выжить в дальнейшем у меня почти не было. Маги использовали эту дрянь и против ведьмаков, но один древний труд упоминал, что можно выработать противоядие из крови заражённого, если его иммунитет справляется.

Может именно поэтому я взял ведьму с собой? По моим оценкам, её укусили около недели назад. Но каких-то видимых изменений в её теле до сих пор нет…

Фургон мягко покачивался, катя вперед по дороге, а я достал нож, сделал аккуратный надрез на её пальце и собрал несколько капель крови в пустой флакон из-под зелья.

Затем осторожно приподнял одеяло и подушечками пальцев нащупал место укуса. Сделал небольшой надрез чуть выше шрама. Девушка резко открыла глаза, но смотрели они в пустоту. Из раны выступила густая вязкая жидкость. Я собрал её во второй флакон, отметив между делом, что затягивается рана очень быстро, буквально на глазах. Проверил палец — с ним та же ситуация. Любопытно…

Уже собираясь вновь прикрыть девушку одеялом, я почувствовал, как её рука внезапно сжала мое запястье. Я мгновенно напрягся, положил вторую руку на меч и выпустил элемент с магией, активировав клинок. Но, вместо нападения, девушка вдруг притянула мою руку к своей грудии прижала её к упругой плоти. Дыхание ее стало прерывистым, а тихие стоны — громче.

Повернувшись, я увидел, что Рурик проснулся и наблюдает за происходящим, сжимая в руках алебарду.

— Милорд? — спросил он, явно обеспокоенный.

— Всё в порядке, — спокойно улыбнулся я. — Я к ней не пристаю.

В этот момент её хватка ослабла, и моя рука освободилась. Я снова сел на пол, внимательно рассматривая два флакона — один с её кровью, другой с токсином.

Активировал духовное зрение, стараясь понять, что происходит внутри этих флаконов. Элемент в её крови отчаянно пытался бороться с заражением, но оно было сильнее. Без подпитки природного источника кровь начала густеть, чернеть, постепенно превращаясь в вязкую субстанцию.

Я попытался лучше рассмотреть сам токсин, но у меня ничего не вышло. Интересно… может быть, именно поэтому я не могу видеть оборотней должным образом? Казалось, что токсин каким-то образом блокирует мои способности.

Нахмурившись, я встал и вышел наружу. Цапля сидел на козлах, глаза его были устремлены в дорогу, но при этом он выглядел порядком измотанным.

— Через полчаса я сменю тебя, — бросил я ему.

Он кивнул, стараясь сохранять бодрость, несмотря на усталость. Я вернулся внутрь фургона и вновь взглянул на девушку. Моя решимость разобраться с тем, как этот токсин воздействует на ведьмаков, перевешивала здравый смысл.

Следующие несколько дней прошли без особых событий. Но теперь помимо сменных дежурств, когда мы поочередно управляли фургоном, добавилось и постоянное наблюдение за девушкой. Я отслеживал каждую мелочь в её состоянии, изучая процесс заражения. Меня интересовало, как и почему ведьмаки могут сопротивляться этому яду. Рурик, конечно, был обеспокоен присутствием ведьмы в шаговой доступности от нас, но недовольства не выказывал.

Мы двигались по глухим дорогам. Старик дежурил около девушки вместе с Цаплёй, а я каждый раз во время своих смен искал что-то новое в состоянии ведьмы. Порой её тело начинало дрожать от высокой температуры, иногда она открывала рот, словно пыталась что-то сказать, но не могла. Токсин разъедал её изнутри, а природный источник с каждым днём угасал.

Пока её силы таяли, я продолжал делать записи и проводить мелкие эксперименты, используя духовное зрение. По ночам в фургоне пахло травами, зельями, потом, и было слышно только ровное дыхание моих спящих компаньонов и приглушённое постанывание девушки.

Иногда мы останавливались, чтобы дать лошадям некоторую передышку. А потом снова пускались в путь.

Было время моего очередного дежурства. Я неподвижно смотрел на уходящую в темную даль дорогу, а она казалась бесконечной, однообразной, тянущейся без конца и края. Это была очередная ночная смена. Вокруг царствовала тишина, нарушаемая лишь треском деревьев и шорохами ночной жизни.

На коленях у меня лежал меч. Последние несколько дней я не тренировался в привычном смысле, зато уделял больше времени новым экспериментам. Например, выпускал элемент в те жидкости, что находились в пузырьках на моем поясе. И поначалу казалось, что ничего не происходило — лишь слабые колебания энергии в моих руках. Всё остальное было прежним..

Но сегодня всё изменилось.

Я полностью опустошил свой природный источник — вложил в жидкость всё, что у меня было. И в какой-то момент чёрная субстанция в пузырьке закипела, словно получив какой-то импульс изнутри. Густая, тягучая, она бурлила, стремясь выбраться наружу… А потом вдруг стала прозрачной! Буквально через несколько минут я держал в руках флакон с обычной водой вместо того жуткого яда.

— Что за… — выдохнул я, не веря своим глазам.

Как это могло произойти⁈ Я поднёс флакон ближе к глазам, покрутил его, изучая содержимое. От той опасной чёрной дряни не осталось и следа. А в голове у меня роилась масса вопросов

Что это мне дает? Возможно, это намек на один из способов убить оборотня… Я взял в руки второй пузырёк, наблюдая, как густая чёрная жидкость в нем медленно переливается под светом лампы.

Вязкая, словно смола, она будто сама по себе была живой. Было жутковато, но пора было приступать к следующей попытке. Я сжал пузырек в кулаке, почувствовав, как пульсация магии перекликается с моими собственными источниками. Ну, что ж, настало время соединить всё, что я успел узнать за эти дни!

Магия… Я вдохнул поглубже и направил поток из магического источника через руку во флакон. В моей ладони тут же вспыхнул маленький чёрный шарик. Он зажёгся ярко, стремительно, как только магия начала свой путь, и тут же сжался, будто желая проникнуть в жидкость. Сначала ничего не происходило, а затем… Я замер. Чёрный шарик внезапно рванулся вперёд, стремительно и неумолимо вонзаясь в вязкую субстанцию.

Жидкость буквально взорвалась! На лицо мне выплеснулось несколько капель, и я с раздражением вытер их рукавом.

— Хм… Значит, этого мало! Пора усложнять.

Я взял ещё один пузырёк, готовясь к заключительной фазе эксперимента. Собрав магию снова, я на этот раз одновременно с ней начал пропускать элемент через каналы. Чувствовал, как энергия течёт по телу, направляясь в руку, словно живой поток. Чёрный шарик опять вспыхнул в ладони, но в этот раз я добавил к нему элемент.

Магия стремительно ворвалась в пузырёк, сразу начав разрушать чёрную жидкость. Жидкость затрепетала, подчиняясь ей, но всё же пока сопротивлялась, пыталась распасться. Но я удержал её.

Элемент начал стабилизировать процесс, сдерживая магию от полного уничтожения субстанции. Я чувствовал, как обе силы сражаются внутри маленькой ёмкости — магия пыталась нейтрализовать токсин, разрушить его до самого основания, а элемент, словно ловкий мастер, контролировал это разрушение, придавая процессу форму и порядок.

Руки у меня вспотели от напряжения, сердце в груди стучало в сумасшедшем ритме. Шаг за шагом, с трудом сдерживая баланс между магией и элементом, я видел, как тёмная жидкость меняется прямо на моих глазах. Сначала чёрный цвет стал темно-красным, словно кровь обрела силу, а затем, под давлением моего элемента, оттенок сделался более насыщенным и глубоким, и при этом продолжал меняться, пока не обрёл естественный красный цвет.

И тогда жидкость успокоилась. Внутри пузырька теперь была обычная кровь, такая же, как у любого человека. Я выдохнул, чувствуя, как спало напряжение.

«Похоже, я все-таки нашёл способ уничтожать эту дрянь», — удовлетворённо подумал я, пряча флакон в карман. Оглянулся на фургон. Хорошо, подведем итоги…

Теперь у меня есть два теоретических способа убить оборотня и, возможно, один способ остановить заражение после укуса. Но как проверить это на ком-то живом? Девушка медленно угасала, и вскоре могла просто умереть. Мне не хотелось напрасно рисковать её жизнью. И не потому, что она мне вдруг начала нравиться, а потому что она ничего не сделала, чтобы заслужить такую судьбу.

Я кивнул сам себе, решив действовать. Вернувшись в фургон, разбудил Рурика и Цаплю, велев им занять место за лошадьми. Старик упирался, не хотел оставлять меня одного с заражённой ведьмой, но мне не нужны были свидетели для того, что я сейчас собирался сделать. Оба они по-прежнему считали, что я ведьмак, и даже не подозревали о моей магии.

Я уселся рядом с девушкой и коснулся ладонью её лба. Температура по-прежнему была высокой, её дыхание становилось всё реже, а сердце едва билось. Состояние было критическим. Она уже не приходила в сознание, и я понимал, что времени осталось совсем мало. Сбросив с неё одеяло, я положил руки на её тело — одна рука чуть выше шрама от укуса, другая ниже.

— Надеюсь, мне удастся тебе помочь… — пробормотал я, закрыв глаза.

Я начал выпускать магию и элемент, направляя их в тело девушки. Как только энергия проникла внутрь, её выгнуло дугой, и она застонала, а затем резко закричала. Но я не останавливался, чувствуя, как её кровь буквально закипает. Духовное зрение показывало, что яд распространяется, и мне пришлось ослабить давление магии, добавив чуть больше элемента.

Тогда её крик перешёл в настоящий рык, а тело начало дрожать сильнее. Внутри меня всё было напряжено до предела. «Давай, давай!» — мысленно подгонял я процесс, надеясь, что изменения, которые я вызвал, смогут помочь. И вдруг тело ее бессильно рухнуло обратно на лежанку. Всё стихло. Дыхание остановилось, сердце больше не билось.

— Чёрт! — выругался я и, не раздумывая, опустошил оба источника, направив магию и элемент в тело девушки. Тонкие полосы магии обвились вокруг её кровеносных сосудов, а элемент яростно пробивался к месту укуса.

Тут её тело снова дёрнулось, и я услышал, как сердце вновь забилось, быстро и хаотично. Изо рта вырвался слабый стон. Но в этот момент моё зрение начало мутнеть, силы быстро покидали меня. Похоже, я слегка перестарался…

На последних остатках сил я продолжал направлять магию и элемент, заставляя их циркулировать по её телу. Токсин постепенно поддавался моему напору, но всё ещё оставался в её природном источнике. Собрав последние крохи, я устремил энергию туда. Мои руки уже дрожали от напряжения, и тут перед глазами начали мелькать образы. Секунду спустя я понял, что это её воспоминания!

«Давай, красавица, борись!» — мысленно подбодрил я её, перекачивая остатки магии в элемент, чтобы нейтрализовать отравление в источнике. Девушка резко выдохнула, её тело вдруг затряслось, и меня словно выбросило из её поля. Высвободившаяся энергия буквально взорвалась, и в мгновение ока я полетел назад, ударившись головой о стену фургона.

Спина предательски хрустнула, как и ребра. Из легких выбило воздух. А потом меня накрыла темнота…

Когда я открыл глаза, перед ними всё так и плыло, и я снова опустил веки. Голова пульсировала болью, дыхание давалось с трудом, словно на меня плиту сбросили. Вокруг слышались приглушённые крики.

— Слезь, быстро! — Голос старика, полный ярости, пробился через туман в моей голове.

— Дрянь, я тебе череп проломлю! — А это Цапля, и он явно был не в настроении шутить.

Что они там кричат?

Я вновь попробовал открыть глаза. Оба моих источника были полностью пусты, но когда зрение мое наконец прояснилось, я понял, что дыхание у меня затруднено совсем по другой причине. Что-то твердое и холодное упиралось мне в горло — мой собственный меч, удерживаемый дрожащей неверной рукой.

А на мне лежала голая девушка, её горячее тело так и прижималось к моему. Дыхание ее было прерывистым, болезненным, но глаза блестели лихорадочной решимостью.

— Привет! — выдавил я с лёгкой улыбкой, хотя ситуация явно не располагала к шуткам.

Глава 7

Меч, с такой тщательностью подготовленный мною для борьбы с оборотнями, теперь прижимался к моему собственному горлу. Ироничная ситуация, не правда ли? А девушка, которую я только что спасал, теперь намеревалась меня убить. Впрочем, Рурик с Цаплей были готовы броситься на неё в любой момент. Один неверный шаг — и бой начнётся, но я-то понимал, что это не тот момент, когда стоит лезть в драку.

— Тише, тише, — прохрипел я, стараясь говорить спокойно, несмотря на давление клинка. — Давайте все успокоимся и обсудим ситуацию…

Её глаза метались между мной и моими спутниками. Это был полный замешательства и страха взгляд — она напугана, дезориентирована, но, несмотря на это, полна решимости защищать свою жизнь. То, что она лежала на мне совершенно голая, её нисколько не смущало. А Цапля, хоть и готов в любой момент спустить курок, все же не мог не замечать этот нюанс.

— Кто вы? Где я? — голос ее хотя и дрожал, но она всеми силами пыталась удержать контроль над ситуацией.

— Я Аларик Рэйвен, — как можно мягче ответил я. — Мы нашли тебя на дороге и пытались помочь. Ты была… в очень плохом состоянии.

Её глаза расширились — должно быть она вспомнила, что с ней случилось. Рука с мечом чуть дрогнула, и я почувствовал слабый шанс.

— Оборотень… — прошептала она.

— Да, — кивнул я, насколько меч у горла позволил мне сделать это. — Мы пытались вылечить тебя от заражения.

— Милорд, позвольте мне… — начал Рурик, делая осторожный шаг вперёд.

— Стоять! — рявкнул я, не давая ему возможности действовать. — Никто не двигается!

Девушка вздрогнула от моего окрика, но меч не убрала. Я медленно поднял руку и осторожно коснулся лезвия.

— Послушай… — сказал я тихо, стараясь говорить мягко, но уверенно. — Мы не хотим тебе зла. Если бы хотели, давно бы сделали что-нибудь, пока ты была без сознания… Давай ты уберешь меч, и мы спокойно поговорим?

Она неподвижно смотрела на меня ещё несколько секунд, обдумывая мои слова, затем наконец медленно убрала клинок от моего горла. Я выдохнул, едва сдерживая облегчение.

— Рурик, Цапля, опустите оружие, — скомандовал я. — И найдите что-нибудь, чтобы её укрыть.

Только теперь девушка осознала своё положение.Она стремительно покраснела и торопливо прикрыла грудь руками. Но каких-то смущенных оправданий не последовало, вместо этого она спросила:

— Можно я пока побуду здесь? Я бы не хотела…

Её голос прозвучал на удивление спокойно, несмотря на всю ситуацию.

Старик между тем недовольно поморщился, но подчинился моему приказу, понимая, что это не момент для споров. Он быстро нашёл одеяло и протянул его девушке. Она накрылась, слезла с меня и присела на пол фургона. Я потрогал себе горло — чертовка, даже след оставила…

— Как тебя зовут? — спросил я, пытаясь смягчить ситуацию.

— Лилия, — ответила она тихо, после небольшой паузы. — Лилия Торн.

— Хорошо, Лилия, — кивнул я. — Расскажи, что с тобой произошло…

Она опустила глаза, словно обдумывая, стоит ли мне довериться, но через пару мгновений начала говорить.

— Мы шли через лес к Плавающим островам с торговым караваном. Но по пути на нас напали… — Её голос дрожал, и я заметил, как она то и дело сжимает кулачки. — Это были оборотни… Я думала, что смогу спастись, но они накинулись на нас, словно знали, кого именно ищут… Меня укусили. Я пыталась бежать, но потом потеряла сознание…

Я кивнул, обдумывая её слова. Ведьмы… Они шли с караваном направлялись туда же, куда иду и я. Что это? Совпадение? Уж слишком их много… Они хотели устроить там шабаш? Но почему именно там?

— Вижу, ты переживаешь, — заговорил я, разорвав напряжённое молчание. — Давай сразу расставим все точки над «и». Тебя укусили. По всем правилам, ты должна была умереть или стать такой же тварью, как они.

— Я… Я… не знаю, почему этого не случилось… — Её голос дрожал, взгляд метался по нашим лицам, словно мог там найти ответы.

— Для начала, потому что ты ведьма, — усмехнулся я. — И не надо на меня так смотреть. Мне плевать, кто ты, — я пожал плечами. — Расслабься. Главное, что ты жива, и мое лечение не убило тебя, а помогло поставить на ноги. Вон как прыгнула на меня, да еще с мечом в руке… Ты была на грани, иммунитет сам бы не выработался.

Лилия открыла рот, её тело сжалось, в ожидании чего-то плохого. Она бросила быстрый взгляд на меня, затем на Рурика и Цаплю, как будто искала у них подтверждения моим словам.

— Тебе повезло, — продолжил я. — На этот раз.

— Что… Что вы собираетесь теперь делать? — спросила она. Голос ее стал тише.

— Очень хороший и своевременный вопрос, — кивнул я. — Я направляюсь на Плавающие острова, по делу, так сказать. По какому именно — тебя не касается. Я спас тебя, а значит свой долг я выполнил. А теперь…

— Оставите меня здесь, в лесу? — тихо проговорила она, и взгляд её стал печальным.

— Вообще, такая мысль была, — честно ответил я. — Ты нам никто, и лишний рот опять же…

— Понимаю… — её губы дрогнули, и она сразу поджала их, борясь с нахлынувшими эмоциями.

— Тогда лучше убейте меня… — прошептала она. На этот раз в её голосе прозвучало нечто большее, чем отчаяние.

Эти слова заставили нас замереть. Даже Рурик, не отличающийся особой эмоциональностью, выглядел ошарашенным. Цапля поднял брови, явно не ожидая такого поворота.

— Одна я не выживу. А тварью становиться не хочу, — её слова звучали холодно, словно она сделала этот вывод давно, но только теперь решилась их озвучить. — По закону я должна вам жизнь. Но вы спасли не только моё тело, но и душу.

Старик хотел что-то сказать, но так и не смог подобрать слов. Лилия посмотрела на меня с неожиданной решимостью, её уверенный взгляд, казалось, бросал вызов моменту.

— Всё, что у меня есть — это я сама и моя жизнь, — произнесла она. — Я знаю, что этого мало, но я, Лилия Торн, клянусь служить маркизу Аларику Рэйвену. Клянусь выполнять все его приказы и отдать свою скромную жизнь за его помощь.

— Дела… — выдохнул Рурик, удивлённо качая головой.

Чтобы закрепить свою клятву, она прокусила себе левую руку над запястьем, и кровь закапала,, сразу смешавшись с грязью на полу фургона.

— Итак, я сделала все, что могла, — произнесла Лилия, голос её был твёрдым, хоть и дрожал от усталости. — Либо так, либо смерть…

Она протянула мне мой меч. Я дернул щекой, оглядывая своих спутников. Рурик явно был недоволен, но молчал. Цапля напротив — выглядел так, как будто едва сдерживался, чтобы не броситься умолять меня оставить её с нами. Естественно, убивать её я не собирался, но и спешить с решением не хотел.

Наша компания в мужском составе вышла на улицу, оставив девушку внутри. Мы стояли в стороне от фургона и обсуждали ситуацию. Говорили в основном мы со стариком, прокручивая варианты и так и сяк. В конце концов пришли к единственному решению — хотя они и укушена оборотнем, но убивать её нет никакой нужны. Никто этого не хотел. Да и не было в этом особого смысла.

— Может быть, она даже нам пригодится, — сказал старик, задумчиво поглаживая подбородок. — Готовка, уборка… Освободит мне руки, мы с Цаплей больше времени сможем уделять тренировкам. А ещё она может править фургоном. Сама ведь предложила!

— Хорошо, вопрос решён, — согласился я, думая между тем о запасах провизии. — Женщина в компании может быть полезной, если грамотно всё организовать.

Минут пять ушло на разговор с Цаплей, чтобы убедить его держать свои юношеские порывы под контролем. Пацан, покраснев как рак, только кивал. Видно было, что ему не совсем по себе, но понимание того, что это не просто девица, а самая настоящая ведьма, немного остудило его пыл.

Когда мы вернулись в фургон и объявили, что оставляем её с собой, Лилия так и вскочила на ноги. Одеяло слетело, и она, голая, бросилась сначала целовать мои руки, а потом кланяться, нисколько не заботясь о своём виде. Этот порыв заставил всех нас ненадолго замереть в неловкости.

Пока Рурик искал ей подходящую одежду, я выгнал Цаплю на свежий воздух, чтобы он немного проветрил голову и успокоился. Пацан занял место кучера, и мы снова тронулись в путь. В фургоне остались мы со стариком и Лилия.

— Зачем ты отправилась на Плавающие острова? — спросил я, наблюдая, как она готовит для нас какую-то нехитрую еду.

— Я путешествовала с группой ведьм и ведьмаков, — начала она, не отвлекаясь от готовки. — Мы искали что-то в Изнанке. Ходили слухи…

— Что именно вы искали? — я подался вперёд, чувствуя, как внутри закипает интерес.

Лилия подняла на меня глаза, и я почувствовал лёгкую дрожь в её голосе, когда она ответила:

— Силу… Древнюю силу, которая, как говорят, способна изменить баланс между нашим миром и Изнанкой.

Я быстро взглянул на Рурика, и его глаза выдали такое же напряжение. Это слишком походило на то, о чём намекала Тарнелл.

— Продолжай, — мягко подбодрил я её.

— Говорят, что где-то на Плавающих островах, в самой глубине, нашли… нечто! — Лилия поёжилась, словно от холода, и её голос стал тише. — Место, где грань между мирами истончилась настолько, что можно почти коснуться Изнанки…

Старик нахмурился, но ничего не сказал. Я лишь кивнул, погружённый в мысли. Потом уточнил:

— И вы искали это место?

— Да, — ответила она. — Мы надеялись найти силу, что могла бы позволить пересечь границу между мирами.

Эти слова зацепили меня, мысль о такой возможности не давала покоя. Грань между мирами… это звучало не просто интригующе, а поистине захватывающе! Желание как можно скорее попасть на Плавающие острова только усилилось.

Лилия закончила готовку, и вскоре что-то похожее на суп было разлито по мискам. Мне и старику достались порции, но сама ведьма за стол не садилась. Она стояла в стороне, склонив голову, словно ожидая дальнейших распоряжений.

Я бросил на неё быстрый взгляд. Штаны Цапли висели на ней мешком, скрывая фигуру, а грубая рубаха ещё больше подчёркивала её скромное положение. Обратившись к Пурику, она попросила возможности привести себя в порядок в уединении, чтобы никого не смущать своим внешним видом. Старик, довольно кивая, оценил её покорность.

— У вас есть жена, любовница? Или, может, кто-то, кто согревает вам постель? — внезапно спросила Лилия, чем вызвала у Рурика удивлённый смешок.

— А-а-а… — протянул я растерянно. — Наверное нет.

И, честно говоря, не понял по ее реакции, как она расценила этот ответ. К тому же мне было сейчас на это плевать.

Когда мы закончили есть, я взял оставшуюся порцию и отнёс её Цапле. И пока он ел, мы с ним и стариком обсудили нашу новую спутницу.

Оказалось, старик уже давно подумывал о том, чтобы нанять служанку. Он полагал, что так сможет больше времени уделять мне и сопровождать меня в разного рода делах. И случай с Лилией показался ему крайне удачным.

— Значит, всё к лучшему, — подвел я итог, когда услышал стук в стену фургона, сигнализирующий, что Лилия закончила свои водные процедуры.

Вернуцвшись внутрь, я застал совершенно иную ведьму. Чистая, с аккуратно собранными волосами, она выглядела не просто красивой, а сильной и уверенной. Только её глаза выдавали внутренние метания.

— Милорд… — тихо начала она, не поднимая взгляда. — Могу ли я позволить себе задать один вопрос?

— Спрашивай, — кивнул я.

— Как… — она подняла свои глаза на меня, полные удивления. — Как вы смогли убрать токсин из моего тела? Никто и никогда раньше не мог сделать ничего подобного.

— Я покажу тебе кое-что… — ответил я, помня её клятву служить.

Я прошептал пару слов, и в фургоне внезапно подул ветер, хотя окна и двери были закрыты. Лилия широко распахнула глаза. В них читался страх, но вместе с ним и восхищение.

— А теперь посмотри на это, — добавил я, высвобождая немного магии. Чёрная энергия медленно вытекла из моих пальцев и закружилась вокруг.

— Это невозможно… — прошептала Лилия, её голос дрогнул. — Такого не может быть… Магия и колдовство? Всё вместе? Но как⁈.

— Именно поэтому никто и не мог справиться с твоим токсином, — подмигнул я ей, улыбнувшись.

Я специально показал ей свои способности, чтобы развеять любые сомнения. Теперь Лилия понимала своё место в нашей компании. Эта демонстрация была идеальным способом установить необходимые границы.

Я чувствовал: что-то изменилось в её взгляде, как только она поняла, что я способен на большее, чем простой ведьмак. Но Лилия больше ничего не сказала и молча вернулась к своим делам.

Когда вернулся Рурик, она принялась за уборку фургона, перестилая наши лежаки. Удивительно, но её совсем не смутило, что ей придётся спать на моём месте. Мне тоже пришлось согласиться на это.

Если Цапля почувствует запах женщины в своей постели — ничем хорошим это не закончится. Помня об этом, Рурик пообещал так загонять его на тренировках, чтобы у пацана на такие мысли просто не было сил.

Подошло время моего дежурства, и я взялся за поводья. Теперь не нужно было бодрствовать до самого утра — мы разделили смены. Я и старик дежурили ночью, утром за фургон отвечал Цапля, а потом уже и Лилия. Фургон покатился по тёмной дороге, и мои мысли снова закружили вокруг возможного будущего.

Никак не давал покоя иммунитет, а также возможность чувствовать вервульфов. Моё духовное зрение пока не справлялось с задачей обнаружения этих тварей. И было совершенно ясно: если на Плавающих островах кишмя кишат оборотни, этот навык мне ой как понадобится…

Но риск был велик. Частично я маг, а значит, мне угрожает не только смерть, но и вероятность стать одной из этих тварей. Если меня укусят, смогу ли я справиться?

Этот вопрос рано или поздно встанет очень очень остро. И чем раньше я его решу, тем лучше. Но даже если я все же рискну и смогу получить иммунитет, то как быть с Руриком и Цаплёй? Если их укусят, они вряд ли выживут. Цапля, конечно, имеет природный источник, но он слишком слаб, чтобы противостоять заражению. А старик так и вовсе беззащитен перед этой угрозой.

Я нахмурился, чувствуя, как в голове моей роятся самые различные сценарии грядущих событий. Как бы то ни было, нужно обязательно найти способ защитить моих спутников…

Я сжал в руке пузырёк, ощущая его вес. У меня было шесть флаконов с черной вязкой субстанцией — тем самым веществом, которое обращает людей в оборотней. Во всяком случае — пытается захватить организм и каналы с источником.

После всех моих опытов с этой субстанцией, у меня получилась, скажем так, ослабленная ее версия. И мысль использовать её для получения иммунитета звучала всё более заманчиво. Однако риск был огромный. Я мог бы рискнуть использовать это на себе, в расчёте на то, что мой природный источник и магия смогут справиться с воздействием. И в итоге могу получить иммунитет. Но кто знает, как это сработает на самом деле? Может это будет слишком сильно даже для меня?

— А если попытаться сделать вакцину? — прошептал я себе.

Это был бы шанс защитить и Рурика с Цаплей. Необходимо найти способ создать что-то вроде ослабленной версии этого вещества, безопасной для обычных людей. Но что, если я ошибусь? Если они не справятся? Да и сам я в случае малейшей ошибки могу оказаться в ловушке…

«Я не могу выпасть из строя прямо сейчас», — подумал я, глядя на дорогу, тонущую в темноте. Нападение даже одной твари во время моего отсутствия — и они могут не справиться.

Старик, Цапля, Лилия — они сейчас слишком зависят от моих решений. Если на нас нападут, а я буду слаб от борьбы с этим токсином, то наши шансы выжить будут нулевыми. С другой стороны, ждать укуса чистого вервульфа, как на Плавающих островах, — это ещё больший риск. Тогда и вовсе пиши пропало.

— Чёрт… — сокрушенно выдохнул я.

Мои мысли вернулись к Рэйскрофту. Интересно, что он все-таки задумал? Почему он выбрал именно меня? Не просто же так меня защитили и направили черт знает куда!Он явно знает больше, чем сказал мне, но при этом молчит, как рыба. Как будто я его пешка в этой игре… Ладно, пока мы не добрались на Плавающие острова, нужно найти способ решить эту загадку.

Я положил пузырек обратно в карман. Ладно, ещё успею принять решение…

Я неподвижно глядел на дорогу, утекающую под колеса фургона, но мысли мои были сейчас далеко. Настроения тренироваться не было никакого. Рурик и Цапля уже давно спали, а вот Лилия — наша новая спутница — никак не могла найти себе места.

Она несколько раз вставала с кровати, подходила к двери фургона, что вела наружу, прислушивалась, затаив дыхание, словно пытаясь уловить какой-то неясный звук. Стояла так пару минут, а потом снова ложилась. Наконец-то она уснула.

Уже несколько дней подряд дорога была удивительно спокойной, в плане нападения оборотней. Неужели все они разом куда-то исчезли? Или все дело в тех мешочках с аконитом, что я купил у Тарнелл? Пока сложно сказать. Нужно будет проверить это позже. Скоро наступит утро, а мы со стариком договорились, что с сегодняшнего дня начнём новый график…

Я, как положено, сдал пост и вернулся в фургон. В ногах чувствовалась лёгкая слабость, голова слегка кружилась. Всё-таки последние сутки были непростыми.

— Милорд? — позвала Лилия. — Почему вы такой бледный?

— Всё в порядке, — ответил я, кивнув. — Просто устал, пока помогал тебе.

Девушка посмотрела на меня с заботой и указала на котелок, из которого исходил приятный аромат еды.

— Вы будете кушать? Я сварила кашу. Господин Рурик уже попробовал и сказал, что неплохо. И молодой человек тоже… я так и не поняла, как его зовут — Цапля или Карл?

— У него двойное имя, — усмехнулся я.

Скинув с себя плащ, я рухнул на кровать. Сон подступал, словно змея, обвиваясь вокруг моих мыслей. Спать хотелось так сильно, что удерживать сознание было почти невозможно. В груди было тяжело, и меня не покидало ощущение, что что-то пошло не так, что-то я упустил… Но решение уже принято.

Спать хотелось адски и держался я только силой. Сказать, что чувствовал я себя сейчас хреново — значит ничего не сказать. Но ничего не поделать. И я выложил шесть пустых бутыльков рядом со своей кроватью.

Все-таки я принял решение. Ну что ж, посмотрим, куда оно меня заведет…

Глава 8

Начались действительно тяжёлые дни. Моё состояние было таким, будто я находился в каком-то затяжном бреду. Температура, озноб, слабость — всё это навалилось одновременно и сразу. Лилия почти не отходила от меня, всеми силами пытаясь понять, как я собираюсь побороть яд оборотня, который теперь свободно разгуливал по моему организму.

Она долго возмущалась, когда узнала, что я сам себя заразил этой дрянью — тем самым ядом, который чуть не погубил её. Её лицо то краснело, то бледнело, то шло пятнами, но большую часть времени она бурчала себе под нос, что я сделал нечто совершенно немыслимое.

Смотрелось это забавно, будто она была уверена, что я лишил её невинности, но каким-то иным, неизвестным никому способом… А я тем временем контролировал течение токсина в своем теле, пытаясь не позволить ему взять верх над собой.

Эта штука… Как же её описать? Она казалась почти живой, как некий паразит или существо, стремящееся пробраться в каждую клетку моего тела. Пыталась обойти все мои попытки остановить её, и чем дальше, тем труднее было сдерживать её натиск.

Заразил я себя, как мне самому казалось, достаточно разумно. Вместо того чтобы выпить эту дрянь, я сделал порез и влил её себе в кровь. Однако же насколько я удивился, когда субстанция начала расти внутри меня!Она ширилась и разрасталась, будто ей не хватало пространства, и не просто разгуливала по организму — она искала мои слабости.

Особенно тяжело было, когда токсин попытался проникнуть в мои каналы. Вот тогда-то и началась настоящая борьба!

Как и ожидалось, проникнуть в природный источник яд не смог. Элемент стал его естественным врагом, и каждый раз, когда он сталкивался с токсином, то выжигал его на месте. Это меня, безусловно, радовало, но всякий раз приходилось терпеть невероятную боль.

Мои каналы так и горели, и словно бы плавились от перегрузки. Я чувствовал, как их растягивает, словно струны, и невольно вспомнил те дни, когда Аякс Войд подвергал меня своим безумным тренировкам.

Но никакие его «заботы» и пытки не шли в сравнение с тем, что я испытывал сейчас. Борьба с ядом опустошала меня. В какой-то момент мне даже показалось, что каналы просто разорвутся. Только благодаря магии я держался, с трудом балансируя на самой грани. Но и это было палкой о двух концах — магия каким-то образом усиливала яд, позволяя ему брать меня за горло снова и снова…

И всё это время, несмотря на боль и агонию, я продолжал собирать свою кровь и вязкую чёрную жидкость — яд, чтобы позже проанализировать его и понять, как с ним работать. Надежда на то, что эти эксперименты принесут хоть какой-то результат, была единственным, что держало меня в сознании.

За это время на нас дважды пытались напасть разбойники. Рурик с Цаплей справлялись с этими угрозами самостоятельно, пока я был не в состоянии сражаться. Но каково же было мое удивление, когда Лилия, наша тихая ведьмочка, взяла на себя решение этого вопроса.

Она сотворила заклинание, напугав шестеро вооружённых до зубов мужиков так, что те бежали, сверкая пятками. Цапля не мог удержаться от смеха, рассказывая, как разбойники бросились наутёк, в голос вопя о лесных демонах…

Наша повозка остановилась. Я присел, глядя на своё отражение в зеркале, которое Лилия откопала среди вещей.

— Да уж… — И я тихо скривился от боли, глядя на свои чёрные глаза.

Девушка успокаивала Рурика, объясняя, что это всего лишь следствие усиления ведьмака. Старик был готов поверить в это, но его тревога была ощутима — на глаза мне он старался не попадаться.. Да и сам я в какой-то момент начал сомневаться в том, что всё находится под контролем.

Выяснилось, что бороться с этим ядом внутри собственного тела гораздо сложнее, чем внутри чужого, как то было, когда я помогал Лилии. Яд снова и снова пытался проникнуть в магические каналы. И один раз ему это удалось.

Это случилось во время следующего нападения разбойников. Как я узнал позже, я выскочил из фургона — голый по пояс, глаза чёрные как ночь. Моя скорость и сила возросли многократно. Двоих людей я разорвал голыми руками, а ещё двоим отрубил головы в считанные мгновения. Они не успели даже сообразить, что произошло. И лишь оставшиеся в живых поняли, что напали не на того.

Но именно тот момент я помню чётко. Как повернулся к своим спутникам, как они стояли, наставив на меня три дула одновременно. Они думали, что я обратился. И тут на меня накатила новая волна сознания — страх. Но не мой собственный, а их страх. Я буквально ощущал его запах. Он витал в воздухе, был почти осязаемым.

Цапля не выдержал. Возможно, он испугался настоящего оборотня, который появился на горизонте, или просто сдали нервы, но он выстрелил. «Специальная» пуля ударила мне в ногу. М-м-м-да…Ощущения при этом были… уникальные! Горящая боль взорвалась в моей ноге, огонь, словно раскалённая лава, разлился по всему телу.

Меня сразу унесли обратно в фургон, и началась «операция». Лилия доставала из меня пулю, пока Цапля рыдал, умоляя о прощении. Сил ругать его у меня не было, но я это точно не забуду — если бы он попал чуть выше и левее — в пах — мне бы точно пришлось пересмотреть свои планы на будущее.

Ранение, как ни странно, имело и положительную сторону. Токсин отступил. Тогда я наконец почувствовал, что вновь могу контролировать ситуацию. Я окружил яд магией, а потом элементом, словно беря его в заложники. Это было чудовищно тяжело, и стоило мне всех оставшихся сил. Постепенно я опустошил себя, и в какой-то момент потерял сознание, провалившись в глубокое беспамятство.

Каждый раз, когда я приходил в себя, то падал с кровати и собирал новые данные для моих дальнейших шагов. Кровь, жидкость… Меня настырно укладывали обратно. Пару раз я просыпался не один. Почему-то я был голый, а рядом лежала такая же обнаженная ведьма и крепко меня обнимала.

Я открыл глаза. Первая мысль — почему моя рука в паху у Лилии, а голова уютно устроилась на ее груди? Ведьма нежно обнимала меня, её дыхание было ровным, а на лице играла довольная улыбка. Черт возьми, кажется, я наконец все же пришел в себя…

Я прищурился, пытаясь сосредоточиться, и тут же в голове пронеслось: Чего⁈ Заглянул в себя духовным зрением и замер, ошеломленный открывшейся картиной. Природные каналы, которые раньше растягивались и горели, теперь расширились почти до того уровня, который был у меня в прошлой жизни. А сам источник… Он вырос вдвое, сверкая силой! Но это было еще не все…

Магический источник тоже изменился, его каналы не просто разрослись — они вытянулись, словно впитали в себя новую мощь. Аккуратно, чтобы не потревожить Лилию, я выбрался из кровати и укрыл девушку одеялом. Она что-то тихо пробормотала во сне, но не проснулась.

Подойдя к тазу с водой, я наскоро умыл лицо и взглянул на свое отражение в зеркале. Глаза нормальные — никакой черноты. Значит, все обошлось. Рядом с кроватью стоял ящик, заполненный бутылками — моими опытами над собой.

Все-таки я дошел до финальной стадии. Теперь я точно чувствую, что остатки яда до сих пор циркулируют в моих жилах, но… он стал частью меня. Может быть, это и есть тот самый иммунитет?

Прислушался. Обоняние обострилось, я мог улавливать даже слабый запах снаружи. Звуки стали четче — я отчетливо слышал каждый шорох колес фургона и треск сухой травы под копытами лошадей. А ещё…

— Да ладно⁈ — пробормотал я, глядя на своё отражение в зеркале.

Мышцы у меня были такими, словно последние две недели я не валялся в беспамятстве, а занимался в лучших залах Спарты. Суставы укрепились, тело стало податливым и сильным. Потянулся, проверяя гибкость. Да что б меня… Я чувствовал себя просто великолепно!

Обернулся к Лилии. В её жилах всё ещё оставались следы токсина, но теперь я видел это ясно, как никогда. Духовное зрение у меня тоже сильно изменилось. Теперь я мог разглядеть происходящее не только внутри фургона, но и за его пределами.

Где-то в пятидесяти километрах от нас я чувствовал присутствие тварей. Три оборотня — обращенные люди. А ещё дальше, почти на грани моего восприятия, находился чистокровный — изменённый маг, выродившийся в Изнанке. Вот только не совсем понятно, как я все это смог понять и рассчитать…

Тут в фургон заглянул Рурик. Завидев меня на ногах, он бросился ко мне и принялся обнимать. Старик буквально сиял от радости, так что даже забыл, как собирался меня отругать за то, что я с собой сделал. Но я это помнил — сквозь горячечный бред я слышал, как он обещал меня отчитать за мой «глупый эксперимент».

— Милорд, вы вернулись! — взволнованно выдохнул он. — Мы думали, что потеряли вас…

— Не дождетесь! — усмехнулся я, хлебая горячую мясную похлебку. Силы полностью вернулись, и казалось, что даже сам воздух на вкус стал сладким.

— В какой-то момент вы стали холодным, как мертвец, — продолжил Рурик, его лицо омрачилось воспоминаниями. — Лилия не отходила от вас, грела вас своим телом, готовила зелья… Она, кажется, просто восхищалась тем, как вы улучшали их, даже в таком состоянии.

— Интересно, — я приподнял бровь, чувствуя, что ведьма не просто помогала, но в каком-то смысле изучала меня.

— Лилия сказала, что после того, как вы использовали её кровь, спасли ей жизнь и душу, она теперь ваша… — Рурик запнулся, подыскивая слова. — Ваша женщина… Или что-то вроде того. Рабыни, служанки, любовницы — она готова на всё, лишь бы служить вам.

Услышав это, я устало вздохнул. Вот только этого мне сейчас не хватало. Окинув взглядом фургон, я заметил, как Лилия по-прежнему спокойно спит, даже оголила бедро во сне. Но Рурика это, кажется, не смущало. Он подошёл к ней и укрыл, словно заботливый отец.

— Что у нас по обстановке? — сменил я тему, отодвигая от себя пустую миску.

— А вот тут всё странно, — нахмурился старик. — С тех пор как вы заболели, вой оборотней прекратился. Они словно бы держатся от нас подальше.

Я кивнул, переваривая услышанное. Действительно, это необычно. Но как я и думал, мешочки, купленные у Тарнелл, тут могли сыграть свою роль. А Лилия и я были заражены…

Рурик продолжал рассказывать, что я пробыл в беспамятстве почти две недели. За это время он подтянул Цаплю в рукопашной, обучил владению мечом и копьем. Все обычные пули, что у нас были, они расстреляли на тренировках. Оказалось, что пацан не только меткий стрелок, но и быстро схватывает науку. И теперь оба они были готовы к бою.

Ведьма Лилия тоже не сидела сложа руки. Она попросила парней тренировать её в рукопашной, научиться владеть ножом и мечом. Девушка перетрясла мои зелья, немного улучшив их, и теперь они восстанавливали силы и снимали усталость за считанные минуты. Более того, её зелья могли заживлять раны — не полностью, но быстрее, чем любое обычное лекарство.

— Лилия утверждает, что вы особенный ведьмак, — с улыбкой сообщил Рурик. — Мол, сама судьба свела вас, и теперь она чувствует связь между вами…

Эта новость заставила меня закатить глаза. Ну вот ещё, только связи судьбы мне и не хватало! Уж не знаю почему, но Рюрику доставляло какое-то удовольствие каждый раз напоминать мне об особенных чувствах Лилии ко мне.

Приодевшись, я выбрался из фургона и сменил на козлах Цаплю. Пацан был настолько рад, что я пришел в себя, что даже прослезился. Впрочем, подозреваю, это могло быть связано с тем, что он вспомнил, как чуть не отстрелил мне… в общем, кое-что. Теперь у меня остался нормальный такой шрам на ноге, и как ни странно, он напоминал мне о том, насколько же я везучий.

Я попросил принести ящик с пузырьками, и, управляя повозкой, принялся изучать их духовным зрением. Все образцы, которые я собрал с самого начала, оказались гораздо сильнее, чем предполагалось. Токсин в этих жидкостях каким-то образом усилился во мне. Это, конечно, означало, что я больше не смогу использовать его для тех, кто слабее меня…

Остановившись на последнем образце, я осознал неприятную истину: больше у меня не получится создать такую смесь. Весь мой «усиленный» токсин стал слишком мощным для использования.

Лишь один пузырек содержал достаточно сбалансированный токсин вместе с элементом и магией, способной его погасить. Все остальное уже не подходило для того, чтобы попытаться выработать иммунитет у Рурика и Цапли.

Придется смириться с тем, что у меня остался только один шанс. Но внутри меня крепла уверенность: если что-то пойдет не так, я смогу выжечь слабый токсин из их тел. Это было своего рода последней надеждой…

Вечером я собрал всех и рассказал им о своём плане. Рурик согласился сразу, без лишних вопросов. Его готовность была непоколебимой, он готов был на всё ради того, чтобы не стать тварью, которая может напасть на собственного господина. Цапля же, несмотря на свою юношескую дерзость, немного побаивался. Но, глядя на нас с Руриком, и он в конце концов кивнул, понимая, что выбор у него не так уж и велик..

Нам оставалось всего несколько дней пути до порта, где мы собирались арендовать корабль до Плавучих островов. А поэтому именно сейчас был идеальный момент для эксперимента. Я аккуратно порезал руки Рурику и Цапле и вылил туда смесь — свою версию «вакцины» в этом странном мире. Реакция не заставила себя долго ждать — свалило их обоих буквально сразу.

Через несколько часов начался жар, их начало лихорадить. К вечеру они уже бредили, когда тела сражались с токсином. Лилия, конечно, принялась заботиться о них, готовила травяные зелья, чтобы сбить температуру, и беспрерывно следила за их состоянием. Я же, сидя за поводьями, проверял их духовным зрением каждый час, стараясь не упускать ни малейшего изменения.

Токсин, который я им ввёл, боролся за контроль над их телами. Но магия и элемент, что были в смеси, не давали ему полностью захватить их системы. В их телах сейчас шла настоящая война. И меня радовало то, что утром я заметил небольшие изменения — что-то начало появляться в их крови. Это были явные признаки того, что их тела начали вырабатывать иммунитет.

На второй день после введения «вакцины» Рурик и Цапля наконец-то пришли в себя. Сначала Лилия помогала им помыться,, затем и мы привели себя в порядок. Как только они восстановили силы, сразу накинулись на еду, будто не ели несколько дней.

Я наблюдал за ними с улыбкой. Кажется, я действительно стал первым человеком в этом мире, который разработал что-то вроде вакцины от укуса оборотня.

Теперь мы и пахли по-другому, ведь наши тела слегка изменились. От нас исходил запах, словно от вервульфов. У всех обострились чувства: зрение, слух, даже реакция стали острее. Старик выглядел так, будто враз помолодел лет на десять.

Но это были еще не все изменения. Открытием для меня стал природный источник Цапли — он явно стал сильнее. Теперь парня можно будет отправить на обучение к Лилии. Но главное — у Рурика пробудился магический источник! Это было неожиданным и мощным изменением, о котором я пока что я решил не рассказывать старику. Они с Цаплей как-то поделили мою силу поровну.

А вот с Лилией ситуация стала гораздо сложнее. Она изменилась. Большую часть времени молчала, взгляд ее частенько был устремлен на меня с мягкой, загадочной улыбкой. Её преданность перешла на новый уровень — стоило мне лишь упомянуть, что мне что-то нужно, как она тут же бросалась это выполнять. И я стал внимательнее следить за своими словами, чтобы случайно не перегнуть палку…

Ближе к концу нашего пути лес, который все это время был нашим постоянным спутником, начал меняться. Тёмные мрачные деревья с плотно сплетёнными ветвями постепенно оставались позади.

С каждым часом нашего пути заросли становились всё реже, а стволы деревьев — тоньше и светлее. Лес будто расступался, превращаясь в более открытую местность. Солнечные лучи, которые раньше едва пробивались сквозь листву, теперь свободно освещали нам дорогу. Трава стала более сочной и зелёной, а воздух — свежее, и в нем появился явственный привкус морской соли.

Порой, взобравшись на очередной холм или пригорок, можно было уловить светлые отблески водной глади. Наконец дорога вывела нас к длинному пологому спуску, и перед нами открылся город, раскинувшийся на побережье.

Его называли Лесталон — древний портовый город, стоящий на скалистых берегах, как одинокий страж морей. Вид на город захватывал дух. Множество разноцветных домов теснились у воды, словно пытаясь найти себе место среди узких улочек, которые спускались вниз от высоких холмов к гавани.

Город был окружен серыми стенами, которые явно повидали многое на своем веку, а башни с ржавыми шлемами на крышах, казалось, бросали вызов ветру и времени.

Склоны холмов, на которых раскинулся Лесталон, были густо усыпаны травами, а внизу, где улицы так и жались к побережью, камни домов постепенно переходили в серые булыжники причалов. На самой границе города возвышалась крепость с высокими зубцами стен, с которых открывался вид на гавань и океан.

В гавани одновременно находилось несколько десятков кораблей, от массивных торговых судов до легких рыбацких лодок. Яркие вымпелы с гербами торговых домов развевались на мачтах, придавая всему порту ощущение вечного движения и суеты.

— Добрались… — улыбнулся я, когда все вылезли из фургона наружу.

Глава 9

Фургон медленно покатил вниз, а я поймал себя на довольной улыбке. Ощущение было странным — как будто я вернулся домой после долгого отсутствия, хотя Лесталон был для меня всего лишь очередной остановкой на пути к цели.

Даже и не знаю, стоит ли радоваться тому, что большую часть путешествия я провел в беспамятстве? Но вот я чего точно не ожидал — так это того, что буду скучать по городам, их шуму, стройкам и, конечно, людям.

Рурик взял поводья, и мы с ним оставались править фургоном, пока Цапля с Лилией отдыхали. Наши лошади неспешно катили нас к городским стенам, и вот наконец перед нами появились массивные ворота. Высокие каменные стены Лесталона нависали над дорогой, тянущейся вдоль холмов и усеянной пылью, которую поднимали отряд за отрядом прибывающие в город караваны.

У самых ворот нас встретили трое стражников в сопровождении хмурого человека в дорогом плаще. Видимо, он был кем-то вроде таможенника — весь в бумагах и печатях, то и дело делал записи в списки прибывающих. Один из стражников остановил фургон движением руки.

— Ваши документы, — коротко бросил он.

Я передал ему свитки, а Рурик достал свои бумаги. Таможенник медленно прошелся глазами по документам, задержав взгляд на пункте о моем статусе: дипломат, что направляется на Плавающие Острова с официальной миссией. Этот статус давал мне некую власть, и, казалось, все шло гладко — они даже не стали досматривать наш фургон.

Но стоило разговору дойти до Цапли, как начались первые сложности. У парня отродясь никаких бумаг не было, к тому же был сильно похож на контрабандиста — одет в обноски, взгляд дерзкий, словно бросает вызов всем вокруг. Таможенник подозрительно прищурился.

— А этот кто? — указал он на Цаплю. — Нет бумаг? Контрабандист?

— Ты это… — одернул я его, напрягшись от такой наглости. — Ври, да не заговаривайся! Сопляк какой-то в сопровождении маркиза, прибывшего с дипломатической миссией… Ты уверен, что хочешь продолжать этот цирк?

Таможенник нахмурился, но не отступил.

— Тогда кто он? — недовольно пробурчал он, взглянув на меня исподлобья.

— Слуга, — выдавил я, хотя слово это резало мне слух. — Документы потерялись. Восстанавливать собирался тут.

Мужик был не особо удовлетворен таким объяснением, но все же промолчал. В этот момент его взгляд упал на Лилию. Мешковатая одежда, скрывающая ее фигуру, смутила его не меньше.

— А эта? — таможенник указал на Лилию.

Я уже прикидывал в голове, как выкрутиться, но Лилия, не дожидаясь моих слов, гордо выпятила грудь и заявила:

— Я? — с вызовом в голосе она расправила плечи. — Его женщина!

Все взгляды, естественно, сразу обратились ко мне. Я почувствовал, как напряглось у меня лицо, словно в маску превратилось. Лилия, черт возьми, ты мне совсем не помогаешь!

— Она тоже служанка, — проговорил я, дернув щекой. — Та же ситуация, что и с пацаном. Купил их обоих и потерял документы…

Пришлось раскошелиться. За отсутствие документов на Цаплю и Лилию мне выставили кругленькую сумму — триста фунтов. За себя же и Рурика пришлось отдать всего по двадцать. Таможенник не упустил возможность взять с меня расписку, что я зарегистрирую своих слуг в ближайшее время.

Отмахиваться от этой бюрократической волокиты было бесполезно, ведь на Плавающих островах с нами могут возникнуть куда большие проблемы. Там строго следят за подобными делами, и без документов их обоих запросто могут определить в рабство.

Облегченно выдохнув, я решил, что поиски корабля придется отложить — бюрократия требовала немедленного решения. Наш фургон медленно катился по городским улочкам, а я с интересом осматривался.

Лесталон был типичным портовым городом, где каждый уголок, каждая улица были связаны с морем. Крыши домов покрывали темные, почти черные черепицы, выгоревшие под жарким солнцем и пропитанные соленым ветром.

Узкие улочки в центре города были застроены домами, чьи стены покрывали выцветшие вывески лавок и таверн. Камни мостовых были до блеска отполированы годами хождения по ним моряков, торговцев и жителей города.

Гавань была полна шума: звон молотков, крики матросов, скрип канатов, перегрузка товаров. Рыбацкие лодки теснились у причалов рядом с массивными торговыми судами, прибывающими из дальних краев. Паруса сверкали в свете утреннего солнца, разноцветные флаги развевались над мачтами, а возле складов беспрерывно сновали рабочие, таскающие тюки с товарами.

Тут смешалось множество запахов — свежая рыба, древесина, горелое масло и соль моря пропитывали воздух. Яркие всполохи красок — флаги, одежда торговцев и их товар на стихийных прилавках, рыбацкие сети и многочисленные повозки — все это оживляло серый каменный город, делая его одновременно суровым и живым.

Мы остановились в постоялом дворе под названием «Штурвал Стоуна». Место оказалось довольно внушительным — целых три этажа. В таком городе, как Лесталон, это не редкость, особенно для заведения, что кормит, поит и предоставляет ночлег множеству прибывающих в порт. Однако несмотря на размеры, со свободными комнатами на первых порах возникли проблемы: все было занято.

Пришлось раскошелиться — пятьдесят фунтов, и нам чудесным образом сразу нашлось две комнаты. Лилия светилась от счастья, когда стало понятно, как мы разделим жилье: Рурик с Цаплей, а она — со мной. Как иначе? Ребята тем временем начали перетаскивать в комнаты наши вещи, в основном запасы денег, которые мы заранее поделили со стариком. И пока они возились с багажом, я решил переброситься парой слов с хозяином.

Эрик Стоун, крепкий старик лет шестидесяти, хромал на одну ногу, но, судя по всему, был далеко не тем, кто сдаёт позиции. Широкие плечи, густая борода, серьёзный взгляд — с ног до головы он был полон уверенности. В центре зала его таверны, над камином, действительно висел старый потертый штурвал. Как оказалось, Эрик — не просто хозяин таверны, но и бывший капитан, чьи морские походы закончились лишь из-за старой травмы.

— Последние месяцы что-то странное творится, — хрипло сказал он, когда я начал расспрашивать об обстановке в городе. — Людей сюда прибывает в разы больше, чем обычно. И не военные это, не маги, как бывало раньше. Обычный люд прёт как на паломничество какое-то…

Я кивнул, внимательно осматривая зал духовным зрением. М-да… Здесь уж точно не всё так просто. Ведьм и ведьмаков было столько, что можно было подумать, будто все дороги ведут в Изнанку. Каналы, источники — всё это выглядело как собрание опытных и не очень практиков колдовства. Я даже невольно напрягся. Что-то здесь явно назревало, и нужно было быть начеку…

— Подай обед нам в комнаты, — бросил я Стоуну, заодно заказав бочки с водой.

После того как Лилия и Рурик разобрались с нашими пожитками, я решил провести небольшое собрание в своей комнате.

— Фургон, лошадей и корм — всё продаём, — сказал я. — Запасы и пайки возьмём с собой на корабль.

— Согласен, — кивнул Рурик.

— Ещё нужно найти нотариуса, — продолжил я. — Сделаем документы на Карла и Лилию. Ну и узнай, какую одежду должны носить слуги на Плавающих островах, чтобы проблем не было.

Последнюю фразу я адресова Рурику.

— А можно? — вдруг подняла руку Лилия, словно школьница. — Можно и я пойду? Мне бы одежды для девушек прикупить… У меня ведь совсем ничего нет… и денег нет… Простите…

— Конечно, давай, — кивнул я.

Но намеченные мероприятия пришлось отложить — принесли бочки с горячей водой, и мы все по очереди пошли мыться. Я, естественно, уступил Лилии первой. Девушка, тем временем, активно пыталась уговорить меня остаться в комнате — мол, ей не совсем стыдно, а забота обо мне теперь её «работа». Но я всё-таки вышел за дверь.

Пройдя по коридору, я снова активировал духовное зрение. Присмотрелся к обитателям постоялого двора. Что-то слишком много здесь природных источников, магических каналов. Лесталон буквально кишел ведьмаками, и это настораживало. Даже в моей прошлой жизни мы не собирались такими большими группами в одном месте. Было в этом что-то… неправильное.

Через пять минут из комнаты вышел посвежевший Рурик.

— Милорд, — сказал он, поклонившись. — Сейчас Карл закончит, и мы готовы. Она ещё долго?

— Я всё! — выглянула из-за двери Лилия.

Я быстро затолкал её обратно. Девушка нашла где-то ночную рубаху и надела её прямо на голое и мокрое тело. Это выглядело слишком вызывающе для прогулки по городу. Пришлось заставить её переодеться снова в мужские брюки и рубаху, чтобы избежать лишнего внимания.

Когда принесли горячее мясо с овощами и холодный эль, пришлось немного задержаться. Небольшой перекус перед делами оказался весьма кстати. Наконец, когда все утолили голод и собрались, я отправил их по своим делам.

Бочку мне сменили и я тут же в нее залез. А-а-а, горячая вода… Как же я по ней соскучился. Я уже почти смирился с отсутствием нормального водопровода, как и с тем, что в дороге у нас вода была только холодная.

Глаза мои были закрыты в блаженной неге, а в голове всплывали отрывки плана: продать фургон, купить всё необходимое, разобраться с документами для Лилии и Цапли… Думал о том, что необходимо сделать, чтобы продолжить наше путешествие, а в какой-то момент уже начал засыпать, как вдруг в нос ударил резкий запах.

Вервульф! Притом чистокровный… Я быстро вылез из бочки, обмотался полотенцем и открыл дверь. Передо мной стояла девушка. Блондинка в шикарном платье — дорогая ткань, корсет, приподнимающий округлую грудь. Волосы аккуратно уложены в косу, голубые глаза искрятся интересом, а пухлые губы чуть приоткрыты, слегка обнажая белые зубы.

— Простите? — произнесла она, указывая на полотенце, что едва прикрывало моё тело.

— Мне показалось, что вы постучали, — ответил я, быстро прикрыв дверь.

Духовное зрение сразу показало, что её магический источник был полностью изменён, но каналы всё ещё пропускали магию. Запах теперь был едва уловим, но я знал точно: она — вервульф.

Но не просто обычная тварь, а что-то иное. Уверенная в себе, она не испугалась моего вида, даже не дрогнула. Более того, её взгляд будто пригвоздил меня на месте, словно она изучала каждую деталь.

Когда я услышал, как она гремит ключом в замке двери напротив, я понял, что живёт она здесь, по соседству.

Интересно…

Мои ребята вернулись через час, на удивление бодрые. Они не могли дождаться своей очереди рассказать и постоянно перебивали друг друга, наперебой делясь впечатлениями о том, что видели в городе. Рурик, сияя, доложил, что купил специальную одежду для Плавающих островов.

— Для мужчин — это синие тряпичные штаны и такая же рубаха с плащом, — объяснил он, показывая свёртки. — Для женщин всё то же, но в зауженной версии, подчёркивающей… ну, всякие нужные детали.

Ткань оказалась весьма интересной. Она не пропускала влагу, прекрасно подсушивала пот и защищала от холода. Один комплект стоил целых пятьдесят фунтов, а старик, по его словам, купил каждому по два.

— Правда, потом мне сказали, что на самих островах это будет дешевле, — вздохнул он, явно немного расстроенный этим фактом.

— Фургон с лошадьми и кормом удалось продать за семь тысяч фунтов, — вставил Цапля гордо.

— Не дурно! — кивнул я. — А что насчёт денег на островах? Удалось что-нибудь узнать про их валюту?

— О, золото есть золото, милорд! — заверил меня старик. — Там его принимают так же, как и здесь.

— Золото всегда в цене, — усмехнулся я.

— Ещё я купил вам несколько нарядов, — продолжил Рурик. — Зеленые, по статусу аристократа. И всем несколько пар сапог. Плащей вам взял два, чёрные, как вы и любите…

Я внимательно слушал, прикидывая в голове расходы, и постепенно картина складывалась в нечто совершенно неприличное. Ну да ладно, придётся придерживаться этого нового дресс-кода, чтобы не выделяться на островах…

— И еще — есть одно важное правило, — добавил Рурик. — Вы обязаны носить кольцо, подтверждающее статус аристократа. Купить вы его можете только сами, чтобы подтвердить свой титул.

— Хорошо. Нотариуса нашли? — спросил я.

— Нашли, — кивнул Рурик. — «Восстановить» документы для слуг стоит сорок фунтов на каждого.

Старик подошёл ближе и шепнул мне на ухо:

— Лилия купила себе ночные принадлежности… Самые дешёвые, конечно. Но я подумал, что для её роли в обществе лучше взять что-то поприличнее. Ведь она ваша служанка, а по ней будут судить и о вас.

— И правильно подумал, — ответил я. — Девушка красивая, пусть все думают, что я уважаемый человек, раз могу позволить себе такую служанку.

Когда они закончили рассказывать, я посмотрел на ребят и сказал спокойным, но решительным голосом:

— А теперь заприте дверь.

— Милорд? — удивился Рурик, вопросительно подняв бровь.

— В городе слишком много ведьмаков и ведьм, — продолжил я, понизив голос, чтобы не услышал Цапля, примеряющий свой новый наряд. — И ещё я видел здесь чистокровного оборотня. Женщина из номера напротив…

— А я-то думаю:, что это за странный запах около вашей комнаты? — нахмурился старик. И предложил: — Может, стоит с ней разобраться?

Но я покачал головой.

— Нет. Мне интересно, чего она хочет. Так близко с ними еще не встречался. Тем более, она не нападала.

Наступила тишина. Ребята, кажется, поняли, что ситуация складывается серьёзнее, чем они думали.

Вечером мы перекусили ещё раз, и я объявил отбой. Завтра предстояло много дел, к тому же следовало зафрахтовать корабль на острова. Я лежал в постели, закрыв глаза, но сон никак не шёл. Лилия, как обычно, проявила заботу — заплела волосы в косы, чтобы они не мешали мне, и нежно прижалась ко мне, обхватив руками, словно цепкими корнями. Её грудь оказалась прижата к моей руке, а на лице блуждала хитрая улыбка. Вот уж чего я не ожидал от этой тихой девочки, так это такой смелости. Впрочем, вру — ожидал…

Мысли так и роились у меня в голове, не давая покоя. Что-то во всей этой ситуации казалось неправильным, и Лилия своей неожиданной близостью лишь усугубляла это. Я ожидал, что ведьмочка пойдёт дальше — возможно, попробует вывести меня на более интимный разговор или действие. И решил проверить её тело духовным зрением, чтобы не оставлять лишних вопросов. Оказалось, что она ещё не познала мужчину. И твердо была намерена исправить это как можно скорее.

Но обстановка сейчас совершенно не располагала к подобного рода развлечениям. Повсюду вокруг нас находились ведьмы и ведьмаки. Если кто-то из них решит провести ритуал, то они очень быстро поймут, кто я такой.

К тому же, эта загадочная блондинка с соседней комнаты не выходила у меня из головы. Я никак не мог избавиться от ощущения, что она здесь не просто так, не развлечения ради. Что она здесь делает? Как и мы, собирается на Плавучие острова? Но зачем?

Едва я успел задуматься о ней, как вновь почувствовал её запах. Она подошла к двери моей комнаты и остановилась. Сердце у меня так и замерло. Что ей нужно? Соли хочет попросить по-соседски?

Я сразу переключился на духовное зрение, изучая ауру за дверью.

Она просто стояла, словно что-то — или кого-то — ожидая. Я не знал, как на неё подействует мой иммунитет к вервульфам. Может ли она почувствовать, что я ведьмак или маг? Тарнелл говорила, что вервольфы не всегда распознают колдунов, особенно тех, чья кровь уже испорчена. Возможно, это сыграет мне на руку.

Прошло несколько минут. Она всё ещё так и стояла за дверью неподвижно и безмолвно. Пульс у меня участился. Ещё немного — и я был готов сорваться с места. Но внезапно из соседней комнаты вышел кто-то еще. Духовное зрение показало, что рядом с ней остановился еще один человек. Они не разговаривали — стояли в тишине.

«Что-то тут нечисто…» — мелькнула мысль. Аккуратно, стараясь не разбудить Лилию, я вынул свою руку из её горячих объятий. Стараясь не шуметь, освободил себя от её ноги, которая уютно устроилась на мне, как будто это было её законное место. Подхватив меч, я на цыпочках приблизился к двери.

Духовное зрение вновь показало мне, что эти двое направились в комнату оборотня. Чёрт, как же называются женские особи вервульфов? Мысли спутались, пытаясь решить этот дурацкий вопрос, но я быстро отогнал их прочь.

Медленно сдвинул засов и тихо приоткрыл дверь. В комнату проник запах крови. Чёрт возьми, она что — ранила кого-то? Мгновенно, почти рефлекторно, я выпустил элемент и магию в клинок. Они слились воедино, и меч ожил, как будто ждал этой команды. Ярко светящееся лезвие горело в полумраке холодным черным светом.

Дверь их комнаты уже закрылась, а в воздухе витал все тот же тяжёлый запах крови. Я шагнул вперед, выставив оружие.

Ну что ж, посмотрим, что задумала эта женская особь вервульфов…

Глава 10

Я вышел в коридор и сразу заметил на полу небольшие капли крови. Духовное зрение показало мне, что в той самой комнате сейчас находятся двое, на кровати. Хм, может они там просто… спариваются? Я мысленно улыбнулся. В любое другое время я бы попросту ушел, но сейчас ситуация была иной. Да и любопытство взяло верх. Хрустнув шеей, я прошептал простейшее заклинание для замка, и дверь моментально открылась. Я быстро скользнул внутрь и замер на месте..

Комната была погружена в полумрак, но через окно проникало достаточно света, чтобы осветить происходящее в ней. Блондинка — та самая, что стояла у моей двери немногим ранее — уже сидела в кресле рядом с кроватью, лицо ее слегка покраснело, с губ стекала кровь. На губах блуждала лёгкая улыбка, взгляд был хищный, полный скрытой силы.

— А я всё ждала, когда ты решишь заглянуть… — произнесла она мягким, словно шёлковым голосом. — Может закроешь за собой дверь?

— М-м-м… — протянул я и шагнул вглубь комнаты.

Пока я смотрел на блондинку, она аккуратно вытирала свои губы, как будто только что закончила изысканный ужин. Духовное зрение снова показало, что мои люди — Рурик, Цапля и Лилия — находятся на своих местах и крепко спят, ничто не указывало на какую-либо опасность для них. Но вся эта сцена, развернувшаяся прямо передо мной… что-то в ней настораживало.

Девушка бросила кровавый платок на пол, словно это было всего лишь обыденное завершение её трапезы.

— Тебя, наверное, интересует, что здесь произошло? — продолжила она, лёгким жестом поправив платье, делая акцент на своих изгибах.

— Честно говоря, не особо, — ответил я, хотя это и было полуправдой. Но выказывать сейчас свое любопытство было не к месту.

Уголки ее губ дрогнули, взгляд стал чуть мягче, но в нём светилось нечто опасное. Она была уверена в себе до предела. Девушка медленно подняла руку и провела пальцем по подбородку, убрав последние капли крови.

— Рядом со мной находится ведьмак с иммунитетом… — её голос стал теперь чуть более низким. — И его слуги… весьма интересны. Почему-то они тоже имеют иммунитет. И если бы они были такие же, как ты, я бы даже не удивилась. Но нет, двое из них — обычные люди.

Она внимательно смотрела на меня, ожидая реакции. Я же задумался: судя по всему, её магические чувства несколько ограничены, и она не смогла уловить, что у Рурика пробудился магический источник. Да и Цапля обладал слабым природным источником, который, видимо, остаётся для неё незаметным. Но Лилию она совершенно точно определила.

Я перевёл взгляд на лежащего на кровати мужчину. Кровь всё ещё текла из его шеи, его сердце билось едва-едва. Он был при смерти.

— Не волнуйся за него, — она сделал жест, словно отмахнулась от какой-то мелочи, незначительной детали. — Это его собственное желание…

— Даже не сомневаюсь, — хмыкнул я, понимая, что в этом мире есть много людей, готовых на подобное.

— Молодой ведьмак, закрытый в номере с девушкой… — её глаза засияли, в них мелькнуло пламя. Она облизнула губы и продолжила: — О нас могут подумать что-нибудь неприличное! Особенно обо мне — Виктории Стоунхендж, герцогине.

Её слова поразили меня, но я ничем не выказал своего удивления. Эта красавица, с её магией и природой оборотня — ещё и герцогиня? И что же привело такую особу в портовый город?

Светлые волосы, уложенные в безупречную косу, блестели в полумраке, а высоко затянутый корсет делал её фигуру ещё соблазнительней. Это был не просто коктейль из магии и силы — это было нечто большее. Её манера держаться, хищный взгляд, безукоризненное владение собой — всё это говорило о том, что она привыкла добиваться своего вопреки всему.

— Этот слабенький маг решил стать чем-то большим… — произнесла герцогиня Виктория, кивнув на тело мужчины на кровати. В её голосе послышалась смесь презрения и скуки. — Скоро он пробудится… и захочет кушать! На твоём месте я бы уже ушла. Мне понадобится некоторое время для дрессировки этого новообращённого.

Её тон был одновременно игривым и ледяным, будто это был не смертельный ритуал, а лёгкая светская беседа. Но затем произошло нечто, что в корне изменило атмосферу в комнате. Виктория резко поднялась на ноги и оказалась рядом со мной, настолько близко, что я даже не успел среагировать.

Лишь тонкий аромат её духов и свежая кровь на губах напоминали, что передо мной находится не человек.

Теперь она стояла так, что кончик моего клинка упирался прямо в её руку, но это, казалось, её совершенно не беспокоило. Наоборот, Виктория, словно играясь, чуть надавила на клинок, позволив острому лезвию прорезать кожу. Я почувствовал, как энергия моего меча, магия и элемент, пытаются активироваться, но сил у меня оставалось мало — я был на пределе.

Тонкая линия крови появилась на её ладони, и она, не отводя от меня глаз, подняла руку, чтобы облизнуть рану. Её брови приподнялись в лёгком удивлении, как будто она пробовала новый деликатес.

— Неплохая игрушка, — протянула она с холодной усмешкой. — Может даже поранить…

От напряжения я даже зубами заскрежетал. Моё усиление, да и еще и магия с элементом, должны были просто разрубить оборотня… А на Викторию все это не произвело ровным счетом никакого эффекта — лишь крошечный порез, который она сама себе и сделала. Это было даже хуже, чем я ожидал. Противник оказался куда сильнее…

— Думаю, что кого-то из только что обращенных ты даже сможешь им убить, — продолжила она, качая головой, как будто указывала на очевидное. — Но для меня этого мало. Ладно… Тебе пора уходить.

Всё произошло настолько быстро, что я едва успел осознать произошедшее: моргнув, я уже стоял за дверью, которая мягко закрылась за моей спиной.Виктория переместила меня в коридор без малейшего усилия, словно это была для нее детская забава.

А для меня это был новый уровень силы оборотня! Я почувствовал холодный пот на шее, когда пытался переварить произошедшее. Её власть над магией, скоростью и силой была просто поразительной. Что она такое? Есть ли у них какая классификация силы? Но самым неприятным фактом было то, что сейчас я герцогине был не соперник. Ой-ей-ей какой не соперник!

Я вернулся в свою комнату, с головой погружённый в тревожные мысли. Я понял одно — Изнанка открывает необычные возможности. Маг добровольно стал рабом её силы. Это порождало массу вопросов. Сколько таких, как она, сейчас в нашем государстве? Сколько магов добровольно становятся «песиками» вервульфов?

Эти почти панические мысли мешали мне сосредоточиться на главном.Чтобы не маячить посреди комнаты, я сел на кровать. Лилия не шелохнулась — крепко спала, её волосы расплылись по подушке. И тут я внезапно вспомнил про кровь. Чёрт! Кровь Виктории осталась на моём клинке! Неужели она специально оставила её там? А если так, то зачем?

Взяв клинок, я аккуратно собрал с него несколько капель крови и поместил их в пустой пузырёк, который нашелся среди моих вещей. Потом сел за стол и начал изучать содержимое. На первый взгляд, это была обычная кровь, но… запах. Чёрт возьми, этот запах был мне до боли знаком! В нём было что-то…

Принюхавшись, я начал кое о чем догадываться. Жнецы! Этот запах чем-то напоминал мне присутствие жнецов. Возможно, это звучало абсурдно, но… я отчётливо ощущал нечто, похожее на ароматы, связанные с Эребой. Но как это возможно? Как Изнанка могла быть связана с богами? И что бы это вообще значило?

Отгоняя странные мысли, я попытался сосредоточиться на экспериментах. Прежде всего взял пробу крови Виктории и выпустил в неё элемент. Никакой особой реакции — энергия просто рассеялась в жидкости, как пар растворяется в воздухе. Я нахмурился. Может нужно больше усилий?

Я добавил ещё энергии, опустошив источник до дна. Кровь на мгновение стала густой, почти чёрной, напоминая ту вязкую жидкость, что заразила ведьму. Но через минуту она снова вернулась в обычное состояние, как будто ничего и не было.

Хм… странно.

Тогда я решил обратиться к магии. Направил поток энергии из ладони прямо в сосуд. И внезапно кровь буквально «впитала» её, словно была голодной и требовала силы. От неожиданности я чуть не выронил пузырёк. Это же невозможно… или возможно? А может мне все это только показалось?

Но я не мог оставить это просто так. Повторил эксперимент, ещё раз направив магию в кровь. И снова — тот же результат. Кровь словно поглощала энергию. Я опять выпустил магический поток, пытаясь разгадать это странное явление. Час за часом я ставил эксперименты и проверял кровь, пока глаза не начали слипаться. Но одно было ясно — объем крови оборотня по какой-то причине увеличивался при контакте с магией.

Когда прошло три часа, пузырёк был полностью заполнен. С каждой новой порцией магии количество крови в нем возрастало, а её свойства оставались прежними. Энергия никак не влияла на её природу, кроме этого необъяснимого увеличения ее количества.

Как такое возможно?

Я откинулся на стуле, разминая затекшую шею. В голове вертелось множество идей. Может быть именно в этом и кроется секрет регенерации оборотней? Их кровь не только поглощает магию, но и каким-то образом преобразует её, позволяя восстанавливаться. Возможно, отсюда вытекает их невероятная выживаемость и способность быстро залечивать раны…

Теперь у меня было достаточно крови Виктории для экспериментов. Вариантов ее использования у меня пока было немного: можно попытаться создать иммунитет от вервольфов или провести колдовские ритуалы. Уж в чем в чем, а в этом я спец, и знаю много, что можно сотворить с человеческой кровью.

Мысль о том, что я увижу Викторию еще раз, не оставляла меня. Она явно что-то задумала, и наша встреча точно не была случайной. Так, за экспериментами, я незаметно уснул прямо за столом. Проснулся от мягкого солнечного света, пробивающегося в окно. Открыв глаза, обнаружил Лилию, стоящую передо мной в тонкой ночной рубашке. Сквозь ткань в утреннем свете был отчетливо виден силуэт ее тела. Я видел все его изгибы, мягкие очертания груди, округлости бедер.

Она упёрла руки в бока, её лицо выражало смесь обиды и решимости.

— Милорд… — произнесла она тихо, но в её голосе послышалась боль. — Я вам настолько противна?

— А? — Я протёр глаза и заморгал. — О чём ты?

— Вам мерзко спать со мной в одной кровати? — она опустила голову, словно бояласьуслышать ответ. — Я думала, что после всего, что было в дороге…

Договорить она не успела — в дверь постучали. Я облегчённо выдохнул, спасённый от этого неприятно для любого мужчины разговора… Встал и потянулся, чувствуя, как ноет спина после сна за столом в весьма неудобной позе.

— Господин! — в комнату вошли Рурик с Цаплей. — Мы все выяснили по поводу корабля. Я тут перекинулся парой слов с местными — похоже, что сегодня в обед один из них как раз отплывает на острова.

— Собираемся, — сказал я, поднявшись из-за стола… Поморщившись от боли, начал растирать себе шею.

Лилия еще несколько раз пыталась завести прежний разговор, но я её отослал умываться и собираться в дорогу. Мы решили пока не надевать одежду, которую приготовили специально для Плавающих островов. Старик уже позаботился обо всем и купил нам одежду для морского путешествия. Мы собирались быстро, и пока я упаковывал вещи, Лилия, всё ещё немного обиженная, молча мне помогала.

Когда со сборами было покончено, мы спустились в общий зал. Быстро перекусили и выдвинулись на улицу, нагруженные своими пожитками. Рурик с Цаплей кинулись искать носильщиков и повозку, но тщетно — город так и кипел от бурной деятельности тысяч людей, и все работники в этот час уже были заняты. Нам ничего не оставалось, кроме как тащить свои вещи в порт самостоятельно.

Город жил своей жизнью — шумный, запутанный и суетливый. Воздух был наполнен солёным ветром с моря, перемешанным с запахами свежей рыбы и смолы. Наш маленький караван шагал по узким улочкам, где в каждом закоулке таились личности, вступать в общение с которыми не возникало никакого желания.

Мы наконец-то подошли к причалу, где стояли три корабля, готовые к отплытию. Каким же было мое удивление, когда я узнал, что сегодня отправляются к островам не один, а все три судна. И два уже были забиты полностью, нечего было и надеяться попасть на них. Места оставались только на одном, к нему мы и направились.

«Счастливое присоединение» — вот что нам было нужно. Я отправил Рурика и Цаплю узнать, как бы нам гарантированно попасть на борт. Лилия молчала, и даже губы надула, изо всех сил изображая обиду. Меня это полностью устраивало.

Вокруг кипела жизнь: матросы таскали ящики, привязывали канаты, загружали бочки. Очередь к нашему кораблю была внушительной — сотни людей выстроились на деревянном пирсе, и большинство из них, как я заметил, были ведьмаками и ведьмами. Они стояли группами, переговаривались между собой, немногочисленные одиночки, сторонясь остальных, хмуро оглядывая толпу.

Я наблюдал за ними через духовное зрение и всё больше удивлялся: откуда же их столько⁈ Как они вообще сюда добрались, ведь их не должны были пропускать столь массово? Это выглядело как тихий миграционный поток магов и ведьмаков, словно от них нарочно пытались избавиться и специально для этого открыли границу. Я заметил, что большая часть из них держится нарочито настороженно, другие же выглядели так, словно уже нашли себе союзников и больше их ничего не волновало.

Рурик и Цапля вернулись через несколько минут, прервав мои размышления.

— Обычный билет на одного пассажира стоит тысячу фунтов, — сообщил Рурик.

— Нормально так… — протянул я, присвистнув.

— В последний раз они брали всего по триста, но с учётом того, что сейчас все стремятся на Плавающие острова, цены взлетели. За две тысячи фунтов с носа мы сможем взять отдельную каюту на четверых, свободные еще остались.

За последние три месяца количество паломников на Плавающие острова увеличилось в несколько раз. Даже в этой очереди до меня донеслись слухи, что там есть некая сила, после обретения которой можно уже не бояться магов.

А еще я услышал, что сильным ведьмакам и ведьмам выдают индульгенцию на право жить в нашей стране и не бояться вообще ничего. Их зачисляют в ряды армии, вместе с магами. В такие небылицы мне, конечно, не особо верилось. А вот среди толпы поклонников таких сказок хватало.

— Берем, — кивнул я, не раздумывая.

— Восемь тысяч фунтов? — пересчитал вслух Цапля.

— Восемь, — подтвердила Лилия, и мне показалось, что она слегка надула губы.

Мы направились прямиком к капитану, который стоял у толстенного провисшего швартова и лично продавал билеты. Когда я показал ему внушительных размеров кошель с деньгами, остальные пассажиры почтительно замерли. Тяжелая охапка монет в мгновение ока изменила всё.

Нас тут же сопроводили мимо очереди к сходням, и через несколько минут мы уже ступили на палубу корабля. В придачу нам пожелали приятно провести время на борт корабля «Счастливое присоединение» как высокопоставленным гостям, и это определенно вызвало зависть у тех, кто остался с той стороны сходен..

Капитан лично сопроводил нас к продолговатому люку, и по узкому скрипучему трапу мы начали спуск в трюм. Сквозь темные коридоры, где пахло солью и древесной смолой, нас привели в обещанную каюту.Как только я шагнул через высокий порог, передо мной предстала простая, но довольно просторная для морского судна комната. Тут царил полумрак, разгоняемый тусклым светом двух масляных ламп.

Каюта была отделана деревянными панелями, потемневшими от времени. На одной стене висел старый компас, закрепленный на стойке — он, вероятно, не работал уже много лет, но изрядно добавлял морской атмосферы.

Вдоль стен располагались четыре узкие койки, каждая была застелена грубой, но чистой простыней. В конце комнаты стоял маленький стол из темного дерева, потертый и весь какой-то обветренный.

На полу лежали металлические скобы, которыми можно было закрепить свои вещи, чтобы не летали по каюте во время качки, и стоял небольшой сундучок для хранения всяких мелочей. Возле коек располагались две бочки, одна была с водой, другая — с какими-то продуктами. На одной из стен были размещены веревки, свернутые аккуратными спиралями, и несколько железных крючков для одежды.

— Сойдет… — усмехнулся я, осматриваясь.

Лилия аккуратно присела на одну из коек и неспешно, по-хозяйски, оглядела всё вокруг. Рурик, как всегда с каменным лицом, сразу занялся тем, что проверил крепление коек и устойчивость сундука, хотя и без того всё казалось закрепленным достаточно надежно. Цапля с детской непосредственностью кинулся изучать каждый уголок каюты, дергая за веревки и проверяя, что лежит в бочках.

— Я бы сказал, что это лучше, чем ночевать на палубе, — заключил Рурик, присаживаясь на свою койку.

Когда мы закончили раскладывать свои вещи, я решил подняться на палубу, чтобы посмотреть, как корабль будет отходить от берега.Оказалось, что таких, как я, — тех, кто хотел подышать свежим воздухом после замкнутого пространства — здесь было предостаточно. А ведь наше путешествие только-только началось…

Пассажиры, застолбив себе места и оставив там вещи, один за другим высыпали на палубу, наслаждаясь последними минутами рядом с сушей. Затем швартовы были убраны, и берег начал отдалялся, постепенно превратившись в узкую полоску на горизонте.Я глубоко вдыхал соленый воздух, наслаждаясь этим моментом. На лице появилась невольная улыбка.

— А ведь ты так и не представился, — раздался знакомый голос за моей спиной.

Я вздрогнул, услышав этот спокойный, но уверенный тон, и медленно обернулся.

— Герцогиня? — встретившись с её взглядом, я приподнял бровь. — Какая встреча…

Глава 11

В этот раз Виктория предстала передо мной в походном костюме, которому, несмотря на свою практичность, удалось идеально подчеркнуть её формы. Два мужика неподалёку изо всех сил старались удерживать свои взгляды и не пялиться на герцогиню. Их лица предательски краснели, но они старательно делали вид, что ничего не замечают.

Я невольно напрягся, и рука сама легла на рукоять меча, готовая к действию, но энергию выпускать я не спешил.

Виктория, похоже, и вовсе не собиралась устраивать здесь кровавую баню, хотя её присутствие само по себе сигнализировало о возможных проблемах. Но она была спокойна и самоуверенна, может быть даже слишком. Судя по всему, её интерес к Плавающим островам был не меньшим, чем мой собственный.

— Какое совпадение, что мы снова встретились, — её голос был мягким, но с явной долей насмешки.

— Проведение, — выдавил я натянутую улыбку, не сводя с неё глаз.

— Ну что ж, в таком случае мы ещё не раз пересечёмся, — добавила она с лёгкой улыбкой и двинулась прочь, оставив меня у фальшборта в одиночестве..

И тут я заметил её спутника — того самого мага, которого она укусила в гостинице. На удивление, выглядел он… вполне прилично! Его кровь все так же двигалась по жилам, но магический источник был изменён, как и ожидалось.

Он был гораздо слабее, чем у герцогини, но всё равно достаточно мощный, чтобы удерживать его на ногах. Этот мужик смотрел на Викторию с безграничным почтением, то и дело кланялся и тихо что-то шептал, лебезил перед ней, как раб перед своей госпожой. Я проводил их взглядом, пока они не скрылись в трюме, а затем вернулся к наблюдению за удаляющимся берегом.

Судя по заверениям капитана, путь до Плавающих островов займёт у нас не менее месяца, хотя всё зависело от течений и того, куда в этот раз острова занесёт. Место их положения постоянно менялось, и навигация туда всегда была делом сложным.

И вот началось наше долгое плавание. Время потянулось…

В каюте Цапля и Рурик отрабатывали рукопашный бой, а так же владение мечом в тесных пространствах, оттачивая каждое движение. Лилия часто присоединялась к их тренировкам, найдя отличный способ поддерживать свою форму и при этом не заскучать. Распорядок дня у нас был простой, но напряжённый: подъём, тренировки, еда. Порой мы использовали часть своих запасов еды, но это было редким удовольствием. Завтрак полагался только раз в два дня, а обед и ужин зависели от того, удавалось ли добыть что-то свежее на корабле.

Все зелья, что мы привезли с собой, закончились уже к концу первой недели. Поначалу особых тягот это не прибавляло, но потом начало напрягать — особенно учитывая, что на горизонте была только вода и ничего больше.

Зато физическая подготовка дала о себе знать: внешний вид Рурика и Цапли заметно изменился. Они обросли мышцами, стали выносливее и крепче. Моё тело, впрочем, тоже не отставало — постоянные тренировки дали результат.

Мои спутники этого не замечали, но я усиленно занимался с природным источником Цапли, помогая ему раскрыться. К середине второй недели плавания я поручил Карлу учиться ремеслу у Лилии. Ведьма, которая уже начала скучать из-за однообразия нашего плавания, приняла его с радостью. Она была довольна возможностью передать свои знания, а Карл, в свою очередь, с удивлением узнал, что у него есть потенциал стать ведьмаком.

После первого шока он даже обрадовался: возможность стать сильнее и полезнее для команды вдохновила его на серьёзные занятия. Лилия, казалось, обрела второе дыхание — ей было приятно ощущать себя в роли наставницы.

Рурик же был куда более скептичен. Он не сразу поверил, что в его теле проснулся магический источник. Несмотря на мои попытки помочь ему понять и освоить свою силу, значительного прогресса не наблюдалось. Для полноценной активации его потенциала была нужна особая жидкость из чёрных кристаллов — тех самых, что можно было добыть в Изнанке.

Наше плавание продолжалось, с каждым днем становясь все изнурительнее, а монотонные тренировки лишь поддерживали нас в форме. Но мне было нужно нечто большее. Каждый день я находил предлог, чтобы выйти на палубу, якобы для того, чтобы подышать свежим воздухом, ссылаясь на то, что не люблю замкнутые пространства. В действительности же я выискивал возможность пересечься с Викторией. Меня беспокоил не только её интерес ко мне, но и кровь, которую я теперь носил с собой, как ключ к разгадке её силы.

Каждый свободный момент я посвящал экспериментам. Я использовал колдовство, магию, а иногда и их сочетание в разных пропорциях. Но результат был всегда один и тот же — никакой. Жидкость в пузырьках, казалось, не реагировала на мои усилия, словно я шёл не тем путём. Я пробовал всё: менял техники, выпускал элемент, вплетал магию — безрезультатно. В какой-то момент я отчаялся и был почти готов бросить это дело.

И всё же одно открытие изменило всё. В какой-то момент, сам того не осознавая, я уменьшил образец крови, чтобы поработать с ним. Я вылил несколько капель на лезвие своего клинка и выпустил элемент. И тут произошло нечто неожиданное — металл впитал кровь! Я так и застыл. Это было открытие, которым невозможно было пренебречь. Тогда я повторил эксперимент, и снова кровь проникла в лезвие, а серебряная нить внутри клинка стала чуть толще.

Это заставило меня понять, что если сочетать колдовство с клинком, усиливая его кровью оборотня, то оружие может стать значительно мощнее. И теперь часть времени я посвящал тому, чтобы магией накачивать кровь Виктории, а потом передавать её энергию своему клинку.

Что оказалось нелёгким делом: элемент постоянно расходовал мои ресурсы, но с каждой тренировкой я чувствовал, как мой источник растёт, а каналы крепнут. Со временем я даже заметил, что магия и колдовство лучше работают по отдельности, чем в сочетании. Вместе они мешали друг другу, ограничивая мой потенциал.

На второй неделе плавания я достиг следующего этапа в своих экспериментах. После множества неудач мне наконец удалось проклясть каплю крови оборотня и сжечь её. Это напомнило мне, как в прошлый раз я поджарил оборотня, что дало убедительный результат.

Теперь же я мог повторить этот процесс, слегка улучшив его. Через несколько дней я сжёг почти целый пузырёк крови, и хотя её запасы казались бесконечными благодаря магии, я всё равно испытывал странное удовлетворение от того, что добился этого.

Но, конечно, подобные эксперименты не могли занять всё моё время. Все-таки мы были в море, и временами начиналась весьма сильная качка. Одна такая длилась три дня подряд, и были они особенно тяжёлыми. Пару раз среди пассажиров даже вспыхивала паника — то ли из-за страха перед бурей, то ли из-за слухов о чудовищах, что бродят в глубинах морей.

А ещё была Лилия. Бедная девушка страдала от морской болезни так сильно, что её тошнило буквально везде. В каюте, на палубе, в коридорах — да где угодно! Она бледнела, лицо стало белее мела, губы потрескались, а под глазами появились глубокие синяки, как у самой Эребы.

Она с трудом могла стоять на ногах, и мне пришлось отвлечься от своих экспериментов, чтобы помочь ей. Я выпустил элемент, пытаясь восстановить её силы, хотя и знал, что это будет временным решением.

И как только она начала приходить в себя, её состояние вновь ухудшилось. Началась лихорадка. Её кожа раскалялась, словно она вся горела изнутри. Я продолжал воздействовать на её организм элементом, стараясь снизить температуру и вернуть ей силы, но болезнь была упорной.

Ситуация на корабле становилась всё напряжённее. Словно одной беды было мало, лихорадка добралась до Рурика и Цапли. Не прошло и нескольких дней, как половина пассажиров оказалась в постелях с такой же болезнью.

Я стал свидетелем того, как тела тех, кто не справился с ней, без лишних церемоний скидывали в море. Атмосфера на корабле начала накаляться, словно каждый из оставшихся в живых ожидал своей очереди отправиться за борт.

Конечно, Виктория и её «дворняжка», тот маг, выглядели совершенно нормально. В отличие от остальных, они продолжали проводить свои дни как ни в чём не бывало. Я тоже держался на ногах, но дело было тут не в удаче — это было моё сопротивление к токсинам, магическая защита, и то, что я был весьма осторожен в том, что принимал в пищу.

Вместе с капитаном я начал расследовать, откуда взялась эта загадочная болезнь. Спустя пару ночей выяснилось, что виноваты были протухшие овощи, чье состояние кок старательно прятал под слоем специй.

Мы бы никогда не узнали этого, если бы я не пришёл к капитану однажды ночью и не приложил клинок к его горлу, заставив начать действовать. Он оказался человеком, любящим выпить, и клялся, что сам ничего не ел из общих запасов — вот и не заболел.

Допросив всех членов экипажа, мы постепенно добрались до кока. Толстяк струсил и во всем признался. Он промотал деньги, купив испорченные продукты по дешёвке.

Всю тухлую еду мы немедленно выбросили за борт, а кока я наказал лично — сломал ему нос и чуть не отрезал ухо, чтобы он на будущее думал, что закупает. Десять человек всё же стали жертвой его алчности, но остальные начали приходить в себя. Капитан, оказавшись неожиданно порядочным человеком, вернул нам деньги за билеты и предложил компенсацию за погибших.

Порой клинок у горла и демонстрация магии творят настоящие чудеса! Морской волк весьма быстро смекнул, что рисковать понапрасну не стоит, и не стал вступать со мной в пререкания.

До Плавающих островов оставалась ещё неделя пути, а у меня в голове постоянно крутились мысли о Виктории. В последнее время я достиг значительных успехов в работе с её кровью, проклиная её и заставляя сгорать целыми пузырьками. Теперь оставалось лишь проверить, как она сама отреагирует на мои новые способности. Однако она, словно чувствуя, избегала меня — ни разу не появилась на палубе.

Ночью, когда корабль мягко покачивался на волнах, я вышел подышать свежим воздухом. Волны с мелкими брызгами ударялись о борта, задавая спокойный ритм. Я прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной, как вдруг уловил знакомый запах. Виктория вышла на палубу, скользя по палубным доскам практически бесшумно. Увидев меня, она не проявила ни малейшего удивления.

— Приветствую вас, — сказала она, подходя ближе.

На ней была лёгкая ночная рубашка, под которой угадывались соблазнительные формы, что заставляли немногих в этот час матросов на палубе отводить взгляды. Или же пялиться тайком, чтобы герцогиня этого не заметила.

Но моё внимание было приковано не к её одежде или скрытым под нею прелестям, а к тому, что её губы были окрашены кровью. Я едва удержался от желания активировать меч.

— Ты так и не представился, — продолжила она и медленно провела языком по губам, слизывая кровь, словно величайший деликатес.

— Аларик Рэйвен. Маркиз, — сухо ответил я.

Мне не понадобилось духовное зрение, чтобы понять, чья это кровь — это была кровь её мага, который служил ей столь преданно.

— Приятно познакомиться, Аларик Рэйвен, — улыбнулась она, и её глаза сверкнули в лунном свете. — Что-то очень знакомое… — задумчиво произнесла она.

Моё обоняние подтвердило мои худшие опасения. Она питалась им, тем магом, которого обратила накануне. Я нахмурился, осознавая правду.

— Что? — Виктория весело подняла брови, заметив выражение моего лица. — Ты ведь не думал, что я буду голодать всю дорогу?

Меня передёрнуло от осознания того, зачем она взяла его с собой. Питаться на корабле, вдали от любого риска обнаружения — умно, но отвратительно. Она не просто взяла себе подданного, она сделала из него личный резервуар крови. Кстати, еще один увлекательный факт про вервульфов в мою копилку знаний…

— Я люблю воду, — неожиданно сказала она, глядя на тёмную гладь моря. — Она такая…

— Настоящая? — предположил я.

Герцогиня выглядела слишком уж расслабленной.

— Именно! — её улыбка стала шире. — Вода всегда жива, она не подчиняется никому, кроме самой себя.

Когда Виктория заговорила о воде, я, не теряя времени, незаметно подготовил пузырёк с её кровью, который всегда держал при себе. Осторожно открыл его и, не привлекая внимания, коснулся холодной жидкости самыми кончиками пальцев. Мои губы начали шептать заклинание, а элемент и магия влились в кровь, скрытую во флаконе. Я сосредоточился, стараясь контролировать каждое движение энергии, и мир вокруг словно замер.

Сначала ничего не происходило. Виктория всё так же стояла у борта, её глаза блестели в лунном свете, как и прежде. Но через несколько секунд что-то изменилось. Она пошатнулась, потеряв равновесие, вдруг наклонилась, и на ее лице отразилась боль. Кожа начала стремительно бледнеть, губы сжались в тонкую полоску, а рука рванулась к груди, крепко сжав ткань ночнушки. Она шипела сквозь зубы, едва слышно произнося какие-то слова, но я не мог разобрать, какие именно.

Моё духовное зрение ясно показало, что магический источник внутри неё резко замер, а кровь начала бурлить, как вулкан, готовый вот-вот взорваться. Виктория как-то мгновенно ослабла. Она рванула ночнушку, и ткань поддалась, обнажив её декольте. Это был мой шанс.

Без промедления клинок выскользнул из ножен. Я уже активировал его магией и элементом. Взмах — и холодное стальное лезвие рвануло вперёд, прямо в её сердце. Время тянулось очень медленно. Лезвие неспешно пронзало вдруг ставший очень густым воздух, оставались считанные сантиметры до её плоти. Я готовился к последнему удару, после которого планировал отрубить ей голову.

А затем всё произошло очень быстро. Я почувствовал резкую, жгучую боль в груди, словно холодные когти вонзились в мою плоть. Опустив глаза, я увидел, что её рука пробила моё тело. Виктория смотрела прямо мне в глаза, её дыхание сбивалось, но на губах играла довольная, опасная улыбка.

— Ох… — выдохнула она, не убирая руку. — Хорош… Умница. Ещё чуть-чуть, и ты бы меня убил. Давно никто не был так близок к этому. Аларик, если дернешься, то я просто вырву тебе сердце. Умрём как двое влюблённых. Если понял меня, кивни.

Я замер, мой мозг медленно переваривал происходящее. Дыхание перехватило, в груди горела острая, разрывающая боль. Казалось, каждый удар сердца отзывается огненной вспышкой. Виктория, не теряя ни капли спокойствия, продолжала говорить, как будто мы просто обсуждали банальные вещи.

— Ты добился больших успехов, — её голос был полон странного уважения, почти восхищения. — Я бы даже сказала — выдающихся… Ты меня удивил, маркиз, и что ещё важнее — заинтересовал. С твоими новыми умениями тебе должно быть куда проще на Плавающих островах.

Я попытался надавить клинком, отступить, найти выход из этой смертельной ловушки. Но её рука продолжала крепко держаться за мою грудь, не давая мне возможности двигаться.

— Прости, но у меня дела, — Виктория говорила все с тем же ледяным спокойствием. — Ты мне испортил одежду, почти обнажил. И знаешь, мы с тобой даже на свидании не были. Не хорошо как-то для моего статуса, не находишь? Может, в следующий раз сходим? Познакомимся поближе. Вдруг понравимся друг другу?

Её голос звучал тихо и насмешливо. Я чувствовал, как всё вокруг постепенно тускнеет, огонь в груди пульсировал и выжигал последние силы. Виктория повернулась и пошла прочь, словно ничего особенного только что не произошло. Я видел, как она идёт в сторону палубных лестниц. У выхода она оглянулась, бросила мне воздушный поцелуй, её глаза сверкнули в лунном свете.

Последнее, что я помню — это боль, пульсирующая во всём теле, и резкий холод, когда я, теряя сознание, рухнул на влажные доски палубы.

* * *

Я медленно открыл глаза, и резкий приступ боли отозвался глухой пульсацией по всему телу. Я зажмурился, ожидая, когда волна неприятных ощущений спадет. Пальцы невольно сжали простыню,, и я почувствовал какая она сырая. Голова так и плыла, но постепенно все же обретала ясность.

Вокруг слышались привычные звуки — приглушенные удары мечей, шаги, шепот. Глаза наконец сфокусировались, и я увидел Рурика и Цаплю, занятых отработкой ударов в углу каюты. А рядом, на полу, поникнув, сидела Лилия. Она склонилась, положив голову на край моей кровати, словно не отходила от меня ни на шаг уже долгое время, без сна и покая. На полу стояли тазики с водой, тряпки аккуратно висели на бортиках.

Перед глазами у меня вспыхнули последние воспоминания. Виктория… Моя неудавшаяся попытка убить ее. Я был так близок к этому… мне почти удалось, но в последний момент она вырвалась, заставив меня заплатить за свою оплошность.

Проклятье… В груди что-то болезненно заныло, но я рефлекторно заглянул внутрь себя, проверяя своё состояние. Источники были полны, каналы крепки, но теперь я носил в себе новый трофей — огромный шрам на груди, как напоминание о том, насколько близок я был тогда к гибели.

Стоило мне пошевелиться, как Лилия тут же подняла голову. Её глаза радостно вспыхнули, когда она заметила, что я наконец очнулся.

— Милорд, Аларик… — её голос был чуть осипшим от долгого молчания, но в нём было столько облегчения и тепла, что я невольно улыбнулся.

— Ага… — кивнул ей в ответ, чувствуя, как с каждым мгновением возвращается сознание. И перевёл взгляд на Рурика с Цаплей, которые мгновенно замерли, увидев, что я пришёл в себя. Вид у них был такой, будто они не могли поверить собственным глазам.

Старик тут же оказался рядом, его лицо выражало смесь облегчения и волнения.

— Господин, что с вами случилось⁈ — спросил он.

— Поскользнулся, — выдавил я из себя с кривой улыбкой. Не было смысла рассказывать, что я почти потерял жизнь в схватке с оборотнем. Не сейчас.

— Сколько я был… без сознания? — спросил я, попытавшись подняться. Но сразу почувствовал, как тело мое протестует. Мышцы словно окостенели от длительного бездействия.

— Почти неделю, милорд, — тихо сказал Цапля, почтительно поклонившись. — Мы очень беспокоились за вас. Мы с Руриком по очереди дежурили у вашей постели… — голос пацана заметно дрожал.

— Спасибо, ребята, — кивнул я.

Я осторожно опустил ноги на пол, и боль прошла новой волной по всему телу. Будто все мышцы одновременно свело судорогой, а суставы заныли, напоминая о том, как долго я лежал без движения. Лилия тут же подала мне кружку с водой, и я жадно выпил все до дна, чувствуя, как освежающая жидкость смывает сухость из горла.

Как только я привёл себя в порядок и начал расспрашивать Рурика о последних событиях, корабль внезапно огласили крики.. Сначала один голос, потом другой и, наконец, вся палуба наполнилась единым радостным возгласом, который эхом разнесся по всему судну.

— Земля!

— Земля! Мы прибыли!

— Вот они, Плавающие острова!

Глава 12

Опираясь на плечи Рурика и Цапли, я с трудом поднялся на ноги. Голова слегка кружилась, но я заставил себя сосредоточиться, направив элемент по всему телу. Почти полностью опустошил внутренний источник. Мне нужно было вернуть контроль над своими силами, и как можно быстрее. Я чувствовал, как магия, заполняющая моё тело, уже расщепляется, становясь элементом, который оживлял меня, проникая в каждую мышцу, каждый нерв…

Рурик быстро собрал наши вещи, Цапля ему помогал. Лилия, увидев, что я наконец-то поднялся, протянула мне костюм — зеленую униформу, которая считалась обязательной для Плавающих островов. Она методично натягивала на меня приталенную одежду, делая это с таким вниманием, словно это был какой-то важный ритуал.

Парни мои тоже переоделись, и потом мы вышли, чтобы дать возможность нарядиться девушке.

— Будьте осторожны! — предупредил я Рурика и Цаплю, когда мы готовились выйти на палубу.

— Конечно, милорд, — кивнул мне Рурик, напоследок окинув взглядом наши вещи.

Виктория… Где она сейчас? Я всё еще не мог выбросить из головы события той ночи на палубе. Слишком многое оставалось непонятным в наших отношениях, и неясность этих связей изрядно меня беспокоила.. Что от неё можно ожидать дальше?

Лилия тем временем уже закончила одеваться.Её синий костюм, лишний раз подчеркивающий стройность фигуры, придавал ей строгий, почти аристократический вид. Мы выгрузили наши вещи на палубу, где свежий морской ветер быстро привел меня в себя. И, вдыхая холодный, соленый воздух, я чувствовал, как быстро возвращаются ко мне силы…

Большинство пассажиров, как и мы, уже выбрались из своих кают, чтобы увидеть Плавающие острова. И ожидания оправдались — это зрелище действительно того стоило.

Эти огромные куски земли казались древними оторванными от реальности скалами, величественно дрейфующими по холодным водам бескрайнего моря. Словно гигантские живые ледники, они плыли медленно, но непреклонно, к какой-то скрытой за далью цели, которая была известна только им одним.

Гигантские каменные обрывы, поросшие тёмными хвойными лесами, возвышались над морем. Острова то скрывались в густых серых облаках, нависших над ними, то появлялись вновь. Даже вода была чёрной, холодной, суровой, волны монотонно бились о каменные утёсы. Из-за постоянного движения островов всё пространство вокруг казалось живым, дышащим, готовым к переменам.

— Обалдеть… — выдохнул один из матросов рядом со мной, глядя на это зрелище сквозь прищур. — За два месяца ушли почти на триста километров!.

«Почти триста километров?» — мысленно повторил я. Если это правда, то неудивительно, что наша страна так и не смогла их покорить. Как можно покорить землю, если ты даже не знаешь точно, где она находится?

Береговую линию этих колоссальных островов можно было сравнить с теми суровыми фьордами, которые я видел в одной из своих прошлых жизней, теми дикими краями, где природа не знала границ. Острые скалы обрывались в морскую гладь, образуя скрытые бухты и заливы. Место было суровое и холодное, но по-своему захватывающее.

— Как… — начал было Цапля, не в силах подобрать слова.

— Красиво! — закончила за него Лилия, восхищённо всматриваясь вдаль.

Именно это слово вертелось в головах у всех, кто впервые видел Плавающие острова. Толпа на палубе разделилась на две части: одни переговаривались, восхищённо указывая на далекие берега, другие же молча вглядывались в это чудо природы, словно боялись потревожить его неосторожным громким словом.

Краем глаза я постоянно следил за тем, не появится ли Виктория. Где она? Что замышляет? Но, к моему удивлению, её нигде не было видно.

Тем временем с судов, охранявших границу островов, к нашему кораблю направились несколько лодок. Капитан дал строгие указания всем пассажирам: не дергаться, вести себя спокойно и отвечать на заданные вопросы. А кто не послушается — капитан кивнул за борт, намекая на альтернативу.

Через двадцать минут на палубу поднялись десять морских стражников. Эти люди выглядели так, будто всю жизнь провели в море, обдуваемые холодными ветрами. Впрочем, скорее всего именно так все и было. Суровые обветренные лица, густые бороды, тёмные волосы, пронизанные седыми прядями.

Каждый из них держал за поясом меч, а в руках мушкет. Они привычно начали обход судна, неторопливо и очень внимательно осматривая каждого пассажира. Их глаза блестели сталью.

Когда двое стражников остановились около нас, их взгляды, казалось, пронзили меня и моих спутников насквозь. Один из них пробасил, не утруждая себя церемониями:

— Кто такие? Зачем пожаловали?

— Маркиз Аларик Рэйвен, — спокойно ответил я, протягивая документы. — Вот наши бумаги.

На мгновение меня охватила досада — я совершенно забыл про документы на Цаплю и Лилию. Стражники неспешно проверяли мои бумаги, иногда переглядываясь между собой и негромко переговариваясь. Особое внимание они обратили на документ, в котором упоминалась моя дипломатическая миссия. Они ещё раз посмотрели на меня, а затем перевели взгляды на Цаплю и Лилию.

— А эти кто? — грубо указал пальцем один из них.

— Мои слуги, — холодно ответил я. — Я купил их перед отплытием. Документы ещё не успел восстановить.

Один из стражников, с ухмылкой глядя на Лилию, не стеснялся разглядывать её сверху вниз, скользя взглядом по фигуре.

— Девка-то ладная, — ухмыльнулся он. — Таз крепкий, долго сможет послужить.

— Да уж, если ещё и целка, то выгодно продать можно, — добавил второй, не скрывая мерзкого любопытства.

Всё это было для меня последней каплей. Я сжал рукоять меча, готовясь действовать. Мои глаза сузились, в голосе зазвучал холод.

— Вы, похоже, не совсем поняли мои слова, — перебил я их. — Она моя, как и пацан. Они сопровождают меня в этой миссии.

Первый стражник лишь махнул рукой с ленивой усмешкой:

— Плевать. Документов нет — значит, они ничейные.

Моя рука крепче сжала меч, напряжение повисло в воздухе. Но я знал, что прямое столкновение сейчас будет бессмысленным Даже если удача окажется на моей стороне.

— Для меня это важно, — прорычал я, убирая руку с меча.

— Ну и следи за своими зверюшками! — ухмыльнулся один из стражников. — Если их поймают без хозяина, они получат рабское клеймо, и ни ты, никто другой уже ничего не сможете сделать.

— Обязательно, — процедил я сквозь зубы.

Стражник чуть приблизился ко мне, бросив на прощание:

— И ты, маркиз… как тебя там… Не замёрзни! Ваши тут вечно дохнут, как мухи.

— Учту, — ответил я, с трудом сдерживая злобу.

Лилия держала меня за руку, её пальцы дрожали, а глаза были опущены. Я буквально чувствовал её страх. Мысль о рабском клейме и судьбе, уготованной для таких, как она, тревожила её сильнее, чем она могла показать. Цапля, спрятавшись за Рурика, словно язык проглотил. Весь его вид говорил о том, что ему совершенно не по нраву перспектива быть чьей-то игрушкой.

Когда стражники закончили проверку пассажиров, наш капитан передал им мешки, набитые деньгами. Когда островитяне отплыли, я подошел к нему и поинтересовался:

— Кто они такие?

Капитан с неохотой и плохо скрытым раздражением ответил:

— Охрана. Собирают мзду с тех, кто подплывает к островам. Они тут главные, все их слушаются.

— А что дальше? — я указал на острова.

— Будет ещё одна проверка. Настоящая…

Я не ожидал, что к островам мы подойдём только через два дня. Течения упрямо сносили нас в сторону, а сами острова будто бы ускользали, уводимые ветром и морем. Корабль боролся с натиском ветров и постоянно менял курс. Но вот, наконец, впереди показалась гавань.

Строения вдоль берега выглядели суровыми, как и сама природа этого места. Одноэтажные, низкие, они были обиты досками, которые выглядели так, словно их били ледяные ветра десятки лет.

Крыши были скатные, острые, специально спроектированные для того, чтобы снег и лед не задерживались на них надолго. Кораблей в гавани было немного, и сам флот казался спрятанным где-то за горизонтом.

Мы сошли на берег уже под покровом ночи. Земля казалась холодной даже сквозь подошвы наших сапог, и ощущение качки не торопилось нас покидать. Лилия держалась рядом, боясь потеряться. Цапля предпочитал прятаться за нашими спинами, нервно поглядывая на окружающих.

Мы двинулись к воротам в шеренгу, шаг за шагом приближаясь к скалам и обрывам. Эти ворота были единственным проходом вглубь острова, и охраняло их множеством стражников.

Их было действительно много — сотни вооружённых до зубов людей. Одеты они были в некую смесь доспехов и шкур. Каждого входящего останавливали и отводили в сторону с оружием наготове.

Проверяли документы, личные вещи. Удивительно, что весь процесс шел методично, хотя и медленно. Тем не менее, очередь постепенно продвигалась, и вскоре мы оказались где-то в ее середине, стоя под ледяным ветром, пробирающим до самых костей.

Клубы пара вырывались изо рта, а ветер, словно резак, проникал в каждую складку одежды. Пришлось достать плащи и надеть их, защищаясь от этого безумного холода.

Когда мы приблизились к воротам, я обратил внимание, что уже трое их тех, кто шёл перед нами, не были пропущены за ворота. Не объясняя ровным счетом ничего, им приказали покинуть стены города и ждать за его пределами дальнейших распоряжений. Стражники, словно машины, сопроводили тех людей в сторону от общей очереди, дожидаться своего возвращения на родину. Никто даже не поинтересовался, есть ли у них деньги на обратный билет или провиант, чтобы не умереть от голода на обратном пути.

Наконец подошла наша очередь. Я шагнул вперёд, и передо мной оказались те же стражники с суровыми лицами и оружием наготове. Достал бумаги и передал их мужику в шубе. Он взял мои документы так, будто это было туалетная бумага, которой в этом мире еще не придумали.

Стражник в шубе, явно не обладая светскими манерами, недовольно сморщился, прочитав о моей миссии. Своего презрения он не скрывал, но тем не менее ничего не сказал. Вместо этого его люди начали тщательно проверять мои вещи. Они разворачивали мешки, осматривали золото, изучали оружие.Скрывать мне было нечего, кроме пузырька с кровью Виктории, но он, к счастью, остался незамеченным.

— Кольцо, — неожиданно проронил мужчина в шубе, не отрывая глаз от моих вещей. — Купи его сразу, или у тебя будут проблемы.

— Хорошо, — коротко кивнул я, внутренне скрипя зубами от бесцеремонности стражников.

Моя злость нарастала с каждой минутой, но я, разумеется, сдерживался. Здесь нельзя было устраивать сцены, несмотря на грубость этих людей. Даже обращения на «ты» было, кажется, здесь нормой, и я не хотел привлекать к себе лишнее внимание, устроив скандал.

— Со мной ещё один свободный человек, — сказал я, кивнув на старика. — Рурик Рэйвен. И двое слуг. Тот пацан и девушка. Документов на них нет. Я…

— Хороша, — перебил меня стражник, нагло пялясь на Лилию. Он медленно облизнулся, словно присматривая товар на рынке. — Сто фунтов за неё дам, и пятьдесят за сопляка.

— Нет, — отрезал я, сохраняя ледяное спокойствие. — Не интересует.

— Ладно… — его лицо расплылось в усмешке. — Триста за девку и сто за пацана.

Моя рука медленно опустилась к рукояти меча. Я почувствовал, как напряжение сдавливает меня. В воздухе повисло молчание, но я знал, что открытая драка здесь — самоубийство.

— Они не продаются, — скрипнул я зубами, напряжённо наблюдая за выражениями их лиц.

— Совсем? — стражник прищурился, его взгляд становился всё более пронзительным.

— Совсем, — повторил я, не отводя глаз.

Он лишь усмехнулся и махнул рукой, как будто смирился с моим решением.

Тем временем его люди начали осматривать Рурика, а затем и Цаплю. Каждый из них подвергся тщательной проверке, но когда настала очередь Лилии, стражник в шубе подошёл лично.

Он начал осматривать её с усердием, которое явно выходило за рамки обычного досмотра. Его руки скользили по её карманам и одежде, словно он искал нечто большее, чем запрещенные для провозу предметы. Лилия мужественно держалась, опустив взгляд.Я наблюдал за этим фарсом, крепко сжав кулаки,едва заметным кивком дав ей понять, что она молодец и скоро всё закончится.

— Мы можем идти? — наконец спросил я, надеясь, что этот мучительный процесс был завершён.

— Подожди! — грубо оборвал меня стражник. — Нужно сделать документы. Они ведь ничейные.

— Они мои! — рявкнул я, протягивая руку Лилии. Она, не задумываясь, подошла ко мне и встала за спину, как будто ища защиты.

Я внимательно осмотрел окружающих. Половина охраны — маги, другая — ведьмаки. И все они как-то уживаются, несмотря на свои различия. Обычных людей здесь не было и в помине. Оборотней я тоже не чувствовал.

Не думал, что еще целый час придётся ждать документы, подтверждающие статус моих спутников. Минуты тянулись бесконечно, ветер пронизывал до костей, но в конце концов мне вручили свитки, в которых говорилось, что Лилия и Цапля могут находиться на Плавающих островах свободно, однако с одним условием — они рабы без хозяина.

— Лучше не выпускай их одних, — посоветовал стражник, — иначе заберут. И всё! Плевать на их одежду и статус. Первая же проверка — и нет их.

Стараясь не показать своего раздражения, я сложил наши вещи, несмотря на то что ледяной ветер норовил вырвать мешки из моих рук. Деньги, к счастью, не тронули, но во всем остальном покопались основательно.

Оружие тоже подвергли пристальному осмотру. Особое внимание привлек мой меч — они проверили его каким-то артефактом, и клинок засветился ярко-красным светом.

— Продаёшь? — на меня бросили оценивающий взгляд.

Я даже отвечать не стал, лишь кивнул, едва сдерживая гнев, и убрал меч обратно. Моей задачей было попасть на эти острова, а не вступать в конфликт при первом же недовольстве. Столько времени и усилий было потрачено, чтобы наконец-то оказаться здесь!

Мужчина, который проходил проверку вместе с нами, поделился со мной информацией:

— В городах всё более прилично. Это на воротах, служат самые отмороженные, — в его словах слышалась смесь горечи и страха. — Лучше не задерживайся здесь — нанимай фургон и отправляйся в первый же крупный город. Делать тут особо нечего…

Мы двинулись дальше. Наша небольшая группа продвигалась по узкой дороге, окружённой стражей. Вскоре появилось небольшое поселение, состоящее из ряда маленьких домиков, из труб которых лениво валил густой дым.

Я осматривался в поисках хоть какой-нибудь повозки или телеги, но ничего похожего заметно не было. Никаких признаков подходящего транспорта.

Чуть дальше начинался лес, мрачный и серый. Я отправил Рурика разведать у местных, как можно добраться до ближайшего города, и вскоре стало понятно, что никто здесь не горит особым желанием нам помогать. Местные, едва завидев нас, молча отворачивались и уходили, не удостоив даже кратким ответом. Хмурые лица, опущенные взгляды…

Мы потратили два часа на попытки выяснить хоть что-то. Оказалось, что ближайшие фургоны отправятся только днём. А сейчас нам всем было лучше искать укрытие — ожидался сильный ветер. Как они это поняли, я не знаю, но буквально через полчаса он нас настиг.

Ледяной и яростный. Он пронзал насквозь, неся с собой мелкие снежные зерна. Снег, сначала робко, а затем всё сильнее завихрялся в воздухе. Он бил в лицо, хлестал по одежде. С каждым порывом казалось, что холод пробирается всё глубже, сковывая все тело, и даже магический элемент перестал с ним справляться. Я видел, что моих спутников начала пробирать дрожь, зубы их выстукивали нескладный ритм.

Пришлось срочно искать укрытие. После нескольких безуспешных попыток кто-то из местных, стараясь не смотреть нам в глаза, посоветовал поговорить с одной старушкой. Выглядела как божий одуванчик, но, несмотря на добродушный вид, цена за ночлег оказалась слишком высокой — пятьсот золотых. Но спорить я не стал и согласился — усталость и холод взяли верх над экономностью.

Но как только мы приблизились к её скромному дому, что-то заставило меня насторожиться. Среди снежной завесы, чуть в стороне, я заметил знакомую фигуру. Это был тот самый мужчина в шубе, который вел проверку на границе. С ним было пятеро стражников, и они явно шли за нами.

Лилия и Цапля сразу переместились за наши с Руриком спины. Я крепче сжал рукоять меча, готовясь к возможной драке. Рурик, без лишних слов, взял свою алебарду в руки, его мышцы напряглись в ожидании.

— Эй, маркиз! — раздался грубый голос. Мужик в шубе ухмыльнулся, приблизившись на несколько шагов. — Ты уже нашёл место для ночлега? У меня есть предложение получше. Оставь девку на ночь — и проблем не будет.

Я медленно развернулся, стараясь ничем не выдать своего гнева.

— Уже нашёл, — отрезал я, не желая ввязываться в этот разговор.

Мужчина прищурился, его ухмылка стала шире. Он подошёл ближе.

— Ты не понял, — его голос стал угрожающим. — Это не предложение…

Глава 13

Я развернулся и посмотрел на их предводителя, того самого мужика в шубе, что настаивал на своём. Он явно считал себя местной шишкой, но мне было плевать.

— Тебе чего нужно, мужик? — процедил я, уже готовый к драке, но ещё держа контроль над ситуацией.

— Девку, — снова указал он на Лилию, его губы растянулись в отвратительной ухмылке.

— Видимо, ты либо тупой, либо глухой, — больше не сдерживаясь, я плюнул ему под ноги, — а может, и то, и другое. Хотя, судя по твоему виду, ты себе уже всё там отморозил.

Мужик прищурился, его приспешники начали двигаться, медленно окружая нас.

— Тебе ведь ещё нужно добраться до Нордхейма, — он начал говорить, словно давая время своим людям взять нас в кольцо. — Без регистрации тебя тут и нет. А что значит — нет? Да значит, что тебя никто искать не будет.

— Ух, угрозы, — бросил я с усмешкой, скидывая плащ с плеч. Ветер сразу обдал ледяным холодом, но в этот момент он мне уже не мешал. — Так ты только болтать будешь или дёрнешься на меня?

Мужик в шубе прищурился, и вот-вот должно было прозвучать его «убей», но я уже не ждал. Мой меч выскользнул из ножен, и вьюга, казалось, только усилила свист лезвия в воздухе.

Я бросился на них первым, сметая двоих, стоящих впереди, словно они были просто фигурками. Клинок врезался в плоть с оглушительным треском, что-то лопнуло, и кровь брызнула в воздухе. Первый стражник рухнул на землю, его глаза остекленели ещё до того, как тело коснулось замёрзшей земли.

— Он маг! — заорал второй, но его крик тут же прервался, когда я нанёс следующий удар. Я позволил энергии течь по лезвию меча, и оно вонзилось в него с такой силой, что разорвало тело пополам, как если бы я разрезал пергамент.

Вьюга завыла ещё сильнее, кровь врагов, вырвавшись наружу, мгновенно превращалась в пар, смешиваясь с ледяными вихрями. Оставшиеся трое, увидев, как легко я расправился с их товарищами, замерли, не решаясь сразу броситься вперёд. Но им деваться было некуда — они уже окружили нас.

Один из них сделал шаг ко мне, его меч врезался в моё оружие, и глухой звон разнёсся по округе. От удара мне пришлось откатиться, парень оказался сильнее, чем я думал. Их клинки не разлетелись на куски, как я ожидал. Оружие островитян выдерживало даже удары, заряженные элементом и магией. Это означало одно: бой затянется.

Я отпрыгнул назад, избегая следующего удара, но тут же врезался в другого противника, что атаковал с другой стороны. Их мечи сверлили воздух, а я чувствовал, как каждый блок отдавался в руках болью. Эти ребята знали своё дело. Не какие-то деревенские ополченцы. Но это их не спасёт.

Они снова атаковали одновременно, и на этот раз я позволил себе выпустить элемент в полную силу. Мой клинок засиял, и, когда оба меча ударились о моё лезвие, магия буквально рассекла их оружие, как горячий нож масло. Первый упал, ошеломлённый тем, что остался без клинка, а второй тут же получил удар в грудь — мой клинок рассёк его доспех, словно его и не было, разрывая плоть и кости.

Оставшийся стражник, увидев, как его товарищи падают один за другим, взревел от ярости и бросился в последний отчаянный прыжок. Его замах был силён, но не точен. Я легко ушёл с линии атаки и, поднырнув под его руку, полоснул его по ногам. Парень рухнул на землю, а я, не теряя времени, завершил дело, одним движением отправив его вслед за остальными.

Пар от ещё горячей крови взвился в воздухе, смешиваясь с вьюгой. Тишина накрыла нас, только ветер, казалось, выл громче обычного. Я стоял среди трупов, а кровь на земле превращалась в ледяную корку под ногами.

Обернулся на Лилию и Цаплю — бледные. Вроде бы хочется отвести взгляд от тел, но не могут. Ведьма оскалилась и посмотрела на мужика в шубе. Рурик шагнул ко мне, сжимая алебарду.

— Всё? — коротко спросил он, оглядываясь по сторонам.

Я кивнул, отряхивая кровь с меча.

— Ещё один самоуверенный баран… — пробормотал я, вытирая кровь с клинка.

— Ты, щенок, возомнил не весь что о себе! — рявкнул мужик в шубе, схватив свой меч. Его лицо исказилось от ярости, мышцы напряглись, и казалось, что вот-вот его глаза лопнут от ненависти. — Да я тебя…

Не успел он договорить, как выхватил оружие, его клинок засверкал, покрытый странными рунами. Это был магический артефакт и он активировался в его руке. Достаточно быстро в этом я разбираюсь. Мужик — маг, и судя по его виду, далеко не слабым.

Я сдержанно усмехнулся, разминая кисти рук и крепче сжимая рукоять своего меча. Ветер снова завыл, подхватывая снежные хлопья и превращая их в ледяные иглы, но в этот момент вся сцена будто замерла.

— Давай, покажи, что умеешь, — бросил я, принимая стойку.

Мужик в шубе, не тратя времени на разговоры, рванул вперёд. Его клинок взвился в воздухе, и я ощутил, как на меня начала сгущаться магическая энергия. Он был неплох, но я решил сыграть на его самоуверенности. Вместо того чтобы сразу выпустить весь потенциал своего меча, я отступил и начал аккуратно парировать удары.

Сначала всё было довольно стандартно: его меч с глухим звоном встречался с моим. Искры летели в воздухе от столкновения клинков. Но каждый его удар был подкреплён магией — в каждом движении ощущалась мощь, которую он вливал в своё оружие. Тяжесть его атак отдавала болью в руках.

— Думал, что сможешь просто так убить моих людей? — прорычал он, усиливая напор. — Ты не понимаешь, куда попал!

— Как раз понимаю, — усмехнулся я, уходя вбок и подставляя меч для очередного парирования. — И хотел бы посмотреть, что ты ещё умеешь.

Я видел его магический источник, который пульсировал ярким светом в его груди. Этот тип был серьёзным противником, и если бы не мой меч, который мог впитывать магию и элемент, ситуация могла бы закончиться не в мою пользу.

Его атаки становились всё более агрессивными, и в какой-то момент он резко отступил, поднимая меч над головой. Магическая энергия вокруг него сгустилась, воздух буквально зашипел, как если бы сам ветер отступал перед его мощью.

— Довольно! — прорычал он и ударил мечом о землю.

Взрывная волна магии рванула в мою сторону. Ледяной ветер усилился в десятки раз, словно вокруг меня вдруг началась буря. Я отшатнулся назад, выпуская элемент через своё оружие, чтобы успеть защититься. Мой меч засветился ярким синим светом, поглощая часть этой силы.

Уровень его энергии рос, и я чувствовал, что если продолжать играть в оборону, ситуация может стать опасной. Решил, что пора переходить в атаку.

Я позволил элементу вытечь из моего меча, и в тот же миг моё лезвие превратилось в светящийся маяк. Его магия, ударившая в меня, теперь отражалась обратно. В воздухе послышался странный звук, когда мои силы столкнулись с его.

— Удивлён? — бросил я, когда его волна магии иссякла. — Не всё так просто, да?

Он рычал, явно не ожидая такого сопротивления. Я продолжал двигаться, двигаясь вокруг него. Теперь моя очередь.

Я сделал выпад вперёд, и наш клинки встретились снова. Но на этот раз я больше не удерживал силу внутри меча. Элемент полыхал ярким светом, наполняя оружие силой. Его клинок, который раньше выдерживал мои удары, начал трещать под напором.

Мужик отступил, его взгляд стал лихорадочным. Он снова попытался нанести мощный удар, вливая в него всю оставшуюся магию, но я уже был готов. Я выпустил магический заряд через своё лезвие, и оно прорезало его клинок, как нож масло. Оружие мага треснуло пополам, а он сам рухнул на землю.

Я не дал ему шанса встать. Вскочив на него, я направил свой меч вниз и вонзил его в грудь противника, заставив его закричать от боли. Лезвие пробило его плоть, разрушая магический источник, который пульсировал в его теле. Мужик захрипел, и из его рта хлынула кровь.

— Ты… ты, ублюдок… — прохрипел он, его голос срывался. — Как ты…

— Просто везение, — усмехнулся я и выдернул меч, позволяя его телу обмякнуть.

Кровь обильно стекала с лезвия моего клинка, образуя лужу на замёрзшей земле. Мужик сделал последний вдох и замер, а я медленно встал, стряхивая остатки его крови на землю.

Рурик несколько раз порывался вмешаться, видимо, опасаясь, что я не справлюсь один. Но я жестами остановил его. Не было необходимости, ситуация была под контролем.

Цапля, следуя инстинктам, прикрыл Лилию своей спиной, выставив перед собой меч. Он был напряжён, но держался уверенно, готовый к любому повороту событий. Именно такого поведения я от них и ожидал.

Теперь передо мной стоял другой, куда более сложный вопрос: какой итог может последовать за тем, что я так откровенно продемонстрировал свою силу?

Местные жители медленно повылезали из своих скромных домиков, словно тени, привлечённые звуками сражения. Вместо того чтобы вызвать подкрепление или вступить в драку, они просто наблюдали. Казалось, что кровавое зрелище их забавляет или, по крайней мере, не вызывает в них ни страха, ни негодования.

Я ожидал, что кто-то, возможно, решит вмешаться, позвать стражу, но ничего такого не случилось. Они просто стояли, словно стая голодных волков, наблюдающих за хищником, который только что убил своих конкурентов.

И когда всё закончилось, люди устремились к телам. Трупы не пролежали и нескольких минут, как местные начали рыскать по ним, словно сороки, забирая всё ценное. Я услышал тихий шёпот о «здоровом мясе» и «хорошей шубе». Ни капли уважения к погибшим.

Мы же, не задерживаясь, отправились к домику старушки, что предложила приют за 500 золотых монет. Когда вошли внутрь, нас сразу окутало приятное тепло. Треск дров в каменной печи был как музыка для моих ушей.

Ветер и холод остались за дверью, а я чувствовал, как мои застывшие от холода руки и ноги начинают понемногу согреваться. Красные щеки говорили о том, что мои спутники тяжело переносили мороз.

— Ты, давай, помогай! — раздался хриплый голос старушки. Она смотрела на Лилию с неумолимой суровостью, но в её тоне не было злобы, скорее, просто привычка командовать. — Вон та комната, там одна кровать. Постели для своего хозяина. А вы ляжете тут, у печи.

Лилия, не споря, пошла выполнять приказ, бережно разложив постель в небольшой комнатушке. Каморка была крохотной, с низким потолком, но кровать выглядела удобной. Её деревянные ножки скрипели, а соломенный матрас выглядел плоским, но после событий сегодняшнего дня, это место казалось мне настоящим раем. Старушка, Сивейя Бьёрндоттир, предложила нам ночлег, и это было лучшее предложение, чем морозная ночь на улице.

Рурик и Цапля остались у печи, где на полу лежала простая солома. Тепло от каменной печи делало их ночлег более чем приемлемым. Я видел, как их лица расслабились, как напряжение сражения медленно покидало их. Даже Лилия, которая вначале была напряжена, теперь работала с привычным рвением. Она топила печь, носила воду, помогала старушке, а её руки уже не дрожали.

— Мягкая девка у тебя, — бросила Сивейя с хрипловатым смехом, наблюдая, как Лилия ловко управляется с дровами и кувшином воды. — Руки-то у неё не для работы, привыкла к другому.

— Она много умеет, — сухо ответил я, стараясь удержать разговор в рамках. Мне не хотелось сейчас привлекать лишнее внимание к Лилии, да и к себе тоже.

Наконец, когда все начали клевать носом от тепла и усталости, я понял, что нужно задать важные вопросы. Сивейя, хоть и казалась простой старушкой, явно знала больше, чем показывала.

— Сивейя, — начал я, усаживаясь поближе к огню, — скажите, а что за люди охраняют этот проход? И что за порядки на Плавающих островах? Как мне обойтись без лишних неприятностей?

Старушка тяжело вздохнула, поправляя на голове тёплый платок. Её старые глаза блестели в свете огня, а лицо исказилось в задумчивости.

— Здесь не место для слабых, — заговорила она наконец. — Эти земли не для вас, южан. Холод и ветер могут убить, но настоящая угроза — люди. Или то, что они стали. Охрана… — Она крякнула, словно презирая даже само упоминание о них. — Это те, кто обжился в этих краях, те, кто продал свои души за выживание. Ты видел их глаза? Нет в них ни жалости, ни страха. Они все такие. Сильные, безжалостные. Звери в человеческой шкуре.

Она замолчала, а затем добавила:

— Здесь всё покупается. Если у тебя есть золото — будешь жить. Нет золота — лучше сразу бросься в море. И будь осторожен, на этих островах всегда есть кто-то сильнее тебя.

— Я понял, — кивнул я.

— И ещё есть одно правило, — добавила старушка, взглядом окидывая моих спутников. — Ночью… Сидеть дома. Сильные ветра тут, унесут в тьму. Умрёте — никто и не найдёт. Я не шучу.

Тон её голоса не оставлял сомнений, что она говорила не просто о погоде. Вот только меня сейчас интересовало только одно. Изнанка… Наконец-то я тут. Спросил про то что случилось на улице.

Мне ответили, что Роген сам пошел на меня. Использовал свою возможность и бросил вызов, но сделал это грязно, взял еще людей. Нет чести. Поэтому все стояли и смотрели. Если бы я ему вызов бросил и победил его. Ситуация развивалась бы по-другому. Криво улыбнулся и кивнул.

Бабушка попросила деньги сразу, подчёркнуто сухо, заявив, что утром мы будем слишком заняты и торопливы, чтобы вспомнить о плате. Меня это не удивило. Никогда не чувствовал за собой долгов. Кроме Эребы…

Здесь, на Плавающих островах, каждый думает только о своём выживании. Я попытался вытянуть у неё ещё немного информации, но бабушка отрезала все попытки. Встала и молча ушла в свою комнату, закрыв за собой массивную дверь и заперев её на несколько замков, будто от кого-то пряталась.

Рурик и Цапля не стали ждать приглашения — они улеглись у печи, и буквально через несколько минут начали храпеть. В их усталых лицах читалось облегчение — тепло и мягкая солома были роскошью после таких холодных ветров. Я не стал задерживаться. По моим подсчётам, времени на сон у нас было совсем немного, и чем быстрее я отдохну, тем лучше.

Я вошёл в комнату, которую Лилия успела уже подготовить. Внутри было тепло и сухо, несмотря на холодный ветер, что завывал за окном. Тело ныло от напряжения и усталости, и стоило мне стянуть часть одежды, как я тут же рухнул на кровать, чувствуя, как усталость накрывает с головой. Глаза сами собой закрылись.

Спустя несколько минут, Лилия подошла ко мне и тихо, как тень, попросилась лечь рядом. Я едва кивнул — спорить с ней не было ни сил, ни желания. Пусть будет рядом. Мысли спутывались, и я отключился, погрузившись в тяжелый, почти без сновидений сон.

Но вскоре меня разбудил звук. Это был вой. Один, затем другой, и вскоре я услышал целый хор, который заполнил собой тишину ночи. Ветер словно усиливался от их звуков, завывая вместе с этими жуткими голосами. Они были повсюду.

Оборотни. Их было слишком много, чтобы игнорировать. Я осторожно открыл глаза, стараясь не разбудить Лилию. Она спала крепко, словно ничего не слышала.

Я перевёл своё духовное зрение, чтобы понять, что происходит снаружи. И картина была ужасающей: десятки… Нет, сотни оборотней окружали посёлок. Сильные, быстрые, с неестественно искажёнными природными источниками. Среди них были как чистокровные, так и укушенные.

Они двигались вокруг дома, проскальзывая между строениями. Две огромные твари, которые, судя по всему, были чем-то вроде лидеров. Их ауры были настолько мощными, что подавляли всё вокруг.

Я сжал рукоять меча, глядя в ту сторону, где они остановились прямо напротив нашей комнаты. Они стояли у стены, замерев на мгновение, а затем начали скрести когтями по дереву…

Я ждал, сосредоточившись на звуках и ощущениях. Лилия по-прежнему не подавала признаков беспокойства. Даже Рурик и Цапля в соседней комнате спали спокойно, не реагируя на этот жуткий хор ночи.

Глава 14

Мне удалось уснуть только под утро. Не знаю, что это было, но твари просто ходили вокруг домов и издавали страшные звуки — скулили, выли, скреблись. Однако я не слышал, чтобы они на кого-то напали.

Утром я встал с постели сразу же, как услышал шаги старушки за дверью. Она тихо вышла из своей комнаты и принялась за домашние дела. Я же осторожно, чтобы не разбудить Лилию, подошел к двери и проследовал туда, что считалось здесь кухней.

— Что, не спалось, милок? — спросила старушка, поджав губы.

Я уселся за стол, ещё не до конца проснувшись,и принялся выстукивать пальцами по его поверхности неровный ритм.

— Не сработало на меня твоё колдовство, — ответил я с невольной усмешкой, вспоминая, как крепко спали все остальные.

— Прости, — улыбнулась она беззубым ртом. — Но зато твои хоть отдохнули.

— А почему я не спал? — спросил я.

Старушка отпила что-то горячее из кружки.

— Хороший вопрос… — медленно кивнула она, не спеша подбирая слова. — Видишь ли, это стая. Она приходит вместе с ветром, как и много чего ещё в этих землях. Куда дует ветер, туда идут и они. И вот сейчас, видимо, решили обосноваться у нас…

Она поставила передо мной кружку с отваром, от которого исходил мягкий, травяной аромат. Я сделал осторожный глоток. Напиток оказался вполне себе ничего — весьма неплох… Приятно согревал горло, придавал бодрости.

— А почему никто не пытается разобраться с ними по ночам? — спросил я, заинтересовавшись. Эти твари ходят у вас прямо под носом, так неужели никто не пробовал дать им бой?

Сивейя вздохнула и пододвинулась ближе к огню.

— Пробовали… Но все попытки заканчивались одинаково. Только смерти и куски мяса на улицах. Как только армия приходит — стая исчезает. Она уходит с ветром. Сейчас, говорят, армия снова движется сюда. Но к тому моменту, когда они прибудут, оборотни уже будут далеко.

— И давно это началось? — спросил я.

— Год назад, а может больше… Не знаю, — она пожала плечами. — Как только Изнанка открылась, так сразу и эта беда началась. Сначала пытались искать причины, а теперь просто смирились.

Я молча кивнул, делая ещё один глоток. Голову захлестнули мысли. Рэйскрофт прав: Изнанка здесь явно разрывается на части, но почему её твари прут именно в эти земли? Почему здесь? Ведь в нашей стране они почти не появляются, хотя Изнанка есть и у нас.

— Твои зверюшки… — вдруг сказала Сивейя, глядя на меня острым взглядом. — Следи за ними. Ведьма ладная, её заберут у тебя, дай только повод. Да и пацан… Источник в нем чувствуется. А вот старик… — она посмотрела на меня с интересом. — С ним будь поосторожнее!

Я нахмурился, на мгновение задумавшись. Потом спросил, склонив голову на бок:

— Почему?

— Взгляд у него тяжёлый, — ответила она, выставив руки поближе к огню. — Видела я таких на севере, когда была моложе. Люди говорили, что они дикие, поклоняются природе, жертвы приносят за силу. Это ни магия, ни колдовство, а что-то древнее… Как их там называли? Дудиды, что ли? Да, кажется, так…

Улыбка промелькнула у меня на лице. Старику явно приписывали что-то, что было слишком далеко от его нынешнего состояния. Если бы у Рурика была сила, о которой говорила Сивейя, то он не оказался бы в рабстве у моего отца, и не был бы в таком плачевном состоянии, когда я его встретил.

В этот момент дверь скрипнула, Рурик вошёл в комнату вместе с Цаплей… Оба выглядели немного сонными, и старушка налила им своего бодрящего отвара. Лилия уже закончила умываться и вскоре тоже присоединилась к нам, отряхивая руки. Когда со скромным завтраком было покончено, я вновь поблагодарил Сивейю за ночлег. Потом мы наконец вышли на улицу.

Морозный воздух тут же ударил в лицо, обжигая кожу. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы заставить организм привыкнуть к этому холоду. Мы все накинули свои плащи, плотнее их запахнули.

— Вам вон в ту сторону… — Сивейя показала рукой в сторону леса. — Там найдёте тех, кто продаст вам билет до Нордхейма. Но торопитесь, день начинается, а дороги тут… Холодные!

Мы двинулись в путь в направлении, указанном старушкой. Шли долго, и по пути не встретили ни следа других путешественников. Те, кто прибыл с нами на корабле, словно растворились в пустоте.

Наконец мы нашли место, где стояли фургоны для дальних путешествий. Это была не то что площадь — скорее небольшой вытоптанный участок у самого края поселения. И здесь, среди неопрятных домишек, выстроились в ряд несколько весьма внушительного вида фургонов — массивные, мощные, отлично приспособленные для местных суровых условий. Они стояли на широких деревянных колёсах, закованных в железные обода, а обшивка была сделана из толстых досок, готовая выдержать любые ветра и снегопады.

Окно в каждом фургоне было всего одно — маленькое, едва больше обычно щели, созданное скорее для того, чтобы следить за тем, что происходит снаружи, нежели для освещения… Лошади, запряжённые в упряжки, были массивной породы, с толстыми мускулами и длинными гривами, что свисали почти до земли. Их шерсть была густой и лохматой, а подковы на копытах — широкие и крепкие.

Всего фургонов здесь было три. Я отправил Рурика узнать цену, и вскоре он вернулся с весьма красноречивым выражением лица.

— Триста золотых с человека, если ехать внутри, — сказал он, словно сам не верил тому, что говорил. — И по сотне за «голову», если мы будем снаружи.

Я едва сдержал усмешку. Местные явно знали, как зарабатывать на приезжих! Кивнув Рурику, я достал мешочек с золотыми, отдав тысячу двести фунтов за всех нас. После этого мы поскорее забрались внутрь фургона, пока там не было других пассажиров.

Внутри оказалось неуютно: скамьи из грубого дерева, такие узкие, что сидеть на них было крайне неудобно, и всё было такое протёртое, как будто их использовали годами и крайне неаккуратно. Скамейки стояли вдоль стен, образуя нечто вроде каркаса минимум для пятнадцати человек.

Я мысленно прикинул, сколько зарабатывают местные извозчики и присвистнул. Да уж, в Гринхолле, где кэб стоил копейки, мне бы никто не поверил, расскажи я там о таких ценах. Мы заняли одну из скамеек и положили вещи себе под ноги.

Через полчаса фургон заполнился под завязку. Семеро местных и четверо тех, кто, как и мы, приплыл сюда на корабле, набились внутрь. С трудом расселись, заставив проход своими вещами.

Вскоре повозка тронулась. Я почувствовал, как тяжёлая конструкция медленно переваливается через кочки. Сидеть внутри было не слишком удобно: холодный воздух легко проникал через щели в деревянных стенах, и только человеческое тепло, исходящее от множества тел, спасало всех от замерзания.

Пока ехали, я подсчитывал в уме наше оружие: три ружья, несколько десятков серебряных пуль для борьбы с оборотнями, мой меч, алебарда Рурика и несколько клинков поменьше. Казалось бы, арсенал неплохой, но я не был уверен, что этого будет достаточно, если на нас нападёт целая стая.

— Милорд… — тихо обратился ко мне Рурик, наклонившись ближе. — Простите за вопрос, но вы знаете, что конкретно нам нужно здесь делать? Рэйскрофт что-то говорил на этот счет?

Я взглянул на него, улыбнувшись. Старик наверняка и сам знал ответ, но, похоже, хотел услышать его из моих уст. — Прежде всего, стать официальным дипломатом, — коротко сказал я. — Разобраться с делами, узнать, откуда лезут эти твари, кто с ними связан и что тут вообще творится.

Рурик хмыкнул.

— Как-то очень расплывчато, — заметил он, приподняв бровь.

Я улыбнулся еще шире. Это и впрямь было расплывчато, но на Плавающие острова по-другому и не отправишься. Здесь всё словно скрыто за слоем снега и тумана, сама идея исследовать эти земли пугает многих. а у местных — вызовет недоверие. А значит, помимо дипломатической миссии, иных вариантов не существовало.

Но помимо оборотней был ещё один фактор, который смущал Императора — это Изнанка. Открытие этих порталов и других миров всегда было для нас проблемой…

Повозка мерно покачивалась, и это здорово убаюкивало. Я наконец позволил себе прикрыть глаза и погрузился в сон, опираясь головой о деревянную стену. За окном постепенно сгущались сумерки, и когда я проснулся, было уже совсем темно.,Посмотрел в щель, прижавшись лицом к стене — небо затянуто тучами. Окинул взглядом своих спутников — Лилия спала, положив голову мне на плечо, а Цапля тихо посапывал, привалившись к Рурику.

Я осторожно подвинул Лилию, уложив её поудобнее на скамью, и поднялся. Все пассажиры спали, фургон будто вымер. Я подошёл к двери, ведущей наружу, и осторожно дернул ручку. Дверь с легкостью поддалась, в лицо тут же ударил порыв ледяного ветра.

Снаружи на козлах сидели трое — двое держали наготове ружья, а третий правил лошадьми. Один из них — бородатый мужик — удивлённо повернул ко мне голову.

— Проснулся? — спросил он не очень приветливо.

— Ведьмак, что ли? — прищурил глаз другой.

— Колдовство, — хмыкнул я, усаживаясь рядом с ними.

— А как по другому? — прозвучал ответ.

Они продолжили курить, предложив и мне трубку с каким-то местным табаком. Я принял предложение, хотя и не был поклонником этого занятия. Трава оказалась необычной: в ней явно чувствовался элемент, во всяком случае эта смесь придавала некоторую энергию.

— Помогает сосредоточиться… — пояснил мужик с ружьём, выпуская клуб дыма.

Постепенно мы разговорились. Они поведали мне, что оборотни уже трижды пытались напасть на наш фургон, но каждый раз это были одиночки. Чтобы пассажиры понапрасну не паниковали, возчики использовали простое колдовство, заставив всех уснуть и не заметить угрозы.

— А старуха-то, оказывается, в доле! — усмехнулся я, вспоминая Сивейю.

— Ну да, — кивнул кучер. — Она мудрая, знает, когда стая идёт. Сейчас их мало, потому что ветер сносит стаю дальше. Но даже одиночки могут натворить бед, если не проявлять осторожность…

Лошади, как я заметил, были защищены: на их шеях висели небольшие кожаные мешочки с волчьим аконитом, что служило своеобразной защитой от местных тварей. Возчики тоже не отставали — у каждого на груди висел такой же мешочек, словно это была часть обязательной униформы.

— Твари сначала убивают животных, — начал объяснять бородатый мужик, решивший, видимо, поделиться местными премудростями. — Лошади у них в приоритете, а уж потом начинается охота на тех, кто остался без транспорта.

Я молча кивнул,глядя, как бородач поправляет свое оружие. Одна из лошадей тихо фыркнула. В воздухе слышалось легкое жужжание ветра, который мог быть предвестником грядущей снежной бури.

Я закрыл глаза, заглядывая внутрь себя. Источники энергии были полны, никаких признаков близкого присутствия тварей духовное зрение не зафиксировало.

— Странно, что я не почувствовал их, когда спал, — сказал я вполголоса.

Лошади медленно тащили фургон вперед по заснеженной дороге. Снежные хлопья сыпали всё гуще, медленно накрывая всё вокруг белым покрывалом. Я уже собирался вернуться внутрь фургона, как кучер бросил через плечо:

— Через пару часов будем в городе. Советую сразу найти гостиницу, а то потом на улице окажетесь. Местная стража особо не церемонится. Если схватят на улице, то пока проверят документы, пока все выяснят — заболеете, а потом и вовсе помрёте. Здесь всё просто, и если не хочешь проблем, то сразу ищи крышу над головой.

Кучер говорил таким тоном, будто это дело было привычным и даже неизбежным. Я между делом изучал окружающий ландшафт: скалистые обрывы, извивающаяся дорога и белая пелена снега. Внутри фургона, конечно, было тесно и душно от человеческого дыхания, но, несмотря на это, я вернулся внутрь, чтобы согреться и дождаться там прибытия в город.

Когда повозка сбросила темп, пассажиры один за другим начали просыпаться, озадаченно осматриваясь и явно не понимая, почему они вдруг погрузились в царство Морфея. У многих остались только слабые воспоминания о дороге, а иные и вовсе ничего не помнили.

— Милорд? — тихо обратился ко мне Рурик, сонно озираясь. — Всё в порядке?

— Да, всё хорошо, — кивнул я. — Как только окажемся в городе, нужно найти хорошее жилье. Думаю, останемся здесь на месяц — и цена будет ниже, и нам самим удобнее.

— А вы знаете, куда лучше отправиться? — спросила Лилия, зевая и потягиваясь.

— «Холодную Вьюгу» посоветовали, — ответил я. — Мужики сказали, что там и не особо дорого, и еда вкусная. К тому же тепло, и документы о проживании выдают.

Фургон совсем замедлился, я почувствовал присутствие множества людей вокруг нас. Означало это одно: мы въезжали в город.

Так оно и оказалось, и минут через двадцать фургон окончательно остановился, нас выпустили наружу. Я окинул взглядом улицу.

Город выглядел так, как если бы время здесь остановилось. Вокруг ютились деревянные и каменные постройки, плотно сбитые одна к одной, словно пытались найти защиту от ветра и мороза. Крыши были высокими, скатными, покрытыми толстым слоем снега, который свешивался вниз, создавая ледяные своды.

В воздухе чувствовался крепкий дух древесного дыма, смешанный с запахом сырости и холодного металла. Улицы были грязные и вязкие, ноги утопали в месиве из снега, грязи и талой воды, и каждый шаг давался с трудом.

Кроме лошадей, запряжённых в повозки, и редких прохожих, больше всего здесь было стражников. Облачённые в покрытые шкурами доспехи, они были частью этого сурового мира.

Но меня смутило другое — каждый второй здесь был магом или ведьмаком. Их источники пульсировали мощной энергией, разгоняя магию и элемент по каналам. Я чувствовал эту силу даже на расстоянии, и единственный вопрос сейчас пульсировал у меня в голове: а не многовато ли их на один квадратный метр?

В нашем государстве маги были на вес золота, их буквально по пальцам пересчитать можно, а здесь же едва ли не каждый встречный имел источник, и не слабый притом.

Если верить Рурику, у нас магов катастрофически не хватает, и каждый из них важен как стратегический ресурс. А тут?

Похоже, что Плавающие острова остаются вне досягаемости не только благодаря погоде и сложностям с определением их текущего местоположения. Если же здесь повсюду все так же насыщено магией и ведьмаками, то никакие завоевательные планы не смогут прорвать такую оборону. Шансов захватить эти земли практически нет…

Это место не просто обособлено от всего мира — оно защищено как самой природой, так и магическими силами, которые кишели здесь буквально на каждом шагу.

Мои глаза заскользили по толпе народа, и спустя некоторое время я всё-таки увидел одного в синем одеянии, о котором говорилось ранее.

Оно выглядело таким же, как и моя одежда для Плавающих островов, только было очень грязным. Человек буквально утопал в уличной грязи, его сапоги едва справлялись с потоком талой воды и грязи, что текла по улицам.

Повсюду мелькали многочисленные лошади и повозки, превращая снег под ногами в рыхлую грязь. В отличие от Гринхолла, тут люди явно предпочитали передвигаться на лошадях, а не пешком.

Лилия крепко сжимала мою руку и постоянно крутила головой по сторонам, широко открытыми глазами изучая обстановку. Мы постепенно приближались к «Холодной Вьюге», но стражники уже начали бросать на нас подозрительные взгляды. Их оказалось больше, чем я ожидал, к тому же за нами увязалось несколько человек с той же повозки, на которой мы прибыли. Тех, кого я помнил еще с корабля.

Я на мгновение задумался: не преследуют ли они нас? Что-то в их движениях показалось мне странным. Ну, не знаю… Глянув вперёд, я заметил вывеску, медленно вращающуюся на ветру, словно флюгер.

На ней крупными буквами было написано: «Холодная Вьюга» — как раз то, что нам было нужно. Это была хорошая новость, но два ведьмака и одна ведьма шли в десяти метрах позади нас, и они явно не спешили сойти с нашей траектории. Я незаметно кивнул Рурику и Цапле — пусть будут готовы, если что-то пойдёт не так…

Наши преследователи ускорили шаг. Достало! Они и тут от меня не отстанут?

Я резко остановился. Пацан и старик, словно по молчаливому уговору, сделали то же самое, встав так, чтобы заслонить собой Лилию и не дать никому к ней подойти. Моя рука уже привычно легла на рукоять меча. Элемент и магия заструились по клинку, словно уже предчувствовали возможный конфликт.

Ко мне подошли трое. Двое мужчин — один явно старше, лет сорока, а второй лет на десять его моложе — и женщина с чёрными распущенными волосами. Она была полностью укутана в плащ, но руки держала на оружии — это можно было заметить даже через ткань. На мужчинах были зеленые костюмы.

— Молодой человек! — решительно обратился ко мне старший из них. Голос его был холодный.

— Слушаю вас, — кивнул я, не выпуская рукоять меча.

— Мы бы хотели поговорить с вами о Мориган, — произнесла женщина. Её взгляд был очень внимательным, почти пронзительным. — Вам знакома эта фамилия?

Сердце заколотилось чуть быстрее, но внешне я был совершенно спокоен… Неторопливо вынул меч, позволяя магии и элементу окутать его клинок.

— Более чем, — ответил я, выпрямляясь. — Что на этот раз хотят моя бабка и дед?

Глава 15

Они не сводили с меня глаз. Маги и ведьма — привычная троица в этом месте, но напряжение от этого не спадало. Женщина сделала ещё один шаг вперёд и почти вплотную приблизилась ко мне. Я почувствовал её дыхание на своей щеке, но никакой угрозы в её движениях не было. Она хотела лишь разговора, но всё же я видел, как её магический источник пульсирует, готовый активироваться в любой момент.

Мои люди тоже насторожились. Лилия спряталась у меня за спиной, Рурик напрягся, готовясь в любой момент обнажить своё оружие. Цапля — молодой, но уверенный в себе — тоже держал руку на рукояти меча. Не могу сказать, что он был готов к любым неожиданностям, скорее он их с нетерпением ждал.

— Поговорим? — Её голос был спокоен, но в нём чувствовалась сила. И настойчивость.

— Давай, — я усмехнулся, дернув уголком губ. — Прямо здесь? В таком неудобном месте?

— Место достаточно удобное! — резко сказал старший мужчина, сделав шаг вперёд.

Но все же мы отошли немного в сторону от дороги, чтобы не привлекать лишних взглядов. Разговор длился всего несколько минут, но этого было достаточно, чтобы понять: они пришли с конкретной целью. И когда наш обмен состоялся, незваные гости просто развернулись и ушли, оставив меня стоять там же на обочине, в состоянии легкой задумчивости.

Рурик подошёл ближе, в его взгляде читалась тревога.

— Милорд? — сказал он очень тихо,, почти шепотом. — Что это было? Чего они хотели?

Я усмехнулся и пожал плечами.

— Передали привет от моих любимых родственников, — ответил я, стараясь придать своему тону легкую небрежность. — Бабушка и дед очень постарались, чтобы их послание дошло до меня даже здесь…

Мы снова двинулись в сторону «Холодной Вьюги» — постоялого двора, который мне рекомендовали. Мысли в голове крутились одна за другой. В том, что передали мне посланники Мориган, явно скрывалось что-то большее, чем могло показаться на первый взгляд.

Бабка послала этих людей специально, чтобы предупредить меня о присутствии кое-кого важного на островах. Мои сёстры были здесь. И если я их найду, то получу ответы на вопросы, касающиеся отца Аларика и его матери, смогу узнать правду о Мориган. Но вот беда — мне это совершенно не было нужно. Прошлая жизнь этого парня больше не имела значения…

Наконец, перед нами выросло здание, над входом в которое висела деревянная вывеска с надписью «Холодная Вьюга». Стены постоялого двора были сделаны из грубого камня, крепкого и сурового, как и сам этот край. Узкие окна, защищённые толстыми деревянными ставнями, лишь усиливали ощущение уюта и безопасности. На входе стояло несколько стражников, одетых в меха. Они были неразговорчивы и угрюмы, и на нас глянули лишь краем глаза..

Мы вошли внутрь. Просторный зал освещался тусклым светом масляных ламп, но, несмотря на полумрак, здесь было тепло, и это легко перевешивало все другие возможные недостатки. Повсюду здесь стояли деревянные столы, за которыми сидели маги, ведьмаки, несколько хранителей порядка и просто местные жители. В углу потрескивал свежими дровами впечатляющих размеров камин…

Мы подошли к стойке, за которой расположился крепкий мужчина средних лет с кружкой в руке. Он лениво поднял взгляд и окинул нас оценивающим взглядом.

— Мне нужен номер… — начал я.

— Думаю, для вас сойдёт номер с четырьмя комнатами, — его голос оказался неожиданно грубым. — Включает завтраки, ужины, горячую воду и документы о проживании.

— Подходит, — кивнул я, немного удивленный от его осведомленности.

— Отлично, — буркнул мужчина, затем повернулся и крикнул в сторону молоденькой рыжеволосой девушки, что разносила подносы. — Вея! Проводишь гостей в номер семь. Ужин и четыре бочки воды не забудь.

Вея выглядела лет на двадцать пять, длинное шерстяное платье закрывало её от подбородка почти до самого пола. Мило улыбаясь, она кивнула в ответ и жестом пригласила нас следовать за ней.

— Ваши слуги могут идти с ней, — проговорил хозяин, кивнув в сторону моих спутников. — А мы с вами пока уладим все остальное…

Рурик бросил мне мешок с золотом, сделал Цапле и Лилии знак не отставать и последовал за девушкой. Она мельком улыбнулась мне на прощание. Пошла, игриво виляя задом. Я проводил ее взглядом, а затем вновь повернулся к хозяину, чтобы завершить оставшиеся формальности.

— Итак… — мужчина тяжело вздохнул и опустил кружку на стойку. — Меня зовут Торвальд Хальгримсон, я хозяин этой таверны. Если вы планируете остаться на месяц, то цена за номер — две тысячи. Эта сумма включает еду, воду, дрова и всё прочее… Еще тысяча — за регистрацию и документы на всех вас.

Я спокойно выложил мешок с деньгами на стойку. Торвальд с невозмутимым лицом пересчитал золото, после чего убрал его куда-то под прилавок. Я предоставил ему все документы, что у меня были, в том числе и те, что получил уже на островах, когда мы приехали. Минут пять спустя хозяин протянул мне четыре бумаги о проживании.

— Ваши слуги… — начал он, глядя на меня. — Советую им не выходить из постоялого двора. Здесь они в безопасности, но стоит им появиться на улице — их схватят. По документам они рабы, а у вас нет на них прав. Если поймают — заберут.

Я кивнул. Легализовать их не получится без официальных свидетельств, а таких у меня, конечно же, не было.

Когда я показал ему документы и рассказал о своей миссии — в частности то, что я дипломат — то Торвальд удивился. Уж больно я был молод на его взгляд, да и людей с моей страны в городе почти не было.

Торвальд объяснил, что мне необходимо явится в местный магистрат и зарегистрироваться. Тогда мне откроются большие возможности. Неприкосновенность от стражи, например, и еще я смогу нанять группу людей, чтобы она меня сопроводила до Изнанки. Чтобы я смог ее проинспектировать. Ведь я именно за этим и прибыл? В ответ я только улыбнулся. Мои потребности немного шире и больше, но заострять на этом внимание я не стал.

Выяснилось, что после регистрации в магистрате обо мне сообщат другим нашим дипломатам на Плавающих островах. И уведомят также о том, где они рассредоточены по стране, и как я могу с ними увидеться. И еще тут есть почтовая связь с моей страной. Письма доставляют, как правило, в течение месяца.

Все это было прекрасно, вот только мне совершенно не нужно. Рэйскрофт, помнится, говорил, что на Плавающих островах у него есть свой человек, через которого и следует поддерживать связь. Меня это устраивало, но чтобы Торвальд не заподозрил лишнего, я сделал вид, что крайне доволен полученной от него информацией. Довольный произведенным впечатлением, он посоветовал мне быстрее купить кольцо, которое подтверждало бы мой статус.

Заплатив ещё пятьсот фунтов за помощь и советы, я направился в номер, который мне уже успели подготовить. По дороге я встретил ту самую рыжую девушку — мы едва не столкнулась в коридоре. При этом я вновь поймал на себе ее игривый взгляд. Вот же… безобразница!

Номер оказался просторным, даже больше, чем я ожидал. Четыре отдельные комнаты и общая гостиная,, где стоял стол и несколько скамей. Туалет, конечно, оставлял желать лучшего, но все же это лучше, чем ничего. Не на улице, да и ладно. Бочки с горячей водой уже ждали нас у дверей каждой комнаты. Вещи и оружие, которое Рурик бережно оставил в моей комнате, были на месте.

После долгого дня общий сбор и разговоры решили отложить на потом. Сейчас же каждый из нас мечтал об одном: погрузиться в свою бочку с горячей водой и смыть с себя всю грязь и усталость последних дней. Старик растопил камины (в каждой комнате был свой собственный), и сухой, тёплый воздух вскоре заполнил весь номер.. Сидя в бочке, я закрыл глаза, позволив теплу проникнуть в каждую клеточку своего усталого продрогшего тела. И стал прокручивать в голове план дальнейших действий.

По совету Торвальда, первым делом я направлюсь в местный магистрат, прямо с утра. Мне нужно зарегистрироваться, чтобы официально подтвердить своё пребывание здесь и получить защиту от местной стражи. После этого займусь покупкой кольца, которое будет подтверждать мой статус. А затем, скорее всего, на меня выйдет человек Рэйскрофта — тот самый, через которого должна вестись вся дальнейшая связь с нашим государством. Уж не знаю, как он это сделает, но этого уже его проблема, а не моя.

Однако главная задача — найти команду, чтобы отправиться к Изнанке. Это место меня манило. Магические кристаллы, чья мощь могла перевесить все возможные риски, притягивали ведьмаков и магов со всей страны. И меня в том числе…

Вымывшись и согревшись, я выбрался из бочки, оделся, а вскоре нам уже принесли ужин. Запах свежего мяса, горячей похлебки и свежего хлеба наполнил нашу гостиную… На всякий случай я проверил еду, чтобы убедиться, что в ней нет магических примесей или ядов. Лилия, сидевшая за столом рядом со мной, делала то же самое, используя свои ведьмовские чары.

Убедившись, что все в порядке, и никто не желает нас тут отравить, мы начали ужин. Все ели с таким аппетитом, словно это была наша первая нормальная еда за многие дни. Хотя, если быть честным — примерно так оно и было.

Когда мы покончили с трапезой, я решил взять слово.

— Карл, Лилия, вам лучше не выходить отсюда без надобности, — сказал я, глядя на своих спутников. — За пределами постоялого двора вы будете считаться ничейными рабами, и любой сможет забрать вас себе. Рисковать нам нельзя.

Облизнув губы, Лилия вскинулась.

— А как же Изнанка? — в её глазах так и сверкнуло искушение. — Ведь столько ведьмаков и ведьм идут туда за силой! Я тоже хочу получить свой шанс.

— А я, пожалуй, откажусь… — Цапля же наоборот — опустил голову, явно предпочитая не рисковать своей жизнью из-за какой-то там неведомой силы.

— Лилия, послушай меня… — попытался я начать разговор, но она решительно поднялась со своего места, задрав подбородок.

— Господин! — её голос звучал решительно. — Хоть я и ваша служанка, но стремление к силе — это то, что движет каждым из нас. Я не хочу, чтобы меня всё время защищали и опекали. К тому же, разве вы сами собираетесь туда отправиться?

— Я хотел обсудить это позже, — раздражённо сказал я, понимая, что этот спор был неизбежен.

Рурик мгновенно включился в разговор:

— Милорд? Вы хотите отправиться туда в одиночку?

— Да, — кивнул я. — Там крайне опасно, и я не хочу рисковать своими людьми почем зря.

— Я пойду с вами! — немедленно заявил старик.

— И я! — выпятила грудь Лилия, всем своим видом показывая, что готова на этот счет до победного. Да чтоб тебя…

— А кто останется с Цаплей? — подкинул я вопрос, заставивший её замяться.

— Эм… — девушка опустила голову.

— И вообще — давайте пока об этом не будем говорить, рано ещё… — Я вздохнул. — Сейчас не время.

— Но я в любом случае не отпущу вас одного! — настаивал Рурик.

— И я тоже! — добавила Лилия, подогревая напряжение.

— Хватит! — резко оборвал я их, понимая, что этот разговор сейчас совершенно ни к чему. — Всё, спать! Завтра у меня много дел…

Приятно было осознавать, что обо мне переживают, но они не понимали всей сути вопроса. Я не искал силу ради славы или статуса. Она была мне нужна, чтобы разобраться с тем, что скрывается в глубинах Изнанки — с чёрными кристаллами, оборотнями и разрывами реальности…

Что-то там связано с богами, которые, испугавшись, когда-то покинули этот мир, и с жнецами, которые всё ещё появляются в нём. Моя сила связана с этими загадками, а чёрные кристаллы — ключ к пониманию, как вернуть сестру. Её душа должна быть успокоена, и я был намерен сделать всё возможное, чтобы это произошло.

Проблема заключалась ещё и в деньгах. Местные цены не баловали, наши запасы золота, привезённые из Гринхолла, таяли буквально на глазах. По моим расчётам, нам должно хватить на пару месяцев, не больше.

Что ж, значит нужно найти способ добыть деньги здесь, на островах. И лучше сделать это как можно скорее.

Вернувшись в свою комнату, я с наслаждением рухнул на кровать. Это был один из тех редких моментов, когда я мог нормально отдохнуть, не чувствуя угрозы за спиной.

Оборотней в этом месте я не ощущал, как и других опасностей, впрочем. И всё же Виктория не шла у меня из головы.. В следующий раз я не упущу её, и она точно не уйдет с той встречи живой. Рана, которую она оставила на моей груди, до сих пор зудела, напоминая о том, что герцогиня легко могла бы убить меня, но по какой-то причине не сделала этого. Зачем она дала мне свою кровь? Этот вопрос никак не давал мне покоя.

Я достал пузырьки с ее кровью и, погружённый в раздумья, начал их внимательно разглядывать. Рефлекторно перешёл на духовное зрение, и внезапно оно открыло мне больше, чем я мог ожидать. Моя способность видеть тонкие линии энергии и магии значительно усилилась — контуры становились чётче, а детали ярче. Я прищурился, наблюдая, как в пузырьке закрутились магические потоки, окружая тёмную субстанцию, как два водоворота. Элемент! Он там точно был — энергия, словно пульсируя, подпитывала ту самую вязкую чёрную субстанцию. Но это было еще не всё…

Чёрные кристаллы. Крохотные частички, плавающие в жидкости — я узнал их мгновенно. Моё дыхание замерло, а сон, сковывавший сознание, испарился, как утренний туман. Это были такие же чёрные кристаллы, как и те, которые я находил в Изнанке. Но как, черт возьми, они оказались в крови Виктории⁈

Я резко встал, чтобы убедиться в том, что не сплю, и вижу это на самом деле. Нельзя было терять ни минуты. Я сел за маленький столик в своей комнате, где ещё недавно валялась моя тарелка с ужином. Опираясь на интуицию и на те обрывки знаний, что остались у меня от обучения с Аяксом Войдом, я стал проводить свои опыты.

Я взял меч и остриём разрезал палец, глядя на тонкую струйку своей крови, стекающую в подставленную тарелку. Затем аккуратно открыл пузырёк с кровью Виктории и капнул её на свободное место — так, чтобы две субстанции оказались рядом друг с другом. В моих жилах уже был иммунитет, и её кровь не должна была навредить мне, но… что, если я скомбинирую их?

Я слегка подтолкнул капли друг к другу кончиком ножа.

Поначалу ничего не происходило. Но потом я почувствовал это: в духовном зрении кровь Виктории словно завладела моей, на миг охватив её и слившись с ней. Энергия и магия резко усилились — вспышка, короткая и мощная, вспыхнула перед моим внутренним взором. А затем всё вернулось в норму, будто ничего не произошло.

Я поднял голову, задумавшись. Ещё Аякс учил меня: «Ищи слабости врагов и используй их, ищи новые пути к силе». Эти слова были прочно вбиты в моё сознание, и каждый новый опыт только подталкивал меня искать дальше. Я поднял нож и сделал новый порез на пальце — на этот раз уже чуть глубже. И капнул на него крови Виктории.

И тогда всё изменилось.

Время замедлилось. Сначала едва ощутимо, но вскоре каждое моё движение стало более осознанным. Я слышал, как медленно, но чётко бились сердца тех, кто находился сейчас рядом со мной: Рурика, Цапли, Лилии. Я различал каждый удар их пульса, ощущал ритм их дыхания. Запах их тел наполнил мои ноздри, казалось, я мог уловить все их оттенки, как дикий зверь в поисках добычи.

Я моргнул — и в следующий момент уже оказался у двери комнаты. Моё тело двигалось быстрее, чем я мог ожидать. Мимо меня пронеслась печь, из которой я случайно выбил один из камней.Наклонившись, я подобрал его и сжал в кулаке. Камень рассыпался в пыль под моими пальцами.

Резкий взмах рукой — и энергия слетела с неё, словно разрез света, устремившийся в стену. Я только мельком успел заметить, как каменная стена треснула. Трещина пошла глубоко, сантиметров на пять, срывая куски камня с краёв. Но тут же мир перед глазами начал мутнеть, голова закружилась. Всё моё тело мгновенно ослабло, словно я истратил все свои силы на один мощный рывок. Мои магические и природные источники были опустошены до предела, а каналы — натянуты, как тетива.

Посмотрев на свои руки, я заметил, что на пальцах выросли когти — длинные и острые. Однако они быстро исчезли, как только энергия в теле начала иссякать. Мысли снова замедлились, вернувшись к нормальному темпу, а в грудь ворвался голод. Настоящий, страшный, животный голод, похожий на инстинктивную жажду крови. Я подошёл к зеркалу и взглянул на своё отражение. Мои глаза были черны как смоль, но медленно, очень медленно возвращали свой обычный цвет…

Остатки сознания с трудом удерживали меня на ногах, и как только я обессиленно рухнул на кровать, на лице моем застыла едва заметная улыбка. Кажется, я только что открыл для себя ещё один путь к силе — пусть и временной, но невероятной. Правда, цена за это очень высока. Истощение, пустые каналы, полное опустошение источников… Видит бог, этот метод явно стоит оставить на самый крайний случай!

Глаза закрылись сами собой, и я мгновенно провалился в глубокий сон, дав своему тело наконец возможность отдохнуть. Сон мой был безмятежным, как давно забытый покой, но уже через какое-то время я почувствовал, как кто-то трясёт меня за плечо. Открыв глаза, я увидел над собой озабоченное лицо Рурика.

— Милорд, уже давно утро… — Его голос звучал приглушённо, словно издали, но постепенно прорезался все же сквозь пелену сна.

Я очень удивился тому факту, что чувствую себя отлично. Во всяком случае лучше, чем ожидал. Тело было наполнено лёгкостью, которую я уже давно не ощущал. Привычная усталость испарилась без следа. Я машинально провёл рукой по груди, пальцы невольно скользнули к тому месту, где еще недавно у меня был шрам.

В глазах Рурика мелькнул немой вопрос. Поднимаясь с кровати, я чувствовал странное волнение. Подошёл к зеркалу, распахнул на груди рубашку, в которой так и уснул накануне. Глубокий шрам, оставшийся после встречи с Викторией, уже не казался таким страшным. Он немного уменьшился, затянулся, хотя ещё вчера был глубоким и красным.

— Что-то случилось, милорд? — Рурик смотрел на меня с явной тревогой.

— Ничего, — ответил я, хотя сам не до конца понимал, как именно это произошло. — Ничего страшного…

В голове крутились мысли о том, что мой опыт с кровью Виктории каким-то образом продолжил воздействовать на моё тело даже во время сна. Застегнувшись и приведя себя в порядок, я направился в гостиную, где уже ждали меня Цапля с Лилией.

Сев за стол, я заметил, что Лилия выглядит уставшей. У неё под глазами залегли тёмные круги — она явно очень плохо спала. Я взял ложку и принялся с жадностью есть кашу. Моя рука инстинктивно потянулась к груди, и я снова нащупал рубец, который, как ни странно, продолжал затягиваться. Кровь оборотня Виктории продолжала действовать…

— Милорд, — произнёс Рурик, появляясь в дверях. — Ваш костюм уже ждёт в комнате.

— Благодарю, — кивнул я ему, проглотив ещё одну ложку каши. Сытная еда помогала сосредоточиться, но мысли всё равно то и дело уносили меня к событиям прошлой ночи.

Рурик молча наблюдал за мной, потом подошел и протянул какой-то конверт.

— Ещё утром принесли письмо для вас, — сообщил он.

На мгновение я замер, обратив внимание, что на конверте нет никаких видимых знаков, слов или хотя бы букв — только печать.

Глава 16

Доев кашу, я взял письмо, которое принёс Рурик, и отправился в свою комнату. Впервые за долгое время я чувствовал лёгкое волнение, но магии или колдовства от конверта не исходило, так что я спокойно разорвал бумагу.

Никаких тебе сюрпризов в виде ядов или проклятий — всё совершенно обыденно. Развернув письмо, пробежался глазами по тексту, а потом перечитал снова, чтобы осознать всё до конца. Барон Рэйскрофт… Что ж, он всегда умел появляться в нужный момент.

Письмо было довольно прямым и лаконичным. Барон, как оказалось, был в курсе моего путешествия почти в мельчайших деталях. Хотя он в них и не вдавался, тем не менее явно хорошо знал о моих передвижениях. И, что удивительно, меня даже похвалили! В тексте указывалось, что наша страна официально связалась с Плавающими островами и передала местным властям сведения обо мне.

Барон предупредил, что островитяне последнее время всё больше сомневаются в подлинности документов людей, прибывающих из-за границы. Что, впрочем, неудивительно, учитывая их вечные подозрения и враждебность ко всем чужакам. Но основная часть письма касалась моей следующей задачи: я должен был как можно быстрее отправляться в столицу островов, Айсгарден, и встретиться там с местным королем. Рэйскрофт советовал не терять времени, так как аудиенцию, возможно, придётся ждать несколько недель.

Но вот что действительно меня насторожило, так это то, что в нем не было ни единого упоминания об Изнанке. В письме говорилось о «проблемах, что терроризируют наши страны» — и всё. Никаких тебе конкретных указаний или инструкций касательно того, что именно я должен делать с Изнанкой. Лицо мое само собой скривилось. Это было совершенно не то, ради чего я ввязался в сие предприятие. Видимо, мои приоритеты и приоритеты барона в этом деле заметно разнились.

Я отложил письмо и задумался. Интересно, как Рэйскрофт так быстро смог получить сведения обо мне и передать сюда свое послание? Либо у него здесь невероятно надёжные и быстрые контакты, либо он подготовился гораздо лучше, чем я предполагал. В любом случае, сейчас это уже не имело значения.

Мои пальцы машинально стучали по деревянной поверхности стола, пока мысли мелькали одна за другой. То, что от меня требовалось согласно этому письму, не устраивало меня абсолютно. Аудиенция с королём и медленное ожидание решения? Это больше похоже на ловушку для простаков. Не-ет, барон, так дело не пойдет. Придется мне двигаться в своём направлении. Изнанка — вот что меня интересовало! И с каждым днём я всё больше понимал, что тут она уникальна. Здесь она была чем-то гораздо большим, нежели то, что мы знали в Гринхолле.

Я бросил взгляд в сторону гостиной. Сомнений не оставалось: если я начну действовать по-своему, Рэйскрофт попытается заставить меня вновь играть по его правилам. Вопрос только в том, как он это сделает? Семья? Род? Нет, слишком уж далеко. А вот мои компаньоны — Лилия, Рурик, Цапля — именно за них меня могут попытаться зацепить.

Чёрт возьми, я не мог позволить им стать разменной монетой в этой игре! Выбор у меня крайне прост — либо следовать приказам других, либо действовать самостоятельно и уйти в тень, став невидимым для всех этих интриг. Я не был готов бросить своих людей на произвол судьбы, но и следовать чужим планам, которые мне не были выгодны, тоже не собирался.

Встав из-за стола, я решительно накинул плащ и направился к двери. Решение уже созрело. Сейчас моя задача — разобраться с текущими проблемами, а уж потом обдумать всё остальное. Какие бы ни были связи у барона на Плавающих островах, по всей стране ему меня не достать, особенно если я буду передвигаться быстро и скрытно. Но сперва — нужно решить более насущные задачи.

Я открыл дверь и вышел из номера, оставив за спиной все сомнения.

Прохладный ветер ударил мне в лицо, когда я вышел на улицу, напомнив о том, что весна на Плавающих островах вовсе не похожа на ту, к которой я привык в Гринхолле. Погода даже в это время года здесь была суровой. Как и всё остальное, впрочем…

Торвальд показал мне направление, где следует искать местный магистрат, и я двинулся в путь, осторожно шагая по грязной дороге, из-за непрерывного снегопада превратившуюся в сплошную кашу. Мои сапоги тонули в этой грязи, ноги скользили, и пару раз я чуть не упал.

Теперь понятно, почему здесь все ездят верхом на лошадях. По этим улицам передвигаться пешком — сущий ад. Через полчаса я наконец увидел магистрат — двухэтажное здание, выглядывающее из-за тумана и снега, с каменными стенами и маленькими окнами, прикрытыми ставнями. Здание выглядело как цитадель, словно предназначено было не только для работы чиновников, но и для того, чтобы выдерживать зимние шторма и осады.

Вокруг здания стояла внушительная охрана — стражники в меховых накидках поверх доспехов, похожие на суровых горцев. Вооружены они были стандартно — мечами и копьями,, но в руках некоторых я заметил также и ружья.

Стоило мне приблизиться, как сразу начались проблемы. Охрана и здесь предвзято относилась к иностранцам, и каждые десять метров меня останавливала новая группа стражников.

— Документы! — рявкнул очередной бородач, сложив руки на груди, как медведь, готовый ударить лапой.

— Какие документы? — устало вздохнул я, уже начиная раздражаться. И вытянул перед собой свитки, радуясь, что не убрал их далеко после последней проверки.

Стражник внимательно перечитал бумаги, как будто это была его первая в жизни книга, а потом, убедившись, что всё в порядке, неохотно вернул мне документы.

Я уже надеялся, что дальше пойдёт гладко, но не успел сделать и нескольких шагов к дверям магистрата, как новый стражник затребовал повторно те же самые документы. Удерживая себя от желания проклясть весь этот процесс, я вновь протянул бумаги на проверку.

Когда я наконец вошел в здание, меня уже всего трясло от злости. На погоду, на стражников, на всю эту чертову бюрократию… Если это была попытка продемонстрировать «гостеприимство» Плавающих островов, то здесь она удалась на славу.,. Внутри здания оказалось очень тепло, но атмосфера тут была настолько официальной и угрюмой, что даже это не приносило облегчения.

Повсюду встречались мужчины в строгих северных костюмах: длинные шерстяные плащи, обшитые мехом воротники, узкие брюки и сапоги на меховой подкладке. Кожаные перчатки на их руках выглядели так, будто это была не только защита от холода, но и весьма необходимая вещь для работы с оружием. Во всяком случае, кожа на них была изрядно потерта именно на тех местах, какие обычно соприкасаются с рукоятью меча.

Я подошел к первому же человеку, попавшемуся мне на глаза, и объяснил, что мне нужно зарегистрироваться.

— Очередь в ту сторону, — буркнул он, не удостоив меня даже взгляда, и указал в сторону длинной цепочки людей.

Как оказалось, в магистрате было полно тех, кто прибыл на корабле вместе с нами, и все они сейчас выстроились здесь в очередь. Я оказался в самом ее конце, и мне пришлось смириться с мыслью, что ожидание займёт долгие часы. Длинная и медленно движущаяся человеческая цепочка была сплошь наполнена недовольными ведьмаками, ведьмами и магами.

Каждый раз, когда один продвигался вперёд, кто-то другой обрадованно пытался завести со мной разговор, но я лишь мотал головой, показывая, что не особо настроен на болтовню. Минута за минутой, час за часом — я даже вздремнуть успел стоя, черт возьми!

Когда, наконец, я попал внутрь кабинета, меня встретило тепло камина. В большом кресле за массивным столом сидел мужчина лет тридцати, выбритый столь идеально, что казался какой-то картинкой. Его костюм не походил на местные, скорее напоминал стиль Эльсингара — моего родного государства.

— Документы! — он лениво протянул руку, не глаз от своих записей.

Я молча передал ему бумаги. Выражение его лица изменилось, когда он прочитал моё имя.

— Маркиз Аларик Рэйвен? — удивлённо произнёс он, теперь уже внимательно глядя на меня. — Вас-то я и жду!

Да что ты говоришь⁈ Вот только кто ты такой?

Оказалось, что он барон Эдмунд Блэкторн, и мало того, что он был из Эльсингара — о чем он не преминул сообщить, когда представился — так этот чиновник еще и хорошо знал, кто я такой! Вот только почему? Но я пока лишь наблюдал за его реакцией и ждал, что он сам мне обо всем расскажет. Но это не случилось.

Я описал ему всё, что требовалось для документов, барон быстро внёс мои данные в реестр, а затем протянул мне местное удостоверение личности с пометкой о дипломатической миссии.

— Пять тысяч, — хладнокровно произнёс он.

— Простите? — я приподнял брови, не веря своим ушам.

— Пять тысяч фунтов за кольцо аристократа, — он снова взглянул на меня с лёгкой усмешкой. — Оно вам нужно, поверьте! В другом месте цена будет как минимум в два раза выше. И без него, сами видите, здесь жить тяжело. Я сразу же зарегистрирую кольцо и наложу печать на камень. Это значительно упростит вам жизнь.

— Вы уверены, что стоит именно столько? — уточнил я.

— Абсолютно! Наложение печати и регистрация в любом случае обойдутся в три тысячи, а само кольцо дешевле чем за пять вы нигде не купите.

Я так и заскрипел зубами, понимая, что денег становится всё меньше. Но деваться было некуда, и я отдал ему нужную сумму. Молча проследил, как он достает из ящика кольцо. Это было достаточно массивное серебряное кольцо с зелёным камнем, что отливал глубокими оттенками изумруда. И камень этот был здесь не просто украшением — это был символ статуса, подтверждение моей принадлежности к аристократии и права на защиту в этой стране.

Барон вставил кольцо в замысловатое устройство, похожее на тиски с магическими символами. И когда он их сжал, устройство ярко засветилось. Через минуту камень на кольце тоже засветился мягким светом, подтверждая, что оно теперь зарегистрировано и запечатано магией.

— Всё готово… — барон протянул мне документы вместе с кольцом, снова натянув на лицо привычную уже маску полного безразличия..

Надев кольцо на палец, я почувствовал, как мягкий ток магии прошёл через мою руку. Надеюсь, теперь меня будут останавливаться реже.

— Отныне вы почти полноценный член общества на Плавающих островах, хотя и чужак, — вновь заговорил Эдмунд. — К вам будут меньше придираться, меньше станет и вопросов. Здесь крайне мало аристократов, не то что в нашей стране. Поэтому… Впрочем, скоро вами все увидите!

Он смотрел на меня оценивающе, будто решал, стоит ли что-то ещё говорить. Слова свои он произносил подчеркнуто вежливо, но за ними чувствовалась некая настороженность. Как будто он не особо мне доверял.

— Благодарю, — кивнул я, поднимаясь со стула. — Всего доброго!

— Погодите, маркиз… — Барон поднялся вслед за мной, в его голосе прозвучала неожиданная нота нетерпения. — Я сказал вам, что ждал вас, и это правда. Барон Рэйскрофт передаёт вам привет. Вы уже получили его письмо?

— Получил. Но ещё не читал, — соврал я, сохраняя невозмутимый тон.

Эдмунд поджал губы, но не стал настаивать.

— Советую сделать это как можно скорее. Сегодня вечером вас заберут из постоялого двора и сопроводят в столицу. Можете не переживать за своих слуг, они тоже будут под надежной охраной. — Эдмунд выглядел довольным, словно сделал для меня одолжение, и я теперь ему был за это обязан.

— Но я уже забронировал… — начал было я.

Но он меня перебил:

— Не беспокойтесь, вам всё возместят! В столице для вас сняли домик. Полное обеспечение, слуги, еда…

— Понял, — кивнул я, не показывая своего раздражения.

Выйдя из кабинета, я чувствовал, как недовольство скручивает внутри меня узлы. Барон Рэйскрофт явно уже все решил за меня, не оставив мне ни выбора, ни времени на раздумья.

Однако моя злость быстро сменилась настороженностью, когда я почувствовал знакомую ауру. Это был оборотень. Чистокровный…

Виктория…

Я резко обернулся и увидел её, шагающую прямо ко мне. На ней было тёплое дорогое платье, которое привычно подчёркивало её идеальные изящные формы. Волосы были уложены в сложную причёску, но ни одна прядь не выбилась из нее, словно ветер обошёл герцогиню стороной.

На щеках играл лёгкий румянец, и казалось, что холод совсем не касается её лица. Взгляд был уверенный и спокойный, губы слегка поджаты в хитрой улыбке, будто она заранее знала, что встретит меня тут.

Каждое её движение было плавным, грациозным, она шла как королева, приближаясь ко мне очень неспешно и в то же время уверенно, словно мы были старые знакомые, случайно повстречавшиеся на улице. Хотя, с другой стороны, именно так оно и было…

— Аларик… — растянула она медовым голоском, остановившись передо мной. — Какая встреча! Вы что, преследуете меня? — Она прижала ладонь к губам, притворяясь смущённой.

— Нет, — ответил я резко, изо всех сил держа себя в руках. Её близость действовала мне на нервы, особенно после того, как она чуть не убила меня на корабле. О том, что за несколько секунд до этого я сам пытался убить ее, я старался не вспоминать.

Виктория наклонила голову, с виду обиженная моим холодным тоном, но в её глазах мелькнуло что-то опасное.

— Что же подумает общество? Маркиз Аларик Рэйвен добивается расположения герцогини Виктории… — её взгляд стал еще более хитрым, как у хищника.

Оборотень пристально следила за моей реакцией.

— Я не… — попытался было ответить я, но она резко сделала шаг вперёд, обвив меня руками. Её губы мягко коснулись моей шеи.

— Какого… — начал я, опасаясь самого худшего.

Но она лишь шепнула мне на ухо:

— Тише, дорогой… Если хочешь попасть в Изнанку, то слушай меня…

Моё тело напряглось, рука машинально потянулась к рукояти меча, но в ту же секунду я замер. Она явно знала обо мне больше, чем следовало. Какого чёрта она так осведомлена о моих планах? И что еще ей известно?

— Сиди в своём постоялом дворе. Очень скоро я навещу тебя. Если, конечно, ты этого сам захочешь. А ты захочешь…

Я выдохнул, все еще пытаясь сдержать злость, и с усилием заставил себя улыбнуться. Я взял её руку, слегка поцеловал тыльную сторону ладони.

— И что тебе нужно, Виктория? — спросил я с натянутой усмешкой.

— Ты… — она оскалилась в довольной улыбке, её голос стал чуть мягче. — И ты мне будешь должен.

— Я подумаю, — Я слегка повысил голос, делая вид, что сцена становится для меня неловкой. — Простите, но я ещё не решил, кому принадлежит моё сердце…

Да, я нарочно разыгрывал эту маленькую сценку, чтобы окружающие, которые с интересом наблюдали за нами, восприняли это как некий романтический инцидент.

Я видел, как многие принялись на нас оглядываться — и ведьмаки, и маги, и даже многочисленная охрана здания. Похоже, Виктория была хорошо известна в этих кругах, и её статус, без сомнения, был значительно выше моего.

Она наклонилась ко мне и прошептала:

— Хорошо сыграно, маркиз. Я зайду к тебе, когда ты решишь, что готов. Но помни: если хочешь выжить в Изнанке, то прислушайся ко мне!

Виктория развернулась и пошла прочь, а я остался стоять с пульсирующей злобой внутри. Я чувствовал, как кипит во мне ярость, но знал, что атаковать её прямо сейчас было бы крайне глупо. Она играла в какие-то свои игры, и я пока был вынужден оставаться в них пешкой.

Я с силой толкнул дверь на выходе, едва не сбив с ног прохожего, перед которым мне пришлось быстро извиняться. Моё сердце стучало в груди, а разум искал решения.

Барон Рэйскрофт… Теперь я был полностью уверен, что в его письме было не просто пожелания — это был прямой приказ. Они уже всё решили за меня, назначили мне роль, а также место и даже время, когда я отправлюсь в столицу.

Но вот беда — у меня были и свои собственные планы.

Как только я оказался на улице, моё внимание привлекли несколько людей, что сразу пошли следом за мной. Чёрт, да они что — решили до смерти измучить меня своим преследованием? Их было шестеро: три мага и три ведьмака, достаточно сильных причем, чтобы стать серьезной угрозой.

Кольцо на руке, впрочем, действовало. Люди смотрели на меня с уважением, и даже слегка кланялись, уступая мне дорогу. И никто не подходил с вопросами.

Окинув быстрым взглядом своих преследователей, я прикинул шансы. Троих я мог бы положить сразу, но вот остальных — неизвестно. Однако драться с ними сейчас было бы безумием.

Я добрался до постоялого двора быстрее, чем шёл до магистрата. Мысли путались, тревожным роем кружились в голове, но ясность решения всё равно пробивалась сквозь этот хаос.

Отряхнул сапоги от грязи у входа, почти не замечая, как служащие теперь кланяются мне, отводят взгляды, стараясь быть незаметными. Кольцо действительно работало — мой статус теперь был заметен всем. Но это не особо меня сейчас утешало.

Не задерживаясь, я направился прямиком в наш номер. И как только открыл дверь, мои люди тут же подскочили. На их лицах застыло тревожное ожидание.

— Милорд? — они воскликнули это в один голос, как будто читали друг у друга мысли.

Я осмотрел всех по очереди. Лилия, Цапля, Рурик… Лицо старика было сосредоточенным, как будто он вот-вот собирался выхватывать оружие, и только ждал моего приказа. Лилия глядела на меня с вопросом в глазах, её беспокойство было очень хорошо заметно, хотя она и старалась держать себя в руках. Цапля стоял чуть позади, словно готовясь в любую минуту спрятаться за Рурика… Ну, или схватить оружие!

Я закрыл за собой дверь и немного помолчал, всё ещё прокручивая в голове разговоры с Викторией и Эдмундом Блэкторном.

— Так… — протянул я, позволяя себе растянуть улыбку.

Рискованно. Очень рискованно, но другого пути у нас просто нет. Терять возможность — это не вариант. Если я не использую этот шанс, он может больше не представиться.

— Слушайте мою команду! — Мой голос стал твердым, как сталь. — Собирайтесь и будьте готовы отправиться в любой момент.

Рурик напрягся. Он всё понял без слов.

— Господин… — произнёс он наконец. На его губах мелькнула лёгкая улыбка, весьма уверенная, впрочем. — Как прикажете, милорд!

Его спокойная решимость передалась всем остальным. Я видел, как Лилия расслабила плечи.

— Мы уходим прямо сейчас? — спросила девушка тихо.

— Нет, — ответил я, чувствуя нарастающее в комнате напряжение. — Кое-кого мы подождем…

Глава 17

Не теряя времени даром, Рурик, Цапля и Лилия начали собираться в дорогу, и спустя каких-то полчаса мы уже были полностью готовы. Вещей у нас было немного: одежда, оружие, деньги. Еще несколько запечатанных коробок с припасами.

— Те, кто меня сюда послал, — начал я, медленно проходя взглядом по всем лицам, — не хотят, чтобы я подходил к Изнанке.

Цапля тут же опустил глаза и тихо пробормотал:

— Может, и не стоит тогда…

— Цыц! — Рурик прикрикнул на мальчишку, как на нашкодившего щенка.

Цапля невнятно огрызнулся. Я усмехнулся, глядя на их перепалку, и продолжил:

— Понимаю, что там опасно и всё такое… — Чуть смягчив тон, я кивнул в сторону Цапли, — но дело в том, что я не собираюсь тащить вас всех в самое пекло. Мы подойдём, разведаем и будем действовать выверено. Малые вылазки, не более того.

Лилия резко поднялась с места, взгляд её пылал решимостью.

— Я хочу! — воскликнула она, словно уже знала свой путь.

— А теперь к менее приятным новостям, — голос мой стал холоднее, но тем самым привлек к себе полное внимание. — На корабле я пытался убить Викторию, чистокровного оборотня. Как вы уже могли заметить, у меня это не вышло…

Моя команда замерла. Тишина, такая напряженная, что ею при желании можно было сыр резать, повисла в воздухе. Лица моих спутников побледнели, и только Лилия казалась ещё более разъярённой.

— Я не знаю её намерений, — продолжил я, хрустнув при этом шеей, как бы сбрасывая накопившееся напряжение. — Но только что встретил её в магистрате. И, как вы могли бы догадаться, она прекрасно осведомлена, куда я направляюсь. Более того, она вызвалась нам помочь.

— Давайте её убьём! — вновь вскричала Лилия, словно одержимая собственной решимостью. — Эту тварь…

— Боюсь, что у тебя не получится, — усмехнулся я, но в глубине души понимал, что её порыв был чистым, хотя и наивным.

Цапля, явно обдумывая слова Лилии, подал голос:

— Тогда зачем она нам? Давайте просто уйдём. Уж язык нас до Изнанки доведёт…

— Согласен, — кивнул я, оценивая его слова. — Вот только внизу нас караулят несколько магов и ведьмаков, — кивнул я в сторону окна. — А вечером за нами приедет фургон, чтобы доставить нас в столицу.

Рурик, не сводя с меня глаз, спросил:

— Милорд, вы собираетесь ослушаться барона Рэйскрофта?

— Не совсем, — постучал я пальцами по столу, обдумывая варианты. — Это было бы слишком глупо.

— И тогда?.. — допытывался старик, словно знал, что я что-то утаиваю.

— Подождём нашу гостью, — коротко бросил я.

Как будто по сигналу, в дверь постучали. Но я уже давно почувствовал её приближение, еще едва только она вошла на постоялый двор.

— Открой, — приказал я Рурику.

Старик, прихватив свою алебарду, неспешно направился к двери, готовый к любой неприятности.

Дверь распахнулась, в проёме появилась Виктория.

— Аларик! — воскликнула она, разводя руки, словно собираясь обнять меня. — А вот и я! Ты скучал?

— Говори! — коротко бросил я. Настроения играть в её странные игры у меня не было совершенно.

Её глаза хитро блеснули, и она, словно кошка, медленно начала оглядывать комнату, поочередно впиваясь пронзительным взглядом в каждого из нас.

— Так, кто тут у нас… — произнесла она, глубоко вдохнув, будто наслаждаясь запахом аур вокруг. — Ведьма… — её взгляд скользнул по Лилии, глаза прищурились. — Её можно было бы развить, если с ней заняться. Старик… Какой странный от него запах, не могу разобраться. А мальчик, — она ухмыльнулась, а глаза блеснули хищным огоньком, — такой юный…

— Виктория! — повысил я голос, поднявшись с места. — Говори, что ты хотела?

Она театрально качнула головой, изображая разочарование.

— Какой же ты нетерпеливый, маркиз… — её голос был мягким, почти воркующим. — К тебе девушка пришла, а ты ее даже чаем не угостил, да и слуги твои не проявляют должного уважения. Может мне стоит…

Её слова оборвались в тот момент, когда она молниеносным движением оказалась рядом с Лилией. Схватив ведьму за волосы, Виктория подняла её в воздух, словно игрушку. Лилия закашлялась, визжа и извиваясь, хватала ее за руку, пытаясь освободиться, но оборотень ее не отпускала.

— Какого чёрта⁈ — выкрикнул я, мгновенно активируя клинок. Магия и элемент заструились по нему, клинок вспыхнул зловещим светом, готовый к удару.

— Ты ведь не хочешь этого, Аларик, — прошептала Виктория с ледяной усмешкой. Её глаза сверкнули, как у хищника, играющего со своей добычей. Она наклонилась к Лилии и шепнула ей что-то на ухо. Я видел, что эти слова заставили ведьму онеметь от страха.

— Отпусти её, — сказал я сдержанно.

— Ты не понимаешь, — продолжала она, не обращая внимания на мой приказ, — этот мир опаснее, чем ты думаешь. Играть с огнём можно, только если знаешь, как управлять пламенем.

— Чего ты хочешь? — процедил я, прищурившись.

Она усмехнулась и медленно опустила Лилию на пол. Ведьма тяжело дышала, морщилась от боли, но была цела. Виктория отступила на шаг, её движения плавные и изящные, словно в элегантном танце.

Виктория скользнула к окну, прищурившись, как хищник, готовый к прыжку. Выглянула наружу.

— Для начала: на улице тебя ждут уже около десяти человек… — произнесла она тихо, почти шёпотом. — И скоро за тобой придут. Поверь, выбора у тебя не будет. Ты отправишься вместе с ними, хочешь ты этого или нет.

Я дернул уголком рта, едва сдерживая усмешку.

— И мне кажется, это будет правильно. — Я начал свою игру, делая вид, что согласен с её словами.

Виктория резко изменилась в лице, её глаза сузились, по её телу пробежала волна скрытого гнева.

— Дурак! — резко бросила она, её голос зазвучал жестче. — Ты хочешь лишить себя силы⁈

Я не ответил, лишь молча наблюдал за ней… И её это разозлило. Она фыркнула, но тут же попыталась взять себя в руки, даже нацепила на лицо неподвижную маску спокойствия. Но её раздражение всё же сумело прорваться и через нее.

— Твой друг, которого мы оба знаем, очень не хочет, чтобы мы виделись! — буквально выкрикнула она. — Он старается спрятать тебя… Ты сам не понимаешь, как много скрыто в этой стране, как многого ты можешь лишиться, если будешь так бездумно ему подчиняться!

— Значит, у нас с ним совпадают мнения и вкусы по поводу тебя… — я слегка повернул голову к окну, будто бы не придавая её словам значения.

— Аларик… Аларик… Ты даже не представляешь, что тут творится и к чему всё идет. Наша страна живет в иллюзии силы и власти. Страх перед Изнанкой, подавление колдовства… Это всё лишь дымовая завеса.

Её голос звучал теперь тише — она начала раскрывать свои карты. Это было то, что мне нужно. Виктория хотела явно чего-то большего, и если уж она шла на такой шаг, значит, ситуация была для неё достаточно серьёзной.

— Молчишь? Зря, — она чуть прикусила губу, теряя терпение. Её прелестное личико больше не выглядело таким уж невозмутимым — прежняя маска спокойствия исчезла без следа.

— У тебя последняя попытка, — я сел в кресло и закинул ногу на ногу, излучая уверенность и спокойствие. — Говори! И если мне вдруг не понравятся твои слова… ну, ты сама понимаешь.

Её глаза тут же вспыхнули холодной яростью, но она быстро взяла себя в руки. Взгляд Виктории снова метнулся к окну.

— Ты же чувствуешь? — кивнула она в его сторону.

— Семь, — ответил я спокойно и тоже кивнул, подтверждая её слова.

— Неплохо… Нюх у тебя отменный, — её улыбка стала опасной. — Да, именно столько моих людей сейчас снаружи. И стоит мне подать сигнал, как они начнут действовать. Попросту говоря, устроят переполох, поднимется шум, и мы сделаем вид, что тебя похитили. Наш друг даже и не подумает, что ты решил играть в собственную игру.

Я кивнул, осознавая, что она все прекрасно продумала.

— И ты сорвёшь его планы? — уточнил я.

— Именно! — Виктория почти сорвалась на крик. — Два года назад я была на твоём месте. Меня тоже сюда отправили, как только появилась Изнанка. И когда всё пошло не по плану, меня просто бросили здесь. Я умирала, и это не преувеличение…

— Очень интересная история, — перебил её я, приподняв бровь. — Но чего ты хочешь от меня?

Она выпрямилась, её лицо стало вновь холодным и расчетливым. Я понял, что она собирается наконец сказать главное.

— Я хочу, чтобы ты достал мне чёрный кристалл. Не спрашивай зачем и почему я не могу сделать это сама… Такова будет моя цена за помощь тебе.

Я ждал этого. Собственно, я знал, что она скажет еще до мгновение до того, как она начала свою речь.

— Тогда приступай, — коротко бросил я.

Её глаза на мгновение стали чёрными, как бездна, а рот чуть приоткрылся, и в этот момент я уловил тонкий, едва различимый звук, который эхом отозвался у меня в голове.

На улице моментально началась потасовка. Крики, выстрелы — всё смешалось в этом хаосе. Но план ее сработал безукоризненно — на улицах началась самая настоящая паника. Кто-то крикнул: «Оборотни!», и сразу послышался звон металла, а за ним и оглушительный женский визг.

— Можно отправляться, — спокойно заявила Виктория, повернувшись к двери.

Я сразу встал, взял свои вещи и кивнул Рурику с Цаплей. Они последовали моему примеру без лишних вопросов. Лилия, напротив, медлила. Её глаза все еще горели ненавистью, а в глубине чувствовался страх. Впрочем, ее состояние можно была понять. Особенно тому, кого хоть раз в жизни оборотень удерживал в воздухе, ухватив за волосы…

Мы быстро покинули наше жилище, оставив за спиной истошные крики, что на город напали оборотни. Толпа разбегалась в разные стороны, все еще были слышны выстрелы и звон металла. Кто с кем сражался — разобрать сейчас было невозможно. На улицах воцарился полный хаос, но в этом и был наш шанс.

Неподалеку от постоялого двора нас уже ждал экипаж… Хищно улыбнувшись, Виктория указала на него пальцем.

— Этот экипаж вывезет тебя из города, — сообщила она. Её голос снова стал холодным и расчётливым. — Будь аккуратнее. И не пытайся меня обмануть. Я свою часть уговора выполнила.

Не успел я ничего ответить, как она мгновенно исчезла, растворившись в воздухе, словно её и не было.

Побросав вещи на багажную полку, мы быстро заскочили в экипаж, и он тут же рванул с места.. Мои спутники наконец-то смогли выдохнуть.

— Вот это у нее силища! — бросил Цапля, вытирая лоб. — Даже дышать рядом с ней тяжело.

— Дрянь! Животное! Сука! — Лилия до хруста стиснула кулаки, её лицо побледнело от гнева.

Рурик, сдержанно, как и всегда, впрочем, посмотрел на меня. В его глазах был вопрос, но он знал, что ответы придут только тогда, когда я буду готов. Я вздохнул, глядя на своих спутников.

— То, что Рэйскрофт и Виктория знакомы, — начал я, — теперь очевидно. Вот только барон, похоже, не рассчитывал, что мы с ней пересечёмся. После того, как мы сошли с корабля, кто-то сразу доложил о нашем прибытии его людям на островах, и они отправили мне заранее подготовленное письмо за подписью Рэйскрофта. Иначе я не понимаю, как могли так быстро доставить послание и получить приказ.

Я замолчал, размышляя о том, что все мои подозрения начинают подтверждаться. Меня явно используют в темную, только для чего? И самое важное — зачем Виктория так сильно желает, чтобы я направился в Изнанку? Только ли из-за черного кристалла? Или на то есть иная причина?

Мои люди ждали. Их взгляды были прикованы ко мне, они ждали ответа, наивно полагая, что она мне известен. Но я и сам хотел бы знать его! И пока я понимал только одно: меня втянули в игру гораздо более крупную и серьезную, чем я предполагал вначале.

— Не знаю, какие силы представляет герцогиня, — продолжил я, — но пока её помощь нам выгодна, я буду ее использовать. Есть еще кое-что… Я почти уверен, что Виктория не может зайти в Изнанку.

— Почему? — Лилия подняла брови в недоумении.

— Хороший вопрос! — усмехнулся я.

Моя версия многое объясняла. Во всяком случае, теперь было понятно, почему Виктория оставила мне свою кровь. Она проверяла меня! Видимо, надеялась, что я начну ставить опыт с ее кровью, непременно достигну результатов и стану сильнее. И еще, кажется, она знала обо мне больше, чем я предполагал. Знала слишком много обо мне, о моих способностях и даже об иммунитете.

Герцогиня изучила меня ещё до того, как мы сошли с корабля, и каждый её шаг был продуман. С самого начала она следила за мной, возможно, даже знала, что я доберусь до Плавающих островов. И действовал она не просто ради каких-то своих личных интересов. Хотя и личное, несомненно, здесь имело место быть.

Мои мысли начали лихорадочно крутиться вокруг одного — как не стать марионеткой в играх Рэйскрофта и Виктории. Один хочет, чтобы я избегал Изнанки, другая — чтобы я туда отправился. Две силы тянут меня в разные стороны. Но я ведь не резиновый, господа…

— Барону теперь будет сложнее меня контролировать, — тихо произнес я, будто бы сам для себя.

— И что теперь? — тихо спросил Рурик.

— Мы едем дальше, — твёрдо ответил я. — Но теперь играем по собственным правилам.

Экипаж действительно вывез нас из города, оставив позади шумные улицы. Мы катились по лесной дороге, высокие колеса уверенно прокладывали путь через снежную кашу, а крепкие лошади шагали ровно, привычные к местным суровым условиям.

Снаружи сквозь маленькое окошко был виден лес, редкие деревья чередовались с заснеженными полями.

Окно кареты неожиданно открылось, и кучер просунул мне письмо. Едва взяв его в руки, я почувствовал знакомый острый запах оборотня. Это было послание от Виктории.

Пробежавшись глазами по строкам, я обнаружил, что в нем содержатся рекомендации, куда нам двигаться, а также где она планирует встретиться с нами. Помимо прочего, внутри была карта с детальной разметкой области Изнанки.

— Мы сейчас здесь… — указал я на точку на карте. — Герцогиня хочет пересечься с нами вот тут…

— Но мы же не пойдём туда? — подала голос Лилия, внимательно изучая карту.

— Конечно, нет, — усмехнулся я, чувствуя её растущую тревогу. — Мы пойдем своим путём.

Судя по письму, нас довезут до небольшого поселения, где мы должны будем заночевать, а уже завтра за нами приедут. И мне даже не было интересно, кто именно приедет, поскольку у меня был немного другой план. Примерно через час экипаж остановился.. Мы оказались в небольшой деревне — домиков на пятнадцать, не больше. В центре поселения стоял колодец, вокруг него отдыхали лошади, а неподалеку виднелась таверна — единственное место, куда можно было зайти в поисках тепла и еды.

Туда мы и направились. Внутри оказалось достаточно тепло, но еще шумно и грязно. У камина сидели несколько местных, разложив свои пожитки на грубых деревянных столах.

Воздух был пропитан запахом пота, еды и грязи. Всего в зале собралось около тридцати человек. Одни пили, другие ели, третьи совмещали и то и другое, а кто-то бурно обсуждал новости и делился слухами.

Мой взгляд зацепился за знакомую парочку с корабля. Они сидели за столом с каким-то мужиком лет пятидесяти, за спиной которого стояли еще трое. Видимо, разговор у них не задался — разочарованные лица ведьмаков говорили сами за себя. Что-то коротко сказав напоследок, они поднялись и ушли.

— Рурик, — обратился я к старику. — Узнай, какие услуги предлагают эти господа.

Старик кивнул и направился к ним, а я оглядел зал. Это был лишь беглый осмотр, но и он дал мне кое-какую информацию. Большая часть местных тут наверняка сидит не просто так. Они держатся очень уверенно, при этом разбиты на группы от четырех до семи человек. А различные гости Плавающих островов — такие, как мы — постоянно подходят то к одним, то к другим.

— Милорд, — сказал Рурик, когда вернулся, — Я все выяснил. Главный там — Велькнут. Он глава их отряда, они оказывают услуги в сопровождении до Изнанки.

Я посмотрел на него, прищурив глаза.

— Именно! — подтвердил старик. — Вот только для нас цена будет в два раза выше. Десять тысяч золотом — и через неделю мы будем у Изнанки. Гарантируют безопасность и сопровождение в лесах.

— Дорого! — выдал свою оценку Цапля. — Это сколько же нужно было воровать в Гринхолле, чтобы собрать такую сумму?

— Я слышал, как другие группы называют цены в пять и даже три тысячи, — добавил Рурик, кивая на несколько других столов.

Я ещё раз осмотрел зал. Группа Велькнута явно была здесь одной из лучших. Они сидели в самом центре, еда и питьё были у них в изобилии, а седовласый вождь отшивал уже третью группу подряд, что подходила к ним в поисках сотрудничества.

— Пойду, перекинусь с ним парочкой слов, — сказал я, неторопливо поднимаясь.

Когда я подошёл к их столу, то смог рассмотреть их получше. Глава группы, Велькнут — был коренастым мужчиной с широкими плечами, редкими голубыми глазами и седыми волосами. Все вокруг него сидели в шкурах, напоминающих викингов, с мечами на столе и ружьями рядом. О чем-то похожем я читал в своей прошлой жизни.

— Тебе чего? — грубо спросил Велькнут, взглянув на меня. — Ой, простите, вы же аристократ с материка! Что вам надобно, лорд? — Его голос был насквозь пропитан насмешкой, и его подручные тут же довольно заржали.

— Мальчишка решил попытать удачи, — подхватил один из них. — У Оборотней как раз корм заканчивается!

Я молча сел за их стол, что вызвало у них немалое удивление. Ржание тут же умолкло. Я положил на стол мешок с золотом, который прозвенел столь красноречиво, что заставил их всех замолчать и обратить на меня внимание. Эти действия сказала обо мне все лучше всяких слов. Взгляды присутствующих моментально сосредоточились на деньгах.

Моя ладонь легла на один из мечей, лежащих рядом с едой. Я выпустил магию. Чёрная энергия медленно потекла по моей ладони и впиталась в клинок. Металл начал темнеть, покрываться ржавчиной, а затем просто рассыпался в прах, отвалившись от рукояти.

— Ты! — один из мужиков вскочил, явно возмущённый.

Но огонь на моей ладони вспыхнул прежде, чем он успел что-то сделать. Пламя соскользнуло с моей руки и мгновенно охватило его бороду. Он в панике попытался потушить её, сунув лицо в тарелку с супом. Таверна разразилась оглушительным смехом.

— Ну, говори, — сказал Велькнут, грузно откинувшись на спинку стула. Его голос теперь стал серьёзнее.

— У меня тоже есть чувство юмора, — произнёс я, не сводя с него взгляда. — Но уверен, что оборотням вы бы понравились больше. В вас явно больше мяса.

Мужик, которому я испортил меч и поджёг бороду, снова вскинулся:

— Вель! Я его… Только скажи!

— Сиди! — рявкнул на него Велькнут.

Я снова посмотрел на него, не отводя взгляда.

— Насчёт того, чего я хочу, думаю, тебе уже понятно, — сказал я. — Пять групп уже нашли своих сопровождающих. Ты можешь и дальше сидеть здесь, или же взять эти деньги и согласиться на условия, которые сам и предлагал. Решай…

Велькнут замер, его рука зависла в воздухе над мешком золота. Он посмотрел на меня, прищурив глаза, как будто пытался понять, не шучу ли я. Остальные за его столом тоже напряглись, их взгляды метались то ко мне, то к нему, то к мешку золота. И так по кругу.

— Я согласен, — наконец кивнул Велькнут.

— Подожди! — Я перехватил его руку, которой он попытался схватить мешок с золотом. — Одно условие. Выходим прямо сейчас…

Глава 18

Велькнут смерил меня тяжелым взглядом из-под густых бровей, затем перевел его на своих людей. Они молчали. Тогда он снова уставился на меня.

— Ты уверен? — спросил он. — Лучше утром. Сейчас холодно и ни черта не видно. Придется идти всю ночь, а на стоянку встать только утром. Да и встретится нам могут разные…

— Вервульфы? — я улыбнулся в ответ. — Да, я знаком с этими тварями. Вот только у меня есть причины настаивать на своем.

Велькнут слегка ко мне наклонился.

— Нужно скрыться? — поинтересовался он.

— Не совсем… — я не собирался раскрывать перед первым встречным подробности своего плана. — Просто, чем раньше я приду к Изнанке, тем лучше.

Мужик задумался. Он уже начинал мне нравиться. Другой бы из-за таких денег, которые сейчас лежали перед ним на столе, уже бы согласился на все, а этот взвешивает риски, анализирует. Он еще раз оценил меня все тем же тяжелым взглядом, потом столь же пристально осмотрел и моих людей.

— Команда так себе у тебя… — он кивнул он на наш столик. — Девка, сопляк и старик. Я сомневаюсь, что они выдержат такой путь. Мы останавливаться не будем.

— Они справятся, — уверил я. — Сопляк всю свою жизнь прожил на улице и щипал таких как ты. А старик… Он побольше тебя повидал в жизни. Что касается девчонки, то она сможет дать форы любому из твоих парней, я тебя уверяю…

Повисло недолгое молчание. Я обратил внимание, что на нас уже стали посматривать остальные присутствующие в таверне. Все-таки я вел переговоры с самой дорогой командой проводников и им было интересно: отошьют они меня или нет?

— Ладно! — Велькнут кивнул. — Сейчас так сейчас. Выступаем ровно через час. Нам нужно закупить припасов в дорогу, проверить снаряжение — и тогда можем выдвигаться.

Мой мешок с золотом тут же забрали. Люди седовласого немедленно направились к трактирщику, а сам он достал карту и приступил к ее изучению. Я продолжал сидеть за столом.

— Ты можешь идти. — Он махнул он рукой.

— Маршрут и точка назначения. — ответил я. — Выйти мы должны тут…

И указал на карте место. Пока мы сюда добирались, я прикинул несколько вариантов и постарался выбрать место, которое находилось как можно дальше от точки предполагаемой встречи с Викторией.

Велькнут снова нахмурился, изучая точку на карте, в которую я ткнул пальцем. Затем его взгляд скользнул ко мне, а в глазах мелькнуло недовольство, смешанное с уважением. Он явно понимал, что я не просто очередной «мальчишка с материка», и что у меня собственные планы, далекие от его понимания.

— Хм… — пробормотал он, вновь взглянув на то место на карте, которое я указал. — Это будет несколько дальше, чем при нашем обычном маршруте. Там всё иначе: глубже в лес, ближе к Изнанке… Чёртово место.

Он почесал щетину на подбородке, не отрывая взгляда от карты. Мои слова не прошли мимо его внимания, и, как видно, он начал прикидывать возможные риски. Велькнут явно был из тех, кто привык взвешивать каждую деталь, не полагаясь только на золото, что уже звенело в его карманах.

— Можешь сказать, что тебе там нужно? — спросил он, не отрывая взгляда от карты.

— Нет, — ответил я. — Скажем так, у меня есть свои причины. Чем меньше ты о них знаешь, тем лучше для тебя же. Это в твоих интересах, поверь мне.

Велькнут поднял глаза и посмотрел на меня долгим, пронизывающим взглядом, будто размышляя, стоит ли верить моим словам. Потом решил, видимо, что ему на это плевать и снова кивнул, уже более уверенно.

— Ладно, парень, твоё дело! — Велькнут быстро свернул карту. — Но учти, мы выходим через час. Если твои люди не будут готовы — это уже твои проблемы. Ждать мы никого не будем.

Он поднялся из-за стола и снова бросил взгляд на наш стол.

— Команда так себе у тебя, — повторил он. — Однако посмотрим, на что они способны. Если кто-то не выдержит, за них я не отвечаю. Понял?

— Понял, — спокойно ответил я.

Когда он отошёл, я обернулся к своей команде. Лилия сидела с напряжённым выражением лица, сжимая кружку с горячим напитком, а Цапля выглядел так, будто хотел что-то сказать, но не осмеливался. Рурик, как всегда, сохранял невозмутимое выражение лица.

Я подошел к ним и уселся рядом. Все замерли в ожидании моих слов. И я их не разочаровал.

— Ну что, собирайтесь! Мы уходим через час. Предупреждаю сразу: путь будет нелёгкий, и если кто-то из вас не готов, или сомневается, или боится — говорите прямо сейчас. Потом будет поздно.

Лилия бросила на меня беглый взгляд и лишь коротко кивнула. Но в глазах ее я успел уловить напряжение. Цапля, шмыгнув носом, слегка сгорбился, будто хотел спрятаться, но потом все-таки принял решение и тоже кивнул… Рурик был спокоен и собран — с ним и так всё было понятно. Он всегда готов к любым испытаниям.

— Будет непросто, — сказал я. — Придется постараться, чтобы добраться до цели живыми и невредимыми. Присматриваем друг за другом, следим за нашим сопровождением и помогаем друг другу в случае необходимости. Остальное решим по ходу…

Я говорил это, но голова у меня была забита мыслями о Виктории. Слишком уж настойчиво она пыталась втянуть меня в эту авантюру. И означало это только одно — в её планах было нечто большее, чем просто помощь, а возможно и большее, чем чертов черный кристалл… Но почему он ей так важен? И чего она добивается на самом деле?

Мне стало душно, нужно было проветриться. Я вышел на улицу, в лицо тут же ударил холодный воздух. На небе уже собрались тяжёлые тучи, предвещающие снежную бурю, а ветер, колючий и резкий, проникал под одежду, заставляя меня плотнее кутаться в плащ. Последние проблески света от окрестных домов быстро таяли во тьме, начинала сгущаться ночь.

Спустя час мы выдвинулись. Велькнут представил нам остальных членов своей команды. Первый из них — Айварс, тот самый, которому я подпалил бороду и уничтожил меч. Выглядел он так, будто готов был сразиться с целым отрядом врагов, причем немедленно. И даже несмотря на обиду, которую я ему нанес. Молчаливый и суровый Барди был похож на огромный камень — с непроницаемым лицом и седыми прядями в спутанных волосах. И наконец Кристер — самый низкорослый, но и самый сильный из всех. Во всяком случае, снаряжением он был нагружен больше остальных.

— Меняйте свою одежду, — посоветовал Велькнут, оглядывая нас с явным неодобрением. — Эти тряпки и обувь вас не спасут. Здесь холодно и опасно, а вы выглядите, как жалкие гости с материка.

Он знал, что говорил. Мы последовали его совету, и наши меховые куртки и теплые сапоги-унты сделали своё дело — сразу стало теплее и легче. Но лесной холод все равно проникал глубже, чем одежда могла нас защитить.

Мы постепенно продвигались всё дальше, огни деревни остались позади, утонув в темноте и холоде. Ветер был беспощаден, он нес в себе запах снега и хвои, смешанный с сыростью. Велькнут шёл первым, как опытный проводник. Айварс шагал следом, за ним — я со своей командой. Замыкающими были Барди и Кристер, они держали над головой факелы, которые освещали местность вокруг тусклым светом.

Я постоянно проверял обстановку, используя духовное зрение, стараясь уловить любые аномалии.Нервы мои были натянуты, как струна, а мышцы готовы к действию. Я чувствовал себя взведенной пружиной. Груз мы разделили между собой — если кто-то его лишится, то другие сохранят большую его часть. Желания потерять оружие, припасы и деньги у меня не было никакого. Все это нам ещё пригодится…

Подъём начался внезапно. Снег, который здесь лежал плотными пластами, прятал под собой ледяные поверхности, и наши ноги то и дело скользили, норовя опрокинуть нас на землю. Ветер бил в лицо, холодные порывы проникали сквозь одежду. Пришлось укутать лицо и оставить лишь глаза.

Когда идти стало уже почти невозможно, Велькнут остановил отряд, резко вскинув руку. Все замерли, факелы почти погасли. Волна тревоги пробежала у меня в груди, и я быстро подключил духовное зрение, выискивая опасность.

— Что происходит? — прошептал я.

Велькнут что-то показал Айварсу. Тот, не отвечая, кивнул и подошел ко мне.

— Внизу идут ещё три группы, — сказал он низким голосом. — Они слишком близко, идут плотно друг к другу, производя много шума. Звук, запах — всё это привлечёт тварей.

— Вервульфы? — переспросил я с усмешкой.

— Именно, — он кивнул с заметным раздражением… — Эти идиоты своим шумом привлекают их. Нужно немного подождать. Мы не можем идти так близко к ним, иначе заметят и нас.

Я покачал головой, мысленно проклиная тех, кто не понимал элементарных правил выживания в этих местах.

— Значит, ждём, — спокойно ответил я. — Но не особенно долго, я не могу терять время.

Мы укрылись за снежными склонами, стараясь не создавать шума. Я всматривался туда, куда указал Велькнут, но никаких людей там не видел. Прошло уже полчаса, а мы так и не сдвинулись с места.

Было тихо, только ветер завывал, словно играя с нашими нервами. И внезапно мой нос уловил знакомый запах. Оборотни… Я напрягся. Это не были чистокровные твари, а просто обращённые люди. Их было пятеро, и в облике волков они двигались чуть левее нас, направляясь туда, где по словам Велькнута шли другие группы.

Судя по реакции моих спутников, они тоже почувствовали приближение хищников. Цапля замер, его лицо побледнело. Лилия едва сдерживала дрожь, а Рурик есть Рурик — он, как всегда, оставался спокоен, но я знал, что и он на взводе.

— Я знаю, что у вас у всех есть иммунитет, — тихо сказал Велькнут, появившись рядом, словно из ниоткуда. — Если бы его не было, ты бы сюда не пошёл.

Я поднял на него взгляд.

— Запах, — продолжил он, скосив глаза в сторону стаи. — У всех нас есть определённый запах. Тупые твари не чувствуют нас. А вот чистокровный — тот, что рождён в Изнанке — при желании может нас определить.

Его слова словно током меня пронзили. Виктория определила моих людей по запаху, поняла, что они чем-то отличаются. И седовласый не просто так отказал всем остальным желающим добраться до Изнанки. Они не подходили ему. Он выбирал лишь тех, у кого был иммунитет, для него это было критически важно.

— То, что они нас не чувствуют и не видят — это, конечно, хорошо, — продолжал он, внимательно наблюдая за стаей, удаляющейся в сторону других групп. — Это даёт нам преимущество. Но стоит чистокровной твари обнаружить нас… У стаи будет лишь один приказ.

Я задумался. Виктория, несмотря на свои связи с оборотнями, явно играла в собственную игру. Но почему тогда она позволила мне узнать о своей способности? Хотела о чем-то предупредить? Или проверить, насколько я готов?

В молчании и бездействии прошло около десяти минут, затем Велькнут поднял руку, подав сигнал идти дальше. И мы продолжили путь без факелов, продвигаясь в полной темноте. Идти стало намного сложнее: холод усилился еще больше, хотя это и казалось невозможным, ледяной ветер бил в лицо, а снег под ногами становился всё более рыхлым. Мне помогало духовное зрение, с его помощью я различал препятствия и скользкие участки. Лилия же спотыкалась всё чаще, то и дело падая в снег. Рурик взял её за руку, и они пошли вместе — старик уверенно двигался даже в такой кромешной тьме. Цапля шёл чуть позади.

И вдруг ночную тишину разорвали крики. Они эхом прокатились по горам, заполняя собой всё пространство. Было ясно, что оборотни вышли на те группы, что шли ниже по склону. Я ощутил, как по коже у меня пробежал озноб, каждый крик бил по нервам. На несколько секунд все стихло, но затем снова пронзительные вопли и стоны боли и ужаса послышались вновь, прокатившись, казалось, на многие километры.

— Пару-тройку часов у нас есть, — с самодовольной улыбкой заявил Айварс. — Пока они там играются с новыми жертвами, кого-то обратят, кого-то сожрут… А мы тем временем уйдём на север, вдоль реки…

— Хитро, — кивнул я, стараясь не выдать своего недовольства. — Вы знали, что так будет?

— Конечно! — усмехнулся он. — Каждый раз находятся идиоты, которые думают, что знают дорогу и могут оказывать такие услуги. Они не понимают сути, не имеют иммунитета… Их просто соблазняет золото. Сами виноваты! Нельзя идти всем по одной дороге. Они решили, что так будет больше шансов. Но они ошиблись. Не та ставка…

Лилия вздрогнула от очередного крика, прорвавшегося сквозь ночь. Но с каждой минутой они становились все тише. Мы продолжали двигаться в темноту, стараясь не производить лишнего шума.

Наконец мы забрались на вершину горы и перешли на другую сторону. Здесь снега было значительно меньше, лед уступил место каменистой тропе, и наш путь стал легче.

Снова зажгли факелы, и по освещенной дороге пошли увереннее. Мы ускорили шаг, однако сопровождающие продолжали молчать, сосредоточившись на маршруте. Их опыт общения с этими местами чувствовался в каждом движении, даже в сдержанном ритме шага.

Вскоре начали спускаться. По звуку стало ясно, что где-то неподалеку протекает река.. Так и вышло. Она была наполовину покрыта льдом, но течение всё ещё слышалось под толстым слоем. Трава хрустела под ногами, ледяной холод, пропитанный влагой, пронизывал до костей.

— Ещё три часа, — пробасил Велькнут, остановившись на мгновение. — Там будет деревенька. Разобьём лагерь неподалёку, отдохнём.

Я кивнул в знак согласия. Ветер дул нам в лицо, донося издалека знакомые запахи. Оборотни. Их вонь трудно не заметить. Но было непонятно: то ли они пробегали здесь недавно, то ли до сих пор были где-то рядом… Я заметил, что Велькнут тоже принюхивается, но тревоги не подымает. Должно быть сомневается, как и я…

Темп удалось поддержать быстрый, ноги работали на пределе. И тут за спиной послышался треск ломающегося льда, а затем всплеск воды. Я резко обернулся. Лилия подскользнулась и тут же ушла в реку с головой. Не было ее всего мгновение, а потом над водой показалось ее белое лицо. В ту же секунду все бросились действовать.

Рурик первым подскочил к краю полыньи, перехватил свою алебарду и протянул девушке древко. Цапля успел подхватить выпавшие из её рук вещи, причем сделал это настолько быстро, что они даже намокнуть не успели… Лилия, дрожа, цеплялась за алебарду… Рурик подтянул её к нам, а я подхватил её под руки и вытащил на берег. Она вся тряслась, зубы стучали от холода, а губы посинели..

— П-п-п-рос-т-и-и-т-е… — простонала она, едва удерживая равновесие.

— Дура! — бросил Айварс, его голос был полон презрения. — Безмозглое создание!

— Никаких остановок, — сухо добавил Велькнут, подойдя ближе. — Времени на переодевание нет. Идём дальше, на ходу обсохнет.

Лилия тряслась ещё сильнее, её руки свело от холода. Я взглянул на неё духовным зрением: повреждений не было, но простудиться она могла запросто. Не раздумывая, я положил ей руки на плечи и пустил элемент в её тело, стараясь согреть изнутри.

— Ах! — тихо простонала она, её дыхание стало сбивчивым.

— Тише… — шепнул я, приложив палец к её губам. — Всё в порядке.

Я взял её за руку, и мы продолжили путь. Велькнут ускорил темп, и теперь мы почти бежали по тропе. Лилия сжимала мою ладонь все сильнее с каждым выпуском элемента.

Я поддерживал тепло в её теле, каждый раз немного осушая свои источники. Но это было необходимо, иначе она могла просто замерзнуть насмерть. Вскоре она перестала дрожать, и я заметил, что лицо ее порозовело.. Периодически она бросала на меня странные взгляды, однако ничего не говорила. Молодец, и не надо ничего говорить. Сейчас, во всяком случае…

В таком ритме мы шли почти час. Мои магические и природные источники истощились, но это помогло Лилии окончательно прийти в норму. Одежда на ней почти полностью высохла. Она избегала моего взгляда, смущённая своим состоянием, но я видел, что чувствует она себя теперь значительно лучше.

— Давайте передохнём, — крикнул Велькнут, остановившись.

На пару минут мы замерли, пытаясь согреть руки от пламени факелов.

Густые клубы пара вырывались из наших ртов с каждым выдохом. Мы стояли, сбившись в плотную группу. Пламя факелов плясало в ночной мгле, отбрасывая странные тени. Велькнут огляделся, явно что-то обдумывая, затем развернул карту и пробежал по ней глазами. Кивнул себе, удовлетворённый, и аккуратно спрятал её в свою меховую куртку.

— Спасибо, господин, — тихо произнесла Лилия. Её голос дрожал, но я точно знал, что это не от холода. — Вы мне очень помогли…

Я скользнул по своим парням духовным зрением. Цапля выглядел на удивление бодро, а вот Рурик был почти на пределе. Я скрипнул зубами, чувствуя, как тяжелеет на моих плечах груз ответственности за своих людей. Нужно будет помочь им с элементом, как только остановимся на стоянке и как только восстановлюсь сам. Необходимо хоть немного их взбодрить…

Моё внимание на мгновение привлекла река. Лёд, покрывавший её, был не сплошным — местами поломанный, а где-то целые ледяные пласты неслись вместе с течением. С другой стороны реки густой, непроглядный лес тянулся чёрной стеной, его тени казались живыми в свете факелов.

Немного передохнув, наша группа двинулась вперёд, и мы сразу набрали темп, будто пытались убежать от чего-то. Ощущение, что до стоянки осталось не больше часа, не покидало меня, но запах оборотней становился всё более ощутимым с каждым шагом. С каждой пройденной сотней шагов он все усиливался… Близилось что-то нехорошее, теперь я нисколько в этом не сомневался.

Вскоре начался плавный подъем, а затем мы резко свернули в сторону. Теперь я с каждым шагом все явственнее чувствовал, что запах оборотней постепенно растворяется в холодном воздухе.

Интересно. Велькнут принял решение изменить курс, чтобы не рисковать понапрасну? Или же просто нашёл более безопасный путь? Но стоило нам достичь вершины, как моё тело среагировало инстинктивно: рука сама собой рванулась к мечу. Лезвие так и вспыхнуло элементом, едва выскользнуло из ножен.

А уже через секунду Велькнут выхватил свой меч, как будто почувствовал то же самое. За ним и остальные члены отряда обнажили свое оружие.

Чёрт возьми, как мы могли так попасться?

Перед нами стояла стая верфульвов, из их пастей свисали куски человеческой плоти, кровь стекала на снег и казалась грязью. Их звериные глаза сверкали в свете наших факелов. Твари почти не двигались, они водили своими мордами из стороны в сторону, внимательно изучая нас. У меня в голове застучал пульс, предчувствуя сражение.

И тут появился он.

Из ночной тьмы выдвинулся человек, быстро приблизился к стае… Мужчина лет сорока, одетый в легкую чёрную накидку, которая нелепо контрастировала с холодом окружающей ночи.

Его лицо было бледным, почти мертвенным, он улыбался, но глаза его при этом были холодны и безразличны.В руках его не было оружия. И по запаху я сразу понял, кто это.

Чистокровный вервульф медленно поднял руку и указал в нашу сторону.

— Чёрт… — прошептал Цапля, хватаясь за оружие.

Глава 19

Время словно замедлилось. Я почувствовал, как магия и элемент устремились по моему телу, наполняя каждую клетку силой. Меч в моей руке вспыхнул, покрываясь черным свечением.В ту же секунду оборотни бросились на нас, их глаза горели голодом и яростью.

Я рванулся вперед, встречая атаку. Клинок со свистом рассек воздух, и два оборотня, не успев даже понять, что произошло, рухнули на снег, разрубленные пополам. Кровь брызнула мне на лицо, горячая и вязкая.

Краем глаза я заметил, что Рурик сцепился с огромной тварью. Старик, несмотря на возраст, двигался с удивительной проворностью. Он ловко уклонился от удара когтистой лапы и, используя древко алебарды как рычаг, столкнул оборотня с края возвышенности. Тварь с диким воем покатилась вниз по склону.

Это была неплохая заявка на победу, но радоваться пока было рано. Оборотень, оправившись от падения, сразу принялся карабкаться обратно, его глаза пылали бешенством. Не теряя ни секунды, Рурик выхватил ружье и тут же грянул выстрел. Серебряная пуля вошла точно в глаз твари. Оборотень захрипел и рухнул замертво.

— Молодец, старик! — крикнул я, отбиваясь от очередной атаки.

Лилия оказалась в окружении двух тварей. Ведьма отчаянно отмахивалась мечом, но было видно, что долго она так не продержится. Цапля, заметив её бедственное положение, бросился на помощь. Парень двигался уверенно и стремительно, его клинок сверкнул в воздухе и вонзился прямо в череп одного из оборотней.

— Лилия, сейчас! — крикнул Цапля.

Ведьма, воспользовавшись моментом, выкрикнула заклинание. Её руки вспыхнули огнем, и второй оборотень загорелся как факел. Воздух наполнился запахом паленой шерсти и диким воем.

Я перевел взгляд на наших сопровождающих. Велькнут сражался как демон — его меч мелькал с такой скоростью, что за ним было трудно уследить. Оборотни, атаковавшие его, лишались лап прежде, чем успевали нанести ими удар. Айварс, Барди и Кристер добивали покалеченных тварей, работая слаженно, как единый механизм. Было видно, что им не впервой приходилось делать это.

Казалось, победа уже близка. Но тут я заметил, как тот самый мужчина в черном плаще неожиданно возник в паре шагов от Кристера. Низкорослый воин попытался атаковать его, но чистокровный оборотень двигался гораздо быстрее. Схватив Кристера за руку, он дернул ее на себя с нечеловеческой силой.

Раздался отвратительный хруст, и рука Кристера оторвалась, словно тряпичная. Никто и опомниться не успел, как оборотень, жутко оскалившись, ударил бедолагу его же конечностью по голове. Проделано это было с такой нечеловеческой мощью, что череп Кристера треснул, как яичная скорлупа.

— Сука! — выругался я, бросаясь к твари.

Рурик и Цапля уже целились в урода из ружей. Грянули два выстрела, мгновение спустя прогрохотало еще несколько — наши провожатые быстро ориентировались в ситуации. Но чистокровный оборотень двигался с невероятной скоростью. Уворачиваясь от пуль, он просто спрыгнул с обрыва и быстро растворился в ночной мгле.

Я подбежал к тому месту, где он спрыгнул, и остановился, вглядываясь в темноту. Но там была лишь темнота, уныло завывал вытер.

— Чертовщина какая-то… — пробормотал Велькнут, тяжело дыша.

Я медленно повернулся к своим спутникам. Все были живы, хоть и потрепаны. Кроме Кристера. Его тело лежало на снегу, быстро окрашивая его в алый цвет.

Ветер продолжал выть, словно раненый зверь, разнося по округе запах свежей крови и смерти. Мы стояли, пытаясь отдышаться, и оглядывали поле недавней битвы. Тела убитых нами оборотней устилали землю, превращая белоснежный покров в кровавое месиво.

— Так не должно быть… — снова сказал Велькнут. Его голос звучал хрипло и устало. Он провел рукой по седым волосам, оставляя на них красные следы. — Мы мы смогли уйти незамеченными от этих тварей, но этот ублюдок, должно быть, учуял наш запах и вывел на нас оборотней…

Я прищурился, вглядываясь в темноту, откуда совсем недавно на нас обрушилась волна оборотней. То, что говорил Велькнут, было вполне разумно, но что-то здесь не сходилось, и эта мысль не давала мне покоя.

— И что ж его так заинтересовало? — хмыкнул я.

Велькнут резко повернулся ко мне, его глаза блестели в свете догорающих факелов.

— Кто! — он почти выплюнул это слово. — Они терпеть не могут тех, кто с иммунитетом. А у нас тут собралась крайне плотная группа!

Я выдохнул, наблюдая, как пар от моего дыхания быстро растворяется в морозном воздухе. Мысли крутились в голове, как снежный вихрь.

— А разве до этого по-другому было? — спросил я, пытаясь понять логику происходящего.

— Вот в том-то и дело, что нет. — Велькнут дернул щекой, явно недовольный ситуацией. — Сначала они сожрали и заразили другие группы, и времени на это ушло немало… Но потом они направились точно за нами… Так почему же?

Вопрос повис в воздухе, тяжелый и неприятный, как и вся эта ситуация.

— Ты полагаешь, что наш запах они так далеко не должны были почувствовать? — уточнил я, уже догадываясь, к чему клонит наш проводник.

— Нет! — отрезал Айварс, его голос звучал уверенно и твердо.

Я рефлекторно сунул руку в карман и нащупал пузырьки с кровью Виктории. По спине пробежал холодок. Неужели это? В голове промелькнула мысль, чтобы немедленно избавиться от них, выбросить куда подальше и избавиться наконец от их смертельной метки. Но я тут же отмел её. Нет, это был слишком ценный ресурс, чтобы вот так просто от него избавляться.

Мой взгляд упал на изуродованное тело Кристера. Смерть не щадит никого, особенно в таких местах. А этот парень… Он знал, на что шел. Да и кто сможет уверенно заявить, что все это действительно случилось из-за меня? Уж слишком много неизвестных в этом уравнении…

— Что будем делать с ним? — спросил я, кивнув в сторону павшего товарища.

— Пошли! — рявкнул Велькнут, не тратя времени на сантименты.

И мы сорвались с места, словно за нами гнались все демоны ада. Адреналин все еще бурлил в крови, придавая нам сил и скорости. Рурик с Цаплей обменялись тревожными взглядами, но промолчали.

Айварс поравнялся со мной, его лицо было мрачнее тучи.

— Кристер… Он мой двоюродный брат, — произнес он, и в его голосе прозвучала боль, которую он пытался скрыть за напускной суровостью. — Могилу ему не вырыть, да и нечем. Тут все промерзло. Тратить время на то, чтобы искать подходящее место,, у нас нет. Иначе очень скоро мы все присоединимся к нему… А так его тело послужит отвлекающим маневром.

Я кивнул, понимая жестокую логику выживания в этих краях. Здесь нет места для сожалений — только холодный расчет и воля к жизни.

— Понятно, — ответил я, но в голове все же скользнул вопрос: а зачем Айварс мне все это рассказывает?

— Велькнут — мужик четкий и правильный, — продолжил он, словно прочитав мои мысли. — За свои слова и обязательства отвечает. Он доведет вас до Изнанки, даже если придется подохнуть. Принципы…

Мы спустились с возвышения, и ледяной ветер вновь ударил в лицо, пытаясь сбить с ног. Я невольно вспомнил того мужчину в черном балахоне. Его сила… она была сравнима с мощью Виктории, а может и превосходила её. Если бы он действительно захотел, то большая часть нашей группы уже лежала бы рядом с Кристером. Но он почему-то не захотел…

Эта мысль заставила меня поежиться, и на сей раз дело было вовсе не в холоде. Что-то подсказывало мне, что наша встреча с этим существом была далеко не случайной. И что самое главное — она была не последней.

Ночь медленно отступала, уступая место утренней зорьке… Солнце всходило, вот только за серыми тучами его почти не было видно. И стало скорее серо, чем светло, но мы и этому были рады. Мы шли вперед еще почти час, пока наконец не достигли небольшой деревушки, притаившейся среди вековых деревьев. Велькнут, не сбавляя темпа, повел нас чуть левее, к возвышающейся скале, вершина которой терялась в низких облаках.

Подъем оказался изнурительным. Пальцы немели от холода, цепляясь за обледенелые выступы острых камней. Ветер, словно жестокое живое существо, усердно пытался сбросить нас вниз, но мы упрямо карабкались вверх, движимые желанием выжить и достичь цели.

Когда мы наконец оказались на вершине, перед нами открылся вид, от которого у меня перехватывало дыхание. Вокруг, насколько хватало глаз, простирался бескрайний лес.

Огромные деревья, чьи кроны, казалось, подпирали само небо, стояли плотной стеной. Холмы и горы были хаотично разбросаны по всей стране, словно какой-то гигантский ребенок играл здесь в кубики и забыл за собой прибрать. Лишь изредка встречались ровные участки земли, где ютились редкие поселения — островки цивилизации в этом диком краю.

Ветер здесь был еще яростнее, он изо всех сил пытался сдуть нас с вершины скалы. Велькнут, прищурившись, осмотрел окрестности и отрывисто бросил:

— Отдыхаем. Пять часов, не больше.

Мужики, не теряя времени, развязали свои рюкзаки, вытащили из них шкуры и расстелили из прямо на снегу. Их движения были отточены годами практики — в считанные минуты они соорудили небольшой костер из сухих дров, которые, казалось, появились из ниоткуда.

Мы последовали их примеру, и устроились чуть поодаль. Еда, прихваченная из таверны, на огне разогрелась быстро, на но остывала она еще быстрее — мясо становилось почти ледяным, не успев даже попасть в рот.

Единственным по-настоящему горячим был только чай, и я никогда не думал, что простой напиток может быть таким восхитительным. Он согревал не только руки, но даже внутренности, даря иллюзию некого уюта посреди этой ледяной пустоши.

Проводники, едва закончив есть, улеглись на шкуры и мгновенно заснули. Велькнут, прежде чем последовать их примеру, предупредил нас:

— Советую отдохнуть. Дальше придется идти почти сутки без остановок. Опасный участок.

Я опустился на шкуры, чувствуя, как усталость наваливается на меня свинцовым грузом. Горячий чай принес облегчение ненадолго, и ветер теперь снова пронизывал до самых костей, заставляя тело непроизвольно даже под теплой одеждой. Лилия прижалась ко мне, ища тепла, а потом мы все сбились в одну кучу, пытаясь сохранить драгоценное тепло.

Стоило мне закрыть глаза, как сознание провалилось в темноту. Но сон был беспокойным. Я то и дело просыпался от воя, и никак не мог понять, то ли это ветер шутит с моим разумом, то ли невидимые хищники кружат вокруг нас.

Лилия во сне вцепилась в меня мертвой хваткой, бормоча что-то неразборчивое. Моя рука рефлекторно сжимала рукоять меча, лежащего рядом — даже во сне мое тело было готово к бою.

Когда я проснулся в первый раз, то решил использовать время с пользой. Сосредоточившись, я направил поток элемента к Рурику, чтобы взбодрить его измученное тело. Затем занялся Цаплей, опустошая свой природный источник и перегоняя магию в элемент.

Затем настал черед Лилии. Но едва моя энергия коснулась её тела, как девушка застонала. Я мгновенно перешел на духовное зрение и замер, пораженный увиденным. Черт возьми! Неужели каждый раз, когда я помогал ей, она испытывала… это? Да-а, нужно будет быть осторожнее в будущем.

Пришлось изрядно помучиться, пытаясь найти способ помочь её организму, не вызывая столь… интенсивной реакции. Это оказалось несколько сложнее, чем я предполагал, но в конце концов мне удалось найти необходимый баланс.

Казалось, я только закрыл глаза, как проводники уже поднялись и начали собираться. Открыв глаза, я почувствовал себя так, словно и не отдыхал вовсе. Впрочем, так оно и было — короткие периоды сна, прерываемые тревожными пробуждениями, едва ли можно было назвать полноценным отдыхом.

Поднявшись на ноги, я почувствовал, как ноют мои мышцы, каждая из них, и как тяжело даются даже простые движения. Но выбора у меня не было. Впереди ждал опасный участок пути, и поддерживать себя в максимальной готовности было жизненно необходимо.

Я окинул взглядом своих спутников. Несмотря на всю внешнюю усталость, в их глазах читалась решимость.

Собрав вещи и затушив костер, мы выстроились за Велькнутом в ряд. Предстояли сутки безостановочного пути через самые опасные земли, и с этим следовало считаться. Я крепче сжал рукоять меча, чувствуя, как по телу разливается знакомое тепло магии.

Спуск с вершины скалы оказался неожиданно быстрым, и я бы даже назвал его легким, если бы он не был таким опасным. Холодный ветер оглушающе свистел в ушах, пока мы сбегали по крутому склону. Несмотря на скорость, каждый шаг требовал концентрации — одно неверное движение могло стоить жизни.

Когда мы наконец достигли подножия, Велькнут перешел на шаг. Это было облегчением после изнурительного бега, но и здесь, внизу, расслабиться нам не довелось. Глаза и уши всех членов группы были настороже, выискивая малейшие признаки опасности.

Я постоянно сканировал окрестности духовным зрением, пытаясь уловить хоть какой-то намек на присутствие здесь того чистокровного вервульфа. Его внезапное появление, а затем такое же исчезновение не давали мне покоя. Как я мог пропустить столь мощную сущность, как мог не почувствовать его заранее? Эта мысль грызла меня изнутри, заставляя нервничать еще больше.

Дневной свет немного облегчал путешествие, но я не мог отделаться от мысли, что где-то там, за пределами нашего маленького мирка, на меня началась охота. Барон Рэйскрофт и Виктория наверняка уже начали свои поиски. Вопрос был лишь в том, кто найдет нас первым — они или обитатели этих диких земель…

Даже такое простое дело, как поход в туалет, в таких условиях превратилось в целую операцию. Отходить приходилось небольшими группами, и когда подошла очередь Лилии, я прикрыл ее своим телом, стараясь создать для нее хоть какое-то подобие уединения. Ее благодарный взгляд говорил больше любых слов.

Мы продолжили путь, и тут я заметил, что Рурик слегка прихрамывает. Старик всеми силами пытался скрыть это, но от меня не ускользнуло его неровное дыхание и искаженное болью лицо.

— Что случилось? — тихо спросил я, поравнявшись с ним.

— Ничего, милорд! — нарочито бодро отозвался Рурик, но я видел страдание в его глазах. — Все в порядке, просто…

— Говори! — мой голос стал жестче. Я не мог позволить ему рисковать собой из-за ложной гордости.

— Все в порядке, — упрямо повторил он, пытаясь выпрямиться.

Тогда я активировал духовное зрение, глубже погружаясь в его ауру. И то, что я увидел, заставило меня стиснуть зубы от досады.

— Почему ты не сказал мне, что поранился? — процедил я сквозь зубы.

— Пустяки, — попытался отмахнуться Рурик, но я уже рассмотрел всю картину.

При спуске он не только подвернул ногу, но и умудрился порезать себя собственной алебардой. Рана оказалась глубокой, и без лечения он скоро просто не сможет идти. А в этих диких местах сие означало только одно — смерть.

Я принял решение мгновенно. Прямо на ходу, стараясь не привлекать внимания остальных, я начал направлять потоки энергии в тело Рурика. Это было рискованно — полностью опустошить оба источника означало оставить самого себя без защиты. Но выбора не было.

Сосредоточившись, я направил элемент к ране. Кровотечение довольно быстро остановилось, а на месте пореза начала образовываться защитная корка. Затем я занялся вывихом, осторожно манипулируя энергией, постепенно уменьшая отек и боль.

Это оказалось сложнее, чем я ожидал. Действовать в чужом организме всегда непросто, особенно если нет под рукой нужных трав и инструментов. Я мысленно проклинал себя за то, что не догадался запастись хотя бы элементарными лечебными средствами.

К счастью, та частица моей энергии, которую я ранее оставил в теле Рурика, служила мне своеобразным проводником. Благодаря ей я мог точнее направлять целительные потоки.

— Милорд, — тихо произнес Рурик, когда я закончил. — Вы не должны были…

— Должен! — отрезал я. — Ты — часть команды. И мы все выберемся отсюда живыми, понял?

Рурик кивнул, в его глазах я увидел смесь благодарности и уважения. Мы продолжали идти, и вскоре я заметил, что шаг старика стал увереннее.

Усталость навалилась на меня внезапно, словно тяжелое одеяло. Глаза слипались, каждый шаг давался с трудом. Лилия то и дело поглядывала на меня с беспокойством.

— Вы ей нравитесь, — тихо произнес Рурик, поравнявшись со мной.

— Заметил, — кивнул я, стараясь сохранять нейтральный тон.

Старик помолчал немного, как будто взвешивал на всякий случай свои следующие слова.

— Не скажу, что это лучшая кандидатура для маркиза, — наконец проговорил он, качая головой. — Но девушка, вроде бы, очень решительная, храбрая. Заботливая опять же… И чувства её к вам мне кажутся искренними.

— Вот только сейчас не место для них, — резко оборвал я разговор, надеясь, что Рурик поймет мой намек.

Мы вновь вступили в лес, и мир вокруг нас изменился в одно мгновение. Несмотря на то, что солнце еще не село, здесь царил полумрак. Огромные деревья, чьи кроны переплетались высоко над нашими головами, создавали плотный зеленый свод, сквозь который едва пробивались лучи света.

Я невольно поежился, представив, какая кромешная тьма воцарится здесь с наступлением ночи. Однако у этого жуткого места был один существенный плюс — ветер. Вернее, его почти полное отсутствие. Впервые за долгое время я почувствовал, как тепло начинает медленно разливаться по моему телу. И судя по румянцу, появившемуся на щеках моих спутников, они тоже ощутили эту приятную перемену.

— Стой! — внезапно скомандовал Велькнут.

Мы сразу послушно замерли, как вкопанные. Седовласый проводник вместе со своими людьми подошел ко мне. Его лицо было серьезным, почти мрачным.

— Дальше идем очень тихо, — произнес он негромко, но твердо. — Туалет, поесть — все сейчас. Потом мы не остановимся.

— Почему? — подал голос Цапля. Его глаза расширились от беспокойства.

Велькнут бросил на парня острый взгляд, словно оценивая, стоит ли отвечать.

— Потому! — отрезал он. Но затем, видимо, решил все же пояснить. — В этом лесу не так много оборотней…

Он замолчал, и в этой паузе чувствовалось что-то тяжелое, неприятное. И когда Велькнут заговорил снова, его голос стал еще тише:

— Обычно. Но помимо этих тварей тут встречаются и другие. И они не менее опасны…

Глава 20

Слова Велькнута повисли в воздухе, тяжелые и мрачные. Лес вокруг нас был им под стать и, казалось, прислушивался к каждому слову.

«Стервятники», — это слово эхом отозвалось в моей голове. Не звери, не оборотни, а люди. Порой они бывают страшнее любых монстров.

— В этом лесу много стервятников, — продолжил Велькнут. — Тех, кто щипает группы, идущие к Изнанке. У проводников и гостей, как правило, с соблой много золота, вот они и становятся желанной добычей.

Я заметил, как Цапля нервно сглотнул. Парень знал цену золота и опасность, которую оно может собой представлять.

— У меня есть какие-то договоренности с главой этих тварей, — Велькнут скривился, словно само упоминание об этом оставляло горький привкус во рту. — Но там все вилами по воде писано. Лучше наскрести тысячу фунтов для откупа. На всякий случай.

Я бросил взгляд на Рурика. Старик уже зашуршал, перебирая наши запасы.

Велькнут развернул карту, испещренную отметками — следами прошлых нападений. После недолгого изучения, он принял решение изменить маршрут и дальше двинуться по более длинному пути. Длинному, но не такому опасному, на его взгляд. Теперь потеря Кристера ощущалась особенно остро — в случае чего, отбиваться будет сложнее.

Потом Велькнут отвел меня в сторону, и понизив голос, сообщил еще об одной проблеме.

— Ваша ведьмочка… — он кивнул в сторону Лилии. — Мужики в лесах шибко голодные до баб. И могут пойти на принцип, лишь бы получить игрушку, которую попробуют все.

Я почувствовал, как внутри все похолодело от этих слов. Велькнут между тем продолжил, но голос его стал еще тише:

— В крайнем случае, лучше ее убить. Пожалей девку — молодая, красивая. Незачем ей мучиться…

— Сам решу! — отрезал я, чувствуя, как внутри закипает ярость.

— Решай… — хмыкнул Велькнут. — Но смотри, я-то выполню свои обязательства, однако если они захотят забрать только ее…

— Значит, ты облажаешься! — перебил я его, глядя прямо в глаза. — Девчонку я не отдам. Буду сражаться, Рурик и Цапля тоже. А вот что будешь делать ты?

— Глупо… — пожал плечами Велькнут, но в его взгляде мелькнуло что-то, очень похожее на уважение.

Мы быстро перекусили и справили нужду — кто знает, когда в следующий раз еще выпадет такая возможность? И снова начали движение, сдвинувшись немного вправо, где нас ждали не только деревья, но и покрытые мхом камни. Ноги скользили в снежной каше, изрядно замедляя продвижение.

Лишь к ночи мы смогли преодолеть самый сложный участок пути. Камни остались позади, но темнота сгустилась, словно чернила, разлитые по лесу. Факелы мы теперь не жгли — слишком опасно было привлекать к себе внимание. И еще пришлось изменить порядок движения.

Теперь впереди шел Велькнут, за ним — один из его людей. Потом мои ребята, а замыкали группу я и Айварс. Я чувствовал, как напряжение нарастает с каждым шагом. Лес вокруг нас словно дышал, шелест листвы над головой казался мрачным шепотом, в котором слышались тихие угрозы.

Лилия держалась рядом, ее рука то и дело касалась моей, словно ища поддержки.

Рурик шел уверенно, его хромота теперь была почти не заметна. А я был рад, что смог помочь ему, хотя цена, которую я заплатил за это — почти полное истощение источников — теперь ощущалась особенно остро. Если в ближайшее время нам снова придется сражаться, я буду не в лучшей форме.

Цапля, казалось, растворился в темноте. Его шаги были настолько легкими и бесшумными, что порой я начинал беспокоиться, не потерялся ли он. Но каждый раз, когда я переключался на духовное зрение, то видел его совсем неподалеку.

Мы двигались молча, каждый звук казался громом среди этой жуткой тишины. И еще я никак не мог отделаться от странного тяжелого ощущения, что за нами кто-то наблюдает.

Впереди нас ждали долгие часы пути в окружении всего этого кошмара. Я крепко сжимал рукоять меча, готовый встретить опасность с оружием в руках, но задним умом понимал, что боец из меня сейчас никудышный. Оставалось лишь надеяться, что удача и в этот раз не отвернется от нас, и мы сможем пройти этот путь, не привлекая внимания ни стервятников, ни других, более страшных обитателей этого проклятого леса…

Вдруг я почувствовал знакомый запах и подал сразу сигнал Айварсу. Тот мгновенно что-то кинул в сторону Велькнута. Вся группа тут же замерла. Седовласый бесшумно подошел к нам.

— Что? — спросил он шепотом.

— Оборотни… — ответил я. — Примерно метров триста левее. Судя по запаху — обращенные…

Велькнут кивнул, достал карту и стал внимательно ее изучать.

— Выбираешь, с кем проще иметь дело? — спросил я. — С одними тварями или другими?

— Угу, — буркнул он.

— Если будет битва, то это станет неважно, — заметил я. — Либо одни, либо другие все равно придут.

— Знаю! — раздраженно бросил седовласый.

— Так если битвы не избежать, то может быть используем ее себе на благо? — предложил я.

— Что ты имеешь в виду? — Велькнут пристально посмотрел на меня.

Я взял карту, прикинул наше местоположение и отметил примерное расположение оборотней. Отметка о нападении «стервятников» была в паре километров отсюда. Рискованно, но… И я кратко изложил ему свой план.

Седовласый несколько мгновений обдумывал мои слова, затем переглянулся с Айварсом и Берди. Те кивнули, подтверждая, что такая идея может сработать.

И группа, уже без меня, устремилась на возможные позиции «стервятников». Я же остался один, обнажил меч и лезвием вскользь резанул себе по руке. Обильно полил кровью землю вокруг, даже круг начертил для надежности. Теплая жидкость обильно парила в холодном воздухе.

— Ну, давай! — произнес я вслух. — Тут еда! Плохой ведьмак с иммунитетом…

И замер, сосредоточившись на своих ощущениях. Да! Твари изменили направление и двинулись в мою сторону. Ладно, по моим расчетам, я должен успеть. Велькнут с моими людьми пойдет достаточно шумно, словно они новички, а Лилия будет громко охать и стонать, чтобы их уж точно заметили.

Когда вервульфы были уже метрах в пятидесяти, я достал бутылек с кровью Виктории. Сердце колотилось как безумное, адреналин так и пульсировал в венах. «Надеюсь, сработает…», — промелькнуло в голове. Дрожащей рукой я сделал еще один надрез на ладони и смешал свою кровь с кровью чистокровного оборотня.

И в тот же миг мир вокруг меня преобразился. Время словно застыло, растягивая секунды в вечность. Звуки леса, прежде приглушенные, вдруг стали кристально чистыми. Я слышал шорох каждого листочка, каждый удар сердца у приближающихся тварей.

Запахи обрушились на меня лавиной. Влажная земля, хвоя, кровь, страх моих преследователей — я был способен различить каждый оттенок, словно читал историю всего этого древнего леса по его ароматам.

Зрение мое тоже обострилось до невозможности. Я видел каждую трещину на коре деревьев, каждую каплю росы на листьях. В полукилометре спереди я заметил чистокровного оборотня — сначала существо двигалось с невероятной грацией матерого хищника, но потом вдруг остановилось, словно почуяв неладное.

Раздался протяжный вой — глубокий, вибрирующий, он, казалось, проникал даже в кости. Я ощутил, как по спине пробежал холодок — это был зов альфы.

Группа из десяти измененных волков была уже в нескольких метрах от меня. Их глаза горели голодом и яростью. Я чувствовал каждое их движение, словно все происходило в замедленной съемке.

Не думая, я рванулся вперед. Мир вокруг превратился в размытое пятно. Я оказался лицом к лицу с первой тварью быстрее, чем успел сам осознать это. Мои мышцы, напитанные невероятной силой, сработали сами собой.

Удар ногой — и оборотня буквально разорвало пополам. Брызги крови застыли в воздухе, словно рубины. «Ух ты… Неплохо!» — отстраненно промелькнула мысль.

— Фас! — крикнул я, и мой голос прозвучал неожиданно низко и гулко.

Я стремительно развернулся, чувствуя, как новая сила так и бурлит в каждой клетке моего тела. Лес вокруг слился в зеленый туннель, когда я помчался вслед за своей группой… Звуки погони отдалялись с каждым моим шагом, но я знал — это ненадолго. Чистокровный не отступит так легко.

Кровь Виктории пела в моих венах, даруя невероятную мощь. Я мчался сквозь лес, надеясь, что мой безумный план сработает, и мы сможем выбраться из этой ловушки живыми.

Я вылетел из чащи, словно призрак, и замер, оценивая ситуацию. Нашу группу окружило несколько десятков людей, хотя называть их таковыми я бы не стал, поскольку они больше были похожи на диких зверей. Одетые в шкуры, грязные, они источали смрад, от которого кружилась голова. Оборотни, преследовавшие меня, были уже в сотне метров позади меня, а чистокровный — я чувствовал это — тоже изменил курс и теперь мчался за мной.

Время, казалось, застыло на мгновение. А затем взорвалось хаосом!

Первыми атаковали оборотни. Они вырвались из леса с диким воем, их глаза горели голодным безумием. «Стервятники» на миг растерялись, а затем воздух наполнился свистом стрел и грохотом выстрелов.

Велькнут и его люди были готовы к такому обороту. В тот момент, когда внимание «стервятников» переключилось на оборотней, они обнажили свои клинки. Сталь запела, врезаясь в плоть. Велькнут двигался как смертоносный вихрь, его меч описывал в воздухе сверкающие дуги, оставляя за собой полоски из крови.

Рурик взмахнул своей алебардой, и двое нападавших отлетели, словно тряпичные куклы. Несмотря на возраст, старик двигался с удивительной грацией и силой. Его оружие то и дело находило цель, круша кости и разрывая плоть.

Цапля, казалось, был везде одновременно. Его клинок мелькал так быстро, что за ним невозможно было уследить. Он уворачивался от ударов с кошачьей ловкостью, нанося свои собственные с точностью хирурга.

Лилия, отбросив наконец страх, использовала свою магию. Ее руки светились зловещим светом, а воздух вокруг потрескивал от энергии. Она выкрикивала заклинания, и «стервятники» падали, корчась от дикой боли или охваченные пламенем.

Мгновение спустя я ворвался в самую гущу схватки. Мои руки, наполненные силой крови Виктории, превратились в смертоносное оружие. Двое ублюдков возникли прямо передо мной будто их воздуха — секунда, и их тела оказались разорваны напополам, кровь и внутренности разлетелись во все стороны.

Выхватив меч, я закружился в смертельном танце. Клинок пел, рассекая воздух и плоть. Вервульфы и «стервятники» падали вокруг меня, их кровь смешивалась на земле, создавая жуткую картину.

Битва превратилась в хаос. Оборотни, ведомые жаждой крови, атаковали всех без разбора. Уроды, слишком поздно сообразив, что попали в ловушку, отчаянно сражались, пытаясь вырваться из этого ада. Воздух наполнился криками боли, рычанием и звоном стали.

И вдруг я почувствовал это — волну чистой, первобытной силы. Чистокровный приближался, и его присутствие ощущалось как надвигающаяся буря.

— Уходите! — закричал я, перекрывая шум битвы. — Все, уходите сейчас же!

Велькнут, весь покрытый кровью, бросил на меня быстрый взгляд и кивнул.

Наша группа начала отступать, прорубаясь сквозь поредевшие ряды врагов. Я прикрывал их отход. Чистокровный был уже близко, и я чувствовал, как время действия крови Виктории подходит к концу.

Вот последний «стервятник» упал под моим клинком, и я развернулся лицом к лесу, готовясь встретить настоящего монстра.

Из тьмы леса появилась фигура огромного белого волка. Прямо на моих глазах зверь начал трансформироваться, прошла секунда, другая — и вот уже передо мной стоял мужчина в балахоне. Его запах буквально ударил в ноздри. Это был тот самый чистокровный, что убил Кристера.

Он оглядел поле битвы, усеянное изрубленными и изорванными телами, и оскалился. Затем его взгляд остановился на мне, в глазах вспыхнула ярость.

— Ты… — прошипел он. — Снова из-за тебя я лишаюсь ресурса!

— Это не я, — с наигранным весельем ответил я, пытаясь выиграть время. — Стечение обстоятельств и всякое такое…

— Наглец! — взревел он и бросился на меня.

Я едва успел моргнуть, как он оказался рядом. Мощный удар в грудь — и я полетел назад. Перед глазами замелькали деревья. Удар! Воздух моментально вышибло из легких. И сразу послышался треск — ствол дерева за моей спиной не выдержал и упал. Еще удар… И еще…

Что-то громко хрустнуло — по-моему, моя спина — и волны боли накатили одна за другой. В глазах потемнело. Удивительно, что я вообще остался жив. В следующее мгновение я оказался на земле, и меня потащило по ней, словно тряпичную куклу.

Чистокровный возник рядом, занес ногу для сокрушительного удара. В последний момент я резко дернулся и сам ударил его ногой. Оборотень начал заваливаться.

«Черт! Действие крови заканчивается», — мелькнула паническая мысль.

Я вскочил, игнорируя боль во всем теле. Удар в живот, в голову… Резкий разворот — и удар в спину. Тело оборотня дергалось от моих ударов, как дергается марионетка в руках неумелого кукловода.

Теперь настала его очередь полетать… Он врезался в дерево, сломав всего один ствол. «Обидно, — мелькнула нелепая мысль. — Я так старался…»

Чистокровный поднялся, стряхивая с себя обломки дерева. Его глаза горели бешенством, с губ срывались лохмотья пены.

— Ты… — прорычал он. — Ты не простой ведьмак… Что ты такое?

Я почувствовал, как последние капли силы Виктории покидают меня. Тело быстро наливалось свинцовой тяжестью, каждый вдох отдавался болью в ребрах.

— Просто парень, который очень хочет жить, — выдохнул я, принимая боевую стойку.

Оборотень оскалился, обнажив ряды острых как бритва зубов.

— Жить? — прошипел он. — О нет, теперь ты будешь умирать! Медленно и мучительно.

Он снова бросился на меня, но теперь я едва успевал уворачиваться. Его когти рассекали воздух в считанных миллиметрах от моего лица. Я пытался контратаковать, но мои удары, еще недавно такие сокрушительные, теперь были для него не страшнее комариного укуса.

«Думай, думай!» — лихорадочно метались мысли в голове. Я знал, что долго не продержусь. Нужно было что-то придумать, и сделать это следовало очень, очень быстро…

И тут меня осенило. Это был, конечно, рискованно, безумно даже, но это был единственный шанс.

Я резко отпрыгнул назад, увеличив дистанцию между нами. Чистокровный замер, наблюдая за мной с хищной усмешкой.

— Что, решил сдаться? — прорычал он.

— Не совсем, — ответил я и достал из кармана оставшийся пузырек с кровью Виктории. — Просто решил поднять ставки.

Глаза оборотня расширились, когда он увидел флакон.

— Откуда у тебя…? — начал он, но я уже откупорил пузырек.

«Простите, герцогиня… — мысленно произнес я, поднося кровь к губам. — Но выбора у меня нет».

Я уже почти успел сделать глоток, когда чистокровный оказался рядом. Его удар был молниеносным — флакон с драгоценной кровью вылетел из моей руки и разбился где-то в стороне. Звон разбитого стекла эхом отозвался в моей голове.

— Твою мать… — процедил я сквозь зубы. Теперь этот ресурс, пусть и опасный, но весьма ценный, был безвозвратно утерян.

Не успел я опомниться, как получил сокрушительный удар в живот. Холод разлился по телу, и я с ужасом увидел глубокий разрез на месте удара. Следующий удар пришелся в грудь — брызги моей собственной крови ударили мне в лицо. А затем меня отбросило назад.

На этот раз сломать ствол дерева не удалось. Зато моя спина при этом издала такой звук, будто во мне сломалось все сразу, одновременно. Дикая боль пронзила тело, и мне бы закричать от нее, но даже на это сил у меня не нашлось. И я понял — мои источники пусты. Ни элемента, ни магии…

Кровь еще пыталась двигаться по телу, чтобы его согреть и дать мне хоть какую-то надежду. И тогда я с силой выпустил жизненную силу. Еще в моей прошлой жизни именно ее прокляла богиня смерти, и поэтому я так быстро старел.

Тело прострелило будто электричеством. Сердце пропустило удар. Я почувствовал приближение смерти — самой настоящей, не метафорической. Краем глаза я заметил жнецов — темные фигуры в капюшонах, с ножами в руках, из тьмы двинулись в мою сторону.

«А вот хрен вам…», — мелькнула мысль. Но руки не слушались. Нельзя, чтобы Эреба узнала, где я нахожусь. Еще слишком рано… Эта сука потом мне все испортит…

Умирать я был не намерен, как и столь задешево отдавать свою душу. Но кровь покидала тело все быстрее, ледяной холод сковывал движения. Чистокровный оказался рядом, схватил меня за подбородок и поднял, словно тряпичную куклу.

— Ты расскажешь мне все! — прорычал он. Его глаза горели безумием. — О том, откуда у тебя кровь предательницы…

— Конечно… — я улыбнулся, чувствуя, как кровь течет у меня по подбородку. — Все тебе поведаю… А потом убью, ублюдок!

Собрав последние силы, я ударил себя по бедру — прямо по карману, где хранились оставшиеся пузырьки с кровью Виктории. Я почувствовал, как они хрустнули, а осколки стекла впились в кожу.

Жнецы были уже совсем близко, их ножи тянулись к моей душе. Но я еще мог немного двигаться, и засунул руку в другой карман.

Не знаю, как это работает и будет ли какой-то эффект, но терять мне было нечего, и я сжал в кулаке одну из карт, что забрал из у Эребы — Жизнь!

Глава 21

Зажатая в руке карта вспыхнула, словно факел. А потом… Волна блаженства накрыла меня с головой. Боль испарилась, словно её и не было, слабость моментально отступила. По телу широкими струями разлилось приятное тепло, и я почувствовал, как губы мои сами собой растягиваются в улыбке.

Жнецы — эти тёмные стражи смерти, что уже почти касались меня своими клинками — вдруг задрожали, словно мираж в пустыне. Их образы покрылись рябью и начали распадаться, как порванная паутина реальности.

Чистокровный замер передо мной, на его лице застыла маска удивления. А затем я почувствовал её — кровь Виктории. И это было… как-то совсем иначе.

Если раньше я использовал лишь треть бутылька, не больше, то сейчас… Сейчас в мою ногу впитывалось всё. Абсолютно всё. По мышцам пробежала волна энергии, пробуждая каждую клетку тела.

Магический источник вспыхнул, словно сверхновая. Каналы растянулись до предела, грозя порваться. Тело выгнуло дугой, когда они всё-таки лопнули.

«Твою мать… А вот это плохо… Очень плохо…», — мелькнула паническая мысль.

Рука потянулась к карману за второй картой «жизнь», но в этот момент естественный источник наполнился до краёв. Его каналы тоже расширились и…

Мляха… Они тоже порвались!

Тьма на мгновение заволокла глаза. Я держался из последних сил, но реальность вокруг плыла, словно отражение в бурной воде. Чистокровный всё ещё стоял передо мной, застывший, как статуя.

«Давай же… — отчаянно билась мысль в голове. — Двигайся рука, возьми карту…»

Пальцы дрогнули, словно услышав мольбу, но рука безвольно упала в снег. Наступила оглушительная тишина. Большие снежные хлопья медленно падали мне на лицо и тут же таяли, соприкасаясь с кожей. Пар от моего дыхания поднимался к небу тонкой струйкой.

Жнецов больше не было видно… Это хорошо или плохо? Веки становились всё тяжелее, их словно наполнили свинцом.

Последнее, что я увидел перед тем, как тьма поглотила меня, — это бесконечное серое небо, с которого продолжал падать снег, укрывая землю белым саваном.

«Не время умирать», — затухающей искрой пронеслась последняя мысль, прежде чем сознание окончательно покинуло меня.

* * *

Сознание возвращалось медленно, словно я пытался вынырнуть из бездонного омута, но никак не мог добраться до желанной поверхности. Все вокруг казалось странным. Будто я одновременно был в своем теле и в то же время наблюдал за собой как бы со стороны. Реальность плыла перед глазами мутной пеленой, но одно я знал совершенно точно: я жив.

В руках своих я чувствовал что-то мягкое, но никак не мог разобрать, что именно это было. Жар охватывал все тело — не просто тепло, а настоящий огонь, будто каждая клетка моего тела пылала изнутри. И я… ел? Мои челюсти методично двигались, перемалывая что-то теплое и мокрое. Я глотал, даже не задумываясь, что это может быть.

«Что я вообще мог найти здесь, в этой снежной пустыне?» — промелькнула отстраненная мысль.

Я попытался взять контроль над телом, но в первый момент это оказалось сложнее, чем я ожидал. Зрение все еще подводило меня, картинка расплывалась — я смотрел, словно сквозь мутное стекло. Тогда мне пришлось обратиться к внутреннему зрению, заглянуть в самую суть.

И то, что я увидел, поразило меня. Магический источник… он стал огромным!, Гораздо больше, чем я вообще мог себе представить. Каналы, которые раньше были тонкими и хрупкими, теперь покрылись какой-то странной коркой и расширились, словно русла древних рек.

Элемент свободно растекался по всему телу, не встречая никакого сопротивления. А природный источник в мозгу… он стал таким же мощным, как и в моей прошлой жизни. Его каналы тоже изменились, став толще и прочнее.

«Обалдеть! — пронеслось в голове. — Что же все-таки произошло со мной?»

Такие изменения радовали, это определенно. Столь огромной силы я не чувствовал даже в лучшие времена… Но вместе с тем что-то было не так. Меня порядком смущало некое странное ощущение, будто я был лишь сторонним наблюдателем в собственном теле, но контролировал его кто-то другой…

Я попытался сфокусировать взгляд, чтобы понять, что же такое я держу в руках, что ем. Но тело продолжало действовать самостоятельно, подчиняясь каким-то первобытным инстинктам, и может быть даже не человеческим. Это пугало и завораживало одновременно.

Что-то подсказывало мне: кровь Виктории изменила меня гораздо сильнее, чем я мог предположить. Но был ли это дар или же проклятие? И, главное: смогу ли я вернуть полный контроль над собой?

Вопросы роились в голове, но ответов на них пока не было. Оставалось только ждать, пока туман в голове рассеется, и я смогу полностью осознать, что же со мной произошло.

* * *

Воспоминания обрушились на меня водопадом кровавых образов. Я увидел себя, изломанного и умирающего, у ствола дерева. Зрелище было жутким — внутренности вываливались из разорванного живота, в груди зияла рана, такая глубокая, что виднелось лихорадочно бьющееся сердце.

Кровь заливала всё вокруг, превращая белый снег в багровое месиво. И тут чёрная кровь Виктории, растекшаяся по моей ноге, начала впитываться в тело. Это было похоже на то, как чернила растворяются в воде — тёмные нити проникали под кожу, растекаясь по венам.

А потом началось нечто невероятное. Раны затягивались прямо на глазах, плоть срасталась, как глина под ладонями невидимого скульптора. Сломанные кости возвращались на место с влажным хрустом, заживая за считанные секунды. Никогда прежде я не видел такой быстрой регенерации. И чувствовал каждое движение, каждый хруст и щелчок своего восстанавливающегося тела.

Я поднялся, и мир вокруг изменился. В кровавой луже на снегу я увидел отражение своих глаз — чёрные, как бездна, без малейшего проблеска белизны. Мышцы наполнились чудовищной силой, она требовала свободы, рвалась из меня наружу, и я позволил ей сделать это.

Один удар — и чистокровный вервульф отлетел, круша деревья своим телом. Щепки и обломки взметнулись в воздух, словно от взрыва. Не дав ему возможности опомниться, я тут же оказался рядом. Мои пальцы, превратившиеся в стальные когти, вонзились в его грудь. С влажным треском рёбра подались, и я вырвал их, как выламывают прутья из клетки. И воздух наполнился его воем, смешанным с брызгами крови.

Удар ногой превратил его оскал в кровавое месиво — острые зубы разлетелись по снегу, как осколки фарфора. Он потянулся к своему разбитому лицу, но я уже перехватил его руку. Один рывок — и конечность оторвалась с тошнотворным хрустом, словно ветка от дерева.

Небрежно отбросив руку в сторону, я ударил ему в живот с такой силой, что кровь фонтаном хлынула из его пасти. А в следующее мгновение я уже был за его спиной. Два точных удара, и его ноги хрустнули под моими сапогами, как сухие ветки. Он рухнул на колени, беспомощный и сломленный.

Вторая рука последовала за первой, отправившись в полёт через лес. А затем я схватил его за голову, чувствуя под пальцами пульсацию крови в венах. Рывок — и голова отделилась от тела с влажным хрустом. В приступе безумного веселья, я подбросил её ногой, как футбольный мяч, отправив в полёт между деревьев вслед за рукой.

Безголовое тело рухнуло в снег. Но я ещё не закончил. Мои руки, живущие словно собственной жизнью, вгрызлись в его грудь. Рёбра ломались под пальцами, как спички, пока я не добрался до сердца — оно всё ещё билось, отчаянно пытаясь поддержать жизнь в истерзанном теле.

Пальцы сомкнулись на нем.Один рывок — и оно оказалось в моей руке, всё ещё сокращаясь и разбрызгивая густую дымящуюся на морозе кровь…

* * *

Видение оборвалось, и я наконец-то вернул контроль над телом. Опустил взгляд и похолодел — в руке были окровавленные остатки сердца. Пальцы разжались сами собой, и недоеденный орган упал в снег с мягким чавканьем.

Во рту стоял отвратительный металлический привкус. С губ стекала еще теплая кровь. Колени подкосились, и я рухнул в снег.

«Твою же мать!» — мысли метались в голове как испуганные птицы.

Я лихорадочно пытался осознать произошедшее. На какое-то время я стал чистокровным оборотнем. И не просто стал, а уничтожил другого, превосходящего меня по силе. Убил его играючи, словно тряпичную куклу разорвал. А потом… устроил для себя маленький пир с одним единственным блюдом — его сердцем.

Схватив горсть чистого снега, я начал остервенело запихивать его в рот. Снова и снова, пытаясь избавиться от тошнотворного металлического привкуса. Умывал лицо, оттирал руки, пока наконец не упал без сил.

«Как это повлияет на меня? — билась в голове тревожная мысль. — У меня же есть иммунитет…»

Это напомнило мне бой с бароном — то же чувство отчуждения от собственного тела, словно кто-то другой управляет моими действиями. И вот снова этот «приступ»… Тогда я еще ничего не знал про оборотней, а теперь, приняв их облик, снова испытал это состояние.

— Сука! Что со мной творится⁈ — вырвалось из меня само собой.

Нужно было найти ответы. Но кто может знать? Родители Аларика? Они мертвы! Возможно, бабка и дед, что хотели убить меня и получить мою кровь, знали что-то…

Стоп! Сестры! Они здесь, на Плавающих островах, и направляются к Изнанке… Или уже там. Может быть, они знают, что не так с этим телом?

Я тяжело поднялся, оглядывая поле битвы. Мои спутники должны были уйти и ждать меня в пяти километрах отсюда в течение двух часов. Сколько прошло времени, я не знал, но нужно было спешить.

Мой взгляд упал на растерзанные тела «стервятников». Выбрали не ту добычу ребята, вот и поплатились. Решив использовать это с пользой, я занялся мародерством: начал обыскивать трупы, проверяя их на наличие ценных вещей.

С каждым шагом я чувствовал, как новая сила пульсирует в моем теле. Она была пьянящей, опасной, но в то же время такой притягательной. Где-то глубоко внутри то древнее, темное существо, что проснулось во мне, довольно урчало, наслаждаясь приятным послевкусием победы…

Вопросов у меня и раньше было много, но теперь их стало еще больше, и все они требовали ответов. Я же был полон решимости найти их, чего бы мне это ни стоило.

А пока нужно было догнать своих. Они наверняка волновались, а может уже считали меня мертвым. Усмехнувшись при этой мысли, я в последний раз окинул взглядом поле битвы и двинулся в путь. Впереди ждала Изнанка, и теперь у меня было немного больше шансов выжить в этом проклятом месте.

В моей руке позвякивали кошельки — около пятидесяти тысяч фунтов. «Стервятники» успели хорошо поживиться за счет путников из моей страны. Что ж, им эти деньги больше не понадобятся.

Я перешел на бег, направляясь к условленному месту встречи. Мои движения стали другими… Более плавными, хищными, даже какими-то грациозными. Тело слушалось идеально, каждый мускул работал с невероятной эффективностью. Ни намека на усталость, и никакого дискомфорта от холода. Нет, я, конечно, чувствовал мороз, но теперь мог по своему желанию отключить это ощущение, отодвинуть его как бы на задний план.

Лес вокруг открывался мне по-новому. Каждый звук, каждый запах нес в себе бездну информации. Я слышал, как белка в сотне метров от меня грызет орех, как ветер играет в кронах деревьев, как снег мягко падает на землю.

Вскоре я уловил знакомые запахи. Остановился, принюхиваясь. Все живы — это главное. Мои новые чувства поражали: обоняние и зрение стали невероятно острыми. Я мог даже на таком расстоянии различить индивидуальный запах каждого члена группы.

Осторожно скользнув сквозь густой подлесок, я замер на краю небольшой поляны. Они расположились под огромной елью, где снега было поменьше. Рурик стоял на страже, его алебарда поблескивала в тусклом свете. Цапля сидел на поваленном дереве, нервно вертя в руках нож. Лилия… От нее исходил особый запах, который теперь я мог четко различить. Неудивительно, что оборотни нас выследили. У девушки были… Вот же черт — так вот почему она в последнее время такая нервная!

Велькнут и его люди держались чуть в стороне. По их позам и напряженным лицам я понял — они готовы были уйти в любой момент. Видимо, только присутствие моих людей, особенно Рурика с его внушительным оружием, удерживало их от бегства.

— Это я! — крикнул я погромче, нисколько не опасаясь привлечь внимание тварей.

Все вскочили, хватаясь за оружие. А потом я увидел, как их лица озаряются счастливым облегчением. Рурик, Цапля и Лилия бросились ко мне, забыв об осторожности. Они обнимали меня по очереди, не скрывая радости.

— Вы… Вы… живы! — Лилия разрыдалась, уткнувшись мне в плечо. Теперь я чувствовал соль ее слез, слышал, как колотится ее сердце. — Я так переживала. Я… Простите меня…

Она отвернулась, пытаясь скрыть слезы.

— Милорд, с вами все в порядке? — Рурик внимательно осматривал меня, его опытный взгляд искал следы повреждений. — Вы не ранены?

— Все хорошо, — кивнул я, стараясь держаться как обычно. — У вас проблем не было?

— Эти! — старик презрительно кивнул в сторону проводников. — Хотели бросить вас. Седой заявил, что вы не выжили и незачем терять время. Сказал, ваша туша послужит задержкой для оборотней.

Велькнут подошел ко мне и отвел в сторону.

— Это правда! — в его голосе не было раскаяния. — Никто бы не выжил…

— Согласен, — кивнул я спокойно. — К тебе нет претензий. Ты действовал абсолютно верно.

— Но как⁈ — Тут впервые я увидел в его глазах страх. — Как ты выжил после встречи с чистокровным⁈

— Бегал! — я улыбнулся, стараясь, чтобы улыбка выглядела естественно. — Много и часто. В какой-то момент урод что-то почувствовал и просто ушел в сторону.

— Но они никогда не бросают выбранную жертву! Добивают и только потом уходят… — в голосе Велькнута звучало сомнение.

— Ну, не знаю… — я пожал плечами. — Как ты понимаешь, убить его я бы не смог. Кружил, уходил в сторону. Выжидал, чтобы убедиться, что он не вернется и не выследит меня.

— Вы уверены? — Велькнут вдруг стал подчеркнуто вежлив, что насторожило меня еще больше.

— Да! — я старался говорить уверенно. — За нами никого нет. Я слышал, как он ушел обратно. Возможно, там новая группа. Ему же нужно восстановить поголовье своих собачек.

— Надеюсь… — в его голосе сквозило недоверие. — Очень надеюсь…

Я видел, что он мне не верит. Я бы на его месте тоже не поверил бы. Да и как поверить в то, что простой человек может так вот запросто уйти от чистокровного оборотня? Ладно, пусть так и будет…

Мы снова двинулись бегом. После битвы маршрут изменился — теперь можно было срезать путь. Велькнут, сверившись на ходу с картой, удовлетворенно кивнул. Другие «стервятники» находились в десятках километров от нас.

Построение осталось прежним: мы с Айварсом были замыкающими, между нами и Велькнутом — мои люди. То ли схватка на грани смерти придала им сил, то ли короткий отдых помог, но они держали неплохой темп.

По словам седовласого, из леса мы должны были выйти к утру. Я начал понимать, почему мы постоянно бежим — это был единственный способ сохранить тепло в нашем положении. Стоило остановиться хоть на пару минут, как зубы тут же начинали выбивать дробь, а мышцы сводило от холода.

Деревья мелькали, сливаясь в зеленый туннель. Мои новые чувства улавливали присутствие группы оборотней километрах в ста от нас. Слабый, почти неуловимый запах, принесенный ветром. Расстояние возникло в голове само собой, будто я всегда умел определять его с такой нечеловеческой точностью.

Лес постепенно редел, света становилось все больше, хотя мы по-прежнему обходились без факелов. Через час мы вышли на открытое пространство и замерли.

Перед нами раскинулась бескрайняя снежная равнина. А над ней… Я невольно прищурился. Солнце! Впервые с момента нашего прибытия на острова. Оно слепило глаза, но совершенно не грело. Это было странное зрелище.

Велькнут подошел ко мне.

— Тут есть небольшая деревня, — сообщил он. — Отогреемся, приведем себя в порядок. Возьмем еды и потом выдвинемся.

— Хорошо! — я кивнул, чувствуя, как внутри все сжимается от голода. Казалось, я мог бы в одиночку сожрать целого быка.

Новость обрадовала всех, особенно Лилию. Я с гордостью смотрел на ведьмочку — она держалась молодцом, проявив недюжинную силу духа.

— Вот только есть одна тонкость… — Велькнут дернул щекой. — Но тут уж решайте сами…

— Говори! — я впился в него взглядом.

— Здесь не принято, чтобы гости ходили свободно, — промямлил он, явно не желая договаривать.

— Ты можешь нормально объяснить? — я едва сдержал раздражение.

— На нашей земле вас, гостей, терпят только в городе и рядом с ним. А дальше вы можете быть только рабами. И если мы вас заведем в деревню как свободных людей… То лучше вообще не заходить.

Я молча посмотрел на своих.

— Я последую за вами, господин, — не колеблясь ответил Рурик.

— Мне все равно, — пожал плечами Цапля, но его глаза умоляли об отдыхе.

— А я бы умылась. И вообще… — Лилия вдруг покраснела, так и не договорив.

— Хорошо, значит решено! — подвел я итог. — Что нужно сделать?

Велькнут что-то достал из своей сумки.

— Вот магические ошейники… — Он протянул мне три металлических обруча. — Вам их нужно надеть.

Глава 22

— Чего⁈ — Мои брови невольно поползли вверх.

— Это докажет им, что вы наши рабы, — Велькнут говорил совершенно серьезно, без тени иронии. — В любом другом случае на вас могут напасть, особенно на девушку. Она сильно привлекает к себе внимание.

— Подожди! — я оборвал его и отвел своих в сторону.

Мысли крутились в голове. Насколько я могу доверять этим людям? Но с другой стороны, если бы они хотели от нас избавиться, то разве не сделали бы этого раньше?

— Милорд, — тихо произнес Рурик. — Вам решать как поступить. Мы же примем любое ваше решение.

Я окинул взглядом своих спутников, переходя на духовное зрение. Картина была неутешительной — источники пусты, каналы растянуты, да еще и проблемы со здоровьем имеются у каждого.

— Аларик, — Лилия подалась вперед. — Эти ошейники блокируют только магию. Среди нас четверых колдовством обладаем мы с тобой. Карл тоже… Только Рурик им не владеет, но и в магии его силы так себе, поэтому мы ничего не потеряем.

— Уверена?

— Да, — кивнула ведьма.

Нам передали обручи — медные железяки, покрытые странными письменами. Я повертел один в руках, прощупывая спрятанную внутри магию. Духовное зрение показало лишь слабое свечение. Что ж, при таком раскладе сильно ограничивать не должно.

Велькнут защелкнул ошейники на наших шеях, расположив их так, чтобы они были хорошо видны, и мы двинулись к деревне.

Поселение оказалось небольшим — восемь добротных домов, каждый явно рассчитан на большую семью. У коновязей переминались лошади. Стоило нам показаться у околицы, как местные высыпали наружу.

Их внешний вид сильно напоминал наш собственный, только шкуры были потолще да и шерстью покрыты обильнее. Лица, обветренные и загрубевшие, смотрели на нас с жадным интересом. Странно, но среди них были только мужчины — ни одной женщины, как в городе.

— Приветствую вас, путники! — прокричал старик, обращаясь к Велькнуту.

— И тебе спокойной погоды, — ответил седовласый.

— Где же вы схватили таких хороших рабов?

— В лесу поймали, шли к Изнанке, — хмыкнул Айварс. — Отбили их от «стервятников» и забрали себе.

— Молодые… — старик одобрительно закивал. — Кроме вот этого, — он указал на Рурика. — Зачем вам старик?

— Что было, то и взяли, — огрызнулся Велькнут.

— Ой… Какая красивая девушка, — старик потянулся к лицу Лилии. Ведьма прижалась ко мне, я почувствовал, как она дрожит.

— Руки! — Айварс схватился за меч.

— Молодая… Много родить может. Давай торговаться, — не унимался старик, пока остальные скалились.

— Моя! — Велькнут выхватил меч. — Не люблю делиться.

— А вот нам плевать… — мужики засмеялись, но в этом смехе слышалась угроза.

Моя рука все это время не отпускала рукоять меча. Новые чувства ясно показывали мне, как возбудились все эти мужики при виде Лилии. Их запах… он был похож на запах голодных волков.

Мы недолго пробыли снаружи. Нас провели в низкий дом без окон, с единственной дверью.

— Посидите пока тут, — сказал Велькнут. — Здесь тепло и сено есть, можно поспать. Да и туалет нормальный.

Когда дверь за ним закрылась, я окинул взглядом своих спутников. В их глазах читалась тревога — они тоже поняли, что задерживаться здесь опасно. Особенно для Лилии.

Внутри меня шевельнулось то темное существо, жаждущее крови. Оно хотело разорвать этих похотливых мужиков на части, как я разорвал чистокровного оборотня. Но нет — нужно было держать себя в руках. Пока…

В домике оказалось тепло, воздух наполнял аромат скошенной травы. Цапля, измученный долгим переходом, рухнул в сено и мгновенно уснул.

Рурик упорно пытался убедить меня, что в силах подежурить, пока я отдохну, но я отправил старика спать. Лилия молча держалась рядом, явно чего-то ожидая. Через десять минут дверь скрипнула.

На пороге появилась женщина лет тридцати, с изможденным лицом, покрытым ранними морщинами. Она принесла нам два ведра воды и поставила их за занавеской в дальнем углу — местная импровизированная ванная. Лилия ушла туда вместе с ней.

«Хитро придумано», — мелькнула мысль. Если местные надеются купить Лилию, то им нужно сперва оценить «товар». А эта женщина потом им все расскажет.

До меня доносились тихие возгласы Лилии — похоже вода была все-таки холодной. Минут через десять все закончилось, женщина ушла, а ведьма, уже переодетая, подошла ко мне.

— Это Ойга, — прошептала она. — Ее купили восемь лет назад. Как ты думаешь, сколько ей?

— Тридцать с хвостиком, — ответил я, не понимая, к чему она клонит.

— Ей двадцать четыре… — Лилия тяжело переглотнула. — Она тут единственная женщина. Уже семерых родила!

Я хмыкнул, начиная понимать.

— Женщины живут в основном в городах. Вокруг в большинстве своем мужчины. Дамы — редкий и ценный товар, — продолжала ведьма.

— Поэтому ты у нас такой популярностью пользуешься? — я попытался улыбкой слегка разрядить обстановку.

— Не смешно! — вспыхнула девушка. — Почти все ведьмы становятся рабынями, мало кто доходит до Изнанки!

— Как я понимаю, мальчиков оставляют и растят? — я приподнял бровь. — А девочек…

— Продают в города, — хмыкнула ведьма. — У них беда с женским полом.

— Интересно, сколько за тебя дадут? — пошутил я.

И тут же получил удар кулаком в плечо.

— Милорд! — возмутилась Лилия. — Как вы так можете так говорить?..

— Да я просто пошутил… — улыбнулся я. — Ложись отдыхать!

Она послушно устроилась на сене и почти сразу заснула. Когда все угомонились, я приступил к делу. Мои новые способности позволяли видеть состояние их организмов с невероятной четкостью, даже лучше чем раньше. Начал я с Цапли — парень лежал ближе всех.

Опустился рядом с ним на колени, осторожно положил руку на грудь. Духовное зрение показало полную картину: источник почти пуст, каналы истощены, мышцы перенапряжены. По всему телу была видна россыпь мелких повреждений — результат долгого бега по лесу.

Я начал медленно пропускать элемент через его тело. Теперь, после изменений, я чувствовал, как энергия течет по моим каналам с небывалой легкостью. Она послушно струилась туда, куда я направлял — к поврежденным мышцам, к истощенным каналам.

Цапля во сне глубоко вздохнул, его лицо разгладилось. Я видел, как регенерация ускоряется, как заживают мелкие ранки, как расслабляются измученные мышцы.

Затем я перешел к Лилии. С ней пришлось действовать особенно осторожно — её организм слишком чутко реагировал на мой элемент. Малейшая ошибка могла вызвать неожиданную реакцию. Я аккуратно направлял потоки энергии, обходя особо чувствительные места.

Дольше всего пришлось повозиться с Руриком. Старик держался молодцом во время перехода, но сейчас его тело нуждалось в серьезном восстановлении. Я методично работал с каждой мышцей, каждым суставом, каждой связкой.

И тут обнаружил странность — в груди Рурика, справа от сердца, находилось необычное образование размером с небольшое яблоко. Оно напоминало полую сферу, словно кто-то выдолбил в кости идеально круглую нишу. И ни следа магии или элемента — просто пустота.

Я попытался направить туда энергию, но она словно обтекала это место. Попробовал различные подходы — все безрезультатно. Это явно была не простая аномалия, а нечто большее. Возможно, искусственного происхождения? Но для чего? И главное — как⁈

Закончив с Руриком, я еще раз проверил остальных. Теперь их организмы работали эффективнее: дыхание стало глубже, сердцебиение ровнее, мышцы расслабились. Они могли наконец-то по-настоящему отдохнуть.

От потраченных усилий я чувствовал легкое головокружение,, но результат того стоил. Мои люди были мне не просто спутниками — за время путешествия они стали чем-то вроде семьи. И теперь, когда во мне проснулась эта новая, темная сила, я чувствовал еще более острую потребность защищать их.

Цапля как раз проснулся, когда я заканчивал. Он молча кивнул, занимая пост у двери, а я наконец позволил себе прилечь. Перед глазами все еще стояло то странное образование в груди Рурика. Очередная загадка в копилку тайн, которые нам еще только предстояло разгадать. Или не разгадать — это уже как повезет…

Я открыл глаза за мгновение до того, как дверь скрипнула, но мои обостренные чувства уловили запах Велькнута еще до того, как он появился в проеме. От него пахло яростью и свежей кровью, которую он тщательно пытался смыть. Однако мое новое обоняние безошибочно улавливало металлический привкус чужой смерти.

Он и его люди молча расположились на сене. В их движениях чувствовалась усталость и напряжение — что-то явно пошло не так.

— Следите! — бросил Велькнут, закрывая глаза. — Если что, кричите.

Я бесшумно подошел к нему — седовласый намеренно устроился отдельно от остальных, словно хотел держать дистанцию.

— Что случилось? — спросил я, понизив голос.

— Ничего! — огрызнулся он, не открывая глаз, но я чувствовал, как напряглось его тело.

— Ты своим людям можешь врать… Мне не надо, — моя рука привычно легла на рукоять меча. В тусклом свете блеснула сталь, когда я лишь немного вытащил клинок из ножен.

— Что ты хочешь услышать? — он приоткрыл один глаз, в котором читалась смесь раздражения и усталости. — Я заплатил за эту стоянку почти тысячу золотых, а должно быть максимум двести!

— Почему они повысили цены? — продолжил я допрос.

— Из-за девки! — его голос снизился до шепота, пропитанного горечью. — Целка она. Знаешь, сколько такая может стоить?

— И сколько же? — поинтересовался я, чувствуя, как внутри поднимается темная ярость.

— Двадцать тысяч! — Велькнут сглотнул. — За право первой ночи. И потом ее снова можно продать уже тысяч за пять… Дура твоя позволила себя осмотреть местной подстилке. Конечно, дуре хочется, чтобы не только ее драли с утра до вечера. На пенсию, так сказать, уйти рассчитывает.

— Тогда пошли отсюда! — я начал подниматься, но следующие его слова остановили меня.

— Нет… — Он посмотрел на меня с неожиданной серьезностью. — Ветер поднялся. Оборотней будет больше, и не выдержат твои люди нашей погоды.

— Почему у тебя руки в крови? — я быстро сменил тему, хотя уже догадывался каков будет ответ.

— Пришлось убить двоих, самых непонятливых. Он почему-то решили, что могут пойти против меня, — Велькнут накрылся сеном, словно пытаясь спрятаться от разговора. — Глава деревни все уладил и взял деньги… Отвали! Дай отдохнуть.

Я остался сидеть, изредка бросая взгляды на спящую Лилию. Ей лучше не знать о своей «рыночной стоимости». Мои инстинкты кричали о необходимости немедленно уходить, но снаружи действительно разыгралась настоящая буря.

Ветер завывал в щелях дома, создавая жуткую симфонию звуков. То низкий утробный рык, то высокий пронзительный вой — словно сама природа пыталась нас напугать.

Цапля машинально дергался при каждом особенно громком завывании, его рука начинала нервно поглаживать рукоять ножа. Рурик, напротив, сохранял внешнее спокойствие — он сидел у двери, положив алебарду на колени, но я видел, как напряжены его плечи. Лилия металась по комнате, словно загнанный зверь, не находя себе места.

Я решил проверить ошейники — дернул свой, пытаясь понять механизм действия. Металл держался крепко, без намека на слабину. Попытался призвать магию — она рассеивалась, не успев покинуть тело, словно вода, которую впитывал морской песок. Но с элементом все работало иначе — он свободно тек по каналам.

Я активировал меч одним только элементом — клинок засветился слабее обычного, но даже этой силы хватило бы, чтобы преподать урок всем местным похотливым ублюдкам.

Закрыв глаза, я сосредоточился на окружающих запахах. И тут же пожалел об этом — вонь оборотней становилась все сильнее. Их было много, очень много. Десятки, если не сотни тварей приближались к деревне, словно приливная волна смерти.

Хуже всего было то, что я больше не мог принять ту форму, что была у меня после того, как кровь Виктории впиталась в мое тело. Драгоценный ресурс был полностью израсходован, как и одна из двух карт «жизни». В другой ситуации я бы сильнее переживал о потере таких ценных инструментов, но сейчас меня беспокоило другое.

Внутри росло темное, неконтролируемое желание убивать. Не слепая ярость, нет — холодная, расчетливая жажда крови, требующая утоления. Я сдерживал её потоками элемента, но она становилась все сильнее, словно живое существо, пытающееся вырваться на свободу, и как долго я смогу ее контролировать было под вопросом.

Все указывало на тело Аларика. Что-то было в нем, какая-то тайна, которую я пока не мог разгадать…

Ветер усиливался, принося с собой новые запахи крови и смерти. В тусклом свете я видел напряженные лица своих спутников. Они тоже чувствовали приближение опасности, хоть и не так остро, как я. Нам предстояла долгая ночь.

Дежурства сменяли друг друга. После нас поднялись люди Велькнута. Я заметил, как Айварс бросает жадные взгляды на Лилию, но это вполне обычное дело для мужчины, долго лишенного женского общества. В его глазах горел голод, но он держал себя в руках, и этого было достаточно.

Удивительно, но мне даже удалось немного поспать. Элемент, которым я накачал своих людей, сделал свое дело — они отдохнули на славу.

С первыми лучами солнца ветер стих. Внезапно, как по команде. Пока собирались в дорогу, я незаметно распределил добытые у «стервятников» деньги между всеми своими — не стоило держать такую сумму в одном месте.

Но когда мы открыли дверь, нас встретила вся деревня. От мужиков несло перегаром и кровью, в руках поблескивало оружие.

— Отдавай! — выкрикнул один из них, покачиваясь.

Люди Велькнута обнажили клинки. Наше оружие уже было наготове.

— Где Берг? — прорычал Велькнут.

— Ха! — оскалился новый главарь. — Он мертв! Старый и слабый, он не понимает, что нам нужны новые дети в деревне или мы все тут сгинем… Или нас поработят другие.

Я выдохнул. Видимо, по-хорошему тут не получится. Что ж, не я так решил…

Мое тело двинулось само собой — один молниеносный выпад, и голова говорившего отделилась от тела. Не останавливаясь, я развернулся, и второй удар отправил еще одну голову в полет.

Рурик действовал как отлаженный механизм смерти. Его алебарда описывала широкие дуги, разрезая воздух с жутким свистом. Один удар — и древко проломило череп нападавшего. Разворот — и лезвие располосовало живот другому. Старик двигался с невероятной грацией, каждое движение было выверено годами практики.

Цапля, в отличие от Рурика, был воплощением хаотичной эффективности. Он скользил между врагами как змея, его короткий клинок находил уязвимые места с пугающей точностью. Удар в шею, разрез подколенного сухожилия, нож в печень — каждое движение приносило смерть или калечило.

Велькнут и его люди тоже показали, почему их услуги стоят так дорого. Седовласый орудовал мечом, словно дирижер оркестром смерти. Каждый взмах оставлял за собой шлейф крови. Айварс прикрывал его спину, работая парными клинками с такой скоростью, что они казались размытым серебристым облаком. Барди был на подхвате, но делал свое дело с хладнокровной яростью.

Деревенские, несмотря на численное преимущество, явно не ожидали такого отпора. Их пьяная удаль разбивалась о холодную эффективность профессиональных убийц.

А я… я чувствовал, как темное существо внутри меня ликует. Каждый удар, каждая смерть приносили ему удовольствие. Мой меч пел песнь смерти, рассекая плоть и кости… Элемент, пусть и ослабленный ошейником, придавал ударам дополнительную силу.

Это был не бой — это была бойня. И где-то глубоко внутри я понимал, что наслаждаюсь каждым ее мгновением.

Потом мы стояли среди искромсанных тел, переводя дыхание после скоротечной бойни. Вся деревня полегла, кроме молодой женщины, которая, прижимая к себе детей, тихо плакала в стороне. Я протер окровавленное лезвие пучком сена и сунул меч в ножны, когда воздух вдруг прорезал свист.

Глухой удар, хлопок — звуки, которые не успел распознать мозг.

— А? — вырвалось у меня, когда я обернулся.

Картина, открывшаяся моим глазам, казалась нереальной: Барди, как ни в чем не бывало, вытирал свой меч об одежду Велькнута. Седовласый, с перерезанным горлом, пытался что-то сказать, но из раны хлестала кровь, заливая снег алым. Его пальцы бессильно царапали шею, словно пытались удержать утекающую жизнь. А еще через мгновение он рухнул, и снег жадно впитал его кровь.

Рука моя вновь метнулась к рукояти меча, но я не успел. Острая боль пронзила спину — удар был точным и профессиональным. Ноги подкосились, и я упал лицом в снег.

Успел заметить краем глаза, как Рурик оседает на землю — Айварс ударил его рукоятью меча по затылку.

— Не дергайся! — прошипел Айварс, защелкивая на моей шее еще один ошейник.

Я почувствовал, как магия внутри меня словно съеживается, подавленная его силой. Да еще и элемент перестал слушаться.

Барди тем временем скрутил Лилию. Девушка пыталась сопротивляться, но против опытного бойца у нее не было шансов.

— Ох и повеселимся мы с тобой! — его голос сочился похотью. — На всю жизнь запомнишь…

— Хватит болтать! — оборвал его Айварс, проверяя, крепко ли держится ошейник на моей шее.

— Вы все трупы, — процедил я сквозь зубы.

— Тише ты, маркиз… — Айварс рассмеялся, и в его смехе слышалось искреннее веселье. — Посмотришь, как твоя рабыня работает, а завтра с утра тебя уже заберут. Кто бы мог подумать, что за тебя назначена цена в двести тысяч золотом! Эх… Жаль только, что за живого.

Я повернул голову и увидел лежащего рядом Цаплю. Из живота у него текла кровь. Зря…

Глава 23

Меня грубо схватили за руки и поволокли обратно в сарай. От резкого движения в спине вспыхнула острая боль. Удар Айварса оказался профессиональным, лезвие прошло между ребер, задев какой-то нерв. От этого каждое движение отдавался новой вспышкой агонии, но я стиснул зубы, не желая доставлять этим ублюдкам удовольствие видеть мою боль.

Потом эти же двое схватили Рурика и закинули в сарай следом за мной. Старик все еще был без сознания после удара. Его седая голова безвольно моталась из стороны в сторону, а на виске виднелась набухающая гематома. Но дыхание его было ровным, и от осознания этого мне стало немного легче. Значит, жить будет… если вовремя оказать ему помощь.

Цапля… При взгляде на парня у меня внутри все сжалось. Его просто бросили в снег, как мешок с мусором, даже не потрудившись проверить, жив ли он еще. Кровь из раны в животе продолжала сочиться, превращая белый снег в багровое месиво. Я видел, как его грудь едва заметно вздымается. Парень еще дышал, цепляясь за жизнь.

— Этот все равно не жилец, — хохотнул Барди, с силой пнув Цаплю носком сапога в бок. — Пару часов промучается и сдохнет.

Его тоже подхватили за руки и за ноги и забросили к нам в сарай. После удара о землю тело парня пару раз перевернулось оставляя за собой шлейф крови.

От вида этого внутри меня что-то дрогнуло. Темное существо, живущее где-то в глубине сознания, зарычало, требуя крови. Оно жаждало разорвать этих тварей на части, растерзать их. Но два ошейника держали крепко — ни магии, ни элемента. Я чувствовал себя беспомощным. От этого внутри все клокотало.

«Убью! — крутилось у меня в голове снова и снова. — Убью, тварей!»

Ко мне и старику подошли. Надо же, какие заботливые ублюдки попались…

Но нет — нас швырнули на сено с такой силой, что я едва не потерял сознание от новой вспышки боли в спине. Успел заметить, как Айварс волочет упирающуюся Лилию в соседний дом.

Ее крики, полные ужаса и отчаяния, эхом отдавались в моей голове, и каждый из них был подобен удару кинжала в сердце. Я рванулся было следом, но путы держали крепко.

— Развлекайтесь! — с издевкой бросил Барди и захлопнул дверь. Засов лязгнул.

Как только шаги стихли, я осторожно подполз к Цапле, морщась от боли. Парень был без сознания, от потери крови его лицо белым, как снег, но он все еще дышал. Рана на животе выглядела скверно. Клинок вошел глубоко, явно задев внутренние органы. Без немедленной помощи у него нет шансов.

Я перешел на духовное зрение. Твою мать! Глаза закрылись, я пытался думать очень быстро. Все было хуже, чем я предполагал.

Тогда я попытался выпустить элемент. Но он просто отказывался меня слушаться и рассеивался при выходе из моего тела.

«Думай! — приказал я себе, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. — Должен быть способ! Всегда есть способ…»

Первым делом я попробовал сорвать ошейник грубой силой. Бесполезно! Металл только больно впился в шею, оставляя саднящие следы. Магия не работала совсем, словно ее и не было.

Тогда я начал внимательно осматривать замок. Хитрая конструкция… Без ключа не откроешь. Руны, покрывавшие металл, тускло светились, подавляя магию и элемент. Но ведь должно быть что-то… какая-то слабость в этом механизме. Я закрыл глаза, пытаясь почувствовать структуру металла.

И тут меня осенило! Сами ошейники без сомнения были зачарованы, но крепления… Обычный металл! Если бы удалось направить хоть немного силы именно туда… Я снова сосредоточился, пытаясь нащупать слабое место.

Вот оно! Тончайшая щель между пластинами, где магия блокировки была чуть слабее… Теперь нужно просто провести элемент по самому краю, словно нить в игольное ушко. Одна ошибка — и придется начинать сначала, а времени у нас не так много…

От напряжения пот заливал глаза, по вискам текли горячие струйки. Каждая секунда концентрации давалась с трудом. Но постепенно, капля за каплей, сила начала просачиваться. Я чувствовал, как металл нагревается, становится пластичным…

Треск! Первый ошейник развалился, осыпавшись ржавой трухой. Магия хлынула из тела, как вода в пересохшее русло. Со вторым пошло уже легче. Теперь язнал, как следует действовать, да и с магией это не составило особого труда. Она просто разъела механизм, и ошейник упал на землю. Я был полностью свободен. На лице моем играл хищный оскал.

Я сразу бросился к Цапле. Еще раз переключился на духовное зрение и прошелся по телу пацана. Рана была глубокой, задела печень и желудок. Но не смертельной, если успеть вовремя. Я влил в него мощный поток элемента, запуская регенерацию. Ткани медленно срастались, кровотечение останавливалось.

— Держись, парень… — прошептал я, продолжая вливать силу. — Ты мне еще нужен.

Но стоило мне остановить поток энергии, как внутреннее кровотечение возобновлялось с новой силой.

— Твою мать! — процедил я сквозь зубы. — Что же делать?

Время утекало, как песок в часах. Каждая секунда промедления могла стоить жизни не только Цапле, но и остальным. Я закрыл глаза.

— Прости меня, Карл, будет больно! — прошептал я, приняв единственное возможное решение.

Сосредоточился на элементе, вспоминая уроки Аякса. Старый мастер показывал, как помогать тем, кто не мог самостоятельно развить каналы. Это было опасно, болезненно, но сейчас другого выхода не оставалось.

Я почти полностью опустошил свой источник, направив всю силу в тело Цапли. Энергия хлынула мощным потоком, соединяясь с его собственным источником. Это было похоже на слияние двух рек — мой элемент встретился с его силой, и они закружились в диком танце.

А потом начали прорастать каналы. Тоньше самой тонкой паутинки, они медленно формировались в теле парня. Я направлял процесс, словно садовник, выращивающий особо хрупкое растение. Малейшая ошибка могла все разрушить.

Цаплю выгнуло дугой, из горла вырвался мучительный стон. Я навалился всем весом, прижимая его к земле, чтобы конвульсии не причинили еще больший вред. Его мышцы напряглись, словно струны, готовые вот-вот лопнуть.

— Держись, парень! — сквозь стиснутые зубы выдавил я, продолжая формировать каналы.

Часть силы устремилась к поврежденным органам, начиная восстановительную работу. Я чувствовал, как срастаются ткани, как останавливается кровотечение — на этот раз по-настоящему, а не временно.

И вдруг… у меня все получилось! Его природный источник ожил, посылая потоки элемента по новообразованным каналам. Они были тонкими, очень тонкими, но они работали! Энергия устремилась к ране, затягивая ее, восстанавливая повреждения.

Цапля глубоко вздохнул и обмяк — его тело наконец-то начало само бороться за жизнь.

Когда с пацаном было закончено — по крайней мере, настолько, чтобы стабилизировать его состояние — я занялся Руриком. У старика обнаружилось легкое сотрясение мозга и трещина в височной кости, но ничего, что нельзя было бы исправить. Пара минут работы с элементом, и он тихонько застонал, приходя в себя.

— Милорд… — прохрипел он, пытаясь сфокусировать взгляд. — Что случилось?

— Тихо! — оборвал я его. — Слушай внимательно… Цапля тяжело ранен, но жить будет. Я стабилизировал его состояние. Ты остаешься с ним. Я иду за Лилией.

Рурик все понял моментально. Глаза его расширились и в них мелькнула ярость — старик прекрасно понимал, что сейчас творится в соседнем доме.

— Эти твари… — процедил он сквозь зубы.

— Именно, — кивнул я. — Жди здесь. Если что пойдет не так — кричи. Я услышу.

Новые способности, обретенные после встречи с чистокровным, все еще были при мне. Сломал магией засов и замок. Они просто мгновенно проржавели и развалились на куски.

Я бесшумно выскользнул наружу и принюхался. По запаху сразу определил нужный дом — вонь похоти и страха била в ноздри даже сквозь метель. Изнутри доносились приглушенные крики и грубый смех.

Дверь поддалась от легкого толчка. Эти идиоты даже и не подумали запереться. В нос ударила тяжелая смесь запахов: пот, страх, возбуждение, ярость. Лилия, совершенно обнаженная, извивалась на кровати, пытаясь вырваться из хватки Барди.

Ее запястья были стянуты каким-то ремнем, а на шее виднелись следы от пальцев. Айварс неторопливо раздевался, поигрывая кинжалом и с похотью разглядывая извивающееся тело девушки.

— А вот и… — начал было Барди, заметив меня, но договорить не успел.

Мой кулак впечатался в его челюсть с такой силой, что я услышал отчетливый хруст костей. Голова мерзавца мотнулась назад, изо рта брызнула кровь вперемешку с осколками зубов. Айварс дернулся к своему оружию, но я был быстрее. Удар в солнечное сплетение согнул его пополам, а следующий — в висок — отправил в глубокий нокаут.

— Лилия! — я сбросил на дрожащую девушку какое-то покрывало. — Беги в сарай к нашим. Быстро!

Она, всхлипывая, замоталась в ткань и выскочила за дверь. А я… я остался с этими двумя. Темное существо внутри меня жаждало крови. Столько крови, сколько эти ублюдки заслуживали.

И начал я с Барди. Он как раз уже приходил в себя, когда мой меч со свистом рассек воздух, отделив его правую руку чуть выше локтя. Брызнула кровь, заляпав стены. И он захлебнулся в отчаянном крике, когда я вырвал его язык одним точным движением. Горячая кровь хлынула на пол, пропитывая доски.

— Знаешь, — произнес я спокойно, глядя в его полные ужаса глаза, — ты ведь сам это выбрал. А мог бы просто выполнить свою работу…

Меч снова взметнулся в воздух — и левая рука присоединилась к правой. Барди забился в конвульсиях, пытаясь отползти, оставляя за собой кровавый след. Но далеко уйти не смог. Я методично отсек ему ноги, одну за другой, чуть выше колен.

Его тело содрогалось в беззвучном крике. Без языка он мог только хрипеть. Но я не собирался его убивать. О нет — смерть была бы для него слишком легким наказанием! Быстро наложил кровоостанавливающие чары — пусть живет. Пусть помнит. Колдовство вызвало огонь, и я прижег раны. А Барди все это время плакал от ужаса и дикой боли.

С Айварсом я тоже расправился не спеша. Он уже пришел в сознание и полностью осознавал происходящее. В его глазах плескался первобытный ужас, когда я методично превращал его в беспомощный обрубок. Язык я вырвал первым делом — не хотел слышать его мольбы или оправдания.

Затем настала очередь конечностей. Одна за другой, они отделялись от тела под аккомпанемент влажных хрустов и чавкающих звуков. Кровь заливала все вокруг, но я старательно поддерживал их жизнь магией. Они должны были жить. Жить и помнить цену предательства.

Закончив с этими двумя, я тщательно обыскал дом. Нашел их кошели, около двадцати тысяч золотом. Неплохо… Забрал все их пожитки, оружие, припасы. Потом вернулся к телу Велькнута. Обшарил карманы, нашел карту и еще немного золота. В общей сложности набралось больше пятидесяти тысяч — неплохая компенсация за предательство.

Я бросил последний взгляд на изувеченных предателей. Они лежали в лужах собственной крови, еще живые, но уже не представляющие никакой угрозы. Беспомощные обрубки, которым предстояло прожить еще много долгих, мучительных часов…

В сарае меня ждала тяжелая картина. Лилия, все еще дрожащая, сидела в углу, завернувшись в какие-то тряпки. Ее глаза были пустыми, невидящими. Она слегка покачивалась взад-вперед, обхватив себя руками. Рурик хлопотал над Цаплей — парень все еще был без сознания, но дышал ровно. Кожа, еще недавно совсем белая, теперь приобрела какой-то землистый оттенок.

— С тобой все в порядке? — спросил я ведьму.

— Я… Там… Они… — бормотала она. — Не успели… — выдохнула. — Вы спасли меня снова!

— Вот… — я высыпал на сено горсть золотых монет. — Здесь около пятидесяти тысяч. Рурик, отнеси их той женщине, что приходила к Лилии. Ей пригодится… чтобы начать новую жизнь.

Старик понимающе кивнул и исчез за дверью. Я присел рядом с Цаплей, и осторожно коснулся его лба. Жар… Начиналось воспаление. Я синхронизировался с его источником — слабым, едва теплящимся. Внутреннее лечение требовало времени и сил, но выбора у мня не было — парню нужна была серьезная помощь.

Закрыл глаза, погружаясь в целительный транс. Элемент тёк сквозь меня в измученное тело Цапли, восстанавливая поврежденные ткани, борясь с инфекцией. Я чувствовал, как его организм откликается на лечение. Вот только очень уж медленно.

Лилия немного пришла в себя и начала мне помогать. Принесла воды, смочила губы раненого. В ее движениях чувствовалась механическая отрешенность, словно она действовала на рефлексах, не до конца осознавая реальность.

Вернулся Рурик, застыл у порога.

— Она плакала, — сообщил он. — Говорит, что теперь сможет выкупить свою дочь из борделя в городе.

Я молча кивнул. Затем сделал знак Рурику, и мы принялись сооружать носилки для Цапли. Взяли крепкие жерди и связали их полосками ткани, сверху постелили одеяла. Получилось грубовато, но достаточно удобно для транспортировки раненого.

— Я изучил карту, — сказал Рурик, расстилая ее на полу. — Нам нужно идти на северо-восток. Там есть проход между скал, он выведет нас прямиком к Изнанке…

— Интересно, кто мог назначить за меня такую цену? — пробормотал я задумчиво, глядя на карту. — Двести тысяч… Виктория? Или все-таки барон Рэйскрофт?

— Думаю, это мы скоро узнаем, — хмыкнул Рурик. — Но сначала надо выбраться отсюда. Метель усиливается.

Он был прав. Снаружи выл ветер, швыряя в окна целые горсти снега. Видимость падала с каждой минутой, но выбора у нас не было — нужно было уходить как можно дальше отсюда…

Мы вышли в метель, и она встретила нас во всей своей ярости. Ледяной ветер хлестал по лицам, словно плеть, забивал рот и нос колючим снегом. Видимость упала до нескольких шагов. Белая пелена окутала все вокруг, превратив мир в призрачное марево.

Я с трудом различал фигуру Рурика на другом конце носилок. Старик двигался уверенно, несмотря на тяжесть ноши и порывы ветра, норовящие сбить нас с ног. Но его опыт был заметен в каждом движении. Он очень умело выбирал, куда поставить ногу, как наклониться против ветра…

Лилия брела следом, спотыкаясь в глубоком снегу. Она все еще была в шоке после случившегося. Я видел это по ее движениям, слышал в прерывистом дыхании. Ведьма куталась в наспех найденный меховой плащ, но он слабо защищал от пронизывающего холода.

Цапля лежал неподвижно на носилках, его лицо было бледным как смерть. Я постоянно следил за его состоянием, поддерживая элемент в его теле. Рана на животе больше не кровоточила, но жар не спадал. И сердце его билось как-то неровно.

— Держись, парень, — прошептал я, но порыв ветра тут же унес мои слова прочь.

Каждый шаг давался с трудом. Снег был глубоким и рыхлым, ноги проваливались по колено. Мышцы горели от напряжения. Тащить на себе носилки оказались тяжелее, чем мы рассчитывали, но останавливаться было нельзя. Остановиться сейчас для нас означало одно: замерзнуть насмерть.

Мои новые чувства улавливали запахи даже сквозь метель. Вонь предательства и крови все еще доносилась до меня от деревни. Где-то вдалеке выли волки — обычные, не оборотни. Они чуяли кровь и слабость, но пока держались на расстоянии. Умные животные…

Время растянулось и, казалось, потеряло всякий смысл. Был только бесконечный снег, вой ветра и тяжесть носилок. Шаг за шагом мы продвигались вперед, борясь со стихией. Периодически я проверял направление по карте, но это становилось все сложнее — снег залеплял глаза, а руки дрожали от холода.

Лилия споткнулась и в очередной раз упала. Я хотел было помочь ей, но она сама поднялась, упрямо стиснув зубы. В ее глазах появился какой-то новый огонь, словно пережитый ужас закалил ее, сделал сильнее.

— Я справлюсь, — пробормотала она, хотя я едва расслышал ее слова сквозь завывания ветра.

И тут… Я почувствовал это раньше, чем увидел. Сердце Цапли, еще недавно бьющееся хоть и неровно, но уверенно, вдруг сбилось с ритма, заколотившись совершенно беспорядочно.

— Стоять! — заорал я, но мой крик потонул в реве метели.

Мы опустили носилки на снег. Я склонился над парнем, вливая в него потоки целительной энергии. Но было поздно! Цапля вдруг затрясся в агонии, а затем его сердце беспомощно дрогнуло в последний раз и остановилось.

— Нет, нет, нет… — Мои руки двигались сами собой, пытаясь запустить его сердце снова.

Рурик опустился на колени рядом, его губы беззвучно что-то шептали. Лилия смотрела на нас широко раскрытыми глазами. Из них текли слезы, которые моментально замерзали на щеках.

Я продолжал борьбу, вливая энергию, пытаясь заставить остановившееся сердце биться снова. Элемент струился сквозь мои пальцы, энергия пульсировал в такт моим усилиям. Но тело Цапли оставалось неподвижным, а его душа… я чувствовал, как она медленно покидает остывающую плоть.

— Давай же! — рычал я, продолжая попытки реанимировать пацана. — Ты не можешь так просто уйти!

Метель выла вокруг нас, словно плача по уходящей жизни. Снег медленно укрывал тело Цапли белым саваном, а я все не мог остановиться. Мои руки дрожали от напряжения и холода, каналы горели от перенапряжения.

— Милорд… — Рурик положил руку мне на плечо. — Милорд, вы должны принять это… Он ушел.

Глава 24

— Да хрен там! — прорычал я, чувствуя, как душа Цапли начинает отделяться от тела.

Это было похоже на легкое свечение, едва заметное в метели, сгусток чистой энергии, медленно поднимающийся над безжизненным телом. Я уже видел подобное, и не раз. До этого я использовал такие возможности, чтобы самому стать сильнее. Теперь же…

Моя магия вырвалась из рук сама собой, словно живое существо, истосковавшееся по свободе. Черные нити устремились к светящемуся сгустку энергии, и мне пришлось приложить чудовищное усилие, чтобы не поглотить душу Цапли целиком. Все мое естество требовало покончить с этим поскорее и взять свое.

Но вместо этого я направил всю свою силу, всю концентрацию на то, чтобы этими же нитями загнать душу обратно в тело. Это было похоже на попытку удержать ртуть голыми руками.

Энергия постоянно ускользала, стремилась вырваться на свободу. Пот заливал глаза, несмотря на мороз, мышцы дрожали от напряжения.

Наконец, после того, что показалось мне вечностью, душа Цапли оказалась там, где ей и положено быть — в своем теле. Не теряя ни секунды, я выпустил мощный поток элемента, заставляя сердце пацана сжаться. Еще раз! И еще! Легкие наполнились воздухом под моим принуждением — один вдох, второй…

Природный источник парня снова заработал, теперь уже увереннее. Я продолжал удерживать энергию души в теле, чувствуя, как она постепенно вновь связывается с плотью, возвращая ее к жизни..

Цапля вдруг резко закашлялся, его тело выгнулось дугой, и он сделал первый самостоятельный вдох. Хриплый, судорожный, но такой желанный! За ним последовал второй, уже более уверенный. Парень был жив!

Краем глаза я заметил, как Рурик и Лилия смотрят на меня с каким-то суеверным ужасом. Еще бы… Они только что стали свидетелями того, как я буквально вернул душу в мертвое тело. Да я и сам с трудом верил в то, что только что сделал.

«Если бы не получилось, — мелькнула усталая мысль, — пришлось бы использовать последнюю карту жизни. А там уж как повезло бы…»

— Я читала, что на подобное были способны лишь древние боги… — прошептала Лилия.

— Вот только они давно нас покинули,. — произнес Рурик.

— Пошли дальше! — устало выдохнул я, поднимаясь.

Ноги мои дрожали от истощения, но времени на отдых у нас не было. Мы с Руриком снова взялись за носилки. Теперь я чувствовал, как течет жизнь в теле Цапли — слабая, но устойчивая. Он будет жить. Долбанная инфекция, она почти прикончила его!

Метель словно взбесилась. Порывы ветра усилились настолько, что приходилось идти почти боком, наклонившись вперед. Снег больше не падал хлопьями, а летел горизонтально, жаля открытую кожу, словно тысячи крошечных игл.

Лилия спотыкалась все чаще. Ведьма держалась из последних сил, но ни разу не попросила об отдыхе. Каждый раз, когда она падала, то поднималась сама, упрямо стиснув зубы. В ее глазах застыла какая-то отрешенная решимость.

Мы с Руриком продолжали нести носилки. Цапля то приходил в себя, то снова проваливался в забытье, но главное — он дышал. Его сердце билось ровно, а природный источник, пусть и слабый, продолжал работать с раной.

Время потеряло всякий смысл. Был только бесконечный снег, вой ветра и тяжесть носилок. В какой-то момент мои новые чувства уловили странные изменения в окружающем мире — запахи становились все более блеклыми, словно реальность постепенно истончалась.

— Скалы! — прокричал вдруг Рурик, и даже рев метели не смог его заглушить.

Я присмотрелся. Действительно, впереди темнели две громадины, похожие на клыки исполинского чудовища. Между ними виднелся узкий проход, и именно туда нам предстояло идти.

Чем ближе мы были к скалам, тем яростнее становился ветер. Он дул через проход между камнями, как сквозь гигантскую турбину, и при этом возникал не просто вой, а самый настоящий рев, от которого закладывало уши.

Лилия снова упала, и на этот раз я видел, как ей тяжело подниматься. Но она справилась, даже не взглянув в нашу сторону. Что-то изменилось в ней после той деревни. Словно часть ее души закалилась, как сталь в кузнечном горне.

Проход между скалами оказался уже, чем выглядел издали. Нам пришлось маневрировать с носилками, чтобы не задевать острые выступы камня.

А потом случилось что-то странное. Звук ветра… просто исчез! Вот только что он ревел, как тысяча демонов, а в следующий миг наступила полная тишина. При этом сам ветер никуда не делся. Я видел, как он треплет одежду, как гонит поземку по камням, но все это происходило в жуткой, неестественной тишине.

По спине пробежали мурашки. Казалось, будто сама жизнь покинула это место, оставив лишь пустую оболочку реальности. Воздух стал каким-то густым, тягучим, походил на остывший кисель.

Рурик вдруг остановился. Мы аккуратно положили носилки с Цаплей на относительно ровный участок камня. Старик медленно подошел ко мне, его лицо в тусклом свете казалось маской, высеченной из старого дерева.

— Мы рядом с Изнанкой, — прошептал он, и его слова прозвучали неестественно громко в этой мертвой тишине. — Это чувство… я никогда не забуду. Словно стоишь на краю бездны, в которой нет ни верха, ни низа.

Это место было чем-то вроде границы, но не просто между земными территориями, а между разными гранями реальности. Здесь наш привычный мир истончался, готовясь перейти во что-то иное.

В этой неестественной тишине каждый звук приобретал особую четкость. Я слышал, как скрипит снег под ногами, как хрустят замерзшие складки одежды, как тяжело дышит Лилия. Все эти звуки казались чужеродными. Они царапали саму ткань реальности.

Мои новые чувства сходили с ума. Запахи путались, накладывались друг на друга, создавая невозможные сочетания. В один момент я ощущал морозную свежесть снега, а в следующий — затхлость древних могил. Зрение тоже подводило — краем глаза я постоянно замечал какие-то движения, некие тени, которые исчезали, стоило лишь повернуть голову.

— Воздух… — пробормотала Лилия, обхватив себя руками. — Он какой-то… неправильный.

Я понимал, что она имеет в виду. Каждый вдох давался с трудом, словно легкие сопротивлялись этому густому, тягучему воздуху. Он был холодным, но не так, как это бывает на морозе.

Цапля на носилках застонал и открыл глаза. Его взгляд был мутным, но вполне осмысленным.

— Где мы? — прохрипел он.

— На пороге, — ответил Рурик, и в его голосе прозвучало что-то похожее на благоговейный страх. — На границе между тем, что мы знаем, и тем, что лежит за гранью понимания.

— Изнанка… она рядом! — произнесла Лилия.

Я внимательно осмотрел рану Цапли — каналы, которые я создал, продолжали работать. Тонкие, как паутинка, они несли элемент к поврежденным тканям, постепенно восстанавливая их.

Но было что-то странное в том, как энергия текла по этим каналам. Она сопротивлялась чему-то, какой-то внешней силе, пытающейся исказить сам принцип ее существования.

— Нужно двигаться дальше, — сказал я, поднимаясь. — Здесь нельзя оставаться надолго.

И это была правда. Я чувствовал, как это место медленно высасывает из нас силы. Словно сама реальность пыталась растворить нас в себе, сделать частью этого искаженного пространства.

— Смотрите! — вдруг воскликнула Лилия, указывая куда-то вперед.

Там, где проход между скалами должен был заканчиваться, пространство словно плавилось. Воздух шел рябью, как поверхность воды от брошенного камня, и сквозь эту рябь проступали странные образы — искаженные, неправильные.

И тут прямо из колышущейся грани реальности начало проступать нечто. Сначала это была просто тень, смутный силуэт, напоминающий человеческую фигуру. Но уже через мгновение существо изменилось — его форма потекла, как воск, превращаясь в огромного волка. А затем — снова человек… Эти трансформации происходили непрерывно, создавая жуткий эффект незавершенности, не давая нам не секунды на то, чтобы опомниться и осознать происходящее.

Я принюхался, напрягая свой духовный взор. Попытался понять природу этого создания. Нет, это определенно не вервульф — у этого существа полностью отсутствовала энергетическая оболочка, как будто её срезали острым ножом, как кожуру с картофелины.

Странно, но я не чувствовал угрозы. Мы все замерли на месте, наблюдая, как эта непонятная сущность медленно приближается к нам. Её движения были плавными, текучими, словно она плыла в невидимой воде.

Рурик стоял немного впереди, и я слышал его бормотание так отчетливо, будто старик говорил прямо мне в ухо, хотя находился он в нескольких шагах от меня.

— Это оно… Это оно… — повторял он снова и снова, и в его голосе звучал первобытный ужас. — Те твари, что охраняют её… Именно их боятся все!

В памяти вспыхнули обрывки информации, собранной за время путешествия. Существа Изнанки не трогают колдунов, но маги… У Рурика неправильный источник, если верить всему, что я узнал. Я сделал несколько быстрых шагов вперед, заслоняя собой старика.

Существо мгновенно отреагировало на моё движение. Оно оказалось рядом так быстро, что я даже не смог уловить сам момент перемещения. Но теперь я мог разглядеть его вблизи. Или попытаться разглядеть, потому что у него не было лица в привычном понимании этого слова. Была лишь постоянно меняющаяся форма, текучая и неуловимая.

И тут я почувствовал это. Что-то настолько знакомое, что я уже начал забывать об этом ощущении. Энергия, исходящая от твари… Она была похожа на силу богов! Я слишком хорошо помнил этот вкус — время, проведенное с Локки, оставило неизгладимый след в памяти. Да и общение с Эребой научило меня распознавать божественную энергию.

Но эта сила была немного иной, более древней, что ли… Словно я столкнулся с чем-то, что существовало задолго до появления известных мне богов.

«Как такое возможно? — лихорадочно метались мысли в голове. — Откуда здесь взяться этой силе?Может, потому боги и покинули этот мир? Потому что здесь находится что-то подобное им? Или даже более могущественное, чем они сами?»

Существо не проявляло никакой агрессии. Оно просто стояло рядом, и его форма продолжала плавно перетекать из одного состояния в другое. Однако я чувствовал на себе его внимание.

Тут я услышал, как позади меня тяжело рухнул Рурик. Я мгновенно развернулся. Старик судорожно хватался за грудь, из его горла вырывались сдавленные хрипы. Он явно задыхался, его лицо побагровело от напряжения.

Твою ж… Я тут же выпустил поток элемента в его тело, пытаясь помочь, но произошло нечто странное. Энергия словно втянулась в стоящее рядом со мной существо, как вода в песок.

— Да ты издеваешься⁈ — с горечью ухмыльнулся я, чувствуя, как внутри меня растет раздражение.

Я положил руки на плечи старика и повторил попытку, вложив на этот раз еще больше силы. Но эффект был тем же — существо поглощало всю энергию, не позволяя ей достичь цели. Моя рука инстинктивно легла на рукоять меча. Я выпустил одновременно две энергии — магию и элемент. Клинок мгновенно окутался черным пламенем, которое как будто пожирало сам воздух вокруг.

Резкий взмах — я даже не успел осознать, что делаю, тело двигалось само собой. Лезвие прошло сквозь существо, буквально разделив его на две части. Но уже через секунду оно просто срослось, словно ничего и не было.

А потом я почувствовал тяжелое, неумолимое давление. Сначала в груди, будто кто-то положил туда раскаленный камень, потом в ногах. Меня резко впечатало в скалу. Вот же тварь!

Ярость придала мне сил. Я позволил элементу смешаться с магией, и прямо в воздухе начал формироваться шар, черный как ночь. Он пульсировал, испуская волны, от которых сам воздух дрожал. И коротким движением ладони направил его прямо в существо.

Когда шар соприкоснулся с оболочкой твари, пространство озарила ослепительная вспышка. Существо сжалось само в себя, схлопнулось в точку и исчезло. На камни упало что-то небольшое, звякнув о скальную породу.

Я с трудом поднялся, чувствуя, как дрожат колени. Недоуменно огляделся по сторонам.

— Чего?..

Картина, открывшаяся моим глазам, была мягко говоря странной. Рурик стоял передо мной, целый и невредимый, без малейших признаков удушья. Лилия замерла чуть позади, а Цапля с носилок смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— Какого хрена тут было? — спросил я, пытаясь по ходу понять, что тут реально, а что нет.

— Я был сейчас на поле боя… — голос Рурика звучал глухо, надломленно. — Солдаты гибли ради кристаллов. Я видел их лица… снова видел их всех…

— Деревня… она была в огне, — прошептала Лилия, обхватив себя руками. — Маги напали и убивали всех — ведьм, ведьмаков, даже детей!.. Я чувствовала жар пламени, слышала крики…

— А меня пытали, — Цапля закашлялся, его голос задрожал. — Поймали за воровство и мучили в темнице, чтобы я сдал Барона Витю. Я чувствовал каждый удар, каждый ожог…

Я задумчиво потер подбородок. Интересно получается… Это были просто видения? Или каждому из нас довелось пережить какую-то свою, альтернативную реальность? И почему существо показало нам именно эти моменты?

В голове крутились десятки вопросов, но ответов на них пока не было.

Внезапно мир снова наполнился звуками и запахами, словно кто-то повернул рычаг, возвращая реальность на место. Ветер с удвоенной силой задул в спину, заглушая все вокруг, даже мысли. И холод теперь снова пробирал до костей, забираясь под одежду ледяными пальцами…

Мы с Руриком снова взялись за носилки. Лилия брела следом, то и дело спотыкаясь от усталости. Все, что произошло несколько минут назад, казалось далеким сном — странное существо, видения, вспышка света… Теперь это был просто проход между двумя скалами, ничем не примечательный, если не считать пронизывающего ветра.

Но когда мы добрались до конца прохода и вышли на открытое пространство, я застыл от удивления. Перед нами раскинулась равнина, покрытая… зеленью! Свежей, сочной травой, колышущейся под легким ветерком. Холод исчез, словно его никогда и не было. Ветер стих, оставив после себя только приятную прохладу.

А над всем этим сияло утреннее солнце — настоящее, теплое, живое! Его лучи ласково касались кожи, принося давно забытое ощущение тепла. В наших зимних одеждах внезапно стало невыносимо жарко.

— Я… — голос Цапли прервал общее оцепенение. Парень поморщился и, к нашему изумлению, начал подниматься с носилок. — Чувствую, что со мной все в порядке.

Мы смотрели на него с недоверием. Всего несколько часов назад он был мертв, его сердце остановилось прямо у меня под руками. А сейчас Цапля распахнул свои меховые одежды, и я увидел на месте смертельной раны лишь застарелый шрам — такой, какой остается обычно после нескольких месяцев успешного заживления.

Впереди высилась стена. Но не обычная — она была черной, абсолютно черной, словно кто-то вырезал кусок реальности и заменил его пустотой. Глаза отказывались фокусироваться на ней, соскальзывая в сторону, как будто сам мозг не мог принять существование такой неестественной границы.

А левее, примерно в паре сотен метров, расположился целый лагерь — десятки палаток, расставленных в каком-то определенном порядке. Между ними горели костры, вокруг которых двигались люди, занятые своими делами.

— Мы точно там, где нужно? — спросил я, все еще не веря своим глазам.

— Да! — Рурик кивнул с непривычной уверенностью. — Это Изнанка! Ее граница. Я уверен.

— Ладно… — Я перевел взгляд на палаточный городок. — Пойдем разберемся, что тут творится.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ведьмак в теле Маркиза 2

Content

Ведьмак в теле Маркиза 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Nota bene