Павел Пуничев

Мир жизни и смерти 7

Глава 1

Счастливо выдохнув, я приподнялся над широко разведенными ножками Флоры, с удовольствием разглядывая фронт предстоящих работ. Последние пару дней выдались очень нелёгкими, и я с наслождением отвлекся от навалившихся забот, чтобы до погружения в виртуал поближе познакомиться со своей юной женой. Увиденное и пощупанное меня полностью удовлетворило, ни на грамм, не разойдясь с тем, что я видел и щупал до этого только виртуале. Тонкие пальчики Флоры взвихрили мою шевелюру, мягко, но настойчиво возвращая голову на место. Это полностью совпало с моими желаниями и снова приник к её персику, заставляя девушку томно выгнуться и тихо застонать.

— Вы долго ещё? Капсулы уже установили, скоро можно загружаться, — в комнату вплыла Лапочка и увидев нас понятливо хмыкнула, — а, ясно, можете не торопиться, их ещё до конца не настроили, так что немного времени у вас есть.

Она склонилась, мягко погладила Флору по щеке, затем обхватила губами её возбужденно торчащий сосок и потянул его на себя, вызывая из горла девушки ещё один громкий стон.

— Броневой не халтурь, слышала о условиях на которых ты договорился с хозяевами… — это что-то… так хоть здесь хорошенько поработай головой, если там это тебе это было не суждено.

Такая оценка произошедшего слегка задела моё самолюбие, но я был слишком занят, чтобы обращать на её слова внимание: ещё неделю назад я тестировал виртуальные капсулы, работая за полторы минимальных ставки, а теперь… А теперь я младший партнёр, полностью отвечающий за проведение ивента, который должен привести в мир Жизни и Смерти ее вторую часть, а именно саму Смерть. Плюс к этому на год нам арендовали пару симпатичных домиков, в которых, для нашего клана, были установлены пять новейших виртуальных капсул, позволяющих находиться в них по месяцу и даже больше. Завершало всё это, приобретение в самом виртуале замка, взамен нашего проданного, правда замком это называлось чисто номинально, а так обычная халупа первого уровня, зато она позволяла сохранить наш клан и взять в свою банду первую сотню рекрутов. Вернее девяносто пять, ибо высший офицерский состав был уже занят его основателями. Я, конечно, не собирался делать его нашим основным замком, но тот, который я хотел бы получить в свое распоряжение, еще необходимо завоевать.

— Это ж надо, — не унималась Лапа, — согласиться всего лишь на арендованные домики и пять капсул, зря я что ли тебе давала с собой своих очень дорогих адвокатов? Ни компенсации за покушение на жизнь не попросил, ни денежного вознаграждения, никаких преференций в самой игре…

Я поднялся и, заткнув ей рот самым естественным, в этом случае, способом, и та при этом охотно замолчала, занявшись делом. Впрочем, зная Лапочку, может быть именно этого она и добивалась, провоцируя меня своими язвительными высказываниями. С неё станется, извращенка.

Та, тут же замолчав, с явным удовольствием проглотила меня целиком и плавно задвигала головой, невинно моргая мне своими хитрыми глазками, не забывая одновременно с этим нежно поглаживать Флору меж ножек.

Через пару минут неохотно оторвавшись от своего занятия она буркнула:

— Ладно, с вами хорошо, но у меня и так делал полно, дальше детишки тут уж сами без меня.

На полпути она остановилась, будто что-то вспомнив:

— И это, я к вам вообще-то зашла чтобы сказать, что я Машу к себе в клан забираю из-за тебя, Броневой, у меня некому с аукционом работать, а Мария для этого подходит как нельзя лучше.

И уцокала за дверь, следить за рабочими, чтобы те установили всё как положено.

Флора тоже вскочила с постели и под цокот тонких каблучков добралась до стены, опёрлась о нее руками и соблазнительно выгнув попку, бросила на меня зазывный взгляд. Я положил руки на её ягодички, слегка раздвигая их, а сочащийся соком персик принял меня как родного. Хорошо всё-таки, что в реале она точно такая же, как в игре, и даже лучше… дом милый дом… Фло, видимо, тоже прониклась моментом, задвигалась резко, быстро доводя себя до оргазма, подалась навстречу мне, непроизвольно заскребла коготками по обшивке стены и тут же, тихо выдохнув, снова задвигалась размеренно, уверенно подводя меня к бурному финалу.

Вспышка! Вход.

Мир жизни и смерти приветствует вас! Приятной вам игры!

Ваше последние сохранение было в замке: Логово Демона, но его новый владелец оставил его открытым лишь для членов клана «Дятлов», так что вы будете возвращены в игру: деревня Любимово, под сенью священного древа.

— Ишь ты вырядился, будто городской пижон, я как знал, что ты, все-таки, извращенец!

— Обычный костюм тройка, — пожал я плечами, поворачиваясь на дребезжащий старческий голос, — я просто недавно в игре участвовал, вот ещё не успел переодеться, здорово дед.

— В игрищах содомитских? Я так и знал! Еще с тех пор, как ты со своей овцой здесь в обнимку ходил, знал, что ты так себе человечек, с червоточинкой. Чего приперся, чего хотел? Меня на свои сборища и не думай звать, стар я и баб люблю, так что даже не надейся.

— А ты дед так и не меняешься, прям ностальгию разбудил по этим местам.

— Ты мне зубы-то не заговаривай, чего хотел, спрашиваю?

Говорить, что я здесь оказался случайно, я не стал, а взял с лотка деда Фрола самые сочное и спелое яблоко, вгрызся в него, и брызгая соком прошамкал:

— Как там наши алмазы?

— А что там с алмазами? Нормально с ними всё, вот жду оплату за свою работу.

Дед скрылся за прилавком, через минуту с кряхтением вытащил приснопамятную шкатулку и, сделав торжественное лицо, откинул крышку. На чёрном бархате посверкивали они — огранённые и прекрасные бриллианты. В основном просто прозрачные, но парочка была с желтым оттенком, и один розовый. Прекрасно.

Я сделал недоверчивое лицо и кивнул на камешки:

— Что-то здесь маловато, я тебе алмазов больше приносил.

— Так несколько рассыпались в пыль, — пожал плечами Фрол, — пока приноровился, пока поднатаскался, кое-чего попортил, но то, что я сделал, в три раза дороже стало чем всё то, что ты мне принёс.

— А Бро, ты уже здесь, — над камнем возрождения замерцало и перед нами явился Снегирь собственной персоной, — дед, здорово, как жизнь?

— Хороша была, пока этот извращенец не появился, а теперь он меня старика на свои гейские празднования зовёт и за работу платить не хочет, претензии выставляет, что я вам товар попортил, я и говорю, как есть извращенец.

Я только вымучено закатил глаза, махнул рукой Снегирю:

— Вот, дед, это Снег, наш казначей. Снегирь забери у деда бриллианты, заплати ему за работу, если есть не обработанные оставь ему десятка два-три, чтобы штаны зря здесь не просиживал.

Снегирь кивнул деду:

— Сколько с нас?

— Сто золотых и одна медяшка, а нет две медяшки.

— Что за цена такая странная?

— А вы что думали, яблоки бесплатные? Накинулись тут как вороньё, весь товар поклевали.

— Ох дед, ну и прижимистый ты, хотя помню, помню у тебя же тридцать шесть внучков.

— Тридцать семь уже, детки у меня ого-го какие, не то, что вы балбесы, а скоро правнуки пойдут всем гостинцы на праздники купить надо.

— Ладно, держи сто один, пусть их у тебя будет, как далматинцев, золотых и красивых. А как тут у вас вообще дела? Как новый кузнец поживает, как Аленка?

— Так сам бы зашёл, да посмотрел, что меня спрашиваешь? А так, живём нормально, как маги Пустошь отгородили, так всё спокойно течёт, размеренно, слава богам.

— Ладно дед, пошли мы, когда наши появятся, скажи им, что мы будем у Дуболома в харчевне сидеть и это, привет там старухе твоей, да и внучкам.

Дед только раздражённо махнул рукой в ответ:

— Пошлю, а отчего бы не послать? Это я всегда с превеликим удовольствием.

Мы, ещё раз бросив взгляд на огненную стену, закрывающую от нас теперь уже не нашу Пустошь, развернулись и потопали по вышеуказанному адресу, пропустить по пиву и обсудить предстоящие планы. Всё это можно было, конечно, сделать и в реале, но там было никого вечно не собрать: мужики проводили время со своими детьми, и их жёны тоже не отставали, усердно готовя мужей к долгой разлуке. Сейчас я мог выходить из виртуала хоть каждые десять минут и возвращаться обратно, но с предстоящей нам круговертью дел и забот, думаю мы отключимся минимум на неделю, хотя если будет у нас такое желание и возможность, можно будет каждую ночь спать и своих постелях.

— Ну что, какие планы, чем займёмся? Девочки, нам пиво и тазик раков, — Снег отвлёкся от меня, кивнув шустрым официанткам, разносящим заказы сидящим в зале нубам.

— Да, какие планы? Пока мы обгорали на солнышке народ качался, и мы со своим сто восемьдесят пятым уровнем даже не в первой сотне, но наш ивент станет доступен только, когда тысяча игроков перешагнет через трехсотый уровень, поход в земли Смерти станет им наградой. Интересно, как это скажется на нашей репутации с богиней Жизни? Терять ее совершенно не хотелось бы. Но до этого ещё далеко. Сейчас у нас другие заботы. Замок, который нам выделили для сохранения клана, похуже этой таверны будет, конечно, с имеющимися у нас финансами можно быстро поднять его до пятого уровня и у нас даже хватит денег на покупку силового поля, и тогда он станет практически неприступным. Но ты же знаешь пока включен купол, прогресс замка невозможен, и если даже шестой уровень отстроен на девяносто процентов, то стоит включить защитное поле и весь прогресс будет скинут, поэтому нам надо будет или набирать народ, оставляя треть из них сторожить замок, пока другие качаются, а это проблема, так как сидеть без дела здесь хотят немногие, или докачать замок до пятого уровня и остановиться на этом, спокойно прокачиваясь до тех пор, пока в мире не найдутся те, кто сможет этот купол сломать.

— Или есть другая возможность, — возразил я, — найти замок в таком месте где ещё очень долгое время не будет достойных противников, которые смогут его забрать и мы сможем развивать его невозбранно.

— Ты забываешь, — покачал головой Снегирь, мы так спокойно могли развивать наш замок не только потому, что он находился вне пределов досягаемости других игроков, но и потому что он уже был достаточно развит, чтобы нанять рабочих, и он был окружён уникальный местностью, товары из которой пользовались большим спросом во внешнем мире и деньги лились к нам оттуда рекой. Если ты хочешь найти что-то подобное, то и окружение должно быть также скрыто от остальных, как и Пустоши. А сейчас, насколько я знаю, мир смерти нам ещё недоступен.

— Зато доступен замок эльфиек из воздушной Орды, осталось только наколотить пять сотен пробойников и снять стену, защищающую его от нашего вторжения.

— Замок эльфов? Мы вроде как взялись вернуть его эльфийкам? Но, даже, кроме этого, после стены, я думаю, там найдётся много кого, кто будет нам противостоять. Не могу утверждать этого со стопроцентной гарантией, но судя по добытым мной документом, легкой прогулки не ожидается.

— А точно, не думал, что ещё раз вернусь в эту игру и не сильно-то тебя расспрашивал, о том, что тебе удалось добыть, и как там всё прошло у вас?

— Ну, помнишь, ты отправился на покерный турнир, Рез с Ником командовали атаками на твоих соперников, а потом и на саму столицу, а я, во главе грудастых эльфиек, совершил налёт на Императорский дворец. Не думал, что мы сможем пробиться сквозь защитный купол, но Древние боги расстались и напитали росток Волшебного Боба такой силой, что он взломал купол изнутри, оставив замок практически беззащитным. Хотя как беззащитным? Две сотни стражей, каждые трехсотого уровня, встретили нас, и мы с небольшой помощью электрических мант и с большой помощью разбушевавшихся джаггернаутов ворвались в его пределы, перебив стражей. Слава богам, охрана в основном сосредоточилась вокруг сокровищницы и арсенала, а вот библиотека осталась практически незащищённой. Я, в сопровождении пятёрки джаггернаутов, забрался туда, но среди тысяч книг найти необходимое было практически невозможно. Я уже вознамерился забрать оттуда всё и разбираться уже на островах, но тут игровая реальность сыграла на нашей стороне, подсветив тайник за одним из шкафов. С помощью джаггернаутов мы вырвали спрятанный там сейф с корнем и успели скрыться под юбку королевы эльфов до того, как Император вернулся назад. Тем, кто к тому времени ещё оставался в пределах дворца, сильно не повезло. Джаггернауты трехсот пятидесятого уровня в один миг превращались в горы быстро разлагающегося студня, манты умирали прямо на лету, падали на землю уже грудами тухлого мяса. Этот Император не так прост, как кажется, зуб даю, парочкой уроков некромантии он не ограничился, явно у него там что-то посерьёзнее. Да и из добытых документов стало понятно, что связь людской империи и нежити гораздо ближе, чем может показаться со стороны.

— Так, что там в документах который ты добыл, есть какие-нибудь сведения?

— Кое-что есть, — кивнул Снегирь, — почитал я находящиеся в сейфе бумаги. Началось всё с летописи, рассказывающей о том, что молодая, тогда ещё, империя очень страдала от набегов воздушной Орды, эльфов низвергающихся с небес, грабящих, разоряющих торговые города, путешествующие между ними караваны, сжигающие военные лагеря, атакующие начавшую строится Столицу. Сами люди не смогли ничего сделать с этим, поэтому они направили послов к тем, кто мог им помочь, золотом и посулами склонив на свою сторону горцев, тех, кто с древних времен управляли гигантскими орлами, которые смогли бы доставить войско на неуловимые Летающие Острова и десяток некромантов, которые должны были уничтожить и эльфов и, если получится, сами острова. Для достижения последней задачи был сотворён страшный ритуал и изготовлено мощнейшее зелье, которое должно было отравить и убить хозяина острова. Но перед смертью, тот должен был передать эту смерть следующему за ним семейству.

— Что за семейство?

— Ну, как мы и думали внутри летающих островов, вернее внутри каждого из них живёт кумкварт, мифическое существо, которое при рождении защищает себя, обкладывая гигантскими кусками земли и камней, а в главном острове живёт отец семейства, который бороздит небесные просторы с самого сотворения мира. Остальные острова — это его потомки, следующие за ним, куда бы он не полетел. В итоге, некроманты, горцы и люди, дождавшись, когда главный остров опустеет, а всё его население направиться на дальние острова и будет готовиться к нападению на людей, проникли на главный остров, вырезали оставшиеся там мирное население и отравили кумкварта. Ну а дальше всё пошло не так: вернувшийся глава эльфов в сопровождении тысячи своих воинов схлестнулись с ними в битве не на жизнь, а на смерть. Из документа непонятно, а я думаю, что и сам писавший не знал, что точно произошло дальше, но головной остров оказался отделён от остальных членов своей семьи нерушимой стеной. Оттуда удалось вырваться только паре горцев, которые рассказали обо всём произошедшем, хотя кто поставил стену они не знали и предполагали, что кто-то из эльфов, защищая другие острова и своих женщин от неминуемой смерти. Что стало с оставшимися горцами, некромантами и самими эльфами никому не известно. Известно только то, что некроманты успели оставить ключ для того, чтобы разбить запор закрывающий эльфийский замок еще одной стеной, и что если удастся разрушить обе стены, то мы узнаем, что там произошло в те времена. Впрочем, набеги на людские поселения прекратились, и история забылась. Об этом помнят сейчас только посвященные, но они не предпринимают никаких действий, чтобы узнать, что же произошло.

— Если мы продолжим копаться в этом деле, я думаю узнаем, что там произошло, — сказал я, — тем более одну стену мы уже разрушили и оставленный некромантом ключ нашли, надо уничтожить их приспешников, собрать осколки пробойников и создать разрушающий стену артефакт, всё просто.

— Да уж, — хмыкнул Снег, — просто аура смерти, сжигающая наши тела за считанные минуты. Противники, которых смогло удержать только заклинание защитного поля, полученное нами у Амазонок и которого у нас больше нет, неизвестные противники, ждущие впереди… чую прогулка будет легче лёгкого.

— Такой куш стоит усилий и вложений денег, а насчёт эльфиек… они наняли нас найти их мужчин, а не освобождать замок. К тому же, хотя эльфы ребята вроде как бессмертные, но что-то я сильно сомневаюсь в том, что после стольких десятилетий забвения, мы найдём их там живыми и здоровыми, скорее всего там от них остались одни лишь кости и воспоминания. Ну, или в худшем случае, нас ждет там эльфийская нежить, проживание с которой у эльфийских девушек вряд ли вызовет безотчётный оптимизм. Впрочем это дело не такой близкой перспективы, так что сначала снимем полог а затем уже будем думать, как действовать дальше, в крайнем случае попросим пару комнат в замке, нам больше и не нужно, лишь бы нам засчитали этот замок, как базу для нашего клана, а уровень замка там точно не меньше десятого, так что сможем взять тысячу рекрутов, пусть фармят и производят, увеличивая свой доход за счёт клановых артефактов, ну и делясь с нами жалкими двумя процентами от своей выручки, думаю этого будет достаточно, чтобы хватало нам на оперативные расходы. К тому же локация Небесной Орды сама по себе уникальна и там можно будет найти эксклюзивный товар не хуже, чем на пустошах.

— И воздух там гораздо более вкусный, — пискнула сидящая на плече Снегиря Кэт, оторвавшись от апельсиновой дольки, которую она до этого целиком безрезультатно пыталась запихать себе в рот, — не то, что на этих ваших Пустошах. Там мне приходилось постоянно держать на себе заклинание чистого дыхания, а то бы двух минут не продержалась, померла.

— Кэт права, — согласился я, — дышать там было совершенно невозможно, особенно после глобального расширения оазиса. А на островах… В общем, решили: занимаемся замком, заодно и прокачаемся, а то вот уже сколько народу нас обошло.

— Тогда, — пожал плечами Снегирь, — так и так нам надо будет посетить наш новый замок. По договору с Дятлами туда перекинут всё наше имущество со склада, включая ту решётку, о которую так хорошо убиваются подземные монстры.

— Да согласился я, эту хреновину в сумке не больно-то потаскаешь, половину места занимает сволочь. И вообще надо ревизию на складе провести, все что не нужно на аукцион выкинуть, а то отберут у нас эту халупу и вообще останемся без всего.

— Ага.

— Где хоть эта халупа находится? Надо на карте глянуть.

— Глянем сейчас, у тебя в сумке должен был свиток телепортации появиться к нашему замку — это было в условиях договора, чтобы мы смогли туда слетать и привязаться тамошнему камню Возрождения.

Странник Броневому:

Здорово, мы уже в замке, а вы со Снегом где?

Да так по старым местам прошвырнулись, сейчас будем у вас.

— Эй, девушка, — я махнул рукой, — три деревенских картошки, кувшин морса и пару жареных кур, заверните нам с собой пожалуйста.

Я забрал принесённый милой официанточкой заказ, разорвал свиток телепорта и ухнул в непроглядную темноту, тут же возвращаясь в реальность, слегка изменившуюся, но вполне сходную с той, где мы только что сидели со Снегирём. Он тоже уже был тут и, так же как я, оглядывался вокруг. Впрочем, смотреть тут было почти не на что, так как единственным освещением был свет, пробивающийся сквозь дыры в потолке. Голые деревянные стены, окружающие нас, тоже не несли в себе слишком много информации. Может когда-то это и походило на усадьбу зажиточного купца, об этом говорили и мощные стволы, из которых были сложены стены и потолочные балки, которые не обхватить руками, но сейчас всё это находилось в сильным запустении.

— Милорды, проскрипел за нашими спинами старческий голос, — добро пожаловать в Лесной Приют. Я здешний управляющий, меня зовут Крон. Если вам что-то понадобится, зовите меня.

Я обернулся, уставившись на древнего седого старца, с трудом опиравшегося на узловатую высокую палку, видимо старикан был единственным доступным нам здесь НПС, и чую нам пока даже охрана не полагается для этого чудесного места.

— Приветствую тебя, Крон, не подскажешь, тут должны были прибыть наши соклановцы, где они могут находиться?

— Я заварил им чаю, теперь они сидят на веранде и ожидают вас. Если хотите я налью и вам, но сначала следует привязаться к здешнему камню возвращения. Места тут лихие, так что привязка не помешает.

— Это верно, — кивнул я, проводи нас к нему, хотя не надо, покажи просто куда идти, мы сами дойдём.

— Чего тут идти? Вот он в углу комнаты. Помещений здесь немного, так что все основное находится здесь.

Я включил магический огонёк, заставив старика сощуриться и осветив не такое большое помещение. В одном из его углов находился очаг, рядом с ним было приколочено несколько полок и стоял слегка покосившийся деревянный стол. В противоположном от него углу, прямо сквозь рассохшийся пол выглядывала вершина плоского камня, судя по всему, это и был наш камень возрождения.

Мы по очереди со Снегирём вступили на него, получив необходимую привязку.

Поздравляю! Вы привязались к камню Возрождения: Лесной Приют, развилка дорог близ Древнего леса.

— Дед, что за Древний лес такой?

— Лес как лес, — пожал плечами старикан, — древний только, ничего хорошего в нём нет, буреломы такие, что и молодым не пробраться, не то, что мне. А ещё всякая нечисть типа русалок и кикимор болотных, да лешие с водяными водятся. Гиблое место и бестолковое, уж сколько туда ведьмаков ходило, так не один из них и не вернулся. Зато здесь до города недалеко всего пятнадцать вёрст, три часа лёгкой бодрящей прогулки, и вы уже там.

— Как-нибудь потом посмотрим, а сейчас, что ты там говорил на счёт чая и где, говоришь, у вас тут веранда?

Дед ткнул клюкой в дальний угол, в котором обнаружилось пошарпанная, еле висящие на петлях низенькая дверца. Интересно как тут Странник наш прошёл? Наверняка пришлось броню в сумку скидывать, а то бы он не пролез.

За болтающейся дверью, через пыльную, покрытую многочисленной паутиной прихожую, находилась еще одна дверь, искомая веранда и оставшиеся члены нашего клана. Те сидели за столом весело переговариваясь и разглядывая темнеющий вдали лес. Это было сделать несложно, так как крепостная стена, окружающая наш новый замок, в этом месте была разрушена практически до самой земли, покрывая траву обломками камня и практически сгнившего дерева.

— М-да, — поскреб я задумчиво затылок, — может вонь вокруг нашего старого замка была не такой уж сильной.

— Глядя на окружающее, — кивнул Снегирь, — вынужден согласиться с этим утверждением.

Глава 2

— Чем больше смотрю на это убожество, тем больше сомневаюсь в правильности своего решения: продать Логово Демона…

— Ну, ты же тогда собирался умирать вроде как, — похлопала меня по руке Флора, — так что на тот момент — это было правильное решение.

— Так-то да, но всё же, всё же…

Выделенный нам, так называемый замок, представлял из себя двухэтажный терем, сложный из почерневших от времени бревен и крытый прогнившей дранкой. К нему притулилась заброшенная кузница, да покосившийся двор, где, видимо, раньше держали скотину. Но даже заглянувший туда Дол и тот скривился от открывшегося перед ним вида.

— Что, кудрявый, морщишься? Теперь это твой дом, будет куда привести овцу-другую и наплодить множество мелких круторогих баранов.

От ответного возмущенного блеяния Дола у меня аж зубы заныли, пришлось прервать его, воткнув в разинутую глотку спёртое у деда Фрола яблоко. Что-то я забыл у него закупиться морковью, совсем запамятовал про своего кудрявого питомца, привык за последнее время, что рядом со мной громыхает Защитник, которому даже аккумуляторы не надо было менять, одного заряда хватило на всё время нашего знакомства.

— Да уж крякнул Странник, на замок это не сильно похоже. Помнится наш над пустошью метров на пятьдесят возвышался, а внизу под стенами плескалась лавовое озеро и бродили драконы, а здесь вон только лужи, да лягушки, — Странник кивнул на здоровенную лужу, оставшуюся после последнего дождя. Единственное, что напоминает замок, так это крепостная стена, вот только она в трех местах сломана…

— Да, местечко здесь насчёт драконов не очень, хотя местный управитель упоминал, что-то о Древнем лесе много разных кикимор с русалками, может прогуляемся туда, вспомним на что мы способны, а то я последнее время всё время с резонатором в руках ходил, только им и сражался.

— С вибратором? Интригующе. Ты что, в Эротомании три дня провёл, проказник ты наш?

— Да нет, — покачал я головой, — я же говорил, я в рейнджерах был и резонатор — это не вибратор, а совсем другая вещь. Я ей такого там наворотил, вспомнить приятно.

— Да уж мы поняли. Закрыл третий по количеству игроков проект, одного из главных конкурентов ТВМ, тебя только из-за этого младшим партнером и назначили, что ты за один день в Мир жизни и смерти десять миллионов новых игроков привёл: такого наплыва с самого дня открытия не было. Местному начальству опять пришлось расконсервировать полторы тысячи нубятников, которые уже в нормальные локации начали перестраивать.

— Это да, только откуда они узнали? Я вроде им об этом не говорил, Лапочка что ли намекнула? Тоже мне помощница… а вдруг те, из проекта рейнджеров об этом узнают? Они же мне тогда ножки из жопки мигом повыдергивают.

— Не боись, — покачал головой Резак, — гибель галактики и была целью последнего ивента с Беттами. Просто ты уж очень быстро всё там закруглил, а так у них уже давно готов новый проект, и они его через недельку запустят. Спасательный корабль с людьми на борту добрался до соседней галактики и теперь из анабиоза выводят пассажиров и те должны создать для людей новый дом. Ну, или что-то такое.

— Да? Откуда знаешь?

— Я в нём несколько лет зависал, есть знакомства кое-какие, да ты сам через недельку все узнаешь. От рекламы новых рейнджеров будет не продохнуть.

— Ну и ладно, а то нехорошо как-то получилось, пришёл на три дня и всё там поломал… а если всё было так запланировано, то, что же…

— А здесь не так и плохо, — кивнула головой до питомцев Флора, — зверям нравится.

И действительно, звери выглядели более счастливыми, чем обычно: Кэт оседлала Мохнонога, а тот в свою очередь расселся на Доле, схватившись за самолично заплетённые косички, а баран на пару с Вулканом гонялись за скорпионом Флоры. Из этого мало что получалось, разве что весёлая беготня, так как Скорп, стоило этим двум тушам догнать его, моментально зарывался под землю и вылезал из неё уже метрах в десяти от погони. Замечательное, конечно, умение, вроде здесь не песок, но твердая земля расходилась под ним, будто вода и он проваливался вглубь, выползая уже в досягаемости от охотящихся на него питомцев. Те, в свою очередь, распалялись все больше и больше, и когда Вулкан в очередной раз в последний момент вновь остался с носом, залил всю землю под ногами потоком пламени, превращая сочную траву в пепел, пришлось остановить весь этот бедлам и скомандовать:

— Так стоп, гляжу все засиделись без дела, так что руки в ноги и двигаем по направлению зюйд-зюйд-вест порядка пятьсот метров.

— Куда? Лес же на юге.

— Я так и сказал, выдвигаемся.

Местность, в которой мы оказались, походила на обычный пейзаж из какой-нибудь российской глубинки. Перекрёсток грунтовых дорог, у которого стоял покосившийся указатель, разглядеть на котором название направления было практически невозможно. Поле простиралось, усыпанное разноцветьем полевых цветов, темнеющий вдалеке лес, от вида которого, даже здесь, остановилась неуютно. Сырая трава и лужи, насыщенный ароматом цветов влажный воздух, видимо здесь тоже совсем недавно прошёл дождь. На пустошах мы совершенно отвыкли от дождей, правда пару раз там шёл дождь из расплавленной лавы, после того, как бушующий ураган с хлюпаньем и визгом всасывал из лавового озера порцию жидкого расплава и разносил её по всему оазису осыпая его небесным огнём, но это было совсем не то. Здесь дождь напоил воздух не только влагой, но и усилил все окружающие нас ароматы: скошенной травы, сырой земли, просыпающихся цветов и палой древесной листвы.

Мы не стали утруждать свои ноги пешей прогулкой и взгромоздившись на своих петов. Скорп Флоры и Мохноног Резака несмотря на их сотый уровень нести своих владельцев не могли. Зато Дол легко тащил двоих, а Вулкан нёс не только своего тяжеленого хозяина, но мог принять на борт ещё пару человек, причём не обладая для этого никакими умениями или навыками. По словам Странника, его вообще можно было бы впрячь в телегу или карету и он бы потащил её по любой местности, несмотря на дорогу, вот только пылающий гребень на хребте не давал возможности соорудить хоть сколько-нибудь долговечную упряжь, но на короткие дистанции он мог себя контролировать, убирая со спины огонь, правда при этом тот начинал пробиваться, как спереди изо рта и ноздрей, так и сзади, из-под хвоста, что придавало ящеру комичный вид сильно растолстевшей ракеты неудачно пытающейся взять разгон и взлететь в ждущие её небеса.

С каждой секундой лес всё приближался, а тревога при взгляде на него всё больше росла. Причины этого мне были не понятны, я решил спросить у друзей:

— Вы тоже это ощущаете?

— Ощущаем что?

— Ощущаете приближение задницы, такой большой, увесистой и слегка волосатой?

— Ты про лес-то?

— Ага.

— Это обычная фишка, врубают типа предчувствие, когда лезешь куда не следует, — подтвердил Резак, — у нас тоже самое было в том лесу, где мы с Мохноногом познакомились, всю дорогу озирались, так, что чуть шею не стёрли, казалось что на нас со всех сторон тысячи злобных глаз смотрят.

— Так в конце концов и оказалось, вы же тогда от демонских пауков знатно огребли, ты один остался в живых, остальные на камень возрождения улетели.

— Было такое, но с тех пор мы подросли, я тех пауков в одиночку бы сейчас распинал.

— Ну, так может в этом лесу и не пауки, а если пауки, то не тридцатого уровня, как было там, пожалуй, мы с Флорой слетаем на разведку, вы давайте подтягиваетесь.

Я ударил по бокам Дола и тот, истошно блея и потрясая свисающим до колен курдюком, взял разбег, расплёскивая воду из луж, расправил призрачные крылья и взбивая ими воздух, начал быстро подниматься над грешной землей. Десяток взмахов и вот мы на высоте пятидесяти метров, откуда открывается великолепный вид на окружающий нас пейзаж: перекрёсток дорог, кривоватым росчерком пересекающий мокрые от дождя луга, разваливающийся замок, широкие поля, поблескивающую в свете встающего солнца реку и бесконечный, уходящий за горизонт загадочный лес, прямо по пути нашего следования.

— Не слабо так, на городской парк нисколько не похоже.

— Да уж, но так и должно быть, ты же смотрел на карте, — подтвердила мои слова Флора, — этим лесом заканчивается граница людской империи и начинаются нейтральные Земли. Я поспрашивала нашего нового домоуправляющего, он сказал что все попытки расширить границы в этом направлении привели к неудаче, а наш замок «Дальняя застава» когда-то был базой и для военных, и для рабочего люда, уходящего в древний лес, выкорчёвывая и обживая его, но из этого так ничего и не получилось. Лес будто живой отвоевывал обратно свои территории и останавливался на тех границах, где сейчас он и располагается, даже кустика дальше засечной черты не вырастил.

— Чую наличие какого-то жёсткого волшебства, — предвкушающее потер я руки, — отличненько, встряхнуться нам сейчас не помешает. Лишь бы только не огрести там по полной.

— Так куда без этого, — пожала плечами Флора, — мы куда не придём, там везде какая-то жопа, но всё равно выбирались же из любых передряг. А нет… в любом случае просто помрём и возродимся в замке.

— Ага, если только его к тому времени какая-нибудь калика перехожая не займёт, у нас же там из охраны один дед, которому уже лет сто двадцать, без палки стоять даже не может, а на одном глазу бельмо, как он там вообще выживает без охраны непонятно.

— К нему раз в неделю правнучка из города приходит, приносит провизию да новостями делится.

— Надо бы эту внучку на работу взять, пусть хоть порядок в крепости наведет: там же совсем убожество и рабочих посоветует, чтобы крышу подлатать, весь пол после дождя в лужах, сгниёт всё, опомниться не успеем.

Внимание! Полет над древнего лесом невозможен! Будьте осторожны!

Пока мы разговаривали, Дол успешно донёс нас до первых древесных вершин и пролетев над огораживающий лес траншеей, оказался на территории непролазной чащобы, где нас тут же встретила не очень гостеприимная надпись в логах. Только вот дальше всё пошло не так, как оно должно было бы быть: мы не начали плавно спускаться вниз, а просто у Дола в один миг исчезли его астральные крылья и вот уже он, увлекая нас за собой, камнем рухнул вниз. Мы даже выматериться не успели, только в унисон завизжали, а в следующий миг, получив ветками по лицу, затихли и продолжили падение уже яростно отплевываясь от забивших рот листьев. Удар, треск, ещё удар, ещё одна ветка хрустнула под нашими телами, еще один короткий миг падения и последний сокрушительный удар такой силы, что я надкусил себе кончик языка щёлкнувшими зубами.

Минуту я лежал оглушенный, не имея сил ни пошевелиться, не произнести ни слова. Пришлось дождаться пока перед глазами перестанут летать разноцветные звездочки, после чего вяло пнул навалившуюся на меня тушу:

— Фою мафь! Фука! Фол, фкофина, слефь с меня!

Остро пахнущая немытым бараном туша в два центнера весом, навалилась на меня сверху, и жалобно блея начала подпрыгивать на мне, все глубже вминая мое многострадальное тело в сочащуюся водой землю. Ну, возможно, Дол и не подпрыгивал, а просто пытался подняться на копыта, но мы были пристегнуты к нему намертво и слезть с нас у него не получалось.

Пришлось лезть в настройки, мысленно расседлать моего скакуна, только после чего неподъемная туша отползла в сторону, безуспешно пытаясь встать на поломанные ноги.

Внимание! Игроком Флора на вашего питомца наложена малая сфера регенерации.

Внимание! Игроком Флора на вашего питомца наложено заклинание среднего лечения. + 5116 хп.

Это правильно: мой урон и его, благодаря умению «Бегающий Сейф», весь уходит теперь к нему, так что и лечение все уходит в его сторону.

А ещё хорошо, что это лечение вообще произошло, значит Флора жива и наше путешествие не прервалось, так и не начавшись.

— Ты как там?

— Неплохо, если бы ты ещё снял меня отсюда, было бы совсем хорошо.

Я поднял голову и упёрся ей в землю. Помотал ей, восстанавливая ориентацию в пространстве, и сориентировавшись в координатах север-юг, восток-запад, вверх-вниз, поднял её по новой, уставившись на дерево, на обломанные ветки и на висящую на нижней из них слегка покачивающуюся девушку.

— Чудесный вид, но если ты так и продолжишь носить хламиду лекаря, то тебе необходимо обзавестись нижним бельём, а то этот вид очень отвлекает.

— Думала, что пока ребята доберутся сюда, мы с тобой успеем по-быстрому поздороваться. Я неделю тебя не видела в виртуале, а тут такое…

— Да, посадочка оказалась жестковатой. Эй, Бараш, ты как?

В ответ Дол только что-то жалобно проблеял и опять уткнулся мордой в траву. Дебафы, типа сломанных костей, Флора снимала еще плоховато и даже с регенерацией ему мучиться ещё минимум полчаса.

— Давай-ка друг я тебя отзову. Всё равно по этим буеракам тебе не пролезть, а так через часик верну тебя уже свежим и здоровым.

Дол грустно махнул головой и исчез.

— Ладно, давай теперь ты, — я пошатываясь поднялся и вытянул руки подставляя их под ступни, девушка начала сползать с ветки и её ноги тут же разъехались так, что я на несколько секунд волей-неволей залюбовался открывающимися видами и полностью отключился от внешнего мира. Действительно завораживающий вид и я любовался им до тех пор, пока не понял, что Флора перестала слезать, а, наоборот, изо всех сил начала забраться обратно на дерево. Только после этого до меня дошло то, что окружающая обстановка слегка изменилась: за ближайшими деревьями начали взмывать стаи птиц, для которых почему-то не существовало ограничения в полётах над Древним лесом, а сами деревья стали как-то странно раскачиваться, хрустят корнями и ветками. Не знаю почему, но мне срочно захотелось последовать примеру Флоры, метнуться вверх по стволу и забиться в какую-нибудь щель где-нибудь повыше в кроне дерева. Остановило меня только то, что до ближайшей ветки было метра три, а когтей, чтобы забраться по совершенно ровному стволу дерева, я так и не отрастил.

Пришлось плюнуть на это бесперспективное дело и врубить своё самое убойное заклинание, начиная формировать в руках быстро раскручивающееся стальное лезвие. Вот только Древний лес, как я упоминал раньше, нисколько не походил на городской парк: никаких тебе полян или просветов в нем не наблюдалось. Могучие корявые деревья, возносившиеся к небесам, куча поваленных стволов, частично сгнивших, а частично еще довольно свежих, густой подлесок и непонятные вьюны в виде достаточно толстых лиан, паутинами висящих и на ветвях, и на кустах, и даже вьющихся по земле. В итоге, обзор составлял максимум пять-десять метров и что там несётся на нас сквозь этот бурелом, было совершенно непонятно и не видно, даже если это существо было размером с Кинг-Конга.

Броневой Страннику

Ник вы где там? Нас тут убивают.

Что уже? Вы же только что приземлились. Взлетайте опять, мы сейчас.

Взлететь не получится, запрет. Давайте бегом.

Тех секунд, что мы тренировались в эпистолярном жанре неведомому чудищу, оказалось достаточно, чтобы добраться до нас и стать вполне себе видимым.

С представленным воображении Кинг-Конгом это существо роднило только большое количество волос на теле, да пара толстых колоннообразных ног. Голова была будто пусть и уродливого, но человека, а вот тело представляло из себя мешанину длинных волосатых щупалец. Те гнулись во все стороны одновременно и заканчивались довольно зубастыми пастями, а высотой этот красавчик был метров в шесть ростом. Узрев меня чудо-юдо радостно взревело, и бросилось вперёд. Слава богам вышеописанный пейзаж не дал ему сделать это слишком быстро, близко растущие деревья задержали его продвижение, заставляя протискиваться между стволами, а бурелом хоть и скрипел жалобно на под его копытами, но замедлял его движение ещё больше.

Стальной диск в моих руках к тому времени раскрутился с такой силой, что обычное его гудение перешло в ультразвук, а удерживать его стало практически невозможно, так что я не стал противиться неизбежному и отпустил его на волю. Он рванул вперёд с такой страстью, будто два дня не писавший щенок, выпущенный на улицу. Результат тоже был схожий: резкое радостное завывание и желтые брызги, разлетающиеся по всей округе. Впрочем, завывание может быть было и не радостным: чудовище среагировало моментально, отбив моё заклинание щупальцем, в итоге то рухнуло на переплетение лиан и веток, отрубленное у самого основания и теперь дергалась там, как живое, разбрызгивая вокруг ярко-жёлтой сок, заменяющий чудовищу кровь. Диск же, практически не заметив сопротивления, понесся дальше врубаясь в самый центр тела, в переплетение жил и щупалец, входя туда практически на всю глубину. Зверюга ещё раз взвыла, мелко завибрировала и мой волшебный диск отправился в обратный полёт, чтобы снести мне голову с плеч. Как я успел пригнуться не знаю, зазубренное лезвие сбрило мне с затылка волосы, вместе с куском скальпа и со звоном врезалось в дерево, тут же покрываясь патиной и растворяясь в воздухе чёрным, быстро исчезающим облачком. Задело меня, можно сказать, по касательной, но десятой части хитпоинтов, как и не бывало, у зверюги, впрочем, тоже, но мне-то для этого пришлось отрубить ему щупальце и чуть не разрезать пополам. А у меня на это хватило просто клока шерсти и стакана крови, обильно побежавший по шее и спине.

Поздравляем! Изучаемое эволюционирующее заклинание эпического ранга Стальное лезвие эволюционируют в Гномья секира.

Игнорирование брони + 20 %.

Урон + 20 %.

Шанс наложения сильных дебафов плюс 20 %.

Шанс наложения средних дебафов плюс 50 %.

Шанс наложения слабых дебафов гарантирован.

Супер! Давненько у меня ничего не улучшалось, жаль, что сейчас мне это как мертвому припарки, следующее заклинание можно будет использовать только через десять минут, а я к тому времени уже десять раз окажусь на точке возрождения. Видимо, решив подтвердить мои мысли, чудовище протиснулось-таки сквозь узкий промежуток между деревьями и потянуло ко мне свои хваталки. Ближайшая из них щелкнула зубами буквально в паре метров от меня и снова раскрыло пасть, надеясь в этот раз откусить кусочек от моего комиссарского тела, но вошедшее прямо меж зубов большое ледяное копье, отбросило его назад, разорвав волосатую шкуру вышло где-то из середины и прибило щупальце прямо к уродливому телу, замораживая часть его и примораживая размочаленное щупальце прямо к туловищу.

Внимание! Игроком Флора на вас наложена малая сфера регенерации.

Внимание! Игроком Флора на вас наложено заклинание среднего лечения. + 5116 хп.

Внимание! Игроком Флора дебаф сильное кровотечение, переведено в ранг: слабое кровотечение.

Это вовремя, еще бы Флора могла бафы накладывать, совсем хорошо было бы, впрочем, цепочка божественного ранга, удваивающая все мои показатели и так бустила меня сверх всякой меры. Ни названия, ни уровня твари атакующей нас, я так и не увидел, значит она минимум на пятьдесят уровней выше меня, но второе щупальце, метнувшееся в нашу сторону, практически отвалилось от одного удара топора, безжизненно повиснув на тонком клочке кожи, и болезненно отдернулось назад, а урод, раззявив зубастую пасть, злобно зашипел, подтверждая мои надежды на то, что оно не схарчит нас без всякого сопротивления.

Лапочка Броневому

Бро какого хрена? Я тут трачу время на то, чтобы вернуть тебя с фанфарами в игру, после твоей так называемой смерти, а ты поленился даже стрим врубить? Что за урод вокруг тебя скачет и где ты? Впрочем плевать, я ещё полдня буду монтировать фильм, про твою героическую схватку с ретроградами из администрации игры и подлизывать задницы всем остальным, чтобы нас не сжили с этого света, так что мне нужен нормальный контент для моего канала. Врубай камеру, я сказала, мудень.

Ни читать, ни тем более отвечать на такое длинное послание я не собирался, но уловив его общий смысл, врубил стрим и тут же начал каст каменного дождя. Начал и тут же прервал его, грязно выругавшись: чёртова Лапочка, вечно под руку со своими сообщениями лезет. Разлёт метеоритного дождя метров тридцать, так что он накроет нас по полной, не хуже того Чуда-Юда, на которого я собрался его кастовать.

Уродец, воспользовавшись этой секундной заминкой, метнул в мою сторону сразу три щупальца и одно из них достигло своей цели, со всей дури ударив меня в грудь, а затем и с мерзким хлюпаньем впившись в неё зубами. В груди полыхнуло и меня неудержимо поволокло в сторону жаждущих объятий урода.

Сбивая дыхание, я тремя ударами топора отсёк излишне резвое щупальце и, цепляясь за ветки кустов и лианы, начал отползать назад, но на этом моё везение закончилось: одно из деревьев сдерживающих монстра треснуло и выворачивая корни из земли, начало падать, освобождая достаточно широкий проход, чтобы чудовище могло спокойно добраться до моего нежного, и возможно даже весьма вкусного тела. Монстр рванул вперед и заревел, а к его рёву добавилось завывание множества мелких глоток, и по ветвям и лианам, свисающим с деревьев, заскакали десятки мелких фигурок. Я не стал рассматривать новую напасть, послав навстречу чудовищу и непонятным тварюшкам ледяной ураган. Воздух вокруг резко потемнел, дыхнуло смертельным морозом и от меня к противникам потянулась широкая полоса трескучего льда и понеслись тысячи ледяных бритвенно-острых осколков, превращая непонятную мелочь в окровавленные статуи и даже останавливая многотонного монстра, затормаживая и отбрасывая его на два шага назад.

Отлично.

А вот теперь, когда они утратили весь свой дурной энтузиазм и поумерили свой пыл, можно скастовать заклинание контроля. Фиолетовая дымка поднялась над землёй обволакивая и замёрзшие скульптуры, и не затронутых ледяной бурей мелких уродцев, продолжающих скакать по ветвям, окружая нас со всех сторон. Умение «Лидерство» было у меня на очень впечатляющем уровне, но заклинание подчинения так и оставалось самым слабым из всех возможных, поэтому я не удивился, когда мне пришло сообщение: что из тридцати двух подвергшихся заклинанию существ, под контроль попало только семеро.

Семь существ из расы ктонгов попали под ваше управление, они могут выполнять ваши простейшие приказы.

Умение лидерство — 50: прогресс невозможен.

Навык повеление — 10: прогресс (22/100).

Навык контроль — 10: прогресс (19/100).

Навык порабощение духа — 10: прогресс (65/100).

Навык сила воли — 10: прогресс (18/100).

Навык предводитель — 10: прогресс (90/100).

Навык оратор — 10: прогресс (34/100).

Я отмахнулся от ненужных сообщений и, ткнув окровавленным пальцем в застывшую тушу, послал подчиненным простейший приказ:

— Убить его!

После этого у меня появилась целая секунда, чтобы рассмотреть своих временных помощников: ими оказались пузатые белокожие лилипуты, укутанные в накидки из листьев и вооруженные кривоватыми копьецами. Они ловко скакали по лианам, перепрыгивая с одной на другую, как стая юрких обезьянок.

Не долетая до чудовища метра три, они вдруг начали открывать небольшие телепорты, исчезая в них и появляясь совершенно неожиданных местах над головой чудовища, на его плече, на щупальцах и между ног, в тот же миг тыкая своим неказистым оружием в намеченную цель и тут же исчезая в другом телепорте, чтобы через очередной миг появиться в новом месте и ткнуть своим оружием снова. Я только успел икнуть, когда понял, что еще полтора десятка противников уже практически добрались на критическое расстояние от меня, со звонкими хлопками начали исчезать и появляться прямо передо мной, со скоростью швейной машинки тыча отравленными копьями в глаза, в горло, в пах, вонзая острия в ноги, руки и сразу в две мои круглые, упругие и горячо любимые половинки седалища. Ответный взмах топора рассёк лишь только воздух, а мелкие уродцы, переместившись в пространстве, повторили своё нападение нанося очередную тысячу урона и вновь исчезая. С дерева надо мной раздался девичий визг, звук смачного удара и мимо меня пролетела тушка слегка сплющенного лилипута, а я, получив очередную порцию чувствительных тычков в моё многострадальное тело, рассвирепел и, врубив поток огня, завертелся юлой, образуя вокруг своего тела огненный кокон. Слегка прожаренная мелочь начала осыпаться вокруг меня обильно дымящимися тушками. Ещё одно тело пролетело с верхушки дерева с сильно уплощённой головой, а оставшиеся в живых уродцы вдруг решили, что у них есть и другие дела разразившись пискливыми воплями, телепортировались в стороны, и снова заскакали по лианам, исчезая в лесу также быстро, как и появились до этого. Я довольно выдохнул, вытирая со лба трудовой пот и развернулся, уставившись прямо в змеиные вытянутые зрачки наклонившегося надо мной шестиметрового монстра.

Глава 3

Пламя так и продолжало бить из моих рук, поэтому, я тут же направил их в глаза чудовищу, однако не успело оно ещё опалить налитые кровью буркала, как все еще не отрубленные щупальца метнулись в мою сторону, обвивая запястья, раздвигая руки в стороны, хватая за ноги, уткнулись в спину, таща моё распятое тело к своей груди. Та состояло будто из клубка извивающихся червей и по мере моего приближения, пошло трещинами и стала распахиваться, подобно пустому мешку, куда заботливый лавочник решил положить кусок мясной вырезки. Через миг что-то мелькнуло и аналогичным способом начала раскрываться и голова чудовища. Открывалась не его акулья пасть, а разрубленная двуручной секирой голова разошлась в стороны, открывая на всеобщее обозрение свои малоаппетитные внутренности. Мозг там отсутствовал, но было что-то пульсирующее, выплёскивающее наружу вездесущую жёлто-оранжевую жижу. Очередное быстрое движение и выворачивающие мне руки щупальца отделились от тела и рухнули в переплетение лиан и травы, а я повалился вслед за ними, наблюдая за дальнейшим из перевёрнутого состояния. Зашелестело, и сразу пяток белооперённых стрел вошли в дёрнувшуюся тушу по это самое оперение, мелькнуло ещё раз и из распорной шеи монстра потекло ещё обильнее, а на плече монстра застыл Резак, с сомнением выискивая на изувеченном теле ещё одну уязвимую точку, куда бы прошёл удвоенный урон. Такого места не нашлось: он просто спрыгнул с плеча, воткнув кинжалы в спину чудовищу съехал вниз, распоров её от шеи до самый задницы. Этого хватило чтобы Чудо-Юдо решило, что оно и так сильно зажилось на этом свете и отдало концы. Его колоннообразные ноги подогнулись, и оно рухнуло, погребая меня под своей тушей.

Поздравляем! Страж древнего леса (уровень 260) повержен.

Получен уровень 286.

— Ну, зафыбифь, — просипел я, но желтая жижа потекла мне прямо в рот, и пришлось заткнуться в нетерпении ожидая, когда Резак развеет вдавливающую меня в почву тушу, гадая осталась ли в моем теле хоть одна не сломанная косточка.

Ждать пришлось не долго, хотя каждое мгновение в этом случае казалось вечностью.

Наконец, груз исчез, и кто-то ухватил меня за руку, поднимая на ноги.

— Бро, ты как?

— Ужасно.

— Что случилось, вроде жив и почти здоров?

— Это ужасно, когда нечто тяжеленное, вонючее и волосатое, сопящее и хрипящее заваливается на тебя с непонятными намерениями, и в итоге исчезает, залив тебе все лицо отвратной жижей.

— Да? — Донесся до меня голос Флоры откуда-то сверху, — а я уже привыкать начала…

Лапочка Броневому

Дьявол, прям история моей жизни… заскакивай к нам в клан как-нибудь, волосатое чудовище.

— Я щаз, вообще, не об этом, извращенки, — проворчал я, стирая с лица липкую ярко-желтую жижу и оглядываясь вокруг.

Ничего особо нового не рассмотрел, всё те же непроходимые джунгли среднерусского разлива, по-моему бабушка называла это дебрями, только сейчас очутившись здесь я смог понять, что она имела в виду, называя это слово. Дебря — это оно и есть. Слегка вытоптанные и поломанные, но от этого ещё более дикие и непроходимые.

— Мужики, — я подставил руки под ступни слезающей Флоры, пока кто-нибудь другой не сделал это, слегка офигев от открывающихся видов, спрятанных под невзрачный хламидой, — вы когда сюда ехали, с дороги где сошли? Куда она дальше идёт?

Ответ меня несколько разочаровал, я очень надеялся, что дорога углубляется в эти дебри и нам не придётся продираться сквозь них топая неизвестно куда.

— Нет дороги, она когда до леса дошла так и закончилась небольшой заросший стоянкой. Там на ней стояло, что-то наподобие каменного стола с парой таких же табуреток и всё, дальше только мелкий ров и сразу начинается непроходимый лес. Если бы не Вулкан, мы бы до вас так быстро не добрались, но он с разбегу протаранил первых пятьдесят метров этих джунглей, но даже он в итоге застрял, до вас пришлось пилить пешком, ладно хоть вас на карте было видно, а то бы в этих буераках вас ни за что не нашли. Слышишь: вон ревёт? Недовольный, но ты бы видел сколько он перед своей грудью веток и лиан собрал, будто настоящий бульдозер, но даже у него силёнок не хватило, чтобы всё это досюда дотащить, сейчас надо возвращаться его вызволять, после чего хорошенько подумать надо ли нам сюда вообще лезть.

— Пройдёмся немного, это Чудо-Юдо целую просеку нам проложило, посмотрим откуда оно прибежало, может его логово найдем, пошарим внутри на счёт сокровищ. Кстати, когда ты монстра развеял, я заметил, что какой-то короткий список полученных вещей из-за того урода вышел, я кроме золота только какую-то непонятную кривулину рассмотрел, неужели больше ничего не было? Уродец двести шестидесятого уровня обычно из таких много чего выпадает.

— Не, — пожал плечами Резак, только одна кривулина и была. Написано, что это часть какой-то головоломки. Одна десятая часть.

Рога вытащил из воздуха костяную хреновину: палочку квадратного сечения, изогнутую спиралью.

Часть ключа-головоломки. 1/10.

И всё больше никакой информации.

— Больше похоже на непонятный товар из секс-шопа, и информации полный минимум. Ладно держи у себя, может получится ещё что-нибудь из этого набора найти, а если нет, глянем на аукционе есть ли там подобные штуки. За разговором мы добрались до застрявшего Вулкана, впрочем, за это время он почти успел освободиться. Действительно своей могучей грудью он собрал огромную кучу выдранных кустов, веток и переплетающих их лиан, но к нашему прибытию, врубив свой огнемёт уже почти всё это спалил, превратив в золу и угли. Гордо прошагал по пепелищу своими кривоватыми лапами и с превосходством глянул на нас.

— Ву, ты бы думал головой, прежде чем что-то делать, посмотри, — я ткнул пальцем воздух, где, достигая самих небес стояло облако дыма, — ты сейчас только что пригласил всех монстров с округи на ранний завтрак. Вряд ли есть хоть один шанс что этот столб никто не заметит, давай, хватай задние лапы в передние и пошли, пока тут все местные монстры не сбежались.

Крутя головами во все стороны в поисках приближающейся беды, мы вернулись на место нашего побоища, где среди вытоптанной травы и поломанных кустарников я обнаружил обгорелое тело одного из мелких дикарей.

— А этого чего не развеяли? — глянул я на Резака, кладя руку на тушку лута.

— Да что с них брать-то? Пятнадцатый-двадцатый уровень, с него дай бог горсть меди с них высыплется.

— Ну вы вообще зажрались, пары месяцев не прошло, как мы за каждую медяшку боролись, а теперь уже убитого врага развеивать ленимся.

Внимание! Вы действительно хотите развеять тело бойца племени ктонгов?

Я согласился и получил три медных монеты и амулет, собранный из черепа какой-то мелкой птицы, ракушек и пары облезлых перьев.

Амулет телепортации.

Ранг редкий.

С помощью этого амулета вы можете телепортироваться на расстояние в 5 метров. Количество переносов пять раз в течение 5 минут.

Хм, заменять божественный амулет, увеличивающий в два раза все мои показатели на это, явно не стоит, но я могу представить себе множество ситуаций, где этот амулет был бы нужнее любого артефакта, так что…

Я показал амулет Резаку, а когда тот протянул к нему руку, убрал его, ткнув пальцем в ещё несколько валяющихся в округе тел.

— Собираем всё, не ленимся, вдруг в этих уродцах ещё части головоломки попадутся.

Не попались, да и амулет телепортации с десятка тел нам достался всего ещё один, но и это неплохо за две минуты работы.

Я вытащил артефактную карту, проверил по ней наличие в округе трупов и агрессивных существ, и не найдя ни тех, ни других, приказал:

— Рез, давай вперёд, двигаем по проложенной монстром просеке, пока она обратно не заросла, а мы за тобой.

Рога исчез в инвизе, только пара листов на ближайшем кусту всколыхнулись и всё: Резака как не было. Мы исчезать никуда не стали, а кряхтя и ругаясь начали перебираться через поваленные деревья и разломанные кусты. И чем дальше мы отходили от края леса, тем больше мне здесь начинало нравиться. Нет продираться через густой подлесок было всё так же трудно, но с каждым шагом лес становился не то, чтобы менее диким, но более величественным и благородным. Мелкая лесная поросль сменилась могучими лесными великанами, возносившимися в самые небеса и вольготно раскидывавшими во все стороны свои руки-ветви. В их густой тени обширному подлеску не было места, но здесь игра отходила от законов реальности и тот становился всё только гуще и плотнее, где лозы орешника плотно перевивали вьюны, длинные густые побеги дикого хмеля, и натуральные лианы, толстыми канатами свисающие с лесных великанов. Если бы не тропинка, проложенная Хранителем Леса, я бы уже, наверное, скомандовал отбой, после чего мы бы вернулись назад в наш разваливающийся замок. Впрочем, тот бежал до нас максимум три минуты, и слишком далеко эта дорожка вести не могла и надежда была только на то, то это тварь не появилась в центре непроходимых зарослей в момент нашего пересечения границы Древнего леса, а обитала где-то здесь и значит здесь должно быть её жилище и тропы, по которым она ходит на охоту и на водопой. Что-то из этого обязательно должно быть, так как в этой игре мобы не нарождались сами собой в уже готовом виде, а проходили полный жизненный цикл, от рождения, развития, питания и роста, для чего была создана полноценная цепочка питания, начиная от простейших, насекомых, растений и до высших хищников. Даже крошечные лавовые элементали, помнится, и то питались особыми камнями, ползая по краю пустошей, а их старшие собратья питались энергией, бьющей из-под земли.

Некоторые исключением были всякие големы и нежить, но даже первая из них когда-то были маленькими булыжниками, а вторые живыми существами, которых не очень добрая судьба превратила в неугомонных мертвяков. Надеюсь, и здесь разработчики не изменили своим принципам, и эта туша охотилась много и результативно, прокладывая по этим буераком просеки не хуже, чем та, по которой мы сейчас шли. Минута шла за минутой и постепенно мои ожидания начали оправдываться. Пробитая монстром просека, вывела нас на небольшую поляну, от которой в разные стороны отходили две едва заметные тропы. Как такая туша могла продвигаться по ним, мне было непонятно, но главное, что они были и нам не надо будет и дальше ломать ноги по этим непролазным чащам, в которых себя вольготно чувствовал только Мохноног, мамка которого как раз и обитала подобных местах. Он шустро передвигался, перебираясь с ветки на ветку или перепрыгивая через небольшие свободные пространства, прикрывая наш путь сверху, когда все остальные ломали на земле ноги, лапы, клешни и остальные части тела. На поляне никакого видимого обиталища монстра не оказалось, хотя, судя по запаху в этом месте монстр проводил немало времени. Это загадка разгадалась просто, мы ещё стояли, крутя головами, раздумывая по какой тропинке нам идти, как сверху разнеслось характерное посвистывание и пощелкивание. Я поднял голову с трудом рассмотрев зелёного Мохнонога в изумрудной листве лесного гиганта, и то, что он нашёл в его могучих ветвях. Гнездо. Метров десяти в диаметре, но всё-таки гнездо.

— Мох, я махнул пауку рукой, — скинь-ка мне верёвку, хочу посмотреть, что ты там нашёл.

Паучара махнул головой, но никакой верёвки не сбросил, вместо этого на меня вдруг свалилась паучья сеть, запелёнывая будто куколку бабочки, а затем рывками начал поднимать меня в воздух. Ну что же, это гораздо лучше, чем пыхтеть самому, забираясь на тридцатиметровую высоту по не слишком толстый паутине. Я удачно продрался сквозь все ветки и листву, и спустя пару минут оказался около питомца нашего роги, который будто волшебник взмахнул своими мохнатыми лапами, и связывающая меня сеть исчезла. Я пошатнулся, стараясь не свалиться с переплетения толстенных веток, оглядывая найденное пауком жилище. Это на самом деле оказалось гнездо, только закрытое, наподобие тех, что плетут птицы-ткачи, полностью закрытая его со всех сторон и с большим круглым входом сбоку, выходящим на толстенную ветвь. Мохноног схватил меня за руку спуская на неё. Веточка была больше метра в диаметре, по такой можно гулять как по проспекту. Что я и сделал, добравшись до входа тут же засунув туда свой глупый нос. Духан ударивший оттуда в ответ, заставил ноздри затрепетать от ужаса, а глаза расшириться до неприличных анимэшных размеров. Пришлось на пару минут задержаться, привыкая к этому ужасу, но в конце концов любопытство пересилило, и я, запалив магический огонёк, нырнул внутрь этого странного жилища.

Скатился вниз, тут же увидев причину столь густого запаха, стоящего внутри гнезда: многочисленные необработанные шкуры, видимо, просто содранные с бедных животин устилали все его дно, и размеры некоторых из них внушали истинное уважение как и к их бывшим владельцем, так и хозяину гнезда, сумевшему уговорить тех с ними расстаться. Верхней лежала шикарная полосатая, чёрно-белая шкура, напоминающая шкуру зебры, но по размерам явно превосходящая последнюю в три-четыре раза.

Шкура Карликового Северного мамонта.

Ранг сверхредкий.

Качество плохое.

Я тут же заглянул на аукцион и нашёл всего два лота с подобными шкурами, правда обе они были выделаны и качество у них было хорошим. Стоимость была у них семьдесят пять и восемьдесят золотых, что меня весьма порадовало, я тут же вознамерился выложить её за полцены, но оказалось, что даже скатанная и спрессованная она не помещалась в небольшой лот портативного аукциона. Чертыхнувшись, я плюнул на него и стал оглядывать гнездо в поисках ещё чего-нибудь интересного. Это много времени не заняло, так как кроме стен из переплетенных ветвей и шкур, устилающих его дно, я так ничего и не нашёл.

Сплошное разочарование, поднимаясь сюда я надеялся на неведомые сокровища, а тут сплошной голяк. Ладно без пары сотен золотых я отсюда всё равно не уйду. Большинство шкур были меньше по размерам, чем верхняя и стоили в два-три раза меньше, забил ими все десять торговых позиций, параллельно скидывая вниз всё, что не лезло на аукцион. С каждой убранной шкурой вонь становилось всё сильнее, но в конце концов я был вознаграждён за свою упорство. Стоило мне убрать на аукцион последнюю шкуру, как под ней нашёлся свёрток, а вернее практически целая шкура зайца, внутрь которой было засунуто что-то объемное, и из задницы которого торчал пук перьев. Это меня несколько удивило и порадовало, так как одновременно с этим ко мне пришло сообщение, что я нашёл сверхтайный тайниковый тайник.

Получив желаемое, я ощутил чувство выполненного долга, и непроходящий тошноты, так как последние шкуры кишели не только блохами, но и опарышами, объедающими внутреннюю часть шкур, ещё раз осмотрел полностью опустевшие гнездо и выбрался наружу. Снова воспользовавшись предоставленным лифтом Мохнонога, спустился вниз, где меня уже поджидали соклановцы включая Резака, вернувшегося с разведки.

— Нашёл дорогу, — оповестил от нас, — вернее вот эта тропа проходит над древней дорогой. По большей части она занесена землёй и листьями но в двух местах составляющие ее камни пробиваются сквозь грязь, так что думаю, что это не просто звериная тропа, а если и тропа, то она ведёт куда-то, — Резак неопределённо помахал рукой, — куда-то, куда её ввели люди. Я далеко не заходил, там не так далеко ещё пару подобных гнёзд в ветвях деревьев прячутся, а может и больше и же хрен разглядишь, хорошо замаскированы.

— Два гнезда — это хорошо, — предвкушающее потёр руки я, — первая встреча с этим уродом мне не очень понравилась. Надо повторить, только в этот раз сделаем всё по правильному. Странник, Вулкан, ваш выход, давайте вперёд, а мы за вами. Резак показывай дорогу к ближайшему гнезду.

Дорога была не долгой, но все же этот лес меня просто заворожил, в реале сейчас такого было не увидеть и те высаженные людьми леса и парки никак нельзя было сравнить с тем, что сейчас нас окружало.

Величавые деревья раскинувшие свои ветки на сотню метров, разнообразная поросль, отличающийся всеми оттенками зеленого, но попадались и деревья практически с белыми листьями и даже багряными, а стволы упавших деревьев сами по себе являлись целым миром: разноцветный мхи и лишайники покрывали их будто это было полотно какого-то маститого абстракциониста, а возвышающиеся на них грибы тоже не походили ни на что мной виденное. Одни по форме напоминали крошечных слонов, через поднятые хоботы которых в воздух то и дело вылетали искорки спор. Другие по формой и цветом один в один походили на действующий вулканы, споровые мешки внизу них то и дело раздувались, а затем сокращались и через отломанную вершинку гриба вылетали целые извержения спор оранжево-малиновых оттенков. А уж и всяких насекомых… Каждого жука или бабочку можно было рассматривать часами, настолько причудливые и интересное они были, но времени на это совершенно не было, к тому же наша дорога быстро подошла к концу.

Идти на самом деле пришлось недолго, максимум метров триста и вот в кроне одного из лесных гигантов показался бок очередного гнезда. Что-то слишком близко он расположен от первого, у таких крупных существ участок, где он охотится, должен быть гораздо больше. Или это гнездо тоже принадлежит тому же существу? В любом случае живёт там кто-то или нет, но вызывать его на бой громкими воплями бессмысленно, здесь не развернуться, узкая тропа петляла через непроходимые заросли, так что если там кто-то есть, надо сразу наносить ему урон, а не ждать пока он спустится вниз и примет честный бой: один против десятерых. Я глянул на полосу энергии духа, на треть съеденную предыдущим боем, и решил, что этого вполне хватит, так сейчас все мои друзья со мной и начал каст метеоритного дождя. Честно говоря, последнюю неделю мне этого сильно не хватало, ощущать такую мощь в своих руках было очень приятно. Небеса разверзлись, выпуская на волю два десятка пылающем булыжников, мгновенно долетевших до кроны дерева, превращая её в груду горящей щепы и ударили дальше, ломаю ветки, расщепляя ствол, и двумя камнями врезаясь в само гнездо.

Взрыв, и сухие ветки, складывающие его вспыхнули, как спички разлетаясь во все стороны и оставляя от него лишь дымящееся основание повисшие на треснувших ветвях.

Ничего вопящего и в ярости выдирающего волосы со своей могучей груди внутри гнезда не оказалось и бой завершился так и не начавшись.

— Резак, метнись быстренько наверх, глянь что там есть интересного, если там остались лежать шкуры, глянь под ними, поищи что-то типа такого, — я показал ему найденного мной зайца.

В этом экземпляре особо меня заинтриговали сильно выпученные глаза зверька и птичьи перья, торчащие из попы. То, что это кто-то из последователей старичка Киркорова я очень сомневался, а других предположений о том, что это за чудо у меня не было.

— Хм, странная штука, нашёл её в том гнезде?

— Ага, надо выпотрошить его, глянуть что там внутри.

Не успели…

Стоило Резаку взлететь вверх по дереву, как округу огласил гневный рёв, заскрипел раздираемый лес, заметались из стороны в сторону верхушки небольших деревьев, распугивая стаи небесных птах и явно обозначая идущий к нам путь. Странник, подняв свой огромный щит вышел вперёд, мы так же дружно сделали пару шагов назад.

Путаться под ногами нашего Паладина и его питомца и так еле помещающегося на этой узкой тропе явно не следует. Треск всё приближался ветви и верхушки деревьев заколыхались уже буквально в тридцати метрах от нас.

Пора.

Я отпустил разогреваемое в руках заклинание метеоритного дождя и на невидимого врага обрушился гнев с небес: клубы огня и град каменных осколков поднялся высоко над подлеском, даря надежду на то, что враг не доберется до нас невредимым.

Снегирь тоже не стал ждать пока неведомое чудище появится в поле видимости, выхватил из колчана пять длинных метровых стрел, одну за другой отправляя их в сторону раскачивающихся деревьев. Не знаю попали мы или нет, но приближающийся вой сменился на визг, впрочем, какой-то странный, будто визг гигантской пилы. Ещё миг и ближайшие кусты брызнули ветками и листьями и в стоящего будто скала Странника врезалась нечто, как раз и похожее на диск циркулярный пилы. Диск пилы в четыре метра диаметром и с длинными острыми зубьями. Нашего паладина унесло куда-то в кусты вслед за этой пилой, которая и не думала останавливаться, а снося кусты и мелкий подлесок пролетела дальше, разворачиваясь там и возвращаясь назад в то время, как мы уже лишились паладина — нашей единственной реальной защиты.

— Дол, пора возвращаться, тут резко наметилась полнейшая жопа, в общем, все как ты любишь, — одновременно с этими словами я тер пальцами амулет призыва, и поглядывал на обратный отсчет, показывающий оставшееся время до конца отката метеоритного дождя.

Не успевает, эта херня уже возвращается.

Визг, вой, взлетающие до небес ветки, земля и вырванные из нее корни. И все это было все ближе и ближе.

— Дол, всесокрушающий удар. Сейчас!

Только что вернувшийся из бараньего ада Дол недоуменно уставился на меня косоватыми глазами, но получив смачный пендель по отвисшему курдюку, все осознал и с душераздирающим блеянием бросился на встречу гудящей смерти, в последний момент активизируя свой коронный навык.

Глава 4

Столкновение! Вспышка!

Впрочем вру, от столкновения очень твёрдого с несокрушимым я ожидал вспышки, искр и невероятного грохота, но ничего из этого не случилось.

Раздался громкий треск, и пара тройка игл-зубьев этой бешеной циркулярной пилы разлетелись стороны, а она сама, на всей скорости наскочив на что-то непреодолимое, взлетела в воздух, минимум на десяток метров, в полёте начав отращивать голову и колючие лапы. С громким лязгом они начали выдвигаться вбок, образуя три пары вполне работоспособных конечностей, а сама пила начала разворачиваться, будто сжатый в комок ёж, почувствовавший безопасность. Это было красиво и где-то даже изящно, однако бездушный и не чувствительный к красоте окружающего мира Снегирь, разрушил это эстетически прекрасное зрелище, на лету всадив в непонятное чудовище сразу пяток стрел. Трансформация сломалась и механическое существо невнятным кулём рухнула в густые заросли, снося на своём пути и кусты, и мелкие деревья. Я не стал дожидаться пока оно очухается, накрыв всю местность откатившимся метеоритным дождём, с интересом всматриваясь внутрь забурлившего там огня. Не знаю, что там творилось с чудовищем, но кусок леса размером двадцать на двадцать метров выкосило взрывом и испепелило небесным огнём, образуя в этих буераках достаточно ровную, слегка припорошенную пеплом площадку.

— Хмм…

Мы все, включая помятого Странника, выползшего из кустов жадно и с некоторой тревогой, вглядывались в облако дыма и вихрящегося пепла, поднимающихся над местом падения метеоритного дождя, выглядывая в нём силуэт нашего странного противника. И он появился: сначала размытым пятном, затем слегка поскрипывающим силуэтом, а затем и проявился полностью во всей своей красе. Толстый диск циркулярной пилы развернулся, превращаясь в существо похожее на броненосца или даже скорее на гигантского муравьеда, только с брутальным ирокезом из почти метровых игл, тянущимся от головы, вдоль всего хребта и переходя на хвост. На автобота или десептикона тварь слегка не тянула, но это был несомненно механизм, а не живое существо. Грубо, но при этом добротно скроенное механическое существо метров двух в холке. Вместо головы у него был просто конус из толстого листового металла, массивные ноги при каждом шаге шипели скрипели, выпуская облачка пара из приводящих их в движение цилиндров, но при этом перебить такую конечность не смог бы даже Странник ни с одного, ни с двух, и даже не с трех ударов.

Когда этот механизм двигался по лесу всё это было компактно упаковано в один диск, толщиной в полметра, но сейчас разложившись и раскрывшись существо получилось вполне внушительных размеров.

Шло оно, правда, кривовато, так как одна из бронебойных стрел Снегиря повредила что-то жизненно важное в его механическом организме, не дав нормально расправиться одной из лап. Метеоритный дождь тоже не прошёл даром, искривив и смяв минимум половину шипов ирокеза, четверти здоровья тоже как небывало, но списывать его со счетов было тоже рановато, ведь чем может удивить это штука мы не знали. Та удивила нас взорвавшись. Или мне так показалось, когда минимум треть её шипов с громким хлопком покинула металлическое тело, широким веером устремившись в нашу сторону. Снегирь с его перекаченной ловкостью сумел от них увернуться, Флора просто спряталась за Странником, как за лежачим шкафом который в свою очередь спрятался за своим пожёванным щитом, я ни за кого не спрятался, гордо поймав один из шипов своей могучей грудью.

Хотя шип — это слабо сказано, метровый конус, имеющие на конце толщину в ладонь, легко пробил меня насквозь, унося в ближайшие кусты, как недавно туда также улетел Странник.

Внимание! Получен урон 9767.

100 % урона перенесено на вашего питомца. Наложен дебаф сильное кровотечение.

Где-то вдалеке обиженно заблеял мой неправедно обиженный овец.

Привыкай, кудрявый, жизнь грустна и несправедлива…

Я ошарашенно потряс головой, глядя на стальную хреновину, торчащую из моей груди, а затем схватившись за неё двумя руками с отвратным хрустом выдрал её и склонив голову с удивлением посмотрел сквозь себя. Удивительное, конечно, зрелище, правда, недолгое: сначала сквозную дыру залила кровь, а затем её начала затягивать плоть. Дырка в моём костюме никуда при этом не делась, но и то хлеб. Ходить со сквозной дырой в груди не очень удобно, так ветер будет гулять не только в моей голове, но и в теле.

Ладно, повеселились и хватит, ближайший пункт приёма вторсырья давно заждался эту груду металлолома.

Поднялся на ноги оценивая обстановку. Наконец-то, всё стало так, как и должно было быть: наш танк танковал, а все остальные накидывали по противнику кто чем может. Я присоединился к общему веселью швырнув в противника ледяное копьё, которое разбилось о его стальную шкуру, но покрыла весь его бок матово поблёскивающим инеем и слегка затормозило механоида. Тот перестал швыряться шипами и вступил в рукопашную, стоя на задних четырёх лапах первыми двумя он атаковал с такой скоростью и силой, что щит Странника, который был больше похож на дверь сейфа из солидного банка весь изогнулся и пошёл волнами, как и сам танк. Пытающийся атаковать монстра сзади Дол получил по своей неумной голове длинным шипастом хвостом, улетев далеко в сторону. Чёрт, интересно, мы и на трехсотом уровне будем порхать аки птички после каждого удара более-менее серьёзного босса или эту тенденцию можно как-нибудь изменить? Еще пару магических щитов изучить? Мой воздушный щит, полученный еще на первой неделе игры, уже давно морально устарел. Он, конечно, спасает от любого первого удара, но дальше… Да и одежки у меня нормальной нет. Демонский костюмчик выше всяких похвал, но он одевается на меня только во время прихода Кровавой луны. Тут или надо окончательно становиться демоном или искать себе прикид на каждый день. Да и все остальное… кроме божественного кулона, и, пожалуй, топора, по-настоящему хорошего у меня ничего и нет, все надо обновлять. И это вопрос не праздный, для начала ивента мне самому необходимо достичь трехсотого уровня и желательно попасть при этом в первую тысячу игроков, достигших этой рубежной черты, и на шару этого сделать не удастся, первая сотня тысяч игроков люди серьезные и амбициозные, быстро съедающие фору, полученную нами в самом начале игры.

Может сучка Лапочка была и права, называя меня не системным игроком, и в самом начале нашего знакомства предвещавшая скорую смену лидерства. Наверняка главы кланов и их приближённые, скинув на своих подчиненных все обязанности по защите и развитию кланов, день и ночь качаются в самых жирных локациях из доступных им, а мы: то под пальмами на солнышке валяемся, то бродим по лесам, где попадается по одному противнику раз в полчаса. Противники, конечно, интересные, но опыта за один трудочас капает совсем немного.

Перекатывая в голове все эти мысли, я пускал в противника одно ледяное копьё за другим, уже полностью покрыв его толстой коркой льда и затормозив чуть ли не вдвое. Лёд алмазными искрами разлетался во все стороны от ударов кувалды Странника, но большая часть стального тела всё равно оказалось заперта в этом прозрачном панцире. Ещё немного и железяке хана: из ближайших кустов выполз покачивающиеся Дол и, зыркнув на врага пламенеющим взглядом рубиновых глаз, взял короткий разбег и активировав всесокрушающий удар, врезался в самый центр шипастого тела. Монстр в один миг лишился своего ледяного покрова, двумя разрозненными кусками улетев далеко в сторону, а злобно ухмыляющегося барана погребло под ледяными осколками.

Поздравляем! Двемерский диск уровень 250 уничтожен.

Воин расы механоидов.

Ранг сверхредкий.

Вы первыми в этом мире уничтожили двемерский диск.

Награда за достижение

Сила духа +1,

Удача +1.

Я глянул наверх, пытаясь рассмотреть в кроне дерева Резака, так и не соизволившего спуститься и помочь нам в этой битве, но так никого и не увидев, подошёл к обломкам приказав собрать лут.

Внимание! Получено:

Малый энергокристалл — 5 шт.

Средний энергокристалл — 1 шт.

Большой энергокристалл — 1 шт.

Механический гироскоп:

Ранг сверхредкий, одна штука.

Паровой молот двемерского диска.

Ух ты ж, перевес: последняя хреновина, которой этот механический броненосец вколачивал в землю нашего танка оказалась весом под две сотни килограмм, моментально заполнил мою грузоподъёмность до упора. Ну его на фиг, ей в землю вколачивали Странника, вот пусть он её и таскает, у него грузоподъёмность на порядок больше моего, а кристаллы… Такие мы уже находили в пещере кристаллов на эльфийских островах, у меня до сих пор в самом укромном месте хранится Величайший кристалл, заряженный самой Богиней Жизни. Когда у нас появится нормальный замок с адекватной магической башней, он будет питать её и все остальные защитные сооружения. Судя по тому, как мы активировали с помощью них эльфийские порталы, этого кристалла хватит не на одну жизнь игры. Впрочем, и эти пригодятся у них довольно широкий спектр применения. А гироскоп… Одна из выставленных мной шкур уже продалась, так что его сразу на аукцион, не знаю сколько он стоит, пусть люди в течении суток за него поборятся.

Броневой Резаку

Резак ты где там? Тебя там не съели? Если да, то кивни головой.

Очень смешно, вонища тут капец, до под шкурами кое-что нашёл, сейчас иду.

В окошке гнезда появилось худощавая задрапированная во всё чёрное фигура и не обращая внимания на высоту в тридцать метров просто сиганула вниз. Я ждал приличного шмяка, но Резак спускался хоть и быстро, но явно не в свободном падении. Колечко Легкого Пёрышка что ли он нацепил? Оно, вроде, вдвое снижает скорость спуска. Приземлился красиво, как в фильмах с упором на одно колено и кулак.

— С каких это пор ты белкам стал подражать? — Не удержавшись подначил я его.

— Чего?

— Чего, чего… так обычно белки приземляются после прыжка, посмотри фотки как-нибудь в скайнете. Ладно рассказывай, чего ты там нашёл.

Резак вместо ответа протянул мне какую-то сушёную воблу с ненормально раздутым животом. Явно перед тем, как высушить ей что-то напихали в пузо. Интересно что бы это могло быть?

Я двумя пальцами брезгливо принял смердящую тушку, щелчком ногтя сбив с неё несколько ползающих опарышей.

— Ладно на привале посмотрим, а сейчас, народ, надо решить куда пойдём, по одной из троп или по просеке, что этот диск в лесу пропилил. Было бы интересно посмотреть откуда это он прикатился, а сюда можно будет потом вернуться.

— Пошли глянем, а то тут природа быстро восстанавливается, час-другой и от неё ничего не останется, тропинки вроде как постоянные, никуда не денутся.

Я сориентировался по артефактной карте, убедившись, что проделанная просека ведёт точно вглубь этого раскинувшегося от горизонта до горизонта древнего леса. Ну и хорошо, в принципе, мы этого и хотели.

— Значит, нам туда дорога, значит, нам туда дорога… — пробормотал я себе под нос, и уже громче добавил, — Рез, давай вперёд и аккуратней там.

Предупреждал я его не зря: хотя проложенная тропа была гораздо ровнее, чем проложенная Хранителем леса, этот диск скашивал всё под корень, не оставляя ни пеньков, ни поломанных веток на своём пути, но лес был настолько густой, что приходилось идти будто по коридору, где ни вправо, ни влево ничего не было видно уже через пару метров. Конечно, в таком буреломе крупный враг не сможет добраться незамеченным, но получить какой-нибудь ядовитый дротик в глаз от местных аборигенов или нарваться на пятнадцатиметровую змею, греющуюся на солнышке в ветвях местных гигантов, можно было совершенно легко. С другой стороны и тормозить слишком долго было нельзя, Снегирь был прав, природа здесь заживляет раны очень быстро, а в этом лесу это происходит ещё на порядок быстрее. Я уже отсюда видел, как из истерзанной земли начинают пробиваться новые зелёные ростки, раздвигая палую листву появляются шляпки грибов, отрастают поломанные ветви. Быстро. Может даже слишком быстро.

— Странник отзывай своего дракона, здесь ему не пройти, придётся в течении часа обойтись без него, Дол, а ты давай вперёд, прокладывай путь. Всё рванули! Бегом, бегом, бегом!

Нам действительно пришлось бежать. Запихав нас с Флорой в центр строя, как самых уязвимых, и прикрыв тыл Странником, закованным в полной латный доспех, мы, сминая хрупкие стебли молодой поросли понеслись вперёд. Зелёные стены уносились назад, всё чаще и больнее хлеща нас ветками по лицу, и казалось с каждой минутой смыкаясь всё плотнее и плотнее, хотя скорее всего так не казалось, а они на самом деле смыкались, отращивая боковые ветви, вытягиваясь и превращаясь из хрупких ростков в пусть ещё молодые, но уже крепкие деревца, многие из которых были покрыты шипами.

Чёрт! Я всё чаще стал оборачиваться назад, бросая взгляды на исчезающую дорогу. Казалось, что сейчас лес сдвинется и расплющит нас будто в тисках и мы навсегда останемся в его плену, но нет назад бежать так же бесполезно, раздвигаемая и расчищаемая нашим танком тропа также быстро возвращала свой первозданный вид, так что вперёд и только вперёд! Сил у Дола, как у дурака фантиков, прорвёмся. Только не останавливаться, только двигаться: движение-жизнь.

Мы пробежали не меньше километра, а может и полтора, так и не встретив ни одного противника, но всё равно мы проиграли.

Дол, с изодранной в кровь мордой, пуская пену изо рта повалился на колени, уткнувшись грудью в непроходимые заросли, не в силах ступить дальше ни на шаг. Всё тропа закончилась.

— Я пойду вперёд, — предложил Резак доставая свои кинжалы, — буду прорубать нам дорогу.

— Погоди это долго, я, обдирая кожу о сломанные ветви и шипы, кое-как протиснулся вперёд строя, и вытянув руку скастовал ледяной буран.

Лёд и ветер ударил по молодым деревьям, промораживая их насквозь и ломая ураганным ветром, очищая тропу минимум на тридцать метров.

— Бегом за мной!

Я, хрустя ледяным крошевом побежал вперёд, десять секунд спустя кастуя ещё один ураган.

Бег, каст, бег ещё один каст, опорожнить бутыль с маной, скастовать ещё один ураган. Еще, еще, еще! Иначе нас сдавит и сомнет это чудовище, притворившееся обычным лесом, и мы останемся висеть на его заросших шипами ветвях, обессиленные и иссушенные, будто мухи, попавшие в сети жирного волосатого паука.

Каст, каст, каст.

— Бро, стой! — Кто-то хватил меня за плечо останавливая, — стой, мы дошли.

Мы дошли…

Нерациональный ужас, охвативший меня в последние минуты пути, стал толчками отступать вместе с успокаивающимся сердцебиением и уходящим из крови адреналином. Мы дошли, вот только куда?

С первого взгляда было понятно только то, что старик Крон был не совсем прав: в древнем лесу было кое-что помимо самого леса. Кто бы это не сделал, но он смог организовать базу, которую лес не смог изжить со своего лика даже за все прошедшие десятилетия, если не за столетия, прошедшие с ее основания. О том что обнаруженный нами объект не новодел говорило, кричало и просто вопило всё, чего касался наш взгляд. Тяжеловато описать, что престало перед нашими глазами… отдалённо это смахивало на Эйфелеву башню, окруженную группой из буровых вышек которыми столетие назад в независимом Техасе качали нефть, только всё это стояло не в лесу, а было установлено на каменном основании, сложенном из мощных блоков, каждый из которых был весом в несколько десятков тонн. Блоки были пригнаны к друг другу так плотно, что в зазор между ними не пролезло бы и лезвие ножа. И окружающий со всех сторон платформу лес тоже сдался, не смог пробиться сквозь щели этих каменных плит, оставив всё сооружение в виде памятника давно ушедшим отсюда колонизатором.

Платформа возвышалась тремя ступенями и первая из них была мне по грудь высотой, и каждая последующая ступень была не менее внушительной, чем первая, но как раз к тому месту куда мы вышли, сквозь все три ступени в камне был прорублен метровой ширины жёлоб, крутой горкой спускающейся с самого верха к нашим ногам и этот жёлоб вёл прямо к одной из нефтяных вышек, не такой ржавой как все её стоящие рядом товарки.

Я никак до конца не мог понять, что видят мои глаза, и, плюнув на предосторожности, первым пополз вверх по этому на удивление чистому жёлобу. По идее с таким близким соседством непроходимого леса тот должен быть завален палой листвой и ветками, но нет жёлоб чист и только на потемневшем камне видны небольшие свежие сколы. Может всю грязь вымывает дождевая вода, стекающая с платформы, или…

Моя голова высунулась из-за края третьей ступени, и я тут же забыл обо всех размышлениях, во все глаза уставившись на бурлящую здесь активность. Мелкий народец Ктонгов в количестве двух-трёх сотен человечков сновал по платформе, по ближайшие вышке, по развалинам каменных строений, которых раньше с земли видно не было.

Среди Ктонгов бродило несколько фигур вполне человеческого размера, вот только в отличие от последних, которые были копией человека, только совсем маленьких, эти на людей походили не полностью: к тонкой талии, высокой груди и пышной попе у меня претензий не было, но вот копыта и витые рожки скорее были по вкусу моему питомцу. Хотя он у меня всё больше по овцам, а у тех, вроде, рогов не бывает. У этих были.

Рассмотреть подробности было тяжеловато, но это точно не шлемы, рога росли прямо из пышной рыжей шевелюры, выходя с боков головы и закручивались ко лбу. Впрочем, нечто похожее мы с Флорой встречали в локации телепорта, но у обитавшей там суккубы копыт не наблюдалось, она их удачно заменяла изящными туфельками на тонкой шпильке.

Ближайшая из представительниц это неизвестный мне расы явно была здесь командиром. Она бодро размахивала своими тонкими руками, что-то втолковывая своим высоким, слегка блеющим голосом группе низкорослых мужиков. Те в ответ тоже размахивали руками, показывая на большую толпу своих сородичей, появившихся из-за ближайшего строения, а затем метнулись в указанном направлении, явно намереваясь помочь тем катить здоровенные колесо, превышающая их самих по высоте раз в пять-шесть.

— Знакомое колёсико.

Идущие за мной соклановцы не стали долго любоваться моей оттопыренный пятой точкой, а рассосались в стороны, и прячась за верхней ступенью повытаскивали над ней головы, тоже наблюдая за окружающий обстановкой.

— Знакомое, — согласился я со Снегирем, — только шипов на нём не хватает.

Колесо, которое катили местные лилипуты, до ужаса напоминало то, что проделало для нас просеку в это место, ну и то которое попыталось почти удачно нас убить, только шипов ему не хватало.

Колесо было тяжеленым и по неровным камням катить его было нелегко, ктонги упирались изо всех сил, шаг за шагом подкатывая его все ближе к вышке, от которой в нашу сторону шёл каменный жёлоб. В самом конце у них произошла заминка, когда они попытались протиснуть этот диск между двух стальных балок, составляющих подвижную часть этой установки, но копытная девушка вдвое усилила аудиопоток и замахала руками как вентилятор, заставляя навалиться их всей толпой, после чего колесо въехало внутрь установки, и остановилась, когда на нём страшно заскрипев сомкнулись стальные держатели.

И тут началось самое интересное: девушка вдруг окуталась чёрным маревом, будто у нее из всех пор начал бить антрацитовый туман и протянула руку к толпе вытирающих пот ктонгов. Те дружно взвыли и не менее дружно поддались назад, пытаясь убраться подальше, однако одному из них не повезло: визжащее извивающееся тело подняло в воздух, развернуло лицом к чародейке, а затем его горло буквально лопнуло, кровь хлынула, выплёскиваясь наружу алым потоком, тут же на лету чернея и превращаясь в такой же чёрный непроглядный туман, который устремился к только что притащенному колесу впитываясь в него будто в губку.

Сбоку по диаметру диска тут же начали разгораться символы рунической вязи, складываясь в непонятные письмена. Очень надеюсь, что там было написано не что-то типа: «Единое кольцо, чтобы править всеми, оно главнее всех, оно соберёт всех вместе и заключит во тьме»… Я ещё обкатывал эту мысль у себя в голове, как наступившую тишину прервал скрип и скрежет. Вот и искомые шипы полезли наружу, полностью подтверждая нашу мысль о том, что это такое же механическое существо, которое посетило нас в лесу полчаса назад. Однако на этом представление не закончилось: чародейка воздела руки к небесам и над ней из чёрного тумана начали образовываться похожие объёмные руны. Она некоторые время всматривалась в них, а затем уронила руки и резко развернулась в нашу сторону, вперив в нас взгляд своих изумрудных глаз. Мы так же резко повернулись к Страннику, окатив его уничтожающим взглядом. Флора даже не выдержала и высказалась:

— Ник, ну ё-моё, ты почему свой шлем не снял? Рога на метр вверх торчат, как-только они раньше нас не заметили…

— Да это она наколдовала чего-то… — попытался оправдаться танк, но я его прервал:

— Поздновато, — буркнул я, — встаём, а ты, рогоносец наш недогадливый, давай вперёд, будешь танковать.

Глава 5

Пока я раздавал эти никому не нужные указания, наш противник успел консолидироваться. Все копытные и круторогие девчата повернули головы в нашу сторону, сделав что-то нехорошее, так как всю каменную платформу от края и до края залило уже знакомым чёрным туманом. Он поднялся невысоко, максимум на двадцать-тридцать сантиметров, но лежащие на камне руки обожгло, а нас наградило новым логом:

Урон магией тьмы: 2 единицы жизненной силы в секунду.

Что за магия тьмы такая, неясно, ещё ни разу с ней не встречались, впрочем, урон терпимый не превышает уровня нашей естественной регенерации.

Мы перестали прятаться, одним рывком вскочив на верхнюю платформу, выстраиваясь свиньёй за спиной Странника.

— Не знаю, что умеют эти бабы, — предостерег всех я, но это мелочь телепортируется как хочет, правда недалеко, метров на пять не дальше, и железяками своими тычут куда ни попадя, у меня до сих пор вся пятая точка от их яда чешется.

Мой печальный рассказ прервал боевой вопль нашего танка, взревевшего кастрированным Тарзаном, однако никакого воздействия на несущуюся на нас толпу мы не увидели.

— Агр на них не действует, — слегка растерянно прокомментировал очевидное танк, — получается, каждый сам за себя.

Отлично, — выругался про себя я, и моя пятая точка со мной согласилась, пуще прежнего зачесалась в предчувствии новой экзекуции.

— Снег, Рез, на вас бабы, я займусь мелочью.

Я метнул быстрый взгляд на шкалу энергии духа. Нормально на пару-тройку кастов хватит.

Начнём с ледяного Бурана, он накрывает не только максимальную площадь, но и почистит вокруг нас зловредный туман. Пусть он не шибко страшный, однако лишних хитпоинтов у нас тоже нет. До ближайшего врага оставалось не больше пяти метров, когда ярящийся перед моими руками ледяной вихрь родился, ударяя ураганным ветром и тысячами острейших ледяных осколков, прокладывая полосу заиндевевшего камня в метра три шириной и тридцать в длину, уничтожая всех попавших в него существ. Было их на удивление немного, большая часть ктонгов успела воспользоваться своими телепортами, исчезнув за мгновение до того, как в них ударила неистовая стихия. От запоздавших не осталось вообще ничего, всё-таки двадцатый — двадцать пятый уровень против почти двухсотого — это ни о чём. Меньше чем за мгновение пяток фигур превратились в ледяные скульптуры, которые тут же разнесло, оставив на камнях лишь несколько алых росчерков, засыпанных кристаллами замёрзший крови.

— Берегитесь сатиров, — пропищал у меня над ухом тонкий голосок Кэт, — они истинные порождения тьмы, наши вечные враги, и колдуют очень злобно.

Я только закатил глаза. Замечательный совет, только бы хотелось его услышать на пару минут раньше, но питомец Снегиря хоть магически и очень силён, однако не отличается великим умом. Информация действительно запоздала: пару секунд, что мы были заняты несущиеся на нас толпой, девушки-сатиры не простаивали, вновь сотворив злобное колдунство. Убитые нами ктонги вмиг превратились в угольно-чёрный туман, закручиваясь, разгоняясь и преобразуясь в небольшие чёрные торнадо, бросившиеся на нас, будто голодные хищники на жертву, окутывая смертельном саваном, высасывая из нас жизненные соки.

Внимание! На вас наложен дебаф: общая слабость. Жизненные показатели и основные характеристики −13 %.

Вслед за первым, на меня свалилось ещё три идентичных этому дебафов, снизивших все мои жизненные показатели больше, чем наполовину, и заставишь меня почувствовать будто мне на хребтину взвалили два мешка с цементом. Хорошо, что мне молотом махать не надо, а даже уполовиненного урона хватит, чтоб с одного каста убить любого ктонга, а вот на остальных это подействовало очень заметно. Не помню, когда в последний раз я видел, чтобы Снегирь промахнулся, а тут пожалуйста, две стрелы пролетели мимо машущей руками сатирши, а третья рассыпалась, ударившись в серый защитный кокон, окруживший этих непарнокопытных засранок.

Надеюсь, Резака это не остановит, тот исчез в инвизе и, судя по отметке на карте, сейчас извилистым зигзюгом приближается к ближайшей из них. Можно попробовать достать вторую, но та находится за пределами его действия, надо подобраться поближе хотя бы на десяток-другой шагов. Мелькнуло, и у меня перед лицом открылся минипортал, а оттуда вылетело кривоватое копьецо, воткнувшись мне точно кончик носа, появившееся оттуда хрупкое тельце тут же снесло здоровенной стрелой.

— Кажется, дождик собирается, — кивнул наверх Снегирь, выпуская сразу пяток стрел, две из которых даже попали в цель, а я, врубив огонь из рук, посмотрел туда, куда указывал наш рейнджер.

И, действительно, в метрах трёх, четырёх под нами начали собираться черные тучи, и чем больше мелких ктонгов мы убивали, тем быстрее испарялись их тела, быстрее наливались темнотой и мощью эти явно не простые тучи. Я оглянулся назад, на всякий случай ища пути отхода, но его не было. За эти недолгие минуты лес восстановился полностью, обступая нас со всех сторон непроходимой, ощетинившейся длинными шипами живой стеной.

— Ладно, — зло пробормотал я, — это не нас с вами тут заперли, это вас с нами тут заперли. Ник, прикрой меня, сейчас же.

Бестолково размахивающий кувалдой танк, так, по-моему, ни разу и не попавший ни по одной вертлявой цели, наконец, нашел применение своей неуемной силе и взялся за выполнение задачи со слегка дурным энтузиазмом. Неожиданно для всех, он подхватил меня, усаживая будто маленькую девчушку на сгиб руки, полностью прикрывая своим огромным щитом, из-за которого выглядывали только мои испуганные глаза и бросился вперед. Вокруг творился непередаваемый хаос, а у меня в голове крутилась только одна мысль: «Хорошо, что меня в обнимку с брутальным Странником сейчас дед Фрол не видит, после такого перед ним было лучше уже никогда не появляться…»

— Э-э, Странник, ты это… между нами это… ничего не может быть…

— Чего? Сдурел, что ли⁈ Делай чего хотел!

Делай чего хотел… легко сказать. А чего я хотел, собственно? Ах, да, хотел вдарить по одной из колдуний заклинанием, только вот до неё ещё далековато.

— Давай, вперёд! — скомандовал я, вытаскивая из-за щита руку и врубая поток пламени, хоть немного расчищая перед нами дорогу, которая буквально взбесившимся калейдоскопом озарялась вспышками сотен порталов, мельтешила неисчислимым количеством бледных, пузатых тел, выпущенных дротиков и стрел. В таком виде мы действительно стали напоминать настоящий танк или самоходную огнемётную систему, сильно бронированную и жутко опасную. Поток брошенных в нас копий и дротиков перевалил за все разумные пределы, но реального урона практически не нанес, лишь отзываясь в наших головах надоедливой дробью, будто кто-то не слишком умный с большой высоты сыпал сухой горох на дно пустой стальной кастрюли. Меня же с одной стороны надёжно прикрытого щитом, с другой здоровенным телом Странника почти не задевало, и я даже несколько проникся к такому способу переноски моей драгоценной персоны. А что? Тепло, сухо и комары не кусают, чего ещё надо для счастья?

Шаг, другой, третий, и вот одна из сатирш появилась, как цель для применения моего заклинания.

— Тпру-у-у, лошадка! — Тут же остановил я своего скакуна, — замри на три секунды.

Поудобнее устроив свою жопку на жёстком предплечье паладина, я начал каст метеоритного дождя.

Три секунды — дело недолгое, но за это время чёрные непроглядные тучи, низкие. Что до них можно дотянуться рукой и непроглядно-черные, как душа ростовщика, заволокли всё небо над этим каменным поселением. Тучи стали настолько густыми, что я даже не увидел вспышки портала, выпускающего на волю два десятка пламенеющих камней, зато увидел какое они произвели действие: я очень чётко представил себе охваченные огнём булыжники, падающие на этот непроглядный покров из туч, и тут же увидел, как они начали проминаться и провисать, будто батут на который прыгнуло сразу слишком много людей, но эта ткань волшебства прорвалась лишь в двух местах. Тучи нырнули к каменной платформе, разродившись двумя дымящимися булыжниками, которые прокатившись пару метров по плацу, исчезли, так и не нанеся никому вреда.

— Сюрпрайз, маза фака, — несколько растеряно пробормотал я, и приказал снова, — Ник ещё три секунды.

И опять начал формировать в руках заклинание, только в этот раз гномьей секиры, с удовольствием любуясь на преобразовавшееся заклинание. Щербатый стальной диск исчез, сменившись новым, отполированным до блеска и состоящим будто из четырёх обычных наверший секир, скреплённых в один смертоносный диск. Две секунды, диск раскрутился так, что все детали слились в один блестящий вихрь, и сорвался с рук, стремительно устремляясь к своей цели.

За миг до этого, Богиня жизни в лице своей маленькой подручной Кэт, вспомнила таки обо мне, сняв два дебафа из четырёх и навесив свой баф на усиление силы магии. Не знаю благодаря этому ли, или нам, наконец, повезло, но тонко свистящий диск пробил защитную сферу и врезался в хрупкое девичье тело, швыряя его на камни плаца.

Поздравляем! Колдунья-сатир уровень 220 уничтожен.

Вы сделали это первыми. Достижение групповое награда снижена.

Сопротивление магии тьмы +1 %.

сопротивление магии +1 %.

В тот же миг природа сошла с ума: повисшие над нами чернильные облака громыхнули, разрождаясь десятком мини молний, одна из которых угодила мне прямо в темечко, через мое тело снося Долу две трети хитпоинтов, а ещё через миг из них хлынул такой же чернильный дождь. Мир тут же превратился в сломанный стереовизор, где на чёрном фоне были видны лишь передвигающиеся дерганными рывками тёмно-серые силуэты.

Изменением визуального преображения мира дело не ограничилось: капли, попадая на кожу и одежду, расплывались чёрными пятнами, разъедая и тело, и одежду, снимая единицы жизненной силы, руша все мои показатели и не только это.

Внимание!

Потеряно: одна единица жизненной силы (176).

Умение: лидерство −1 на время воздействия иссушающего ливня.

Удача −1 на время действия иссушающего ливня.

Сила −1 на время…

Ловкость −1…

Уровень −1…

Сообщения об этом посыпались на нас с частотой падение капель, обрушившегося на нас ливня. Вот это нежданчик.

Пять минут под этим ливнем и нам надо будет возвращаться в деревню Любимово вновь охотится на зайцев и потрошить крошечных лавовых элементалей.

Странник, видимо, это тоже понял, сбросил меня со своей руки и прикрыл нас обоих сверху щитом, защищая от разрушающего дождя.

— Бро, что делать будем⁈

Хороший вопрос.

За секунду до того, как я отпустил на волю заклинание гномьей секиры, я отчётливо увидел, что Резак проявился уже внутри защитного кокона ближайшего к нам сатира, и даже увидел поток чёрной крови, хлестнувший из его рассечённого горла. То, что наш рога сможет обезвредить непарнокопытную девчулю, до конца я не сомневался, но осталось ещё минимум две противницы, находящихся от нас в сотне-другой метров, а как добраться до них в наступившем хаосе, я себе не представлял.

Ледяной Буран? Он частенько нас выручал в подобных ситуациях, в любом случае, всё равно больше ничего другого не остаётся, разве только что бежать вперёд, не видя куда и не зная зачем. Этот вариант мы оставим напоследок, на случай если не сработает основной план.

Я выхватил из сумки розовое зелье восстановление и влил в себя… Розовое? Странно всегда думал что-то красное, может это из-за освещения?

Внимание! Восстановлено 3675 единиц энергии духа.

Что за мать вашу? Выдохлось оно что ли? Должно же восстанавливать ровно пять тысяч единиц. Или это из-за долбанного дождя? Я глянул на свою одёжку. Так и есть десяти процентов прочности как не бывало. Вот это мы встряли. Залетели по полной. Видимо появляться перед дедом Фролом придётся не только с нулевым уровнем, но еще голышом.

Каст!

Я направил руки вверх и сорвавшиеся с них лёд и ураганный ветер вступили в противоборство с тучами и бьющими молниями, и победили.

Частично.

Осколки льда разрубили грозовые тучи, а ветер расшвырял их стороны, на несколько мгновений расчистив нам узкую тропу, ведущую вглубь поселения. Попавших под горячую руку ктонгов заморозило и разбросало неровными кусками по всему пути нашего следования, а много их тут. То ли у них заряды в амулетах закончились и они больше не смогли скрываться в своих порталах, то ли этот долбаный дождь на них так повлиял, то ли они просто не увидели несущейся на них опасности, но убраться с пути урагана они не успели, создавая впечатление будто в курятник на всём ходу въехал асфальтоукладчик, настолько много противников полегло с этого моего каста.

Всё это мы разглядывали на бегу, глядя как не слишком быстро, но неотвратимо тучи снова начинают сходиться в одну сплошную пелену, а разрушающие капли падают всё ближе и ближе к нам.

Восемь, девять, десять…

Время каста откатилось и вперёд покатилась ещё одна ураганная волна.

Еще один кровавый росчерк, быстро превращающийся в черный туман, подпитывающий чернильные тучи.

Еще один рывок, сопровождаемый нашим хриплым дыханием, еще один, в этот раз новый враг.

Туман, так и продолжающий покрывать весь плац в двух местах расступился, выпуская из своего каменного нутра пару стальных шаров, по пояс высотой, покрытых уже знакомыми горящими рунами.

Недолго думая, шары с шипением выплюнули по два заточенных стальных стержня, каждый с моё предплечье размером, которые с такой силой врезали по щиту Странника, что отбросили нас на метр назад, оставив на несокрушимой железяке ещё четыре внушительных вмятины. Сразу после этого шары покрылись ярко светящимися изломанными линиями, по которым тут же побежали трещины, и шары начали открываться, обнажая своё нутро. Оно, как и можно было предположить, было заполнено смертоносным металлом, очень быстро сложившимся в нечто напоминающее атакующего Скорпиона с внушительным жалом, клешнями, и не очень приятным дополнением в виде двух сдвоенных пневматических арбалетов, которые не мешкая, с интервалом в две секунды начали поливать нас увесистыми дротиками.

Вот и достойный противник нашему Страннику, а также конец нашего стремительного прорыва, и конец нашего пребывания в Древнем лесу. Если мы задержимся ещё на две минуты под этим дождём, там уже ничего не поможет.

Стоило мне так подумать, как пришёл очередной лог о смерти второго сатира, а чернильное окружение разродилась демоном, который буквально вылетел из смертельного ливня, прекрасный и ужасный в своей черноте, с эпично развивающимся за плечами плащом. Приземлился демон на одного из трансформировавшихся скорпионов, сходу всаживая в его стальное нутро пару устрашающих кинжалов. Внутри скорпиона сразу что-то заискрило, и тот начал извиваться и хлестать себя стальным жалом, стараясь сбросить с себя незваного седока.

Отлично, Резак вернулся.

— Ник, второй твой, — бросил я, — а я побежал.

Проскользнув меж двух громыхающих стальных туш, я скастовал ещё один буран, направляя его в сторону, где в последний раз видел нашего противника. Надо сделать всё как положено, без защиты Странника, у меня будет только один шанс справиться с врагом.

Я нёсся по расчищенному коридору, краем глаза наблюдая за серыми силуэтами ктонгов, мечущихся внутри дождя. Было незаметно, что тот влияет на них как-то неблагоприятно, но ориентироваться в пространстве он им точно не помогал. Иногда они нечаянно выбегали на расчищенное мной пространство, подслеповато щурясь на внезапно появившиеся солнце, и падали, рассечённые ударом моего топора, а я мчался дальше, туда, где заканчивался очищенное мной пространство и где в центре бушующий чёрной магии виднелся стройный силуэт с поднятыми к небесам тонкими руками.

Я её нашёл.

Остановился, с хрипом втянув в себя воздух и начал каст.

Ледяной буран, визжа и завывая, раздирая пространство и чужую магию понесся вперед, очищая от туч небо над ворожащей девушкой, оставляя её стоять в лучах солнца, прикрытой лишь серым коконом защитного поля, а я, не дожидаясь пока ураганный ветер стихнет, начал новый каст. Секунда, вторая, третья и небо над ней озарилась порталом в звёздные небеса, а вниз рухнул метеоритный дождь, ударами двух пламенеющих булыжников сминая хрупкий магический полог, и ещё парой превращая противника в ничто. Из клубка грохочущего огня вырвалось полотнище абсолютной черноты и извернувшись в воздухе врезалось мне в грудь.

— Ой, щекотно.

Я потер атакованное место и тут же получил лог:

В вас ударило посмертное уничтожающее заклинание. Весь урон перенаправлен на вашего питомца. Ваш питомец мертв. Повторный вызов питомца возможен через 1 час.

Миг и новое сообщение:

Внимание! Член вашего клана Снегирь погиб. Время возможного оживления 186 секунд.

Стоило хрупкой фигурке сгинуть в море звёздного огня, как смертоносный дождь начал резко редеть, тучи таять прямо на глазах, возвращая в этот мир голубое небо и сверкающее солнышко. Это происходило не везде, но над большей частью заброшенного поселения. А по тем остаткам, что продолжал извергать иссушающий ливень, можно было понять, где остался наш последний противник.

Внимание! Член вашего клана Резак погиб. Время возможного оживления 185 секунд.

Поздравляем! Двемерский стальной защитник уровень 150 уничтожен.

Воин расы мехоноидов.

Ранг сверхредкий.

Вы первыми в этом мире уничтожили Двемерский стальной защитник.

Награда за достижение:

+1 свободное очко характеристик.

Я обернулся туда, где недавно оставил своих соклановцев сражаться с металлическими скорпионами, и увидел неутешительную картину: уничтоженный и наполовину разобранный скорпион последним усилием пронзил тело нашего роги своим жалом и теперь застыл, подняв его высоко вверх, демонстрируя бессильно выгнутое тело Резака несправедливым небесам. Второй скорпион под ударами молота Странника опять трансформировался в шар, и теперь быстро превращался в кривоватую лепёшку. Чёрт, а где Флора? Только она может оживить Резака.

Я не успел додумать свою мысль и добежать до его тела, как увидел подбегающих с другой стороны платформы Снегиря с Флорой. Та уже подняла рейнджера и теперь бежала, чтобы помочь и Резаку. Я вскарабкался на стальную спину скорпиона, упёрся головой в поясницу роги, с мерзким хлюпаньем снимая его со стального жала, и падая с его телом под ноги подбегающей целительницы.

В ее руках тут же возник свиток воскрешения, и тело роги окуталась золотым сиянием. Страшная рана тут же начала затягиваться, а Резак выгнувшись захрипел, закашлялся и открыл глаза.

Отлично: все живы, вроде прорвались. Осталось только уговорить последнюю девчушку не шалить и все будет нормально, тем более что остатки воинства ктонгов разбежалось куда глаза глядят.

У нас, правда, совсем без потерь не обошлось: трети шкалы хитпоинтов как не бывало, примерно на столько же рухнули основные и дополнительные характеристики, вполовину снизились некоторые умения и навыки, как и шкала энергии духа, но на оставшегося противника и этого должно хватить за глаза, а как перестанет хлестать чёртов дождь, надеюсь, всё это вернётся, ну кроме прочки вещей, которые за это время потеряли её не меньше четверти. С этим придётся смириться и этому, в свою очередь, весьма поможет то, что сейчас я сверну шейку одной симпатичной бараноголовой девице. Я бы гораздо охотнее познакомился с ней поближе, но ее неоправданная агрессия сводила возможность этого на нет.

Мы, блаженно щурясь пару минут понежились в лучах излечивающих заклинаний и сфер регенераций, готовились к финальной схватке. Резак за это время обшарил остатки скорпионов и кроме различных оживляющих их кристаллов энергии, поднялся с одного из них интересную хреновину. Трубка из тяжёлого рыжеватого металла, которая с помощью пары браслетов могла крепится на предплечье, и стреляла толстыми стальными дротиками, которые самопроизвольно зарождались внутри неё каждые тридцать секунд. Относилось это устройство не к огнестрельному оружию, а к редкой категории пневматических арбалетов, и вполне себе село на предплечье Резака, у которого владение арбалетами было прокачено довольно высоко. Оно не мешало пользоваться обычным арбалетом, но в критической ситуации могло послужить дополнительным оружием.

Шмальнув из него в ближайшую нефтяную вышку, Резак оказался весьма удовлетворён как точностью, так и дальностью, и величиной потенциального урона своего нового приобретения. Довольно ухмыльнувшись, он махнул нам рукой, призывая следовать за ним. Мы шли, крутя во все стороны головами, наконец, получив возможность разглядеть окружающие без того, чтобы у нас беспрестанно кто-нибудь не тыкал копьями, или не пытался высушить физически и ментально, заодно лишив последних штанов. Платформа была очень впечатляющих размеров, квадратная, метров триста на триста минимум, мне даже страшно было представить сколько времени и труда ушло на то, чтобы в этот дремучий лес доставить эти огромные каменные глыбы и сложить из них тут эту махину. Внутренний голос, конечно, подсказывал, что на это понадобилось пара минут и мегаватт энергии, питающий искусственный интеллект, прописавший все это, но, находясь внутри игры, ты очень быстро забывал о том, что эта реальность виртуальная и начинал воспринимать всё это, как настоящее и здесь строителям подобного чуда нужно было ставить минимум нерукотворный памятник. Одной платформой всё не обошлось: в одном из углов этой ровной площадки возвышались развалины какого-то внушительного строения сложенного, пусть из менее грандиозных блоков, но тоже очень впечатляющих. А ещё эти вышки… Конечно, никакую нефть они не качали, для чего-то другого было их предназначение и, судя по первой сцене, увиденной нами здесь, они были как-то связаны с механическими существами, одно из которых встретило нас в лесу. Большая же башня, минимум втрое превышающая все остальные, для меня вообще оставалась загадкой. Ладно сейчас разберёмся с последней колдуньей и займёмся вдумчивым изучением всего, что здесь есть. Предчувствие какой-то великой загадки у меня не появилось, но и без этого было очень интересно разгадать, что это и для чего было когда-то построено. От моих раздумий меня отвлёк Снегирь, похлопавший меня по плечу тыльной стороной ладони, и указывая ей же куда-то вперёд. Я глянул в указанном направлении и не радостно скривился. Оказалось, что ктонги сбежали не куда глаза глядят, а вполне целенаправленно умотали в развалины строения, и сейчас выволакивали на свет Божий его обитателя.

Глава 6

Сначала я подумал, что они волокут в нашу сторону гору малоаппетитного жёлто-серого студня, так сильно колыхалась вся эта масса. Потом я вспомнил слизней, на которых охотились мы и которые охотились на нас в Пустошах. Один из них стал моим первым подарком Лапочке, который отправил её на тот свет. Но по мере приближения стали видны детали: уродливая голова с парой десятков вторых подбородков, расплывшаяся бесформенная груда тела, уродливые руки со свисающими с них мешками жира, скрещенные ноги, практически скрытые складками свисшего живота. Это груда покачивающегося сала возвышалась над платформой метра на два, а если бы она смогла подняться на ноги, то явно вплотную приблизилась бы к трём метрам. Две его здоровенные руки вцепились в посох, ещё больше сминающий его и так дряблый живот и больше напоминающий вырванное с корнем дерево, чем обычный посох. Вся эта красота покоилась на деревянной платформе, снабжённой множеством мелких и на удивление скрипучих колёс. Сотня-другая ктонгов, оставшаяся в живых в последней схватке, обильно обливаясь потом волокла эту платформу в нашу сторону. Скорость продвижения их была такова, что будь у нас путь к отступлению, мы бы успели пообедать, вздремнуть после еды и спокойно уйти в закат, помахав им на прощание ручкой, но стена леса была настолько плотной, что протиснуться меж частокола стволов, густо обвитых поросших шипами лианами, не было никакой возможности. Тут даже рождённый для таких мест Мохноног останавливался перед этой стеной, разглядывая ее с некоторым недоумением в зелёных, выпущенных глазках.

Так что придётся принимать бой, а там за спиной этого жирдяя ещё маячит фигурка последней сатирши, скрытая пеленой смертоносного дождя.

— Рез, как думаешь сможешь справиться с последней бабой, пока мы тут с этим толстячком развлекаемся?

— Не уверен, — задумчиво протянул рога, — когда я танцевал с первой, был почти целым, и то половину эликсиров восстановления слил, а сейчас мои силы чуть ли не в половину срезали, могу и не потянуть. К тому же, после воскрешения, у меня еще час будет только половина хитпоинтов, а их и так дождем серьезно порезало. Может, просто все вместе обойдём стороной этого уродца, его вон в час по чайной ложке сюда тащат, быстренько добьём девчулю и уже тогда к этому вернёмся. Заодно и статы свои себе вернём.

— Идея хорошая, — согласился с ним я, — вот только у меня такое чувство, что нам не дадут обойти эту гору сала стороной.

И всё же мы попытались. Мысль была здравая и в случае её удачной реализации наши шансы сильно бы повысились. Но не тут-то было. Стоило нам сместиться в бок, как грозовая тучка, повисшая над последней колдуньей, передвинулась в противоположную сторону, прячась за тушу местного босса, да и он, несмотря на всю свою комплекцию и кажущуюся медлительность, что-то невнятно буркнул, махнув своим посохом, и по пути нашего следования в одну из вышек влепилась такая молния, что смогла бы испепелить нас всех, вместе с питомцами, если бы они все к этому времени уже и так не умерли или не были высланы ожидать вызова, туда… куда здесь отсылают всех петов, но я за все это время так и не узнал куда именно. Посох в его руках, конечно, не призрачно намекал на то, что он колдун, но зачем же так уж сразу жеж… Хорошо, что всякие высокие железяки притягивают к себе электричество, а то бы нам несдобровать. Надо и впредь держаться к ним поближе, глядишь целее будем.

— Так охота на девчушку отменяется, все мочим жирдяя. Вопросы, предложения, рекомендации?

Никто ничего мне не ответил, Странник просто пару раз крест-накрест махнул кувалдой, а Снегирь вытащил из колчана толстенную бронебойную стрелу и не целясь выпустил её в небеса. Та, оставляя за собой симпатичный поблескивающий фиолетовый след описала красивую дугу, на излёте попала прямо в лоб сидящему великану. Вернее, должна была попасть, но тот одним неспешным взмахом посоха отбил ее в сторону.

— Сломал, козлина, — зло буркнул Снегирь, а ведь одна такая полтинник золотом стоит.

Мы все дружно посмотрели на него.

— А что вы хотели: черное дерево, мифриловый наконечник и перья из гузки феникса, к тому же все зачаровано на пробитие магических полей.

— Ладно, растратчик кланового имущества, потом с тобой разберемся, а сейчас начинаем.

Что начинаем, и, как, я не представлял, но главное уверенность в голосе, а что делать и так каждый знает или не знает, но втянется по ходу пьесы.

Не смотря на кучу всего произошедшего, гномья секира у меня еще не откатилась, поэтому начал с простого, забацав метеоритный дождь. Пока я красиво и величественно стоял, с поднятыми руками, кастуя кастованный каст, уродец широко взмахнул своей палкой-копалкой, осыпая свое пыхтящее воинство симпатичными блестками, после чего пузатеньких ктонгов начало не по-детски ломать и скручивать, как наркотов при самой жестком отходняке. Длилось это не долго, со звуком лопающихся воздушных шариков их крошечные души стали покидать маленькие тела, встряхиваться, будто выбравшиеся из воды собачонки и, подняв повыше призрачные копьеца, понеслись на нас. Тела отставать от них не стали, глянули на нас побелевшими глазами и покачивающимися рядами последовали вслед за призраками.

Он что, из живых существ призраков и зомби сделал? Просто замечательно, всяческая нежить — это моё любимое блюдо. Первое полученное здесь где-то тысячу лет назад заклинание Святого луча, прошло все стадии развития, недавно превратившись в Священный гнев, который не только лупил по обширным площадям, но и одновременно возводил вокруг меня сферу защиты, попадая в которую любая нечисть получала урон в четверо больше, чем от самого заклинания. Так что…

— План прежний, — оповестил всех я, — на мне мелочь, на вас босс.

В голубом небе полыхнуло, открывая портал в чёрную бездну, наполненную звёздам огнём, и на голову босса и его окружения рухнули небесные камни. Ещё одно, в этот раз круговое движение гигантского посоха над головой, оставляющего за собой ярко-рыжие полосы, будто в ночи кто-то быстро закрутил только что вытащенную из огня палку, только здесь полосы никуда не исчезли, а застыли переливающимися огненными узорами, образуя огненную крышу, в которую и врезались накастованные мной камни. Половина из них взорвалась, оставляя на щите тёмные пятна, осыпая пространство тысячами осколков и заливая потоками бурлящего огня. Ещё часть, будто в замедленной съёмке пробила щит и, медленно-медленно проходя сквозь него, таяла, будто куски рафинада, упавшего в горячий чай, осыпаясь на головы противостоящий нам армии безвредным пеплом. Однако пару булыжников хоть и затормозились, лишившись своей пламенеющей ауры, со всей дури приложились по плечу и голове колдуна-великана, заставив его пойти волнами, будто настоящий кусок холодца.

Холодцу это не понравилось, и он кастанул нечто, накрывшее всю площадь поселения и махом срезавшее у меня четверть хитпоинтов. Волна тьмы ударила в грудь, оставив внутри неё чувство опустошения, а на губах привкус крови.

Ладно, разминка закончена, пора приступать к делу.

Я бросился вперёд вслед за Странником, кастуя Священную ярость на наступающего противника. Заклинание, ударяя с небес, высвечивало сразу десяток-другой призраков и зомби, производя на них просто-таки сокрушительное воздействие. Призраки начинали вопить дурными голосами, истаивая и возносясь к небесам световыми столбами, а зомбаков наоборот начинало корёжить, их плоть под яростным светом сползала сначала с черепа, отваливаясь дымящимися смердящими кусками, обнажая жёлтые кости и падая на плечи, но в следующий миг та начинала сползать и оттуда, а из глаз начинали бить фонтанчики из вскипевших мозгов. Затем и кости начинали растворяться и все это падало на камни бессильной грудой.

А Священная ярость уже загоралась всё в новых и новых местах, прокладывая нам путь к горе сала, с не свойственной такой туше грациозностью продолжающей вертеть своим посохом, то отбивая летящие в него стрелы, то кастуя очередное заклинание.

Последним из них оказалось заклинание противоположное файерболу.

Маг скомкал из пространства чёрный шар больше метров в диаметре, пускающий во все стороны такие же антрацитово-чёрные языки пламени, и запустил им в нас. Странник успел поставить один из своих защитных щитов, который от удара странного фаейрбола осыпался серым пеплом, а тот, не снижая хода, влепился уже в обычный стальной щит, отбросив нашего танка на шаг назад и тоже осыпался, забирая с собой не меньше трети толщины щита. Я такое видел в первый раз и, если увижу ещё раз-другой, то от легендарного щита Странника ничего не останется, а добыть такие очень непросто. Я сделал вид, что пытаюсь помочь ему подняться, продолжая кастовать священную ярость, очищая площадь от мелких ктонгов, которых, судя по всему, в этом мире никто не любит. Их, то используют как сакральные жертвы, то просто превращают в армию зомби. Один я, по доброте душевной дарю им быструю честную смерть. Прям добряк. С другой стороны, никто и не говорил, что жить будет легко, а они первые начали.

Я поднял руку для очередного каста, но маны оказалось на донышке, и я, пользуясь тем, что защитная сфера будет висеть на мне еще целую минуту, выхватил топор и бросился в рукопашную. Не добежал ни до кого. Стоило защитной сфере коснуться своим краем слабосильного призрака, как тот исчезал во вспышке света, а зомби таяли с такой скоростью, что пока я добегал до них, пытаясь сокрушить своим богатырским ударом, они уже расплывались смердящей лужей неаппетитной бурлящей жижи. Ну и ладно, можно и так. Я побежал вокруг беснующегося колдуна, расчищая дорогу Страннику, а потом… А потом не помню. Резкая, всёпоглощающая боль в рёбрах и темнота.

Внимание! Игроком Флора на вас наложено среднее лечение.

Внимание! Игроков Флора на вас наложено сфера регенерации.

Я попытался глубоко вдохнуть, но почувствовал, что мне в лёгкие вонзаются десятки кинжалов догадался, что это плохая идея. Мог бы догадаться и раньше: значок тяжёлого перелома и сильного кровотечения явно говорили, что мне не то, что дышать, мне и думать надо потише.

— Васенька лежи, лежи, — донесся до меня голос Флоры, — тебя этот урод своим посохом достал, у тебя два ребра наружу вышло, не знаю, как только не помер. Я как смогла дебафы уменьшила, но без Кэт тебя быстро не вылечить.

Я с трудом разлепил глаза, и повернул голову на шум сражения. Пока я валялся в отключке, вокруг не осталась практически ни одного ктонга, а наш танк вовсю махался с боссом. Тот в рукопашной оказался не хуже, чем в магии, успевая атаковать и отбивать атаки Странника, отводить в сторону большую часть летевших в него стрел и колдовать, швыряя в бегающего Резака то фаейрболы тьмы, то материализуя и меча в него стальные лезвия, а то и разрождался очередной супермолнией. Они всё так же били по вышкам, около которых носился Резак, видимо тоже сообразивший, что это неплохие громоотводы. Странник тоже сменил молот на секиру, вовремя осознав, что колотить молотом по куску студня, пытаясь его таким образом убить, также малоперспективно, как хлопая какую-нибудь девушку ладошкой по ягодице. Визга много, а толку чуть-чуть. Смена оружия уже дала свои плоды: на гигантском теле была видна пара кровавых росчерков, впрочем, и Странник от ударов гигантского посоха тоже выглядел достаточно помятым, хотя его латный доспех не каждым паровым молотом можно смять. И я ошибся. Встав на ноги Босс остался почти такого же роста, как и в сидячем положении, настолько кривые и короткие были они были, но пока они довольно резво его носили по камням поселения и жаловаться на их эстетическое несовершенство было грешно. Чернильная туча и спрятавшаяся внутри неё девушка сатир пока не приближалась, но чувствую, что это ненадолго. Пора подниматься и начинать заниматься делом, хотя сокланы сняли с него уже треть хитпоинтов, и ждать, что всё так и дальше будет двигаться ровно, гладко, у нас не было никаких оснований.

— Фло, помоги мне встать, — я протянул целительнице руку и тут же скривился: хотя в игре болевые ощущения были снижены на девяносто процентов, но когда сломанные рёбра прорывают мышцы и выходят наружу, то и оставшихся десяти процентов достаточно, чтобы не чувствовать себя слишком счастливым.

— Давай туда, — я указал на ближайшие развалины, где можно было укрыться среди камней.

Наложенной сферы регенерации не хватало чтобы компенсировать непрекращающиеся кровотечение, пришлось чтобы не отвлекать Флору выпить бутылёк с восстанавливающим эликсиром, которых у меня осталось не больше дюжины. Это приличное количество, если пользоваться ими иногда, но в интенсивном бою слишком не налечишься, и не только из-за того, что они стоят немалых денег, но и потому, что если принимать их чаще чем раз в пять минут, то каждый последующий пузырек будет отлечивать на десять процентов меньше здоровья, чем предыдущий. В итоге, если глотать их один за другим, то десятый пузырёк вместо положенных пяти тысяч единиц энергии жизни, отлечит всего пятьсот, а одиннадцатый вообще не окажет никакого эффекта. На лекаря это правило не распространялось, но с ним другие трудности: постоянно надо следить, чтобы их не вынесли мобы или другие игроки, ведь поднять лекаря может только другой лекарь.

Впрочем, у него, особенно если это девушка, есть и другие плюсы, особенно для меня.

Я, хрипя как загнанная лошадь, спрятался за развалинами стены, до которых Флора всё-таки смогла меня тащить, и не давая себе времени на передышку, похлопал ладонью по каменному блоку рядом с собой.

— Фло, иди сюда, присядь.

— Что, зачем?

— Ну ты же ещё недавно хотела со мной хорошенько поздороваться, так что юбку слегка приподними и присаживайся.

— Что? — Как заведённая повторила девушка.

Пришлось отвлечься от разворачивающегося рядом действа, поцеловать девушку в лобик и слегка нажав на плечи, усадить рядом с собой.

— Резак, вон, уже лежит в отключке, громоотвод не помог, уродец задел-таки его. Не знаю сколько продержится Странник со Снегирём, и мне нужна вся моя мощь. Вот только своим телом я даже пошевелить не могу, так что здороваться придётся руками.

— Что?

Ладно попробуем по-другому. Я наклонился, целуя её в губы и запуская руку и под юбку. Как обычно там меня встретили влажно и приветливо. Я не стал тянуть резину в долгий ящик, запустил внутрь пару пальцев, пытаясь нащупать там заветный бугорок. Судя по тому, как девушка закусила губу и вцепилась мне в руку, мне это удалось. Большим пальцем работая снаружи, двумя поддержал его изнутри, плавно двигая ими, пока ко мне не пришло долгожданное сообщение.

Богиня жизни с интересом наблюдает за вами.

Полная свобода на поле боя и безразличие к возможной скорой смерти, делает разум мага особо восприимчивым к магическим потокам этого мира.

Задействован навык: «Безрассудный».

+ 25 % к урону за каждые 2 минуты близости.

+ 50 % шанс нанести непредвиденный урон по противнику рандомной магией, силой от 10 до 200 % от обычной атаки.

Я поцеловал свою юную женушку еще раз и, не забывая двигать рукой, выглянул из-за прикрывающей нас стенки.

Вовремя. Помятый как старое ведро Странник отвел щитом удар мага, в ответ рубанул так, что вскрыл пузо от паха до отвисшей груди. Крови, как ни странно, было не много, из раны просто пополз жир, но здоровье его сразу рухнуло ниже половины, активировав одну из его абилок.

В первый раз за весь бой босс завопил, вызывая себе помощников. На вопль явилась пара чудом не убитых ктонгов, которых Странник просто затоптал, даже не заметив и пара тварей похожих на скорпионов. Они выкатились из тех же дыр, что и первая пара.

Я их взял на себя. Они как раз успели трансформироваться из шаров в стальных чудовищ, когда на них рухнул метеоритный дождь, превращая их в две груды раскаленного металла.

Поздравляем! Двемерский Стальной Защитник уровень 150 (2шт) повержен.

Флора тихо пискнула и шире разводя ноги подвинулась ко мне, плавно задвигав бедрами.

Сработал навык: «Безрассудный».

+ 25 % к урону магией.

— Не торопись, до конца еще далеко.

— Не… не знаю… это как пойдет…

Как пойдет… хорошо пойдет, как обычно.

Флора непроизвольно выгнулась, подтверждая мои последние мысли, а я опять выглянул из-за стенки, разглядывая вновь изменившуюся картину. Жирный колдун за пять минут превратившийся в ёжика от стрел Снегиря выразил свое недовольство происходящим, наслав на него нечто похожее на огненных червей или гусениц, каждая с руку взрослого человека размером, которые довольно бодро ползали по его телу, прожигая на нем и на его одежде обгорелые дыры. Странник еще держался, довольно бодро снижая здоровье противника. Я сменил Снегиря, помогая ему в этом благом деле. С моей руки сорвалось огромное ледяное копье, окруженное непонятной ярко голубой спиралью. Я весь скривился от пронзившей тело отдачи, но все равно досмотрел его полет до конца, желая узнать, что это за заклинание.

Внимание! Вы нанесли Кранку, верховному шаману ктонгов 5600 урона, большим ледяным копьем.

Внимание! Дополнительный урон Кранку, верховному шаману ктонгов 9400 урона (156 % от основной), спиралью света.

Спираль света какая-то… судя по всему, базовый урон у нее, как и у копья, но на темного шамана подействовала очень впечатляюще: грудь, куда она ударила вспыхнула и буквально началась плавиться, истекая горящим жиром.

Здоровье бедолаги опять рухнуло вниз, уходя далеко в оранжевую зону, и он опять заверещал, активизирую очередную свою абилку. В этот раз мы, наконец, узнали для чего нужны окружающие нас вышки. Конечно, никакую нефть они не качали, а оказывается, представляли из себя что-то наподобие гигантских качелей.

Качель, в которую при нашем появлении здесь ктонги вкатили здоровенный стальной диск, со скрипом начала раскачиваться, очень быстро увеличивая амплитуду стальных стержней с зажатым внутри диском, пока не начала совершать полные обороты раскручиваясь всё быстрее и быстрее. Две секунды, три, и стальные зажимы разошлись в стороны, выпуская разогнанный до сумасшедшей скорости диск на волю. Он, выбив из камня сноп искр, умчался по жёлобу, по которому мы сюда забирались, с невероятной силой врубился в заросли леса, снося их под корень и уносясь в голубую даль, проделывая за собой уже знакомую нам просеку, точно такую по которой бы сюда пришли.

Все оставшиеся на платформе зрители, кроме Флоры, которая в этот момент была слегка занята, проследили за ним, кто с некоторым удовлетворением как я, надеясь, что это хреновина сюда не вернётся, кто с некоторым недоумением, как шаман ктонгов, который, очевидно, надеялся на некоторую помощь призванного в помощники существа. Надеюсь, этого не случится этот диск становится где-нибудь в паре километров отсюда, воткнувшись в дерево, которое было бы ему не по шипам.

Навык: «Безрассудный» перешёл на новый такт:

+ 50 % к урону за каждые 2 минуты близости.

+ 75 % шанс нанести непредвиденный урон по противнику рандомной магией, силой от 10 до 200 % от обычной атаки.

Судя по виду Флоры и ощущения в правой руке, сильно долго она не продержится, поэтому я не стал тянуть резину, и запустил следующее копье, когда и Странник, и шаман ещё провожали улетевший диск задумчивым взглядом, но воткнувшееся в жирное брюхо копьё вернуло их к реальности, и наш танк, окутавшись очередным защитным куполом, которым пользовался когда у него больше ничего уже не оставалось, опять вступил в бой, стараясь как можно быстрее довести дело до конца. А я, послав ещё пару-тройку копий, наконец, дождался ещё одного сообщения о повышении навыка до семидесяти пяти процентов и до ста на дополнительный урон.

— О, Боже, да! Господи, только не останавливайся! — Простонала Флора, роняя свой жезл, с помощью которого всё это время умудрялась отлечивать Странника, и начала обоими руками мять свою грудь, поддалась ещё вперёд, заставляя меня входить всё глубже и глубже.

Понятно, времени осталось совсем немного.

В следующие десять секунд я почувствовал себя настоящим фокусником, одной рукой продолжая ласкать Флору, второй начал вскрывать приготовленные заранее пузырьки с усиливающими эликсирами, заглатывая их один за другим, одновременно с этим набирая послание Страннику.

Броневой Страннику

Ник на счёт три…

Дописать я не успел. Я хотел чтобы по моей команде он убрался, как можно дальше от разбушевавшегося шамана, но они всё сделали и без моей просьбы: древовидный посох шамана оставляя за собой алый росчерк, разбил в прах защитную сферу нашего танка и врезал по нему с такой силой, что его отнесло в сторону минимум метров на двадцать, ударив головой о основание одной из качелей.

— Ладно, можно и так… — злобно пробормотал я, под всё усиливающиеся стоны Фло, начиная каст метеоритного дождя.

В этот момент покачивающийся будто подзаборный алкаш шаман повернулся в мою сторону, но было уже поздновато: портал открылся и из него вниз рухнула груда бурлящих огнём камней, а среди них такой яркий, что на него было больно смотреть, вниз обрушился то ли гигантский Феникс, то ли наша версия жар-птицы, а я, не дожидаясь когда они все обрушатся на его голову, тут же начал новый каст. А обрушились они знатно: шаман, как и в первый раз успел махнуть своим посохом, создавая над головой огненную крышу, но в этот раз она была гораздо бледнее, а моё заклинание, напротив, так и бурлило энергией. Камни прошивали защитную руну, будто её и не было, взрываясь и выкашивая всё вокруг раскаленными осколками, затапливая всё потоками бушующего огня. Шаман выпрямился, завопив раненным мамонтом, и тут с моих рук сорвалось очередное заклинание. Бешено гудящий диск в миг преодолел разделяющее нас расстояние со смачным чавком вошел куда-то между седьмым и восьмым подбородком шамана, моментально обрывая его вопль.

Мгновение тикало за мгновением, а он продолжал стоять до тех пор, пока его голова не съехала с плеч, падая в продолжающий бурлить огонь.

Глава 7

Поздравляем! Вы уничтожили Кранка, Верховного шамана ктонгов, босса места. Уровень 250.

Ранг уникальный.

Вы первыми сделали это.

Достижение групповое, награда слегка снижена.

Награда за достижение:

Свободные очки основных и вторичных характеристик +3.

Свободные очки навыков и умений +1.

Флора глубоко выдохнула и расслабленно откинулась назад. Я звонко чмокнул ее в лобик:

— Ты, молодец, очень всем помогла.

— Всегда пожалуйста, — сладко потянувшись произнесла она, — заходите еще. Почаще.

Лапочка Броневому

Бро, такое чувство, что кто-то сделал твою куклу Вуду и постоянно ее накуривает.

Хорошо, что вы не в прямом эфире были. Ладно, так и быть, последние минуты вырежу, оставлю себе на память в коллекцию, на широкие народные массы не будем выливать то, как ты своими шаловливыми ручонками воюешь.

PS. Заезжай как-нибудь, я тоже так хочу.

— Тьфу ты, — с досады сплюнул я, — такой финал изгадила… Стрим, стрим… когда тут про него вспоминать? Ну и ладно, все равно красиво получилось. Жаль Снегирь с Резаком не дожили до финала, и поднять их не успели. Ладно, амулет телепортации есть, оживут можно будет их вернуть.

Я вышел из-за стеночки, оглядывая поле боя: чернильный дождь до этого занимавший добрую пятую часть поселения, теперь уменьшился до небольшого пяточка, внутри которого была отчётливо видна понурая фигурка девушки-сатира, и к ней уже направлялся Странник, где-то нашедший потерянный во время полёта молот. Я было хотел остановить его, но опоздал: молот, вдруг вспыхнувший ярким светом, прочертил внутри чернильного дождя алый росчерк, закончившийся на голове сатирши, рухнувшей после этого словно подрубленное дерево, а Странник исчез ещё в одной вспышке, и нам пришло сообщение о гибели нашего соклановца, и сообщение об отмене всех дебафов наложенных чертовым дождем. Я сразу почувствовал себя лучше и даже ребра стали болеть меньше.

А если запущенный в дебри Древнего леса диск не вернётся обратно, то тогда вообще всё будет хорошо.

Я, опираясь на руку Флоры, добрел до груды плоти, в которую превратился павший шаман. Без головы и весь растёкшийся от небесного жара, его остатки мало чем напоминали остатки живого существа и от мысли что мне надо прикоснуться к ним, меня даже слегка подташнивало, но собрать лут было необходимо и пришлось пойти на это.

Поздравляем! Вы развеяли Кранка, Верховного шамана ктонгов, босса места.

Получено: магический жезл Главного Шамана народа ктонгов.

Хранитель энергии духа.

Энергия духа +5000.

Сила энергии духа +20.

Сила заклинаний +35 %.

Встроено 24 заклинания трёх направлений.

Возможен выбор направления. Заклинание активируется рандомно из этого отдела заклинаний.

Это что-то интересненькое, первый раз вижу такое описание. Судя по нему, я не могу выбрать конкретное заклинание, встроенное в него, но могу, например, выбрать защитное заклинание, и посох сам, по своей воле, решит, какова будет эта защита. Если честно, идиотизм какой-то, возможно мне нужно будет защита от физического урона, а мне выпадет защита от магии света, как это мне поможет в конкретном случае?

Ладно хоть из трёхметровой дубины, посох превратился в полутораметровую палку, на которую не так удобно опираться при ходьбе, но хоть какой-то толк от неё. Впрочем, остальные показатели у него очень хороши и если не надеяться на встроенные в неё заклинания, то можно просто таскать как источник магии и мощный усилитель заклинаний.

Ладно, что там есть ещё? Денег, как ни странно, не было вообще, вместо них нам выпало ожерелье из красивых разноцветных ракушек и небольшой мешочек с драгоценными камнями, преимущественно с не крупными рубинами. Это неплохо, рубины пользуются спросом, их часто вставляют в оружие для усиления урона или предания ему дополнительного урона огнём. Тем более они были уже огранены, и не надо было за этим лететь к деду Фролу, выслушивая очередную лекцию о моей нетрадиционной сексуальной ориентации. Кроме посоха и камней из шамана выпал приличный ремень. Хоть он и выглядел, как обычная верёвка с навязанными на ней узелками, но вмещал в себя стандартное количество пузырьков с эликсирами, и главное позволял цеплять к себе дополнительную сумку, а это свойство было крайне редким и ценилось игроками весьма высоко. О хламиде же выпавший с него, не могу сказать ничего хорошего: начать с того, что после нашей с ним разборки она потеряла почти всю прочность, до статов далеко не соответствующих боссу двухсот пятидесятого уровня. Впрочем, жаловаться грех, гешефт с него вышел и так неплохой, учитывая то, что он мог сопротивляться нам лишь из-за того, что до этого сильно постарались чародейки, чуть ли не вдвое снизившие все наши показатели, а так бы я вынес его в одиночку с десятка кастов, если бы, конечно, раньше не помер от ответной молнии.

Звонко стуча костяным посохом по камням, мы добрели до одной из сложивших головы чародеек, и тут меня ждал настоящий сюрприз, выпал из неё всего один предмет, но этот предмет был изучаемым свитком того самого иссушающего дождя. Не знаю насколько одобрит его применение Богиня жизни, младшим жрецом которой я был, и кого мне придётся приносить в жертву ради его активации, но продавать я его точно не буду, оставлю в свою коллекцию, глядишь когда-нибудь и пригодится. Не знаю, что выпало из первой и второй сатирши, развеянных Резаком и Странникам, однако с четвёртой опять получился сюрприз: оказалось, что сокрушительный удар нашего танка не убил её, а просто отправил в глубокий нокдаун. Я поскрёб щетину, не зная, как поступить, затем поднял с земли небольшой шест, с помощью которого она колдовала и полез на аукцион. Я не знал, что точно ищу, но на мой невнятный запрос внезапно пришёл вполне конкретный ответ. Стоил этот ответ невменяемых двести золотых, но я, подумав ещё минуту, одобрил покупку и уже через миг вытаскивал из сумки серьёзные на вид кандалы. Когда-то подобное я таскал с собой постоянно, но эти отличались от тех, что я нашёл в деревне Любимово, мощным зачарованием, не дающим пленённому возможности колдовать.

Я, ещё раз скривившись от боли в хрустнувших рёбрах, подтащил бесчувственное тело к одной из качелей, прицепив её к ним кандалами. Как очнётся поговорим с ней и, надеюсь, её ответ будет стоить потраченных на это денег.

Дальнейшее походило на прогулку тех пар, где она юна и прекрасна, а он кряхтит, скрипит, стучит свои клюшкой и потрясает огромным, отвисшим до самых колен кошельком. В развалины, ожидая моего излечения и возвращения Дола, мы не спустились, не спеша обошли всю платформу, рассматривая качели и идущие от них желоба, ведущие на все стороны света, добрались до основной вышки. Конструкция её была гораздо сложнее, функциональное применение же у неё не должно было отличаться от остальных, только, судя по шарнирам внизу, она могла крутиться в любую сторону, а так всё отличие было только в размерах. Захотев посмотреть на окружающий нас лес с вершины этой конструкции, я сменил божественную цепь на амулет телепортации ктонгов, тут же попав в какой-то другой мир, где окружающее пространство ушло на второй план, а в воздухе и на предметах появилось множество пятен-отметок, куда я могу телепортироваться. Я выбрал максимально дальнюю перекладину на вышке, активировав амулет. Моментальный перенос, взмах руками, чтобы зацепиться за конструкцию и вот я в пяти метрах над землёй.

Отлично, повторим.

На четвёртом прыжке, зацепиться я не успел, с коротким воплем рухнув вниз, но последний положенный мне перенос метнул меня опять вверх, где я судорожно ухватился за очередную балку, оказавшись в метрах в двадцати над землёй. Остальной путь пришлось проделать обычным способом, хорошо хоть во время моих прыжков категория перелома снизилась, и рёбра перестали тереться друг о друга изломанными краями.

Вид, открывшийся с самый верхотуры, был прекрасен: бескрайнее море зелени с возвышающимися над ними кронами лесных гигантов, и узкая поблескивающая полоса речной глади вдали.

Спуск прошёл ещё изнурительнее, чем подъём, и стоило мне оказаться на земле, как я объявил обеденный перерыв.

Залез на аукцион и, уже по давно протоптанной дорожке, направился в раздел высокой кухни от МарьИваны из клана Дятлов. В очередной раз охренел от тамошних цен и, ровно в такой же раз, не смог себе отказать попробовать очередной шедевр. Если так и продолжится дальше, то я очень скоро верну этим Дятлам все, что получил от них за продажу замка…

Фло сказала, что не очень голодна, поэтому, зная её, заказал двухлитровый тазик салата с креветками, а себе большую кабанью рульку, тушёную в черносливе. Не знаю от какого мутанта её отрезали, но рулька оказалась в полпуда весом, что меня в данной ситуации вполне устраивало, так как я был голодный, как волк. Все эти кровотечения и зарастающие переломы, как всегда, разжигали зверский аппетит, так что шмат ароматного мяса настолько мягкого и сочного, прямо сползающего с кости оказался как нельзя кстати. А после первого же укуса переживания о его цене вылетели из моей головы навсегда. Очнулся я только от двоякой мысли, что сейчас лопну, и что ни за что не оставлю блюдо не вылизанным.

Лапочка Броневому.

Я, конечно, люблю парней с хорошим аппетитом, но сейчас это выглядело, как будто дикарь сожрал живую антилопу, за которой гонялся три последних дня. Хотела на днях тебя познакомить с интересными людьми, но увидев, как ты ешь, поняла, что в культурное общество тебе ещё рановато.

Облизав пальцы и злобно выматерившись, я отключил долбаный стрим, и сыто рыгнул.

Красота! Вот это жизнь, теперь бы ещё вздремнуть полчасика… Чувствуя, как мои глаза сами по себе закрываются, примостил свою голову на бедра Флоры и тут же рухнул в непроглядный сон.

Темнота быстро сменилась вездесущий зеленью, а тишина ревом разнообразных существ и перестуком шанцевого инструмента. Я вытер пот со лба и огляделся: лес, лес, лес, кругом один чёртов лес. Бесконечный, дикий, непроходимый. Впрочем, последнее утверждение не совсем верно, сейчас как раз мы его и проходим.

Впереди группа горных троллей, невероятно сильных и неутомимых, вооружённых гигантскими мачете, вырубают, крошат и дробят стоящую перед ними стену леса. А он настолько плотный, что невозможно отбросить в сторону вырубленные кусты и деревья, и их приходится оттаскивать назад по прокладываемой дороге. Жара, духота, и бесконечная работа, замедлили их движения, но они всё ещё идут вперёд. За ними, в тени непроницаемого полога ползут зубаны: редкие твари из гномьих пещер. Несмотря на свой размер и массивность, они прокладывают в голом камне настоящие лабиринты из ходов, переходов, кладовых и оранжерей, где зубаны выращивают грибы и жирующих на них слизней, которыми и питаются. Здесь им досталось работка не легче: выдирать, выкорчёвывать оставшиеся пни, убирать корни на глубину в мой рост, но и это не сильно помогает от восстановления леса, поэтому вслед за ними обозы тащат бочки с ядом, которым пропитывают очищенную землю. Идущие следом чародеи убивают всё, что осталось после яда, и ещё на бурлящую, исходящую ядовитым паром землю тут же кладутся многотонные каменные блоки, с помощью северных мамонтов доставленных из земель гномов. И вся эта процессия окружена нами: охраной и целителями. Без нас тут не обойтись: будто дождь на нас сыплются отравленные стрелы и дротики, посылаемые руками местных мелких аборигенов. Радует одно, что те слабы и не слишком сведущи в изготовлении ядов, так что их атаки больше раздражают, чем причиняют реального ущерба.

Столько усилий, золота и интриг, семь лет тщательной подготовки, и всё ради чего? Мираж, фантазия, недосягаемая мечта…

— Бродриг, не спи, прорыв!

Я очнулся от своих мыслей, крутя во все стороны головой. Действительно, прорыв, и в этот раз достаточно крупный: минимум пятьдесят бледнокожих существ, которым надоело пускать дротики и метать стрелы из лесной чащобы, вооружившись своими смешными копьями бросились врукопашную. Это они зря, несмотря на всё, их было даже немного жалко. Словно лемминги с северных полей, собирающихся в огромные стаи и бросающиеся с высоких утёсов в море, местные обитатели бросались в свои безнадёжные атаки и находили здесь свою смерть, хотя нам не было до них никакого дела и навредить их домам мы никак не могли. Нам нужна была лишь тропа, дорога к мечте нашего правителя… Я привычно взмахнул секирой, и под ноги ко мне упало рассеченное надвое тело. Ещё взмах, ещё одна скалящаяся голова покатилась в кусты. Взмах, смерть, взмах смерть…

Ещё один удар — ещё одна беззвучная смерть.

Вопль. Рёв, треск ломаемых деревьев, а вот это что-то новенькое.

Краем глаза заметил движение, резко обернулся, ошарашено уставившись на оживший вокруг нас лес. Деревья гнулись и шатались с такой силой, будто хотели вырвать свои корни из земли и наброситься на нас, но вместо этого расступились в стороны, пропуская несущихся на нас чудовищ.

Будто порождения из самых глубин ада, гигантские твари с множеством извивающихся щупалец, каждое из которых, будто отвратительная змея, было увенчано истекающей ядом пастью.

Погонщики троллей тут же взвыли, направляя их на новый объект, те несмотря на то, что были крайне тупы, и то на миг опешили, явно не ожидая встретить здесь кого-то крупнее себя. Но их погонщики были хороши и уже через миг гигантские тесаки взлетели в воздух, навстречу метнувшимся к ним щупальцам.

Обезглавленные щупальца полетели во все стороны, разбрызгивая капли шипящего яда, но гораздо большая их часть впилась в тела троллей и охранников. Рядом страшно захрипел Орлей, наш десятник, когда метнувшееся вперёд щупальце впилась ему зубами в горло и потянуло на себя. Превозмогая охватившую меня жуть, я подскочил к нему, двумя ударами секиры отрубая конец щупальца, а затем схватился за десятника, отшвыривая его назад за спину:

— Лекаря! Лекаря десятнику, живо!

Подставил под удар следующего щупальца щит и сам отлетел на шаг назад, такой силы был удар. Встряхнулся, как вылезшая из воды собака и бросился вперёд, ударяя точно по метнувшейся в мою сторону пасти, разрубая и её, и часть щупальца, брызнувшее во все стороны лимонно-жёлтым соком. В ответ я получил жестокий укус в плечо, и доспех едва спас меня от лишения конечности. Я отлетел в сторону поглощенный охватившей меня раздирающей болью, теперь наблюдая за происходящим в качестве зрителя.

Сбоку раздался ещё ни разу не слышимый мной вопль ужаса пещерного тролля, всего обвитого десятками щупалец, которые нещадно тащили его сразу к двум захомутавшим его существам, которые явно вознамерились им отобедать. Их грудь, похожая на мешок, извивающийся червей, распахнулась от шеи до паха, явно собираюсь втянуть в себя сладостную добычу. Второй монстр не уступал первому, раскрылся точно так же, в свою очередь подтаскивая тролля к себе. Тот пуще прежнего заверещал, побледнел от ужаса, каким-то чудом вырвал лапу с прикреплённым к ней тесаком из могучих объятий обвивших ее щупалец и врезал изо всех сил по ближайшему чудовищу. Ужас и предчувствие необратимого предали ему сил недоступных в обычное время даже этому могучему существу. С мерзким хлюпаньем голова монстра отделилась от плеч, упав на землю, и это стало роковой ошибкой. Лишившись соперника, второй монстр легко подтащил тролля к себе, всасывая его внутрь своего тела.

Увидев такое, ещё трое троллей бросились на этого монстра и как заведённые начали рубить ему щупальца, кромсать тело, отсекать ноги. Завалили его на землю, своими огромными клинками вскрывая его тело будто рыбину, но всё напрасно, за те несколько мгновений, что их товарищ провёл в чреве чудовища, от него остался лишь окровавленный скелет, забитый ещё подёргивающимися потрохами. Даже вожак троллей вздрогнул от такого и, пронзив судорожно дергающееся сердце товарища своим клинком, взревел, призывая всех к мести. Тут, наконец, подтянулись чародеи, и оставшиеся в живых твари были заморожены и изрублены в фарш. Схватка краткая, но разрушительная, буквально за три минуты мы потеряли двоих троллей и два десятка воинов убитыми и раненными, и это было только начало.

В этот раз лес по-настоящему ожил.

Не успел ещё лекарь добраться до меня, чтобы облегчить отравление от укуса твари, как всё началось по новой: сначала я подумал, что это бред, полученный от раны и гуляющему по крови яду, к сожалению, это оказалось реальностью. Ломая густой подлесок, на дорогу вывалилось три оживших десятиметровых дерева, мощных будто баобабы из южных саванн, и тут же начали втаптывать всех подряд в жёсткую землю. Первым хрустнул предводитель троллей, смятый будто детская игрушка под ногой капризного малыша и каждый их последующий шаг стоил нам одной или нескольких жизней. И эти шаги с каждой секундой приближались ко мне. Миг и меня накрыла их смертоносная тень. Топот копыт, рокот властного голоса, оглушительный грохот ударившей с чистых небес невероятной молнии. Громкий треск и нависшее надо мной дерево, осыпая меня горой щепы развалилось на две части. В два других врезались прародители всех файерболов, в мгновение ока охвативших ожившие деревья бушующим пламенем. Еще одно заклинание и в них ударило воздушной волной, отбрасывая пылающие кострища вглубь леса. Еще миг и мое тело окатила мягкая волна излечения. Рана на глазах начала затягиваться, а плавящий жилы яд исчез.

— А-ах…

Скорченное тело расправилось, в легкие хлынул сладостный воздух. Но расслабляться мне долго не дали, кто-то схватил за грудки, вздергивая на ноги.

Дьявол, на меня уставились холодные глаза самого герцога Сов, главы всего нашего отряда.

— Солдат, ваш десятник погиб, сменишь его, посмотрим, как ты справишься с этой ролью. Собери своих людей, обеспечь охрану.

— Погиб? Я же успел отрубить эти… щупальца. А как же лекари?

— Не успели, теперь ты десятник, ты понял приказ?

— Да, господин, все будет выполнено. Я бросился вперёд, поднимая с земли излеченных герцогом бойцов своего десятка и слушая, как тот, перейдя на рокочущий язык горных троллей, отдаёт им приказ продолжать работать. В ответ те пробовали возразить, но герцог только тихо рявкнул:

— Мы почти у места, всё как было сказано в писании: хранители и ожившие деревья защищают вход в пещеры Познания. Работаете усердно и я удвою норму пива на вечернем привале.

Троллей осталась всего половина, но как всем известно, за пиво тролли готовы горы свернуть и уже через минуту мы начали двигаться дальше и с практически не снизившийся скоростью. В этот раз герцог остался рядом и за последующие полчаса дважды самолично помогал отбивать атаки взбесившегося леса.

И мы были вознаграждены за свои усилия: лес расступился не в силах прорасти на скальном уступе, сгнившим зубом, торчащим из земли.

— Мы дошли, расчищайте лес вокруг, возводите защитный периметр, охрана готовьтесь к отражению атаки леса.

Я устало прикрыл глаза, меняя бесконечную вездесущую зелень на такую приятную темноту.

— Бро, Бро вставай, вечер уже скоро.

Я сладко зевнул и открыл глаза, уставившись на обеспокоенную Флору.

— Василий вставай, мне уже пора уходить из игры, и это… кажется там эта рогатая твоя очнулась.

Глава 8

— Что? Возвращаться? А да, твой режим… Конечно, возвращайся, поспи, а я подтянусь чуть-чуть попозже, рассмотрю тут все ещё раз.

Флора чмокнула меня в губы и улыбнувшись начала таять, выходя в реал.

Операция по пересадке сердца прошла очень успешно, но врачи рекомендовали проводить какое-то время в реале и главное спать там, не напрягая организм лишними перегрузками. Касание её рук стало эфемерным, а затем совсем исчезло, как и её аватар, будто Чеширский кот оставивший на миг лишь её улыбку.

— Ничего себе, — я глянул на садящееся солнце и на пяток мигающих конвертов в почте, — вот это я храпанул, вон парни уже всю дверь своими грязными ручонками обстучали.

Я залез на почту, быстро пробегая сообщение глазами.

В первых сообщениях, естественно, спрашивали куда я пропал, а дальше пошёл конструктив. Парни возродились у нас в замке и спрашивали, что если я не собираюсь их перетаскивать обратно, не буду ли я против если они займутся нашим новым жилищем, начав с того, что пошлют приглашение на поступление в клан первым девяти десяткам игроков, наиболее отличившихся в проведённом нами ивенте. Так и не дождавшись от меня ответа, Резак, как ответственный за набор новых членов клана, принял самостоятельное решение, и уже через полчаса в замок начали прибывать первые игроки, которые могли позволить себе оплатить телепорт до него. На данный момент уже вовсю шла его реставрация, было решено нанять в ближайшем городе пяток рабочих, и поднять уровень замка до второго уровня.

Для этого нужны были материалы и охрана, так как в течении целых суток нужно было не подпускать к нему никого на расстояние полёта стрелы, но так как замок находится в самой глухомании, то шанс на то, что удастся его защитить от атак других кланов или просто прохожего, которому вздумается сбросить весь прогресс строительства, пульнув в замок дешёвым файерболом, был весьма неплох. Я отписался, одобрив все их действия, спросив: не хотят ли они сами вернуться сюда и продолжить наш поход.

Снегирь Броневому

Вечереет. Давай уже завтра. Тут дел много: надо со всеми договора заключить, задачи раздать, проследить чтобы люди друг с другом сработались. Забейся там в какую-нибудь щель, да выходи из игры, завтра нас туда перекинешь.

Договорились, тогда отбой.

— Заныкайся и выходи, — я ещё раз задумчиво поскрёб щетину, — хорошо сказать, выходи.

На самом деле несмотря на то, что я в игре уже не первую неделю, выходить самостоятельно я из неё ещё не пробовал, меня всегда вытаскивали техники, следящие за аппаратурой, которую я тестировал. Думаю это не сложно: если ты не находишься в бою, то за десять секунд твое тело тает, не оставляя здесь и следа, вот только возвращаешься ты в это же самое место, а если за это время местные мобы респнутся, то я рискую вернуться в игру, в самом центре разъярённый толпы, после чего отправлюсь к остальным парням в наш новый замок. Поэтому, на самом деле, надо будет заныкаться где-то перед выходом, так, чтобы по возвращении меня никто здесь не заметил, но в любом случае, прежде чем уходить, надо поговорить с очнувшейся чародейкой.

— Поговорить, поговорить… — залез в сумку в поисках какой-нибудь острой железяки, ничего не нашёл и уже было вытащил свой боевой топор, как в самом дальнем и пыльным закутке сумки нашёл кинжал, когда-то в давние времена честно сворованный мной у кузнеца из Любимово. Кровавое Жало, название-то какое, для обычной железки с уроном в тридцать единиц, впрочем, железяка симпатичная и острая, а это главное. Проигрывая кинжалом, я вышел из-за развалин, уставившись на пленную.

Та, как и сказала Флора, уже очнулась и уже встала на ноги, надо сказать на очень длинные и стройные ноги, жаль, что они заканчиваются копытцами, а так хоть на обложку модного журнала выставляй. Короткая туника тоже скрывала немного, а зелёные глаза, казалось, пронзали насквозь.

— Вечер добрый, привет. Ты как, понимаешь наш язык?

Девушка склонила голову, с интересом посмотрев на меня:

— Даже не знаю, ты же ещё ничего связного не сказал.

— Отлично, значит понимаешь, расскажи мне немного о себе и об этом месте, — я неопределённо помахал кинжалом вокруг, — и главное о пещерах Познания, находящихся где-то в этих местах.

В этот раз во взгляде девушки промелькнуло удивление, впрочем, быстро сменившееся полным безразличием:

— Зачем мне тебе что-то рассказывать? Мне-то что с того будет?

— Я бы задал вопрос слегка по-другому, — и демонстративно поигрывая кинжалом подошёл к ней ближе, — я бы спросил, что мне с того не будет, — и приложив лезвие плашмя к её плечу провёл им пару раз туда-сюда по удивительно бархатной коже.

— Ты хочешь пытать тёмную? — с удивлением подняла та брови, — или надеешься на жалкое заклинание подчинения, вложенное в эту игрушку каким-то неумёхой?

Честно говоря, про вложенное в кинжал зачарование подчинения, я даже не вспомнил, поэтому делая безразличный вид произнес:

— Нет, просто если тебе нечего мне рассказать, то ты мне больше не нужна и отправишься на тот свет.

— Тёмная мать давно ждёт меня в свои благословенные объятия, нет ничего глупее, чем угрожать мне смертью.

Такой ответ завёл меня в некоторых тупик, естественно, никого пытать я не собирался, да и убивать пленного… опыта, конечно, за них давали не мало, да и может выпасть что-нибудь интересное, но я не для того её пленил, чтобы теперь размазывать по камням плаца метеоритным дождём.

— Так что ты хочешь за информацию об этом месте? Хочешь, чтобы я тебя освободил?

— Твои цепи не могут удержать меня против моей воли, так что тебе придётся предложить что-нибудь другое взамен на мою помощь.

Это заявление окончательно выбило меня из колеи, я почувствовал себя по-идиотски, будто это я стою прикованным к железяке кандалами, а она диктует мне условия моего освобождения, но так и не смог найти способ выбраться из этой колеи и саркастически ухмыльнувшись спросил опять:

— Что тогда? Золото, драгоценные камни, цветные ракушки?

— Ракушки Кассиопеи — это интересно, — зазвенев цепями она подалась вперёд, чуть не боднув меня своими рожками, — но сейчас меня интересует нечто другое.

Она продвинулась ещё ближе и склонившись к моей шее, широко раздувая ноздри, глубоко втянула воздух. Идиотский вопрос о том, что не хочет ли она меня сожрать, я задать не успел, она уже продолжила говорить сама:

— Пахнет мужчиной, настоящим… а у меня так давно не было настоящего мужика. Эти надоедливые ктонги, мелкие и нетерпеливые, как стайка обезьянок, а их шаман… — сатирша вся скривилась от отвращения, — даже если бы чего и смог… В общем, мое условия такое, сможешь меня порадовать, расскажу интересное, и чем больше постараешься, тем больше интересного узнаешь.

— И ты тоже туда, рогатая?

— Ну, если тебе мои рожки мешают, то можно так, — девушка взмахнула головой, растрепав волосы и рога исчезли, медленно растаяли будто их и не было, а туника сползла к ногам закрывая копытца.

Я с подозрением глянул на кандалы: или продавший их мне соврал, или это было сейчас не колдовство, а трансформация, в любом случае связываться с ней себе дороже, видел я как они спокойно из ктонгов жизнь высасывали и в чёрную магию превращали, пошла она лесом.

— Так, всё, это уже зашло слишком далеко, посидишь тут пол денёчка без еды и воды, а завтра поговорим, а я пошел, меня дома ждет красавица жена.

Залезать в неисследованные развалины строений я не решился, поэтому крутнулся на каблуках и пошёл к краю платформы. Если спуститься по ступеням прямо к лесу, то сверху меня не увидит никто, и возродившись завтра, я не окажусь сразу в перекрестье сотен злобных глаз, вот только жаль, что рыжая стерва ничего не рассказала, чую, она знает немало.

В спину мне ударил ехидный смешок.

Дешёвый развод, неужели она думает, что я на это поведусь? Я только крепче сжал зубы и ускорил шаг.

Внимание! Вы действительно хотите покинуть игру?

Вы не находитесь в бою, выход будет произведен через:

10… 9… 8…

Сумрак сменился полночной темнотой, освещенный лишь тускло светящимися плинтусами, по ним я добрался до душа и кровати, где тихо посапывая, видела уже десятый сон Фло. Примостился рядом, тут же падая в непробудный сон.

Темнота опять сменилась вездесущей зеленью и благословенной серостью обработанного камня. Найденная скала и обнаруженные в ней пещеры были очищены от окружающего их леса, корни убраны, земля вытравлена ядом и заклинаниями, и устлана мощными каменными блоками в три слоя. Вместе с обозом прибыла группа боевых троллей и ещё сотня стражей, помогающая нам отбивать атаки взбесившегося леса в то время, как герцог Сов и пять придворных чародеев готовились к спуску в пещеры, и схватке с её обитателями.

Атаки следовали одна за другой, но пока состояли в основном из отрядов ктонгов и чародеек из рода сатиров. Наши маги легко справлялись с сатиршами, а мы с отрядами ктонгов. Долго это не продлится — это понимали и мы, и наши предводители, которые перед самым спуском в пещеры предупредили всех, что в ближайшие часы напор и ярость местных обитателей только увеличатся.

Мы знали, нас предупредили, но мы не ожидали того, что произойдёт, стоит исследовательской группе скрыться в пещерах.

Казалось, весь лес, весь мир ожил и ринулся на нас в едином порыве, с единым желанием убить нас. Ожили даже деревья, кусты и лианы. Те неожиданно обзавелись длинными острыми шипами и скользили по камням, подобно змеям, они тянулись всё дальше и дальше, извивались и сплетались, бросались вперёд, обвивая ноги страже, стараясь утащить нас в свою смертоносную глубину. Я, благодаря амулету десятника, избежал первых двух нападений: усыпанные шипами лозы бессильно соскользнули с окружившего меня магического поля. Моим подчинённым повезло меньше, двое из них были захомутаны будто дикие жеребцы, и уже ползли в сторону наступающего леса и нам с большим трудом удалось перерубить жёсткие стебли и освободить их, хотя они всё равно временно выбыли из строя, настолько глубокие раны были нанесены хищными шипами и никакие доспехи не могли защитить от них.

Нам очень повезло, что рабочие успели возвести вокруг пещер защитную площадку и нам было куда отойти, чтобы, по крайней мере, перестать подвергаться нападению оживших лиан. Мы сократили защитный периметр, уплотнили наши ряды, выставив впереди боевых троллей, плотной цепью встали за ними, защищая наш самый ценный ресурс: магов и чародеев. Хотя в ближнем бою в людской империи с боевым троллем не мог сравниться никто, разве что дракон, но, когда дело касалось нанесения массового урона и дистанционных атак, им не было равных. Объединив свои усилия, они начали контратаку, первым делом залив всё свободное пространство ядовитым туманом, в котором тут же начинали скукоживаться, скручиваться и лопаться усыпанные шипами лианы, а затем они, взмахнув руками, возвели по всему периметру огненную стену, взметнувшуюся в небеса на добрых два десятка локтей. На какое-то время атака местных в ней захлебнулась, но стоило разведывательной группе спуститься в пещеры, как всё началось по новой. И теперь в атаку пошло действительно всё, начиная с уже виденных нами чудовищ с десятками щупалец и оживших деревьев, до массивных животных, напоминающих смесь бойцовой собаки и носорога. Ожившие деревья проламывались сквозь огненную стену, вспыхивая будто пучки соломы, делали два-три шага облепленными землёй корнями и бессильно падали, рассыпаясь золой и пеплом, но пробивали дорогу остальным, так как появляющиеся бреши в стене зарастали не мгновенно. В них врывались воины ктонгов верхом на кабанах-секачах, проносились сквозь ядовитый туман, вступая в бой с охраной. Многие не успевали сделать больше двух-трех ударов, падая сражённые меткой стрелой, от удара топора, или буквально разваливались на части разъеденные смертоносной магией. Схожие с носорогами монстры, каждый в сотню пудов весом падали рассечённые надвое под невероятными ударами боевых троллей, однако с каждым прошедшим мгновением мы проигрывали всё больше. Лес напирал со всех сторон, всё усиливая и усиливая своё давление. Огненная стена быстро превратилась в решето, а ядовитый туман в отдельные клочки зеленоватой взвеси. А поток монстров и чудовищ всё нарастал и нарастал. Где они все до этого жили в этих непролазных чащах не ясно, но сейчас все они были здесь. Я едва увернулся от несущегося на меня ревущего носорога-мутанта, с ужасом увидев, как он врезается в одного из стражей, превращая того в кровавую кашу, и тут же сам падает со снесённой головой, отрубленной отходящим назад троллем. Не прошло и часу, как наш строй поредел втрое, и очень скоро мы уже бились, прислонившись спиной к скалам, а всё пространство оглашалось рыком, рёвом животных и воплями раздираемых заживо охранников, чародеев и даже троллей. Последнего схватили своими щупальцами сразу трое чудовищ. Один упал с разрубленной напополам головой, но остальных двое напряглись, вырывая из массивного тела ноги и руки, заливая всё вокруг чёрной кровью. Мне пока ещё везло, я зарубил троих всадников на кабанах, и даже уперев древко секиры в скалу, смог удачно встретить несущегося на меня носорога, правда после этого древко разлетелась на щепки, а туша носорога с ушедшим на всю глубину в грудь лезвием пролетела мимо меня, врезавшись в скалу, но это был конец. Нас осталось десятеро, пятеро, трое… Кое-как поднявшись с камней, куда меня отбросило тушей носорога, полными глазами ужаса я искал выход, пока не понял, что смотрю прямо на вход в пещеру. Перебирая руками и ногами, обдирая их до крови о камни, я бросился к нему, когда она, будто оживший великан, вздохнула глубоко и протяжно, а затем выдохнула, наполнив воздух клубами золотой пыли, будто кто-то разом вскрыл сотню мешков с золотыми блёстками и подул на них гигантскими мехами. В один миг всё замерло: звуки, движения и даже, казалось, само время, а затем из пещеры, до которой мне осталось буквально три шага, показались точно такие же золотые щупальца, тонкие и извивающиеся. Я замер на месте, как и всё меня окружающее, но щупалец это ограничение не касалось, они нащупали мои ноги, обвили грудь и одним рывком утащили в черноту провала.

— Твою мать! Я сел в кровати, не понимая, где нахожусь, затем увидел мирно сопящую Флору, медленно выдохнул. Приснится же такое. Тихо, чтобы не разбудить спящую, добрался до кухни, налил себе кофе, и с большой кружкой вывалился на веранду.

Несмотря на ранний час, там уже сидел Снегирь и, судя по пустому кофейнику, сидел уже не первый час. Заметив меня, он взмахнул свои волосатой лапой и продолжил записывать что-то допотопной ручкой в древнем блокноте. Я бы меньше удивился, если бы он что-нибудь вычерчивал черкалом по глиняной табличке, однако виду не подал, зная, что некоторым так лучше думается. Я плюхнулся напротив, отсалютовав чашкой в виде приветствия.

— Ну что, как там дела в нашем новом доме?

— А? А в замке-то? Да неплохо…

Снегирь на пару секунд задумался, а затем продолжил:

— А ты знал, что когда рабочие доведут наш замок до второго ранга, то начнётся трехдневный отсчет, по окончании которого местоположение нашего замка станет известно всем кланам нашего мира?

Этот вопрос застал меня немного врасплох, и я удивлённо поднял брови:

— Нет, не знал.

— Вот и я до сегодняшнего утра не знал, — покачал головой Снегирь, — с прежним замком у нас таких проблем не было, о нём все знали, но добраться не могли, здесь же совсем другая история. Подавляющее большинство кланов ищут себе второй и третий замки — это лимит на один клан, но и его почти никто не достиг, так что попробовать нас на зуб захотят многие, тем более у нас не так и мало врагов здесь, которые обязательно захотят, даже если не захватить его, то навсегда остановить его развитие. Не знаю зачем разрабы сделали такую фишку, что стоит хоть кому-нибудь метнуть стрелу в твои крепостные ворота, как развития замка не просто прекращается, а возвращается к достигнутому уже рангу. Как развивать их в таком случае вообще непонятно.

— Как как, — пожал я плечами, — деньгами, как же ещё? Буст строительства, временные защитные поля, армии арендованных неписей, не подпускающих агрессоров к замку, да мало ли что там ещё? Плати и будешь в шоколаде, а ты представляешь сколько всё это стоит? Это же не благотворительная организация, здесь настоящие развлечения только для больших, серьезных мальчиков.

— Ты прав, хозяева Мира Жизни деньги делать умеют, мы хоть мальчики не самые отсталые, но с большими организациями нам не тягаться, так что я вижу только два выхода, три дня уделить исключительно на строительство и развитие замка, тогда достигнув пятого ранга, мы сможем приобрести защитное поле, денег на это у нас хватит с лихвой, и засадить замок под купол, или держать там две трети наших соклановцев, которые постоянно будут его защищать.

— Купол первого уровня не поможет, — поскреб я трехдневную щетину, — пока мы неделю валялись на солнышке, в игре появилась достаточное количество игроков, которая могут единоразово наносить больше десяти тысяч урона и таким перцам не составит труда поломать и купол, и восстановленные стены, а если постоянно держать две трети клана в защите, то очень скоро соклановцы начнут разбегаться. Здесь мало у кого интереса сидеть в четырёх стенах, охраняя избушку на курьих ножках, сюда люди за фаном идут, за приключениями. Впрочем, у нас есть ещё два варианта, сейчас же метнуться в игру и отменить постройку замка до второго ранга, пока и избушкой обойдёмся. И вариант второй, как я уже говорил, найти замок, который будет защищать полегче.

— Отменить постройку не получится, вернее получится, но это ничего не даст, процесс запущен и через три дня о нём узнают все, а насчёт другого замка я согласен, только это дело не быстрое и запасная база не помешает.

— Согласен, тем более, то место, куда мы вчера пошли, меня очень заинтересовало, и в ближайшее время я бы хотел заняться разгадкой его загадок. Так что пока не будем думать об остальном, за три дня доведем замок до пятого ранга, чтобы было легче защищаться, а там посмотрим. В миллион должны уложиться, а это приемлемая сумма.

— Ишь ты, миллион приемлемая сумма, тебе раньше лет пять надо было работать, если не больше, но ты не прав, уложимся в гораздо меньшую сумму. На первых порах туда вкладывать надо в основном дерево и камень, а всего этого рядом с замком предостаточно, там у нас бригада крафтеров уже этим плотно занимается, так что деньги в основном пойдут только рабочим.

— А вот это отличная новость, никогда не думал, что так приятно и выгодно иметь своих крепостных.

— Да, в большом клане есть и свои плюсы. Если что, там есть три приличные боевые пятёрки, можно будет привлечь их для прохождения в лесу. Как там, кстати, всё прошло?

— Нам тоже интересно, — к столу подошли Резак со Странником, плюхаясь на соседние кресла, — как там все прошло?

— С другими пятёрками пока повременим, люди непроверенные не хочу давать им доступ к этой локации, сами пока там всё посмотрим. Я побеседовал со взятой в плен сатиршей, и кое-что узнал об этом месте. С самого основания людской империи эти места привлекали сильных мира сего одной древней легендой. Легендой о вместилище силы, которому нет равного на этой земле, и получить её может любой, достойный этой силы.

Долгое время легенды оставались легендами, пока лет пятьсот назад тогдашнему правителю торговцы из далёких земель не принесли древний манускрипт, в котором в письменном виде с разноцветными картинками подтверждалась это легенда. Правитель, чьего имени мы скорее всего никогда не узнаем, загорелся идеей получить эту силу в свои загребущие ручки. Надо сказать, был он человеком терпеливым и разумным. Он заключил союз с гномами, договорился с горными троллями, собрал большое войско и огромную материальную базу, прежде чем приступить к делу. Первым пунктом назначения, куда ему нужно было добраться и где можно было узнать больше об искомом, была пещера Познания. Та платформа, которую мы вчера нашли, находится прямо над ними, а развалины строений скрывают скальный выступ и сами пещеры от чужих глаз. Там я не был, но по словам чародейки при попытке проникнуть туда погибла правая рука императора и его надёжный друг, который командовал всей этой операцией. Вообще, там выжил единственный человек, по имени Бродриг, он вышел из пещеры усилившимся и наполненный знаниями. Обитателям леса было велено не трогать его, и тот смог вернуться к своему императору. По прошествии двух зим он вернулся, как главный советник новой правой руки императора. Они вступили в схватку с обитателями леса и смогли одержать временную победу. Приволокли разработанные гномами механизмы, которые установили на платформе, и десятки странных механических существ, произведённых когда-то в древние времена предтечами гномов. С помощью их они пробивали тропы в непроходимом лесу, пока не добрались до реки, где построили множество плотов, после чего отправились вниз по течению, и в этих местах их больше уже никто не видел. Вслед за этим отрядом пришёл новый, во главе уже с самим императором, они проделали тот же путь, и исчезли также как и первый отряд. На этом всё дело заглохло, местные обитатели обжили новые развалины, лес практически разрушил не разрушаемую дорогу, однако память о злобных покорителях, убивающий лес и его жителей осталась, как и заповедь убивать всякого, кто посмеет нарушить границы Древнего леса. Поэтому нас и встретили так не сладко. Кстати, если бы мы не ломанулись по расчищенной тропе, то вполне спокойно могли бы добраться по одной из тех дорог, что мы нашли в лесу. Это как раз и была дорога, которую сделали пятьсот лет назад вместе с платформой, она подходит к ней с другой стороны, в том месте, где находятся развалины и пещеры познания.

— Неслабый рассказ, — оценил Резак, — чародейка оказалась болтливой.

— Кстати, — спросил Странник, — не знаешь почему она не атаковала, когда мы бились с шаманом? Мы еле выстояли если бы она вмешалась, нам бы была хана.

— Она подпитывала своей энергией Шамана и накладывала на него защитные заклинания, а когда мы его добили, от отката чуть не упала в обморок, поэтому ты до неё так легко добрался.

— Швырнуть смертельное заклинание — это ей не помешало, недовольно буркнул Странник, — впрочем чёрт с ней, её рассказ того стоил.

— Ага, — в этот раз уже буркнул я, — знал бы ты, как и какими способами мне пришлось выталкивать из неё эти подробности, впрочем, это уже к делу не относится. Раз мы все уже встали, может перекусим, да посмотрим, что там в этих пещерах Познания интересного рассказывают?

Глава 9

Вспышка. Вход.

Я болезненно поморгал глазами, выгоняя из них солнечных зайчиков, злобно напрыгнувших на меня из-за кромки леса, откуда сейчас поднималась местное светило. Слава богам, это было единственное нападение, и никто злобно рычащий и скалящий слюнявую пасть на меня больше не накинулся. Я быстро огляделся, но здесь на кромке леса и каменной платформе никого не было. Впрочем, как и обещала чародейка-сатир вчерашней ночью. По её словам, мы уничтожили всех в ближайшей округе, и новые защитники здесь появятся не раньше, чем через неделю. Это может измениться, если мы вздумаем лезть в пещеры Познания, чего она нам категорически не советовала делать. Я было уже поднялся на ноги, чтобы проверить наличие или отсутствие агрессивных существ, но тут же плюхнулся на пятую точку, в единый миг оказавшись не в этом месте и не в это время, хотя последнее утверждать не берусь.

Бесконечный лес сменившись на виды Императорского дворца, показываемого с высоты птичьего полёта. Неведомый птиц неспешно наворачивал круги над этим величественным комплексом зданий, показывая суетящихся рабочих, восстанавливающих стены и окна зданий, и разрушенные укрепления, пострадавшие при нашей последней атаке с помощью тварей пустошей, последователей Древних богов, и воинов Небесной Орды. Продолжалась это недолго и взгляд неведомого наблюдателя переместился к императорскому саду, который также подвергся немалому опустошению. Отгороженный участок с капищем забытых богов лишился части ограды в том месте, куда я бросил волшебный боб. Во время вторжения, когда он начал расти, он снес и часть ограды и несколько деревьев, произрастающих там, подняв в этом месте землю на дыбы. Затем, как и обычно, росток рассыпался невесомый золой, но разрушения после него никуда не делись, однако это было не главное. Неведомый наблюдатель резко спикировал вниз, захлопав крылами взгромоздился на уцелевший участок ограды, вглядываясь вглубь капища, где под искривлёнными изломанными ивами торчали покосившиеся, заросшие от времени лишайником рунические камни. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем в самом центре каменных кругов началось движение. Покрытая мхом земля вспухла, поднялась горбом, а затем лопнула, выпускаю наружу росток дерева. Почки на его верхушке раскрылись, выпуская два сочно-зелёных листа, которые зашевелились будто живые, устремляясь вверх, протягивая себя будто ладошки к солнцу. На этом всё не успокоилось, росток быстро стал увеличиваться, вытягиваясь вверх и в ширину, выпуская новые ветки, порождая новые гроздья листьев, устремляясь всё дальше вверх, наполняясь энергией и начиная светиться. Капище закряхтело, застонало, заворочалось, а затем над ним разнёсся такой горестный вой, будто древний вампир-патриарх уселся на осиновый кол, вбитый в его трон шутниками паладинами, после чего начал рассыпаться пылью, теряя тысячелетиями сохраняемые остатки души.

И вой этот только усиливался и становился с каждой секундой всё страшнее, а росток, превратившись в молодое, но крепкое древо, засветился ещё сильнее, создавая вокруг себя настоящий вихрь из солнечного света. Тот пробивался повсюду, заглядывая даже в самые тёмные уголки, куда столетиями не заглядывало солнце, изгоняя из самых укромных мест тьму и накапливаемую тысячелетиями злобу. Ивы затрещали, начав гнутся к самой земле, теряя кору, листья и ветви. Камни зашатались будто живые застонали и один за другим начали рушиться на землю, рассыпаясь безжизненным песком. Из каждого разбитого в хлам камня вырывался туманный сгусток, впитываясь в солнечный вихрь, который раздирал, размалывал, изничтожал их, превращая в ничто, до тех пор, пока ни одного из них не осталось.

Со всех сторон сада к бывшему капищу начали сбегаться стражи, но поделать ничего не смогли, останавливаясь и прикрывая рукавом глаза от слепящего света. А солнечной вихрь всё ускорялся, камни падали уже десятками рушились ивы рушась и разлетаясь на щепки, даже оградка, натужно заскрипев, согнулась, падая на землю, заставляя неведомого зрителя вспорхнуть над землёй, показывая общую разительно изменившуюся картину.

Вечно находящийся в сумраке участок сада осветился будто солнце не только показалось из-за горизонта, а стояло в самом зените. Мох и лишайники исчезли, сменившись невероятно яркой травой, усыпанный тысячами разноцветных цветов. Древо на глазах возмужало, поднявшись минимум на десяток метров и под конец земля меж его мощных корней лопнула, выпускаю на волю хрустально-чистый, звонкий, будто сотня серебряных колокольчиков ключ.

Рывок и я вновь оказался там, где и был до этого: среди древнего леса. Понял, что сижу скорчившись, привалившись боком к каменной плите. Наваждение закончилось, но это было не всё. Голова загудела, наполняясь жуткими голосами, которых я не слышал с самого турнира и больше надеялся никогда не услышать.

Разрывающие, сминающие мозг голоса Древних богов сливались и переплетались с друг другом, заставляя меня бесполезно зажимать уши руками, скручиваясь и содрогаясь всё сильнее:

— Предатель! Будь ты проклят! Предатель, предатель, убийца, ме-е-е-с-с-сть, предатель… Проклят, проклят, проклят…

Голоса оборвались также резко, как появились, оставив моё недвижное тело валяться на камнях. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем я смог хотя бы пошевелиться. Лучше от этого не стало. Одёжка за пару минут настолько пропиталась потом, что облепила моё тело будто сотня банных листов разом, а взор застлали непроизвольно брызнувшие слёзы.

— Вот же, твою мать, — наконец смог просипеть я, — надеюсь вы сдохли и в этот раз окончательно.

Произнося это, я был в этом абсолютно уверен, и, как частенько это бывает, я ошибался, о чём и поведали мне начавшие сыпаться логи.

Седьмица заточения в проклятой земле прошла, молодое Древо Жизни пробило себе путь в этот мир разрывая и уничтожая сущность древних богов.

Отношение с Богиней Жизни +2. Вы получаете сан жреца Богини Жизни.

Поздравляем! Вы успешно выполнили первую часть божественной цепочки заданий: разрушение сакрального капища Древних богов.

Награда от Богини Жизни: один божественный артефакт или полный сет на мага эпического ранга. Выбор надо совершить в течение 24 часов иначе награда будет отменена.

Внимание! На одном игроке не может быть экипировано больше одного артефакта божественного ранга.

Получен 196 уровень.

Получено 55 свободных очков характеристик.

Получено 11 свободных очков навыков.

Получено 2 свободных очка умений.

Ваш клан совершил практически невозможное, награда для всех членов клана: с этого момента для вас нет неуязвимых существ в мире жизни и смерти.

Для всех участвующих уничтожение капища +5 ко всем сопротивлениям.

Вы первыми в этом мире выполнили часть цепочки божественного ранга.

Все основные и вторичные характеристики, навыки и умения + 5.

Дополнительная награда, доступ ко второй части цепочки: решающий удар.

Внимание! Своим поступком вы лишили Древних богов их бессмертия, однако их сущности ещё не уничтожены. Они стали призраками, смертными воинами или колдунами. Они смертны, но они сильнее всех, кого вы встречали на этой земле. И они ненавидят вас и обязательно придут за вами.

Задание: уничтожьте смертные оболочки Древних богов и окончательно разрушьте последнюю нить, связывающую их с этим миром.

Награда неизвестно. Ранг Божественный.

Срок выполнения 1 год.

За это срок вы единожды можете попросить помощь у Новых богов.

Находясь в глубоком ментальном нокауте, я мало что понял из написанного, однако суть того, что ещё далеко не всё закончено, я уловил очень чётко. Чёрт бы подрал эту богиню Жизни, знал бы к чему приведёт её просьба, наплевал бы на её пожелания с высокой колокольни. Враньё конечно, я бы никогда не смог отказать девушке с такой божественной грудью, но сейчас мне надо было выплеснуть хоть на кого-то свою злобу. Очень надеюсь, что она меня не услышала, ведь с нашей первой встречи я мечтаю разглядеть эту её часть тела с более близкого, можно сказать интимного расстояния. Ну да ладно, в ближайшее время мне это явно не светит, так что надо возвращаться к реальной жизни и, пожалуй, надо начать с извинений перед Снегирем. За последние два дня я ему весь мозг проклевал, выпытывая в правильном ли месте он посадил врученное богиней семя Древа Жизни. Оказалось, что вполне в правильном, просто ему нужна была целая неделя чтобы набраться сил, пустить корни, а уж потом начать действовать.

А вот и он лёгок на помине.

Снегирь Броневому

— Бро, здорово, сработало! Вот это нам плюшек отсыпало, не зря мы так напрягались.

— Ага, а то, что теперь за нами будут все недобитые боги таскаться, тебя не напрягает?

— Боги? Что за боги?

— Древние боги, ты что логи не читал?

— Читал, только в них ничего про Древних богов не говорится. Написали, что увеличили нам сопротивление, накидали кучу уровней и свободных очков и все.

Я ещё раз с сомнением перечитал полученные сообщения, думая, что может от напряжение у меня крыша поехала, но нет сообщения про богов никуда не делись, как и предупреждение о том, что они будут шляться за нами повсюду, устраивая мелкие и крупные гадости. Или… они буду шляться только за мной? Если Снегирь не упомянул о возможности получить божественный артефакт, а сказал только о сопротивлениях и очках характеристик значит всё остальное — это моя индивидуальная награда?

Броневой Снегирю

— Вы там все на месте? Хочу перетащить вас сюда.

— На месте, сейчас Рез раздаст последние указания и будем готовы к переносу через пять минут.

На самом деле прошло не менее пятнадцати, прежде чем Снегирь сообщил, что они готовы. За это время я успел обойти всю платформу, удостоверившись, что ни вчерашней рассказчицы, ни её мелких дружков здесь нет и, набрав охапку хвороста, разжег огонь и поставил на него турку с кофе.

Перенос из замка прошёл успешно и уже через пару мгновений наша боевая пятёрка была вместе. Плеснув всем по полчашки кофе, который с каждым разом получался у меня всё лучше, я вкратце обрисовал им создавшуюся ситуацию с некоторым удивлением закончив тем, что основная награда и весь геморрой почему-то выпал индивидуально на мою персону.

— Ну так что делать будем?

— Божественный артефакт, — протянул Снегирь, — что-то я не слышал ни про кого кроме вас, кто бы его уже получал. С другой стороны, ты говоришь, что нацепить на себя два таких ты не сможешь, а хорошая экипировка тебе нужна сейчас словно воздух, на данный момент ты как последний бомж, так что и думать тут нечего.

— Думать всегда полезно, — возразил я, — и то, что я не могу нацепить на себя второй артефакт божественного ранга не значит, что мы не можем воспользоваться. Когда мы ещё бодались с отцом Боя, я на ауке видел сферу отречения, которая может снять привязку с любого предмета и перекинуть ее на любого другого игрока. Стоимость у неё, конечно, невменяемая, не помню, что-то около четверти миллиона, но божественный артефакт… наш удваивает все показатели, как личные так и того, что на нас одето, представляете если такой повесить на Странника с его полным тяжёлым доспехам? Он тогда сможет на равных бороться с любым драконом, и это я говорю не просто так: я вам с утра не дорассказал, но если верить полученной информации, то на нижний ярус пещер Познания может спуститься лишь один. Вернее спуститься могут многие, но вернуться оттуда может только один, причём со всеми остальными произойдут очень нехорошие вещи, я до конца не понял, а может быть чародейка и сама не знала подробности, но, похоже, что все остальные зашедшие туда или потеряют все свои уровни и достижения, или вообще лишаться своих аватаров и им придётся начинать игру заново, так что идти вниз придётся только одному из нас.

Ничего себе подробности, — подивился Резак, — вчера эти твари нашими друзьями не казались, чего это она вдруг выдала такую информацию? Будь я на её месте, о таком бы я скромно умолчал.

Я только горестно вздохнул и ничего не ответил. Резак был совершенно прав: доносить эту информацию до меня чародейка и не собиралась.

Когда я вчера, не удержавшись от любопытства, вернулся назад и предстал перед её ухмыляющейся очи, сначала у нас как-то не задалось: чтобы избавиться от этого взгляда, я рывком развернул её спиной к себе и прижав к основанию гигантских качелей задрал наверх её последнее одеяние в виде короткой юбочки. Слава богам там всё было как у обычной женщины: ни тебе хвоста, никакого-нибудь замшелого мха вместо волос, а наоборот на удивление чистая бархатная кожа, а запущенная под задранную юбку рука нащупала вполне приветливое и влажное тепло. Однако и тогда она была не больно разговорчивой, лишь сладостно стонала под моим напором и так крутила своей круглой попкой, будто действительно не один десяток лет провела в одиночестве, общаясь лишь с большими и продолговатыми фруктами, растущими в этом лесу.

Заговорила она лишь, когда я почти уже выдохся, да и то поведала в основном то, что я и так уже знал из странных снов, навеянных этим местом. Чувствуя, что контакт у нас никак не налаживается и то, что ей есть ещё что мне рассказать, я развернул её к себе лицом, но кандалы снимать побоялся: колдунья она серьёзная и я, увлёкшись процессом, вполне могу пропустить её внезапную атаку, да и удар копытцем в пах может отрубить меня на несколько минут, за которые из меня понаделают антрекотов, поэтому пришлось сковать ей ноги за головой, благо её необычная гибкость это вполне позволяла. После этой трансформации ценная информация полилась из нее рекой, однако мне пришлось совершить три сеанса допроса и познания, прежде чем источник информации иссяк. Она рассказала о том, что нас ждёт на первом и втором этаже пещер Познания, и чего стоит опасаться спускаясь дальше, после чего пошатывающейся походкой скрылась в непролазном лесу, оставив меня в недоумении смотреть на кандалы, которые я и не думал расстёгивать. Видимо всё же или продавец надурил меня или трансформация не относится к колдовству, так как и так тонкие ладошки, став ещё тоньше, уже спокойно выскользнули из них, оставив меня в гордом одиночестве любоваться её удаляющейся стройной фигуркой.

Я покачал головой, вытряхивая из неё видения вчерашней ночи и вновь фокусируясь на лицах своих друзей.

— Ну что скажете?

— Приз твой, — пожал плечами Резак, — значит он и должен быть твоим.

— Согласен, качнул головой Снегирь.

— Если это правда, то что ты сказал про эти пещеры Познания, — прогудел сквозь закрытое забрало Странник, — то тебе и придётся спускаться туда. Рез со Снегом по единичной цели могут нанести гораздо больше урона чем ты, я естественно могу выстоять там, где вы все поляжете, но мой урон относительно невелик, а Вулкан настолько огромен, что пролезет не в каждую пещеру, а вы на пару с Долом, универсальная команда, огромный урон, плюс отличная защита, а с новой экипировкой урон значительно повысится. Можно, конечно, подождать Кровавую луну, когда ты сможешь нацепить на себя демонские вещички, но каждый раз зависеть от неё — это не дело. Бери комплект и не сомневайся, а божественный артефакт… Уж если мы связались с богами, то, думаю, это не последний наш шанс добыть его.

Я глянул на Флору, но она ничего не сказала только кивнула головой.

Вместо неё опять высказался Снегирь:

— Так и есть, тем более, судя по логам, которые ты нам показал, эти пещеры не единственная наша проблема, в них мы можем вообще не лезть, наплевав на всё, а вот обиженные тобой боги, пусть и падшие, о тебе не забудут, мы всегда прикроем, но ты всё равно всегда будешь на острее удара.

— Чёрт, точно, долбаные боги… ладно, будь по-вашему.

Я прикрыл глаза, собираясь в раздел наград.

Вы уверены что хотите взять комплект эпических вещей в качестве награды?

Да. Нет.

Ещё пару секунд поколебавшись я выбрал «Да» и тут же вновь оказался в другом месте. Только что я стоял на каменной платформе среди друзей, и вот я стою на травянистом уступе, окружённый невероятным пейзажем: со всех сторон меня вздымались горы со снежными вершинами и с тысячами водопадов, хрустальными искорками ниспадающими с них. Небесные струи сливались в ручьи и речушки, пробивающиеся сквозь островки пышного леса, и стекали в спокойное изумрудное озеро крутыми уступами, раскинувшимися у меня под ногами. Вокруг порхали гигантские бабочки и юркие райские птички, которые своим пёстрым окрасом могли поспорить с любым виденным мной до этого мной существом.

И я здесь был не один.

Не знаю сколько я простоял с открытым ртом, любуясь окружающим меня чудом, но, когда до меня дошло, что я здесь не один, уже ничто не могло меня отвлечь от здешней хозяйки. Я её видел уже много раз, но сейчас она, наконец-то, предстала передо мной в своём истинном облике, а не в виде полупрозрачный призрачной фигуры. В живом воплощённом виде она была ещё прекрасней чем раньше, вот только это её неуместное одеяние… Тонкая тиара с крупными изумрудами в пышных рыжих волосах, игривые босоножки с витиеватой шнуровкой на идеальных голенях и полупрозрачная туника, прикрывающая такое же идеальное тело. Босоножки и тиару я ещё бы мог терпеть, а вот любая другая одежда смотрелась на ней, как рваная телогрейка, накинутая на обнаженную женскую скульптуру древнегреческих мастеров. Скрытое под туникой тело было настолько совершенно, что было просто грешно скрывать его от глаз простых смертных, оно несомненно должно быть открыто взгляду любого, как величайшее произведение искусства.

Пока эти мои мысли-желания хаотично носились по моему мозгу, богиня Жизни приблизилась ко мне, бросив снизу вверх на меня понимающий взгляд, озорно улыбнулась.

— Приветствую тебя, герой, ты совершил практически невозможное и будешь по достоинству награждён. Я исполню твоё заветное желание.

От этих слов и тембра ее завораживающего голоса кровь у меня в ушах застучала боевым барабаном, будто мне тринадцать лет и я в первый раз обжимаюсь с девчонкой на заднем ряду кинотеатра.

Я настолько явственно представил, как туника сползает с её тела, что не смог сдержать разочарованный стон, когда её слегка подрагивающую грудь прикрыла дополнительная стопка одежды, из ниоткуда появившаяся в её руках.

Твою мать, долбанная награда, за последние пять минут я совершенно забыл про неё. Снегирь был бы мной недоволен. Я как наяву услышал его слова:

— Променять эпик комплект на сиськи… ну ты даёшь…

Впрочем, ничего менять не пришлось, награда была назначена, и я её получил. Получил полный комплект архимага, начиная от высоких сапог из чешуйчатой, вполне возможно, драконьей кожи, свободных штанов, тяжеленой усыпанной богатой вышивкой мантии и до короткого походного плаща.

Впрочем, богине, видимо, было свойственно милосердие и сострадание, потому что когда у неё в руках остался последний элемент одежды в виде шарфа, который наматывался на голову наподобие арафатки, она шагнула ко мне и приподнявшись на цыпочки попросила:

— Склони голову.

Это нехитрое действие не только позволило ей накрутить головной убор на мой котелок, но и открыло изумительный вид на её обширное декольте. Этот вид заворожил меня, как удав кролика, и я выпал из реальности до тех пор, пока она не закончила водружать на меня эту чалму и, легонько поцеловав меня в кончик носа, не отправила обратно на трудовые подвиги.

Внимание! Получено благословение богини Жизни.

Удача +5 навсегда.

Удача +100 на 24 часа.

Бодрость +100 на 24 часа.

Я открыл глаза и уставился на лица своих друзей, в ответ все уставились на меня. Я ничего не стал говорить и даже не полез в логи посмотреть, насколько выросла моя мощь, лишь горестно вздохнул, повернулся к лесу и скастовал на него подземный огонь. Этим заклинанием я не пользовался давненько: уж больно много маны оно высасывало, а эффект был ненамного лучше, чем у лавового озера, но сейчас всё изменилось.

В первое мгновение ничего не происходило, а затем послышался треск раздираемой земли, покрывшейся многочисленными трещинами, корни деревьев на площади в пятьсот квадратных метров осветились рыжим подземным светом, а затем оттуда ударил подземный огонь, с рёвом взметнулся на высоту в два человеческих роста, испепеляя траву и кусты, охватывая стволы деревьев, заставляя кору на них лопаться и скручиваться от нестерпимого жара. Древесный сок моментально вскипел, высохшая древесина вспыхнула будто спичка. В единый миг участок леса превратился в жерло извергающегося вулкана. Продолжалось действие заклинания всего несколько секунд, но по итогам в этом месте осталась только зола и пепел, а под конец попавший под воздействие заклинания один из лесных деревьев-великанов натужно заскрипел лопнувшими корнями, и завалился, разбрасывая повсюду превратившиеся в золу листья.

С минуту вокруг царила полная тишина, а затем я прокашлялся и подытожил:

— Пожалуй, я готов, вперёд на исследование пещер Познания!

Глава 10

Ох уж этот мой извечный оптимизм. Оказалось, что до этих самых пещер ещё надо было добраться, я бы знал это, если бы внимательнее слушал стонущую подо мной чародейку или удосужился заранее исследовать находящиеся здесь развалины. А те были достаточно обширны и завалены разнообразными сокровищами. Вернее, они были завалены разнообразными сундуками, а вот их содержимое вызывало большие вопросы. Разнообразные неподъёмные железяки, потемневшие от времени и весьма сомнительной ценности. Двемерская сталь, отлитая в разнообразные формы и конструкции, непонятные обычному человеку ни по содержанию, ни по предполагаемому функционалу. Мы уже поняли, что предшественники гномов были теми ещё затейниками, но тут даже у многосведущего Снегиря появились множественные вопросы. Чтобы развеять сомнения мы закинули пару железяк на аукцион, но толпы жаждущих приобрести это богатство покамест не наблюдалось, так что мы отложили эту загадку на будущее и, обшарив верхний этаж развалин по пыльной, сумрачной лестнице, спустились вниз. Здесь, также как и наверху, царствовал грубо обработанный камень, из которого было сложно всё и стены, и пол, и потолок. Единственное, что отличало это место от множества подобных виденных нами ранее — это отсутствие паутины, видимо, вечно голодные ктонги пожрали здесь всех пауков, не давая им спокойно размножаться.

— Будьте внимательнее, — предупредил всех я, — это явно не единственный вход в эти развалины, смотрите чтобы нам никто не ударил в спину.

— Почему ты думаешь, что вход здесь не один? — удивилась Флора.

— Потому что вчерашнего шамана вытаскивали откуда-то отсюда, — вместо меня ответил Снегирь, — и его жирная туша ни за что бы не пролезла по лестнице, по которой мы только что спустились, поэтому тебе не стоит в этот раз идти сзади, мы с Кэт прикроем вам спину. Феечка, всё это время безуспешно пытающаяся запихать себе в рот целый банан, прекратила это сильно отвлекающее действие и согласно кивнула, и чтоб два раза не отвлекаться от своего завораживающего занятия, достала волшебную палочку, одарив нас множеством бафов.

— Осторожнее, здесь пахнет злым металлом, — напоследок оповестила она нас и опять занялась своим не доеденным фруктом.

Не знаю на сколько он злой, но металла здесь хватало, создавалось впечатление, что башни наверху пустили сюда свои корни: стоило нам пройти пяток метров по коридору и выйти в обширную залу, как серую монотонность камня разбили многочисленные стальные балки и трубы, спускающиеся с потолка и уходящие в стены и пол под нами. Выхваченные из тьмы магическим огоньком, они отбрасывали подрагивающие тени создавая впечатление, что всё пространство вокруг нас живёт и дышит. Этому образу весьма способствовали многочисленные скрипы и тихий лязг, казалось, рождающийся прямо в воздухе перед нами, а не идущие откуда-то из вполне конкретного места, хотя это было не так и совсем скоро мы в этом убедились. Тихий лязг и шуршание сменились на громоподобный скрежет и визг раздираемого металла, многочисленные металлические люки у нас над головой и в стенах зала начали распахиваться и из них посыпались местные охранники — не большие механические дроиды и шары побольше, те, что после трансформации превращались металлических скорпионов. Всё помещение тут же наполнилось непереносимым грохотом, лязгом и шипением. Мы были готовы к подобному, поэтому не успел ещё первый шар коснуться пола, как его насквозь пробило ледяное копье, замораживая, превращая в хрустальный шар и не давая трансформироваться в более смертоносную форму.

Странник, будто игрок в большой теннис, кувалдой отбил ещё один шар, рухнувший прямо нам на головы, отбросив его на несколько метров в сторону и сбив по пути пару мелких дроидов, начавших лупить по нам электрическими разрядами. Десяток секунд вокруг царил хаос, а затем наша группа привычно структурировалась: питомцы и бойцы ближнего боя взяли нас с Флорой в кольцо, оттесняя многочисленного противника к стенам, нам же оставалось только по кулдауну кастовать убийственные заклинания или лечебно-лечильные лечения. Противники, не смотря на то, что все их объекты были ниже нас по уровню, просто так не сдались, преподнеся нам пару неприятных сюрпризов.

Первым делом, окружив нашу группу со всех сторон, они начали источать из себя десятки цепных молний, перескакивающих с одного дроида на другой, каждый раз усиливаясь и становясь всё ярче и злее. Пара секунд и эти молнии включили и нас в эту зубодробительную игру, перескакивая с дроида на голову Странника, разделяясь и перепрыгивая на всех остальных, проходя сквозь весь наш строй и вновь вливаясь в дроидов на противоположной стороне комнаты. И эта свистопляска с каждой секундой увеличивалась и очень скоро мы были просто опутаны этой электрической сетью, наносящей пусть и не слишком большой урон, но заставляющий оружие выворачиваться из руки, а меня сбиваться с каста чуть ли не два раза из трёх, и успокаиваться на этом противник не желал, всё усиливая и усиливая силу зарядов и частоту разрядов молний. Слегка угомонить, их удалось лишь, когда уже весь дымящийся Странник пробил в их рядах внушительную брешь, но тогда они начали новую игру, где каждый поверженный противник стал с оглушающим грохотом взрываться, наполняя всю комнату осколками острого металла, огня и удушающего дыма, заставляющего нас сгибаться в приступах неконтролируемого кашля. Прошла пара минут, и вся комната скрылась в клубах дыма, сквозь который то и дело пробивались жгучие молнии. Мне пришлось остановиться, чтобы не задеть заклинаниями своих невидимых сокланов, выхватить топор и отправиться разруливать ситуацию вручную. Слава моей сисястой богине, одеяние архимага имело очень приличную защиту от физического урона, и мелких дроидов удавалось крошить с пары ударов, не сильно страдая от ответных ударов остро отточенных лапок.

За то недолгое время, пока я этим занимался, развалины стали напоминать противотуберкулезный диспансер: отовсюду слышался кашель, хрипы и сиплые ругательства, причём большая часть ненормативной лексики лилась со стороны нашей лекарши. Видимо, её жизнь в детском доме не была такой безоблачной, как мне казалось ранее, впрочем, я и сам не ругался только потому, что мне не хватало на это воздуха.

— Помочь?

В поле моего резко сузившегося обзора вплыла сфера чистого воздуха, внутри которой беззаботно порхала наша феечка. Вся мордашка ее была измазана остатками банана, с которым, по всей видимости, ей все же удалось справиться. Сильно раздувшиеся пузико намекала на это же. Но это было не главное.

— Дышать…

Кэт понятливо махнула головой, а затем волшебной палочкой, образуя вокруг моей головы точно такую же сферу чистого воздуха.

— Заклинание чистого дыхания, — пояснила она мне, — на Пустошах мне постоянно приходилось его на себе держать, так что я натренировалась по самые уши.

При этом она зачем-то согнула руку, демонстрируя свой хилый бицепс, а затем упорхнула куда-то в дым, туда откуда доносился особо свирепый кашель.

Наверняка изобретатели и изготовители этих механизмов не рассчитывали на такой поражающий эффект своих изобретений, но по итогу он и оказал на нас наибольше пагубное влияние. Правда у меня ещё волосы стояли дыбом, а меж пальцами то и дело проскакивали жгучие электрические искры, но по сравнению с удушающим дымом это было всё фигня. Я бы мог от большей части его избавиться одним заклинанием ледяного вихря, но с вновь обретённый мощью побоялся серьёзно навредить кому-нибудь из соклановцев, пожалуй дальше мне надо впереди идти самому, противники пока не серьезные и их вполне можно валить массовыми заклинаниями, не опасаясь при этом задеть соклановцев.

Оказалось, что переживал я зря, горячей встречей на входе всё здешние сопротивление и ограничилось. Вырвавшись из едкого дыма, мы прошествовали ещё по одному коридору, который вывел нас…

Наверное, это был склад, или ангар, или гараж, не знаю, как называются помещения, где хранятся не активированные роботы, или самодвижущиеся механизмы, или дроиды, а может сразу всё это вместе взятое, как бы это не называлось. В общем, здесь хранились те хреновины, одна из которых прорубила нам просеку в лесу, а вторая, по воле Шамана, укатилась в ту же сторону, не причинив там никакого вреда и так и не вернувшись. Трёхметровые диски с деактивированными шипами стояли рядами, будто лошади в узких стойлах, поддерживаемые с двух сторон толстыми стальными балками. Сначала при виде их мы знатно напряглись, однако железяки не выказали никаких признаков жизни, оставаясь такими же дезактивированными, даже, когда я послал в ближайший из них пару ледяных копий. Дроид пошёл трещинами, но ни на него, ни на остальных это не произвело никакого впечатления. И это хорошо, я всё больше убеждался, что мой допрос сатирши прошёл довольно успешно, пока всё что она мне рассказывала совпадало с окружающей нас реальностью, надеюсь и остальное в её рассказе тоже правда. Если это так и упомянутые ей ритуал оживления механизмов тоже действенный, то в исследовании местных чащоб у нас случатся большие подвижки.

— Пойдёмте, — махнул я рукой, — там дальше должно быть кое-что интересное.

Мы обошли ряды застывших дисков и увидели тот запасной вход, о котором мы со Снегирём говорили, вернее судя по размерам это был основной, а запасной тот, через который мы зашли. Длинный покатый пандус из тёмных подземелий прямо в раскинувшиеся над землёй голубые небеса. Прямо рядом с пандусом некто жирный и прожорливый организовал себе временный лагерь, состоящий из нескольких вонючих шкур, брошенных прямо на камни и груды разнообразных огрызков и обглоданных костей, валяющихся повсюду. Ещё рядом со шкурами стоял небольшой необычный сундучок, похоже собранный из тех же костей с натянутой на него плохо обработанной кожей. Найденная внутри него горсть разнообразных амулетов и эликсиров окончательно убедила нас, что именно здесь и обитал шаман ктонгов до нашей с ним встречи. Впрочем, меня этот лагерь, больше похожий на заброшенный свинарник не интересовал, а всё моё внимание привлекли ещё два диска, явно произведённых теми же предками гномов, что и все прочие, но эти диски были вдвое больше и шире виденных нами ранее и отличались не только этим, но и своей внутренней конструкцией.

— Снег, мужики, гляньте сюда, после того как вы меня проводите до нижней части пещер, вам надо будет вытащить одну из этих хреновин наружу и не делайте такие большие глаза, тут есть специальные рельсы для этого и что-то вроде лебёдки, с помощью которой эту хреновину можно двигать

— Да? И для чего она нужна?

— Я до конца не уверен, узнаем, когда вытащим её наружу, где она должна будет трансформироваться, чародейка сказала, что после этого все станет всё понятно.

— Опять это чародейка, что-то слишком много всего она тебе наболтала.

— Вы же знаете, — я зажёг в руке поток пламени, — я могу быть довольно убедительным, когда захочу.

— Ты что, ее пытал? — Сделала большие глаза Флора.

— Можно и так сказать, — не стал отнекиваться я, — но не переживай с ней все в порядке. В общем, — соскочил со скользкой темы я, — один из них надо будет вытащить наверх и доволочь до главной башни, там этот диск и должен будет трансформироваться, и мы узнаем для чего эта железяка нужна.

— Кстати о железяках, — на пару секунд ушёл в себя Снегирь, будто читая чьё-то послание, — те две кривулины, что мы выставили на аук, выкупили по гарантированной цене, которую я поставил от балды на уровне тысячи золотых. Никогда бы не подумал, что за них дадут больше двух монет, а тут такое… И мне только что написали в личном послании о заинтересованности в покупке и всего остального, что мы найдём и самое удивительное в этом всём, что написали мне не игроки, а местные НПС из гильдии Шахтёров которую, насколько я знаю, сейчас возглавляют недавно появившиеся в игре гномы. Не знаю это на самом деле настолько ценная железяка или у них просто проснулась родовая память и они хотят лучше узнать технологии своих предтечей, но в любом случае, мимо такого шанса подзаработать проходить нельзя, тем более учитывая сколько непонятных хреновин мы здесь нашли. Надо возвращаться, собирать всё что мы не собрали и загнать этим толстосумам, пока они не передумали.

— Ты прав, согласился с ним я, — только заниматься этим все вместе нет смысла, потеряем много времени, а нас в любой момент могут вызвать на защиту замка, ты сам говорил, что наши сокланы заметили пару каких-то невнятных кренделей неподалеку, так что нападение может случиться в любую минуту, поэтому разделимся, помещение где мы уже прошли зачищено, так что хватай Кэт и вперёд на сбор сокровищ. Договаривайся с гномами и торгуй, а мы идём дальше. Только это… Не вздумай большие диски продавать, а то я тебя знаю.

— Каким это образом? — С явно слышимым скептицизмом в голосе ответил Снегирь, — такая хреновина не в каждый стационарный телепорт поместится, не то, что в мой портативный.

— Если речь пойдёт о больших деньгах, это тебя явно не остановит, но ещё раз говорю, большие диски не трогай, если хочешь, попробуй загнать толстосумам один из малых, если они из обычной куски железа по тысяче отвалили, представляю сколько будет стоить целый механизм.

— Вопрос тот же, как эту хреновину выложить на аукцион, где максимальная масса лота двадцать килограмм?

— Не знаю, может разобрать на части, а может поговорить с этими самыми гномами, они же НПС, может организуют какой-нибудь телепорт прямой доставки. В общем, пошевели мозгами, а мы пошли.

Не успел я ещё договорить последнюю фразу, как Снегири уже забыл про нас и словно Кощей, чахнущий над златом, склонился над ближайшим ящиком с запчастями беззвучно шевеля губами, кряхтя, сопя и задумчиво загибая пальцы. Человек явно оказался в своей стихии, и мы не стали больше его отвлекать, отправившись дальше. Ещё один коридор, ещё одна комната, но в этот раз я не дал Страннику пройти вперёд, а шагнув первым, тут же скастовал лавовое озерцо под ногами пары стражей, охраняющих вход в пещеры Познания. Это были очередные механизмы, еще не виданные нами тут. Создавалось впечатление, что их собрали из одних разнокалиберных шаров: полутораметровый шар тела, водружённый на короткие круглые ножки, навершия шипастых моргенштернов, вместо верхних конечностей, полукружья головы, слегка возвышающегося над телом…

Неожиданно раскинувшееся под их ногами лавовое озеро заставило их увязнуть в резко расплавившемся полу, провалившись туда по самые брюхо, а ударивший после этого ледяной буран не только притормозил их дурную инициативу по разбиванию нам голов, но и сковал их нижние конечности в моментально застывшем расплаве. Только после этого я шагнул в сторону, пропуская вперёд подпрыгивающих от нетерпения Странника и Резака спокойно зашедших противнику за спину. Противник на эту простую уловку не повелся, развернулся вокруг своей оси на сто восемьдесят градусов и начал выкидывать свои огромные кулачищи на толстых гремящих цепях, нанося сокланам сокрушительные удары. Эта проблема решилась легко, когда Странник схватил сразу два этих тяжеленых шара и связал их цепи между собой двойным узлом, после чего начал окучивать неподатливые тела своей кувалдой, выбивая из них лишние хитпоинты. Те выходили из тяжело бронированных дроидов с большим трудом, судя по гулким ударам, броня у этих монстров была не тоньше, чем у натуральных танков Второй мировой войны. Впрочем, когда Дол и Странник использовали на них свои всесокрушающие удары, проломив верхнюю, самую мощную защиту, дальше всё пошло полегче, особенно после того, как Резаку удалось запихать в один из разломов дроида огненное зелье и то вспыхнуло будто бочка с бензином, брызгая ревущим огнём, чадя удушающим дымом, стреляя во все стороны жгучими искрами. Долго это не продлилось: внутри него что-то глухо рвануло, и он, загремев будто сотни пустых кастрюль, повалился на пол так и не успев избавиться от сковывающей его лавы. Второй успел: воспользовавшись тем, что мы отвлеклись на яростное файер-шоу, проводимое его напарником, своими мощными, усеянными шипами шарами разбил застывшую лаву и бодро выскочил наружу, чтобы быть тут же пришпиленным к стене десяткам упругих паучьих сетей. Тут уж мы навалились все скопом, сначала лишая его лишних конечностей, а затем и жизни.

Большой боевой дроид уровень 180 повержен. (2шт)

Вы первыми сделали это, награда:

сила +1.

Получен уровень 197.

— Резак колупни его и если будет что-то интересное, отнеси Снегу, пусть торгует и бегом назад, начнём уже то, зачем пришли, а то и так полдня потеряли непонятно на что.

Сам я прошел туда, где раньше стояли стражи, на то место, где серый обработанный камень сменялся серым необработанным, торчащим бесформенным наростом из пола.

Внимание! Вы уверены что хотите привязаться к камню воскрешения: Преддверие пещер Познания?

Да. Нет.

Я ответил утвердительно и отступил в сторону, пропуская туда Флору. Две минуты и необходимый ритуал был закончен, и мы подошли к тёмному проходу, узкой щелью разрезающий скалу, выпирающую из сложных вокруг неё стен.

Внимание! Вы входите на первый уровень пещер Познания.

Вы делаете это первыми.

Награда:

Сопротивление ментальной магии +1.

Внимательность +1.

Бонус первопроходцем: увеличенный шанс лута, увеличенный ранг лута.

Рекомендуемый уровень прохождения 250.

Вход в пещеры Познания возможен не чаще одного раза в семь дней.

Видимо пещера Познания исходила из той концепции, что, мол, сила есть, ума не надо, поэтому и Дол, и Вулкан в щель входа не пролезли, и нам пришлось их отозвать, лишившись их помощи на целый час, ладно хоть Странника не заблокировало и он смог протиснуться вслед за нами, а то бы мы остались совсем без защиты, а это было крайне нежелательно, так как я уверен, что местные учителя вбивают знания в мозги вместе с костями черепа. Так уж лучше пусть это будет череп нашего танка, у него и кости потолще и целое рогатое ведро поверх них натянуто, а мы маги народ утончённый, наше место в третьем ряду, на шезлонге полёживать с симпатичной девочкой на коленках, да всякими не хорошими штуками в сторону врагов популивать. Поэтому я без всякого сожаления пропустил его вперёд, пусть получает все плюшки положенные первопроходцу и заодно соберёт все шишки, которые посыплются вслед за этим на его бронированную голову. Тем более, заход в пещеры возможен только раз в неделю, так что мне лучше лишний раз не рисковать.

Не помогло, стоило мне переступить порог пещеры, как ожидаемый удар по голове обрушился на неё, отправляя меня в нокаут. Хотя нет, о чём это я? Меня просто выбросило обратно из пещеры в подвал здания, где, разгребая железки, тихо похихикивал Снегирь.

— Вот, чёрт! Не повезло, видимо я не прошёл какой-то тест и меня выкинуло из пещеры, будто нашкодившего кутенка.

Снегирь не обратил внимания на мои слова, продолжая возиться с многочисленным лутом, всё так же радостно похихикивая и нервно потирая руки.

— Да, да, да, вот идиоты, ушли на погибель, но я-то здесь. Мы будем богаты… я буду богат, а им хрен, они не достойны.

— Снег, ты чего? — Я хлопнул ушедшего в себя соклана по плечу, но моя рука, неожиданно не встретив сопротивления, провалилась внутри его тела.

— Твою мать, это ещё что такое?

Никто мне ничего не ответил, как и Снегирь, который повернулся и прошёл сквозь меня ничего не заметив, остановился около одного из дисков, который тут же озарился вспышкой грузового портала и исчез, оставив после себя только два больших, объёмистых сундука.

Чуть ли не повизгивающий от вожделения рейнджер метнулся к ним, открывая резные крышки и с вожделением уставился на рассыпанное внутри золото, драгоценные камни и многочисленные артефактные кольца и браслеты. Миг и всё это исчезло в его безразмерной сумке. Рейнджер воровато оглянулся, при этом посмотрев сквозь меня, и снова бросился теперь уже к большому диску.

— Ну всё, — я схватил его за плечо, — остановись!

Моя рука вновь прошла сквозь него, но в этот раз в ладонь будто ударило молнией, отшвыривай меня назад, ударяя о стену и ослепляя, а когда я проморгался, оказалось, что я нахожусь в той же пещере, откуда меня вышвырнуло буквально пару минут назад, а рядом со мной встают с неровного пола покряхтывающие соклановцы.

Резак при этом как-то странно посмотрел на меня, но мне было не до него, я, оглянувшись назад, задумчиво смотрел на светлеющий невдалеке выход из пещеры. Что это сейчас было? Навеянные пещерой фантазии или мне показали реальность? Не даром же эти пещеры называются пещерами Познания… И что теперь делать? Вернуться назад, пока Снегирь не загнал нашу единственную возможность к дальнейшему путешествию или…

Заход в пещеры возможен только в раз в неделю, если у нас не получится сделать всё в этот раз, скорее всего, нас унесёт течением жизни отсюда навсегда и у нас не будет времени разгадать эту загадку. Но что такое случилось со Снегирём? Зарабатывать он, конечно, любил, но такого фанатизма за ним никогда не замечал или это место как-то действует на наши мозги?

— Бро, ты чего застыл? Мы идём или нет?

Я ещё секунду поколебавшись резко отвернулся от светлеющего выхода и махнул рукой:

— Двигаем.

Глава 11

Как оказалось, спешил я не зря, долгий нудный и ничем не примечательный спуск занял у нас целых полтора часа. Щель в скале то расширялась до вполне приемлемых размеров, то опять сужалась, так что ползущий впереди Мохноног ободрал всю шерсть со спины, протискиваясь в эти узкие щели, а те то раздваивались, то сходились вновь, но были не отличимы от предыдущих, разнясь только формой поросших на стенах лишайников, или потемневшими участками камня там, где сквозь скалу просачивалась влага. Мы уже стали подумывать, что каким-то образом ходим кругами, на самом деле не продвигаясь никуда, но, когда наше терпение почти уже закончилось, а отбитые о многочисленные гранитные выступы мизинчики на ногах распухли втрое от обычного размера, мы, наконец, куда-то доползли. Куда мы ещё не поняли, однако летящий впереди отряда магический огонёк перестал высвечивать стены пещеры, вывалившись в чёрную пустоту и освещая лишь небольшой участок изломанного пола под ногами. Протиснувшийся туда Мохноног пробежал несколько шагов и тут же метнулся обратно, будто увидел там великана с занесённой мухобойкой. После полутора часов ломания ног в совершенно не обжитых пещерах, где не наблюдалось ни одного ровного участка пола, интереса к тому, что его там испугало у меня совершенно не возникло.

Я спустился вслед за ним и уселся на камень у входа протягивая вперед натруженные ноги. Никакой клыкастый крокодил при этом на меня не напал, поэтому я решительно объявил обеденный перерыв и полез на аукцион, глянуть какое блюдо сегодня у шеф-повара клана Дятлов. Естественно, тут же обломившись: закрытый инстанс — это значит, что ни доступа к аукциону, ни к почте, ни ко всем другим услугам связи с внешним миром у нас нет. Разве что могу связаться с Лапочкой, благодаря связи через оплаченный ею стрим, но разжиться приличный жратвой это нам не поможет.

— Народ, с образцами высокой кухни облом, так что шукайте по своим сумкам, ищите у кого чего пожрать есть.

Скомандовав это, я сам полез в сумку, однако нашел только слегка подвядшее яблоко, свистнутое не так давно у деда Фрола. Запихал его в пасть жалобно глядящему на меня Долу, и полез снова с дополнительной инспекцией. В итоге, из условно съедобного нашёл только зайца с торчащими из задницы птичьими перьями. С удивлением посмотрел на него, попытался сообразить, откуда такое у меня такое чудо взялось, но затем вспомнив гнездо Хранителя леса и кучу гнилых шкур перетасованных, чтобы найти этот неудачный образец таксидермии, уселся поудобнее и вытащил кинжал. Бросил голодный взгляд на поляну накрытую соклановцами и только скривился.

В последнее время мы что-то зажрались: чуть что, на аукцион, чтобы прикупить там еще горячих булочек со свежайшими сливками или свежесваренную тарелку наваристой солянки. Наверняка у Снегиря в сумке имелся полный набор выживальщика, включающий расширенный комплексный обед на сто пятьдесят человек, но все остальные не отличались особой запасливостью, и накрытая поляна выглядела крайне убого. Я цапнул с общего стола краюху лежалого хлеба, и отхватив от неё приличный кусок занялся вскрытием странного зайца. Оказалось, что заяц вполне себе нормальный, просто какой-то конченый садист без всякого вскрытия запихал в него жирную утку, чей потрёпанный хвост и торчал у него из-под хвоста. Я сочувствующе поцокал, теперь вполне понимая, почему у бедного зайца были настолько выпученные глаза, впрочем, и извлечённая из него утка выглядела ненамного лучше, так как тот же садист впихал внутрь неё яйцо, по размерам явно не менее страусиного.

— Бро, ты ошалел совсем? Мы тут едим вообще-то, а ты повсюду свой помёт разбрасываешь.

А да, ещё одна деталь: ни заяц, ни утка перед экзекуцией не были выпотрошены и, когда их настигла эта ужасная судьба, они, видимо, были вполне живыми и функционирующими, потому что кроме того, что в их организме не должно было находиться, там же находилось и всё то, что обязано находиться внутри здорового, живого организма. За прошедшие годы всё это высохло, но потревоженное моим вмешательством, начало сыпаться во все стороны. Пришлось отойти в сторонку и замереть, уставившись на торчащие из пола человеческое ухо.

— Бро, могу поспорить, что внутри этого яйца иголка, — донесся до меня голос Странника, — будь осторожен не уколись ей, и не сломай, наверняка это должно быть что-то ценное.

Впрочем, я его уже не слышал, всё так же уперевшись взглядом в слегка подрагивающее ухо. Затем аккуратно поднял светляка повыше, отправляя его вглубь пещеры, и тут же увидел торчащий из камня палец. Стандартный человеческий, только слегка грязноватый, и с чёрным неровно обломанным ногтем. За ним торчал ещё один чуть поменьше, который будто почувствовал мой взгляд начал сгибаться подзывая меня к себе. За пальцем из пола торчала целая рука, вмурованная туда по локоть, за ним ещё одна, за той другая, но там дело ограничилось лишь кистью, лишённой среднего пальца. Это было хорошо, так как все остальные руки, согнув все остальные пальцы именно его оставили гордо поднятым торчать вверх.

Я влил в магический огонёк побольше энергии и поднял его повыше, после чего непроизвольно икнув, убрал слегка очищенное от помёта яйцо обратно в сумку и сделал пару шагов вперёд. Сплошной ковёр из отдельных пальцев, ушей, лиц и главное бодро вздёрнутых ввысь человеческих рук, торчащих всё чаще и гуще по мере удаления от входа в пещеру. Меж ними вились узкие тропки, ведущие… Ведущие к массивному тёмному силуэту, торчащему далеко в глубине пещеры.

Рядом с одной из рук из пола торчало человеческое лицо, бросающее на меня недобрые взгляды, его челюсти были распахнуты в немом крике, а меж пожелтевших зубов виден всё тот же камень пола. Получается, что это были не замурованные в пол люди, а все эти части тела просто росли тут как какие-нибудь грибы. Чтобы проверить это, я вытащил топор и попытался сковырнуть одиноко торчащий палец. Отточенное лезвие с хрустом проскрипело, будто основание пальца было сделано из такого же камня, что и вся пещера вокруг. Приподнял лезвие и ткнул остриём в кончик пальца. Кожа разошлась, а из раны брызнула алая кровь, а палец задёргался, пытаясь уклониться от следующего укола.

— Понятно, — протянул я, хотя что мне было понятно, я так и не осознал.

С трудом сглотнул так и не дожёванную чёрствую горбушку, и не поворачиваясь спиной к этому лесу отступил назад.

— Ну что там игла была?

— А? Нет, руки.

— Какие ещё руки? — Удивился Странник.

— Там, — я махнул в сторону темноты, — там руки из пола торчат, и лица, и уши, никогда бы не подумал, что увижу в реальности иллюстрацию к поговорке: «И у стен есть уши». Здесь они есть у пола, хотя я в сторону не отходил, может и на стенах они тут есть, давайте дожевываете все шустрее и готовьтесь к бою. Я хочу осветить всю пещеру, посмотреть всё нормально, но после этого на нас сразу могут напасть.

Сокланы быстро свернули поляну, выстраиваясь в привычный боевой порядок.

Ни руки, ни уши, ни лица, как враги не отображались, но, чтобы запустить гигантский файербол определённая цель была не нужна, им можно было пульнуть в любую сторону. Я поднял руку вверх и вперед, и начиная каст заклинания. Размер данного заклинания напрямую зависел от силы энергии духа, которая после получения новой одёжки утроилась, а божественный артефакт ещё раз удвоил эту основную характеристику, и получившийся результат несколько ошеломил всех включая и меня. Двухметровая сфера бурлящей плазмы зависла на миг передо мной, и она оказалась настолько большой, что голова стоящего впереди Странника оказалась внутри неё, и его шлем моментально раскалился докрасна. Раздался злобный вопль и наш танк покатился по земле, сдирая с себя шлем, а гигантский файербол сорвавшись в моих рук устремился к своду пещеры, освещая её от края и до края.

— Ого…

— Ни фига себе…

— Мда…

— Ужас какой…

Я был согласен со всеми высказываниями сокланов, особенно со своим: «Ни фига ж себе».

Вид пещеры напоминал какую-то иллюстрацию из дешёвого фильма ужасов: ковёр из хаотично двигающихся конечностей устилал не только пол, но и стены, и свод пещеры сплошным покровом, то складывая из пальцев фиги, то выпячивая средний палец, то просто болтаясь из стороны в сторону, сгибаясь и разгибаясь будто трава на ветру. Только одно место в пещере было свободно от беспокойных конечностей: небольшая зона вокруг застывший в центре пещеры фигуры. Лучше бы эти руки были везде. За то недолгое время, что фигура была освещена, я успел рассмотреть все ее малоаппетитные детали в мельчайших подробностях, и теперь мечтал только об одном, как бы всё это развидеть обратно. Фаейрбол пролетел над ее головой и улетел дальше, превращая объёмную фигуру в тёмный контур, но свисающее до колен брюхо и свисающие то пупка груди, замершей в центре пещеры престарелой воительницы, стояли перед моими глазами будто въелись в радужку серной кислотой.

— Похоже, что это жёнушка нашего вчерашнего Шамана, — предположил Резак.

— Прям два сапога пара, — согласился с ним я, — и судя по дубине, в их паре она воин ближнего боя, вот только те заросли внизу её живота вряд ли можно назвать полноценной бронёй.

— Ну почему же, — хмыкнул Странник, — она же прямо как та Медуза Горгона, взглянешь на неё разок и каменеешь, нелегко нам будет с ней сражаться, не глядя на неё при этом. И начищенный до зеркального блеска щит не поможет, думаю даже одного отражения хватит, чтобы наложить на любого дебаф непрекращающийся тошноты.

Все согласно закивали на эти слова, даже мой туповатый питомец, который всё ещё всматривался в наступившую темноту остекленевшими глазами. Наверное, отчетливо представил себе, как ему придётся биться головой об это, и уже выискивал в своих немногочисленных синапсах план по тому, как незаметно отсюда свалить.

Ничего там не найдя, баран выбрал второй вариант, решив притвориться мёртвым, в миг околев будто деревянная чушка, он повалился на спину с торчащими вверх будто палки ногами и картинно вывалил набок язык. Проделано всё это было настолько виртуозно, и мы даже наградили его непродолжительными, но дружными аплодисментами за артистизм, после чего я его оживил волшебным пенделем по отвисшему курдюку и мы начали готовиться к битве.

— Резак, давай пробегись в инвизе, посмотри, нет ли тут каких-то ловушек или других подлянок, только близко к этой мадам не приближайся.

Рога только безмолвно кивнул и развернувшись, трусцой побежал в темноту, на третьем шаге исчезая в невидимости. Невидимость — это конечно здорово, было бы ещё лучше, если бы каждый его шаг не отражался на полу вспышкой света, пусть и не яркого, но вполне отчётливо видимого в темноте. При каждом шаге роги свет вспыхивал под его мокасинами и расходился в стороны кругами, высвечивая шевелящиеся конечности и постепенно истаивая. И ладно если это только свет, можно сделать так, чтобы в пещере было светло и этих пятен никто не заметит, но вот если они передают ещё какие-то сигналы прямиком застывшей в центре пещеры бабище, то это совсем другое дело. Петляющий свет шагов роги удалился от нас и почти скрылся из вида, когда там, куда были устремлены все наши взгляды, полыхнуло фиолетовым, снова очерчивая оплывшую громоздкую фигуру, а затем всё вновь погасло и в пещере остался только один источник света — маленький трепещущий огонёк у меня над головой. А нет, световые круги на полу опять стали видимыми, стремительно приближаясь к нашей группе. Довольный рога в метрах в десяти от нас выпал из инвиза и, махнув рукой, устремился к нам.

— Ну, что там? — Я вопрошающе приподнял одну бровь, но рога лишь снова махнул рукой, и мельком ухмыльнувшись, опять исчез из вида.

— Ты куда? Я…

Договорить у меня не получилось, в лицо ударил резкий порыв ветра, после чего кто-то резко упёрся мне коленом в поясницу и схватив за подбородок рывком запрокинул мне голову назад, в тот же миг резанув по горлу чем-то до ужаса острым. Смертоносный металл вскрыл кожу и трахею будто они были сделаны из воздуха, но наткнувшись на металл божественного артефакта заскрипел и не смог пройти дальше, чтобы распотрошить мне глотку до самого позвоночника, но этого хватило чтобы срезать сразу десятую часть хитпоинтов и наложить на меня тяжелейший дебаф кровотечения.

Кровища хлестнула рекой, заливая грудь и камни пола, однако невидимый убийца не успокоился, начав раз за разом всаживать мне кинжал в печень, настолько быстро снижая уровень моей жизни, что я диву дался. Единственное, на что меня хватило — это закинуть руку назад и включить Огненный поток, поливая свою спину и сидящего на ней рогу потоком бурлящего огня. Это никаким образом не могло спасти меня: данная магия довольно слабая и усиливающаяся до приличных показателей только через минуту-другую использования, но в данный момент ничего другого я придумать не сумел. Ладно хоть слегка обгорелый от моего файербола Странник оказался на высоте, рванул мне за спину, сдирая невидимого убийцу со спины и отшвыривая его далеко в сторону. На меня полилось лечение, а призванный Вулкан, повинуюсь приказу хозяина, встал на дыбы, а затем обрушил свои колоннообразные лапы на пол, сотрясая пещеру, и выбрасывая Резака из инвиза.

В этот момент рога как раз поднимался с пола, подталкиваемый в спину многочисленными торчащими из неё руками. На губах его как в любом бою блуждала жутковатая ухмылка, а вот глаза были абсолютно стеклянные, он будто смотрел сквозь нас и не видел. Было понятно то, что его законтролили, но я всё же попытался урезонить его:

— Рез ты рехнулся? Что творишь?

Как обычно молчаливый наш спутник и сейчас не стал ничего отвечать, лишь стремительно бросился вперёд, сокращая дистанцию. Вот до него осталось восемь метров, семь, шесть… каст! Многочисленные проведённые вместе бои позволили хорошо узнать способности и возможности друг друга: сколько раз я видел, как он приближается к невинной, или вполне себе виноватой жертве на расстояние в пяток метров и блинкует, одним рывком заходя жертве за спину, нанося оттуда утроенный критический урон. И сейчас он в момент моего каста на миг исчез из этой реальности, чтобы тут же оказаться у меня за спиной, только в этот раз его там дожидалось раскинувшиеся величавое лавовое озеро. После моего последнего апгрейда глубина его стала достигать пояса нашего, в общем-то невысокого роги, и когда он на всем ходу ухнул туда, моментально замедлило его втрое. Странник тут же с удивительной для его телосложения прытью метнулся вперёд и не обращая внимания на скрежещущий по его броне клинок Резака выдернул его из каменного плена и ментально скрутил в бараний рог, повалил на пол и с чувством выполненного долга плюхнулся ему на спину.

— Фуф, неплохое начало, — я вытер рукавом вспотевший лоб, потрогал всё ещё кровоточащие горло и хлебнул заживляющего эликсира: несмотря на все старания Флоры, ей никак не удавалось восстановить моё здоровье полностью, настолько злые дебафы навесил на меня наш друган.

Последнее время я излишне много уделял внимания своему прогрессу, невольно думая, что остальные соклановцы лишь приложение к моей вновь приобретённой силе, а оказалось, что встреться мы с Резаком на узкой дорожке и ему понадобится меньше минуты, чтобы отправить меня смотреть посмертные мультики. Да и сейчас без поддержки остальных, я бы уже стоял на камне возрождения рядом с входом в эти пещеры.

Надо будет запомнить это ощущение, и поменьше задирать нос. Впрочем, об этом будем думать позже, а вот что делать сейчас? Добить его пока он обездвижен? Но что тогда помешает невидимому кукловоду сменить одну куклу на другую?

Или сковать его кандалами, оставив тут дожидаться окончания боя? Но он мастер по вскрытию замков, тогда что?

— Ребята, Ник, ты чего там на мне расселся, у нас привал что ли?

— О, кажись, очнулся, — порадовался танк, — Рез, ты как там, в норме?

— Конечно в норме, но почему я под тобой лежу?

— Тебя законтролили, ты чуть Бро на тот свет и отправил, еле угомонили.

— Правда, что ли? Ничего не помню, я только что бежал среди этих хреновин, — Резак ткнул в сторону леса рук, — и вот я уже лежу под стальной задницей Странника. Кстати, можешь уже встать, у меня и так вмятина в спине на неделю останется.

Танк бросил на меня вопросительный взгляд, и я согласно кивнул:

— Вставай, он, вроде, вернулся. Вот только что нам делать дальше? А что, если она нас всех законтролит?

— Тогда на этом всё наше путешествие и закончится, да даже если не всех, а двоих или троих… оставшимся придётся и с ними биться, и эту уродину как-то пытаться завалить.

— Ну, если она сразу всех может законтролить, тогда тут делать нечего, просто умрём все и по своим делам пойдём, а вот если это умение её ограничено… Даже не знаю, может разделиться, чтобы не перебивать друг друга и напасть на неё с трёх сторон? Если с одним из нас что-то случится, то у нас будет время на это среагировать.

Я согласно кивнул:

— Давайте: расходитесь с Резаком в стороны, а мы с Флорой на Доле попытаемся облететь её с дальней стороны и нападём оттуда. И это, когда напишу в чат слово «Щаз!» тут же или бегите подальше, или пейте защитное зелье. Ясно? Тогда погнали.

Я глянул, как Резак в сопровождении Мохнонога рванул направо, а Странник с Вулканом потопали налево, взгромоздился на Дола и похлопал по седлу у себя за спиной:

— Флора садись и следи за мной внимательно, я пристёгиваться не буду, если начну творить какой-нибудь дичь, постарайся выкинуть меня из седла, потому что, если меня законтролят, вам всем мало не покажется.

Флора только нервно закусила губу и согласно кивнула. Я порадовался такой её оценке моих способностей и убедившись, что она пристегнулась, поднял нашего скакуна в воздух. Потолки тут были не больно высокими и разгуляться особо было негде, но всё равно это было лучше, чем пробиваться через лес рук, торчащих из пола. Стараясь держаться как можно ближе к стене, мы, как настоящие герои, полетели в обход, довольно быстро добравшись до места противоположного входу в пещеру. Я очень надеялся, что где-то в этом месте окажется и выход из этой пещеры, через который мы сможем выбраться отсюда, не вступая в бой отвратительной, как в физическом, так и в моральном плане особой.

Однако план «А» не сработал, никакого выхода тут не наблюдалось, так что мы, не мешкая, приступили к плану «Б», сигналом к началу которого послужил ещё один гигантский файербол, только в этот раз направленный прямо в прячущуюся в темноте фигуру.

Гигантский шар плазмы вновь осветил всю пещеру, и, гудя будто перегруженный трансформатор, устремился вперёд, врезавшись в незащищённую спину, растекаясь по ней пламенными всполохами. Я же, не останавливаясь на достигнутом, врубил Огонёк на полную мощность и начал каст Гномьей секиры.

Секунда, вторая и от нашего противника в ответ прилетел фиолетовый луч, после чего я получила жёсткую оплеуху, моментально сбившую меня с каста. Ни хрена себе у Флоры какая ручка тяжёлая, мне чуть голову с плеч не сорвало:

— Фло, ты, что творишь⁈ Я не под контролем, всё нормально!

В ответ мне прилетела ещё оплеуха еще жёстче первый, чуть не выбившей меня из седла. Я нервно развернулся, уставившись в остекленевшие глаза своей юной жёнушки.

Твою мать! В вечном своём идиотизме я почему-то подумал, что Флоре контроль не грозит. И в самом деле, ну кто будет брать под контроль лекаря?

Ну что он может сделать? Вместо лечения, ведро касторки прописать?

Оказалось, что вполне может. Ещё раз звезданув меня по уже распухшему уху, она вдруг врубила свою сферу абсолютного отречения, которая лягнула нас с Долом бешеной лошадью, выкидывай меня из седла и отправляя в сторону не такого далёкого, но на удивление жёсткого пола.

Слава богам, падение слегка смягчили протянутые в мою сторону жадные руки, но они же после моего зубодробительного приземления стали хватать меня за все интересные места, не давая подняться на ноги. Пришлось слегка попортить прочку вещей и немного прорядить мою не в меру густую шевелюру, вырываясь из этих гребущих ручек и лишившись при этом клока шерсти, зато это придало мне больше боевого задора и превратило благодушное настроение в желание убивать:

— Ну, что же… пора не пора, а я иду со двора, кто не спрятался, я не виноват.

Глава 12

Для начала я смачно хрустнул шеей, осторожно потрогал новоприобретённую проплешину на голове, злобно зашипел и активировал большой чародейский набор усиливающих зелий. Удобная всё-таки эта штука — хороший пояс. В моём новом наборе он был широкий и напоминал патронташ революционного матроса. Четыре ряда по десятку бутыльков в каждом, такого я ещё в игре не встречал, да и активировать их стало удобно, не надо глотать один за другим, а стоило просто пожелать и фьють, ты стал в два раза сильнее и тысяч на двадцать беднее, чем секунду назад.

Фьють, прошел вполне успешно, мой виртуальный кошелёк сдавленно крякнул, точь-в-точь как тот самый заяц, в которого только что запихали утку, в которую в свою очередь запихали страусиное яйцо, зато я сразу почувствовал бегущий по жилам злой огонь, силу которого к тому же удвоил божественный артефакт и, не став больше медлить, скастовал подземный огонь. Он меня впечатлил ещё там в лесу, при свете яркого дня, здесь же практически в полный темноте он выглядел просто феерически: с вполне ощутимым подрагиванием земли, камень под ногами уродины пошёл многочисленными трещинами, осветившими всю пещеру неистовым подземным огнём, который уже через миг ревя и бурля пробился наружу, взмывая почти до самого не такого низкого свода пещеры. Фигура внутри этого бушующего огня тут же приобрела поистине демонские очертания, а вот заголосила она совсем по-человечески, размахивая своей дубиной будто вентилятором, видимо пытаясь смести в сторону быстро пожирающий её огонь, не сказано удивив меня тем, что это у неё получилось. Впрочем не совсем так, бьющий из-под её ног адский огонь всё также жадно облизывал её уродливое тело, но вот то, что уже успело вырваться на волю из подземных недр, начало расплёскиваться вокруг потоками жидкого огня, падающего на лес окружающих её рук, которые впитывали льющуюся на них энергию будто губка. Пять секунд действия заклинания, казалось, длились вечно, настолько завораживающим оказалось зрелище купающегося в первозданном огне демона. Заворожённый им я даже на несколько мгновений перестал кастовать и возможно эта тяга к прекрасному в этот раз спасла мою жизнь, потому что прилетевшая ответка едва не отправила меня в виртуальную могилу. Расплескавшаяся по округе магическая энергия никуда не делась, абсорбировавшись в частоколе рук заставила их неистово засветиться и швырнуть в меня десятки, сотни потоков чистой энергии. Магия не приобрела какую-то определённую форму, а просто волной света ударила меня в грудь, выжигая половину хитпоинтов и отбрасывая на несколько метров назад.

Я воспользовался этой двухсекундной передышкой, чтобы активировать сразу пяток лечебных зелий и для того чтобы приказать Долу спуститься пониже и отлететь подальше от меня, не дай бог взятая под контроль Флора решит десантироваться мне на голову, мне и одной зловредной бабы, отражающей на меня мои же заклинания достаточно, не хватало чтобы ещё одна, в самый неподходящий момент, долбанула мне коленом в пах: с дебафом «Потрескавшаяся скорлупа» долго не побегаешь, а лечить его можно только свитком восстановление скорлупы, а он одноразовый и стоит просто невменяемых денег, даже для нас, совсем недавно обнесших десяток замков местной знати. Я вообще с трудом представляю того, кто мог бы здесь вольготно играть, не задумываясь о расходах, вон даже Лапочка, регулярно спонсируемая продавцами нижнего белья и щедро осыпаемая донатами своих поклонников, количество которых к этому моменту перевалило за десять миллионов, и то постоянно оказывается на мели, если задуманный рейд проходит как-то не по плану…

Все эти мысли заняли у меня не больше секунды и я уже было начал вставать, но очередная пара рук вцепившихся в мою шевелюру и нежелание терять очередной клок шерсти с головы изменили моё намерение: хотите играть не по правилам, будь по вашему, посмотрим как вы будете сопротивляться мне с отмороженными пальцами.

Я слегка приподнял голову и ткнул указывающим перстом в сторону едва видимый фигуры и скастовал ледяной буран. Тот взвихрился, взвыл кастрированным без анестезии пёселем и ринулся к моей обидчице, напрочь замораживая встающий на пути лес рук, дробя и разнося его ледяными осколками, а я уже кастовал следующее заклинание. Метровый диск материализовался у меня над грудью, завертелся, закрутился, загудел в единый миг переходя на ультразвук и рванул вперёд, летя прямо над полом и напрочь сбривая торчащие из него конечности, пока не добрался до нашего основного врага, с отвратным чавком врезаясь ей в ляжку, затем понёсся дальше, а сцепившаяся со Странником бабища глухо охнула и лишившись одной опоры начала заваливаться на бок. Я думал от её падения случится локальное землетрясение, но она нас разочаровала, в единый миг отрастив себе новую, в этот раз призрачную нижнюю конечность, тут же перестала заваливаться, успев подхватить своё грузное тело, заодно так долбанув Странника, что тот снова скрылся в темноте, упорхнув туда аки пташка. Его место тут же занял Резак, вернее почти занял, так как был остановлен лесом рук, начавшим метать в него десятки, если не сотни кинжалов и ножей. Рога лишь успел опробовать на ней своё новое приобретение, вбив толстенный болт из запястного арбалета старушке прямо в висок, и ту же исчез в инвизе, спасаясь от ответного стального дождя. Ни отсутствующая нога, ни болт в мозге ее нисколько не впечатлили, а вот ответка была очень даже впечатляющая. Кажись я начинаю понимать здешние правила — эти чёртовы руки атакуют нас тем же оружием, пусть не так сильно, как делаем это мы, зато гораздо большим количеством, которое, как известно, в некоторых ситуациях очень неплохо заменяет качество. Вот только почему мне не пролетела ответка за второй залп или она может отвечать за один раз только одному противнику? Также как не может брать больше одного игрока в подчинение?

Будто в подтверждение этой мысли пришло сообщение от Флоры:

— Я снова с вами, что это было? Контроль?

Сразу ответить я не успел. Уродина снова осветилась фиолетовой аурой и подбегавший к ней Странник вдруг замер, начав искать кого-то глазами. Думаю, искал он нас и желание встречаться с ним один на один у меня никакого не было.

Броневой общий чат

Флора бегом ко мне, готовь сферу отречения, Резак отвлеки Странника, пусть побегает за тобой.

У меня нету сферы отречения, почему-то, хотя я её не использовала.

Да нет, использовала, когда была под контролем… ей ты меня и выбила из седла, а теперь её ждать ещё часов двенадцать.

Броневой Флоре

Тогда готовься лечить, откатывать будет не по-детски.

Я выхватил из сумки кинжал, резанул по волосам, одним махом ополовинивая свою причёску, зато освобождаясь от вцепившихся в них цепких рук, рванулся, врезал топором по рукам, вцепившимся в одежду, вскочил на ноги и, краем глаза увидев бегущую ко мне Фло, начал каст нового заклинания.

Ледяное копьё должно хорошо охладить излишнее разбушевавшуюся бабулю, тем более замораживающие заклинания весьма гармонично сочетаются с воздействием бараньего лба с хорошо промороженными частями тела.

В этот раз всё получилось крайне удачно: трёхметровое ледяное копьё пронзило грузное тело насквозь, тут же покрывая его коркой замёрзшей воды, и в этот же миг на него спикировал наш рогатый непарнокопытный истребитель, со всей дури врезаясь в обнажённое плечо. Тело бурно всколыхнулось всеми своими малоаппетитными частями, заставляя меня испытать очередной приступ тошноты, зато результат получился впечатляющий: побледневшая рука, к сожалению, не та, в которой была зажата дубина, лопнула, разлетаясь во все стороны кровавыми ледяными осколками. Это несколько расстроило злобную великаншу, которая наступила на тушу свалившегося Дола ногой, прижимая его к земле и десятком страшных ударов размозжила ему голову, раскидав всё её скудное содержимое по округе. За это время у неё успела отрасти другая, пусть и призрачная рука, а я умудрился скастовать три заклинания, по итогу получив жёсткую ответку, заставившую меня в свою очередь покрыться коркой льда и улететь на очередное свидание с приставучими руками, так и норовившими задушить меня в своих дружеских объятиях. Время в полёте пролетело незаметно, я лишь успел обдумать то, что если это баба так и дальше будет отращивать все отсутствующие части тела, то у нас будут большие проблемы, но жёсткое приземление и вездесущие руки, попытавшиеся после этого оторвать мне нос и выдавить глаза, привели меня к мысли, что у нас уже большие проблемы. Резак бегает от Странника, я лежу распятый на камнях, Дол вновь в своей преисподней, Мохноног пропал, и я не видел его сначала боя, а Вулкан, попытавшийся залить противника своим огнём, от жёсткой ответки сам превратился в клубок неистового бурлящего пламени, который несмотря на всю его защиту от этой стихии, очень скоро превратит его в небольшую горсть пепла. Выводы напрашивались неутешительные: надо прекращать нежится в лучах восстановления нашего лекаря, выдирать последние патлы из своей многострадальной головы, вставать и допинывать противника самостоятельно.

Краткое знакомство с нашим противником не раскрыло мне все его секреты, однако я заметил, что долбанные конечности медленно но верно подвигающие нас к перерождению не действуют все сразу: активно отвечает на нападение лишь четверть из них, ближайшая к атакующему толстуху игроку. Если кардинально уменьшить их количество, то и ответка будет по-слабже.

Я, в очередной раз, поднялся с ставшего уже родным пола и скастовал между собой и бабой лавовое озеро, его краем зацепив и толстуху. Та ухнула в расплавленный камень, чуть ли не по самые болтающиеся из стороны в сторону сиськи, а вот лес рук, попавший в зону действия заклинания, начал погружаться внутрь расплава медленно, будто сотня терминаторов в чан с расплавленным металлом, только эти вместо большого пальца вверх почему-то подняли средние. В их ладонях начали разгораться огненные вихри, но сорваться в мою сторону не успели, вязкая глубина поглотила их всех и только кое-где на поверхности успели вырваться фонтанчики бурлящего пламени, но на этом всё их сопротивление и закончилось.

— А вот теперь потанцуем, — довольно потерев ладони, я запустил очередное ледяное копьё, пронзая крутящуюся на месте толстуху насквозь.

В ответ прилетела только пара сосулек с берегов пылающего лавового озера, но их воздействие тут же нейтрализовала Флора, и я, ещё раз потерев руки, занялся делом уже по серьёзному.

Заклинания посыпались на противника настоящим водопадом, стремительно снижая её хитпоинты, к тому же, напоминающие мне героев Тома и Джерри, Странник с Резаком закончили свой потешный забег друг за другом и вернулись к основному занятию по избиению бедной старушки. Что значит сие новые обстоятельства, я сообразить не успел: только порадовался, что наконец-то, мы снова все вместе, как моё тело развернуло. Скастованное мной ледяное копьё, сорвавшееся с рук, пробило отлечивающую меня Флору, откидывая её тело далеко назад.

Я всё ещё в недоумении смотрел на свои руки, когда из них начал формироваться огромный файербол, через секунду полетевший ту же сторону что и копьё. Флору затопило бушующем огнём, отправляя лекаря в коматозное состояние

— Нет! — Завопил я, но ни одного звука из моей глотки не вылетело, лишь руки зашевелились вновь, начиная каст нового заклинания.

Меня вновь развернуло лицом к шатающейся от полученных ран бабище. Для чего мое тело это сделало я так и не понял: Флору мы не добили, а здесь противников не наблюдалось: только что кромсающий её рога и танк куда-то пропали, и баба оглядывалась в поиске их с таким же недоумением, как и я. Впрочем, длилось это недолго: управляющей бабой ИИ сообразил, что если противника не видно — это не значит, что его нельзя убить и мои руки зашевелились начиная новый каст.

Твою мать, она же решила кастануть недоделанный Армагеддон! Да она же сейчас здесь всех им положит!

Десять секунд, девять…

Вот чёрт, стерва с бараньими рожками меня о таком не предупреждала.

8… 7… 6…

Хоть кто-нибудь, дайте мне пендель, сбейте с каста…

5… 4…

Да где, вы все? Один крохотный толчок, сбить меня с концентрации и всё, рога, дятел, ты где?

3… 2…

А вот и он, только он не рядом со мной. Рога каким-то образом оказался на потолке, видимо, не без помощи своего пета, пропадающего непонятно где с самого начала боя, а сейчас его хозяин будто настоящий ниндзя или какой-нибудь ассасин рухнул вниз с потолка, слёту всаживая клинки кинжалов бабе в макушку и будто двумя рычагами с силой оттянул её голову назад. В этот же миг поверхность моего лавового озера взорвалась и из него вылетело раскалённое нечто истекающее расплавленным камнем с зажатым в руках щитом. Нижний его острый конец, будто гильотина, врезался в горло противника разрывая мышцы и ломая кости после чего уродливая голова с громким чавком отвалилась.

1…

Желаете отменить заклинание?

— Да, да, да!

Заклинание имплозии отменено.

Странник покрытый толстенный коркой застывающего камня рухнул на одно колено, устало опуская голову, а я, развернувшись, бросился к лежащей Флоре, но вдруг споткнулся на ровном месте, и грохнулся, словно подрубленное дерево, в очередной раз переносясь куда-то в совершенно другое место.

Вернее, там оказалось моё сознание, так как никакого тела у меня не наблюдалось, просто какая-то глазастая точка в пространстве, да и то без собственной воли, смотрящая в единственное указанном ей направлении. Впрочем, на вид была грех жаловаться: комната с блестящим чёрным полом и большой низкой кроватью на нём, устланной белоснежной шёлковой простынёй. Но главное находилось позади неё: небольшой бортик вместо стены и безразмерное панорамные стекло, за которым раскинулся бескрайний космос, усыпанный миллионами звёзд и с парой врезавшихся друг друга галактик в центре этой панорамы. Меня тут же кольнуло воспоминание о моём недавнем приключений в мире космических рейнджеров, но, так как я был просто призраком, бестелесным наблюдателем, все чувства тут же схлынули, поглощённые присущим призракам безразличием. Я ещё раз попытался оглядеться, но из этого ничего не вышло и мне осталось только любоваться бескрайним космосом. Впрочем, продолжалось это не слишком долго: на сцене появились новые актёры. Пространство на периферии зрения колыхнулось и в комнату с двух сторон вплыли два существа: мужчина и женщина. Хотя лиц их было не видно из-за закрывающих их затемненных масок скафандров, но особенности конструкции последних выдавали их содержимое. К тому же в женском скафандре имелась пара деталей, которые явно подтверждали моё первоначальное предположение. Чёрный обтягивающий материал скафандра, пронзённый десятками световых полос, дополнительно подчеркивающих упрятанную под неё фигуру, в двух местах становился абсолютно прозрачным, открывая на всеобщее обозрение внушительную грудь и ягодицы владелицы скафандра.

Интересно там у них гравитация понижена или антигравы вмонтированы прямо ей в сиськи? Не может же такая объёмная грудь так бодро смотреть вверх озорно торчащими сосками.

То ли я начал стареть, то ли из-за личной пресыщенности постельной жизнью последнего времени, но я несколько потерял интерес к разглядыванию чужих достижений на этом поприще, даже когда в них принимают участие такая шикарная девушка. Однако ни шанса пойти попить кофейку ни просто отвернуться у меня не было, так что пришлось быть невольным участником развёртывающейся сцены.

Она, слава богам, не отличалась какой-то особой изощрённостью, девушка, не затягивая дело в долгий ящик, с грациозностью сиамской кошки прошествовала до кровати и вставь там на четвереньки уже в таком виде поползла на противоположную её часть, там уже стоял парень, поджидающий там свою подругу. Его скафандр ничего ждать не стал, начав преобразовываться в самом нужном для этой сцены вместе, высвобождая внушительный агрегат, затянутый в поблёскивающий силикон. Затемнённая маска девушки тоже стала преображаться, обретая прозрачность, открывая вид на смутно знакомое ушко показавшееся из под пышной прически и растягиваясь в нужных местах, так чтобы дать парочке возможность проконтактировать к их обоюдному удовлетворению, а ее повернутым в нашу сторону ягодицам притягательно колыхаться под прозрачным пластиком.

— Твою мать, они что в игру рекламу новых костюмов химзащиты запихали? Совсем сдурели там, что ли?

Мой безмолвный вопрос остался без ответа, так что пришлось заткнуться и смотреть дальше.

Тем временем девушка страстно приникла к агрегату парня, нисколько не смущаясь тем, что и на нём, и на ней защитные костюмы никуда не делись, усердно полируя его прибор, всё больше убеждая меня что это и есть реклама, только какая-то уж больно кардинальная, примерно двадцать один плюс.

Я, конечно, понимаю что сейчас на земле у девяносто пяти процентов его жителей из-за глобальной экологической катастрофы это способ единственный, чтобы поразвлечься, но запускать подобную рекламу внутри игры типа меча и магии — это уже за пределами моего понимания.

Тем временем девушке удалось настроить парня на нужную волну, и тот, запустив ей руку между ног, по-хозяйски развернул её задом к себе, открывая завораживающий вид на подрагивающую под прозрачным пластиком сногсшибательную грудь. Пару минут я заворожено наблюдал за этим процессом, пока невероятным усилием воли не заставил себя перевести взгляд на её лицо. И тут вся заинтересованность процессом у меня пропала: сквозь прозрачный пластик шлема на меня смотрело лицо Лапочки, пусть ещё совсем юной, но это несомненно была она.

Что-то в моей душе хрустнуло, со звоном упав в район пяток, а пресловутые кошки заскребли на душе, покрывая её кровоточащими ранами.

Конечно, когда мы встретились с ней, я точно знал, что она далеко не девственница, но в таком виде и в таком качестве я её здесь встретить никак не ожидал. Да и живущий в глубине души собственник получил знатную оплеуху, отправившую его в нокдаун, а тут ещё на это наложилась невозможность даже отвернуться и закрыть глаза в то время, как чёртов кобель методично обрабатывает мою подругу. Всё это начало выжигать в моей душе пылающую, незакрывающуюся рану.

Вот найду этого козла и заставлю самого себя трахнуть, надо узнать только, кто это такой.

Будто повинуясь моему мысленному приказу, затемнённый пластик на лицевой пластине его скафандра тоже стал прозрачным, открывая сосредоточенно пялящееся на ягодицы Лапочки хорошо знакомое лицо.

— Сука… Да не может такого быть… Я точно убью его.

Глава 13

Я приподнялся, сел, машинально потирая повреждённую при падении скулу, заодно незаметно стирая натёкшую слюну с уголка губ. Огляделся, осознавая, что я снова в пещерах никому не нужного Познания. Я-то думал, что мы будем получать здесь информацию о месте расположения неведомого мне могущества, а не вот это вот всё.

Отмахнулся от кучи пришедших логов и огляделся ещё раз. Поняв, что Флора уже очухалась от моего нападения и усиленно отлечивается, поднялся и быстрым шагом направился к Страннику.

Вынырнувший из раскалённой магмы танк так и застыл, стоя на одном колене с понуро опущенной головой, а затвердевший на нём камень образовал из его фигуры гротескную скульптуру поверженного воина. Я сходу пнул её ногой и скомандовал:

— Что расселся, вылезает оттуда давай.

— Бро, ты чего? — Удивлённо воззрился на меня Резак, — его там нет. Логов, что ли, не видел? Умер он, и воскрешать уже поздно, мы тут долго провалялись, мультики рассматривая.

Я пнул камень ещё раз, в этот раз посильнее и тот растрескавшись развалился, подтверждая слова Резака: Странника внутри камня уже не было.

— Да как он мог умереть? Он же и не сражался почти?

— Ну, вначале он держался действительно неплохо, но после того, как это уродина его законтролила, она разом все его лучшие абилки использовала, включая магические щиты. В итоге, когда он вернулся к нам, то был практически голым, а ты бы видел, какая ему ответка пролетала от этих долбаных рук, его долбили молотами со всех сторон будто пыльный половик, я ещё удивлён, как он так долго продержался.

— Ладно, сучок, — я снова глянул на развалившуюся скульптуру, — потом поговорим. А ты на меня, что так пялишься? Ищи лут и топаем дальше.

— Ладно, спокойно и спокойно, чего его искать? Собирать надо, — он обвёл взглядом пещеру, и я только сейчас заметил что в ней ещё изменилось: лес рук никуда не делся, но сейчас в каждый руке, в каждый ладони был зажат или флакон с эликсиром или небольшой свиток с заклинанием, а так как рук было много, то и добра получалось немерено.

Пришлось плюнуть на испоганенное настроение и пойти собирать лут наравне с остальными, параллельно читая пришедшие после боя логи.

Поздравляем! Смотритель первого уровня пещер познания, уровень 250, усмирён.

Получена информация: 2/10.

Получен уровень 197.

Награда: доступ ко второму уровню пещер Познания.

Внимание! Член вашего клана Странник погиб.

Время на оживление 195 секунд.

Время воскрешения вышло, Странник завершает прохождение пещер Познания.

Броневой Страннику:

Тебе повезло что ты сам умер, но слегка попозже нам придётся ещё поговорить, а сейчас если ты не забыл возродиться здесь в подвале, найди Снегиря и, если он ещё не продал оба больших диска, гони его прочь поганой метлой, а если будет сопротивляться, разрешаю сломать ему руки. И ноги, а если и так не поймёт, то снеси ему голову.

Я активировал пересылку на что получил закономерный ответ:

Внимание при прохождении закрытого инстанса: «Пещеры Познания» любая связь с внешним миром заблокирована.

— Сука, твою мать! Дай сюда! — С трудом вырвал пузырёк маны из скрюченных пальцев шагнул к следующему дарителю, разжившись у него свиткам одноразового заклинания «Пурпурный кожи». Для чего и кому-то могло понадобиться делать свою кожу такого неприятного оттенка я понять не мог, как и лимонно-жёлтого из свитка, что я получил пять рук назад, однако кроме этой характеристики полученные заклинания не давали ничего.

Что это и для чего может понадобиться, будем разбираться попозже на трезвую голову, а сейчас…

Я выдрал из скрученных пальцев очередной пузырёк и огляделся: вроде всё, всё собрали.

— Рез, что там с уродины той выпало? Есть что-то хорошее?

К слову сказать, уже полученное тянуло на вполне приличную сумму и больше того: хрен с ним с деньгами, но в закрытом инстансе на аукцион не выйти, так что полное восстановление потраченных эликсиров здесь — это вполне осязаемые награда, однако человек всегда склонен стремиться к большему и тут главное не превратиться старушку, оставшуюся у разбитого корыта.

— Не знаю, как на счет хорошего, есть главное, — ответил рога, — ключ к нашему продвижению вперёд и для тебя небольшой подарочек.

И, действительно, вытащил из воздуха натуральный ключ, потемневший от старости, бронзовый, весом, наверняка, не меньше килограмма, с заковыристыми зубьями и изящной закрученной рукоятью и тяжелый свиток, украшенный печатью из натурального золота.

Изучаемый свиток: Щит Отражения.

Ранг Уникальный.

Преобразуется в Щит Отрицания и Щит Возмездия.

Стоимость наложения щита 50 единиц энергии духа.

Поддержание работы щита 50 единиц энергии духа в минуту.

Воздействие щита отменяется мысленным приказом или с окончанием энергии духа игрока.

Кулдаун заклинания 5 минут.

Срезает 25 % направленного на вас урона. С вероятностью в 10 % отражает на противника 50 % урона от его атаки.

Совместим с одним активным щитом.

Отлично! Конечно, пока это не абсолютная имба, да и слететь может в самый неподходящий момент, но по мере развития, это должно превратиться в то, что я давно желал получить, а то мои щиты уже давно морально устарели. На случай первого неожиданного нападения они были хороши, однако после этого они сразу отключались и при длительном противостояние с игроками или мобами, помочь никак не могли.

Я тут же изучил свиток и взял в руки тяжеленный ключ:

— Осталось только найти к нему замок, но я что-то здесь не видел ни коморки папы Карло, ни холста с нарисованным горящим очагом, за которым бы пряталась заветная дверца, для этого золотого ключика.

— Видел, видел, ты в этот холст столько ледяных копий вогнал, что он на ёжика-мутанта стал похож, а дверца прямо под ним оказалась. Я когда бабулю развеял, сразу её обнаружил, там она, прямо в центре зала. Вот только, я думаю, может на нижние рубежи мне с Мохноногом пойти? Что-то я не уверен, что ты готов.

— В каком смысле не готов? — удивился я.

— Ну, это… — замялся рога, отводя глаза в сторону, — всё-таки ты чистый кастер, а я смогу выжить там, где тебе будет сделать это затруднительно.

Я слегка удивился таким откровениям, но лишь пожал плечами:

— Будет видно, может и выбирать не надо будет, если кто-то один из нас в живых останется, а может и вообще все поляжем, так что думать об этом пока бессмысленно. Давай лучше показывай, что за дверь ты нашёл.

Наша делегация заинтересовано прошествовала по указанному адресу и, действительно, слегка залитая расплавом из моего лавового озера, в месте, где бабуля так и не сошла за всё время нашего боя, дверь и находилась. Почерневшая от времени солидная чугунная дверь, вернее объёмный люк, ведущий ещё неизведанные глубины. И искомая скважина оказалась на месте, и найденный ключ вошёл в единственную скважину повернувшись там без всяких сюрпризов, лишь громко щёлкнув слегка заржавевшим механизмом замка.

Внимание! Вы уверены что хотите спуститься на второй уровень пещер Познания?

Да. нет.

За последние несколько часов я стал побаиваться приходящих мне видений, однако в этот раз они стали несколько другого плана. Стоило нам согласиться с предложением спуститься ниже, как всем опять будто врезали по голове, отправляя в нокаут, где для нас уже приготовили новую серию для просмотра.

Я только успел подумать о том, что надо расспросить остальных, что они видят в своих снах, тоже, что и я, или что-то своё, как сознание моё отключилось, а перед застывшим взором начало твориться что-то странное: нечто серо-зелёное, сливающееся в единую массу помчалось прямо до меня, обтекло стороной, и начало уноситься прочь, будто я мчался вдоль леса на летуне на скорости в пару тысяч километров в час. Соответствовало этому образу и непонятная стальная конструкция перед глазами, отгораживающая нас от зелёной серости окружающего мира, и шум ревущего ветра в ушах. Пара минут и ветер начал стихать, серая зелёность начала приобретать детали, превращаясь в отдельные деревья, но и они вскоре исчезли, и мы вылетели на песчаный пляж, полого спускающийся к обширной реке, несущей свои спокойные воды к далёкому океану. Пляж был девственно чист и пуст: ни тебе отдыхающих, ни разбросанных бутылок, ни кем-то забытой резиновой тапочки, ни рваных пакетов, лишь пара поросших мхом брёвен, выброшенных на жёлтый песок, да листья мать-и-мачехи, проложившие узкую тропу к виднеющимся невдалеке лесопилке. Гудение ее пил сливалось с гудением парочки жирных, желтых от облепившей их пыльцы шмелей, грузно перелетающих с цветка на цветок. Больше, кроме этого, слышно ничего не было, хотя по докладам сотников атаки на пляж и строящийся здесь флот происходили по два-три раза в день.

Флот… Бродриг глянул на воду и на десяток покачивающихся на волнах плотов и невесело ухмыльнулся. Император будет не очень доволен, но все попытки построить здесь полноценные корабли потерпели неудачу. Местные жители сжигали и верфи, и сами остовы кораблей, стоило только начать их строить. Плоты сделать гораздо легче, да и все необходимые надстройки можно будет соорудить, уже отплыв от проклятых берегов, а течение, пусть и неспешное сделает остальное: благодарение богам, искомое находится ниже по течению, и чтобы добраться туда даже парусов не понадобиться. Опасность нападения на плоты тоже никуда не исчезла, поэтому вот и сейчас прибывшая со мной десятка чародеев и воинов быстро рассыпалась по песку пляжа, разбиваясь на двойки и бросаясь к застывшим на краю леса стражам, а я развернулся благодарно похлопал по ободу двемерского колеса и зашагал к лесопилке и суетящейся около неё бригаде корабелов.

Нападения его обитателей на вторгшихся в древний лес происходили регулярно, и их атаки почти всегда удавалось отбивать, но каждую седьмицу лес будто сходил с ума, извергая из своего нутра сонмы чудовищ. Первые две экспедиции они стёрли до основания, единственное, что они успели сделать — это возвести пресловутую лесопилку, оставив после себя, кроме неё, только кучу собственных окровавленных, растерзанных трупов. Третья и четвёртая экспедиция за день до вторжения возвращалась на базу, лес это не останавливало, он разносил все постройки на берегу и начавшие строятся ладьи. Пришлось скорректировать планы и заняться постройкой плотов. Сегодня пятый день, завтра сюда прибудет сам Император со своей свитой и они отправятся в дальнейшее путешествие до наступление следующего вторжения.

Я сделал ещё шаг вперёд, но земля вдруг расступилась под моими ногами, и я, ничего не успев сообразить, рухнул на песок, въехав правой бровью в приличных размеров речной окатыш, от чего вся моя голова вспыхнула болью, на несколько секунд отключая от реальности.

Я зашмыгал носом, пытаясь по новой вогнать в него вытекающую кровь, хлынувшую из разбитого рубильника при падении. В следующий раз надо будет при переходе на третий уровень пещер сразу ложится на землю, не дожидаясь пока тебя насильно вырубит, и ты, будто подрубленное дерево, не грохнешься на весьма жёсткие камни.

С кряхтением перевернулся, приваливаясь спиной к тёплым камням очередного подземелья, глянул на попутчиков:

— Ну что, у кого какие видения были?

Резак только невнятно пожал плечами:

— Да так, всякая непонятная хренобень. Муть какая-то.

— А тебе? — Я повернул голову к Флоре.

— Не знаю, — не уверено протянула она, — видела мальчика лет четырёх-пяти.

Флора на несколько секунд замолчала, но затем всё-таки продолжила.

— Он играл с куклами, заплетал и им косички и одевал в платьица… Во сне я была уверена, что это ты.

От неожиданности от сказанного я непроизвольно хмыкнул, но от дальнейших комментариев воздержался, хотя мне очень хотелось сказать, что она ошиблась, и платья с этих кукол я снимал, а не одевал, но вовремя сдержался и промолчал. Мне было шесть лет, когда началась Игра, и я вместе с остальными детьми попал в Хранилище, и что было со мной до этого события помнил весьма смутно. Да и то, что помнил, скорее относилась к эмоциональным проявлениям, чем к воспоминаниям. Я помнил тепло маминых рук, запах отцовской рабочий куртки, пропахшей куревом и потом, ощущение жёсткой шерсти нашего собакена под рукой… Однако я даже не знал его клички, впрочем, как и того, как звали моих родителей, и тут уж точно не до воспоминаний о каких-то куклах. Внутренний голос говорит, что это неправда, рассудок утверждает, что всякое может быть.

— Ладно, — я хлопнул себя по коленям поднимаясь, — действительно какая-то лабуда, ничего интересного, вставайте и идём.

Конечно, до возможности возвращения моего пета оставалось еще почти полчаса, но, после этого короткого разговора, дожидаться его, сидя у входа в пещеры, у меня пропало. Да и всё равно, спуск опять предстоит такой, что ноги сломаешь, а его упитанная тушка пролезет далеко не во всякую щель, да и всё равно Мохноног ползёт впереди, и если что предупредит нас о грозящей опасности заранее и мы сможем вернуться немного назад и подождать его возвращения.

Случиться, конечно, может всякое, но что-то мне подсказывает, что его защита мне ещё не скоро понадобится.

К сожалению, я оказался прав, видимо, разработчики одним из препятствий на нашем пути решили сделать скуку.

Узкая тёмная щель в скале, извиваясь из стороны в сторону, спускалась всё ниже и ниже, и самая большая опасность, которая нас здесь подстерегала — это возможность порвать себе пасть от могучих зевков, которыми заразилась вся наша группа.

Но всё же разок нам пришлось остановиться и сменить часть боевой бижутерии, на то, что мы носили на Пустошах. Чем глубже мы спускались, тем жарче становилось, и скоро до стен стало не дотронуться, настолько они раскалились. Сплошная чернота окрасилась багряными всполохами и через очередную сотню метров зубодробительного спуска, мы выпали в обширную пещеру, только не в стандартную, каких мы тут уже перевидали десятки, а вертикальную, неравномерным конусом расширяющуюся где-то в бездонной глубине и освещённую грохочущими лавовыми водопадами.

Мы выбрались на небольшой уступ, торчащий из одной из её стен и никакой дороги, дальше не было и следа.

Да ее и не могло быть, лишь небольшие скальные выступы обозначали путь, по которому можно было бы спуститься вниз, если бы мы могли прыгать на пару десятков метров вперёд и ни разу бы при этом не промахнуться мимо не таких уж и больших каменных площадок. Впрочем, и этого бы не хватило, так как на некоторые уступы низвергались лавовые водопады, с грохотом разбиваясь о них, и в облаке искр и огненных капель рушились дальше вниз, пронзая всё пространство пещеры пламенеющими струями, подпитывающими раскинувшиеся на невероятной глубине бурлящее лавовое озеро.

Честно говоря зрелище было нереальным и захватывающим и мы бы простояли на краю обрыва ни одно чудесное мгновенье, любуюсь этой ужасающей красотой, однако нечто схожее мы уже видели раньше в своих путешествиях, да и последний месяц игры провели примерно среди таких же пейзажей, так что мы просто стояли и любовались неспешно соображая, что же нам делать дальше.

— Предположим, двое могут спуститься туда на Доле… Рез, как думаешь, сможешь воспользоваться этими уступами для спуска вниз?

— Вряд ли, — Резак задумчиво поскрёб макушку, — я и половину этого расстояния не перепрыгну, а двойного прыжка в этой игре нет. Можно попробовать передвигаться блинком, но для него тут тоже далековато, да и их количества не хватит чтобы спуститься вниз даже на треть, по пути вниз придётся сидеть где-то среди этого ада и час ждать отката умения. А потом ещё раз и ещё, если попыток не хватит для спуска. Есть способ полегче и попроще: можно сигануть головой вниз без всяких заморочек, кольцо лёгкого пёрышка у меня с собой, раз в сутки оно меня спасёт от падения, вот только если я приземлюсь в центр лавового озера — это мне мало поможет. Проще всего, наверное, попросить Моха добраться до центра свода пещеры и спуститься оттуда на своей паутине. За последние достижения паутина повысила свой ранг, стала, так сказать, алмазной и неразрушимой, какой бы длины она не была, а при нынешнем уровне мохнонога это больше километра, нам за глаза хватит. Впрочем, подстраховка нам не помешает, пока я начну спуск, метнись вниз и оставь там Флору, а потом кружись где-нибудь неподалёку.

— Таким образом, тебе не обязательно и спускаться, если можно будет где-то Флору оставить, то я просто прилечу за тобой и спущу вторым рейсом.

— Точно, я что-то об этом не подумал, наверное, подсознание говорит, что это нереальный план и спускаться надо вместе. Сомневаюсь, что все ограничится простым спуском.

Я только согласно кивнул:

— Тогда начинаем.

Я глянул, как Мохноног быстро перебирая конечностями вскочил на стену, устремляясь к невидимому в темноте своду пещеры и повернулся к Флоре:

— Колечки поменяла?

Флора без слов ткнула мне запястьем под нос, поиграв пальчиками, на которых поблёскивала знакомая бижутерия. Проживая на Пустошах, мы все закупились лучшие снарягой, поднимающей защиту от магии огня до девяносто пяти процентов, выше поднять эту защиту без эпических вещей было невозможно. В моём новом комплекте архимага такое сопротивление нашлось, поднимая сопротивление до максимальных девяносто девяти процентов. Выше был только иммунитет, но найти предметы, дающие уязвимость к одной из основных стихийных магии, было практически невозможно, а уж купить такие предметы на аукционе было абсолютно невозможно. Впрочем, такой набор у меня был: прикид от Верховного демона давал иммунитет магии огня, но остальные его характеристики были похуже, чем у моего нового набора, да и носить его мог только когда на небе появлялась Кровавая луна, а когда это случится снова неизвестно. Перекатывая в голове эти мысли, я уже по новой призвал Дола, который едва поместился на небольшом уступе и теперь широко раскрыв глаза смотрел в огненную бездну, скрытую поднимающимся вверх клубами ядовитого пара.

Я успокаивающая потрепал его по кудрявой чёлке:

— Сегодня тебе везёт, парнокопытный, смотри всё как ты любишь: тепло, светло и куча водопадов, меж которыми можно весело рассечь вместе с любимым хозяином и его подругой.

Дол уставил на меня взгляд своих косоватых глаз, и тихонько проблеял, будто спрашивая, всё ли в порядке с головой у вышеупомянутого хозяина и заодно и у его подружки, что они опять посылают его круторогое святейшество в этот адский ад.

— Всё будет нормально, не боись, просто спустимся вниз и найдем продолжение дороги, делов-то.

В этот раз ответный вопль Дола был гораздо более возмущённый, но мы не обратили на него внимания, так как сразу произошло несколько более интересных событий.

Внимание! В небе появился диск Кровавой Луны. Началась седьмица тёмных рас этого мира. Демоны, мертвяки и другие тёмные расы получают плюс 20 % ко всем своим характеристикам.

Одновременно с этим сообщением пещера заполнилась гулом и треском, слегка затряслась, чуть не скинув нас с нашего насеста, а затем всё больше наполняющееся озеро магмы вздрогнуло, по его бурлящей поверхности пошла рябь, которая быстро начала закручиваться, превращаясь в гигантский магмаворот.

Грохот и усиленный в миллионы раз звук смываемого унитаза усилился ещё больше и кипящий магма начала всасываться под землю, обнажая раскалённое гранитное дно и огромную дыру, в которой скрылось всё содержимое озера. Впрочем, продолжалось это недолго: не прекращающие извергаться водопады лавы, вязкими шмотками продолжились рушиться вниз, растекаясь по граниту и начиная заполнять озеро вновь.

Пока мы наблюдали за этой картиной, откуда-то сверху спустился Мохноног в метрах в пятнадцати от нашей застывшей группы. Завороженные небывалым зрелищем, мы не обращали на него внимания, пока стоящие рядом Резак не бросил:

— Ну, ладно, я пошёл.

И, взяв короткий разбег, прыгнул на рекордные десять метров, в конце полёта активировав блинк. Миг, и его руки уже вцепились в мохнатое тело паука, который от удара закачался и закрутился на почти невидимый паутине.

— Мы пошли, — поудобнее устроившись на голове своего питомца, махнул рукой нам Резак, — догоняйте.

Я подсадил на седло Флору и взлетел в него сам:

— Ну, что ж, погнали.

Глава 14

Дол робко взмахнул крыльями, а затем оттолкнувшись от уступа упитанными ногами, вспорхнул в воздух и опираясь на взметнувшиеся в стороны призрачные крылья. Раздался громкий треск и уступ, на котором мы стояли, сорвался вниз, крутясь, кувыркаясь и устремляясь ко дну пещеры, где врезался в ещё не покрытый лавой пол. По пещере пошла вибрация, со стен начали срываться мелкие камни, пролетая мимо нас и врезаясь в распахнутые крылья, сыплясь нам на головы. Миг, и вход в пещеру обвалился, а Резак, получив здоровенным булыжником по затылку отключился, безвольно откинувшись назад, удерживаемый лишь вцепившимся в него лапами питомца. Ладно хоть крылья у нас были астральные, и легко удерживая нас в воздухе, они с такой же лёгкостью пропускали сквозь себя рушащиеся со свода пещеры булыжники. Я, как смог, накрыл Флору своим телом и через пару секунд тоже лишился воздушного щита, снесённого ударом камня, после этого пещера перестала сотрясаться, вновь возвращаясь к своему извечному состоянию, когда текущая магма заполнила её почти до середины, а потом исчезала в неизведанных глубинах. Я бросил быстрый взгляд на отключившегося рогу: только этого, блин, нам не хватало.

— Мох, ты, как там? Живой? Держи своего хозяина покрепче и давай трави по малу. Да куда ты свое жало вынул? Не ядом трави, я имею в виду спускайся потихоньку, а мы полетели дорогу разведывать.

Вернее, дорогу разведывал Скорп, ещё в самом начале нашего появления здесь отправленный Флорой на разведку. Хорошо, что он ещё не вымахал до размеров Вулкана или хотя бы Дола, а то бы ему не в жизни было не спуститься по этой стене, даже не вертикальной, а с не слабым обратным уклоном. Сейчас же чёрная точка, в которую он превратился за эти несколько минут спуска шустро лавировала среди впадин и выпуклостей, пробираясь всё ниже туда, где скалы уже раскалились докрасна разогретые льющейся на них лавой. Нам повезло, что предок нашего Скорпа был хозяином пустошей и привык греть свою холодную кровь в озёрах лавы, занимающих треть всего пространство нашего оазиса в Пустошах. Это способность передалась и его потомку, что в данный ситуации не могло не радовать, он выживет даже если свалится и плюхнется в бурлящий и кипящий котёл, раскинувшийся далеко под нами.

Крутая способность: если я со всеми своими сопротивлениями свалюсь в кипящую лаву, продержусь минуты две-три, ведь там идёт урон не только от магии огня, да и от стихии Земли, и от стихии природы — это вам не магия игроков, где используются одна стихия, в настоящих природных явлениях всё гораздо сложнее. Размышлял я об этом не просто так, а потому, что мы нарезали круги по этой неспокойной пещере, всё это время лавируя меж потоков лавы, которые пронзали всё пространство пещеры, оставляя очень мало место для маневра. Несколько раз не особо приспособленному к полётам непарнокопытному не удавалось полностью избежать встречи с ними, поэтому я и смог рассмотреть множество подробных логов во всех деталях расписывающий проходящий по нам урон. Впрочем, очень скоро нам стало не до этого. Не знаю откуда он взялся, не заметил, просто услышал, как Дол в ужасе заблеял и попытался встать на дыбы, но это не помогло: гигантских размеров фаербол врезался прямо в нас, окружил бурлящим пламенем, а затем промчался дальше, оставив нас в некотором недоумении сдувать сгоревшие брови с лица.

А вот это уже была чистая магия огня, и несмотря на всю свою смертоносность, она смогла устроить нам лишь частичную эпиляцию. Мы с Флорой отнеслись к этому индифферентно, а вот Дол, лишившийся части шикарный кудрявый шерсти, обижено заблеял и начал выискивать обидчика покрасневшим от злобы взглядом.

Много на это времени не понадобилось: наш обидчик ни от кого не скрываясь стоял там, куда только что засосало всю лаву из опустевшей пещеры. Великий лавовый элементаль, вернее Величайший, при первой встрече с таким я бы не продержался и минуты, сварившись в собственном соку, сейчас же мы едва заметили его потуги нас убить: неплохой прогресс за месяц игры. И, вообще, если честно говорить, это сопротивление заёмное как у нас, так и у наших питомцев, обвешанных бижутерией способствующие выживанию в Пустошах. Все к лучшему, что у нас не было времени их переодеть во что-то более подходящее для нашего нынешнего местопроживания, сейчас это пригодилось как нельзя более кстати. И вообще, если честно говорить, в данный момент я даже был несколько благодарен этому элементалю: его титанический файербол оказался тем очистительным огнём, который будто мощный струёй воды вымыл у меня из души серую пелену воспоминаний и тревог от здешних видений, оставив былое в прошлом и вернув меня в реальность. Шоры из видений прошлого спали с моих глаз, делая окружающее на удивление реальным и завораживающим. Моё сознание вдруг заполнил рокот окружающих нас скал, резкий запах расплавленного камня, раскалённый ветер, бьющий в лицо из бурлящих глубин, миллионы тонн расплава, чёрно-рыжими потоками, выливающимися из недр земли и образующие десятки нереальных, пламенных водопадов вокруг нас. Мы были лишь песчинками в этом мире, но не обычными, а теми, что, попав в часовой механизм, могут вывести из строя тонко настроенный механизм. С созиданием у нас пока не очень, а вот с разрушением, все не плохо. Вот им и займемся, и в этом нам не помешают даже десятки новых элементалей, начавших появляться отовсюду: вытекая вместе с потоками лавы из расщелин, выбираясь просто из камней и скал, выныривая из лавового озера на дне пещеры. Это были обычные элементали, средние или большие, те, которые могли швыряться файерболами, но не могли зачерпывать лаву и швыряться ей будто огненными снежками. Это может делать только величайший элементаль… Усилия остальных ни на что повлиять не могли, так что…

— Дол, давай вниз, покажем этому малышу, кто здесь батя. Реальность наполнилась гудением десятков файерболов с центром притяжения в виде роги, неспешно спускающегося на невидимой нити вниз на своём мохноногом скакуне, а нас, как более подвижную мишень, оставили на растерзание главарю, и он показал всё на что способен. Ему надоело швыряться сгустками лавы, которые всё время пролетали мимо подвижной цели и он, раздувшись минимум вдвое, показал на что способны величайшие элементали. Тихий хлопок и от него во все стороны начал расходиться поток огня, больше похожий на шляпку ядерного взрыва, чем на обычный огонь. Бурля и рокоча, он расходился во все стороны все быстрее и быстрее заполняя взбесившейся энергией весь объём пещеры. Ну что ж, обычный Армагеддон, у меня тоже такой есть, правда слегка его упрощённая версия, но это дело времени, когда он превратится в нечто подобное. Мы не стали пытаться уклониться от него тем более это было невозможно, а, сложив крылья, рухнули прямо в несущийся за нас ядерный взрыв и через миг были охвачены яростным пламенем, сжигающим сам воздух. Защита не помогла, все, кроме меня потеряли по две трети хитпоинтов, но нас было уже не остановить, приказ я отдал заранее и все знали, что делать: я ругался и кастовал, Флора лечила и накладывала регенерацию, а Дол, так и не открыв крылья, огненным метеором падал прямо на Величайшего.

Тот только начал нагибаться за очередной порцией плещущей у его ног магмы, как мы окутавшись всеми имеющимися у нас щитами, врезались прямо ему в макушку, расплёскивая его естество. Всёсокрушающий удар Дола пробил в нём дыру: не меньше, чем для ветки метрополитена, а скастованный прямо внутри тела элементаля ледяной смерч пробил его до самой задницы, вырывая из его нутра заиндевевшую плоть, вышвыривая её из тела и раскидывая почерневшие куски плоти на половину пещеры, а мы, пролетев его насквозь, с восторженным гиканьем взмыли в небеса, глядя, как выпотрошенный элементаль складывается внутрь себя, растекаясь по лаве безвольной лужей огня.

В тот же миг все малые элементали лопнули, будто мыльные пузыри, расплескав свою огненную плоть по скалам, только начавшая заполняться лавой пещера опять загудела, с хлюпаньем всасывая в своём нутро тонны расплава, а мне по голове врезали резиновой кувалдой, отправляя в очередной мягкий, однако от этого не менее глубокий нокаут.

В этот раз я оказался каких-то трущобах: подъезд многоэтажки в современных реалиях полный анахронизм, прямо говорящий, что это самое дно социальной лестницы, и об этом, как ни странно, как раз лестница и говорила. В нашем жилом комплексе, где мы проходили реабилитацию после недельного погружения в очередной виртуальный мир, несмотря на всю его скромность, существовали индивидуальные переходные камеры, к которым можно было причалить на летуне и после быстрой обработки оказаться своей квартире. Подъезды, как и лестницы, и лифты в них, в новых строениях отсутствовали в принципе, в моём же новом видении лестница была. Тёмный узкий лестничный проем, вся поверхность которого во много слоёв была изгажена бесталанными граффити и чёрными обгорелыми пятнами. И самый тёмный его угол, отделённый от лестницы крошечной стенкой был занят не только подтёками засохшей мочи, но и замызганным субъектом, с ног до головы завернутым в чёрную тряпку, которая, по всей видимости, должна была изображать плащ с капюшоном. Лица, скрытого под ней, было не видно, лишь узкая полоска бледной кожи, да пара глаз, горящих в темноте нездоровой краснотой от лопнувших капилляров. Он старался стоять неподвижно, но это плохо получалось, его заметно потряхивало от внутренней непроизвольный дрожи. Впрочем, когда на лестнице послышался звук усталых шагов, субъект смог взять себя в руки и замереть совершенно неподвижно.

Поднимающаяся по лестнице вполне ещё молодая женщина ничего не заметила. Уткнувшись взглядом себе под ноги, она дошаркала до обшарпанной двери и, нашарив в кармане магнитный ключ, приложила его к замку. Раздался тихий щелчок и тут же в руке загадочного субъекта тускло сверкнуло лезвие ржавого ножа, и он бросился вперёд, толкая всем телом женщину в спину, одновременно закрывая ей рот одной рукой и представляя лезвие ножа к её горлу второй. Безразличную гулкость лестничной площадки огласил лишь один короткий вскрик и грохот закрывшейся двери. Последнее, что я увидел — это было лицо напавшего мужчины, с головы которого при столкновении упал капюшон.

Затем лишь чернота, и отчаянные женские стоны.

Стоны, переходящие в отчаянные увещевания:

— Вася, Василий, Броневой очнись! К воплям добавились тычки худеньких женских кулачков в спину и вся та же шарманка:

— Василий вставай, очнись уже!

Я кое-как продрал глаза, изгоняя из них следы очередного видения и замотал головой, пытаясь оценить окружающие. Меня опять вернуло в ту же пещеру, вот только сейчас она рушилась.

От грохота и треска разрываемых скал можно было оглохнуть, и даже обычно флегматичный Дол всё норовил встать на дыбы и сбросить со своей спины глупых игроков, которые затащили его в этот кошмарный ужас. Я заорал, пытаясь успокоить его. Всё бесполезно, грохот свёл все мои потуги на нет, да к тому же это было всё бесполезно, ещё несколько мгновений и мы все умрём: многотонные булыжники вырывались из стен, в которых провели неисчислимое количество геологических эпох, крутясь и разрывая перегретый воздух, рушились нам на головы, грозясь размазать будто мелких насекомых. Врезаясь в водопады лавы, они разносили эти огненные колонны, орошая жидкими каплями расплавленного камня всё пространство пещеры, заливая и нас ими, оставляя подпалины на одежде, заставляя пузыриться кожу от ожогов. Секунда-другая и нам перестанет везти, одного булыжника будет достаточно чтобы прервать наше путешествие. Я бросил последний взгляд на так и не очнувшегося Резака, сейчас его лицо было почти таким же бледным как в моём видении. Я, бросив попытки докричаться до своего питомца, схватила его за рога, переходя на ручное управление. Рывок и Дол, сложив крылья, вместе с нами устремляется к дыре в полу пещеры, куда только что утекла очередная порция лавы. Грохот начал резко усиливаться рушащиеся вокруг нас камни, разбивались об пол, наполняя всё пространство густым облаком смертоносной шрапнели. Один из обломков со страшной силой ударил мне в плечо, сзади раздался болезненный вскрик Флоры, ещё один обломок ударил в грудь Дола, заставив его загудеть будто пустотелый барабан, а в следующий миг мы упали в черноту прохода, освещаемую лишь отблесками огня идущими самых недр Земли.

Здесь грохот стал не столь всепоглощающим, я смог расслышать голос Флоры, склонившейся прямо к моему уху:

— … Ты куда⁈ Там же… Ты что его там бросишь? Он же без сознания…

Моего ответ она явно не услышит, пришлось ответить в чате:

Броневой Флоре

Ничего не поделаешь: Долу троих не вынести, да и времени совсем нет, смотри…

Я ткнул пальцем в стены расщелины, по которым вновь потекла лава стремясь соединиться с лавовым морем в глубине земли, которая с каждой секундной поднималась, приближаясь к нам, грозясь запереть нас между молотом и наковальней.

— Туда! — Завопил я, указывая пальцем в ещё одну расселину, идущую перпендикулярно той, по которой мы спускались вниз. Текущая по стенам лава вот-вот грозила скрыть её от наших глаз, и я перестал бесполезно вопить, снова вцепился в рога, направляя барана к выходу наперегонки с огненной рекой. Ну что сказать, в спорте, по-моему, это называется фотофиниш, но, когда ты соревнуешься с потоком лавы, ничьей назвать это затруднительно.

Я с трудом удержал завопившего парнокопытного на нужном курсе, и через миг мы влетели в неизведанную мглу, пробив на входе своими телами огненный водопад.

Жидкий камень залил нам голову и спины, опаляя и снова снижая едва отлеченные хитпоинты до критических величин. Их едва хватило, когда Дол в полной темноте за что-то зацепился своим копытом, и кувыркнулся через голову, вышвыривая нас с насиженных мест, несмотря на все крепления и застёжки, которыми мы были к нему пристёгнуты. Мы зверски приложились спиной о зазубренные камни и влетели в распахнувшуюся перед нами серую мглу.

В этот раз, насколько можно судить, я оказался в холле престижного борделя, о чём повествовало соответствующее убранство и десяток полуголых девиц, вольготно рассевшихся на уютных диванчиках. Девицы зазывно улыбались невнятному типу с бегающими глазами, активно демонстрируя ему свои формы самых выгодных ракурсов, но тот пока не обращал на них никакого внимания, заискивающе уставившись на гороподобную женщину, гневно потрясающую своими колышущимися телесами:

— Я, по-моему, в прошлый раз тебе чётко донесла, чтобы ты здесь больше не появлялся! Я и так из-за тебя уже трёх лучших девочек потеряла, те отказались работать дальше и вообще ушли из игры, да к тому же после тебя всю комнату отмывать и обновлять пришлось, так что проваливай, иначе я прикажу охране тебя вышвырнуть.

Услышав вопли своей маман, девушки перестали улыбаться, посмотрев на клиента совсем другими глазами и начали расползаться в стороны, стараясь как можно глубже запахнуться в свои короткие прозрачные халатики.

Не знаю, что этот тощий субъект творил с обитательницами весёлого дома, но слухи о нём явно слышали все, и несмотря на то, что данное заведение часто называют домом терпимости, терпеть его выходки желающих здесь не наблюдалось. Но мужичок не сдавался, вцепившись одной ручонкой в рукоять потёртого портфеля, второй он залез в карман и выложил на стойку пять больших золотых кругляшей.

— Пятьдесят тысяч золотых той, кто выполнит мои небольшие прихоти, — сказал он громко, поворачиваясь к испуганным девушкам и оскалившись в щербатой улыбке.

Сумма в пятьсоь раз больше, чем берут обычно даже здесь в центре столицы людской империи, но даже эта ошеломительная сумма не сподвигла никого из работниц на это согласиться. Те лишь отступили еще дальше, стараясь скрыться в несуществующей тени.

Занервничавший тип ещё раз оскаблился и снова повернулся к мадам:

— Ваши услуги, естественно, я плачу отдельно.

В поросячьих глазках управительницы гнев сменился на более привычную жадность, еще пару секунд проведя в раздумьях, она нехотя бросила:

— Ещё двадцать пять кусков и следуй за мной.

По холлу разнёсся возмущённый ропот, но мадам, не обратив на это свое внимание, загребла со стола деньги и тяжело поднявшись зашагала к лестнице.

Лишившийся семидесяти пяти тысяч тощий субъект вцепился в рукоять своего чемоданчика и засеменил вслед за ней. Дорога была недолгой: короткая лестница и первая дверь на втором этаже распахнулась, открывая вид на большую кровать, на который безучастно лежала обнажённая девушка с безвольно раскинутыми ногами. Ее мутный взор застыл, уставившись в одну точку, а тело было почти не двигалось, лишь руки медленно скользили по телу.

— Что это? — Начал было возмущаться мужичок, мне не нужна непись, только живой игрок!

— Это и есть игрок, — скривившись недовольно буркнула мадам, — только надолго ли, не знаю, так что поторопись.

— В каком смысле: надолго ли?

— У бедолаги в том мире остановилось сердце, так что если ей в течение двух дней не найдут донора, то отключат от жизнеобеспечения. Так что можешь делать с ней что хочешь.

— А?..

— А если что-то не нравится, забирай свои паршивые деньги и вали отсюда и больше здесь не появляйся!

— Нет, нет, — опять засуетился мужичок, — меня всё устраивает, будьте добры, оставьте нас с ней наедине.

Дверь захлопнулась и субъект, уронив глухо звякнувший чемодан на стул, повернулся к девушке и снова оскалился:

— Ну, привет, красавица…

Чемоданчик распахнулся, раскладываясь надвое, показывая своё нутро, заполненное медицинскими инструментами. Нервный, проскользив пальцами по блестящим железкам, остановился на скальпеле, вынимая его, полюбовался как на нём блестит отражение от лампы, ещё шире раздвинул ноги девушки, склоняясь над ней:

— Ну что красотка приступим.

У меня не было ни тела, ни рта, но в этот раз я точно кричал, выл и перемежал угрозы кастрации с обещаниями убийства самыми жестокими способами.

Мне повезло, что не пришлось досматривать эту цену до конца, иначе отсутствующие в этот момент у меня сердце просто бы разорвалось. Но кровавая муть неспешно сменилось мутью серой и жестоким холодом.

Единственное, что мне удалось узнать у сатирши о третьем уровне пещер, это то, что здесь холодно, и судя по ощущениям, мы-таки достигли финишной прямой.

Я разлепил глаза, поморгал, пытаясь сбить примёрзшие к ресницам кристаллики льда и хоть что-то рассмотреть. Спустя долгую минуту и несколько сотен утёкших из моего тела хитпоинтов мне это удалось, хотя стоило ли увиденное моих героических усилий очень большой вопрос. Серая муть никуда не делась, как и пронизывающий холод, по-видимому, это были две основные составляющие этого уровня пещер Познания. Единственное яркое пятно в этом царстве — лужа смёрзшейся крови вылившийся из моей в хлам разорванной спины, слившаяся с таким же замёрзшим потоком, всё более редкими толчками выбивающимся из тела Флоры. Я на миг замер, настолько вид окровавленной девушки соответствовал её образу из моего последнего жуткого видения, а затем бросился вперёд, приподнимая её голову с твёрдого ледяного наста.

— Холодно… — Флора с трудом разлепила посиневшие губы, — согрей меня…

Внимание! Игроком Флора на вас наложено: сильная регенерация. + 2000 единиц жизненной силы в минуту на 10 минут.

Внимание! Член вашего клана Флора погиб.

Поздравляем! Вы достигли финальной точки пещер Познания.

Награда:

+3 уровня.

Все основные и вторичные характеристики плюс один.

Поздравляем! Получен 200 уровень.

Все ваши положительные характеристики получают коэффициент 1,2.

Вы первым в этом мире достигли 200 уровня.

Коэффициент увеличен до 1,3.

Внимание на вас наложен дебаф: неизбывный холод — 1.000 единиц жизни в минуту.

Если вы желаете узнать ответы на ваши вопросы, вам стоит поторопиться.

Глава 15

Миг, и тело Флоры начала медленно таять, становясь прозрачным и совсем невесомым, пока совсем не исчезло, оставив воспоминанием о себе лишь неестественное алое пятно застывший крови в этом мире серости и холода.

— Ладно, пусть будет так, — проворчал я, с трудом поднимаясь на ноги, — сейчас разберусь со здешними делами, и присоединюсь тебе, подожди немного.

Слегка подрагивающими руками стащил с себя колечки защиты от огня и вытащил набор бижутерии защиты от холода.

Допрос с пристрастием сатирши не пропал даром, я, как смог, подготовился к этому путешествию: за деньги купить что-то особо крутое не получилось, но сложившись с защитой, даруемой комплектом архимага, сопротивление холоду поднялось до восьмидесяти процентов — этого должно хватить, чтобы с остальными негативными воздействиями справилась регенерация. Жаль, Дол не пережил последнего падения, с его регенерацией мне не понадобилась бы никакая защита. Ну ничего, посижу здесь часок, подожду его возрождения, а уж потом…

Стоило мне начать так думать, как пришёл очередной лог:

Внимание! Дебаф Неизбывный Холод не нейтрализуется артефактами защита от холода.

— 1. 000 единиц жизненной силы в минуту.

Если вы хотите получить ответы на свои вопросы, вам стоит поторопиться.

— Понятно, новая вводная, значит не сидим и никого не ждём.

Я обернул свисающий конец арафатки вокруг горла, поплотнее запахнулся в халат архимага и потопал вперёд.

Местная обстановка мне крайне не нравилась, но, по крайней мере, лишних раздумий куда идти здесь не возникало: покрытые серым инеем пещеры возносящиеся к небесам слева и права, не давали для этого слишком много вариантов, как единственная тропа из серого льда, ведущая к дальней стороне пещеры, где одна серость менялась с другой, но более вещественной и имеющей очертания, присущие лишь искусственным образованиям, что положительно отличало его от всех остальных мест в этой пещере.

Путь до пункта назначения занял почти десять минут и закончился именно в тот момент, когда наложенная на меня регенерация перестала работать. Думаю, если бы её не было, я бы дошёл гораздо быстрее, а так стоило мне приблизиться к финишу, как пространство и время начинали играть с моим сознанием дурные шутки, то ли откидывая меня назад, то ли просто удлиняя изначальный путь, подгадывая моё прибытие именно к тому моменту, когда я останусь сам по себе, без всякой помощи внешних сил.

Мой последний шаг синхронизировался с лёгким уколом боли, с которым местная аура откусила у меня первый хитпоинт, а за ним и второй, и третий, и дальше они потекли пусть тонкой, но беспрерывной струйкой, грозясь в скором времени оставить на сером льду лишь мой хладный труп. Я поднял глаза и уставился на то, что меня здесь ждало. Всю дорогу, когда я то приближался, то отдалялся от своей цели, я всматривался вдаль и решил, что меня ожидает или замок, или барельеф, вырубленный в сплошной каменной стене, какие встречаются и на Востоке, и в пустынях Египта. Барельеф с колоннами и фигурой гиганта, высеченного сидящим на каменном троне.

Оказалось, что я ошибся: барельеф был, как и трон, но сидящая на нём девушка не была высечена из камня, хотя можно ли назвать девушкой существо метров в двенадцать ростом — это отдельный вопрос.

Кроме роста, от обычных людей её ещё отличало то, что она вся с ног до головы была покрыта изморозью и толстым слоем посверкивающего инея и при этом не выглядела хладным трупом, а пусть и слегка бледным, но вполне живым существом, о чём ярко свидетельствовали зрачки её миндалевидных глаз, внимательно следящих за моим приближением. Весь мой, не сказать чтобы короткий путь, к этой Снежной Королеве прошёл спокойно, если не считать крайнего дискомфорта от всё усиливающегося холода, но на последних шагах игра, видимо, решила, что такая долгожданная встреча далась мне слишком просто и разродилась очередных существом испытания. Снег в шаге от меня взвихрился мини-торнадо и внутри него стало образовываться какое-то существо: высокое, мощное, как ствол баобаба тело, покрытое множеством ледяных шипов. Впрочем, сейчас меня гораздо больше интересовал его уровень, поэтому, когда передо мной отразилась эта информация, я не стал тормозить и, не снижая шага зашел прямо в буран, всадил остриё длинный чёрной иглы ему прямо в лоб, затем резким движением обламывая её кончик.

Так и не успевшее полностью сформироваться существо удивлённо зыркнуло на меня сапфировыми глазами и, глухо охнув, рассыпалось на части.

Ну… а что делать? Весь поход по этим пещерам Познания довёл меня до белого каления, так что он сам виноват, что попался мне под горячую руку, да и в любом случае, сражаться с кем-то, кто по идее, должен быть мощнее всех предыдущих существ испытания один на один, у меня не был никакого желания и я воспользовался добытым из пучеглазого зайца артефактом. Тот, как и предполагал Странник, разродившись уткой и яйцом, в конце концов не стал отступать от классики, напоследок наградив меня не только испачканными засохшим навозом руками, но и артефактом гарантированной смерти.

У того были неприятные ограничения, типа максимального трехсотого уровня оппонента, ранга не выше босса местности и лишения всего лута с убитого существа, но в данный момент о хабаре я беспокоился меньше всего.

За время путешествия к Ледяной Королеве я не только вскрыл яйцо и изучил полученный артефакт, но и переосмыслил все видения, ниспосланные мне в этом испытании, поэтому к концу путешествия слегка остыл, но ещё недостаточно, чтобы не насладиться моментом, когда чёрное жало воткнулось в ледяной мозг монстра, моментально превращает его в желе. После этого уровень адреналина в крови резко спал, и я уже совершенно спокойно стал разглядывать цель моего путешествия.

Внимание! Вы убили Привратника хозяйки пещер Познания. Уровень 270. Для этого вы использовали Иглу Уничтожения, полученный опыт 0.

Сбор лута невозможен.

Вы прошли третье испытание.

Награда: общение с хозяйкой пещер Познания.

Разговор с Ледяной Королевой? Ну что ж, почему бы и нет?

Не зная, как начать разговор, я подошёл ещё на шаг и слегка поклонился. Через миг мой поклон стал глубже, затем ещё глубже, пока не я свалился на песок пляжа со всего лёта приложившись лбом о камень.

— Демоны вас раздери!

Бродриг с трудом встал на колени, обводя округу помутившимся от удара взглядом и тут же, зло чертыхаясь, начал подниматься на ноги.

Прорыв! Ну почему сейчас, за два дня до установленного срока? Раньше большие прорывы обитателей древнего леса случались каждую седьмицу, а с последнего раза прошло всего пять дней, но то, что это необычное нападение было ясно с первого взгляда: весь лес будто ожил и ринулся на непрошеных гостей. Только что прорубленную двмерским колесом просеку заполонили тысячи и тысячи существ, начиная от вездесущих мелких ктонгов и до, никогда здесь ранее не виденных, существ, напоминающих ожившие кусты, хлещущие во все стороны гибкими руками-ветками, на концах которых то и дело сверкали злые искры, а усыпавшие их шипы источали огромное количество яда, брызжущего во все стороны. Сам лес тоже ожил: разрождаясь гигантскими дендроидами и похожими на сухопутных кальмаров Хранители леса. Отовсюду начали разноситься отчаянные вопли стражей и чародеев. Через миг воздух наполнился злобно-гудящей магией и хлопками арбалетных тетив, но Бродригу с первого взгляда стало ясно, что им не устоять. Конечно, сдаваться он не собирался, и, когда на пляж возле него вывалился матёрый дендроид, помощник Правой Руки Императора встретил его ударом своей секиры. Конечно, это была не та практически бесполезная железяка, с которой он в первый раз вступил на эти земли: пятиметровое полупрозрачное лезвие рассекло жёсткую плоть дендроида, разрубая того пополам:

— Все к плотам! — Над пляжем разнёсся его усиленный магией рык, — к воде! Отступайте к плотам!

Опушка леса заполнилась бегущими людьми и вырвавшимися на просторы пляжа чудовищами. Хранители леса хватали стражей на бегу, закидывая их в свои страшные утробы и рвались дальше, чтобы убить, истребить, изничтожить всех, кто посмел вторгнуться в их священный лес. Многие из них вспыхивали будто спички, от заклинаний чародеев, но на их место почти сразу же вставали новые и поток выливающихся из леса чудовищ не уменьшался. Бродриг, на ходу располовинивая несущихся к нему существ, разрывая им жилы, мчал к покачивающимся на воде платам. Удар, другой, третий… Три монструозных чудовища выливают на жёлтый песок пляжа свои потроха, валясь к его ногам, но всё же он не успевал: ещё несколько мгновений и на его пути будут не три, а триста тридцать три монстра.

Бродриг слегка изменил курс, врезаясь в тело несущегося перед ним стража, отшвыривая его под щупальца, копыта и корни несущихся к ним существ, схватил чародея, швыряя его туда же, в оскаленные рожи Хранителей.

Толпа на несколько мгновений задержалась, разрывая визжащих людей на части и давая возможность Бродригу вырваться из намечающегося окружения.

Спотыкаясь на каждом шагу о трупы, с хрипом втягивая в себя воздух и отмахиваясь от наседающих противников секирой, он мчался по такому небольшому, но кажущемуся бесконечным пляжу. На него из леса вырывались всё новые и новые твари, заполоняя берег своими гротескными, чудовищными, ни на что не похожими телами, в едином порыве устремившимися к нему, дабы разорвать, растоптать и уничтожить чужака. Овеществленный ужас, полностью заливший небольшой участок голой земли, не помешал ему увидеть, что большая часть стражи и чародеев уже пали, но работники лесопилки, осознав произошедшее, уже отвязывали швартовые канаты, а некоторые даже уже начали отталкиваться от берега длинными шестами, стараясь убраться подальше от неминуемой смерти.

Бродриг не стал сбивать дыхание бесполезными и, скорее всего, губительными просьбами остановиться и подождать его, он и так видел что успевает, ужас же момента был в том, что успевал не только он.

Лес разродился парой очередных дроидов, только эти отличались от обычных также, как чахлый куст отличается от лесного великана, столетиями царствующего над раскинувшимся вокруг него зеленым морем бескрайнего леса. Бродриг в детстве часто слушал сказки про титанов, злобных повелителей прошлого, но даже в страшных сказках они не превышали ростом сотни локтей, эти создания превзошли их минимум в полтора раза. Два могучих дуба возвышающихся над окружающих их лесом на два десятка локтей ещё даже не выбравшись на пляж, заметили продолжающееся сопротивление, и склонившись к своему подножию, начали хватать несущихся у их корней существ и швырять их в отступающих.

Мелкий дендроид, ростом вряд ли превышающий Бродрига даже в три раза, раскинув ветви и корни, полетел в его сторону. Бродриг отмахнулся волшебной секирой, но только зря потратил на это время, дендроид пролетел слишком высоко и плюхнулся в воду за спиной уже снова несущегося вперед предводителя отряда вторжения. Зато другой прилетел точно, рухнув прямо на один из отплывающих плотов, тут же вступая в бой с расположившимися там работягами, отрывая им конечности, выдавливая ветвями глаза, разрывая на части. Визг и вой по-новой заполнили начавший утихать пляж, а Бродриг, теперь уже ни на что не обращая внимания, снова понесся вперёд: если он ещё остановится хоть раз, в любом случае погибнет от оживших снарядов, швыряемых лесными великанами, или просто от толпы взбесившихся существ, несущихся за ним по пятам. Теперь вся надежда только на удачу, да на быстрые ноги. Тем более что до плотов осталось всего десяток шагов.

Вот их стало пять, три, два шага…

Несколько отчаливших в суматохе плотов ударились бортами, сцепляясь друг с другом, мешая выйти на водный простор, воздух огласили визг и истошные ругательства.

Прыжок через водную гладь и ноги Бродрига ударились о грубые доски обшивки, рядом взметнув тучи воды приземлился ещё один дендроид, налету сбивая с ближайшего плота пару человек и тут же поднялся на свои корни, хватая с плота ещё одного. Бродриг взмахнул секирой, рассекая и человека, и дендроида пополам и бросился дальше, перепрыгивая на следующий плот, а за ним ещё на один, отошедший от пляжа дальше всего.

Резко развернулся и тут же получил страшный удар визжащим массивным телом, брошенным лесными великанами, будто это был не лесной тролль, а мелкий камушек под ногами неугомонного ребёнка. Полыхнул амулет тысячника, и трёхтонная туша, будто ударилась о кирпичную стену, перевалилась через голову Бродрига, но всё же сбила того в воду, утаскивая вслед за собой. В последний момент, загнав под ногти десяток заноз, Бродриг успел вцепиться в край плота левой рукой, правой тыкая в сторону тролля волшебной секирой. Тролли пловцы так себе, каменная шкура утаскивает их на дно, несмотря на всю их небывалую силу, но здесь было еще слишком мелко, и уж пусть он лучше занимается вновь приобретенной дырой в груди, чем пытается потопить не такое уж и большое судно.

Воин рывком втащил себя на борт, тут же увидев, как один из четырёх гребцов был с ног до головы облит какой-то зелёной жижей, выплеснутой ожившим кустом. Страдалец не успел даже вскрикнуть, начав таять, как свечка, упавшая в костёр. Буквально за секунду кожа с него слезла, кости перестали держать оплывающую массу, и голова провалилась внутрь грудной клетки, которая почти сразу же распалась на отдельные рёбра, и он дымящейся грудой повалился на доски плота. Оставшиеся трое, завопив, начали работать шестами еще усерднее, но спасительная глубина всё не наступала и десятки разнообразных тварей, взбивая пену и круша уже обезлюдевшие плоты, продолжали нестись за ними в порыве все сжигающей ненависти. Пришлось сковать удар воздушного кулака. Тот снёс одного из гребцов, швырнув его изломанное тело в объятия ближайшего дендроида, зато и тех немного отбросило назад, а главное плот рывком продвинулся сразу на несколько метров вперёд, отрываясь от преследователей. Еще один каст и вот, наконец, воды вокруг них потемнели, повествуя о том, что плот вышел на глубину, лесные монстры начали останавливаться, осознав, что упустили свою добычу. Только два лесных великана всё никак не могли успокоиться, хватая и швыряя в одинокий плот всё новых и новых существ. Бродриг, приказав гребцам скрыться за навесом, вышел вперёд нанося смертельные раны летящим в него существам или отлетая назад, когда после точного броска какое-нибудь существо врезалось в его щит. После этого существа в основном падали в воду, быстро отправляясь на дно, а Бродриг, в панике отсчитывая оставшиеся заряды в амулете, вставал снова, чтобы рубить и колоть до тех самых пор, пока даже невероятной силы лесных гигантов стало не хватать, чтобы добросить до него свои смертоносные снаряды. Они ещё с минуту посмотрели вслед удаляющемуся плоту, а затем величественно развернулись и зашагали вглубь леса.

Других существ это нисколько не коснулось, они всё продолжали выбираться из леса, затопив своими телами пляж так, что и яблоку упасть было негде. Большинство существ забрели в воду, стоя в ней по грудь и провожая гневными взглядами отплывающий плот. И даже когда пляж закончился и плакучие ивы склонились над тихими водами реки, меж их поникших ветвей повсюду сверкали взгляды кровавых глаз.

Бродриг и два его невольных спутника оказались отрезаны от цивилизации и заперты в самом центре враждебный территории, без шанса хоть когда-нибудь выбраться отсюда к людям. Сколько ни плыви, эта река никогда не выведет их к обжитым местам. Выводит ли она к морю или теряется в каком-нибудь в непролазном гигантском болоте тоже неизвестно, известно лишь то, что она ведёт от исследованных земель в области, о которых говорят лишь легенды да полузабытые сказки.

Единственный шанс выжить здесь встать посреди реки на якорь и ждать несколько месяцев, когда император организует сюда следующую экспедицию, или…

— Ну, что застыли? — Он тихо рыкнул на своих попутчиков. — Ты — правь подальше от берега, а ты — займись сломанным навесом, небо хмурится, до дождя надо его поправить.

Серая муть перед глазами, и очередное пробуждение, какое по счёту уже и не помню. Чувствую себя жертвой группового насилия, когда каждый, прежде чем поиметь мой мозг, накачивает моё многострадальное тело наркотой до полного выпадения из реальности.

— Твою мать, я сейчас сдохну…

Согласен, заявление слегка приукрашенное, но всё же недалёкое от действительности: ледяной холод пронзил всё тело насквозь, все члены, и превратил кровь в густой кисель, с трудом продирающийся по жилам. Впрочем, судя по почти не уменьшившимся хитпоинтам в отключке я пролежал совсем недолго. И, прежде, чем я окончательно превращусь в снеговика, у меня есть время на пару-тройку вопросов. Я отодрал себя от ледяного наста и сделал пару неуверенных шагов к Снежной Королеве.

— Э, здрасте, Ваше Величество… или как вас там даже не знаю… Я преодолел все препятствия на пути к вам и хотел бы задать пару вопросов, как хранительнице пещер Познания.

Минуту мне никто не отвечал, а так как хитпоинты исчезать не переставали, я было снова открыл рот, но тут пришёл ответ: тихий шёпот где-то в глубине моего мозга:

— Это пути не знания, а познания, здесь не задают вопросов, разве что только я. Что ты познал на пути ко мне?

— Что? Что познал?

Первым моим желанием было сказать ей, что знай я то, что мне здесь придётся пережить, то ни за какие коврижки сюда бы не полез, но побоявшись, что на этом наш разговор и закончится, слегка подумал и выдал второй напрашивающийся ответ:

— Познание всегда только — это познание себя, всё остальное мы познаём, пропуская через фильтр. За время путешествия я кое-что смог узнать о себе и часто при этом мне было жутковато. Отключение критического мышления наполняет мир жутью, ты будто плаваешь в первозданном неструктурируемом хаосе, лично мне это ощущение совершенно не понравилось. Впрочем, за последние десять минут, когда оно вернулось назад, я переосмыслил всё по-новому и мир вновь обрёл некоторую определённость. Ты зря пугала меня видениями моих друзей, я уже один раз доверял им свою жизнь и смогу доверить снова, и никакие твои мультики не смогут переубедить меня в этом.

— Ты ошибаешься, это не мои видения — это твои видения, тайные тревоги и сомнения, надеюсь разобравшись с ними, ты стал сильнее, а теперь время твоё здесь истекло и тебе пора отправляться назад.

— Что⁉ Назад? Подожди, а как же награда? У меня были не только мои видения. Я видел еще то, что не мог знать: путь ведущий к невероятной силе, тот путь на который некогда встал некий Бродриг, несколько столетий тому назад. Но, как я понял, так и не дошёл до конца.

— Бродриг? — Первый раз за всё время разговора в голосе ледяной королевы прозвучало лёгкая тень удивления, — ты слишком слаб и не должен был видеть то, о чём говоришь.

— Но я видел, и я дошёл сюда, что дано сделать немногим, и я хочу узнать об этом пути и силе, что ждёт меня в конце путешествия.

— Дошёл, — была вынуждена признать Снежная Королева, — но то, как ты это сделал, особенно вторая и третья часть пути — это чистое везение и стечение обстоятельств. Моего стража ты прошёл, вообще, нарушая все законы мироздания, расплескав даруемую им энергию в пустоту, навсегда потеряв ее и усиливающие предметы, которые можно было бы получить, победи ты достойно. На пути к силе это будет недопустимо.

— Победителей не судят, — ещё раз вздрогнув от холода, пожал плечами я, — усиливающей энергии в этом мире много, как и предметов, а вот возможности поговорить с Хранительницей тайн есть только одна. Я в силах стать на этот путь, тем более я не один, у меня есть верные друзья, которые мне помогут по нему пройти.

— Путь к истинной мощи лишает человека всех друзей, ты уверен что хочешь пойти на такой размен?

— Мощь лишь усиливает заложенные качества, которые есть в человеке, я готов рискнуть, покажи мне путь.

— Не спеши, ты, вообще, не должен был знать об этом Пути, но раз ты здесь, я посмотрю ещё раз достоин ли ты в конце концов на него встать.

После этих слов Снежная королева замолкла, зато на диадеме украшающий её лоб разгорелся центральный камень, бросая на меня огненные всполохи и тут же сразу погас.

— Ого! — В этот раз удивления в голосе было ещё больше, — сам по себе ты ещё слишком слаб и немощен, но есть поговорка: «О человеке можно судить по его врагам», а если судить по тому, кто противостоит тебе… Я дам тебе шанс пройти по пути силы. Мне надо понять сможешь ли ты стать резервуаром для её получения, ведь может получиться так, что ты попытаешься вычерпать её чашкой из полноводной реки и тогда большая часть её просто пройдёт мимо.

— И как это узнать? — Я нервно глянул на хитпоинты, от которых осталось едва десятая часть, — нужно пройти какое-то испытание?

— Я вижу тебе холодно… мне тоже холодно, согрей меня…

Глава 16

Надо отдать мне должное, в моём мозгу не мелькнуло ни единой мысли о том, что эту Снежную Королеву можно согреть тем же способом, что и её симпатичную подручную, оставшуюся где-то там в лесах в километрах над моей головой. Мозг мой от всепроникающего холода уже основательно скукожился и ничего кроме нехитрой мысли, что неплохо было бы развести здесь костерок, мне в голову не пришло. Я заторможено огляделся по сторонам, но кроме камней, льда и снега ничего не увидел. Ещё несколько секунд постоял, тупо смотря себе под ноги, а затем встряхнул кистями рук и скастовал поток огня, двумя мощными струями бодро ударившими в сторону замороженной девушки.

Несмотря на всё моё заторможенное состояние, у меня хватило мозгов не бить этими струями прямо в тело ледяной гигантши. Огонь ревущим потоком потек вдоль её тела, сбивая льдинки с её одежды и кожи. Покрывающий её иней начал нехотя таять, однако стоило мне отвести поток огня чуть в сторону, чтобы отогреть следующий участок кожи, как оттаявшая вода снова замерзала, покрываясь тело ещё более толстой коркой прозрачного льда.

— Да чтоб тебя черти драли…

Я снова вернулся назад, но процесс обледенения тут же вернулся вспять, превращая гигантскую фигуру в мороженое, залитое прозрачные глазурью.

— Мне холодно, согрей меня…

Безразличный до этого голос дрогнул, становясь жалобным и испуганным.

— Да чтобы вас…

От моих действий становилось всё хуже, однако и положительный эффект имелся: пожарище бьющие из моих рук слегка отогрело мою замороженную голову, и я понял, что пора принимать более кардинальные меры. Потоки огня несколько раз полностью облизали обворожительное тело, но не сняли с местной хозяйки ни одного хитпоинта, значит пора кончать валять дурака и надо вводить тяжёлую артиллерию. Одним из вновь приобретённых умений, даруемых одёжкой архимага, была возможность одновременного каста двух заклинаний, поэтому я оставив работать один поток огня, во второй начал формировать новое заклинание:

— Сейчас погреем ножки, — пробормотал я и скастовал у подножия трона лавовое озеро, — а затем полечим сопельки…

Стоило бурлящей лаве облизать ледяные ноги, как я начал каст нового заклинания. Пара секунд и огромный гудящий шар файербола сорвался с руки, устремляясь к застывшему телу, ударяясь о него и обтекая со всех сторон. Я на миг застыл, ожидая негативной реакции от Снежной Королевы, моментального превращения меня в кусочек льда и отправление на перерождение, но никакой негативной реакции не последовало, впрочем, как и положительной, лишь вновь всё та же старая песня:

— Мне холодно, согрей меня…

Перестав скукоживаться и приоткрыв второй глаз, я осмотрел результат своих действий и удовлетворённо хмыкнул: пламя файербола окутало большую часть фигуры со всех сторон, моментально слизав с него иней и лишая тело основной массы закрывающего его льда. Отлично, ещё десяток таких кастов, и она у меня станет розовенькой, распаренный и весёлой, будто только что из бани, тогда глядишь и ко мне начнёт относиться с большим интересом.

Однако ж улыбался я недолго. Заклинание гигантского фаейрбола можно кастовать каждые десять секунд, мои навыки, умения и одёжка сокращали это время до шести, вот только окружающему нас смертельному холоду хватило четырёх секунд, чтобы вернуть всё на круги своя, заковав Снежную Королеву в непробиваемую корку льда:

— Чтобы доказать своё право стать на путь Силы, ты должен обладать могучим потенциалом. Мне холодно, согрей меня.

— Сука, замкнутый круг какой-то, чтоб стать сильным, надо быть уже сильным, полный идиотизм. Ну ладно не хотите по-хорошему, будет как всегда.

Я с тревогой глянул на полосу своего здоровья, от которого осталась лишь треть и полез в сумку, доставая оттуда витой пузырёк с печально знаменитым эликсиром защиты от магии игрока Броневого.

Опорожнил его и снова встряхнул кистями рук:

— Вы сами напросились. Приступим.

Восемь бесконечных секунд, когда нельзя ни шевельнуться, ни даже вздрогнуть от все пронизывающего холода, и внутри моего тела зародилась облако сверхперегретой плазмы. Раздирая мне грудь и выламывая ребра оно вырвалось наружу, сначала медленно, а затем увеличиваясь почти мгновенно, окутывая и меня, и трон с его хозяйкой, и окружающей скалы с выбитым на них барельефом.

Эликсир спас мою жизнь, но общее воздействие всё равно заставило меня рухнуть на колени, когда же я смог поднять взгляд, то окружающая картина разительно изменилось: камень вокруг меня разогрелся, снег и иней превратился в кипящие лужи, барельеф разогрелся до красна и даже кое-где потек каменными слезами, а Снежная Королева стало выглядеть совсем живой.

Я преодолел разделяющий нас десяток шагов и привстав на цыпочки дотянулся до её руки, вполне тёплый и мягкой руки:

— Тепло ли тебе девица? Тепло ли тебе синяя?

Ответа на мой туповатый вопрос долго не было, но все же он пришёл:

— Тепло…

Еле слышимый полушёпот полувздох, а затем рука вздрогнула и сквозь тёплую кожу начал пробиваться смертельный мороз, быстро покрывая всё предплечье изморозью и быстро утолщающийся коркой льда.

— Нет, нет, нет!

Я запрыгал на месте, пытаясь растереть гигантскую руку в своих ладонях. С таким же успехом можно было пытаться разогреть Антарктиду своим дыханием.

— Нет! У меня всё получилось, тебе было тепло, отвечай на вопросы!

— Мне холодно, согрей меня…

— Нет, — я бросил быстрый взгляд на хитпоинты, только что упавшие в красную зону, — нет, ледяная стерва, говори!

— Мне холодно…

Что делать, что делать, что делать?

Мысли закончились, в голове полная тишина.

— Сейчас подожди, не застывай опять, — я суетливо начал ковыряться в сумке, — сейчас, сейчас, мы тебя из этих катакомб вытащим, на пляж, к морю, под солнышко, ты там мигом оттаешь.

Внимание! В пещерах Познания стандартные телепорты не работают.

Я глубоко выдохнул и тяжело плюхнулся на попу, прислоняясь спиной к ногам местный правительницы. Это, к слову сказать, с разморозкой тоже никак не помогло.

— Богиня милостывая, помоги…

В этот раз я не ожидал ответа, а он, как ни странно, пришёл. Воздух замерцал, выпуская в нашу реальность призрачную фигуру богини Жизни. Она, сморщив свой курносый носик, огляделась вокруг, затем бросила на меня странный взгляд, в котором мне почудилась некоторая ревность:

— Зачем ты звал меня? Неужели ты хочешь разморозить эту ледяную старую деву? С чего ты решил, что я в этом деле буду помогать демону⁈

В конце своей короткой тирады она ещё более нахмурилась и недовольно топнув ножкой исчезла.

— Э-э-э, это, подожди! — Однако было поздно, и вздорная богиня возвращаться даже не подумала.

Последний хитпоинты стремительными толчками покидали моё тело, сотрясая его предсмертных конвульсиях, а у меня в голове билась лишь одна мысль:

Демон? Какого чёрта демон? Почему демон? Раньше её, вроде, это не волновало. Или это из-за восхода Кровавой Луны? Вроде у меня мелькали логи, что она снова на небосклоне, но причём здесь это?

Хотя уже всё равно: осталось двадцать секунд, пятнадцать…

Демон, демон, демон… Точно! Демон!

Я усилием воли разогнул заледеневшие колени, вскидывая себя на ноги.

Именно демон и теперь я двухсотого уровня!

Одёжка архимага улетела в сумку, а вместо неё моё заиндевевшее тело начали покрывать части демонского прикида, полный набор которого даровал мне надежду на успешное выполнение этого квеста.

Десять секунд, все части демонского прикида встали на своё место, и у меня перед глазами замелькала новая иконка:

Активизировать врата в демонские пределы?

Я повернулся спиной к Снежной Королеве и воздел руки к небесам, а вернее, к ледяному своду пещеры и активировал врата. Первый раз когда я попытался его открыть, мой уровень был недостаточным для этого, но врата в ад всё же на одно краткое мгновение разверзлись и этого хватило, чтобы испепелить меня, несмотря на всю защитную бижутерию, которая снимала девяносто пять процентов урона от стихии огня. В этот раз сработал вложенный в комплект иммунитет к этой всеразрушающей стихии, однако, когда пространство передо мной треснуло, пошло изломами, а затем обрушилось, открывая вид на пышущие жаром адские долины, мне мгновенно перестала быть холодно.

И это если мягко сказать. Первое мгновенье мне показалось, что моё тело швырнули в чан с кипящим маслом, мгновенно расплавившим засевший внутри меня непроходящий холод. Через секунду иммунитет сработал и это жуткое ощущение пропало: напор адского огня превратился в тёплый ветерок, кожа перестала обугливаться, волосы сворачиваться барашком, а глаза, моментально превратившиеся в пересушенный чернослив, ожили, увлажнились и начали показывать вполне достойную картинку.

За долгие недели жизни на Пустошах, я уже давно привык к виду выжженной земли, разлитой повсюду бурлящей лавы и разнообразной живности, приученной жить в самых невыносимых условиях, но, думаю, что на открывшейся передо мной долине, они бы не протянули и нескольких секунд.

Всё каменный плато, насколько доставал взгляд, было раскалено докрасна, а воздух просто отсутствовал, вместо него над Долиной царствовали огненные вихри переплетающиеся и расплетающиеся, закрывающие всё пространство, не оставляющие случайного путнику ни единого шанса, чтобы выжить. Не знаю мог ли кто-то вообще выжить, ну разве что только демоны, чьим именем названы эти пределы.

— Хватит, остановись, убери это!

Несколько заворожённый открывшимся видом ада, я и забыл, где нахожусь и вздрогнул от раздавшегося в моей голове громоподобного голоса. Я с трудом оторвал взгляд от бушующей стихии и обернулся назад.

То, что мной воспринималось как пусть и сильный, но тёплый ветер, внесло в окружающий пейзаж разительные перемены: снег и лёд мгновенно испарились, превратившись в клубы пара, застлавшего весь свод пещеры, каменный барельеф за моей спиной растрескался, прямо на глазах наливаясь краснотой, начиная течь и испаряться.

Снежная Королева тоже не осталась неизменной, её одежда начала обугливаться, а сложенные до этого на коленях руки прикрывали отвёрнутое в сторону лицо.

— Остановись, прекрати это немедленно!

Я поборол первый порыв немедленно выполнить её просьбу и вновь поинтересовался:

— Тепло ли вам, согрелись ли, или ещё немного поддать парку?

— Остановись, я готова ответить на твои вопросы!

— К сожалению убрать эти врата я пока не могу, боюсь, что, когда они захлопнутся, вы опять превратитесь в ледяную недотрогу, а в следующий раз открыть этот портал я смогу только через неделю, так что придётся немного потерпеть.

— Остановись, ты убьёшь меня!

— Сомневаюсь, но чем быстрее вы ответите на мои вопросы, тем быстрее всё это закончится, так что предлагаю не тянуть хвост резинового кота в долгий ящик и начать поскорее…

Стоило вратам в царство демонов схлопнуться, как обратный отчёт начал тикать вновь и буквально через десять секунд я оказался на камне возрождения. На камне возрождение в самом начале пещер Познания. Во время моего отсутствия здесь всё сильно изменилось: половина дисков, оставленных нам заботливыми предшественниками гномов, исчезли, а пол был завален грудами то ли трупов, то ли небрежно порубленных дров. Обломки древесины были густо перемешаны с опавшей листвой и кровью, создавая впечатление, что какой-то безумный маньяк напал здесь на взвод юных Буратин. Впрочем, здесь попадались и обычные тела только столь мелко накрошенные, что обратно этот пазл было уже не сложить, и понять кто были данные жертвы вивисекции при жизни стало решительно невозможно. И вообще, обстановка вокруг была какой-то нездоровой: плюсом к невообразимому бардаку и запаху выпотрошенных тел, добавлялось невероятные звуковая гамма, сплетённая из воплей, мата, визга гигантской циркулярной пилы и хруста разрываемый древесины. Вот громахнуло особенно громко и дверной проём с ужасающим скрежетом влетел знакомый стальной диск с активированными зубьями. Он пронёсся по поверженным чудовищам, поднимая в воздух кучу щепы и брызг крови, и чудом не задев меня унёсся по пандусу на улицу, откуда тут же разнесся визг разрываемых на части монстров и недовольный скрежет переработанных на дрова дендроидов.

Вслед за колесом в помещении ворвался распаренный будто из бани Снегирь, уставившийся на меня очумевшим взглядом. Его огромный чернённый лук взлетел в воздух, но стрела так и не покинула тетивы:

— Твою мать, Бро ты вернулся, давай присоединяйся шустрее, нас тут насилуют самыми изощренными способами, там наверху совсем сумасшедший дом, такое чувство, что весь лес ожил, если бы не эти железяки, нас бы давно на камне воскрешения бы заперли.

— Что происходит?

— Я же сказал, жопа происходит, надо отсюда уходить, мы уже каждый раз по пять слились. Или надо выбираться отсюда или сливаться ещё раз и воскрешаться уже у замка. Думай шустрее, я ещё один диск запущу, больше кристаллов оживления мы не нашли, а без их помощи у нас вообще шансов нет.

Снегирь выдавал всю информацию на ходу, подбегая к поставленному в стойло диску, откидывая у него сбоку малозаметную дверцу и с хрустом вставляя туда большой светящийся кристалл. Пространство вокруг диска ожило, над ним открылся узкий люк и диск всосало наверх, где тут же что-то заскрипело, заскрежетало и захрустело после чего по барабанным перепонкам ударила очередная смесь хруста и недовольных воплей перемалываемых в фарш живых существ.

— Снег, зови наших сюда быстро, пусть оставят петов прикрывать отход, а мы через минуту отсюда уходим.

— Куда, куда уходим⁉ Ты не видел, что там наверху творится, там нам всем кланом не пробиться, не то что впятером! Я же сказал, уйти можно только через смерть.

— Выполняй приказ быстро, есть ещё один путь!

Я перестал обращать внимание на суетящегося Снегиря и, на каждом шагу запинаясь о груды дров, рванул к двум гигантским дискам, которые несмотря на все мои видения, никуда не делись и стояли спокойно в своих нишах. Там внизу когда ко мне вернулось хоть какое-то критическое мышление, я понял, что в моих видениях далеко не всё правда и здесь меня ждало очередное подтверждение этому: два гигантских диска, которым даже это обширное помещение казалось маленьким, поджидали меня будто и не прошло всех тех сотен лет, когда некий «Бродриг и компания» притащили их сюда из далёких гор. А интересно, что такого в своих ведениях про меня увидел Резак, что ни с того, ни с сего предложил сменить меня на финальном отрезке пути к Снежной королеве? Или мне лучше не знать? Наверняка ничего хорошего…

Я еще ускорился, но так просто, как Снегирю, мне оживить их не удалось, пришлось лезть вверх по перилам, чтобы добраться до середины этого сооружения, зато там всё оказалось так, как и объясняла мне хозяйка Путей познания. Я дёрнул нужный рычажок, в центре колеса откинулась скрипучая дверца, за которые располагались зажимы, которые с удовлетворенным хрустом приняли полученный мной у здешней хозяйкой кристалл.

Колесо тут же задёргалось, затрещало, заскрипело, отращивая по всему периметру убийственные шипы, а затем наверху знакомо заскрипело и там начал открываться узкий люк. В эту щель немедленно заглянуло нечто похожее на оживший кошмар дровосека и тут же скрылась из глаз, когда гигантская двемерское колесо начало стремительный подъём наверх. Меня резким толчком скинуло с защитных перил, роняя на груду трупов, но я даже не подумал затормозиться, тут же вскакивая на ноги и бросаясь ко второму колесу.

В этот момент дверях появился Резак, несущий на своём плече бессознательное тело Флоры, затем, прикрывая их отход, сюда же ввалился Странник, своей гигантской кувалдой отбиваясь от наседающих неугомонных монстров. Чем всё это закончится я рассматривать не стал, резвым бандерлогом скача по очередным перилам и открывая дверцу аналогичного устройства. Вот только вставленный туда кристалл привёл совсем не к аналогичным последствиям: колесо заскрипело точно так же, однако начавшаяся трансформация кардинально отличалась от той, что произошла с его собратом. Никаких шипов из него не полезло, а вот глухие боковины, сокрытые до этого броневыми пластинами, стали разъезжаться в стороны, открывая вид на внутренности колеса. За остальными пластинами открылись узкие окна из горного хрусталя, но и они через миг начали отползать в сторону, открывай нам путь внутрь колеса, состоящего из переплетения стальных труб и полос, а также десятка кресел, наподобие тех, что устанавливают на стадионах, только эти были вырезаны из цельного куска дуба, те, в свою очередь крест-накрест пересекали цепи, убранные внутрь кожаных чехлов, на этом всё богатство внутреннего убранства и заканчивалось, впрочем, сейчас я был готов путешествовать и внутри полусгнившего ишака, так что…

Я вскочил внутрь, принимая с плеча Резака тело Флоры усаживая его в кресло и прижимая цепями, а шустрый Резак рванул на смену неповоротливому Страннику, отправляя того к нам и разрождаясь десятком неуловимых для обычного глаза комбоударов, превративших очередного дендроида в фейерверк из древесных опилок.

Миг и Странник, хватаясь за руку Снегиря втискивается внутрь.

Ещё миг и я уже на своём месте, закрепляю цепи у себя на груди.

Очередное мгновение и потолок над нами начал трещать, открываясь уже знакомым узким люком, а хрустальные окна и броневые пластины начинают съезжаться, возвращаясь на место.

Порыв ветра и довольно скалящийся рога плюхается на сиденье позади меня.

— Это что за на хрен? Неужели мы поедем на этом кататься?

— Надеюсь что да, если, конечно, ледяная стерва меня не обманула.

Грохнуло. Кое-как прорвавшийся внутрь помещения очередной дендроид прошлёпал по своим изрубленным в капусту товарищам и заскрипел своими ветками по стали, но было уже поздно: механизм заработал, стремительно поднимая нас наверх к солнцу, лесу и свободе. Заскрипело сильнее, гигантское колесо вздрогнуло на миг останавливаясь, а затем руки — ветви дроида с хрустом оторвались от бревенчатого тела и подъём продолжился.

Подъём ускорился ещё, мимо нас поползли каменные стены, а затем вынырнули на поверхность, как и предсказывалось Снежной Королевой под основанием сооружения, которое я в самом начале принял за Эйфелеву башню. И тут я понял, насколько ошибался, я думал, что нас вынесет к небу и солнцу, а вынесло в сумасшедший дом.

Огромной каменной платформой уже не существовало: на её месте колыхалось бескрайнее море разнообразных смертоносных существ, плавно переходящее в Древний лес. Один более-менее свободный пятачок был только около нас, да и то только из-за того, что пусковая платформа была отгорожена от остальной части постройки толстой кованой решеткой, а в остальных частях не то, что яблоко, но и яблочному семечку упасть было негде.

Как мои сокланы смогли столько времени продержаться против всего этого не представляю.

Живые волны накатывали на стальную защиту, которая начинала трещать и мяться будто была сделана из фольги.

Слава богам — это не вывело древний механизм из строя, и мы не останавливаясь, поднимались всё выше и выше, возносясь над разъярённый толпой, пока не поднялись до самой вершины на высоте пятнадцати метров над землей, но и на этом механизм не успокоился, опять защёлкало, заскрипело и наше колесо, зажатое со всех сторон мощными креплениями, начало выдвигаться вбок на телескопической антенне, другое колесо, отправленное мной наверх первым, уже было выдвинуто в другую сторону образуя с нашим естественный противовес. Резкий толчок и наши гигантские качели застыли, открывая нам великолепный обзор, на творящийся внизу хаос. Тысячи, а может и десятки тысяч тварей Древнего леса бушевали внизу, будто штормовое море, а счастливые обладатели рук, щупалец и других хваталок, ни на секунду не задумавшись, поползли вслед за нами, остальные удовлетворились лишь тем, что начали раскачивать всё наше сооружение, но то пока стояло будто скала и их усилием не поддавалось, а вот ползуны меня встревожили, некоторые были настолько шустрые, что им хватит пяти-шести секунд чтобы добраться до нас.

Сооружению хватило двух, чтоб начать действовать: первое колесо пошло вниз, а мы начали возноситься вверх, переламывая и изничтожая залезших наверх и попавших в эту мясорубку существ. Те, оказавшись между башней и начавшими раскачиваться титаническими качелями, захрустели как попкорн или взрывались фонтанами разноцветной крови, а мы, достигнув апогея, низринулись вниз, прямо в море бушующих внизу тварей. Впрочем, первое колесо уже пробило в их рядах настоящую брешь и теперь неслось наверх, всё больше ускоряясь. Мы рухнули, сметая со своего пути всех без разбора, разметав монстров во все стороны и окрасившись во все цвета радуги, выбитым из них древесным соком и кровью, и снова устремились вверх, все больше ускоряясь и ускоряясь.

Кататься на этих качелях было… весело.

Колесо, несмотря на десятки зажимов, внутри свободно крутилось и нас не переворачивало вниз головой, пусть небольшие окна давали достаточно обзора, а амплитуда и скорость вращения просто захватывали дух. По кабине разнёсся восторженный вопль дорвавшейся до халявных каруселей ребятни. Впрочем, на третьем витке восторженные вопли сменились на хриплые стоны:

— Твою мать, — прокряхтел Резак, — прямо как в центрифуге, там, на тренировочной площадке в Космических рейнджерах.

— Не знаю, — сглатывая неожиданно горькую слюну, возразил я, — в рейнджерах я предпочитал кататься на мастере по физической подготовке Джейн Вулф и только теперь понимаю, насколько это было мудрое решение… что-то не припомню, чтобы меня хоть раз на ней так же тошнило, как на этой чёртовой центрифуге…

А ещё через виток нам стало совсем не до разговоров: внутри колеса зажглось множество зелёных огоньков, давление слегка уменьшилось, но каким бы ни был этот магический антиграв, полностью снять негативные ощущения он не смог, хотя если бы не он, нас бы давно уже расплющило о сиденья, настолько быстро и стремительным стало вращение наших качелей

— Сука… это… что за хрень?

Я с трудом повернул голову и увидел раскачивающиеся деревья, над которыми возвышались верхушки двух оживших лесных гигантов, виденных мной в одном из видений:

— Уже всё равно, — прохрипел я, — мы летим…

Глава 17

В этот момент мы находились на самом верху и второе колесо то, что было усыпано смертоносными лезвиями, пулей сорвалось со своего места и, оставив за собой кровавый росчерк на древних камнях, унеслось вперёд, и когда я говорю пулей, то я именно это и имею в виду: на чёртовой карусели мы раскрутились до сверхзвуковой скорости, по крайней мере я не слышал даже собственных воплей, так как они зарождались где-то уже у меня за спиной, и смертоносное колесо проделав в рядах тварей настоящую просеку слетела с платформы, выкашивая и кусты, и деревья, и прячущихся там монстров. В Единый миг логи взбесились, накидывая нам сразу по пять уровней и множество достижений, благодаря скоростному уничтожению монстров, но нам было не до того. Лишившись противовеса качели основательно вздрогнули, ещё раз заставив нас отчаянно взвизгнуть, но через миг настала уже наша очередь: мы достигли каменной платформы, крепления отщёлкнулись и мы понеслись вперёд, вслед за первым колесом. Отгораживающий нас от внешнего мира хрустальные вставки, трубки и перекладины слились в одно серое марево, превращаясь в большое мутное панорамное окно, в которое были видны тела растерзанных чудовищ, остатки растительности и прорубленная в лесу просека, по которой мы мчались вперёд с умопомрачительный скоростью, а наперерез нам двигалась одно из двух гигантских оживших деревьев, видимо намереваясь заключить нас в свои дружелюбные объятия и передать горячие приветы от местного начальства. Ещё миг и раздался жуткий хруст, а в небо взметнулись тонны свежих опилок. Лесной великан покачнулся и медленно-медленно начал заваливаться прямо на нас. Ещё миг, и вот мы прямо возле него, рассматриваем невероятно мощный ствол в десяток обхватов, грубую серую кору, толстые, скрюченные ветви, тянущиеся в нашу сторону, и здоровенную дырень прямо в центре ствола, пробитую навылет нашим дорогоукладчиком. Ещё миг, и мы пронеслись сквозь него, устремляясь дальше в серо-зелёную неизвестность. За это время я только успел увидеть его имя «Старейшина Тополь» и у меня успела промелькнуть мысль: «Нам повезло, что это ни какой-нибудь Старейшина Дуб, а то бы мы вместе с первым колесом уже размазались бы о его тугую плоть», а мы уже были нескольких сотнях метров от него.

Не знаю какая скорость у нас была, но мы преодолели уже не меньше километра, когда Лесной великан рухнул, но всё равно удар был такой силы, что нас подбросило на несколько метров вверх, откуда мы успели рассмотреть несущееся впереди нас первое колесо. Мы явно его догоняли, видимо, все произошедшие с ним столкновения не прошли для него даром. Что будет, если оно становится на нашем пути, я думать не хотел, на такой скорости нас просто распылит на атомы и судя по всему, нам скоро придётся узнать, как чувствует себя дезинтегрированное тело. Лес стал гораздо реже, однако инерция впереди идущего колеса совсем погасла.

Вот до него осталось три сотни метров, две, сотня… Впереди идущее колесо резко вильнуло и ушло круто в сторону, а мы, издав ещё один вопль в край охрипшими глотками, пронеслись по остаткам дороги и врубились в чертовски надоевшие заросли. Наше транспортное средство явно на это не было рассчитано: вокруг нас все захрустело, залязгало, а в самом конце пути в колесе что-то резко хрустнуло, переклинило и нас закрутило вместе с ним, взбалтывая нас будто яичницу болтунью. Меня швырнуло вперёд, чуть не разрезав цепями на неравномерной части, а зачем откинуло назад, так долбанув головой о спинку сиденья, что весь мир почернел. Затем был еще десяток сильнейших ударов, яркая вспышка света, плеск воды и наше сооружение, наконец, замерло, начав заваливаться на бок, да так и не завалилось, застыв покосившейся Пизанской башней.

Я ещё долгий десяток секунд сидел выпучив глаза, будто тот самый кроль, которому под хвост засунули фаршированную утку, затем ударил по защёлке, освобождаясь от сдерживающих меня цепей и вывалился наружу сквозь одно из отъехавших в сторону, потрескавшихся во время пути стёкол. Полёт мой был недолгим, но свалился я будто куль с отходами жизнедеятельности того же самого зайца. Вывалился и шлепнулся в воду, прямо на просвечивающий сквозь нее золотистый песочек, на который накатывали мягкие тихо журчащие волны могучей реки. С дуру попытался тут же встать на ноги, но меня так резко повело в сторону, что макушка влепилась в бок колеса заставив тот тихо загудеть. От резкой боли в голове мозг слегка прочистился, что позволило мне от начала и до конца посмотреть, как из колеса величественно выбрался рога. Как и подобает игроку, с ловкостью перевалившей за тысячу единиц, он был быстр и изящен, как смесь кобры и мангуста. Хотя нет, никакого геройского суперпроземления у него не получилось: ещё один куль, будто наполнили засохшими экскрементами и грубо вышвырнули из окна, где он и свалился в воду, приземлившись на голову, да так и застывший с откляченной вверх тощей задницей.

— Бро, — сверху послышался слабый голос Странника, а затем характерные звуки, издаваемые старшеклассниками, сидящими после бурной вечеринки возле белого друга, — Бро, чтоб ты сдох, что это сейчас было?

— К… карусель… карусель… это радость… ребят, — начал было отвечать я, но меня тут же замутило еще пуще прежнего, однако сейчас явно не время блевать: просеку мы пробили широкую, а до базы, на которой бушевало с десяток тысяч местных монстров, не дальше трех-четырех километров и с их скоростью передвижения, они очень скоро будут здесь.

Странник, видимо, это тоже понял, потому что усилием воли сдержал свои спазмы и буркнул:

— Держи Флору, я с ней в таком состоянии не спущусь.

Я только успел поднять голову, как ко мне на руки свалился очередной куль в этот раз весьма симпатичный с парой длинных стройных ножек и копной волнистых блондинистых волос.

Флора успешно пропустила все веселье, провалявшись в отключке, но теперь уже начала подавать первые признаки жизни.

— Фло, подъём! В школу пора, на уроки опоздаешь.

Синие глазищи Флоры тут же распахнулись, и она резко вскочила, но ее тут же повело в сторону, и она снова свалилась в мои объятия.

— Всегда знал, что ты зазнайка-отличница, только шанса проверить до этого не было. Небось прибегала в школу первая и весь урок тянула вверх руку, чтобы тебя учитель похвалил за ответ? — Вопросительный приподняв одну бровь спросил я, — форма после выпускного осталось? Очень хочу посмотреть, как она тебе смотрится. Большие белые банты к форме прилагались?

— Что?

— Да ничего, пересдачу экзаменов злобному учителю оставим на попозже… вставай давай, некогда разлёживаться.

Помог девушке подняться, встал сам, делая шаг в сторону, пропуская мимо себя рухнувшее тело Снегиря. Поднял и его, встряхнув как пыльный половик.

— Всем подъём, надо срочно уходить отсюда, минут через пять здесь будет не протолкнуться от всякого хищного зверя, которое будет страстно жаждать нашей плоти и крови. А может чего и похуже отгрызут, бегом туда, там должна быть старая лесопилка наверняка найдутся обработанные брёвна или даже готовый плот, а… — я повернул голову туда, куда указывал мой палец и замолк на полуслове: если там когда-то и стояла лесопилка, то она уже давно превратилась в труху, на которой раскинулись обширные заросли густого кустарника. Единственным признаком существовавший когда-то здесь цивилизации, кроме накренившегося обода двемерского колеса, на котором мы сюда прибыли, был жалкий остов его собрата: половина ржавого обода застывшего на мелководье, настолько изъеденного ржавчиной, что казалось любое дуновение ветра должно заставить его рассыпаться облаком невесомый ржи. Ни следа от убийственных шипов, ни сидений, ни защищающих пассажиров окон, лишь кое-где торчали осколки позеленевшего от времени стекла, скруглённого временем, тупыми зубьями торчавшего из покорёженного металла. Я огляделся ещё раз: тот же непролазный лес, узкая полоса пляжа, золотящегося под солнцем песка, даже тропка из мать-и-мачехи ведущая к лесопилке, всё как в моих видениях, вот только никакой лесопилки в помине и не было. Было всё только с учётом прошедших столетий. Если бы я утрудил себя хоть немножко подумать, то я бы мог предвидеть подобный поворот событий, вот только с нашим темпом жизни, такая роскошь, как долгие раздумья, были нам недоступны, за что сейчас и придётся расплачиваться. Никакого иного плана, кроме того, чтобы в данный момент сесть на поджигающий нас комфортабельный плот у меня не было, и что делать дальше я не представлял. Нужен новый план, а чтобы его разработать необходимо время, которого у нас нет. Всё как всегда, ничего необычного.

Раздался громкий хруст, и я нервно обернулся на лес, откуда, выворачивая молодые деревца и перетирая в труху заросли кустов, выкатилась второе колесо, которое до этого успешно прокладывало нам дорогу и прохрустев по песку тихо доползло до нашего средства передвижения и окончательно замерло, уткнувшись в него шипами. Ну что ж, пара-тройка минут на раздумья у меня только что появилась.

Когда второе колесо, пробивающее нам дорогу, укатило в сторону, я думал, что у нас уже не получится воспользоваться их расширенными функциями, но теперь всё изменилось. Я, пошатываясь из страны в сторону, будто моряк при пятибалльном шторме, подошёл к нему и наступив на вывалившегося наружу Странника дотянулся до заветной дверцы, куда ещё каких-то пять минут назад я вставлял оживляющий механизм кристалл, откинул её и, на секунду задумавшись, рванул на себя скрытый за дверцей рычаг. Казалось бы только что умерший у нас на глазах механизм резко ожил, заскрипел, засипел, зафыркал клубами пара, ударившего из многочисленных сопел, а затем чувствительно вздрогнул и начал трансформироваться: первым делом защитные бронепластины разошлись в стороны, выпуская наружу пару мощных манипуляторов, которые тут же со скрежетом впились в наше транспортное средство, рывком разворачивая его к себе с торцом. Не ожидавшие такой подлянки сокланы разлетелись в стороны от мощного удара заскрежетавшим металлом, но никто даже не пикнул, заворожено наблюдая за дальнейшей трансформацией. На нашем колесе в свою очередь разошлись броневые пластины, и манипуляторы ушли вглубь его, с жёстким хрустом с чем-то там состыковываясь. В ответ из него выползло десяток тонких щупов, будто стая змей бросившихся на второе колесо, впиваясь в его плоть, пододвигая его ещё ближе к себе, соединяясь и срастаясь в единый механический организм. Дальнейшая трансформация ускорилось, скрежет и визг металла начал просто оглушать, а сросшийся механизм так и не успокоившись продолжил выпускать из своего нутра длинные гибкие конечности и не менее многочисленные гибкие и длинные хвосты. Первое колесо треснуло пополам, превращаясь в хищную голову титанического стального богомола, гневно сверкнувшего в нашу сторону огнём своих хрустальных глаз. В следующий миг броневые пластины сошлись, закрывая их от любого негативного воздействия, оставляя лишь узкие щели, через который с трудом пробивался недобрый алый свет. Отросшие конечности изогнулись, рывком впиваясь в грунт, поднимая целые фонтанчики песка и воды, массивное тело перестало крениться выравниваясь, вытягиваясь вверх, поднимая уродливую голову, вознёсшись над грешной землёй на доброй десяток метров и мерзко заревел, заставляя дребезжать и вибрировать все окружающее, включая наши еще не отошедшие от бешенной гонки организмы. Вопль был настолько гнусным и душераздирающим, что мне тут же, не сходя с места, захотелось повеситься или еще лучше открутить одну здоровенную стальную башку, но я просто стоял и смотрел на продолжающееся преображение. То практически завершилось: броневые пластины защелкали, вставая на места, образуя единую монолитную, но при этом гибкую броню, семь тонких мечущихся из стороны в сторону хвостов взлетели ввысь, нацеливая свои хищные жала в сторону леса, усыпанная клыками пасть открылась и на нас полился еще один поток продирающего до самого нутра скрежета.

Внимание! Вы восстановили функционирование гигантского механического дроида.

Кодовое название: " «Пустынный Богомол».

С этого момента и до конца своего функционирования он будет защищать вас и дружественных вам существ. Время функционирования с данным кристаллом питания 1 час 45 минут.

— Господи, пусть для начала просто заткнется, пока я из дружественного существа не превратился в агрессивное и сам его по винтику не разобрал.

— Это точно, — поддержал меня Странник, — а ты еще на вопли Дола своего жаловался, если эта железяка еще раз свою пасть откроет, я лично помогу его в металлолом превратить.

— Ну зачем же так грубо, — рядом с нами опираясь на свой лук встал Снегирь, — надо его просто гномам продать, тогда нам можно будет до пенсии валяться на пляжу, попивая Пина коладу под опахалами верных слуг.

Я только отмахнулся от всех предложений, продолжая читать не прекращающийся поток логов.

Гигантский механический дроид. Кодовое название: " «Пустынный Богомол». уровень 350.

17.000.000/17.000.000.

Список навыков и умений прилагается.

Желаете изучить расширенные функции Пустынного Скорпиона?

— Кхм, нет, спасибо, не до этого сейчас, слышь ты железяка, временно назначаю тебя железным дровосеком, срочно свали нам несколько деревьев побольше, сруби ветви и тащи стволы к воде.

Внимание данный функционал отсутствует. Гигантский механический дроид предназначен исключительно для защиты выбранного существа от любых магических, физических, ментальных и других атак.

Одновременно с этим сообщение дроид раззявил свой пасть и выдал ту же информацию на своём скрипучем языке, от которого меня даже по мурашкам побежали ещё одни мурашки.

— Так, стоп, я запрещаю тебе общаться вслух, вся информация только в письменном виде, а то я помру ещё до того, как сюда набежит толпа местных злобных уродов.

Внимание! В пределах восприятия Пустынного Скорпиона находится 182 недружественных существа. Разрешите начать устранение агрессивных объектов?

202 недружественных существа… 207… 234…

Я прислушался, параллельно всматриваясь в непроглядные дебри, но не услышал вообще ничего, преследующий нас существа были ещё слишком далеко, железяка явно видела и слышал гораздо дальше меня и не хватало только чтобы она по моему приказу умчалась куда-то в дальние дали и начала бы там охотиться на неведомых агрессивных существ.

— Отставить. Приказ: защита периметра, периметр для недалёких существ ограничивается данным пляжем.

Получив приказ богомол задрожал, ещё больше вытянулся вверх, поднимая над ближайшими зарослями свою уродливую голову и всматриваясь в одному ему видимые дали. Хвосты рассыпались веером, как у павлина и загудели, мелко вибрируя набирая кинетическую энергию для предстоящего сражения.

Сколько-то времени он нам выиграет, вот только что нам с этим временем делать? Я вытащил свой боевой топор и глянул на ближайшее дерево.

— Странник, как думаешь сколько нам понадобится времени, чтобы свалить десяток таких, обкорнать ветки и соорудить из них какой-никакой плот?

— Гораздо больше, чем у нас есть, — пожал плечами танк.

Подтверждая его слова, лес тут же разродился первым предвестником большой беды, пусть это и был хилый ктонг, но то, что он собой олицетворял было гораздо страшнее. Метательный нож Резака метнулся в его сторону, но ещё быстрее был наш новоявленный защитник: один из его хвостов метнулся вперёд, проходя сквозь тело ктонга, будто это был разряженный воздух, рассекая его пополам и ещё через миг вернулся на место, будто ничего и не произошло и только капающая с навершия его хвоста кровь подсказывала что это не так. Я весьма впечатлился произошедшим, поэтому слегка подправил свой предыдущий приказ:

— Защищать нашу группу, не отходить дальше, чем на двадцать метров, следовать за мной!

Повернулся к сокланом которые, судя по всему, уже отошли от нашего предыдущего тошнотворного путешествия, махнул рукой:

— Давайте за мной, надо проверить, может там всё-таки остались готовые брёвна, — и сам первый помчался к отсутствующей ныне лесопилке.

Возможно, я несколько заклинился на этой идее, но ничего лучшего пока мне в голову не пришло. Мы понеслись по тропинке из мать-и-мачехи к зарослям кустов, когда предначертанный разрубленным ктонгом прорыв тварей Древнего леса начался: молодая поросль на краю леса зашаталась, выпуская на пляж первого дендроида. Неуловимое движение богомола, его передняя похожая на косу лапа метнулась вперёд и юный дендроид бессильно взмахнув руками-ветвями распался на две части, как и ктонг перед этим.

Поздравляем получен уровень 212.

Я, не тратя времени, всё бросил в силу магии, не переставая при этом усиленно пыхтеть, еще усерднее заработал руками и ногами, несясь к заветной цели. Кусты становились всё ближе и ближе, превратившись за это время в нечто больше похожее на заросли бамбука.

Непролазные и непроглядные, лишающие меня в последней надежды на счастливый исход нашего забега: никакого плота и никакой лесопилки там нет и быть не может.

И всё же мы добежали. За это время величественно следующее за нами богомол пустил на фарш пяток особо резвых существ, однако это не помогло: как я и чувствовал, ни лесопилки, ни плотов и даже просто напиленных брёвен здесь не оказалось.

Лапочка Броневому

Буэнос диас, мой туповатый раб, не хотела вмешиваться, но ты, видимо, решил слиться на самом интересном месте, а мой стрим начнётся только через два часа, так что так и быть помогу тебе не испортить все в это время.

Аукцион, свиток магии воды, призвать лодку.

Хотя вы все, особенно с петами туда не влезете, так что бери призыв корабля, он чуть подороже, зато сможете все вместе убраться из этого гиблого места.

Я зло чертыхнулся не добрым словом поминая и Лапочку и её чёртов стрим, но её советом в этот раз решил не пренебрегать, хоть её никто о нем и не просил. Однако я опять не успел: лес зашумел и начал гнуться, будто под порывами ураганного ветра, а затем взревел сотней глоток и разродился сотней разнообразных тел.

Кого тут только ни было и всех их объединяло лишь одно: жажда добраться до наших стройных, но от этого не менее высокопитательных тел, в яростной надежде переработать их навоз, гуано и другие ещё более не аппетитные вещи.

Первыми из подлеска с душераздирающим визгом вырвалась стая кабанов с сидящими на их спинах ктонгами и разогнавшись до сверхзвуковой скорости рванули к нам. Навстречу им метнулись хвосты и лапы богомола, насаживая податливые тела на гибкие хлысты, словно на шампура, оставалось только разжечь огонь пожарче и у нас будет пир горой, вот только времени на это нам никто не даст.

Начавшая быстро зарастать пробитая нами просека в непролазной чаще, до самого горизонта заполнилась несущимися в нашу сторону существами, да и сам лес ходил ходуном из-за полчищ пробивающихся сквозь него массивных монстров.

Я поднял руки, начиная каст сразу двух метеоритных дождей. Ударить прицельно по кому-то у меня вряд ли получится, но, судя по всему, этого и не понадобится: количество несущихся к нам монстров таково, что вряд ли я промахнусь. Небо резко потемнело, покрывшись пятнами порталов в звёздные дали, а зачем разродилась полусотней огненных метеоров с хрустом и рёвом разорвавшие над нами небеса и извергая из себя бушующий огонь и снопы трескучих искр понеслись к грешной земле. Столкновение их с противником в этот раз походило на кадры ковровых бомбардировок джунглей Вьетнама с весьма ощутимым подрагиванием земли и облаками огня, поднимающегося выше крон самых больших деревьев. Мне пришло сообщение о уничтожении сразу десятка тварей, но это всё равно это было будто капля в море: когда до нас доберутся основные массы наступающих, нам ничто не поможет.

— Продержитесь хотя бы минуту! — Проорал я, бросаясь к воде и на ходу открывая аукцион.

Что там наши сисястая блогерша писала? Свитки магии воды? Есть. Призыв водных транспортных средств? Есть.

Чёрт! Как тут их много.

Маленький плот: вместимость один человек или сто килограмм. Цена тысяча золотых. Возможность поддержания только одного заклинания данной категории.

Утлая лодчонка: те же показатели.

Прогулочная лодка: рассчитано на трёх человек… и всё, дальнейшее разнообразие выбора транспортных средств на этом заканчивалось, если только не считать лота от местных неписей, предлагающих купить королевский фрегат на три сотни человек, за три сотни тысяч золотых. От предложенной цены у меня глаза полезли на лоб, но выбор у нас довольно циничный: либо дождаться, что двое из нас умрут и отправиться в плаванье на лодке втроем за три штуки или отдать несусветную сумму за кораблик, который растворится в воздухе буквально через час-другой. Я обернулся и понял, что выбор уже сделан, умирать я здесь никого не оставлю.

Внимание! Вы уверены что хотите купить свиток магии воды призыв большого королевского флагмана?

Внимание по-новому договору глава клана не имеет права совершать покупки больше чем на 100. 000 золотых монет без одобрения совета клана.

Так… пожалуй я нашел первого, кто не поедет в нашей лодке.

Снег, — я прожог спину рейнджера возмущенным взглядом, — чертов смертник, какого хрена⁉

Глава 18

Принцесса очередной раз вздрогнула и со страхом выглянула из окна своей башни. Увиденное ничем не отличалась от того, что она видела все последние десять минут: весь двор замка её отца был завален растерзанными трупами рыцарей, гвардейцев и простолюдинов. Никакого движения, никакой надежды. Там далеко внизу все были мертвы, и никто не сможет прийти ей на помощь. Из соседней комнаты, где её правящий отец с десятком личной охраны держал последнюю линию обороны, раздался страшный грохот и рёв. Ноги принцессы подогнулись и она плюхнулась на пол, задрожав крупной дрожью, её буквально колотило от страха, но подделать она ничего не могла: единственный выход забаррикадирован, а прыгать из окна — это верная смерть на бездушных камнях, выстилающих их внутренний двор.

Рёв и крики ужаса усилились и юная принцесса зажала руками уши, чтобы хоть немного отгородится от этого кошмара. Это не помогло: предсмертные крики стихли, но жуткий хруст гигантских когтей по мраморному полу только усилился, с каждой секундой приближаясь все ближе и ближе. Раздался страшный удар и возносящиеся до самого потолка двери распахнулись, расшвыривая хрупкую баррикаду по всей комнате, заставляя принцессу отчаянно вскрикнуть и задрожать ещё сильнее, вжимаясь спиной в самый тёмный угол комнаты. В распахнутые двери сначала затёк клубящийся туман, а затем едва протискиваясь в гигантские створки проникла ужасающая голова и передние лапы Золотого дракона, на одном из серповидных когтей которого повисло окровавленное тело защитника короля. Принцесса придушено пискнула и начала проваливаться в обморок, но метнувшийся к ней взгляд хищных глаз не дал ей сделать этого, лишив её благословенного забытья. Мгновения похожие на целые столетия шли за мгновениями, а летающий ящер не спешил творить свою кровавое дело, выражение его змеиных глаз сменилась на задумчивое, а ещё через миг гигантскую фигуру полностью закрыл туман, который затем начал быстро опадать, только дракона там уже не было. Вместо уродливого безжалостный ящера в дверном проёме возвышалась фигура высокого, божественно сложенного, совершенно обнажённого мужчины с необычной кожей, будто отлитый из мягкого золота. Тот бросил на принцессу ещё один задумчивый взгляд и та вдруг осознала, что уже не сидит на полу, выжимаясь в тёмный угол, а поднялась и шаг за шагом приближается этому чудесному неземному совершенству. Взгляд её скользнул с благородного лица на мужественную грудь, пробежался по рельефному прессу, скользнул ниже… И тут юная принцесса поняла что опять дрожит, только в этот раз не от испуга, а от едва сдерживаемого вожделения: в груди разгорелось еле сдерживаемое томление, сердце забилось неровно, будто трепещущая бабочка на сильном ветру, а кружевнные трусики вдруг намокли, заставив бледные щёки юной принцессы залиться ярким румянцем. Впрочем её мало сейчас это волновало, будто мышь загипнотизированная коброй, под взглядом изумрудных глаз она шаг за шагом приближалась к этому совершенству, мечтая лишь об одном, почувствовать прикосновение этой чудесной золотой кожи к свои ладони, при этом отчётливо понимая, что даже смотреть на это совершенство она недостойна, однако всё же всем нутром надеясь на чудо.

Жестокая борьба желания и неверия в считанные секунды выпила у неё все силы и не дойдя всего шаг до предмета своей страсти, она безвольно повалилась на колени, бросая на преобразившегося дракона умоляющие взгляды. Дракон заглянул ей в глаза и вдруг ухмыльнувшись пророкотал:

— Попроси.

— Умоляю, — только и смогла прошелестеть она, чуть не падая в обморок от бушующий внутри её страсти.

Мужчина ещё раз ухмыльнулся и преодолел разделяющий их шаг прижимаясь быстро набухающим стволом к ее щеке.

Не веря себе, принцесса обхватила его обеими руками, со стоном неземного наслаждения приникая к нему губами, не смогла обхватить головку целиком и в отчаянии от своей никчёмности начала вылизывать ее розовым язычком, продолжая умоляюще смотреть в изумрудные глаза внезапного гостя. Ладошки её ритмично скользили вдоль его ствола, а ротик наконец-то раскрылся достаточно широко, чтобы дракон с мог войти в него, резкими движениями вбивая его всё дальше и дальше. На глазах принцессы выступили слёзы благодарности, а умоляюще выражение её глаз лишь усилилось. Через пару минут дракон, наконец, смилостивился, выйдя из неё и отстраняюсь. Принцесса тут же поползла вслед за ним, пытаюсь снова вобрать его в себя, но тут их подхватил непонятно откуда налетевший ветер, приподнял над полом, закружил, завертел, швыряя их тела на кровать, где прекрасная принцесса долгими бессонными ночами лаская свою влажную киску ухоженными пальчиками мечтала о нём, только о нём.

Дракон развалился на её постели с видом полновластного хозяина, а прекрасная принцесса уже привычно обхватив его ствол губами начала сдирать с себя одежду, мысленно проклиная все эти многочисленные юбки, корсеты и застёжки. И вот в конец намокшие трусики были отшвырнуты в сторону и принцесса с трудом дождавшись молчаливого кивка от этого совершенного существа водрузилась на его бёдра. Узкое лоно с трепетом вобрало в себя его существо, наполняя её тело смесью боли и невероятного наслаждения.

— О Боги да, о боги, о боги…

Страстные стоны заполнили гулкую тишину дворца, а принцесса двигалась всё быстрее, всё резче, с каждым разом опускаясь всё ниже, но так и не в силах опуститься до самого конца. Будто отлитые из золота руки легли на её бледные ягодицы, сминая упругую плоть и с силой сжали их, подтягивая к себе. Принцесса почувствовала, что её сейчас разорвёт, а ещё, что она сейчас умрёт от переполняющего её неземного удовольствия и от осознания, что и этого ей мало. Дождавшись, когда мужчина содрогнется, выливая в нее всю накопленную страсть, она соскользнула со своего нового хозяина и начала вожделенно вылизывать извергающий золотой поток ствол, а потом, когда его бодрость опять восстановилась, развернувшись к нему спиной, раздвинула руками ягодички и обернувшись, глядя через плечо, срывающимся голосом взмолилась:

— Господин, разрешите, умоляю, — тут же начиная садиться попкой на его…

— Капец, — я раздражённо захлопнул книжку, — это трэш какой-то.

— И не говори, — тут же поддержал моё возмущение Снегирь, — админы совсем с дуба рухнули, как в это время можно было такой ивент начать, половина игроков воют в чате, будто кастрированные волки на полную Луну. Уже семь кланов свои замки потеряли, сейчас из Приозерья вести перестали приходить, думаю и тамошним кланом хана.

— Что? — Не понял я, — ты о чём?

— Как о чём? Весь форум, говорю, гудит, какая-то непонятная тварь спустилась со Скалистых гор и теперь топает неведомо куда, снося на своём пути селения и замки, опустошая все земли, не разбирая игроки это или местные. Первыми вынес клан Рыцарей Тьмы, слил всем попавшимся под руку по пятнадцать уровней. То же самое сотворил с Нимфетками. Клан торгашей из Пригорья попытался от этого Чуда-юда откупиться, так он не только их замок под ноль сравнял, но и по полсотни уровней голове клана и его подручным снял. Теперь уже почти до Приозерья дотопал, а все пострадавшие кланы хай до небес подняли, впрочем, их понять можно, замок штука дорогая и дефицитная, а тут такое беспардонное отношение. Замковый кристалл разрушен и теперь его уже не восстановить. В итоге через семь дней у нас станет на несколько кланов меньше. А ещё они будут усердно искать чей бы замок захватить, а мы вот только что весь мир оповестили, где наш замок находится.

— Да нет, — я стряхнул головой, вытряхивая из неё только что услышанную белиберду, — я про книжку говорю, там у принцессы труп папеньки у двери лежит, а она с перекинувшимся драконом трахается, ты уверен, что эту книжку из Дворцовая библиотеки взял? Больше похоже на коллекцию какой-то озабоченной старой девы.

— В Дворцовой, в Дворцовой, обычный рекламный буклет школы ментальной магии и магии подчинения, написанная ее ректором о своих похождениях, — Снегирь вытянул из моих ослабевших пальцев книжонку и быстро запихал её себе в инвентарь. Так что дальше делаем?

— Для начала, ты повторишь ту ересь про лимит трат, которую ты на меня повесил в прошлый раз, помнится я тебя в тот момент душил и рассказ твой вышел невнятным и маловразумительный.

Я глянул в честные-пречестные глаза Снегиря и будто снова унёсся на пару часов в прошлое, когда я стоял по колено в воде, простирая к водной глади свои руки в надежде увидеть перед собой корабль который нас всех спасёт, а увидел лишь большую фигу, как виртуальную, так и реальную. Я обернулся на сокланов, прожигая взглядом спину рейнджера и тут же забыл, что хотел сказать, заворожённый открывшимся видом.

Не знаю сколько продлился последовавший за этим бой, тридцать секунд или минуту, но для меня всё произошедшее растянулось на часы, столько всего сразу стало происходить одновременно. Пока я пытался найти нам транспортные средство, все спрятались за спиной Странника, который в свою очередь непривычно спрятался за спину гигантского богомола, наблюдая за его действиями такими же остекленевшими глазами, как и у меня. Лишь неугомонный Резак носился по пляжу, то блинкуя, то прячась в невидимости творил на золотом песочке настоящую гекатомбу из нашинкованных тел хрюнячих свинок и бедолаг наездников. Про богомола хотелось сказать, что он действовал, как автомат, но так он им и являлся, то и действовал с такой чёткостью и выверенностью, какая недоступна ни одному живому существу.

За те недолгие секунды, что я бестолково пялился на водную гладь ожидая появление на ней грандиозного королевского флагмана, на пляже всё кардинально изменилось: весь пляж на всём протяжении до упора был забит агрессивными существами, которые продолжали непрерывными потоками выливаться и выливаться из окружающего нас леса.

Откуда я здесь столько? Инкубатор что ли где-то в лесной чаще запрятан? Впрочем, сейчас это не имеет значения, если в ближайшие минуты мы не уберёмся отсюда, нам не выжить, а больше времени, несмотря на все старания, механический богомол нам дать не сможет. Хотя старался он изо всех сил: растопырив в стороны свои лапы-косы и многочисленные хвосты он перекрыл ими все подступы в нашим драгоценным телам.

Те метались в воздухе как заведённые, рубля, пронзая и рассекая всех, кто пытался напасть на него или добраться до нас. Груда изуродованных тел у его ног быстро росла, волей-неволей навеивая мне воспоминание о Защитнике и нашим противостоянии оборотням, на одной далёкой малоизученной планете.

Ладно, ностальгировать можно и во время каста заклинания, если нам не удастся убраться отсюда, то надо хотя бы подороже продать своей жизни и добыть побольше опыта и лута. Лутом, насколько я вижу, занялся Резак, бросивший свои бесполезные махания кинжалами и передислоцировавшейся под ноги нашего механического защитника и теперь в промышленных масштабах развеивает убиенных им тварей. Видимо, места в сумке у него совсем не осталось, так как исчезающие тела сменялись грудами из не собранного лута, но хотя бы деньги и мелкую бижутерию он собрать должен, а насчёт подороже продать своей жизни… Этим сейчас мы и займёмся.

Некоторые твари те, что посообразительней, перестали лезть под убийственные клинки богомола, забрались по грудью в воду и начали обходить его по реке. Одно направление перекрыл им Странник со товарищи, другим, видимо, придётся заняться мне. Тряхнул кистями рук и направив одну ладонь вдоль реки включил огненный поток: слабое заклинание, но каждые пару секунд переходящее на новый такт со значительным усилением, если мы продержимся здесь хотя бы пару минут, к концу этого срока жидковатый сейчас огонь будет похож на работу двигателей реактивного самолёта изжаривающего любого, кто захочет подойти ко мне ближе, чем на пять метров, а чтобы занять наших незваных гостей прямо сейчас, комплект архимага дарует возможность кастовать одновременно второе заклинание. Я пристально уставился на группу дендроидов и Хранители леса, которые забрались воду так, что оттуда были видны только их кроны, да уродливые головы, кастуя прямо на речном дне подземный огонь. Неспокойная вода вдруг налилась светом, будто на дне разом загорелись сотни прожекторов, а затем вверх рванули струи перегретого пара и бушующего огня, а сама вода вскипела и забурлила выбрасывая наверх всплывших дендроидов и унося их от нас течением, хранители замолотили своими щупальцами и рванули из кипящего месива, стараясь или убраться куда-нибудь подальше или наоборот добраться до нас и наложить эти самые щупальца на наши бренные тела. Я с их агрессивными намерениями был в корне не согласен поэтому добавил туда ещё, только что откатившимся метеоритным дождём. Подогретые снизу и жёстко ударенные сверху, многие из них не выдержали этой несправедливости и обмякли безжизненными телами всплывая на поверхности воды. Я уж было начал новый каст чтобы добить оставшихся, но было сбит с ног резким сотрясением земли, бросившим меня на колени.

Не знаю может у Старейшины была возможность телепортироваться или он многократно ускорялся в пределах своего леса, иначе я не могу понять, как гигантское тридцатиметровое дерево могло так быстро и незаметно преодолеть это расстояние, буквально за считанные минуты оказавшись возле нашего пляжа. Ещё две секунды назад его здесь не было и вот эта громада, раздвигая своими ветвями стволы молодой поросли, вываливается на то, что совсем недавно было золотым песком пляжа, а сейчас было больше похоже на размытый разливом реки скотомогильник. Взревел, выпуская из своей раззявленной пасти облако гнуса и ядовитый мошкары и сотрясая землю потопал к нашему защитнику, нависая над ним будто разозлённый тролль над мирным запечным тараканом. Слава всем богам, что у нашего механического защитника полностью отсутствовала фантазия и тот не дрогнул перед своим визави и ещё слава богам, что на несколько мгновений весь мир замер, и я смог просипеть:

— Резак, хватай шесты, все на борт.

Все удивлённо посмотрели на меня, но неожиданно даже для самого себя, я не шутил. Направив левую руку, из которой всё ещё продолжал бить поток огня, на тучу летящего в нашу сторону гнуса, правую я направил на воду, начиная каст ледяного бурана. Воздух вокруг меня мгновенно потемнел, наполнился ярящимися ледяными осколками, а затем ринулся вперёд, поднимая на воде двухметровый вал воды, мгновенно замораживая его и понесся дальше, образуя на поверхности воды ледяной плот шириной метров пять и длиной в двадцать, будто ёж иголками усыпанный метровыми сосульками, смертоносным частоколом торчащим вверх и вдаль. На такой и смотреть было страшно, не то что садится, но выбор у нас был невелик, здесь на берегу нас ждала только смерть. Видимо, все думали так же, так как никто тормозить не стал. Резак подхватил пяток бамбуковых стволов, срезанных богомолом в горячке боя и первым рванул на импровизированный плот, я продолжая сжигать облако гнуса медленно отступал вслед за ним, наблюдая начало битвы между гигантом и титаном, не отрывая от этого зрелища взгляда даже тогда, когда Странник перекинув Флору через ледяной вал на плот, схватил меня подмышку и понес туда же.

Видимо решив, что с него достаточно и одного старейшины, богомол начал бой со своего любимого вопля, только этот был на порядок противнее и громче, чем всё то, чем он потчевал нас до этого. Звук был настолько омерзительным, что у меня эмаль на зубах потрескалась, но зато и эффект от него получился что надо: создалось впечатление, что на этом берегу проходит конкурс для благородных девиц, как правильно надо падать в обморок при очередной скабрезной шутке какого-нибудь местного поручика Ржевского. Все существа до единого, что были на этот момент на пляже и рядом с ним, как по команде рухнули на землю, образуя на ней единый слабо шевелящийся ковёр. Повалились все, кроме Старейшины, который разродившись невнятной тирадой на своём древесном языке, вознёс могучие ветви ввысь, а затем обрушил их на нашего защитника, намереваясь вбить его в землю по самую шею.

Богомол встретил удар лезвиями скрещённых передних лап, пусть и заскрипев от натуги, но выдержав удар вполне достойно и тут же перешёл в контратаку, взметнув все свои семь хвостов и начав имя лупить, окучивая Старейшину со всех сторон с такой силой и скоростью что сорванные листья и кора полетели вниз настоящим дождем. Меня это не обмануло, я перестал жечь растаявшую тучу мошкары, перевёл поток огня на ползущего в нашу сторону дендроида и завопил:

— Отходим, отходим, отходим!

Впрочем, наш плот и так уже начало увлекать быстрым течением, к тому же Резак, используя ствол бамбука вместо шеста усердно отталкивался им ото дна, двигая громаду плота подальше от гибельного берега.

Вовремя.

Старейшине очень быстро надоело сопротивление вставшей на его пути букашки, и он показал, кто здесь на самом деле хозяин. Страшный пинок корнем в головогрудь богомола отбросил того на десяток метров назад в воду, обрушив его в считанных шагах от нашего медленно отплывающего плота. Быстрый шаг вперёд, ещё один корень, взбивая пену на воде, опустился на голову защитника, ветви и лианы метнулись вниз, оплетая конечности и хвосты богомола, а затем Старейшина разогнулся.

Треск и хруст рвущегося железа разнёсся на много километров вокруг, обрывки металла и вырванные с мясом болты брызнули во все стороны словно пули, ветви взметнулись вверх, демонстрируя всему миру разорванного на части врага, а затем эти части полетели в нас.

Я даже не вздрогнул и не попытался отойти в сторону, понимая, что если сейчас я собьюсь с каста, то через две секунды титан догонит нас на мелководье и мы повторим судьбу механического богомола.

Странник метнулся вперёд, прикрывая меня щитом, но тут же был снесён назад куском метала в пару тонн весом, правда своим геройским поступком дав мне шанс закончить начатое заклинание. Каст гномьей секиры, превратившиеся в моих руках в трёхметровый гудящий от энергии диск, сорвался с моих рук и разорвав пространство ударил прямо в раззявленную пасть монстра. Старейшина захлебнулся своим воплем. Начавшее вылетать из него очередное облако гнуса заметалось из стороны в сторону, окружая его и бесцельно заметалось в кроне титана, не собираясь ни на кого нападать, а сам гигант сделал непроизвольный шаг назад, запнулся об останки богомола и начал заваливаться на спину, если, конечно, у него есть спина.

— Ходу, ходу, ходу! — Завопил я, но который раз в этот день опоздал с приказом.

Толпы дезориентированных монстров, после смерти нашего защитника, тут же пришли в себя, ползком, на карачках, а потом и бегом бросаясь в нашу сторону. Было непонятно, что делать, то ли всем навалиться на шесты, чтобы побыстрее отдалиться от проклятого берега, то ли защищаться, ибо наши противники были уже здесь. Забрасывая лапы, ветви, щупальца и клешни на ледяной вал в начале нашего плота, они впивались в лед когтями, присасывались присосками, вбивали шипы, подтягивая свои уродливые тела, залезая, заползая, запрыгивая на наше плавсредство.

Я предпочёл битву.

Вонзил в первого монстра ледяное копьё и, отбежав на пяток шагов, начал каст каменного дождя. Необходимо отсечь погоню, остановить тех, кто ещё не забрался на наш плот. Измученные небеса разорвались в очередной раз, выпуская в мир звёздные камни, рухнувшие вниз и превратившие пляж и мелководье в огненный ад.

Удар.

Небольшой каменный тролль, мимоходом врезал своим кулачищем мне по челюсти, и я отлетел метров на пять назад со свёрнутой шеей. Дебаф полный паралич на две минуты.

Вот и всё, отбегались.

— Все назад! — Заревел Странник, хватая меня за грудки и отшвыривая на дальний край плота будто надоевшую куклу.

Я врезался в лес сосулек, пропахал по ледяным остриям спиной и остановился в полуметре от самого края. Флора тут же оказалось около меня, накладывая очищение и лечение, но что от этого толку? Уже не видно льда из-за количества несущихся к нам тел, а стоящий перед ними наш мощный танк выглядит рядом с противником, будто недокормленный подросток на фоне тяжелоатлетов. Он поднял руку с зажатым в нём гигантским молотом и когда до противника оставалось не больше двух метров рухнул на колено, врезая им по льду перед собой. Не знаю, что за абилку он использовал, но от него пошла ударная волна, а лёд начал взрываться, будто был нашпигован динамитными шашками. Ледяное крошево, брызги воды и крови, ошметки плоти и взлетающие в воздух многочисленные тела, всё это на пару мгновений зависло в воздухе, а затем рухнуло вниз в бурлящие воды.

Внимание на вас наложено среднее очищение. Полный паралич ослаблен.

— Поднимите мне веки.

— Что? — Флора удивлённо посмотрела на меня.

— Голову, говорю, приподними, хочу глянуть.

Мы были далеко, не меньше чем в сотне метров, удар Странника не только разрушил дальнюю часть плота, но и отшвырнул нас далеко от берега. Раненый Старейшина с трудом поднимался на свои корни, но, насколько я помню из ведений, на такое расстояние от своих подручных зашвыривать уже не мог.

— Флора…

Я замолчал. Мне срочно надо было подумать, но, если я сейчас улягусь, уткнувшись ей лицом сиськи и запустив руку ей под стринги — это будет смотреться как-то странно.

— Снегирь, у тебя вроде какое-то лёгкое чтиво было, после посещения королевской библиотеки? Дай мне что-нибудь. Мне нужно подумать.

Последний поход, весь сумбур и мельтешение событий, не подвластное хоть какому-нибудь планированию и часто даже осмыслению, мне совершенно не нравилось. Я глава клана и если хочу, чтобы мой канал был успешным, то в этом стиле игры надо что-то менять. Книжка с незатейливым сюжетом о средневековой жизни пришлась как нельзя более кстати, чтобы успокоить мысли и прийти в себя, но через десяток страниц плавное повествование превратилась в похождение маньяка-мозгоправа который, наверняка, в жизни был карликом со сморщенным стручком, но благодаря мощнейший ментальный магии и магии подчинения смог заставить сотни людей поверить, что он дракон и заодно перебивать друг друга, после чего смог предстать перед распущенной принцессой в виде её недоступного идеала. Этот резкий поворот событий опять выбил меня из ментального седла и вернул в реальность.

— Бро, ну так что делать-то будем? — Глянул на меня Снегирь.

Я оглядел быстро тающий огрызок плота, скастовал ледяной буран, одним махом увеличивая его раз в десять, бросил на трескучий лёд одну из наименее пахучих шкур, завалился на неё, закинув руки за голову.

— Направление зюйд-зюйд-вест, — я махнул рукой по течению реки, — если ведение меня не обманули, то километров через десять будет одна из первых целей нашего путешествия.

Глава 19

В меру мягкая шкура умеренной вонючести, мягкое бедро Фло под головой, идущий от неё успокаивающий аромат и крайне нервное утро, чуть не отправили меня в страну грёз, стоило мне только улечься поудобнее, и только могучая воля заставила меня сделать задуманное.

— Хр-р-р-р-р…

— Василий, ты что спишь? Ты вроде хотел что-то обдумать, что-то супер важное и необходимая для нашего клана.

— Да… хр-р-р… я не сплю… хр-р-р, — я пошамкал губами, незаметно вытирая тонкую струйку потекший слюны, — ничего я не сплю, просто глаза от солнышка прикрыл.

Какое солнышко? Всё небо в тучах.

Я раскрыл глаза, еще раз пошамкал губами, осмотрелся.

— Как водичка?

Вынырнувший рядом с плотом Резак показал большой палец:

— Зашибись, вот только живности под водой никакой нет, а я хотел поохотиться.

— Это хорошо, что никого нет, последние события научили меня радоваться этому факту.

Сказал и понял, что слегка покривил душой. Какую бы напраслину не возводила на меня Флора, типа что я только делаю, что сплю, но, прежде чем отключиться, кое-что я обмозговать успел.

Первое, что касается творящегося вокруг нас хаоса… Если честно, я сторонник более спокойной игры, когда всё продумано, подготовлено и во время запущенного в итоге действия, ты уже лежишь, любуешься на круглые девичьи ягодицы, а в это время где-то что-то взрывается и на тебя льётся халявный опыт, с другой стороны, последним полученным нами сообщением на пляже был лог о том, что мной получен двухсот двадцатый уровень, что вернуло всю нашу команду в явные топы, вырвав с жалкого трехсотого места, куда мы скатились за неделю валяния на пляже, так что десяток зуботычин и килограмм разрушенных нервов не такая большая цена за это. Может быть когда-нибудь нам и удастся вернуться к более спокойному темпу игры, но пока и так сойдёт.

Ещё я поразмышлял над намечающимся пути, как его здесь называют: «Силы», но так как информации кот наплакал, то особых размышлений тоже не получилось. Сквалыжная хранительница путей Познания, несмотря на устроенную ей прожарку типа медиум, не смогла выдать ничего более конкретного, пришлось удовлетвориться такой чушью как: «Пути Силы пройдёт лишь достойный», «Будь достоин и будешь вознагражден» и прочих подобных лозунгов, выдаваемых ей на все мои конкретные вопросы. Также углубленному обдумыванию мешало то, что мои мысли постоянно возвращались к сюжету книги и даруемым ментальной магией и магией управления возможностям. Нет, я не собирался подобно развратному декану факультета данных магий использовать её для удовлетворения своих низменных потребностей, но вот контроль и захват управления над противником в бою, меня весьма интересовал. Будь у меня приличное заклинание или навыки, и удайся мне взять контроль над десятком-другим существ там на пляже, чтобы они встали на нашу сторону, а после их гибели захватить ещё десяток, может нам бы и не пришлось так позорно ретироваться оттуда и мы бы наколотили ещё десяток-другой уровней, так нелегко достающихся после достижения двухсотого левела. Хотя в этом конкретном случае — это вряд ли нам бы помогло, тот здоровенный Ясень Хранитель, ясен пень, не поддался бы ни на какой гипноз и размотал бы нас вчистую, но в других случаях с таким невероятным количеством противников — это бы могло весьма помочь.

Надо как Лапочка сажать какого-нибудь пентюха на аукцион, чтоб постоянно мониторил его на счёт подходящих заклинаний, а может и артефактов с подходящим наполнением или нового Лапочкиного аукциониста об этом попросить? Помнится после последнего массажа ступней, она обещала сделать для меня что угодно. Конечно, думаю, что в тот момент она имела под «Что угодно» несколько другое, но её же никто насильно за язык тогда не тянул. Впрочем, вряд в этот момент кто-то смог бы это сделать, ведь тогда совсем рядом с ней лежала Лапочка и ее язычок был занят совершенно другим.

Или просто найти эту школу из брошюрки и пообщаться с её автором на предмет развития своих способностей?

— Слушай Снег, вот если бы ты был могучим колдуном и люди выполняли бы любое твоё желание, для чего тебе нужна была бы школа и оболтусы-студенты платящие гроши за свое обучение?

— Ты это о чём сейчас?

— О том дядьке, превращающимся в Золотого дракона, заставляющего людей убивать друг друга, а прекрасных принцесс прыгать к нему в постель. Что мешает тебе с таким же успехом ограбить какой-нибудь банк или обчистить дворцовую сокровищницу? Зачем вся эта заморочка с нищими студентами?

— А, ты про этого старика всё? Ты что не дочитал книжку до конца?

— Нет, остановился на самом интересном, как дядя доктор проверял принцессу на предмет раннего геморроя.

— Зря. Там последние страницы дописывал сам Император, кратенько излагая историю о том, как некий свихнувшийся маг заманивал своё учебное заведение юных конкурентов и жестоко их там умерщвлял, боялся, что те вырастут и смогут его переиграть на его же поле. Охота на него была бы крайне кровавой, если бы местные правоохранительные органы не догадались послать к нему распутную девку, которая, в итоге, его напоила и прирезала. После этого учреждение закрыли, а учение и сама магия деградировали до уровня деревенских знахарей и травниц. Приворотное зелье там создать, или внушить, что тебе продаётся не осёл, а элитный жеребец. Так что найти мастера этого дела сейчас практически нереально. Да ты и сам видел, заклинаний из этой магии практически нет, я постоянно эту тему мониторю, но тишина, никаких намёков, нужной магии нет.

— Жаль, а я уж размечтался… но всё равно эту тему упускать нельзя, если заклинаний нет сейчас, это не значит, что их не появится позже. Ладно, это потом, а сейчас мы, похоже, прибываем к нужному месту.

Я махнул рукой указывая на крутой поворот реки и клубящейся за ним туман.

— Осталось немного, поворачиваем и плывём туда.

— И каким это именно образом? Шесты до дна не достают, а весел у нас нет, да и много ли сделаешь вёслами с какой-то громадой? Теперь разве что вплавь.

И действительно… но что-то в воду лезть не охота…

— Ладно тогда План Б.

Я поднялся и направился к краю плота на ходу кастуя ледяной буран. Воздух взвился, с рёвом понесся вперёд, заставляя воду бурлить и тут же застывать ледяными торосами. Не больно ровная тропинка, но подводит нас метров на двадцать ближе к берегу, чем было до этого. Осталось только не сломать ноги перебираясь по этой изломанной, усеянной сосульками поверхности и дождаться отката заклинания, чтобы удлинить наш плот в сторону противоположного берега ещё на двадцать метров.

К концу нашего путешествия плот превратился в настоящий мост, пусть и слегка кривоватый, но на вид будто хрустальный, принесенный сюда из сказки. Правда прочность его была маловата: разная скорость течения на стремнине и у берега начала ворочать и рвать его на части, но всё же мы сошли на берег красиво и величественно, скастовав ещё один ледяной буран, проложивший дорогу к самому берегу.

Резак блинканул, уходя в невидимость и отправляясь на разведку, а мы просто встали на хрустящий гальке пляжа, обозревая открывшийся перед нами вид.

Как противоположный берег был берегом жизни, перенасыщенный самыми разнообразными её формами, так этот берег был берегом смерти, а вернее безжизненности, потому что даже неугомонных мертвяков здесь не водилось. Об этом мне тоже поведала хозяйка пещер Познания, разомлевшая от моего горячего приветствия, поэтому я не удивился, когда Резак вернулся и только отрицательно покачал головой, встав рядом с нами и любуюсь завораживающим пейзажем. Когда мы подплывали к берегу, он почти весь был скрыт туманом, но теперь, стоило нам сойти на пляж, тот стал рассеиваться, открывая нам свои тайны, а посмотреть здесь было на что: меж скальных выступов, торчащих из земли, вилась дорожка из белого камня и поднимаясь вверх по уступам вела к возвышающемуся невдалеке замку. Или скорее возносящемуся, ибо таких громад не то что здесь, я и в реале не видел, где достаточно монструозных сооружений и небоскрёбов. Этот высокими башнями и стройными шпилями возносился на несколько сотен метров, в конце концов теряясь в низко нависших облаках. Прошло не меньше пяти минут, пока мы стояли в тишине, любуюсь его островерхими шпилями, изящными мостиками, перекинутыми от одной башни к другой, широкими проёмами окон, забранными изящными кружевами кованых решёток, трепещущими флагами, неприступными крепостными стенами, пока первым не отмер Снегирь и почесав щетину на подбородке категорично не заявил:

— Это что-то невероятное, я его хочу. Надо бросать всю возню с нашей халупой, добирать лимит клана до упора, перетаскивать всех сюда и отвоевывать этот замок кому бы он не принадлежал.

Я бы очень хотел с ним согласиться, но только отрицательно покачал головой:

— Вряд ли, Снег, у нас это получится, пойдёмте посмотрим на него поближе.

На все вопросы почему не получится, я только неопределённо пожимал плечами, продолжая всё выше подниматься по вьющийся меж скал дорожке. Впрочем, уже через пару минут все вопросы начали пропадать, как и сам замок: чем ближе мы к нему подходили, тем быстрее он таял: сначала растаяли самые высокие шпили, крыша превратилась в туман, стены замка подёрнулись рябью, быстро исчезая, затем дело дошло и до мощной крепостной стены, а когда мы вышли из-за последнего поворота, то не увидели ничего, кроме обширных развалин, возвышающихся над каменистой площадкой максимум на пару метров. Когда-то этот величественный замок был разрушен, а главное, был уничтожен питающий его кристалл и теперь его уже не восстановить, не отстроить обратно и вольные ветры до скончания времён будут овеивать его выщербленные бренные останки.

— Идёмте, мы здесь не для того, чтобы завоевывать себе очередную жилплощадь, — я глянул на артефактную карту и ткнул пальцем в нужную сторону, — нам туда.

Почти полчаса мы карабкались по развалинам замка, поражаясь его небывалый мощи и обширности, пока не выбрались на противоположную сторону долины и ещё одну дорогу, в этот раз уходящую вглубь континента, правда, по ней нам пришлось путешествовать недолго: дорога зажатая меж двух скал закончилась каменной аркой и небольшой площадкой, на который располагалась пара знакомых нам строений, вернее это был камень привязки и телепорт, но не обычный, из тех, что располагался в каждом городе, и который простой народ называл «Очко толстосума», а огороженный резными столбами с расположенной внутри каменной площадкой, усеянной разнообразными рунами.

— Ничего не напоминает? — Спросил я Флору и та слегка покраснев и закусив губу, качнула головой.

Точно такое же сооружение было в локации телепортов, где нас приветствовала дружелюбно настроенная суккуба, только этот был в нерабочем состоянии.

Я дождался своей очереди к камню привязки, а затем шагнул к телепорту, вынимая из сумки последний дар хозяйки пещер Познания: энергетический кристалл, только этот в отличие от всех предыдущих, был рубинового цвета и мигал злыми огненными искрами.

— Эй ты чего задумал? — всполошился Снегирь, — эта штуковина, наверное, под миллион стоит, на хрена нам её на этот телепорт тратить? Мы что, амулетом перенестись сюда не сможем?

— Не сможем, и если вернёмся к себе в замок и там умрём, на этом камне возрождение не поднимемся, он только для этой локации предназначен и чтобы сюда попасть надо будет пройти весь путь через Древний лес, который мы уже проделали, а без двмерских колёс это у нас вряд ли получится.

— Да ладно, чем этот телепорт такой особенный?

— Это часть целой цепи телепортов, которые ведут к местам, до которых можно добраться только пешочком, или вот через такие порталы, обычные заклинания и стационарные телепорты там не действуют, так что…

Я наклонился, вставляя кристалл в гнездо в центре площадки. Несколько мгновений ничего не происходило, затем разнеслось тихое гудение и кристалл с негромким шелестом всосался внутрь камня, после чего по нему побежали алые прожилки, метнулись к колоннам, понесли кверху по ним, обвивая их будто змеи, пока не остановились на самом верху, зажигая там цепь ярких рубиновых огоньков.

Поздравляем! Вы восстановили один из Древних телепортов. 1/100.

Награда за достижение:

Уровень +3.

Затраты энергии духа на телепортацию −10 %.

Стоимость и затрата энергии при аренде, строительстве, покупке, использовании стационарных, переносных, индивидуальных телепортов минус 10 %.

Отношение с Хозяйкой локации Телепортов + 2.

3 ключа от Древнего телепорта.

Неплохо насыпало, хорошие призы и нужные, разве только что отношения с хозяйкой телепортов мне как-то по барабану, у нас с ней и так они сразу сложились очень тесные и дружеские, хотя после того, как я украл у неё медальон… Пусть будет, не помешает.

— Эй Бро, парни, идите сюда, — гуляющая по небольшой площадке Флора подошла к каменной арке и теперь звала нас к себе.

— Что там?

— Идите сами посмотрите, — махнула она рукой, продолжая осматривать каменную арку и высеченные на ней руны. Я в них не увидел ничего интересного, потому что не понял значение ни одной из них.

— Так что?

— Подойди ближе.

Я сделал ещё пару шагов и на меня тут же посыпались логи:

Внимание! Вы желаете войти в закрытую локацию пути Силы?

Рекомендуемый уровень прохождения данной локации 280, минимальный 200.

Максимальная группа игроков для прохождения — 10.

Предупреждение! Доступ к этой локации даётся лишь один раз, в случае выхода из локации или неудачи миссии, повторный вход будет невозможен.

Вы уверены что хотите начать прохождение миссии? Да. Нет.

Я сделал аккуратный шаг назад, за ним ещё один, беря Флору под локоток, на всякий пожарный отводя её подальше в сторону. После сумасшествия сегодняшнего утра, ломиться куда бы то ни было у меня не было никакого желания, тем более начинать новую миссию, в который нет права на ошибку. Прежде чем здесь что-то начинать, надо всё тщательно продумать, подготовиться, возможно взять с собой ещё пятерых человек. Уверен, никакая помощь в этом деле не будет лишней.

— Народ, объявляется обеденный перерыв, надо слегка передохнуть и обмозговать одно важное дело.

Вернулся к камню возрождения швырнул рядом пару шкур, уселся, сразу залезая в аукцион и по сложившейся уже привычке отправляясь в кулинарный отдел, на свидание с пока единственным в этом мире грандмастером кулинарного дела. Блюдом дня сегодня у клана Дятлов был грибной супчик на говяжьем бульоне. Вернее, на бульоне из ляжки минотавра, добытого неугомонными Дятлами где-то в глубинах одной из закрытых локаций. На второе там предлагалась тушёная лопатка Эриманфского вепря, что навело меня на мысль, что дятлы нынче промышляли где-то в районе оживших древнегреческих мифов.

Я заказал пять порций всего, плюс компот из сухофруктов и истекая слюной принюхался к доставленным блюдам:

— М-м-м… божественно.

Пока я усиленно вливал в себя густое варево, Резак со Снегирем устроили выставку добытого в неравном бою имущества: в основном то состояло из бижутерии, который как я и думал, была забита вся сумка Резака. Кстати, надо будет мониторить аук ещё и по этому поводу, будь у него хорошая сумка и количество искрящихся побрякушек могло быть раза в два-три больше. Вместительные сумки, конечно, стоили невменяемых денег, но при такой скорости добычи лута, та окупится за два-три боя.

К сожалению, чего-то невероятного среди лута не было, только Странник и Резак отобрали себе по колечку на силу и ловкость, которые были слегка лучше тех, что у них до этого были, но неплохого товара было немало и он подтянет на вполне приличную сумму.

Я жирными руками принял пододвинутые мне цацки, закинул их на аукцион, уже через миг возвращаясь к разваливающемуся в руках куску мяса, не в силах оторваться от него не на миг.

Кадровая служба РосИгр Броневому

Добрый вечер. Спешим вам напомнить, что по условиям контракта, если вы потеряете свой замок и лишитесь клана, то он будет расторгнут, а предметы необходимые для прохождения ивента: «Мир Смерти» у вашего персонажа будут изъяты.

PS.

Ваша кандидатура на эту роль подходит нам как нельзя лучше, поэтому предупреждаем, следите за своей игровой собственностью тщательнее и не подвергайте её излишнему риску.

Я был не прав, меня всё же заставили оторваться от этого божественного блюда. Я застыл, перечитав сообщение ещё три раза.

— Снег, бросай свои побрякушки, отчёт по состоянию замка, срочно!

Не знаю зачем я это попросил, вся информация у меня, как у главы клана была. Замок вполне успешно достраивал четвёртый уровень, никаких особых повреждений, ни нападений на него не наблюдалось.

Ответ Снегиря запоздал на пару минут и не отличался ничем от того, что я мог бы и сам увидеть:

— Да вроде всё нормально, все постройки целые, заведующий защитой замка отписался, что всё спокойно, до окончания достройки четвёртой ступени замка остался час, вчера на подступах к нему обнаружили пару нубов, но слили их до того, как те обнаружили наше убежище, после этого там вообще никого не было видно. А что случилось? Ты что так всполошился?

Вместо ответа я скинул ему пришедшее мне сообщение. Снегирь перечитал его два раза и опять поскрёб щетину на подбородке.

— Тут что-то не так, здесь явно намёк на то, что ты своими действиями навлёк чей-то гнев и этот кто-то намеревается покуситься на наш замок. Теперь вопрос, кто бы это мог бы быть? Первым кандидатом у меня стоит Бой, но после того, что случилось с его отцом и после того, как он лишился замка и клана, он пропал и я о нём ничего не слышал, хотя проверяю это регулярно. Может он зарегистрировал нового персонажа? Но что может сделать одиночка против клана? Если не он, то кто? У него были союзники, но сомневаюсь, чтобы кто-то отдал свой клан ему под управление, да даже если так, то все его союзные кланы были совсем никакие, до сотого уровня никто не дотягивал.

— Тогда появляется кандидат номер два, человек наделённый большой властью и наделённый информацией, недоступной никому другому.

— Ты имеешь в виду непися? Людского императора? Он помнится сильно обиделся на тебя во время карточного турнира и ему, в отличие от остальных, вполне возможно известно наше местонахождение, ведь это его земли пусть даже это и самая их окраина. Возможно, он узнал о нас, как только эта развалина, называемая замком, перешла в наши руки и послал кого-нибудь разобраться с тобой?

— Может быть, может быть, но я, почему-то, в это не верю, есть ещё третий вариант. Что ты там говорил про вой в чате? Там вроде какой-то мутант появился, обнуляющих всех право и налево? Открой мне карту его передвижений.

Снегирь склонил голову набок, зашевелил пальцами, а затем раздвинул руки в стороны и между ними тут же загорелся тусклый свет, усыпанный тёмными пятнами. Тот, быстро обретая чёткость, сложился в карту континента, где пунктирной линией было обозначено передвижение неизвестного субъекта.

Нам хватило одного взгляда, чтобы начать действовать. Снегирь начал строчить всеобщее оповещение о надвигающейся угрозе, я тоже тормозить не стал:

Броневой Лампочке

— Приветствую тебя, о моя высокомудрая госпожа! Не хочешь поучаствовать в охоте на Бога? Обещаю кучу развлечений и лучшие места для твоей съёмочной бригады. Ну и, вполне возможно, что нам за подвиги отсыпят пару пачек печенья. Взамен за эту редчайшую услугу мне требуется твои воины и мозги аналитиков, мне срочно нужно знать всё, что они смогли нарыть по внезапной угрозе, шествующий второй день по нашему измученному войнами миру.

— Броневой, у меня стрим через 5 минут чего ты конкретно хотел?

— Лапуля, бросай гнобить своих крыс по подвалам, у меня для нас найдется дело поинтереснее.

— Судя по всему, этот чокнутый чародей идёт по прямой и Пустоши не на его пути, так что возблагодари за это небеса, сиди там и не отсвечивай.

— Какие пустоши? Ты же помнишь, тот замок я продал, а тварь о который гудит весь чат, идёт прямо к моему новому замку.

— Вот это ты попал, не повезло тебе, мой совет: выгребай оттуда всё, что можно и делай ноги, замок тебе не спасти и свой клан я под него подставлять не буду, есть слишком вероятный шанс, что он обнулит всех моих девочек, а это неприемлемо. Кстати, и твоего клана это касается.

— Если я потеряю замок, то лишусь контракта и вылечу с только что полученной работы. Мне придётся его остановить, тем более, не важно убегу я из замка или нет, он разрушит его, а потом пойдёт за мной. Эта тварь пришла сюда именно по мою душу.

Что? Да, Броневой, ты умеешь находить себе врагов.

Слушай, не можешь дать весь клан, дай в лизинг хотя бы десяток своих целительниц, клянусь они буду находится на максимальном удалении от врага, ничего с ними не случится.

Десяток? В лизинг? А язычок не отвалится? И вообще, нечего моих девочек развращать, кобель, заниматься подобной похабщиной в моем клане тебе разрешается только со мной. Извини, у меня начинается стрим. Я подумаю, что можно будет сделать.

Глава 20

— Если что, у нас есть возможность обратиться за помощью к Новым богам, — чтобы погасить начинающуюся панику, громко произнес я, — а уж они смогут справиться с любым поверженным богом, тем более с лишённым своего божественного статуса.

Я осмотрел лицах своих друзей, но так как паниковал исключительно один я, то моя пламенная речь пропала в туне. Мне было непонятна такая спокойная реакция: тут одно из двух, или они настолько безоговорочно верят в меня, или после многих десятков раз, когда я говорил, что помощь богов мы будем использовать только в самом последнем случае, они не поверили мне, что мы сольем такую мега плюшку на первом же противнике. Впрочем, можешь оказаться, что они просто не слушали меня, а посмотрели на наш новый замок, за последние три дня претерпевший значительные изменения. Само здание, насколько было видно, не сильно изменилось, разве что только исчезли дыры на крыше, теперь скрытые мощными листами черепицы, впрочем, только её сейчас и было видно, всё остальное закрывали мощные крепостные стены, сложенные из огромных блоков серого грубо обтесанного камня. Башни возле ворот и по углам тоже вызывали невольную уважение. Конечно, всё сооружение не шло ни в какое сравнение с замком, что был у нас на Пустошах, но всё же теперь это была не избушка на курьих ножках, огороженная дырявым забором. Да и остальные изменения пошли нашему убежищу на пользу: с достижением третьего уровня, у нас появилась возможность найма охраны и теперь меж зубцов защитных башен то и дело поблёскивали доспехи расположившихся там арбалетчиков. Уровня они были невысокого: сорокового-пятидесятого и в бою нам никак не помогут, но своей повышенной глазастостью и неусыпным вниманием, смогли высвободить нам два десятка бойцов, до этого стороживших наш замок. Один из них, кстати, уже как минуту выпал рядом с нами из инвиза и теперь стоял неподалёку, прислушиваясь к нашему разговору. Длинный, тощий, укутанный во всё чёрное и жутко раздражающий. Хотя меня сейчас раздражал бы даже ангел во плоти, если бы только, конечно, он не пообещал сражаться на нашей стороне.

— Ну чего тебе, чего уши греешь?

Длинный только безразлично пожал плечами:

— Снегирь приказал явиться с докладом, стою, жду, когда вы освободитесь.

Смертная тень, что-то слишком пафосное имечко для сто двадцатиуровневого нуба, ну ладно, послушаем что скажет.

Тот ещё раз пожал плечами и начал доклад:

— До конца постройки сорок пять минут, по этому поводу объявлена чрезвычайная ситуация и режим повышенного внимания. Сторожевые пикеты разосланы на пятьсот, тысячу и полторы тысячи метров во все стороны. Четыре пикета наворачивают круги вокруг замка на расстоянии трех километров. К каждому пикету приставлен игрок с заклинанием или навыком обнаружения жизни. На данный момент они все живы, и никто из них не подал сигнал тревоги. Количество сокланов в игре сто семь из двухсот, все по приказу Снегиря в течение трёх суток поставлены на охрану замка, по достижению им пятого уровня, девяносто процентов охраны будет снята: половина в реале, те, что в игре на охране объекта в четыре смены по шесть часов. Остальные свободны для прокачки или других заданий клана.

Тень замолк и выжидающе уставился на меня.

— Это всё?

— Если разрешите, то многие обескуражены: при прохождении отбора был обещан замок четырнадцатого уровня в недоступной части континента, большая часть топов не согласилась с новыми условиями, но те, кто остались не подведут, вот только уровни у нас маловаты и если намечается какая-то серьёзная заруба, то боюсь, от нас будет мало толку.

— Согласен, намечающаяся вечеринка явно не для вас, но мне нужны будут все лекари и баферы, остальные, если будут участвовать в предстоящем деле, то только издалека. Сейчас от вас требуется найти подходящую площадку для предстоящей битвы, около тех скальных выступов должно найтись нечто подходящее, не хочу сражаться на земле, всякие вылезающие из-под неё щупальца или если она вдруг превратится в болото, то это может негативно сказаться на том, как закончится бой. Нужна какая-нибудь достаточно обширная каменная площадка, вокруг которой располагалось бы достаточное количество укромных мест, чтобы можно было спрятать подкрепления.

— Есть такая, только не у скал, — Тень махнул рукой в сторону ближайшей рощи, — там есть большая каменная площадка, а вокруг, как видите, лес, где можно спрятать весь наш клан. Если хотите я покажу.

— Обязательно сходим, сейчас только замок достроится… Снег что там говоришь добавиться на четвёртом уровне? Баллисты и один требушет? Отлично, замок я подвергать опасности не хочу, так что будем встречать противника в чистом поле, а вернее в той роще, но перетащить пару осадных машин нам туда не помешает. Рез, как там Лапочка, прислала, что я просил? Нет? Вот же… Так всем тайм-аут на полчаса, меня не отвлекать, ты длинный как там тебя, Смертная тень, займись эвакуацией вольнонаёмного персонала, всех кроме стражи из замка отправить в ближайший город и там дед есть один, он еле ходит, найдите ему какую-нибудь телегу, через десять минут здесь никого не должно быть.

— Сделаем, — Смертный Тень скрылся с глаз, а я плюхнулся за траву с раздражением включая стрим Лапочки.

Какого чёрта она делает?

Новая капсула и самый дорогой игровой тариф, дарили мне некоторые привилегии и просмотр стримов был один из них, только теперь это был не крошечный экран, появляющийся перед моим носом, а настоящее полное погружение.

Прошла пара секунд и замок, и земля, и ближайшая роща пропали, сменившись на другой пейзаж.

Мд-а, я был не совсем прав, когда призывал Лапочку к себе на помощь: крыс она уже давно перестала гонять.

Мы находились в кристальном лесу и крысами здесь и не пахло. Растения больше похоже на вытянутые к небесам кораллы, состоящие из прозрачного разноцветного хрусталя, хрустальная трава, хрустальные небеса. Лапочка со своими подружками тоже была здесь. Она подбирала что-то с земли и я приветливо помахал её попке, слегка скрытой под короткой юбкой, хотя слово вскрытый не совсем подходил для этого случая: прозрачная юбочка, как будто сделанная из того же хрусталя, из которого состоял этот мир, весьма мало скрывала скрывающиеся под ней телеса, что меня крайне порадовало, любоваться этим видом я мог вечно. Я протянул руку и похлопал по ней, но здесь меня ждал облом, какой бы не был дорогой у меня тариф, но в данный момент я присутствовал здесь лишь в роли бестелесного зрителя. Ладно, ничего, потом в реале похлопаю.

Я с трудом оторвал взгляд от ритмично покачивающийся пятой точки стримерши и ещё раз огляделся.

— Лапа атас!

Ноль реакции.

— Полундра, говорю, ты что глухая…

Я перестал вопить, во-первых, потому что вспомнил, что меня не видно и не слышно, а во-вторых, потому что стоящие на стреме девчата тоже подняли переполох и было от чего: прозрачный кристальный вес вдруг потемнел, и к клану Стальных Амазонок со всех сторон потекли целые реки и потоки расплавленной карамели. Ну или мне, по крайней мере, так сначала показалось.

— Внимание! Ещё один прорыв! — Заголосила пара девушек, обёрнутых в нечто похожее на полупрозрачную вуаль и поднимая огромные луки выпустили в наступающих череду длинных фиолетовых стрел, составляющую за собой чёрные клубы дыма, будто это были не стрелы, а подбитые самолёты или ракеты типа земля-земля на тяге из каменного угля.

Впрочем, и приземления у них было больше схоже с приземлением подбитого самолёта: они падали в потоке карамели, взрываясь там с оглушительным грохотом.

Ничего себе, это не лучники — это ракетные установки какие-то, интересно почему нашего престарелого рейнджера таких стрел нету? Вопрос был бессмысленный, впрочем, как и залп этих чудодейственных стрел. Разве взрывами можно остановить несущуюся с горных склонов воду? Она расплескалась, разлетелась брызгами и понеслась дальше, как будто ничего не произошло. Понеслась, на ходу разделяясь на десятки и сотни непонятных существ, больше всего похожих на куски ожившего мармелада или густой карамели. Выстроившиеся кругом четыре боевых пятёрки приняли бой, не жалея раскидывая вокруг себя флаконы с жидким огнём и посылая в наступающие ряды один десяток стрел за другим. Их противника мало это волновало: они протекали сквозь пылающие стены, разлетались кипящими брызгами от взрывов разрывных стрел, но опять собирались в единое целое и использую тела погибших товарищей, как запчасти для восстановления собственных тел, рвались и рвались вперёд, прямо на ряды обворожительных амазонок. Не прошло и десяти секунд, как в бой пришлось вступить милишникам, и как это не удивительно, но на некоторое время это помогло: не знаю что они сделали со своим оружием, но оно брызгало злыми электрическими искрами и проходя сквозь податливую плоть желейных монстров, заставляли ту взрываться, разлетаясь малоаппетитными ошмётками, которые после этого не спешили собираться вместе. Конечно, долго продолжаться это не могло. Я скептически посмотрел на десятки слизневиков, проносящихся сквозь меня и несущихся к своей добыче, и не дожидаясь развязки начал набирать сообщение Лапочке.

Броневой Лапочке

Ещё раз здрасте. Когда вас окончательно затопит и сожрёт это волна неуправляемых гормонов, обратите, пожалуйста, внимание на мою скромную персону, мне очень нужно всё, что вы смогли узнать по охотящемуся на меня субъекту, и это… будьте осторожны, не давайте этим прозрачным ребятам слишком распускать свои тентакли, а то не дай бог весь твой боевой отряд внезапно забеременеет, с кем тогда будешь проводить свои стримы?

Я ещё раз смотрел поле боя и удовлетворённо качнул головой: долго дожидаться ответа от Лапочки не придётся, ещё секунд пять-десять и весь её отряд отправится на перерождение: девчата уже стоят спина к спине, а карамельные монстры наползают на них со всех сторон, заливая своими телами в десяток-другой слоёв, образуя приличных размеров холм из яростно колышущегося студня.

Теперь им точно живыми отсюда не выбраться, хотя… Я уже собирался уходить, чтобы не досматривать процесс переваривания двух десяток девушек прозрачными монстрами, когда в самом центре сломанного строя разгорелась сверхъяркая электрическая искра и начала быстро расширяться, расходясь во все стороны, превращаясь из искры в гудящую от переполняющей её энергии электрическую сеть, проплавляющую, раздирающую, уничтожающую собравшийся вокруг девушек желейный купол. Сеть прошла сквозь все тела будто горячий нож сквозь масло, нашинковав ожившую карамель на мелкие желатиновые кубики, которые с тихим плеском растеклись в стороны, оставляя группу полуобнажённых, покрытых стекающей карамелью девушек стоять над поверженным врагом. Вот чёрт, а всё так хорошо начиналось.

Лапочка Броневому

Привет малыш, сегодня вечером я захвачу кандалы, пару интересных игрушек и загляну к вам в гости, и тогда уже тебе придётся переживать, как бы не залететь после того, что я с тобою сделаю.

PS.

Вся информация у Бонни, обратись к ней и больше не отвлекай меня от стрима.

Я с трудом сглотнул и быстро отключил Стрим.

— Сразу бы так и сказала, чего ругаться-то? К Бонни так к Бонни.

Я слегка ошалевшим взглядом осмотрел вернувшуюся реальность и не заметив никаких кардинальных изменений, набрал по видеосвязи секретаршу Лапочки.

— А, Бонни, привет…

— Господин Броневой, добрый день, наша стерва попросила донести до вас всю информацию по объекту, под кодовым названием Чокнутый маг, — Бонни сдвинула на переносицу очки в тонкой золотой оправе и поверх их вопросительно посмотрела на меня, — вы готовы?

— А… м-да?

Бонни подняла пачку листов, лежащих у неё на коленях и начала читать.

— Впервые объект появился в селе Предгорье, вчера примерно в тринадцать ноль, ноль, тут же, ничего не говоря и не высказывая никаких претензий начал палить всех подряд. Похоже выжить там не удалось никому, и мы бы ничего не узнали об этом, если бы в это время там не ошивалась пара нубов. Никакой конкретной информации они дать не смогли, кроме того, что этот сумасшедший атаковал магией. На их вопли в чате никто не обратил внимания, пока чокнутый маг не добрался до первого замка, принадлежащего игровому клану. Там, также ни сказав ни единого слова, он сначала спалил окружающую замок деревню, затем принялся и за игровую Цитадель. Опять же информации от них получила мало: всё та же магия, причём самые разнообразная, немереное количество хитпоинтов и жестокое обнуление сопротивляющихся, лишившихся от пятнадцати до тридцати уровней. Исходя из средней скорости его передвижения, до отмеченной вами точки он доберется примерно к полуночи. Основная информация пришла от клана, занимающегося торговлей, и обошлась нам очень недёшево. Предупреждаю, вам господин Броневой придётся её хорошенько отработать. Так вот… Они встретили его на подступах к своему замку, предложив решить дело миром и откупиться от его посягательств. Это предложение вывело чокнутого мага из себя, и он устроил там целое представление, выпивая уровни встретивших его игроков будто обычную газировку. Заклинание или умение называется «Великое Иссушение» и кроме уровней, навсегда может понизить такие параметры, как сила, ловкость, сила и энергия духа. Не позволив встречающей делегации скрыться и откачав у них по пятьдесят уровней, обрушил на них заклинание сочетающее в себе сразу три-четыре стихийных магии, а когда он добрался до их замка, к стихийным магиям добавилось ещё магия смерти и магия тьмы. Их синергичный урон очень быстро разрушил все защитные купола и превратил стены замка в щебень, после чего тоже Великое Иссушение он использовал за замковом кристалле, разрушая его и лишая данное место жизненной силы. Теперь новый замок там можно построить только добыв Замковый Кристалл, а есть ли они в свободной продаже или имеется ли возможность их выбить в качестве лута, пока точно неизвестно, о них ходят лишь слухи. Теперь о главном, клан торгашей использовав легендарный свиток опоздания и им удалось частично прочитать его параметры. Имя его так и осталось неизвестным, но кое-что они всё-таки узнали.

Это поверженный Бог, из когорты Древних богов, о которых нам, к сожалению, ничего не известно.

Полученные параметры выглядят так:

Уровень неизвестно.

Хитпоинты десять миллионов.

Сила, ловкость по двести пятьдесят.

Энергия духа, сила духа по тысяче.

Иммунитет к магическим атакам, защита от физических атак — пятьдесят процентов.

Прошедший краткосрочный бой подтверждает эту информацию. Магия на него не действуют вообще, а физический урон снижается чуть ли не на три четверти, видимо, кроме защиты от физических атак у него есть какие-то дополнительные сопротивления, но свиток опознания их не показал. Зато есть большой список используемых им заклинаний, с детальным описанием.

Вы запомнили, что я сказала? Алло, Броневой, вы меня слышите?

— А? А, ага… запомнил бы больше, если бы на вас была хотя бы какая-то одежда. Или если вы хотя бы ноги слегка сдвинули, а то это очень отвлекает.

— Ничего, если что я повторю, вам же нужен список его заклинаний? Да? Тогда за информацию надо расплатиться, мне пришлось очень постараться чтобы её добыть. Залетайте на огонёк, потолкуем обо всем более обстоятельно.

— Ну, разве что на пять минут, — промямлил я, — времени сейчас совсем нет.

— Тогда не тратьте его понапрасну, адрес вы знаете, жду.

Хорошая штука телепортация, мгновение и ты уже перенёсся в нужное место.

— Ой!

Бумаги выпала из рук Банни, рассыпаясь по всему полу.

— Мистер Броневой, вы уже прибыли? Не ожидала так быстро, не успела переодеться, надеюсь вы меня за это простите? Или все же накажете?

С этими словами она наклонилась и начала собирать рассыпавшиеся по полу листы. Я посмотрел на открывающиеся виды и понял, что пятью минутами мы здесь не обойдёмся.

В итоге так оказалось, и мы подзадержались почти до полуночи.

Слава богам Бонни частенько брала инициативу в свои умелые ручки, и я кое-как смог изучить содержание собранных-таки с третьей попытки листов бумаги. И чем больше изучал, тем неспокойнее становилось у меня на душе: Чокнутый маг не просто произвольно сочетал в своих заклинаниях не сочетаемые магии, но и пользовался ими нарушая все законы игровой механики. Например, прокаченный лучник мог здесь зашвырнуть стрелу на две сотни метров, самый мощный арбалет бил на сто пятьдесят, но убойной силы у него была больше. Потолок использования заклинаний редко превышал пятьдесят метров. Этот использовал свои заклинания на расстоянии вдвое, если не втрое превышающем это значение. Получается, что меня бить он может начать гораздо раньше, а если будет держать дистанцию, то мои заклинания просто до него не достанут. Единственный положительный момент в этом был то, что у него иммунитет к магии и я в любом случае не смогу ему ничего сделать, моё участие в этой эпической схватке сведётся к гордой роли беззубой приманки. А вот всё остальное ни в какие ворота не лезло, и придуманный мной заранее план трещал по швам, а я явно не успевал придумать ничего нового.

Пока я тут изучал документы, всё больше впадая в стресс, весь клан работал, по моему приказу организовывая площадку для встречи дорогого гостя, вот только с каждой минутой я всё больше убеждался, что ничего из приготовленного нами не поможет. Я уж было совсем решился отдаться этому роду на растерзание, чтобы сохранить замок, и сохранить таким образом наш замок, и соответственно свою новую работу, а потом подумал, что, пожалуй, для моей персоны этот урод сделает исключение и заберет у меня не пятнадцать или даже пятьдесят уровней, а всё что есть, навсегда выкинув меня из большой игры.

Мне стало бы совсем грустно, если бы не активные действия Бонни и ни её разметавшийся по моему животу рыжие волосы. Она обеими руками возвращала мне утерянный было оптимизм и делала это снова и снова, пока не наступила ночь.

— Уже половина двенадцатого, мне пора.

— Удачи, — потянувшись будто довольная кошка, Бонни махнула мне рукой, — не переживай, у вас всё получится.

Вспышка, тьма…

Хотя нет, не так и темно.

Алая луна стоит высоко, освещая каменную площадку и шумящую вокруг неё рощу кровавыми отблесками.

— Все готовы? — Я обернулся к сокланам, дождался их согласного кивка.

— Готовы. И он, похоже, тоже готов, — кивнул Снегирь головой туда, где над горизонтом клубились багровые тучи.

Они закрывали половину неба, каждую секунду освещаясь десятками грохочущих молний. Весь этот внушающий ужас грозовой фронт двигался в нашу сторону, а под ним не спеша двигалась изломанная фигура. Шла точно в мою сторону, ещё не видя меня, но не спуская с меня глаз.

Я глубоко вздохнул наполненный озоном предгрозовой воздух.

— Ну, раз все готовы, тогда начинаем!

17.01.2024. — 11.08.2024.

Content

Павел Пуничев
Мир жизни и смерти 7

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20