Хозяева Пекла

Глава 1

В этот момент свет в лаборатории вдруг погас, правда, ненадолго.

Всего через пару секунд он вновь включился, компьютеры вокруг тут же начали загружаться, запускать закрывшиеся приложения.

— Что с каналом? — рыкнул Биркин.

— Настройки сбились, — забормотал Грегор, — перепад напряжения и перезагрузка нарушила синхронизацию, и…

— Что это значит? — занервничал Тапок.

— То, что теперь мы никуда не уйдем, — мрачно констатировал Мик.

— Это мы еще сейчас посмотрим… — Грегор что-то набирал на клавиатуре, то и дело бросая быстрые взгляды на экран.

Он совершенно не обращал внимания на Биркина, который, как оказалось, наконец-то пришел в себя. Сработавший сигнал тревоги «отрезвил» его, напомнил, кто в лаборатории находится помимо его подчиненных, и он явно хотел сделать Грегору какой-то знак, но тот был слишком увлечен своей работой…

Мик явно заметил изменения, произошедшие с Биркиным, понял, что тот уже не желает помогать «дикарям с Пекла» сбежать отсюда. Однако пытаться сейчас пугать профессора, напрягать его было нельзя — как только лаборанты поймут, кого профессор приволок с собой, они откажутся работать.

Пока Мик судорожно соображал, что делать, Грегор наконец-то оторвался от экрана и бросил торжествующий взгляд на профессора.

— Готово, шеф! Полная синхронизация!

И тут, похоже, он заметил некий условный сигнал, который ему подавал профессор. Лицо Грегора мгновенно изменилось, улыбка слетела, ее место занял сначала испуг, а затем…

Мик отреагировал мгновенно, но все же опоздал буквально на секунду — Грегор успел нажать на клавиатуре комбинацию клавиш, и тут же часть лаборатории «отключилась» — вырубилось несколько ламп под потолком, отключились несколько компьютеров.

Ну а Грегор получил пулю в плечо, со всхлипом упал на пол.

Все остальные лаборанты замерли, испуганно глядя на Мика, державшего в руках пистолет, переводя его с одного лаборанта на другого.

— Что он сделал? — рявкнул Тапок, обращаясь к профессору.

Тот молчал, лишь ехидно улыбаясь.

— Что он сделал? — повторил Тапок, повернувшись к лаборантам, обведя их взглядом, в конце концов вперив взгляд в Грегора, лежащего на полу, зажимающего кровоточащую рану на плече.

Ответа не последовало.

Тапок достал свое оружие, подошел к Грегору, направил оружие на него.

— Что сейчас произошло? — процедил он, а затем резко рявкнул, обращаясь к нему: — Ну⁈

— Я частично отключил лабораторию…

— Что значит «частично»?

— Она работает от резервных аккумуляторов.

— И что это значит?

— Значит, что эти сволочи не позволят нам отсюда свалить, — вместо Грегора ответил Мик.

— Бред! Эта штука еще работает, — не согласился Бес, указывая на слабо пульсирующий зеленый огонек под потолком стеклянного куба.

— Мощности теперь хватит, чтобы перенести еще одну собаку, — торжествующе заявил Биркин, — не более…

— Значит вот так, да? — прошипел Тапок. — А ну включили все назад!

— Не получится, — покачал головой Биркин, — это можно сделать только из командного отсека, а туда вам уже не дойти — охрана станции поднята на уши, скоро они придут в себя, и тогда…

Закончить он не успел: резкий и неожиданный удар Мика отправил его в глубокий нокаут.

Затем Мик, стоя над бездвижным профессором, навел оружие на него и пальнул.

— Нет! Нет! — заорал Грегор.

— Заткнись! — Тапок ногой отправил его обратно на пол. — Думай, как подать энергию, иначе последуешь за ним!

— Я не буду вам помогать! Вы — варвары! Вы убили профессора и…

Орал он еще долго, вот только он не знал, даже не догадывался, что профессора Мик не убил. Это для лаборантов все выглядело именно так, но, к примеру, Бес и Тапок видели, что Мик, отправив профессора на пол, выбив из него сознание, пальнул затем просто в пол. Жизни Биркина ничего не угрожало. Лаборанты же были уверены, что их шефа сейчас, прямо у них на глазах, убили…

Слушать все оскорбления, лившиеся изо рта Грегора, Тапок не стал, он просто пнул лаборанта, заставив замолчать, а затем вскинул оружие, навел на одного из лаборантов.

— У вас есть два варианта. Первый — вы нам поможете. Вариант второй… — он пальнул в одного из лаборантов, и тот рухнул на пол, вопя от боли, ну а Тапок закончил свою мысль: — Мы вас всех убьем. Выбирайте…

Испуганные лаборанты засуетились — вернулись к своим рабочим местам, с бешеной скоростью принялись бить пальцами по клавишам.

— Это невозможно! — спустя пару минут заявил один из них. Мощности резервных аккумуляторов недостаточно, чтобы создать Всполох, способный перенести всех вас…

— Думай, где взять еще энергию, — посоветовал ему Тапок, — или же…

— Но как? — он испуганно втянул голову в плечи. — Мы отключены от энергосети и…

— Стоп! — неожиданно остановил его Тапок. — Что ты только что сказал?

— Что мы отключены…

— Нет, перед этим. «Создать Всполох, способный перенести всех нас». Сколько человек можно отправить?

— Я…я… — замямлил лаборант, понявший свою ошибку, — я не уверен, что…

— Двух собак одновременно он может отправить? — спросил Тапок и затаил дыхание.

— Двух собак? — озадачился лаборант, уставившись на одну собаку, оставшуюся у нападавших, силясь понять, где они возьмут еще одну.

Он-то явно ожидал, что спрашивать его будут про возможность перенести людей, и явно собирался на этот счет врать, а тут… Он совершенно растерялся, и поэтому, наверное, ляпнул, не подумав: — Да, двух собак отправит и…

— Юси! — позвал Тапок.

— А? — испуганно откликнулась девушка.

— Иди в куб.

— Но… — начала было она.

— Это же не две собаки! — возмутился лаборант, сообразивший, как он лоханулся.

— Заткнись! — приказал ему Тапок и повернулся к Юси: — Это твой шанс. Иди в куб, вернись домой и свяжись с ВКС.

— Но вы тут…

— Все с нами будет в порядке, — перебил ее Тапок, — и чем быстрее ты зайдешь в куб, чем быстрее отправишься на «ту сторону», тем больше будет у нас шансов выжить.

— А если я не успею, если ВКС мне не поверит?

— Юси, — вперед выступил Мик, протянул ей чип, — отдай им это. И слушай меня очень внимательно…

Пару минут Мик что-то объяснял Юси, говорил быстро, заставлял ее повторять за собой. О чем они там толкуют и что вообще задумал Мик — никто не понял, говорил он тихо, так, чтобы его слышала только Юси.

— Мик! Быстрее! — поторопил Тапок.

Спешить действительно было нужно — в дверь лаборатории со стороны коридора кто-то бил чем-то тяжелым — наверняка охрана станции ломится сюда, внутрь.

Сейчас, — кивнул Мик и повернулся к Юси. — Ты все запомнила?

— Да! — уверенно кивнула Юси.

— Тогда вперед.

Девушка обняла Мика, затем, проходя мимо Беса, обняла и его.

Остановившись возле Тапка, она уставилась на него глазами, полными слез.

— Я…

Тапок прервал ее, просто поцеловав, а затем, оторвавшись, тихо приказал:

— Иди, Юси! Скорей…

Она лишь кивнула и последовала в прозрачный куб.

— Включай! — приказал Тапок лаборанту.

Несколько мгновений она и Тапок глядели друг на друга, а затем девушка исчезла в зеленой вспышке.

— Вот и все… — тихо произнес Бес.

— Еще не все, — не согласился с ним Мик, — теперь нам отсюда нужно выбраться…

— Вам не выбраться! — со злорадной улыбкой произнес Грегор. — вас убьют, стоит вам только открыть дверь. А если вы даже сможете добраться до ангара — сбежать из системы не выйдет. К станции по сигналу тревоги возвращаются все патрульные корабли.

— Вот и отлично, — ответил ему Мик.

— Вы ответите за смерть профессора! Вас убьют, нелюди! Вы получите за все, что натворили!

— Когда сюда прилетят ВКС, — с улыбкой ответил ему Мик, — тогда узнаем, кто из нас нелюдь! Это не мы работали на чужих, не мы проводили испытания на людях, не мы делали из них безмозглых тварей, солдат для чужих. Ваш профессор и вы сами умоетесь кровавыми слезами и пожалеете о том, что здесь творили!

Лицо Грегора исказилось, стало испуганным, ну а Мик подошел к профессору, схватил его и закинул себе на плечо.

— Оставьте в покое труп профессора! — заорал кто-то из лаборантов.

— Кто вам сказал, что он труп? — ехидно поинтересовался Мик и повернулся к Тапку: — Ну что, готов?

— Всегда!

Алькарон тоже кивнул, подтверждая готовность.

Мик перевел взгляд на Беса.

Тот, явно не отошедший от прощания со своим псом, сердито зыркнул на Мика, но все же кивнул.

— Ну тогда будем выбираться… — выдохнул Мик.

В дверь тем временем перестали ломиться, зато отчетливо слышалось шипение, и кое-где полотно начало раскаляться докрасна — похоже, охрана наконец-то догадалась притащить резак и выпиливать им дверь, а не ломиться в нее, как носороги, без всякого эффекта и толку.

Дыра в двери, с краев которой начал капать раскаленный металл, возникла совершенно неожиданно, а в следующее мгновение в нее с гудением влетел заряд «плазмобоя», который тащил с собой один из бедуинов Алькарона. Яркий шар плазмы угодил прямо в установленный за дверью лазерный резак, испепелив его и вызвав детонацию его энергоблока. Взрыв ярким сполохом ударил в коридоре, а язык пламени от него протянулся и внутрь лаборатории, заставив всех бойцов прижаться к стенам. Лаборанты оказались менее расторопны, и парочка их них схватилась за глаза, с воплями упала на пол.

Дверь, продолжая плавиться, начала распадаться. В этот момент к ней подскочил Тапок и с силой ударил ногой, от чего правая створка просто вылетела в коридор. Полы и стены все еще дымились от взрыва, а то, что осталось от группы охранников, пытающихся вломиться в лабораторию, больше напоминало собой пережаренный бифштекс или же кучи зажаренного фарша, но никак не людей.

Будь взрыв чуть мощнее, и всех присутствующих просто испарило бы, во всяком случае, тех, кто стоял рядом с резаком, ну а тех, кто был подальше, приплавило бы к их же собственным доспехам и оружию.

Впрочем, и так неплохо получилось. Тут хватило всем.

Похоже, что службы безопасности тут работали по принципу: «А что может случиться то?», и просто оказались абсолютно не готовы к вторжению, к врагу внутри станции, что, впрочем, играло на руку дерзким налетчикам.

Простейшая уловка с отправленным вниз лифтом, в котором к дверям была прикреплена бомба, сработала на ура — лифт, конечно же, заблокировали и попытались вскрыть. Взрыв, грохнувший после этого, слышали даже «террористы», которые в это время пробирались по служебным инженерным тоннелям.

К сожалению, скрыться от охраны таким способом оказалось невозможно — тут на каждом шагу натыкали датчиков, так что даже крысы, появись они в тоннелях, не смогли бы остаться незамеченными, чего уж говорить о группе вооруженных «вторженцев».

Естественно, их засекли, и даже организовали засаду, причем неплохо организованную.

Два лучемета, установленные на треноги и защищенные армпластовыми щитами, пара десятков стрелков и тяжелый штурмовой дрон с парой пулеметов.

Все по «науке», все как по учебнику.

Да только охрана пока слабо представляла, с кем имеет дело.

Бес невидимкой выскользнул в небольшом закутке из сервисного люка за спиной «встречающих», сразу обнаружил оператора дрона и, сделав пару шагов вперед, просто вогнал лезвие кинжала в затылок незадачливого дистанционщика, после чего Бес нацепил его управляющий модуль себе на голову. Этот идиот не стал паролить систему, так что здоровенная машина оказалась полностью под контролем диверсанта. Скомандовав уже спустившемуся к нему псу «Вордюр», что значило «охраняй», Бес кровожадно ухмыльнулся.

Боевая машина раскрутила роторные механизмы пулемётов и, повернувшись к левому краю коридора и установленному к нему спиной лучемету, открыла огонь. Сплошной шквал 15-мм снарядов как метлой вымел бойцов из-за турели, заодно разнося и орудие на ней, и пошел дальше, скашивая охранников. Те даже отреагировать то толком не успели, так, вяло дернулись, пытаясь даже не уйти от выстрелов, а хотя бы разобраться, что происходит, понять, в чем дело. И, естественно, они тут же гибли, будучи разорванными в клочья.

Вся хваленая засада была уничтожена одним противником, да еще и с использованием техники «хозяев».

Позор, да и только…

А вот для команды это вполне себе обычная и бытовая ситуация, единственная радость в которой — свободный путь дальше по коридорам станции.

Проходя по коридору, Тапок подхватил с одного из распростертых на земле тел странную штурмовую винтовку и с интересом ее осмотрел. Боекомплект не в магазине, а в коробе, так что оружие можно было смело считать легким пулеметом, о чем свидетельствовал и толстый ствол. Счетчик выстрелов прямо на небольшом дисплее, встроенном в неожиданно легкий и изящный корпус, заканчивающийся мощным прикладом песчаного цвета с компенсаторами и откидным упором для стрельбы на ходу.

Интереса ради он пальнул короткой очередью в нагрудник одного из трупов. Пяток пуль прошили броню легко, а отдача оказалась практически незаметна. Хмыкнув, Тапок примерился еще разок к оружию и определился с тем, что пушку оставит себе. Он повернул пулемет на бок и задумчиво прочитал:

— Laukur LK 86, — Тапок нахмурился — оружие ему было незнакомо, поэтому он тут же позвал товарища: — Эй, Мик! А это что? — он продемонстрировал трофей, — я такой хрени вообще не встречал.

— А… — Мик, похоже, сразу узнал оружие. — «Лапа». Хорошая игрушка, ее для войны с жуками слепили, а недавно провели глобальный апгрейд — счетчик боекомплекта, улучшенные стабилизаторы стрельбы и кучу всяких еще приблуд сделали. Ну и выпустили в народ, так сказать…

— Никогда о таком не слышал… — хмыкнул Тапок.

— Ну, ты же не эксперт-оружейник, — проворчал Бес. — Ладно, погнали дальше. Интересно, когда за нас по-настоящему возьмутся?

— Очень надеюсь, что не успеют, — заметил Мик, — нам еще три палубы до ангаров.

В этот момент в разгрузке Мика запищал приватник. Он тут же вытащил его и взглянул на дисплей, после чего резко посуровел.

— Черт! Они таки сумели вскрыть «Кикимору»…

— Ну выбьем их там, тоже мне, проблема, — заявил Тапок, — а вот то, что они полезли в блок управления — проблема.

— А в чем проблема? — удивился Бес.

— Вы ведь сами говорили, что это корабль-РЭБ, скорее всего, был…

— Ну…

— У ВКС свои секреты, они не позволят, чтобы такой кораблик попал в лапы чужих, или, что еще хуже, к пиратам или какому-нибудь другому отребью… И чтобы этого не произошло, придумано довольно простое решение.

— Так, только не говори мне, что… — начал было Тапок, но Мик его тут же перебил.

— Угу. Сейчас ИИ корабля возьмет управление на себя и разгонит реактор до перегрева…

— А дальше? — спросил Бес.

— Взрыв, естественно…

— А остановить?

— Увы, только из рубки, — вздохнул Мик.

— И сколько у нас времени? — совсем уж приуныл Бес.

— Боюсь, что… — начал было Мик, но закончить фразу не успел.

На этом моменте в недрах станции раздался шипящий свист, затем резкий, протяжный визг или скрип, после чего свет в коридоре погас, и все вокруг, вся станция вдруг заходила ходуном.

На потолке спустя пару мгновений вспыхнули алые аварийные лампы, и механический голос откуда-то из-под потолка завел свою шарманку:

— Внимание! Станция получила критические повреждения! Всему персоналу немедленно эвакуироваться! Следуйте по золотым линиям к ближайшим спасательным капсулам. До начала автоматического отстрела капсул осталось пять минут… Внимание, станция получила…

Из динамиков пошло повторение сообщения, а на полу зажглись золотые нити, ведущие куда-то вперед.

— Бегом! Это наш шанс без проблем сбежать! — заявил Мик, и первым рванул вперед.

Вся группа устремилась по линиям за ним, уже не пытаясь скрываться.

На пути, впрочем, им попалась всего одна группа охранников, которую, даже не замедляя бега, просто расстрелял из своей новой игрушки Тапок. Длинная очередь перекрестила дважды четверку охранников, бестолково укрывшихся за стойкой стандартного охранного поста, заодно разнеся покрытые помехами экраны мониторов на самой стойке.

— Черт! Где же эти капсулы? — заныл Полоз. — Может, их тут и нет, может…

— Успокойся! — рявкнул на него Тапок. — Вон, я вижу отсек с капсулами.

К этим самым капсулам по идее сейчас должен был спешить персонал станции, но на удивление заполненными оказались только три или четыре из десятка здесь стоящих.

«Десять…девять…» — капсулы одна за другой закрывались и отстреливались.

— Черт, они двухместные! Быстрее!

Мик и Полоз втиснулись в капсулу, прихватив с собой все еще находящегося без сознания Биркина, и их капсула тут же отстрелилась.

Бес с Герой тоже уже зашли внутрь очередной, и дорожка к их капсуле загорелась алым цветом. Алькарон с одним из бойцов заскочил в следующую, Тапок и второй бедуин лезли в капсулу напротив.

Но именно в этот момент, когда они уже перешагнули порог двери, прямо над головой Тапка в переборку ударили пули, высекая искры. Еще одна угодила в бедуина, и тот упал замертво, а в конце коридора появились до отвращения знакомые фигуры. Киберы!

Тапок сражаться с ними не имел ни малейшего желания — попытался вскочить в капсулу, но опоздал буквально на мгновение — в коридоре послышался металлический стук, будто кто-то кинул на пол что-то тяжелое и круглое, а затем грохнула граната.

Взрыв швырнул Тапка внутрь капсулы, двери тут же захлопнулись.

— Старт через две…одну… — произнес механический голос. — Капсула отстыкована. Удачного вам приземления.

Глава 2

Если бы где-то рядом со станцией чужих в то время, когда команда прорывалась назад, к своему кораблю, оказался сторонний наблюдатель, то он смог бы увидеть крайне интересное зрелище.

Сначала бок антрацитово-черной станции выгнулся наружу пузырем и налился изнутри ярко-желтым светом, а потом, подобно гнойнику, лопнул, выбрасывая наружу огромное облако газа и мусора, в который превратилось все содержимое ближайших к месту взрыва отсеков. Еще спустя какое-то время из поврежденной станции начали бить струи быстро замерзающего газа, а затем в облаках мусора и замершего газа появились и принялись переливаться по контуру огоньки-маячки спасательных капсул.

Большая часть из них осталась висеть вокруг станции, но некоторые, вспыхнув несколько раз яркими всполохами дюз, развернулись и устремились вниз, к серо-желтому шару планеты.

Не все они долетели до атмосферы успешно. Две или три столкнулись с дрейфующими крупными кусками обшивки, отлетевшими достаточно далеко от станции и медленно падающими на планету, и, хаотически вращаясь, разлетались кто куда. Но им еще повезло — некоторые и вовсе взрывались от удара.

Еще одна, получив удар по кормовой части, перестала сверкать дюзами, кувыркаясь, принялась тонуть в атмосфере, постепенно разогреваясь и превращаясь в болид, весь покрытый пламенем. Находившимся внутри можно было только посочувствовать, их смерть была долгой и крайне неприятной — быстро растущая температура «прожаривала их», как индейку в духовке.

Остальные капсулы, числом чуть больше дюжины, благополучно летели вниз.

Местом их приземления был район пустыни на севере, примерно на самом краю Песчаного моря. Там редки были жуткие бури, терзавшие окрестности Хаба, там не выжигала глаза и не уродовала кожу жуткая солнечная радиация, как над Дырой и Разортауном, и именно там высились многоуровневые башни Скайсити.

Когда-то здесь произошел один из самых мощных и больших Всполохов, в результате которого на Пекло была перенесена громадная часть городского бизнес-центра, причем города, находившегося на одном из Золотых миров.

Было это давно, так как вездесущие и неумолимые ветер и песок успели капитально поцарапать, деформировать прочнейшие сапфировые стекла в окнах небоскребов.

Это место так бы и сгинуло в песках, но Всполох был не случайным — он был частью большого эксперимента, и перенесенные здания планировали использовать дальше, уже на Пекле.

Сюда пришли люди, и это были не просто выживальщики, случайно оказавшиеся на планете, вроде тех, что жили в Дыре, Хабе или других поселениях, а люди с техникой, со строительными и буровыми роботами, с армпластом и армейским бетоном. Короче говоря, имевшие все для того, чтобы создать себе удобные условия для жизни.

Они воздвигли вокруг города укрепрайон, стены, а также достроили и улучшили часть перенесенных зданий, укрепляя их против местных природных условий.

А потом в городе появились первые жители. Они занялись обустройством зданий внутри, открывали бары, арены и публичные дома. Правда, в бары никто не приходил, ямы при аренах стояли пустыми, а в публичных домах лишь роботизированные куклы могли бы поприветствовать гостей. Но никого это не смущало, ведь это было лишь начало…

Это место должно было стать эдакой развлекательной площадкой для тех, кто трудился на станции, зависшей над планетой.

Через некоторое время к городу потянулись сначала редкие, а потом и вполне регулярные караваны, возглавляемые малоразговорчивыми ребятами, в которых за версту чуялись профессиональные наемники. Они везли со всех краев Пекла тех, кто будет сражаться на его аренах за право получить свободу и гражданство города, и тех, кто будет работать в борделях и барах, разнося напитки и радуя своих хозяев теми способами, которыми те сами выберут.

А еще в городе, не скрываясь, находились и корабли-сборщики. После боев на арене тела тех, кто показал, что он достоин, собирали специальные роботы, похожие на хищных пауков, и относили в корабли. Остальные же тела просто уничтожались ими же. «Съедались», проще говоря.

Поговаривали, что никакие это не роботы, а дрессированные инопланетные твари, но кто ж верит слухам?

А вот то, что этих самых павших бойцов потом видели среди охранников особо важных персон — это был факт. Живыми, здоровыми и в новенькой, очень дорогой снаряге. Правда, никто не сумел с ними поговорить, но это дело такое, может, запрещено им…

Большая часть персонала станции хоть и работала на корпорацию «РоботЭкс», однако понятия не имела, что именно это за планета, что здесь корпа делает и какие эксперименты проводит. Да им, собственно, было на это плевать — главное, чтобы жалование не уменьшалось. Об этом можно было не переживать — платила «РоботЭкс» пунктуально, никогда своих «работников» не обижала.

Скайсити росла и расширялась. На станции появлялось больше работников, люди, обитавшие на Пекле, умудрившиеся даже здесь обеспечить себя всем необходимым или даже скопившие какой-никакой достаток, стремились попасть в город и развлечься, а то и вовсе остаться здесь жить.

А что, безопасно, спокойно, тихо, в отличие от всей остальной поверхности Пекла этот город был настоящим раем…

И именно в это вот прекрасное место сейчас падали капсулы. Не в самый центр, конечно, но совсем рядом с городом.

А на улицах уже ревели сирены и спешно запрыгивали в катера-сборщики бойцы. Досюда уже дошло сообщение о том, что станция серьезно повреждена, а в капсулах, летящих к планете, находятся в том числе и диверсанты, совершившие дерзкий налет, и самое главное — там же находится доктор Биркин, жизнь которого стоит дороже, чем вся Скайсити.

Весь гарнизон города был поднят по тревоге, а в задачу ставилось всего два пункта: диверсантов нужно было уничтожить, Биркина вернуть живым. Причем вторая задача была даже приоритетнее первой.

Капсула, в которой находился Тапок, изначально изрядно пострадала от взрыва гранаты, но все же она успешно вошла в атмосферу, замедлилась и даже смогла откорректировать курс, когда ее отклонило ветром. А вот потом…а потом случилось самое неприятное — автоматику «сглючило». Движки начали сбоить, и капсула сбилась с курса, но все же приземлилась, хоть приземление вышло довольно жестким.

Впрочем, Тапок от этого не особо пострадал. Ему до этого досталось — взрыв гранаты за спиной и последующие маневры капсулы полностью выбили сознание из его могучего тела, и сейчас он безвольно валялся на полу капсулы, а кровь сочилась из множества мелких ран. Медблок отработал на ура, введя гомеостатики и спешно затягивая с помощью медгеля самые опасные повреждения, но запасы его были не бесконечны, и часть ран осталась необработанными. Впрочем, раны неопасные, жизни Тапка не угрожавшие…

Удар об поверхность окончательно добил всю электронику, и внутренний отсек капсулы начал заполняться дымом. Все, что смог сделать для спасения пассажира в такой ситуации ИИ — это попытаться отстрелить двери и запустить сигнал СОС на частотах спасателей. Именно это он и выполнил.

Когда к капсуле прибыл бот со спасателями, они не обнаружили внутри никого, зато от капсулы вглубь пустыни тянулась цепочка следов.

Пройдя по ним, спасателинашли обгоревшего аборигена. Половина лица его представляла собой спекшуюся маску из обожженной плоти, но при этом он был вооружен, и явно до последнего боролся за жизнь.

Мнения бойцов разделились — одни предлагали, как и следовало из приказа, пристрелить типа, другие оттащить в корабль и сдать в «ямы» Скайсити — хоть немного денег можно было бы подзаработать.

В конце концов решили оттащить на корабль, и в зависимости от того, что диагностирует медблок, действовать дальше. Тот проанализировал состояние «пациента», выдал вердикт: «Материал для арены», чем немало удивил спасателей — казалось, бедолаге досталось так, что едва ли он выживет, но ИИ медблока считал иначе: жить будет. Время восстановления — неделя.

Спасатели спорить с ИИ не стали, и раз уж система предлагает забрать этого доходягу — так тому и быть. Начальство что сказало? Всех, кто будет найден, уничтожить, высокопоставленного ученого спасти. Ученого не нашли, только этого «погорельца». Уничтожить его, конечно, можно было, но…зачем это делать, если в гладиаторах он вряд ли долго протянет? Зато если его привезти в Скайсити, спасателям упадет небольшой бонус. Ну так чего тут думать?

Никто не опознал в обгоревшем человеке Тапка, ведь одной из главных характеристик, переданных со станции, была густая борода и шевелюра, украшенные варварскими бусами из костей, а они благополучно сгорели. Да и обожженное лицо несколько не соответствовало описанию. Увидь его сейчас даже тот же Грач — вряд ли опознал бы, так что Тапка просто сгрузили в городе в бокс для выздоравливающего мяса, отдельно сдав его оружие — пулемет и пистолеты, за что получили еще один небольшой бонус.

Теперь если Тапок пройдет отборочный тур, докажет, что может сражаться на арене, найденное при нем оружие вернут.

Все, что ему требовалось — оклематься в течение недели, которую ему дал ИИ медблока…

* * *

Бесу не повезло. Впрочем, не настолько, как Тапку.

Капсула Беса тоже упала недалеко от города, поэтому к нему бот устремился практически сразу, как только капсула коснулась поверхности планеты.

А вот прибывшие к месту посадки спасатели были очень удивлены, так как, несмотря на то, что компьютер капсулы при посадке сообщил о наличии двоих пассажиров, в капсуле не оказалось никого. В пустыню вела цепочка следов какого-то пустынного животного типа шакала, ну и все. Больше никаких следов.

У поисковиков не оказалось времени на детальнейший осмотр, так как нужно было торопиться к следующей капсуле, поэтому они попросту списали все на сбой системы. А как иначе? Не вылетели же двое пассажиров через закрытую дверь и не улетели прочь, даже не коснувшись песка?

А на самом деле Бес, врубив свои импланты и перейдя в режим невидимости, все это время висел под потолком капсулы и молился, чтобы спасатели побыстрее свалили, так как энергозапаса бортового аккумулятора капсулы было недостаточно, и когда его уровень упадет до минимальной величины, Беса смогут увидеть.

Но обошлось.

Когда спасатели улетели, Бес тихонько и с облегчением выдохнул, спрыгнул на пол, приземлившись совершенно беззвучно, и, выйдя из капсулы наружу, громко свистнул. Из за ближайших камней выбежал Геральт, все это время провалявшийся там, и радостно подбежал к хозяину.

— М-да. Кажется, Тотошка, мы больше не в Канзасе, — процитировал Бес старую детскую книгу, машинально почесывая голову добермана и оглядываясь по сторонам. — Но вон там есть город. А что мы с тобой лучше всего умеем? Правильно, выживать в городе. Так что нам туда.

Гера согласно гавкнул, соглашаясь с хозяином, а еще выразительно поглядел в сторону НЗ капсулы, намекая хозяину, что неплохо бы пожрать и попить перед тем, как влипать в новые приключения.

Бес в принципе был согласен со своим напарником, и они вместе благополучно выгребли все, что смогли найти из полезного.

А нашли они рацион, рассчитанный на три дня, воду, таблетки. Наскоро перекусив и запив сладковатые галеты водой, они покинули место посадки и неторопливо пошли к виднеющейся в паре километров городской стене, разумно рассудив, что не может быть стен без дыр, тем более на Пекле.

* * *

Капсулы Мика с Полозом, Биркиным и Алькарона с напарником плюхнулись рядом друг с другом, притом без эксцессов, да еще и вдалеке от города, что дало время прийти в себя и встретить «спасателей» во всеоружии.

К ним прибыло сразу три гравилета. Правда, первый даже не успел остановиться для высадки десанта, выстрел из плазмы превратил его в полыхающий огненный шар вместе со всем экипажем.

Похоже, что командир группы находился именно в нем, так как дальше начался хаос, и спасатели действовали разрозненно, не согласовывая между собой действия, да еще к тому же и очень предсказуемо.

Оба гравилета хлопнулись на землю, открывая десантные деки и врубив турели, установленные на крыше.

В каждой машине находилось по шестеро человек, и все они, едва вывалившись наружу, бросились в атаку. Ну, еще бы, явно привыкли гонять полуголых аборигенов, вооруженных абы чем. Эти типы всегда полагались на свою броню, поэтому ничего не боялись, к тому же их должны были прикрыть турели.

Никого из них не смутило, что только что машина с их командиром была уничтожена буквально с одного выстрела…

Турели на крышах гравилетов не успели даже засечь врага, как тут же были уничтожены. Сначала одна, а потом и вторая заискрила от метких выстрелов, а вслед за этим от одной из капсул ударил еще раз плазмобой, испарив попаданием сразу пятерых «спасателей».

К сожалению, больше зарядов к нему у «обороняющихся» не было, уж больно здоровыми были эти чертовы контейнеры, и тащить с собой боезапас было бы проблематично. Но и того что было, оказалось предостаточно.

Оставшиеся без прикрытия «спасатели» не способны были поменять тактику. Да, они открыли плотный огонь, изрешетив капсулу, от которой ударил плазмоган, вот только стрелка там уже не было, он выскочил через загодя вскрытый аварийный люк в тот же миг, когда нажал на спуск.

Зато пока противник обстреливал одну из капсул, за второй по ним готовился удар — оттуда по ним принялся палить из лучевика Мик, а затем к нему подключалась еще и крупнокалиберная рельсотронная винтовка Полоза.

Мик свою первую цель уложил на месте, просто расплавив визор шлема усиленным выстрелом и добив его вторым попаданием, а Полоз сделал в противнике дыру размером с кулак, через которую можно было увидеть стоящие на земле гравилеты. Тот еще несколько секунд продолжал вести огонь, но с такой раной даже самая крутая медаптечка ничего не могла сделать, и он упал мордой в землю.

Оставшиеся противники разделилась, часть двинулась к изрешеченной капсуле, трое к капсуле, за которой притаился Мик, поливая ее огнем, не позволяя ему высунуться.

— Не стрелять! Прекратить огонь! — вдруг заорал один из наемников, и пальба тут же стихла — из капсулы показался Полоз, прикрывающийся Биркиным.

Пока наемники стояли, совершенно растерявшись, не зная, что им делать дальше, Мик успел сменить батарею в лучевике и, быстро высунувшись из-за укрытия, убить еще одного противника.

Остальные тут же оживились, принялись палить в Мика, но того на месте не оказалось — он успел перекатиться в сторону, так что все пули угодили не в него, а в песок, в место, где он был пару секунд назад.

Полоз же, видя, что наемники отвлеклись на Мика, швырнул Биркина на землю и открыл беглый огонь из рельсотрона, изрешетив сразу двоих бойцов, оказавшихся на свою беду ближе к нему.

В дело вступил и Алькарон со своим соплеменником: они добили оставшихся врагов.

Последний, выронив оружие, держась за рану в груди, был единственный, кто остался стоять на ногах.

Мгновения последнего бойца противника были в принципе сочтены, и тратить на него пули никто не спешил. Но все же жирную точку в его жизни поставил Полоз, простреливший голову вместе со шлемом, после чего злобно плюнул на Биркина и заявил:

— И что? Твои сраные железяки закончились? Где они? Почему тут всего лишь наемники? А впрочем, ваши «роботы» без брони еще хуже — эти хоть как-то пытались отбиваться, а ваша лабораторная «консерва» — просто тупое мясо.

Биркин промолчал. Он уже понял, что единственный, кто печется о его сохранности, это Мик. Именно он как представитель ВКС или же человек, с ними каким-то образом связанный, заинтересован в том, чтобы сдать Биркина живым, а вот для остальных из этой компании ученый был скорее лишней обузой, избавиться от которой они теперь были только рады.

— Я — ученый! — набравшись смелости, заявил он. — И в первую очередь, все это — крайне важный научный эксперимент. Но я понимаю, что с вашей точки зрения он был несколько…бесчеловечным.

— Бесчеловечным? — насупился Полоз. — Я тебе сейчас покажу, Пробиркин, что такое «бесчеловечно».

Он с явной угрозой направился к Биркину, и тот понял, что защитить его особо никто не спешит.

— Стой-стой-стой! — замахал он руками. — Как там тебя, Полоз?

— Ну? — ухмыльнулся тот.

— Что бы вы там себе ни придумали — не стоит этого делать.

— Почему?

— Я вам нужен.

— Зачем? — Полоз даже улыбнулся. — Какая от тебя польза? Мы посреди сраной пустыни, жрачки и воды у нас впритык. Использовать ее на тебя никто…

— А что если я скажу, что совсем неподалеку отсюда есть склад, использовавшийся при строительстве Скайсити, с которого никто не стал вывозить продукты и прочее? — выпалил Биркин. — Я могу вас туда отвести.

— Врешь небось… — проворчал Полоз.

— Да зачем? Вы же меня тогда точно убьете!

Полоз глянул на Мика и Алькарона, получил их молчаливое согласие, потом рыкнул на Биркина, продолжая нагнетать страх:

— Ну, самка собаки, не дай бог там не окажется ничего. Или попробуй только что-то эдакое выкинуть! Поверь, за годы, проведенные тут, даже коуч может стать очень жестоким человеком. Ты даже не представляешь, что я тут увидел, чему научился, и что с радостью опробую на тебе.

Биркин испуганно закивал. Вся спесь, которая из него прямо-таки перла на станции, теперь улетучилась в никуда.

Они быстро подобрали с трупов оружие и боеприпасы, так как их крайне мощное, легко пробивающее броню «охотников» вооружение, увы, практически стало бесполезным, ведь патронов было всего ничего.

Алькарон на пару минут нырнул во второй гравилет, после чего быстро поднялся на борт того, который Мик по известным одному ему соображениям выбрал для эвакуации, и молча кивнул. Мик тут же крутнул рукояти газа, и машина посвистела вверх, направляясь к координатам, указанным Биркиным. За ней осталось усеянное телами поле боя и «сюрприз» для тех, кто попробует поднять в небо оставшийся гравилет.

Глава 3

Тапок

Пробуждение оказалось крайне тяжелым. Первое, что ощущалось — это резкая боль. Болело все тело.

Вторым по степени неприятности ощущением оказался стоящий тут запах. Воняло помещение кровью и дерьмом, а еще здесь стояла та самая тяжелая, трудно описываемая, но ощущаемая всеми фибрами души атмосфера, присущая месту, где лежат тяжелобольные, страдающие или даже умирающие люди.

Тапок попытался разлепить глаза и тут же болезненно охнул. В комнате горел яркий белый электрический свет, который болезненно резанул по глазам.

— О, очухался-таки! Я уж думал, что мусоровозы ошиблись в этот раз и приперли гарантированного покойника. Что ж, поздравляю с возвращением в этот дерьмовый мир, «тиро», — послышался чей-то голос.

— Хккттоо? — прохрипел Тапок.

— Тиро, — пояснил голос, — гладиатор-новичок в Древнем Риме, правда, ты вряд ли знаешь, что это и где, но это и не важно. Главное, что ты будешь называться так, пока не сдохнешь, радиоактивный отброс. Ну а если тебе повезет, то сможешь сменить статус. Только сильно не обольщайся — мало кто из пойманного мясовозами доживает даже до второго боя.

— Хггхх….где я? — откашлявшись, спросил Тапок.

— Ты смотри, какой любопытный! Ты в бойцовых ямах Скайсити. Добро пожаловать домой, тиро!

— Меня зовут…

— Твое имя не волнует никого. Кем ты был раньше — никого не волнует. Твоя задача — красиво сдохнуть на арене, и тогда, быть может, о тебе заговорят. Пару дней побудешь знаменитым. Все. Остальное тебе в яме расскажут, я и так что-то слишком уж разговорился с тобой.

В этот момент Тапок наконец-то смог аккуратно приоткрыть глаза, чтобы увидеть собеседника, а то разговаривать с мерзким голосом, даже не видя его обладателя, было некомфортно.

Говоривший с Тапком человек был светлокож, что для Пекла не норма, чисто и гладко выбрит. Его внешность лучше всего характеризовал термин «незапоминающаяся». Никаких особых примет, ничего выдающегося или приметного — обычный тип, которых везде и всегда полно.

Находился он за толстым, явно пуленепробиваемым стеклом, что-то бодро настукивая на приватнике. Сам же Тапок был привязан эластановыми ремнями к металлической койке, на которой ни матраса, ни подушки не было, просто каркас из прутьев.

Из одежды и снаряжения при нем не было ничего, на голое тело было накинуто что-то вроде халата, разрезанного сзади для удобства испражнения лежащего тела и последующего мытья.

Тапок снова прочистил горло.

— Как я сюда попал и где мои вещи?

— Как все: тебя нашли в пустыне. Уж не знаю, где тебя носило или куда ты влип, но досталось тебе здорово. В нормальное время тебя скормили бы скорпам, но сейчас у нас мало бойцов, поставки прекратились. Поэтому тебя быстренько подлатали. ИИ сказал, для арены ты подойдешь. Что касается твоих вещичек — не беспокойся, они в надежном месте…

Тут тип подло хохотнул, давая понять, что вещичек своих Тапку не видать, как ушей.

— Мне нужны мои вещи! — заявил Тапок.

— Ну, если выживешь в отборочных боях, то тебе их вернут, правда, я что-то сомневаюсь, что ты выживешь. Не пережить тебе первой схватки.

— Какой еще схватки? А если я не хочу?

— Ну тогда подставь горло под чей-нибудь нож и сдохни. Мне-то что с того? — пожал плечами человек.

— Козлы! — заявил Тапок.

— Если думаешь, что ты оригинален, то спешу огорчить — нет, — буркнул мужик, — встречались экземпляры и более красноречивые.

— Ты не представляешь, что я сделаю, когда…

— Все, достал, — прервал его мужик. — Компьютер! Выруби мясо и вызови носильщиков. Этого в третью яму, к остальным тиро из дикарей.

Тапок попытался возразить, но откуда-то сбоку выдвинулся щуп и ввел ему в вену мутную жижу из шприца, от которой сознание Тапка мгновенно улетело куда-то далеко, а очнулся он от пинка под ребра.

— Вставай, дерьмо!

Тапок крутнулся на заднице, ощутив все шероховатости пола, и моментально сбил с ног пинавшего, подсекая ему ноги. Тот с невнятным воплем упал, моментально огреб еще один добротный удар голой мозолистой пяткой куда-то в кадык.

Тапок понялся на ноги, оглядываясь. Помещение, где он оказался, больше всего напоминало собой казарму. Двухъярусные койки из панцирной сетки и труб, стоящие в три ряда вдоль всей его длины, единственная дверь. Окон нет, свет исходит из дешевых люминесцентных трубок под потолком. Ну и запах! Специфический запах казармы. Немытые ноги, пот, ссанина…

В помещении находилось человек, наверное, шестьдесят. Ну, вернее уже пятьдесят девять. Шестидесятый, к сожалению, оказался хлипковат, и удар Тапка сломал ему гортань.

Впрочем, Тапку было глубоко плевать.

Лица практически всех вокруг были наполнены столь глубоким «интеллектом», что сразу становилось понятно, где их поймали. Такие же рожи были у тех ребят, которых набрал себе Филин. Именно такие вот, быстро одичавшие до потери человечности как факта, громили Разортаун, а картинка со стариком и младенцем все еще крайне четко стояла перед глазами Тапка. И на все это накладывалось желание сорвать на ком-нибудь злость. Противостоять ему Тапок просто не хотел, тем более когда твои товарищи «по несчастью» никакой жалости не вызывают.

— Ну, кто тут следующий хочет попробовать?

Этот контингент Тапку был отлично знаком. Не хочешь проблем — значит, сразу нужно поставить себя, убрать тех, кто в будущем может доставить проблемы, или…

Да, Тапок сейчас был далеко не в «форме», но все же один на один мог бы уложить любого. Но ведь они могут напасть толпой. Или же еще проще — постоянно бодрствовать Тапок не мог, и тогда даже самый хилый из присутствующих может прирезать тебя во сне…

На призыв Тапка из отгороженного угла «казармы» вышел здоровенный амбал, причем не один, с ним была еще парочка здоровяков, хоть и габаритами поменьше. Амбал был обладателем покатого лба, маленьких поросячьих глазок и здоровенного шрама от переносицы до подбородка.

«Ага, — подумалось Тапку, — вот и местный пахан».

— Слышь, жаренный, ты тут что, побыковать решил? — поинтересовался амбал.

Тапок внимательно осмотрел бугая. Тот явно считал, что «Сила есть — ума не надо», как и ловкости и чего-то подобного. Мышцы у него бугрились как у гориллы, но вот ловкости, похоже, просто не довезли. Парень двигался с грацией беременного бегемота, переваливаясь с ноги на ногу, но точно был уверен в собственном превосходстве над противником.

— Я — Глэм. Я тут главный! — вновь пробасил амбал. — И никто не может безнаказанно бить моих людей!

— Эй, Глэм, а Хмурый то того…скопытился… — вякнул кто-то, присевший рядом с трупом.

Глэм недобро посмотрел на Тапка и сжал кулаки размером с голову нормального человека.

— А вот этого делать совсем не стоило, мясо…теперь ты умрешь!

Взревев, гигант кинулся на Тапка, заранее занося для удара свой пудовый кулак.

Нет, без вопросов, если под такой попасть — второго удара не потребуется. Вот только за то время, что здоровяк рычал, выеживался, бежал, замахивался, и бил, Тапок успел бы убить его как минимум четыре раза, при этом еще и изобретая для каждого раза новый способ.

Но дело сейчас было не в скорости. Нужно было «эффектное» убийство, демонстрация силы, так что Тапок дождался, пока рука Глэма «выстрелит» вперед, чуть присел, а дальше «подправил» движение здоровяка за счет инерции так, чтобы сокрушительный замах обрушился на ближайшую койку. От грохота падающей конструкции заложило уши, а вопль Глэма было по идее слышно и сквозь бетонные стены. В покалеченном кулаке гиганта торчал обломок согнутой трубы, по которому лилась кровь, пачкая раскиданные матрасы.

Не теряя времени, Тапок бросился на врага.

Пинком ноги вогнал торчащий обломок трубы еще глубже в мясо, вызвав болезненный стон у противника.

Затем Тапок вырвал стальную трубу из боковой стойки кровати. Метр длиной, увесистая, хорошая и с заостренным краем. То что надо!

С хищной улыбкой Тапок развернулся и, ужом проскользнув мимо главаря, накинулся на его туповатых помощников, беспощадно нанося удары своим импровизированным оружием, делая замахи, будто в гольф играет.

Слева-справа! Слева-справа! От последнего удара труба загудела и погнулась. Все-таки военные импланты — великая штука.

Два клеврета главаря валялись на полу, живые, но к дальнейшему бою неспособные. У первого гарантированно было сломано плечо, запястье правой руки, в котором он, как оказалось, сжимал остро наточенный кусок металла, обмотанный тряпкой, а также сломана кость скулы.

Второму досталось куда сильнее: перелом ребер (от удара там слышен был хруст), разрублено до кости мясо на правом бицепсе и огромная рваная рана на практически скальпированном ударом Тапка черепе.

Весь бой от силы длился минуту, и вот уже «трое на одного» превратилось в «один на один». Если, конечно, это можно было так назвать. По факту раненый и покалеченный гигант противником Тапку не был.

Что ж, теперь можно было не спешить и устроить спектакль. Оставшийся без поддержки гигант просто ничего не мог сделать Тапку, но, как оказалось еще через минуту, Тапок тоже ничего не мог противопоставить его природному мышечному каркасу. Удары трубы и кулаков просто не пробивали эту груду мышц, и даже сильнейший пинок с разбега просто привел к тому, что здоровяк покачнулся и чуть не поймал целой рукой Тапка за штанину.

Тапок порхал вокруг Глэма, как бабочка, и пытался нащупать уязвимое место. Но по закону случайностей рано или поздно такое должно было произойти, и Глэм все же сумел подловить наглую блоху и ударить ногой. Честно говоря, Тапок просто не ожидал, что эта туша может еще и ногами драться — уж больно противник был большим и неповоротливым, такой финт мог стоить ему того, что он попросту потеряет равновесие.

Но противник преподнес ему неприятный сюрприз. Тапку показалось, что ему в грудную клетку попали из крупнокалиберного пулемета. Удар выбил весь воздух из его легких и отшвырнул на стену.

Труба выпала из моментально ослабевших пальцев.

Согнувшись в три погибели, Тапок мучительно пытался вдохнуть. Минимум три ребра у него были сломаны, и он ощущал, как их кончики неприятно трутся друг об друга. А хуже всего было то, что он не мог понять: кровь в плевках — это от разбитой морды или из легких?

Черт подери, а противник, похоже, из ВКС. Из тяжей, если быть точным. Только этим ребятам ставили импланты на силу, чтобы они могли полноценно управлять своими костюмами и мехами. Иным образом объяснить неимоверную силищу противника было нельзя.

Глэм попытался поиграть в носорога и, яростно ревя, побежал на стоящего у стены Тапка, планируя, видимо, просто раздавить того об стену. В последний момент Тапок успел все же собраться с силами и, игнорируя боль, откатился в сторону. Глэму не хватило буквально пары мгновений, чтобы успеть.

А дальше сработали законы физики. Громадную тушу невозможно затормозить мгновенно, так что удар вышел крайне мощным. Стук лба по бетонной плите, звонкий и четкий, и затихающий тут же рев. Здоровяк покачался чуть-чуть и рухнул на одно колено. Глаза его собрались в кучку, а на лбу вспухала шишка размером с кулак Тапка.

Дать противнику время на то, чтобы он пришел в себя, означало поражение и смерть, так что Тапок медлить не стал и, подняв с пола трубу, принялся наносить удары со всей силы по голове гиганта, стараясь попасть по шишке. Через пару десятков ударов глаза Глэма начали закатываться, в этот момент с грохотом распахнулись двери и в них вбежал десяток бойцов Скайсити с потрескивающими искрами дубинками. Не церемонясь, ничего не спрашивая, они с ходу принялись раздавать удары направо и налево тем из «тиро», кто не успел убраться с дороги. А продвигались они как раз к месту, Где Тапок продолжал избивать Глэма.

Тапок, заметив охранников, отреагировал мгновенно — отстал от Глэма, отбил пару ударов, крутнулся вокруг своей оси и вогнал заостренный наконечник своей трубы прямо под край шлема одного из нападавших. Тут же перехватил его дубинку и отоварил следующего.

А потом раздался негромкий хлопок, и в его груди расцвели красными цветами три оперенных дротика-шприца.

— Да вашу ж мать! Нечестно! — успел то ли сказать, то ли подумать Тапок, и третий раз за сутки провалился в химическое беспамятство.

Стрелявший в него офицер, если судить по нашивкам, с любопытством поглядел на распростертое тело.

— А от этого будет толк, да-а-а…

— Капитан, но он убил Джона и покалечил еще одного! И трое самых сильных гладиаторов теперь с неделю или больше не выйдут на арену!

— Угу. И сделал все это он, только выйдя из регенератора, без оружия, одежды, и будучи, как говорил док, куском мяса. Подумай, что он сможет в полную силу? А Джон…ну что Джон, не смог справится с голым рабом, вооруженным палкой от кровати? Значит, грош ему цена. Вытащите его, и в яму…только амуницию не забудьте снять!

— Черт! Если бы не ваши эти дротики… — хмыкнул второй боец, — мы бы все вместе с Джоном были.

— Ну значит хвалите меня и радуйтесь, что я был с вами, — усмехнулся офицер.

А про себя капитан стражи подумал, что если бы распростертый на полу раб был в обычной своей форме, здоров, и мог бы сражаться полноценно, то неизвестно еще, успел бы капитан в него пальнуть или нет. Откуда только его притащили?

Вслух же капитан сказал совсем другое:

— Так, этого и троицу рабов в регенератор, на полное восстановление.

— Но…это же «тиро». Зачем?

— Затем. Публику чем-то нужно развлекать, а у нас лучшие бойцы друг друга чуть не пришибли… И завтра проследите, чтобы они оказались на разных сторонах арены, а до этого не пересеклись. Устроим зрелище и подзаработаем.

На слове «подзаработаем» в глазах бойцов проснулся недетский интерес.

— Но как подзаработаем?

— Лично я поставлю на то, что вот этот вот «тиро» выйдет абсолютным победителем, — капитан пнул безучастного ко всему Тапка, — но не вздумайте проболтаться о нем, иначе денег нам не видать, как собственных ушей!

Глава 4

Распластавшись на крыше, Бес преспокойно наблюдал за улицей.

Да уж…Скайсити преподнес ему парочку сюрпризов.

Оказалось, что система безопасности города куда круче, чем он думал — количество всевозможных датчиков, камер, реагирующих на малейшее движение, сканеров, отслеживающих тепло или изменение объема, было таким, что на какой-то момент Бес даже слегка занервничал.

Проникнуть в город было той еще задачей, но все же мастерство не пропьешь, и ему удалось, оказаться внутри, не потревожив охранных систем, протащив на себе собаку.

Теперь, вздохнув с облегчением, он осознал, что на передний план вышли основные потребности: пожрать, попить, найти убежище, так как запасов, которые они взяли из капсулы, осталось немного.

Ну и только потом он планировал найти информацию о том, где тут могут держать пленников. Бес был уверен, что его товарищи где-то здесь. Это ему повезло, он смог улизнуть от команды «спасателей», а вот остальные вряд ли смогли такое провернуть. Значит, они где-то здесь…

Пока Бес отдыхал, приглядывался и оценивал ситуацию, он пришел к следующим выводам: внутри Скайсити тоже была система эдакого контроля безопасности.

У каждого местного жителя была идентификационная карта. Бес с крыши уже несколько раз наблюдал процедуру проверки. На каждом здании над входом висела считывающая код с пропуска камера. Не гражданин с гостевым пропуском просто не мог войти практически никуда, кроме мест, специально для него предназначенных.

Правда, дилетантский подход к безопасности, подмеченный на станции, виден был и здесь на каждом шагу.

Да, периметр города плотно перекрыт датчиками, но внутри их нет вообще. Да, имеется многоуровневая система контроля доступа, вот только на дверях зданий. А крыши? А инженерные коммуникации? О них не то чтобы забыли, но…там были самые обыкновенные замки.

Просто замки, даже без сенсоров, считывающих идентификатор человека, их открывающего.

Это было смешно.

Такие штуки Бес открывал еще в малолетстве. Правда, тогда ими были заблокированы мусорные бачки, как ни странно это звучит…

Дождавшись вечера, Бес пошел «погулять» в одиночку. Тихой тенью перемещаясь по крышам, он выискивал удобное место для временной базы. Нужно было какое-нибудь техническое строение, расположенное не в центральной части и имеющее пару дополнительных входов-выходов. Ну и, естественно, чтобы там не шарился народ.

Искомое нашлось в виде станции фильтрации и переработки жидкостей. Большое трехэтажное здание, набитое внутри кучей оборудования, и при этом практически полностью автоматизированное.

Внутри есть несколько помещений, предназначенных для дежурной смены, которая в данном случае была заменена на автоматику. Вот только и кровать, и стол выносить из помещения не стали. Также здесь имелись два выхода на крышу. Ну и если совсем припечет — имелась возможность, хоть это и было довольно сложно, проползти вдоль труб в коллекторную систему.

Короче говоря, путей побега была масса. Да и сам вход в коллекторы крайне сильно заинтересовал Беса, ведь по коллекторной системе проще перемещаться внутри города, чем прыгать по крышам.

Одно «но»: выходы из коллекторов, как правило, где-то на улице, что может стать проблемой.

Обнаружив удобное и безопасное место, Бес сгонял за псом и, прибыв в свою новую берлогу, они принялись обживать ее: отодвинули диван, вытряхнули от пыли одеяло. Причем было ее столько, Что Гера чихал еще полчаса.

С жильем вопрос решился, но возникал следующий: нужно найти пищу, и главное — воду. Хоть станция и была «фильтрующей», однако ни единого крана Бес не нашел. Впрочем, даже если бы нашел — не факт, что ее можно пить. Скорее всего, вода фильтруется, и затем подается сугубо техническая.

Так что, оставив пса за главного, Бес тяжело вздохнул и полез обратно на крышу. Ему кровь из носу была нужна информация, а для этого нужен был кто-то, ею обладающий и готовый поделиться.

Такой «герой» нашелся довольно быстро. Похоже, что после дежурства местные «офицеры» предпочитали проводить время в кабаке, и один из них как раз успел не кисло так нагрузиться.

В данный момент сей господин шел по улице витиеватыми зигзагами, так как внутренний шторм бросал его из стороны в сторону и он был вынужден держаться ближе к стенам, чтобы использовать их в качестве опор. Так сказать, для стабилизации своего вертикального состояния.

Почему Бес решил, что это офицер? Да очень просто — только у офицеров на броне были золотые полосы в качестве украшений. А еще местная солдатня вооружена хоть и неплохо, но все поголовно были с типовыми штурмовыми винтовками «Даран», хорошо знакомыми Бесу — их производили буквально в соседней с Нассаром системе. Именно поэтому почти половина уличной шпаны, сумевшей накопить денег на «почти настоящую пушку второго класса», покупала именно их.

Ну а это пьяное тело щеголяло лазерной винтовкой «Серп», причем непростой — было видно, что к ней приложил руку толковый оружейник, модернизировав накопители и, возможно, что-то еще накрутив, установив дополнительное навесное оборудование вроде тепловизорного прицела, эргономичных рукояток и накладки на ствол, прочих понтов для богатых мальчиков.

Возможность тихонечко умыкнуть сего гражданина появилась через несколько минут — воровато оглядевшись, офицер отошел в переулок между домами, чтобы облегчиться — пиво, которое плескалось в его организме в огромных количествах, уже начало подпирать и проситься на волю.

Бес культурно позволил человеку доделать свои дела, после чего просто треснул застегивающего штаны парня по затылку тяжелой рукоятью своего пистолета, и тот, сдавленно кхекнув, упал. То есть попытался упасть — Бес подхватил его, подтащил к стене и принялся за осмотр и «изъятие» всего ценного и полезного.

Помимо франтоватой винтовки Бес стал обладателем шикарной кобуры, сделанной явно большим умельцем — шкура варана Ха была выделана с особым тщанием, став очень мягкой, но сохраняя весь самобытный рисунок исходного материала. В кобуре покоился банальный лучевой пистолет «Солнечный ветер», коих было Бесом использовано и выброшено во множестве. Простая и надежная пушка, сделанная для ВКС и пошедшая в «массы» за счет «предприимчивости» интендантов, списывавших оружие как «негодное», или же пользующихся бардаком в системах снабжения и контроля над перемещением вооружений.

Пошарив по карманам офицерской униформы, Бес заодно разжился пропуском, пачкой фазисных самокруток, запароленным приватником и небольшой скрытой камерой. Поглядев быстренько на содержимое камеры, он брезгливо отшвырнул ее. Парень был со странностями, так что он записывал на видео всевозможные этапы своего собственного полового акта, уж черт его знает, зачем. Бесу подобный «компромат» явно был ни к чему.

Он не стал брать свою «жертву» в «убежище», а просто утащил офицера, которого, как гласила надпись на его карте-ИД, звали Дэниэл Мурлок, поглубже в тень от пристройки, быстро снял с него всю броню и одежду, а главное — ботинки. Голый человек не готов к сопротивлению, слишком велика сила табу — этой аксиоме Беса научил его первый наставник, старый риггер Виктор.

Тот частенько повторял: «Пока жертва стоит голой, она думает не как треснуть тебя по черепу и свалить, прихватив все твое барахло, а как прикрыть руками свои причиндалы. В этот момент он безопасен, делай с ним, что хочешь, ломай психологически, но учти — даже в таком состоянии человек быстро приходит в себя. Пара минут, и этот трюк уже не сработает».

Такую нехитрую науку Бес применял не раз, и она всегда давала эффект. Сейчас проблема могла быть только в том, что объект был мертвецки пьян. Впрочем, именно на такой случай был придуман «Стопспиртон». Вернее, придуман то он был для тех, кто выпил рюмку-две и вынужден, например, сесть за руль. И после рюмки-двух или двух-трех кружек пива эта штука отрезвляла, срочным порядком выводила из организма алкоголь.

Многие считали этот препарат чем-то низким, позорным, а особо матерые алкаши принципиально его не принимали — ну какой смысл пить, если одна таблетка, и ты снова трезв?

Вот только в «жертве» сидела как минимум пара литров крепкого…

Да, алкоголь все так же нейтрализовался и выводился с потом, мочой, только это вызывало страшенное обезвоживание, от которого крякнуть недолго с непривычки. А еще сопутствующую головную боль, тремор конечностей и прочее. Пил бы офицер водку или чего покрепче пива, то было бы гораздо легче, а тут…

Запузырив «клиенту» двойную дозу, Бес потихоньку переоделся. Шмотки Дэниэла были чуть великоваты для Беса, но подвернуть рукава и штанины — не великая проблема, а с дистанции это не бросается в глаза, никто не опознает в Бесе чужака.

Тем временем мистер Мурлок застонал и попытался сесть. Бес точно знал, что сейчас у него болит голова, перед глазами черные круги, а состояние такое, что проще умереть, чем пытаться что-то сделать. Благо в отличие от полноценного и настоящего похмелья последствия приема «Стопспиртона» проходят куда быстрее, и страдать несколько часок кряду или даже весь день не требуется.

— Мистер Дэниэл Мурлок, не так ли?

— Д-д-да…это я. А вы кто?

— Это абсолютно неважно, кто я. Важно то, что если наша беседа пройдет так, как я хочу, то вы останетесь в живых и даже почти невредимым. Если же вы будете пытаться мне лгать, недоговаривать и так далее, то я буду вынужден перейти к жестким мерам, после которых ваша жизнь и здоровье, увы, могут пострадать, — несколько витиевато, но угрожающе заявил Бес.

— Я по-по-понял, сэр, ага, — закивал офицеришка, до которого дошло, как он вляпался.

— Славно. Тогда вопрос первый…

— Простите… — перебил Беса пленный, — а можно мне трусы обратно?

— Нет, — отрезал Бес. — Итак, расскажите мне для начала об устройстве охраны города…

После получасовой беседы Бес узнал, что хотел.

Нет, не то чтобы он был хоть чем-то удивлен. Человеческие пороки на удивление совпадают, что у напыщенного миллионера-агрария с Корвуса, что у крутого уличного «решалы» с Нассара, что у облаченного властью сотрудника корпы вроде «РоботЭкс».

Но все же… Гладиаторские бои всех видов? Серьезно? Впрочем, Бес видел нечто вроде амфитеатра, правда, не понял сразу, что там дают за «представления». Но теперь все стало на свои места. Та здоровенная площадь, окруженная колючей проволокой, не что иное как тренировочное поле. Все те постеры, что он видел на стенах города, — реклама того или иного бойца, а вовсе не новый фильм, как он сначала подумал.

А ведь тут были еще и детские бараки. Правда, о них Дэниэл ничего не знал, даже не догадывался, зачем они нужны.

Но зато Бес видел, что там торчала спецохрана, вооруженная до зубов, и попасть туда было очень сложно. Что же там делают?

Из другой полезной информации: Бес узнал, что город был условно поделен на пять крупных секторов, но деление не было административным, официальным, скорее это стало привычной для всех условностью. К примеру, имелся Гладиаторский квартал — там располагались тюрьмы-казармы для всех типов гладиаторов. Там же был тир, бараки, букмекерские конторы (впрочем, они встречались и в других «районах» города, здесь был, так сказать, «торговый центр», и здесь же был небольшой квартал, где обитали бывшие гладиаторы, какие-то грегарии и обсуживающий выступления персонал). Был в городе и район для богатеев, что-то вроде научного и делового центра, окраины, но это Беса уже не так сильно интересовало.

Он переспросил, и Дэниэл радостно, с энтузиазмом принялся рассказывать про гладиаторов.

Тиро — новички. Свежеотловленные в пустыне или привезенные рабскими караванами бойцы. Считаются новичками до тех пор, пока не совершат пять убийств на арене. После этого переходят в разряд грегариев.

Те уже используют на арене личное оружие, имеют даже небольшую свободу передвижения, разумеется, в пределах своего квартала. К их услугам оружейная мастерская, внутренний бар и публичный дом. Валюта там своя. За убийство на арене тебе дают жетоны. В зависимости от ставок на тебя и зрелищности убийств количество жетонов увеличивается или уменьшается. За них гладиаторы приобретают все необходимое либо тратят на лечение, развлечения.

Статус ветерана получает тот грегарий, который продержится на аренах несколько десятков боев, причем против таких же опытных бойцов. Ветераны уже не просто мясо, они ценность. У многих даже есть настоящие фан-клубы и почитатели.

Таких бойцов редко ставят друг против друга, как правило, они являются «боссами» арен для грегариев.

Иногда ради смеху их запускают на «Королевские битвы». В целом ветеран может просто выкупить свою свободу, но есть один нюанс…

С другой стороны, они и так живут неплохо. Все их потребности удовлетворяет город, так что живут эти люди во многом лучше, чем большая часть населения Пекла. А что касается их работы… Что ж, мародеры убивают в пустынях, а гладиаторы на арене. И те, и другие таким способом просто выживают.

В том же секторе располагались и сами арены — четыре комплекса. Один представлял собой классический «Колизей», разве что на арене были установлены несколько килл-хаусов без крыш.

Второй был оформлен в эдакой японской тематике и с соответствующим антуражем — соломенно-бамбуковые домики, минимум огнестрела, куча разложенного повсюду холодного оружия.

Третья арена — это просто заводской корпус длиной в километр и шириной в пять сотен метров, с подвалом, еще одним небольшим по площади этажом сверху. Похоже, весь этот комплекс был перенесен сюда Всполохом. Забавно: город, перенесенный Всполохом, и в нем завод, перенесенный чуть позже. Если раньше были какие-то сомнения, то теперь Бес был твердо уверен в том, что чужие и работающие с ними или на них «РоботЭкс» способны управлять Всполохами, причем «организовывать» их в строго определенных масштабах и местах.

Как сказал пленный, на этом заводе оружие гладиаторам не выдавалось, зато внутри были раскиданы пакеты со случайным набором предметов — это могли быть стволы, медблоки, аптечки, пища, броня.

Завод использовался в качестве арены для новичков, точнее для их проверки. А еще здесь устраивали так называемые «Королевские битвы», выжить в которых было той еще задачкой, особенно если там появлялся ветеран.

Ну и четвертый комплекс занимал добрую треть всего сектора, представляя собой тоже перенесенный Всполохом кусок какого-то полупромышленного пространства — отстойники для монорельсовых поездов, комплекс из нескольких кирпичных мастерских по ремонту и обслуживанию гравибайков, какие-то строения непонятного назначения, парочка жилых домов, куча руин, мост через реку.

Идеальный индустриальный полигон. Сюда тиро тоже запускали, но сразу пачками по пять человек, выдавая им случайное снаряжение на старт.

Судя по тому, насколько подробно все это описал пленник, было видно, что гладиаторские бои являются его увлечением, он прямо-таки фанател от них и знал всех ветеранов, всех перспективных грегариев по именам, знал, кто что предпочитает и на какой локации кто лучше ориентируется. Да и вообще говорил о них, как о гончих собаках или скаковых лошадях на ипподроме, что крайне раздражало Беса, и он еле сдерживался, чтобы попросту не скрутить офицеришке шею.

Но он этого не замечал, увлеченно рассказывая о своем «хобби».

Как оказалось, гладиаторами могут быть не только рабы, но и свободные люди, а также иногда на арены забрасывают монстров. Ну, так их называют между собой глады. В действительности тот же Дэниэл отлично знал, что «монстры» — это продукты спецпроекта руководителя биоинженерного отдела «РоботЭкс» — Биркина, и их запуск на арену — это, как правило, полевые испытания. Если чудовище справлялось с тиро, то его поэтапно напускали на грегариев, а если и те не справлялись, то начиналось самое интересное. На малой арене чудовище поочередно пытались одолеть все ветераны. Победивший получал редкий приз — свободу.

Свободные люди, пришедшие на арену, были самой крупной занозой в заднице у всех, потому что пытались регулярно припереть что-то, способное массово убивать все живое. Аннигилятор, гранаты с нервно-паралитическим газом, плазмобои и тому подобное.

Тем не менее, на каждую хитрую задницу находился, так сказать, свой болт с особой резьбой.

На этом месте любитель гладиаторских боев замолчал и улыбнулся, видно, что-то такое вспомнив. Бес тут же привел его в чувство, требуя продолжить рассказ.

Еще один квартал размерами чуть меньше, чем гладиаторский, занимали дома «особых граждан». В тот квартал не имели права заходить чужаки, и даже охрана там была своя, предоставляемая «РоботЭксом». По слухам там было можно все, и именно для обеспечения любых, абсолютно любых потребностей тамошних жителей и существовал третий, рабский квартал, в котором за вполне себе обыкновенные «креды», получаемые в качестве зарплаты, гражданин мог купить себе девочку, мальчика, женщину, старика…да кого угодно. Судьба «живого товара» мало интересовала кого-либо, лишь бы за него платились бабки. А для обеспечения покорности рабов на шее каждого висел ошейник, работающий в трех режимах.

Режим контроль сообщал хозяину местоположение раба.

Принуждение — электрошок, все эффективное банально.

И ликвидация — в случае неподчинения или же просто по прихоти владельца аккумулятор в ошейнике превращался в мини-бомбу, способную мгновенно снести человеку голову. Просто и крайне эффективно.

Четвертый квартал занимали инженерные сооружения, именно в него и забрел на свою беду поссать Дэнни. Тут все понятно. Энергостанции, склады, переработка отходов и так далее. Почти безлюдно и никому не надо кроме редких техников-работяг.

Наконец, последний квартал делили между собой казармы обычных солдат. Офицеры, понятное дело, жили в квартале свободных, но отдельно от остальных, так уж повелось. Там же, ближе к окраине, располагались дома не граждан, полезных для города — людоловы, караванщики и прочее «отребье с Пекла, доказавшее свою полезность», цитируя Дэнни.

Что касается систем безопасности внутри города, то их представляло N-ное количество камер наблюдения, на которые в основном и полагались местные силы безопасности.

Камер было много, но почти все они, что логично, следили за порядком на улице. Были и патрули, но те в основном находились в квартале чужаков и в гладиаторском.

Собственно, на этом рассказ и закончился.

Бес смотрел на этого «свободного гражданина», мечтавшего получить повышение и наконец-то свалить из «военной» части своего привилегированного квартала, чтобы всецело отдаться своему увлечению — просмотру гладиаторских боев. Он понимал, что этого человека просто не переделать. Он знал, что происходит вокруг него, и его это устраивало. Он получал свой «кайф», и плевать, что строился этот «кайф» потом и кровью других.

— Скажи мне, офицер Дэниэл, — спросил Бес, — а тебе никогда не казалось, что происходящее тут ненормально?

Тот посмотрел на Беса слегка удивленно.

— А что такого? Все эти люди тут — они же отребье. И все равно сдохнут рано или поздно, на Пекле долго не живут.

— То есть то, что кто-то принуждает с помощью электроошейника женщин или, еще хуже, детей к чему-то — для тебя норма?

— Им не повезло, — пожал плечами офицер.

— А если бы это произошло с тобой?

— Что произошло? — не понял офицер.

— Если бы тебе надели ошейник и заставили обслуживать какого-нибудь жирного богача?

— Мне надели? — усмехнулся офицер. — Такого не будет.

— Понятно… — вздохнул Бес и молниеносно вскинул руку, «стрельнул» в шею офицера Скайсити нейротоксином, после чего с наслаждением полюбовался тем, как его и корчит.

В коем-то веке, убив человека, он ощущал удовлетворение. И нет, он не наслаждался убийством или муками умирающего, вовсе не в этом дело было.

Просто убил он и не человека вовсе, он раздавил маленькую, мерзкую, ядовитую тварь, паразита, отравляющего жизнь другим. И теперь эта тварь получила по заслугам…

Бес по веревке залез назад на крышу, присел чуть передохнуть и задумался.

Ну и что делать дальше?

Судя по тому, что он только что услышал, Скайсити — та еще клоака, и он сделает всем одолжение, уничтожив это место.

Здесь любят гладиаторские бои и «Королевские битвы»? Что ж, скоро местные фанаты подобных развлечений получат лучшее из возможных представлений, вот только оно им вряд ли понравится…

Глава 5

— Ау, МЯСО! Просыпаемся! Нечего дрыхнуть! Завтра Королевская битва намечается. Есть отличные шансы сдохнуть.

Тапок скривился.

Голос, звучащий из динамика на стене, был мерзким, противным и очень высоким. Еще и интонация глумливая, издевательская…

Взять бы этого урода и самого отправить на ту самую пресловутую Королевскую битву, пусть повыживает!

Вчера, после драки с участием Тапка, Глэма и его подручных, его в бессознательном состоянии притащили сюда, запихали в регенераторные капсулы и оставили лежать.

Из капсулы торчала лишь голова, и Тапок, придя в себя, как ни старался, а вылезти наружу не мог.

Впрочем, один из охранников Глэма был загружен в капсулу целиком, и вообще не мог ни выбраться, ни пошевелиться. Но и это еще не самый плохой расклад. Его коллега, еще один подручный Глэма, до капсулы не дожил — уж больно хорошо Тапок его отделал.

В этот момент и Глэм, чья голова тоже торчала снаружи, пришел в себя, принялся озираться по сторонам, морщиться от голоса, звучавшего из динамика. А затем он увидел Тапка.

— Эй, ты…

— Чего тебе? — буркнул Тапок.

— Хорошо развлеклись. Давно мне не попадался нормальный противник. Как тебя хоть зовут?

— Отвали!

— Эй, приятель, чего ты волком смотришь? Думаешь, я мог поступить иначе? Ты убил моего человека на глазах всей казармы. Такое не спускают. Если бы я ничего не сделал, то…

Тапок просто продолжал его игнорировать.

— Кто знал, что ты такой прыткий? — хмыкнул Глэм. — Выглядишь обычно. Из военных, небось? ВКС? Тяж?

— Я сказал тебе — отвали от меня, ты, жертва экспериментов… — прорычал Тапок.

— Не-е-е…нам тут куковать еще долго, — рассмеялся Глэм, — а мне страшно любопытно, кто ты, блин, такой?

— Меня зовут Злой Тапок, — нехотя ответил Тапок.

— Хорошо, что не ботинок… — фыркнул Глэм.

— Эта шутка была смешной пятнадцать шутников назад, –хмыкнул Тапок. — Последних пятерых шутников я убил за баян.

— Да чего ты такой злой то?

Тапок лишь поморщился, и отвечать не стал. Ну что за тупые вопросы?

— Хорошо-хорошо. Понял, кликуха такая. Но я ведь не о том спрашивал. Кто ты? Ты ведь был полумертвый, когда тебя доставили, я же видел. А гляди, как быстро оклемался… И дрался так, как будто в тебя бес вселился. Насмерть. На хрена?

— Не привык врагов оставлять за спиной, — ответил Тапок. — Выйдем — закончу.

— Нет. Больше тебя к нам не пустят, как и нас к тебе. Скорее всего, нас троих закинут на Королевскую битву, она как раз завтра должна быть. Там все и решится…

Тут Тапок осознал, что играть в буку невыгодно.

Глэм, похоже, был тем еще болтуном, несмотря на свой угрожающий вид, так что имело смысл поговорить с ним нормально. Глядишь, хоть какую-то инфу из него удастся вытащить.

А то понты… Смысл их тут кидать? Для кого играть? Тем более когда Тапку было совершенно непонятно, что тут происходит. Нужно разузнать об этом месте побольше, это повысит шансы на побег.

Но надо аккуратно выведывать, а то Глэм допрет, что Тапок из него тащит информацию, и начнет набивать себе цену.

— И что, мы прямо на этой твоей Королевской битве должны поубивать друг друга? Зачем?

— На потеху публики, — пожал плечами Глэм. — Толстосумы, заказывающие зрелища, любят, чтобы все было не просто кроваво, а еще и эффектно, так что нас выбросят в цех, в разных его сторонах. Ну, или запустят через главный вход, чтобы веселье началось сразу. И наверняка «абсолютно случайно» нам подкинут нормальное оружие, чтобы продержались подольше, пострелялись, накал страстей устроили. Ты давай, не лопухнись, играй на публику! У меня-то все на мази было и так, а ты появился из ниоткуда, надо привлечь зрителей…

— Привлечь зрителей? — удивился Тапок.

— Не будь ты так изуродован, я бы сказал, что никакой ты не Тапок, а замаскированный свободный, жаждущий щекотать нервы, — хмыкнул Глэм. — Вон, даже делаешь вид, что не в курсе, о чем я говорю. Но не-е-е… с твоей мордой вряд ли ты свободный. Такое никакая хирургия не восстановит. Тебя что, жарили на костре?

— Не знаю. Не помню, — буркнул Тапок.

— Ну и неважно. Слушай, я не хочу с тобой еще раз драться. Давай попробуем как-нибудь разойтись мирно.

— Ты ведь сам сказал, что завтра…

— Да говорил, говорил, — закивал Глэм, — но необязательно все должны погибнуть. Можно объединиться и выиграть командой.

— А в чем мой резон?

— Выживешь…

— Ха! — усмехнулся Тапок.

— Да чего ты ржешь? Ты вообще не смекаешь, где ты, так? Не знаешь, в какой жопе оказался?

— По ходу пьесы разберусь, — ответил Тапок.

— Ага, как же… Поверь, новички тут дохнут, как мухи, а вот если найдется тот, кто тебе подскажет, расскажет, чего тут да как… Взамен прошу немного — работаем в команде, я прикрываю тебя, ты меня.

— Может, я кого посмышленее найду? — хмыкнул Тапок.

— Я все тут знаю, — заявил Глэм. — И уже один раз вышел из Cкайсити. Так что хрен ты найдешь кого посмышленее.

— Да врешь ты все!

— Не вру! Думаешь, откуда у меня тут подвязки все эти? Я убил монстра! Убей монстра — получишь свободу. Это закон, его даже местные говнюки не нарушают. Тебе дадут байк, пищу и воду на неделю, и помашут ручкой. Ну, или предложат остаться свободным гладиатором. До сих пор жалею, что решил выбрать свободу, — вздохнул Глэм.

А до Тапка начало, наконец, доходить, в какой ситуации он оказался. Но все же он понял, что собеседник с ним не совсем честен.

— То есть ты был новичком на аренах, — осторожно спросил Тапок, — и затем вдруг победил монстра, которого завалить ну никак не мог, и тебя отпустили? Вот просто так взяли и отпустили?

Глэм отвел взгляд. Видно было, что Тапок попал в точку.

— Ну…в общем нет. Тогда монстра кинули на арену для новичков, и там был один свободный гладиатор, он очень здорово дрался и хорошенько потрепал монстра. Именно он и должен был стать героем битвы. Ну, я просто воспользовался ситуацией: залез на крышу и с пары метров всадил в то место, где уже сорвана была броня, десяток патронов из дробовика. Тварь сдохла, а героем оказался я. Меня тут же вывели с арены, пару дней помариновали, снимая для местных голоканалов, и под крики толпы посадили на гравибайк, выдворили из города. Я и укатил.

— А как ты второй раз сюда попал?

— Да по дури. Подписался с одними мутными типами на сопровождение каравана, вроде до одного поселка крупного.

— И?

— И на очередном привале мы с ребятами нагрузились лишнего, а проснулись уже в кандалах и в клетках. У местных почти закончились бойцы, что-то пошло не так с людоловами около Хаба, ну и они подняли расценки на рабов. А караванщики, уроды такие, подкинули нам бухло, подмешали туда что-то и всех сдали…

— Да уж, свезло, — хмыкнул Тапок.

— Да знаю, — уныло кивнул Глэм головой, но тут же ее поднял и уставился на Тапка, — но второй раз куда проще будет подняться из «тиро» до ветерана. Я теперь главное правило знаю.

— Это какое же?

— В одиночку не выжить.

— Хм…глубокая мысль, но ошибочная. Я выживаю один, и довольно успешно.

— Посмотрим, Тапок, посмотрим. Просто попомни мои слова — на арене одиночка живет недолго. В команде работать легче… Это самый короткий путь на свободу.

Тапок еще какое-то время поболтал с Глэмом, выспрашивая у него все о структуре местного гладиаторского бизнеса, о том, как вообще работает вся эта система. И пока тот болтал, Тапок судорожно соображал, пытался придумать план своих дальнейших действий.

Сбежать прямо из казарм или во время боя нереально.

Тиро — это новички, естественно, кто-то из них попытается сбежать, а значит, тут охрана будет серьезная.

Проще было бы, если бы путь в «ветераны» оказался не столь долгим, сбежать именно тогда, но ждать долго. Тогда можно попытаться свалить отсюда тогда, когда удастся сменить статус на этого, как там их назвал Глэм…грегарий?

А еще стоит внимательно глядеть по сторонам. Может, подвернется какой-то иной шанс сбежать. Нужно быть аккуратнее, не дать местным понять, кого они вообще поймали. Пока Тапка не опознали, но это лишь вопрос времени. Не узнали «террориста» лишь потому, что он обгорел. Пожар в капсуле не только уничтожил его шевелюру и знаменитую бороду с костями. Ожог еще и здорово исказил черты его лица, но пара недель — и лицо придет в норму. Вот тогда могут начаться проблемы…

Еще бы узнать, где вся его команда… Если его товарищи тут — их надо вытаскивать.

— Эй, Глэм, а гладиаторы носят маски? — спросил Тапок, и тут же объяснился: — Не хочу, чтобы на мою обгорелую морду пялились…

На самом деле в маске шансы остаться неузнанным увеличивались. Даже когда рожа заживет, Тапок останется инкогнито.

— Ну, станешь григарием — закажешь, делов то, — пожал плечами Глэм. — Так что, будем действовать вместе?

— Ладно, — буркнул Тапок, — попробуем. Но скажи-ка мне вот еще что…

Они еще некоторое время болтали, а затем оба устали. А так как делать было нечего, их даже из капсул не выпускали, то оба задрыхли.

Тапка разбудил тот самый вопль про мясо и подъем. Капсула раскрылась сама, и он практически выпал наружу. Удивительно, но, похоже, кто-то запустил не просто регенерацию, а полное восстановление тела — так хорошо он давно себя не ощущал. Правда, кое в чем сэкономили — рожу ему восстанавливать не стали. Да, шрамы остались, но это мелочи.

Глэм выпал из капсулы чуть пораньше, и сейчас, опасливо глядя на Тапка, ждал своего нового напарника.

— Ну что, ты не передумал? Работаем вместе? Мир?

— Мир, мир, — проворчал Тапок. Настроение у него было минорное, и убивать сейчас этого болтливого гиганта не хотелось. Да и рассказал тот много полезного, в будущем его знания тоже пригодятся. — Но учти, вздумаешь юлить или мешать…

— Да какое мешать? — замахал руками Глэм. — Дай сделать пять «фрагов». И тебе столько же надо набить, а затем только дожить до финального сигнала. Вот и вся премудрость.

— Понял, — кивнул Тапок.

В коридоре Тапка ждал «почетный караул». Учитывая его «геройства», рисковать никто не стал. Десяток бойцов, все в тяжелой броне и со станерами в руках, чтобы в случае проблем моментально обездвижить будущего героя арены.

— Будешь рыпаться — оглушим, пойдешь на арену как прибитый. Понял? — угрожающе произнес старший конвоя.

— Понял, — кивнул Тапок. — Пошли уже.

Опасливо держась от Тапка на дистанции в несколько метров, его препроводили к выходу с медблока и, по-прежнему не приближаясь, заставили зайти в здоровенный грузовик. Внутри сидело около двадцати человек.

Как только Тапок оказался внутри, вход со щелчком перекрыла стальная пластина, и машина тронулась. В Скайсити для перевозки рабов использовался обычный колесный транспорт на фузионных двигателях, так что набитые в кузов гладиаторы ощутили весь спектр отрицательных эмоций, когда машина начала подпрыгивать на выбоинах в дорожном покрытии. Никакой обивкой или амортизаторами в кузове и не пахло, тупо длинные металлические скамьи вдоль бортов, жесткие и твердые.

Минут через двадцать машина замедлилась, принялась маневрировать, а затем полностью остановилась. Металлический голос из динамика скомандовал:

— На выход! Через минуту будет закрыта дверь и проведена дезинфекция салона. Повторяю…

Тапок, и так сидевший с краю, оказался снаружи первым. Грузовик задом подали прямо к ржавым стальным воротам, и сейчас у Тапка, других гладиаторов-новичков был только один путь — через ворота, над которыми висела табличка с выцветшей надписью: «Арена 'Цех», и далее вниз по неосвещенному пандусу.

Пока Тапок озирался, один из будущих гладиаторов вдруг кинулся вперед и схватил лежащий на ящике зеленый чехол чуть больше метра в длину. Из чехла в руки «счастливчика» прыгнула «ОСЗ-4» — гражданский дробовик, оснащенный кустарным коллиматорным прицелом. Вот только когда ствол уже практически покинул чехол, на шею «везунчика», явно предвкушавшего становление «грегарием», обрушился кулак Тапка, перемалывая в труху позвонки. Ну а ружье тут же перекочевало к новому владельцу.

Тапок мигом повернулся на пятках, нацеливая ствол на попытавшихся подобраться к нему «противников».

— Сдриснули на хрен! Убивать безоружных не буду, но подойдете еще на шаг — положу всех, — предупредил он сквозь зубы.

Опасливо попятившаяся толпа обошла Тапка по широкой дуге и понеслась вперед, а уже там, оказавшись на самой арене, они бросились врассыпную, спасаясь от противников и пытаясь найти что-то, что поможет их прикончить. Все они понимали — нужно быстрее найти оружие, или же их прикончат более везучие конкуренты.

На месте рядом с Тапком оставался только дрищеватый пацан лет двадцати в треснутых на переносице очках.

— Извините, сэр, можно вас спросить?

— Пацан, мне не до тебя! — рыкнул Тапок.

— Пожалуйста-а-а, — плаксиво протянул он.

— Ну!

— Скажите, а вот это вот…то, как вы двигались, это что было? Никогда такого не видел. Да вообще сомневаюсь, что обычный человек способен…

Ну надо же! Этот доходяга успел заметить, с какой скоростью двигался Тапок. Наблюдательный, но явно не жилец. Слишком хлипкий. Впрочем…

— Скажем так, это последствия того, что я каждое утро делаю зарядку. Делай и ты, если выживешь, — хмыкнул Тапок.

С этими словами Тапок кинул парню дробовик и, развернувшись к нему спиной, зашагал вперед. Если бы кто-то сказал ему, что его действие нелогично, он бы просто пожал плечами. Захотел и сделал, может, пацану повезет. И почему-то он знал, что в спину ему сейчас не пальнут. Зато у пацана шансы выжить существенно подросли. Если ему, разумеется, хватит смелости использовать оружие против другого человека.

Быстрым шагом Тапок спустился на основной уровень локации. Его чуткое ухо улавливало периодически вспыхивающую в разных местах стрельбу, а глаза обшаривали все кругом, в любой момент ожидая нападения.

Так…значит, ребятки разбежались кто куда, успели найти пушки, и даже пересеклись, устроили перестрелки. Быстро, однако!

А где они вообще, к слову, находятся?

Высокий потолок, метров десять точно, под которым идут стальные балки для застывших навеки кранов. Обшарпанные стены с множественными следами от попадания пуль, картечи и осколков. Пол заставлен разбросанными в хаотичном порядке грузовыми контейнерами, разбитой погрузочной техникой и прочим барахлом. Под высоким потолком висели громадные плафоны промышленных ламп, освещая происходящее белым, нереальным светом, и делая очень контрастными все тени.

Из-за ближайшего ящика вылетел новичок-гладиатор, успевший где-то найти боевой нож. На его лице был ужас, паника и отчаянье. Он бежал прямо на Тапка, не разбирая дороги, и, похоже, даже не замечая, что перед ним человек. За пару метров до того, как он должен был поравняться с Тапком, гладиатор сообразил, что он тут не один, и с диким криком кинулся к Тапку.

Тапка куда больше интересовало, что же такое напугало до усрачки этого джентльмена, что он драпал, не разбирая дороги. Явно ведь не собирался Тапка атаковать, даже нож не выставил…

Именно по этой причине Тапок не стал убивать бедолагу, а ограничился тем, что перехватил руку, летящую к нему, нажал посильнее на запястье и отобрал нож, одновременно мощным пендалем придав ускорение нападавшему. Тот влетел лбом в бетонную колонну и рухнул, не подавая признаков жизни.

Из динамика, расположенного где-то под потолком, донеслось:

— Боец-новичок Горелый получает приз зрительских симпатий. На его счету уже два убийства и совершенно невероятный поступок в виде отказа в получений безоружных фрагов на старте. А я напоминаю тем, кто только присоединился — сегодня на шоу «Цех» свежие гладиаторы, дикари с пустошей, которые готовы показать свою ярость и….

Бубнеж под потолком продолжался, и Тапок, до этого вслушивавшийся в слова, забил на это. Однако «рекламный» бубнеж сменился на комментарии с поля битвы, и Тапок вновь навострил уши. О! Опять про него.

— … Горелый! Итак, этот странный новичок отдал свою пушку первому попавшемуся человеку и спокойно пошел дальше с голыми руками. Зрители решили, что это достойный поступок, и через голосование запустили механизм поощрения. Спецконтейнер упадет в секторе В1 через три…два…одну секунду! Как только Горелый его вскроет, любой желающий сможет забрать у него то, что было внутри, но до этого только названный гладиатор сможет забрать свой приз. Поспеши, Горелый! Подарок от зрителей ждет тебя!

«Твою ж мать!» — про себя воскликнул Тапок. Мало того, что теперь у него новое прозвище — Горелый, так еще и это! Теперь все агрессивные уроды кинутся сюда, просто чтобы отобрать то, что досталось ему в качестве «приза от зрителей». Вот уж подарок, вот уж подгон… Врагу не пожелаешь!

Где-то неподалеку послышались шаги. Кто-то очень спешил, настолько, что хруст мусора под ногами разносился на всю округу и оповещал всех о приближении человека раньше, чем он сам показывался. Тапок замер и приготовился.

И вот из-за контейнера показался ствол пистолета, а затем и руки, пистолет держащие. Наконец, оттуда появился и сам противник.

Высокий, лысый, жилистый мужик, недобро стреляющий глазами из-под нависших бровей. Он выискивал взглядом врага, дергал стволом, готовый в любую секунду открыть огонь.

Чуть левее от этого места, практически у стены здания, раздался шум и довольно витиеватый матюк. Споткнувшись об груду щебня, из прохода между контейнеров вывалился еще один мужик, при взгляде на которого просто напрашивалось: «менеджер», и это изменить не могло даже Пекло. Все еще заметное брюшко, взгляд: «вы все мне должны». И вот это вот тело в руках сжимало «Аспид», старый добрый пистолет-пулемет из прошлого века.

Правда, иметь оружие и уметь его применять — не одно и то же. «Менеджер» заметил бандита, тут же заметался, суетливо пытаясь одновременно спрятаться и прицелиться во врага.

В итоге он не успел сделать ничего. «Лысый», который не стал тратить время на подобные ухищрения, просто трижды нажал на спуск, и «менеджер», отброшенный к стене, захрипел и сполз по ней на пол, оставляя за собой неопрятный кровавый след на бетоне. Лысик оглянулся и, пригибаясь, бодрой рысью поскакал к телу за трофеями, проскочив мимо Тапка, так и не заметив его.

Тапок взмахнул рукой. Нож, только что добытый им, свистнул, разрезая воздух, и по рукоять вошел в ямку на затылке лысого. Тот, не издав ни звука, рухнул вперед.

Тапок быстро подошел к телу, распростертому на полу, справедливо рассудив, что без оружия он тут точно не жилец. А раз так, значит, пушкой надо срочно разжиться или забрать с трупа.

Он уже протянул руку, но из-за контейнера, весело хихикнув, выступил человек в желтом костюме, поверх которого была одета тяжелая броня. В руках тип держал уродство в виде помеси бензопилы и меча.

Он встал перед Тапком и прошипел:

— Горелый, значит? Любимчиком хочешь стать? — он вдруг изменился в лице. — Не-е-е-е выйде-е-ет! Тут только один любимчик, и это я! Я Вер…

Закончить фразу он не успел. Тот самый юноша в очках с совершенно невозмутимым лицом появился у него за спиной, вскинул ОСЗ, нацелил на темечко «любимчика толпы» и потянул спуск.

Грохнул выстрел. На такой дистанции картечь просто оторвала говорливому мужику череп.

— Долг платежом красен, верно, сэр? — все так же, с невозмутимым видом сказал парень.

— Верно, — кивнул Тапок.

— Кстати, я — Джим, — представился парень и тут же добавил: — Кажется, мы с вами теперь в расчете. Верно, сэр?

— Верно, Джим, верно, мальчик… — хмыкнул Тапок.

Глава 6

— … Гражданин! Вы уверены в своем решении? Никакой помощи, как только вы переступите порог арены, и пока не закончится схватка — вы не получите. Вы осознаете, что вас могут искалечить и убить, и корпорация не будет нести никакой ответственности за это? Также предупреждаю, что действие корпоративной страховки не распространяется на лечение травм, полученных в ходе гладиаторских боев.

— Да-да, я все обдумал. Давайте уже договор.

— Хорошо, гражданин. Под каким именем вы будете выступать?

— М-м-м…а давайте «Бес».

— Имя можно выбрать единожды. В дальнейшем с его изменением будут большие проблемы. Вы точно решили взять такое имя?

— Да, уверен.

— Хорошо, пусть будет Бес. Гонорар будет переведен вам на счет в зависимости от результатов отборочного матча. В дальнейшем вы сможете обсуждать его размер до того, как будете выступать, но сегодня у вас фиксированная оплата. Вы готовы?

— Да!

— Что ж…– клерк за стойкой протянул Бесу приватник, и тот прикоснулся к экрану, подтверждая свое согласие, тем самым «подписывая» договор.

«Дэниэл Мурлок, свободный гладиатор» — высветилось на голографическом экранчике, напыленном на устройство. Да уж, если бы настоящий Мурлок знал, насколько скоро станет известным, он бы начал гордиться собой. Но, увы, мертвое тело бывшего офицера корпорации просто лежит сейчас между труб перерабатывающей станции, политое изрядной порцией кислоты. Опознать в нем Мурлока не сможет никто, даже очень постаравшись.

А занявший его место Бес развил бурную деятельность. Он уволился с работы одним днем, выплатив большой штраф (доступ к счетам Мурлока, к его идентификаторам и всем прочему он получил — опыт в этом плане у Беса имелся колоссальный).

Он выяснил все о статусе свободного гладиатора, используя инфосеть Скайсити, и подал заявку.

В процессе подачи заявки выяснилось, что прямо сегодня проходит отборочный бой для «тиро», и там же могут попробовать свои силы свободные гладиаторы. Поэтому к 10 утра он торчал у дверей конторы, «нанимающей» свободных в гладиаторы.

Причем выбрал специально ту, дела у которой шли совсем паршиво. Ни одного своего «свободного» у этих дельцов не было, никто из ветеранов не выступал от их имени. Даже с рабами дела обстояли плохо — в большинстве своем тиро, на которых никто бы не поставил и кредита.

А значит, эксклюзивных ставок у них не было, условия для нанимавшихся были куда проще, чем в других конторах. А главное, делали они, отчаявшись, все спустя рукава, так что здесь шансов на то, что Беса-Мурлока смогут выявить, распознать подлог, были минимальны.

В этом Бес убедился, начав подписывать контракт — проверять «свободного гражданина», изъявившего желание заключить с ними контракт гладиатора, они не стали, от слова совсем, а клерк был даже удивлен, что к ним заявился гражданин, пожелавший стать тиро.

Ну, они и не собирались его проверять — для них он темная лошадка, хоть какой-то шанс остаться на плаву, вот и ухватились за него как за спасительную соломинку. Более того, в дальнейшем, когда Бес перейдет в разряд пусть и не ветеранов, но довольно известных гладиаторов, даже если кто-то найдет странности в его деле, начнет сравнивать информацию, то сама контора надает ему по рукам, и даже узнав, что Мурлок «поддельный», будет этот факт скрывать. Ибо пока он приносит деньги — на все остальное плевать.

И вот сейчас бывшего офицера, отчаянного гражданина и дурня, решившего стать гладиатором, уже везли к воротам «Цеха», где разворачивалось кровавое шоу. На въезде их отсканировали, не нашли ничего запрещенного, и агент конторы тут же убежал к распорядителю сообщать о том, что на арене будет выступать их уникальный, эксклюзивный и очень крутой гладиатор, из военных.

Сам же Бес просто пощелкал пальцами, сцепил в замок кисти рук и выгнул их обратно, размял шею.

Далее поприседал и покрутил руками, разминаясь. Сейчас ему предстояло показать очень красивое шоу, чтобы никто не стал задумываться, а чего это довольно успешный офицер вдруг решил бросить работу и пойти в гладиаторы?

К тому же нанопроектор, воспроизводящий сейчас для всех лицо Дэниэла, был отнюдь не вечен, а брейкер отпечатков, поддерживающий в живом состоянии кожу с пальцев офицера, мог это делать от силы трое суток. У Беса просто не было достаточно времени, чтобы скрывать свою личность, зато у него был план, как это обойти. Но чтобы все вышло как надо, нужно показать «шоу», да такое, чтобы о нем заговорил весь город.

— Все! — агент конторы прибежал от распорядителя. — Успел в последний момент! Вас сейчас объявят.

— Отлично, — кивнул Бес.

— Ну, удачи вам! — пожелал агент.

— Спасибо, — кивнул Бес, — и присмотри пока за собакой.

— Конечно, — кивнул тот.

Со звуком гонга двери для «свободных» тут же распахнулись. В отличие от входов для гладиаторов-рабов тут все было устроено для удобства бойцов. Входов было три, и возле всех трех стояло по одному человеку. Сам Бес в броне офицера, еще один странный мужик, весь в желтом, державший в руках некое подобие алебарды, на которую накрутил цепь от бензопилы и прикрепил дополнительно крупнокалиберный дробовик. Зачем такое уродство придумано и чем оно так нравится своему владельцу — Бес понять, увы, не смог. Тем более он не понимал, как этим, с позволения сказать, «оружием» можно пользоваться.

Третий свободный был вооружен «традиционно» для боя в условиях здания. Два пистолета-пулемета «Кобра МК3» со складными прикладами и длинными многозарядными магазинами, из-за спины над плечом виднелась черная пистолетная рукоять. Похоже на дробовик. Если бы не ярко-кислотная обтягивающая форма, поверх которой была одета легкая броня и каска ярко-малинового цвета, Бес бы сказал, что перед ним серьезный боец, а так это было больше похоже на попугая с пушкой.

К тому же этот третий делал угрожающие жесты в воздух, пару раз подпрыгивал, лупя воображаемого врага ударом ноги с разворота, и всячески выделывался. Похоже, что на него смотрели камеры «фанатов», для которых это все и было показано. Ну что ж, эффективность эффективностью, но тут во главе всего эффектность, а потому и есть все эти кривляния, эта петушиная одежка. Ну и сам боец играл на публику, изгаляясь перед камерой.

Впрочем, камера была и у Беса. А еще, он точно знал, камеры были натыканы по всей территории «арены», при необходимости переключаясь на самые интересные места. Вот только сейчас на него вряд ли смотрит так уж много человек. Во всяком случае, к личной камере, закрепленной за ним, подключилась всего парочка человек, а ради них выделываться не имело смысла — слишком мало.

Бес ленивой трусцой поскакал внутрь, озираясь по сторонам. Свободные входили за пять минут до гладиаторов. Его «агент» успел шепнуть, что сегодня тут будет жарко — помимо «тиро» и «грегариев» намечается минимум ветеран, а то и вовсе монстр, так что стоило подготовиться и запомнить удобные точки для засады или укрытия.

Как Бес и ожидал, ни один из «свободных» даже не глянул в его сторону. Убийства друг друга абсолютно не возбранялись, но и оплачивались согласно общему тарифу. А сдохнуть от рук «свободного», когда вокруг будет целая куча новичков-рабов, за которых можно поиметь те же деньги, но с гораздо меньшей вероятностью огрести самому, было явно глупой идеей. Во всяком случае, так должен был мыслить любой свободный, но не Бес.

Он оглядел еще раз своих «конкурентов».

Его мало беспокоил придурок с цепной пилой в руках, так что своей первой целью он выбрал «кислотника». Тот как раз у него на глазах одним прыжком влетел на высокие контейнеры и застыл на них в картинной позе, нацелив свои «Кобры» вниз, на пандус для входа. На «коллег» он внимания не обращал. Что ж, очень даже зря.

Бес неторопливо скинул с плеча лазерную винтовку, выставил на максимум разряд, прицелился и, как на стрельбище, снес одним выстрелом башку пафосного придурка. Тело оставалось в вертикальном положении еще пару секунд, после чего рухнуло на контейнеры.

— Ты чего творишь, урод⁈ — завопил дурень с пилой.

Ну, еще бы, втроем вырезать ничего не умеющих рабов было легче легкого, а вот биться друг с другом он явно не хотел…

Быстрым шагом Бес достиг контейнеров. Комментаторы в наушнике вопили что-то, но ему было просто пофигу.

За эту ночь правила он изучил великолепно, так что точно знал — нарушением его действие не является. А вот если этот придурок успел бы открыть огонь по входящим внутрь рабам, то мог бы случайно прикончить и кого-то из друзей Беса, если они здесь. Уж это точно не входило в его планы.

Но и раскидываться хорошим оружием было так себе идеей, так что Бес взлетел на контейнеры даже более крутым прыжком, нежели покойный. И тут же, сбросив труп за контейнер, в обратном сальто спрыгнул назад, причем сделал это за долю секунды до того, как в стенку за его спиной влетело огромное облако «вязаной» картечи.

В таком заряде все десять дробинок были сцеплены между собой тонкой проволокой. При попадании они наносили огромные рваные раны, не всегда смертельные, но жутко кровоточащие.

Ухватив за лямку разгруза труп, Бес оттащил его за ближайший угол и там бросил.

А, черт!

Только один из пистолет-пулеметов был на ремне, а вот второй так и остался лежать на контейнере, где Бес и прикончил «кислотного».

Пытаться достать его слишком уж опасно, но и оставлять просто так нельзя — кто-то найдет оружие и, вполне возможно, попытается из него прикончить Беса.

А раз так, то он, вскочив, подойдя ближе к контейнерам, просто вытянул из кобуры свой «Солнечный удар» и дал несколько импульсов на средней мощности, целясь в механизм «Кобры». Один из импульсов достиг цели. Бес видел, как ручка и затвор оплавились, что-то хрустнуло и, сочтя оружие достаточно поврежденным, Бес решил вернуться к телу «кислотного».

Он попятился назад, зашел за угол, где и столкнулся нос к носу с рябым невысоким мужичком, уже деловито вскидывавшим снятый с тела второй пистолет-пулемет. Он даже нажал на спуск, но сделал это уже мертвым — импульс лазерника моментом прошил ему лоб и вылетел в облаке кровяного пара из затылка.

Бес на ходу подхватил из рук падающего тела оружие, и тут же был вынужден пустить его в ход. К нему с подобранной с пола арматуриной, крича что-то нечленораздельное, кинулся маленький и заросший черными волосами по самые брови мужичек.

В глазах у атакующего было лишь тупое упорство, и его не изменили даже пяток пуль, перекрестивших от ключицы к животу.

Он так и рухнул, зарывшись лицом в мусор, но при этом так и не отпустив арматурину, которую сжимал в руках.

Бес быстрыми привычными движениями обыскал труп «свободного». К упрямому мужику он даже подходить не стал — будь у него хоть что-нибудь, неужто он кидался бы с арматуриной на пистолет-пулемет?

Сняв с трупа подвесную, Бес с удовлетворением нашел в ней аж шесть магазинов, причем половина была с «пустоголовыми» пулями, обладавшими отличным останавливающим эффектом, а вторая половина с бронебойными. Похоже, паренек тоже имел инсайдерскую инфу о ветеране или монстре на арене в этот день, поэтому готовился к встрече с ними.

Еще на трупе нашлась пара светошумовых гранат, радостно экспроприированных Бесом. А дальнейшей мародерке помешало появление сразу четверых тиро, вооруженных ножами.

— Эй, мужик! Положи добычу! Мы тебя не тронем, зуб даю! Просто отдай нам автомат! — пробасил один.

И на что он надеялся? Что Бес поверит? Что вот так отойдет? У этих идиотов только ножи, а у него пушка. Он ведь их положит прежде, чем они до него пару шагов успеют сделать…

— Брось автомат! — заорал один из тиро.

— Это пистолет-пулемет… — Бес покачал башкой, сожалея о том, какими же неграмотными бывают мертвые люди, и зажал спуск. Четверка новичков-гладиаторов просто не поняла, что пытаться на арене кого-то «убазарить», «гопстопнуть» и забрать пушку, тупо напугав (а они тут все, так то, на смерть шли) — это идиотский способ сдохнуть.

«Кобра» сухо защелкала, сообщая, что в ней кончился магазин. Трое гладиаторов лежали без движения, четвертый, получивший три пули в живот, пытался отползти по бетонному полу подальше от страшного мужика, который просто походя убил его братву.

Когда-то эти четверо провалились сюда все вместе, причем с куском поселка колонистов, и поначалу зажили даже лучше, чем раньше. Все шло хорошо, пока их разросшаяся группировка не решила пощипать караван зазнаек в белой броне.

Зазнайки оказались им не по зубам, и эти четверо, единственные пережившие ответный удар, очутились здесь.

И тут все вроде шло не так уж плохо. Большинство сидевших в казармах «тиро» людей были обычными обывателями, и их легко удавалось опрокинуть на еду, одежду, секс. Четверка решила, что и на арене будет так же.

Первые встреченные ими «гладиаторы» действительно без всякого сопротивления отдали найденное, а потом их положили рядом, ведь все слышали — выйдут с арены только те, кто смог убить пять человек.

Четверка была уверена, что они справятся со всеми остальными «доходягами», но…на свою беду заметили этого, лощеного и упакованного в броню парня, решили, что он тоже струсит, отдаст им все, что у него есть…

А на деле…

Бес перезарядил оружие и в этот момент обратил внимание, что под самым потолком расположены гигантские экраны, на которых длинным списком были отображены прозвища всех участвующих гладиаторов, их рейтинг с точки зрения зрителей, количество убийств и ставки на выживание. Во главе списка стоял «Желтый Король», уже успевший убить девять человек, к тому же на него было больше всего ставок. На втором месте был не Бес, а некто Глэм с 8 победами. На третьем Бес с семью трупами. И на четвертом внезапно оказался парень по прозвищу «Горелый» всего с 1 «фрагом», но с бешеным показателем зрительских симпатий — что-то он такое сделал, что его прямо «подняли».

В этот момент на весь «Цех» заголосил комментатор. Суть его воплей свелась к тому, что гладиатор Горелый настолько молодец, что зрители скинулись ему на спецконтейнер.

Бес знал, что согласно правилам контейнер может открыть только тот, кому он доставлен, и там должно находиться что-то серьезное. Броня, к примеру, или пушка.

А вот потом, когда контейнер будет открыт… Потом то, что обнаружится в контейнере, может забрать кто угодно.

Бес решил, что наибольшая концентрация народа сейчас будет именно в том секторе, а значит и ему туда. Сверившись с «читерной» картой, перекачанной из местной сети прямо в мозговой имплант, он бодро зарысил в сторону нужного сектора, благо все расстояния тут были смешными.

Бес по диагонали пересек центральный сектор, перемещаясь между кучами ржавого оборудования. Пару раз его обстреляли, один раз даже попали. Броня играючи отразила картечную осыпь, а меткий стрелок в награду получил короткую очередь в голову.

Бес взбежал по наклонному контейнеру и увидел внизу трех человек. Один из них был тем самым «свободным» по прозвищу «Желтый король», его рожа частенько мелькала на постерах, рекламе в городе. Вообще-то звали этого парня Вернон Снегг, но он всем представлялся Желтым королем и считался одним из любимцев публики.

А сейчас этот «любимец» явно собирался пресечь действия наглого выскочки, отобравшего у него фокус зрительского внимания. Того самого Горелого, не иначе — вон, вся рожа в ожогах.

Бес усмехнулся. Отлично — два зайца одним выстрелом. И «Короля» прибить, и Горелого. Только все сделать надо по уму, чтобы зрители его не возненавидели, а наоборот, чтобы он стал их любимчиком.

Как это сделать? А очень просто — прибить «Желтого», спасая Горелого, а затем уже в честной схватке сойтись с этим самым Горелым.

Глава 7

И в этот момент появился третий: какой-то невзрачный паренек, показавшийся из темного зева коридора, вышел из тени, навел оружие на «Короля» и нажал на спуск, а потом второй раз.

ОСЗ, конечно, то еще дерьмо, но на такой дистанции промахнуться невозможно. А уж убойность патрона такая, что голова несчастного «Короля» взорвалась вместе со шлемом, оставив на контейнере за спиной уже покойного «любимца» кровавую кляксу изрядных размеров.

А паренек спокойно обернулся к Тапку:

— Долг платежом красен, верно, сэр? Кажется, мы с вами в расчете.

— Верно, Джим, верно, мальчик…

Услышав этот голос, Бес даже протер глаза.

Нет, он точно не мог ошибиться. Что-что, а на голоса у него память была великолепная.

Он еще раз присмотрелся к странному человеку с обгоревшей головой.

Тапок? Черт, без шевелюры и бороды он был абсолютно неузнаваем. Какой-то совершенно незнакомый мужик — мордатый, средних лет. Но голос… Нет, определенно, он не мог ошибиться!

Бес быстро спрыгнул с контейнеров, сразу же наведя прицел на начавшего поворачиваться юношу, услышавшего шум за спиной.

— Ну здорово, приятель! — осторожно бросил Бес, глядя на Горелого, стараясь отследить его реакцию на приветствие.

— Бес?!!! — Тапок тоже его узнал, хоть и вглядывался в совершенно незнакомое лицо. Бес ведь был под «личиной офицера».

— Ага, — Бесу прямо-таки полегчало. Все же он не ошибся, перед ним действительно Тапок.

— Но…как? — Тапок, судя по всему, был очень удивлен этой встречей.

— Позже, — ответил Бес и кивнул в сторону одной из камер, — пока у нас есть более насущные дела: надо выжить. И командой это сделать проще, так ведь, Горелый?

— Ну…выбора ты мне точно не дашь, да? — хмыкнул «Горелый». — Учти, нам с этим юношей надо еще несколько человек грохнуть, чтобы выйти с арены. А у тебя какие условия?

— Я норму уже выполнил, считай, — хмыкнул Бес.

— Ну тогда пошли искать оставшихся, — предложил Тапок, — только учти — доходяг не трогаем.

— Да помню, помню я про твой дурацкий кодекс чести, — кивнул Бес. — На вот. Не твои пистолеты, конечно, но пока сойдет.

С этими словами он протянул Тапку трофейный пистолет-пулемет и подвесную с магазинами. Тот моментально их нацепил на себя, попрыгал, подтянул ремни, затем осмотрел и проверил оружие, и только после этого удовлетворенно кивнул, мол, я готов.

— Хэй, Джим! Может, тебе стоит сменить амуницию?– предложил Тапок пареньку, махнув рукой на труп, так и лежащий на земле. — Шлем у него вполне ничего. Да и броня пристойная…

— Я бы и рад, сэр, но она мне откровенно велика, — вздохнул юноша.

— Это все херня, поверь мне. Давай-ка помогу…

Через пару минут, пока Бес прикрывал подходы, Тапок и впрямь смог вполне успешно подогнать панцирь покойного «Желтого короля» на Джима, да еще и так, чтобы тот не болтался на юноше.

— Вот, другое дело! — одобрительно хмыкнул Бес, оглядев их компаньона. — Так, ща… Дайте теперь мне минуту…

Он подхватил с пола дурацкий двуручник и несколькими выверенными движениями отделил пушку, встроенную в корпус, от остального оружия. Об этом он мечтал с самого появления на арене. Тот изврат, который проделали с оружием, не давал ему покоя.

Добытое оружие Бес протянул Джиму.

— На! Получше той пукалки, что у тебя. Все-таки армейский стандарт, а не гражданский пугач.

— Ну, в определенных условиях и пугач вполне эффективен, при всем уважении, сэр, — вежливо заметил Джим.

— Тебе просто повезло, что придурок отвлекся на Та…на Горелого, — быстро поправился Бес, — и в своем дурацком шлеме не видел вообще ничего и никого, так что не кочевряжься. Тут 12 патронов в магазине, каждый из них — это режущая картечь, по мясу это прямо гарантированная смертельная рана. И вон, у него патронташ, там еще с пару десятков снаряженных патронов. Давай, нацепляй! Подгоняй и пошли уже. Нам еще спецприз чей-то надо забрать…

Тем временем комментаторы надрывались, сообщая зрителям о появлении новой команды, внезапно объединившей двух новичков-рабов и свободного гражданина. Правила этого не запрещали, хоть и был подобный тандем очень и очень в редкость. Зато ставки принялись расти просто до небес — и на то, кто кого и когда пристрелит, и на эффективность команды. Букмекеры просто молились, чтобы эту тройку подольше не замочили — давненько мясо не выделывало подобных трюков.

Тапок, шагая впереди, вывел всю группу к тому месту, где располагался контейнер, приготовленный для него. Что сказать — повезло, быстро нашли…

И тут их обстреляли. Плотно, как минимум из шести стволов. Все бросились врассыпную, стремясь быстрее занять укрытие.

Тапок охнул, когда пуля ударила в бок, ободрала кожу с ребер. Еще бы парой миллиметров левее — и она бы вошла в мясо, но повезло.

Бес в падении за кучу строительного мусора успел заметить только одного стрелка, но промазал по нему. Точнее вместо того чтобы уложить мужика на месте, лишь сжег ему правую кисть. Гладиатор тонко заверещал, выскочил, и тут же получил короткую очередь на три патрона от Тапка, вспоровшую ему грудь и живот.

Бедолага медленно опустился на колени, пытаясь собрать и удержать в единственной ладони вываливающиеся кишки, а затем просто завалился кулем на бок.

Бес тут же нырнул за укрытие, чтобы перевести дух, а вот Тапок не собирался прятаться, он перед собой поставил совсем другую задачу: ломанулся вперед, стремительно сокращая дистанцию между собой и оставшимися стрелками.

По нему, естественно, тут же открыли огонь.

Пара пуль просвистела в опасной близости от Тапка, но большинство и вовсе пролетело слишком далеко.

Тапок бежал на пределе своих возможностей, причем не по прямой. Противники просто не успевали взять упреждение, а потому лупили в белый свет, как в копеечку.

Винтовка Беса, который вновь осмелился высунуться, загудела — он, пользуясь тем, что все отвлеклись на Тапка, вычислил одного из противников, навел прицельный маркер на торчащую из-за бочки голову азартно палящего «тиро» и потянул спуск. Голова исчезла во вспышке лазерного луча, а сам Бес мигом рухнул обратно, в укрытие.

Есть! Еще один в минус!

Джим попытался последовать за Тапком, но его физических возможностей не хватало, чтобы даже просто держаться на хвосте, а плотный огонь и вовсе заставил его залечь. Шальная пуля бессильно щелкнула по нагруднику, еще одна пробороздила на нем полосу. Джиму удалось засечь стреляющего, и он дважды выпалил из своего монструозного дробовика, скорее пугая врага, чем действительно надеясь его зацепить, но удача ему сопутствовала — из-за укрытия донесся болезненный вскрик.

Тапок добежал тем временем до укрытия первого из своих противников и, недолго думая, со всей дури влепил ногой по хлипкому контейнеру. Дури Тапку хватило, так что стенка ненадежного укрытия просто провалилась внутрь, вызвав цепную реакцию, обрушивая все остальные.

Ошалелый гладиатор, прятавшийся за ними, даже не понял, что произошло. Он не сопротивлялся, когда чья-то рука высунулась из пыльного облака, ухватила его за глотку и выбила пушку. А в следующее мгновение этот «кто-то» швырнул его прочь. Он пролетел несколько метров, врезался в стену, и это окончательно выбило из парня дух.

Тапок же, только что брезгливо швырнувший тщедушного парня, напоминавшего клерка из какой-то мелкой конторы или типа того, в стену, тем временем уже сблизился с укрытием следующего противника.

Тот опрометчиво высунул ствол «ОСЗ-2», пытался найти, подслеповато щурясь из-за облака пыли, противника и пытаясь разглядеть, куда делся его напарник, как вдруг неизвестно откуда появившийся кулак врезался точно ему в нос. В следующую секунду Тапок схватил его ОСЗ и попросту погнул ствол, заставив его почти под сорокапятиградусным углом смотреть вниз. Это привело парня в состояние шока. Он сел на задницу и уставился на Тапка круглыми глазами.

— Но-но-но…так не бывает! Это невозможно!

— Еще как возможно, как видишь. А теперь убежал! Быстро!

Паренек сообразил удивительно быстро и, извернувшись каким-то крабьим движением, низко стартовал прямо с четверенек, устремляясь в глубину контейнеров. И через секунду упал, прошитый лазерным лучом. В отличие от Тапка Бес точно знал — оставлять недобитых за спиной чревато проблемами. В самый неподходящий момент они могут ударить.

Двое оставшихся гладиаторов, устраивавших засаду на везунчика, попробовали одновременно выскочить из-за груды ящиков и атаковать Тапка. Тут уж играть в гуманизм у него не вышло, пришлось валить обоих придурков наглухо.

Тем временем в рубке комментаторов один из двух основных ведущих отрубил микрофон и, обращаясь к своему напарнику, спросил:

— Эй, Фрэнк! Кого это, интересно, людоловы умудрились притащить в гладиаторские казармы? Этот парень — профи, возможно даже с Солуна. Так себя не ведут даже военные. У него все манеры профессионального гладиатора. Может, пробить его по базе? Если это профи, то ему не место в дурацком мясе, он может нам устроить настоящее шоу…

Тем временем Тапок на экране, потрясая кулаками, завопил:

— Эй, там! Хватит кидать на меня этих идиотов, дайте настоящего противника! Я не хочу убивать клерков и работяг, это скучно!

— Вот, вот, смотри, — закивал Фрэнк, указывая на экран, — он точно умеет работать со зрителем. Он не новичок.

— Хотя даже для профи слишком наглый, — хмыкнул первый комментатор. — Скажи-ка, а давно ли у нас Мясник был на Фабрике?

— Давно. Игр десять уже его не запускали.

— Так может, пусть разомнется?

— В целом можно… Но ты же знаешь, Мясника можно пустить только после согласования с шефом… Как с ним связаться?

— Да и не надо, — отмахнулся комментатор, — думаю, учитывая ситуацию, он меня поймет. Размораживайте Мясника, готовьте его, а я пока загоню эту троицу к его логову.

Тапок же, наоравшись в камеру, пошагал к ящику, ради которого они сюда и перлись. На коробе серого цвета отсутствовали замки, но когда он приблизился — крышка с шипением отщелкнулась, а ящик распахнулся. Внутри оказалось целых три предмета: одноразовая автоматическая аптечка, легкая серая броня, закрывающая от паха до шеи все тело пользователя, и револьвер. На широком, массивном стволе длиной в десять дюймов красовалась надпись «Бегемот». И внешний вид пушки вполне соответствовал — выпуклые бока барабана, массивная рукоять с округлыми щечками, тяжелая рама со скругленными углами. Тапок завороженно откинул барабан и вынул один патрон. Даже на крупной ладони Тапка тот выглядел массивным.

— Ого, какие щедрые эти зрители! Вот эта вот штука, — Бес ткнул в револьвер, — стоит порядка пятидесяти тысяч кредов. Каждый выстрел — что из дробовика. Я про эти пушки программу видел, их делают два десятка в год, чисто для любителей. Как только такая хреновина на Пекле оказалась?

— Как — без понятия, но мне может и сгодиться, — заявил Тапок, рассматривая оружие.

— Горелый, броню одень, а, — подсказал Бес, — а то тебе уже шкуру подпортили. Так можно и допрыгаться.

— Ладно, ладно, одеваю…

Через несколько минут преображенный Тапок похлопал себя по бокам, проверил кобуру, в которой разместился револьвер. Все, теперь можно было повоевать. Интересно, где нынче жирный хитрован Глэм? Судя по рейтинговой таблице, он точно не безоружен. В данный момент парень находился на второй позиции рейтинга, отставая только от Беса.

В этот момент под потолком зазвучала странная мелодия, прерываемая иногда звуком затачивающихся друг об друга ножей.

— Внимание, всем гладиаторам-новичкам! У вас есть абсолютно уникальный шанс! Сегодня нашу арену посетил специальный гость: Мя-я-ясни-и-ик! Та-да-да-дам! Тому, кто сумеет найти и убить его, полагается специальный приз — моментальный переход в категорию ветеранов. А что это такое — объяснять, я думаю, никому не нужно. Убейте Мясника, и вы станете элитой, вас будет содержать и экипировать кто-то из основных спонсоров игр Скайсити. Вы станете известным! Лучшая жизнь ждет вас… Но помните — Мясник жесток, пережил сотни схваток. Он не даст себя просто так убить…

Тапок с Бесом переглянулись.

— Думаешь, это для нас, да?

— Однозначно, — кивнул Бес, — эту тварь пускают только к грегариям, к новичкам его забрасывали очень редко, и всегда он устраивал кровавую расправу, оттого свою кличку и получил.

— Ты его знаешь, что ли? — удивился Тапок.

— Наслышан, — хмыкнул Бес. — Мужик ближник, интегрированная броня вроде твоей, если не покрепче, но на все тело. Крыша у него съехала давно, оппонентов он в прямом смысле разделывает и жрет. Говорят, даже после боя с арены утаскивает несколько тел, чтобы потом сожрать.

— Слушай, а откуда ты все это знаешь? — спросил Тапок.

Бес в ответ указал на свое лицо.

— Я ведь местный.

— Понятно, — ухмыльнулся Тапок. — Ладно, предлагаю этого Мясника разделать, как бог черепаху. Статус ветерана получить было бы неплохо…

— А еще у него крайне любопытные импланты, — добавил Бес, — я бы не прочь их заполучить…

— Эй, Бес, а ты их как, ножиком будешь выковыривать?

— Да уж как-то… — вздохнул Бес.

— Ладно, погнали! — приказал Тапок.

— А куда? — поинтересовался Бес.

— Искать Мясника, — пожал плечами Тапок, — куда же еще? Или есть план получше?

— Есть, — кивнул Бес. — Все просто — мы послушаем. Где начнется пальба — туда нам и надо. Сидеть на месте этот парень точно не станет.

Как будто подтверждая слова Беса, из дальнего правого угла Фабрики раздались длинные очереди, потом пару раз что-то очень громко грохнуло. Через минуту все повторилось, разве что вместо длинных очередей забабахали дробовики. И вновь наступила тишина.

— Во! Нам туда. Судя по всему, он прется по периметру здания и по пути выбивает группы гладиаторов.

Тапок просто кивнул и, прикинув направление, устремился туда, лавируя среди куч мусора. Благо в ширину арена не превышала пяти сотен метров, так что долго бегать не придется. Ну, или так казалось, потому что, пробежав пару минут, они уперлись в непроходимый завал. Погрузчик, тащивший стопку контейнеров, умудрился не вписаться в проем между колоннами и рассыпал весь свой груз, полностью заблокировав проход. Теоритически пролезть тут можно было, вот только шуму будет столько, и времени уйдет настолько много, что любой желающий прогулочным шагом дойдет, займет удобную точку и расстреляет на выбор любого из них.

Пришлось возвращаться и оббегать затор. За это время еще дважды вспыхивали перестрелки, и на табло гасли имена гладиаторов. Похоже, к этому моменту все оставшиеся бойцы сбились в стаи, но Мясник просто шел и забивал их одну за другой.

Вообще судить по таблице не стоило — там были только те, кто совершил хотя бы одно убийство, а многие просто спрятались и сидели в ужасе. Хищников в человеческом обличии всегда меньше, чем их жертв, такова уж человеческая природа.

Тем временем очередная вспышка стрельбы разразилась совсем неподалеку. Тапок, как охотничья собака, повернул голову, пытаясь вычислить, где конкретно стреляют, и, влекомый своими отточенными инстинктами, понесся туда. Бес не отставал от него.

А вот Джиму приходилось нелегко. Оба его напарника отличались повышенной выносливостью и возможностями, не сравнимыми с таковыми у обычного человека. Но все же паренек пытался не отставать, нутром чуя, что с этой странной парочкой он точно в безопасности настолько, насколько это вообще возможно тут, на арене. И более того — у него есть не только все шансы выжить, но еще и прожить куда дольше, чем он планировал изначально.

Они выскочили на место боя, скорее даже бойни, ровно к тому моменту, когда в живых оставался последний гладиатор. Тапок даже не слишком удивился, опознав в нем Глэма. Тот из последних сил сдерживал…ну, человеком назвать это существо у Тапка не повернулся бы язык. Стальной позвоночник, торчащий как у древних ящериц эдаким гребнем. Глаза, точнее глаз — всего один, но вполне обычный, человеческий, налитый кровью, как у взбешенного быка.

Вместо второго глаза киберпротез, причем крайне криво и кустарно установленный. Руки бугрятся такими мышцами, которых точно не накачать в качалке. Ноги-колонны, жирное брюхо, выпирающее из-под мясницкого фартука. На обеих руках из запястий торчат вращающиеся фрезы, и сейчас медленно, но уверенно Мясник подносит фрезы к животу Глэма. Тот из последних сил пытается удержать руки монстра, не подпускает к себе, но видно, что в этом противостоянии он проигрывает.

Увидев новых участников, Мясник лишь широко улыбнулся и произнес:

— О! Новое мясо само пришло!

Глава 8

Тапок, бросив быстрый взгляд на этого психа, спросил у товарища:

— Бес, а это и есть тот самый страшный кибернетизированный урод, да?

— Угу, — кивнул тот.

— И чего его все боятся? — удивленно хмыкнул Тапок.

Мясник на провокацию повелся легко. В его глазах (или скорее глазу, вместо второго был имплант) в принципе плескалось слишком много безумия, весь его вид говорил о том, что он на взводе. То ли сам по себе такой был, то ли накачка наркотиками дала о себе знать.

Как бы там ни было, а вывести его из себя было несложно. Он зарычал, выпустил бедолагу Глэма, с размаху швырнув его в кучу контейнеров так, что пробил стенку одного из них телом несчастного, после чего развернулся к Тапку.

— Дерзкое мясо! — прорычал он. — Ну ничего, я сейчас тебя обломаю.

В руках Мясника что-то щелкнуло, и в следующее мгновение в сторону Тапка выстрелил самый настоящий мясницкий крюк на тросе, вот только летел он со скоростью точно не ниже, чем пистолетная пуля.

Но и Тапок был не лыком шит — он просто сделал шаг в сторону, и крюк Мясника просвистел мимо, со всей силы врезавшись в бетонный столб, выбив из него каменную крошку.

Тапок же поднял руку с пистолетом, навел оружие на Мясника и пульнул, но целил он не как обычно, в лоб противнику, а в основание кисти, туда, где был закреплен механизм крюка.

Выстрел, и рев боли Мясника ясно показал, что Тапок попал. Пуля нарушила сложную механическую конструкцию, словно обруч надетую на руку, угодив в ее незащищенное нутро, разворотив его. И теперь одна рука Мясника превратилась из «стрелкового оружия» заклиненного в полуоткрытом положении, в самую обычную дубину.

Мясник рычал от злости, и в его рыке не было ничего человеческого, лишь чистая, незамутненная звериная ярость. Убить его было бы сейчас просто, но Тапок медлил, оттягивал момент для чего-то.

Бес краем глаза поглядывал на экран планшета, закрепленный на тыльной стороне запястья. Рейтинг «Горелого» только что вырос настолько, что сравнялся с последней строчкой «ветеранского» списка. Весьма неплохо. Вот, к примеру, опытный и бывалый Мясник был в этом списке на десятом месте, и место он это получил, участвуя в десятках схваток, а Тапок к этому месту подбирался буквально в течение одного дня и боя.

— Тапок, не убивай его быстро. Ты растешь в рейтинге, как будто на дрожжах, — крикнул Бес, — сделай все красиво, и станешь ветераном!

— Не учи ученого, — отозвался Тапок, — сейчас будет шоу.

— Ты что занимался уже подобным?

— Угу. Пришлось как-то раз, — буркнул Тапок и тут же отмахнулся. — Все, стойте сзади и не отвлекайте! Сейчас этот урод выкинет какой-нибудь фокус…

Мясник и впрямь через мгновение заткнулся, ярость его начала остывать, и он уставился на Тапка, глядя прямо в глаза.

— Я. Тебя. Сожру. Живым! — разделяя слова паузой, угрожающе произнес он, при этом с каждым словом делал один шаг к Тапку. — И. Ты. Бу…хххррр-тьфу!

Дожидаться, пока враг закончит излагать свой «хитроумный» план, Тапок не собирался, поэтому когда тот произносил очередное слово, просто пнул мыском ботинка камушек, и тот полетел, угодив точно в рот противника.

А пока тот отвлекся, удивленный и шокированный, отплевывался и отхаркивался, одним прыжком сократил дистанцию и, не мудрствуя лукаво, зарядил Мяснику мощный удар в пах.

К сожалению, ожидаемого эффекта это не принесло. Модификация организма, похоже, была для этого парня эдаким фетишем, так что он и там установил броню вместо природного «девайса».

Полудурок…

Взмахнув рукой, Мясник просто смел удивленного Тапка и отправил его кубарем катиться по полу. Впрочем, уже через пару кульбитов Тапок как ни в чем не бывало встал на ноги, развернувшись лицом обратно к Мяснику.

Тот осклабился, продемонстрировав свои подточенные под клыки дикого зверя зубы.

— Бы-ы-ыстрое мясо! Хорошо, давно не видел быстрых. Давай сыграем в игру, мясо. Ты бежишь, я стреляю. Если быстро бегаешь — я не попаду.

С этими словами Мясник потянулся своими толстыми пальцами к поясу, циркулярки на его руке остановились, отошли в сторону, позволяя орудовать руками без всяких проблем. Да только все было напрасно — сколько бы Мясник ни царапал пояс пальцами, ничего там не оказалось — держатель для оружия был пуст.

— Это ищешь? — раздалось у него за спиной.

Мясник обернулся так быстро, как только смог. Метрах в десяти от него стоял Бес, с веселой улыбкой помахивающий модифицированным дробовиком.

— Хорошая игрушка. Себе оставлю. Кстати, а она может пробить твою шкуру? — поинтересовался Бес.

И, мгновенно посерьезнев, Бес направил ствол дробовика на Мясника, пять раз нажал на спуск. При каждом выстреле из ствола вылетал пучок крупной картечи, рассекая плоть, раскурочивая подкожную броню и отбрасывая Мясника назад, туда, где стоял Тапок.

Пусть выстрелы и повредили подкожный панцирь, но пробить картечь его не могла физически, а вот вызвать боль — вполне, да и крови было изрядно. Последний, пятый выстрел Бес направил в рожу Мясника. Картечины оторвали край уха, вскрыли щеку, а одна, особо удачная, застряла в краю искусственной линзы, заблокировав камеру, не позволяя ей двигаться.

Тапок в это время подскочил к мяснику сбоку, и как чертик из табакерки взлетел в воздух на полтора метра, с размаху влепляя удар пяткой в висок. От удара голова Мясника дернулась, и во все стороны полетела кровь и слюни вперемешку с выбитыми зубами.

Тапок попробовал развить успех, но второй удар попал в своевременно подставленный блок, и в ту же секунду Мясник с мощью молота ударил ему в середину грудной клетки.

Тапок рухнул, развалился на полу, но все же поднялся, хоть и не без труда.

Мясник был крайне изумлен тем, что его оппонент вообще еще жив, причем не просто жив, а стоит на ногах, хоть и явно удар не прошел для него бесследно.

Тапок же, сплюнув на пол сгусток крови, потер ушибленную грудную клетку, проверяя нет ли перелома ребер, скривился от боли и решил, что с него хватит, пора заканчивать этот цирк.

Время привычно замедлилось, правая рука с выхваченным пистолет-пулеметом зафиксировалась в выбранной точке, и оружие выплюнуло пять пуль одну за другой. Тапок почти с самого начала боя заметил несколько слабых мест у Мясника, и теперь принялся проверять их на прочность.

Очередь разнесла электронный глаз, вбила его ошметки куда-то в глубину черепа. Мясник вскинул руки к изуродованному лицу, завыл, а Тапок тут же всадил две очереди в подмышечные впадины, с четвертой-пятой пули пробивая тонкую броню в этих местах. Мясник замычал от боли, но это был еще не конец.

Бес, который уже понял, что Тапок решил игру заканчивать, тоже открыл огонь из лазерника, пытаясь прожечь защиту на спине и затылке противника.

Плоть Мясника обуглилась от импульсов, но прожечь многослойную подкожную броню не получилось.

— Да твою ж мать, кто ты такой то, а? — Бес в ярости выпустил последние заряды и укрылся для перезарядки.

Тапок же, перезаряжаясь на бегу, обойдя противника, всадил в быстром темпе магазин, целя по обратной стороне коленей, заставляя тяжелого и неповоротливого Мясника упасть вперед.

И тут наступает кульминация.

Тапок играючи взбежал по спине врага, легко и непринужденно перепрыгнув через пытающуюся схватить его руку и приставив ствол пистолета-пулемета к затылочной впадине, затем зажал спуск.

Двадцать пять патронов с такого расстояния должны пробить в теории любую защиту. Но не эту.

С визгом рикошетов вся очередь, разворотив мясо и вызвав очередной рев Мясника, разлетелась в стороны.

Рука Мясника сомкнулась на лодыжке Тапка и дернула его вниз, но Тапок отпустил рукоять пистолета-пулемета и всадил пальцы правой руки в то место, где до этого была камера. Всадил настолько глубоко, насколько мог.

Мясник вновь заревел от боли и удвоил усилия, пытаясь подтащить к себе Тапка, и просто раздавить ему ногу.

Тапок ощутил, как у него начинают трещать кости ноги.

Еще пара секунд, и этот бугай просто сломает ее.

Он нашарил кобуру на боку, и вот ствол подаренного зрителями «Бегемота» втыкается в уже раскуроченную точку на затылке противника.

Выстрел!

Руку подбрасывает так, будто Тапок стреляет из пушки.

Еще один!

Третий!

Отдача практически выламывает револьвер из пальцев, а пули вгрызаются в тело, как будто никакой брони и нет.

Из раны выплескивается кровь, и Мясник, прорычав: «Вот падла!», отпускает ногу Тапка, его тело вдруг поникло.

Наступила тишина.

Через миг ее прерывает громкоговоритель на потолке.

— Внимание! Мясник повержен гладиатором Горелым и свободным гладиатором Бесом! Битва остановлена! Повторяем! Бой остановлен, всем гладиаторам немедленно сложить оружие. Нарушителей ждет смерть!

Тапок на секунду задумался. В целом у него есть еще три магазина и две пули к револьверу. Можно было бы устроить кровавую баню, можно попытаться сбежать, но…скорее всего, не выйдет. С большей вероятностью тут его и пристрелят. Нет, нужно ждать другого подходящего момента.

Неподалеку под стенкой раздалось какое-то кряхтение, и Тапок, повернувшись туда, увидел направленный в него ствол «ИВы» в руках лежавшего до этого неподвижно, а теперь вскочившего на ноги Глэма.

— Хрен тебе, а не статус ветерана, сволочь! — прохрипел человек, жизнь которого Тапок фактически только что спас.

Но неблагодарная скотина зажимает спусковой крючок.

Длинная очередь перекрещивает фигуру с револьвером дважды, прежде чем заканчиваются патроны в магазине, но, даже содрогаясь под градом попаданий, Тапок не мажет — тяжелая пуля револьвера пробивает голову Глэма дважды, и он выпускает из рук оружие, падая навзничь, на ту самую кучу мусора, с которой едва поднялся.

На его лице застыло выражение обиды на весь мир, но Тапок, получивший пять или шесть сквозных ран, этого уже не видит. Он пытается устоять, не упасть, но раненные ноги не выдерживают и подламываются. Он уже не видит, как к нему несется Бес, а Джим ковыряется с аптечкой, найденной в «бонусном» контейнере.

Он не слышит, как негодующе орет комментатор, объясняя невнимательным зрителям, что сейчас произошло. И Тапок не знает, как негодуют эти самые зрители, наблюдавшие за столь низким и подлым поступком Глэма, открывшим огонь после завершения матча.

К Тапку уже спешит медбригада, а охрана, их сопровождавшая, под дулами автоматов разоружает Джима, заставляет Беса отправиться к выходу.

Тьма сгущается, перед глазами все меркнет, стремительно погружая Тапка в небытие. Последнее, что он видит, это большой экран над ареной, таблицу на нем, и в ней же верхнюю строчку с его прозвищем и номером в рейтинге — номер один.

Экран погас, а вместе с ним и сознание Тапка.

Некоторое время спустя

— Да уж, мистер Горелый, задали вы нам задачку. С одной стороны вы заслужили свой ветеранский статус, честно и по правилам. Тиро, заваливший Мясника — это подвиг, который навсегда останется в истории арен Скайсити. А с другой стороны вы, по сути, погибли. Но зрители безапелляционно потребовали вашего лечения. Ну и, стоит признать, «убили» вас в нарушение правил и…

— Хах! Никогда не думал, что моя жизнь будет зависеть от толпы ублюдков, жаждущих крови и прилипших к экранам. В нормальных мирах можно просто оплатить перед боем медстраховку и на всякий случай заказать клон-тело.

— А, так мы не ошиблись, у вас уже есть опыт! Вы гладиатор? Вы уже сражались на аренах? Где? Солерн? Аббукар? Куб на Нассаре?

— В разных местах, — пожал плечами Тапок.

— Вот как… Ну тогда вы будете довольны, думаю, нашим решением. Вы не получаете статус ветерана, но становитесь грегарием. Ну а если сможете пережить еще два боя, тем самым подтверждая свой статус профессионала, то мы вернемся к вопросу перевода вас в ветераны. В качестве компенсации за нарушение правил другим гладиатором, ну и в качестве бонуса, вы получите все свое имущество, что мы нашли при вашем пленении, а также все трофеи с убитых лично вами бойцов. Устроит вас такое?

— Что с теми двумя, что были со мной?

— Оба живы.

— Тот паренек, Джим… Можно как-то его ко мне прикрепить?

— Джим? А…мясо… Зачем он вам?

— Он спас мне жизнь…

— Вы ему тоже. В моем понимании вы квиты.

Тапок нахмурился.

— Ладно. Хотите играть в благородство — играйте. Что будет с этим новичком, мы еще обсудим, а вот скажите, свободный гладиатор Бес: откуда вы его знаете?

— По разным странным делам, — попытался увильнуть Тапок и резко сменил тему. — Вот этот весь цирк — он зачем? Вам серьезно нравится устраивать бои между людьми?

— Людям нужно чем-то заниматься, когда они не на работе, им нужно спускать пар, расслабляться, чем-то занять голову, а на орбите сделать это трудно. Поэтому появился этот город и это развлечение. И знаете что? Это работает. А для тех наших сотрудников, кто не может просто смотреть, есть возможность участвовать в боях, получая деньги. Практичное и полезное зрелище, которое еще и деньги приносит…

— Как-то вы слишком уж разоткровенничались…

— А я от вас ничего и не скрываю. Зачем? Вы в любом случае пленник. Только вот условия клетки могут быть разными. Работайте с нами на арене, побеждайте так же красиво, как вы сделали это с Питером, то есть с «Мясником», и у вас будет все, включая возможности клонирования, медицинское обслуживание. Что вам нужно? Еда, женщины, алкоголь? Наркотики? Все, что пожелаете, может быть вашим. Мы давно хотели заполучить настоящего гладиатора, а не этих вот картонных воинов. Все же профи есть профи… И тут вы. Это просто подарок судьбы какой-то!

— Наркотики, алкоголь, женщины… — перечислил Тапок, — а как насчет чего-то подороже?

— Подороже? По местным меркам это предел мечтаний. Я предлагаю вам…все. Чего вам еще надо? Мальчика этого в команду? Хорошо, будет вам мальчик, если выживет два боя в статусе грегария — можете создать команду. Могу даже к вам его поселить, если приглянулся.

— Я не о том, — покачал головой Тапок, — как насчет того, чтобы отпустить меня?

— Отпустить? Хотите в пустыню? К этим варварам?

— Нет, я имею в виду планету в целом.

— А-а-а…улететь? Нет, простите, но это невозможно.

— Но я хочу…

— Мы все останемся здесь. Улететь не получится ни у кого. Пока мы не закончим здесь работу, все мы будем жить на Пекле, ну или на орбите планеты. Без исключений.

— Понятно, — буркнул Тапок.

— Поверьте, жить здесь не так уж и плохо. Обдумайте хорошенько все, что услышали, и то, что я вам предлагаю. Благо время у вас есть — вам предстоит провести в капсуле еще часов двенадцать.

Распорядитель, он же организатор гладиаторских боев, развернулся и вышел из палаты Тапка, а тот лежал и глядел на дверь, закрывшуюся за посетителем. Он узнал то, что хотел, и если бы распорядитель знал, что задумал Тапок, он убил бы его, не задумываясь.

Но он не знал, а Тапок лежал и обдумывал свой план…

Глава 9

Пекло — такое «замечательное» место, что укрыться там от зноя и жары в дневное время можно или под крышей, или в хорошем транспорте, или в пещере, коих в местных скалах не то чтобы много. Искать тенек, прятаться в палатке просто бесполезно.

Но вот беда: если нет транспорта, то найти укрытие довольно сложно, ведь у зданий, а тем более пещер в большинстве случаев уже есть владельцы, которые гостеприимством совершенно не отличаются, и явно не обрадуются появлению «гостей».

Поэтому, крадучись входя в темный проем пещеры, Мик подсознательно ожидал найти внутри кого угодно — разъяренного Хе, Кы или какую-то иную, не менее опасную и злую тварь.

Но им повезло, и обладатель пещеры почил пару-тройку дней назад, судя по ароматам от его здоровенной, бронированной туши.

Варан, бывший владелец пещеры, получил ранение в схватке с кем-то, смог доползти до своего логова, надеялся отлежаться, но что-то пошло не так, и он попросту подох.

Алькарону и Мику оставалось лишь вытащить за хвост подванивающую тварь, и пещерка метров в десять длиной оказалась готова к приему новых владельцев.

Портативный генератор, аварийная кухня и надувные кровати из спасмодулей, утащенные хозяйственным бедуином, сделали интерьер этого убежища вполне комфортным для проживания. Ну, разве что запашок от прошлого «жильца» все еще оставался, но к нему все быстро принюхались, перестали обращать внимание.

Все были довольны убежищем, разве что Биркин явно был не в восторге от того, что придется здесь жить какое-то время. Похоже, что профессор, уже надеявшийся на спасение на станции, понял, что к своим вернуться ему предстоит нескоро, а его жизнь находится в руках пленителей в лице Мика и Алькарона.

Если говорить о Мике, то тот явно был как-то тесно связан с ВКС и был настроен на то, что профессора надо передать контрразведчикам.

Алькарон же по наблюдениям профессора являлся бывшим военным, и Биркина предпочел бы на всякий случай просто пристрелить — вдруг что-то пойдет не так, их прижмут, и Биркин сможет сбежать? Лучше уж положить его здесь и сейчас…

К счастью, пока что в споре о судьбе профессора победил Мик, но надолго ли?

Биркин понимал, что жизнь его висит на волоске, и испробовал все способы освободиться. Сбежать он не смог: пара его неуклюжих попыток была пресечена на корню, а проходить через побои после очередной он не хотел.

Подкупить пленителей тоже пробовал, но оказалось, что двое его захватчиков не слишком-то заинтересованы в деньгах — и Алькарон, и Мик отпускать его не собирались, и никакие деньги поменять их мнение не могли, как и обещания безбедной жизни на Золотом мире, под крылом всесильной корпорации.

Алькарон на это ответил, что все это они получат, сдав Биркина ВКС, но ему это и не надо. Для него живой Биркин, переданный контрразведчикам, это возможность вернуться в ряды ВКС, причем не как капитан погибшего в бою госпитального судна, а как герой, захвативший важного вражеского агента.

Что касается Мика — тот с улыбкой ответил, что и так может позволить себе жизнь на любом из Золотых миров, да только ему это не интересно.

Но главное — стоило только Биркину упомянуть «РоботЭкс», как оба его «конвоира» словно с цепи срывались. Видимо, корпорация-работодатель профессора для обоих являлась эдакой красной тряпкой, из-за нее у обоих в жизни возникло множество проблем…

Даже после пары попыток сбежать никто не стал связывать Биркина, но он уже и не стал бы пытаться. В прошлый раз ему позволили отойти на добрый пяток километров от пещеры, так он едва не помер без воды. Как выживать в пустыне — он не представлял, тем более без снаряжения, оружия.

Впрочем, без навыков от всего этого было мало толку, так что, перебрав все возможные варианты, перепробовав их, он с мрачным видом сидел в углу и исподлобья наблюдал за Миком, а тот тем временем развернул какой-то хитрый прибор, настроил его и, замерев на мгновение, щелкнул по кнопке включения. Обернувшись и заметив взгляд Биркина, Мик усмехнулся.

— Что, профессор, любопытно? Таких технологий вам ваши хозяева не дали?

Тот лишь пожал плечами.

— И что там у вас? Новейший тостер?

— Не угадали…

— Ну и ладно, — поморщился Биркин, — мне, если признаться, все равно.

— Очень даже зря, — усмехнулся Мик. — Это узконаправленный передатчик, позволяющий связаться через гиперпространство с другим таким же.

— Ха! Это вчерашний день, — буркнул Биркин, — мы давно уже отказались от этой техноло…

Тут Биркин осекся.

— Но постойте! Для гиперпространственного маяка нужно питание. Причем мощности даже одной станции…

— Именно что для маячка и для технологии «вчерашнего дня» нужна целая станция. В нашем случае она не требуется.

— Но…как?

— Имолит.

— Это что? — наморщил лоб Биркин.

— Химический элемент, открытый во время войны с жуксами, точнее во время захвата и разгрома Имоли — их главного плацдарма для наступления.

Профессор удивленно уставился на Мика, но тот не заметил взгляда, продолжил:

— Имолитовая батарея мощнее любых аналогов, благодаря этому мы можем использовать ее для питания не только гиперпространственного маяка, но и полноценного передатчика.

— Передатчика? — опешил Биркин.

— Именно так. Хотите передать привет ВКС, профессор? И не переживайте, ваши нынешние «работодатели» передачу не смогут перехватить и расшифровать, а ВКС получат сообщение мгновенно, даже если находятся в гиперпространстве, совершая прыжок.

— И вы уже связались с ними? — вкрадчиво спросил Биркин.

— Пока нет…

— А знаете почему? Да, признаю, что с передатчиком — это гениальная идея, однако даже его мощности не хватит до обитаемых миров, до ближайшего аванпоста или станции ВКС.

— А нам это и не надо. Я хочу связаться с кораблем ВКС, летящим сюда.

Тут Биркин удивленно поглядел на Мика, как на умалишенного, не выдержал и рассмеялся.

— Вы всерьез надеетесь, что ВКС сюда прилетит так быстро? — отсмеявшись, спросил он. — Бросьте. Нам сидеть в этой пещере года два, как минимум…

— Посмотрим, — пожал плечами Мик.

Услышав их пикировку, в разговор вмешался Алькарон.

— Простите, Мик, у меня вопрос насчет этого имолита. А когда все это успели разработать? Я на планету попал год назад, и слыхом не слыхивал ни о каких имолитах… И что значит «во время 'разгрома Имоли»? Нас ведь оттуда оттеснили.

— Видишь ли, Алькарон… — Мик явно тянул время, то ли раздумывая, что сказать, то ли подбирая слова. — В общем, я попал во временной выверт.

— Это как?

— Короче, ты попал на планету год назад, так?

— Чуть больше, — кивнул он.

— Вот, я здесь уже куда больше, вот только переместило меня сюда… Еще не переместило.

— Не понял, — нахмурился Алькарон.

— Мое второе «я» сейчас скучает на Хрусте. Очень скоро с ним свяжется ВКС в лице Абрахама Торма из 14 отдела, 8 флота, и предложит отправиться к одной подозрительной станции, ранее принадлежавшей корпорации «Арматех»… Как же ее…«Лонг Джамп» вроде. Ведь так, профессор?

Биркин удивленно уставился на Мика.

— откуда вы…

— Я найду станцию, попытаюсь с ней сблизиться, — игнорируя профессора, продолжил Мик, — но мой корабль попадет во Всполох. Так понимаю, на «Лонг Джамп» как раз и испытывали эту технологию, пытаясь применить ее в условиях космоса, что раньше не удавалось. Ну, в этот раз удалось. Меня перенесло на Пекло, чудом посадил корабль и выживал тут как мог. Правда, Всполох перенес мой звездолет не просто на Пекло, а на Пекло пять лет назад…

— Это невозможно! — воскликнул Биркин.

— Как видите, возможно, — улыбнулся Мик, — и я тому живой пример. Впрочем, уже не один. Та девушка, Юси. Скорее всего, ее тоже перенесло в другое время. Но не вперед, как меня, а назад.

— А почему ее назад? — спросил Алькарон.

— Так понимаю, чтобы нейтрализовать мое появление тут вне своего времени, — ответил Мик, — я в этом не силен…

— Возвращение временной прямой к исходному значению, — выпалил профессор.

— Чего? — Мик и Алькарон повернулись к нему.

— Естественный закон природы, — пояснил тот, — вмешательство человека в естественный ход времени привело к тому, что появилось некое отклонение, и этой вашей девушкой данное отклонение было закольцовано, образована временная петля, после чего прямая вернулась в исходную точку.

— Я все равно ничего не понял, — признался Алькарон.

— Мое перемещение сломало время, а отправка Юси эту поломку исправила, — пояснил Мик, — во всяком случае, я так понимаю.

— Все верно, — кивнул Биркин, — был создан временной парадокс. Вы прибыли из будущего, отправили девчонку в прошлое, чтобы она прислала вас из будущего…

— Ни хрена не понятно, — наморщил лоб Алькарон и повернулся к Мику: — Значит, ты из будущего?

— Ну…получается, что да, — кивнул тот.

— И…что? Мы уже победили жуксов?

— Практически. Когда я улетал, жуков всюду теснили.

— И другие расы из конгломерата не помогали им?

— Они были заняты, — усмехнулся Мик. — ВКС начали давить по всем фронтам.

— Но если чужие начнут пользоваться Всполохами, ну, этими, временными, как с тобой… — вдруг прошептал Алькарон. — Черт…человечество обречено!

— Пока чужие об этом эффекте Всполохов не знают, — успокоил его Мик, — а еще подозреваю, что сами ребята из «РоботЭкс» не совсем понимают механизм действия Всполохов обычных. Да, профессор?

— Мы разобрались в общих принципах, но исследования продолжаются. К сожалению, специалисты из «Арматех», разработавшие эту технологию, уничтожены, но если нам удастся во всем разобраться, это был бы такой прорыв для всего человечества, что…

— Ага, конечно! — рассмеялся Мик. — Не надо тут нам «ля-ля»! Вы не благодетели, вы предатели, пошедшие на сговор с чужаками против своей расы, так что для человечества от вашего «открытия» будут одни проблемы, если вовсе эта технология не станет последним гвоздем в крышке гроба для людей…

— Да что вы, узколобые фанатики, понимаете? — вспылил профессор. — Знания и технологии позволят нам шагнуть настолько далеко вперед, что все эти ваши пушки и кораблики будут не опаснее мыльных пузырей. Не будет никаких войн, никаких…

— А корпораций тоже не будет? «РоботЭкс» исчезнет? — поинтересовался Мик. — Очень я сомневаюсь, что «РоботЭкс» пошла на сделку с чужими, чтобы в конце концов сгинуть. Нет…сдается мне, у «РоботЭкс» иные планы. К примеру, стать чем-то вроде наместника чужих над остатками человечества…

— Нет, они… — Биркин осекся. Он вдруг осознал, что на аргументы Мика ему попросту нечем ответить. Он понял, что все слова Мика перекликаются с его собственными мыслями. Раньше Биркин их отгонял, подавлял, предпочитая сосредоточиться на работе, но теперь…

Что было изначально? «РоботЭкс» предложила ему работу без надзора со стороны ассамблеи, или как там называется нынешнее правительство человеческих миров, и он согласился. Все ради науки. Он стерпел, когда «РоботЭкс» перешла на сторону врага. Объяснялось это просто: «РоботЭкс» хотела избавиться от нынешних чинуш, сидящих у власти, от бюрократов, тормозящих технический прогресс, а чужие во всем этом выступали эдакими меценатами и добродетелями, которым ничего от людей не надо.

Биркин даже вздохнул. Боже, как он мог быть таким наивным? Он просто не хотел принимать действительность, отказывался от реальности и закрывал глаза на все, что происходит.

Но теперь до него дошло. Он предатель, как и сказал Мик. Враг человечества, который поставил себе подобных под удар, благодаря которому вся его раса может исчезнуть.

Ну нет, нет, не может быть! Чужие же не уничтожат всех?

Но сколько могут? Миллиард, два, сотню?

Этого Биркин не знал, и мог лишь догадываться.

— Через несколько дней сюда прилетит ударный флот, — заявил Мик, видя душевные терзания профессора, — и я спокойно передам вас с рук на руки специалистам. А там вы все равно все расскажете, покаетесь, если захотите.

— В чем? — вскинув голову, Биркин уставился злым взглядом на Мика. — Что я такого сделал? Я просто проводил исследования!

— А эксперименты с людьми? Эти ваши киберы? Вы ведь живых людей переделывали в своих кукол, использовали как полуфабрикат.

— Что бы вы понимали! — взвизгнул Биркин.

— Да куда уж мне, — хмыкнул Мик, — и не понимаю — на кой черт так издеваться над людьми? Ну наделали бы клонов, вырастили бы себе «мясо».

— Не выйдет ничего из клонов, — буркнул Биркин. — Мы с них начали, вот только клон без памяти, без навыков и умений подобен новорожденному младенцу. Нужно обучить его — это время, которого нет.

— И вы взялись за нормальных людей…

— Чем выше навыки, чем больше опыт выживания, тем лучше из подопытного получался солдат. Эта планета — готовая кузня кадров. Здесь выжить могут только бойцы, все остальные отсеиваются естественным образом. А во время охоты мы одновременно тестируем различные образцы наших бойцов и отбираем лучший материал, — выдал как на духу Биркин.

— Ясно. То есть вы специально устроили тут «банку со скорпионами» и просто выбираете лучших. Что ж, понятно… Но этот ваш «инкубаторий» слишком мал. Вам не кажется? — поинтересовался Мик.

— Ну а кто вам сказал, что такая планета одна? — буркнул Биркин.

— О как! И где же остальные?

— А я не знаю. Это не моя епархия. Я занимаюсь наукой, больше меня ничего не интересует.

— А кого интересует? Кто вообще главный на Пекле?

— Ну, я главный в исследовательском комплексе, а главный на Пекле… — Биркин задумался. — Есть глава СБ, он отвечает за безопасность. Есть мэр, он же управляющий релаксационным комплексом Скайсити, есть координатор. Он, по сути, ничем не управляет, лишь отвечает за согласованность действий между главами управлений. Все.

— М-м-м…у вас тут прямо цивилизованное государство: СБ, мэр, разные ветки власти… Прямо плакать хочется от умиления… — съязвил Мик.

— Четыре живодера и их менеджер, — голос Алькарона просто сочился сарказмом. — Интересно, когда ВКС поджарит ваши задницы — все будут рассказывать, что их заставили, что они просто выполняли распоряжения координатора, или же что они вообще ни при чем, это все «РоботЭкс», а они просто наемные сотрудники, их шантажировали, им угрожали?

— Как бы там ни было, никакой флот не прорвется через кольцо защитных станций на окраине системы, — заявил Биркин, — так что забудьте об эти ваших кораблях ВКС.

Мик засмеялся, заливисто.

— Господи, Биркин, вы находка для шпиона! Настолько не уметь держать язык за зубами…. Кстати, кто вам сказал, что флот выйдет из гипера на окраине системы?

Биркин удивленно уставился на Мика, а тот похлопал по своему странному девайсу.

— Да-да, — улыбнулся он, — вы все правильно поняли. Для этого, собственно, и нужен мой передатчик. Флот выйдет в паре мегаметров от вашей станции, и никакие защитные контуры просто не сработают. А потом будет атака на станцию и десант на планету. А теперь простите, мне нужно передать новую информацию нашим спасителям…

С этими словами Мик уселся за передатчик.

Глава 10

Грегарии в отличие от новичков-тиро жили не в казармах. Для них стояли типовые домики колонистов, которые Тапок сотнями видел везде, где люди начинали освоение диких планет.

К слову, на большинстве из них в таких домиках должно было жить две семьи, но гладиаторов расселяли по четверо. У каждого была личная комната, дверь в которую закрывалась на замок, считывающий отпечаток пальца хозяина, ибо у каждого могло быть что-то ценное из оружия и снаряжения. За попытку кражи наказание было только одно — смерть.

Тапка, привезенного под усиленной охраной из двадцати человек (что было вполне логичным после того, что он натворил на арене), крайне осторожно впустили внутрь огороженного высокой стеной помещения. Он дождался, пока ворота за спиной хлопнут, щелкнет электронный замок, после чего огляделся.

Уютные дворики. Кольцевая структура поселения, на глазок состоящего из примерно сотни домов. В середине три строения, одно из которых тоже обнесено забором. Ворота, через которые он вошел, были смонтированы в четырехметровой стене, по верху которой шла хитроумная система датчиков и сенсоров. Через каждые полсотни метров на стене стояли небольшие будочки, оснащенные прожекторами и пулеметными гнездами. Внутри сидело то ли трое, то ли двое бойцов. Бойницы были забраны плотными бронепакетами из армированного стекла.

М-да…тут сильно не побалуешь…

Впрочем, на взгляд Тапка, оборона была так себе. Если бы он пожелал выйти — сделал бы это без проблем, особенно если ему вернут его пушки. Две пули в одну вышку, две в другую, и стрелки будут сидеть как мыши, боясь не то что стрелять, а даже высунуться из-за укрытия.

Или же еще проще — вертухаев даже убивать не нужно, можно просто уничтожить пулеметы, а дальше взбежать по стенке, используя любое удобное снаряжение, и он уже, считай, снаружи.

Правда, дальше начнется неизвестность. Как свалить из города, не влетев в засаду, Тапок пока не представлял, а у любого навыка, даже его, есть пределы. Против трех-четырех стационарных пулеметов никакая скорость не поможет — малейшая ошибка, и все.

Так что прежде, чем бежать, нужно было добыть чуть больше информации, и уже затем пробовать реализовать свой план. Вообще, конечно, идиотизм, а не план, но в последнее время Тапок все чаще строил именно такие, авантюрные и абсолютно неожиданные схемы, наглые и опасные, и они почему-то оказывались крайне эффективными.

Но пока для того, чтобы строить даже авантюрный план, Тапку в первую очередь нужно было сделать то, что он не слишком хорошо умел — интегрироваться в новое сообщество, стать своим, или даже занять некое влиятельное место в иерархии, в идеале и вовсе стать лидером местных гладиаторов, пусть и неформальным.

При этом времени у него для подобного было катастрофически мало. Если Мик прав и на планету скоро посыплются бравые десантники ВКС с автоматами наперевес, то всех гладиаторов, скорее всего, кинут в атаку в качестве мяса, защищать горожан Скайсити и по совместительству работников и ученых «РоботЭкс».

В голову Тапка пришла отличная идея: а зачем ему лезть в лидеры? Он слишком заметен, слишком узнаваем. Почему бы лидером не стать, к примеру, этому юноше, как там его…Джим Хоупер, а Тапок просто поможет ему в этом. И тогда…ладно, загадывать рано, пока что эту часть задачи надо выполнить, а дальше будет видно.

Кстати, а вон и Джим, легок на помине. Бежит навстречу, видимо, ему кто-то сообщил, что Тапка сейчас доставят.

— Мистер Горелый, сэр, я рад видеть вас живым и в добром здравии! Ваши вещи уже давно доставлены и ждут вас. Позволите вас проводить?

— Джим, завязывай уже с этим «сэр», «выканьем» и прочим. Я обычный человек.

— Нет, сэр, не могу. Мама всегда говорила мне, что приличный человек обращается к старшим на «вы», а если этот старший еще и благородный человек или же человек, к которому ты сам относишься с уважением, то прибавлять нужно «сэр».

— Да какой я тебе благородный? Я обычный человек.

— Ну нет, сэр. Я же видел вас в бою и до него. Вы явно благородный джентльмен, даже если и хотите казаться кем-то другим. Я-то знаю…

— Блин, в какой дыре ты вырос, юноша? — поразился Тапок.

— В бухте Черного Холма.

— А…а… — Тапок нахмурился, пытаясь вспомнить, где находится это место. — А планета твоя как называется?

— Бристоль.

— Ох, черт! — даже крякнул Тапок. — Не завидую я тебе.

Про Бристоль слышали, наверное, все. Это было во вторую волну Великой Экспансии. Колониальное правительство было повержено революционерами, и…нет, планета не стала «свободной», не превратилась в «бандитскую малину». Во всяком случае, сразу. Дело в том, что переворот устроили фанатичные монархисты, мечтавшие о возрождении монархического строя во всей его красе — с дворянами, королем, простым людом, правом первой ночи и всем вот этим вот.

Романтики, блин…

Более того, они даже где-то набрали идиотов, готовых просто так повкалывать там двадцать лет взамен на будущее дворянство, титулы и прочее…

Планы планами, а потом жизнь внесла свои коррективы. Звездная система, в которой был расположен Бристоль, угодила в редкую космическую аномалию. Вокруг нее расположилось сразу две нейтронные звезды, почти одновременно рванувшие и раскинувшие газовые облака, полные радиации, на многие миллиарды километров в космосе, и связь с планетой была потеряна на несколько десятилетий.

Когда же ее заново нашли, ребята уже изрядно деградировали. В частности, монархия у них все же получилась. Скорее это был полноценный феодализм уровня семнадцатого или восемнадцатого века Земли. Прогрессорство и попытка ввести жителей планеты в Ассамблею Объединенных Миров было процессами сложными и далеко не всегда успешными.

В итоге на планете сложилась уникальное и странное общество, по-прежнему управляемое наследным монархом, но при этом парламент был выборным. Цивилизация привнесла много нового, но консерватизм местных жителей был таким, что стал нарицательным.

Впрочем, известны бристольцы были не только своим упрямством и приверженностью традициям. Очень часто они повергали в шок жителей других планет своими одиозными выходками. Иногда такими, что о них даже в новостях говорили, а иногда вот такими вот странностями, вроде как сейчас выдал Джим, который был истинным сыном Бристоля.

— Ладно, юноша, ведите меня, — незаметно для себя Тапок начал разговаривать в той же манере, что и собеседник. Видать, это было заразно.

— Нам, кстати, стоит поторопиться, сэр. Вроде бы через пару часов должны начаться Игры в Комплексе.

— Комплексе? — опешил Тапок.

Что? Уже снова в бой?

— Ну, это такая локация, самая большая, и только для грегариев, — кивнул Джим, подтвердив опасения Тапка.

— Так. А расскажи-ка мне поподробнее, что за Комплекс и какие вообще там правила? — попросил он.

Джим, как выяснилось, успел собрать кое-какую информацию. Комплекс — это несколько крупных складских зданий, расположенных на пересеченной местности. Также там есть остатки двух дорог, забитый остатками техники мост над пересохшей рекой и какие-то остатки бетонных коробок, которые были в прошлом пятиэтажными зданиями.

Задачей для грегариев является обнаружение на локации определённых предметов. Предъявивший предмет на одних из пяти ворот Комплекса имеет право покинуть арену с теми трофеями, которые достал в ходе рейда. Это может быть все, что угодно — драгоценности, еда, одежда и так далее.

Раз в полчаса «ключевые» предметы (или ключи выхода) меняются, чтобы народ не рассиживался. Ну и по территории раскиданы контейнеры, содержащие в себе патроны, заряды для аптечек, сами аптечки, гранаты, броню. В общем, все, что может понадобиться для выживания. Их местоположение неизменно, поэтому около таких контейнеров происходят нередко самые жаркие схватки между желающими пополнить свой арсенал. Ну и снова-таки — те, кто лучше всего ориентируется в местности, знают, где расположены контейнеры, имеют огромное преимущество в сравнении с новичками.

Впрочем, конвои снабжения проходят раз в час и пополняют контейнеры. Технически ничто не мешает атаковать их и отобрать все, что они тащат, но охраняют их таким количеством бойцов Скайсити, что шансы взять добычу близки к нулю.

На этом месте Тапок лишь хмыкнул:

— Это мы еще поглядим!

Джим никак его замечание не прокомментировал и продолжил свой рассказ.

Помимо ключевых предметов есть и пропуск с арены, действующий вне зависимости от того, когда был добыт. Их выдают свободным охотникам и они есть у «лидеров». В роли лидера может быть как ветеран, так и разные твари, и у них есть свои ограничения: Лидеры не могут покидать строго определенную для них зону, так называемые логова.

Свободные охотники…ну, с ними все просто и понятно — это пришедшие развлекаться и заработать денег ребята, только вот тут они, как правило, действуют командами от двух до пяти человек, хотя есть и исключения. Тот же Желтый король — он всегда работает в одиночку.

Тут Тапок не удержался.

— Погоди, ты же его прикончил!

— Ну да. Только что ему мешает возродиться в клон-капсуле? Для граждан Скайсити сеть тут работает. Другое дело как его встретит публика. Будет из кожи вон лезть, чтобы снова заслужить популярность, так что…

О! Опять клон-тела. Тапок сделал себе зарубку в памяти: по возможности нужно найти специалиста, который взломает сеть клон-центра, и далее…

Надо бы посоветоваться с Бесом, вот только как найти пронырливого друга на немаленькой локации? А еще он наверняка в «свободных охотниках» ведь будет. Вдруг с какой-то компанией зайдет? Вряд ли он сможет уговорить их не палить по нему, Тапку. Горелому, в смысле.

— Слушай, Джим, а ты не выяснял, можем ли мы связаться с кем-то в городе?

— Вы о мистере Бесе? Так он уже ждет вас тут. Собственно, меня привезли сюда вчера, а сегодня утром он приехал сам и ждет вас, да, сэр. Похоже, вы давно знакомы?

— Что-то вроде того.

— Ну, в общем, сэр, я в курсе, что это вы постарались сделать так, чтобы меня перевели из тиро в грегарии, и я вам очень благодарен. Но не очень понимаю, зачем?

— Я тебе просто отвечу, парень. Я хочу иметь рядом тех, кто гарантированно не пальнет мне в спину. Ты это доказал. А еще я малость в долгу перед тобой за свою жизнь.

— Нет, сэр, никаких долгов! Вы могли не отдавать мне то оружие и все.

— Мог, но тогда я это сделал из-за минутного каприза, а ты спас меня осознанно, хотя мог не делать этого, так что не спорь.

— Как скажете, сэр! Мы, кстати, уже пришли. Вот этот домик наш, тут больше никто не живет. Ваша комната снизу, справа, а моя слева. Сэр Бес ждет вас в доме для встреч — это то здание в центре, которое подсвечено неоном. Только туда нельзя с оружием. Совсем.

— Я сам оружие, если что, — улыбнулся Тапок. — Ладно, пойду, обустроюсь. Встречаемся возле этого неонового дома через двадцать минут.

— Но-о-о…сэр, при всем уважении, зачем там я?

— Ты член команды, привыкай, а команда обсуждает планы сообща.

— Но сэр, Бес же свободный…

— М-м-м…как бы это тебе объяснить? «Сэр» Бес всегда свободен, но за ним должок мне, примерно такой же, как у меня тебе, так что он сейчас будет делать все, чтобы помочь мне получить свободу, а значит и тебе. Что там для этого надо? Стать ветераном и одолеть монстра в драке один на один? Пф-ф-ф…держись возле меня, парень, и мы отсюда быстро выйдем.

— Хорошо, сэр.

Приложив палец к сканеру, разблокировав двери, Тапок вошел внутрь обычного, даже стандартного помещения, которое видел сотни раз. Никаких отличий от всех виденных ранее, разве что, добираясь до своей комнаты, ему пришлось трижды прикладывать палец к сканерам — система запоминала нового хозяина, проводила авторизацию.

На столах и кровати в самой комнате было разложено все то, что было снято с его тела при захвате, и то, что было присуждено ему в качестве добычи с «отборочного тура». Тут оказалась и здорово изуродованная броня, которая спасла ему без всяких там оговорок жизнь, и вооружение убитого им Глэма. Тот, кстати, был весьма неплохо «упакован».

Высококачественная броня, класса четвертого, выполненная в виде кирасы и легких навесных элементов поверх. Помимо «ИВы» у него был еще и короткий пистолет-пулемет, не «Аспид», конечно, но весьма неплохой, второго поколения. Видать Глэм на него кучу бабла потратил, козлина — уж больно хорошая игрушка.

Но из всей этой кучи трофеев и добычи Тапка интересовало только одно: его пистолеты, и они были тут. И когда он взял их в руки, то ощутил прилив сил, к нему пришло спокойствие. До этого он словно бы конечности лишился, но теперь, взяв свое оружие в руки, вновь стал «целым».

И в тот же миг на стене зажегся ранее не замеченный Тапком небольшой экран, на котором появилось лицо того самого болтливого человека из медблока.

— Простите, что я так внезапно, мистер Горелый, но я совсем забыл вам сказать. Вы сейчас ведь пойдете на встречу со своим другом, не так ли? Вам в порядке исключения разрешено объединиться в группу со свободным гладиатором Бесом.

— Замечательно. Скажите, мистер…как вас, кстати, зовут?

— Зовите меня просто Распорядитель.

— Хорошо. Мистер Распорядитель, а что вообще вы хотите тут увидеть? Просто эффективное выживание на ваших условиях?

— Ну…скажем так, это бы меня глубоко разочаровало. Сделайте так, чтобы зрители были в восторге. Что-то действительно впечатляющее.

— Выбор того, что и как, за мной?

— Конечно. Запрещено только пытаться прорваться через Ворота, за это вас убьют. Все остальное дозволено. Дерзайте!

— Прекрасно. Ну тогда ждите шоу…

— С нетерпением, мистер Горелый, с нетерпением!

Бес развалился за столиком, рядом с ним сидел крайне довольный жизнью пес, которого безотрывно чесал Джим.

— Хо, Та…Горелый! Кстати, выглядишь намного лучше, чем на арене.

— Да. И это не очень хорошо, — буркнул Тапок. — Можешь мне купить маску? У меня как у свежеиспеченного грегария кредитов нет.

— Так загони ту кучу хлама, что у тебя осталась — вон, тут скупщик барахла сидит в соседнем бараке. У него же и купишь маску, а то я не знаю, чего тебе надо.

— О! Спасибо, — оживился Тапок, — скупщик — это интересно. Он скупает только, или что-то на продажу есть?

— Без понятия. Это «ваш» магазин. У меня свой.

— Понял…

— Я бы на твоем месте с маской не парился, — заметил Бес.

— Почему? — нахмурился Тапок.

— Так ты все равно со своими пистолетами пойдешь, а они очень уж приметные…

— Ну пистолеты пистолетами, а вот рожа…

— Ладно, тебе виднее, — кивнул Бес и заявил: — Нам бы план дальнейших действий выработать.

— Есть у меня одна идейка, как расшевелить это болото, — заявил Тапок.

— Излагай…

— Смотри, чего тут вообще не делал никто и ни разу? Я так понимаю, что монстролидеров иногда валят. Всяких «охотников» тоже, это не самое сложное дело.

— Ну, скажем так, с «лидерами» все всегда неоднозначно, — покачал головой Бес. — Никто не знает, кто ими станет в очередной игре. Может, ты или я. И вообще, кого-то из них легко загасить, а какого-нибудь экипированного по самые гланды ветерана, да еще и с командой поддержки…

— Какой командой?

— А, ты же не знаешь… — поморщился Бес. — Ветераны могут себе за местные кредиты нанимать бойцов — до пяти грегариев. У большинства такие команды на постоянной основе бегают. И, соответственно, экипировка у них не чета твоей.

— А грегариям это на кой черт?

— Помимо денег это автоматический выход с локации вместе со своим лидером, даже если никто не придет его убивать.

— Ясно. Ну, как вариант, можем такого «босса» привалить, — предложил Тапок, — но мелковато будет…

— Мелковато? — хмыкнул Бес. — И что же ты задумал, псих?

— Конвой. Я хочу грохнуть конвой. Это даст нам сразу кучу снаряги и заодно будет красивым и незабываемым шоу для всех. Плюс подсократим число бойцов местных.

— Да нет, не подсократим, — покачал головой Бес. — Они все подключены к сети и просто оживут в клонах¸но идея забавная. Как минимум принесет нам множество эмоций зрителей — такого тут действительно раньше не делали. Кстати, ты же в курсе, что заработал себе кровного врага, да?

— Я? — удивился Тапок.

— Ну не совсем ты, скорее твой юный протеже.

— Простите, сэр, я не совсем вас понимаю, — впервые с начала встречи подал голос Джим.

— Гм. Юноша, — улыбнулся Бес, — вы страшно унизили Желтого Короля. Он точно захочет поквитаться с вами. Думаю, что сегодня мы его точно встретим.

— Господи, и это все? — фыркнул Тапок.

— Зря ты так, — неодобрительно покачал головой Бес. — Он, конечно, позер, но вообще этот парень богат и знаменит. Может собрать отряд и целенаправленно устроить на нас охоту.

— Разберемся, — отмахнулся Тапок. — Бес, Распорядитель официально разрешил нам с тобой объединиться в отряд, хоть это и не по правилам.

— Еще бы! Кто ему еще устроит такое шоу? Ребятам кровь з носу надо отвлечь своих от осознания того, что их неприступную станцию атаковала и едва не взорвала кучка варваров, — рассмеялся Бес.

— Слушай, Бес, почему ты так спокойно говоришь? Тут же все должно прослушиваться? — нахмурился Тапок.

— Ну, во-первых, нет. Это было бы крайне неприятно для тех граждан, чьи делишки с грегариями и договорняки не должны становиться достоянием общественности. А во-вторых, — Бес показал Тапку на ошейник Геральта, на котором горело зеленым несколько почти незаметных диодов, — нас точно никто не слышит, так что давай, рассказывай детали своего плана. Ты же точно его уже продумал в деталях…

Глава 11

— … и наша игра начинается! Первые ключевые предметы будут названы через полчаса. А пока сражайтесь или умрите красиво! — напутствовал группу Тапка голос из репродуктора на стене.

Тапка он раздражал до безобразия, но сделать с ним ничего нельзя было — репродуктор был умело защищен. Видимо, вандалы вроде Тапка были частым явлением, однако, судя по многочисленным пулевым отметинам вокруг репродуктора, защита не слишком останавливала некоторых из них. Ну а что, люди так злость сбивали — комментаторы матчей действительно раздражали до невозможности.

Тапок попытался расслабиться и еще раз прокрутил в голове карту местности, которую он заучил, и на которой предстояло сражаться.

Сейчас они были около третьих ворот, и это было просто великолепно: отсюда, если рвануть налево, можно было проскочить в «лесополосу» и занять раньше других господствующую высоту под остатками ЛЭП. А можно было наоборот, уйти направо, в лабиринт железнодорожных путей, и выйти к мосту и двум крупным ангарам, недостроенному зданию то ли общаги, то ли бараков для рабочих и разбросанным вокруг них лабиринтам бытовок и навесов, сопровождающих любую большую стройку. Брошенная техника, стройматериалы грудами. В общем, райское место для засад и перестрелок.

Можно было бы, конечно, поступить совсем странно и двинуть просто по прямой, вдоль бетонного забора. Правда, в таком случае справа будет сначала одно двухэтажное промышленное здание, а через сотню-другую метров другое. А сами они, перебегая между строениями, будут представлять из себя идеальные мишени — на светлом фоне, без шансов укрыться, разве что спрятаться за выходящими на поверхность трубами, сжаться там в комок и сидеть.

Так себе идея, короче говоря.

Впрочем, Тапок точно знал, что его интересует и как туда нужно добираться.

За лесом, там, где располагался комплекс из двух пятиэтажек, прямо посредине было одно из тех мест, которые обычно в первую очередь посещает конвой, а значит, именно там конвой должен на территорию комплекса входить, и не через ворота. Конвой всегда появлялся внезапно, и как раз на лесном участке. Значит, в том районе его и нужно подловить.

Никто не обращал на это внимания, а вот Тапок, просматривая записи сражений на этой локации, заметил.

Однако не все было так гладко, как Тапку бы хотелось. В частности, именно в этом районе располагалась одна из зон контроля «лидеров» — «Энергостанция». Понятное дело, что энергии там давно не было, но осталась вся инфраструктура, а также основное здание. Двухэтажное модульное строение, если точнее.

Из ветеранов, которые попадали в лидеры, это место особо любил боец по прозвищу Хряк. Парень является большим фанатом тяжелого оружия, и бригаду «телохранителей» держал под стать себе. С пулеметами, все в тяжелых или очень тяжелых бронекостюмах. И, кажется, Тапок раскусил, зачем именно эти ребята все время находились там. Если допустить, что именно в том месте и располагается проход из Скайсити на арену для конвоя, все становилось на свои места.

Лезть на электростанцию просто так гладиаторы не станут, а если попытаются — им придется столкнуться с Хряком и его бригадой. Опять же, и любовь Хряка к этому месту становилась понятна — с одной стороны он был фактически прикрыт охраной арены, и от конвоя ему всегда первому доставались всякие «плюшки».

Сигнал к началу боя прозвучал, и Тапок махнул рукой налево, первым устремился в пролом. За ним нырнул Бес и Джим в уже подогнанной под него и перекрашенной в нормальные защитные цвета броне, ранее принадлежавшей Желтому королю.

Крупнокалиберный дробовик он, кстати, отдал Тапку, получив взамен «Аспида» и «ИВу». Все остальное «хламье», по выражению Тапка, отправилось к скупщику. Вместо двух комплектов брони, револьвера, сломанного «Аспида» и кучи всяческой мелочевки он получил полноценную разведброню и приличное количество боеприпасов как к своим пистолетам, так и к этому самому крупнокалиберному дробовику.

Оказавшись уже на локации, прямо на бегу Тапок не удержался и в очередной раз повел плечами под броней, привыкая к ее тяжести. Вес ее несколько сковывал движения, но не настолько, чтобы это всерьез влияло на возможности Тапка вести бой. Скорее было просто непривычно.

Сразу же за проломом находилось несколько ржавых контейнеров, составленных в две колонны по три в каждой. При этом самый верхний из левой колонны сполз в сторону, превращая конструкцию в эдакий стилизованный вариант руны Хагал.

Для Тапка это был хороший знак, и он мысленно первый раз за время на Пекле помянул своих богов, попросив у них воинской удачи для себя и своих спутников.

Они все трое, крадучись, прошли под «аркой» и, быстрым шагом проскочив остатки дасафальтового дорожного полотна, растрескавшегося и поросшего жесткой, выгоревшей под солнцами Пекла травой, быстро углубились в то, что когда-то было, наверное, густым лесом, однако на этой планете быстро пожухло и высохло.

Распорядители арен старались сохранить растительность, поэтому часть кустарников все еще была покрыта хоть и желтоватой, но все же живой листвой. Вот только крупные деревья не выдерживали жары и того постоянного мощного потока ультрафиолета, что обрушивали на них небеса, и в большинстве своем просто стояли мертвыми, с облетевшей листвой. Впрочем, даже их трупы спасали более низкие деревья от солнечных лучей, давая призрачный шанс на выживание.

Передвигаться по этому псевдолесу было невероятно сложно. Все опавшие ветви и листья на жаре высохли, издавали страшный хруст и шорох, стоило их зацепить. И если тот же Бес двигался бесшумно чисто по привычке, то способностей Тапка и тем более Джима для подобного не хватало: они умудрялись создавать столько шума, будто по лесу «крадется» стадо кабанов.

Бес укоризненно поглядывал на них, потом просто плюнул и учесал вперед метров на двести, выполняя роль головного дозора.

И не напрасно.

Практически на встречном курсе к группе Тапка двигались какие-то бойцы, и вот они страшно не нравились Бесу. Уж больно хорошо была экипирована группа — все с серьезными стволами, отнюдь не гражданского класса, причем у двоих, судя по всему, были энерговинтовки повышенной дальности, а это уже армейский стандарт. Еще один щеголял легким пулеметом, остальная троица была со штурмовыми винтовками. Похоже, командиром был парень с пулеметом. А еще он регулярно сверялся со своим планшетником и корректировал направление, причем вел он бойцов точно на Тапка.

В принципе, можно было бы подождать остальных, но Бесу чертовски надоело быть все время на прикрытии и вторых ролях во всем, что касалось боя. А эти…нет, они были хорошо экипированными по стандартам что Пекла, что даже вполне цивилизованных планет (если таковыми можно назвать планеты, где орудуют отряды наемников).

Но Бес таких жрал на завтрак. Да и вообще, Не один Тапок тут умеет врагов пачками истреблять.

Бесу требовалась разрядка, нужно было скинуть напряжение последних дней и просто оторваться, поработать так, как он любил и умел — сольно и аккуратно против превосходящих сил противника.

Группа довольно грамотно двигалась, запустив впереди пару штурмовиков, как окрестил их для себя Бес, но они мало интересовали его. В таком лесу да без спецприборов фига с два они в него попадут или хотя бы заметят первыми. Но все же стоит убрать парней с энерговинтовками, потом уже остальных, а то начнут палить направо и налево, могут и попасть по закону подлости…

А вот пулеметчика неплохо бы допросить. Но если сейчас начнется стрельба, то вряд ли Бес сможет это сделать. Значит, придется работать «исподтишка».

Первый «марксмен» даже не успел понять, что с ним произошло. Просто неизвестно откуда в его глаз ударила дозвуковая пуля, разворотив половину черепной коробки и заодно прострелив заднюю стенку его шлема. А нечего с открытым забралом лазать! Есть забрало — пользуйся им.

Естественно потерю заметили остальные.

Группа немедленно залегла, ощетинившись стволами во все стороны. Головной дозор немедленно ломанулся сквозь кусты, пытаясь привлечь к себе внимание и либо обнаружить противника, либо заставить его выдать себя и свое местоположение.

Но Бес был не лыком шит и, конечно же, просто их проигнорировал. Даже если кабанчики сейчас добегут до Тапка, их там есть кому встретить и чем. Уж Тапок с его звериным чутьем и слухом должен был «учуять» начавшееся сражение, подготовиться.

Сам же Бес, лежа в небольшой канавке и положив глушитель своего любимого пистолета на каменную «ступеньку», торчащую из земли, пытался незаметно достать еще одного стрелка. К сожалению, тот спрятался, и наружу торчала только пятка и верхний край каски, все остальное тело он спрятал в ржавой здоровенной трубе с эмблемой «РоботЭкс».

Бес взял прицел чуть ниже края шлема противника, трижды нажал на спуск, после чего мигом убрал пистолет и застыл, пытаясь увидеть результат своей стрельбы.

Ответного огня не было, но все же он медленно и аккуратно прополз на несколько метров дальше, где заранее приметил точку между камнями, через которую крайне аккуратно выглянул.

Он не промазал. Тело второго стрелка в неестественной позе замерло на том же месте, где и было, а край трубы окрасился алым. Автоматчика и командира группы с этой позиции видно не было, но Бесу и не нужно было их искать.

Он вынул из подсумка на поясе небольшую гранату размером с грецкий орех, трижды быстро сжал ее пальцами, активируя и выставляя таймер, и без замаха швырнул ее за ту самую трубу.

— Граната!!! — на два голоса раздался чей-то крик.

Но ори не ори, а от светошумовой «Хиро» убежать невозможно.

Тут спасет или хороший имплант, способный проанализировать «подлетающий» объект, опознать его и временно погасить хозяину все органы чувств, или же полностью закрытый шлем брони пятого-шестого класса.

На противниках такой брони не было, как не было у них и запрещенных к продаже гражданским военных имплантов с ИИ, так что они огребли по полной.

По большому счету можно было бросить и боевую гранату, но Бес ведь хотел взять старшего группы живым.

Хлопок и яркая вспышка шибанула Бесу по ушам и глазам, даже когда он залег в укрытие. Вслед за хлопком гранаты он услышал отборнейший мат. Сейчас скрываться было глупо, нужно было пользоваться моментом — он поднялся из своего укрытия и на полусогнутых, быстрыми, стелющимися шагами прошел вперед.

О! А вот и клиенты!

Оба — и автоматчик, и командир, катались по земле, держась руками за лица. Бес вскинул пистолет и быстро сделал четыре выстрела. Два в корпус и в голову бойца с автоматом, еще два по локтям командира отряда. Промазать с такого расстояния было невозможно, так что все пули легли ровно туда, куда Бес и планировал.

Бес хотел сказать что-то пафосное, как-то подчеркнуть свою победу, но тут в его шлем ударила пуля. Вернее пули прошлись по нему — ударили в кирасу, шлем, взрыли почву вокруг. Как только по конечностям не получил?

Впрочем, и так хватило — от удара в шлем в голове загудело, перед глазами все поплыло.

Бес смухлевал, прикинулся, будто убит, картинно рухнув вниз, не забыв подправить направление падения так, чтобы скатиться в свою канавку и скрыться от взглядов противников.

Вот ведь дурак — сам же и лоханулся, тупо подставился. А все почему? Потому что решил, будто те двое ушли далеко вперед или даже на Тапка и Джима напоролись.

Ошибка могла бы быть фатальной, но броня спасла Беса, впрочем, несколько обширных синяков он себе все же заработал. А еще, судя по ощущениям, еще и трещину в ребре.

Морщась, не поднимаясь из канавы, он аккуратно достал из набедренного кармана тонкий шприц-инъектор и прямо сквозь одежду ввел себе содержимое.

В одноразовом тюбике содержалась ударная доза программируемых нанитов, способных в течении пары десятков минут затянуть любые не тяжелые раны и травмы. Жаль, что применять такое хорошее средство пришлось практически в начале, но бегать следующие несколько часов с трещиной в ребрах тоже не годилось, он слишком сильно потерял бы в эффективности.

Тем временем на склоне раздались крадущиеся шаги. Их здорово заглушали стоны и стенания раненого командира отряда, но Бес все же вычислил, что идут двое.

Идиоты. Если бы один пошел, а второй прикрывал, то у них был бы шанс прибить Беса, а так…

Он подождал, пока шаги не приблизятся метров на десять-пятнадцать, и прямо из положения лежа выпустил пяток пуль, целясь на звук. Один из противников вскрикнул и бросился в сторону, второй тяжело завалился на землю.

И тут со склона за спиной врагов дважды ударили выстрелы. Бес тут же узнал их — так стреляли пистолеты Тапка.

Удирающий противник смог отбежать на несколько десятков метров, но тут ему будто в спину что-то ударило — он споткнулся, кубарем полетел по земле, ну а из раны хлынула кровь, причем поток ее был столь обилен, что мог бы посоперничать с прорывом водопроводной трубы.

Похоже, Тапок прикупил себе каких-то очередных спецбоеприпасов и переадаптировал под них пистолеты, иначе объяснить такое было нельзя.

— Все, Бесяра, можешь подниматься, — послышался голос Тапка. — Я добил последнего.

— Ну, положим, я бы и без тебя обошелся, — проворчал Бес, — но спасибо.

— Так понимаю, что тот недобиток, — Тапок ткнул стволом в сторону, откуда доносились стоны, — оставлен специально?

— Ага, — кивнул Бес. — Мне очень интересно, как он на нас вышел и на ком из нас маячок.

— Маячок?

— Угу. Они шли, сверяясь с местоположением. Тот тип, — Бес кивнул на стонущего, — постоянно глядел на приватник. Уверен, на ком-то из нас маячок, и точно не на мне — меня они не смогли засечь.

— Хм… — нахмурился Тапок, — ладно, побеседуй с болезным, а я пока осмотрю «крестничков», авось с них чего дельного добудем.

— Винтовки забери главное…

Тапок лишь согласно кивнул, и пошел проверять тела, позвав за собой и Джима. Бес же быстрыми шагами спустился к лежащему в луже крови командиру отряда.

— Эй, — он несильно пнул того по искалеченному локтю, вызвав очередной вскрик боли и град ругательств. — Хочу задать тебе пару вопросов, и тебе лучше на них ответить быстро!

— Да пошел ты, козел! Все равно вам не жить! Вы не выйдете с Арены живыми. Вас заказали, уроды! — фонтанируя слюнями, заорал раненый.

— Ну, положим, я то выйду, — усмехнулся Бес, — но это уже не твоя проблема. О себе думай.

— Думаю, — нагло рассмеялся пленник, — а ты, раз такой умный, попробуй, выйди. Вот прямо сейчас! Тебе заблокировали капсулу, урод, так что готовься сдохнуть! Ха-ха-а-а-а!

Раненый зашелся в смехе, ну а Бес молча достал из кобуры на боку парня пистолет и, не целясь, пальнул ему в подъем стопы.

Вопль боли было слышно, наверное, метров на сто.

— Успокоился? — поинтересовался у пленника Бес, когда тот наконец-то перестал вопить. — Учти, пулю в куда более интересное место ты не получил сейчас только потому, что сказал кое-что интересное. Если ответишь на мои вопросы — просто пущу пулю в голову и очнешься ты в новом клон-теле. Не скажешь — я наложу на тебя жгуты и буду медленно тебя резать. Тебе будет очень больно, — Бес даже кровожадно усмехнулся одной из своих заранее отработанных улыбок, которые безукоризненно действовали на «клиентов», — поверь мне, ты запомнишь все, что я сделаю, и никогда не забудешь…

— Пошел ты!

А парень и впрямь был крепкий. Раскололся он только тогда, когда Бес раскалил кончик ножа на зажигалке и поднес к зрачку пленника. Вот тут-то он и поплыл.

— Черт, черт, черт! Ладно! Хватит! Все-все… Вас заказал Желтый! Он забашлял кучу бабла всем, кто согласился на этот заказ. Он купил всю техническую команду этой игры. Мониторинг Горелого идет постоянно. У меня просто приемник.

— Где маячок? — спросил Бес.

— Это не маячок. Это чип, который вшивают всем грегариям. Не знаю, как Желтый получил доступ к метрике, но…

— Вот ведь урод! — вздохнул Бес.

— А твоя капсула отсоединена от сети, — заявил парень.

— Вот уроды! — поразился Бес. — Вот так, значит, Желтый решил играть?

— Ну, это все, что ты хотел? — спросил пленник. — Делай, что обещал!

Бес не стал издеваться и, как и было договорено, прострелил парню голову, после чего бросил на грудь покойного пистолет, развернулся и пошел прочь.

По пути он крепко-накрепко задумался. Технически можно было бы заглушить маяк Тапка, но тогда, скорее всего, будет отдан приказ на ликвидацию. Тапка посчитают беглецом.

Оставить все как есть — Тапок станет передвижной мишенью, и черт его знает, сколько еще «команд» охотятся на него.

И что делать?

Пытаясь найти выход из ситуации, Бес вернулся к своим.

Тапок, еще не подозревающий ни о чем, увлеченно раскладывал груду трофейного снаряжения. Бес притащил с собой легкий пулемет, пару коробов к нему, ну а у Тапка были две винтовки «Мк-117», энергетическое оружие повышенной дальности. Очень неплохая игрушка, если бы не ее масса, но все же Бес на покупку такой раскошелиться тупо не мог, она стоила бешеных денег.

Однако тут за нее платить и не надо было, так что он просто прихватил одну и набил подсумки аккумуляторами-магазинами. Пулемет немедленно перекочевал в руки Джима, а Тапок, верный своей привычке к короткоствольному оружию, забрал себе суперсовременный и навороченный то ли малокалиберный автомат, то ли пистолет-пулемет с глушителем, оказавшийся у того автоматчика, что был с командиром. Жаль, но боеприпасов к оружию было не так чтобы много — ребята не собирались воевать на арене, они шли убивать Тапка и компанию, после чего явно намеревались убраться.

— Слушай, Тапок, тут такое дело, — заявил Бес, — короче, Желтый Король тебя «заказал». Эти все, — Тапок кивнул на трупы, — только одна из команд, которых отправили тебя убить.

— Даже так? — Тапок удивленно поднял бровь, а потом усмехнулся. — Ну, что же, значит, мы устроим отличное шоу, как и хотел распорядитель. Не так ли?

Глава 12

Позиция, занятая их группой, была во многом неудобной. Но именно за это Тапок ее и выбрал при планировании операции.

С нее Плохо просматривалось все, кроме одного объекта — торцевой стены с двумя панорамными окнами той самой энергостанции. Все остальное, что можно было бы увидеть — или скрывалось за забором, или же было перекрыто густыми зарослями мертвых кустов.

Но в этом же крылось и преимущество. Сюда вряд ли случайно забредет одиночка или группа григариев. И сюда почти наверняка никто не смотрит с самой энергостанции, так как просто незачем.

При этом отсюда опытный снайпер, вроде Беса, может легко снять человека, сам оставаясь для него невидимым.

Кстати, парни внутри здания были беспечны прямо таки до безобразия. Похоже, никто не хотел связываться с бригадой Хряка уже давненько, и они здорово расслабились, попросту не ожидая «гостей». Что ж, это частая ошибка людей, начавших считать себя самыми крутыми и неуязвимыми. И сейчас эта ошибка будет стоить им всем жизни.

Тапок сделал знак Бесу, мол — жди, готовься. Тот молча кивнул, и залег под прикрытием древесного ствола, практически невидимый и неслышимый. Его броня была покрыта специальным программируемым слоем–хамелеоном, и сейчас очень быстро приобрела рисунок окружающего пространства — окрасивлась в цвета, чуть ли не слившись со стволом.

В прицел, встроенный в верхнюю рукоятку МК117, Бе четко видел за окнами Энергостанции четверых бойцов. Ни один из них не подходил под описание командира группы, но это не имело значения. Когда начнется заваруха, он успеет убить минимум двоих. А если сначала пальнуть в дурня, расстегнувшего броню, то и троих. Но пока спешить не стоило и он ждал. А чтобы занять себя, попробовал выйти в локальную сеть скайсити. Сделать ставку, посмотреть, что вообще происходит на арене.

Вот только вместо развернувшегося информационнного окна перед глазами, он увидел надпись — «Сбой сети». А ведь буквально недавно сеть была исправна, он специально проверял после перестрелки. Похоже, что их действия не прошли незамеченными, и Желтый в курсе, что они знают о нем и его «планах».

Похоже, подкупленная им смена ИТишников просто отключила Беса от сети. Причем топорно, просто в лоб.

Понятное дело, если он не выживет — то и взятки гладки. Их не поймают. Да и, с большей вероятностью, Итишники пошли на эту сделку как раз потому, что были уверены на 99% в том, что Бес не выживет.

Но если Бес с арены все же выйдет — то всех этих ребят ждет увольнение, с конфискацией имущества в пользу пострадавшего. Или чего похуже. Конечно, вряд ли случившееся станет достоянием общественности. Распорядитель как раз наоборот, всю эту историю постарается замять.

Но это все не важно. Главное — противники команды тапка уверены, что Бес, сам Тапок и вместе с ними джимми — не выживут. Ну–ну…

Интересно, что будет, когда Тапок с присущей ему кровожадностью просто прикончит всех охотников? Желтый придет сам? Или найдет еще кого–то, кто сделает всю грязную работу? Но кого? Кто тут на Пекле способен хотя бы в теории потягаться с Тапком один на один?

Тем временем Тапок, крадучись, спустился с холма. Энергостанция в прошлом была обнесена крепкой бетонной стеной, но сейчас часть этой стены просто обрушилась, а часть наклонилась. Так что проникнуть на территорию никаких особых сложностей не представляло.

Но было и одно «но». Первый этаж здания представлял собой эдакий паралелелепипед, метров пятнадцати в длину, застекленный по периметру. Видимо, это была административная часть или нечто вроде.

Ну а внутри– сидели злые–злые ребята с пулеметами, способные за секунды превратить в кровавый фарш любого имевшего неосторожность подойти в радиус поражения их «машинок». Ну, если, они, конечно, его заметят — стена то стеклянная, да только все грязное до невозможности — ребятки тут сидевшие, поленились обеспечить себе нормальный обзор. Хотя, протри они окна, их тоже будет отлично видно…

Как бы там не было, а Тапка они не заметили ровно до момента, когда он возник уже в дверях. А попал он туда очень просто — упал на живот, едва преодолев стену и, извиваясь как змея Хе, обполз все здание, добравшись до входа.

Джим же сидел на назначенной Тапком точке, готовый если что — в любую секунду открыть огонь. А если начнут осбстреливать его — Джим попросту упал бы в яму под корнями завалившегося дерева.

И как бы там не произошло — главной его целью было отвлечь противника от Тапка, давая тому возможность занять удобную позицию уже внутри здания. Но вмешательство Джимма не потребовалось.

Фигура в разведброне выросла в дверях так, как будто ее туда телепортировали. Еще секунду назад никого не было, не было слышно звуков шагов, никто не заметил ничего подозрительного. И вот уже мужик с двумя гранатами в руках стоит в дверях.

Из всех присутствующих Кабана отреагировал правильно только сам Кабан. Он не стал тратить времени на перестрелку, а просто метнулся со скоростью, которую вряд ли можно было ожидать от массивной и пузатой туши лысого мужика, прочь.

Плечом выбил створки двери, за которыми оказался пандус, ведущий вниз, прямо к дороге и прямо по этому пандусу и скатился, исчезнув из поля зрения Тапка.

Тапок же, крест накрест защелкнувший между собой «чеки» обеих гранат, просто дернул руками в разные стороны, одним движением и вырвав их, и метнув обе рубчатые тушки в помещение, тут же укрывшись за стеной.

В помещении раздались вопли и топот ног, и в дверной проем попыталось вылететь сразу двое парней. Но столкнулись в проеме плечами своих бронекомплектов, и застряли. А потом за их спинами жахнуло дважды, с интервалом в несколько миллисекунд. По всему помещению защелкали и завизжали рикошеты. А через секунду раздались и крики боли.

Бес услышал хлопок запалов гранат, и, не медля, нажал спуск. Яркий луч вонзился точно между раскрытых боковых частей бронекирасы дураку, которому было слишком жарко и он «расстегнулся».

Попадание выбило небольшое облачко кровавого пара, прошило грудную клетку насквозь. Но отметил это Бес только краем глаза, после выстрела он тут же перевел прицел на следующего, но пришлось выстрелить в него дважды, первый заряд бессильно рассеялся броней. Третья цель выскочила было из зоны поражения, и тут грохнул взрыв, забросивший убегавшего григария обратно изломанной куклой.

Двое в дверном проеме вряд ли успели понять, откуда пришла их смерть — они ошалело ломились прочь, не разбирая дороги.

Два выстрела с правой и левой руки Тапка слились в один, и пули прошили головы незадачливых гладиаторов, слишком уверовавших в собственную крутость и непобедимость.

Тапок перешагнул их тела, и быстрыми шагами, высоко задирая мыски своих ботинок, двинулся внутрь помещения, перемещаясь по часовой стрелке вдоль его левой стены. В дыму и пыли, поднятых двумя взрывами, он заметил какую–то тень, и он пальнул в ту сторону. Тень рухнула, получив пулю в грудь, затем Зашевелилась, пытаясь встать с пола, и получила еще две. Застонав, человек попытался снова приподняться на локте, и получил четвертую, и последнюю пулю, которая пробила забрало шлема, череп и застряла глубоко в голове бедолаги.

Из помещения, в котором все еще стоял пыльный туман, ударила длинная, патронов на пятьдесят, очередь красных трассеров, пробивая насквозь стену за спиной у Тапка. Сам он, ведомый звериным инстинктом, за мгновение до успел упасть на пол, пропуская над собой всю очередь.

Но отвечать противнику не стал, чтобы не выдать свое местоположение.

Вместо этого он перекатился под прикрытие упавшего от взрыва здоровенного железного ящика, когда –то бывшего распределительным щитом. Ненадежная защита, но зато не даст в него прицелится и какое–то время он будет «невидим» для врага.

Хряк, а пулеметчиком был именно он, дал еще пару неприцельных очередей и тоже затих. Явно пытаясь высмотреть противника. Однако отчаявшись в попытках и осознав свое незавидное положение решил побеседовать.

— Эй, ты. Ты на кой черт сюда пришел, а? — крикнул он, — Слышь меня?

Тапок просто промолчал. Беседу с заранее приговоренным противником он считал глупостью.

— Слышишь, парень? А я догадываюсь, кто ты. Ты тот самый выскочка. Горелый, да? Сто пудов ты, — на несколько секунд Хряк замолчал, толи собираясь с мыслями, толи прислушиваясь, пытаясь понять, где прячется Тапок, — Парень, а ты в курсе, что тебя приговорили уже? Ты не станешь ветераном, тебе прикончат раньше.

Тапок внимательно слушал, и не напрасно. Прикрываясь нарочито–громкими фразами, Хряк медленно и осторожно перемещался ближе к заднему выходу из здания.

— А еще знаешь что? Знаешь? — крикнул он, — слышишь меня, Горелый? А еще — тебе тут оставаться нельзя. В этом месте нельзя сидеть долго, это табу. Понял, да?

И Тапок услышал, как он сделал еще пару шагов, чуть скрипнуло под его ботинком разбитое стекло.

Вот теперь пора — решил Тапок.

Противник слишком далеко отошел от укрытия, а еще пара шагов, и он уйдет.

Тапок напружинил ноги и в мощном рывке сиганул из–за укрытия, распластался в воздухе и принялся жать на спусковые крючки.

Пули полетели вперед, точно к цели, но… тут Тапка ждал крайне неприятный сюрприз.

Несмотря на кажущуюся неповоротливость, Хряк был очень быстр. Первый выстрел застал его врасплох, но несмотря на это, он все же успел отреагировать и уйти в сторону, так что его лишь вскользь ударило по нагрудной пластине какого–то облегченного варианта «джагернаута». Пуля сорвала краску и оставила глубокий росчерк, но остальные выстрелы вовсе ушли в стену и дверь. Ответная очередь из пулемета ударила в направлении Тапка, дважды Хряку даже удалось по касательной зацепить стремительно двигающуюся фигуру.

Вот только Тапок тоже понимал, что стоять на месте ему нельзя. Обе только что полученные раны были несерьезными, так, царапины.

Так что он просто воспользовался преимуществом скорости и, «качая маятник» из стороны в сторону, не давая по себе снова попасть, бросился вперед, к Хряку.

Тот не ожидал от противника подобной прыти, более того, явно расчитывал, что Тапок попытается скрыться, спрятаться, а потому замешкался, продолжал палить по движущейся фигуре, вместо того, чтобы попытаться сбежать или же занять укрытие.

И в итоге через секунду уже хрипел, получив две пули чуть выше ключиц, там, где сплошной металл экзоскелета сменялся армированным волокном горжета.

Хряк был очень крепок. Даже получив две смертельные, раны, он еще несколько секунд продолжал бой.

Тапок, не ожидавший, что противник еще может что–то предпринять, подошел довольно близко, планируя устроить показательную казнь, на потеху публики, как и обещал распорядителю, но получил Тяжелым прикладом в ребра. Удар смял к чертям нагрудную пластину брони, а у Тапка на мгновение перехватило дыхание и тут же усиленная миомерной мускулатурой кисть сомкнулась у него на горле, пытаясь придушить.

Тапок ухватился за кисть, принялся ее отрывать от себя. Усиленные механикой мышцы Хряка вступили в противостояние с военными имплантами Тапка. И проиграли.

Тапок оторвал от своего горла руку врага. Легко заблокировал вялую уже попытку нанести удар ногой. И просто выстрелил из пистолета в левой руке трижды, запихнув его ствол в область между напашником и корпусом Хряка.

На третьей пуле тот обмяк, а из под брони хлынула кровь, заливая Тапка. Тот отскочил, и тут же скривился от боли. Если бы не разведброня — то никакие усиления не спасли бы его сейчас от внутренних травм. А так — просто было больно, ну и броня кажется свое отслужила…

Тапок, кряхтя, вынул переднюю пластину брони из креплений. Да уж, он не ошибся — броня точно свое отслужила. Помимо вмятины, пластина треснула в нескольких местах. Тапок отшвырнул бесполезную железку в угол, и снова потер грудь. Боль стремительно ослабевала, регенеративные функции уже заработали на полную. Но из–за этого кости чесались изнутри, по другому и не скажешь, что доставляло ему очень сильный дискомфорт и здорово отвлекало.

— Все ребята, готово, — заявил Тапок в рацию, — Бес! Проверь все и на тебе контроль!

— Я сделаю! — заявил Джим.

Он зашел в здание через заднюю дверь. Деловито прошелся по помещению, собирая в кучу все полезное, и попутно, как само собой разумеющееся, провел «контроль» всех тел, выпустив им в головы по пуле. Тапок совсем другим взглядом посмотрел на своего спутника.

— Слушай. Парень. А кем ты был раньше, ну, до Пекла?

— Ну, вообще у меня трактир. Но я успел здорово попутешествовать, и даже разок повоевать.

— С кем?

— С пиратами.

— С пиратами?

— Ну…пираты…такие ребята, грабят торговые корабли, все вот это…

— Я знаю кто это. Где ты на них нарваться умудрился?

— Ну, нам не повезло, и наш корабль взяли на абордаж. Мы сбежали на спасботе, и захватили почти не охраняемую станцию этих недоносков в соседней системе. Они обозлились, так как все их припасы оказались у нас. И пошли на штурм. Изначально нас было четверо против девятнадцати. К исходу первых суток– четверо против девяти. Потом мой друг, доктор, просто ночью перерезал большую часть оставшихся, а я в одиночку захватил их корабль, и мы сбежали…

— Слушай, когда нибудь я хочу услышать эту историю с самого начала, — хмыкнул Тапок, — и во всех подробностях.

Бес, уже успевший проверить второй этаж, спустился, вмешался в разговор, со сварливыми нотками заявив:

— Хватит любезничать, девочки. У нас, если я не ошибаюсь — не больше пятнадцати минут до появления тут конвоя. И помним, что помимо конвоя, к нам в любой момент могут пожаловать еще гости. Я прям пятой точкой чую что они уже идут сюда. Меня, кстати, полностью отрубили от сети.

— Так вон, возьми приватник у Хряка — ему точно без надобности — предложил тапок. Он знал, что взломать такой микрокомп для беса вообще не проблема.

— А это мысль, — заявил тот.

Бес пару минут поковырялся в девайсе, без зазрения совести используя свои импланты.

— Есть! Готово! — торжественно заявил он, внимательно читая текст на экране, — ого! Слушай, Тапок. А мы прям звезды. — С этими словами он развернул приватник к Тапку и показал на экране вкладку «Самый зрелищный момент убийства матча» — Тапок бежит, из–за скорости смазываясь так, что его фигуру даже не разобрать, а затем убивает Хряка. Причем именно убийство было показано в замедленном режиме, чуть ли не по кадрам.

— Черт, то есть конвой знает о засаде теперь? — проворчал Тапок.

— Не–а…они же откуда то из коммуникационного тоннеля выходят. И, думаю, что за событиями на арене они в этот момент не следят. Но надо поторопится. Давай, переодевайся уже в Хряка.

Глава 13

План Тапка по перехвату конвоя был довольно прост. Раз Хряк так спокойно сидел на точке — значит, у него есть некий негласный договор, подразумевающий отсутствие взаимной агрессии с охраной конвоя.

Как вариант — группа Хряка прикрывает конвой или даже держит тыл, ну а те в свою очередь могут группе Хряка подкинуть какие-то плюшки и бонусы.

Еще вариант — по мере движения конвоя сливать Хряку данные о происходящем вокруг. Например, если заметят некий отряд, двигающийся к берлоге Хряка, предупредить его о приближении противника.

Собственно, не в деталях договоренностей дело, а в самом их наличии.

А раз так, то никто не ожидает от Хряка и его людей внезапной атаки, и именно этим Тапок планировал воспользоваться — ударить по конвою, используя пулеметы группы Хряка, а также сам фактор неожиданности. Только благодаря этому можно скосить как минимум половину охранников, а то и больше, и потом добить оставшихся.

Если все пройдет гладко — конвой не то что не поймет, от кого огребли, а будет уверен, что все это натворил Хряк. Это Тапка всецело устраивало.

Ну а когда все будет закончено, можно заняться тем, ради чего все и затевается — захват добычи и благополучный отход.

Правда, в свете того, что за ними идет постоянная охота, план с отходом, возможно, придется пересмотреть. Ну, чтобы он действительно был «благополучным». Не хватало еще, чтобы после атаки на конвой к ним сбежалась толпа со всей арены.

И самым простым способом «благополучно» уйти было воспользоваться теми самыми картами «выхода», которые были у «лидеров». Одну карту постоянного выхода взял с тела Хряка Тапок, вот только отдал ее Джиму, а на слова «спасибо сэр, но как же вы?» просто отмахнулся.

Это первая. Но нужна еще одна, и не факт, что у конвоя она есть. Есть шанс, что у них имеется спецключ какой-нибудь, с помощью которого, например, можно открыть выход в коллекторе. Короче говоря, попробуй еще выход с арены найди, где этим ключом можно воспользоваться.

Пока Тапок размышлял над будущими планами, Джимми огляделся и задал вопрос, над которым размышлял ранее и сам Тапок.

— Сэр, а позвольте спросить, что вы собираетесь сделать со всеми этими припасами? Нам втроём не унести даже половины.

— А мы это все подарим, — усмехнулся Тапок, — или лучше взорвем!

— Но сэ-э-эр, это же громадные деньги! — возмутился Джимми.

— Плевать! Угадай, чего не будет на арене ни у кого, кроме нас?

— Чего же, сэр?

— Полного боезапаса. В локальных стычках сейчас все гладиаторы растратят патроны, рассчитывая поживиться в ящиках с боеприпасами, которые должен пополнить конвой. Вот только шиш им с маслом, а не припасы — никто ничего не доставит. И тогда сначала они передерутся между собой за остатки, а те, кто посмекалистей, начнут искать варианты, где раздобыть все необходимое, и рано или поздно доберутся сюда, поймут, что мы переколошматили конвой, а все «плюшки» находятся у нас. Они заявятся сюда, как пить дать!

— И мы их будем убивать?

— Хех! Не-а. Нас с Бесом вообще тут не будет.

— А я?

— А вот ты как раз будешь, — усмехнулся Тапок, — но в экзосклете, с пулеметами и достаточно далеко, чтобы добраться до тебя было попросту невозможно. И как раз ты объяснишь гладиаторам, что сегодня сражения не будет. Все ключевые предметы тут, и можно просто спокойно выйти, не проливая кровь друг друга.

— Но что если они наплюют на все, что я скажу?

— Если они решат на свой страх и риск продолжить кровавую баню, то я буду вынужден просто взорвать все это добро вместе со всеми дураками, которые в него полезут. Но это в самом крайнем случае. Уверен — всем хватит мозгов просто выйти. Ну а если нет, что ж…

— Я понял, сэр. Кстати, вы заговорили почти как мой друг, доктор.

— Ну…так тоже бывает.

— А можно еще вопрос, сэр?

— Да.

— Почему вы хотите дать им уйти? Зачем рисковать? Проще собрать всех и, как вы сказали, взорвать все к чертям. Чего с ними говорить?

— Чтобы на территории всей арены кроме нас, боссов и нанятых Желтым убийц никто не бегал и не мешал. Вот тогда то мы и устроим шоу… Развлечем зрителей на полную катушку. Ведь этого от нас ждут?

— Понял вас, сэр.

— Но чтобы все это вот получилось — сначала нам надо выбить конвой, а ты вместо подготовки болтаешь со мной и тратишь наше время, — заметил Тапок.

— Ой, простите, сэр! Я исправлюсь.

Пока Тапок и Джим заканчивали подготовку, Бес обошел все здание по кругу, устанавливая взрывные сюрпризы в тех местах, которые казались ему самыми вероятными как для атаки со стороны врага, так и в качестве путей для их, врагов, отступления.

Впрочем, мин у него имелось не так чтобы много, так что занял весь процесс «минирования» от силы минут пять.

За это время Джим по подсказкам и под руководством Тапка успел собрать и установить батарею из трех синхронизированных пулеметов. Огневой мощи этой импровизированной огневой точки должно было хватить на подавление всего конвоя.

Как справедливо заметил Бес, подобная мощь имеет и свои минусы — низкую точность, а потому Тапок, который будет находится практически в «стане врага», или, говоря правильнее, будет сражаться на близкой дистанции, может попасть под «дружественный» огонь. Как бы Тапок ни сопротивлялся, а Бес заставил его одеть экзоскелет Хряка, игнорируя все доводы на тему того, что бывшего хозяина броня не спасла, и что после их собственной атаки экзоскелет получил много повреждений.

Когда все было готово — маленький отряд затаился в ожидании противника.

Они ожидали каких-нибудь предупредительных сигналов, еще чего-то, что стало бы свидетельством приближения конвоя, но ничего подобного засечь не удалось.

Просто в какой-то момент раздался негромкий лязг, и с виду монолитная стена в самом низу каменного пандуса ушла в сторону, а из проема вышел человек, остановился, огляделся и пошагал дальше. Следом за ним из прохода появился второй, за ним третий, четвертый…

Все в «стильной» и малопрактичной броне Скайсити яркого белого цвета. Вероятно, это было сделано для того, чтобы в конвой не начали палить случайно. Но все равно ребятки смотрелись как минимум нелепо посреди руин в чуть ли не светящейся от чистоты белой броне.

Вслед за первым десятком бойцов появился и груз. На антигравитационных «санях» рядами стояли коробки, ящички и какие-то контейнеры, сверху прикрытые старым добрым авиатентом. От конвоя отделились одни такие сани и вместе с одним из бойцов подлетели к Тапку.

— Это твоя доля. Все в норме, Хряк.

Тапок молча кивнул, ничем не выдав собственной радости — все же в броне, которую заставил его напялить на себя Бес, был один неоспоримый плюс — его приняли за Хряка, и это отлично. По первоначальному плану Тапок должен был скрываться, ждать, пока конвой подойдет ближе, и тогда…

Но это не потребовалось — все прошло намного проще и легче. Во всяком случае, пока так было…

Охранник конвоя огляделся.

— А твои где?

Тапок кивнул себе за спину, в сторону здания.

— Не появлялся никто? — осведомился охранник.

— Нет.

— Хорошо. Что-то ты сегодня неразговорчивый…

— Зуб болит, — соврал Тапок.

— А… То-то я думаю, что ты говоришь как-то странно…

Тапок весь напрягся. В его голове словно кто-то нашептывал: Он что-то заподозрил. Убей его, убей, иначе вы все поляжете!'.

Но Тапок сдержался, а охранник развернулся и отправился восвояси.

Когда он, подойдя к своим, снова оглянулся, проходя взглядом по Тапку, нервы у последнего все же не выдержали. Охранник точно заметил следы от пуль.

Да к черту!

Тапок выхватил оружие, навел на бойцов конвоя и открыл огонь.

В тот же миг начал стрелять Бес, хоть и не понял, почему Тапок отступил от ранее оговоренного плана — они ведь собирались подпустить конвой чуть дальше, и вот уже тогда начать стрелять, причем в первую очередь из пулемета, а Тапок и Бес должны были лишь добить оставшихся.

Впрочем, и так вышло неплохо. Град крупнокалиберных пуль обрушился на белые фигурки, без малейших усилий проламывая их яркую броню и окрашивая ее причудливыми потоками крови. Фигурки падали, как картонные, не пытаясь сопротивляться или, скорее, не успев понять, что произошло.

Учитывая дистанцию, деваться от «крупняков» большой группе было просто некуда, спрятаться невозможно, и все, что смогли сделать самые прыткие и находчивые — это укрыться за своим же грузом.

Собственно, именно такой реакции от них и ждали.

Правда, туда загнать их должны были пулеметы, но…теперь все пошло наоборот — первыми начали стрелять Тапок и Бес.

Но и Джим не подкачал — моментально въехал в ситуацию. И стоило только Тапку подать сигнал, как он зажал гашетку.

Стволы выплюнули длинные очереди, перемалывая человек десять сразу. Да, точность, ясное дело, была не очень, но она целиком и полностью компенсировалась плотностью огня.

Несмотря на шквальный огонь, уцелевшие все-таки были, и гораздо больше, чем хотелось. Практически весь арьергард в начале атаки еще только поднимался из тоннеля, и сейчас они открыли ответный огонь, заставив уже Тапка и Беса искать укрытия.

Джим, действуя в соответствии с планом, зафиксировал гашетку в нажатом состоянии и дал деру. За его спиной все это время стоял кое-как подпертый экзоскелет, и сейчас он остался играть роль приманки. Стрелка за пулеметом будут валить первым, и пока конвойная охрана допрет, что стреляет в «обманку», у Беса и Тапка будет масса времени, чтобы натворить дел.

Все именно так и случилось — сначала солдаты пытались накрыть шквальным огнем человека за турелью, а потом, отчаявшись, вжарили по нему из какой-то высокомощной пушки, которую ни Тапок, ни Бес ранее не видели.

Пушка явно не простая, ведь для обслуживания и ведения огня из нее требовалось целых два человека — один держал на плече пушку, второй нес для нее запасы батарей к охладителю. В момент выстрела из ствола оружия вылетел непрерывный луч белого цвета и соединил ствол и нагрудник брони. Похоже, несмотря на энергетическую природу оружия, отдача у нее была неслабая — руки стрелка ходили ходуном, ему никак не удавалось сфокусировать на одной точке.

В последний миг перед тем, как луч все же прожег нагрудник и внутренний слой брони на экзоскелете, тот сдвинулся с места, подвинул пулемет, чуть повернув в сторону ствол и пули, до того лупившие в одну точку. Они прошлись частой гребенкой по земле, вспахивая ее, как плуг, а затем их рой добрался до одного и охранников конвоя, того самого, который менял аккумы для охлаждающего блока странной пушки.

Человек задергался от попаданий, а из пластиковой коробки для переноски зарядных элементов, которую пробило очередью, начали бить молнии. Но все же стрелок «странной» пушки свое дело закончил — очередной выстрел пробил экзоскелет насквозь, зацепил аккумулятор, который взорвался, выбросив огромный шар пламени, поглотивший весь костюм, а вместе с ним и пулемет.

Охране конвоя это уже не помогло — пока они занимались «пулеметчиком», Тапок сбросил с себя тяжелую броню, принялся выцеливать противников и выбивать их одного за другим. Тем более что дезориентированные после взрыва люди просто не успевали за быстрыми перемещениями стрелка, не могли понять, откуда по ним палят, где находится противник, и потому были не в состоянии отвечать, а лишь получали пулю за пулей.

Несколько секунд, и вот уже последний из них рухнул на бетонный пол, а через несколько секунд входная секция захлопнулась, отделяя арену от коммуникационного тоннеля. Впрочем, она мало волновала Тапка — так покидать арену вряд ли вышло бы, да он и не собирался.

Куда больше его беспокоил разгорающийся пожар, охвативший уже пару платформ. Такого они не планировали…

— Быстро отцепите горящие платформы! — заорал Тапок своим. — Если там что-то взрывчатое — весь наш план накроется…

Больше объяснять и не надо было. Более того, Джимми и Бес прекрасно поняли и без Тапка, чем чревата подобная случайность.

Они кое-как смогли расцепить платформы, оставляя последние две полыхать, и принялись отталкивать «спасенные» как можно дальше.

Как оказалось, это было не так уж просто — непредназначенные для быстрого движения агрегаты приходилось толкать изо всех сил.

А пожар все усиливался, и мало того, что груз поврежденных платформ мог вот-вот взорваться, так еще и дым стоял столбом — наверняка его видно из любой точки арены…

Глава 14

Мик уже успел заснуть, когда кто-то схватил его за плечо и бесцеремонно принялся трясти. Мик встрепенулся, открыл глаза. Его тело мгновенно отреагировало на внештатную ситуацию — он весь напрягся, пальцы сами собой обхватили рукоятку пистолета, но в следующую секунду Мик расслабился — перед ним был Алькарон.

— Тихо, это я. Мик, к нам, кажется, гости. Не уверен, но…лучше взгляни сам.

Мик осторожно выглянул из пещеры. По пустыне медленно двигалось два десятка огней. Огни блуждали из стороны в сторону, расходились, сходились. Похоже, те, кто находился внутри гравилетов (а огни были фарами этих самых гравилетов и гравициклов), не слишком-то хорошо представляли, куда ехать, но все равно барражировали пустыню, будто точно знали, что именно в этой ее части есть нечто, их интересующее. И Мик был уверен, что это «нечто» — он и вся его группа.

В прицел Мик разглядел странную фигуру, которая в отличие от остальных шла пешком. Что за хрень? Где его транспорт? Почему он на своих двоих бродит?

Несколько секунд наблюдения, и даже несмотря на дистанцию Мик смог разглядеть отдельные детали.

Это был киборг, причем не простой. Его голова имела странную форму, как будто увеличенную во все стороны в лицевой части, отчего черты смазывались и расползались. Ноздри были похожи на два темных тоннеля, а глаза в зеленом отсвете прибора ночного видения светились двумя прожекторами. Вдруг существо подняло голову и посмотрело прямо на Мика. Во всяком случае, последнему так показалось.

Мик тут же погасил прибор и, быстро шевеля задницей, заполз обратно в пещеру, после чего отдал команду Алькарону:

— Бросаем все и в машины!

— Что там?

— Похоже, по нашу душу явились, — проворчал Мик, — какой-то очередной киборг, нечто вроде ищейки. Кажется, засек меня…

— Плохо, очень плохо…

— Рано или поздно это могло случиться. Нужно уходить, и быстро! За Биркиным следи в оба, он может попытаться сделать глупость.

— Может, связать и отвести в отсек для груза? — Алькарон, как всегда, был прагматичен.

— Попробует дурить — так и делай. Я сейчас…

Подхватив с пола свой баул, Мик быстро, но крайне аккуратно запихнул в него самое ценное — передатчик.

Как жаль было бросать кучу полезного барахла из спасмодуля, но сборы потребуют слишком много времени, так что придется дальше обойтись без них. Впрочем, что там Биркин говорил, у него тут есть какая-то нычка?

— Эй, профессор! Самое время сказать, где твой склад, и вывести нас к нему, — окликнул Мик пленника, — но давай без глупостей!

— И зачем бы мне это делать? — поинтересовался воспрянувший духом профессор.

Ученый явно наслаждался ситуацией. Творящаяся вокруг эвакуация означала, что их все же нашли, а для ученого это был шанс вновь оказаться на свободе.

Мик не собирался спорить, доказывать пленнику, почему тот заблуждается, а главное — следовало доходчиво и быстро объяснить профессору, что появление поисковой группы «РоботЭкс» — вовсе не хорошая новость для профессора, как он думал. Как раз наоборот, живым он им не достанется.

— Мы сейчас рвем когти и в пустыню, — сквозь зубы процедил Мик, — а все лишнее и тяжелое останется здесь. Если хотите выжить — лучше довести нас до склада. Это в ваших интересах. И не стоит надеяться, что вас сейчас спасут. Если даже вашим друзьям повезет, и нас зажмут — я просто вас прикончу, а ваш клон-чип уничтожу. Поверьте, я знаю, как это сделать, так что рекомендую не дурить. Либо вы ведете нас к складу, либо закончим с вами прямо здесь. На раздумье пять секунд. Четыре…

— Вы всерьез думаете, что я поверю, будто вы осмелитесь меня убить?

Вместо ответа Мик произнес:

— Три… — он кивнул Алькарону. Тот ухватил доктора за локоть, а сам Мик вытащил нож из-за пояса, приблизился к пленнику, сверкая лезвием.

На профессора это произвело нужное впечатление.

— Ладно, ладно! Стойте! Да стойте же вы! Вы победили, я отведу вас к складу…

Через пару минут из зева пещеры медленно выполз гравилет и, не зажигая вообще ни единого огня, попытался тихонько слинять, но куда там!

Модифицированная тварь, та самая, что засекла Мика, тут же подняла голову, едва только гравилет начал набирать скорость, и заорала, указывая точно на беглецов.

Тут же вспыхнули прожектора, свет скользнул по песку, осветил пещеру, выхватил из темноты контуры гравилета.

Понимая, что их спасение сейчас только в скорости, Полоз выкрутил акселераторы на максимум, и машина, вздыбившись, со скоростью пули рванула вперед.

Преследователи, впрочем, сделали то же самое, а еще открыли огонь.

Но у беглецов имелась фора как минимум метров в пятьсот. Редкие выстрелы даже близко не попадали в гравилет, а после пары выстрелов из «курмультука» Алькарона, которые прошили голову одному из стрелков, выбили гравидвижок на одной из машин преследователей, те палить прекратили, еще и отстали, начав маневрировать, опасаясь, что беглецы начнут палить почем зря.

— Координаты базы! — проорал Мик, обращаясь к пленнику.

Алькарону даже не пришлось пинать Биркина — тот сам перебрался в переднюю часть кабины, без заминки вбил координаты базы.

— Ни хрена себе! — возмутился Полоз, едва взглянувший на экран, когда на нем появилась маршрутная точка. — Да тут как минимум полсотни километров.

— И ладно, — спокойно возразил Мик, — зато от этих уродов оторвемся. Профессор, вы уверены, не напутали с координатами? Если мы приедем и ничего не найдем — умирать придется долго, без воды и еды…

— Нет, все верно, — ответил профессор.

— Да там горы какие-то, — встрял Полоз.

— А я не сказал? — поинтересовался Биркин. — База была спрятана от местных жителей в горном ущелье.

— И там никого нет?

— Никого. База планировалась как резервная. Модули и груз доставили дроны…

— Кто-то вообще в тех краях бывал? — спросил Мик, обращаясь к Алькарону и Полозу.

— Я пару раз, но с воздуха все видится немного по-другому, — Алькарон с задумчивым лицом поглядывал на карту, выведенную на экран.

— Понятно, — хмыкнул Мик, — что ж, направляемся туда. Жми, Полоз, нужно оторваться от преследователей!

— Они не отстанут, — заявил Алькарон. — Машины у нас практически одинаковые, уж по скорости точно. Перебить их мы вряд ли сможем. У меня патронов осталось два для моей винтовки, и несколько магазинов к трофейному автомату.

У самого Мика было две батареи к лучемету и пара автоматных для его SG. Недостаточно для серьезного боя.

— Полоз, а что с зарядами в стационаре?

— Прости, Мик, не порадую. Полсотни выстрелов у крупняка и запасная коробка на полсотни. Все. Зато у меня патронов завались, я все подобрал с тех дохлых киберов.

— А стволы?

— А стволы… Ну-у-у… — Полоз сделал театральную паузу. — Только три смог утащить, уж больно они тяжелые.

— Уже хорошо!

— Так-то да, но…

— Что «но»?

— Они все короткоствольные, для ближнего боя. К нам прислали штурмгруппу, вот я и взял то, что полегче с них было. Кто ж знал…

— Ну все равно есть чем повоевать, — заявил Мик.

— Ага. Например, если нас прижмут в ущелье. А вот так, с машины, бесполезно, только пожжем патроны, — буркнул Алькарон. — Тут Тапок нужен, чтобы из этого говна и бам-бам-бам в голову! Лично я так не умею.

— Так только Тапок и умеет, — вздохнул Мик,– но Тапка с нами нет. Будем сами как-то изворачиваться… Полоз, давай за ствол!

Полоз кивнул и полез на место стрелка.

Над пустыней уже начиналось то самое время, которое не ночь и не день. Серая мгла, которая через час-другой станет ярким утром. Сейчас же видны в основном только контуры скал, марево вдали и размытые точки — гравилеты преследователей, то и дело теряющиеся в предрассветной темноте. Засранцы уже успокоились, вновь начали палить, и хоть они вряд ли смогли бы попасть на ходу, да еще и с такой дистанции, Полоз поостерегся сильно высовываться. Хрен его знает, кто там за ними гонится, вдруг там свой «Тапок» имеется. Голова у Полоза одна, и она еще пригодится ему.

Преследователи, чуть отставшие ранее, когда их обстрелял Алькарон, потихоньку догоняли. Ничего тяжелого у них не было, но часть гравибайков выглядела как-то странно, как будто раздутыми спереди. Полоз вытянул из кармана давным-давно «одолженный» у Тапка «прицел» и навел его на передний аппарат.

В рулевую консоль стандартного «Кави» была встроена спарка из двух то ли коротких пулеметов, то ли сильно тюнингованных автоматов. И таких аппаратов за ними ехало штук пять, минимум. Как только они приблизятся…

— Мик!!! — заорал Полоз.

— Что такое?

— Делай что хочешь, но близко их не подпускай. У этих уродов переделанные гравибайки. На них курсовые пулеметы! Подойдут — останемся без движков вмиг. Надо оторваться от них.

— Ну а что я могу сделать? — буркнул Мик.

— Не знаю, придумай. Юси всегда что-то придумывала.

— Вот только я — не она, если ты не заметил.

— Понимаю, но если ничего не придумать — нам конец…

— Может, остановиться и дать бой? — предложил Алькарон. — Засядем за машиной…

— Они нас окружат, и тогда конец, — покачал головой Мик.

— Попробуем не дать им это сделать.

— Рискованно, — вздохнул Мик. — Полоз, ты видишь, кто именно у нас на хвосте?

— В каком смысле?

— Люди это или…

Высунувшись еще раз, Полоз несколько секунд изучал преследователей, а после абсолютно уверенным тоном заявил:

— Киберы.

Мик промолчал. С людьми они бы еще могли потягаться, но вот с этими… Нет уж, увольте! Оставалось только одно — бежать.

Вот только впереди голая, как стол, пустыня начала «прорастать скалами», так что скоро придется замедлится, чтобы иметь возможность маневрировать…

— Мик, правее забирай! — Алькарон внезапно ткнул пальцем в лобовое. — И держи во-о-он к тем скалам. А когда придет время — не задумывайся, просто делай, что скажу.

— Что делать то?

— Увидишь…

Но прежде чем они доехали до скал, преследовавшая группа все-таки решила попытаться взять их в клещи. Двигатели гравибайков взвыли на высоких нотах, машины заметно ускорились, нагоняя беглецов.

Тут уж Полоз не выдержал и, развернув тяжелый пулемет назад, выдал очередь патронов на двадцать. Правда, стрелок он все же был тот еще, так что большая часть выстрелов просто ушла в «молоко». Еще и Мик, увидевший маневр противника, «помог», так сказать: сделал резкий рывок в сторону.

Но все же один из грави задымился и начал резко отставать, а у водителя еще одной машины преследователей возникли серьезные проблемы — два «полтинника», выпущенные из пулемета, просто вырвали ему все пониже грудной клетки, сделав в спине дыру с рваными краями.

Впрочем, преследовавшие группу бойцы в долгу оставаться не захотели: обрушили град выстрелов на беглецов.

Киберы обладали одной неприятной особенностью — стреляли они намного точнее людей, так что Полоз предпочел укрыться. И не зря — через секунду прямое попадание разнесло в куски короб пулемета, забросило Полозу за шиворот град мелких раскаленных стальных иголочек.

Будь это обычный гражданский гравилет — им бы пришел конец. Пара таких очередей, и все. Но это была модель, разработанная для ведения боя, к тому же модифицированная под нужды бойцов Скайсити — с многослойной композитной броней, дублированием питающих кабелей и множеством дополнительных функций, которые позволяли машине выходить победителем из скоротечных боев с мародерами и дикарями.

Так что обстрел не причинял пока серьезного ущерба, больше давил на нервы.

Тем не менее, спустя несколько мгновений в заднюю дверь как будто заколотили кувалдой. Выстрелы снаружи сливались в единое стаккато, а пули били с такой силой, что даже несведущему становилось понятно — этого издевательства броня долго не выдержит.

Алькарон внезапно подорвался со своего места и шагнул внутрь салона. Оглянувшись, он ухватился за ручку одного из ящиков, так и не извлеченных ими на стоянке. Крякнув от усилия, он повернулся к Полозу:

— Так, поднимаем и тащим к задней двери. Когда скажу — откроешь ее.

— А что там? — спросил Полоз, кивнув на ящик.

— Там? Там запасной блок питания для системы аварийного модуля климат контроля.

— Большой «бум» устроить решил? — догадался Полоз.

— Очень большой. А киберы тупые, они его точно расстреляют. Глядишь, и проредим их число. И будь готов стрелять. Неважно, куда ты попадешь. Главное — создать видимость, что они попали под плотный огонь.

— Понял…

Вдвоем они, хоть и с усилием, подтащили ящик к двери, после чего Полоз, перехватив короткий трофейный автомат поудобнее, схватился за ручку.

— Давай! — Алькарон поднатужился и нажал на ящик. Нехотя тот поддался, приподнимая один из краев, и тут же дверные створки распахнулись, запуская внутрь песок, ветер и свинцовый град. Алькарон охнул, получив пулю прямо в грудь, однако броня выдержала, обошлось без ран. Ощущения он сейчас испытывал такие, какие бывают, если тебя со всей силы лягнет в грудь какой-нибудь слонопотам.

Превозмогая боль, Алькарон навалился на ящик, перевалил его через борт, и тот, высоко подпрыгнув на каком-то случайно подвернувшемся камне, рухнул в песок.

— Прикрыва-а-а-ай! — Алькарон схватился за ручки, силясь как можно быстрее захлопнуть дверь, но воздушный поток мешал ему, удерживая их в открытом положении.

Киберы, заметив ящик, тут же принялись палить в него, как и предсказывал Алькарон.

В следующее мгновение на месте аккумулятора появился огненный шар, моментально поглотивший сразу два боевых байка.

И тут ударил автомат Полоза, целившегося по фарам преследователей. Оружие чужих работало примерно одинаково, что в длинном, что в коротком варианте исполнения, так что даже с точностью Полоза удалось попасть — фары гасли одна за другой, а байки принялись перестраиваться, маневрировать.

Алькарон повернулся, всмотрелся в скалы за лобовым стеклом, и вдруг заорал:

— Мик, резко вправо! Вправо! Ну, давай!

Мик послушался, их машина резко качнулась, уходя на новый курс, лишь чудом избежав столкновения со скалой. Он завертел головой, пытаясь понять, что тут такого особенного, и ничего интересного не заметил.

— Ну и что тут такого?

— Гнездо Кы, — ответил Алькарон.

— Да чтоб тебя… — воскликнул Мик.

Глава 15

— Гори оно все синим пламенем! — зло буркнул Тапок, опрокинул в себя очередную порцию виски и грохнул пустым стаканом по стойке.

— Да успокойся, подумаешь… — попытался угомонить его Бес. — Ну в этот раз все не вышло, как планировали, в другой…

— В другой? — уставился на него Тапок. — В другой такое уже не прокатит. Мы перебили конвой, думаешь, еще раз нам позволят такое провернуть? Нет конечно…

— Согласен, план заключался совершенно в ином, — кивнул Бес, — но черт подери! Кто знал, что на нас устроят охоту? Кто знал, что Желтый окажется таким мстительным и…

— Желтый… — прошипел Тапок, уставившись в одну точку перед собой, и спустя мгновение повторил вновь: — Желтый!

— Чего Желтый? — не понял Бес.

— Ты говорил, что тебе сеть отключили…

— Ну да, — кивнул Бес, — похоже, Желтый подкупил технарей арены и…

Дальше Тапок его уже не слушал. Его мысли наконец-то прекратили скакать, и он смог сосредоточиться на том, что постоянно ускользало от него.

Вот уже сутки как они вышли с арены. Им удалось выйти с арены раньше, чем к месту сражения стянулись все гладиаторы и наемники, охотящиеся на Тапка и команду.

Арену то они покинули, но…обещанного Тапком шоу не состоялось. Конечно, для зрителей и так все было прекрасно — замочили лидера и его команду, Тапок, Бес и Джим перебили конвой, чего раньше не случалось. Побоище было знатным, но…все же не этого распорядитель хотел от Тапка, не того от него ждали.

Ну а пытаться делать «красиво», когда против тебя куча наемников, когда вокруг начинается самая настоящая вакханалия, та еще затея. Проще было просто отступить, что Тапок и сделал.

И не заставивший себя ждать распорядитель появился, едва только Тапок, Джим и Бес вышли через ворота. Он высказал все, что он о них думает, и не постеснялся пригрозить.

Да чего там угрозы, он прямо заявил, что уже в следующем бою Тапка и команду ждет мясорубка. Раз они не захотели устроить красочное и кровавое шоу сами, по своим правилам, то им придется участвовать в чужом.

Более-менее гнев распорядителя удалось унять, более того, он был страшно удивлен, когда ему рассказали о том, что учудил Желтый. Но, вопреки ожиданиям, распорядитель не сменил гнев на милость, остался непреклонен.

— Готовьтесь! В следующий раз вам придется попотеть, — процедил он сквозь зубы, резко повернулся и ушел прочь.

И хрен бы с ним, но на этот, именно на этот бой у Тапка были грандиозные и далеко идущие планы, которыми он поделился с товарищами.

— Ну ты и Спартак, блин! — хмыкнул Бес. — Действительно думал, что удастся устроить революцию? Подмять под себя гладиаторов и заставить делать то, что тебе надо?

— А что не так? — буркнул Тапок.

— То, что как минимум треть из них все устраивает. Посмотри на них — это ж маньяки, убийцы и просто кровожадные моральные уроды! Им в кайф то, что здесь происходит. Им нравится кромсать, стрелять, убивать других. А ты что хочешь им предложить? Сбежать отсюда, выйти в большой мир, где всего этого делать будет нельзя? Не-е-ет…на это никто не пойдет.

— Ну не все же, как ты сказал, маньяки, — проворчал Тапок.

— Не все, — легко согласился Бес, и тут же объяснился: — Все остальные просто жируют. Они получают деньги, баб, жрачку, наркоту и пойло. У них есть все, о чем только можно мечтать.

— А свобода?

— А зачем она? Тут от тебя требуется только одно — поруби в капусту противника и будешь в шоколаде. Все! На свободе они бы делали то же самое, только «шоколада» было бы куда меньше… Да и шанс, что тебя самого «пошинкуют», тоже немаленький. Все же народ в пустыне умеет драться и стрелять, и отдавать последнее просто так не будет.

— И что ты предлагаешь? — зло спросил Тапок.

— Сваливать отсюда. Я в гладиаторы подался, чтобы найти тебя. Вот, нашел. Теперь надо думать, как сбежать отсюда, найти остальных и…

— Они могут быть здесь!

— Нет, — покачал головой Бес, — больше тут из наших никого нет. Похоже, Мику, Алькарону и Полозу повезло куда больше нас. Уверен, они где-то за пределами Скайсити.

— А вдруг они где-то здесь и…

— Исключено, — прервал его Бес, — нет их тут. Уж поверь, проверял и искал тщательнее некуда. Они где-то в пустыне.

— Может, их грохнули?

— Нет. Слышал, что поиски Биркина продолжаются. Поисковые отряды то и дело отправляются из города, да и боты чужих в небе появляются, — заявил Бес. — И, кстати, слышал я, что один из гравилетов «спасателей» пропал. Отправился к упавшему спасботу и пропал. Команду нашли — все убиты, а вот транспорт как в воду канул.

— Думаешь, наши?

— Уверен, что наши.

Тапок тяжело вздохнул.

— Ну, так и что предлагаешь делать?

— Как «что»? — пожал плечами Бес. — Сваливать отсюда.

— Прятаться в пустыне? — поинтересовался Тапок. — Рано или поздно нас найдут.

— Ну наших же до сих пор не нашли? И Мик сказал, что ВКС очень скоро будет здесь.

— Очень скоро… — повторил Тапок. — Интересно, когда это «очень скоро» наступит? Завтра, через неделю, месяц?

— Без понятия. Надеюсь, что не через год, — хмыкнул Бес и продолжил уже серьезнее: — В любом случае, когда они появятся, нам лучше быть на свободе, а не сидеть в гладиаторах. А то еще погонят защищать задницы местных от наступающих бойцов ВКС. Оно нам надо?

Тапок кивнул. Тут Бес прав, нечего даже спорить.

— Ладно. Значит, будем уходить, — подвел итог Тапок, — есть идеи на этот счет?

— Разумеется, — хмыкнул Бес, — для начала свяжемся с Желтым…

— Чего? — возмутился Тапок.

— Он хочет вернуть себе статус непобедимого чемпиона, у него куча денег и наемников. Еще и технари арены…

— И что ты хочешь? Подойти к нему и попросить, чтобы помог нам сбежать? Чего ты ждешь? Что он согласится? — хмыкнул Тапок. — Ты идиот?

— Сам ты идиот! — обиделся Бес. — И да, он согласится. Мы разобрались с его наемниками на арене, прибили парочку убийц здесь…

— Здесь? Когда это? — нахмурился Тапок.

— Ах да…ты ведь не в курсе, — усмехнулся Бес. — Джим засек странного типа, околачивающегося возле вашего дома. Я аккуратно его прибрал и пообщался. Тебя хотели взорвать.

Тапок недоуменно уставился на Беса.

— Не успел просто рассказать, — пожал плечами Бес, — ты вчера так нажрался, что дрых сегодня до обеда. Ну а пока ты дрых… Короче, бомбу я убрал, стрелка, что ждал в конце улицы, стерег вход в дом, тоже. Ну и здесь, в баре, тоже парочка типов была.

— Охренеть, — хмыкнул Тапок, — а ты времени зря не терял!

— Ага, — кивнул Бес, — еще я успел связаться с Желтым и сделать ему предложение…

— От которого он не смог отказаться? — хмыкнул Тапок.

— Еще бы! — улыбнулся Бес. — Когда видишь перед собой человека с плазмогранатой, которая вмиг сможет испарить и тебя, и твой клон-чип, ты становишься куда сговорчивее, чем обычно.

— И что ты ему предложил, что потребовал?

— Он поможет нам сбежать с арены.

— А что взамен?

— Взамен? Он станет чемпионом снова. Ну и еще есть одна мелочь…

— Какая? — нахмурился Тапок.

— Нужно помочь ему грохнуть Вандала.

— Это еще кто?

— О, тебе понравится! Он из Чистильщиков, и они с Желтым враждуют. Вандал — единственный, кто перекрывает Желтому путь в «высшую лигу».

— Чистильщик? Здесь? — поразился Тапок.

— Почему нет? — пожал плечами Бес. — Они вроде как везде есть.

— Ну и кто этот Вандал? Что о нем знаешь?

— Немного, — ответил Бес и взглянул на часы, — впрочем, сейчас сам его увидишь. Эй, приятель!

Бес сделал знак бармену и тот включил головизор.

Там как раз шла реклама очередного пойла, а когда она закончилась, на экране появилась заставка арены. Сегодня должен был состояться очередной бой, причем среди «свободных».

— Добрый день, уважаемые зрители, — послышался голос комментатора, — рады приветствовать вас на сегодняшнем поединке, который состоится между Вандалом и бросившим ему вызов Костоломом…

Пока диктор вещал, камера летала над ареной, демонстрируя будущее место сражения, будто бы предлагая зрителю ознакомиться с локацией, запомнить ее, чтобы, когда начнется самое веселое, проще было ориентироваться где, когда и с кем может произойти очередная стычка.

— И что? Мне тоже нужно будет бросить вызов этому Вандалу? — поинтересовался Тапок.

— Нет, — покачал головой Бес, — никаких вызовов. Его мы должны будем убрать вне арены.

— А клон-центр?

— Это ж Чистильщик, Тапок! — рассмеялся Бес. — Какие клон-центры?

— Самые обычные, — ответил тот, — то, что Чистильщики гнобят тех, кто ожил в клоне, еще не значит, что сами этим самым клон-центром не пользовались.

— Ну, в целом логично, — согласился Бес, — хотя я думал, что их правила…

— Правила для рядовых быков, — прервал его Тапок, — а на самом верху плевать они хотели на все эти правила…

Меж тем на экране сменилась картинка. Вместо полета над ареной появился рекламный ролик одного из бойцов, Костолома, если быть точным.

Ну что же, и кличка, и внешний вид полностью соответствовали. Опытный взгляд Тапка сразу же определил, что Костолом — не кто иной, как бывший космодес, причем из тяжей — об этом говорило и телосложение, и наращенные мышцы и, наконец, переделанный армейский тяжелый экзоскелет, украшенный всевозможными черепами, шипами и прочими атрибутами, которые неизменно должны быть на одежде и броне уважающего себя гладиатора. Практичности в этой всей бижутерии не было никакой. Скорее она даже мешала бойцу, но публика явно была в восторге от такого облачения. Смотрелось оно брутально и угрожающе, хотя опытный боец знал — толку от этого всего не было никакого.

Его соперник, тот самый Вандал, выглядел как обычный дрищ из Чистильщиков — худой, как скелет, но жилистый. Его лицо, торс были покрыты татуировками так, что сложно было найти пустой и чистый участок кожи. При этом на взгляд Тапка, он ничем особо не примечательный. Если у него и были какие-то крутые импланты, которые помогли ему стать чемпионом местной арены, то внешне они никак не проявлялись.

Меж тем между бойцами, готовящимся выйти на арену, уже началась перепалка.

— Тебе конец, урод! — орал Костолом. — Это последний день твоей жизни! Иди, попрощайся со своим папочкой и скажи ему, что он следующий. Как только я разберусь с тобой, возьмусь и за него!

Однако Вандал лишь презрительно улыбался, глядя, как надрывается Костолом.

— Костолом пытается вывести Вандала из себя, но Вандал, как обычно, спокоен и собран, — меж тем вещал диктор, — ведет он себя точно так же, как и наш абсолютный чемпион, победитель множества турниров и…

В этот момент камера переключилась, и Тапок прямо-таки впился глазами в лицо, появившееся на экране.

Его лицо искривилось в гримасе злобы, глаза сузились, а зубы заскрипели.

— Так понимаю, план побега отменяется, — грустно вздохнул Бес, заметивший резкое преображение товарища.

— Ничего не отменяется, — рыкнул Тапок, — но уйдем после того, как я его прикончу.

С этими словами он ткнул пальцем в экран, на котором появился глава Чистильщиков, последний из руководства «Изначальных» — Грач.

Глава 16

Тапок крайне сосредоточенно наблюдал за боем, который транслировали в прямом эфире. Он внимательно следил и оценивал действия Вандала.

Тот и впрямь был хорош — действовал осторожно, «правильно», но не пытался отсиживаться или тем более трусить. Передвигался практически бесшумно и всегда «целился» в самые опасные направления. Тапок был уверен, что Вандал в прошлом служил в ВКС, причем явно не в обычной, «линейной части». Либо какое-то специальное подразделение, либо… Уж очень специфичны были его навыки и опыт, которые он демонстрировал сейчас на арене.

К слову, сама арена для поединка представляла собой небольшое строение в три этажа с парой лестниц-переходов и множеством углов, комнат и закутков. Камеры передавали изображение с каждой точки, так что можно было пронаблюдать поединок во всех деталях.

Костолом в отличие от противника был чересчур прямолинеен. Он делал ставку на броню и натиск, поэтому с самого начала поединка носился по зданию, пытаясь обнаружить оппонента и просто раздавить его. Он наплевал на всякую осторожность и маскировку, плевал на опасность, действуя, как и подобает «тяжу».

Вот только Вандал, изредка показываясь, играючи уходил от нападения, просто растворяясь за мгновение до того, как на его укрытие обрушивался град пуль. И тут Тапок снова отметил, что, скорее всего, прав в своих предположениях — Вандал опять подтвердил, что имеет опыт службы в ВКС. Он отлично знал, как будет действовать Костолом, и с легкостью предугадывал все действия соперника. Более того, он просто играл с врагом в кошки-мышки, попросту изматывая его, и эта тактика быстро принесла свои плоды.

Первые пять минут Костолом стрелял, не прекращая, из-за чего его запасы патронов стремительно таяли. Так как «вторичного» оружия у него не было, Костолом понял, что стоит начать экономить, старался сохранить боезапас к своему оружию, что было проблематично — выйди он на бой с пистолетом, автоматом или штурмовой винтовкой — одно дело, но его пушка, способная стрелять только очередями «жрала» патроны как не в себя. Костолом понимал, что еще несколько неудачных попыток, и он вовсе останется без оружия дальнего боя, поэтому осторожничал — в моменты, когда не был уверен, попросту не стрелял, что уже, по мнению Тапка, давало Вандалу массу преимуществ — он мог преспокойно убить Костолома, но мешкал, играя на публику.

Более того, Вандал уже трижды подловил своего неповоротливого противника во время перебежек, подстрелил его, и теперь у Костолома плохо функционировал силовой привод левой ноги — пули перебили гидравлику, а на пол при любом перемещении вытекала жидкость ярко-оранжевого цвета, сама нога начала непроизвольно подгибаться и волочиться по полу. Таким способом Вандал не только снизил «мобильность» врага, но еще и мог отслеживать любые его перемещения. Иначе говоря, даже вздумай Костолом спрятаться, подкараулить шустрого противника — ничего бы у него не вышло.

Эти «кошки-мышки» продолжались минут десять-пятнадцать, и когда они уже успели наскучить зрителям, Вандал решился — началась кульминация.

К этому моменту Вандал успел искорежить экзоброню бывшего космодеса настолько, что тот уже не мог бегать, ковылял между укрытиями, причем издавая массу шума — скрипов, грохота и скрежета.

Вандал картинно выскочил из пробитой в перекрытии дыры прямо за спиной своего противника, когда тот проковылял мимо, так и не заметив врага, разрядил в него полный магазин, намеренно выводя из строя энергоблок брони. Костолом, надо отдать должное его физической форме, сумел сделать десяток шагов, и даже начал поворачиваться, но на большее сил у человека просто не хватило. Его броня весила больше двух сотен килограмм и не была рассчитана на эксплуатацию без экзоскелетной платформы, которую благополучно вывел из строя Вандал.

Чистильщик легко и грациозно увернулся от неточной, скорее даже отчаянной очереди противника, а затем и вовсе убрал оружие за спину, взамен вытащил из ножен длинный, зазубренный клинок. Он подскочил к Костолому, увернулся от увесистого удара, скользнув вниз, рубанул дважды и отскочил в сторону.

Костолом тяжело рухнул на колени, сухожилия под коленями оказались перерублены вместе с броней.

Дав зрителям разглядеть раны, понять, что случилось, Вандал вновь перешел в атаку. Следующими двумя ударами он дважды рубанул Костолома по рукам, вновь отошел на пару шагов, как будто любуясь делом рук своих.

Костолом, залитый кровью и жижей из гидравлической системы, все же нашел в себе силы поднять голову и взглянуть на своего противника.

— Ты все равно рано или поздно сдохнешь, ублюдок! Не сегодня, так завтра. Найдется тот, кто тебя обломает, — прорычал он.

Вандал лишь рассмеялся.

— Ну-ну!

Он обернулся к камерам, и, подняв руку с клинком, с лезвия которого медленно стекала кровь, падая крупными каплями на бетон и растекаясь по нему, раскланялся, а распрямившись, горделиво выпятив грудь и глядя прямо в камеру, он, сложив губы в ехидную усмешку, произнес:

— Любой желающий, каждый из вас может вызвать меня на поединок. Наградой победителю будет все, что он пожелает. Абсолютно все! Так неужели так и не найдется смельчака, который решится выйти со мной на арену? А?

Тапок внезапно подался вперед.

— Бес, вызови этого говноеда! Я хочу с ним сразиться.

— Началось…

— Бес…

— Желтый сказал…

— Срал я на Желтого! Он хочет стать номером 1? Я устрою ему это, но на своих условиях. И мне насрать, что он там будет бубнить. Не нравится — я все равно доберусь до этого понтореза, но перед этим прикончу Желтого. Так ему и передай.

— Как скажешь, — тяжело вздохнул Бес.

— Ты вызов кинешь, или мне отобрать у тебя приватник? — поинтересовался Тапок, глядя прямо в глаза соратнику.

— Да блин! — вновь вздохнул Бес, доставая девайс из подсумка. — Какой же ты временами придурок, Тапок…

Последний комментарий Тапок просто проигнорировал, требовательно глядя на Беса. Тот лишь сокрушенно покачал головой — он уже видел этот взгляд и знал, что ничего хорошего последующие события не принесут.

Но переубеждать Тапка в такой момент было бесполезно. Тем более фразочка про «попрощайся с папочкой», прозвучавшая перед боем, не прошла мимо ушей Тапка. Вандал действительно был сыном Грача, это Бес успел выяснить, пока Тапок смотрел бой. И Тапок решил через сына выйти и на отца.

Вот же черт! И что стоило этому мертвому придурку Костолому промолчать? Но нет же, ляпнул, как назло…

На экране головизора у Вандала завибрировал приватник. Было видно, что парень страшно удивлен. Наверняка раньше желающих ему бросить вызов было не так уж много. Опять рисуясь перед публикой, он медленно вывел на экран меню и нажал кнопку приема вызова, причем включил «громкий» режим, чтобы звуки из динамика приватника слышали зрители, следящие за матчем.

— Эй, трусливый говноед! Ты так пафосно кричал в камеру, что победивший тебя получит что угодно? — поинтересовался Тапок. — А ты за свои слова отвечаешь, или ты просто папенькин сынок, не способный самостоятельно что-либо решать?

— Кто ты такой? — нахмурился Вандал, с лица которого мгновенно слетела мерзкая улыбка, вместо которой появилась гримаса злости.

— Я, гладиатор Горелый, бросаю тебе вызов! Как, готов сразиться, или дашь заднюю?

Пока удивленный Вандал щелкал пальцами по компу, пытаясь понять, кто ему вообще вызов бросает, его так и не добитый оппонент все же рухнул с колен навзничь и, лежа в целом озере багряного цвета, он все равно хрипло засмеялся:

— Я же сказал, найдется тот, кто тебя накажет. Этот…хр-р-буль-кх-х-х…паренек хорош, я видел. А отступить ты не сможешь, тебя слышал весь Скайси-хр-пфф-хкр…– взбешенный Вандал просто вогнал свой клинок в верхнюю часть грудной клетки через воротник брони, перерубая верхушку легкого и заставляя Костолома буквально захлебнуться в собственной крови. И все же сквозь бульканье из глотки вырвались слова:

— Все равно ты кхх-кхх…бьешь, как девчонка…надеюсь, он тебя уделает, сволочь…

Вандал в ярости выпустил остатки магазина в голову и грудь болтливого недобитка, заставив его наконец-то замолчать, и с перекошенным от ярости лицом уставился в камеру, раззявил рот, намереваясь сказать что-то едкое наглому «претенденту». Но не успел.

Тапок уже разозлил Вандала и намеревался провоцировать его дальше, явно и неприкрыто издеваясь, чтобытот разозлился еще больше, начал психовать, совершил ошибку. А еще Тапок углядел во всей этой сцене возможность продвинуть себя любимого, то есть Горелого. Иными словами набрать еще «лайки» от зрителей.

— Бесполезный ты трусишка, — заявил он, — даже убить лежащего с одного удара не смог.

— Да кто ты, мать твою, такой, а? — заорал Вандал. — Тебя можно одним пальцем раздавить, я тебя с говном смешаю! Ты труп! Грязь! Чернь! Сражаться с тобой — это позор! Я просто сейчас пошлю своих железноголовых, и тебе придет конец, слышь! Ты ничтожество, ты не….

— Ссыкло! — заявил Тапок. — Зассал выйти на бой, так и скажи!

— Я зассал? Да ты…

— Заткнись! — в диалог вмешался новый голос, жесткий и властный, и прекрасно знакомый Тапку. Голос раздавался из динамиков как вокруг Вандала, так и в помещении, где сидели Тапок и Бес.

— Отец, я… — начал было Вандал, но осекся.

— Молчи! И веди себя достойно чемпиону. Отвечай уже на вызов. Этот мертвец пока что дышит, говорит, но это ненадолго.

Сделав паузу, голос продолжил:

— Эй, Горелый! Я гарантирую, что если ты сумеешь победить моего сына, то его обещание будет выполнено. Ты получишь, что захочешь. Даю слово.

— Прекрасно, — буркнул Тапок.

О, Грач не представляет, что его ждет. Даже не догадывается, что Тапок потребует в качестве вознаграждения. Что ж, пускай будет сюрпризом.

— Тогда завтра вы будете биться, — заявил Грач.

— А почему не сейчас?

— Потому что сегодняшний поединок уже состоялся.

— Ага. Или потому, что у его метаболических имплантов дикий по времени период восстановления, около шестнадцати часов? — съязвил Тапок.

— Никаких имплантов, мой сын — чистый человек. Только человек может побеждать мутантов и вырожденцев, — спокойно ответил Грач, — так что, Горелый, тебе не победить.

— Ага, вот и посмотрим!

Тапок мысленно хмыкнул. Ну да-а-а…конечно, нет имплантов! Да у Вандала имплантов больше, чем у Беса и Тапка вместе взятых. И если бы Вандал был, как выразился Грач, «чистым человеком» — Костолом бы его одной соплей перешиб бы.

Меж тем Грач поинтересовался:

— Я вот думаю, почему мне твой голос кажется знакомым?

— Без понятия, — буркнул Тапок.

По его спине пробежал холодок. Черт! Вот этого он совершенно не ожидал. Если Грач поймет, кто такой Горелый, то…

— Мы однозначно где-то встречались, — меж тем заявил Грач, — но не знаю, где, — он тяжело вздохнул. — Ладно, это неважно. Все равно завтра в полдень ты умрешь.

Тапок мысленно выдохнул.

— Посмотрим.

Вандал, почти мгновенно взявший себя в руки, убрал свою пушку и, подойдя к телу, сорвал с шеи убитого Костолома связку армейских жетонов, которые тот, видимо, собирал в качестве трофеев. А затем, отсалютовав зрителям, пошел прочь. Камеры медленно затемнились и трансляция завершилась.

Сегодняшний бой был завершен, но не как обычно, а на весьма интригующей ноте — завтрашнее сражение должно быть не менее интересным, и зрители наверняка просто сгорали от нетерпения.

А вот Бес явно был недоволен таким развитием событий. Он не стал комментировать тот опасный момент, когда Тапка чуть было не опознали, и лишь грустно вздохнул.

— А ведь мы могли легко выйти отсюда…э-э-эх!

— Мы и так легко выйдем, — парировал Тапок. — Смотри, Желтому нужен статус абсолютного чемпиона, так?

— Так.

— Если я убью Вандала и Грача, то абсолютным чемпионом стану я.

— Да.

— Но если я при этом сбегу, то кто станет чемпионом?

— Ну, по идее Желтый. Только чемпионом он будет номинальным, а не…

— Плевать, — отмахнулся Тапок, — хватит с него и «технического титула».

— Боюсь, Тапок, его такой расклад не устроит.

— Ну, думаю, что ему придется смириться. Убивать себя я точно не позволю, так что пусть довольствуется титулом чемпиона «техническим». Оспорить то его уже будет некому.

— А ты не думаешь, что он просто вместо помощи начнет вредить? Или все же попытается тебя грохнуть?

— И что толку? Начнет вредить — тогда я останусь тут. А учитывая, что он и с Вандалом то не может совладать, со мной тем более… А валить с помощью наемников, как в прошлый раз, ему может и духу хватит, но смысл? Он-то сам меня не победит? А значит, титул, опять же, будет у него чисто «техническим», так что…выбора у него нет.

— Так то оно так, но он наверняка уже все услышал и увидел. Как бы не психанул…

— Не психанет. Более того, у меня есть одна идея…устрой мне с ним встречу.

— Тапок, из тебя переговорщик, как из дерьма пуля.

— Когда надо — из меня прекрасный переговорщик, — отмахнулся Тапок. — Просто обычно проще оппонента убить, чтобы решить вопрос.

На этой фразе Тапок улыбнулся, как бы обозначая, что это шутка.

— Хорошо, давай попробуем, — в который уже раз за сегодня Бес тяжело вздохнул. — Подозреваю, что он сейчас как раз рвет и мечет, узнав про вызов.

— Вот и тащи его сюда. Сам я, как ты понимаешь, к нему не пойду.

— Да понятное дело… Кстати, Тапок, чтобы справиться с Вандалом, твоих пушек маловато будет… Надо тебя нормально экипировать.

— Сейчас свяжусь с распорядителем. Он меня в ветеранский магазин сам отведет.

— Ну да, — усмехнулся Бес, — на завтрашний поединок наверняка будет куча ставок, и не в твою пользу. А распорядителю нужно зрелище, наверняка он тоже считает, что ты труп. Но ему важно, чтобы ты продержался как можно дольше.

— Ага, ему ведь «шоу» подавай, — усмехнулся Тапок.

— И еще, — вдруг перейдя на шепот, заявил Бес, — подозреваю, Грач может заявиться сюда, чтобы с тобой поговорить…

Тапок изменился в лице.

— Тапок, прошу, не пытайся его завалить! — прошептал Бес. — Наверняка у него будет защита такая, что у тебя ни единого шанса достать его не будет. Но если попробуешь — ты себя выдашь, и меня тоже. Не дури. Уже все идет по твоему плану, так хоть здесь меня послушай!

— Ладно, — буркнул Тапок, — а ты это, не тяни резину. Вызывай уже Желтого…как, кстати, его по имени то?

— Вернон Снегг, но сам он предпочитает, чтобы его звали Королем.

— Ага, помню…

Желтый Король и впрямь неистовствовал. Мало того, что громадная куча бабок была вбухана в никуда — три группы наемников просто уничтожены, последняя, четвертая, вернулась ни с чем.

Электронщики, конечно, молодцы, что смогли получить доступ к чипу этого свободного, как его там…ну, что с Горелым лазает.

Но вот дальше начались проблемы. Тот свободный, что шастал с Горелым, приперся к Желтому лично, притащил с собой видеозапись того, как раскололся командир наемной группы, дал весь расклад. А вместе с видеозаписью имелись данные с чипов наемников, логи из системы, которые доказывали, что директор по информационным системамВернон Снегг отдал приказ на блокировку доступа свободного гладиатора и гражданина, не имея на то ни малейших оснований. Короче говоря, использовал свое служебное положение.

В общем, парень взял его за яйца плотно, но вместо того, чтобы вымогать денег или что-то подобное, предложил крайне странную сделку. Снегг поможет ему, тому самому Горелому, и еще одному грегарию из команды выбраться из Скайсити. В целом никакой особой проблемы для человека уровня Снегга это не представляло, в нужное время в нужном месте просто не окажется патруля, зато снаружи останется три гравибайка, отобранные у залетных маров. Взамен эти двое должны были помочь наемникам Желтого прикончить Вандала или, что точнее, подготовить Вандала к тому, что его прикончит сам Снегг.

Но все пошло коту под хвост снова.

Вроде как достигнутые договоренности были разрушены — Горелый бросил вызов Вандалу, и теперь, даже если он Вандала прикончит, для самого Желтого ровным счетом ничего не изменится. Раньше нужно было бороться за титул чемпиона с Вандалом, теперь, если новичку повезет, с Горелым.

Ну и что за хрень? Зачем Горелый бросил вызов? На кой черт ему это надо, если он хотел просто свалить из Скайсити?

Обдумать все как следует Желтый не успел. Всего через полчаса после конца боя Костолома и Вандала, вызова Вандала Горелым, на приватник Желтого пришел вызов. Звонил тот самый свободный Дэн Мурлок, что подвязался в команду Горелого.

— Ты… — Желтый чуть не задохнулся от ярости, увидев его, — как ты смеешь звонить мне, когда ты и твой дружок…

— Бар на территории казарм тиро. Все наши договоренности в силе, но есть кое-что, что нужно обсудить, — заявил свободный.

Глава 17

— В итоге ты получаешь то, что хотел. Более того, без Вандала все равно абсолютным чемпионом арены был бы Грач, и кто знает, что мог бы накопать этот поц. А так и ты формально чемпион, и противников нет.

Желтый Король с интересом смотрел на сидящего перед ним человека с обожженным лицом. План Горелого был не то чтобы совершенный, но шансы на успех были крайне велики. Правда, одна мысль не давала Желтому Королю покоя, и он ее высказал.

— Все звучит, конечно, очень круто, но вот такой момент — в твоем плане я должен подставиться, причем подставиться круто. А если тебе просто не повезет? Я даже не говорю, что ты не справишься, просто не повезет — заклинит оружие, подвернется камень под ногу…в общем, чистая случайность. Вандал тебя прикончит. И все полетит коту под хвост. А я… Ты же понимаешь, что тогда моей карьере конец? Мне самому конец!

Тапок, которому чертовски надоело юлить, посмотрел на Желтого своим фирменным «взглядом-выстрелом» и жестко ответил:

— А для тебя ничего не меняется. Ты и так в дерьме по уши. Если не согласен, то Бес передаст свою информацию вашему руководству, и ты точно так же поставишь крест на своей карьере, так что…ты просто сделаешь второй раз тоже самое. Повезет — выйдешь из ситуации победителем. Не повезет — ну, два раза потерять одну голову невозможно, да?

— Ты что, меня шантажируешь?

У Короля аж лицо побагровело. Он был готов уже начать орать, но тут же взял себя в руки, успокоился. Тапок с легким презрением смотрел на этого человека, у которого было в жизни все, что нужно. Однако ему хотелось еще и славы «крутого мужика». Ну что ж, у каждого свои комплексы… Правда не все готовы платить такую цену, как заплатил Желтый.

— Гормональный дисбаланс, нервные срывы, провалы в памяти, да? — спросил Тапок, — Парень, а сколько ты железа в себя напихал, чтобы стать равным чемпионам? Ты же в курсе, что это даром не проходит?

— Не твое дело! — вновь побагровел Король.

— И то правда, но так как нам нужно работать какое-то время в команде, дам совет. Увеличь дозу дистрессина на треть, иначе может не выдержать мозг, и ты слетишь с катушек. Ну или просто подохнешь от…

Желтый вспыхнул мгновенно. Что этот гладиатор, этот урод себе позволяет вообще? Да какое он имеет право судить его, давать советы. Что он вообще о себе возомнил?

— Сказал же, я в порядке, не лезь не в свое дело! — теперь Желтый разозлился по-настоящему, — ты жалкий песчаный червь…

А Тапок все так же спокойно смотрел на психующего и покрывающегося пятнами человека, и думал, что союзник у них аховый. Чудила находился настолько близко к киберсрыву, что представлял собой опасность для всех окружающих. Черт, знал бы раньше, с кем связался…

А Желтого продолжало нести. Он чертыхался и угрожал, матерился и выплевывал оскорбления.

— Так, заткнулся и послушал меня! — Тапку это вконец надоело и он рявкнул так, что стекла в окнах задрожали.

— Решай прямо сейчас, — произнес он своим «металлическим» голосом, не предвещавшим ничего хорошего для собеседника. — Ты или делаешь то, о чем мы договорились, или нет. Если нет, то уходи. У меня нет ни времени, ни желания его тратить на бесполезную беседу. У тебя проблемы с головой из-за имплантостресса, это факт. Если мы работаем вместе — на это время тебе придется взять себя под контроль. Потом хоть весь город вырежи, мне нет дела. Но сейчас решай, и решай быстро. И если согласен — делай так, как тебе сказали.

Желтый Король поник, он сидел, сгорбившись на стуле. Он бы в целом и рад прямо сейчас успокоиться, но проблема в том, что ему это никак не удавалось. В мозгу яростно свербело: «Накинься на него, он безоружен! Накинься и убей!». И будь они где-то на улице, скорее всего, он бы не удержался. Но тут, в баре для гладиаторов, слишком опасно, так что он в ярости просто выпускал и убирал лезвия на запястьях. Это его всегда успокаивало. Успокоило и сейчас…

Тапку надоело ждать ответа, он поднялся из-за стола, решив, что разговор окончен, однако Желтый все-таки совладал с собой и сумел выдавить:

— Я согласен.

Тапок внимательно посмотрел на Желтого.

— Тогда завтра по моему сигналу будь готов.

Желтый кивнул и, вскочив из-за стола, практически выбежал из бара.

— Сэр, а вы не думаете, что этот человек нас кинет? — поинтересовался у Тапка Джим, подошедший к столику.

— Я, друг мой, не думаю, я в этом уверен, поэтому нельзя ему дать такого шанса. Впрочем, это точно не твоя головная боль. Ты вот что, когда я отправлюсь на бой с Вандалом, сделаешь так…

Тапок перешел на полушепот и изложил Джиму то, что тот должен сделать. Джим быстро-быстро закивал головой, и Тапок, хлопнув его по плечу, вновь перешёл на громкий голос:

— А теперь надо подумать, как связаться и поговорить с распорядителем.

Фраза эта вроде ни к кому не была обращена, но все же отрегировал на нее Бес.

— А я тут причем?

— Ну ты же свободный гладиатор.

— И что?

— Ну, ты ведь как то можешь с ним связаться?

— Как?

— ну, подумай…

— Можешь вон в потолок поорать, вдруг поможет, — предложил Бес.

— Ладно, тогда давай думать, — вздохнул Тапок.

Но орать не пришлось. В бар, всего спустя полчаса, неспешным шагом вошел в сопровождении трех человек сам распорядитель, и он зашагал целенаправленно к столику Тапка. В дверях же, как подметил Бес, остались несколько человек. К сожалению, разглядеть их лица не удалось — все трое держались в тени. Бес посчитал, что это охранники распорядителя. Но он ошибся.

— Так, вы двое, один в казарму, второй наружу! — приказал «Гость» бесу и Джиму.

Джим безропотно поднялся со стула, а вот Бес наоборот, развалился и принял позу «хрен я отсюда уйду».

— Это по какому праву вы, уважаемый распорядитель, меня выгоняете? Я внимательно читал правила. Если мы с Горелым в команде, то я имею право присутствовать при любых переговорах.

— Но тут не будет переговоров. С вашим другом хочет побеседовать мистер Грач. Просто побеседовать. А взамен мистер Горелый получит доступ к магазину, который он так хотел. А я прослежу, чтобы тут не произошло никакого скандала.

Костяшки пальцев Тапка побелели, когда он увидел спутника распорядителя. Сам Грач пожаловал!

Те трое, которых Бес посчитал охранниками, подошли ближе, вышли из тени. Двое громил, пришедших вместе с ним, выглядели так, будто их недавно снимали в каком-то фильме про восстание машин и забыли после съемок убрать грим. Большая часть тел этих бодигардов была заменена на титан или армпласт. Лица обоих отсутствовали, их место занимали сенсорные блоки, какие-то неизвестные Тапку биомеханические приблуды и мощная стальная челюсть. Киберы? Вроде тех, со станции? Очень может быть…

Сам Грач, шедший впереди не обращал на свое сопровождение ни малейшего внимания, будто это две собачки. Он отодвинул стул и уселся, глядя не на Тапка, а на Беса.

— Мистер… свободный гладиатор, уж простите, запамятовал ваше имя, если вы не уйдете, я буду вынужден приказать своей охране вас выставить. Думаю, вам это не понравится.

— Хех, ну попробуйте! — усмехнулся Бес.

— Вы действительно хотите рискнуть своим здоровьем, причем просто ради приятеля? — поднял удивленно бровь Грач, — Как-то странно, не находите?

— Ради своих инвестиций рискну. Знаете, сколько мне принесли ставки на нашу команду?

— Почти полмиллиона кредитов…неплохо, очень неплохо для вчерашнего офицера охраны, — хмыкнул Грач, — Хорошо, оставайтесь, но учтите, что все услышанное здесь будет составлять коммерческую тайну, и за ее разглашение я вас не просто убью, я сделаю это прилюдно и максимально болезненно.

— Боюсь-боюсь! — поднял руки Бес и оскалился в ехидной улыбке, — Сэр, может быть, вы сообщите моему напарнику, что вам от него нужно, и мы закончим? Дела, знаете ли, не ждут.

Грач мрачно поглядел на Беса еще раз, но тот был само спокойствие. В действительности все это шоу было нужно только для одного — дать Тапку время, чтобы он смог взять себя в руки, потому что заметь Грач его взгляд минутой раньше — точно понял бы, что этот Горелый ненавидит его до самых глубоких глубин своей души. На то, чтобы не кинуться прямо сейчас на Грача, ушли все остатки силы воли, духа и прочего, но все же Тапок сумел.

А если Грач, заметив этот прямо таки испепеляющий взгляд начнет допытываться… нет, нервы у Тапка не железные — он накинется на него и тогда все…

А так Бес выиграл время, дал тапку возможность взять себя в «ежовые рукавицы» и не подать виду, что они с Грачом уже знакомы. Равно как и погасить свое неистовое желание свернуть ему шею прямо здесь и сейчас.

Грач не заметил всех душевных метаний Тапка и, договорив с Бесом, вальяжно расселся за столом, уставился на собеседника, уперев подбородок в сомкнутые в замок и поставленные перед собой на столешницу руки.

— Мистер Горелый. Профессиональный гладиатор, которого каким-то чудом занесло к нам, в Скайсити. При этом никто не знает, как именно вы попали в окрестности города.

Грач откинулся на спинку кресла и упер пронизывающий взгляд в Тапка.

— Охрана почему–то «забыла» где и при каких обстоятельствах вас нашла. Вы сами ничего не говорили. Все это очень странно… Знаете, я, честно говоря, в замешательстве. Плюс еще эта ваша наглость, ничем не обоснованное желание убить моего сына… Откуда столько неприязни.

— Я хочу свободу, денег и титул чемпиона, — буркнул Тапок.

— Вот как… — задумчиво протянул Грач, — ну что же, в чем–то я могу вас понять но… Если честно, проще было бы вас убить, но, увы, тут без вариантов и совершенно для меня не позволительно — толпа точно обвинят в этом меня, а это не желательно в свете и так имеющихся проблем.

— Вы не уверены, что ваш сын со мной справиться? — усмехнулся Тапок, — боитесь, что я его убью?

— Не в том дело… Клон капсулы ведь никто не отменял…

— Вы же «чистильщики», — деланно поразился Тапок.

Грач лишь скривился, проигнорировал это замечание и продолжил свою мысль:

— Проблема в том, что его проигрыш неприемлем — он слишком долго шел к этому, и мне нужно, чтобы новым абсолютным чемпионом стал именно мой сын.

— Да что ж вы все на этой арене помешались то…кровожадные говнюки! — подумал Тапок.

— 22 миллиона кредитов в год только на процентах на ставки. А ведь еще есть продажа мерча, продажа записей туда, наружу, и магазины снаряжения. Это бизнес, большой бизнес для меня. И вы вроде бы как профессиональный гладиатор, все это ваш хлеб. На кровавых игрищах вы можете склотить целое состояние…

— Хотите меня подкупить? Думаете вам все можно?

Тапок явно начинал терять самоконтроль, и последнюю фразу он практически выплюнул в лицо Грача. Бес уже мысленно приготовился, что через пару минут тут будет кровавая карусель. Охрана тоже поднапряглась, и только сам Грач оставался спокоен.

— И все-таки, откуда же я тебя мог знать? — спросил он, — Даже эта фраза…где-то мы точно пересекались… — задумчиво протянул он, внимательно глядя на Тапка.

«Черт, а хорошо, что тут нельзя применять оружие. Будь у Тапка его пистолеты — его бы точно опознали, даже с этими шрамами», — мелькнуло в голове у Беса.

— Возможно. Я, знаешь ли, не всегда сидел в этой песчаной клетке, — буркнул Тапок.

— Ладно, вот мое предложение. Если ты проиграешь красиво — мы неофициально подключим тебя к капсуле. Встанешь в новом теле, вне казарм, и уйдешь из Скайсити. Как компенсацию выдам грузовой гравилет, набитый оружием, жратвой и патронами, — тут Грач усмехнулся. В пустошах станешь богатым шейхом.

— Хор-р-рошее предложение, вот только подозреваю я, что никакого гравилета не будет, — хмыкнул Тапок, — Будет в лучшем случае пара твоих мордоворотов возле капсулы и смерть, уже окончательная. А скорее всего, прямо в капсуле.

— Ты мне не веришь и смеешь обвинять меня во лжи? — нахмурился Грач.

— Именно. Ты — Чистильщик, — прошипел Тапок, — Как только я встану в клоне — я для тебя не человек, и никакие договоры не действуют. Совсем, что ли, за идиота меня держишь?

Грач злобно ухмыльнулся.

— А ты прямо знаток! Где–то мы точно с тобой раньше пересекались. Но тебе повезло — выжил. Вот что. Ты — гладиатор. И я готов поспорить, что просыпаться в клон–капсуле тебе уже приходилось. Так что следуя твоей логике — для меня ты и сейчас не человек. Но… Я от своих слов не откажусь, мое предложение в силе. Рекомендую подумать. Хорошенько подумать. Если примешь мое предложение — шансы выжить у тебя будут гораздо выше, чем если ты решишь отказаться.

Тапок злобно глядел на Грача и молчал. Тот усмехнулся.

— Что ж, время есть. Думай. Удачи не желаю, завтра ты умрешь.

— Завтра и посмотрим, — буркнул Тапок.

Грач поднялся из–за стола, и, кивнув своим телохранителям, пошел на выход. У самых дверей он еще раз посмотрел на Тапка, видимо, пытаясь все же вспомнить, кто это такой и где он его встречал, однако опознать так и не сумел, так что развернулся и быстрыми шагами покинул бар.

— Да уж. Знаешь, Тапок, на какой-то момент я решил, что все, он тебя узнал, — сквозь зубы выдохнул Бес облегченно, — я думал все, сейчас понесется…

— Ну…да, есть такое, — кивнул Тапок, — Я тоже опасался, но видишь — пронесло же.

— Ага. И я очень этому удивлен, — согласился Бес, — А вообще и по делу, как–то все слишком быстро закончилось. Он даже не стал настаивать на своем предложении. А Грач не похож на человека, который так легко отступает.

— Да мне кажется, он приходил только с одной целью — посмотреть на меня. Это идиотское предложение было чисто для виду.

— Возможно…вопрос в том, что именно он задумал, и как собирается помешать тебе выиграть.

— Как…подозреваю, что старым, как мир, способом — яд и кинжал. Не насмерть, чисто чтобы меня затормозить, дать шанс сыночку прикончить меня уже на арене.

— И что ты будешь делать?

— Буду импровизировать. Давай, погнали уже в магазин за снарягой. Пора готовиться.

— Погнали.

Охрана на выходе, считав его пропуск, открыла ворота, предупредив, что в запасе у них два часа времени, и им запрещено входить куда-либо, кроме магазинов. Через два часа чип Тапка будет активирован в режим самоуничтожения. Так что лучше не опаздывать и не задерживаться, вернуться вовремя.

Они с Бесом направились для начала в магазин для гладиаторов-ветеранов, тот был в том же квартале. По пути Бес наконец-то задал мучающий его вопрос.

— Слушай, а ты не боишься, что один из двух просто рванет тебе голову с помощью чипа? Ну, в смысле, или Желтый, или Грач.

— Не-а.

— Почему?

— Да потому что рвать там нечего уже. Ты же помнишь, что у меня установлен адаптивный ИИ?

— Ну да. Твой секрет.

— Так вот, бомбу он деактивировал еще на первой арене, систему подачи тока тогда же. А считывание позиции отключать пока нельзя — сочтут, что я сбежал. Поэтому не беспокойся. Вот с Джимом надо бы что-то сделать, его чип я, сам понимаешь, не отключу.

— Хм…рискованно. Но когда начнется буча — лучше бы ему быть без бомбы в шее.

— Или просто с глушилкой на этой самой шее. Помнится, у твоего пса есть такая. Все равно же ты его сейчас с собой приведешь. Кстати, где пес?

— В безопасном месте неподалеку.

— ну вот. Значит просто врубить глушилку, попросу Геру быть рядом с Джимом и не отходить от того далеко.

— Кстати, Тапок, а что за задание ты Джимми дал?

— Узнаешь. Думаю, тебе, заядлому цинику, понравится.

Тем временем перед ними уже были здоровенные зеленые ворота, на удивление просто прикрытые. Тапок толкнул створку, и она распахнулась, открывая им вид на внутренний двор ветеранского сектора.

— М… пахнуло свободой, — втянув воздух, заявил Тапок.

— Как по мне — просто канализацией, — хмыкнул Бес.

Глава 18

Оружейный баул, купленный Тапком в последнем посещенном ими магазине, явственно оттягивал плечо. Бес посмотрел на товарища, затем немного иронично сказал:

— И вот на хрена тебе столько? Это же дуэль!

Тапок грустно усмехнулся.

— Ты всерьез думаешь, что со мной будут играть честно?

— Нет конечно! — возмущенно хмыкнул Бес.

— Ну вот. А это уравнивает шансы.

— Ну не знаю. Ты ж и так придумал план, который сейчас реализует Джим. Думаешь, этого мало?

— Уверен, что мало. И да, кстати, Бес, будь осторожен, у меня есть плохое предчувствие, что нас с тобой, несмотря на все слова о честности, попробуют убрать сегодня. Может даже прямо сейчас.

— Да я и не сомневаюсь в этом. Вот только меня не сейчас, а когда я покину территорию казарм. Вот тебе я бы посоветовал…

— Я разберусь, не беспокойся, — неожиданно прервал его Тапок. — Все, до завтра. И по сторонам уже гляди.

— Окей, до завтра, — несколько удивленно ответил Бес, но многозначительный намек Тапка он понял правильно. Тем более, далее он получил подтверждение своим догадкам.

Он вышел из ворот и пошагал по улице. Кое-что его здесь изрядно насмешило — дежурная группа на КПП явно всеми силами старалась его выставить побыстрее, при этом пыталась даже не подать виду, что торопится. Вышло очень комично, парни бледнели и отводили глаза. Похоже, что совесть у них все-таки не совсем атрофировалась, но деньги решали все.

Этих двоих Бес заметил почти сразу же. Они сочли, что двигаются незаметно, вышли метрах в десяти за его спиной и начали быстро догонять. Но Бес был уверен, что это еще далеко не все противники, ждал, когда появятся остальные, и не ошибся.

Вторая двойка вышла ему навстречу из запаркованного у тротуара дорогого гравилета.

«Желтый, скотина! Точно он, его почерк. Грач прислал бы киборга, ну или кого-то посмышленее этих дурней. А вот куча наемников и засада, больше похожая на гоп-стоп, это он, падла компьютерная. Ну что ж, долг платежом красен будет, и цену я возьму справедливую», — эта мысль оформилась в голове Беса, пока тело, как запрограммированное, выполняло набор действий, отточенных годами тренировок и практики.

Человек сзади протягивает руку, намереваясь взять за плечо. Чуть опустив плечо вниз, Бес не позволил себя схватить, а затем развернулся, выдергивая из петель на поясе два коротких клинка, нанес одновременно два удара — правой рукой в горло, а левой в область паха, перебивая бедренную артерию.

Прежде чем напарник без пяти минут мертвеца понял хоть что-то, Бес уже оказался рядом с ним, нанес короткую серию ударов, каждый из которых был если и не смертельным, то совершенно выбил противника из колеи, а когда и с этим было закончено, Бес развернулся лицом к подходящей парочке. Они тоже еще не успели понять, что к чему, но и не поймут — ножи, появившиеся в руках Беса, словно у фокусника, со свистом полетели вперед, к жертвам.

В кино при этом ножи крутились бы как сумасшедшие, ну а на деле они просто летели, совершая в процессе максимум пару оборотов вокруг своей оси.

Зато попали они туда, куда Бес и целился — в горло обоим нападавшим. Пусть другие говорят, что нож в глазницу эффективнее. Пусть бытует мнение, что гортань может быть усилена пластинами титана. Бесу было плевать — ни одного «сбоя» за всю свою «карьеру» у него не было. Если человек получает семь дюймов стали в глотку — он не может заорать. Выживет или нет — это уже вторично, главное — никто никогда не успевал оповестить товарищей, поднять тревогу. Ну а даже если такой «везунчик» выживет после попадания ножа, у Беса всегда было в запасе несколько секунд, чтобы добежать и добить.

В этот раз никуда бежать не пришлось.

Этой четверке было чертовски далеко до профессиональных ликвидаторов. Все четверо, как выяснил в ходе быстрого обыска Бес, были вооружены пистолетами с глушителями, все носили при себе глушилки малого радиуса, блокирующие любой сигнал. А еще все четверо были…да хрен их знает, кем. Никаких айди, никаких записей. Безликие никто, которые, скорее всего, исчезли бы после операции. Причем как в случае ее успеха, так и в случае провала.

Весь бой занял от силы несколько мгновений, так что у Беса оставалась как минимум пара минут до прилета патрулей. Хотя он сильно подозревал, что ни одна камера в данный момент просто не работает, но рисковать и проверять ему не хотелось. Подхватив с тела одного из покойников пластинку электронного ключа, Бес огляделся и направился к стоящему под зданием в переулке гравилету, сел в него и понесся по улице прочь.

На полпути он внезапно свернул, и через пару минут уже оказался в лабиринте улиц технического сектора. Здесь Бес подключил автопилот и, оглядевшись, убедившись, что никого вокруг нет, выскочил из машины.

Гравилет загудел движками и, ускорившись, исчез в конце улицы, а сам Бес, еще разок оглядевшись и не заметив слежки, открыл заранее подготовленный на такой случай люк канализационной системы и нырнул вниз.

Почувствовав себя в безопасности, он отключил «маскировку», сбросив с себя личину бывшего охранника Дэниэла Мурлока, и тут же отстучал Тапку сообщение на приватник. Благо статус грегария позволял тому иметь этот девайс.

«Тапок, я ухожу в схрон, на меня напали. Личина засвечена»

Ответ пришел мгновенно, будто Тапок только и ждал сообщения.

«Плохо. Тогда работаем по варианту три. Помни — главные цели не должны пострадать. Сопровождающих вали без зазрений совести»

«Вариант три? Ты уверен? Ты же там будешь один. Что-то не так, и все…»

«Ну, хочешь, пришли сюда парня с черным носом. Пусть прикроет вблизи, не показываясь. Кстати, чьи люди тебя пытались достать?»

«Обиженка»

«Ладно, конец связи»

В меню Бес нажал несколько кнопок, дождался подтверждения и, удовлетворенно улыбнувшись, сбросил комп к заводским настройкам, предварительно вынув из него блок памяти. Он сбросил блок на пол, раздавил его каблуком. Не то чтобы это было обязательно, но так спокойнее.

Все связанное с личностью Дэниэла Мурлока отныне недоступно.

Бес даже счет его вычистил, предварительно сбросив все на свой собственный. Правда, без ретранслятора операция еще не подтверждена, но флот ВКС должен скоро появиться, и вот тогда все деньги придут, а он станет богаче на полмиллиона кредитов. Война войной, а обед никто не отменял, так сказать.

* * *

Сообщение от Беса застало Тапка в столовой. Он как раз собрался идти домой, когда запищал приватник. Отбив ответы, Тапок остался за столом и задумался. Не то чтоб он боялся нападения, но все же любые раны — это проблема и лишние сложности, которые завтра могли бы помешать, так что стоило бы поберечься.

В этот момент в столовую вошло трое гладиаторов. Они огляделись по сторонам, после чего один остался у дверей, а двое пошли в сторону Тапка, демонстративно делая вид, что им нет до него никакого дела. Причем делали они настолько топорно, что никаких сомнений у Тапка не осталось — эта троица заявилась по его душу. Он напрягся, но виду не подал. Оружие и патроны лежали в сумке под столом — этого требовали правила, установленные для гладиаторов, находящихся в «общих» помещениях. Но Тапок особо на этот счет не парился — оружия тут полно. Вон, прямо под рукой лежит.

Незаметным движением Тапок подхватил с подноса вилку и прикрыл ее кистью, перехватив обратным хватом.

Парочка подошла к столу, резко повернулась и нависла над Тапком. Оба были классическими тяжами ВКС — лысые черепа, гипертрофированная мускулатура, татуировки с носорогами в броне, топчущими каких-то фантастически смотрящихся жуков.

Один из них заговорил низким басом, с хрипотцой. Похоже, паренек прошел когда-то через реконструкцию горла. М-да, поносила его жизнь…

— Это ты Горелый, да?

— Да, — кивнул Тапок.

— У нас к тебе дело.

— Ну?

— Не здесь. Пойдем, выйдем.

Тапок посмотрел на говорящего своим фирменным взглядом, но толку от этого было примерно ноль, там в черепе интеллекта не хватало на то, чтобы испугаться или понять, что потенциальная жертва тебе просто не по зубам.

— Парни, вы держите меня за идиота? — тяжело вздохнул Тапок. — Никуда я с вами не пойду. У меня завтра дуэль с Вандалом, не до вас.

— Ты че, борзый, что ли? — угрожающе прошипел второй гладиатор. — Сказали же: пошли, выйдем.

— Слушай, лысый, тебе в армии все мозги удалили, а? — дружелюбно и даже с нотками жалости в голосе поинтересовался у него Тапок. — Я же только что сказал, что не пойду. Забирай своих корешей и валите на хрен, пока я добрый.

— Да ты охренел! — взревел гладиатор. — Все, хана тебе, козел!

Тапок не мог понять, они реально такие тупые или прикидываются? Тот, что говорил первым, кивнул своему напарнику, и оба вытянули из-за поясов телескопические дубинки.

— Ну, ты, урод! Последний шанс пойти с нами, — прошипел первый.

— Слушай, ты, по-моему, точно дурак… — вздохнул Тапок. — Я не хочу с вами драться, но вы меня вынуждаете. Причем непонятно, зачем вам это надо?

Не став тратить время на дальнейшие разговоры, оба громилы одновременно замахнулись, собираясь врезать Тапку. Дубинки на огромной скорости понеслись туда, где должен был быть этот наглый мужик, вот только мужика на месте уже не оказалось. Тапок сместился, просто оттолкнувшись ногами от стола, и вместе со стулом оказался за спиной громил. В процессе он еще и вогнал первому попавшемуся под руку громиле вилку точно в бедро с внутренней стороны. Правда, вместо мягких тканей зубцы наткнулись на искусственную кожу, которая спружинила, отбросив их.

Удары дубинок, прошедшие мимо целей, оставили вмятины на столе и вдребезги разнесли посуду на подносе. Оба здоровяка оказались быстрыми и, промахнувшись, вновь набросились на Тапка буквально через пару мгновений.

Тапок подхватил стул и со всей доступной ему благодаря имплантам силой обрушил его на спину одному из нападавших, разбив его в хлам. В руках Тапка остались лишь две толстых и острых железных ножки, отломавшиеся от остальной конструкции.

От удара стулом громилу унесло на пару метров. Он полетел, сбивая стулья, ломая столы, а Тапок обрушил град ударов на второго, выискивая у него слабые места.

Пока первый ворочался, как медведь в берлоге, выковыривая себя из обломков мебели, Тапок успел сделать добрый десяток ударов, и сейчас его противник тяжело покачивался, залитый кровью из нескольких рваных ран.

Тапок отступил на шаг, любуясь результатом.

— Слушайте, утырки, я не хочу вас убивать. Может, отвалите по-хорошему, пока не поздно? Может, подумаете?

Вместо ответа в него полетела сорванная крышка стола. Тапок отвел ее в сторону блоком из двух дубинок, и в тот же миг его ребра стиснули стальные объятия. Десантник — это и так машина для убийства, а уж такой вот, разъяренный и настроенный на победу любой ценой, и вовсе смерть для всего живого. Во всяком случае, сам десантник в это свято верит.

Вопреки его опыту, Тапок не стал стонать или орать от боли, а просто развел руки как можно шире и вогнал со всей силы острые наконечники своих импровизированных дубинок в шею противника. Руки на его ребрах рефлекторно разжались и взметнулись вверх, пытаясь ухватиться за воткнутые в плоть трубы.

Но Тапок не дал ему такой возможности, возвратным движением вырвав свое импровизированное оружие из ран, тем самым вызвав целый фонтан крови и рев самого десантника.

Второй заревел, но крик его прервался, едва начавшись. Незаметным для глаз рывком Тапок оказался рядом и, не тратя времени на драку, просто ткнул ножкой стула в открытую глотку, а вторую через нижнюю челюсть крест-накрест вбил прямо в голову, пробив мозг.

Третий напавший, стоявший на стреме, не был идиотом, тем более увидев, что стало с его товарищами. Он попросту выскочил в дверь, впрочем, это ему мало что дало. Снаружи уже вспыхнул свет и раздались крики: «Лежать! Лежать, стреляю!», и тут же ударили автоматные очереди, а в столовую уже влетали злые парни в белой броне, вопящие то же самое Тапку. Он не стал ни ложиться, ни сопротивляться, просто уселся на стул, нагло посмотрел на брызжущего слюной солдата и спокойно сказал:

— Прежде чем что-то еще угрожающее скажешь или как-то мне навредишь, вспомни, кому ты это говоришь, ты, насекомое, и подумай, что я с тобой сделаю.

Солдат на секунду аж осекся, а потом понял, что за спиной у наглого гладиатора лежат два тела, при том что у него нет оружия в руках, и сглотнул. Истории о парне, легко убивающем голыми руками вооруженных бойцов в броне, уже распространялись. Было даже имя… Обожженный? Копченый? Горелый?

— Позови распорядителя, — приказал гладиатор, — я хочу с ним поговорить.

— А кто ты такой, чтобы распорядитель к тебе… — начал было солдат, уже прекрасно зная, с кем говорит.

— Горелый, — бросил Тапок.

Распорядитель прибыл через десяток минут. Оглядев побоище и посмотрев на наглого и самодовольного Тапка, он чуть поморщился.

— Вы знаете, уважаемый, я все больше жалею, что мы сохранили вам жизнь. От вас все время одно лишь беспокойство и проблемы.

— И деньги, — оскалился Тапок. — А касательно того, что здесь произошло, я ни при чем. Это на меня напали эти двое. Я просто защищался.

— Ага, и камеры по странному стечению обстоятельств не работали именно тут? Кстати, ваш друг, Бес, сейчас в бегах, вы в курсе? Он напал на четверых добропорядочных граждан, угнал гравилет и скрылся, оставив за собой остывающие трупы.

— Вы сами-то в этот бред верите?

— Ну, видеозаписи говорят сами за себя. Ладно, завтра вы, скорее всего, умрете, так что это уже неважно. Сейчас вас сопроводят в ваш номер, и до дуэли вы из него не выйдете. А чтобы к вам никто не зашел, я поставлю охрану вокруг вашего домика. Мы поняли друг друга?

— Да без проблем. Я пошел?

— Уж будьте столь любезны.

Тапка и впрямь под охраной довели до его жилища, а вокруг дома тут же встал аж целый взвод бойцов распорядителя. Впрочем, Тапка это не слишком-то и волновало. Он поставил сумку на стол в своей комнате и принялся снаряжаться.

Пришедший к полуночи Джим на немой вопрос Тапка лишь кивнул, мол, все нормально, и ушел спать.

Сам Тапок тоже лег, все было подготовлено, и оставалось надеяться, что никто не налажал. Тогда завтра они уйдут отсюда живыми, а он наконец-то посчитается с Грачем за все.

Утром Тапка ждал под домом конвой. Его с большой опаской сопроводили до выхода и посадили в бронированный гравилет.

И вот уже арена.

Сегодня обошлось без пафосных воплей комментаторов. Арена для дуэли представляла собой два небольших двухэтажных дома метров десять на десять каждый, две груды контейнеров на разных концах арены и ржавый карьерный самосвал посредине. Все. Бойцы входят с разных сторон за контейнерами, а дальше с арены выйдет только один.

Вандал приехал чуть позже Тапка в сопровождении самого Грача, пары телохранителей и четверых ребят, здорово похожих на элитных «Изначальных» — черные шлемы-черепа, желтые кресты, татуировки, специфические шмотки…в общем, все атрибуты Чистильщиков.

На Тапка Чистильщики даже не взглянули, а зря, иначе могли бы заметить, как в его глазах сверкнули молнии.

Ни одна эта сволочь живой сегодня с арены не уйдет.

Тапок быстро накинул броню, подхватил оружие и пружинистой походкой подошел к шлюзу.

За его спиной начала закрываться дверь, отсекающая Тапка от мира, а сам он уже начал входить в то состояние, которое накатывает на него во время боя, когда нужно выложиться на полную или совершить нечто такое, что другие назвали бы «невозможным».

Летс мортал комбат бегин!

Глава 19

— Да ты псих, Алькарон, я тебе точно говорю! Тебе мозги ваши бедуинские заморочки и благовония к фазису спалили! Все на Пекле знают — нельзя соваться на грибные поля, и уж тем более приближаться к Кы. Увидел гриб — беги, и может, тебе повезет.

— Ага. А знаешь, кто рассказал об этом всем? — хмыкнул Алькарон, с усмешкой глядя на Полоза.

— Дай угадаю. Все, кто в трезвом уме?

— Не угадал, мой дорогой друг, Гнилой Язык! Именно бедуины и создали такую славу вокруг Кы, но на самом деле, если правильно все сделать, это доброе и спокойное животное тебя вообще не тронет.

— Слышь, копченый капитан, я просил меня не называть этой дурацкой кличкой, — насупился Полоз, — у меня кличка уже есть, вот ею и зови.

— Иногда слова портятся, если их повторять раз за разом, поэтому мой народ придумал иносказание, чтобы имена не изнашивали своих значений.

— Кончай курить дурь, Алькарон! Опять какую-то муть начал нести.

— А, что с тобой говорить, неразумным! — вздохнул Алькарон. — Только тратить драгоценный нектар слов в пустошь невежества и глупости.

— Чего-о-о-о?

— Да ничего, мажься, говорю, гуще, а то станешь покойником раньше, чем мы встретимся с Быстрой Смертью, — буркнул Алькарон. — А мне не хотелось бы быть тем, кто принес ему дурные вести.

— Идиотизм, — буркнул Полоз, — нас Кы прикончит раньше, чем преследователи.

— Делай, что сказано! — приказал Мик. — Ты так и не понял? Бедуины специально кучу сказок насчет Кы придумали, чтобы к ним не совались, и пользуются этим вовсю.

— Это как?

— А вот так. Делай, как сказал Алькарон, и Кы нам будет не страшен.

— Сейчас нас догонят и пристрелят. Будем валяться грустные, мертвые и воняющие грибами, — буркнул Полоз.

— Не пристрелят, — ответил ему Мик, — если я правильно понял Алькарона — у них будет гораздо большая проблема, чем мы.

— Какая?

— Кы.

— Это как? — не понял Полоз.

Мик сокрушенно покачал головой.

Алькарон тяжело вздохнул.

И что поделать с этим дикарем? Не будь он другом Тапка, Алькарон бы давно позволил этому дураку просто сдохнуть, но Полоз был неизвестно почему дорог Тапку, так что пришлось его поберечь. Вот и сейчас, когда он, хоть и капитан космического корабля, но еще и вождь бедуинов, открыл чужим людям одну из великих тайн Народа Песков, Полоз спорит с ним, с Алькароном Буххаром, военным вождем всех Пяти Племен. А на деле просто боится, что Кы пожрет его. Глупый невежда!

И ведь все очень просто. Грибы в пещерах разные, и за то время, которое Кы их жрут, часть грибов сумела измениться, стать для Кы несъедобными. Ну а как Кы их узнает?

Правильно, по запаху. Несъедобные грибы выделяют слизь со специфичным запахом, отпугивающую Кы, позволяющий животному понять, что от такого «обеда» ему будет худо. Вот он к ним не лезет, обходит стороной, но ни в коем случае не портит, ведь грибы со временем истлеют, слизь превратится в новый благоприятный слой для роста новых, вкусных и вполне съедобных грибов. Кы нужно лишь немного подождать и не испортить будущий урожай, затоптав его, вот он и держится подальше, ведь не враг сам себе.

Ну а наблюдательные бедуины это узнали и начали использовать норы и поля Кы в тех случаях, когда надо надежно укрыться, спрятаться от противника, или даже пытались использовать Кы в качестве союзника, так как победить этот природный «танк» в бою можно разве что с помощью плазменной пушки. Вот только из нее еще надо попасть в проворную для своих размеров тушу, а все остальное оружие максимум оставляет царапины и подпалины на его броне и толстенной коже, пули банально застревают в жировом слое, защищающем Кы и от врагов и жары.

При том его когти способны порвать многослойный титан как бумагу, зубы прокусывают даже армейские экзоскелеты высшей защиты, а хвостом он может перебить конечности тяжелого ходячего танка. Агрессивность Кы легендарна, он способен идти по запаху своих любимых грибных спор километры и считает своей собственностью любое место, где эти самые грибные споры есть. Разумеется, если там уже нет другого Кы.

Не дай тебе бог вляпаться в споры и позволить Кы это учуять. Он будет идти за нарушителем сутки, двое, неделю. Сколько бы ни пришлось потратить времени, Кы не успокоится, рано или поздно догонит обидчика и убьет, так что связываться с этой тварью по собственному желанию дураков на Пекле нет.

Алькарон действительно открыл Мику и Полозу страшную тайну, и сейчас на вполне законных основаниях был разочарован реакцией и тупостью Полоза.

Мик молча выполнял указания бедуина, хотя и по его коже бегали мурашки, очень хотелось быстро выскочить из пещеры и лететь по пустыне как можно дальше от этого места, прежде чем Кы заметит, что кто-то у него тут хозяйничал, но он сдерживался.

Им удалось скинуть преследователей с хвоста, но дураку понятно, что это ненадолго — как только киберы доберутся сюда, они полезут в логово без вопросов и сомнений. Плевать они хотели на Кы, и очень даже зря.

Ну а с другой стороны пещеры стопроцентно или спит, или пасется один, а то и несколько Кы, и единственной защитой от животинок будет пахнущее пряностью и плесенью вещество на коже.

Мик очень опасался, что эта авантюра закончится плохо — они же сейчас меж молотом и наковальней.

Черт, нужно торопиться — они могут и не успеть нанести жижу на всех — Биркин вон стоит, с задумчивым и брезгливым выражением на лице глядя на слизь перед собой, и совершенно не спешит намазываться ею.

— Хватит жалом водить! Мажьтесь! Без этой дряни вас просто разорвут на куски, — сказал ему Мик.

— Нет желания пачкаться этой дрянью, — брезгливо поморщился профессор.

— Вы ведь в курсе, что такое Кы? — спросил Мик.

— Условно. Мне не удалось заполучить образец, с группой охотников произошел несчастный случай.

— Не удивлен, — хмыкнул Мик.

Тут вмешался Полоз, активно втиравший все ту же слизь в подмышку:

— Ага, несчастный случай! Сожрали его охотников или затоптали, как и две команды наемников. Контракт на добычу туши Кы висел три месяца по всем городам и поселкам с наградой в виде двадцати ящиков патронов, контейнеров с водой с едой на три месяца, плюс новые пушки авансом. Было много идиотов, клюнувших на этот заказ. Даже несколько довольно опытных повелось, но никто не смог взять награду. Кы прикончили всех желающих.

— Дикарские сказки и суеверия, — отмахнулся профессор, — ни одна живая тварь не может быть неуязвима к лазерному излучению. Это антинаучно. Научиться убивать этих ваших Кы — лишь вопрос времени. Мне не удалось добыть образец крови и генетический материал, но когда-то получится. Хотя думается мне, что все эти ваши Кы — бредни и выдумка. Не так уж он и опасен.

— Профессор, зря вы так говорите о том, о чем совершенно не знаете. Кы, может, и антинаучен, но абсолютно реален. Если вы не обработаетесь спорами, минут через десять-пятнадцать он за вами придет. Ну, или быстрее — как учует чужаков, так и придет, и не факт, что жрать будет быстро, вы можете пахнуть грибами, например, только снизу, тогда он откусит вам ноги по колени и выплюнет. И вам очень повезет, если он будет не так зол и просто вас затопчет.

— Да прекратите вы меня пугать уже! — отмахнулся Биркин. — «Оторвут, откусят, отрежет» — только и слышу. Надоело! Ничего страшного не случится, если я не стану играть в эту игру, так что отстаньте.

— Боюсь, вы не поняли, — нахмурился Мик, — Вы или сами все сделаете, или же мы обмажем вас насильно. Это не шутка и не игра, это реальность. И у нас нет времени, чтобы с вами пререкаться. Все сами позже увидите. Если повезет и мы выживем — дойдем до вашего схрона.

— Что? Как это «дойдем»? Вы намерены бросить нашу машину?

— Ее точно угробит Кы, на гравилете мы не сможем проехать и пятьсот метров. Тут от этой твари не увернуться.

— Обмажьте и ее этой дрянью, — усмехнулся профессор.

— Не успеем.

— Ну да, ну да! Вот что — вы делайте, как хотите, но лично я никуда и ничего мазать…

— Алькарон, если наш пленник, — Мик специально выделил слово «пленник», напоминая Биркину о его реальном статусе, — не хочет намазываться сам, то разрешаю вам применить ваши способы.

Бедуин кровожадно ухмыльнулся и зашагал к профессору. Тот все понял правильно и с бурчанием принялся натираться. Впрочем, Алькарона его старание не удовлетворило, и он, найдя особо сильно источающий слизь гриб, сорвал его, намазал профессора собственноручно, заодно и перепачкав его от души в грибной мякоти. Биркин орал и матерился, фыркал и плевался, но справиться с сильным и жилистым бедуином он не мог, так что через пару минут его одежду и открытые участки кожи покрывал ровный слой слизи и мякоти гриба, а воняло от него так, что Кы точно должен был оценить запах по достоинству.

Перед тем, как приступить к намазочно-натирательным процедурам, они выгрузили из гравилета все необходимое, нагрузились максимумом снаряжения и оружия, Полоз от жадности даже содрал тяжелый пулемет со станины. Он сопел и кряхтел, но не бросал «машинку», несмотря на резонные доводы Мика о том, что без станины или мощного экзоскелета оружие попросту бесполезно, с рук из него не пострелять. Полоз отвечал односложно: «Пригодится», и упрямо пыхтел дальше.

Гравилет, который им уже не пригодится, они заминировали остатками взрывчатки. Было ее, мягко говоря, маловато, но Мик с Алькароном что-то там нахимичили со словами: «Старая пехотная штука», после чего начали хихикать, когда закончили и отошли от машины.

Смысл их действий оставался непонятен до того момента, когда «сюрприз» сработал.

Далее Алькарон затащил всех в малозаметное укрытие в стене пещеры. Выглядело оно вполне себе рукотворным, хотя вход был закрыт порослью все тех же грибов. Стены явно были выплавлены шахтным лазером, в углу стояла кушетка.

— Ого, а вы тут с комфортом располагались, да? — Мик с интересом осмотрелся. — Видимо, вон там расположен блок вентиляции? Слушай, а как вы это делали рядом с Кы?

Алькарон загадочно ухмыльнулся, как он это делал всегда, когда не планировал давать ответ на вопрос, и ничего не сказал, просто приложил палец к губам.

— А смысл? — пожал плечами Мик. — У преследователей биодетекторы, они нас вмиг засекут…

Алькарон сделал жест «заткнись», и далее принялся объяснять, что им предстоит.

Времени команде хватило на то, чтобы натереться грибами в несколько слоев. Разило от них так, что все уже успели принюхаться, и запаха даже не ощущали. Кы пока к ним не спешил, но зато оттуда, откуда они и прибыли, уже раздавался шум приближающихся гравибайков. Выглядывать было незачем, и так понятно было, что сейчас они доберутся сюда, найдут гравилет.

Так и произошло. Шум движков быстро перешел в состояние «зависания», затем стих, а следом раздались короткие рубленые команды на неизвестном Полозу и Алькарону языке, зато он явно был знаком Мику. Тот посмотрел на Биркина с явной ненавистью во взоре. Именно на этом языке говорили «чужие», с которыми последний год с переменным успехом вели войну ВКС.

А снаружи тем временем раздался взрыв или, скорее, очень громкий хлопок. Похоже, сработала ловушка, установленная Алькароном и Миком. Воплей боли или чего-то на них похожего слышно не было, так что Полоз уже решил, что все, минирование было бесполезной тратой последних запасов взрывчатки. Но через пару секунд грохнул второй взрыв, а вслед за ним каскадом еще четыре. И вот они оказались намного мощнее. От ударной волны заколыхались стены пещеры, и поднялось громадное облако спор.

А еще с противоположного от входа конца раздался дробный топот. На ошарашенных киберов, после того, как рванули все четыре движка гравилета и была обезврежена подрывом первая мина на дверях, налетела парочка очень сердитых крупных тварей.

На затаившуюся команду животинки не обратили ровным счетом никакого внимания.

Как бы растеряны после подобного ни были уродцы Биркина, но сражаться они все же умели, и взять себя в руки смогли быстро. Вот только противник был им не по зубам. На броню Кы обрушился град попаданий из рельсотронов, а с байков ударили два тяжелых и несколько легких пулеметов.

Вот только тяжелые пули рикошетили от пластинок брони, разлетаясь в стороны и жужжа, как огромные шмели. Парочка рикошетов угодила в самих киберов, один даже упал.

Рельсотронные снарядыплющились об толстую шкуру Кы и бессильно падали на землю. Все, включая Биркина, высунулись посмотреть на это зрелище. Профессор был явно ошарашен, а окончательно он перешел в состояние шока, когда с последнего гравибайка вылетело копье лазерного огня и, упершись в лоб более крупного Кы, просто погасло, не причинив никакого вреда, кроме здоровенной проплешины.

Кы, к слову, такая эпиляция совершенно не понравилась, тем более что результат от выстрела все же был — пластинка над рогом лопнула, и из раны ливанула прозрачная жижа.

Кы взревел и ринулся вперед, разбрасывая во все стороны байки и киборгов. Те разлетались, как кегли, бились о стены пещеры, теряя в процессе полета элементы снаряжения и корпуса.

Кы еще и хвостом хлестал, как кнутом, сбивая с ног подвернувшихся врагов.

Те попадали на землю изломанными куклами, не делая даже попыток встать. Никакая ультрасовременная броня не спасла их от этих ударов, внутри измятых скорлупок скафандров, сделанных на основе технологий чужих, остались лишь изорванные тела, поливающие все вокруг себя белесой «кровью».

Тем временем Кы неудержимой ракетой летел вперед. Еще один луч лазера, выпущенный явно в спешке, скользнул по боку зверя, вычертив на этом боку причудливую черную полосу. Кы лишь взвыл, ускорился еще больше, и метров на пять прыгнул вперед, приземляясь прямо на один из гравилетов, тот самый, на котором стоял лазер.

Всем весом животина навалилась на машину, вырвала стрелка вместе с его орудием и отбросила кровавые ошметки в сторону.

Одновременно с этим когти передних лап рванули в разные стороны металл, и тот лопнул, как папиросная бумага, открывая доступ к нутру машины. Бойцы вокруг открыли огонь, и одному даже повезло — его пули угодили в одно из немногих уязвимых мест — глазницу зверя.

В обычных условиях сделать это было крайне непросто — там и прочное третье веко, и скорость реакции. Но сейчас Кы почему-то убрал это самое «защитное» веко, видимо, оно мешало, а потому пуля пробила мягкие ткани, ударив снизу вверх. Глаз немедленно закрылся, из-под верхнего века хлынула кровь и слизь.

Кы заревел так, что затряслись скалы, люди непроизвольно зажимали уши, даже те, кто обладал специализированными имплантами и фильтрами-защитами от перегруза.

А потом Кы принялся с бешеной скоростью махать лапами, буквально нашинковывая в винегрет всех вокруг. Стрелка с его лазером он снова поднял с земли, швырнул в скалу, практически размазав, ухватил челюстями кого-то неудачно подвернувшегося, подбросил его вверх, и тут же схватил зубами, перекусил надвое, брезгливо выплюнув обе части.

На этом он не успокоился, принялся лупить по останкам грави попеременно хвостом и лапами, пока от корпуса не остался расплющенный блин. Двигательная установка попыталась заискрить, и Кы в раздражении пнул ее хвостом еще раз, да так, что она вырвалась из крепежей и своей полутонной массой прокатилась по полу пещеры, снося все на своем пути, врезалась в стену, от чего в разные стороны полетели обломки камня, а затем и сдетонировала, вызвав у Кы еще больший приступ бешенства. Ну а как же, его любимые грибы гибнут! Он развернулся и принялся крушить все вокруг — гибель одного гравилета не могла удовлетворить его жажду мести.

Через пятнадцать минут от отряда элитных киберов осталось три десятка пятен на стенах пещеры и груда разломанного, горелого железа. На песке и вовсе остались лишь лужи белесой жижи.

Кы методично и целеустремленно перемолотили всех и все — киберов, гравибайки, гравилеты. В этой горе мусора найти что-то исправное вряд ли смог бы даже самый дотошный и жадный мусорщик.

Алькарон знаками объяснил, что теперь придется посидеть какое-то время. Мол, слух у Кы очень хорош, так что не стоит провоцировать. Даже при условии, что от них воняет испорченными грибами, и Кы их тронуть вроде не должны.

В нише отряд провел пару часов, прислушиваясь к недовольному фырканью Кы, его тяжелым шагам, а потом Алькарон только по одним ему известным признакам счел, что можно идти, и они тронулись в путь.

Бедуин приказал всему отряду идти за ним след в след, стараясь не давить шары спороносов. Но не давить — это было малореально, особенно для Полоза и профессора, так что их движение сопровождалось сдавленными матюками и периодически вылетающими облаками спор. Ну и недовольным фырканьем, глухим рыком Кы, понимавшим, что происходит нечто нехорошее, но не способным своими подслеповатыми глазами разглядеть группу вторженцев. Он больше полагался на запах, а воняли пришельцы как испорченные грибы, так что…

Вдруг Алькарон замер и, подняв кулак, остановил всех, после чего уже вслух сказал:

— Делайте как я, сейчас же!

Он сел на пол, склонив вниз голову и подняв вверх руку со сжатыми кулаком, приказывая всем остановиться.

Остальные едва успели замереть, причем в крайне неудобных позах, как вдруг из-за ближайшей скалы прямо на них вышел одноглазый Кы. Он, мягко ступая по песку, фыркая, подошел ближе и втянул ноздрями воздух возле Алькарона. Сделал пару шагов вперед и понюхал Полоза.

В воздухе раздался звук громкого испускания газов, и Кы вдруг навалил рядом с бывшим рейдером громадную кучу, после чего повернулся задом, два раза мощно загреб ногами, отбрасывая свое дерьмо и песок подальше. От этого стоявший за Полозом Мик, и особенно Биркин стали похожи на две статуи, которые, правда, сваяли вовсе не из мрамора или иного благородного камня, а из песка вперемешку с дерьмом.

Закончив, Кы величественно ушел обратно.

Алькарон тут же выпрямился и, предупреждая любые шутки, прижал палец к губам, после чего куда более быстрой походкой, нежели раньше, двинулся вперед.

Выход из этого нагромождения скал и пещер показался через минут двадцать быстрой ходьбы, а посреди выхода лежала туша самого Кы, но не одноглазого, который только что расправился с отрядом киборгов, а другого. Он был поменьше размером и другого цвета, скорее ярко-желтого, а не песчано-зеленого, как тот.

Оказывается, у Кы, обитающих здесь, была полноценная стая, семья. Тут, в пещере, был детеныш. Стало понятно, почему так тщательно были уничтожены все киборги — Кы не свои поля охранял, а потомство. Ничто не должно угрожать ребенку.

К удаче отряда, между хвостом «малыша», в котором было добрых метра четыре, и краем проема в стене оставалось где-то полметра пространства, куда по одному, не дыша, они и протиснулись.

Не обращая внимания на дикую жару, они почти бегом шли из пещеры не меньше часа, после чего вповалку рухнули под удачно оказавшейся скалой, в тенек, и Биркин, тяжело дыша, заявил:

— Беру назад все свои слова. Уважаемый Алькарон, вы не дикари. Вы гении, сумевшие обратить такое… — он выделил последнее слово интонацией, — … такое чудовище себе на пользу. Но если б я только знал…не пожалел бы ничего, чтобы достать образец.

— Как жаль, — с сарказмом заявил Мик, — что образец вы так и не достали, да? — с этими словами он продемонстрировал профессору чешуйку Кы, видимо, потерянную во время линьки.

Но возможный едкий ответ Биркина прервал вой с неба, превратившийся в рев. В шаре пламени с небес летел какой-то объект, и упасть должен был прямо совсем рядом с ними, если не прямо на них.

Все провожали глазами эту штуку до поверхности, и даже было запаниковали, но объект вдруг сменил курс, полетел в сторону, и вот уже он врезался в песок, поднимая микробурю вокруг себя.

«Совсем рядом» оказалось почти в километре, но это расстояние они преодолели быстро. В воронке со стеклянными краями лежал моторный пилон от звездолета, грубо вырванный вместе с куском обшивки. На нем, несмотря на повреждения, все еще виднелась эмблема, которую Мик легко и просто смог опознать: эмблема 8-го флота ВКС…

Глава 20

Арена ярко освещалась всеми тремя солнцами Пекла, не давая тени ни единого шанса. Жар над песком стоял такой, что если пройтись босиком, можно было обжечь стопы.

Тапок скорчился за углом здания, судорожно набивая магазин тяжелого дробовика и лихорадочно рыская взглядом по сторонам.

Да уж, противник попался реально серьезный и опасный. Впрочем, для «показательного» боя. В обычной ситуации, во время обычной стычки Тапок бы привалил его в самом начале, прежде чем тот успел бы среагировать. Тапок всегда так делал, если считал противника опасным. Зачем с ним танцевать, если можно сразу вывести из игры?

Однако тут все было иначе. В начале боя он навязал Вандалу свою тактику, мгновенно вылетев на открытое пространство и засыпав противника тяжелыми бронебойными пулями из пистолетов.

Конечно, это была скорее бравада и попытка выхватить победу «на дурака» — а ну как противник замешкается, а ну как его защита даст брешь?

Конечно, случись такое, и Тапку пришлось бы срочно импровизировать, но…обошлось. К худшему или к лучшему, а броня Чистильщика выдержала все, хотя и покрылась выщерблинами и вмятинами от всех попаданий, которые на нее пришлись.

Затем Тапок, не снижая скорости движений, попробовал сблизиться с Вандалом, но тот, огрызнувшись парой очередей из «Аспидов», предпочел отойти, разорвав дистанцию. При этом он выдал один из своих козырей — продемонстрировал как минимум такую же скорость движений, как у самого Тапка.

«И эти вот люди ратуют за чистоту человека! Не может человек так двигаться. Лицемерные скоты, а не поборники расовой чистоты. Ладно, сейчас будет вам сюрприз номер один», — подумал Тапок, пытающийся попасть в передвигающегося хаотичными прыжками врага, чьи движения, не будь у Тапка имплантов, было бы сложно заметить.

Через пару секунд должен был запуститься первый «сюрприз» от Тапка и команды. Желтый хоть и козлина, но облажавшись с наемниками, решил все же сыграть на их стороне (стороне Тапка и Беса), а потому выдал Бесу коды для подключения к Матери, заранее предупредив, что коды одноразовые и у Беса второй попытки не будет.

Но тот лишь пренебрежительно отмахнулся, мол, и не такое ломали.

Эта часть плана базировалась как раз на том, что Вандал не только использует импланты, но еще и подключен к Сети, и компьютер станции постоянно мониторит его действия и действия Тапка, еще и прогнозирует возможные действия Тапка, позволяя Вандалу реагировать быстрее. Ну и, разумеется, часть вычислительных задач, которые должны обрабатываться имплантами, проводить расчеты, подбирать, какую в кровь впрыснуть химию, насколько усилить те или иные мышцы, чтобы дать большую скорость и силу, но при этом сэкономить энергию, выполнялись за счет мощностей Скайсити.

Собственно, все это изрядно «бустило» молодого человека, усиливая его природные навыки за счет компьютерного моделирования процессов. По-простому — компьютер увеличивает ему все умения стрельбы, боевой акробатики и прочее, и если это отключить, то он станет намного слабее, медленнее и куда менее подвижным, не сможет быстро реагировать на все финты Тапка.

Вот только как ему отрубить этот канал? Сейчас над этим ломал голову Бес. Доступ то к системе он получил, однако дальше…

Бес не был великим слайдером, как называют ребят, живущих в Сети и способных вытворять с ней что угодно с помощью личного терминала или даже приватника. Однако за свою жизнь он познакомился с парой крутейших спецов в этой области и разжился набором неплохого софта. Плюс кое-чему они его все же научили.

По крайней мере, справиться с типовой защитой Матери, имея прямой линк с доступом техспеца, они должны были позволить. Во всяком случае, Бес был твердо уверен, что это не станет для него сложной задачей.

Система, установленная в Скайсити, была абсолютно типовой, разве что у нее вручную были убраны почти все «гуманистические» блокировки. Впрочем, для Беса сейчас это было только плюсом. Поковырявшись в типовых сценариях отключения бустов для гражданина, он нашел подходящий и, проломив «демоном» (так называлась автономная программа с элементами ИИ, задача которой — обход блокировок) простенький файрвол, запустил скрипт отключения для объекта 004 «Вандал». С этой минуты и вплоть до восстановления при помощи вмешательства программистов прошлой версии Вандал стал не гражданином с высшим приоритетом, а гладиатором ранга «тиро» без права на сетевую поддержку.

А поменять его статус быстро теперь очень муторное дело…

Бес уже собрался отключаться, как вдруг заметил, что Джим все еще в статусе гладиатора тиро. Ну, понятно, гадский распорядитель не соизволил выполнить свое обещание и официально сменить ему «ранг», включив в команду Горелого. Вместо этого Джиму было прописано временное разрешение находиться в казармах ветеранов.

«Ах ты скотина…», — подумал Бес, и тут же сменил статус Джима на «свободного гражданина».

— Вот теперь порядок, — сказал Бес, довольный собой, а затем, подумав и хихикнув, добавил в профайл Джима еще несколько строк, внеся пару «правок».

Если быть точным, то теперь система просто считала Вандала Джимом, и наоборот — Джима Вандалом.

Бес растянул лицо в улыбке — ему шутка казалась крайне забавной. Нормальная «Мать» черта с два дала бы ему такую возможность без кучи допзапросов, информирования вышестоящих, требований подтвердить свои права и предоставить разрешения вышестоящих инстанций. Но обрезанная версия просто не видела особой разницы между Вандалом и Джимом, и риски для жизни Вандала ее не беспокоили. Что ж, граждане Скайсити, не потрудились сделать нормальный контролирующий ИИ, побоялись давать ему слишком много полномочий — теперь нате, хлебайте…

Бес взглянул на таймер, запущенный им при входе в сеть. Он был онлайн уже пять минут и, по его прикидкам, оставалось еще столько же, прежде чем на точку входа в сеть навалятся местные системные администраторы, наконец-то заметив его, увидев, что он ковыряется там, где рядовому технику не положено.

Но Бес не был бы Бесом, если бы не подстраховался. После западлянки с наймитами Желтому он не верил, от слова совсем, поэтому решил, что «по умолчанию», как только он войдет в систему, за ним начнется сетевая охота. А получить в мозг многотысячевольтный разряд от собственного терминала в планы Беса не входило.

Поэтому, как только он оказался в сети, его демон запустил в автоматическом режиме кучу «обманок» и одновременно атаковал более слабыми «демонами», которые создал тут же, на месте, почти половину служебных терминалов сотрудников Скайсити. А захватив над ними контроль, бросил их вычислительные мощности на сборку терминального «демона» — была такая мулька в арсенале слайдеров, когда из взломанных машин внутри локала собирался виртуальный суперкомпьютер, способный взломать эту самую «материнскую» сеть изнутри, сбросить пакет данных и самоликвидироваться.

Впрочем, Бес на подобное был неспособен. Во всяком случае, сейчас. Так что сборку он на самом деле не проводил, а лишь создавал «вид», имитировал бурную деятельность.

Ну а целью всего устроенного им бедлама, во-первых, было прикрыть себя, а во-вторых, посмотреть, выполнит ли Желтый хотя бы что-то из договоренностей, или же решил их полностью кинуть и сдать? Во втором случае у Беса оказывались развязаны руки, и он должен был действовать по самому жесткому сценарию, которые они с Тапком придумали и в деталях обсудили.

Но выполнить еще одну «мини-задачу», а точнее добраться до данных терминала их заклятого друга, Бес не сумел — в сеть вошел кто-то по-настоящему умелый. Он вмиг вычистил всех демонов-самоубийц и попер всей своей виртуальной махиной на Беса, полностью проигнорировав отвлекающие маневры, без проблем обходя или ликвидируя слой за слоем защиту.

С сожалением Бес выдернул из головы штекер, обрывая связь с сетью. Его терминал понтовой модели’Старслейр' ценой в пару миллионов кредов меньше чем через секунду вдруг заискрил, задымился, и с тихим хлопком выгорающего графитового процессора приказал долго жить. Голографический экран погас, лишь в воздухе остался неприятный запах паленого пластика.

Бес злобно выругался: терять такую машинку было обидно. Интересно, кто это был? Уж точно не простой паренек из сетевой безопасности, такие ребята там просто не работают…

* * *

На полной скорости Вандал внезапно зашатался. Да уж, тяжело, когда у тебя махом исчезает часть способностей. Будто в один миг ты разучился бегать и можешь только ползать.

А главное — такие переходы могут быть очень болезненными, и чтобы снизить негативные эффекты, нужно усиленно тренироваться. Тапок тренировался: а вдруг имплант какой подведет или будет уничтожен? А вот Вандал был уверен в своих силах и неуязвимости. Он знал, что забрать его способности не сможет никто, равно как и повредить импланты. И теперь за эту свою самоуверенность он расплачивался по полной программе — все его внимание, весь он был сосредоточен на том, чтобы банально не рухнуть на землю.

Тапок воспользовался моментом, разрядил в него еще два полных магазина, и на этот раз сумел серьезно зацепить — в двух местах пули пробили броню, проникая внутрь, и в одном из входных отверстий показалась кровь.

Вандал, которому и так было несладко, получил как минимум десяток попаданий, пяток легких ранений и пару уже посерьезней, рухнул на землю и покатился.

Но «вице-чемпион» арены все же не простой боец, и даже будучи раненым, лишенным большей части своих способностей, он собрал волю в кулак и ответил — сумел осыпать Тапка хоть и не слишком прицельным, но зато массированным огнем.

Пули щелкнули по нагруднику доспеха, ударили в контейнеры над головой, искрами рикошетов разлетелись от армпластовых плит под ногами.

Тапку не оставалось ничего другого, как рыбкой нырнуть за ближайшее укрытие, одновременно с этим заряжая последние магазины бронебойных. К сожалению, патронов крупного калибра для пистолетов в магазинах оставалось мало. Это не самый востребованный товар, и найти их даже не в нужном, а в приемлемом количестве было той еще задачей. С горем пополам в нескольких оружейных лавках он смог наскрести шесть магазинов.

И этого оказалось мало, ведь броня Вандала явно была не простой, а сделанной по той же технологии, что и доспехи киборгов-охотников, с которыми Тапок столкнулся в одном из Всполохов в начале своих приключений на Пекле.

Пробить такую защиту неспециализированным боеприпасом было довольно сложно, тем более когда самого боезапаса осталось всего ничего.

Нужно было думать над новой тактикой. К счастью, такая у Тапка была продумана заранее. Он давно проанализировал все свои столкновения с биомеханическими противниками. Да, их броня легко удерживала даже крупнокалиберные пули, но, судя по всему, основная заслуга в ее эффективности была не в самой броне, а в том, что кибернетические тела были маловосприимчивы к боли, и заброневые травмы ими просто игнорировались.

Вандал же был просто человеком, пусть и усиленным за счет неизвестных имплантов. Но вряд ли его болевой порог близок к тому, который демонстрировали киберы, а значит…

Тапок поднялся из-за укрытия, уже сжимая в руках отнюдь не пистолеты. Монструозный автоматический дробовик, отнятый у Желтого, ждавший своего часа, наконец-то оказался на свободе. Он с жутким грохотом выплюнул подряд три пули.

Нормальный человек выдержал бы с трудом отдачу одного выстрела, в экзоскелете — максимум пару, дальше гидравлика бы потекла. Тапок и его усиленный скелет с костями смог вынести три, но повторять это он бы не стал — технологии технологиями, но боль была дикой, как будто он пытался удержать в руках плиту пресса, а она била по нему раз за разом.

Но и эффект тоже был сокрушителен. Первый выстрел обрушил Вандала обратно на армпласт и выбил весь воздух у него из легких. Второй играючи пробил тонкий элемент наплечника, разворотив левый плечевой сустав. Третий вновь врезался в грудь, вызвав гримасу боли на лице Чистильщика, заставив его зайтись страшным кашлем, начать брызгать изо рта кровью.

Казалось, что все, победа предрешена. Вандал был дезориентирован и валялся полумертвым на земле, Тапок с дробовиком в руках стоял, целясь в него, готовый нанести последний удар.

С шипением ионизированный поток световых частиц пробил воздух и угодил в единственное, что мог подставить под него Тапок — в кожух дробовика, мгновенно расплавляя толстые пласты металла. Одновременно с этим выстрелом только что казавшийся почти мертвым Вандал вдруг прогибом позвоночника подскочил в положение «стоя», и уже в процессе подъема открыл огонь. Вот только глаза его…это был уже не сам Вандал, тут Тапок был готов просто поставить на кон что угодно. Сейчас телом Чистильщика управлял не он сам, а…кто-то или даже что-то иное.

Этот кто-то относился к телу Вандала как к инструменту. Рана в плече? Какая мелочь! Он просто вырвал наружу края загнутого наплечника и, отбросив разряженные «Аспиды», перехватил за цевье и приклад висевшую сбоку на рюкзаке энергосистемы винтовку чужих, игнорируя ремни — они просто оказались сорваны одним движением.

При этом из раны на плече потекла обильным потоком кровь, а в глубине раны явственно просматривались искусственные мышцы, но в отличие от обычного миомера они отсвечивали необычным зеленоватым металлом. Похоже, что парня всерьез переделали, не гнушаясь технологиями чужаков. И на экстренный случай вшили в него ИИ, который активировался, если сам оператор находился без сознания, при этом его жизни угрожала опасность.

Теперь тело Вандала, подчиняясь программе, пыталось уничтожить опасного врага, не гнушаясь применением всех средств и способов, игнорировал все остальные факторы. Уничтожение противника, выживание оператора было первоочередной задачей, именно в такой последовательности.

Тапок со всей доступной ему скоростью побежал, планируя нырнуть за стену домика перед собой, а в считанных сантиметрах за ним проносились пули Вандала, пробивая насквозь контейнеры.

Почему было не применить это оружие сначала? А потому что Вандал хотел красивой победы, а не просто убить врага, сквозь все преграды используя «имбовую» пушку.

Это было бы слишком просто, и не дало никакого прироста репутации. Он в принципе не брал с собой оружия чужаков, но в этот раз отец настоял, мол, этот паренек, Горелый, может быть покруче многих и способен доставить проблем.

Впрочем, сейчас сознание Чистильщика (если оно вообще включилось) в его собственном теле было просто пассивным наблюдателем, не способным влиять ни на что.

Оно беззвучно вопило на ИИ, пытаясь перехватить управление. «Что ты творишь, железка тупая! Мне нельзя демонстрировать импланты!». «Приоритет — победа и выживания, — спокойно отвечал ему механический голос, — ваши пожелания несущественны».

Понятное дело, что никто этот диалог не слышал, и сам Тапок мог лишь представлять, как он на сам деле происходит. Главное — киберинтеллект в теле Вандала продолжал вести огонь по Тапку, загоняя того за угол дома.

Как только Тапок ушел из зоны видимости, ИИ стрельбу прекратил, но только для того, чтобы извлечь из подсумка на поясе сплюснутый на концах цилиндр гранаты и нажать кнопку активации, установив замедлитель на три секунды. После чего по широкой дуге граната полетела к тому месту, где предположительно находился противник.

Глава 21

Интуиция Тапка прямо-таки завопила о том, что грядет какая-то «жопа» или, возможно, все вот-вот может накрыться «пушным зверьком». И он, Тапок, а не пушной зверек, привыкший в такой ситуации доверять своим инстинктам, сделал то, чего от него меньше всего ожидали. Он отошел от стены на пару шагов и мощным броском вперед просто проломил стенку строения, собранную из крупных кирпичей. Кладка давно рассохлась в этом жарком аду, так что от удара Тапка кирпичи так и брызнули в разные стороны, все вокруг словно бы взорвалось пылью, а сам он, рассчитывавший на куда большее сопротивление, просто кубарем покатился внутрь здания.

Это, собственно говоря, и спасло его от подрыва плазменной гранаты, упавшей практически в то самое место, где он только что стоял. Шар плазменного взрыва поглотил кусок стены, и даже частично поверхность, оставил идеальную выжженную сферу диаметром в три метра вокруг точки падения. Или, если угодно, эдакий кратер.

Здание опасно зашаталось, и тут же навело Тапка на еще одну неплохую идею.

Основной причиной, по которой «встроенный» ИИ не использовался в военных целях, была его неадаптивность. Даже АОДы действовали по шаблонам, а все эксперименты, проводившиеся с моделями, которые должны были совершенствоваться и саморазвиваться, потерпели фиаско. Хотя Тапок слышал о том, что отдельно взятые серии и модели как раз наоборот, показали себя. Но в них было полно своих проблем. К примеру, военные АОДы с самообучающимся ИИ были слишком нестабильны эмоционально. Рано или поздно они превращались в эдаких маньяков и потрошителей.

Проще говоря, в роботах использовался массив данных, и впоследствии ИИ использовал его как базу для планирования своих действий, выбирая наиболее подходящий шаблон действия для этой конкретной ситуации. Компьютер посчитает, учтет в уравнениях все нюансы, возможно, добавит еще какой-то шаблон. Но… никакой «отсебятины», никакой импровизации.

А это в свою очередь значит, что машина, управляющая сейчас телом Вандала, пытается вычислить ходы Тапка, использовать против него тактику, которая привела к победе в похожем бою.

И Тапок не сомневался, что чертова железяка сможет подобрать оптимальный набор действий.

Но сдаваться он не собирался. Как раз наоборот — если машина все уже просчитала, надо ее снова озадачить, сбить с толку, заставить искать новые решения, а это позволит выиграть время. Или даже лучше — Тапок сможет вычислить, какой шаблон машина будет использовать, и сыграет на опережение. То есть сейчас нужно прямо огорошить комп в голове Вандала, поместить его в абсолютно незнакомые условия, и средством для этого будет домик, в котором засел Тапок, а также одна «игрушка», которую Тапок случайно нашел в магазине и купил перед боем.

Тапок поискал взглядом и легко нашел точку, куда нужно было приложить цилиндр серого металла, доселе без толку оттягивавший ему карман. Если после этого заманить сюда Вандала, то…

Его размышления прервал звук выстрелов. Обостренная реакция позволила почти уйти из-под огня, но лишь почти. Да уж, он как-то забыл, что чертовы машины хоть и не видят человека сквозь стену, но могут «предположить», где он находится, и обстрелять это место, что чертов ИИ и сделал.

Пули из винтовки чужих прошли сквозь кирпичи, просто не заметив их, и по касательной дважды зацепив Тапка, ушли навылет сквозь внешнюю стену.

Не обращая внимания на две легкие раны и прорванную броню, Тапок прямо из положения лежа на четвереньках устремился в нужный угол, где и кинул подготовленный и активированный цилиндр, являвшийся ничем иным, как фугасом с системой растяжек и дополнением в виде игольчатой сферы-оболочки. По идее этого заряда было достаточно, чтобы уложить кого угодно — вначале заряд выбросит пару десятков мононитей с зацепами, которые перекроют помещение безумно острыми растяжками и при везении воткнутся в плоть врага, укореняясь в ней, разрывая ее. А оболочка, кустарно натянутая на цилиндр, при взрыве распадется на сотни небольших иголочек, которые со страшной силой разлетятся на дистанцию в два десятка метров, превращая все на своем пути в дуршлаг. Ну и в конце сверху на оглушенного взрывом и израненного Вандала просто рухнет вся двухэтажная постройка, которую покрошит так, что устоять она никак не сможет. Его буквально похоронит под слоем кирпичей весом в несколько тонн — уж в этом Тапок точно ошибиться не мог.

Вообще такие штуки, как этот фугас, были запрещены просто потому, что они крайне часто использовались террористами всех мастей, чтобы лишить заложников шанса на побег. Но в Скайсити можно найти абсолютно все, а уж такую мелочь — запросто.

Распрямившись, Тапок быстро переместился по комнате, стараясь не задерживаться на одном месте дольше, чем полсекунды, и держась около дыры в стене, оставленной плазменной гранатой. Противник, видимо осознав всю тщетность попыток пристрелить быстрого, как понос, Тапка, сейчас где-то засел и прекратил огонь. Ну, или просто патроны у него к этой адской винтовке не бесконечные.

Тапок покинул зону поражения фугаса и тут же его активировал. Теперь эта адская штука сработает от удара, от выстрела рядом, от чего угодно. Или по таймеру — через две минуты. Так что Тапок мысленно подгонял Вандала. а то «сюрприз» рванет, а виновник торжества будет слишком далеко. Это не дело, так что давай, подходи уже, начинай рашить…

ИИ тем временем проанализировал скоростные характеристики Тапка и на их основе заключил, что дистанционное поражение врага невозможно.

К тому же тело-носитель теряло кровь и эффективность, поэтому ИИ решил закончить бой как можно быстрее. А чтобы это произошло — перешел к протоколу ближнего боя и начал сближение. Стена строения, за которой укрывался противник, обладала крайне низкой прочностью, так что он рассчитал оптимальную точку вхождения и, по примеру Тапка, просто пробил стену своим телом.

Этого удара хватило, чтобы ловушка активировалась, и из корпуса фугаса выстрелили тонкие жгуты скрученных мононитей. Разворачиваясь в полете, они впились в кирпичи, пол, потолок, вытягивая заряд и подвешивая его в центре помещения — так достигалась максимальная эффективность.

Вот только дальше началось то, что сам Тапок мог обозвать лишь чертовщиной.

Вандал отреагировал слишком быстро.

Нити еще летели, когда он начал движение.

Какими-то невероятными кульбитами, недоступными даже модифицированному человеку, он умудрился не просто уклониться от развертывающейся ловушки, но и не зацепить ни одну из нитей, просто просочившись сквозь них. Во всяком случае, Тапку именно так показалось.

А далее Вандал оказался практически у пролома в тот миг, когда фугас наконец-то сработал.

Вандал под управлением ИИ успел бы сбежать, но тут в дело вступил Тапок, принявшийся поливать врага из своих пушек, и тот банально не мог одновременно уворачиваться от пуль и при этом выйти из зоны действия фугасов.

Впрочем, ему еще повезло.

Если бы дробовик Тапка не пострадал в начале боя от лазерного луча, то Вандалу пришел бы конец прямо сейчас.

Но, к сожалению для Тапка, деформация от нагрева искривила механизм подачи патронов, выстрел получился всего один.

Попадание пришлось не совсем по прямой, пуля раздробила Вандалу правый наруч и отрикошетила вниз, ударившись куда-то в живот. От выстрела он пошатнулся, а Тапок уже выхватил запасное оружие, продолжил пальбу.

В тот же момент ударил взрыв фугаса, выкинувший Вандала вперед и впечатавший его в Тапка.

Досталось обоим. Большую часть игл поймал спиной Вандал, но часть пролетела мимо и воткнулась в самого Тапка. Ударная волна отшвырнула их обоих от здания, которое сложилось само в себя, за секунды превращаясь в груду битого кирпича. Оба дуэлянта прокатились по земле и вскочили, израненные, окровавленные, но, как и прежде, готовые продолжать бой.

Ранее поврежденная рука Вандала была в плачевном состоянии. Похоже, что во время тех самых акробатических трюков он все же зацепился за мононить, и та разрубила плоть в районе локтя. Из раны постоянно текла кровь, а сама рука висела тряпкой вдоль тела. Кровь за несколько секунд успела собраться в небольшую лужицу рядом с Вандалом, кроме того, шла она и из других, менее серьезных, но многочисленных ран. Винтовка чужих с разбитым патроноприемником валялась там же, под ногами.

Тапок выглядел получше, но у него была менее прочная броня, поэтому та пара десятков игл, что вонзилась в него, прошила ее, даже не заметив, и застряла в коже. Единственная радость — в тело они вошли неглубоко.

Волевым усилием он погасил боль, но если не удалить инородные предметы, то они с каждым движением будут причинять все больше вреда, так что пора было заканчивать все это шоу.

Тапок рванул в сторону, выхватывая на ходу пистолеты. Каждое движение отзывалось резкой и острой болью в ранах, но все же он был так же быстр, как и всегда. Пули обрушились на то место, где только что стоял Вандал, вот только того там тоже не оказалось. Он практически отзеркалил действия Тапка, рванув в сторону примерно с той же скоростью и открыв огонь из короткоствольного пистолета-пулемета по противнику.

Тапок решил выкинуть последний козырь. Вместо Вандала сейчас с ним сражается ИИ? Ну что ж, посмотрим, чей комп в голове круче. Он дал команду на активацию режима прицельного огня и передал управление стрелковому комплексу.

Технологии, использованные в чипе Тапка, были все-таки уникальным селективным ИИ, специализированном на стрельбе. А у Вандала стоял обычный комп, нечто вроде того, что используют АОДы, разве что чуть более продвинутый и гораздо более мощный.

Буквально через четыре удара сердца техника, настоящее произведение искусства, гениальное творение инженеров целой корпорации, показала, на что способна по сравнению со штамповкой «РоботЭкс», которую использовал Вандал.

Две пули, выпущенные с недоступной человеку точностью, ударили в точку над коленом Вандала, пробивая и броню, и заклинивая коленный сустав. Следующие выстрелы обрушились на шлем, выведя из строя энергосистему и погасив силовое забрало. Последняя пара ударила в кисть правой руки, оторвав безымянный и мизинец, тем самым выбив пистолет-пулемет.

Вандал в очередной раз покатился по земле. ИИ, управляющий его телом, сейчас наверняка усердно перебирал все возможные варианты действий, но оставалось их довольно мало, выбор был ограничен.

И все же кое-что он нашел, активировал то, что наиболее подходило для текущей ситуации, и это сработало.

Из изувеченного «рюкзака» брони выстрелила банальная «кошка» с тросом, предназначенная для подъема бойца по вертикальным стенам, и широким захватом захлестнула ноги бегущего Тапка, повалив его на землю.

На такой скорости Тапок смог лишь смягчить падение, приземляясь и принимая весь удар на руки. Красивый перекат не вышел, его моментально потянуло к Вандалу затянувшимся тросом. Тот как раз поднимался на ноги, вытаскивая свой клинок из-за пояса.

Тапок мысленно ухмыльнулся. Бой завершался ровно так, как он и хотел. Противник забыл, что ему противостоит не обычный боец, и допустил фатальную ошибку, которая сейчас позволила провести концовку боя по изначальному сценарию Тапка. Впрочем, ИИ винить не за что — он не знал. А вот будь сейчас «за рулем» Вандал, он бы подобной глупости делать не стал…

Пистолеты полетели на пол, а из нагрудного кармана Тапок вытянул револьвер «Бегемот», который добыл ранее. Сейчас револьвер был снаряжен особыми, пустоголовыми патронами. Пока на Вандале была броня, это оружие оставалось бесполезным, но вот сейчас по пробитому нагруднику палить было можно и нужно.

Пять выстрелов слились в один бесконечный ба-бах! Тапок жал на спуск, компенсируя отдачу. Для него все эти выстрелы были растянуты во времени, так что он точно знал, куда и как полетит каждая пуля.

Бах! Первая летит вовсе не грудь, а в конечность, пробивает сгиб руки, держащей клинок. Перерубленная в суставе конечность просто отваливается, звякнув ножом о камни.

Бах! Бах! Все, больше не ходить Вандалу на танцы. Пробитая бронебойными пулями пластина брони не выдержала, и видно, как ее вмяло внутрь. Наверняка и внутренности Вандала теперь представляют собой фарш из мяса и модифицированных костей, органов. Мощи патрона достаточно даже для усиленных сплавами чужих костей, и те просто превращаются в труху.

Бах! Фиксатор троса отлетает в сторону, весь объятый вспышками искр. Тонкий металл не выдержал кинетической энергии пули и разорвался.

Бах! Наконец, в животе Вандала зияет громадная дыра, из которой льет кровь.

«Функциональность боевой системы около нуля, варианты дальнейшего сопротивления невозможны. Отключаю систему контроля, рекомендую переговоры», — именно так сейчас должен заявить ИИ и выключиться.

Тапок не ошибся — полуприкрытые веки Вандала подергиваются, и он не может удержать стон. Он еле стоит на ногах, но все же он видит, как к нему хромает помятый противник с явно недобрыми намерениями, написанными на его перекошенном лице.

— Стой! Стой! Я сдаюсь! Остановите бой! — Вандал нашел в себе силы сказать это, но Тапок лишь ухмыльнулся.

— Думаешь, сможешь от меня так легко избавиться? Думаешь, что сможешь просто уйти?

Вандал молчит, с удивлением глядит на противника. Этот дурак хочет довести все до конца? Поставить крест на его, Вандала, карьере? Что ж, если он это сделает — ему самому удастся прожить не так долго…

Вандалу плевать, что в случае, если Горелый его убьет, он уже не сможет выступить на арене. Для публики он в любом случае станет побежденным чемпионом. А смерть…что ж, оживет в клон-центре. В конце концов, не первый и не последний раз.

— Мое имя — не Горелый, — заявил вдруг гладиатор. — Твой папаша, например, знает меня под кличкой Злой Тапок, и сейчас, прямо здесь, я наконец-то отомщу. Слышишь меня, Грач? А? Помнишь меня? А мою семью? Ну же! Ты не мог меня забыть, ведь именно из-за меня ты оказался тут!

Лазерный луч ударил откуда-то со стороны ворот, но Тапок явно этого ждал, так как проворно отскочил, а луч уткнулся в землю, где он только что стоял, исчез в песке.

— Бес — Тапку, — послышалось в наушниках Тапка. — Снайпер — не проблема, но к тебе движется четверо. Они заскочили внутрь периметра, как только ты свалил уродца.

— Постарайся поддержать меня огнем. Шоу только началось, — выдохнул Тапок.

Он тут же вскинул голову в сторону ближайшей камеры.

— Эй, Грач! Если ты сейчас не уберешь своих цепных псов, твой сынок умрет. И не надейся оживить его в клон-капсуле, как делал это раньше. Сегодня не получится — его чип отключен. Хочешь, чтобы я его отдал — иди сюда. У моей семьи такого шанса не было, ты мне его не дал. Ну а я тебе его подарю. Ну? Мне долго ждать, или ты, трус, как всегда отсидишься?

— Четверка остановилась. Возвращается. Меня засекли, начинаю план 3, фаза 2, — пробормотал Бес.

В районе казарм тиро раздалась серия взрывов, и послышался нарастающий рев.

— Принял. Джима видишь? — тихо спросил Тапок.

— Нет, но я его подготовил, так что не беспокойся.

Тишину арены нарушил голос из динамиков:

— Я принимаю твой вызов, Злой Тапок. Я, чемпион арен, Грач, принимаю вызов. Оставь в покое моего сына!

Тапок застыл над телом Вандала, глядя на того сверху вниз и целясь ему между глаз последним патроном из «Бегемота».

Через пару минут гибкая фигура Грача появилась на вершине кирпичной груды.

— Вот он я. Ты обещал отпустить моего сына.

— О не-е-ет! Я обещал отдать тебе его. Так забирай! — выплюнул Тапок и, несмотря на крик «папочки», сделал то, что собирался сделать изначально. Он со всего маха пнул Вандала в грудь, сбивая его на землю, после чего нажал на спуск, вгоняя пулю в подбородок.

Она прошла через голову Вандала, выломала череп, выплескивая наружу все содержимое, но Тапок на этом не успокоился. Неуловимым движением он поднял с пола клинок Вандала, и этим самым клинком со всей мощи рубанул по остаткам шеи, разламывая шейные позвонки и отделяя голову в шлеме от остального тела.

Он поднял руку над головой и, победно взревев, швырнул голову под ноги Грача.

Глава 22

Опознав «находку», группа Мика принялась ликовать. Ну еще бы — несколько минут назад они спасались бегством от преследователей (пусть группу и уничтожил Кы — никто не сомневался, что по их следу пойдет другая), планировали жить, как звери, постоянно прячась и ожидая нападения врагов, а тут такое — прибыла подмога. И не просто подмога, а, как говорят сами вояки, кавалерия.

Мик скомандовал всей группе немедленный привал, и прямо возле раскаленного куска корабля развернул свою хитрую технику. Теперь-то можно было не прятаться и дать сигнал на полную мощность. Вспышки в небе, рукотворные звезды то и дело зажигались и гасли: на орбите шел бой. А значит, нужно дать знак, обозначить себя. Мало ли, как этот самый бой повернется. Мик хоть и был ярым оптимистом, но всегда старался готовиться к худшему.

Раскинув дополнительные солнечные панели, Мик запустил систему и при помощи кодированных сообщений отбил, что у него тут группа под эвакуацию с ценным грузом, скинул свои координаты.

Ответ пришел незамедлительно: «Ждите на точке, высылаем корабль. Уточните количество пассажиров». Мик отбил, что их четверо, и пошел «радовать» остальную группу, что перемещение на безопасный склад отменяется, и вместо этого они сидят тут, охраняя передатчик, и ждут, когда за ними прибудет «автобус».

Впрочем, скучать им не пришлось — ожидание их скрашивало светопреставление в небесах. Вспышки протонных корабельных излучателей было видно прекрасно, даже несмотря на дневное время, а падение в атмосферу объятого пламенем корабля чужих было встречено радостными воплями всех наблюдавших. Ну, понятное дело, что всех, кроме Артура Биркина. Впрочем, тот, кажется, смирился со своей участью, во всяком случае, уже не выглядел так, будто его вот-вот на эшафот будут вести.

Полоз, постоянно наблюдавший за профессором, подметил изменение на лице пленника и в свойственной ему издевательской манере поинтересовался:

— Эй, профессор, а ты чего не печален, как девственница, проданная толпе дикарей? Вроде как твои же отгребают на орбите.

— Никакие они не мои, — буркнул тот.

— Ну как же не твои? Ты ведь продался этим тварям. Ты их подстилка. Ну так вон, любуйся, как твоих хозяев наши колошматят.

— Я никому не продавался! Я действовал во благо человечества.

— Ага, мне одна шаболда тоже рассказывала, что просто «дарит любовь тем, кто в этом нуждается»! — Полоз весело заржал.

— Даже слушать противно, — буркнул Биркин, — а ведь когда-то наверняка был культурным, цивилизованным человеком…

— Слышь, я не по своей воле оказался тут, — прошипел Полоз, — а благодаря тебе и таким, как ты. Благодетели хреновы…

На это профессору ответить было нечего.

— Ну? Так чего ты такой спокойный? — продолжал приставать к нему Полоз. — Я бы на твоем месте ногти до самых локтей себе сгрыз.

— Мне в принципе ничего не грозит, — пожал плечами Биркин, — или вы всерьез думаете, что меня станут пытать раскаленными клещами и убьют?

— Ну-у-у… — Полоз смутился. Похоже, он и впрямь предполагал что-то подобное.

— Наивный… — усмехнулся Биркин. — Сейчас вы передадите меня командующему операцией офицеру, после чего операцию свернут. Меня отвезут на какую-нибудь секретную базу, где высокопоставленные люди будут меня пугать, чтобы я начал работать на ВКС, но я и так готов. Как и сказал, моя работа пойдет во благо человечеству. Мои достижения станут достижениями всей расы, и они это понимают в отличие от вас. Мой дорогой недалекий друг, — Биркин аккуратно постучал себя по виску, — то, что хранится здесь, намного ценнее, чем десяток кораблей с экипажами, и я сумею выторговать себе как минимум сносные условия, а потом улучшу их, и никто ничего мне не предъявит. Мозги, мой одичавший друг, вот что самое ценное в этой войне. Так что будет у меня и новая лаборатория, и продолжу я свою работу, а всякие тупые дикари вроде вас не будут мне докучать. К слову, о ваших спасителях — готов поспорить, что получив меня, ВКС улетит. Слишком рискованно тратить время на эвакуацию дикарей. И ваши приятели…как там их? Тапок и Бес, если не ошибаюсь? Они останутся здесь, потому что никто не полетит их вытаскивать. Неоправданные потери ВКС не нужны…

— Да заткнись ты! Мик, скажи ему! — взвыл Полоз. — ВКС же сюда прибыли как раз, чтобы спасти людей? Ведь так? Так?

Мик потупился. Он и сам уже какое-то время обдумывал, как обосновать необходимость спасения хотя бы Тапка и Беса. Вряд ли ВКС пришлет сюда такие уж большие силы, скорее диверсионную группу.

Ну а после того, как Мик увидел эмблему 8-го флота, окончательно убедился, что сюда, к Пеклу, точно не прислали транспорт для эвакуации. В 8-мом флоте таких нет. Весь 8-мой флот создан по большому счету для быстрых рейдов, тихих операций и точечных ударов. Это диверсанты, шпионы, а не полноценный ударный флот.

Идет война, а вся эта операция, как Мик догадывался, личная авантюра одного его знакомого, так что на зов Мика прибыли несколько быстрых и легких кораблей, которые удержать планету в случае, если подойдет враг, не смогут.

Да, огневой мощи там достаточно, чтобы завалить крейсер, но для обороны планеты этого недостаточно. Да и вместимость жилых отсеков минимальная, так что никакого кавалерийского налета с захватом не выйдет, будет спецоперация. В лучшем случае они захватят станцию, внутри которой расположены лаборатории, и все.

А еще он пришел к крайне безрадостному выводу — командир операции просто не станет гробить своих людей ради каких-то там наемников или дикарей, живущих на этой богом забытой планете.

И авторитета Мика вряд ли хватит, чтобы это изменить. Но тут уже придется импровизировать на ходу, и один козырь у Мика все же в запасе был, вот только хватит ли его?

Прошло почти полтора часа, прежде чем в небе появилась черная точка, быстро выросшая в размерах и превратившаяся в десантный катер Т300. Это новое поколение десантных кораблей, которые должны были заменить давно устаревшие «Метеориты». Катер падал вниз и остановился лишь за мгновение до удара, зависнув всего в нескольких метрах над поверхностью планеты, подняв огромное пылевое облако вокруг себя.

Мик и остальные вынуждены были отвернуться от волны песка и пыли, полетевшей в них, а когда вновь повернулись — корабль уже приземлился точнехонько возле «передатчика» Мика. Задняя десантная аппарель не успела коснуться песка, как из шаттла, как чертики из табакерки, посыпались космодесы, немедленно взявшие на прицел всю компанию Мика и его самого.

Старший отряда, на броне которого была эмблема незнакомой Мику бригады и значки, обозначавшие его звание — коммандер, прорычал:

— Всем на пол, руки за голову! Кто из вас Мик?

— Я, — подал голос Мик, при этом выполняя приказы вояки — космодесы юмора вообще не понимают, лучше подчиниться и потом уже, обозначив себя, наезжать на солдафона. Пытаться качать права сейчас — себе дороже.

— Идентификатор? Код доступа 7, — рыкнул вояка.

— Личный номер J3QQ4H7H2V2HCH4M3HK86M8VW. Выполняю сверхважное задание, обладаю полномочиями уровня А2. Здесь сверхважный пленник, — он ткнул в Биркина пальцем, — остальные — моя спецгруппа.

— Их идентификаторы! — приказал коммандер.

— Проверяйте мой, затем уже поговорим о них, — отрезал Мик.

Офицер открыл забрало и недоверчиво поглядел на одетого в бедуинские одежды Алькарона, щеголяющего неоновыми вставками в броне Полоза, рядом с которым лежал сорванный со станины пулемет. Затем коммандер перевел взгляд на здорово побитого, перемазанного высохшей грибной слизью Биркина, и совершенно честно ответил:

— А по-моему, вы группа бандитов, укравших передатчик у нашего агента.

— Уверены, коммандер?

Тот нахмурился.

— Последний приказ полковника Торма звучал как «вытащить с планеты моего агента». Ни о какой группе речи не шло.

— Так, подождите, — Мик был приятно удивлен, — операцией командует полковник Торм из 14 отдела флота? Прекрасно! Свяжите меня с ним.

— К сожалению, туда еще не проложили линии связи.

— Вы издеваетесь?

— Да, немного, — хмыкнул офицер. — Во время штурма космической станции полковник Торм погиб смертью храбрых.

— То есть как? — опешил Мик. — А клон-цент…

Тут он сам себя оборвал. На клонирование требовалось время, но…он своими глазами видел, как действует оружие чужих, видел, какие пушки они используют. Вполне возможно, что Торма не просто убили, а сожгли вместе с чипом.

Мик тяжело вздохнул и спросил:

— Хорошо, а кто сейчас старший офицер?

Коммандер посмотрел на Мика и с грустным вздохом ответил:

— Боюсь, сэр, что я, так что у нас с вами проблема.

В этот момент один из его подчиненных, остававшихся в десантном шаттле, высунулся и сообщил:

— Командир! У нас на радаре три неопознанных авиацели класса А и почти пять десятков целей класса B и С. Дистанция 2 ПЕ, север. И быстро приближаются. Надо сваливать, Кураж!

Коммандер, которого, как только что понял мик. звали «Кураж», еще раз оглядел группу «встречающих» и принял решение.

— Значит так, все на борт!

— Мудрое решение, коммандер Кураж, спасибо, — облегченно выдохнул Мик.

— Рано благодарить, — осадил его космодес. — До подтверждения ваших полномочий вы будете числиться пленниками, и если, не дай вам боги, вы соврали, то я просто выкину всех вас четверых в открытый космос, на станции хватает разгерметизированных отсеков. Какие-то диверсанты рванули внутри нее свой корабль, выворотив наружу практически половину складских модулей и повредив энергоотсеки.

— Забавно, — усмехнулся Мик.

— Что именно?

— На станции хулиганили как раз мы — я и моя группа. Не думал, что мы там столько разрушений после себя оставили…

— Мы? — переспросил коммандер.

— Я и моя группа, часть, которой, вероятно, захвачена противником.

— Даже так? — космодес явно был удивлен.

— Именно так, — кивнул Мик, — и мне нужна ваша помощь. Мои люди в плену и…

— Об этом мы с вами поговорим после того, как центр подтвердит ваш статус, так что сложите оружие, деактивируйте броню и не оказывайте сопротивления.

Коммандер повернулся к своим бойцам и приказал одному из них:

— Куча! Башкой за них отвечаешь, ты и твоя МТГ. Понял? Если будут буровозить или дурить — вали на хрен всех!

— Есть, — откликнулся здоровяк.

Полоз попробовал было вякнуть что-то, но одного взгляда Мика хватило, чтобы прервать его не начатую тираду. Мик первым выполнил требования космодесов, за ним то же самое проделали остальные.

После этого прибывшие бойцы схватили их и поволокли к кораблю.

Стоит отдать им должное, были они довольно вежливы: не только аккуратно собрали все пожитки группы, но и не стали вязать всех наручниками, ограничившись тем, что просто рассадили каждого из людей Мика между двумя крепкими парнями в штурмовой броне.

— Блин, Мик, что это за дилетанты? Вот были бы тут Тапок и Бес — их бы хрен так завели. Будь они тут, все это «мясо» рыдало бы и умоляло бы… — Полоз явно не был в восторге от происходящего и зачем-то решил подразнить «конвоиров».

— Заткнись уже, Полоз, — приказал Мик, — а то полетишь в наручниках.

Пилот десантного бота был тем еще психом. Поднимая боевую машину вверх, на орбиту, прежде чем отправиться к кораблю, он успел разок зайти на противника, разрядил бортовые пушки дважды, и тут же доложил о результате:

— Хей, коммандер! Одной вражеской лоханкой меньше!

— Пучок, я тебя в техники отправлю! — грозно заявил Кураж, но это было напускное — в голосе Куража явно не присутствовало ни малейших признаков раздражения, и пилот это знал.

— Да ладно вам, шеф! Ну не улетать же просто так! Пусть козлы знают, что такое ВКС.

— Поэтому, Пучок, ты до сих пор на ботах летаешь! А мог бы командовать эсминцем.

— В гробу видал я эти корыта! Эта малышка — все, что мне нужно!

— Как знаешь. Включи-ка нам внешние камеры. Поглядим, что вокруг происходит.

— Наши долбят чужих, что же еще? — откликнулся пилот, но приказ все же выполнил.

Выход на орбиту уже никого не впечатлил. Последнее время любоваться космосом за пределами планеты им доводилось уже трижды. Хотя кое-какие изменения все же были. Все видимое пространство вокруг планеты было усеяно кучей обломков. Станция, раньше безмолвно висевшая в темноте, сейчас была подсвечена со всех сторон, а возле нее висел корабль, совершенно точно не принадлежащий чужим.

Длинный корпус, состоящий больше чем наполовину из двигательного отсека, чем-то напоминал молоток с широкой ручкой. В роли «ударной» части молотка были орудийные отсеки главного калибра, дальше шла «рукоятка» жилых палуб, расширяющаяся посередине и увенчанная сверху радарным постом. Две выносные артиллерийских палубы в форме загнутых вниз крыльев крепились к верхней части жилой палубы, а сразу за ними начинался блок двигательных систем.

— Наш «Эней», — сказал один из бойцов. — Красив, правда?

— Без сомнения, — кивнул Мик, — новехонький… Я таких раньше не видел. Что это? Корвет?

— Он самый, — кивнул Кураж, — проект совершенно новый.

— С виду приличный кораблик, но, честно говоря, я предпочел бы пусть и старый, но ударный крейсер.

— Ну, к сожалению, крейсер сюда быстро не добрался бы. Пришлось решать — либо лететь быстро, либо с приличной огневой мощью, и я бы предпочел второе.

— Почему так?

— Один из кораблей чужих, прикрывающий станцию, да и сама станция, оказались крепкими орешками. Мы потеряли один из эсминцев. Второй сейчас за станцией, пристыкован, в процессе ремонта. Но…пока не боеспособен.

— Ясно.

Катер легко, как по ниточке, подошел к нижней части «Энея», где его подхватили манипуляторы и внесли в транспортный дек. Крыло к крылу там стояло еще два таких же.

Мика и остальных сопроводили в стандартные камеры гауптвахты, где и рассадили по одному. Кураж отдал распоряжения, и пленникам принесли воду и еду — стандартные армейские пайки, изрядно набившие им оскомину еще на Пекле.

— Ну и сколько нам тут сидеть? — спросил Полоз.

— Не думаю, что долго, — успокоил его Мик.

Он оказался прав. Всего несколько минут, и в отсеке появился офицер в ранге старлея. Он отдал ИИ команду, и все камеры, кроме той, где находился Биркин, открылись.

— Прошу, господа, вас ждут в брифинг-зале. Ваш статус и личности подтверждены, так что коммандер снял с вас все ограничения и готов выслушать. Следуйте за мной.

Брифинг-зал корабля был сугубо функционален. На крупных машинах вроде линкора это был бы полноценный инфоцентр с кучей удобств и прочего. Тут же была металлическая стена с голографическим дисплеем во всю ширь, и два десятка железных стульев напротив. Кураж сидел на одном из них, развернув перед собой карту звездной системы.

— Г-дин Мик! Не буду извиняться за арест — вы сами все должны понимать, — заявил он, глядя Мику в глаза.

Тот лишь кивнул.

— Итак, г-дин Мик, командование крайне сильно заинтересовано в вашем пленнике. Мне приказано в максимально сжатые сроки организовать его доставку на базу флота. Через десять часов мы закончим ремонт эсминца, закончим погрузку ценного оборудования и документации со станции. После этого мы должны будем немедленно отбыть, — с этими словами Кураж уставился на Мика.

— Коммандер, не смею оспаривать приказы вашего командования, но…если у нас еще есть время — мне нужно вытащить с планеты двух моих людей.

— Где они находятся?

— Предположительно в городе Скайсити. Это фактически, местная база «РоботЭкса», так что там можно не церемониться, плюс взять несколько ценных языков. К примеру, лаборантов и ассистентов Биркина, который уже у нас, или высокопоставленных менеджеров «РоботЭкс». Уверен, у них будет что сказать вашей СБ.

— Значит, берем языков, спасаем ваших людей и устраиваем ад корпоратам? — хмыкнул Кураж.

— Ну, можно обойтись и без «ада»…

— Тогда неинтересно, — кровожадно усмехнулся Кураж, — не можем забрать отсюда людей — хотя бы облегчим им жизнь, перебив этих паразитов из «РоботЭкс». Никто не против?

Последний вопрос он адресовал находящимся в помещении офицерам.

— Хороший корпорат — дохлый корпорат, — заявила миниатюрная девушка с короткой стрижкой.

— Теперь наш черед устроить им «Легансу» — заявил здоровяк, которого звали Куча.

— Значит, решено, — кивнул Кураж, — готовимся к десанту. Итак…где этот ваш Скайсити находится?

Глава 23

В строгом соответствии с планом Тапка Джим дождался, пока стрелка на часах не укажет ровно на полдень, и секунда в секунду нажал сразу все кнопки детонаторов. Взрывы фугасов, «заботливо» расставленных Бесом и его удивительным псом, снесли ворота и уничтожили все три караульных поста.

Джим этого не видел, но отлично слышал и представлял, как одновременно со взрывами снаружи грохочут взрывы внутри, лопаются, выбрасывая языки пламени и массу осколков, «случайно» застрявшие в охранных помещениях два автоматизированных робота пылесоса, доработанные Бесом.

Хлопает за спиной солдат из охраны выброшенная десять минут назад из казарм бутылка, начиненная иглами и мелкими, специально заточенными кусками металла. Броню ими не пробить, но…шея, руки, ноги, ладони и лица всех троих охранников утыканы этой шрапнелью.

Все трое слишком заняты своими страданиями, чтобы услышать, увидеть и понять, что двери в казарму тиро разблокированы, и решетка тоже. А вот тиро, в отличие от охранников, давно готовы к такому повороту событий.

Паренек, что терся с Горелым и Бесом, поговорил со всеми старшими и рассказал, что случится нечто, что отвлечет охрану. Двери будут открыты, и гладиаторы получат возможность выйти из своих «казематов».

Но добывать себе свободу им все же придется самостоятельно. Ну, почти. Охраны толком нет, вокруг паника и хаос. Если среди тиро найдутся те, кто достаточно смел — им нужно добраться до арсенала: он тоже открыт, и в нем их будет ждать все, чтобы не просто сбежать, а еще и отомстить напоследок обидчикам, устроить такое кровавое шоу, о каком Скайсити и мечтать не мог.

А вот далее тиро любыми путями и средствами должны добраться до северных ворот и занять их. Возле северных ворот площадка для гравиплатформ. Если их захватить, то можно будет уйти. Простой план, но требующий действовать заодно, быстро и жестоко, который рассыпался на этапе «выдвигаетесь скрытно и захватываете арсенал», потому что пообещать Джиму главари могли что угодно.

На деле контролировать идиотов, разбегавшихся во все стороны, никто не собирался. Каждый небольшой «вождяк» мечтал сейчас об одном — нахапать побольше дорогущего оружия и снаряги, а потом сбежать отсюда на платформе, кинув всех остальных. Поэтому в арсенале началась драка, а потом туда подтянулись стражи, и все это превратилось в хаос, который и предсказывал Бес.

Собственно, циничный нассариец предрекал, что передерутся тиро еще на этапе захвата оружия с тел стражи, но там все прошло тихо. Их с Тапком план предполагал, что так и будет, и все внимание стражи сконцентрируется именно там, на арсенале.

Нанятая за солидную по меркам Пекла сумму группа из пяти ветеранов и десятка грегариев без проблем выполнит свою задачу. Именно на оплату этих ребят и ушла большая часть трофеев с атаки группой Тапка на конвой.

Скрытно и незаметно эти ребята должны были выйти на заранее обозначенную позицию, затем уничтожить там охранников, захватить транспортники людоловов, после чего уже на этих транспортах зарулить в квартал рабов и, вырезав там не слишком многочисленную охрану, вывезти из города детей.

На этом «идиотизме с налетом рыцарства» по выражению Беса, настоял Тапок, и сделал это с тем самым выражением лица, из-за которого сразу понимаешь — спорить с ним бесполезно. Бес, впрочем, и не очень-то пытался. Как минимум это послужит вторым мощным отвлекающим маневром — именно так он и выразился. Впрочем, Тапку было явно совершенно по фигу на мнение Беса по этому вопросу. В его системе ценностей спасение детей было куда более весомой задачей. Пусть окажутся на свободе, пусть растут в песках пустынь с бедуинами или скваттерами. Но там у них есть шанс стать нормальными людьми, а не как тут, кровожадным скотом.

Тапок лично проинструктировал всех нанятых людей, и был вполне уверен в том, что они его план смогут выполнить.

У Джима же после активации зарядов была последняя и главная задача — добраться до склада, где по информации Беса хранились трофейные образцы техники, отобранные у захваченных в рабство жителей пустошей, которые не уничтожили, они по тем или иным причинам понравились хозяевам города и ждали своего часа. Охраны там было пару человек — ну кто в здравом уме и твердой памяти полезет на склад «РоботЭкс», чтобы украсть оттуда пустынные гравициклы-развалюхи? Работа тут была не бей лежачего — всего-то и требовалось, что проверять техников, обслуживающих ржавеющий там хлам.

Но зато охранявшие ворота парни были преисполнены ощущения собственной важности, так что Джиму, подошедшему к воротам ангара, в лицо сходу уставилось два ствола.

— Эй, ты! Ну-ка вали отсюда! Закрытая территория. И вообще, где твой пропуск?

— Господа, тут какая-то ошибка. Вот, мне дали адрес и сказали, что тут склад просроченной продукции пищефабрики, и можно ее выкупить за символические деньги. Даже кредов выдали на это, вот, смотрите! — с этим незамысловатым враньем Джим достал из кармана пачку купюр местной валюты.

Взгляды обоих охранников как по волшебству перескочили с худосочного доходяги на деньги в его руках, и тут эти самые деньги вдруг, ни с того ни с сего, из руки посыпались вниз, а когда завороженные этим зрелищем два идиота подняли глаза, то на них смотрело два массивных глушителя, насаженных на короткие стволы «Аспидов МК2». Обе пушки пропели короткий реквием жадности человеческой и выпустили по три пули каждый. Тела уже почивших охранников почти синхронно рухнули друг на друга.

Джим аккуратно переступил через трупы, стараясь не испачкать в крови подошвы ботинок, и подошел к дверям. Как и обещал Бес, считавшая код доступа система тут же распахнула входные створки, приветливо моргая окошком полного доступа, и Джим шагнул в кондиционированную прохладу, показавшуюся ему практически обжигающе ледяной после палящего ада снаружи.

И чего тут внутри только не было! Похоже, что кто-то использовал этот склад как место для хранения личной коллекции трофеев. На стенах висели различные образцы оружия, местом производства которых однозначно было Пекло — тут были и «курмультуки» бедуинов, обильно украшенные резьбой, и несколько монструозных шотганов, собранных явно кустарным путем где-то в племенах дикарей. На противоположной от входа части громадного помещения стояли во множестве образчики техники — гравициклы всех видов и сортов, шипованные и бронированные гравилеты, и даже небольшая платформа стояла на полу, зияя прожженной дырой на месте кабины. Впрочем, те или иные повреждения были у всех «экспонатов» — отстреленные или оторванные рессоры, дыры в корпусах, обожженные или просто отсутствующие сидения и стрелковые точки. Все это было взято в бою, путем уничтожения водителей и экипажей. Это было просто «выставкой тщеславия», и Джим догадывался, чьей.

В углу этого самого помещения располагалось две капсулы для экстренного клонирования. Джим такие или похожие видел раньше в медцентрах, в отличие от обычных капсул эти действовали в течении пяти-семи минут. По сути это были не клон-капсулы даже, а ' консервные банки', в которых хранились уже готовые тела в спецгеле.

Сознание переносилось в них мгновенно, минуя все возможные «пробуксовки», но вот выращивание нового тела было трудоемким процессом и занимало куда больше времени, чем стандартное клонирование. Впрочем, такие штуки стоили баснословно дорого и были индивидуальными, то есть привязаны к конкретному человеку, так что для Джима они были абсолютно бесполезными. Зато рядом с капсулами оказались еще и кофры со снаряжением, жаль лишь, что для доступа к ним требовался рисунок сетчатки глаза и генетический код тех, кто располагался за мутными стеклами капсул. Взламывать толстые, бронированные кожухи не было ни времени, ни средств, так что Джим со вздохом отступил.

А вообще внутри Джима интересовали конкретные три аппарата, четко указанные Бесом. Они должны были стоять в левом дальнем углу, и они там нашлись, заботливо укрытые брезентом. На каждом из гравилетов была громадная эмблема золотого креста, раскинувшаяся от бензобака до транспортных кофров и выходящая короткими углами на заднюю пару двигателей. Каждый был оснащен курсовым пулеметом, обслужен и ухожен, батареи заменены на новехонькие.

«Вандал»

«Крестный»

«Грач»

Это было написано готическим шрифтом на каждом из гравилетов. Похоже, Бес нашел ангар с техникой «Чистых», принадлежащей их главарям. Правда, одно имя Джиму было незнакомо. Видимо, кроме Грача и Вандала, в банде был еще один лидер, или к ним особо приближенный, но это его особо не интересовало.

Джим принялся аккуратно вывозить по одному гравибайку из гаража и ставить их снаружи. Когда третий аппарат занял свое место у наружной стены, он вернулся назад, подхватил за эвакуационную петлю первое тело убитого им охранника и затащил внутрь. Когда же он взялся за второго, то из-за спины раздался голос:

— Мальчик, а ты кто такой, и какого хрена ты трогал мой байк?

Джим выпустил из рук труп охранника и, понимая, что не успевает, активировал броню, отдал мысленный приказ на закрытие забрала шлема, попытался обернуться, одновременно выхватывая оба пистолета-пулемета, и тут же получил несколько пуль.

Модифицированная броня защитила его от первых попаданий, но стрелявший не собирался останавливаться. Еще и еще, и еще раз попадания. Одно выбило из рук «Аспида», еще одно, уже в ногу, заставило упасть. Джим все еще силился подняться, но стрелок не давал ему такой возможности, продолжая всаживать заряды в броню.

От очередного попадания, теперь уже в голову, его чувствительно приложило об дасфальт, а на забрале появились царапины и трещины. И тут же он услышал, как стучат подошвы, приближаясь. Видимо, противник решил сократить дистанцию.

Джим все же сумел титаническим усилием подняться, несмотря на боль в теле, избитом сквозь бронежилет пулями, и на муть, заполнившую голову и нагло вытесняющую сознание.

Он даже успел поднять оружие, целясь в стремительно приблизившуюся фигуру, но нажать на спуск не смог — подскочивший к нему противник перехватил «Аспид» за ствол и, несмотря на дополнительные возможности, которые давала экзоскелетная составляющая брони, легко вырвал у Джимми из рук оружие.

Массивный черный ботинок припечатал Джима к земле, а обладатель этого самого ботинка, склонившись к лицу своей жертвы и широко осклабившись, вновь заговорил:

— Так я еще раз спрашиваю тебя, козел: ты кто такой, и какого черта ты лапаешь мой байк? Только не говори мне, что ты сфоткаться хотел. Уж больно у тебя фотоаппараты скорострельные были. Ну? Или мне начать тебя пытать, чтобы ты думал быстрее?

Джим, прижатый к полу, все еще не был окончательно безоружен, и сдаваться не собирался. Прямо за воротником брони, практически возле пальцев его левой руки был закреплен здоровенный боевой нож. Этому приему его научил его друг Смолли-Плевун, и сейчас этот самый нож должен был спасти Джиму жизнь.

Быстрым движением он выхватил клинок и со всей силы ударил негодяя, стоящего на его груди, по внутренней стороне бедра, метя в щель между пластинами брони. Но вместо крика боли Джим услышал только тоненький «звяк» сломанного лезвия, а потом все поглотила вспышка пламени из ствола оружия в руках врага, и наступила тишина.

— Вот же гадский выродок, а? Хотел спереть наши байки. И не узнаешь, кто такой и как смог пройти. Засранец… — тип размахнулся и ударил ногой по шлему лежащего противника. Раздался треск и хруст, шлем разлетелся на части, а вместе с ним и голова его владельца.

— Твою ж…весь ботинок изгваздал! — тип скорчил недовольную рожу, осматривая свою обувь, попытался оттереть кровь и мозги о песок, но у него, естественно, ничего не получалось. Тип плюнул на труп, выматерился и прикоснулся пальцем к таблетке-передатчику в своем ухе: — Эй, Грач! Гра-а-ач! Прием! Это Крестный. Грач, отвечай, скотина!

Бугай, на черной броне которого помимо вездесущего среди Чистильщиков креста красовалось еще и несколько других, куда более уместных символов, стоял и орал в рацию, но его собеседник не желал выходить на связь, видимо, занятый какими-то другими делами. Тогда Крестный в сердцах плюнул, повесил шлем на руль и покатил аппарат внутрь. Он как раз проходил мимо капсул, когда крышка одной из них задрожала и пошла вбок.

Удивленный Чистильщик увидел, как из повисшего от перепада тумана хладагента поднялось тело, уже облаченное в такую же, как у него, черную броню.

— О, Вандал! Это кто тебя уделал? И чего не в основной капсуле ожил, а тут, в резервной?

Человек в броне не отвечал, удивленно глядя на свои руки.

— Эй, парень, ты чего? Первый раз, что ли, в клоне воскресаешь?

— Кх-кх-м. Да.

— Странно. Мне казалось, папашка тебя уже учил вставать в капсуле. Короче, смотри, там справа снаряга, откроется, только опознав тебя по глазу, и не подумай, что шоколадному. Слева, прямо в капсуле, всегда пистолет на случай, если снаружи враги. Ты пушку, кстати, взял бы, я только что какого-то доходягу прикончил. Мало ли, вдруг где поблизости его дружки засели…

Вандал сделал шаг назад и с трудом взялся за рукоятку «Солнечного ветра», лежащего в капсуле. Вынув лазпистолет, он задумчиво нажал кнопку активации, убедился, что все горит зеленым — заряд полон, фокусировка в порядке. Покрутил настройку импульса, после чего одним четким движением вскинул выведенный на максимум пистолет и всадил два заряда в голову обалдевшего Крестного. Затем развернулся и несколькими меткими импульсами отстрелил от оставшихся двух капсул все волноводы. Перезарядил свой и, посекундно оглядываясь на капсулы за спиной, принялся снаряжаться из кофра возле капсулы Вандала.

Глава 24

Как оказалось, Грач все же не собирался играть с Тапком честно.

Уже в тот момент, когда пуля Тапка пробила голову Вандала, с двух сторон на него начали надвигаться те самые охранники-киберы, которых он приметил при прошлой встрече с Грачом.

Едва только Тапок выстрелил, они немедленно открыли плотный огонь, заставив его спасаться бегством и искать укрытие. Причем оба здоровяка оказались вооружены каким-то скорострельным вариантом винтовок. Мало того, что скорострельных, так еще и оснащенных огромными магазинами, в которых, как казалось, патроны вообще не заканчиваются.

Сам Грач в бой не вмешался, вместо этого он кинулся к телу Вандала, рухнул возле него на колени и начал проводить какие-то манипуляции.

Тапку было и некогда, и неудобно рассматривать, что именно там происходит. Необычные пули чужих, которыми по нему били, не давали ни малейшего шанса почувствовать себя в безопасности, сделать передышку.

Они шили буквально все, что попадалось на их пути, так что Тапку было не до наблюдений за противником. Все, что он сейчас мог — это бежать вдоль контейнера, надеясь, что боеприпасы у врагов иссякнут раньше, чем он потеряет скорость за счет столкновения с каким-то препятствием.

Контейнер, пробитый навылет, страшно заскрипел и начал складываться сам в себя. Тапок был вынужден отскочить от него, чтобы не получить в бок кусок ржавого железа, в изобилии полетевшего на него из разламывающейся на части конструкции.

Один из киберов вдруг дернулся и чуть не упал. На его голове появилась здоровенная рана, в которой блеснул зеленоватый металл.

— Тапок, я попробую тебя прикрыть, но, честно говоря, не уверен, что это что-то даст, — скороговоркой выдал Бес. — Эти ребята — не обычные киберы. Прикончить их я вряд ли смогу — даже с моим калибром не могу их положить. Попал в башку, а этой железяке хоть бы хны… Еще и дистанция…

— Мне нужно хотя бы десять секунд, — бросил Тапок. — Отвлеки их как-то.

— Попробую, но я искренне надеюсь, что у тебя есть еще один запасной план на случай, если этот провалится.

— Ага, есть. Он называется «импровизация»…

— Этого-то я и боялся… — тяжело вздохнул Бес.

Он прильнул к своей винтовке и тут же открыл беглый огонь, уже не жалея боеприпасов.

Каждое попадание выбивало из киборгов куски псевдоплоти, отбрасывало их, замедляло, сбивало, не давая стрелять и целиться, но этим успехи и ограничивались. А когда Бес принялся менять магазин, то киберы с лихвой наверстали все потерянное — атаковали уже самого Беса.

Один из двух чертовых киберов вскинул руку, с нее сорвался огненный сноп искр, на громадной скорости устремившийся к укрытию Беса. Похоже, компьютер в этой уродливой громадине успел рассчитать траекторию, и кибер пальнул, не жалея боеприпасов — сейчас в Беса летело несколько микроракет, к тому же еще и управляемых дистанционно.

Все, что оставалось сделать в такой ситуации, это прыгнуть вниз, благо заранее была закреплена система экстренного спуска. Бес уже в прыжке-полете ухватился руками за натянутую, как струна, стропу, и зашипел от боли — стрелковые перчатки для такого предназначены не были, и скоростной спуск мгновенно порвал их, а заодно и кожу на ладонях.

И тут еще и сверху загрохотало так, что уши заложило. Веревка мгновенно ослабла, и Бес пролетел последние пять метров, но не рухнул, а мягко приземлился, перекатом погасив инерцию падения, вскочил на ноги, и тут же вновь упал, получив в плечо увесистый кусок бетона, прилетевший сверху.

Потирая ушибленное плечо, он быстро перебежал под ближайший навес. Наверху, на месте его позиции, полыхал огонь — похоже, ракеты были с «вкусной» начинкой. Да уж, отвлек, блин…чуть самому задницу не подожгли…

По уму нужно было действовать в соответствии с планом — двигать к Джиму, который уже должен был захватить байки. Вот только тогда с большей вероятностью Тапка он больше не увидит — тот не сможет выбраться, ведь по плану Грач должен был войти на арену один и, увидев смерть Вандала, кинуться на Тапка. Киберы в план не входили. Нет, будь там охранники или хотя бы обычные киберы — справиться с ними можно было бы, но с этими…да еще и действуя один против троих. Нет, Тапок, конечно, очень сильный боец, но этот бой ему не выиграть, однозначно.

Бес судорожно соображал, что можно сделать.

Надо задействовать пса. Так себе идея, но другой нет, и Бес подключил опцию, которую его собаки терпеть не могли — он соединился напрямую с мозгом своего модификанта, и теперь мог смотреть его глазами.

Гера, а теперь и Бес в его голове, находился совсем недалеко от места боя. Пес сидел на заборе, окружающем арену, откуда открывался отличный вид на побоище.

Тапок все же смог оторваться от преследователей, подобрал заготовленное на случай проблем оружие, и сейчас, вооруженный трофейным пулеметом, поливал огнем одного из киберов. Второго видно не было, как и Грача. Пули рвали в клочья броню твари, но сказать, что киберу скоро придет конец, было нельзя. Тем не менее, урон он получал — Тапок специально на такой случай где-то добыл боеприпасов с электромагнитным сердечником. Каждое попадание сопровождалось небольшой вспышкой, от которой живая машина корчилась, как будто ее полили кислотой.

Получив под сотню пуль за несколько секунд, кибер упал на колено. По идее сейчас должно было последовать добивание, но тут пулемет выплюнул три яркие искры трассеров и защелкал вхолостую.

Тапок с раздражением отбросил его, пошел на кибера, на ходу выдергивая из кобуры пистолет, и тут же на его спину обрушился второй противник, хватая его в стальной захват. Чертова тварь обошла Тапка сзади, подобралась через крышу здания и улучила подходящий момент.

Громадные руки сомкнулись на груди Тапка, и тот впервые в жизни, впервые с момента, как установил себе киберимпланты, почувствовал себя слабым — высвободиться из схватки не получалось.

Все его сопротивление просто было смешным — боевая машина даже не ощутила его. Пистолет выпал из пальцев, сразу был отшвырнут ногой врага куда-то в сторону. Поврежденный кибер принялся подниматься, и тут в дело вступил пес Беса.

Несмотря на то, что собака была под контролем Беса, ее собственные инстинкты и желания никуда не делись, и они требовали от пса действий.

Тапок за время их совместных приключений успел стать киберпсу другом, так что Гера, будь он человеком, вовсю бы негодовал и недоумевал, почему хозяин до сих пор не отдал приказ помочь? Он же видит, что происходит.

— Нет! — мысленный приказ Беса заставил модификанта застыть.

И тут Бес понял, почему на Нассаре считали, что из доберманов получаются фиговые модификанты, несмотря на силу и скорость. Пес доли секунды мысленно спорил с хозяином, транслируя тому свое мнение и эмоции, а когда это не сработало, просто проигнорировал команду. Попытка давления вызвала в ответ мыслеобраз оскаленных клыков, от чего Бес растерялся, совершенно не ожидавший подобного поведения и такой реакции от питомца. Ну а Гера, воспользовавшись моментом и замешательством хозяина, молнией слетел с забора.

У Беса теперь был выбор — либо остаться сторонним наблюдателем, или же помочь своим друзьям. Какое решение принять — было понятно с самого начала.

Гадство!

Бес был зол и разочарован.

Собака, созданная для подчинения, являющаяся скорее оружием своего владельца, таковой на самом деле не являлась. Она легко приняла самостоятельное решение, проигнорировав все мыслеприказы владельца, вообще начхав на его мнение и желания.

Теперь, благодаря своему «непослушному» оружию, Бес остался один одинешенек. Так что же делать? Уйти, попрощавшись и с собакой, и с Тапком, или же вступить в бой?

Разум говорил Бесу: «Бросай эту затею, вы все умрете!». А вот эмоции…похоже, дурное рыцарство Тапка было заразным, и ноги практически против воли Беса понесли его к полуразрушенной арене. В голове у него почему-то всплыли строчки из детского мультфильма: «Нет на свете дел важнее, чем уметь друзей ценить! Ради дружбы и улыбки…», и достроилось: «…будем мы врагов крушить».

Бес ускорился, задействовав все свои импланты, он бежал по улице, а в голове его пульсировала одна единственная мысль: сейчас ему предстоит пройти через ад, и не факт, что он вообще сможет пережить это побоище.

Гера такими глупыми вещами не маялся. Его друга атаковало две твари, толком даже не похожих на людей, и он просто одним мощными прыжком с забора оказался на спине того, кто сейчас ухватил Тапка. А что делает киберсобака, оказавшаяся на холке врага? Правильно, старается перекусить хребет.

Вот только хребет этого врага оказался очень уж прочен. Гера вцепился всеми своими модифицированными зубами и, рыча от злобы и нагрузки, попытался вырвать позвоночник из шеи, но первый раз в его жизни это не получилось, и зубы встретили достойное сопротивление.

Напрягаясь изо всех сил, пес сумел сжать их с достаточной силой, так, что внутри этой странной твари что-то зашипело, захрустело, а когда Геральт сделал рывок челюстями в сторону, вырывая кусок плоти, то сжимая добычу в пасти, одновременно толкнулся всеми четырьмя лапами, спрыгивая на землю. А затем вместе с куском мерзко пахнувшей плоти в зубах он выплюнул еще и какие-то трубки, провода, странную длинную стеклянистую плеть, отдаленно напоминающую жгут.

Оторванные «детали», видимо, были очень важны для кибера, и их отсутствие нарушило что-то внутри сложной машины — одна из двух рук повисла плетью, а сам он застыл на месте, мелко тряся головой.

Тапок тут же воспользовался этим и вырвался из захвата. Он крутнулся, одновременно захватывая противника за кисть сразу обеими руками, и мощным рывком вперед заставил кибера рухнуть на землю.

Тапок принялся наносить по противнику удар за ударом, все больше осознавая, что это бесполезно, что противник практически неуязвим.

Тогда Тапок, то ли от отчаянья, то ли по наитию, поднял все еще дезориентированного кибера за пояс и принялся его раскручивать вокруг своей оси, а потом просто отпустил, направив полет тяжеленой туши точно в угол между бетонными плитами, ограждавшими в этом месте арену.

С грохотом кибер врезался в бетонную стену. Его массы и приданного Тапком ускорения хватило бы, наверное, чтобы даже броню танка прогнуть. Старый и выжженный солнцами Пекла бетон был куда менее прочен, так что с грохотом осыпался, а тело киборга застряло в пронизывавших бетон прутьях арматуры, от удара загнувшихся или сломавшихся. Кое-где они даже пробили его плоть насквозь, застряв между механических деталей.

За спиной Тапка раздался сухой щелчок, как будто закрылась некая тяжелая крышка. Тапок вновь положился на инстинкты и рванулся в сторону.

Как оказалось, не зря. Звук, услышанный им, был звуком перезарядки ракетной установки. Кибер, получивший недавно от Тапка несколько очередей, перевел противника из разряда целей класса опасности 2 — «Модифицированный человек с огнестрельным оружием» в класс 0. К нему обычно относили укрытия снайперов, легкую бронетехнику и высокопоставленных офицеров. Цель класса 0 подлежала уничтожению любой ценой и немедленно, в том числе и ценой повреждения других дружественных целей, так что в то место, где только что был Тапок, влетел рой микроракет, опоздав буквально на миг.

Полностью избежать повреждений в такой ситуации Тапок не смог, но основной удар пришелся на то место, где его уже не было. Ударная волна и осколки все равно крепко потрепали его и без того уже поврежденную броню, заставив систему уведомлений взвыть и забросать пользователя целой стопкой предупреждающих сообщений.

А самое плохое было то, что из строя вышел блок питания. Тапок знал, что меньше чем через минуту его броня станет только помехой, лишним грузом на его плечах. Заряда аккумуляторов, увы, хватало лишь на несколько секунд, и за это время нужно было добить последнего врага и вылезти из брони, иначе она станет для Тапка саркофагом, ведь где-то рядом еще и Грач, который так и не вступил в бой.

А вот запутавшемуся в арматуре киборгу досталось куда сильнее. Ракеты были предназначены для поражения не конкретной цели, а для ударов по площадям, да и дистанция для наведения была слишком маленькой, поэтому часть залпа пришлась на уже поврежденный забор и на лишенного подвижности кибера. Взрывы оторвали ему ногу, пробили броню, а облепившая его зажигательная смесь вспыхнула, пожирая плоть и подбираясь к жизненно важным системам и органам, без которых функционирование было невозможным.

Но даже это его не прикончило. Он все еще барахтался в пламени, пытаясь встать и покинуть опасную зону, когда начали взрываться боеприпасы в его подсумках. Мощность патронов оказалась просто бешеной, и их хватило с избытком, чтобы наконец добить чертову тварь.

Тело кибера застыло в нелепой позе посреди пылающего огненного ада.

Что касается второго кибера, то его не слишком огорчило убийство им же собрата. Убрав бесполезное оружие, он моментально оказался на ногах и устремился к Тапку, которого только что прогремевшими взрывами бросило на землю.

Кибер, не добежав нескольких метров, прыгнул, на лету кисти его рук «раскрылись», выпуская наружу метровой длины темно-зеленые клинки.

Тапок попытался блокировать первый удар, но тут же об этом пожалел и осознал, что сражаться с этим монстром врукопашную — самоубийство. Принятый на блок удар правой руки заставил гудеть все его кости, а компьютер в голове истошно заверещал, фиксируя максимальную нагрузку на набитые имплантами руки.

И тут же мощный пинок обрушился на грудь Тапка, выбив из него дыхание, и подбросил его вверх на полметра.

«Целостность брони нарушена. Фиксирую серьезные повреждения внутренних органов», — компьютер, обычно не беспокоящий Тапка, сейчас был многоречив. Столько сообщений он ему не выдавал давно, наверное, со времен, когда его только имплантировали. Похоже, ситуация была критической, раз уж ИИ решил нарушить установки и вновь начал выдавать уведомления, которые Тапок заблокировал черт знает когда.

Гера, которому тоже досталось взрывами, уже подобрался, обошел сражающихся и кинулся на кибера сбоку, но тот едва его не подловил — лишь чудом пес успел избежать удара клинка, на миллиметры разойдясь с режущей кромкой.

Кем бы ни был этот киборг, кем бы ни был создан, но в скорости он точно превосходил и Тапка, и добермана-модификанта.

Не останавливаясь, кибер надвигался на Тапка. Тот сплюнул под ноги кровавый сгусток и попытался перейти в атаку.

Удар рукой, удар ногой, разворот, и на третьем ударе, который за счет инерции должен был бы пробить врагу область под ребрами, там, где броня была уже уничтожена ранее, резкая боль пронзила правое плечо Тапка.

Тапок дернулся, но было слишком поздно — кончик лезвия разрубил броню, как бумагу, и на несколько сантиметров вошел в плоть. Кровь полилась обильной струей, и Тапку ничего не оставалось делать, кроме как попытаться разорвать дистанцию и затем использовать последнее средство.

Наниты из автоаптечки за секунды закрыли рану и принялись сшивать сосуды и мышцы, параллельно с этим сращивая кости, сцепляя сухожилия и заживляя поврежденные внутренние органы.

Противник продолжал наступать, и по уму Тапку бы потянуть время, побегать от врага, дать возможность запущенному процессу восстановления завершить работу, заживать раны. Вот только таймер, отсчитывающий время автономной работы брони, показывал, что у него осталось 29 секунд, после чего «карета превратится в тыкву», как сказал бы в такой ситуации Бес. У Тапка просто не было времени — его могла спасти только успешная атака, а если она не удастся, то он в любом случае труп.

Уклонившись от очередного взмаха клинками, Тапок нанес резкий удар, целясь не в корпус кибера, а в кисть руки. В то самое место, где броня разошлась, выпуская наружу лезвие.

И это сработало. Точка крепления клинка-импланта была не защищена никакой броней, так что от страшной силы удара Тапка хрупкая в сравнении с броней система крепления просто рассыпалась, и клинок полетел под ноги сражающихся.

Но упасть ему Тапок не позволил — «выстрелил» руку, мгновенно его подхватил, и затем возвратным движением вогнал лезвие в подмышечную впадину врага, провернул и тут же дернул лезвие, вырывая его обратно.

Глава 25

Кибер, не ожидавший такого напора, совершенно потерявшийся и не успевший выбрать новую тактику, не нашел ничего лучше, чем продолжить уже начатое, но тело его, уже получившее сильные повреждения, подчиняться отказалось.

Трофейный клинок в умелых руках Тапка не только выбил кусок брони, кожи и металлических ребер, но заодно и разворотил внутри то, что заменяло киберу сердце, и сейчас из раны хлынула жижа, что заменяла кровь. Она текла, обильно орошая броню, а само тело кибера сразу утратило скорость и маневренность — идеальная машина для убийств вдруг стала медленной и неповоротливой.

Тапок «перетек» за спину врага, используя инерцию, и нанес сразу несколько ударов в прорехи брони, рассекая жгуты кабелей. В энергосистеме противника что-то жалобно пискнуло, и тут же вся эта махина упала вперед, так как у нее просто отказали «ноги».

Тем не менее, даже с такими повреждениями киборг был все еще «жив». Он протянул вперед свою руку и ухватился за валявшийся практически перед ним пистолет Тапка. Уже планируя «победу по очкам», продукт инопланетной технологии сумел повернуться, и даже наставил ствол на врага, вот только вместо паники на лице Тапка была ехидная ухмылка.

Вероятно, в этот момент компьютер в голове кибера опознал в оружии специализированный образец с генетическими блоками, но остановить уже запущенный нервный импульс не смог. Палец нажал на спуск, и тут же от рукояти в тело «стрелка» ударил мощный разряд, выжигающий нервные окончания, или что там у кибера было вместо них. Защиты от такого «приема» у кибера просто не было, и его тело, дергающееся в конвульсиях, уже совершенно не слушалось хозяина.

Тапок тут же «открыл» свою броню, вылез наружу, и едва это сделав, услышал за спиной аплодисменты.

Грач, оказывается, все это время наблюдал за боем, стоя чуть в стороне. Вместе с ним стояло еще четверо Чистильщиков с желтыми крестами на одежде, и сейчас на Тапка, у которого теперь не было брони, было направлено сразу несколько стволов.

Гера, к слову, после того, как Тапок «закончил» с киберами, засек приближение новых противников и укрылся в кирпичах, выжидая удобный момент для атаки. То, что врагов было аж пять, его не сильно беспокоило. Его партнер-хозяин был уже на подходе, и пес знал, что не стоит лезть в атаку самому, когда можно ударить всем вместе. Впрочем, если бы выбора не оставалось, Гера вынужден был бы атаковать, не дожидаясь хозяина.

Грач с издевкой наблюдал за судорожными рывками Тапка, пытающегося спешно скинуть с себя остатки обесточенной брони. Он явно готовился отдать приказ о ликвидации, но оттягивал момент, словно бы наслаждаясь стараниями Тапка, не желал забирать у него последнюю надежду.

В какой-то момент над ареной раздался голос, знакомый и Грачу, и Тапку. Это был голос Желтого Короля.

— И что же, великий повелитель арены, мегачемпион и бла-бла-бла…не в состоянии сам расправиться с жалким гладиатором? Могущественный Грач не желает пачкать ручки, или боится, и поэтому привел с собой четверых жлобов, чтобы расправиться всего с одним единственным полуживым противником? Серьезно?

— Ты! — голос Грача взлетел почти до визга. — Лучше не вмешивайся!

— Не вмешиваться? — голос Короля звучал издевательски. — Думаешь, я все это затеял, во все это влез, чтобы затем в самый ответственный момент просто не вмешиваться?

— Так это все твоя работа, недоносок! — зарычал Грач. — Только ты мог отключить моего сына от капсулы, только ты знал, как это сделать! Не смог победить Вандала честно, решил бросить на него этих недоносков?

— Э, нет! С Вандалом и его капсулой я ничего не делал. У этого типа, что перед тобой, есть помощник, умелый слайдер. Он взломал Мать и отключил импланты Вандала. Я же напротив не позволил ему грубее вмешаться в систему и выбил его, скорее всего, заодно изжарив ему мозги. Так что скажи спасибо, что сам пока имеешь капсулу. И что же, ты просто убьешь победителя Вандала? На глазах у всех фанатов?

С этими словами Жёлтого изображение Грача, Тапка и нацеленных на Тапка автоматов заполнило каждый экран в городе.

— Да-да, я вернул трансляцию. Ведь это же твои слова: «Show must go on», не так ли? Ты настолько боишься этого человека? — продолжал злорадствовать Желтый. — А может, ты просто уже не тот, кто завоевал титул?

— Я…ты, мерзкий слизняк… Да ты… Я тебя прикончу! Но сначала прикончу этого урода! Своими руками! — Грач взъярился и орал, брызгая слюной, но затем все же сделал над собой усилие.

Он если и не успокоился окончательно, то хотя бы орать перестал, махнул рукой своим, и те нехотя опустили оружие. Грач уставился на Тапка, и взгляд был откровенно безумным.

Впрочем, Тапку было уже по барабану. Наниты в его теле закончили работу по восстановлению, напоследок аптечка впрыснула ему кучу тонизирующих препаратов и боевой химии, позволяющих восстановить силы, но их действие еще не началось, и сейчас Тапок находился в состоянии настолько пофигистичном, что вывести его из равновесия, напугать, разозлить было попросту невозможно.

Впрочем, состояние это не продлится долго. Несколько минут, и Тапок станет прежним, готовым к любому бою.

Грач выпрямился, приняв горделивую позу, и с избыточным пафосом, совершенно не вязавшимся с только что продемонстрированной им яростной истерикой, изрек:

— Гладиатор Горелый, я вызываю тебя на поединок до смерти. Здесь и сейчас. Сражаться будем без брони, без пушек, без помощников. Нож против ножа.

С этими словами Грач деактивировал броню и вылез из нее. Его тело обтягивал черный, переливающийся под солнцем костюм из неизвестного Тапку материала. С ножен на поясе брони он вытащил свой нож: длинный, с характерным «клип-пойнтом» Боуи.

Тапок ухмыльнулся. Ему показалось забавным, что его враг пользуется именно этим, придуманным еще в девятнадцатом веке на Земле клинком. Дело в том, что у Тапка на поясе висел сейчас точно такой же клинок, который он потянул из ножен и перебросил в руке, пижонски прокрутив его вокруг ладони.

На Грача это не произвело впечатление. Он готовился к бою — стоял, разминая руки. Он был хорош, этот Чистильщик: на полголовы выше Тапка, с развитой мускулатурой, легко просматривающейся через облегающий костюм. Горделивый профиль, никаких видимых имплантов. Прямо-таки с плаката: «Таким должен быть чистый человек».

Стоящий напротив него Тапок на этом фоне выглядел покрытым грязью и кровью диким варваром. Выведенные в боевой режим импланты заставляли модифицированные мышцы бугриться на спине, плечах, предплечьях, неестественно раздували конечности, и даже изуродованное и не до конца зажившее лицо со шрамами от ожогов и черной щетиной, ощеренные в агрессивной усмешке зубы словно бы перекосило от происходящих с телом метаморфоз.

Бой начал Тапок. Ему не терпелось смахнуть с лица врага это выражение собственного превосходства. Хотелось вбить его в землю, опустить до того уровня, которого он, Грач, собственно и заслуживает.

Тапок бредил и мечтал не просто убить врага, а уничтожить его, причем как физически, так и морально.

Несколько быстрых ударов результата не дали — Грач разорвал дистанцию.

Они покружились напротив друг друга, делая пробные замахи, а затем Тапок перешел в нападение. Вместо ударов ножом он нанес Грачу несколько мощных и быстрых ударов ногой, целясь в торс. Большая их часть пришлась на блоки, но парочку тот все же пропустил.

Вот только результат от этих «пропущенных» ударов был равен нулю. Гибкий костюм, одетый на предводителя «Изначальных», великолепно гасил инерцию ударов, и до его тела они просто не доходили.

Тапок попытался достать до оппонента еще одной серией ударов в корпус и лицо, попеременно чередуя выпады ногами, руками и клинком. Грач спокойно принял большую их часть на защищенные костюмом руки, либо просто отвел в сторону, увернулся, а вот затем последовал его ответ.

Несущееся в корпус колено Тапок заблокировал руками, крякнув от натуги, настолько сильным оказался удар, но тут же пропустил два быстрых выпада левой рукой, и инстинктивно отклонился от лезвия, просвистевшего в миллиметрах от лица. На этом атака не завершилась, и нога Грача со скоростью и силой стенобитного орудия «выстрелила» в живот Тапка, отбросив его и заставив перекувырнуться через голову.

Добивать Грач все же не кинулся, осторожно застыв в боевой стойке. Тапок поднялся, потряс головой и принялся сближаться с противником, но уже намного осторожнее, чем в прошлый раз.

И, тем не менее, начало новой атаки он проворонил. В этот раз Грач залепил ему по голени тремя быстрыми ударами, заставив титановые кости заскрипеть, а колено непроизвольно прогнулось, едва не заставив Тапка упасть.

Он удержался, но помогло это мало — от Грача последовал мощнейший удар в голову. Голову Тапка откинуло назад, затрещали позвонки, а сам он оказался на спине.

Тут Грач совершил, пожалуй, первую свою ошибку. Он был уверен в том, что нокаутировал своего оппонента, и дернулся вперед. В тот же миг глаза Тапка, вроде бы потерянные, пустые, резко сфокусировались на враге, и в них зажглась ярость. Он «выстрелил» обеими ногами, нанося страшной силы встречный удар, нацеленный в грудную клетку противника.

Грача, несмотря на его нестандартный костюм, способный поглощать удары, отшвырнуло на пару метров. Он сразу же попытался вскочить на ноги, но было видно — удар не прошел для него бесследно.

А Тапок перешел в быструю атаку. Он вскочил на ноги, перехватил клинок обратным хватом и, подскочив к противнику, нанес по корпусу дезориентированного Чистильщика серию ударов ногами, а затем, когда Грач поверил, что это и есть «основная атака», Тапок сумел подловить его и разрубить резким ударом предплечье.

Второй ошибкой Грача было то, что он счел все увиденное в боях раньше пределом возможностей Тапка, и, сумев отбить второй удар ножа, решил «пофехтовать» с более слабым, с его точки зрения, бойцом. Поэтому вместо продолжения изматывающего рукопашного поединка Грач сблизился с Тапком и принялся работать практически одним клинком, планируя «пустить кровь» и ослабить последнего, тем самым как минимум «выровнять счет». Ну а уже затем наверняка собирался просто красиво добить.

Но только скорость Тапка внезапно возросла почти втрое, и вместо красивого танца, в котором Грач должен был изрезать оппонента, он на пределе возможностей отбивался от весьма опытного и быстрого врага.

А Тапок просто задействовал режим «прицельной стрельбы» импланта, переориентировав с помощью компа его на ближний бой. Теперь компьютерные мощности «кибернетической составляющей» Тапка рассчитывали возможные действия противника, просчитывали варианты ударов, варианты защиты, и Тапку оставалось только выбрать из них наиболее вероятные, действовать «под них».

Когда Грач сумел все же разорвать дистанцию, поливал землю кровью именно он, и уже из трех новых порезов: на груди, правой руке и плече. Он начал кружить вокруг Тапка, тянуть время, рассчитывая, что его регенерационные импланты сейчас закроют порезы, но не тут то было.

«Система регенерации отключена по условиям поединка 'Насмерть», — нагло заявила ему информационная табличка перед глазами.

«Приоритет 0, восстановить регенеративные функции», — команда Грача подтверждалась его чипом, его генетическим кодом и заложенными в Мать командами, но не в этот раз.

«Приоритет 0 снят до окончания поединка».

«Отменить ограничение, ты, тупая железка! Это не я ставил это условие».

«Невозможно».

«Кто установил ограничение?», — запрос Грача вновь отдавал истерикой.

«Вы. И вы же запретили снятие этого условия любым приоритетом, чтобы избежать нечестной игры со стороны любого участника».

И тут он вспомнил.

Действительно, сам же установил это правило несколько месяцев назад, перед вторым финалом турнира гладиаторов. Это было нужно для того, чтобы бои не длились часами, ведь у многих бойцов стояли различные модули восстановления здоровья, импланты на силу, выносливость и так далее.

Из-за этого финальный бой предыдущего турнира длился три часа, а зрители откровенно устали и заскучали. Поэтому, чтобы в дальнейшем не было подобных «сериалов», а зритель получил то, что хотел — быстрое, кровавое и жесткое зрелище, был введен этот запрет, отменить который было в принципе возможно, но не в считанные секунды и не во время боя.

Тапок не стоял на месте, пока Грач «игрался» со своим компьютером, пытаясь запустить регенерацию. Он отступил назад и аккуратным движением подобрал с земли выпавший из рук его бронекостюма обломок лезвия, трофей от кибера. Условиям поединка это не противоречило — сказано ведь, клинок против клинка. Другое дело, если бы он подобрал пушку — был бы сразу дисквалифицирован или, что точнее, убит.

Что касается «обломка» — за такое ему ничего не будет. Ну а подобрал он его потому, что понимал — длительный бой он не выдержит. Запас трюков был потрачен на предыдущие бои, а последний козырь он выложил только что, истратив ускорительный «заряд». К сожалению, противник все же был слишком быстр, а он уже слишком измотан, и сейчас Тапка могла спасти только внезапность, эффект неожиданности. И то, только в том случае, если враг еще не понял, что скорость Тапка вновь упала до обычной.

Грач, занятый компом, не заметил, что сделал Тапок — периферийным зрением он лишь отслеживал перемещения противника, и если бы Тапок подошел — тут же свернул бы интерфейс, начал бы обороняться.

Так что наличие у противника второго клинка стало для него неприятным сюрпризом.

Впрочем, на это ему тоже было чем ответить. Лезвие его ножа, стоило только нажать на скрытую в рукояти кнопку, окуталось синеватым ореолом, и Грач хищно осклабился, увидев удивление Тапка.

— Сюрприз, ублюдок! — прошипел он.

Первый же выпад Тапка ножом был заблокирован клинком Грача, а после удара в руке Тапка остался лишь обломок.

Часть лезвия с жалобным звяканьем упала на землю, под ноги сражающимся, а Грач, усмехаясь, принялся крутить в воздухе круги кончиком своего клинка, потрескивающим и пускающим небольшие искорки вокруг себя.

Тапок пригнулся и пошел против часовой стрелки, заставляя противника поворачиваться вслед за ним, и тут его комп вывел на экран сигнал, означающий, что он закончил просчет вариантов для атаки. Да, была в нем и такая опция, позволяющая в режиме «внутреннего диалога» вывести пользователю варианты противодействия или варианты для атаки. Причем просчитывался наиболее вероятный и наиболее результативный вариант.

К сожалению, обычно эта функция была бесполезна — в режиме динамичного боя условия менялись слишком быстро, поэтому Тапок ни разу не дожидался от своего виртуального помощника такой вот «подсказки», ориентируясь на свое понимание ситуации, а вот здесь все же решил послушать. Система должна была оценить, взвесить и «просчитать» Грача, выявить его сильные и слабые стороны.

Так все и было. Более того — предложенный вариант оказался…достойным. Рискованным до жути, но достойным того, чтобы попробовать его реализовать.

Правая рука Тапка устремилась вперед и с силой метнула в лицо врага остатки верного «Боуи». Тот рефлекторно вскинул клинок, защищаясь. Лезвие легко рассекло оружие Тапка. Вот только за счет расщепляющего поля это произошло практически без нарушения траектории полета, и обе половинки все равно продолжили свой путь к лицу Грача. Тот отшатнулся, и именно в этот момент обломок зеленоватого клинка в руках Тапка метнулся вперед, могучим рубящим ударом отсекая в запястье руку с ножом противника.

Грач вскрикнул, зажимая фонтанирующую кровью кисть.

Он уже понял, что проиграл. Доли секунды решили все, и результат поединка был предрешен, а раз так…плевать на все! На Скайсити, на репутацию, на деньги. Страх — вот на чем он всегда строил свою власть и построит снова. Но для этого нужно убить этого ублюдка, поднявшего руку на него, Грача, показавшего сброду, что даже такого, как Грач, можно убить.

Он обернулся к своим охранникам и заорал:

— Убейте этого урода!

Вот только за его спиной вместо четверки телохранителей стояла парочка нагло ухмыляющихся существ, одно из которых было обладателем впечатляющего набора клыков, а второе держало в руках две трофейные винтовки и целилось из них в Грача.

— Нет, если мы тебя убьем — вот тот парень очень обидится, — заявило одно из существ, кивнув в сторону Тапка.

Грач, хоть и был опытным бойцом, так опешил, что обрушившийся на него удар даже не засек.

Молниеносное движение Тапка было практически невидимо глазом. Мысок его окованного сталью ботинка обрушился на скулу Грача, выбивая зубы и фонтан крови. Голова Чистильщика откинулась назад, громко хрустнули позвонки.

Грач рухнул на спину, дернулся и принялся отхаркиваться, а когда он приподнялся на локтях, то увидел летящий в него ботинок 45 размера, с силой кувалды врезавшийся ему в нос, расплющивая тот в блин.

Усилием воли он попытался разогнать черный туман нокаута, уже начавший окутывать сознание. Поднявшись на колено, он потряс головой, разбрызгивая во все стороны кровь, пытаясь так прийти в себя, и не без труда, но все же поднялся.

Тапок дождался, чтобы Грач выпрямился, и встал прямо перед ним.

— Знаешь, я мечтал об этом дне десятилетиями, — заявил он. — Думал, как это будет, что будешь чувствовать ты, что буду чувствовать я. А сейчас…сейчас я не чувствую ничего, просто усталость от тяжелой работы, которую уже проделал, и которую нужно лишь завершить, поставить последнюю точку…

— Ставь,– прохрипел Грач, — чего тянуть…

— Я разочарован, — признался Тапок. — Ты же просто кусок дерьма, даже своим идеалам не соответствующий, человек, который заставляет людей жить по своим правилам, и сам же их не соблюдает…

— Кха-а-а…для достижения цели хороши любые средства.

— Но ты же Чистильщик! Как можно бороться с клон-куклами, когда ты сам кукла?

— Чистильщики? — улыбнулся Грач. — Это чушь, сказки. Чистильщики — всего лишь вершина айсберга. Маленькая часть чего-то большего…

— Чего?

— О… Когда мы победим — ты сам все узнаешь и увидишь. Такие, как я, будут не нужны. И такие, как ты — жалкие ошибки природы. Урод! — Грач словно плевался словами.

— М-да, — покачал головой Тапок. — Ты жалок, Грач.

— Посмотрим, как ты запоешь, когда придут они…

— Кто «они»? — не понял Тапок.

— О, ты увидишь, увидишь… — захохотал Грач и ринулся вперед, пытаясь нанести Тапку серию ударов ногами. Тапок легко заблокировал эту медленную атаку и принялся наносить размашистые удары обеими руками по очереди, целясь в лицо Грача, и так уже превратившееся в кровавую маску.

Тем не менее, Тапок, ухватив противника за гриву волос на затылке, продолжал бить до тех пор, пока его не схватили за плечо.

— Стой, Тапок! Все уже кончено! Он мертв, — заорал кто-то совсем рядом.

Тапок попытался отбиться от человека, схватившего его, но тот оказался ловким, увернулся и выкрутил руки Тапка.

Через кровавый туман в глазах Тапок сумел все же понять, что это Бес, и тут же обмяк.

— Очухался? — зло спросил Бес. — Тогда давай, надо валить отсюда.

— Нет! Надо найти его капсулу, — буркнул Тапок, — еще не все закончили…

— Да нет у него капсулы. Желтый его принудительно отключил.

— Гарантирую, есть резервная. Я слишком хорошо его знаю.

— Тапок! Поверь мне, сейчас надо уходить. Все остальное — потом, или ты всех сейчас угробишь!

В этот момент за стеной раздался могучий рык гравитонных турбин и, проломив остатки ограды, на площадку влетело три гравибайка. Тапок, увидев пилота головного байка, кинулся к стоящей раскрытой броне Грача, а вот Бес с его точки зрения повел себя крайне странно. Он опустил пушки и пошел к громоздкой фигуре пилота, в которой было очень легко узнать Вандала.

— Тапок, только не стреляй, пожалуйста, — заявил Бес.

— Да, сэр Тапок, будьте любезны, не убивайте меня. Это не то, что вы думаете, — сказал Вандал.

Челюсть Тапка упала на грудь. Голос был голосом Вандала, но интонации и характерные обороты…

— Джим???

— Да, сэр!

— Но как???

— Я бы и сам хотел знать… — в этот момент Бес почему-то расплылся в улыбке, и до Тапка дошло, что именно Бес — причина того, что Джим оказался в клон-теле Вандала. Ну а Джим меж тем заявил:

— Кстати, сэр, у меня для вас подарок. Вы ведь наверняка хотите закончить ваше дело с этим господином, Грачом?

— Да!

— Так вот, он сейчас заперт в капсуле совсем недалеко…

Глава 26

— Джим, а откуда, прости, ты это знаешь? — поинтересовался Тапок.

— Так это, сэр…я умер там неподалеку, ну, собственно, на том самом складе, где и находятся капсулы.

— Умер? Как?

— Там оказался еще один неприятный господин, он меня и убил. Я уже уверился, что мне конец, и тут, оп — я открываю глаза и понимаю, что нахожусь в капсуле. Выхожу, и тут передо мной мой же убийца, рассказывает, что-то объясняет, называет чужим именем. Он не знает, что я — это я, а не его знакомый. Тут-то до меня и дошло, что нахожусь я в «чужом» теле. Ну, в общем…я как чуть пришел в себя, уложил того типа, потом попробовал уничтожить капсулы, но у них автономное питание и сетевой доступ. И там что-то такое… Ну, я не очень понимаю в этом деле, но обычные капсулы выращивают клон за определенное время, специализированные клоны за короткое, а тут в капсулах лежат уже готовые тела. В них даже импланты базовые уже установлены…

— Та-а-ак…и?

— Ну…в общем, я начал отключать капсулы, ломать их, и когда подошел к очередной, оказалось, что там лежит это господин… Грач, кажется. И я решил пока его не убивать — он ведь вам нужен, сэр… Я открыл капсулу, связал его, убрал из капсулы оружие, броню и снаряжение, и на всякий случай сменил права доступа, оставив их только у себя. Теперь он даже с имплантами не выберется, там дверь бронированная.

— Это просто великолепно, Джим! — расплылся в улыбке Тапок.

— Тапок! Даже не думай! — предостерегающе прошипел Бес.

— Что? Я не собираюсь его еще раз валить, — отмахнулся Тапок. — У меня немного другой план. К тому же ты ведь тоже поменял планы, а? Никаких попаданий Джима в клон Вандала мы точно не продумывали.

— Я сделал ему «запаску», и она пригодилась, как видишь. И вообще — хорошо ведь вышло, нет?

— Даже спрашивать не буду, что тобой руководило…

— Я Вандалу отключал права доступа, когда понял, что это долго, просто поменял ему и Джимми идентификаторы. Откуда я знал, что так выйдет? Но главное — Джим ведь жив, а Вандал нет. И кстати, новое тело Джима — это ключ ко всем дверям в этом треклятом городе…

— М-да, привалило счастье, откуда не ждали, — усмехнулся Тапок. — Так, ладно. Значит, план такой — сейчас мы захватываем клон Грача, он как раз по идее уже ломает двери капсулы…

— Ну началось! — вздохнул Бес.

— Помолчи! — прервал его Тапок. — Повторяю — берем Грача и вместе с ним валим отсюда.

— Да на кой он тебе? Если уж так неймется — грохни его еще раз. В этот раз окончательно — больше ему «оживать» уже будет негде.

— Грохну, но сначала я хочу кое-что узнать. Помнишь наш «заказ»? В пустыне, босс мусорщиков? Ну, где еще «Спартан» подбили?

— И?

— Тот парень, прежде чем я ему башку открутил, сказал мне кое-что интересное. Он упомянул о некоем «Совете» Чистых.

— И что?

— Он упоминал, что Грач имеет к совету прямое отношение. Хочу попробовать узнать у него, что это такое, и…

— Ну?

— Грач тоже нес какую-то ахинею про «Чистильщиков, как лишь малую часть чего-то большего».

— Часть чего?

— Да хрен знает. Мол, всем нам придет конец, когда «они» придут и всех победят.

— Что еще за «они»?

— Ну, так понимаю, как раз Совет или что-то еще. Ощущение такое, будто Чистильщики — это просто мясо. За этим всем стоит кто-то серьезный…

— Да кто? — не выдержал и рявкнул Бес.

— Вот, чтобы это выяснить, нужен Грач. Он ведь признался, что на кого-то работает? И мне очень интересно узнать, на кого.

— Ну, на Совет…

— А что это вообще такое? Кто в этом совете? Во-о-от. В прошлый раз договорить не получилось.

— Ясно, — хмыкнул Бес. — Спорить, так понимаю, бесполезно?

— Точно. И кстати, ты же понимаешь, что тот парень, что все еще не вырубил свои камеры и показывал нас на весь город, отсюда нас живыми не выпустит?

— Желтый… — кивнул Бес, — да, он нас не выпустит…

Но они оба ошибались. У Желтого возникли совершенно другие проблемы. В отсутствие Биркина и Грача главным по Скайсити был именно он, а поэтому когда на его терминале загорелся сигнал «Тревога», он удивился. А уж когда Желтый включил свою навороченную инфостанцию, то его практически погребло под ворохом свежих сообщений.

Бунт в казармах тиро. Атака на ангары с рабами и прорыв из города организованной группы ветеранов и грегариев. Появление из ниоткуда эскадры кораблей 8 флота ВКС. Бой на орбите планеты. Уничтожение сторожевого крейсера чужих. Панические сообщения о десанте на станцию. И далее тишина…

Последнее сообщение, из-за которого Желтый впал в ступор — предупреждение о воздушном десанте.

На город с громадной скоростью шло три объекта. Идентификации они не поддавались, но дураку понятно, что это или штурмовики, или десантные боты…

Желтый выдохнул. Новости накатили, как лавина, но он всегда отличался тем, что был способен быстро адаптироваться, подстраиваться под ситуацию. Эта была не исключением.

Что ж, кто бы к ним ни летел, тут им не рады. Быстрыми движениями рук Желтый подключил себя напрямую ядру Матери и принялся раздавать приказы. Не забыл он и о докучливых гладиаторах.

Вообще, если бы не выходка парня, неожиданно оказавшегося неплохим слайдером, он бы их прихлопнул еще на выходе с арены, но кто мог знать, что у того будут не только понты, но и действительно сильный демон, всерьез повредивший систему и намешавший данные, каталоги так, что эти завалы долго еще предстоит разгребать?

А еще у него имелась серьезная дека, и именно она спутала Желтому все планы — из-за демона пришлось быстро восстанавливать систему, устранять все проблемы, чтобы восстановить контроль.

Ну а пока он этим занимался, Тупой солдафон Горелый, или как там его на самом деле? Злой Тапок? Неважно! Короче, этот урод должен был урыть Вандала, и сдохнуть на арене от рук Грача, предварительно потрепав того. А он, Желтый, просто добил бы Грача и занял бы его место в рейтинге арены, и главное — занял бы его место «хозяина» Скайсити.

При этом все было бы чисто.

Никто из участников его плана не дожил бы до финала. «Тиро» просто пропал бы, кого вообще интересует мясо? Остальные два — один сгорел в попытке сжульничать с Матерью и усилить себя, второй умер бы от рук бывшего чемпиона. Все шито-крыто. А тут такое…

Как бы там ни было, а в сложившейся ситуации было необходимо ликвидировать всю троицу, потому что десант ВКС — это, конечно, проблема, но такая…глобального масштаба. А вот если этих троих гладиаторов поймает «РоботЭкс», то точно начнут задавать много лишних вопросов, и в результате выйдут на него, Желтого.

Тогда можно ставить крест на всех своих планах, всех своих амбициях.

А еще после допроса придут к нему веселые ребята и спросят: «Акак так вышло, что покушение на главу военного совета города произошло точь в точь в канун атаки на город ВКСников и проходило полностью под контролем главы кибербезопасности?».

И никакие его объяснения, что это чистое совпадение, уже не помогут. В обычное время можно было бы отмазаться, суровые, мол, условия, сложная система взаимоотношений, жесткий спорт, вмешательство со стороны. Короче, наплести ерунды, сунуть где надо толстую пачку кредов, и гибель Грача списали бы на личный конфликт, решенный путем поединка, что на форпостах «РоботЭкс» не было бы чем-то странным. Подковерные игры в этой корпорации даже приветствовались, и подставить начальника, чтобы получить его должность, было эдаким «достижением». «РоботЭкс» вообще приветствовал карьеристов, идущих по головам, но в этом случае…

Гладиаторов нужно было перехватить и уничтожить, а чтобы это сделать, нужно понять их ход мыслей. Чего они добиваются? Собираются сбежать?

Это было бы самым логичным решением, однако зачем было затевать все эти танцы, вызывать на поединок Вандала, убивать Грача? Зачем такие сложности? Зачем привлекать к себе внимание? Ведь сбежать можно было куда проще…

Ладно, будем исходить из того, что они хотят сбежать, а вопросы касательно того, почему они выбрали такой сложный план с убийством верхушки Скайсити, можно будет задавать потом. Главное — поймать.

Итак, из города всего-то три выхода. Центральный, он же Северный — мощная цитадель, защищенная турелями, гарнизоном, несколькими тяжелыми гравитанками. Но именно через него сумела без особых сложностей прорваться целая колонна техники, везущая на борту рабов, освобожденных ранее. Просто везение? Или все же расчет? Они расчищали дорогу для этой троицы? Или это все-таки отвлекающий маневр?

Далее западный — выводит на потрескавшееся шоссе, виляющее между двух многометровых скальных гряд и ведущее к посадочным площадкам для гравиплатформ. Этот выход защищен похуже, но тоже не подарок. В пользу того, что это будет именно он, говорит то, что его штурмуют «тиро», бунт которых точно подготовлен этой чертовой троицей.

И, наконец, третий путь. Есть еще Рабские врата. Это, понятное дело, жаргонное название, на деле это просто Гейт-3, резервные ворота, через которые завозили в город технику и материалы. Охраны там тоже до чертиков, причем в основном из киберов — эти ворота ближе всего к лабораториям профессора Биркина. Но тяжелого оружия там нет, так что прорваться шансы неплохие.

Какой путь выберут беглецы? Желтый, используя разделение потоков сознания в нейропространстве компьютерной симуляции, выделил на решение этой проблемы почти половину ресурсов, и компьютер на основании характеристик техники, оружия и прочего, чем владели беглецы, выдал свой вердикт — они поедут через центральный выход, потому что шансов прорваться там у них намного выше.

Городская система видеонаблюдения, которая должна была показать ему путь врагов, увы, оказалась бесполезна. Критические ошибки, переполнившие ее после атаки младших «демонов», не позволяли контролировать улицы в режиме реального времени, но все же он их засек. Правда, если бы Желтый был чуть-чуть внимательнее, то на редких, мелькающих с запозданием кадрах, он бы заметил, что группа, стремительно преодолевающая сейчас путь по улицам, неполная. В ней не хватает четвероногого члена команды.

Впрочем, вряд ли это бы его спасло. Погруженный в нейронку слайдер слишком уязвим для физической атаки, а тренированный модификант, идущий по следу существующих лишь для его обостренного обоняния запахов, не будет ломиться сквозь охрану напрямую. Он пролезет там, где никто не натыкал датчики следящей системы, и, тихонько отфыркавшись после тяжелого, проделанного с таким трудом пути, вылезет из такой дыры, о существовании которой и не знал никто.

Ведь в Центре Управления Сити, сокращенно ЦУСе, нет соединения с канализационной системой города. Ну, формально нет, а на деле куда-то же надо было строителям, техникам и прочему рабочему люду, лишь готовящему технику и здание для ввода в эксплуатацию, ходить в туалет. Просто потом туалет был демонтирован, а вот труба — нет. Поэтому Гера взломал лапами нетолстый слой бетона, вылез из него уже на первом этаже здания.

Легко обойдя всю охрану, он проник в святая святых — контур безопасности. Конечно же, будь сейчас в Скайсити все в порядке с охранной системой, пса бы давным-давно засекли и уничтожили, но сейчас, когда мелкие демоны продолжали «точить» базы данных, мешать работе программ, вся система находилась в раздрае, у пса могли возникнуть проблемы только с живой охраной. Обходить их собака умела, и имела в этом деле немалый опыт, так что сейчас она уже была в зале, в центре которого, в кресле посредине, сидел тот самый тип, которого Папа послал уничтожить. И уничтожить его нужно было однозначно, иначе он убьет и Папу, и всех друзей Геры.

Пес уже сталкивался с такими противниками, опознал его. Безопасная цель — пока не вытащат из-за уха кабель, будут просто мясом, которое даже сопротивляться не станет. Что ж, так даже лучше — мясо убить легче.

Но Папа велел не просто убить, он сказал, как именно это нужно сделать, так что Гера распахнул челюсти и вгрызся в череп Желтого. Затем, не добивая, отпустил жертву. После чего одним могучим прыжком выбил окно и, рисуясь, сбежал по вертикальной стене соседнего здания.

Убей Геральт Желтого, и системное управление перешло бы к Матери, а вот израненный, находящийся на грани жизни и смерти оператор, подключенный в обход протоколов безопасности напрямую к контроллерам, под управлением которого находится всё и вся… О, это получился источник всеобъемлющего, непредсказуемого и всепоглощающего хаоса. Поврежденный и медленно умирающий мозг отдавал безумные приказы устройствам, минуя Мать, и те принимались выполнять их, не реагируя на попытки ИИ остановить этот кавардак.

Система ПВО ближнего радиуса действия внезапно открыла огонь вертикально вверх сразу же из всех двух десятков башен. Все двери внезапно закрылись, напрочь игнорируя ключи и аварийные способы открытия. По всему городу зажглась ночная иллюминация. Киборги, получая десятки самых разных приказов в течение нескольких секунд, начали хаотично их выполнять, сталкиваясь друг с другом в ожесточенных перестрелках, круша все вокруг.

Со всех сторон на терминал управления посыпались запросы о происходящем, просьбы о помощи и требования новых указаний, вот только ответить на них было некому, точнее поступающие ответы не решали, а лишь усугубляли проблемы.

Если бы Бес мог увидеть то, что происходило, он бы сам себе аплодировал, но ему в этот момент было не до того.

— Тапок, там еще пятеро справа!

— Принял, работаю!

Захват Грача-клона прошел на удивление легко. В том же помещении, где была капсула, среди других отключенных, уничтоженных Джимом капсул, среди множества контейнеров со всевозможным оборудованием и оружием, снаряжением они нашли тяжелый полицейский станнер, вероятно, демонтированный с какого-то транспорта.

Поэтому вместо того, чтобы просто открыть капсулу Грача, они сначала сунули в щель под люком раструб энергопушки, предназначенной для успокоения толпы демонстрантов, и активировали ее.

После такого остаться в сознании и на ногах не мог никто. Даже стоящие неподалеку, прикрытые контейнерами, они ощутили излучение, причем столь мощное, что закружилась голова даже у Беса. А уж тело Грача, извлеченное из капсулы, по состоянию напоминало желе.

— Сэр, а мы точно не поджарили ему мозги? — забеспокоился Джим. — Без них он будет, боюсь, вам бесполезен…

— Не беспокойся, Джим. Мозги у него остались на месте. Могли погореть нервные окончания в конечностях, но нам же его не на танцевальный конкурс везти… — успокоил его Тапок.

Он лично самым тщательным образом «спеленал» тело пленного с помощью синтетического троса и закрепил на багажнике своего гравибайка. А потом…потом в городе начался бардак. Сначала взвыли сирены противовоздушной обороны, потом раздался грохот, в котором опытный Тапок опознал пуск ракет. Следом за ними внезапно загремели установки типа «Тайфун», уж их-то звук было сложно с чем-то спутать.

А потом была гонка по улицам, запомнившаяся ее участникам на фоне всего с ними произошедшего лишь фрагментами.

В какой-то момент сбоку от гравибайка мелькнула коричневая тень и громадными прыжками понеслась рядом, чему и Бес, и Тапок были рады. Первый — что собака выполнила задачу и вернулась, второй просто тому, что пес вместе с ними.

А вот у центральных ворот их ждали. Несмотря на все расчеты, на весь тот хаос, что они устроили, противник вычислил, где именно они хотели прорваться. То ли Желтый оказался сообразительным и успел отдать приказ прежде, чем пес превратил его в овощ, то ли нашелся кто-то рангом пониже, кто взял власть в свои руки.

Как бы там ни было, а среди противника, грамотно засевшего за всеми возможными укрытиями, были и линейные бойцы Скайсити в своей дурацкой белой броне, и какие-то ребята, смахивающие на пустынных маров, и явно гладиаторы. Тот, кто этой шоблой командовал, собрал всех, кого только мог.

Ну что же, Тапок и не рассчитывал уйти легко…

Как только его байк выскочил на открытое пространство, по нему ударило шквалом пуль.

В невероятном вираже с подбросом машины вверх и применением обратной тяги гравитурбин, как когда-то, в начале своих похождений по Пеклу, Тапок сумел уйти из-под обстрела, остался цел и невредим.

А вот байку досталось, причем настолько, что Тапок был вынужден сбросить безвольное тело Грача за какой-то небольшой бетонный заборчик, и далее, двигаясь под непрерывным вражеским огнем, кинулся вперед, отстреливаясь на бегу.

Бес и Джим, вылетевшие на площадь вслед за Тапком, открыли огонь из подвесных пулеметов на ходу, пытаясь прикрыть своего сумасшедшего лидера, и если не положить, то хотя бы заставить укрыться врагов.

Худо-бедно им это удалось, но тут внезапно ожили две автоматические турели, и от их соединенных очередей Тапок еле успел скрыться за ближайшим укрытием.

Пули бессильно колотили по выпуклому бронированному зеленому колпаку, предназначенному для защиты какого-то оборудования, не давая Тапку ни единого шанса даже высунуться.

Бес и Джим попытались помочь товарищу, но вдруг из скрытых в воротах ниш с хрустом выдвинулось два металлических кокона, и, раскрываясь навстречу дыму и солнцу, выпустили из своих недр металлических исполинов.

Больше всего эти существа напоминали юнитов роя — разумной расы насекомых, с которыми воевали люди вот уже несколько лет. Но…эти были куда крупнее тех существ, которые иногда мелькали в хрониках. К тому же у существ, вышедших из ниш, явно имелись кибернетические импланты. Часть тел и вовсе была заменена на протезы, но общий внешний вид, характерные формы и построение тел точь в точь повторяли анатомию жуксов, как и называлась эта раса.

А еще у этих существ «на борту» имелось серьезное оружие — не чета хвостам, клешням, как у обычных жуксов.

Это Бес понял, когда первый хвост реактивного двигателя ракеты сверкнул в воздухе. Бес понял, что если ничего не предпримет — ему конец, так что он просто спрыгнул с гравибайка, напоследок выровняв и направив его в сторону наступающих боевых машин, а через миг уже приземлился на ноги, укрываясь полем невидимости.

Все три ракеты угодили в его байк, мгновенно превратив мощную летающую машину в груду пылающего металла, который, кувыркаясь по инерции, смог пройти еще несколько метров и замер, так и не причинив никому вреда.

А вот Джим решил, что он сумеет увернуться. Уж черт его знает, что ему там помимо имплантов от Вандала досталось, но от первой ракеты он сумел уйти, ловко кинув байк в боковое скольжение и реверсировав двигатели на поднятой вверх половине машины. Бес даже на миг поверил, что сейчас так же ловко парень увернется от следующих попаданий.

Но чуда не случилось, или же Джим переоценил свои возможности. Вторая ракета угодила в переднюю часть гравицикла, срывая двигатели и отбрасывая машину назад, а третья легла точно в генератор, моментально вызвав его детонацию. Фигура Джима, кувыркавшаяся по земле от удара, мгновенно утонула в пламени плазменного взрыва, а роботы продолжили наступать. Тапок, уповая на свою броню и скорость, высунулся, пытаясь поразить левого противника выстрелом из своей пушки, но мгновенно получил ответку и упал на спину.

В целом у Беса еще был шанс вырваться из ловушки. Заряда в батареях «невидимки» хватало на то, чтобы выскочить за пределы действия сенсоров этих штук, вот только Гера…

Тот даже не стал ждать команд Беса, наглухо блокировал канал связи и кинулся, петляя, к правому меху. Обнаружив опасность, пилот, если он там был, немедленно переключился на модификанта, заливая того потоком снарядов.

Гера успешно увернулся от нескольких длинных очередей и практически добежал до своей цели, когда прямо перед его мордой в землю ударило сразу две ракеты, отбрасывая героического пса взрывной волной на несколько метров. Тело собаки ударилось о стену укрепления, и он застыл под ней недвижимой тушкой.

В этот момент Беса замкнуло. Следующие несколько секунд в его памяти отсутствовали. Их место заняла холодная ярость, затопившая его сознание холодной и черной волной.

Он вновь осознал себя в тот момент, когда спрыгивал с корпуса первого робота, увернувшись от чрезвычайно медленного, как ему казалось, движения манипулятора, ударившего в то место, где он был целых пару секунд назад.

Плазменная граната, закрепленная на корпусе исполина, взрывается. Бес заметил, как медленно, с хлопком раскрывается корпус робота, разрывается броня, как яркий всполох превращаясь в нестерпимое для глаз бело-зеленое пламя. И тут же это пламя начинает поглощать вокруг себя все — металл боевой машины, плоть, песок…

Длинная очередь, и Бес понимает, что это по нему ударила вторая машина. Увернуться от шквала снарядов уже нереально, так что Бес обреченно и даже отстраненно смотрит на срывающиеся со стволов яркими искорками пули, которые через пару ударов сердца достигнут его тела, и разорвут на куски.

А дальше…дальше корпус робота взрывается, не успев выстрелить последнюю, смертельную порцию снарядов. В него ударяет что-то сзади, да так, что многотонную конструкцию, пробитую этим попаданием навылет, аж подбрасывает. Дыра в груди боевой машины зияет раскаленными краями, и сквозь нее видно лучшее зрелище в мире на данный момент — нависший над воротами десантно-штурмовой катер неизвестной модификации, несущий на атмосферных килях эмблемы ВКС. Его задняя аппарель опущена, и из нее горохом сыплются ребята в бронескафандрах, поливающие из своих пушек все вокруг, а в проеме виднеется три знакомые фигуры. Девушка в красном, парень с ирокезом и коричневая собака.

Эпилог

Человек на экране, одетый в черную форму ВКС, говорившей о его причастности к 8-му флоту ВКС или, проще говоря, контрразведки с нетерпением уставился на вызывавшего.

— Ну, Абрахам, хвастайся! Наверняка как обычно поперся вместе со штурмовой группой. Сколько врагов покрошил?

— Вот в этот раз, Игорь Анатольевич, похвастаться особо нечем, — вздохнул полковник Абрахам Торм. — Пулю поймал, считай, в самом начале. Операция прошла под командованием Куражева.

— Так… — нахмурился Игорь Анатольевич.

— Не беспокойтесь, все в порядке. Все задачи выполнены. Даже перевыполнены, я бы сказал.

— Хм…ну давай тогда по существу.

— Для начала технология Всполохов уничтожена. Наши научники все проверили, местных «деятелей» мои ребята допросили. Эта станция была главной. Все остальные, нам известные, лишь «филиалы», приемники, проще говоря. Исходник находился здесь, изучали феномен тоже здесь. Корабль-лаборатория нами уничтожен.

— Когда успели? — удивился Игорь Анатольевич.

— Едва только взяли станцию — получили сигнал. Это как раз и был корабль-лаборатория. Запросили его координаты, они и передали. Я отправил ударную группу…

— А мне почему не доложили?

— Я в тот момент был «не у дел» — «оживал» в капсуле. Приказ отдал коммандер Куражев.

— Ладно, хрен с ним. Уничтожили и уничтожили. Дальше.

— Вся документация, все данные у нас. Портативные прототипы и установки демонтированы и загружены на наш корабль.

— Отлично!

— На самой планете, самоназвание «Пекло», обнаружено много людей. Похоже, мы недооценили, какое число граждан было перенесено Всполохами.

— Эвакуация возможна?

— К сожалению, нет. Наши корабли не рассчитаны на перевозку такого числа людей, плюс… — тут Абрахам почему-то начал мяться.

— Ну, Абрахам? Рожай! Я ведь не аудитор из сената, передо мной оправдываться не надо.

— Местные совсем одичали, г-дин, — наконец, выдавил из себя Абрахам, — эвакуацию считаю нецелесообразной, так как всех этих гражданских так или иначе нужно будет изолировать. Вернуть их на их родные планеты, в общество, равносильно тому, если бы мы привезли заключенных со станций колоний.

— Настолько все плохо?

— Люди выживали как могли — сбивались в стаи, выживал только самый сильный и беспощадный… Нет, есть среди них и нормальные люди, спорить не буду, но в любом случае забрать всех мы не можем.

— Сколько забрали?

— Около 300 человек. Поселение Шальнова, жители некой «Дыры» и окрестных поселений. Всех, за кого поручились Шальнов и его команда.

— Его «команда»? Он и тут кого-то умудрился найти?

— Так точно. Досье на всех переслал вам…

— По ним потом. Давай дальше.

— Помимо технологии Всполоха были и другие интересные находки.

— Так…

— Катехумены… Похоже, их здесь выращивают. Но…если раньше мы их встречали только в составе роя, пусть и одичавшего, то эти… Я бы назвал их автономными.

— Хм, — наморщил лоб Игорь Анатольевич, — и зачем они жуксам? Новые солдаты?

— Не совсем, — покачал головой Абрахам, — как понимаю, в качестве основы, полуфабриката для создания солдат используются обычные люди. Их тщательно отбирают, проверяют, и затем «модифицируют».

— Это ты о тех «охотах»? — нахмурился Игорь Анатольевич.

— Да. Отбор проходят только бойцы, готовые сражаться. Все остальные отправляются в утиль.

— И из них делают этих…

— Киберов, да.

— Они совершенно не способны к самостоятельным решениям? Нет никакой свободы воли, сознания?

— Все заблокировано. Это просто машины, выполняющие приказ. Впрочем, они способны импровизировать, действовать самостоятельно, но в неких пределах. Наши исследователи провели вскрытие и утверждают, что сознание можно «включить», и даже провели несколько опытов. Двое подопытных, которым вернули память, не выдержали стресса и покончили с собой. Думаю, так же будет и с остальными.

— Понятно. Но если эти машины создают из обычных людей, зачем катехумены?

— Думаю, что их готовят как инфильтраторов.

— Думаете?

— Достоверных данных нет, но… В партии, которая сейчас находится на станции, мы нашли существ, которые как две капли воды похожи на сенатора Кайнза и генерала Кирова.

Игорь Анатольевич удивленно уставился на собеседника.

— Думаешь, эти уроды созданы, чтобы заменить оригиналов?

— Уверен в этом. На серверах станции найден обширный массив данных об этих двоих — тщательно фиксировалось все: мимика, походка, привычки, речевые обороты. Кроме уже названных двоих есть информация и на других публичных людей: политиков, бизнесменов, общественных деятелей, офицеров ВКС.

— Офицеров ВКС? — Игорь Анатольевич нахмурился. — На кого именно?

— Атак-адмирала Нельсона и, как уже говорил, генерала Кирова, генерал-лейтенанта Гамильтона, директора.

— Директора? — опешил Игорь Анатольевич. — Откуда у них…

— Думаю, в нашем ведомстве уже работает инфильтратор… Уверен, что даже в…

— В восьмом флоте? Немыслимо! — возмутился Игорь Анатольевич.

— Уверен, что даже в нашем, 14 отделе есть крот.

Игорь Анатольевич сузил глаза и пристально посмотрел на подчиненного.

— Абрахам, это серьезное заявление. Это ваши домыслы или есть чем подтвердить?

— Есть, — кивнул тот, — в базе имеется информация о вас…

Несколько секунд Игорь Анатольевич глядел в никуда неверующим взглядом, затем все же сфокусировал взгляд на собеседнике.

— Сколько уже инфильтраторов успели сделать?

— Около 200.

— И сколько осталось на станции?

— 44.

— Где остальные, Абрахам?

— Думаю, что их уже отправили на задания.

— Кто они?

— Тут мы можем только догадываться. Информаторий включает в себя больше шести тысяч человек. Кого именно из них здесь создали — можем только гадать…

— А лаборанты? Те, кто работал на станции?

— Даже у Биркина не было доступа в ту секцию. Он вообще не знал, что там.

— Может, он врет?

— Нет, уже проверили. Секция была закрыта от всей остальной станции, доступ туда имели только машины «РоботЭкс». Ни один живой человек туда не входил и не выходил.

— Черт подери… — тяжело вздохнул Игорь Анатольевич, — и кого нам искать? А главное — где?

— Есть пара зацепок, — заявил Абрахам.

— Так. Слушаю? — Игорь Анатольевич весь подобрался. Эти двое уже давно работали вместе и привыкли к манерам друг друга. Игорь Анатольевич знал, что Абрахам Торм всю самую ценную информацию, все свои главные достижения выкладывает только в конце разговора. Как бы он с этим ни боролся, а привычки Торма изменить был не в силах.

— Из закрытой секции, мы проверили по камерам, несколько раз вылетала грузовая платформа с контейнерами на борту…

— Та-а-ак…

— Она доставляла свой груз в ангар, где каждый раз стоял один и тот же корабль.

— Ну, Абрахам, не тяни кота за яйца! Говорил уже!

— Транспортный корабль «Ганимед». Мы уже пробили его, станция приписки — «Дыра», это во фронтире. Станцией в основном пользуются старатели, ну и корабли там регистрируют все, кому не лень. Владелец — некто Самбир Халджо…

— Наверняка подставной. Ну?

— Я тоже так подумал, поэтому проверил базу и засек к каким станциям, когда стыковался корабль, где заправлялся, где проходил таможню.

— Ну-ну?

— Транспорт вез свой груз на Нассар.

— Уверен?

— На 90%.

— Зачем везти «подменышей» на эту помойку? Там ведь даже официальных представительств нет. Какой смысл?

— Зато оттуда легко можно долететь до любой обитаемой планеты или большой станции. Даже на Золотой мир попасть — не проблема. Нелегально, в обход таможни, разумеется, но можно.

— Значит, ты считаешь, что Нассар — это перевалочная база?

— Думаю, что да. Кто-то там работает на чужих, и как раз он организовывает доставку инфильтраторов в нужные миры.

— Может быть, не на самом Нассаре, а на станции по пути, и…

— Больше транспорту стыковаться просто некуда. Плюс, я уже дал распоряжение патрульным — рано или поздно они засекут «Ганимед», и мы получим доступ к его бортовому журналу. Но не думаю, что узнаем много нового, тем более у меня есть еще одна наводка на Нассар.

— О чем ты?

— Группа Шальнова, которую мы забрали с Пекла, рассказала много интересного. В частности один из боевиков, некто Злой Тапок, рассказал крайне интересный момент…

— Тапок, Тапок… — Игорь Анатольевич нахмурился, вспоминая все прочтенные им досье, — это тот, что перебил кучу народа на Эзимусе-4?

— Не народа, а Чистильщиков, — поправил Абрахам, — и перебил он их не только на Эзимусе-4, но и на куче других планет и станций. Собственно, за это и попал в розыск, за это его и приговорили к пожизненному сразу в нескольких мирах.

— Не сказал бы, что этот тип заслужил пожизненное, — хмыкнул Игорь Анатольевич, — будь моя воля, и все эти Чистильщики…

— Согласен с вами, но не в этом суть. Здесь, на Пекле, был один из шишек этой банды — Грач.

— Не знаю такого.

— Лидер крупной банды Чистильщиков. «Изначальных», если быть точным. Тапок попал на Пекло, как раз охотясь за ним.

— И как? Удачно поохотился?

— Удачно. Тапок заявляет, что во время драки с Чистильщиком тот обронил, что работает на кого-то, а не сам по себе… Короче, этот Грач у нас, и с ним уже побеседовали. Кто-то все эти годы спонсировал Чистильщиков, платил им за то, чтобы они творили, координировал их действия…

— Надо же, а я думал, что это они сами, по велению сердца пакостят, — ухмыльнулся Игорь Анатольевич.

— Суть в том, — меж тем продолжил Абрахам, — что существует некий «совет», который и отдает приказы вожакам Чистильщиков. И совет этот находится на Нассаре.

— Оп-па…

— И я о том же.

— Очень интересно, — хмыкнул Игорь Анатольевич, — получается, что…

— Что все дороги ведут на Нассар, — закончил за него Абрахам. — Предлагаю, как только вывезем все с этой станции, отправить туда наших бойцов.

— У нас там нет агентов, нет базы, — мрачно заявил Игорь Анатольевич, — боюсь, что группа просто сгинет, как уже было здесь, на Пекле. Мне жаль отправлять бойцов на верную смерть.

— Тогда есть другое предложение, — заявил Абрахам.

— Ну?

— Этот Тапок. Он рвется на Нассар, хочет достать Совет. Вместе с ним готов туда отправиться еще один боевик из группы Шальнова — Бес.

— Бес…Бес… — снова нахмурился Игорь Анатольевич, — это ведь наемный убийца? Он как раз родом с Нассара.

— Да, г-дин.

— Хм… Ну что же… Это, конечно, не бог весть что, но… Если пообещаем им амнистию, деньги, как думаешь, смогут они добыть информацию?

— Уверен, что смогут. Но пообещать мы им должны «прикрытие» и помощь. Тогда, думаю, согласятся и справятся. Тем более группа спаянная, опытная.

— Ну что же…быть может, даже получится организовать на Нассаре агентурную сеть? Директор давно требовал заняться этим миром…

— Насчет агентурной сети и неофициальной «базы» есть еще одно предложение.

— Излагай.

— На Пекло во время Всполоха попал один из крупных криминальных кланов. Сальваторе.

— Вот уж кого вербовать и забирать с Пекла я бы точно не стал, так это их! — хмыкнул Игорь Анатольевич.

— И не надо. Они и сами не промах — у клана был корабль, и когда мы атаковали станцию, ударили по городу «РоботЭкс», Сальваторе собрали вещички, загрузили их на корабль и поднялись на орбиту. Я могу отдать приказ на их уничтожение, но они заявляют, что Шальнов обещал им за помощь свободу, возможность осесть на любой из планет и деньги.

— Ну, раз Мик деньги обещал — пусть и платит, — усмехнулся Игорь Анатольевич, — а насчет планеты…свяжитесь с ними и передайте наши условия — пусть направляются на Нассар, осядут там. Они станут нашими глазами и ушами там, ну а мы в свою очередь окажем поддержку при необходимости. Кстати, этим боевикам, что мы туда отправляем…Тапку и остальным, поставишь еще одно задание: подготовиться к прибытию Сальваторе. Пусть расшевелят на Нассаре это осиное гнездо, если надо — пустят кровь. Если создать местным проблемы, столкнуть их лбами — клану Сальваторе будет легче отвоевать себе место под солнцем. Ну а дальше пусть берут власть в свои руки, но под нашим чутким руководством.

— Понял вас, — кивнул Абрахам, — разрешите выполнять?

— Действуй. Конец связи.

Конец.

Собственно, на этом история планеты Пекло заканчивается. но история Тапка и Беса нет. если интересно, что же их ждет на Нассаре — вам сюда https://author.today/work/368227

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Хозяева Пекла

Content

Хозяева Пекла

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог

Nota bene