Берсерк 2

Глава 3

Вечер субботы подкрался неожиданно… Вот буквально только что, во вторник, я выслушивал нотации от Астры о своём дебильном характере, и что она со мной сделает, если я ещё раз подобное повторю, под молчаливое одобрение её слов Никой, и вот уже я в костюме жду машину, которую должны прислать братья, и ехать на бал…

Костюм мы забрали вчера, и сел он на меня как влитой, но движениям при этом не мешал.

— Красавчик! — показала мне Астра большой палец, наблюдая за тем, как я кручусь перед зеркалом, проверяя, всё ли в порядке. В другой руке у неё была неизменная бутылка пива.

— Спасибо. Но ты бы лучше тоже оделась по приличнее, — буркнул я, стараясь не пялиться слишком откровенно в её сторону. На ней были до невозможности короткие шорты, не только ничуть не скрывающие её длинные мускулисты ноги, но и едва прикрывающие то место, из которого они росли. Сверху же был лишь короткий топик, плотно обтягивающий её тугую грудь, и ничуть не прикрывающий её живот, на котором отчётливо были видны кубики пресса.

— Отвянь. Я дома. В чём хочу, в том и хожу, — отмахнулась она от меня, — Лучше думай о том, как будешь охмурять сегодня свою барышню, а не заглядывайся на взрослых тёток.

— Ну, во-первых, она не моя, и охмурять я её не собираюсь, — глядя в зеркало, и поправляя галстук, парировал я, — А во-вторых, как же я могу не заглядываться, если ты передо мной в таком виде разгуливаешь? Если ты забыла, то на помню, что я — подросток, в пубертатном периоде! В таком возрасте у нас все мысли только об одном, и я, может, и хотел бы зацикливаться на этом, но против природы не попрёшь, знаешь ли! А в-третьих, не такая уж ты и тётка. Тебе ж всего лет двадцать пять, вряд ли больше. Самый расцвет!

— Умолкни, кобелина. На меня эти твои штучки не действуют! — с чего-то вдруг занервничала она, — Тебя послушать, так все подростки мужского пола — это какие-то похотливые животные, у которых все мысли только об одном — как бы кого-то трахнуть!

— Ну-у… — задумчиво протянул я, — В целом, это так и есть. Говорю ж, против природы не попрёшь.

— Так, всё. Не желаю больше ничего об этом слушать! И вообще, ты какой-то неправильный подросток! Обычно они наоборот стесняются об этом говорить, особенно, со взрослыми. Ты же, у меня такое чувство возникло, готов обсуждать даже свою любимую позу!

— А что в этом такого? Почему бы и нет? У меня это… — но договорить мне не дали.

— Заткнись, заткнись, заткнись! —закрыла она ладошками свои уши, — Ничего не хочу слушать! Вали уже отсюда!

— Вот зря ты так! — осуждающе, покачал головой, — Между прочим, сексуальное просвещение подростков в наше время — это очень важная проблема, которой уделяют слишком мало внимания в обществе. Всю информацию они вынуждены находить в Паутине, а та даёт весьма искаженной представление о сексе. И между прочим, если бы школы или родители занимались вопросами сексуального просвещения более активно, то это привело бы к снижению подростковой беременности, а следовательно, и абортов, и заболеваний, передающихся половым путём!

— Слышь, профессор, вали уже давай, я сказала! — рявкнула покрасневшая девушка, — Устроил мне тут лекцию, понимаешь. Одноклассникам про это всё втирай, а мне не надо!

— Ты уверена? Парня у тебя нет, судя по всему, и я как-то переживаю за твою личную жизнь, — с сомнением глянул я на неё, — Между прочим, заниматься сексом — это ещё и полезно для здоровья!

— Да ты заткнёшься уже! — раненой белугой взвыла девушка, и попыталась отвесить мне подзатыльник, но я ловко увернулся, и выскочил за дверь, весело посмеиваясь.

— Чтобы в двенадцать был дома! — донеслось мне вслед.

— Слушаюсь, мамочка!

— Какая я тебе ещё мамочка, козлина⁇

Она ещё что-то кричала мне, но я уже не слышал, и выскочил из подъезда, у которого уже стоял ожидавший меня автомобиль.

* * *

— О, и вы здесь? — удивился я, увидев рассевшихся в машине братьев.

— А как же! — подмигнул мне Серёга, пожимая руку, а Димка лишь кивнул с переднего сидения, приветствуя, — Должны же мы увидеть это зрелище? Да и представить тебя надо нашей подруге. Это будет знатное веселье!

— А ты чего такой не весёлый? — ткнул я в плечо явно чем-то расстроенного Димку.

— Дома небольшие проблемы, — нехотя пояснил он, покосившись на водителя, — Потом расскажем. Если вкратце, мама поссорилась с отцом, и пока даже не разговаривает с ним. Но подробности все потом.

— Понял, — озадаченно нахмурился я, — Надеюсь, не из-за меня?

— Ну, как сказать, не из-за тебя? Думаешь, мать довольна тем что происходит? — бросил на меня косой взгляд брат, — Скажем так. Отцу поставлен некий ультиматум, и теперь мы ждём, примет он его или нет. Посмотрим, что будет дальше.

— Угу. Ясно, — пробормотал я, хотя по существу не было ясно ничего, — Так, ладно. Об этом потом поговорим. Сейчас лучше напомните, как зовут девушку, и какой у нас порядок действий?

— Девушку зовут Светлана Васнецова. План действий простой. Сейчас мы едем за девушкой к ней домой, там мы тебя представляем ей и её родителям, и сваливаем. Вы же с ней садитесь в машину, и едете на бал, который начинается в восемь вечера. Ну, если она, конечно, вдруг не взбрыкнёт, и не пошлёт нас куда подальше, что было бы и к лучшему, кстати. Но она умна, и такую ошибку точно не допустит. Слишком большой урон для её репутации будет. Разве что, скажется больной, и отменит поездку? — задумался тут брат, — Да нет. Вряд ли. А если и так, то всё равно мы останемся в плюсе. Обязательства свои мы выполним, и все, кому надо, поймут причину её отсутствия. А уж какую радость своим отсутствием она принесёт своей извечной сопернице Марине Галицкой — и словами не описать.

— Так и её присутствие на балу в данном случае тоже принесёт той радость, — вмешался тут в разговор Серёга, — И как бы даже ещё и не бОльшую. Так что я бы всё же не исключал, что она откажется идти на бал.

— Тоже верно, — согласился с ним брат, — Впрочем, к чему эти гадания? Через несколько минут сами всё увидим.

В машине установилась тишина, нарушаемая лишь тихим рыком мотора, а я подумал, что был бы только рад такому варианту. Как-то не прельщала меня эта идея с балом, но давать заднюю было уже поздно.

* * *

К сожалению, мои надежды не оправдались. Мало того, что эта Светлана не отказалась от поездки на бал, так ещё и малейшего вида не подала, что столь неожиданный ход моих братьев хоть как-то её расстроил или разочаровал. Наоборот, она так торжествующе усмехнулась, глядя на братьев, и беря меня под руку, что те невольно переглянулись, явно пытаясь сообразить, в чём подвох?

— Рада знакомству, Михаил, — чарующе улыбнулась она мне, и моё сердце дало предательский сбой, после чего стало биться в два раза быстрее. Всё же братья не обманули, когда говорили, что она очень красивая.

Высокая, с меня ростом, с русыми волосами, длину которых невозможно было оценить, так как они были убраны в элегантную конструкцию на голове. Может, это и грубо прозвучало, но я просто не знал, как называются подобные высокие причёски, с опускающимся вниз локоном.

Голубые глаза тепло смотрели на меня, и лишь в их глубине можно было рассмотреть тень какой-то усмешки.

Длинное, до самого пола, обтягивающее красное платье выгодно подчёркивало её узкую талию и высокую грудь, на которую невольно косил мой взгляд, где в глубоком декольте были видны два потрясающих полушария, слегка покачивающихся при ходьбе.

Правда, вскоре они были скрыты от моего взгляда подошедшим слугой, который принёс моей даме пальто, тоже красного цвета, и я смог, наконец, отвлечься и начать мыслить связно.

Проклятые гормоны… Надо что-то срочно с этим делать, иначе так любая девушка сможет со мной практически что угодно делать, — сосредоточенно размышлял я, пока мы всем вместе шли к машине.

— Михаил, — обратилась она ко мне, когда я открыл перед ней дверь автомобиля, — Надеюсь, ваши братья не будут всё время нас сопровождать? Своё дело они сделали, познакомили нас, на этом предлагаю их отпустить. Как вы считаете?

— Да, разумеется, — улыбнулся я ей, — Они уже уходят. Правда ведь? — вопросительно глянул я на них, на что они поспешили заверить, что не собираются нам мешать, и уже вызвали себе другой автомобиль.

— Вот и отлично, — кивнула Светлана, — В таком случае, мы не прощаемся. Увидимся на балу. И не опаздывайте, а то пропустите всё веселье, — как-то загадочно закончила она, перед тем, как я закрыл дверь.

— Будь осторожен. Она явно что-то задумала, — шепнул мне перед уходом Димка, — И не расслабляйся! Она очень коварная особа…

— Это я уже понял, — проворчал я, и пошёл садиться, натянув дежурную улыбку. Судя по тому, как быстро она оценила ситуацию, когда мои братья представили меня ей и сообщили, что это я буду её спутником, и даже виду не подала, что эта неожиданность хоть как-то зацепила её, девушка действительно была весьма хорошей актрисой, как минимум. Ох, что-то мне подсказывало, что зря мои братья с ней связались. Не по зубам она им.

— Давай пока едем познакомимся чуть-чуть поближе, — загадочно улыбнулась она мне, когда я сел рядом с ней, — Я тебя сразу узнала. Ты тот парень, который помогает героям бороться с монстрами из прорывов. О тебе уже несколько роликов в Паутине выложено. Это очень достойное занятие. Вот только я не понимаю, почему твои братья ни разу не рассказывали о тебе своим друзьям. Вы что, не очень ладите?

— Ну почему же. Нормально мы ладим. Видимся не очень часто просто. Я же изгнан из клана, видимо, поэтому они и не хотели про меня говорить, — пожал плечами я.

— Да, я слышала об этом, — тихо произнесла она, почти не мигая глядя на меня своими огромными голубыми глазами, — Сочувствую… Наверное, это очень тяжело терять семью. И несмотря на изгнание, ты всё равно продолжаешь общаться с братьями? Удивительно, что ты поддерживаешь хорошие отношения с теми, кто по сути тебя предал.

— Ну почему, предал? От них тут ничего не зависело, это отец решение принимал, — уклончиво ответил я, — И от того, что я теперь не в роду, мы братьями быть не перестали.

— Какой же ты всё же ещё наивный мальчик, хоть уже и почти настоящий герой, — печально улыбнулась она, и вдруг провела своей ладонью по моей щеке, заставив пробежаться по моей спине целый табун мурашек, — Запомни, глава рода не может принять столько серьёзное решение, как изгнание члена семьи рода без одобрения других совершеннолетних членов рода. Для этого созывается совет рода, и уже там принимается решение об изгнании, если большинство членов совета поддержит решение главы. Если же совет голосует против, то ничего глава с этим поделать не может. Странно, что ты не знаешь этого…

— Ничего странного, я этого просто не помню. Не так давно из-за падения и удара головой я потерял память. Врачи говорят, что рано или поздно она вернётся, но пока я многого не помню, — с чего-то вдруг разоткровенничался я.

— Теперь всё понятно. Ты потерял память, а братья этим воспользовались, и поспешили наладить с тобой отношения, пока ты ничего не помнишь. Наверняка стали стараться сблизиться с тобой, может, даже помогать чем-то, хотя по факту, просто будут использовать тебя в своих целях. Точнее, уже даже начали это делать. Наша ситуация живой тому пример, — задумчиво произнесла она, и положила свою голову на моё плечо, — Если бы ты помнил свою прошлую жизнь, то вряд ли пошёл бы им навстречу и стал бы им помогать в столь жестокой шутке надо мной. Ты же хороший и порядочный человек, я это чувствую.

Она произнесла это таким трогательным голосом, что мне даже захотелось ей поверить, и я начал сомневаться в братьях… Если всё так, как она говорит, и решение о моём изгнании принималось чуть ли не всеми членами рода, то почему они мне об этом не рассказали? И сколько вообще у нас совершеннолетних членов рода? Я как-то не удосужился раньше уточнить этот момент, и, как видимо, зря. Если в нём человек сто, то это один момент. Если же род включает всего лишь мою семью, а остальные просто слуги, то без одобрения братьев и матери отец не мог это всё провернуть.

— Что они тебе обо мне рассказали? Наверняка что-то вроде того, что я коварная стерва, что меня надо за что-то там проучить, не так ли? Тебя не смутило то, что они проиграли спор, в который насильно их никто не втягивал, и вместо того, чтобы честно выполнить его условия, они стали искать обходные пути, и привлекли для этого тебя? Разве это их характеризует как порядочных людей? Что ты вообще знаешь о своих братьях? — с жаром произнесла она, продолжая по миллиметру увеличивать трещину в стене доверия к моим братьям.

— Не многое, — вынужденно согласился я с ней, — И да, примерно это и рассказали. Что проиграли спор. Вот только они не знали, что в качестве своего желания ты потребуешь, чтобы один из них сопровождал тебя на балу, хотя ты прекрасно знала, что у них обоих есть невесты, и это может разрушить их предстоящий брак. Вот и попросили меня помочь им выйти достойно из этой ситуации.

— Какой же ты ещё глупенький, — с сожалением покачала она головой, — Впрочем, тебе это простительно и в силу возраста, и в силу того, что ты потерял память. Иначе ты бы знал, что приход на бал с другой девушкой никак не может повлиять на предстоящий брак с другой девушкой. В этом нет ничего ужасного. Так многие поступают. Если один из партнёров по какой-то причине не может пойти на бал, то второй партнёр приглашает кого-то другого. В интересах рода также иногда требуется идти на бал с тем, кого советует глава рода. Это всего лишь бал! Тут нет ничего аморального. Как несколько танцев могут сказаться на отношениях с невестой? К тому же, даже если ты идёшь туда со своей невестой, то и она не танцует всё время с тобой! Там есть определённая очерёдность, согласно которой она составляет пару и другим молодым людям. Теперь ты понимаешь, что братья просто использовали тебя?

— Понимаю, — несколько заторможенно согласился я с ней. Действительно, в её изложении всё звучало очень логично. К тому же, мысли почему-то стали как-то путаться, мешая мне мыслить логично.

— Ну, а если ты всё понял, то ты же не откажешься помочь мне разыграть своих братьев, чтобы они осознали, что нельзя так поступать с девушками? — вкрадчиво произнесла она, гладя меня по плечу.

— Что я должен сделать? — глухо спросил я, чувствуя, как виски стало ломить от невыносимой боли.

— О, ничего сложного, — чуть ли не промурлыкала она мне на ухо, — Я тебе дам кое-какой порошок, а тебе нужно будет всего лишь подсыпать его им в бокалы. Обещаю, мы знатно посмеёмся над ними. Ты же справишься с таким пустяковым заданием?

— Справлюсь, — пробормотал я, уже почти ничего не соображая, и не обратив внимания, как перед моими глазами вдруг появилась надпись: ВНИМАНИЕ! Вы подверглись ментальному воздействию второй степени. Включить защиту от ментальной атаки? ДА\НЕТ

Я проигнорировал надпись, так как был уже не в состоянии связно мыслить, и хотел лишь одного — и дальше слушать очаровательную Светлану, и выполнять всё, что она скажет.

— Славный из тебя получится пёсик! — рассмеялась она, и похлопала она меня по щеке, — Ты будешь отличным пополнением моей коллекции.

ВНИМАНИЕ! — появилась очередная табличка, — Поскольку вы не ответили на запрос, принимаю решение о принудительной активации ментальной защиты! Если она вам не требуется, нажмите ОТМЕНА. Начинаю отсчёт: пять, четыре, три, два…

— А пока сделай мне массаж. У меня что-то плечи затекли. И быстрее! — жёстко приказала она, и я с наслаждением приступил к выполнению её просьбы.

— Осторожнее! Не так сильно! Кха… — только и смогла выдавить она под конец, так как в этот момент я добрался до её очаровательной шеи, и слегка сжал её обеими руками…

Глава 1

— Олег, успокойся, и не делай глупостей. Насилием ты никому и ничего не докажешь, — подняв руки вверх, медленно говорил я, не делая резких движений, глядя на подростка, державшего трясущимися руками пистолет, направив его в сторону одноклассников.

— Нет, Сергей Константинович, вы не понимаете. Мне придётся идти до конца. Другого варианта у меня нет, — нервно, почти истерично, произнёс подросток, слегка водя пистолетом из стороны в сторону, останавливая его то на одном своём однокласснике, то на другом, которые молча смотрели на него, — Меня всё равно теперь посадят. А даже если и нет, то я стану для них, — кивнул он на свой класс, — Ещё большим посмешищем, чем был раньше. Меня отец всегда учил, что любое дело нужно доводить до конца, вот я его и доведу.

— Глупости не говори. Тебе ещё нет шестнадцати. Никто тебя не посадит, — уверенно произнёс я, стараясь быть как можно убедительнее, хотя помнил, что уголовная ответственность сейчас наступает с четырнадцати лет, так что вполне могли и посадить, — Насмешки? А разве стоит из-за обычных насмешек губить себе жизнь? Подумай. Если ты кого-то убьёшь, то всё, обратного пути для тебя не будет. Тебе потом всю жизнь с клеймом убийцы жить. Ты уверен, что это именно то, чего тебе хотелось бы? В конце концов, ваша семья вполне может просто перевести тебя в другую школу или даже переехать в другой город, где тебя никто не знает, и ты сможешь фактически начать жить с нуля. Да и как твоя семья переживёт всё это? Каково им будет? Об этом ты не думал?

Высокий, болезненно худой парень замер, явно обдумывая мои слова. Его руки опустились, и пистолет больше не был направлен на кого-либо из ребят, уставившись чёрным дулом в пол.

Вот сейчас можно попробовать что-то сделать, — решил я, и медленно сдвинулся в сторону мальчишки.

— Да что вы его уговариваете, Сергей Константинович, — раздался развязный голос с задней парты, и пистолет тут же взметнулся вверх, — Неужели вы думаете, что наш очкозавр на что-то решится? Он же трус! Причем, клинический. У него кишка тонка убить человека. Мог бы убить — уже сделал бы. Устроил тут драму. Скоро наверняка уже штурм начнётся, и его просто убьют. Слышал, ты, очкозавр! Либо стреляй, либо вали уже отсюда, если жить хочешь!

— Кирилл, заткнись! — рыкнул я, — Не надо его провоцировать! Это, между прочим, и из-за тебя мы оказались в этой ситуации! Не усугубляй!

— Нет уж, пусть продолжает, — прошипел Олег, облизав, видимо, пересохшие губы, и двинувшись между партами к заднему ряду, где развалился за одним из столов проклятие всех учителей нашей школы и гроза учеников Кирилл Зотов, крайне мерзкий тип. И сейчас он с усмешкой наблюдал за приближающимся к нему мстителем, без малейшего следа страха в глазах.

Можно к нему было по разному относиться, но трусом он никогда не был, и никогда не боялся лезть в драку не только с ровесниками, но и с более старшими учениками. Сколько нерв мне и остальным учителям он уже попортил, ужас просто…

— Так что ты там говорил? Что я трус? — остановился напротив него Олег, вытянув в его сторону руку с пистолетом, целясь тому в лоб.

— Ты глухой ещё к тому же, что ли? Могу и повторить, если хочешь. Ты —трус! Всегда им был, есть, и будешь! Даже сейчас ты пришёл мстить лишь с оружием в руках, хотя мог бы просто выйти против меня один на один! Но ты, как обычно, зассал. Достал где-то ствол, и думаешь, что теперь самый крутой, хотя по факту, ты как был чмом, так им и остался, — растянул толстые губы в усмешке подросток.

— Один на один? — аж взвизгнул Олег, нервно рассмеявшись, — Действительно, очень честно! Ты в два раза больше меня, и много лет ходил на карате! По-твоему, это честно было бы? Да у меня против тебя, урода, даже шанса не было бы. Зато сейчас этот пистолет прекрасно их уравнял. Ты думаешь, я не выстрелю? В кого-то другого может и нет. Но вот тебя, урод, я просто с удовольствием пристрелю! — мрачно произнёс он, упрямо сжав губы, — За все твои издевательства надо мной…

— Олег, не дури! — попытался отвлечь я его, и двинулся к ним, — Поверь, не стоит оно того! Ты из-за одного мудака собираешься себе всю жизнь испортить! Подумай, зачем тебе это? Ну, убьёшь ты его. Легче тебе от этого будет, когда ты в тюрьме окажешься лет на двадцать?

Олег отвлёкся на меня буквально на секунду, но и этого хватило Кириллу, чтобы вдруг резко вскочить с места, и вцепиться в парня, пытаясь вырвать у того из рук пистолет, но тот остервенело рванулся в сторону, пытаясь вырваться из захвата. Грохнул выстрел. Пуля угодила куда-то в потолок, несколько девочек испуганно завизжали.

Я побежал к упавшим на пол школьникам, собираясь обезоружить Олега. Сердце колотилось как сумасшедшее. Я задыхался, и действовать быстро было тяжело. Всё же, возраст сказывался. За семьдесят, уже, как никак.

И уже оказавшись у катающихся на полу подростков, я услышал очередной выстрел, что-то с силой ударило меня в грудь, пронзив острой болью, и я… Проснулся.

* * *

— Вашу ж мать… Что это было? — задыхаясь пробормотал я, садясь на кровати в детском доме, и с испугом ощупывая свою грудь, в которой до сих пор отдавалась острая боль.

— Миха, ты чего? — сонно спросил меня Костя, оторвав голову от подушки.

— Ничего. Спи, — сухо ответил я, лёг обратно, и отвернулся к стенке. Не знаю, что это было, но на обычный сон это было не похоже от слова совсем.

Я же реально воспринимал себя там этим семидесятилетним дедом, учителем истории в школе! Помнил про свою жену, детей и внуков. Про то, что уже больше сорока лет отпахал учителем. Да я даже про все его болячки помнил! Ну не бывает снов с такой детализацией! А этот выстрел? Грудь до сих пор ныла от какой-то фантомной боли…

Да и с чего бы вообще мне видеть такие сны? Они же никак не связаны со мной! Или… Связаны? Сны, конечно, разные могут быть, но я не слышал, чтобы во сне ты мог воспринимать себя как какого-то другого человека…

Я ещё раз потёр ноющую грудь, перевернулся на другой бок, и уснул. В этот раз, без снов.

— Миха, проснись! Сейчас уже обход придёт! — разбудил меня встревоженный голос Кости, и я сел на кровати, очумело хлопая глазами, и приходя в себя.

Фантомная боль ушла, но вместо неё пришло какое-то острое чувство утраты. Как будто я потерял что-то очень важное для себя, или у меня умер очень близкий человек. Это чувство буквально сжигало меня изнутри, чуть ли не сводя с ума, так как я в упор не понимал, что же или кого я потерял?

— Гончаров! — вырвал тут меня из тяжёлых раздумий голос одного из воспитателей, заглянувшего в комнату, — К директору! И быстрее, за тобой пришли.

* * *

— Ого, у тебя новая машина? — удивился я, разглядывая огромный чёрный внедорожник, к которому привела меня Астра.

— Ага, кидай вещи, — открыла она мне багажник, — Решила, что раз уж обзавелась нежданно-негаданно ребёнком, то машина теперь нужна чуть-чуть побольше. Как тебе?

— Круто, — равнодушно пожал я плечами, кидая сумки, и ёжась под холодным ветром. Осень окончательно вступила в свои права, от былого тепла не осталось и следа, а тёплые вещи я с собой не брал, и сейчас ёжился под пронизывающим насквозь ледяным ветром в рубашке, и накинутой сверху ветровке.

— Слушай, что с тобой? — вдруг серьёзно спросила она меня, не торопясь заводить машину, когда мы уселись внутрь, — Ты как будто и не рад тому, что я взяла над тобой опеку. Я и без того нервничаю насчёт неё, а ты своей кислой миной только усугубляешь всё. Если тебе что-то не нравится — скажи, ещё не поздно всё отменить.

— Да нравится, нравится. Не переживай. Всё в порядке. Не в тебе дело. Сон просто плохой приснился, никак отойти от него не могу, — поспешил успокоить я её, понимая, что действительно это выглядело как-то странно с моей стороны. Герои заморочились, вытащили меня отсюда, Астра на опекунство решилась, а я тут с кислой рожей её встречаю.

— А! Тогда ладно, — сразу успокоилась она, завела машину, и сразу же рванула с места, от чего меня буквально вдавило в кресло, — Скажи просто, куда ночь туда и сон, и всё в порядке будет! Я всегда так делаю!

— Ага, обязательно, — согласился я с ней, не став ей объяснять, что после этого сна я себя чувствую каким-то стариком. Те семьдесят лет буквально навалились на мои плечи тяжёлым грузом, прижимая к земле, и что с этим делать, я пока не знал…

— Ника, смотрю, как всегда, не захотела выбираться из дома? — сменил я тему, — Или у неё дела какие-то?

— Не, нет дел, — беспечно отмахнулась одной рукой Астра, а другой небрежно держась за руль, — Но ты же знаешь, что её почти невозможно выгнать из дома. Иногда мне кажется, что даже если произойдёт землетрясение, и дом будет рушиться, она и тогда не выйдет из своей комнаты, и предпочтёт, чтобы её завалило. Но тебя она ждёт, и, кажется, даже соскучилась. По твоей готовке, так точно. Специально не пошла сегодня в кафе, надеясь, что ты сейчас нам что-нибудь приготовишь. Ты же приготовишь? — сложив умоляюще руки на груди, повернулась она ко мне.

— Приготовлю, ты только руль держи! — испуганно крикнул я ей, хватаясь за руль.

— Урашечки! — вскинула она обе руки вверх в победном жесте, и только после этого взялась за руль. За эти несколько секунд я, по-моему, даже поседеть успел.

— Тогда сначала едем в магазин! — довольно крикнула она, и резко повернула руль, разворачиваясь, из-за чего меня впечатало в дверь. Вот дурная ба… девушка, блин!

* * *

— Так, томатную пасту, лук, свеклу, капусту и картошку взяли, что осталось? — с энтузиазмом спросила опекунша, под шумок положив в тележку целую упаковку пивных банок.

— Мясо ещё надо. Желательно, говядину. С ней борщ вкуснее всего будет, ну, и сметану, — почесал затылок я, оглядываясь и рассматривая длинные полки с продуктами, — Хлеб ещё. Ну, и макарон каких на всякий случай. У вас же наверняка опять пустые полки на кухне?

— Ты же знаешь, что мы не любим готовить, — легкомысленно отмахнулась девушка, — Так что ты сразу побольше всего набирай. Чтобы на неделю хватило!

— Проглотки, блин, — проворчал я, и положил в тележку яйца, и пару банок зелёного горошка. Потом подумал, и положил ещё одну упаковку яиц, и добавил две банки кукурузы. И мяса надо будет побольше набрать! И пельменей ещё! Блин, чувствую себя домохозяйкой какой-то, но что делать, если на этих двух надежды нет?

— И печенек ещё надо будет обязательно набрать! — провозгласила Астра, укладывая ещё одну упаковку пива.

— Ты не боишься, что располнеешь на этой диете из пива и печенек? — неодобрительно покосился я на неё.

— Не-а! — решительно помотала она головой, — У меня метаболизм бешеный! Ничего откладываться не успевает! Смотри! — расстегнула она вдруг куртку, приподняла кофту, и показала безупречную талию и не только её, задрав чуть ли не до груди. Где-то рядом споткнулся какой-то мужик, и выронил бутылку водки, с грохотом разбившуюся о пол, после чего тишину магазина нарушил громкий отборный мат.

— Привет! Вот это совпадение! — донёсся из-за моей спины смутно знакомый голос, и повернувшись, я увидел ту спасённую мной недавно девушку, — Ты тогда так внезапной от меня убежал, что я даже не успела узнать твою фамилию, только имя, — улыбнулась она, подходя ближе, и толкая перед собой тележку с продуктами.

— Привет, — озадаченно поздоровался я, не мало удивлённый таким совпадением. В городе продуктовых магазинов было штук сто, если не больше, и шансы встретиться тут были весьма небольшие, на мой взгляд, — А зачем тебе моя фамилия?

— Ну, как зачем? Мне хотелось нормально отблагодарить своего спасителя, — ещё шире улыбнулась она, поправила рукой волосы и перевела взгляд на Астру, — А это твоя сестра, да?

— Почти. Опекунша. Считай, что мама, — безмятежно отозвался я, а Астра, успевшая открыть одну из банок пива и приложиться к ней, аж поперхнулась на этих словах, и закашлялась. Я ласково похлопал её по спине, помогая прийти в себя.

— Ясненько… — нахмурилась новая знакомая, — Так ты сирота, значит? Сочувствую…

— Не совсем так… Там всё сложно, — отмахнулся я, — Ну, а тебя как зовут?

— Аня. Очень приятно познакомиться, — кивнула она, и перевела взгляд на Астру, — А вас как зовут? Вообще, насколько мне известно, в подобной маске ходит Астра, городской герой. Вы не боитесь, что вас перепутают с ней?

— Я и есть Астра, — хрипло отозвалась опекунша, кое-как откашлявшись, — Очень приятно. И от чего, позвольте узнать, Миша вас спас и когда? Вечно он в какие-то неприятности вляпывается.

— О, ваш Миша настоящий герой! — воодушевлённо отозвалась девушка, с благодарностью глядя на меня, — Даже не знаю, что со мной было бы, если бы не он! Он меня от целой банды насильников спас! Неужели он вам не рассказывал?

— Нет. Скромный он у нас. Иногда даже чересчур, — помотала головой Астра, и хлопнула меня по плечу с такой силой, что я чуть пополам не сложился.

— Это да. Что есть, то есть, — закивала согласно девушка, — Представляете, уехал тогда сразу, я ему даже спасибо сказать не успела! Вы не будете против, если я, в знак благодарности, приглашу его как-нибудь в какой-нибудь ресторан пообедать или поужинать? Обещаю вернуть его в целости и сохранности! — молитвенно сложила она руки на груди, умоляюще глядя на Астру.

— А? Кто? Я? — замялась та, недоумевающе глядя то на неё, то на меня.

— Ну, конечно вы! — энергично тряхнула головой девушка, — Раз вы его опекун, то я обязана была спросить у вас разрешение!

— А, ну да, — согласилась Астра, как-то потерянно глядя на неё, — Нет, не против…

— Зато я против, — вмешался я тут в разговор, пока они меня тут вообще не женили без моего на то согласия, — Простого спасибо вполне достаточно. А по ресторанам мне некогда ходить, извините, — решительно отрезал я, не давая опешившей от моего резкого отказа девушке и слова вставить, — Так что всего вам хорошего, берегите себя, а нам пора. Мне ещё обед варить. Пошли, Астра.

Та заторможенно кивнула, и мы двинулись дальше.

— Подождите! — подбежала к нам вдруг Анна, и вцепилась в тележку, — Не хотите в ресторан, ладно, но давайте тогда хоть кофе где-нибудь попьём вместе, ну пожалуйста! Мне так хочется вас хоть чем-то отблагодарить!

— Спасибо, но не стоит! — твёрдо отказался я, а девушка вдруг залилась слезами, от чего я аж опешил.

— Да что ты такой занудный, Миш! — прогудела Астра, приобняв девушку, и осуждающе глядя на меня, — Ну хочется девушке приятное тебе сделать, так пойди ты на встречу! Не умрёшь же ты, если выделишь как-нибудь в своём расписании час или два своего времени? Расстроил девушку… Не думала, что ты такой чёрствый. Ведёшь себя как настоящий старик…

— Ладно, — нехотя согласился я, невольно вздрогнув от её слов, — Уговорили. Кофе попить где-нибудь согласен. Только не сегодня и не завтра! В воскресение давайте. Раньше я не смогу.

— Ура! — аж подпрыгнула Аня, а слёзы на её лице моментально высохли, — Тогда буду ждать твоего звонка в воскресение. Смотри, не обмани! — шутливо погрозила она мне пальцем, и протянула визитку, которую я машинально забрал.

— До свидания! Приятно было познакомиться! — помахала она на прощание Астре, и бодро двинулась к своей тележке.

— Странная она какая-то, — задумчиво пробормотала Астра, провожая её взглядом.

— Надо же, заметила! — с сарказмом произнёс я, — Но это не помешало тебе пойти ей на встречу, почему-то…

— Не люблю женских слёз, — повела плечом опекунша, и сменила тему, — Пошли уже дальше продукты выбирать. Жрать хочу!

Я молча толкнул тележку, хотя ещё пару слов высказать был не против насчёт того, как она отправила меня на свидание неизвестно с кем. И даже решил продолжить тему, но тут виртумм завибрировал, и я увидел, что звонит Ольга, сестра Демидова.

Глава 2

— Ещё! — строго произнесла Ника, протягивая мне пустую тарелку.

— Эй! Хватит его гонять! Встань, да и налей себе сама, — вмешалась тут Астра, не прекращая энергично работать ложкой, — Нашла себе прислугу, блин. Спасибо бы лучше сказала!

— Спасибо, Миша, — чуть подумав, холодно произнесла Ника, и пошла к плите накладывать себе борщ.

— Ничего себе, что это сейчас было? — удивленно вытаращилась на меня опекунша, даже перестав есть на секунду, — Наша ледышка сказала тебе спасибо? Мне не послышалось?

— Сам в шоке, — развёл я руками, отвлёкшись от своих мыслей ненадолго, — Но я рад, что вам понравилось. Честно говоря, я не был уверен, что у меня всё получится…

— Да огонь просто! — взмахнула ложкой Астра, — Ты прирождённый повар! Слушай, может ну его нафиг, твою работу на героев? Давай я тебя в какое-нибудь кафе поваром пристрою? У меня есть связи!

— Боюсь, что для работы поваром умения варить борщ, да макароны с пюре, недостаточно, — усмехнулся я.

— Научишься! — решительно отрезала девушка, — К тому же, ты нам ещё плов как-то варил, забыл? Может, ты и ещё что-то умеешь готовить, просто не помнишь этого?

— Может, — пожал я плечами. В памяти, кстати, всплывали ещё какие-то блюда. Мясо по французски, макароны с тушёнкой… Господи, а тушёнку-то я с чего вообще ел? Неужто в роду и таким кормили? Или это я потом уже, в изгнании, голодал?

— Без тебя было плохо, голодно, — неожиданно вмешалась в разговор Ника, усаживаясь за стол, поставив перед собой полную тарелку, — Теперь ты с нами, и мы не будем больше голодать… На ужин хочу жареное мясо… — тихо закончила она, и кивнула каким-то своим мыслям.

— Да, согласна. Жареное мясо — это здорово, и очень полезно для растущих организмов, — показала мне большой палец Астра, и широко улыбнулась.

— Чувствую, скоро буду брать с вас плату, — проворчал я, — А то вы так совсем мне на шею усядетесь.

— Э-э! Я вообще-то, твоя опекунша, с меня нельзя деньги брать! — вскинулась Астра, — А с неё бери, — кивнула она на Нику, — Её мне не жаль. Пусть платит.

— Я согласна покупать, — неожиданно ответила та, — Тогда вся еда будет моей! И с тобой я не поделюсь, ходи голодной, — бросила она косой взгляд на Астру.

— Я, вообще-то, за продуктами с ним езжу! — надулась сразу та, — Меня нельзя голодной оставлять.

— Мда, чувствую, с ними мне скучать не придётся, — мысленно резюмировал я, слушая их перепалку. Да и не только с ними. Вокруг меня вообще что-то многовато девушек стало. Как только Аня вырвала у меня, с помощью Астры, обещание сходить с ней в кафе, так сразу Ольга позвонила, как будто почувствовала это, и позвала погулять в выходные. Пришлось тоже на воскресение приглашать, так как суббота у меня занята балом.

Потом ещё и Лиза объявилась, тоже встретиться хочет, но когда ей время найти, вообще ума не приложу. Раньше хоть в школе виделись.

Кстати, насчёт школы.

— Астра! — прервал я девушку, которая уже доказывала Нике, что она тут как приживалка живёт, и ей вообще никто права голоса не давал.

— … так что помалкивай лучше! А? — отвлеклась она от морального уничтожения подруги, которой, судя по её флегматичному виду, было вообще по барабану, что там ей высказывают.

— А что теперь с моей учёбой будет? В школу-то мне нужно ходить, или ну её? И если нужно, то в какую? — поинтересовался я.

— Как это, ну её? Конечно, нужно! — решительно кивнула она, — С понедельника пойдёшь в ту же самую. Так что не расслабляйся.

— Понял, принял, — со вздохом согласился я. Сон ещё до конца не отпустил меня, и мне было как-то сложно настроиться на то, что я ученик, а не учитель.

— Ну, поели, можно и поспать! — довольно произнесла Астра, похлопала себя по животу, потянулась, и тут у неё и Ники одновременно заверещали виртуммы.

— Что? Опять прорыв? — аж взвыла горестно опекунша, с тоской глядя на виртумм, — Не-е-ет! Только не сейчас, пожалуйста! Мне так влом куда-либо идти!

— Пошли уже, — коротко бросила Ника, вставая, и убирая тарелку в раковину, — Потом помою, ладно? — глянула она на меня, я лишь отмахнулся. Понятное дело, что сейчас не до посуды.

* * *

— А ты куда это собрался? А ну брысь отсюда! Домой иди! Или в убежище! — раздражённо рявкнула мне Астра, когда я запрыгнул на заднее сидение автомобиля. Переднее уже было занято Никой.

— Да щаз, — ухмыльнулся, устраиваясь по удобнее, и пристёгиваясь, — Чтобы я пропустил это веселье? Да ни за что! К тому же, ещё неизвестно, где сейчас безопаснее, с вами, или одному дома. А где тут убежище я и не знаю.

— Вот мелкий засранец! — рыкнула девушка, уже стартуя, — Тебе повезло, что мне сейчас некогда тобой заниматься! Вернёмся домой — выпорю!

— Это же не педагогично! — ужаснулся я.

— Зато надёжно и практично!

— Так где прорыв-то случился? — поспешил сменить я тему, так как зная Астру, она вполне могла и выполнить свою угрозу, — Опять где-то рядом?

— Нет. На другом конце города, — пояснила она, не отрывая взгляда от дороги, — По идее, это не наша территория, так что раз нас туда вызвали, то это значит, что там что-то серьёзное, а потому я туда тебя не повезу. Скоро по пути убежище будет, я тебе тормозну, выпрыгнешь.

— Нет, — твёрдо отказался я, — Раз там что-то серьёзное, то вам любая помощь может пригодится. Так что я с вами.

— Вот упёртый баран! Точно выпорю!

— А я не дамся!

— Ничего, я подержу… — тихо поддержала вдруг тут подругу Ника.

— И ты, Брут? — поник я.

* * *

— Господи, Астра, ты зачем его притащила? — выкрикнула Героика, когда мы затормозили прямо возле неё, и выскочили из машины.

— Да потому что баран упёртый, прямо весь в тебя! Это тебе надо было брать над ним опеку, уж больно вы похожи! — раздражённо отозвалась опекунша, подхватив при этом обломок валяющегося рядом фонаря, и как битой влупила им по какому-то мохнатому монстру, выпрыгнувшего к нам из окна третьего этажа ближайшего дома. Он взвился от удара как мячик на десяток метров вверх, и улетел метров на двадцать куда-то в сторону.

— Так что случилось? Зачем мы понадобились? Вроде, противник средний… — воспользовалась Астра секундной паузой для уточнения информации.

— Средний, ага, вот только его дофига, — устало выдохнула девушка, — Этих йети сюда штук пятьдесят забросило, а их мех почти не поддаётся магическому воздействию. Да и физическое держит весьма хорошо. Вон, смотри, твой приятель уже обратно скачет! — кивнула она головой на монстра, напоминающего собой огромную, под три места ростом, гориллу, только с более длинными ногами, и короткими руками, который уверенно, как ни в чём не бывало, на двух задних лапах бежал на нас.

— Вот урод, — буркнула Астра, и собралась опять применить столб, но тут в воздухе просвистело ледяное копье, пронзившее монстра насквозь, тот дико взвыл, и упал на асфальт.

— Так, чего стоим? Быстро рассредоточились все и принялись за монстров, пока они не разбежались по всему городу! — рявкнул подбежавший к нам со спины Альберт. Вид у него был весьма так себе. На маске на лице было несколько тонких порезов, из которых сочилась кровь, костюм также был подран в нескольких местах, как будто он недавно со стаей диких кошек подрался, — Или вы думаете, что Громобой один там справится?

— Не вопрос, сейчас займёмся! Вот только не знаю, что с этим хвостом делать, — кивнула Астра на меня, — Боязно мне его одного тут оставлять.

— А об этом раньше надо было думать! — рявкнул он, — Впрочем, раз пришёл. пусть помогает. Его способности самое то против этих тварей. С собой бери! Основная масса сейчас на соседней улице, пытается через полицейский заслон прорваться, Ника с Героикой давайте за мной туда, ты же, Астра, со своим подопечным, займитесь зачисткой этого дома — махнул он нам рукой на тот дом, откуда к нам тогда выскочил монстр, — Там с десяток прячется. Справитесь?

— Должны, — кивнула ему девушка.

* * *

— Ну, и чего ты ждёшь? Трансформируйся давай! — рявкнула она Астра, удерживая своим телекинезом сразу три твари, а я завис, тупо пялясь на надпись, которую мне выдал виртумм — Уровень адреналина в крови недостаточен для проведения трансформации!

— Зашибись! И чё мне делать? — я отвесил себе пощёчину, пытаясь взбодриться и прийти в себя. По-хорошему, нужно было как-то разозлиться, но… У меня не получалось.

И вообще, после того сна у меня в душе как будто какой-то холод и равнодушие поселились. Я, собственно, потому и поехал с девушками, что хотел хоть так взбодриться, ожить, но нифига… Не помогло. Как будто я перегорел, что ли.

Всё теперь казалось таким мелочным и неважным. Какие-то прорывы, монстры. Герои, которые с какого-то перепугу должны были их уничтожать, а не государство с помощью полиции и армии.

Ну серьёзно, это же бред какой-то! У государства многотысячная армия, спецслужбы всякие, а монстрами занимается какая-то частная лавочка, к тому же, весьма немногочисленная по составу. Где тут вообще логика, ау?

— Миша, не спи! Я их долго не удержу!

— Сейчас! — встряхнулся я, и огляделся, пытаясь сообразить, чем ей можно помочь. Нас зажали на площадке между вторым и третьим этажом. Два монстра были сверху, и один снизу, и, как назло, ничего подходящего тут не было, чем можно было бы приласкать их.

Дальше тянуть уже было нельзя, так как девушка явно была на пределе, и я, недолго думая, подскочил к одинокой твари внизу, и попытался всем телом столкнуть её со ступенек, чтобы освободить нам проход. Хрен там… Она даже не пошевельнулась. Я тут же изменил планы, саданул ей с ноги между ног, пробил несколько ударов кулаком в область паха, а дальше… А дальше она шевельнулась, так как Астра, по всей видимости, выдохлась, коротко что-то рыкнула, и молниеносный удар отправил меня в полёт в сторону окна, которое я вынес своей спиной, и тут мне просто невероятно повезло, так как я приземлился на какой-то здоровенный куст, каким-то чудом промахнувшись мимо асфальта, исцарапав себе всё тело.

Но даже так из меня не хило так вышибло дух, так что у меня не было сил, чтобы встать, и я замер, разглядывая голубое небо над головой.

Дикий визг вдруг раздался откуда-то сверху, и я вспомнил, что я, вообще-то, не один тут, и прямо сейчас обессилевшая девушка пытается справиться сразу с несколькими тварями, пока я тут прохлаждаюсь.

Я кое-как встал на ноги, не обращая внимания, как всё тело ломает от боли. И на почти негнущихся ногах пошёл к подъезду, откуда вдруг выскочила, пригибаясь, ещё одна тварь, и уставилась на меня маленькими, близко посаженными друг к другу, злобными глазками, после чего огромным прыжком оказалась рядом со мной, схватила меня за грудки одной рукой, и с лёгкостью подняла вверх.

— Как же вы меня задолбали! — прохрипел я, задыхаясь, ей в рожу, схватил за один из пальцев, и резко вывернул его, с удовольствием услышав, как та взвизгнула от боли, и не заметив, как начало меняться моё тело.

Тварь попыталась швырнуть меня в сторону, но я успел, пользуясь тем, что вишу рядом с её лицом, сложить из пальцев козу, и силой вогнать их ей в глаза…

* * *

— Да свалите уже нахрен отсюда, уроды! — выдохнула Астра, прижавшись к стене, и из последних сил отталкивая от себя тварей, пытающихся добраться до неё. Девушка чувствовала, что ещё чуть-чуть, и силы окончательно её покинут. Всё же, недооценила она этих обезьян. Слишком сильными они оказались. К тому же, не стоило её рассчитывать на помощь Михаила. Да и вообще, не надо было слушать его, а следовало просто выкинуть из машины, да и всё. Вот что сейчас с ним? Падение с такой высоты для него наверняка не прошло бесследно.

— Хоть бы выжил, — устало подумала девушка, отталкивая телекинезом слишком близко подобравшуюся к ней тварь, — Я лучше его потом сама прибью, если выживу.

Сейчас Астру спасало только то, что места на площадке для таких огромных тварей было мало, и они не могли подобраться к ней одновременно.

Неожиданно одна из тварей вдруг тонко взвизгнула и подпрыгнула, ударившись о потолок, как будто кто-то отвесил ей хорошенько пинка под хвост.

— Не ждали? — рыкнул за её спиной знакомый весёлый голос — А я пришёл!

Астре не было видно из-за широких спин этих обезьян-переростков, что там происходит, но одну из них вдруг откинуло к стене с такой силой, что сверху аж побелка посыпалась, а ещё одна тварь вдруг взлетела в воздух, врезалась в окно, и вместе с рамой вылетела на улицу.

Последняя тварь не стала испытывать судьбу, заверещала, и ломанулась вверх по лестнице, понимая, что вниз ей прохода нет.

— Куда? — взревел тут кто-то голосом Миши, — Стой! Я с тобой ещё не закончил! — и мимо Астры пронёсся парень, в обрывках одежды, лопнувшей под распиравшими его тело огромными мускулами.

Астра обессиленно опустилась на пол. У неё промелькнула было мысль крикнуть и остановить его, но зачем? Если он догонит эту тварь, это, как говорится, её проблемы. Надо было убегать шустрее, значит.

Рядом зашевелилась, приходя в себя, обезьяна, которая была оглушена ударом об стену Мишей, девушка собралась с силами, выжимая крохи магии из опустившего организма, и рывком свернула той шею телекинезом, после чего устало закрыла глаза.

Всё. Она исчерпала себя до предела, и даже если сейчас к ней вдруг выскочит ещё одна тварь, то она будет полностью беззащитна перед ней. Но вместо твари к ней спустился её подопечный.

— Убежала, всё же, от меня, представляешь? — как-то расстроенно произнёс он, — И я ведь почти догнал её на крыше, но эта скотина сиганула на другой дом. Я пока так не умею. Хотя, может стоит попробовать, как думаешь? Вдруг я ещё не все свои возможности знаю и допрыгну?

— Конечно, попробуй. Обязательно! — согласилась с ним Астра, — Только непременно головой вперёд это делай, чтобы уж наверняка себе башку свою тупую разбить, если всё же не допрыгнешь. Ты же не хочешь калекой остаться, правда? Иди, дерзай!

— Что-то уже не хочется, — поёжился от её слов парень.

— А что так? — задумчиво спросила его девушка, — А вдруг раскроешь свои новые возможности, и вообще полетишь? Может, прыгнешь, всё же?

— Нет, я, пожалуй, пойду по улице пройдусь, — с опаской глядя на неё, пробормотал парень, — Тут же недалеко совсем, кстати, до соседнего дома.

— Уверен? Может, всё же прыгнешь? Представляешь, какие перспективы перед откроются, если ты вдруг полетишь? Ну, а убьёшься, тоже ничего. Я тебе такие шикарные похороны устрою, каких ещё ни у кого не было! Обещаю!

— Да ну нахрен. Что-то как-то не хочется, — пробормотал Миха, и торопливо побежал по лестнице вниз, под смех Астры.

Интерлюдия

— Ну что, доволен? — разгневанной фурией влетела в кабинет мужа графиня Гончарова, не обратив ни малейшего внимания на то, что там шло совещание, участники которого тут же поспешно покинули кабинет, не желая присутствовать на семейной разборке своего начальства.

— Нашего Мишу взяла под свою опеку какая-то совершенно посторонняя женщина! Этого ты добивался?

— Дорогая, успокойся…

— Лучше заткнись! Я без того тебя слишком много слушала в последнее время! А в результате практически потеряла сына!

— Ещё не всё потеряно и можно исправить…

— Исправить⁇ Что исправить? Твои ошибки? Это же по твоей вине всё это произошло! А я, как дура, слушала тебя, и думала, что это действительно всё пойдёт на пользу сыну и роду, а в итоге род потерял сильного сверха, а я — сына!

— Да послушай ты меня…!

— Нет, это ты меня послушай, — сбавила тон Ольга, чуть ли не с ненавистью глядя на мужа, — Я даю тебе две недели на то, чтобы ты помирился с сыном и вернул его в семью. Хоть что делай, валяйся у него в ногах, вымаливай прощение, но он должен вернуться. Если же нет, я уйду от тебя, а Серёжа с Димой уйдут со мной. Им тоже не нравится, как ты повёл себя с Мишей. А ты останешься один… И что тогда останется от твоего рода? — и, не дожидаясь ответа мужа, он развернулась, и быстрым шагом вышла из кабинета.

Глава 4

Не знаю, каким чудом я сумел удержаться от того, чтобы просто не придушить её. Я был в таком бешенстве, что практически не мыслил связно, и уже непроизвольно начал трансформацию в боевую форму, отчего костюм стал трещать по швам.

Тут у меня на самом краю сознания промелькнули воспоминания о том, сколько он стоит, и я тут же начал успокаиваться. А когда пришёл в себя, то обнаружил, что машина стоит, а мне в лоб упирается дуло пистолета.

— Отпусти её! — нервно произнёс водитель, судорожно сжимая рукоять.

— Уважаемый, а вам не кажется, что вы лезете не в своё дело? — холодно ответил я, но хватку ослабил, — Вас водителем наняли, вот и делайте свою работу!

— Я не только водитель, но и охранник, — огрызнулся он, — Вы оба на время пути находитесь под моей защитой, и я не могу допустить, чтобы вы тут, у меня в машине, поубивали друг друга. Когда поездка закончится, можете что угодно с собой делать, а пока будьте так добры всё же отпустить девушку, и мы продолжим нашу поездку.

— Да я уже и не держу её, — пожал я плечами, — Ты разве не видишь? — и демонстративно убрал от неё руки. Девушка испуганно смотрела на меня. И потирала свою шею.

— Больше чудить не будете? — строго спросил он, не спеша убирать пистолет, который всё также смотрел мне в лоб, что меня изрядно раздражало, а потому я вдруг резко выхватил у него его с такой силой, что чуть пальцы ему не оторвал.

— Езжай, я сказал, и не лезь больше не в своё дело. Оружие в конце поездки отдам, чтобы ты тут не размахивал им так не осторожно, — ухмыльнулся я ему в лицо, и только потом сообразил, что сделал я откровенную глупость, так как в процессе вырывания вполне мог раздаться выстрел, и далеко не факт, что мой лоб выдержал бы попадание пули.

В подобном жесте никакой необходимости не было, и объяснить я его мог только излишним пижонством и кипящем в крови адреналином.

Водитель сквозь зубы тихо выматерился, но спорить не стал, и мы поехали дальше.

* * *

— Гляди-ка, цел. А ты говорил — Сожрёт, сожрёт! — хохотнул подошедший ко мне Серёга, толкнув локтем шедшего рядом с ним брата.

Я же спокойно стоял у одного из столов, и пополнял в своём организме калории. Тут было организовано что-то вроде фуршета, и я, станцевав со своей временной девушкой первый танец, сразу же направился сюда, а Света пошла, образно говоря, по рукам, так как у неё был целый список кавалеров, которым она обещала танец.

Поговорить мы в машине о случившемся не успели, так как уже скоро приехали, да и не хотел я при водителе поднимать эту тему, а когда приехали, то уже не до того было. Нас привезли прямо к ступенькам, поднимающимся ко входу в огромный дворец, и тут же мы попали в руки слуг, которые открыли нам дверцы машины, проводили до входа, и сдали на руки важному дворецкому, который дождался, пока мы разденемся и отдадим верхнюю одежду ещё одним слугам, после чего мы прошли в огромный зал, где он громко объявил о нашем прибытии, до чего, впрочем, как я понял, большинству присутствующих гостей было глубоко пофиг, и они даже не повернули головы в нашу сторону.

Я думал, нас будут представлять хозяевам дома, но нифига, нас просто предоставили самим себе. Света представила меня некоторым своим знакомым, а потом потащила танцевать, так что я возрадовался, что не зря ходил на танцы.

После танца Васнецова мне объяснила, что ей придётся следующие несколько танцев протанцевать с другими кавалерами, и отпустила меня в свободное плавание, сказав, что найдёт меня потом.

Надеюсь, что она сделала правильные выводы, и больше сюрпризов мне устраивать не будет.

— Как доехали? — поинтересовался Димка, как-то пытливо заглядывая мне в глаза.

— Весело. С приключениями, — осталютовал я им бокалом с шампанским. Я так понимаю, что я был единственным несовершеннолетним на этом приёме, и никто не следил за тем, что я пью. Выглядел я старше своих лет, так что многие могли и не заметить, что мне ещё нет восемнадцати.

— Что случилось? — встревожился он.

— Ну, как вам сказать? — сделал я задумчивый вид, — Сначала она весьма умела настраивала меня против вас, после чего ещё и ментальное воздействие на меня применила, чуть ли не сделав меня своим рабом. Правда, классная перспектива?

— Ментальное воздействие? Она и на такое способна? — удивился старший брат, на автомате схватив с подноса один из бокалов с чем-то алкогольным, который проносил мимо один из официантов.

— А мы ведь предполагали что-то подобное, — задумчиво пробормотал Серёга, явно что-то вспоминая, — Слишком уж большая группа ухажёров вокруг неё вьётся. Хотя и странно это всё… Ментальное воздействие на людей так-то запрещено, и его легко выявить. За подобное могут и в тюрьму отправить, и никак её род в этом случае не поможет. Надо будет присмотреться к ней по внимательнее. А ты будь аккуратнее. Не поддавайся на провокации. Она наверняка что-нибудь ещё придумает. Мы постараемся не выпускать тебя из виду, но долго с тобой рядом быть не сможем. Это будет неуважительно по отношению к нашим дамам.

— Да это я понимаю, я другого понять не могу. Это правда, что глава рода не может сам принять решения об изгнании из рода, и сначала ему нужно получить одобрение совета? — слова Васнецовой никак не хотели уходить из моих мыслей, и буквально грызли меня изнутри.

— Правда, — спокойно подтвердил Димон, не став юлить и уводить разговор в сторону, — В твоём случае так и было, если ты об этом. Несмотря на то, что мы с братом и мама голосовали против этого, Совет проголосовал большинством голосов — За. Тут мы ничего сделать не могли.

— Сколько ж человек в этом совете? — несколько смущённо спросил я, коря себя за недоверчивость.

— Девять, — пожал плечами он, а Серёга отвлёкся пока на выпивку. Глянув на танцующие пары, он украдкой маханул рюмку коньяка, и тут же стал закусывать её какой-то рыбой.

— Помимо отца и нас с мамой в нём состоят ещё брат и сестра отца, и их трое совершеннолетних детей. Мужья и жёны родственников отца в него не входят. У отца два голоса на совете. При равенстве голосов окончательное решение за ним. Вот так и вышло, что наши три голоса тут по существу и не играют никакой роли, так как дядя с тётей целиком на стороне отца были в этом вопросе. Мы пытались братьев и сестру убедить, чтобы они проголосовали с нами против, но поддержала нас только Юлька, сестра. Братья же тебя всегда терпеть не могли, и с радостью помогли отцу изгнать тебя. Но ты не переживай, — ободряюще улыбнулся он тут и хлопнул меня по плечу, — Мать достали эти интриги, и она поставила отцу ультиматум. Либо он возвращает тебя в род, либо она уходит от него. Мы, естественно, с ней. Две недели ему дали на принятие решения.

— Зря, — покачал головой я, не показывая виду, как же я рад, что братья не предали меня, как пыталась убедить та девка, — Я всё равно не вернусь, так что не нужно было вам дёргаться. Лучше бы со мной посоветовались вначале.

— Но почему? — удивился вернувшийся к нам Серёга, опередив Димона.

— Да потому, что я хочу жить самостоятельной жизнью, а не по указке отца и рода, — отрезал я, — Зная его, он всё равно не простит ни меня, ни вас за давление на него. Вот только я-то худо-бедно пристроился и не пропаду, а вот что вы будете делать, если вам и правда придётся уйти? Проживёте ли вы без денег рода?

— За это можешь не волноваться, — синхронно ответили они, переглянулись, и рассмеялись.

— Мы неплохо зарабатываем на своих боях, так что и себя прокормим, и мать, и наши будущие семьи, — довольно произнёс Серёга.

— Это, конечно, всё замечательно… — задумчиво пробормотал я, озадаченный внезапно пришедшей мне в голову мыслью, — Но вы не подумали, что если вас исключат из рода, то ваши помолвки будут разорваны? Кому нужны изгнанники из рода?

— О, за это можешь не переживать, — отмахнулся Димон, — Поверь, такие изгнанники, как мы с Серёгой, нужны всем. Семьи наших невест только счастливы будут, если девушки не просто не уйдут из семей, но ещё и нас приведут. Но отец этого не допустит. Не может он лишиться всех наследников. Сестёр же тоже мать с собой заберёт. Ему придётся вернуть тебя в род, и ещё и уговаривать тебя это сделать. Иначе роду Гончаровых просто придёт конец…

— Не думаю, что он будет просить у меня прощения, — покачал головой я, — Не тот он человек. Скорее, как обычно будет через свои интриги действовать. Не исключено, что попытается надавить на ваших будущих родственников, чтобы уже те надавили на вас, и под угрозой расторжения помолвки, заставили остаться с ним. Вот, кстати, ещё один вопрос. Света сказала, что даже если бы кто-то из вас пригласил её, то никакой угрозы для ваших семейных планов не было бы. Что ничего такого в том, чтобы прийти на бал с другой девушкой нет. Тем более, что тут всё равно они танцуют со многими партнёрами.

— Ты бы поменьше слушал, что она говорит. Это змея та ещё, — криво усмехнулся он, — Прямо не врёт, но многого не договаривает. Действительно, ничего такого в том, чтобы прийти на бал не со своей девушкой нет. Это допускается, но только в том случае, если твоя девушка по какой-то причине не смогла на нём присутствовать. То есть, ты в любом случае должен пригласить её, и только в случае её вынужденного отказа, кого-то другого, и при этом, она должна быть не против новой кандидатуры. А наши невесты Васнецову терпеть не могут! И танцевать тут можно с другими девушками, да. Вот только если я приглашу Васнецову на танец, или девушку, с которой моя невеста находится в плохих отношениях, она воспримет это как личное оскорбление, и может даже убедить родителей расторгнуть помолвку!

Так что имей это всё ввиду, и не верь тому, что она говорит. Она много гадостей сделать может, но против нашего рода пойти не посмеет. Особенно, если ты вернёшься к нам.

— А тут мы возвращаемся к вопросу о том, что в род возвращаться я не хочу, — тяжело вздохнул я, наблюдая, как величаво плывёт к нам Света после окончания очередного танца.

— Об этом мы потом ещё поговорим, — заторопился Димон, тоже увидев её, — Пойдём мы пока к своим девушкам. Не скучай тут.

И они с братом поспешно ушли от меня.

— Душно тут… — пожаловалась мне девушка, подойдя ко мне, и взяв меня под руку, как будто между нами ничего и не произошло в машине, — Прогуляться хочу. Тут такой замечательный парк. Составишь мне компанию?

— Почему бы и нет? — согласился я, предположив, что там она хочет со мной поговорить без лишних ушей, — Веди.

* * *

— Правда, здесь замечательно? — весело прощебетала она, когда мы вышли из дворца, и оказались в огромном парке, с множеством клумб из роз, кустов, подрезанных в виде различных животных, небольших фонтанчиков со статуями, и между всем этим великолепием были проложены грунтовые тропинки, по одной из которых мы и шли, то и дело встречая идущие нам навстречу пары. На улице уже стемнело, но в парке было светло благодаря огромному количеству фонарей, расположенных вдоль дорожек.

— Неплохо, — согласился я с ней, — Правда, я думал, что мы вышли не природой полюбоваться, а поговорить? Или я ошибался?

— Ну, можно же совместить? — невинно улыбнулась она, — И да, заодно я хотела попросить у тебя прощения за своё поведение в машине. Признаю, была не права. Не следовало мне применять на тебя ментальное внушение. Но уверяю тебя, я не стала бы его долго удерживать! Один вечер и всё. Уж очень сильно мне хотелось отплатить твоим братьям за их поступок! И даже не ожидала, что ты, несмотря на свой юный возраст, умеешь противостоять нему. Или это какой-то артефакт сработал? — с любопытством уставилась она на меня.

— Неважно, — усмехнулся я, — Но насколько я знаю, ментальное воздействие запрещено. Не боишься, что я сдам тебя полиции?

— Нет, — беспечно отмахнулась она, — Не тот ты человек, чтобы поступить так. К тому же, его следов уже не осталось, и тебе будет сложно доказать, что оно имело место быть. Предлагаю забыть об этом недоразумении, и просто наслаждаться этим вечером, раз уж судьба свела нас сегодня вместе.

— Это будет тяжело. Не обещаю, что я забуду это, но не вижу смысла сейчас ссориться, — уклончиво ответил я.

— Вот и отлично, — пришла она к какому-то странному выводу, видимо, решив, что тему мы эту замяли, но она ошибается, хоть я и не торопился развеять её заблуждение. Я этого точно не забуду, но ещё не придумал, как использовать эту ситуацию в своих интересах. Но я обязательно придумаю.

Уже само знание того факта, что она обладает такими свойствами магии и не стесняется их использовать, уже многое давал мне. Как минимум, компромат против неё. Уверен, что, при должном старании, можно будет легко найти доказательства того, что она применяет их на ком-то из своего окружения. Но это всё потом. А пока можно и действительно наслаждаться вечером в обществе хоть и коварной, но очень красивой девушки.

— Смотри, там мои друзья! — радостно произнесла вдруг она, кивнув головой в сторону одного из фонтанов, где действительно виднелись фигуры молодых людей, столпившихся вокруг него, — Пойдём, я тебя познакомлю!

И она решительно схватила меня под руку, и потащила в ту сторону. Впрочем, я особо и не сопротивлялся, так как по большому счёту, мне было всё равно, куда идти.

* * *

— … а это моя подруга, Наталья Семицкая, — представила она мне ещё одну девушку, миниатюрную и рыженькую, со смешливым выражением лица.

Меня уже познакомили с целым десятком человек, и больше чем у половины я уже имён не помнил, но эту я запомню, думаю. Больно уж она выделялась на общем фоне пафосных рож остальных.

— Привет! — просто помахала она мне, — Приятно познакомиться!

— Взаимно, — улыбнулся я ей.

— А я тебя узнала! Ты же один из героев! О тебе в последнее время часто в новостях пишут!

— Всё врут, — покачал головой я, — Ну какой из меня герой? Так, рядом постоял.

— Ещё и скромный! — смеётся она весело.

— Скромность? Что это такое? — смеюсь и я.

Вот есть такие люди, которые нравятся с первого взгляда. Как-то сразу понимаешь, что они добрые и отзывчивые, без всякой гнили, вот и эта девушка была как раз из таких. Даже странно было, что она входит в число подруг Васнецовой.

— Да какой он, нахрен, герой? — раздался вдруг громкий пьяный голос, — Безродный щенок, которого кто-то впустил в приличное общество.

— Серж, угомонись! — строго произнесла Света, и проследив за её взглядом, я увидел покачивающегося парня в военной форме, — Он со мной.

— А нахрена ты притащила сюда этого ублюдка, Светик? — никак не хотел успокаиваться тот, — Даже этот уродский род Гончаровых не стал его терпеть, а это значит, что он полное ничтожество. Иначе его папаша ни за что не выпустил бы его из своих рук.

— Серж, ты пьян! — попыталась успокоить его девушка, но защита мне была не нужна. У меня не было ни малейшего желания и дальше выслушивать оскорбления этого пьяного быдла, а потому я просто шагнул к нему, пробил ему в солнышко, а когда он согнулся пополам, в попытке стошнить, толкнул его в фонтан, в который он и погрузился с головой, и нелепо завозился в нём, в жалкой попытке встать.

— Ну зачем? — поморщилась Света, — Теперь неприятностей не избежать…

— Плевать! — отрезал я, стараясь не думать о том, что братья просили не поддаваться на провокации. Есть вещи, которые спускать нельзя, и никто бы не понял, если бы я оставил его оскорбления без ответа. Хотя тенденция настораживала. Сначала тот придурок на дне рождения Демидова, теперь военный этот. Мне что, теперь всё время придётся со всякими идиотами драться?

— Ну всё, щенок, молись… — пробормотал выползший из фонтана пьяница, и покачиваясь встал, а с его формы ручьями полилась вода, — Дуэль! Немедленно! До смерти!

— Серж, он ещё не совершеннолетний! — испуганно вмешалась тут рыженькая, — Тебе не простят его смерти! К тому же, ты сам виноват в случившемся!

— Не убью, так покалечу! А убью, так дальше Сибири не сошлют! — рыкнул он грозно, но вышло скорее смешно из-за его нелепого вида.

— Серж, ты пьян! Какая тебе сейчас может быть дуэль? — вмешалась Света, — Проспись сначала, а завтра уже примешь решение на трезвую голову.

— О, это не проблема… — угрюмо произнёс он, сделал какой-то странный жест рукой, и вдруг выпрямился, перестав покачиваться, и поморщился, — Не люблю так трезветь, но иногда приходится делать исключения. Но ничего. Зато будет повод после дуэли отметить это дело.

Тут он сделал щелчок пальцами, и его одежда моментально стала сухой.

— Лейтенант Червоный к вашим услугам, молодой человек, — мерзко усмехнулся он, — Вы готовы умереть?

Глава 5

— Только после вас, — холодно ответил я, лихорадочно обдумывая возникшую ситуацию.

Честно говоря, дело получалось дрянь. Я не знал, чего мне ждать от этого противника, но помнил, как меня гонял тот водник на дуэли, а он был обычным подростком! Тут же военный, явно довольно сильный в плане магии.

Но вопрос, какой именно магии? Что он может? Причём, он-то, похоже, знал меня и чего от меня ждать, и не боялся, будучи полностью уверенным в своих силах, его же способности были для меня тёмным лесом. Как ни крути, а походу я влип… Но и отступать было нельзя. После тех оскорблений, которые он допустил в мой адрес, да ещё и в присутствии других людей у меня и выбора-то не было другого, по сути.

— О, это вряд ли, — скучающим тоном отозвался он, едва заметно усмехаясь, — Похоже, вы плохо представляете, что вас ждёт. Дуль это вам не глупых монстров по улицам гонять. Против меня у вас шансов нет. Но, учитывая вашу молодость, я готов отступить от своих правил, и даже могу простить вас. Встаньте на колени, извинитесь, и я буду считать, что этот инцидент исчерпан.

— Может, тебе ещё ботинки вылизать, урод? — не сдержался я, — Нахрен иди со своим прощением!

Может, я, конечно, и зря не воспользовался шансом, но тут уже он перегнул палку. Ладно бы просто извиниться, тут ещё можно было бы подумать, но на колени? Он совсем, что ли, дебил конченый?

— И если, по-вашему, гонять глупых монстров так легко, то чего же я вас не видел ну улицах города на прорывах? — не дал я ему и слова вставить, — Показали бы свой класс нам всем, и, может, тогда и не пришлось бы мне, школьнику, этим заниматься. А хотя, о чём я? Там же не наливают, что вам там делать? Наверняка вы в это время в каком-нибудь убежище прятались, с бутылкой в обнимку, — совсем уж понесло меня куда-то, но я не хотел сдерживаться. Этот козёл, который зачем-то напялил на себя военную форму, лишь позоря её, основательно меня выбесил.

— Щ-щенок… Я тебе эти слова вместе с зубами в глотку вобью! — прошипел он, угрюмо глядя на меня, — Можешь начинать молиться. До конца этого дня ты не доживёшь…

— Что здесь происходит? — вмешался вдруг в наш разговор чей-то властный голос. Я оглянулся, и увидел подошедшую к нам толпу, в центре которой важно вышагивал какой-то толстяк, от которого прямо веяло аурой власти. Не знаю, кто это, но я как-то сразу догадался, что это очень непростой человек.

— Добрый вечер, господин губернатор, — сделала вдруг реверанс моя спутница, и остальные девушки повторили за ней.

— Добрый, — коротко кивнул он, — Но я задал вопрос, и хотел бы получить на него ответ! Ты! — ткнул он вдруг пальцем в сторону одного из друзей Светланы, — Рассказывай, что происходит, а остальные помолчите пока.

— Всё просто, господин губернатор, — начал объяснять молодой человек, чьё имя я не запомнил, — Уважаемая госпожа Васнецова познакомила нас со своим спутником, господином Гончаровым, — кивнул он на меня, — И его присутствие каким-то образом оскорбило лейтенанта Червоного, который позволил себе ряд негативных высказываний в адрес молодого человека, тот ответил на оскорбления, и вся эта ситуация привела к тому, что господин Червоный вызвал молодого человека на дуэль. На этом всё.

— Сколько вам лет, молодой человек? — строго глянул на меня губернатор. Его вид внушал невольное уважение, даже несмотря на весь его лишний вес. Цепкий взгляд маленьких глаз пронизывал, было такое чувство, насквозь, лучше любого рентгена.

— Четырнадцать, ваша светлость, — почему-то хриплым голосом отозвался я. Стоявшая рядом Светлана чуть слышно выругалась, услышав это. Явно не знала, что я настолько молод. Ну да, на вид мне меньше шестнадцати, а то и семнадцати никто не давал.

— Странно. Выглядите вы старше, — резюмировал губернатор, внимательно осмотрев меня, после чего перевёл свой тяжёлый взгляд на лейтенанта, — Скажите мне, господин Червоный, с каких это пор вы стали вызывать на дуэли детей? Нам, что, теперь всех детей в городе следует от вас прятать? А что дальше? До детсадовцев таким образом дойдёте?

— Виноват, ваша светлость, но я не знал, что молодому человеку всего четырнадцать, — вытянулся перед ним мой соперник, побледнев, — Вы и сами заметили, что выглядит он старше, а мне он про свой возраст не сообщил.

— Возможно, — кивнул ему губернатор, — Но что вы хотите этим сказать? Что будь он по старше, вы бы всё же вызвали его, предварительно сами же оскорбив? И это у меня на приёме, и после того, как я несколько раз заявлял, что не потерплю никаких конфликтов и дуэлей на своём вечере, да и в принципе, против любых дуэлей? Вы в своём уме, лейтенант? Вам погоны не жмут?

— Виноват, ваша светлость! — ещё сильнее выпрямился тот, — Больше не повторится!

— Конечно, не повторится, — согласился с ним губернатор, снисходительно улыбнувшись, — Потому что вы немедленно покинете бал и больше в моём доме не появитесь! Алексей! — крикнул он кому-то, и через секунду к нему подскочил один из слуг, — Проводите господина Червоного на выход, и сообщите дворецкому, что впредь в моём доме ему не рады.

— Слушаюсь, ваше сиятельство! — по-военному ответил ему слуга, и шагнул к лейтенанту, но тому дополнительного приглашения не требовалось. Он кинул на меня прощальный бешеный взгляд, и, не прощаясь, пошёл за слугой.

— Надеюсь, вы, молодой человек, никаких проблем моим гостям не доставите? — обратился ко мне губернатор, уже собираясь уходить.

— Если меня не будут оскорблять, то разумеется нет, ваша светлость, — выдохнул я.

— Вот и отлично. Отдыхайте, молодые люди, — благожелательно кивнул он нам всем напоследок.

* * *

— Щенок! — выдохнул Червоный, нервно потерев рукой шею. Это ж надо было так влипнуть из-за какого-то мелкого ублюдка! И так не вовремя! Если эта история дойдёт до командира части, то намечающееся повышение накроется медным тазом! Тот не рискнет вызвать неудовольствие губернатора, повысив того, кто только что вызвал неодобрение у главы региона.

И что же теперь делать? У этой истории было слишком много свидетелей, и вскоре она наверняка станет известно всему высшему обществу, что может закрыть перед ним все двери! А намечающаяся помолвка с Сашенькой? Её отец, бывший военный, вполне может дать от ворот поворот ему теперь!

— Твою ж мать… — выдохнул Червоный, поморщившись, и не торопясь садиться за руль своего автомобиля. В вечерней прохладе думалось намного легче, чем в салоне машины. Да и несмотря на антиалкогольное умение голова ещё была как чугунная после огромного количества выпитого спиртного.

И не собирался ведь напиваться, но то с одним приятелем пересекся и бокал опрокинул, то с другим, так и сам не заметил, как набрался под завязку.

— Вот что на меня нашло? Какого хрена я вообще вызверился так на этого мальчишку? — мучительно размышлял он, — Тот, конечно, говнюк тот ещё, но это же не повод докапываться до него, и тем более, пытаться убить! С чего вообще я так взъелся-то на него?

И ведь даже ни малейшего понятия, как выйти из всей это ситуации! С одной стороны, мальчишка, вроде как, нанёс мне оскорбление, искупав в фонтане, с другой, это был лишь ответ на мои фразы.

Господи, с какого хрена я так на него накинулся-то? И ведь реально убить его хотел! Возненавидел прямо как-то разом всей душой, хотя в первый раз увидел!

Всё, пьянству бой надо давать, иначе так ведь дело и до тюрьмы может дойти. Если бы так вовремя не подошёл губернатор, то дело скорее всего дуэлью закончилось бы, где я если бы даже не убил его, то покалечил точно, а за подобное меня бы наверняка выгнали из армии, и ждал бы суд, не говоря уж о том, что двери в приличное общество стали бы для меня навсегда закрыты. Нет, точно пить бросаю.

А вот что с ситуацией с пацаном этим делать? Придётся извиняться. И извиняться так, чтобы были свидетели. Тогда есть шанс, что в обществе закроют глаза на всё это. А чтобы тот точно простил, надо будет подарок ему какой-нибудь сделать. Осталось только сообразить, что именно подарить…

* * *

— Михаил, о чём ты задумался? Нельзя заставлять даму скучать, — вырвала меня из тяжких раздумий Светлана, чуть заметно улыбаясь, положив мне руки на плечи, пока мы кружились в танце.

— Прошу прощения, — встряхнулся я, — Ничего особенного. Видимо, уже усталость сказывается.

Ну, не признаваться же, что я думал о том, что не доверяю ей? Да, она, вроде как, выступила на моей стороне в конфликте, и далее вела себя безупречно, но слишком свежи были воспоминания о произошедшем в машине… Получается, как только я узнал о её небольшой тайне, и сразу же меня вызвали на дуэль, которую я ещё не факт, что пережил бы. Совпадение? Не думаю… Но как она могла успеть всё это организовать, находясь почти всё время на виду? Да и разве бы этот лейтенант напивался бы, если бы на дело собирался? Тоже как-то нелогично выходит…

— Понимаю. Сама с ног валюсь, — кивнула она мне, — Думаю, ещё минут двадцать, и уже вполне прилично будет покинуть это мероприятие. Я надеюсь, ты же не планировал остаться тут до самого конца?

— Нет, конечно. Да и смысл? — пожал я плечами, — Пустая трата времени.

— Ну не скажи, — возразила она, прижавшись ко мне, и зашептав на ухо, от чего по моей спине побежали табуны мурашек. Всё-таки она была очень красивой девушкой, хоть и с весьма непростым, мягко говоря, характером, — Подобные вечера позволяют завести новые знакомства, обзавестись связями, а нужные связи в свою очередь открывают новые возможности. Понимаешь?

— Да, я уже думал об этом. Вот только я ещё слишком молод для того, чтобы меня воспринимали всерьёз, — вздохнул я.

— Ничего страшного. Надо же с чего-то начинать? Поверь, и сегодня найдутся люди, которые запомнят тебя. Я лично слышала, как главы некоторых родов, пусть и не самых больших, говорили о тебе, мечтая заполучить тебя к себе. Даже прикидывали, кого из дочек тебе можно подсунуть в качестве жён, — тихо рассмеялась она.

— Да ну нафиг! Я ещё не готов к семейным узам, — аж поёжился я, — Но за предупреждение спасибо!

— Не за что, — отмахнулась она, чуть отстранившись, и тут же опять начала шептать в ухо. — Но у меня тоже будет к тебе небольшая просьба. Выполнишь?

— Если в моих силах, то почему бы и нет? — обтекаемо ответил я.

— Я не знаю, каким таким способом ты узнал о моём даре, но можешь никому о нём не рассказывать? Я не хотела бы, чтобы об этом кто-то узнал. В обществе не очень любят людей с таким даром, и у меня могут появиться проблемы, если эта информация дойдёт до некоторых людей, — тихо попросила она.

— И я догадываюсь, почему, — усмехнулся я.

— Да, я была не права, но признала свою ошибку и извинилась. Так что, выполнишь мою просьбу? Или ты уже кому-то рассказал? — с подозрением глянула она на меня.

— Нет, конечно, — уверенно соврал я, — Если ты так хочешь, то без проблем, буду молчать.

Почему-то мне не хотелось, чтобы она узнала, что братья знают. Надо будет только им рассказать о её просьбе. Надеюсь, они ещё не успели ни с кем поговорить по этому поводу. Лучше эту информацию пока придержать, и подумать, как лучше использовать.

— Отлично! Спасибо! — обрадовалась она, и даже поцеловала меня в щёку.

— Пойду попудрю носик, — прощебетала она, когда танец закончился, и ушла.

Я же какое-то время постоял один, потом увидел братьев, которых тоже оставили подруги, и направился к ним. Хотел предупредить их, чтобы не болтали пока о даре Ветлицкой. Ну, и паре ласковых слов захотелось сказать, об этой их идее с розыгрышем, и к каким последствиям это чуть не привело. Вот где они, кстати, были, когда меня там убить захотели? А ведь обещали присматривать за мной!

Больше не буду участвовать в их авантюрах, как бы не просили! Пусть сами выкручиваются. У меня же и без того проблем хватает, чтобы ещё новых врагов себе искать.

Интерлюдия 1

— Вот козёл… — зло прошептала Света, глядя в зеркало, даже сам не зная толком, кому именно это было адресовано. Тому малолетке, мало того, что нарушившего её планы, так ещё и узнавшего её секрет, который она так тщательно оберегала, или Червоному, который не смог выполнить элементарного её приказа?

Хотя справедливости ради, тут не было его особой вины. Просто крайне не вовремя заявился губернатор, а это крайне сложно было спрогнозировать. Очень обидно было, что столько усилий было потрачено зря.

Думаете, просто это, в столь сжатое время, да ещё и на виду сотен глаз, сначала определить среди присутствующих самого сильного мага, причём такого, чтобы его магия могла причинить вред сверху? Потом ещё сделать так, чтобы тот перебрал с алкоголем, так как в таком состоянии люди легче поддаются внушению. Ну а затем за один танец суметь негативно его настроить в отношении её спутника? Причём, настолько сильно настроить, чтобы тот на подсознательном уровне захотел его убить!

А убить того нужно было обязательно, и быстро, пока он не успел растрепать её тайну ещё кому-то. Он, конечно, пообещал ей не рассказывать, вот только веры его словам не было. Подросток же. Те вечно любят чем-нибудь похвастаться перед друзьями.

Хотя даже если бы он был постарше, то и тогда бы участь у него была та же. В этом мире никому нельзя доверять! Ни детям, ни мужчинам, ни женщинам, ни ближайшим родственникам! Только себе. А бывают и такие ситуации, когда и себе доверять не стоит. Уж это она знала очень хорошо…

— Но что же с тобой делать? — задумчиво прошептала она, — Хотя возможно, этот их конфликт с Червоным ещё поможет мне… Теперь если с этим щенком что-то случится, все подумают на Червоного. Надо только подумать, кого к нему послать…

Интерлюдия 2

— Да, войдите! — раздражённо рявкнул старший Гончаров, когда в дверь его кабинета кто-то робко постучал. Несмотря на позднее время, он ещё работал, да и, честно говоря, в последнее время не было ни малейшего желания отсюда выходить. Жена с ним не разговаривала, сыновья тоже. Только дочки были его маленькой отдушиной, и по-прежнему любили его, но в это время они уже спали.

Ещё и ультиматум этот идиотский! Как они не понимают, что всё это было только на пользу Михаилу, и последние события как раз подтверждали его правоту! Сын изменился, повзрослел, набрался уверенности в себе и смелости. Дар пробудил. Борзый только слишком стал, но разве это плохо? Надо только его эту борзоту как-то направить в нужное русло, и заставить вернуться в род. Вот только как это сделать, если он совсем отбился от рук? Ещё и Герои эти поддержали его…

Граф даже сам не мог понять, чего у него сейчас больше. Гордости за сына, или раздражения на его непослушание?

В то, что жена и дети всё же уйдут, он не верил. Точнее, думал, что они слишком плохо себе представляют себе последствия этого шага. Он же тогда заблокирует все счета жены и детей, а сыновей тут же попрут из этих их боёв без правил, про которые он отлично знал. Да и другие нюансы были. Надо будет только, чтобы кто-нибудь из родственников объяснил им все последствия их возможного поступка.

Но с младшим сыном тоже, конечно, что-то нужно было делать. Слишком долго он уже гуляет на свободе, пора было как-то в стойло загнать. Но как? Как сделать так, чтобы он сам этого захотел, а не шёл из-под палки, затаив злобу?

Граф даже сам себе не решался признаться, что допустил ряд ошибок, когда исполнял свой план в отношении сына. Не так всё нужно было делать. Совсем не так.

— Ваше сиятельство, — показалась в дверях голова его помощника, — Вы просили докладывать, если будут какие-либо важные новости про вашего младшего сына.

— Говори, — откинулся на спинку кресла глава рода, — И войди уже нормально! Что случилось?

— На сегодняшнем балу у него произошёл конфликт с Сергеем Червоным. Дело чуть не дошло до дуэли, и только вмешательство губернатора предотвратило её. Но я не исключаю, что Червоный может что-то задумать. Вы же сами знаете, из какого злопамятного он рода, — вкрадчиво произнёс помощник, подойдя к столу, и держа в руках папку с бумагами.

— Сергей Червоный? — задумчиво протянул граф, — Это не тот ли сильный маг, у которого был уже десяток дуэлей, из всех которых он вышел победителем, и отличившийся в конфликте с китайцами пару лет назад?

— Именно он, ваша светлость, — кивнул помощник, — Вот тут все подробности произошедшего, включая текст беседы, — положил он перед главой папку.

Тот придвинул её к себе, и стал бегло пролистывать, останавливаясь лишь на некоторых моментах.

— Бред какой-то… — озадаченно произнёс он, до листав до конца, и удивлённо взглянул на помощника, — С чего он так завёлся-то? Мне казалось, что он не такой уж идиот, чтобы нести подобное. Да, пьян, понимаю, но это тоже не может же служить оправданием подобному? А сын, конечно, молодец… Не стерпел, и остудил слегка идиота, не испугался… — довольно улыбнулся он, но тут же нахмурился, — Так ты думаешь, что на этом конфликт не исчерпан, и от этого лейтенанта нужно ждать неприятностей?

— Скажем так, наши аналитики этого не исключают, — уклончиво ответил помощник.

— Так! — устало потёр лицо граф, — Пригласите-ка ко мне этого Червоного завтра на беседу. Думаю, стоит ему объяснить, что он сейчас по краю ходит. Формально, конечно, род теперь не имеет отношения к Михаилу, но подобных оскорблений в отношении него я не допущу!

Глава 6

— Привет! Долго ждёшь? — радостно помахала мне Аня, и уселась напротив меня за столик небольшого кафе, в котором, несмотря на раннее утро, было уже довольно много посетителей.

— Привет. Да вот только пришёл. Ещё даже заказ сделать не успел. Ты что будешь? — поинтересовался я, листая меню, и тщательно скрывая своё раздражение.

Честно говоря, мне было очень влом сюда тащиться, и я с гораздо большим удовольствием поспал бы. Вчера был очень насыщенный день, домой я вернулся поздно, а с утра пришлось вставать и тащиться на встречу с этой дамой, которая, понимаешь, решила меня так отблагодарить за своё спасение. Уж лучше бы она в благодарность за своё спасение просто забыла про меня…

— Я капучино буду, и, пожалуй, фисташковый рулет возьму. Для фигуры это, конечно, не очень хорошо, но разочек можно себя и побаловать, верно? — весело произнесла она, выпрямляясь, выпятив вперёд большую грудь, и показывая, как платье выгодно подчёркивает её узкую талию, явно напрашиваясь на комплимент, но я промолчал.

— А я, пожалуй, чай возьму, — пробормотал я, усиленно глядя в меню, чтобы не пялиться на свою собеседницу, — Ну, и пару пирожков с картошкой к нему. На этом всё.

— Да ты не скромничай! Если за деньги переживаешь, то напоминаю, что сегодня я угощаю. Можешь ни в чём себе не отказывать, — рассмеялась она, и положила руку на мою, которая до этого спокойно лежала на столе.

Я на секунду замер, растерявшись и не зная, как на это реагировать, но всё же аккуратно убрал свою руку из-под её. Странная какая-то… Неужто её и впрямь школьник заинтересовал? Может, она педофилка? Я, конечно, выгляжу старше своего возраста, но не на столько же, чтобы вызывать интерес у девушек за двадцать?

— Ещё и скромный такой… — чуть ли не промурлыкала она, — Или… Я тебе не нравлюсь?

Ого, да она, прям, в лобовую атаку пошла!

— Я прошу прощения, молодые люди, что вмешиваюсь в вашу беседу, но прошу вас, Михаил, уделить мне буквально пару минут… — избавил меня тут от необходимости отвечать тот военный с бала, решительно подойдя к нашему столику, и коротко поклонившись мне и Ане. И как он, интересно, меня тут нашёл?

— Что случилось, лейтенант? Зачем вам понадобился мой спутник? — нахмурилась тут вдруг девушка, весьма недобро глянув на него.

— О, поверьте, я не собираюсь вам мешать. Моё дело займёт буквально пару минут. Вы же не против, Михаил? — перевёл он взгляд на меня.

— Слушаю вас, — сухо ответил я, подозревая, что этот тип хочет продолжить тему дуэли. Вот ведь докопался, урод. И что ему неймётся? Мало, что ли, ему губернатор вчера втык дал? Похоже, придётся всё же драться.

— Я хотел бы принести вам извинения за вчерашний вечер, — неожиданно произнёс он, изрядно меня удивив. Чего я точно не ожидал, так это извинений. Похоже, не зря я всё же согласился на эту встречу в кафе. Только ради этого стоило пойти.

— Сам не знаю, что на меня нашло. То ли выпил лишнего, то ли плохое настроение сказалось, то ли её что, но это на самом деле и неважно. Меня это не оправдывает, — продолжал он, — Важно лишь то, что я повёл себя недостойно, и хотел бы как-то загладить свою вину, а потому, в знак примирения, хотел бы сделать вам небольшой подарок, — с этими словами он достал из кармана небольшую деревянную шкатулку.

— Да не стоит, господин Червоный, — попытался отказаться я, — Это уже лишнее. Я принимаю ваши извинения.

— И всё же я настаиваю, — решительно отрезал он, положив её передо мной, — Я виноват перед вами, и, надеюсь, мой подарок хоть немного искупит эту вину. Откройте.

Я вздохнул, но дальше спорить не стал. Честно говоря, мне и самому интересно стало, что он там приволок. Коробочка была совсем небольшая, со сторонами максимум сантиметров шесть каждая. Чёрная, без всяких узоров и украшений. Я не стал тянуть время, открыл её, и внутри обнаружился массивный мужской перстень жёлтого цвета, с каким-то красным камнем. Рубин, что ли? И явно золотой. Вот только я не был любителем подобных украшений.

— Это непростой перстень, — торопливо произнёс он, похоже, догадавшись, что я собираюсь отказаться от его подарка, — Это защитный артефакт довольно высокого уровня. Я знаю, что вы, Берсерки, довольно устойчивы как к магическому, так и к физическому воздействию, но это только тогда, когда вы находитесь в боевой форме. Перстень же защитит вас в любой ситуации. То есть, у вас будет время принять боевую форму в случае внезапной заварушки не опасаясь, что с вами что-то случится в этот промежуток времени. Защита активируется автоматически при любом виде нападения, и будет действовать минут пять.

Он, кстати, многоразовый, самовосстанавливающийся. Размер подгоняется под владельца автоматически при надевании на палец. Можете надеть, попробовать.

Я на секунду замялся, так как мне показалось не очень хорошей идеей принимать подарки от того, с кем вчера чуть ли не насмерть должен был драться, но потом решил, что вряд ли он решил бы что-то со мной сделать в присутствии множества свидетелей, и надел перстень на средний палец правой руки, и он село как влитой, хотя, когда я его надевал, он явно был намного больше пальца.

— А тебе идёт, — хихикнула девушка, с интересом его рассматривая.

— Спасибо… — задумчиво ответил я, рассматривая его. И вот как мне узнать, на что оно вообще способно, и не подстава ли это со стороны этого военного? Вот понадеюсь на него перед дракой, а оно раз — и не сработает. Нет, пожалуй, рассчитывать я на него не буду.

И тут вдруг что-то с огромной силой ударило меня в грудь, сбив с ног и откинув на пару метров назад, из-за чего я влетел в соседний столик. Хорошо ещё, что там никого не было.

— Что это было? — прокряхтел я как старый дед, сползая со стола, и ощупывая свою грудь в поисках следов удара, но там ничего не было, — Господин Червоный, если вы решили продемонстрировать мне работу вашего перстня, то можно было это помягче сделать, ну, и предупредить не мешало бы.

— Ложись, придурок! Работает снайпер! — рявкнул он, и только тут я заметил, что они с Аней уже находились на полу, а часть посетителей кафе в панике ломятся наружу через дверь.

Я рыбкой нырнул на пол, и каким-то шестым чувством почувствовал, что над моей макушкой что-то пролетело на огромной скорости, после чего сзади раздался звон разбитого зеркала, которое висело на стене, находившейся напротив окна.

— А зачем мне лежать-то? У меня же защита! — уже упав, сообразил я.

— Затем, что мы не знаем, какой боеприпас против тебя используют! — рыкнул с пола Червоный, — Это тебе не удары от монстров принимать! Там-то всё проще. Здесь же если против тебя применят артефактные пули, то и защита не поможет. Кому ты так насолил-то, что на тебя наёмников натравили?

— Да кроме тебя, вроде, больше никому, — озадаченно отозвался я, и только потом вспомнил сначала про Лухина, а следом и про Васнецову. От них обоих вполне можно было любой гадости ожидать.

Виртумм пискнул, и выдал сообщение, что в полицию ушло уведомление о произошедшем нападении.

— И долго нам так валяться? — подала тут голос Аня, опасливо глянув в сторону окна, где чётко были видны два отверстия от пуль.

— Думаю, что уже всё, — с сомнением произнёс лейтенант, — Снайперы в таком случае не сидят долго в засаде. Два, максимум, три выстрела, и покидают позицию. Почти уверен, что он уже уносит ноги оттуда. Знает, что вот-вот полиция должна прибыть. Но лучше всё же до её прибытия не высовываться от греха.

— А вам-то зачем тут торчать? Это же явно на меня охота, — не понял я.

— Так-то да, но кто знает, что у него в голове? Если это не обычный наёмник, а кто-то, кому ты сильно досадил чем-то, то он может и на твоих близких отыграться. Решит ещё, что мы твои друзья, и привет! Нет уж. Лучше не рисковать так глупо, и переждать, — неожиданно выдал довольно здравую мысль Червоный.

И мы бы так и сделали, если бы нам это дали…

* * *

— Всем лежать! — рявкнули вдруг от двери, и раздалась автоматная очередь, после которой те немногочисленные посетители, кто ещё не покинул кафе, попадали на пол.

— Это ещё кто? — удивлённо пробормотал Червоный, я оглянулся, и увидел, как кафе начало наполняться людьми в какой-то чёрной форме, бронежилетах, балаклавах, и с короткоствольными автоматами в руках.

Они быстро рассредоточились по кафе, и проверяли всех посетителей, и я как-то сразу понял, что ищут они меня…

— Вон он! — заметил вдруг один из них меня, и без всяких лишних слов выпустил в мою сторону очередь. Защита, слава богу, справилась, и я ощутил лишь несколько лёгких толчков, но что-то надо было срочно что-то делать, так как остальные сразу же кинулись ко мне, а я почему-то всё никак не мог запустить процесс трансформации.

— Недостаточный уровень адреналина в крови! — выдал опять виртумм.

— Да ты издеваешься! — взвыл я, опрокидывая перед собой стол. Так себе защита, конечно, но хоть что-то.

Вдруг раздался громкий треск, в воздухе запахло озоном, и что-то громко жахнуло, сверкнули вспышки молний, и сразу нескольких нападавших разметало в разные стороны. Правда, покопошившись несколько секунд на полу, они опять начали вставать.

— А неплохая у них защита от магии. Но это им не поможет, — как-то холодно произнёс лейтенант, подойдя ко мне. Оставшиеся на ногах нападавшие открыли по нему шквальный огонь, но пули искрами вспыхивали рядом с ним, не причиняя ему не малейшего вреда. Видимо, успел какую-то защиту активировать.

Он сделал ленивый жест рукой, слегка махнув ей в их сторону, и сразу с десяток молний рванули в их сторону, и их буквально снесло, разметав по кафе, снося на пути столы, стулья и весь остальной интерьер.

— Чур ремонт за твой счёт! — поспешно сказал я, оценив масштаб бедствия. Кафе было разгромлено уже почти полностью, и я не сомневался, что его владелец попытается отремонтировать его за наш счёт.

— Оно наверняка застраховано, — беспечно отмахнулся он, поднял руку, и опять засверкали молнии. Странно, что это ещё к пожару не привело.

— Ты! Урод! А ну на месте застыл, или я прострелю вашей девке голову! — донёсся вдруг до нас истеричный крик сбоку, и оглянувшись, мы увидели, как один из нападавших обхватил за шею одной рукой Анну, а другой приставил к её голове пистолет, — Мне нужен только пацан, ты же можешь валить! — великодушно отпустил он Червоного, который, впрочем, не торопился воспользоваться столь щедрым предложением, и мрачно смотрел на убийцу.

— Слышь, пацан, если хочешь, чтобы я сохранил её жизнь, лучше сам дай убить себя. Ну, или сам себя убей, мне это не принципиально. Только думай быстрее, у тебя тридцать секунд! — переключился он на меня.

— Слышь, идиот, у нас нет этих тридцати секунд! Тут сейчас полиция будет! — раздражённо крикнул ему один из его чёрных приятелей, выпуская в меня очередную очередь, всё так же не причинившую мне ни малейшего вреда, — Валить надо отсюда! И срочно!

— Быстрее, щенок! Или я сейчас вынесу её мозги! — рявкнул первый, нервно оглядываясь на товарищей, которые явно не собирались ждать конца представления, и организованно направились к выходу.

— Да мне-то что? Стреляй, — равнодушно ответил я, — Я её сегодня второй раз в жизни вижу, и уж точно не собираюсь менять свою жизнь на её.

— Ну, вы тут развлекайтесь пока, а я пойду-ка провожу наших гостей, — как-то хищно произнёс тут Червоный, и рванул к дверям, явно собираясь не дать уйти нападавшим. И уже через секунду на улице затрещали молнии, а где-то вдалеке взвыли сигналы полицейских автомобилей.

— Ты думаешь, я шучу? — с силой вдавил он ствол пистолета в голову девушки, от чего та даже поморщилась.

— Да ты задолбал! — вдруг неожиданно рявкнула она, а дальше я даже не понял, что произошло. Девушка действовала настолько быстро, что я буквально не успевал за ней следить. Всего за пару резких движений она вывернулась из захвата, обезоружила противника, и пробила ему с локтя в горло, а потом коленом в пах. В общем, всё действие заняло буквально секунду, и нападавший упал на пол, скрючившись от боли.

— Слушай, а ты вообще кто и что тебе от меня надо? — спокойно спросил я у стоявшей напротив меня девушки, — Что-то мне подсказывает, что с теми нападавшими, от которых я тебя типа спас, ты бы и сама прекрасно справилась. Кто ты, Аня? Если тебя, конечно, вообще так зовут.

* * *

— Какое-то странное нападение, если честно. Сумбурное, неподготовленное. Не понимаю, на что они вообще рассчитывали? — размышлял я вслух, пока мы с девушкой прогуливались по небольшому парку.

Аня была молчалива и задумчива, явно пытаясь настроиться на непростой разговор. Это она, кстати, предложила выбраться сюда и спокойно поговорить без лишних ушей.

Большей части нападавших удалось сбежать, но парочку Червоный всё же захватил и сдал на руки подъехавшей полиции, которая забрала и нашего клиента.

— На неожиданность, — пожала плечами девушка, — Видимо планировали убить тебя до того, как ты перейдёшь в боевую форму, и у них почти получилось. Если бы не подаренный артефакт, тебя убили бы первым же выстрелом. Вот нападение на кафе потом они зря затеяли. Явно не профессионалы. Любители какие-то. Я бы, если бы затея со снайпером провалилась, не стала бы продолжать сегодня, не зная, что из себя представляют те люди, которые находятся рядом с тобой. Выбрала бы другой день и место, когда ты был бы один. Тут же они очень спешили. Похоже, им поставили задачу убить тебя именно сегодня, крайне ограничив в сроках. Почему-то заказчик очень торопится.

— Надеюсь, полиция сможет выяснить, кто их нанял, — нахмурился я, невольно представив, что бы со мной было, если бы не этот перстень, который очень выручил меня. Ну, и очень напрягал тот момент, что уже второй раз моя способность не срабатывала, и я в упор не представлял, что мне с этим делать. Что за фигня творится с моим адреналином? И как сделать так, чтобы гарантированно его повысить в таких случаях? Надо бы узнать, может, инъекции какие есть для его повышения? Вколол в ногу, например, и отправился подвиги совершать. Намного удобнее, чем надеяться на то, что способность сама сработает.

— Вряд ли, — покачала головой девушка, плотнее запахнув пальто, и глядя в затянутое тучами небо, — Они обычные исполнители, и наверняка не знают заказчика. Скорее всего, получили заказ через Паутину, и все следы уже там почищены. Не думаю, что полиция сумеет на него выйти. Лучше думай, кому ты так не угодил. Сомневаюсь, что у тебя много таких врагов, готовых тебя убить. И думай быстрее. Сегодня тебе просто повезло, что рядом лейтенант оказался. Если бы не он — ты не пережил бы это нападение. И почему ты не принял свою боевую форму? Чего ждал?

— Ты мне лучше уже расскажи, кто ты, и что тебе от меня надо? — сменил тему я, — Я уже понял, что-то нападение было не настоящим, да и знания у тебя более специфичные. Кто ты? Агент спецслужб?

— Ну, что-то вроде того, — поёжилась девушка, — Вообще-то, я не имею права тебе это рассказывать, но, похоже, выбора у меня другого нет. Попробую слегка открыться тебе. Надеюсь, ты оценишь это и пойдёшь мне навстречу в моей просьбе. Я действительно представитель одной из спецслужб, но не могу тебе сообщить, какой именно. Скажу только, что мы занимаемся прорывами и проникающими в наш мир существами. Именно к нам поступают все выжившие гости нашего мира, и мы их изучаем. Недавно один из этих гостей смог сбежать из нашей лаборатории, и скрылся в районе той больницы, где ты недавно находился. Одной из способностей объекта является то, что он умеет вселяться в людей, так что, мы думаем, что он спрятался в ком-то, кто находился в тот момент на территории больницы. Мы скрытно проверили уже весь персонал и находившихся там тогда пациентов за исключением тебя. Поэтому, если ты не возражаешь, я бы хотела проверить тебя. Много времени эта процедура не займёт, буквально пару минут. Что скажешь?

Глава 7

— Скажу, что мне очень не нравится эта идея, — нахмурился я, — Я тебя вижу в третий раз сегодня, ничего практически о тебе не знаю, и о твоей работе на какую-то там спецслужбу услышал только от тебя, без малейшего подтверждения твоим словам. А что если, ты с какой-то целью мне врёшь? Что если это твоя проверка причинит мне какой-то вред? Как я вообще могу доверять тебе? Может, ты хотя бы своё удостоверение покажешь?

— Не имею права, — вздохнула девушка, — Да и нет его у меня с собой. Я никогда не беру его на дело. Даже не знаю, как тебя убедить в том, что я не обманываю. Могу только одно сказать, что моё начальство от тебя не отстанет, и всё равно найдёт способ проверить тебя, вот только условия будут совсем другие условия. Командование уже психует. Дело может закончиться тем, что тебя просто выкрадут, отвезут в лабораторию, и вот там весьма тщательно обследуют. Причём, неизвестно, сколько тебя там продержат. Ты сейчас ни в каком роду не состоишь, так что заступиться за тебя некому будет. Герои, разве что, твои, но они для моего руководства не авторитетны. Ты уверен, что хочешь, чтобы до этого дошло?

— Не уверен, — поёжился я, — Что хоть представляет из себя эта твоя проверка?

— Да ничего особенного, — явно обрадовалась девушка, — У меня есть артефакт, с помощью которого я тебя обследую. Там ничего страшного, просто проведу его вдоль тела. Это займёт буквально пару минут!

— А как он влияет на высокотехнологичные устройства? Не сломает? — поинтересовался я. Кое-какая идея забрезжила у меня в голове.

— Не должен, — как-то неуверенно произнесла она, — Пока никаких проблем не было.

— Как-то это неубедительно прозвучало, а у меня не так много денег, чтобы купить себе новый виртумм, например, если он сломается. Потому предлагаю поступить так, — я решительно снял устройство и положил его на лавочку, мимо которой мы как раз проходили.

— Виртумм пусть тут полежит, пока ты меня обследовать будешь. Ты же не против? — с безразличным видом спросил я у неё.

— То есть, ты разрешаешь мне себя проверить? — обрадовалась она, — Конечно, не против. Объект вселяется в живые объекты, а механизмы и устройства к ним не относятся. Я сейчас, — залезла она в сумку и стала там что-то искать. Через пару минут поиски увенчались успехом, и она вытащила что-то вроде монеты или медальона. Для монеты, пожалуй, большевато, сантиметров восемь в диаметре. Скорее всё же медальон, или что-то вроде того. Такой же круглый и плоский, на одной из сторон которого я успел разглядеть что-то, похожее на солнце.

— Так. Замри и постарайся не шевелиться, — скомандовала она, подойдя ко мне, и начала водить им вдоль тела, начав почему-то с кончиков пальцев правой руки, постепенно, сантиметр за сантиметром перебираясь выше, сосредоточенно глядя на артефакт.

В обещанные две минуты она, конечно, не уложилась, но за пять справилась. Артефакт не подавал никаких признаков жизни, так что я понятия не имел, обнаружил он что-то или нет.

— Всё, закончили, — прокряхтела она, вставая, так как в последнюю очередь проверяла ступни, — Спасибо за сотрудничество!

— Так что, прошёл я проверку? — улыбнулся я, надевая виртумм.

— Без всяких сомнений, да, — серьёзно кивнула она, убирая свой артефакт в сумку, — Ни малейшего сигнала. Видимо, объект вселился в кого-то другого, и кто-то из моих коллег, значит, недоработал. Впрочем, это уже наши проблемы. Доложу начальству, пусть думает. Ещё раз спасибо тебе! — решительно протянула она мне руку, которую я осторожно пожал, — Была рада знакомству, надеюсь, ещё увидимся.

Она крепко пожала мне руку, улыбнулась, и быстрым шагом пошла прочь. Вот и вся любовь, в общем.

— А зовут-то тебя хоть и правда Аня? — крикнул я ей уже вслед, но она не ответила. На ходу лишь обернулась, махнула рукой, улыбнулась, и пошла дальше.

— Вот так всегда. Как только девушка получает от тебя то, что хотела, ты сразу становишься ненужным. И слава богу, — мысленно перекрестился я, надеясь, что больше я её не увижу, и перевёл взгляд на виртумм.

— Ну, здравствуй, объект. Ничего не хочешь мне сказать?

Тот лишь пискнул в ответ, и, клянусь, я отчётливо услышал насмешку в этом писке.

* * *

— А сейчас встречайте на этой сцене Нику! Нашего ледяного мага, способного заморозить любого монстра! Она очень немногословная девушка, но с радостью даст автограф любому, кто купил плакат с её фотографией! Также вы можете сфотографироваться с ней, но чуть позже, у супергеройского стенда. А пока давайте встретим её бурными аплодисментами! — разорялась в микрофон Аня. Не та, которая из спецслужб, а глава недавно созданного моего фанклуба.

Уж не знаю, каким образом она добилась того, чтобы именно её выбрали ведущей этого вечера, но пока, на мой взгляд, она справлялась очень даже неплохо. На сцене не терялась, за словом в карман не лезла, и весьма умело манипулировала собравшимися тут несколькими сотнями человек.

И да, Альберт очень энергично взялся за реализацию моей идеи по поводу встреч с фанатами, и организовал всё очень быстро. Уже в тот же день, когда на меня напали в кафе, он мне сообщил, что в пятницу состоится первый вечер встречи героев с фанатами, и меня привлекли к подготовке арендованного помещения к мероприятию, где я и пропадал целыми днями, за исключением тех дней, когда меня вызывали на допросы в полицию по поводу произошедшего нападения.

Как правильно тогда предположила Анна, организаторов так и не нашли, и меня предупредили, что нападение может повториться, в связи с чем, за мной теперь почти всё время приглядывала полиция. Даже сейчас одна из машин стояла у выхода в здание, да и тут, в толпе, затесались пара полицейских, хоть я и не понимал в упор, чем они смогут помочь при нападении.

Толпа радостно взревела при виде нерешительно поднимающейся на сцену Ники, в глазах которой читался настоящий ужас, и разразилась оглушительными аплодисментами.

— Если бы ты только знал, чего мне стоило притащить её сюда… — проворчала Астра, которая была слегка не в духе из-за того, что Альберт запретил на этом мероприятии любой алкоголь, — Чуть ли не шантаж пришлось использовать. Сказала, что ты после этого мероприятия будешь праздничный ужин устраивать, где будут стейки, но ей не дадим, если не пойдёт. Только тогда и согласилась.

— Я, кстати, забыл спросить, а с каких пор она вообще вдруг стала есть мясо? — поинтересовался я, воспользовавшись тем, что все посетители сейчас сосредоточили всё своё внимание на сцену, отстав от нас с Астрой. Замучили уже, честно говоря, своими вопросами и просьбами сфотографироваться или дать автограф.

Хитрожопые Альберт с Героикой умчались по каким-то организационным делам, и пришлось отдуваться нам с опекуншей, ну, и Громобою, который был абсолютно счастлив от обрушившегося на него внимания, и даже сейчас был окружён целой толпой девушек.

— С недавних, — пожала плечами Астра, не сводя глаз со сцены, где Ника скомканно отвечала на вопросы зрителей, — Сама в шоке была. Помнишь прорыв, который случился, когда ты в детдоме был? Ну, там, где эти твари с щупальцами были? Ей там тяжело пришлось… Можно сказать, чудом уцелела. Вот тогда, как домой пришла, сразу вдруг мяса запросила жареного. Я аж охренела слегка. Пришлось в кафе идти, так как дома, естественно, не было ничего. Там она под мясо вина белого выпила, ну, и разговорилась слегка. Оказывается, она раньше очень любила жареное мясо, но после одного случая в городе, где она жила до этого, мясо она есть перестала. В подробности она не вдавалась, сказала лишь, что столько крови и разорванных тел увидела, что одна лишь мысль о мясе стала вызывать у неё тошноту. А после тех тварей с щупальцами, которые чуть не порвали её, она вдруг задумалась о том, как скоротечна наша жизнь. Что в любой момент её может не стать, а она, по сути, и не живёт полной жизнью, во многом себя ограничивая. Я сейчас не только о мясе говорю. Омерзение у неё вдруг к этому делу прошло, и теперь она живёт на полную. Точнее, пытается жить. Не поверишь, даже на свидание как-то раз сходила. Правда, судя по всему, неудачное, так как рассказывать о нём она ничего не стала и больше не ходила, но начало-то положено! Прикинь? Да и сам видишь, что она меняется, — кивнула она тут на сцену, где Ника, вымученно улыбаясь, всё ещё что-то говорила, хоть и тихо.

— Хрена с два она ещё месяц назад на подобное согласилась бы, — мягко улыбнулась Астра, глядя на подругу.

— Понятно… — задумчиво пробормотал я, глядя как-то по-другому на нашу снежную королеву.

— Вот вы где! — вырвал меня из размышлений голос подошедшего к нам Альберта, — Астра, готовься, следующая ты пойдёшь. Иди ближе к сцене.

— А почему я-то? — удивилась девушка, и явно занервничала, — Я же после Громобоя должна была пойти? Я не готова ещё!

— Громобой в отказ пошёл. Сказал, что пока всем желающим не подпишет плакаты и не сфотографируется, никуда не пойдёт. Мол, не может обмануть ожидание своих поклонниц! Идиот… — тяжело вздохнул наш шеф, — Так что хоть ты давай мне нервы не делай тут!

— Блин… Я же даже не знаю, что сказать… Что-то как-то стрёмно мне, — совсем запаниковала Астра. Никогда её в таком состоянии не видел. Похоже, у кое кого была боязнь сцены.

— Давайте, я следующим выйду, — вдруг неожиданно даже для самого себя предложил я, — А Астра пока настроится.

— Ну, я не возражаю. Справишься? — с каким-то сомнением глянул на меня Альберт.

— Да без проблем, — отмахнулся я, — Не вижу сложностей. Это же не с речью выступать. Так, постоять на сцене, на вопросы ответить, да свалить. Делов-то.

— Вот! Учись! — кивнул шеф Астре на меня, — Школьник, а ничего не боится. Тебе стыдно должно быть.

— Я тоже ничего не боюсь, — проворчала девушка, — Так, мандражирую слегка.

— Ладно, ты давай тут заканчивай со своим мандражем, а ты немного времени потяни, — сказал он ей, а потом обратился он ко мне, — Минут пятнадцать там побудь, пусть она в себя успеет прийти. И иди уже. А то что-то Ника там совсем бледная стала. Как бы в обморок не грохнулась. Сейчас дам команду, чтобы её отпускали.

— А как в целом-то? Нормально всё? Довольны? — спросил я шефа уже на ходу.

— Во! — показал он мне большой палец, — Шикарная идея! Плакаты и сувениры уже все разобрали! Билетов пятьсот штук выпустили, так тоже все разошлись! В следующий раз надо будет побольше зал найти. Тут совсем мало места. Но для первого раза всё просто здорово! Всё, я побежал. А ты давай там, покажи класс, — махнул он мне на прощание, и скрылся в толпе.

* * *

— Всем привет! — помахал я рукой со сцены народу, столпившемуся у сцены, и тот радостно замахал мне в ответ, зааплодировал, и даже кое-кто засвистел.

— Я, конечно, не герой, а только учусь, но всё же рад приветствовать на нашем вечере, и надеюсь, что скучать вам тут не приходится. Так как, не заскучали? — рявкнул я в микрофон, и из толпы понеслись крики, что, мол, нет, всё в порядке, и давай, типа, жги дальше.

— Вот и отлично, — улыбнулся я, — В таком случае, пока следующая участница набирается духу, чтобы выйти к вам сюда на растерзание, я готов ответить на ваши вопросы, ну, если, конечно, они у вас ко мне есть.

— Есть! — завопили из толпы сразу несколько человек, а к специально установленному у сцены микрофону выстроилась целая очередь, и первой в ней оказалась девочка, лет двенадцати на вид.

— Привет! — поприветствовал я её, — Тебя как зовут?

— Вика, — робко представилась та.

— Очень приятно. Ну, а как меня зовут, ты уже знаешь, — подмигнул я ей, отчего она аж покраснела, — Так какой у тебя вопрос, Вика?

— У меня вопрос такой, — как прилежная ученица начала она, — Я знаю, что ты пока не состоишь в рядах героев, хотя и помогал им несколько раз при Прорывах. Скажи, какие у тебя планы на будущее? Вот закончишь ты школу, и что дальше? Поступишь куда-то учиться, и куда, если планируешь, и собираешься ли ты со временем тоже стать Героем?

— Я… — начал я, и замялся. Вот что ей сказать? Я сам ещё без понятия, что будет дальше. В герои идти мне не хотелось, но чем буду заниматься, я пока тоже не представлял. Даже не думал ещё об этом. В последнее время столько событий было, что мне даже некогда пока было думать об этом. Но что-то отвечать всё же нужно было.

— Я думаю, что… — нерешительно продолжил я, и…

— ВНИМАНИЕ! Под сценой обнаружено взрывное устройство, мощностью пятьдесят килограмм в тротиловом эквиваленте! — оборвал вдруг мою речь виртумм весьма неожиданным сообщением, и перед моим лицом оказалось схематичное изображение сцены, с красной точкой под ней. Прямо по середине.

— До взрыва осталось тридцать… двадцать девять… двадцать восемь…

— Народ, в здании бомба, бегом все на выход! — только и оставалось мне, что громко рявкнуть в микрофон в ужасе, и кидаясь к отмеченному месту.

— Астра, Ника! Это не шутка, выводите людей! Тут скоро всё взлетит на воздух! — заорал я, увидев, что люди никуда не торопятся, явно расценив мои слова как дурацкую шутку.

Дальше я уже за ними не следил, с отчаянием пытаясь трансформироваться. К счастью, в этот раз всё получилось, и меня почти мгновенно раздуло от мускулов, порвавших мне почти всю одежду. Видимо, в этот раз с адреналином всё было в порядке. Даже более чем в порядке, судя по всему…

Я мгновенно рухнул на пол, нанося удары сумасшедшей силы по деревянным доскам, не обращая внимания на летящие во все стороны щепки.

— Пятнадцать… четырнадцать…

С диким рёвом я обрушил ещё один удар, после которого в полу образовалось отверстие, через которое уже можно было попытаться влезть, и я буквально ужом ввинтился в него.

— Восемь… семь…

Здоровенное устройство, окутанное проводами, я увидел практически сразу, благодаря горевшей на нём красной лампе. Вынести отсюда я бы его уже никак не успел.

Мне ничего не оставалось сделать, как обнять его, и молиться всем богам, чтобы перстень сработал как надо, и чтобы я хоть как-то смог смягчить своим телом взрыв.

— Два… один… — закончило свой отсчёт бездушное устройство, и меня буквально оглушил взрыв колоссальной силы и громкости, после которого я с огромной скоростью взлетел вверх, прошибив спиной сцену, и долетел почти до потолка, с ужасом наблюдая за разверзшимся внизу адом…

Интерлюдия

— Второй! Жду доклад. Что там с проверкой Гончарова? Уже давно все сроки вышли! Долго мы ещё на месте будем топтаться?

— Господин генерал, седьмая отчиталась, что завершила проверку, объекта у Гончарова не обнаружено.

— Вашу ж мать! Это точно? Ошибки быть не может?

— Никак нет, господин генерал. По словам седьмой, ошибка исключена. И я склонен ей верить.

— Но не мог же объект испариться? Значит, ошибся кто-то другой! Я приказываю ещё раз проверить всех пациентов и врачей! Скорее всего, кто-то из проверяющих недоработал, а значит, надо в этот раз привлечь других людей на проверку. Ищите, проверяйте, землю ройте, но найдите мне объект!

— Слушаюсь, господин генерал! Но это опять займёт довольно много времени…

— Времени нет! Разрешаю действовать более жёстко! Соберите всех врачей в больнице, и устройте осмотр сразу всем! Придумайте какой-то повод. Хоть эпидемию чумы, мне без разницы! Кстати… А это ведь идея… Отставить, слушай новую вводную. Под предлогом выявленного нового вируса с длительным инкубационным периодом, всех больных и пациентов, которые в ту ночь находились в больнице, в принудительном порядке отправить в нашу лабораторию под городом. Всем говорить, что они отправляются в изоляцию. Хватит с ними церемониться! Действовать жёстко и решительно! Будут оказывать сопротивление — заставлять силой! Всё понял, второй?

— Так точно, господин генерал! Вот только…

— Что ещё⁇

— Слишком много времени прошло с того дня… Все они контактировали с другими людьми… Тогда для достоверности надо все их контакты туда же отправлять, но так получится слишком много людей…

— Да плевать, кто там и что подумает. Действуйте как я сказал!

— Есть! А Гончарова тоже туда?

— А чем он лучше других? Да, его тоже. Сразу всех проверим, и закроем уже это дело. Сколько можно уже объект искать? Меня из центра уже каждый день с этим объектом достают. Ещё чуть-чуть, и нас всех в отставку отправят. Так что действуй!

— Есть!

Глава 8

Я сидел тихо в углу комнаты, и наблюдал за работой врачей из скорой помощи, и работы им тут было прилично… Несмотря на то, что какую-то часть взрыва я всё же погасил своим телом, и то, что многие успели отойти от сцены, уже сейчас было известно о двадцати шести погибших, и более сотни раненых человек.

И почти все они ещё практически дети… Сейчас я не думал о том, что по сути я младше многих из них, для меня все они были детьми. Причём, детьми, которые, скорее всего, пострадали из-за меня, и теперь чувство вины буквально разъедало меня изнутри, как и дикая ярость.

Я специально отошёл подальше, чтобы не дай бог не сорваться на кого-нибудь. В данную секунду меня мог вывести из себя любой пустяк. А ещё я усиленно размышлял, кто же мог это устроить, и совпадение ли то, что взрыв произошёл тогда, когда именно я был на сцене.

Не исключено, конечно, что это просто так совпало, и целью покушения был удар по всем героям, но что-то внутри меня кричало, что нет… Ударить хотели именно по мне. Кто-то очень хотел уничтожить меня, причём, с гарантией, и не считаясь с возможными жертвами.

Осталось понять, кто же именно так желает мне смерти? Лухин? Сомневаюсь. Он меня, конечно, ненавидит, но вряд ли настолько, чтобы устроить целый теракт с большим количеством жертв. Он бы, скорее, предпочёл лично со мной разобраться. Нет, тут явно постарался тот, кому по какой-то причине я очень мешал, а из таких я знал только одного человека — Васнецову…

Неужели она так дорожит своей тайной, что готова ради её сохранения убивать даже не имеющих никакого отношения к этому делу детей? И что мне теперь делать с ней? Рассказать в полиции? Но у меня нет доказательств. И как им объяснить, откуда я знаю про её ментальные возможности? По итогам разговора с Анной, ну, или как там её зовут на самом деле, я уже понял, что мне нельзя светить возможности своего виртумма, если не хочу, чтобы его у меня забрали. А этого я не хотел… Ещё неизвестно, ограничится ли тогда эта неизвестная мне служба им, или ещё и мной займётся.

И наверняка Васнецова на этом не остановится… Если я ничего не буду делать, то рано или поздно она до меня доберётся. А даже если и нет, то под угрозой будут все, кто находится рядом со мной. Нет, вопрос с девушкой надо закрывать, причём, кардинальным образом. После сегодняшнего происшествия она вполне заслужила смертную казнь, осталось только привести её в исполнение. Совесть в данном случае меня мучить точно не будет. Вот только это надо сделать как-то так, чтобы самому не подставиться и не оказаться за решёткой.

— С вами всё в порядке, молодой человек? — участливо спросил пожилой врач, подойдя ко мне.

— Да-да, я в порядке, — пробормотал я, — Лучше займитесь ранеными. Я цел.

— С ранеными мы разберёмся, а вот у вас явный стресс. Ну-ка… — тут он наклонился ко мне, и неожиданно вогнал мне в плечо шприц прямо через одежду.

— Что это? — вскинулся я, и попытался встать, но ноги вдруг отказали.

— Всё в порядке, не волнуйтесь, это всего лишь успокоительное, — заворковал он, похлопав меня по плечу, и внимательно оглядываясь по сторонам. Я попытался ещё что-то возразить, но на меня вдруг накатила сонливость, глаза закрылись сами собой, и я отключился.

* * *

— Что там ещё? — устало спросил глава героев, когда в дверь заглянула Героика, и зашла к нему.

Альберт сидел на табуретке, закрыв глаза, спиной привалившись к стене. Этот день хоть ещё и не закончился, но уже вымотал его неимоверно. Сначала помогал разгребать завалы и вытаскивать тела, потом полиция целый час допрашивала его, как организатора этого мероприятия. Потом его рвали на части родители пострадавших, различные организации, владелец здания, да много кто ещё…

Надо было ехать в офис, но у него уже просто не было сил. А ещё, стоило только закрыть глаза, как тут же лезли эти кошмарные воспоминания взрыва, и никак от них было не избавиться… Из героев никто не пострадал, но вот среди посетителей было очень много жертв. И их было бы намного больше, если бы Михаил каким-то чудом не узнал про взрыв, не предупредил их, и совершенно безумно не закрыл собой взрывное устройство. Если бы не всё это, то вряд ли тут сегодня вообще хоть кто-то выжил… По-хорошему, нужно бы расспросить Гончарова о произошедшем, но уж слишком у того был потерянный и ошеломлённый вид, так что Альберт распорядился, чтобы никто его не трогал. Пусть парень придёт немного в себя. Всё-таки, он ещё подросток, и подобное происшествие не могло не сказаться на его психике. Все разговоры подождут.

— Там журналисты тебя ждут, — нерешительно произнесла Героика, подойдя поближе к нему, — Хотят интервью у тебя взять о произошедшем.

— В жопу журналистов, — коротко, но ёмко выразился глава героев, даже не открывая глаз, — Падальщики… Всё сенсации им подавай. Обойдутся!

— Тебе всё равно придётся им хоть что-то сказать, — вздохнула девушка, — Не получится тут отсидеться. Не отстанут они от тебя. Сейчас они пока Громобоем заняты, но это ненадолго. Незаметно отсюда выбраться у тебя не выйдет.

— Наш Нарцисс уже и до журналистов добрался? Ну, тогда это надолго, и время у меня ещё есть, — чуть улыбнулся Альберт.

— Не думаю, — покачала головой девушка, — Он им не сильно-то интересен. Уже даже они очень хорошо понимают, что он из себя представляет. Им интересен именно ты. Ну, и Миша ещё, естественно.

— Как он там, кстати? — сменил тему лидер, открыл глаза, встал, и потянулся разминаясь.

— Да вроде, нормально. Ты же сказал его не трогать пока, вот мы и не лезли, хотя Астра пыталась, я её еле удержала. Им там врачи сейчас занимаются.

— Так он же абсолютно цел был. Что они с ним делают? — насторожился парень.

— Не знаю, — пожала плечами девушка, — Может, всё же, последствия какие-то были, а мы не заметили?

— Может, — согласился с ней Альберт, — Но мне казалось, что он абсолютно здоров. Физически, так точно. Может, что-то с психикой связано? Пошли, узнаем в чём дело… — и он довольно бодро двинулся к выходу.

— Ох, не о том сейчас шеф думает, — мысленно поморщилась Героика, но пошла за ним. Их босса сейчас ждали более неприятные вещи, чем возможная контузия сотрудника. Расследование происшествия, нападки родителей и журналистов, пристальное внимание властей — это только то, что на ум приходит. Слишком многие считали, что на мероприятии не была организована должным образом его безопасность, и что в случившимся во много виноват их глава, который допустил подобное. Недоброжелателей у него и без того хватало, и сейчас отбиться от всех этих нападок ему будет очень сложно…

— Я не понял, а где Михаил? — вырвал её из размышлений громкий голос шефа. Он стоял на середине уже почти пустого зала, и оглядывался по сторонам.

— Так его медики увезли, — объяснила подошедшая к нему Астра, — Сказали, что у него сильный стресс, и нужно какое-то время понаблюдать за ним. И даже меня не взяли с собой, хотя я его опекунша. Нет необходимости, сказали.

— Странно, с каких это пор у нас со стрессом госпитализируют? — удивился Альберт, — Ты узнала, в какую больницу его увезли?

— Нет, что-то я не подумала об этом… — виновато пробормотала девушка.

— Так узнай. И сообщи мне. И куда твоя подружка делась?

— Домой поехала. Я ей такси вызвала. Слишком большим шоком для неё стало всё это… Навеяло неприятные воспоминания.

— Вот её-то как раз и нужно было госпитализировать вместо Михаила, — проворчал их глава, — Лови такси и мчись за ней. Знаешь же, что она в таком состоянии начудить может. Не оставляй её без присмотра. И не забудь про мою просьбу насчёт Михаила. Сразу от звонись мне, как узнаешь, где он!

— Слушаюсь, босс!

* * *

— Дизайнеру за такое надо руки оторвать! — пришла мне в голову совершенно нелепая мысль, как-только я проснулся и открыл глаза. Белые стены, пол и потолок буквально резали глаза, и я тут же закрыл их опять, и только потом задумался, — А где это я вообще?

Последнее, что я помнил, это укол того врача, и всё, после этого — темнота. Может, больница? Я ещё раз приоткрыл глаза и огляделся. Ну, вообще, в больнице подобная раскраска вполне может быть, наверное, но почему в палате, если это палата, конечно, только одна кровать, и больше нет ничего? Даже окон не было! Небольшой прямоугольное помещение где-то два на три метра, где всё было белым, даже кровать, и плафон на потолке, откуда тоже лился белый свет. В одной из стен находилась дверь, о цвете которой вы можете и сами догадаться. Не комната, а мечта дальтоника, блин.

Но что-то как-то никто не спешил заходить проведать меня, и я, полежав ещё пару минут, решил всё же вставать. Пробудился зов природы, с каждой минутой он становился всё сильнее, а вот туалета или ванны я тут не наблюдал.

Сев, я обнаружил, что одели меня также в белоснежную пижаму, вот только носков не выдали, и тапочек тут тоже как-то не наблюдалось. Пришлось так и идти босиком по полу, который оказался довольно тёплый, к двери, где обнаружилась, что она закрыта, и это уже меня насторожило.

Я несколько раз постучал кулаком по металлической двери, но никто не торопился прибыть на мой зов.

— Эй! Есть кто-нибудь? — рявкнул я, — Мне в туалет надо!

Тишина…

Я нанёс несколько ударов уже не сдерживаясь, изо всех сил, но дверь даже не дрогнула. Пришлось возвращаться к кровати, заглянув под которую, я обнаружил там утку.

Дело дрянь, — решил я, сделав дело, и усевшись на кровать. Не знаю, кто это и что им от меня надо, но это точно не больница. Хотя, может, психбольница? — на секунду задумался я, — Решили, что после произошедшего взрыва мне нужно психологическое обследование, и потому тут такое всё белое? Типа, успокаивает? Да не, вряд ли. Тогда бы я был под постоянным наблюдением, а тут такого нет. И, вроде, таких больных к кроватям привязывают. Или это только буйных? — засомневался я, пытаясь вспомнить, откуда я вообще знаю такие подробности, но безрезультатно. И виртумм бы тогда забрали, — покосился я на браслет, и только тут я сообразил, какой я идиот.

Я сразу же попробовал набрать Астре.

ВНИМАНИЕ! Отсутствует подключение к мобильной связи и Паутине! Обнаружено устройство Глухарь-12, блокирующее все виды сигналов. Покиньте зону действия устройства Глухарь-12 и повторите свой вызов.

— Да ты, блин, издеваешься! — тихо рыкнул я, — Если бы я мог покинуть эту зону, я бы давно это уже сделал. Лучше бы помог чем-нибудь. Ты можешь отключить это устройство?

— Отключить устройство Глухарь-12 дистанционно невозможно. Требуется физический контакт, — неожиданно впервые на моей памяти виртумм ответил довольно связно, привычно повесив сообщение перед глазами.

— И далеко отсюда оно находится? — поспешил уточнить я, пока виртумм шёл на контакт.

— Радиус действия устройства — пятьсот метров.

— Мда… Не вариант… — задумчиво пробормотал я, — А ты хоть чем-то можешь помочь мне вообще?

ВНИМАНИЕ! Обнаружены устройства, ведущие аудио- и видеозапись происходящего в помещении. Ввиду высокого риска обнаружения, требуется переход на невербальное общение! Прошу не контактировать со мной путем голосового общения. Возможна установка телепатического взаимодействия. Установка займёт девяносто минут. Запустить процесс установки — ДА\НЕТ? — появилось вдруг очередное сообщение, и я, немного подумав, нажал ДА, хоть и удивился слегка, что выбор вариантов я могу мысленно делать и без подобной установки.

— Процесс установки телепатического взаимодействия запущен, на время установки перехожу в спящий режим во избежание обнаружения, — виртумм тихо пискнул, и зелёная лампочка на нём погасла.

Похоже, что по какой-то причине он очень не хотел, чтобы наши спецслужбы его нашли. Видимо, уже был какой-то печальный опыт общения с ними, — догадался я, и улёгся на кровать.

Раз уж тут делать нечего, то попробую поспать. Один хрен я не видел надобности что-то сейчас делать, пока обстановка хоть немного не прояснится. Пусть сначала объяснят, зачем меня сюда доставили и что от меня хотят, а потом уже буду думать, как выбраться отсюда. Ещё была надежда на героев, что они заметят моё исчезновение, и будут искать. Правда, надежда эта была довольно слабая. Я догадывался, что им там сейчас не до меня будет из-за этого теракта.

Но паники или страха у меня не было. Наоборот, почему-то была твёрдая уверенность, что при необходимости я и сам смогу отсюда выбраться. Посмотрим, как оно там дальше будет…

* * *

Я уже совсем было уснул, как вдруг от двери донёсся лязг замка, и она приоткрылась, пропуская внутрь какого-то типа, одетого с ног до головы в настоящий защитный костюм. Сначала он мне вообще космонавта в скафандре напомнил, а потом я откуда-то вспомнил, что в такой одежде, вроде, врачи контактируют с заразными больными, которые болеют чем-то очень опасным.

— Добрый вечер, — громко поздоровался он, не торопясь ко мне приближаться, видимо, опасаясь, — Я знаю, что вы не спите. Наши датчики показали, что вы проснулись ещё полчаса тому назад. Предупреждаю сразу. В случае агрессии в мой адрес, вы будете парализованы, после чего вас привяжут ремнями к кровати, лишив возможности двигаться.

— Кто вы, и что вам от меня надо? — перестал я делать вид, что сплю, и сел на кровати.

— Я — доктор Агеев, — подошёл он ближе ко мне, — Вы находитесь в изоляторе. Видите ли, дело в том, что, когда вы находились на лечении в городской больнице, в той же больнице находился человек, который не так давно прибыл из одной из стран Африки, откуда, как оказалось, привёз весьма опасный вирус. К сожалению, мы только недавно выявили этот вирус, но на наше счастье, он с длительным инкубационным периодом, так что мы успели вовремя выявить всех людей, кто в тот период находился в больнице, и изолировать. В течении двух недель вы будете находиться здесь под наблюдением, и, если всё будет нормально, по истечении этого срока мы отпустим вас домой. Если же вы всё же окажетесь инфицированы, то будете находиться здесь до полного излечения. Предупреждаю сразу, посещения и любые контакты с посторонними тут под запретом.

— Ну, хорошо. А просто сообщить как-то близким людям я могу, что нахожусь здесь? Они же волнуются, — раздражённо поинтересовался я, — У меня почему-то тут не ловит связь.

— Ваших близких мы поставим в известность, не переживайте, — поспешил успокоить он меня, — Связь тут не ловит, потому что наша лаборатория находится под землёй. Надеюсь, я смог вас успокоить, и вы не будете делать никаких глупостей?

— Да, разумеется, — не стал возражать я, хотя внутри весь кипел от возмущения. Держат меня за идиота какого-то… Неведомый вирус, с которым я уже почти месяц хожу? Они серьёзно? Неужели в это хоть кто-то поверит? Даже если допустить, что это правда, то за это время только я уже с кучей людей контактировал, что уж говорить о других пациентах и персонале больницы? Там счёт уже наверняка на тысячи пошёл, и как с этими людьми быть? Их тоже будут выявлять и изолировать? Если нет, то смысл нас здесь держать?

Но задавать все эти вопросы я не стал, так как был уверен, что у них уже продумано это всё. Найдут, что сказать. Пусть другие посетители этого места возмущаются, а я буду делать вид, что поверил во всю эту хрень, тогда, глядишь, меньше внимания к моей персоне будет.

Лично я уже был уверен, что это очередная проверка на объект, который находился у меня в виртумме. Видать, эти товарищи уже в полном отчаянии находятся, вот и решили поступить кардинальным способом, практически наплевав на скрытность, и похитить всех людей, которые в ту ночь были в больнице.

По-хорошему, им надо было сразу так делать, а сейчас они с этим решением опоздали. Думаю, мало кто поверит в этот бред, который они тут несут.

Впрочем, меня мало волнует, поверит им кто или нет, главное, самому себя не выдать, и ждать, пока там виртумм завершит тот процесс, после чего нам предстоит с ним плотно пообщаться. Больно много вопросов уже у меня к нему накопилось…

Глава 9

— Ну, и что ты такое вообще? — мысленно поинтересовался я у виртумма, когда он закончил процесс установки.

Тот доктор, или кто он там, уже давно ушёл, и сейчас я был полностью предоставлен самому себе.

Сразу после его ухода мне принесли поесть, потом я немного позанимался спортом, чтобы размяться, ну, и чтобы время быстрее шло, а уже после завалился на кровать, делая вид, что лёг спать, а сам решил пообщаться с виртуммом, а точнее, с тем, кто в него вселился, и из-за кого произошли мои нынешние неприятности.

— В вашей речи нет слов, которыми я мог бы описать свою истинную суть. Ближайший аналог — искусственный интеллект, наделённый рядом магических и технологических возможностей, — услышал я у себя в голове тихий безжизненный мужской голос. Что странно, по ощущениям, как будто именно услышал, хотя я чётко знал, что голос этот раздался исключительно в моей голове. Вот, значит, как выглядит телепатическая связь… Интересно, а он будет слышать все мои мысли?

Голос молчал, не подавая признаков жизни, а потому последний вопрос я ему продублировал.

— Нет, я слышу только то, что напрямую и чётко адресовано мне. Полностью считывать чужие мысли могут только маги-менталисты высокого уровня, — всё также механически пояснил он.

— Ладно, это я понял. Расскажи лучше, откуда ты вообще взялся, и почему за тобой идёт такая охота?

— Случайно провалился в ваш мир через портал. Охотятся, потому что их заинтересовали ряд моих возможностей, — очень сжато пояснил виртумм, чем вызвал у меня глухое раздражение. Ну что мне, каждое слово из него клещами тащить?

— Нет, так дело не пойдёт. Либо нормально давай рассказывай, во всех подробностях, либо я завтра же тебя отдам местным исследователям. Я из-за тебя, между прочим, фактически в заключении оказался, а ты мне тут туман пускаешь. Уговаривать я тебя не собираюсь. Либо мы нормально общаемся, и помогаем друг другу, либо до свидания! — сразу расставил я точки над И, — Итак, я тебя внимательно слушаю!

— Ладно. Давай попробуем, — после небольшой паузы произнёс виртумм, и впервые в его речи я услышал оттенок какой-то эмоции. Он уже не был таким без эмоциональным, как до этого.

* * *

— Итак, как я уже сказал, в ваш мир я провалился случайно. То, что вы называете Прорывами, у нас называли Разломами реальности. У нас не было атак пришельцев из других миров, как происходит у вас. Наоборот, чаще всего жителей нашего мира затягивало в эти разломы. А в последние годы некоторые представители разумных существ моего мира даже специально стали искать эти разломы, и уходить в них, так как наш мир умирал, и возможности спасти планету, или организованно перебраться с неё куда-то, наши учёные придумать не смогли. Мы очень многого смогли добиться за тысячелетия нашего существования в плане магии и технических возможностей, но это нам не помогло.

Да, наши космические корабли бороздили просторы нашей звёздной системы, и мы ушли намного дальше вас в развитии межпланетных перелётов, но беда была в том, что, хотя мы и засели практически все планеты нашей системы, это нас не спасало. Под угрозой уничтожения были все планеты. Сама же система была настолько далеко удалена от других звёздных систем, что даже с нашими возможностями перелёт до ближайшей из них занял бы несколько сотен лет! К тому же, у нас не было столько ресурсов, чтобы построить такое количество кораблей, которые вместили бы не то что всех жителей планет, а хотя бы даже сотую их часть…

Мы слишком поздно узнали о надвигающейся беде. По всем подсчётам, наше Солнце должно было просуществовать ещё несколько десятков миллионов лет, но в какой-то момент оно вдруг начало резко меняться и пульсировать…

Оказалось, что наша звезда стала превращаться в сверхновую… Времени у нас оставалось буквально несколько десятков лет. Слишком быстро шёл процесс, и никто не мог объяснить, почему. И вот тогда начали появляться первые Разломы, которые происходили в самых густонаселённых местах, и буквально затягивали в себя всех, кто оказывался рядом, и никто из них не смог вернуться обратно.

Я не буду тебе рассказывать, всё, что дальше происходило с моим миром. Вряд ли тебе это будет интересно. Скажу только, что моё появление на свет стало одной из попыток решения проблемы спасения от грядущего апокалипсиса путём перехода в совершенно новую форму жизни.

У одного из наших выдающихся учёных возникла мысль, что если мы не можем сбежать от грядущего уничтожения, или как-то предотвратить его, то можно попробовать сделать так, что оно будет просто не страшно переродившимся жителям планет. Если суметь добиться существования разума отдельно от тела, то никакие взрывы и прочие физические воздействия ему буду не страшны! Более того, ненужно будет беспокоиться о проблеме голода, каких-то других физических потребностях, всё это будет просто не важно…

И самое безумное тут то, что в какой-то степени ему это удалось, и в ходе одного из таких экспериментов появился я, и многие из других, как нас позже назвали, мыслеформ.

Я был в числе тех, кто вызвался быть добровольцем в этом безумном эксперименте. Всего нас было десять тысяч, эксперимент пережили лишь чуть больше сотни…

Но тем не менее, несмотря на столь низкий процент выживших, эксперимент признали удачным, об его итогах было сообщено на весь обитаемый мир, учёному были выделены огромные субсидии на продолжение эксперимента, с целью повышения процента выживаемости, ну, а нас, первых мыслеформ, разослали по планетам и городам, чтобы взбодрить жителей, и поселить в их сердцах надежду, так сказать.

Вот в том городе, куда меня привезли, и случился Разлом, затянувший меня, и несколько сотен других разумных существ, после чего я очутился в вашем мире, и почему-то, совершенно один… Куда делись мои одномирцы, я так и не понял, хотя нахожусь здесь, у вас, уже больше десяти лет.

* * *

— А почему ты так странно всё время называешь свой вид? — дождавшись паузы в его речи, решил уточнить я, — То разумные существа, то одномирцы, то ещё как-то… Вы вообще похожи на людей? И как вы называетесь у себя?

— Мы называем себя Архи, — ещё несколько секунд помолчав, всё же ответил он, — Похожи ли мы на людей? Ну, в каком-то смысле, да. У нас тоже две руки, две ноги, одна голова. Вот только мы полностью покрыты шерстью, и выше вас. Голова немного другой формы, есть ещё ряд отличий… Внешне мы скорее похожи на ваших снежных людей, доказательств существования которых у вас так и не нашли. Какое-то время, как только я про них узнал, я и сам занимался их поиском. Уж больно их описание походило на моих, так сказать, родичей. Но, увы! Безрезультатно…

— А как ты в итоге попал на глаза спецслужбе? И чего они от тебя хотят? — опять прервал я затянувшееся молчание.

— Моя ошибка… — нехотя пояснил он, — Скучно существовать так, без всякой цели. В какой-то момент я решил, что могу быть полезен своему новому дому. У меня же столько знаний о новых, неизвестных тут, технологиях! Да, в результате моего преобразования в мыслеформу не вся память у меня сохранилась, но и того, что осталось, хватило бы для того, чтобы устроить в вашем мире настоящую технологическую революцию! Я уже успел изучить ваш язык, научился вселяться в других людей, пользоваться Паутиной, и для меня не составило труда выйти на одну из ваших спецслужб, занимающуюся пришельцами, и открыться им, вот только дальше всё пошло совершенно не так, как я ожидал…

Да, их заинтересовали мои знания, вот только сразу же они решили ограничить мою свободу, поместив в одну из подземных лабораторий, наподобие этой. Всё в целях моей безопасности, по их словам. И я даже успел поделиться с ними частью моих знаний, но вот дальше… — опять замялся он, — Дальше их очень заинтересовала возможность извлечения разума из людей и помещения его в мыслеформу. Ваши элиты давно уже мечтают о бессмертии, но, несмотря на то, что с помощью магии можно жить довольно долго, до бессмертия им всё же очень далеко, так что за такую возможность они ухватились всеми частями своего тела…

Эта задача стала приоритетной для учёных в работе со мной! Вот только была одна маленькая проблемка… Я не знал ничего о том, как мой создатель этого добился. Все его исследования и эксперименты проводились в строжайшей тайне, и я был всего лишь результатом их работы, и не знал ничего о том, как он до этого додумался. Но ваших учёных моё незнание не остановило.

У них же в руках был я, а значит, полагали они, изучив меня как следует, вполне можно было узнать, что я такое, и как был создан. Пострадаю ли я в ходе этих исследований, их не волновало совершенно. Главное для них было добиться результата. Что они только со мной не делали, чем не облучали, но прогресса не было.

В итоге, хотя я и не чувствую боли, мне всё это надоело, и я решил бежать, пока они окончательно не уничтожили меня, ну, а дальше ты всё знаешь, — он замолчал, давая мне возможность обдумать всё, что он рассказал, я закинул голову под голову, устроился поудобнее, и продолжил делать вид, что сплю, отчаянно борясь с подступающей сонливостью.

* * *

— А почему ты решил вселиться именно в виртумм, а не в меня, например? — в принципе, уже зная ответ, всё же решил уточнить я.

— Да потому, что они прекрасно знали о том, что я умею вселяться в живых существ, а вот в то, что я умею вселяться ещё и в технику — понятия не имеют. Честно говоря, я и сам об этом не знал, но догадывался, что вселись я в обычного человека, то они быстро меня поймают, вот и решил попробовать. И даже сам удивился, когда у меня это сразу получилось. Единственное только, понадобилось довольно много времени, чтобы освоиться в своём новом жилище.

— Слушай, а зачем тебе вообще понадобилось в кого-то вселяться? Ты же был создан как раз для того, чтобы уйти от тела! И почему ты назвал себя искусственным интеллектом, если по факту ты полноценный разум? — решил прояснить ещё один момент.

— А это как раз взаимосвязанные вещи, — как-то устало, как мне показалось, произнёс он, — Дело в том, что в процессе этого преобразования, или переселения, уж не знаю, как правильно сказать, я очень многое потерял… Часть воспоминаний оказалась стёрта, почти все эмоции, чувства, переживания или исчезли, или стали намного слабее. Все, кого я раньше любил, стали мне безразличны… По сути, от меня прежнего не осталось практически ничего, а в нынешнем виде я был создан искусственно, вот я и воспринимаю себя в некотором роде, как искусственный интеллект. Хотя, безусловно я понимаю, что сравнение это — некорректно. Ну, а вселялся я в других живых существ, чтобы хоть ненадолго снова ощутить прежнюю радость жизни.

Это же так чудесно, наслаждаться какой-нибудь музыкой, картинами, прекрасными видами, ощущать порывы ветра, запахи, вкушать пищу, чувствовать любовь к кому-либо, или чему-либо, и многое-многое другое! И всё это мне становится доступно, когда я вселяюсь в кого-то… — как-то мечтательно закончил он.

— Ну, да. Согласен. Весомый повод. А что становится с тем, в кого ты вселяешься? Погибает? — с подозрением уточнил я.

— Нет, зачем? — как мне показалось, искренне, изумился пришелец, — Та личность просто отходит на второй план, наблюдает за всем как бы со стороны. Он всё видит и чувствует, но сделать ничего не может. Когда я покидаю тело, он снова становится его хозяином. Правда, пару раз случались эксцессы. Психика у носителя оказывалась весьма слабая, и он сходил с ума, пока я владел его телом, но тут я уже поделать ничего не мог…

— Понятно… Слушай, а кем ты был до того, когда решил участвовать в эксперименте? В смысле, чем занимался? Какая у тебя была профессия?

— Я был магом-исследователем. Изучал магию, придумывал новые способы воздействия ею на окружающий мир. Пытался понять, что вообще из себя представляет магия. Возможно, именно эта моя любознательность и подтолкнула меня на этот опрометчивый шаг по изменению формы существования…

— Ого! То есть, сейчас ты недоволен тем, что участвовал в эксперименте?

— А какой смысл в жизни, если тебя почти ничего не интересует? — вопросом на вопрос ответил он, — Если бы я не надеялся всё же со временем найти себе тело, носитель которого позволит мне жить в нём, и в котором я смогу опять полноценно наслаждаться жизнью, без риска того, что какие-нибудь спецслужбы найдут меня, и уничтожат, я бы, наверное, и сбегать на стал из лаборатории, и будь что будет.

— И ты бы терпел соседство в теле с другим разумом? — с недоверием спросил я. Ох, чую, темнит он тут. Скорее всего, плевать бы ему было на хозяина тела, просто плохим не хочет показаться в моих глазах, видимо.

— Конечно, в идеале хорошо было бы найти тело без разума, но вероятность этого очень мала, — не стал отрицать он, — Можно, конечно, вселиться в какое-то животное, я так уже делал, но не хочу. Это не то. Только в крайнем случае, и на короткое время если. А так, что же делать? Буду терпеть. Не убивать же его…

— Ну да… ну да… — задумчиво пробормотал я, и сменил тему, — А домой-то тебе не хочется вернуться?

— Нет! — решительно отказался он, — В умирающий мир? Не вижу смысла. Неплохо было бы найти тут своих соплеменников, это да, но возвращаться я не хочу. Даже если эксперимент довели до конца, и все архи сейчас стали мыслеформами, но там же, как мир погибнет, и вселиться ни в кого нельзя будет! И дальше что? Вечность летать по космосу? Спасибо, но что-то как-то не хочется…

— Понимаю, — чуть не кивнул я, еле удержавшись в последний момент. Изображать спящего становилось всё сложнее и сложнее, — Но одного понять всё же не могу… — пробормотал я, и замолчал, глубоко задумавшись. Где-то на самом краю сознания промелькнули вдруг воспоминания об одной книге, которую я когда-то читал, но вот помнил, почему-то, её очень плохо. Что-то похожее там было на то, что рассказал мне арх про умирающее солнце.

— И что же? — не дождавшись продолжения, вырвал он меня из раздумий.

— Да то, что странно, что вы не нашли другого выхода из ситуации, — медленно, обдумывая каждое предложение, продолжил я, — Ладно, вы отбросили в сторону идею с космическими кораблями. Это я могу понять. Действительно, и ресурсов могло не хватить, и срок полёта слишком большой, и ещё не факт, что первая же система, до которой доберутся корабли, окажется пригодной для жизни, но… Вы же поняли, что разломы ведут в другие миры. Почему вы не занялись вплотную их изучением? Возможно, вы смогли бы научиться делать проходы в другие миры, найти подходящий, и перебраться туда?

— Ну, почему же, не изучали? Очень даже изучали, — не согласился со мной арх, — Очень плотно изучали. И даже когда я уже стал таким, изучали. Вот только безрезультатно. Учёные так и не смогли разобраться в принципах их возникновения. Была даже мысль, всем архам уйти в другие миры через эти разломы. Это давало хоть какой-то шанс на дальнейшую жизнь. Если бы не удачный эксперимент с мыслеформами, то, скорее всего, так и сделали бы, но в итоге решили не рисковать. Слишком высокий риск того, что в ходе перемещений через разлом, окажешься в мире непригодном для жизни. Если бы можно было хоть как-то заглянуть через него перед перемещением, но увы! Это тоже было невозможно.

— Ну, хорошо. Допустим, — не стал спорить я, — Но была же ещё одна возможность. Как я понял, вы были очень технологически развитой цивилизацией. Неужели не было возможности придумать какие-то планетарные двигатели, которые смогли бы двигать сами планеты? Построили бы какие-нибудь подземные города, куда и перебрались жить, а планеты отправились бы на поиски нового дома. Тут уже было бы не важно, сколько бы лет они летели, вы бы спокойно себе жили под землёй поколениями. Выращивали бы там себе еду в специальных теплицах, или типа того, уже не знаю, чем вы там питались. А как нашли бы подходящую звезду, вышли бы там на орбиту вокруг неё, и всё! Планеты бы со временем вернулись к жизни, ледяная корка растаяла, и жили бы себе дальше, как и раньше, пусть и не сразу.

Глубокое затянувшееся молчание было мне ответом… Минут десять арх, как я его ни звал, не отвечал мне ничего. Из разряда, ушёл в себя, вернусь не скоро, видимо…

Я уже начал думать, что моя идея оказалась настолько идиотской, что он просто решил меня игнорировать, возмущённый моей тупостью, когда он, всё-таки, подал признаки жизни.

— В принципе, в качестве материала для двигателей можно было бы использовать вибранит… — тихо, как будто самому себе, забубнил он, — Крепкий, можно произвести в достаточном количестве… А топливо? Реактит? Теаринг? Нет, тут нужно что-то другое… Смесь дерониса и кагетиса… Далее реакция… Большой выход энергии… Спираль Когтиуса… Преобразование Матераса… Да, это подходит. И… и… Всё? Это действительно осуществимо? Получается, земной школьник за несколько минут придумал то, до чего за десятки лет не смогли додуматься величайшие умы архов? Ниицше забурхнен дорэтмо шац! — вдруг громко произнёс он что-то непереводимое, и я как-то сразу догадался, что это что-то нецензурное.

— Твою мать… — зачем-то добавил он в самом конце.

Глава 10

— Слушай, да успокойся ты уже, — недовольно обратился я мысленно к Арху, который с самого утра фонтанировал какими-то немыслимыми техническими идеями, зачем-то рассказывая мне, как можно реализовать перелёт их пяти планет.

Он настолько увлёкся, что это сказалось на самом виртумме, и тот то и дело недовольно попискивал, и подмигивал мне то жёлтым, то зелёным цветом, что начало со временем меня сильно раздражать.

Я и без того проснулся не в духе и с больной головой. Всю ночь опять какая-то хрень снилась про всё того же старика-учителя.

То он проводил воспитательные беседы с учениками насчёт плохого поведения на уроке. Те препирались с ним, хамили, и он в итоге выгнал их из класса.

То он ругался с завучем школы по неправильно составленному для него расписанию, причём баталия была очень жаркой. Та ни в какую не хотела идти ему на встречу.

То молча выслушивал, как по телефону дочка сухим безжизненным голосом рассказывает, что у него родилась внучка, но к ним она её не привезёт показать, и вообще позвонила просто чтобы они с матерью в курсе были, но она всё ещё их не простила и не простит, а потому пусть даже не надеются увидеться с внучкой.

Он молчал, не пытаясь как-то оправдаться, переубедить её, вот только я очень хорошо чувствовал всё то, что он тогда ощущал. Боль, злость на самого себя, на жену, тоску, сожаление, что нельзя ничего исправить, и как сильно стучит его сердце, отдаваясь громом в ушах…

В этот раз сны не были такими чёткими и детальными, как в тот раз, когда я ощутил всю прелесть от выстрела в упор, но и этого хватило, чтобы проснуться напрочь разбитым и в дурном настроении, а тут ещё этот бубнить начал со своими расчётами.

— Как ты не понимаешь! То, что ты предложил, способно спасти целую расу! Это же что-то из разряда невероятного! Чуда! И вполне реально в исполнении! Да это… — чуть не кричал он мне в прямо в мозг.

— Нереально, — перебил я его.

— Это же… Что? — осёкся он, — Почему?

— Ну не тупи, — аж поморщился я, — Мы находимся в другом мире, если вообще не в другой реальности. Каким образом моя идея может помочь, если у нас нет возможности попасть в твой мир? Это всё пустой совершенно разговор. Бессмысленный. Ничем мы не сможем помочь твоему миру. Ну и к чему тогда все эти твои рассуждения? Ты не на том сосредоточился. Хочешь помочь своему миру, придумай сначала как туда попасть. Иначе всё это не имеет никакого смысла.

— Да, ты прав… — поникшим голосом произнёс он, — Всё это не имеет смысла. За десять лет моего нахождения тут я так и не смог найти ни путь домой, ни соотечественников. Похоже, мой мир обречён на смерть… — совсем тихо закончил он.

— Ну, этого ты точно знать не можешь, — постарался приободрить я его, — Кто знает, что происходило у тебя на родине, пока ты был тут? Может, они ещё лучше решение нашли. Или вообще, все уже стали мыслеформами, как и ты. Гадать тут можно долго. Тебе не стоит принимать это слишком близко к… — сердцу, хотел было сказать я, но понял, что в отношении него это прозвучит странно, — Слишком близко, в общем. Просто живи. Получится со временем навестить твой мир — хорошо, нет — ничего страшного. Уверен, твои соотечественники уже что-нибудь придумали. Расслабься, в общем, раз всё равно ничего сделать не можешь. Сейчас твоя главная задача вырваться из рук наших спецслужб. Обо всём остальном можно и потом подумать.

— И снова ты прав, — мрачно согласился он со мной, — Я действительно, не в том месте сейчас нахожусь, чтобы думать на посторонние темы. Надо выбираться отсюда. Вот только я пока не понимаю, как это сделать законно. Сбежать-то отсюда я проблем не вижу, вот только это не выход, если ты не готов пуститься в бега, и прятаться всю жизнь от них. Да и не сможешь. Тебя быстро поймают. А значит, надо придумать что-то другое…

— Спрятаться ты никуда не можешь? — я стал размышлять над вариантами.

— Куда? Ты видишь тут подходящие объекты? — в его голосе читалась насмешка.

Ну, да. С объектами тут дела были плохи. Кровать, да и всё… Вряд ли он в неё вселиться сможет.

Может, всё же, побег? А дальше что? Всю жизнь прятаться, как сказал Арх? Да и найдут. Побег имел бы смысл, если бы у меня был могущественный защитник, который смог бы меня защитить от спецслужб, но такого у меня нет. Не на отца же надеяться, хоть я и уверен, что он будет меня искать. Как и герои. Но на них тоже надежды мало…

— Но она есть, — вмешался тут Арх. Видимо, слишком отчётливо я думал об этом, — Они, кстати, вполне могут выйти на спецслужбу в ходе поисков. Возможности у них тоже приличные. Как и у твоего отца. Думаю, хозяева этой лаборатории и сами понимают, что долго им тебя держать тут не получится. Их легенда с карантином шита, как у вас говорится, белыми нитками. Уверен, что тебя будут проверять одним из первых, после чего отпустят.

— И как мне это поможет? Один хрен, тебя спрятать некуда, — вздохнул я.

— Попробую спрятаться в виртумме. Есть шанс, что не выявят. Но нужна твоя помощь. Нужно, чтобы ты в эти дни по максимуму его задействовал. Несмотря на то, что доступа к Паутине нет, там и без того найдётся, чем заняться. Есть несколько скачанных фильмов и игр, пара книжек, фотографии, различные приложения. Задействуй всё по максимуму, тогда есть вероятность, что я буду менее заметен на фоне работающих программ. Если же это не поможет, и меня найдут, делай вид, что понятия не имел, что я находился там. Тем более, что это почти правда, и ты совсем недавно стал о чём-то подозревать. С тебя, скорее всего, возьмут кучу подписок о неразглашении, и отпустят. Не спорь и не возмущайся. Подпиши, и отправляйся домой. Я найду способ, как мне сбежать от них.

— А если не поверят? — засомневался я, — Не получится так, что они и меня предпочтут закрыть где-нибудь?

— Вряд ли, — не согласился со мной Арх, — Если бы ты был моим носителем, то тогда возможно, а так они скорее просто у тебя виртумм изымут. Даже если заподозрят, что ты врёшь, доказать не смогут, и будут вынуждены отпустить.

— Надеюсь. А если ты убежать не сможешь, тогда что?

— Для тебя ничего. Жил же ты как-то без меня до этого? Вот и дальше проживёшь. Ну, а я, значит, тут останусь. В любом случае, у нас и вариантов-то больше никаких нет.

— Тут ты прав, — нехотя согласился я с ним, — Но…

— Всё, помолчи. Потом договорим. К тебе идут, — перебил меня Арх, и замолчал. Через пару секунд замок двери щёлкнул, и она открылась, пропуская тележку с едой и толкавшего её мужика в халате.

— Добрый день, — вежливо поздоровался я с ним, садясь на кровати.

— Добрый, — недовольно буркнул он, и подогнал тележку ближе ко мне, и она оказалась чем-то вроде передвижного стола. На нём были тарелка с геркулесовой кашей, несколько кусков хлеба, масло, кружка с кофе, и пара варёных яиц, — Завтракайте быстрее, и у вас начнётся обследование.

— Хорошо. — пожал я плечами, присаживаясь к этому своеобразному столу. Похоже, началось… Ну что ж. Мне ничего не оставалось делать, как придерживаться нашего плана, а потому я прямо во время еды запустил один из загруженных на виртумм фильмов, и стал делать вид, что смотрю его.

Начнём пока с этого.

* * *

— Что скажешь? Да ты садись, — кивнул глава героев подошедшей к его столу Героике на стул рядом. Она благодарно кивнула, и устало присела.

— Ни в одной из больниц города его нет… На всякий случай, проверила ещё и морги. Результат тот же. Бригада медиков, которая его увезла, также не работает ни в одной из больниц. Одной из камер удалось их заснять, но пока их лица ничем нам не помогли. Их нет ни в одной из баз. Удалось узнать номера машины, но они не пробиваются. Астра подала заявление о похищении в полицию, но те, почему-то, очень неохотно его приняли. Мы предоставили им данные машины скорой помощи, которая его увезла, и в полиции заявили, что в их базе указано, что доступ к данной информации закрыт, а это возможно только в том случае, если машина числится на балансе какой-то из спецслужб. Они бы и этого нам не сказали, если бы не наши связи. Похоже, что нашим подопечным заинтересовалась одна из спецслужб, которая с какой-то целью его похитила. Других вариантов объяснения происходящему у меня нет, — вздохнула она, и потёрла уставшие глаза.

Прошлой ночью она не спала, занимаясь поисками Миши, и теперь расплачивалась за это. Спать хотелось неимоверно. Под утро только подремала часик, после чего поехала дальше на поиски, а после заехала сюда, в офис.

— Похищен спецслужбами? — Альберт откинулся на спинку стула, и стал задумчиво крутить в пальцах карандаш, — Но зачем он им? Обычный школьник… Да, потенциально, сильный сверх, но из-за этого не похищают…

— Но на обычного школьника и не устраивают покушений, — напомнила ему девушка о недавнем происшествии, о котором они не сразу узнали, а только через пару дней, — Сначала на него покушаются в кафе, потом происходит взрыв в тот момент, когда он находился на сцене, затем — похищение. Не слишком ли много совпадений?

— Согласен, странно это всё, — кивнул ей Альберт, — Я тоже не верю в такие совпадения. Я уже доложил нашему руководству о похищении нашего сотрудника, они возьмут это дело под свой контроль. Надо будет только ещё раз набрать им, и предупредить, что в этом деле возможно замешаны спецслужбы. Хотя я и в упор не понимаю, зачем он им понадобился. Может, они пытаются как-то связать его с произошедшим взрывом? Считают одним из соучастников? Но это было бы странно, так как он сам находился в этот момент на сцене. Или они знают, что он являлся целью покушения, и таким образом взяли его под защиту? Но кому понадобилось убивать обычного подростка?

— Что-то мне подсказывает, что мы многого не знаем о нашем подопечном. Он явно кому-то серьёзному перешёл дорогу, и возможно, то покушение и это похищение — звенья одной цепи… — предположила Героика.

— Возможно. Вот только что он мог от нас утаить? Он же всё время на виду. Что произошло в его жизни за последнее время, что могло спровоцировать все эти события? — они задумчиво переглянулись, и явно одновременно пришли к одной и той же мысли.

— Бал! — синхронно выдохнули они.

— Так! Нам нужен кто-то, кто мог бы нам детально рассказать всё, что там было, — пробарабанил Альберт пальцами по столу.

— А что тут думать? Его же братья туда вытащили, они там тоже были, вот с ними и надо поговорить! — аж вскочила с места девушка.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — кивнул он ей, и встал, — Пошли!

— Куда? — не поняла она его.

— Так сложилось, что я знаю, где они сейчас. Поехали, — бросил он ей, уже шагая к двери, и она поспешила за ним.

* * *

— Дамы и господа! Встречайте на нашей арене Буйвола и Демона! — буквально проревел в микрофон ведущий, от чего у Героики чуть уши не заложило, заставив её поморщиться, как будто разом все зубы заболели.

Она сидела за столиком на две персоны в этом странном, прокуренном полуподвальном заведении, куда привёз её босс, и оставил ждать за столом, пока сам он пошёл узнать, где сейчас братья.

Девушка и раньше слышала, что у них в городе проходят бои без правил, но вот побывать на них пока не доводилось, и нельзя было сказать, что она была рада этому визиту.

До лучших ресторанов города этому месту, мягко говоря, было далеко. Всё помещение пропахло табаком, потом и чем-то ещё, вызывая лёгкую головную боль от сложной какофонии звуков и запахов.

Почти все столы были заняты весьма специфичным контингентом из подвыпивших мужиков, и сидевших у них на коленях визгливых девок, весьма определённого рода деятельности. То и дело с разных сторон доносились взрывы пьяного хохота, крики, звон бокалов. В общем, это определённо было не то место, где бы она предпочла отдыхать.

— Дама скучает? — рухнуло на стул напротив неё какое-то пьяное тело, которое до этого находилось за соседним столом, в компании ещё пяти таких же тел, примерно той же степени опьянения, и которые сейчас с любопытством наблюдали за приключениями их товарища.

— Свали отсюда, — коротко бросила Героика, даже не глянув на собеседника, следя за тем, что происходит на арене, где появились два мощных парня, облачённых в шорты, и в чём-то вроде масок, закрывающих лицо, тут же начавших с энтузиазмом колошматить друг друга под радостный рёв посетителей. С техникой у обоих явно были проблемы, но вот энтузиазма — хоть отбавляй.

— Слышь, девка! Ты чё, оборзела, что ли? Ты хоть знаешь, кому ты сейчас нагрубила? — тело никак не унималось, выползло из-за стола, и сейчас грозно нависало над ней, выпятив здоровенный живот, и уперев руки в боки, — Думаешь, маску нацепила, и никто не сможет узнать, кто ты? На меня смотри! — рявкнул он, и даже попытался отвесить её пощёчину, но этого она уже терпеть не стала.

Легко уклонившись от медленного удара, она взвилась с места, с ходу влепив ему с ноги между ног, и тут же, пока он ещё только начинал клониться к полу, вытаращив глаза и разинув рот, чтобы завопить от боли, добавила ему с правой в нос, даже успев почувствовать, как проминается тот под её кулаком, после чего тело отправилось в короткий полёт до ближайшего столика, в который и врезалось.

Обычно подобной демонстрации хватало, чтобы остудить пьяные головы. Но не в данном случае…

Пятеро дружков тела, ничуть не испугавшись того, что с ним произошло, тут же вылезли из-за стола, и, слегка покачиваясь, мрачно двинулись к ней.

Все здоровенные, хоть и с явно видимым лишним весом, коротко стриженные. Явно бандиты какого-то среднего уровня. Подобных на испуг не взять. Не захотят терять лицо перед присутствующими, — размышляла девушка, приготовившись к драке.

Нет, она их не боялась. Скорее переживала за то, чтобы не убить кого ненароком. Проблем тогда не оберёшься. Альберт выручит, конечно, но нервов будет потрачено прилично.

— Я не понял, чё здесь происходит? — раздался тут за её спиной чей-то раздражённый голос, — Вы, шавки, совсем охренели, нашу гостью трогать?

Героика быстро оглянулась, не упуская из виду пятёрку, и обнаружила за своей спиной подошедших братьев их подопечного, а уже за ними был виден подходивший Альберт.

— Да мы вообще не при делах, Колосс, — поспешно испуганно открестился от происходящего один из пятерки, а остальные дружно закивали в поддержку его слов, — Это вон Боров всё, — махнул он рукой на валяющееся тело, — Захотел с девушкой познакомиться, а дама ему объяснила, что не рада этому. Мы всё поняли. Ща, Борова заберём, и свалим отсюда.

— Давай-давай, — проворчал то ли Серёжа, то ли Дима, Героика их ещё не различала, — И быстрее давайте. Не заставляйте нас ждать.

Пятёрка дружно подскочила к своему дружку, подхватила его за руки и ноги, и поволокла на выход.

* * *

— Так вы думаете, это всё из-за того, что случилось на балу? — мрачно спросил Дима, переглянувшись с братом, и сделав большой глоток из бокала с пивом.

— Практически уверен в этом, — кивнул ему Альберт, перед которым официантка тоже только что поставила бокал, — Всё остальное время он был на виду. Ну, не из-за дел в детдоме же на него сначала покушались, а потом похитили? Это даже звучит как полный бред. Или вы на балу ничего подозрительного не заметили?

— Ну-у-у, — задумчиво протянул старший брат Миши, как будто сомневаясь, стоит вообще говорить, или нет?

— Вообще-то, было кое-что, — наконец решился он, и рассказал сначала про не случившуюся дуэль их брата, а потом про то, что он выяснил, что девушка, с которой он был на балу, Светлана Васнецова — сильный менталист.

— Это точно? — тут же сделал охотничью стойку Альберт.

— Точно. Пыталась повлиять на него этим. Потом сама призналась, но просила никому об этом не говорить, — вмешался в разговор Сергей.

— Ну вот вам и отличный повод для покушения. Не зарегистрированный менталист. Надо же… — задумчиво пробормотал глава героев, — Это многое объясняет.

— Ты думаешь, что из-за своей тайны она пошла бы на убийство? — недоверчиво спросил Дмитрий.

— Шутишь что ли? — бросил на него удивлённый взгляд Альберт, — Забыл, под каким контролем их у нас держат? Её судьба была бы сразу же предрешена. К тому же, за незаконное внушение помнишь, что полагается? Если будет доказано, что она применяла свои способности на людях, то ей лет двадцать тюрьмы грозит. Как думаешь, можно за такое убить?

— Так она же девушка… — нерешительно возразил Сергей, — Им за такой обычно не дают большие сроки…

— А это как суд решит. Могут и дать. Думаешь, она стала бы так рисковать? — усмехнулся босс Героики, которая продолжала сидеть молчком, — К тому же, тот, кто узнал её секрет — обычный мальчишка без связей, которого изгнал род. Наверняка она думала, что за него и не вступится никто, и убийц искать особенно и не будут… Но есть и ещё вариант, — вдруг осенило его, — Она может работать на спецслужбу как тайный агент, тогда становится понятно, почему она не зарегистрирована как менталист, и почему те его похитили! Наверняка будут обрабатывать, чтобы он держал язык за зубами! Возможно, попробуют как-то на память повлиять и стереть последние дни из неё. Такая возможность у них есть. И опять всё на спецслужбы указывает…

— Да нет, это уже как полный бред звучит, — не согласился с ним Дмитрий, и тут у него зазвонил телефон.

Взглянув на экран, он всё же решил ответить.

— Да, отец, слушаю. Нашёлся? — неподдельно удивился он, — И где же? В каком ещё — карантине? Контакт с переносчиком редкой инфекции? И когда отпустят? Две недели? Ого, прилично. Ладно, понял. Спасибо за информацию, — он отключился, и озадаченно уставился на Альберта.

— Отцу позвонили из какой-то секретной лаборатории, занимающейся различными вирусами, и сообщили, что Михаил находится у них в изоляторе на двухнедельном карантине, в связи с тем, что у него был контакт с человеком, который является разносчиком редкой и опасной инфекции. Как-то так…

— По-моему, это звучит ещё бредовее, чем моя версия, — озадаченно потёр шею Альберт, — Тогда, по идее, туда следовало бы поместить всех, включая нас, кто в эти дни контачил с Мишей, а нас даже не осматривал никто. Не верю я в это… И почему они позвонили отцу, который отрёкся от сына, а не его официальной опекунше? Нет, что-то тут не так…

Глава 11

— Долго меня ещё будут тут держать? — раздражённо спросил я у только что закончившего меня осматривать доктора, — Видно же, что я совершенно здоров!

— Не бывает абсолютно здоровых людей, бывает лишь, что люди не знают о своих болезнях, — глубокомысленно изрёк он, беря при этом у меня кровь из вены, — Не нервничайте, молодой человек. Вам же сказали, что изоляция продлится две недели, а вы тут и одной не провели. Куда вы так торопитесь? Отдыхайте и отсыпайтесь, пока у вас есть такая возможность. Поверьте, когда вы закончите школу, вам будет совершенно не до сна, и все ваши мечты будут только о том, как бы ухитриться найти в сутках лишних пару часов и выспаться. Лично я с удовольствием поменялся бы с вами местами, и поспал хорошенько.

— Да я уже на год вперёд тут отоспался! — психанул я, — Телевизора нет, доступа к Паутине тоже нет, даже книг никаких нет! Тут же от скуки свихнуться можно! Ладно, сеть тут не ловит, хорошо, это я ещё могу понять. Но в чём сложность повесить тут телевизор и провести к нему кабель? И какое вы вообще имеете право удерживать несовершеннолетнего без согласия родителей? Я почему-то уверен, что вы не получали согласия моей опекунши! Да мы на вас жаловаться будем! — понесло меня, и игра тут была только в самом начале.

Я каждое своё обследование сопровождал вспышкой агрессии, чтобы у них было меньше желания сосредоточиться на моём виртумме, а не на мне. Вот только сейчас я действительно не на шутку завёлся. Усталость, видимо, сказалась. Не физическая. Моральная. Я тут был уже почти неделю, пять дней, и меня уже бесило тут буквально всё.

Эти безликие врачи в своих дурацких защитных костюмах, бесконечные обследования, на которых у меня проверили буквально каждый сантиметр моего тела. Кровь, узи, ЭКГ, КТ, гастроскопия, колоноскопия и ещё куча других обследований, от которых у меня уже голова кругом шла! Хорошо ещё, что виртумм я без проблем снимал при их прохождении.

Арх же ушёл в глубокую спячку, и не показывал ни малейших признаков жизни в последнее время. Видимо, решил затаиться, во избежание неприятностей, но его совету я всё же последовал, и теперь у меня в устройстве почти постоянно было активно сразу несколько приложений.

— Вы можете жаловаться куда и кому угодно, это ваше право, — равнодушно отозвался врач, аккуратно укладывая в ящик взятую у меня кровь, — Но, хочу предупредить, что это абсолютно бесполезно. Когда дело касается вируса, угрожающего собой сотням, если не тысячам, жизней, государство действует крайне жёстко, так что тут уже мы полностью в своём праве. Но, если вам делать нечего, то жалуйтесь, конечно. Возможно, вам даже что-то ответят. Какой-нибудь стандартной отпиской, с указанием ссылок на законы, согласно которым мы действовали. Сколько я этих жалоб видел — вы даже не представляете. Возможно, вы будете смеяться, но на большинство эти жалоб я же и отвечал, как и некоторые мои коллеги, когда те органы, которым были адресованы жалобы, пересылали их нам по принадлежности. Ну, а что вы хотите? Бюрократия, она такая, да…

От его вранья про вирус у меня аж глаз задёргался, и на меня неожиданно накатил дикий приступ бешенства. Вдруг со страшной силой захотелось схватить его покрепче за шею, и сжимать, сжимать… Пока у него глаза из орбит не вылезут.

В эту секунду я даже не подумал о том, что он может ничего и не знать про поиски Арха, и действительно верить в этот бред про вирус. Ярость нахлынула как волна, захлестнув меня с головой, и сорвало все запреты и ограничения в моём организме.

Я и сам не заметил, как у меня активировался режим Берсерка, разрывая на мне больничную одежду. Уже через секунду я оказался одет лишь в короткие шорты, в которые превратились мои штаны. От полного моего разоблачения спасло лишь то, что они были на резинке, и при этом, ещё и довольно широкие.

— Что за…? — бросил на меня удивлённый взгляд врач, и тут же был сметён мной в сторону как пушинка, и я двинулся к открытой двери.

Соображал я в этом момент плохо, и хотел лишь одного. Добраться до самого главного в этой долбаной лаборатории, и хорошенько постучать ему до печени, чтобы до него дошло, как это нехорошо — похищать людей.

* * *

Вышел в дверь я без проблем, а вот дальше меня уже ждал целый комитет по встрече, в лице трёх охранников, дружно направивших в мою сторону короткоствольные автоматы.

— Стоять! — лязгнул металлом в голосе тот, кто находился в центре их маленького построения. Высокий угрюмый мужик, с небольшим рубцом на правой щеке, — Иначе мы откроем огонь на поражение!

Естественно, я не остановился. Меня бы сейчас и танк не остановил, не то что какие-то охранники. Я мгновенно ускорился, не обращая внимания на автоматные очереди, и через долю секунды они разлетелись от моих ударов в разные стороны, как кегли в боулинге.

— Страйк! — хрипло рыкнул я, и двинулся дальше по коридору, в котором дико визжала сигнализация, сопровождаемая ритмичным мерцанием лампочек на потолке, окрасивших коридор в красный цвет.

— Михаил! Ты уверен, что это хорошая идея? — впервые за несколько дней подал в моей голове голос Арх.

— Восхитительная! — рявкнул я в ответ, забыв, что с ним теперь не нужно разговаривать вслух, подхватил стоявшую с одной из дверей, мимо которой я проходил, тяжеленную металлическую лавку, вырвав её с мясом из пола, к которому она была прикручена, и швырнул в другой конец коридора, где уже выстроилась целая цепь охранников, готовившихся меня встречать.

Лавка с тихим гулом прогудела в воздухе, и буквально смела их в сторону, освободив мне проход.

— Спасибо! — не забыл я поблагодарить валяющиеся тела, часть из которых громко стонала, когда проходил мимо них.

Уже почти пройдя мимо них, я краем глаза заметил, как одно из тел зашевелилось, и попыталось направить в мою сторону ствол автомата. Вот ведь неугомонные! Я рывком переместился к нему, и ногой выбил оружие, улетевшее куда-то в другой конец коридора, после чего схватил охранника за шкирку, хорошенько встряхнул, и кинул в стену. Он сполз по ней на пол, и затих, не подавая больше признаков жизни.

— Вы тут в край охренели, что ли, на пациентов оружие направлять⁈ — рявкнул я, окинул взглядом тела, еле удержавшись, чтобы не наградить парочку из них пинками по печени, и пошёл дальше, так как поддержать беседу со мной из них никто не рвался.

— Михаил! — опять подал голос Арх, — Наблюдаю крайнюю степень необоснованной агрессии! Уровень адреналина в крови выше нормы в пять раз! В крови выявлено неопознанное вещество. Ты уверен, что это хорошая идея вступать в бой с государственной службой безопасности? Если я не получу от тебя логичного ответа, то принудительно отправлю тебя в сон!

— Да успокойся ты… — недовольно подумал я, — Я ещё даже не убил никого. Нет повода для паники. Но кое-кому тут настала пора понять, что нельзя злить Берсерка! Сейчас поговорю с главным, и заставлю его выпустить меня отсюда. Уверен, что они тебя так и не обнаружили, так что явление злобного меня наверняка заставит ускориться с принятием решения.

— Выпустить⁈ — прокричал мне прямо в мозг Арх, заставив поморщиться, — Да после такого тебя просто посадят в тюрьму! Всё же логика у тебя точно хромает! На обе ноги, причём!

— Чтобы посадить меня в тюрьму, они должны будут доказать факт угрозы вируса! — злобно оскалился я, — И что-то мне подсказывает, что они этого сделать не смогут! Как и объяснить причину того, что посадили в изолятор несовершеннолетнего без согласия родителей или опекуна! Да и от остальных людей, помещённых в карантин, они спасибо не услышат. Нет, огласка им точно не выгодна. Им проще выпустить меня отсюда. Особенно, когда я хорошенько потрясу местного главаря за шкирку!

Я пинком вышиб перекрывшую мне движение железную дверь, прикрыл рукой глаза от встречного шквала огня из автоматов, и с радостным рёвом набросился на очередную группу ждавших меня охранников. Среди тех явно оказался маг, попытавшийся меня остановить встречным порывом ветра, но тот лишь слегка замедлил меня.

— Извини, Михаил, но ты меня не убедил… — как-то грустно и тихо произнёс Арх, — Слишком много в твоей речи допущений и негативных эмоций. Принудительно отправляю тебя в сон, и накладываю успокаивающее заклинание.

— Не смей! — ещё успел яростно взреветь я, кинув сразу двух охранников в стену, и тут же упал на пол, и провалился в сон.

— Предатель… — промелькнула в моём гаснувшем сознании последняя мысль.

* * *

— Что с ним? — строго спросил генерал у стоявшего рядом начальника лаборатории, разглядывая лежавшего на кровати бледного подростка. По его мерно вздымающейся грудной клетки было ясно, что парень жив.

— Спит. Просто спит, господин генерал, — поспешил ответить тот, нервно вытерев носовым платком пот с лысины, — Все показатели в норме. Гемоглобин немного повышен, но в пределах допустимого.

— Да? — сверлил профессора начальник одного из подразделений государственной службы безопасности, — В норме, значит? Разогнал всю местную охрану, и теперь просто спит? А вы не хотите, Всеволод Андреевич, поведать мне, а что вообще происходит? Я тут навёл кое-какие справки, и узнал, что в последние два дня парню кололи фенкламецидин, а я не слуху не духу об этом, хотя препарат такого действия, насколько я помню, должен применяться только с моего разрешения! Как вы можете мне это объяснить? — рыкнул он под конец своей речи.

— Понимаете, господин генерал, — попытался собраться с мыслями начальник лаборатории, — Уж слишком наш пациент был спокоен все эти дни, что для сверха с его видом силы было просто невообразимо. Более взрослые и опытные Берсерки на его месте, и те бы не сдержались, и принялись бы крушить тут всё что можно. Мне показалось, что для подростка это абсолютно ненормально, и я решил провести небольшой эксперимент. Попытался вызвать у него вспышку агрессии, заставить применить дар, и посмотреть, что из этого выйдет. Дозировку я использовал совсем небольшую, и, каюсь, совсем забыл, что на применение этого препарата требуется ваше разрешение. Виноват. Больше такого не повторится.

— Да уж хотелось бы верить, — хмыкнул генерал, — Вы понимаете, что сегодня буквально по краю прошли? Если бы сегодня хоть кто-то из моих людей погиб, я бы совсем по-другому с вами говорил, и в совершенно ином месте. Извините, но это был совершенно идиотский, по-другому я не могу сказать, поступок, вызвать агрессию у Берсерка, и при этом, нормально не подготовиться к этому! Если уж устраиваете подобный эксперимент, то нужно было хотя бы усиленную охрану поставить. Сегодня буквально каким-то чудом, не иначе, дело обошлось без жертв! Ну, и ради чего всё это было? Хоть какой-то результат есть?

— Как ни странно, но есть, господин генерал, — поправил профессор трясущейся рукой очки на носу, — Во-первых, удалось выяснить, что несмотря на принудительную вспышку агрессии, наш пациент не потерял способности связно мыслить, и практически сумел удержать себя в руках, даже не покалечив наших людей, что для Берсерка, да ещё такого неопытного, просто немыслимо! И это надо отметить, что потенциал Сверха у него просто колоссальный! Ещё лет пять, и молодой человек вполне может стать сильнейшим сверхом если даже не на всей планете, то в нашей стране точно! И что удивительно, он как-то сумел преодолеть вспышку агрессии, и отключиться. Нам даже не пришлось накачивать его успокоительным и снотворным. В какой-то момент он просто как будто выключился. Причём, мы точно знаем из его личного дела, что в состоянии Берсерка он способен находиться намного дольше. Странно это всё. Складывается ощущение, что в какой-то момент он понял, что потерял над собой контроль, и сам себя в сон отправил, хотя я и не представляю, как это возможно. Он же не маг. Очень любопытный юноша…

— Ясно, — задумчиво протянул генерал, и ещё раз взглянул на подростка, который продолжал размеренно дышать во сне, — Может это быть проявлением объекта в его организме?

— Сложно сказать… — замялся учёный, — С одной стороны, мы его уже досконально проверили на наличие объекта. Всё показывает, что он чист. С другой стороны, нельзя не отметить, что юноша действительно выделяется на общем фоне. Думаю, придётся проверить его дополнительно.

— Давай, проверяй. И быстрее! Меня уже со всех сторон дёргают насчёт него. Два дня тебе даю. Не найдёшь ничего, придётся отпускать его. Больше времени мне не дадут. И завязывай со своими экспериментами. Ещё раз подобное учудишь, и я тебя с такой характеристикой отсюда выпну, что ты сможешь работать после этого только дворником. Понял? — показал генерал ему здоровенный кулак, и пошёл к выходу.

— Дуболом, — чуть слышно пробормотал учёный, едва за генералом закрылась дверь, и подошёл к кровати пациента.

— Что же ты скрываешь от меня, парень? — задумчиво пробормотал он, разглядывая тело, не обращая внимание, как тускло подмигивает зелёным цветом Виртумм.

Интерлюдия

— Доча, ты дома? — постучал в дверь комнаты дочери старший Васнецов.

— Да, пап! Заходи — донёсся оттуда крик, и отец толкнул дверь, оказавшуюся незапертой.

— Что хотел? — не отрывая взгляда от книги, читая полулёжа на кровати, поинтересовалась Света.

— Слушай, это, конечно, не моё дело, и я тебе, безусловно, всецело доверяю, но обнаружил тут на днях, что с твоего счёта была списана довольно большая сумма денег. У тебя всё нормально?

— Конечно, пап, не переживай! — беззаботно отозвалась дочь, — Так, прикупила кое-чего по мелочи. Ещё пару платьев из новой коллекции Скорсезе приобрела, а они весьма недешёвые, ты же знаешь. Всё нормально, в общем. И я не думала, что ты следишь за деньгами, которые оставила мне бабушка. Ты же сам сказал, что я могу распоряжаться ими так, как захочу. Или ты передумал?

— Ну, что ты! Нет, конечно. Просто с такими тратами ты уже очень скоро можешь разориться. Я просто за тебя волнуюсь, — поспешил оправдаться отец.

— Не волнуйся, — улыбнулась ему дочь, — В ближайшее время таких трат больше не планируется. Банкротство мне пока точно не грозит.

— Ну, и хорошо, — с облегчением выдохнул Васнецов, — А в остальном как у тебя дела? Всё нормально?

— Абсолютно! — отрезала девушка, — Просто замечательно! Ни о чём не переживай, и иди к себе в комнату.

— Да, пожалуй, так и сделаю, — на деревянных ногах старший Васнецов развернулся, и пошёл на выход.

Обычно Света не использовала свой дар на родителях, но сейчас ей было не до него. Требовалось как следует обдумать последние шаги, а не успокаивать нервного отца.

Тот щенок оказался не так прост, каким казался, успешно избежал всех покушений, а теперь ещё и пропал куда-то, так что сейчас девушка даже не представляла, что же делать дальше. Время шло, и с каждым прожитым днём было всё больше шансов того, что её секрет скоро будет известен слишком многим.

С каким бы удовольствием она лично его убила бы, но для этого нужно было сначала хотя бы его найти, а с этим были сложности. Он как будто растворился в воздухе. Ей точно было известно, что с места покушения его забрала скорая помощь, и на этом его след обрывался. В больницах нет. В моргах тоже. Она даже городские тюрьмы проверила и полицейские участки, на всякий случай. Безрезультатно.

Плохо дело. Причём, исчез он не только для неё, но и для героев тоже. Ей удалось узнать, что те ищут его по всему городу и не только. К сожалению, у неё не было таких возможностей, чтобы полноценно подключиться к поиску. Оставалось только следить за героями, и ждать, когда те её на него выведут, и вот там уже нужно было не оплошать. Что-то ей подсказывало, что больше шансов у неё может и не быть. Ну что же… Как говорится, бог троицу любит…

Глава 12

— Кажись, здесь, — пробормотала Астра, рассматривая из автомобиля трёхэтажное обшарпанное здание, окружённое бетонным забором, поверх которого вилась ржавая проволока.

— Ты уверена? — с сомнением спросила сидевшая рядом с ней Ника, — Что-то не похоже это место на огромную секретную лабораторию. Да и охраны почти нет. Старик только какой-то в будке у ворот сидит.

— Лаборатория под землёй же, а это всё для прикрытия, наверное, — неуверенно предположила Астра, — Мои источники сообщили, что лаборатория под этим домом находится. Вход в подвале. Видимо, там же и настоящая охрана находится.

— Даже если и так, то что ты предлагаешь? Напасть на правительственную секретную лабораторию? Тебе не кажется, что это будет уже чересчур даже для нас? — довольно разумно заметила Ника, откусывая большой кусок от шоколадной плитки. Шоколад уже начал таять, а потому щёки, губы, и даже подбородок девушки были им вымазаны, но она не обращала на это ни малейшего внимания.

Астра лишь вздохнула, глянув на неё, достала влажную салфетку, и вытерла ей лицо. Иногда ей казалось, что у неё теперь двое детей, за которыми постоянно нужен был глаз да глаз.

— Не знаю, — печально вздохнула одна, — Знаю лишь, что не могу сделать так, как говорит Гераника. Мол, сидеть, и ждать. Скоро всё разрешится. Легко ей говорить! Это же не её сын!

— И не твой, — логично заметила Ника, положив в рот последний кусочек шоколада, после чего вздохнула, достала из кармана конфету, и зашуршала обёрткой.

— Я его опекунша! А значит, почти мать! — возмутилась девушка, — Мне не нравится, что его поместили туда без моего ведома! А если там над ним какие-то опыты или эксперименты проводят бесчеловечные? Они не имели права так поступать! Я бы только рада была бы, если бы с этим делом полиция разобралась, но ты же сама знаешь, что они закрыли дело, за отсутствием состава преступления! Ну не бред? Ребёнка изымают из семьи без разрешения, а они состава преступления не видят! Да это целый сговор! — разбушевалась Астра, — Нет уж! Я не буду просто ждать! Я ещё не придумала, что буду делать, но точно знаю, что что-то делать надо! Ты со мной?

— Думаешь, я отпущу тебя одну? — скептически подняла бровь Ника, сунув фантик в карман, — Чтобы ты там что-нибудь начудила? Нет уж, я не оставлю тебя без присмотра. Слишком хорошо я знаю, чем это дело заканчивается.

— Эй! Кто бы говорил! Вообще-то, это ты у нас постоянно во всякие неприятности влипаешь! — возмутилась девушка, обвиняюще ткнув указательным пальцем в сторону подруги.

— Хватит спорить. Надо решать, что делать будем, — холодно отрезала та, и Астра замолчала. Как ни странно, Ника была права. Нужно было думать, что делать дальше, и пока ни один из вариантов, которые приходили на ум, ей не нравились.

* * *

— Ну, что? Ты пришёл в себя? — поинтересовался Арх, дождавшись, когда я закончил водные процедуры. Я прогнал остатки сна ледяной водой, и заодно попил прямо из-под крана, так как сушняк был такой, как будто я с дикого перепоя был. Ещё и башка трещала, да так сильно, что меня аж мутило.

— Предатель… — мысленно проворчал я, закрывая кран, и пошатываясь возвращаясь на кровать. Обычно я делал зарядку сразу после сна, но сейчас что-то не было ни сил, ни желания.

— Прежде, чем ты будешь меня в чём-то обвинять, посмотри-ка вот это… — загадочно произнёс он, после чего у меня в мозгу, или в памяти, даже не знаю, как сказать правильно, началась настоящая видеотрансляция одного разговора двух типов прямо возле моей кровати.

Беседа надолго не затянулась, и тем не менее, дала ответы на многие вопросы.

— Вот оно, значит, как… — задумчиво протянул я, когда трансляция завершилась.

Я, в принципе, и раньше не верил в вирус, но сейчас, считай, получил официальное подтверждение причины моего нахождения здесь. Ну, и фраза про два дня порадовала. Такой срок я продержусь.

— Слушай, а ты запись разговора, случайно, не сделал? — забрезжила у меня голове смутная идея.

— Почему, случайно? Вполне себе даже очень целенаправленно сделал, — с явно читаемым в тоне самодовольством отозвался Арх, — А что?

— А то, что это очень даже может нам пригодится. Я же правильно понял, что меня спровоцировали на агрессию каким-то веществом?

— Да. Я тоже обратил на это внимание и даже, кажется, уловил следы этого вещества в твоей крови. В моей базе данных информации об этом веществе нет, но как только появится доступ к Паутине, я обязательно выясню, что это такое. Думаешь, эту информацию можно будет как-то использовать? — с сомнением спросил он.

— Не исключено. Лишней она точно не будет. Может. Получится как-то её использовать. Да и само по себе это вещество довольно любопытно…

— Скорее тебя вынудят удалить запись, и подписать кучу бумаг о неразглашении, — не согласился со мной Арх, — Я бы на твоём месте никому из местного начальства её не показывал. Если и использовать, то потом, когда выйдешь отсюда.

— Возможно, ты и прав, — неохотно согласился я с ним. Моей первоначальной задумкой было выбраться отсюда, угрожая шантажом, но, чуть подумав, я понял, что так оно и будет, скорее всего, как сказал Арх.

— Внимание! Сюда идут, — предупредил вдруг меня пришелец, и затих. Через пару секунд дверь комнаты открылась, в проёме показалось лицо того профессора, которого я видел в той трансляции, что показал мне недавно Арх, а за его спиной виднелась довольная физиономия Астры.

— Собирайтесь, господин Гончаров, за вами пришли, — мрачно произнёс учёный, и посторонился, пропуская Астру, которая тут же кинулась ко мне обниматься, а через несколько секунд её сменила Ника, которая слегка приобняла меня за плечи, и тут же отстранилась, как будто испугавшись своего порыва.

* * *

— Как у вас это получилось? — ошарашенно спросил я у девушек, когда мы уселись в машину. До последнего я ожидал какого-то подвоха, был уверен, что в итоге меня всё же под каким-нибудь предлогом оставят здесь, но нет.

Я спокойно получил свои вещи, расписался в целой куче бумаг, где был документ о не разглашении, протоколы каких-то обследований, выписки, что-то там ещё. До кучи мне подсунули документ об отсутствии претензий с моей стороны, но его я подписывать отказался, и Астра меня в этом полностью поддержала. Профессор поморщился, но возражать не стал.

— Мы, видимо, оказались последним камешком, сломавшим шею верблюду, — хихикнула Астра, — Очень много людей озаботились твоей судьбой. Когда мы добрались до местного начальство, оно как раз общалось по телефону с нашим главным офисом, и разговор у них вышел очень неприятным, так как слишком много законов те нарушили, когда отправляли такое количество людей на карантин.

Оказалось, что они и не имели права этого делать. Залезли в вотчину Главного санитарного врача страны без его ведома, министерство здравоохранения тоже пошло побоку, помещение людей в изоляцию в данном случае оказалось полностью незаконным, и его жалкие оправдания государственной необходимостью с отсылкой к спецслужбам не прошли.

С ним разговаривал глава всей нашей организации, княжич Дмитрий Шубин, а он является родственником самого императора, хоть и дальним. Что-то вроде двоюродного племянника. В общем, на него такие общие фразы про государственную необходимость не действуют. Он хорошенько так вытер ноги об этого профессора, а когда тот на какого-то генерала стал ссылаться, то и до него пообещал добраться.

В итоге, когда они закончили разговор, нам даже давить на этого деда не пришлось. Он оказался в таком шоке, что герои добрались до него сразу же после разговора с княжичем, что был уже не в силах сопротивляться, — она замолчала, и достала из бардачка пачку сигарет. Подумала немного, бросила на меня косой взгляд, и убрала её обратно.

— Стоп, — нахмурился я, — А как вы оказались у его кабинета без его ведома? Там же всё охраняется. Просто так туда не попасть, это я точно знаю.

— Ну, ты не забывай, что мы всё же маги. Есть у нас кое-какие скрытые способы проникновения на такие объекты, — как-то обтекаемо ответила Астра, старательно не глядя на меня, сделав вид, что полностью сосредоточилась на дороге.

— Это ты ещё радуйся, что всё так тихо произошло, — вмешалась в разговор сидевшая на заднем сидении Ника, — Эта дура рассматривала варианты как штурма лаборатории, так и твоё похищение. Я еле-еле уговорила её проникнуть скрытно, и добраться до их главного, чтобы для начала просто поговорить с ним. Иначе бы всё могло закончиться совсем по-другому.

— Серьёзно? — изумлённо уставился я на Астру, которая продолжала таращиться вперёд, усиленно пялясь в одну точку, и даже слегка покраснела.

— Ну, а что мне ещё оставалось делать? — не выдержала она, наконец, психологического давления с моей стороны, — В полиции меня послали. Сначала взяли заявление о твоём похищении, потом закрыли дело за отсутствием состава преступления. Сама я тебя найти не смогла. Героика сказала, что занимается этим вопросом, и надо ждать. Когда я узнала по своим каналам где тебя держат и сообщила ей, она ещё раз мне сказала, чтобы я никуда не лезла, вопрос, мол, решается. Я даже с братьями твоими связалась, думала, вместе сюда пойдём, но они сказали, что уже в курсе где ты, и что пока надо ждать. Одни ждуны, блин, кругом! Подростка похищает секретная лаборатория, неизвестно что с ним там делает, а они все ждать собрались!

— То есть, я правильно понимаю, что тебе несколько человек сказали, что вопрос решается и тебе надо просто немного подождать, но ты всё же решила чуть ли не штурмом лабораторию брать? — уточнил я, еле удержавшись от того, чтобы сделать фейспалм. Астра как всегда в своём стиле.

— Мог бы и спасибо сказать, — обиженно произнесла девушка, — Я, вообще-то, ради тебя старалась, знаешь ли.

— Спасибо, конечно, но всё же давай представим, что тебе не повезло бы так со звонком нашего босса, ты решила бы меня, например, выкрасть, и у тебя даже каким-то чудом это вышло бы. Дальше-то что? — усмехнулся я, — Допустим, нас не поймали б сразу, о вашем участии никто бы не узнал, но со мной-то как? Дома находиться не вариант. Туда первым делом нагрянули бы. Тебе пришлось бы меня прятать. Ну ладно, если только пару недель. А если вдруг больше?

— Мы могли куда-нибудь уехать и переждать, — нехотя буркнула девушка, видимо, уже и сам понимая, что идея была идиотской, но не желая в этом признаваться.

— Чего переждать? Там уже не я был бы под ударом с этим вирусом, а вы с нападением на лабораторию, — чуть покривил душой я, не став объяснять, что вирус — это был лишь предлог для моего задержания, — Про меня-то все забыли бы через несколько дней, а вот вы вполне могли и срок получить за нападение на секретный объект. Уверен, спецслужбе не составило бы труда узнать, кто их навестил. Сколько бы, интересно, вам за это дали? Лет пять? Десять? А если бы ещё и жертвы были…

— Ну всё, всё! Уговорил! Больше не буду тебя спасать! — недовольно проворчала Астра, прибавив газу, — Сам выкручивайся, если что, теперь.

— Ладно, не обижайся, — погладил я её по плечу, — В любом случае, спасибо, что беспокоишься обо мне.

— Да я с тобой скоро поседею раньше времени… — буркнула она, бросив на меня взгляд, — Лучше бы…

— Осторожнее! — выкрикнул я в диком ужасе, чувствуя, как моментально стал трансформироваться в берсерка, так как едущий нам на встречу грузовик вдруг выскочил на встречку, и на огромной скорости помчался на нас.

Астра рванула руль вправо, пытаясь уйти от удара, и у неё почти получилось, грузовик задел лишь зад машины, отчего мы закружились в смертельной карусели, и мы влетели прямо в цистерну бензовоза, после чего мы оказались в центре огромного огненного цветка.

Интерлюдия

— … так что, господин генерал, у меня просто не было другого выхода, как отпустить наших пациентов, сами понимаете. Не та я фигура, чтобы на равных противостоять Шубиным, — виновато закончил профессор, сидя напротив своего куратора в маленьком кабинете.

— У меня нет к вам претензий, Всеволод Андреевич, — устало произнёс тот, налил по маленьким рюмкам водку, и придвинул одну из них к собеседнику, — Даже я не того масштаба фигура, чтобы противостоять им. Руководству я информацию довёл, пусть дальше сами думают, что делать. Мы сделали что смогли. Все пациенты проверены, объект не найден. Чёрт его знает, может, его и нет среди них… Кто знает? Если его тогда упустили, то он уже может быть в любой части света. Правда, из меня теперь козла отпущения сделают, скорее всего, да и шут бы с ними. Стар я уже для всего этого. На пенсию пора.

— Не торопитесь, Сергей Владимирович, — перешёл на неформальное общение учёный, залпов выпив содержимое своей рюмки, — Успеете ещё на пенсию. Я бы на вашем месте ещё понаблюдал бы за этим Гончаровым. Что-то с ним не так, но что, я так и не понял пока.

— Вы же сами его проверяли, и не нашли ничего, и всё равно думаете, что объект может быть у него? — удивился генерал, разливая водку по рюмкам, — Что вас смущает? Да и как я объясню руководству наш интерес к нему, если мы их всех уже досконально проверили? Неужели вы думаете, что объект мог так затаиться, что мы бы его не нашли?

— Я уже и не знаю, что думать… Но не следует забывать, что мы не знаем всех способностей объекта, — покачал головой учёный, с сомнением глянул на придвинутую к нему рюмку, но все же взял, чокнулся с собеседником, и аккуратно опрокинул внутрь ледяную жидкость, которая устроила в желудке тепловой взрыв. Сразу же стало жарко, и захотелось распахнуть халат.

— Лично я не исключал бы, что объект может многое такое, что нам пока не известно, в том числе, и прятаться в организме людей. Возможно, он даже не перехватывает при этом управление тела, поэтому-то мы и не можем по поведению человека его выявить, — продолжил он после небольшой паузы.

— Хрен бы с ним, с поведением, но амулеты-то в любом случае должны же были его выявить! — рыкнул генерал, с такой силой поставив рюмку на стол, что чуть не разбил её, — Не мог же он научиться и их действие обходить! Если так, то и искать бесполезно будет. Всю программу поисков можно будет тогда смело закрывать.

— Нет, действие амулетов он не мог обойти, — покачал головой учёный, задумавшись, — Тут он явно что-то другое придумал. Я ещё не знаю, что именно, но очень хотелось бы выяснить. Возможно… — осенило вдруг его, но он не стал спешить делиться с догадкой, додумывая только-только появившуюся мысль, — Я, конечно, не уверен, но что если он научился вселяться не только в живых существ, а, например, в какие-нибудь вещи? Если предположить такой вариант, то становится ясно, почему мы его не обнаружили. Вселился он, например, в пациента, прибыл к нему домой, а там в какой-нибудь карандаш переселился, к примеру.

— Не мог он так сделать, — буркнул генерал, опрокидывая очередную рюмку.

— Почему вы так категоричны? — с любопытством спросил профессор, поправив очки, и отставив в сторону рюмку. Он не был любителем выпить, и всегда ограничивался двумя или тремя рюмками.

— Вы, Всеволод Андреевич, забыли про одно очень важное ограничение нашего объекта. После вселения он не может больше ни в кого переселиться в течении полугода, пока не накопит энергию для перехода. Даже покинуть тело не может. Иначе все эти поиск не имели бы смысла. Вселился в объект, выбрался в тихое место, и сбежал.

— Резонно… — тихо согласился с ним учёный, продолжая о чём-то усиленно думать, — Действительно, забыл. Тогда ещё вариант. Он сразу вселился не в живое существо, а в вещь или прибор! Не исключено, что он до сих пор находится в той больнице в чём-то!

— А вот это мысль… — задумался уже генерал, — Сейчас же отдам команду полностью проверить больницу и её окрестности!

— Ещё надо проверить все вещи людей и персонала, в том числе, в их квартирах, — подсказал учёный, — Он может быть где угодно. Вселился в чью-либо личную вещь, и переехал к кому-нибудь домой. Всё может быть.

— Сделаем, — кивнул генерал, и потянулся к телефону.

— Но всё же особое внимание обратите на Гончарова! — не унимался учёный, — Парень очень сильно изменился именно после нахождения в той больнице, включая обретённые способности Берсерка. Вот чувствую, что не бывает таких совпадений!

Глава 13

— Извините, но вам туда нельзя, — решительно оставил нас какой-то врач, когда мы пытались прорваться к Нике в палату.

Мы — это я и Астра. Меня спас, уже в который раз, перстень, который на моё счастье успел перезарядиться за то время, что я был в лаборатории. Что спасло Астру, которая отделалась лишь синяками, я так и не понял, а сама она не спешила раскрывать свои секреты.

А вот Ника пострадала очень сильно. Множественные ожоги по всему телу и несколько переломов. Хотя сам факт того, что она выжила, был сравним с чудом. Водитель бензовоза, например, погиб, как и водитель ещё одной машины оказавшейся тогда рядом с нами.

Поехать с Никой на скорой нам не разрешили, так как мы не были ей ближайшим родственниками, к тому же, нам пришлось проехать в полицию, так как у них появились ряд вопросов в наш адрес. Слишком много происшествий за последнее время с нами произошло, что не могло их не заинтересовать. Заодно я попытался узнать, что там с расследованием взрыва, но мне заявили о тайне следствия, так что ничего выяснить не удалось.

— Как она, доктор? — мрачно спросила Астра у уже собравшегося уходить врача.

— На удивление, лучше, чем должна была быть, — притормозил он, — Впервые вижу столь потрясающую регенерацию. Такими темпами она и сама бы за несколько дней справилась с восстановлением организма, но, к счастью, ждать не придётся. Скоро должен приехать целитель, который быстро поставит её на ноги. Пара дней, и сможете забрать её домой.

— Спасибо… — с облегчением выдохнула Астра. Доктор лишь кивнул в ответ, и поспешил по своим делам, а мы направились к выходу.

* * *

— А теперь, молодой человек, давай рассказывай, что происходит? — повернулась ко мне Астра, едва мы вышли на улицу.

— Ты о чём? — сделал я вид, что не понимаю, что она от меня хочет.

— За дуру меня не держи! — рыкнула она. Потом оглянулась на проходивших мимо людей, схватила меня за руку, и потащила в сторону стоявшей неподалёку лавочки, — Ты думаешь, я не поняла, что тебя явно кто-то хочет убить? Сначала нападение в кафе, потом взрыв, когда ты бы на сцене, теперь авария. Не бывает таких совпадений! И это только то, что я знаю! Не исключаю, что что-то могло пройти мимо меня. Рассказывай давай, кому ты дорогу перешёл? И если ты сейчас начнёшь убеждать, что ничего не знаешь, я тебя прямо тут выпорю! Понял?

— Да я и правда не знаю, что происходит! — развёл руками я, — Догадываюсь, но наверняка не знаю, — поправился я, поёжившись под её злобным взглядом. На секунду задумался, а потом выложил всё, что со мной произошло тогда на балу.

— Менталист, значит? Тогда это всё объясняет… — дослушав, кивнула он своим каким-то мыслям.

— Так ты думаешь, это она?

— Даже не сомневайся в этом, — решительно отрезала она, — Девочка знает, что её ждёт, если её маленькая тайна откроется, а потому готова идти на всё, чтобы сохранить свой секрет. Правда, действует как полная дура, иначе ты был бы уже мёртв. Явно имела место недооценка тебя. Эта дурочка и сама не знает, что она уже опоздала со своими действиями. Ей надо было в первый же день нанести максимально сильный удар. Нанять, например, мага-универсала, самого сильного, из доступных, но она то ли недооценила тебя, то ли денег пожалела, а теперь всё, поезд ушёл.

— Вот только она этого не знает, а потому вполне может продолжить. Я не могу допустить, чтобы пострадал ещё кто-то из моих близких, а потому надо её остановить, — вздохнул я, чувствуя, как разгорается где-то внутри меня гнев, тихонько тлевший до этого, требуя, чтобы я пошёл и разобрался с той девкой.

— Горячку мне тут не пори, — отвесила она мне вдруг подзатыльник, — Не говори, что собрался пойти и убить её… Неужто и впрямь собирался? — удивилась она, видимо, что-то прочитав по моему лицу, — Не будь глупцом. Ты не наёмный убийца. Убить человека и так-то не просто, а сделать это так, чтобы не подставиться и не оставить после себя следов на порядок сложнее. Тем более, когда речь идёт о человек из очень непростой семьи. Так что выкинь из головы эти мысли.

— И что ты предлагаешь? Ждать, что она сама образумится?

— Нет, зачем? — зловеще усмехнулась Астра, — Чего она там боится? Что её тайна раскроется? Вот с этим и надо помочь. Тогда ей сразу не до тебя станет.

— Как-то это… Мелко, что ли? — поморщился я, — Она покалечила Нику, пыталась убить меня, по её вине погибли несколько человек при взрыве, а мы ограничимся лишь тем, что сдадим её? Как по мне, она вполне заслужила смерти…

— Какой-ты кровожадный оказывается! Молодец, моя школа, — одобрительно вдруг хлопнула меня по плечу опекунша, — Но месть подождёт, никуда она от нас не денется. Поверь, лёгкой жизни у неё и без того сейчас не будет. За укрытие подобной информации, и незаконное использование своего дара её и без того срок ждёт. Правда, до реального тюремного заключения, дело, думаю, не дойдёт. Государство хорошенько попугает её, потаскает по камерам, а потом заставит работать на себя под очень жёстким контролем. Со своей счастливой, беззаботной жизнью ей надолго придётся проститься. Ей частенько придётся делать грязную работу, и вот там уже вполне реально будет её подловить и отправить на тот свет, свалив вину на тех личностей, на которых её натравят. Если ты, конечно, ещё будешь желать отомстить. Сейчас же лезть к ней, не имея нужных навыков, это просто глупо.

— И что нам делать? Куда сообщать? Не можем же мы ходить по улицам, и всем подряд сообщать, что Светлана Васнецова — маг-менталист? Да и доказательств у меня никаких нет…

— От тебя пока большего и не надо. Сама всё сделаю. Есть у меня один контакт, как раз по этой части… — закопалась она в настройках своего виртумма, — Просто подтвердишь свои слова, если понадобится. Но, скорее всего, и этого не потребуется. Менталисты — это штучный товар, так что за ними настоящая охота идёт… Достаточно только цель указать, а там уже и без нас разберутся, — она вызвала меню контактов, шустро нашла нужный номер, и уже собралась звонить, как вдруг её виртумм заверещал весьма противной сиреной, намекая о том, что где-то рядом произошёл прорыв…

— Твою мать! — аж вздрогнула она, нервно оглядываясь, — Как не вовремя-то! И что с этим городом? Его кто-то проклял, что ли? За последний месяц то ли пятый, то ли шестой прорыв! Я уже со счёта сбилась! И, кстати, опять же это безумие началось после того, как ты к нам попал… — с подозрением уставилась она на меня. Я аж поёжился от её взгляда.

— Хотя не… Это уже перебор. Да и как бы ты такое сделал? — встряхнулась она, и развернула карту на виртумме, — Так… Это в полукилометре от нас. Побежали, — вскочила она с лавки, и тут же тормознула, с сомнением глядя на меня, — Ты же опять за мной увяжешься? Может, хоть в этот раз вмешиваться не будешь, и здесь подождёшь?

— Угу, а ты там одна, без Ники воевать будешь, — проворчал я, вставая, — Нет уж. Побежали.

И мы реально побежали к очередным приключениям на свои пятые точки.

* * *

— Это что ещё за хрень? — ошеломлённо уставился я на что-то, очень напоминающее собой огромную чёрную кляксу, растёкшуюся на перекрёстке, на асфальте, и из которой то и дело стреляли в разные стороны тонкие чёрные нити, протянувшиеся уже ко всем ближайшим домам, фонарям, деревьям и прочим возвышенностям, создавая эдакую причудливую паутину.

— Меня мучает тот же вопрос, — угрюмо ответила Астра, подхватила телекинезом у находившейся тут неподалеку мусорки один из мусорных баков, и швырнула его в сторону кляксы, но тот попал в одну из этих натянутых нитей, и моментально к ней прилип. Похоже, реально паутина…

Интересно, а паук будет? Я с любопытством уставился на кляксу, ожидая, что вот-вот из неё вынырнет какой-нибудь монстр, и помчится проверять пойманную добычу, но вместо этого эта странная нить вдруг скрутилась, обматывая бак, и утащила его в кляксу. И что странно, тот моментально утонул в ней, хотя она была хоть и большой, но совсем не толстой, по толщине с виду напоминая обычную лужу…

И что с этим делать? — озадачился я. Честно говоря, когда я услышал про прорыв, я даже обрадовался этому, рассчитывая сбросить негатив на незваных гостей. Я так на это настроился, что даже без проблем активировал режим берсерка, пока мы бежали сюда. Прямо на ходу. Вот только здесь, похоже, кулаками было не обойтись.

Мы с Астрой растерянно стояли на улице, не решаясь подойти ближе к этой неведомой фигне, и пытались сообразить, что мы тут вообще можем сделать. Как голову ни ломали, но ни одной разумной идеи не придумали. Астра ради эксперимента периодически бросала ещё что-нибудь в эту паутину, которая с каждой минутой становилась всё больше и больше, и каждый раз эффект был один и тот же. Нить, к которой прикреплялось то, что было кинуто, сворачивалась, обматывая вещь, и тащила её в кляксу, а потом через несколько секунд возвращалась на место, уже пустая.

Не знаю, сколько бы ещё мы тут простояли, если бы через какое-то время мы не услышали рёв мчавшейся машины, которая, взвизгнув тормозами, остановилась рядом с нами, и оттуда вылезли Героика с Альбертом, с таким же недоумением в глазах, как и у нас, уставившиеся на кляксу.

— Что за…? — коротко, но ёмко поинтересовался у нас глава героев.

— Неправильная паутина, — охотно пояснил я ему, — К ней тоже всё липнет, но паука нет. Всё, что в неё попадает, тут же утаскивается в ту кляксу, — махнул я в её сторону рукой.

В подтверждении моих слов, Астра подхватила телекинезом скамейку, и метнула её в паутину, и дальше последовал всё тот же эффект. И только сейчас я обратил внимание, что клякса-то за это время стала больше. Не на много, но пару метров в ширине прибавила, и поделился своими выводами с окружающими.

— Плохо дело… — помрачнел Альберт, — Растущая аномалия… Причём, такая, с которой мы своими силами не справимся. Придётся помощь вызывать…

— Подожди, — остановила его Героика, когда он потянулся к виртумму, — Давай я огненный шквал попробую? Может, возьмёт?

— Попробовать, конечно, можно, но ты же после этого неделю восстанавливаться будешь? — с сомнением глянул он на неё.

— Ну и что? — пожала она плечами, — Если получится, то уже будет не зря. Ну, а нет, то тоже ничего не теряем. Вряд ли на этой неделе будет ещё один прорыв.

— Ой, я бы не была в этом так уверена на твоём месте, подруга, — тихо проворчала Астра, — Этот город в последнее время превратился в настоящий магнит для прорывов.

— Ладно, пробуй, — нехотя согласился Альберт, глядя, как ещё сразу десяток нитей рванули в разные стороны, уплотняя паутину.

Девушка молча кивнула, глубоко вздохнула, выдохнула, сложила руки ладошка к ладошке у груди, постояла так ещё несколько секунд, после чего резко развела их в стороны, и настоящая стена огня рванула от неё к кляксе, расширяясь при этом в разные стороны, в том числе и вверх.

Огонь быстро добрался до первых паутин, сходу испепелил их, даже не заметив препятствия, а от кляксы вдруг донёсся оглушительный визг, после чего все остальные нити молниеносно свернулись, и утонули в ней, а сама аномалия вдруг стала сжиматься, и уже через пару секунд на асфальте оказался огромный чёрный шар, с абсолютно гладкой зеркальной поверхностью, напоминавший своим видом шар для боулинга, только очень здоровых размеров.

Стена огня уже очень скоро добралась до него, утопила его в пламени, и… покатила дальше. А вынырнувший из неё шар, оставшийся без малейших повреждений, тут растёкся обратно в кляксу, от которой вдруг к нам рванули десятки, если не сотни чёрных нитей…

* * *

— Миша! — донёсся до меня испуганный крик Астры, когда сразу десяток нитей окутали меня, и, несмотря на всё моё сопротивление, потащили к кляксе.

И да, я оказался в данной ситуации самым слабым звеном в команде. Ну, или самым неопытным.

Все остальные каким-то образом успели среагировать на атаку, и увернуться, я же замешкался, потом нырнул на землю и всё же увернулся от нескольких, ну а дальше ничего сделать уже не успел.

Эти гадские нити оказались неимоверно прочными, и порвать у меня их не получалось, несмотря на всю свою силу.

— Держись! Я помогу! — донёсся до меня опять возглас Астры, после чего меня что-то с огромной силой потащило обратно. Видимо, она пыталась меня телекинезом выдернуть. Вот только хоть движение и замедлилось, но не остановилось, и меня продолжало тянуть к кляксе.

Вдруг краем глаза я уловил какое-то быстрое движение, и присмотревшись увидел, как Альберт на огромной скорости мчится ко мне, а в его руках мелькают два клинка, хотя я в упор не помнил, чтобы видел их у него раньше.

Он сблизился со мной, весело подмигнул мне, после чего его клинки замелькали с такой скоростью, что для меня как будто в вентилятор превратились.

Уклонившись сразу от двух нитей, метнувшихся к нему, он обрушил на них целый каскад ударов, вот только безуспешно… Как ни странно, но отлично горевший неизвестный материал оказался абсолютно невосприимчив к физическому урону. Клинки пружинили, сталкиваясь с нитями, и не причиняли им ни малейшего вреда, а к самому главе уже устремились несколько десятков нитей, грозя и его спеленать по рукам и ногам. Вот только он не я, и у него довольно успешно получалось от них уклоняться, а скоро я потерял его из виду, так как меня вдруг развернуло в воздухе, и я увидел, что нахожусь уже прямо над самой кляксой.

* * *

Я уже набрал в грудь как можно больше воздуха, готовясь к погружению, и не собираясь сдаваться без боя, как вдруг откуда-то повеяло ледяным ветром, с каждой секундой становившемся всё сильнее и холоднее.

Нити прямо на ходу стали покрываться ледяной коркой, и замедлять движение, а у меня буквально зуб на зуб не попадал от холода, но я, как ни странно, не обледенел.

Вскоре все нити, ведущие от кляксы, застыли в воздухе чёрными сосульками, а сама клякса превратилась в небольшой ледяной каток.

Очень скоро мне надоело оставаться в таком подвешенном состоянии, я напрягся изо всех сил, и окутывавшие меня нити стали со звоном лопаться.

Уже через пару секунд я рухнул прямо на ледяную поверхность кляксы, и остервенело стал обрывать все ведущие от неё нити. В таком состоянии справиться с ними для меня не представляло ни малейшего труда.

Когда с ними было покончено, я стал оглядываться в поисках чего-нибудь тяжелого, чтобы раздробить на мелкие кусочки эту неведомую хрень, и только тут заметил, что рядом с Астрой стоит Ника…

Она была очень бледная, и с тёмными кругами на глазах, но стояла вполне уверенно, а от её ожогов не осталось ни следа.

— Ты чего разошёлся-то? — весело крикнула мне Астра, — Оставь и нам хоть чуть-чуть!

Героика тем временем в стороне рассматривала осколок одной из нитей, Альберт разговаривал с кем-то по виртумму, так что пока мне никто не мешал.

— Так присоединяйся! — махнул я Астре рукой на кляксу, и перевёл взгляд на Нику, — А ты здесь какими судьбами? Неужто сбежала?

— Ну да, — просто ответила она, — Так и знала, что без меня вы в этот раз не справитесь. Пришлось через окно выбираться. И надо бы уже обратно идти, пока меня не хватились.

— Так ты подойди к Героике, пусть она тебя отвезёт, — предложил я, — Она единственная на машине, и всё равно ничем не занята.

Девушка лишь кивнула в ответ, и медленно направилась в её сторону.

— Ты же, вроде, присоединиться хотела? Смотри, пока думать можешь, она же может и растаять, — обратился я опять к Астре, которая стояла с каким-то напряжённым видом, не двигаясь.

— А я что по-твоему делаю? — пропыхтела она, и только тут я заметил, чем она занимается.

Чуть в стороне от неё находился каменный фонарный столб, который покосился из-за висевшей на нём до этого одной из нитей, и сейчас Астра пыталась изо всех сил доломать его, вот только он хоть и шатался, но явно был ей не по зубам. Слишком тяжелый, видимо.

— Такими темпами ты его до утра будешь доламывать. Смотри, как надо! — с энтузиазмом крикнул я ей, и бегом направился к столбу, обхватил его руками, и потащил изо всех сил на себя.

Столб накренился, что-то громко треснуло, и он стал заваливаться на меня, но я кое-как перехватил его, и взял на руки. Тяжеловато, но терпимо, — прикинул я, и пошёл обратно к кляксе.

Вот только когда я до неё дошёл, у меня руки уже просто отваливались.

— Помогай! — рявкнул я Астре, из последних сил пытаясь его поднять для замаха.

Она ничего не ответила, но столб вдруг стал ощутимо легче в моих руках. Я хорошенько размахнулся, и каменная дубина чуть ли не со свистом обрушилась на кляксу, разбивая её на сотни осколков…

Для надёжности я ударил ещё раз пять, превращая остатки кляксы в месиво из осколков, пока они не растаяли, оставив после себя разрозненные островки клякс.

Я до последнего боялся, что так просто это всё не закончится, и растаяв, клякса преподнесёт нам какой-нибудь сюрприз, но нет. Признаков жизни она больше не подавала, а потом к нам приехали какие-то учёные в защитных костюмах, в сопровождении солдат, которые упаковали все её остатки по контейнерам и увезли.

И только потом я позволил себе расслабиться, и лёг прямо на асфальт, почувствовав, как же я устал за сегодня, и закрыл глаза.

— Хорош валяться, тебе ещё уроки делать! — вырвал меня из лёгкой дремоты голос подошедшей Астры.

— Какие ещё уроки? — уставился я на неё, нехотя приоткрыв глаза.

— Обычные! — ехидно отозвалась она, — Всё, хватит прохлаждаться. Завтра в школу. И без того слишком много пропустил уже…

Я лишь простонал в ответ.

Глава 14

ЧЕРНОВИК! НА ОШИБКИ ЗАВТРА!

— … таким образом, магия кардинальным образом сказалась на развитии нашей промышленности. Не затормозила его, как в ряде европейских стран, а дала существенный толчок, закономерно интегрировавшись в экономику нашей страны… — вещал довольно пожилой уже учитель истории, пока я, улёгшись на парту, боролся с подступающим сном.

Я хотел вчера, как приедем, сразу спать лечь, но Астра, оказывается, вовсе не шутила насчёт уроков, и мне реально пришлось за них сесть, как приехали домой, и к тому же, у меня накопилось довольно много долгов по учёбе. В итоге я спать лёг уже в четвёртом часу утра, а уже в семь встал. Скорее всего, я бы проспал, так как настолько сильно устал за вчера, что даже звонка будильника не услышал, но Астра, добрая душа, не допустила этого, и буквально вытряхнула меня с кровати, увидев, что на её слова я просто не реагирую. Пришлось всё же вставать, и, отчаянно зевая, собираться в школу, где моё появление для всех было сюрпризом.

Из-за своего сонного состояния я пришёл в школу к самому звонку, так что перед уроком успел лишь парой слов перекинуться с приятелями, так что сейчас, на уроке, на меня то и дело все кидали любопытные взгляды, а Демидов с Лизой так вообще чуть ли не насквозь готовы были просверлить. Особенно, последняя, с которой мы давно не виделись. С того похода в магазин за одеждой перед балом. А я ведь ей обещал как-нибудь погулять с ней сходить, а сам даже не позвонил ни разу. Некрасиво вышло. Хотя она тоже хороша. Могла бы и сама мне позвонить. Телефон-то есть. Чувствую, сейчас на перемене меня со всех сторон терзать начнут.

— … а ответит мне Михаил Гончаров, — вырвал меня тут из полудремоты голос учителя, и я встал, растерянно пытаясь понять, что он от меня хочет. Задумался, блин, и совсем перестал следить за ходом урока.

— Так что, Михаил, вы готовы рассказать нам, как магия повлияла на создание и развитие авиации в мире? Я понимаю, что вы эту тему пропустили, но вы же наверняка дома занимались? — глянул учитель ехидно на меня сквозь свои круглые очки.

— Да, конечно, — со вздохом ответил я, судорожно вспоминая хоть что-нибудь по этой теме, — Магия очень сильно повлияла на создание авиации, так как она прежде всего научила людей спокойно воспринимать тот факт, что некоторые люди могут летать. Если до пятнадцатого века, то есть того времени, когда в мир пришла магия, это казалось чем-то невозможным, то, как только появились первые маги, способные левитировать, сознание людей понемногу начало меняться. Многие стали задумываться, что раз некоторые маги это могут, то может магия и им поможет подняться в воздух? Началось всё с того, что стали изобретаться различные повозки, движущей силой в которых были маги, умеющие левитировать, которые и стали заниматься перевозкой людей по воздуху. Понятное дело, что поначалу данный способ передвижения был доступен лишь правителям, и очень богатым людям, но со временем таких магов становилось всё больше, и полёт становился всё более доступным для всё большого количества людей. Потом маги научились накладывать заклинания на вещи, благодаря чему и появились первые прототипы самолётов, работающие исключительно на магии, без всякого использования технологий.

— А почему тогда, скажите нам, этот способ не стал основным в авиации, и люди всё же перешли на технические устройства в полёте и двигатели, лишь с незначительным использованием в них магии, хотя это и потребовало огромное количество финансовых затрат, да и сами полёты стали существенно дороже для людей? — попытался он меня завалить.

— Ну, во-первых, это было связано с низкой надёжностью таких полётов. Слишком часто магия вдруг отказывала, что вело к падению и гибели пассажиров. Достаточно было, например, попасть в обычное грозовое облако, и магия тут же переставала работать, — неуверенно продолжил я, с трудом вспоминая подробности, — А во-вторых, у таких магических устройств была весьма низкая скорость полёта. В условиях быстро развивающегося мира скорость передвижения по нему выходила на первое место, что и позволило первым появившимся самолётам, совмещающих в своём устройстве технологии и магию, в скором времени заменить полностью магические устройства. Ну, и комфорт, конечно, — пожал плечами я, — Он тоже очень важен для людей, и также стал достижим высокого уровня именно при совмещении магии с технологическим прогрессом.

— А каким образом в самолётостроении магия взаимодействует с технологиями? — не унимался учитель, — В чём мы можем увидеть их совместную, так сказать, работу?

— Да хотя бы в материалах, из которого изготавливают самолёты, — пожал плечами я, — С помощью магии были получены особо прочные, и при этом лёгкие сплавы, из которых уже много лет их и делают. Плюс также с помощью магии в грузовых отсеках самолёта и топливных баков делают что-то вроде пространственных карманов, позволяющих брать больше груза и топлива без увеличения веса.

— Хорошо, достаточно, — остановил меня учитель, и вовремя, так как я уже и не знал, что тут ещё можно было добавить, — Основные факторы вы изложили верно. Ставлю вам отлично. На этом наш урок закончен, домашнее задание как обычно будет размещено на учебном портале. Всем до свидания, — под пение школьного звонка закончил он урок.

* * *

— Гончаров! Михаил! — вырвал меня уже из довольно глубоко сна голос математички. Довольно молодой учительницы, которая буквально пару лет назад закончила университет.

Пользуясь тем, что у нас была новая тема, а значит риск быть поднятым был минимальным, я закрылся учебником, намереваясь чуть-чуть подремать, и сам не заметил, как всё же уснул под её до ужаса монотонный голос.

Я тут же вскочил со стула, и преданно уставился на учительницу.

— Я смотрю, судя по тому, что ты спишь, ты уже знаешь сегодняшнюю тему? — чуть ли не прошипела обиженно она, — В таком случае, будь так любезен, выйди к доске, и реши уравнение, в качестве наглядного примера сегодняшней темы.

Я не стал спорить, и нехотя поплёлся к доске под смешки одноклассников.

Смеются они… Сами ведь мне и не дали хоть немного отдохнуть на перемене. Окружили мою парту, и как давай терзать вопросами. И про взрыв, и про то, что я, оказывается, так пострадал от него, что меня в больницу увезли в таком виде, что ко мне никого не пускали, чтобы не пугать, и лучшие целители страны меня лечат. И сразу, как меня выписали, я попал на очередной прорыв, кадры из которого уже заполнили всю паутину. Оказывается, кто-то успел нас там снять тайком издалека. В общем, еле-еле отбился. Хорошо ещё, что Демидов с Лизой до меня не добрались.

Так, что тут у нас? Я почесал затылок, разглядывая доску. Ага, понятно. Система уравнений с двумя неизвестными, которую надо было решить графическим методом. В принципе, ничего сложного.

Записать систему, выразить одну из переменных, пусть это будет «у», строим на координатной прямой графики функций и находим точки пересечения графиков, определяем координаты точки пересечения графиков, и записываем ответ. Всё, готово.

Я положил мел, и повернулся к классу, отряхивая руки. Блин, живём в век магии и цифрового развития, а на доске до сих пор мелом пишем. Что за дикость. Если такие проблемы с большим сенсорным экраном, то можно было хотя бы на маркеры перейти.

— Хм. Надо же… Правильно, — удивлённо резюмировала подошедшая учительница, разглядывая моё творчество, — Ладно. Садись. Я была бы не против, если бы все так спали, что потом без проблем уравнения решали. Ставлю отлично. Но будь так добр, воздержись всё же от дальнейшего просмотра сна. Прояви уж уважения.

— Извините, Лариса Степановна, больше не повторится, — повинился я, и пошёл на своё место.

* * *

— Слушай, ну ты совсем про нас забыл. Не звонишь, не пишешь, — добрался до меня всё же на следующей перемене Демидов, разогнав от меня очередную толпу поклонников, — Меня сестра уже заколебала. Всё хочет вместе выбраться куда-то. Говорит, ты ей прогулку обещал, и забыл.

— Разве? — удивлённо поднял бровь я, краем глаза заметив подошедшую к нам Лизу, — Не помню что-то такого…

— Да у тебя вообще, смотрю, с памятью проблемы ещё больше стали, — съязвила девушка, встав рядом с Демидовым, — То, что мне обещал, тоже не помнишь?

— Слушайте, верите — нет, но я за эти дни так забегался, что как меня зовут бывает, забываю, а вы от меня такого подвига хотите, как помнить то, что было пару недель назад. Для меня это уже целая жизнь! — развёл руками я, — Но раз обещал, то надо выполнять, конечно. А хотите, вместе куда-нибудь сходим? Например, завтра или послезавтра?

— Конечно, хотим! — опередила Серёгу Лиза, — А куда пойдём?

— Да мне без разницы, в общем. Куда хотите, — отмахнулся я.

— Тогда, может, в караоке? — оживилась девушка, — Я давно в нём не была. Там и посидеть попить кофе можно, и развлечься, и пообщаться.

— Ну, можно и туда, — согласился я, весьма смутно представляя, умею ли я вообще петь, — А ты что скажешь? — глянул я на Демидова.

— Певец из меня, конечно, ещё тот ещё, но в целом, я тоже не против. Да и сестра моя тоже любит подобное.

— Вот и договорились, — устало кивнул я, — Тогда что решаем, когда пойдём? Завтра или послезавтра?

— Нет уж! — решительно возразила вдруг Лиза, — Знаю я тебя… Ты в любой момент можешь сорваться либо мир спасать, либо на ещё какую-нибудь ерунду! Сегодня давайте! Сразу после школы. Пока ты здесь, и тебя не надо ловить!

— Сегодня? — аж вздрогнул я от её напора, — Так может это не всем удобно? Я, честно говоря, так спать хочу, что могу прямо там уснуть. Да и сестра Сергея не факт, что сможет… — попытался соскочить я.

— Сможет, — вмешался тут он, разглядывая свой виртумм, — Она мне уже написала. Сегодня её вполне устраивает.

— Вот видишь! — обрадовалась Лиза, — А выспаться ты и в школе можешь. Там следующим уроком литература, на ней и отоспишься. Ольга Николаевна редко, когда со своего места встаёт, сам же знаешь, и тем более, сегодня новая тема, так что вряд ли она тебя побеспокоит. В общем, решили, идём сегодня. Место я сама подберу, забронирую, и скину адрес Сергею, чтобы он своей сестре переслал.

— Ладно, — неохотно согласился я. Лучше действительно сразу отмучиться, и на какое-то время забыть про свой дружеский долг. К тому же, сразу два обещания о встрече сегодня закрою. Хоть и в упор не помню, чтобы обещал что-то такое Ольге, сестре Демидова.

* * *

— Привет. Я смотрю, ты там веселишься во всю? — почему-то как-то сухо произнесла по телефону Аня, глава моего фанклуба, когда я как раз присел отдохнуть после очередной песни.

В караоке оказалось, что каждой компании предоставляется своя комната, с такой звукоизоляцией, что там не слышно, как поют соседи, так что можно было расслабиться, не напрягаясь по поводу того, что кто-то будет смеяться над твоим блеянием.

Спиртного мы не брали, да нам бы его и не продал никто, так что ограничились прохладительными напитками, и лёгкой закуской, типа орешков, чипсов и тому подобным.

В целом, всё проходило довольно весело, за исключением момента, когда я знакомил девушек друг с другом. В тот момент между ними повисло вдруг такое напряжение, что я не удивился бы, если бы между ними вдруг разряд электрический проскочил бы. Но со временем всё, вроде, пришло в норму, и они стали довольно мило общаться друг с другом.

К моему удивлению, оказалось, что я довольно неплохо пою, и мне это даже понравилось. Во всяком случае, у меня это точно получалось лучше, чем у Демидова, который безбожно фальшивил, отчего меня аж передёргивало, ну а девушки пели просто замечательно, и то и дело выступали дуэтом.

Честно говоря, сначала я не хотел отвечать на звонок девушки, предчувствуя, что меня опять хотят чем-то озадачить, но тут как раз начал петь Демидов, и я поспешил спастись бегством, воспользовавшись предлогом, что мне нужно поговорить, и вышел на улицу.

— А ты откуда уже знаешь? — удивился я, так как в комнате мы были одни, и никаких папарацци я рядом не наблюдал.

— Скажи спасибо Лизе, благодаря трансляции которой об этом уже полгорода знает, — желчно произнесла она, — Ты вообще в своём уме? Не понимаешь, что творишь? Завтра девять дней по погибшим будет, а ты там песенки поёшь и пляски устраиваешь! Знаешь, как это всё уже в Паутине назвали? Танцы на костях! А ты при этом даже на похоронах не был! Ты что, хочешь, чтобы тебя возненавидел весь город?

— Твою мать… — выдохнул я, чувствуя, как весь побагровел от стыда, — Извини… Я что-то не подумал об этом… Справедливости ради, я был в больнице, и никак не мог присутствовать на похоронах, но в остальном ты права. Не следовало мне сегодня развлекаться идти…

— Тут уже обычным раскаянием не обойтись. Завтра на после школы не планируй ничего. Попробуем исправить твою пошатнувшуюся репутацию, — проворчала девушка, и отключилась.

Я же пошёл обратно, чтобы закончить это веселье, а заодно настучать по одной тупой башке, которая без моего ведома, оказывается, целую трансляцию провела, пока я пел.

Интерлюдия

За Светланой пришли, когда она спокойно сидела в своей комнате на кровати, и обдумывала, что ещё можно сделать с тем щенком. Свободные деньги уже закончились, и варианты были весьма ограничены. Только сейчас она поняла, на сколько его недооценила, и что действовать нужно было совсем по-другому. А так просто спустила весьма немаленькую сумму в никуда.

Вариантов исправить ситуацию она видела только два. Либо обработать какого-нибудь толстосума, чтобы тот подарил ей приличную сумму денег, либо обработать какого-нибудь сильного мага, чтобы тот раз и навсегда закрыл эту проблему.

— Доча! Тут к тебе пришли… — постучав, заглянула вдруг в комнату растерянная мама, после чего её явно отодвинули в сторону, и в комнату без приглашения вошли двое полицейских в форме, в сопровождении ещё одного типа в костюме-тройке, от пустого взгляда которого у неё вдруг аж мурашки побежали по коже, и она поёжилась.

— Светлана Васнецова? — холодно произнёс он, — Собирайтесь. Вы арестованы по подозрению в организации покушений на Михаила Гончарова, и организации взрыва на недавнем выступлении героев перед публикой. Не советую сопротивляться. Я прекрасно осведомлён о ваших возможностях, и на меня они не подействуют, — равнодушно закончил он, а девушка оцепенела от ужаса.

Через два часа она уже сидела в маленьком тёмном кабинете, а напротив неё уселся ещё один тип в костюме, с весьма мрачным взглядом, не обещавшем ей ничего хорошего. И хуже всего было то, что на него абсолютно не действовало её умение. Она даже его эмоций считать не могла.

— Предлагаю не ходить вокруг да около, а сразу перейти к делу, — сухо произнёс он, не глядя на неё и рассматривая какие-то бумаги, — Нам уже известно всё, о ваших противоправных действиях в отношении Михаила Гончарова, и наши эксперты уже подтвердили о наличии у вас ментального дара. Собранных доказательств нам уже вполне достаточно, чтобы посадить вас в тюрьму лет на двадцать. И это ещё щадящий вариант. В отношении лиц женского пола в нашей стране редко применяют смертную казнь, но я и этот вариант не исключаю. Вы её вполне заслужили. Сейчас у вас есть всего два варианта. Либо мы передаём ваше дело в суд, и вы получаете то, что заслужили. Либо вы подписываете бессрочный контракт с государством, и поступаете в полное распоряжение особого отдела. Сразу скажу, домой вы уже не вернётесь, и условия проживания на время прохождения вами подготовки будут мало чем отличаться от той же тюрьмы. Вот контракт, изучайте. У вас есть час на принятие решения, — пододвинул он к ней документы, и демонстративно посмотрел на часы.

Она полными слёз глазами смотрела на бумаги, не решаясь притронуться к ним, а в голове билась лишь одна мысль, — Всё-таки этот урод сдал меня… Не прощу… Сама лично глотку перегрызу ему… Не знаю, сколько пройдёт лет, прежде, чем я смогу добраться до этого козла, но сделаю это обязательно. Убью сначала всех, кто ему дорог, и лишь потом удавлю его, глядя ему прямо в глаза…

Глава 15

— … я скорблю вместе с вами. Мы всегда будем помнить о них, — закончил я свою речь пересохшими губами в полной тишине, и сошёл с трибуны, уступая место следующему.

Аня сдержала своё обещание, и сегодня сразу после школы забрала меня с собой, отрабатывать вчерашнюю провинность, и если поначалу ко всему этому я отнёсся не очень серьёзно, подумаешь, песни решил попеть и отдохнуть немного, то сейчас, находясь в этом зале, и глядя на чёрные от горя лица матерей и мрачных отцов, я изменил своё мнение.

А ещё вдруг почувствовал свою вину за случившееся… Ведь это именно я предложил провести это мероприятие, и именно на меня было покушение. Только я выжил, а семнадцать совсем ещё молодых парней и девушек — нет. Кто-то сразу умер, кто-то на пути в больницу… Находясь тогда там мне было сложно оценить масштаб беды, и только сейчас я почувствовал её в полной мере.

И нестерпимо, прямо до боли, захотелось добраться до той твари, и проломить её тупую башку, вот только мне уже сообщили, что её арестовали и увезли. Астра всё же сделала тот звонок своему знакомому. Вот только никто не спешил объявлять о том, что организатор взрыва пойман. Похоже, что её и впрямь поставят на службу государству, а значит, срок ей не грозит.

— Всё на этом? Может, поедем уже отсюда? — тихо спросил я у Ани, наклонившись к самому уху. Мы сидели на первом ряду, и слушали какого-то священника, который в своей речи ушёл куда-то уж совсем далеко в церковные дебри, так что я совсем потерял нить его выступления. Но дело было даже не в том, что мне было неинтересно слушать, а в том, что находиться тут психологически было очень тяжело.

— С ума сошёл? — шикнула она мне, — Сиди и слушай! Ещё не хватало, чтобы кто-нибудь снял, как ты выходишь из зала в середине мероприятия! И после этого я тоже тебя не отпущу! Нам ещё на кладбище ехать, цветы возлагать.

Пришлось заткнуться, и слушать дальше.

* * *

Городское кладбище нас встретило мелким противным холодным дождём и ледяным ветром, который забирался даже под куртку, вызывая желание юркнуть обратно в машину, и уехать домой, где можно было забраться под тёплое одеяло, и не думать ни о чём…

Но я сделал над собой волевое усилие, и зашагал следом за Аней, которая уже ушла вперёд, неся несколько букетов цветов. Остальные же нёс я, загораживаясь ими от ветра.

Мы были почти единственными, кто приехал сюда после мероприятия, так-как и родители, и все остальные, кто хотел отдать дань памяти погибшим, приезжали сюда утром, когда я ещё был на уроках.

Я медленно брёл между оградок и памятников, не сильно горя желанием идти, на самом-то деле, и дело тут было вовсе не в дожде или ветре. Меня всё ещё мучило чувство вины за случившееся, а сейчас предстояло увидеть могилы тех, кто погиб из-за меня. Смотреть на их могильные плиты, на фотографии, где они были ещё живыми и совсем молодыми… Это, пожалуй, хуже любой пытки будет. Я бы предпочёл сейчас с целым десятком монстров сразиться, чем пройти через вот это…

Кто-то скажет, что я ни в чём не виноват. Не я же взрыв устроил? Но как быть с тем, что охота шла именно на меня? Что ещё после нападения в кафе я должен был понять, что все, кто находится рядом со мной, тоже под ударом? Что я почти наверняка знал, что за тем нападением стоит Васнецова, но ничего не сделал, чтобы обезвредить её? Я же сунул голову в песок, и сделал вид, что всё нормально, а оно ни хрена не было нормально…

Дождь и ветер прогнал немногих посетителей кладбища, и сейчас я шёл практически в одиночестве, не считая маячившей впереди спины Ани метрах в десяти от меня.

— Ты чего там плетёшься? Давай быстрее! — обернулась она ко мне, как будто почувствовав, что я о ней подумал.

— Да иду я, — буркнул я, даже не думая ускорять шаг. Но как я ни растягивал эту дорогу, всё когда-то заканчивается, и вскоре мы пришли на место.

Обычно, насколько я знаю, семьи сами решают, где хоронить своих родственников, но в данном случае, город взял всё на себя. Выделил места в центре кладбища, и все эти могилы оказались расположены рядом друг с другом, а перед ними поставили стеллу, на которой были изображены все погибшие дети, строго смотревшие на меня.

— Простите… — только и смог, что тихо прошептать я, медленно проходя мимо стеллы, и отводя в сторону глаза.

— Иди сюда! — позвала меня Аня от самой крайней в этом ряду могил, — Давай отсюда начнём.

Я молча подошёл к ней, и прочёл на чёрном надгробии — Ирина Стрелкова.

Судя по годам жизни, пятнадцать лет.

— Спи спокойно, Ирина, — прошептал я, глядя, как Аня кладёт на могилу один из букетов.

Мы постояли пару минут тут, и пошли дальше. И хотя могилы располагались рядом друг с другом, наш путь мимо них был вряд ли больше ста метров, эта дорога показалась мне самой длинной в моей жизни.

* * *

— Осталась последняя, — устало выдохнула Аня, для которой эта наша прогулка оказалась тоже очень нелёгкой.

Да, нам оставалась последняя могила, и нам бы радоваться, что всё закончилось, но как бы посещение её не стало для нас самым тяжёлым испытанием, так как там кто-то был.

Судя по всему, там был мужчина, в чёрном плаще и широкополой шляпе, который, похоже, сидел прямо на земле, на коленях перед могилой, и не сводил взгляда с фотографии на надгробии.

Не обращая внимания ни на дождь, ни на ветер, он молча сидел, не шевелясь, и ни на что не реагируя.

— Простите… Можно нам зайти? — неуверенно спросила Аня, когда мы подошли к ограде, — Извините за беспокойство.

Он всё также молчал, никак не отреагировав на её голос. Аня беспомощно оглянулась на меня.

— Пойдём, — вздохнул я, отодвигая её в сторону, и заходя за калитку, — Ему сейчас уже ничто не сможет помешать. Цветы положим, и уйдём.

Я подошёл к мужику, встал рядом с ним, искоса глянул на него, отметив для себя, какое у него бледное лицо, не выражающее никаких эмоций, и положил на могилку цветы

— Юля Савохина, четырнадцать лет, — отметил я для себя, зная, что эти семнадцать имён я не забуду теперь никогда.

— Я как знал, что нельзя было пускать её туда, — безэмоционально произнёс вдруг, по всей видимости, отец девочки, — Чувствовал, что ни к чему хорошему это не приведёт. Как будто что-то внутри меня кричало, останови её! Но я не послушал себя… Опять… Когда погибла жена в авиакатастрофе, я ведь тоже что-то похожее перед её вылетом чувствовал, но подумал, что это глупости, и вот опять… А теперь я остался совсем один…

— Невозможно предугадать всего. Не вините себя, — тихо произнесла Аня, до этого стоявшая за моей спиной, а сейчас вышедшая вперёд.

— Я знаю. Но кого мне ещё винить? Полиция так и не смогла выяснить, кто положил туда взрывное устройство. Пока. Но я очень надеюсь, что рано или поздно они их найдут, и тогда… — как-то зловеще закончил он, открыл ладонь, и на ней вдруг заплясал настоящий костёр, — Я убью их. Всех!

— Месть — это не выход… — робко произнесла девушка.

— О, тут ты ошибаешься, дитя! — глухо рассмеялся он, — Бывают случаи, когда месть — это единственное, ради чего ещё стоит жить. И это как раз тот случай. Погоди… — вдруг внимательно и зло глянул он на неё, — Это же ты глава того дурацкого фанклуба, в котором состояла моя дочь, из-за чего она и пошла туда! Это же ваш долбаный клуб не обеспечил нормальную безопасность мероприятия, в результате чего произошёл тот взрыв, забравший жизнь моей дочери!

— Нет, это не мой клуб организовывал это мероприятие… — попыталась оправдаться она, но он её уже не слушал.

С перекошенным от ярости лицом, он медленно встал, не отводя от неё взгляд, поднял руку, и плясавшее на ней пламя вдруг стало вращаться, превращаясь в большой огненный шар.

Я тут же сдвинул за спину девушку, и повернулся к нему, принимая боевую форму.

— Лучше не надо… — мягко произнёс я, покачав головой, — Она ни в чём не виновата.

— И ты здесь! — оскалился он, а в его взгляд стал совершенно безумным, — Герой! Защитник города! Моя дочь была без ума от тебя. Все разговоры только о тебе! Что ты — новый герой нашего города, который спасёт его от любой беды! Только из-за тебя она и пошла туда… И что? Где был весь твой героизм, когда произошёл тот взрыв? Почему они умерли, а ты остался жив? Полный зал героев, а толку ноль… Ни один не смог ничего сделать. Только прячетесь за своими масками. Видать, стыдно людям в глаза смотреть. А где твоя маска, герой?

— У меня её нет, — пожал плечами я, — Я не герой. И ещё не факт, что им буду.

— Конечно, не будешь, — кивнул он, — Потому что я вас сейчас убью. Это несправедливо, что моя дочь умерла, а вы остались жить, и сейчас я эту несправедливость устраню…

— Беги! — рявкнул я находившейся за моей спиной Ане, принимая на обе руки рванувший ко мне огненный шар, бессильно разбившийся о блок, и обдавший моё лицо жаром.

Но отец девочки на этом не остановился. Его руки вспыхнули огнём, и он вполне профессионально нанёс мне серию ударов кулаками, которые я принял на блок, и вынужденно, чтобы слегка остудить его, контратаковал в пол силы, чтобы случайно не убить. Мужик явно сошёл с ума от горя, и я не смог его по-настоящему возненавидеть.

Впрочем, он с лёгкостью увернулся от моих ударов, отскочил от меня, разрывая дистанцию, перескочив при этом через невысокую оградку, а после молча развёл руки в стороны, и в каждой из них появилось что-то вроде огненной плети.

Я торопливо обернулся назад, проверяя, что Аня послушалась меня, и убежала, после чего принял на предплечье первый удар этой плети, который оказался неожиданно болезненным, и на руке тут же вздулась багровая полоса.

Я уже и забыл, что моя способность не блокирует весь наносимый мне урон, а лишь большую его часть. И тут же последовал новый удар, от которого я предпочёл увернуться.

— Что, не нравится, щенок? — зло расхохотался он, — Никуда не уходи… Сейчас я тебя хорошенько поджарю, а потом и до подружки твоей доберусь. Всех вас, кто себя героем называет, надо калёным железом выжечь!

Сразу две огненные ленты метнулись ко мне, от которых я еле сумел увернуться, а потом отбросил в сторону всю жалость, отдавшись во власть ярости. Хватит с меня. Достаточно я терпел. Я, может, и виноват в гибели этих детей, на Аня тут точно не причём, как и все остальные герои, а потому нечего с этим уродом возиться.

Я кинулся к нему, сокращая дистанцию, что не позволило ему бить своими хлыстами, после чего обрушил на него целый град ударов, уже даже не пытаясь сдерживать себя.

Надо было отдать мужику должное, отбивался он вполне грамотно. Чувствовались большой опыт и какая-то школа единоборств. Да и окутавшее его целиком с ног до головы пламя явно было каким-то видом защиты, но и оно не сильно ему помогло.

От части ударов он уклонился, часть принял на блок, вот только я был слишком быстр, и слишком сильными были мои удары. Даже когда ему удавалось принять их на блок, то и тогда его буквально откидывало назад, когда же он пропускал удар, то тот сбивал его с ног, но он сразу же вскакивал, и упрямо продолжал бой. По всей видимости, большую часть моего удара принимала на себя его странная защита.

Но вскоре он всё же начал выдыхаться. Стал часто дышать, движения замедлились, а пламя вокруг его фигуры становилось всё меньше и меньше, и, в конце концов, полностью погасло, и очередной мой удар отправил его в тяжёлый нокаут, и это при том, что я сумел как-то сдержать себя, и не ударить в этот раз в полную силу.

Я уселся прямо на землю, радуясь, что на мне уцелели хотя бы обрывки штанов, и мне не придётся щеголять голой задницей среди могил, и только сейчас увидел приближающиеся ко мне фигуры полицейских. Кавалерия прибыла… Как всегда, вовремя.

* * *

— Гончаров, на выход! — скомандовал полицейский, открыв дверь камеры предварительного заключения, я встал с кровати, потянулся, бросил прощальный взгляд на жавшихся по углам сокамерниках, усмехнулся, и пошёл к выходу.

Эти идиоты сокамерники не разобрались, кого к ним посадили, и попытались построить молодого щенка, когда меня поместили к ним, и пришлось слегка поучить их манерам, чтобы в следующий раз у них даже мысли не было лезть к подростку!

И вообще, по идее, меня не имели права помещать к ним, как несовершеннолетнего, вот только там, куда меня доставили до выяснения обстоятельств произошедшего, свободных камер не было.

Аня пыталась их убедить, что я ни в чём не виноват, что это тот тип первый напал на нас, но с неё лишь взяли показания и отправили домой, пообещав во всём разобраться. Того безумца, кстати, скорая увезла.

— Ммм… Этот запаха свободы! — глубоко вздохнул я, как только оказался на улице, после того, как мне вернули вещи, — Он реально опьяняет спустя столько лет заключения…

— Каких ещё лет⁈ Ты там всего три часа провёл! — возмутилась подбежавшая ко мне Астра, и обнимая.

— Да там каждый час за год идёт! — возмутился я, — Не мешай мне наслаждаться свободой!

— Если бы это было так, то мне было бы уже за сотню лет… — тихо произнесла подошедшая к нам Ника, — Ты что, хочешь сказать, что я уже старуха?

— Да нет конечно… — озадаченно произнёс я, — Вот любите вы, женщины, к чему-нибудь да докопаться. На пустом месте обиду придумать.

— Это да. Мы такие, — гордо произнесла Астра, — Чё-то не устраивает?

Я лишь промолчал на это, чувствуя, что в эту тему лучше не углубляться.

Тут вдруг распахнулась дверь одного из припаркованных автомобилей, и оттуда вылез отец.

— Привет, сын, — глухо произнёс он, — Найдёшь для меня несколько минут? Нам нужно поговорить.

Это, блин, какой-то бесконечный день… На улице уже глубокая ночь, давно пора спать, а от меня всё ещё чего-то хотят.

— Сын? — удивлённо поднял бровь я, — Ты же, вроде, от меня отказался. Какой я тебе теперь сын?

— Погоди, — хлопнула вдруг меня по плечу Астра, — Давай вы ругаться уже без нас будете? Не надо семейные дела на всеобщее обозрение выставлять. Мы сейчас с Никой отойдём до нашей машины, а ты поговори с ним, пожалуйста. Выслушай его хотя бы. Большего я от тебя не прошу. Только с его помощью мы тебя вытащили из полиции так быстро. Иначе тебе там как минимум до утра пришлось бы пробыть. Просто выслушай. Ладно? — умоляюще глянула она на меня.

— Хорошо, — проворчал я, не сумев ей отказать, — Но только ради тебя!

— Ты прелесть! — поцеловала она меня в щёку, взяла за руку Нику, и они ушли.

— На удивление мудрая девушка, хоть поначалу так о ней я не готов был сказать, — пробормотал отец, глядя им вслед, — Не скажу, что умная, но то, что мудрая, это точно.

— Так что ты от меня хотел? — решил поторопить его я. Не было у меня желания остаток ночи тут с ним проторчать.

— Я? Да ничего особенного, — тяжело вздохнул он, — Всего лишь извиниться перед тобой…

— Это из-за ультиматума матери и братьев? — прямо спросил я его, не особо веря в его раскаяние.

— Не только, — поморщился он, — Ультиматум — вещь, конечно, неприятная, но не смертельная. Поверь, у меня много возможностей не дать им уйти из дома. Они просто плохо представляют последствия, но я сейчас не об этом хочу с тобой поговорить. Я действительно виноват перед тобой. Не учёл, что ты стал совсем другим человеком после амнезии. Не поверил, что ты очень сильно изменился, и зря… Старею, видимо. Прежний Михаил Гончаров был довольно слабохарактерной личностью, честно говоря. Да нужно прямо сказать — слюнтяем, мямлей, и трусом ты был! Не умел и не хотел принимать самостоятельных решений, и боялся любого конфликта! Да, не исключаю, что в этом есть и моя вина, что ты вырос таким, но я пытался исправить тебя. Хотел, чтобы ты вырос настоящей личностью, но у меня не получалось… Потому и не смог я сразу поверить в то, что ты так сильно изменился после амнезии, и попытался надавить на тебя по-прежнему, а с тобой нынешним так нельзя. Ты стал таким, каким я и хотел тебя видеть! Решительным, умеющим принимать самостоятельные решения. Да, не всегда верные, но всё же! Смелым. Сильным. Таким, каким и должен быть настоящий Гончаров! Да, я понимаю, что очень сильно виноват перед тобой, и запоздал со своими извинениями, но всё-таки я прошу — прости меня, сын! Дай мне ещё один шанс. Позволь вернуть тебя в семью! Я даже готов разрешить тебе и дальше жить вне дома, самостоятельной жизнью, если ты не захочешь возвращаться жить к нам. Я понимаю, что ты уже слишком привык к свободной жизни, и тебе будет слишком тяжело загонять себя в рамки. Так что скажешь? Дашь мне ещё один шанс? — отец встал передо мной, и взглянул мне в глаза.

— Мне… Надо подумать… — выдохнул я, отведя взгляд в сторону, после чего взглянул на ночное небо, где прямо над нами зависла огромная луна, как будто подглядывая, — Не могу обещать, что я соглашусь, но я очень хорошо подумаю над твоим предложением.

— Я понимаю. И не буду тебя торопить. Думай столько времени, сколько тебе нужно, — кивнул он, — Я разблокирую твою карту, но не воспринимай это как попытку подкупа. Даже если ты откажешься, блокировать ещё раз я её не буду. Ты всё равно остаёшься моим сыном, даже если по бумагам это не так. Жаль, что на какое-то время я забыл об этом.

Я бы многое мог ему сказать по этому поводу, высказать целую кучу претензий, послать, но… Почему-то не хотел этого делать. Может, просто устал, а может… Повзрослел?

Глава 16

— На тебя одежды не напасёшься, — проворчала Астра, после часа нашего блуждания по торговому центру, где мы скупали чуть ли не всё подряд, и я был уже с ног до головы обвешан пакетами, — Может, тебе перед тем, как в берсерка превращаться, раздеваться? Столько вещей уже порвал, ужас просто!

— Точняк, — кивнул я, — При прорыве буду монстров просить подождать, и раздеваться сначала. Или нет. Пока бегу к нему, на ходу раздеваться буду. Пусть люди порадуются стриптизу.

— Балабол, — беззлобно проворчала она, сняла с вешалки какой-то пиджак, и сунула мне, — На, померь.

— Да костюмы у меня есть, вроде, — попытался отмазаться я, но глянул на её свирепый вид, и перестал спорить, натянув пиджак, который оказался узковат в плечах.

— Всё ясно, снимай, — скомандовала она, — Четырнадцать лет, блин, подростку, а выглядит как мужик. И в кого ты такой здоровенный? Хотя о чём я? Я же видела твоего отца! Кстати… Что он от тебя хотел-то? — как бы между прочим поинтересовалась она. Вчера мы об этом не говорили, слишком поздно уже было. Как домой приехали, я сразу спать пошёл.

— Извинялся. Зовёт обратно в семью, — коротко пояснил я.

— А ты что ответил? — напряженно спросила она, не глядя на меня, делая вид, что выбирает футболку.

— А я сказал, что мне надо подумать, — вздохнул я, — И потом. На кого я вас с Никой оставлю?

— Эй! Это вообще-то я твоя опекунша, а не наоборот! Что значит, на кого ты нас оставишь? Вообще-то, это я тебя воспитываю и забочусь о тебе! — надулась она.

— Ну да, и спасибо тебе за это, — опять не стал спорить я, хотя с языка пара слов так и рвались язвительные. Одно только её ежедневное пиво в огромных количествах чего стоит, но я сдержался. Не хотел обидеть. Она и правда старалась, и очень много хорошего для меня сделала, — Но я больше переживаю за то, что вы опять к ресторанной еде вернётесь, или вообще на одном пиве сидеть будете. Тебе-то такая диета может и нормально, но вот Ника, боюсь, сопьётся тогда.

— Ты что? Забыл? Она вообще не пьёт, — фыркнула опекунша, — И что ты имеешь против пива? Оно, вообще-то, очень калорийно. Мне доводилось как-то им целую неделю питаться, и ничего. Как видишь, выжила.

— Да, вижу. И это меня очень удивляет. Впрочем, в любом случае до таких крайностей лучше не доводить, так что придётся вам потерпеть моё общество, — ухмыльнулся я, — Отец не настаивает на том, чтобы я вернулся жить к ним, даже если надумаю вернуться в семью, и я намерен воспользоваться этим его разрешением, если надумаю согласиться с его предложением.

— Тогда соглашайся, чего тут думать ещё? — пожала она плечами, — Не знаю, какая у тебя мама, но братья у тебя забавные. Я бы всё отдала, чтобы у меня была семья, родители… И не важно, какими бы они были. Главное, чтобы были.

— У тебя есть семья. Мы с Никой, — постарался приободрить её я, увидев, как она погрустнела, не став говорить о том, что иногда бывает лучше, чтобы у тебя вообще не было семьи, чем терпеть скотское отношение. Но всё же задуматься она меня заставила.

Я механически брёл за Астрой между рядов одежды, усиленно размышляя, как же мне быть… Соглашаться с предложением отца, или отказать?

С одной стороны, поступил он со мной, конечно, некрасиво. С другой, если я действительно был таким, до того, как потерял память, то, может, так со мной и надо было? Я же помню, как до меня даже алкашня пыталась докопаться, когда я в магазин ходил, а значит, меня вообще никто ни во что не ставил.

Да и пора отвыкать мыслить категориями обиды и простого не хочу. Ах, меня обидели, поэтому я с вами общаться не буду! Жить в вашей квартире, пользоваться вашими деньгами, буду, а общаться — нет. Как-то это по-детски совсем.

Да, я сумел прийти к полностью самостоятельной жизни. От рода не завишу, нашёл работу, жильё, новую маму, если так можно сказать. Но дальше-то что? Я уже не ребёнок, пора о будущем думать, а сейчас все мои дороги ведут к тому, чтобы стать героем. Но хочу ли я сам этого? Такого будущего?

Что-то мне подсказывало внутри меня, что нет. Вот совсем не прельщала меня эта стезя.

Нет, я понимаю, что дело это нужное, спасать людей от монстров, вот только был тут ряд смущающих меня моментов. Во-первых, я не маг. Всё, что я могу, это давить грубой силой, что сработает только против весьма ограниченного количества видов монстров. Против любого нестандартного, типа недавней кляксы, я ничего сделать не смогу. Очень уж у меня функционал ограничен.

Во-вторых, к самой организации Героев у меня было очень много вопросов. Почему такое маленькое количество людей в ней? Кто их финансирует? Как взаимодействует с государственными службами? Почему города сами не могут справиться с монстрами, без их помощи? У нас очень много магов. Я видел статистику, и согласно ей, на тысячу жителей приходится пять магов. Да, три из них будут весьма слабыми, но два-то с вполне приличной силой!

Несложно подсчитать, что да даже на наш, относительно небольшой, полумиллионный, город приходится где-то две с половиной тысячи магов, из которых тысяча должна быть довольно сильной.

И где тогда они все, когда прорыв случается? Почему никто из них не помогает уничтожить монстров, оставив это дело нескольким человекам? Слишком мелко для них, лень, заняты все, или что? Это же их город! Почему такое равнодушие? Или я чего-то не знаю?

Я бы на месте императора поступил просто. Не стал заморачиваться с организацией непонятной службы героев, а отдал бы это дело на откуп родам. Каждый род отвечал бы за безопасность той территории, где он базируется. Не хочешь заниматься этим, или не справляешься, значит, расформировать этот род, и позволить создать рода тем людям, которые смогут это сделать. Всё просто. Зачем тут так усложнили всё? Чего я не учитываю?

Впрочем, это я уже слишком увлёкся. В общем, не горел я желанием делать пахать за всех магов города с неясными перспективами. Да и в любом случае, мне надо будет сначала образование получить, а для этого надо уже определяться, чем я вообще хочу заниматься. В магические академии мне путь заказан, так как я не маг. Нужна какая-то гражданская специальность, а я даже понятия не имел, в каком направлении мне двигаться.

Ну, и безродному типу будет намного сложнее пробиться в жизни. Как в поступлении в вуз, так и во всём остальном, что невольно заставляло задуматься, что может, ну её, эту гордость, и согласиться с предложением отца?

В конце концов, можно вспомнить, что отец — это далеко не весь род Гончаровых, и не его личное детище. Нашему роду, как я успел узнать, сотни лет, мои предки служили царям и императорам, и сейчас мне нужно отказаться от них из-за одного урода? Это тоже как-то неправильно.

Ну, и меркантильный интерес тоже, был, что скрывать? Чем пробиваться с самого дна вверх, уж лучше воспользоваться для старта возможностями рода. Я не намерен был торчать в этом городке всю жизнь, и поступать хотел в какой-нибудь вуз в столице, а там принадлежность к роду, пусть и ссыльному, могла мне помочь.

Короче говоря, мне нужно было хорошенько подумать обо всём этом, и принять взвешенное решение.

Был и ещё один момент, который меня весьма смущал… Моя амнезия так и не проходила. Ни малейших воспоминаний о моей прежней жизни тут не проскальзывало у меня в памяти, но всё чаще и чаще мне снились сны, где я воспринимал себя пожилым учителем истории, и этот мир очень отличался от нашего. Исходя из того, что успел увидеть в своих снах, там не было магии! И сверхов тоже! Там тоже была Россия, но правил ей не император, а какой-то президент. Не было родов и аристократии…

Весьма странные сны. Сначала я недоумевал, с чего они мне вообще снятся, ещё и так ярко, в деталях, а потом меня стали одолевать сомнения… А сны ли это вообще? Не может ли это быть обрывками воспоминаний из моей прежней жизни?

Не могло ли быть такого, что после того падения и удара головой, Михаил Гончаров умер, и его тело занял кто-то другой?

— Миша! Привет! Извини за опоздание! — вырвал меня из тяжёлых раздумий голос Демидовой Ольги, я растерянно захлопал глазами, глядя на приближающуюся ко мне быстрым шагом девушку, и судорожно пытаясь вспомнить, когда это мы успели договориться о встрече? Я же сам об этой поездке только утром узнал!

* * *

— Привет, — с недоумением поздоровался с ней.

Оля подбежала ко мне, поцеловала в щёку, приобняла, прошептала на ухо, — Ничему не удивляйся. Мне просто надо было от Лухина сбежать, а тут ты на моё счастье оказался. Вот я и придумала, что у нас с тобой встреча тут. А то он пристал как банный лист, а просто послать его было нельзя. Извини, что использую тебя.

— Да всё нормально, — приобнял я её в ответ, а сам стал выглядывать того придурка. Если есть возможность его позлить, то я только рад буду.

Придурок обнаружился за витриной магазина, в котором мы находились и злобно смотрел на меня. Я весело оскалился, и помахал ему рукой, ещё крепче прижимая к себе девушку, которая, похоже, была вовсе не против этого.

Лухин помрачнел, развернулся, и отправился прочь быстрым шагом.

— Что, он так и не даёт тебе прохода? — спросил я у отстранившейся девушки.

— Ой, да и не говори! — раздражённо отмахнулась она, — Я уже прямым текстом ему сказала, что не люблю его, и не стану его невестой, но он всё на что-то надеется. Скорее на то, что мой отец заставит меня. Вот только он не знает, что отец уже не считает его такой уж достойной кандидатурой, и не мечтает больше породниться с его родом, так что шансов у него нет! И постоянно как-то узнаёт, где я нахожусь! Стоит мне только где-то оказаться одной — то он тут как тут. Делая вид, что наша встреча совершенно случайна.

— Миша, познакомишь нас? — подошла тут к нам Астра, которая успела обежать уже весь магазин, и вернуться ко мне. Вещей у неё в руках не было, но это ещё ничего не значило. Она могла отдать всё, что выбрала консультантам, чтобы они отнесли всё в примерочную. И более того, уверен, что она так и сделала, а значит, меня сейчас ждёт ещё одна часовая пытка.

— А разве вы ещё не знакомы? — удивился я, и только потом сообразил, что да, Ольгу, в отличие от Лизы, я с ней ещё не знакомил, — Знакомься. Ольга Демидова. Сестра моего одноклассника. А это моя опекунша, Астра, — в свою очередь представил я Оле Астру, которая была в своём неизменном костюме и маске. Только сейчас, кстати, я понял, что до сих пор не знаю её настоящего имени, хотя мы уже практически родственниками стали.

— Очень приятно, — улыбнулась Демидова моей опекунше, — Так вы здесь решили обновить гардероб Михаилу?

— Обновить? Скорее с нуля создать, — привычно проворчала Астра, — На нём же всё рвётся постоянно. Уже столько одежды разорвал на своих геройствах — ужас просто! А ещё ему так сложно что-то найти. Больно здоровый лось стал. Замучилась уже ему одежду подбирать.

— Так давайте я вам помогу! — явно обрадовалась девушка, — Я люблю по магазинам ходить. Я часто одежду брату и отцу покупаю, и бывает уже на вид вижу, подходящий размер, или нет.

— А почему бы и нет? — согласилась вдруг Астра, — Вдвоём это и правда проще будет сделать. Я там уже немного набрала одежды, мерить нужно. Давай проверим, что из всей той одежды ему подойдёт, и дальше пойдём. А потом ещё зайдём куда-нибудь пообедать.

Я мысленно взвыл, представив те муки, что меня сегодня ждут, захотел объявить категорический отказ, но меня никто и слушать не стал. Подхватили под руки с двух сторон, и потащили к примерочной.

* * *

Следующие три часа моей жизни превратились в настоящую пытку. За сегодня мне пришлось померить вещей больше, чем за всю свою жизнь до этого. И чего я только не мерил! По-моему, на мне побывал каждый вид мужской одежды, продающийся в местных магазинах.

Потихоньку количество пакетов с покупками у нас росло, и все они оказались на мне, в результате чего я был загружен ими как настоящей грузовой вагон. Хотя это я преувеличиваю, конечно. Всего лишь как маленькая фура.

Но всё когда-нибудь заканчивается, подошла к концу и эта пытка. Астра, наконец, решила, что на ближайшие пару месяцев я одеждой обеспечен, мы сходили пообедали в небольшой ресторанчик, находившийся прямо в этом торговом центре, где девушки вовсю непринуждённо болтали друг с другом как давние подружки, уже успев спеться за время хождения по магазинам, и найдя общую, интересную им тему для беседы, а именно — меня.

К концу обеда они уже строили совместные планы на следующие выходные, даже не беря в расчёт моё мнение. Астра загорелась желанием пригласить её к нам на обед, а шеф-поваром на этом обеде, естественно, должен был выступить я. Очень уж ей захотелось продемонстрировать Ольге мои кулинарные таланты.

Когда я заикнулся, не хочет ли она поинтересоваться моим мнением по этому поводу, она сказала, что если я чем-то недоволен, то она вполне может заменить дружеский обед ещё одной поездкой по торговым центрам, после чего я поспешил её заверить, что это был чисто риторический вопрос, и я буквально мечтаю о дружеском обеде у нас дома, и без проблем приготовлю для него что-нибудь интересное.

Ну, а после обеда, мы, наконец, двинулись по домам. Правда, Астра отобрала у меня пакеты, запихнула их в такси, а меня отфутболила к такси, которое должно было повезти Ольгу, чтобы я её проводил.

— Я девочка большая, могу и сама, если что, с кем угодно разобраться, — пояснила она мне, когда я бросил на неё недоумевающий взгляд, — А вот Олечка не должна одна ездить на такси. Ты должен обязательно проводить её, и убедиться, что она нормально добралась до своего дома. Это вопросы элементарной культуры и воспитания.

Я даже спорить не стал. Махнул рукой ей, подошёл к машине, открыл девушке дверь, и сел рядом с ней.

— Спасибо, ты очень выручил меня сегодня, — поблагодарила Оля, когда мы приехали, вышли из машины, и подошли к воротам усадьбы, — Я бы пригласила тебя на чай, но мои родители не любят, когда мы приводим друзей, не предупредив заранее, хотя бы за сутки. Но я обязательно как-нибудь приглашу тебя к нам в гости!

— Не стоит благодарности, — улыбнулся я ей, — Этот Лухин так смешно злится, что это для меня настоящая награда. Если надо будет его ещё как-нибудь позлить, то можешь на меня рассчитывать. Помогу с удовольствием.

— Буду иметь ввиду! — рассмеялась она звонким колокольчиком, и тут же о чём-то задумалась, — Слушай… А ведь я, кажется, придумала, как его можно окончательно отвадить от меня. Можно я скажу ему, что ты теперь мой парень? Подыграешь мне? Побудешь моим парнем какое-то время? Думаю, после этого он от меня, наконец, отстанет, и я смогу спокойно посещать нужные мне места, без удовольствия лицезреть его кислую физиономию. Так что, согласен?

— А почему бы и нет? — пожал плечами я, и усмехнулся, — Хотел бы я посмотреть на выражение его лица, когда ты это ему скажешь.

— Я тебе потом всё в деталях перескажу, — рассмеялась она, мы попрощались, после чего я получил очередной поцелуй в щёку, и обнимашки, после чего она убежала домой, а я отошёл немного в сторону, и стал вызывать такси.

Вот только машину я не успел дождаться. Буквально через пару минут передо мной вдруг затормозил большой чёрный автомобиль, явно представительского класса, и оттуда ко мне вылез Лухин, с полыхающим от злобы лицом.

— Как же ты меня достал… — чуть ли не прорычал он, — Я не пойму, тебе прошлого раза мало было, что ли? Ты так и не понял, что не стоит переходить мне дорогу? Отвали от Ольги, безродный, если жить хочешь!

— А если не отвалю, то что тогда? — скучающим тоном поинтересовался я. Я помнил, что он сильный маг-водник, но, кажется, придумал кое-что, что поможет мне с ним сладить.

— То в следующий раз я тебя просто убью! — попытался грозно рыкнуть он, но сорвался на визг.

— Так зачем тянуть до следующего раза? — ухмыльнулся я, — Ты хочешь меня на дуэль вызвать? Ну, так вызывай. Закроем наши с тобой вопросы окончательно. Тем более, что мне насрать на твои требования. С Ольгой я видеться не перестану. Это не тебе решать, с кем ей встречаться. И давно уже тебе пора понять, что она не хочет тебя видеть. Хватит уже за ней хвостом ходить.

— Ну, всё, урод. Дуэль! Сегодня же! — прошипел он сквозь зубы.

Глава 17

— Думаешь, он придёт? — с сомнением спросил я у Демидова, глянув на время. До начала дуэли оставалось пять минут, а Лухин как-то не торопился объявляться.

— Придёт, куда он денется, — пожал плечами мой секундант, — Он же при свидетелях сделал вызов, теперь у него обратной дороги нет.

В этот раз я поступил по уму и по правилам. Не зря я озаботился заранее обговорить условия дуэли с моим секундантом, в которые прямо при нём определил Демидова, сразу же позвонив тому по виртумму, и попросив об услуге.

Да, он был очень мутный товарищ, со своими тараканами в голове, и явно имеющий какой-то меркантильный интерес к моей персоне, но куда мне было деваться? Нормальными друзьями мужского пола я обзавестись так и не успел. Ну, не Альберта же было просить или братьев? Они бы скорее сразу начали отговаривать меня от этого решения, или ещё лучше, попытались бы на Лухина надавить. Про Астру с Никой вообще молчу. Мало того, что они девушки, так ещё вполне могли запереть меня дома, и сами поехать на разборки с моим противником. Слава богу, что они не знают про дуэль, а то точно попытались бы не пустить меня.

Сергей же спорить и отговаривать меня не стал. Молча выслушал подробности дела, сразу же согласился помочь мне и дал свои контакты Лухину, чтобы тот передал их своему секунданту, дабы они могли встретиться и обговорить условия дуэли, которую решено было провести завтра.

Ни на какие его вопли про «дуэль сегодня же» я не повёлся, и напомнил ему, что как вызванная сторона, условия проведения определяю я, а не он, что ему пришлось молча проглотить.

Разговаривать со мной дальше он не стал, сел в свою машину и укатил, а я заново вызвал себе такси, так как первое уже давно уехало.

— А не плохое ты место выбрал, — похвалил меня вдруг Демидов, оглядываясь по сторонам, — Основательно подошёл к делу. Воднику тут очень нелегко придётся. Нет, кое-как он и тут магичить сможет, но тут ему будет намного сложнее это делать без доступа к водным источникам.

— Надеюсь, — пожал плечами я, не расслабляясь. Я, конечно, постарался всё учесть, но мало ли, что ему может в голову прийти? Лухин — весьма скользкий тип, и я уверен, что он вполне может преподнести мне какой-нибудь неприятный сюрприз.

Место для нашей следующей дуэли я уже давно начал подбирать, не сомневаясь, что рано или поздно она состоится, но нашёл совсем недавно, за городом.

Огромная территория была занята заброшенным заводом по производству сельскохозяйственной техники, и прямо тут я и пожелал провести дуэль. В центре огромной территории находилась большая заасфальтированная площадка, вокруг которой располагались бетонные здания разной степени сохранности, и всё это было окружено бетонным же забором, поверх которого шла колючая проволока.

Вообще, даже эта заброшенная территория не была бесхозной, и охранялась каким-то дедом, у которого даже ружьё было, чтобы пугать воров, как он сказал, но мы с ним без проблем договорились за пару десятков рублей, что он пустит нас на территорию, и его даже не испугало, что мы можем тут всё разрушить.

— Один хрен тут всё под снос идёт, — решительно махнул он рукой, сгрёб в карман старого пиджака купюры, и побрел к своей будке у ворот, в которой занимался просмотром сериалов.

На десять километров вокруг не было ни речек, ни озер, ни каких других водоёмов, сам же завод уже давно был отключен от водоснабжения, плюс, бетон и асфальт не дадут моему противнику добраться до подземных вод. Вроде, всё предусмотрел. Ну, по крайней мере, я так думаю.

И как раз на последних моих мыслях до меня донёсся гул машин, и через открытые ворота въехала целая колонна авто, в центре которой были сразу две пожарные машины. И что-то мне подсказало, что вряд ли Лухин их взял из-за боязни возможного пожара. Предусмотрительный, тварь.

— Он, конечно, мудак, но умный мудак, — процедил Демидов, фактически озвучив то, о чём я думал в данную секунду, а я молча смотрел, как из одной из машин вылез Лухин с весьма довольной физиономией, и торжествующе смотрит на меня.

— Что, думал, в угол меня загнал, урод? — весело рассмеялся он, — Молись, козлина. Сегодня ты отсюда уже не выйдешь…

Ну, ничего. Посмотрим, кто будет радоваться в конце боя. Всё же две пожарные машины, это далеко не целое озеро. Возможности его всё равно будут тут ограничены, — подумал я, не став отвечать придурку. Слова — это лишь слова. Нас рассудит бой.

* * *

— Ты долго ещё от меня прятаться будешь? Выходи, и дерись как мужчина! — пафосно выкрикнул Лухин, медленно подходя к тому месту, где я затаился. Перед боем было решено, что местом проведения дуэли будет являться вся территория завода, и все посторонние вышли за ворота, в ожидании окончания боя, а следили они за нами с помощью нескольких установленных видеокамер, и виртуммов, на которые шла трансляция изображения. Лукин выбрал дуэль до смерти, так что не исключено, что отсюда выйдет только один из нас.

— Ну что же ты? Ты же таким смелым был вчера! Указывал, что мне делать. А сегодня молчишь, и прячешься. Разве так поступают дворяне? — продолжал разоряться он, глядя, к счастью, в другую сторону, и не замечая, как я подхватил один за заранее подготовленных булыжников, и пробираюсь к нему за спину.

Этот завод начали сносить, но в какой-то момент по неизвестной причине снос приостановили, так что тут были и совершенно целые здания, и полностью снесённые, и снесённые лишь частично, в одном из которых я сейчас и укрывался.

Когда я осматривал поле будущего боя, то сразу обратил внимания на валяющиеся тут и там огромные кучи из битого кирпича и прочего строительного мусора, и запомнил, где что находится, чтобы использовать в драке.

Эх, будь у меня тот защитный перстень-артефакт, то всё было бы гораздо проще, но на дуэли подобные вещи были запрещены, и меня заставили его сдать секунданту. Впрочем, я на него и не рассчитывал, догадываясь, что так и будет.

Я тихонько вылез из полуразрушенного строения, оказавшись чётко за спиной Лухина, метрах в десяти от него, и с силой метнул в него булыжник, который с тихим гулом устремился к его спине.

Но это было бы слишком просто, если бы на этом всё и закончилось. Каким-то чудом, не иначе, противник почувствовал угрозу, и кинулся в сторону, увернувшись от удара, и при этом он сразу же атаковал меня водяной плетью, от которой уже мне пришлось спасаться, буквально нырнув вперёд на бетон.

Плеть со свистом пронеслась над моей головой, и врезалась в стену здания, где вместо того, чтобы бессильно расплескаться об неё, буквально вгрызлась в камень, оставляя после себе глубокую борозду.

И сразу же, не давая мне спокойно полежать, в меня полетел сверху водяной молот, и я еле успел увернуться от него, вскочить на ноги, и броситься к лежавшей в стороне куче строительного мусора, и кирпичей, которую я использовал в качестве одновременно и щита, и источника метательных снарядов.

Лухин попытался ещё раз что-то там вякнуть про моё недостойное поведение, но ему сразу ж пришлось заткнуться, так как на него обрушился настоящий град из каменных осколков и кирпичей, и ему резко стало не до того.

Он моментально возвёл вокруг себя настоящий защитный купол из воды, и даже стал пытаться контратаковать, вот только я именно этого и добивался, следя, как потихоньку тает его водяной запас.

Я потому и убежал от него прятаться в зданиях, чтобы отвести как можно дальше от машин с запасами воды.

Каким бы сильным он магом не был, но держать на расстоянии водяной канал с машинами он не мог, а потому подвесил прямо в воздухе над собой огромный водяной пузырь, и двинулся за мной.

И сейчас я с удовлетворением отметил, что за время нашего боя запас воды у него уменьшился уже вдвое, и продолжал потихоньку таять, так как даже попадание камней в защиту выбивали из неё брызги воды, улетающие на бетон, да и его хлысты и водяные молоты без потерь не работали. Понятное дело, что он наверняка следит за уровнем воды, и когда она начнёт заканчиваться, он пойдёт к машинам, но вот только добраться до них я ему уже не дам.

На этой радостной мысли я удвоил свои усилия по бомбардировке, чувствуя настоящий прилив сил и злобную радость, прямо во всех деталях представляя себе, что сделаю с этой гадиной, когда он останется без защиты. Самым мягким вариантом было, что я ему просто сверну шею.

— Не хочу отвлекать в столь ответственный момент, — раздался в голове вдруг голос Арха, — Но должен сказать, что количество адреналина в твоей крови достаточно для того, чтобы усилить твою способность Берсерка. Усиливаю?

— Разумеется! — довольно рыкнул я аж вслух.

В последнее время Арх почти всё время молчал, погрузившись в мысли о том, как бы ему вернуться домой, и лишь вчера вечером подал признаки жизни, когда я уже собирался ложиться спать, обрушившись на меня с критикой, что я подвергаю себя необоснованному риску, соглашаясь на дуэль. Мы даже немного поругались с ним на эту тему, после чего он опять обиженно замолчал, и сейчас я был очень рад его услышать, так как думал, что он теперь вообще со мной говорить не захочет. Слишком уж жёстко я послал его, когда она стал настаивать, чтобы я попросил прощения у Лухина. Мол, моя жизнь слишком ценна для науки.

И тут в кровь как будто горящего топлива вспрыснули. Огненная волна прокатилась по всему моему телу, заставив затрещать чуть ли не кости, меня охватила вдруг какая-то волна дикой эйфории, и ощущения чуть ли не всемогущества! Казалось, вот только захоти я, и любого смогу порвать на мелкие части, или целый многоэтажный дом взвалить на свои плечи.

— Не советую, — вмешался тут Арх, так как я, видимо, слишком отчётливо об этом размечтался, — Ты сейчас находишься под воздействием большого количества эндорфинов, а потому не можешь мыслить критически. Ты стал не настолько сильным, как тебе кажется. И тем не менее, со своим противником ты должен справиться без особых проблем. Я оценил его уровень силы, в твоём текущем состоянии он не сможет причинить тебе существенный вред своей магией. Его удары не смогут пробить твою кожу. Максимум, ты почувствуешь лёгкий дискомфорт.

— Вот и отлично! — довольно рыкнул я, услышав для себя самое важное, вылез из-за кучи мусора, и широкими шагами двинулся к Лухину, оскалившись в предвкушающей ухмылке.

Тот не сразу понял, что ситуация поменялась, и поначалу даже обрадовался моему появлению. Кривая улыбка появилась на его лице, и сразу же два хлыста молниеносно метнулись ко мне, чтобы бессильно разбиться о моё тело, не причинив ни малейшего вреда. Как и обещал Арх, повредить они мне не смогли. Да, удар я почувствовал, но он даже не заставил меня пошатнуться, и тем более, остановиться.

На лице противника появилось было недоумение и опаска, но он тут же взял себя в руки, и на меня обрушился водяной молот.

Я не стал проверять, насколько невосприимчивым стал к этой магии, гигантским скачком вперёд ушёл из-под удара, вмиг оказавшись рядом с Лухиным. Он ещё успел полоснуть меня ударом крест-накрест водяными лезвиями, а дальше уже настал мой бенефис.

Первые два моих удара его защита выдержала, лишь прогнувшись и загудев от напряжения, а на третий удар она лопнула, окатив меня с ног до головы брызгами, и уродец оказался абсолютно беззащитен передо мной.

— Погоди! Я сдаюсь! — испуганно завопил он, выставив вперёд руки, но я не стал слушать его, и, не сдерживая себя, нанес ему мощнейший удар в голову, из-за которого он взвился в воздух, долетел до ближайшей кучи строительного мусора, влетел в неё головой вперёд, и та моментально похоронила его под собой.

Я даже не пошёл проверять, жив он, или нет, и медленно направился к выходу, в котором уже показались люди Лухина, которые испуганно косясь на меня, побежали искать тело своего господина.

И уже после них я увидел шедшего в мою сторону Демидова, которому я просто кивнул, и прошёл мимо него.

— Ты даже не хочешь узнать, жив он или нет? — крикнул он мне в спину.

— Плевать, — равнодушно бросил я, — Он сам хотел дуэли до смерти.

— Ну-у, может, ты и прав… — задумчиво протянул он.

* * *

— Второй раз за неделю — это уже перебор, — ворчала Астра, забирая меня из полицейского участка, — Ты в преступные элементы не собрался ли податься, часом?

— Только если их боссом, — легкомысленно отмахнулся я, идя к машине. Нужно было как можно скорее добраться или домой, или до какого-нибудь кафе. В участке я провёл часа два, но есть уже хотелось неимоверно. Похоже, что последняя трансформация моего тела потребовала огромного количества энергии. У меня было такое чувство, что я готов был вонзиться зубами даже в сырое мясо.

Меня задержали сразу же, как только мы въехали в город. Тут уже знали о смерти Лухина, потому и забрали меня до выяснения обстоятельств. Сама по себе смерть одного из дуэлянтов уже было для города чрезвычайным происшествием, а уж смерть несовершеннолетнего — в двойне.

Всего я в полиции провёл часа два. Пока с меня взяли показания в письменном виде, пока опросили свидетелей, просмотрели записи с тех видеокамер. Но надо отдать должное, в камеру меня закрывать не стали в этот раз. Всё это время я просидел в одном из кабинетов, и мне даже чай дали с бутербродами, которых всё равно не хватило на утоление моего голода.

С самой дуэлью же возник некий казус. Как оказалось, несовершеннолетним лицам была запрещена дуэль до смерти, и наказание за это было довольно серьёзным — нахождение до пяти лет в исправительном учреждении для того, кто на неё вызвал. Но в данном случае, этот вопрос отпал сам собой, так как вызвавший был уже мёртв, а то, что вызвал именно он, подтвердил не только Демидов, но и секундант Лухина.

Правда, отец последнего был очень возмущён тем, что я останусь без наказания, орал и всячески угрожал мне, даже попытавшись добраться до меня, чтобы, по его словам, вцепиться мне в глотку, но полиция этого не допустила, на его счастье.

Был он болезненно худого сложения, и если бы он всё же накинулся на меня с кулаками, то терпеть подобного я не стал бы. Мне ни капли не было его жаль. Сам виноват, что вырастил такую мразь.

А ещё мне, почему-то, было абсолютно всё равно, что я совсем недавно убил человека. Ни тени сожаления не было. Как будто таракана раздавил, и дальше пошёл. При этом, я понимал, что для подростка ненормальна такая реакция, но поделать с этим ничего не мог, да и не хотел.

В полиции, кстати, тоже похоже заметили этот факт, а потому мне назначили обязательное посещение психолога на целую неделю. Изверги.

— Ты как вообще? Всё в порядке? — осторожно спросила Астра, когда мы уже уселись в машину.

— В полном! — энергично кивнул я, — В истерику впадать не собираюсь, мучиться угрызениями совести тоже. Всё же этот тип сам выбрал такую дуэль, то есть, вопрос был лишь в том, кто кого. Он меня, или я его. Я выбрал второй вариант.

— Паршивец, — пробормотала она, явно имея ввиду не его, а меня, — Мы ещё дома поговорим с тобой насчёт того, что надо ставить в известность меня, если тебя на дуэль вызывают. Дождёшься ты у меня, что я тебе ремня всыплю!

— Если тебя это успокоит, то ради бога. Дерзай, — подмигнул я ей, — А сейчас поехали уже быстрее. Жрать хочу так, что готов уже в чехол сиденья зубами впиться. Он у тебя как раз кожаный.

Не знаю, поверила она мне, или нет, но машина сразу же рванула с места. Уже через двадцать минут мы оказались дома, где я привычно двинулся на кухню, и занялся готовкой, а ещё через час на запах плова из своей комнаты выползла заспанная Ника, и мы нашей маленькой, но дружной компанией, уселись за стол.

Примечание автора. Спасибо всем, кто читает мою книгу! Буду рад вашей поддержке в виде лайка или комментария!

Глава 18

— Вот, попробуй моих фирменных тефтелек, — радостно хлопотала вокруг меня мама, когда я пришёл к ним на ужин, — Их рецепт я даже нашему повару не говорю, сама делаю! — гордо произнесла, положив мне в тарелку сразу штук пять.

— Спасибо, — не стал отказываться я, так как с аппетитом у меня в последнее время всё в порядке было. Жрать хочется всё время. Со времени дуэли уже три дня прошло, а я только и делаю, что ем, а в перерывах между едой на учёбу хожу.

Из полиции меня больше не дёргали, отец Лухина, как ни странно, тоже не объявлялся, и жизнь вошла в своё привычное русло. Дом, учёба, работа. Сегодня вот в первый раз этот график был нарушен, так как позвонил отец, и попросил, чтобы я зашёл к ним на ужин.

— Не переживай, это тебя ни к чему не обязывает, — пояснил он, — Хочу, чтобы мои видели, что я пытаюсь нормализовать ситуацию, чтобы они глупостей н наделали. Ну, и повод, всё же, есть. Маше, как-никак, десять лет исполняется. Посидим в семейном кругу, отметим. А в выходные уже как положено, с друзьями и родственниками. Так что, придёшь? Сёстры по тебе тоже соскучились. Вы же совсем видеться перестали. Ладно, ты на меня обижен был, но уж с ними-то мог бы и поддерживать связь.

— Ладно, приду, — нехотя согласился я, и в самом деле почувствовав себя виноватым. Про сестёр, честно говоря, я вообще забыл. И я сейчас не об амнезии говорю. Некрасиво вышло.

И сразу пришлось озадачиться вопросом, что подарить десятилетней девочке? Они в этом возрасте ещё в куклы играют, или нет уже? Пришлось обратиться с этим вопросом к сидевшей рядом Лизе. Звонок отца как раз пришёлся на время перемены.

— Сложный вопрос, — нахмурилась она, вертя в пальцах ручку, — Но точно не кукол. Какую-нибудь косметику можно было бы, но для этого надо знать, чем она пользуется, что ей нравится, что нет… Или что-нибудь из её хобби… А ты поговори с братьями, и узнай, чем она увлекается, сразу проще станет, — подала она вдруг довольно дельную мысль.

— Точно! Спасибо, — облегчённо выдохнул я, — Сейчас так и сделаю, — и набрал Серёгу.

После двухминутного разговора с ним, выяснилось, что он и сам имеет весьма смутное представление об интересах сестёр, так что пришлось с этим вопросом звонить матери. Она-то меня и просветила, что моя младшая сестра, оказывается, начинающая художница, вот только родители уже купили ей всё что нужно для творчества, так что и тут у меня получился облом.

— Все девочки любят домашних животных, — тихо, так как уже начался урок, произнесла Лиза, увидев мои мучения, — Подари ей котёнка, или щенка, и уверяю тебя, она точно будет довольна.

— А если родители против будут?

— То уже в любом случае поздно будет. Вот если ты им позвонишь узнать, не против ли они, то тогда да, они вполне могут отговорить тебя, а так поставишь перед фактом, и всё.

— Ну, тоже верно… — согласился я с ней. Да и пофиг, честно говоря как они к этому отнесутся. Переживут.

* * *

— Миша, спасибо! Он такой милый! — счастливо обняла тут меня подбежавшая сестра.

— Не за что, — улыбнулся я ей, — Как решили назвать?

— Тигран! — гордо заявила Маша.

— Кажется, я догадываюсь, почему, — усмехнулся я, наблюдая, как Юля играет на полу срыжим полосатым котёнком, который и своим видом, и повадками напоминал настоящего тигра.

Сразу после школы Лиза вызвалась мне показать лучший зоомагазин города, где мы и нашли этого хищника. Котят там был целый десяток, и я даже растерялся поначалу, не понимая, как мне из них сделать выбор, но, когда нам открыли вольер, где они находились, чтобы мы могли подойти к ним поближе и рассмотреть, именно он ко мне сразу и же и подбежал, тогда как остальные наоборот кинулись от меня в разные стороны. А значит, так тому и быть, решил я, и без лишних раздумий выбрал его.

— Ох, лучше бы ты со мной посоветовался, прежде чем делать такой опрометчивый выбор, — тяжело вздохнула мама, — Я уже с ужасом представляю, что ждёт наши диваны и кресла…

— Ничего, зато у тебя будет лишний повод их обновить, — хохотнул Серёга, но тут же осёкся под строгим взглядом матери.

— Да всё нормально будет, — поспешил успокоить я её, — Вы главное, когте точку купите ему, да и вообще когти и подстричь можно будет. Кстати, ему ж ещё лоток нужен… Блин, я как-то забыл об этом…

— Ничего страшного, мы ему уже старый лоток Барсика нашли, и миску, — вмешалась сестра, и тут же осеклась, испуганно глянув на меня, — Ой… Я забыла, что просил тебе не напоминать про него… Извини…

— Да ничего страшного, — поспешил успокоить я её, догадавшись, что Барсик, по всей видимости, когда-то был моим котом, а потом с ним что-то случилось, что нанесло прежнему мне душевную травму, — Я же всё равно его помню. Ты не забыла, что я память потерял?

— Точно! — с облегчением улыбнулась она, — Ну всё. Я побежала дальше с ним играть. Спасибо ещё раз!

— Может, сначала поешь нормально? — попыталась остановить её мать.

— Ну, ма-а-ам! Я не хочу! Я наелась! — протянула сестрёнка, скорчив такую жалобную мордочку, что мама лишь отмахнулась от неё.

— Ладно, играй… Через полчаса торт будем подавать.

— Спасибо, мам!

Блин, прям образцовый семейный ужин. За столом и впрямь была только наша семья. Мать с отцом, я, два брата, и сёстры на полу. Отец с братьями то и дело опрокидывали внутрь рюмки с коньяком, мне никто налить не предлагал, а мама, оказалось, не пила алкоголь вообще. Потому мы с ней ограничились апельсиновым соком.

— Слышал, у тебя тут дуэль была на днях с сильным магом? Расскажешь подробности? — громыхнул отец, опрокинув внутрь ещё одну рюмку. Братья заинтересованно глянули на меня. Мать явно что-то хотела сказать, но передумала, села на место, и тоже вопросительно глянула на меня.

— Да, в принципе, могу, но… Думаете, при них надо такое обсуждать? — кивнул я на сестёр.

— Девочки! Сходите на улицу, покажите вашему питомцу двор! — крикнула мама, и те тут же умчались из комнаты, схватив на руки котёнка.

Я чуть подумал, да и выложил им всю историю своего конфликта с Лухиным во всех подробностях, включая ту историю на даче Демидовых, с дуэлью и прорывом. Потом дошёл до недавней дуэли, рассказав и о причине, и чем она закончилась.

Отец только крякнул, когда я рассказывал о завершающем ударе, который привёл к смерти противника, братья же и мама молчали.

— На этом, собственно, и всё, — развёл я руками, — Там потом отец Лухина ещё пытался мне угрожать в полиции, но его не подпустили ко мне.

— Да, этот может, — поморщился отец, — Крайне неприятный тип, как и весь их род. Обязательно попробует отомстить, ему никто не указ. К тому же, у нас всегда с тем родом напряжённые отношения были. Когда наш род сослали сюда, нам пришлось выгрызать себе место под солнцем, так сказать. Отвоёвывать часть рынка. И одним из пострадавших от наших действий был как раз род Лухиных. Они до сих пор нам этого не простили, и при любой возможности пытаются вставлять нам палки в колёса и перехватывать контракты. Ну, а иногда наоборот, мы перехватываем у них. Точнее даже, чаще всего мы их опережаем или выдавливаем из сделок. Вот недавно как раз они вели переговоры с одной из крупнейших мебельных фабрик империи о поставке сибирского кедра. Мы вовремя узнали о переговорах, и перебили их предложение, снизив цену. Контракт всё равно вышел на очень крупную сумму, так что неудивительно, почему Лухины так бесятся. Они рассчитывали поправить своё положение, породнившись с Демидовыми. Но ты спутал им все планы сначала подтолкнув Демидовых к расторжению помолвке, а потом убив наследника. Сыновей у Лухина больше нет, только дочки, что грозит добить окончательно его род. Естественно, что он будет считать тебя главным виновником своих бед, и постарается отомстить. Ему уже терять нечего. Я дам команду нашей службе безопасности чтобы они снова взяли тебя под охрану. Ты не против?

— Нет, конечно, я же не идиот, — даже удивился я. У меня, конечно, есть защитный перстень, вот только от грамотного нападения и он меня не спасёт. Охрана точно лишней не будет. Вот только жить в ожидании удара неизвестно сколько времени тоже такой себе вариант…

— А нельзя как-нибудь этому Лухину объяснить, что нападение на меня будет большой ошибкой? Что лучше бы ему о будущем своего рода думать? В конце концов, убить, если он такой уж упёртый, или как-то изолировать. В психушку, например, отправить? — предложил я самый логичный, на мой взгляд, вариант, — Он же затаится, и может нанести удар и через год, или два, в тот момент, когда мы не будем к этому готовы. Мы не можем жить в вечном ожидании удара. Любая бдительность рано или поздно ослабнет.

— Сын, как ты можешь… — ошарашенно произнесла мама, но осеклась под тяжёлым взглядом отца.

— Помолчи лучше. Он вполне разумные вещи говорит. Ты же не хочешь сына лишиться?

— Нет, но…

— Никаких, но! Тут вариант либо ты, либо тебя. И лучше мы его, чем он доберётся до Михаила. Я подумаю, что тут можно сделать. Конечно, попробую позвать его не переговоры, вот только уверен, что даже если он придёт на них, то на мир не согласится. Или даже согласится, а сам всё равно будет готовить удар. А ты, сын, молодец! Я рад, что ты перестал быть слюнтяем, и разумно смотришь на вещи, — перевёл он на меня одобрительный взгляд, — Как твое состояние после победы в дуэли? Не жалеешь, что довёл до такого конца?

— Как ни странно, но нет, — мотнул я головой, — Не испытываю ни малейшего сожаления. Я прекрасно понимаю, что его нельзя было оставлять в живых. Не тот этот человек. Слишком скользкий и злопамятный. Даже если бы он пообещал не мстить мне, то веры его словам не было бы. И кто знает, чтобы он сделал в следующий раз? Затаился бы как змея, а потом нанёс смертельный укус тогда, когда я бы не ждал этого. Нельзя таких противников оставлять за спиной. И он в такой же ситуации, я уверен, меня не пожалел бы.

— Верно! — удовлетворённо кивнул отец, — Ты радуешь меня всё больше и больше. Нельзя давать второй шанс тем, кто тебя ненавидит. Их надо сразу давить. Теперь я ещё больше хочу, чтобы ты вернулся в семью. Ты надумал?

— Пока думаю, — вздохнул я, — Но даже если вернусь, то хотел бы остаться жить там, где живу.

— Но почему? — тут же обиженно вскинулась мама, — Чем тебе у нас не нравится? Ты хочешь променять нас на тех девушек сомнительного воспитания?

— Дело не в вас, а во мне, — пояснил я, — Не забывай, что я не помню свою жизнь тут, так что не могу сказать, нравилось мне тут или нет. Я слишком привык к самостоятельной жизни. Повзрослел, наверное. Мне трудно уже будет подчиняться кому-то, а тут этого не избежать. Лучше уж не доводить до конфликтов. Да и не могу я своих соседок бросить.

— Они что, дороже тебе, чем мы? — всё ещё обиженно спросила мама.

— Дело не в этом, — покачал головой я, — Скорее, я чувствую за них ответственность. Они обе детдомовские, и явно в жизни не раз обжигались. Людей к себе не подпускают, но мне стали доверять… Тут уже не они за мной, а я за ними присматриваю. Как говорится, мы в ответе за тех, кого приручили.

— Мы в ответе за тех, кого приручили… — задумчиво повторила мама за мной, — Интересное выражение. Кто это сказал?

— Не помню, — обескураженно развёл я руками, — Видимо, прочитал когда-то.

— Ну, да. Амнезия же, — вздохнула она, — Пора бы уже тебе хоть что-то начать вспоминать. Доктор обещал, что память вернётся, но уже столько времени прошло, а результата нет… Или ты хоть что-то вспомнил? — с надеждой глянула она на меня.

— Нет, — покачал головой я. Ну, не рассказывать же им мои предположения, что их сын на самом деле умер, и в нём теперь кто-то другой? Либо в психушку отправят, либо ещё хуже — поверят. И вот там последствия могут быть намного хуже.

И тут в комнату забежали сёстры, счастливо хохоча, а за ними по пятам мчался котёнок, так и норовя укусить их за пятки.

— Мама! Ты торт обещала! — подбежала к нам Маша.

— Конечно, дорогая. Одну минуту. Помойте пока руки с сестрой после кота, — мягко улыбнулась ей мать, и пошла на кухню.

* * *

— Ты и правда думаешь о том, чтобы принять предложение отца? — спросил меня Димка, когда они с братом вышли меня провожать на улицу.

Отец уже прилично набрался, и пошёл отдыхать, а мать пошла почитать на ночь сказку Юле и Маше. Те вымотались сегодня до предела. Даже на салют уже сонно смотрели, и после него сразу пошли готовиться ко сну.

Я хотел вызвать себе такси, но мне сказали не заниматься ерундой, и воспользоваться машиной рода. Заодно и охрану мне выделили. Сейчас как раз готовили машину к выезду.

— Ну, а почему бы и нет? — пожал плечами я, — Да, отец ошибся, но он признал свою вину и извинился. Я же многое переосмыслил за последнее время. Без поддержки рода мне будет сложно добиться существенных результатов в жизни. Нет, при необходимости, я и без этого добьюсь, но не вижу смысла в том, чтобы и дальше отказываться от рода. К тому же, можно и поторговаться, и заставить отца пойти на ряд поблажек для меня. Ну, и род есть род. Нельзя так просто отказываться от своей истории и предков, даже если нынешний глава рода тебе не нравится.

— Возможно, ты и прав… — задумчиво произнёс он, посмотрел на подъезжавшую машину, и перевёл взгляд обратно на меня. — Скажи… Ты же всю дуэль уходил от прямого столкновения. Почему ты в итоге пошёл на Лухина с голыми кулаками? Что изменилось?

— Да ему, наверное, просто надоело это всё, вот он и психанул! — хохотнул Серёга, но Димка даже не глянул на него, продолжая пристально смотреть на меня почти не мигая.

Блин. Ну не могу же я ему рассказать про то, что мне тогда Арх говорил про уровень адреналина в крови? Или могу…

— Да я и сам не понял… — с деланно смущённым видом пожал я плечами, — Просто в какой-то момент на меня вдруг такой прилив сил и эйфории накати, что мне показалось, что я сейчас этого Лухина голыми руками порву, вот и пошёл на него. Точнее даже, не показалось, а я был полностью уверен в этом тогда!

— Понятно, — пробормотал Димон, и братья с понимающим видом довольно переглянулись, — А самого главного-то, батя, получается, у тебя и не спросил… Ты, похоже, на новую ступеньку силы поднялся.

— Что ещё за ступенька силы? — неподдельно удивился я.

— Мы, сверхи, называем это Путь к вершине, — чуть помолчав, продолжил старший брат, — Как тебе объяснить-то? Наша сила не находится всё время на одном уровне. Чем чаще ты находишься в режиме Берсерка, чем сильнее тебе приходится выкладываться в схватке, тем выше вероятность того, что в какой-то момент ты станешь сильнее. Подобное ощущение эйфории и всемогущества как раз сопровождает это повышение силы. Мы это называем ступенькой вверх. Вот я, например, сейчас нахожусь на пятой ступеньке, Серёга — кивнул он на брата, — На четвёртой. Насчёт бати даже не знаю. По слухам, он вплотную к десятой подобрался. Сколько же их всего никто не знает. Наш прадед дошёл до восемнадцатой, и был просто неимоверной силы человеком. Его, наверное, даже и неправильно было человеком-то называть. Настолько сильно его изменил дар. Но и ты молодец. Вторая ступенька в четырнадцать лет — это потрясающий результат! Я на неё только в шестнадцать шагнул.

— Четвёртая, — хотел было поправить его я, но вовремя прикусил язык. Ни к чему им такие подробности сообщать. Ещё начнут завидовать. Лишнее это. К тому же, я догадывался, что это не столько моя заслуга, сколько Арха. Не факт, что без него я бы сейчас был на этом уровне силы.

— Ладно, поеду я, — стал я прощаться, и пожал им руки, — Увидимся как-нибудь.

— Что, значит, как-нибудь? — усмехнулся Димка, — В субботу и увидимся. Там вся родня будет, и тебя отец тоже обязательно позовёт, даже не сомневайся. Наверное, не говорил тебе пока, чтобы не спугнуть, но на днях обязательно скажет. Надо же готовить родню к тому, что скоро ты можешь вернуться в род.

Глава 19

— Давай встречаться! — решительно выдохнула миниатюрная девушка, крепко зажмурив глаза, и как будто даже дышать перестав.

— Чего? — слегка охренел я, не ожидая подобного заявления.

Нет, поймите меня правильно, если бы подобное заявила Лиза, то тут этот можно было хоть как-то понять. Всё-таки, мы с ней давно уже дружим. Но услышать такое от девушки, которая хоть и училась со мной в одной школе, но в другом классе, и мы даже не были знакомы друг с другом, было весьма странно.

Ничто, как говорится, не предвещало беды. Я как обычно пришёл в школу, уже вполне привычно вытряхнул в урну десятка два или три записок из-под своей парты, и начался вполне обычный же школьный день.

Первые три урока прошли вполне стандартно. На каждом меня по разу подняли, я без проблем ответил на вопросы, получил свои пятёрки, и тут настала большая перемена.

Мы с Демидовым и Лизой шли в столовую, когда ко мне подошла какая-то девушка, и попросила меня выслушать её. Я подумал, что ей помощь какая-то нужна, вышел с ней на улицу, где мы зашли за школу, и меня ошарашили этим своеобразным признанием.

— Встречаться… Давай… — запинаясь, повторила девушка, так и не открывая глаз, судорожно схватившись за край школьного платья.

— Послушай. Мы же даже не знакомы… — начал было я, но она меня перебила.

— Екатерина Волкова, пятнадцать лет, девятый А класс. А как тебя зовут я знаю, так что теперь знакомы, — протараторила она, открыв глаза, и с надеждой уставилась на меня голубыми глазищами.

Красивая девочка, — машинально ответил я, разглядывая её симпатичное личико, чуть присыпанное веснушками на носу, тугую русую косу, перекинутую через плечо, и длинные стройные ножки, которые почти не скрывало школьное платье.

— Да даже если познакомились — это ещё не повод начать встречаться! — устало вздохнул я, — Ни я о тебе, ни ты обо мне ничего не знаем! Зачем это тебе всё?

— Я о тебе знаю всё! Я — твоя фанатка! — выпалила она воодушевлённо, — И про твою силу, и как ты город защищаешь, и что тебя из рода изгнали, и про детдом, и про опекуншу Астру — всё! — протараторила она, с каким-то нездоровым блеском глядя на меня.

Да она прямо одержимая какая-то! — понял вдруг я, с опаской глядя на неё. И это было очень плохо… Естественно, на её предложение я соглашаться не собирался, но и просто послать её было, получается, нельзя… Неизвестно, как это может на ней отразиться. Одно дело, если она возненавидит меня, и будет мстить — это ещё ничего, и совсем другое, если вдруг решит с собой покончить. Или вообще на ком-то из моих близких решит отыграться. На той же Лизе, например. Тут надо было как-то аккуратно действовать.

— Послушай… — аккуратно начал я, — То, что ты так много знаешь о моей жизни, вовсе не означает, что ты знаешь меня. Ты ничего не знаешь о том, какой я. И за ширмой спасителя города вполне может скрываться мерзавец и подлец. Подожди, не перебивай! — остановил я вскинувшуюся девушку, которая явно собралась горячо опровергнуть мои слова, — Да, именно что не знаешь. Ты сама себе придумала в голове мой образ, в который и влюбилась, а на самом деле я своем другой. И о тебе я тоже совершенно ничего не знаю. И узнать это можно только после длительного общения друг с другом, поэтому сейчас я не могу ответить тебе взаимностью. Прости.

— У тебя кто-то есть? — разом похолодел её голос, — Неужто слухи о тебе и Лизе правдивы? Я так и знала, что не просто так она всюду с тобой таскается!

Что-то нехорошее послышалось мне в её тоне, а потому я поспешил её разубедить.

— Нет, с Лизой мы просто друзья. И если хочешь, с тобой можем тоже стать друзьями, и уже со временем станет ясно, вспыхнут между нами чувства или нет, — нёс я какой-то романтический бред, лишь бы увести её мысли в сторону от Лизы, и судя по заблестевшим глазкам и порозовевшим щёчкам, вполне успешно. Даже странно, как такая милашка ухитрялась производить столь жуткое впечатление.

— Так чтобы узнать друг друга получше, надо же общаться, ходить куда-то вместе… На свидания, например… — застенчиво пробормотала она, глядя в сторону, — Ты пригласишь меня на свидание? У меня как раз следующие выходные свободны…

— Нет, в следующие, к сожалению, не смогу, — отказался я, и поспешил объяснить, увидев, как опасно сверкнули её глаза, — Мы с семьёй будем день рождения моей сестры отмечать. Родня приедет. Я не могу его пропустить.

— Точно! Вспомнила, — с облегчением вдруг кивнула она, — У твоей сестры, Маши, день рождения же вчера было. Десять лет. Поздравляю! А скоро ещё и у Юли будет. Но до ней рождений братьев ещё далеко. Тогда, может, в следующие выходные?

— Ну, а вот там, наверное, можно и сходить куда-нибудь… — нехотя согласился я, изрядно напуганный её столь подробными знаниями о своей семье. Нет, эту личность надо точно держать поближе к себе, пока не придумаю, что с ней делать… — Давай на следующей неделе увидимся, и решим, куда пойдём, если ни у кого из нас вдруг планы не изменятся. Договорились?

— Да! — чуть не подпрыгнула она, — Тогда… Пока?

— Пока, — улыбнулся я ей на прощание, и пошёл догонять Демидова с Лизой, пока обед не закончился, сопровождаемый какими-то деревянными взмахами руки Кати мне вслед.

Жуткая какая-то девушка… И что с ней не так?

* * *

— Йес! — вскинула верх обе руки Катя, и радостно подпрыгнула, едва фигура Миши скрылась за углом школы.

Кто бы знал, чего ей стоило набраться смелости, и подойти к нему, и всё это оказалось не зря! Он всё же выслушал её и не отшил. Да, встречаться пока не согласился, но самое главное, не отказался пойти с ней на свидание, а значит, она выиграет спор!

— Ха! Утритесь! — показала она язык, вспоминая Светку с Женькой, которые заявляли, что он просто пошлёт её куда подальше, да и всё. Половина девчонок старшей школы мечтали о Мише, засыпая того любовными записками, но он их все просто игнорировал. Уже даже ставки стали делать на то, кто первый сможет вытащить его на свидание, и вот он согласился пойти с ней! Ей даже визжать хотелось от радости. И вовсе не потому, что она выиграет спор. Это лишь приятное дополнение.

Она так мечтала о Мише, столько грезила о нём, и скоро её мечты могут исполниться! Они, наконец, будут вместе! Навсегда!

Вот только… Она нахмурилась, и перестала подпрыгивать. Эта овца Лиза её всё же смущала…

— Слишком часто эта дрянь крутится рядом с моим Мишей, — чуть слышно зло прошипела она. Ну ничего. Она что-нибудь придумает, чтобы отвадить её от него. Обязательно!

* * *

— Они что, все с ума по сходили сегодня, что ли? — раздраженно рыкнул я, усаживаясь за стол к Лизе и Серёге, которые уже давным-давно поели, и просто ждали меня. Дол конца перерыва оставалось минут десять, и я стал поспешно есть, чтобы успеть до начала урока. Потому ограничил свой обед лишь борщом, котлетой с пюре и салатом из капусты. Чай с булочкой брать не стал.

— Ты о чём? — лениво поинтересовался Демидов, потягивая компот, и Лиза тоже вопросительно глянула на меня. Она вообще была крайне неразговорчивой, предпочитая больше слушать, чем говорить, а потому никогда не напрягала своим присутствием.

— Да девки местные сегодня проходу не дают! Пока до вас дошёл — штук шесть меня на разговор сдёрнуть пытались. Еле отбился, с меня и первой хватило, — проворчал я, и рассказал о разговоре с Катей, не став ничего скрывать.

— Вот что вдруг на них сегодня нашло? — недоумевал, не забывая работать ложкой.

— Тотализатор, — тихо произнесла Лиза, переглянувшись с Демидовым. Они, к моему удивлению, за время моего отсутствия в школе не плохо так сдружились.

— Чего? — не понял я её, и даже есть перестал на секунду.

— Тотализатор в школе заработал на предмет того, кто первый с тобой на свидание сходит, — пояснила она, — Часть дохода со ставок на тебя получит победительница, и сумма там уже очень приличная получается. Но Волкова далеко не в фаворитках была. Кто-то очень неплохо на этом заработает.

— И сколько там всего участников? — уточнил я, чувствуя, что мне не понравится то, что я сейчас услышу.

— Много, — пожала плечами девушка, — Не знаю, сколько именно, но тридцать-сорок точно наберётся.

— Мне конец… — с ужасом прошептал я, догадавшись, что меня ожидает в ближайшие дни.

— Не всё так плохо, — вмешался в разговор Демидов, — Волкова наверняка сейчас растреплет всем, что вы идёте на свидание, и они успокоятся.

— Вряд ли, — покачала головой Лиза, — До свидания ещё почти две недели, они наоборот могут ещё сильнее активизироваться, и попытаться вытащить Мишу на свидание в эти десять дней.

— Тогда тебе конец, да, — согласился с ней Сергей, и ободряюще похлопал меня по плечу, — Держись, старик. Мысленно мы с тобой.

— Спасибо, ты настоящий друг, — скривился я.

— Не за что, обращайся! — ухмыльнулся он, и подмигнул мне.

— Ты можешь распространить слух, что у тебя есть девушка, и тогда всё это само собой закончится, — меланхолично предложила Лиза, и я задумался над её предложением.

— Блин. Я уже сказал Кате, что у меня нет девушки. Да и если речь идёт всего лишь о свидании, то большинство девушек эта новость не остановит. Придётся, видимо, включить хама, и посылать всех лесом, — вздохнул я, — Не вижу я другого способа прекратить эту осаду.

— П-прошу п-прощения… — послышался сбоку голосок, и подняв взгляд, я обнаружил рядом ещё одну девушку, смущённо смотревшую в пол, — Михаил, можете отойти со мной на пару слов?

— Где ваши манеры? — раздражённо поднял я вверх бровь, — Вы не видите, что я ем? Это некультурно отрывать человека от трапезы! Не о чем мне с вами говорить! — и я демонстративно отвернулся от неё, и придвинул к себе салат из капусты.

— П-простите! — смущённо пискнула девушка, и чуть ли не бегом отправилась прочь.

— Мда… Да из тебе отличный говнюк получился! — осуждающе глянул на меня Демидов.

— Спасибо, я старался, — буркнул я, и встал с места. Есть уже не хотелось. Аппетит почему-то пропал.

* * *

— … а Мише я такую замечательную партию подобрала, вы даже не представляете! — с придыханием рассказывала тётка, когда мы все сидели за столом, где я и познакомился с остальной нашей роднёй, которой тут было человек двадцать.

— Дашенька из семьи Оболенских, — продолжала солировать тётка, приковывая к себе внимание всех присутствующих, — Она давно уже в девках засиделась, и отец спит и видит, как бы поскорее ей выгодную партию найти. Двадцать два годика девушке, и ей уже о детях пора думать, а она всё в облаках витает. Принца ждёт. Но Миша у нас красавчик, вполне и за принца сойдёт.

Твою ж мать… Я аж чуть не простонал, а рука с силой сжала нож, чуть не расплющив его. Мало мне в школе невест, так ещё и дома покоя от всего этого нет. Вот какого хрена она не в своё дело лезет?

Я бросил угрюмый взгляд на отца, и он, кажется, понял моё настроение.

— Мише всего четырнадцать, — буркнул он, — Когда ему восемнадцать исполнится, той уже двадцать шесть будет. Ну и зачем ему такая старуха?

— Ну, знаешь! — аж задохнулась от возмущения тётка, гневно сверля его взглядом.

— Да и Оболенские нам не пора, — продолжил отец, не обращая внимания на её возмущения, — У Миши очень высокий потенциал, и мы ему кого поинтереснее найдём. Вот, например, тут к нему Демидовы интерес проявляют, а Демидовы — это величина совсем другого уровня, нежели Оболенские. Родство с ними нам такие возможности откроют, что Оболенским и не снились!

Блин… И он туда же… Предатель.

— Демидовы? — ахнула тётка, — Тогда да. Не спорю. Это может быть интересно… Я слышала, что с них вот-вот опалу снимут, вернут те активы, которые были арестованы, и допустят до двора. Император решил простить их, там какие-то новые обстоятельства в их деле вскрылись, показывающие, что их вина в участии в попытке переворота не так велика, как принято было считать раньше. Скоро, в ближайшие две недели, будет объявлено решение императора, так что, если вы хотите породниться, вам нужно поспешить с помолвкой. Иначе там столько желающих объявится, что им сразу не до нас станет.

— Тётушка, да вам нужно было в разведке служить. Цены бы вам не было, — изысканно подлизался дядя, — Это точно всё? Просто я и не слышал ничего об этом! Откуда вы всё быстрее всех узнаёте? А Демидовы-то сами в курсе предстоящей амнистии?

— Об этом пока только сам император в курсе, его жена, да одна из её служанок, — весело подмигнула ему тётка, — А в разведку меня в своё время сам император звал, да я отказалась. Что мне там делать? Совершенно не мой масштаб! Если бы не твой отец, который полез туда, куда не следовало лезть, то наш род был бы сейчас на такой вершине, до который большинству родов даже мечтать бы не приходилось. Я бы так развернулась, что… Ух! Но этот старый козёл…!

— Тётушка! — оборвал её отец, — Не надо сейчас об этом.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась вдруг та, — Давайте тогда о другом. Миша, я так поняла, пристроен, но надо бы и этими двумя балбесами заняться, — кивнула она на моих братьев, которые тут же синхронно подавились, — Их нынешние невесты из родов совершенно не нашего уровня! И если нам удастся породниться с Демидовыми, то эта обуза будет нам только мешать. Нам нужно восстанавливать наше влияние в Москве, и эти провинциальные рода нам ничем тут не помогут. Более того, нам нужно будет максимально дистанцироваться от изгнанных родов, если мы хотим возвыситься. Император готов закрыть глаза на то, что наши дети будут учиться и жить в Москве, и этим нужно пользоваться.

— Это точно? — как-то вдруг хищно весь подобрался отец, не сводя глаз с тётки.

— Абсолютно! — кивнула она, — Мне императрица лично сообщила это. Тебя он пока простить не готов, но с детей опала снята. Сам понимаешь, какой у нас шанс появляется…

— Мы можем развернуть деятельность рода на всей территории империи, обойдя нынешние ограничения, — задумчиво пробормотал отец, — Я-то и не рвусь отсюда никуда, головной офис останется тут, а сыновья возглавят филиалы… А точно им будет разрешено заниматься предпринимательской деятельностью на всей территории империи? — решил уточнить он.

— Все ограничения в отношении них будут сняты! — веско произнесла она, и отец перевёл задумчивый взгляд на моих братьев, под которым те поёжились.

— Тогда тут есть над чем подумать… — хмуро произнёс он, — Возможно, нам действительно придётся разорвать свадебные соглашения. Те рода, конечно, этого не одобрит, но если мы вырвемся из этой клетки, то на их неодобрение нам будет уже просто плевать.

— Но, отец… — подал было голос ошарашенный Сергей, но тут же осекся под его тяжёлым взглядом.

— Интересы рода — прежде всего! Забыл? — мрачно бросил он, и перевёл на меня задумчивый взгляд, — Если Демидовы получат прощение, они наверняка вернутся в Москву… В таком случае, если мы успеем сговориться насчёт Ольги и Михаила, то логичнее будет Мишу отправить доучиваться в Москву, чтобы он начинал осваиваться в высшем обществе, и успел завести нужные связи. Братья там за ним присмотрят. А уже потом дочек туда отправим, когда твёрдо встанем на ноги. Надо будет только тогда дом им там купить приличный, чтобы он соответствовал статусу.

— Я займусь этим вопросом, — подала голос тётка, — Есть у меня пара знакомых, которые занимаются недвижимостью. Думаю, проблемой этой не будет.

— Отлично, — кивнул отец, — Тогда…

Договорить он не успел, так как тут где-то внизу раздалось несколько взрывов, от которых дом закачался, и стеклянным дождём осыпались выбитые окна. И сразу же донеслись автоматные очереди, а дверь зала распахнулась, и без стука вбежал один их охранников, по лбу которого текла кровь.

— Господин! На нас напали! — крикнул он, уже падая обессиленно на пол, и я впервые увидел боевую форму отца, который вздыбился под самый потолок, яростно сверкая глазами, напоминая вставшего на дыбы огромного гризли.

И тут же из-за стола начали выползать трансформирующиеся на ходу родственники. Я не знаю, кто там на нас решил напасть, но, глядя на эту картину, было ясно, что это были какие-то самоубийцы.

— Миша! — рыкнул отец, — Остаёшься за старшего! Охраняй детей! Остальные — за мной! — и с этими словами он выпрыгнул в окно.

Глава 20

Испуганные сёстры с остальными детьми, оказавшимися под моим присмотром, забились в угол, я же мрачно прислушивался к происходящему внизу. С начала нападения прошло уже минут десять, но звуки боя и не думали прекращаться, что показывало то, что нападавшие хорошо подготовились и знали, что их тут ждёт.

— Миша, я боюсь… — чуть слышно прошептала Юля, когда внизу что-то громыхнуло особенно сильно.

— Всё будет хорошо, — ободряюще улыбнулся я ей, принимая боевую форму, что следовало сделать уже давно. Полученный недавно перстень всё же изрядно расслабил меня своей мнимой абсолютной защитой, из-за чего мне сложно было сразу трансформироваться. Но мысль о том, что у нападающих вполне мог оказаться артефакт, нейтрализующий действие моего перстня, подстегнула её.

Виртумм уже привычно молчал. Арх по-прежнему почти не показывал своего присутствия, ограничиваясь парой слов за несколько дней. Хотя я бы не отказался от его помощи.

Ау! Ты слышишь там меня, вообще? — мысленно завопил я, — Нас тут убивать пришли, а ты всё молчишь. Смотри, останешься без носителя, что тогда делать будешь?

— А? Что? — подал он наконец, признаки жизни, — Что случилось?

— Ну ты в конец уже там обленился! — аж разозлился я, — Нападение, говорю, идёт! Хотелось бы подробности знать!

— Минуту, сканирую… — виновато произнёс он, и замолчал на несколько секунд. Я же продолжил с тревогой прислушиваться к шедшему внизу бою, который и не думал стихать.

Что-то с шипением взрывалось, заставляя трястись весь дом, гудело, звенело, грохотало, и всё это не сопровождалось ни криками, ни стонами, ни командами, как будто там вообще не было людей, что выглядело довольно странно.

— Кто-то активировал сферу молчания, — прошелестел у меня в голове голос Арха, — Она заглушает человеческую речь, но только её. Поэтому ты и слышишь только звуки боя.

— Ясно. Что-то ещё смог выяснить?

— Сканирование показало, что нападавших двадцать человек. Все они маги, но при этом пользуются и огнестрельным вооружением, из чего следует, что скорее всего это наёмники. Подобная универсальность свойственна как раз им. Причём, все они маги выше среднего уровня, что и позволяет им довольно успешно противостоять вашей семье. У вашей охраны выбито более пятидесяти процентов личного состава, но из родственников никто не пострадал пока, если не считать незначительных ранений у вашей матери и ещё нескольких родственников. В настоящее время сложился паритет. Нападающие не могут продвигаться дальше, закрепившись на первом этаже, но и защитники дома не в силах их выдавить. Исходя из текущей ситуации, для нападавших логичнее было бы отступить, но они явно не собираются этого делать, как будто чего-то ждут…

— Странно, — нахмурился я, — Почему ещё не прибыла полиция? Стрельба и взрывы в центре города уже больше четверти часа, а им всё равно?

— Согласен, такого быть не может. Секунду… — отозвался Арх, и опять замолчал.

— Теперь всё ясно, — ожил он через десяток секунд, — Весь дом и прилегающая к нему территория накрыта куполом абсолютной тишины, поэтому то, что здесь происходит, никому не слышно. Я попробовал связаться с полицией, но вызов не прошёл. Судя по всему, тут ещё и глушилка какая-то используется. Помощи в ближайшее время ждать не стоит.

— Да даже если и так, то уверен, что полиция всё равно скоро будет тут, — покачал головой я, — Что-то тут не так… Я, конечно, не знаю, как организована служба безопасности, но если бы я руководил ей, то помимо тревожной кнопки, вызывающей к нам отряд быстрого реагирования, ввёл бы ещё связь по таймеру. Скажем, каждые два часа созвон. И в случае невыхода на связь в условленное время к дому должен будет выдвигаться отряд полиции. Уверен, что что-то такое и тут реализовано. И нападающие не могут этого не знать. Но при всём при этом, не отступают… Чего-то ждут… И непонятно, почему нападение произошло сегодня, когда тут собралась вся верхушка рода. Не проще ли было напасть тогда, когда в доме была бы только моя семья? Тогда им проще было бы убить главу рода. Или…

— Или целью атаки является не ваш отец, а тот, кого здесь могли застать только сегодня, — подхватил Арх, — Либо же кто-то решил уничтожить весь род целиком. Вот только почему выделили для этого так мало ресурсов?

— Да, странно, — согласился я с ним, — Либо же мы не видим всей картинки… Может, это лишь часть их сил, задача которой отвлечь внимание, а основной удар будет совсем с другой стороны? Может прямо сейчас подходят основные силы, а мы этого не видим?

— Я веду сканирование в радиусе пятисот метров от дома. Пока никаких перемещений и скоплений сил не наблюдаю.

— А воздух ты тоже держишь под контролем? — осенило вдруг меня. Арх промолчал, и молчание это тревожно затягивалось.

— Внимание! Наблюдаю три воздушных цели класса Шершень, подлетающих с северо-востока! — ожил он и почему-то перешёл на бюрократический язык, — Подлётное время — сорок секунд!

— Твою ж мать! — рявкнул я на ходу, кинувшись к двери.

— Братик, ты куда? — испуганно крикнула мне вдогонку Юля.

— Заприте за мной дверь, и не открывайте никому дверь! И ничего не бойтесь, я скоро вернусь! — постарался успокоить я детей, и выскочил в коридор.

Плохо, конечно, что я их одних оставляю, но что делать? Лучше я в одиночку встречу гостей на крыше, чем дожидаться, когда они придут к нам, и дети окажутся под ударом. Да и не должен, по идее, до них никто добраться. Снизу отец с роднёй успешно держатся, ну а мне придётся принять на себя удар сверху. Времени на то, чтобы предупредить отца, у меня не было.

— Пятнадцать секунд… — тихо шепнул Арх, когда я огромными скачками поднимался по лестнице. Я промолчал и ускорил ход.

* * *

— Невидимка один, доклад!

— Всё по плану, командир. Все силы противника сосредоточены на первом этаже и удерживают позиции. Крыша свободна, можете выгружаться.

— Оракул, что с возможной помощью противнику? Кого и когда ждать?

— В ближайшие полчаса прибытие помощи не ожидается. Далее прибудет отряд быстрого реагирования, двенадцать человек, из которых четыре — маги-штурмовики. Но Невидимка ошибся. По моим данным, на крыше вас будет ждать один человек. Сверх.

— Один сверх нам не помеха. Допустимая погрешность. Выгружаемся, парни, рассредоточиваемся и выдвигаемся! Сокол и Шторм — сверх на вас. Остальные не отвлекаемся и работаем! И уберите его бесшумно! Не надо, чтобы о нашем прибытии раньше времени узнали.

— Принято, командир!

— Зоркий, ты видишь сверха?

— Никак нет, командир! А хотя поправка. Теперь вижу. Он только что выскочил на крышу.

— Это я уже и сам вижу… — проворчал седой майор, наблюдая за появившемся на крыше парнем. Молодой ещё совсем. Жить бы да жить… Ему не нравилось то, что придётся тут делать, но приказ есть приказ, а их, как известно, не обсуждают.

— Группа Альфа — двигаетесь через выход с крыши и перекрываете лестницу. Никто не должен подняться вверх. Группа Браво — заходите через окна и хватаете детей. Напоминаю, младшие дети Гончарова должны выжить! Любой ценой! Лучше сами сдохните, чем хоть одна его дочь пострадает! Также должны выжить дети его двоюродного брата, Семён и Артём. Фотографии вы все изучили. С остальными можете не церемониться. После захвата детей выносите их через чердак, Браво прикрывает. На всё про всё у нас пятнадцать минут! Работаем!

* * *

Я выскочил на крышу как раз в тот момент, когда над ней зависли три чёрные машины, весьма отдалённо напоминающие вертолёты. Они также двигались на винтах, вот только было тех по четыре по углам, а сами машины напоминали своим видом пауков, только весьма больших размеров. Под брюхом у них висели грозные турели спаренных пулемётов, которые пока, на моё счастье, бездействовали. Я далеко не был уверен, что смогу выдержать попадание крупнокалиберных пуль, так что тут же ушёл с открытого места и спрятался за каменным выступом. Не уверен, что он сможет защитить меня от такого калибра, но уж лучше такая защита, чем вообще никакой.

— Пулемёты кобра, калибра семь шестьдесят три. Тебе они на твоём нынешнем уровне трансформации почти не опасны, при условии, что пуля не попадёт в глаз. Глаза — это единственное место на твоём теле, которое уязвимо для них, — подал голос Арх, и я выдохнул. Отлично. Значит, повоюем.

Из летательных аппаратов, которые висели метрах в двух над крышей, посыпались чёрные фигуры нападавших, которые сразу же начали рассредоточиваться по всей крыши, держа на изготовку короткоствольные автоматы.

— Вот я идиот… — шепнул я сам себе, и кинулся к выходу из крыши, пытаясь успеть раньше гостей. Вот чего я попёрся сюда? Надо было просто ждать их на чердаке сделав сюрпризом своё появление, я же зачем-то выперся сюда, и теперь они уже в курсе обо мне.

Но много времени заниматься самобичеванием мне не дали… Я совсем немного не успел добежать до выхода, когда передо мной выросли две чёрные фигуры, и автоматы в их руках еле слышно металлически защёлкали, посылая в мою сторону смертоносные подарки.

Я рефлекторно замешкался, так как ещё не успел привыкнуть к тому, что подобное оружие мне не страшно, но еле заметные толчки в мою грудь быстро привели меня в чувство, и я хищно оскалился, глядя в холодные глаза убийц, которые почти не мигая смотрели на меня.

— Конец вам, ублюдки, — мрачно пообещал я, одним прыжком оказался рядом с ними, схватился за стволы автоматов, по всей видимости, оснащённые глушителями, так как они продолжали издавать лишь звонкие щелчки, посылая в меня пуля за пулей, и вырвал их из рук.

Но нападавшие не растерялись, мгновенно разорвали со мной дистанцию, когда я попытался их приложить этими же стволами. Бегать за ними у меня времени не было, а потому я отбросил один автомат в сторону, а из второго попытался выстрелить в бегущие к краю крыши чёрные фигуры, позабыв пока про нападавших на меня типов, которые расходились в стороны, беря в меня в клещи.

Вот только чёртов спусковой крючок категорически не желал нажиматься, как будто намертво заклинив, и в итоге я просто швырнул автомат в правого противника, который медленно сближался со мной, а сам изо всех сил рванул к левому, мгновенно оказавшись рядом с ним, и без малейших сомнений нанёс ему молниеносный удар кулаком в голову. Обычный человек подобного точно не пережил бы, но этот успел подставить блок, его швырнуло метров на пять назад, заставив сделать несколько кувырков по бетону, и он опять вскочил на ноги как ни в чём не бывало.

— Не понял? — озадачился я, не сводя с него в глаз, не мало удивлённый тем, что тот выжил, и тут мне прилетел мощнейший удар в спину, заставивший меня пошатнуться, и сделать шаг вперёд.

— Да как так-то? — продолжал тупить я, увидев, что второй меня атакует без всякого оружия в руках. То есть, это он меня так ногой приложил? Да кто они такие вообще?

Тут же по мне последовал ещё один удар, на этот раз ногой в голову, но я успел перехватить его, схватил нападавшего одной рукой за ногу, второй за шею, и швырнул его в сторону бегущего ко мне первого типа.

— Страйк! — радостно осклабился я, увидев, как они слились в страстном объятии, и улетели куда-то назад, но тут же стёр с лица улыбку, увидев, что часть нападавших очень шустро спускаются с крыши вниз по тросам.

— Твою ж мать, там же дети! — пронеслась молнией в моём мозгу мысль, заставив судорожно сжаться и похолодеть моё сердце, и я не раздумывая рванул к двери чердака, пытаясь опередить нападавших, вот только добежать мне не дали…

Со стороны летательных аппаратов вдруг что-то хлопнуло, и меня накрыла сеть, спеленавшая меня так, что я упал, и даже пошевелиться в ней не мог, чувствуя, как тросы из неизвестного мне материала впиваются в моё тело. Я рванулся изо всех сил, но безрезультатно. Даже растянуть их не получалось. Они лишь ещё сильнее впились в моё тело.

Я бессильно смотрел, как нападавшие либо спрыгивают с крыши, либо забегают в дверь чердака, и волна бешенства и вины всё сильнее и сильнее накрывала меня, а в висках пульсировал огонь. Что-то мне там пытался сказать Арх, но я не слышал его, раз за разом пытаясь порвать проклятые канаты, и в какой-то момент просто отключился….

* * *

— Мама! — взвизгнула Юля, когда огромное окно вдруг осыпалось на пол миллиардом осколков, и в комнату запрыгнули несколько чёрных фигур, а потом ещё несколько… И ещё…

Дети испуганно жались друг к дружке в углу, наблюдая, как нападающие молча приближаются к ним.

— Не трогайте нас! Наш папа убьёт вас, если вы попытаетесь сделать нам что-то плохое! — воинственно крикнула Маша, выйдя вперёд навстречу к ним, сжав маленькие кулачки, но те даже не притормозили.

— Быстро все к окну! — рявкнул им один из не званых гостей, — Если хотите жить — делайте всё, что вам скажут, и тогда никто не пострадает!

— Нет! Мы не будем делать то, что вы говорите! Скоро придут наши родители, и вы ещё пожалеете, что пришли сюда! — храбро вышел вперёд один из троюродных братьев Маши и Юли, Сергей, который был самым старшим из присутствующих тут немногих мальчишек, а потому, видимо, и решивший взять на себя ответственность.

По походке мальчишки было видно, что он боится, но он стиснул зубы, и с ненавистью уставился на незваных гостей, которые не стали ему ничего отвечать. Просто один из нападавших вдруг шагнул ему, и пинком отправил в полёт в ближайшую стену.

С глухим стуком он ударился об неё, после чего сломанной куклой повалился на пол, и замер. Остальные дети с ужасом смотрели на него, и молчали. Лишь по щеке Юли медленно поползла слеза. Она крепко зажмурилась, вытерла кулачком слёзы, потом открыла глаза, бросила ещё один взгляд на тело, после чего перевела его на нападавших, и тут её глаза изумлённо расширились, когда она увидела то, чего совсем не ожидала сейчас увидеть.

— Если не хотите, чтобы и с вами обошлись также, то делайте, что вам сказано, и быстро! И тогда никто не пострадает! — хрипло рыкнул всё тот же тип, но дети не торопились выполнить его приказ, и дружно удивлённо смотрели на что-то, происходящее за его спиной.

Первой реакции командира группы было хорошенько проучить щенков, перестреляв половину из них, чтобы с остальными было меньше мороки, но побежавший вдруг по спине холод, и обострённая интуиция заставили его кинуть взгляд назад, после чего его ноги буквально вдруг примёрзли к полу от увиденной картины.

У окна стояла чья-то огромная фигура, в которой с большим трудом угадывался тот сверх, увиденный ими на крыше, вот только сейчас его и без того мощная фигура прибавила в росте на целую голову и раздалась в плечах, но это было самым незначительным, из произошедших с ним изменений.

Абсолютно чёрные, без малейших признаков зрачков, глаза холодно и не мигая смотрели на нападавших, а вокруг мрачной фигуры причудливо извивались десятки странных щупалец, в которых командир нападавших вдруг узнал тросы, из которых была сплетена их тактическая сеть, вот только сейчас они как будто ожили, и больше напоминали змей, которые одним своим концом обвивались вокруг тела сверха, а вторым вздымались вверх, угрожающе изгибаясь, явно готовясь к нападению.

— Чего стоите? Атакуйте его! — ещё успел хрипло отдать приказ командир своим подчинённым, прежде чем все эти тросы-змеи вдруг молниеносно разом метнулись к нападавшим, и через долю секунды каждый из них оказался пронзён насквозь сразу несколькими этими своеобразными копьями.

Через секунду все незваные гости оказались на полу, а необычные змеи вернулись на место рядом со своим хозяином, и стекавшая с них кровь с головы до ног залила его фигуру, но он не обращал на это ни малейшего внимания, продолжая молча стоять у окна.

— Миша, это ты? — робко спросила Юля, не решаясь сделать ни одного шага в его сторону.

Незнакомец, так напоминающий ей её брата, и при этом, как бы странно это не звучало, абсолютно не похожий на него, медленно повернул в её сторону голову, не мигая жутко уставился на неё своими чёрными пустыми глазницами, от чего она моментально покрылась вся холодным потом, несколько секунд разглядывал её в полной тишине, после чего развернулся, и выпрыгнул из окна.

У Юли подкосились коленки, и она обессиленно рухнула на пол, не обращая внимания, как зашевелились вокруг неё остальные дети, и дружно все разом заговорили, но, почему-то, шёпотом, как будто боясь, что тот, кто их спас, услышит их, и вернётся обратно…

Глава 21

Просыпался я медленно и неохотно, как будто выныривая и глубокого чёрного омута. Веки были как будто залиты свинцом, и у меня не было ни малейшего желания открывать глаза, вот только тот, кто меня сейчас будил, никак не желал свалить нахрен, и продолжал трясти меня изо всех сил.

Не помню, что меня так вчера вымотало, но у меня было такое чувство, что я вчера вагоны разгружал от чего-то очень тяжелого. Болела буквально каждая клеточка моего тела. Руки, ноги, спина, живот, шея… Да всё, в общем. Слишком долго пришлось бы перечислять. А тут ещё и выспаться не дают. Убил бы!

— Ай! — взвизгнул вдруг кто-то рядом женским голосом, — Господин! Уймите уже эту вашу штуку! Я её боюсь!

О чём это она? — удивился я, и нехотя всё же разлепил один глаз, чтобы оценить обстановку. Открывшаяся моему взгляду картинка не мало меня удивила, мягко говоря. А если быть совсем честным, то я чуть с кровати не свалился от смеси паники и изумления.

Рядом с моей кроватью стояла одна из служанок, и с испугом смотрела на качающуюся перед её взглядом… Что это вообще? Змея? Щупальце? Но больше всего меня волновал вопрос, почему эта хрень тянется от меня?

Одним своим концом оно было обмотано вокруг моего запястья, а вторым нависало над девушкой. Я ошарашенно сел, и только сейчас понял, что эта хрень была не одна. Чуть ли не все части моего тела были обмотаны этой неведомой хренью. Руки, ноги, туловище — всё оказалось в этой странной паутине, которая напоминала какой-то живой организм, живущий своей жизнью. Часть из них плотно обматывали моё тело, образуя что-то вроде брони, и периодически скользили по мне, как будто устраиваясь поудобнее.

Часть была обмотана вокруг меня только одним концом, а другим либо висела в воздухе, покачиваясь, либо скользила по полу.

— Михаил, вас отец ждёт в комнате для совещаний. Можно я уже пойду? — испуганно пискнула девушка, мелкими шагами идя назад, и с ужасом наблюдая, как это нечто медленно движется за ней.

Чёрная, плавно извивающаяся, она и правда была похожа на змею, только очень тонкую, сантиметра два в диаметре, не больше.

— Иди, — буркнул я, понимая, что от этой девушки толку всё равно не будет. Вряд ли она что-то сможет мне объяснить. К отцу идти надо, и там уже вопросы задавать.

— Спасибо! — выдохнула она, и кинулась из комнаты.

— Стоять! — еле успел я перехватить двумя руками метнувшуюся вслед за ней непонятную хрень, — Фу! Место!

Не знаю, что сработало, команда, или моя хватка, но существо успокоилось, вернулось ко мне, и намоталось на мою руку, поверх виртумма. Вот, кстати…

— Эй! Ты живой там? — мысленно позвал я Арха. Он-то всяко побольше моего знает о произошедшем. Мои воспоминания закончились на том моменте, когда меня спеленали сетью.

— А что со мной будет? Я в полном порядке, в отличие от тебя… — тихо ответил он, и мне показалось, что я услышал в его тоне чувство вины.

— А это не по твоей ли милости я обзавёлся этими украшениями? — вкрадчиво озвучил я осенившую меня догадку.

— Каюсь, тут есть моя вина… — не стал скрывать он, — Но другого выхода у меня не было… — замялся он.

— Ты рассказывай. Я внимательно тебя слушаю, — поторопил я его, — Очень мне любопытно знать, с чего вдруг ты решил наградить меня этим украшением. И давай побыстрее. Меня отец ждёт.

— Хорошо, — как будто бы даже вздохнул он, — Что ты последнее помнишь из вчерашних событий? Как тебя сетью спеленали не забыл?

— Вот как раз это последнее из того, что я помню, — проворчал я, — Как и ощущение своего бессилия, когда понял, что нападающие скоро попадут к детям, а я ничем не мог им помочь. Вот тут-то меня и накрыло, и я отключился.

— Ты не совсем отключился, — мягко продолжил Арх, — Скорее, ты полноценно впал в состояние Берсерка, а точнее, дикой, неконтролируемой ярости. У тебя спонтанно произошёл переход на следующий уровень трансформации, но разум при этом отключился. Ты превратился в настоящего дикого зверя, ну, или безумца, с жаждой убийства. Твоё тело рвалось на свободу, а сеть его не пускала. Ты пытался порвать её, вот только она была слишком крепкой даже для тебя. Ещё бы. Она же была сделана из самых прочных в мире композитных материалов, с использованием магии, и способна была удержать даже самолёт, а не то что обезумевшего сверха, но тебе было этого не объяснить. Ты не прекращал рваться на свободу, вот только начал наносить этим себе вред. От диких рывков сеть все глубже вонзалась в твоё тело, и рано или поздно ты сам себя разрезал бы на части. Я не мог этого допустить, вот и пришлось мне вмешаться… — опять сделал он паузу в своём рассказе.

— Да не тяни ты! Времени нет! — чуть ли не рыкнул мысленно я.

— Почти всё уже… Я не мог взять твоё тело под своё контроль полностью, но кое-что всё же мог сделать. А именно, произнести твоими губами всего одно слово. Магическое слово. Оно бы не сработало, если бы ты был обычным человеком без капли маны, но на наше счастье, ты сверх, а у вас мана есть, пусть её очень и очень мало. Я хотел освободить тебя, но что-то пошло не так. Из-за отсутствия практики в вашей речи, я произнёс магическое слово с еле заметной ошибкой. Всего лишь немного ошибся с интонацией, но даже этого хватило, чтобы слово, ближайшим аналогом которого в вашем языке является — Отпусти, превратилось в — Оживи, и, по всей видимости, результат этой ошибки ты сейчас на себе и наблюдаешь. Но я никак не пойму, что за побочный эффект в результате получился. Вместо того, чтобы отпустить тебя, сеть вдруг ожила, развязала тебя, но не покинула тебя, а оплела при этом, и дальше ты вдруг встал, и, не слушая меня, пошёл разбираться с нападавшими. Я снял это на видео. Хочешь посмотреть?

— Давай, — вздохнул я, предчувствуя, что мне не понравится то, что я сейчас увижу, и не обманулся в своих ожиданиях. Нет, то, что я убил нападавших, это вовсе даже не плохо. Жалости к ним я не испытывал. Но вот то, что я при этом себя никак не контролировал, и не помнил этого, внушало тревогу… Как будто это и не я был, а кто-то другой, вселившийся в меня… А если бы это существо решило детей убить? Нет, надо срочно разбираться с тем, что со мной произошло, пока я какой-нибудь беды не натворил.

— Я думаю, что это были они… — почему-то шепнул вдруг Арх, как будто боясь, что нас кто-то может подслушать.

— Кто — они? — не понял я его.

— Ну, верёвки эти ожившие, — пояснил он, — Они же ожили, и мало ли что они теперь из себя представляют? Вдруг у них есть какой-то зачаток разума? Ты был практически в отключке, вот они и взяли управление твоим телом на себя. Другого объяснения тому, что произошло, я пока не вижу.

— Вот дерьмо. Неведомая хрень, ещё и способная брать меня под свой контроль. Просто зашибись! — чуть не сплюнул я.

— Только когда ты находишься практически без сознания! — поторопился утешить меня Арх, явно чувствуя свою вину.

— Да один хрен! А если они сделают это, когда я буду спать? Где гарантии, что они этого не смогут?

— Ну, я могу тебя разбудить, если это вдруг случится.

— Лучше до этого всё же не доводить, — покачал головой я, и тут меня осенило, — Слушай! Так если ты смог их оживить, то может ты сможешь вернуть их в предыдущее состояние, или хотя бы просто отцепить? Помагичь ещё раз, и всего делов? Нет?

— Увы! — с сожалением ответил инопланетный гость, — Нет, теоретически-то это возможно, вот только к сожалению, не сейчас. Я же говорил, что для этого мана нужна, а я всю её, что у тебя была, уже использовал. Теперь нужно ждать, когда она восстановится.

— Ну, и ладно. Подождём тогда. Сколько ждать нужно? — не сдавался я.

— Как тебе сказать… Сам посуди. То, что я использовал, копилось у тебя с самого твоего рождения, то есть, почти пятнадцать лет. Вот столько и ждать.

— Твою ж мать! — вырвалось у меня, — Это слишком долго. А быстрее никак нельзя? — я как представил, что мне с этими щупальцами столько лет придётся проходить, так мне аж плохо стало.

— Ну, есть ещё один вариант, — нехотя признался Арх, — Мне нужно вселиться в какого-нибудь мага. Тогда я тоже смогу всё исправить. Но сам же понимаешь. Найти нужное тело будет не так-то просто. Да и довольно много времени займёт перехват мной контроля за телом, если маг не согласится пойти навстречу. Я что-то сомневаюсь, что кто-то будет терпеть моё присутствие, да ещё и телом порулить даст. Всё сложно, в общем.

— Мда уж… Перспективка та ещё… — пробормотал я, — Будем думать.

— Господин! — распахнулась тут вдруг резко дверь, в комнату вбежал какой-то парень, и если бы он не споткнулся при этом и не полетел на пол, то быть бы ему пронзённым насквозь. Один из тросов молниеносно метнулся навстречу к нему, и вонзился в дверь, пробив её насквозь. Я даже моргнуть не успел.

— Тебя стучаться не учили? — рявкнул я парню, который весь побледнел, с ужасом глядя над протянувшейся над ним чёрной струной, видимо осознав, какой он только что участи избежал, — Что надо⁈

— П-простите… В-вас в-ваш от-тец п-просит срочно подойти к нему в каб-бинет, — запинаясь, произнёс он.

— Передай ему, что скоро буду, — бросил я, озадаченно наблюдая, как трос мелко задрожал, дёрнулся, и вскоре уже нависал над трясущимся парнем, который всё ещё не рисковал вставать.

— Хватит! Отстань от него! На место иди, — позвал я к себе своё новое оружие, не особо рассчитывая на успех, но, на моё удивление, трос послушно полетел обратно, и мягко обернулся вокруг моего торса.

Парень же не стал ждать ещё одной команды, и шустро вскочив на ноги, умчался из комнаты. Да и мне уже следовало торопиться. Я слишком задержался.

— Вот только что же я скажу отцу? Он же наверняка спросит, откуда у меня появилось эта хрень? — уже на ходу спросил я у Арха.

— Не знаешь, что говорить, говори правду. Мол, пошёл на крышу встречать гостей, в тебя выстрелили сетью, и больше ничего не помнишь. Пусть сам со своими помощниками думают, что случилось, — посоветовал тот.

— Логично, — согласился я с ним, и ускорил шаг.

* * *

— Седьмая, на место я сказал! А ты, вторая, куда собралась? Я же сказал, твоё место на руке, нечего к ноге ползти! А ты, девятнадцатая, не лезь к вазе! Она до хренище денег стоит! Чем расплачиваться будешь, если разобьёшь? — командовал я на ходу, воспользовавшись моментом, пока иду, чтобы хоть немного с ними освоиться. И первом делом я пересчитал свои новые конечности, и выяснил, что их ровно пятьдесят, а потому я сразу же дал им имена, пронумеровав. И при этом выяснил, что они явно относят себя к женскому роду.

По крайней мере, откликались они только тогда, когда я обращался к ним в женском роде, и даже худо-бедно слушались. Вот только сложно было контролировать сразу все. Пока сосредотачиваешься на одной-двух, остальные творят, что хотят. Переключаешься на другие, первые сразу из-под контроля выходят. Морока та ещё выходит, в общем.

Но всё же когда я подошёл к двери кабинета, мне удалось их немного успокоить, и заставить не метаться во все стороны, а спокойно сидеть на мне, обмотавшись в несколько слоёв.

На моё счастье, материал, из которого они были сделаны, был довольно лёгкий, так что тяжести я почти не ощущал. К тому же он был очень податлив, и почти не сковывал моих движений. Эдакий живой доспех получился многослойный, и только голова с шеей у меня оставались не прикрытыми им, да кисти рук.

— Вызывал, отец? — символически стукнув в дверь, я зашёл внутрь, где обнаружился длинный стол, за которым сидели мой отец, братья, и ещё человек двадцать народу.

— Да. Проходи, садись, — кивнул он на одно из свободных мест рядом с собой, — А ты особо не торопился, я смотрю.

— Пришлось немного задержаться, чтобы хоть чуть-чуть разобраться со своим новым украшением, — поморщился я, подняв руку, показывая обвивающий её трос.

— Да, мы уже в курсе про него, и очень нам любопытно, что это, и как ты им обзавёлся? — с любопытством уставился он на мою руку.

— Самому хотелось бы знать, — проворчал я, — Последнее, что я помню, это как побежал на крышу встречать новых гостей, там в меня выстрелили сетью, которая спеленала меня по рукам и ногам, и больше я ничего не помню. Очнулся уже у себя в комнате недавно.

— Очень любопытно, — оживился вдруг сидевший с другой стороны от отца какой-то дедок, — Я явно ощущаю в этих украшениях какой-то магический фон. Разрешите мне поближе посмотреть на молодого человека?

— Разумеется, Макар Петрович, — вежливо кивнул ему отец, — Мы будем весьма вам признательны, если вы поможете нам с этим разобраться.

— Минутку, — дедок шустро соскочил со своего места и просеменил ко мне, — Молодой человек, встаньте, пожалуйста, я вас осмотрю.

Я не стал с ним спорить, и послушно встал. Он тут же стал обходить меня вокруг, внимательно разглядывая, и что-то шепча при этом себе под нос.

— Любопытно… Весьма любопытно, — глянул он на отца, — Это определённо какой-то новый вид магии. Подумать только, мы обнаружили магию, способную оживлять предметы! В этих верёвках определённо есть жизнь, пусть и весьма своеобразная! Это же настоящий прорыв в магическом искусстве! Я глазам своим не верю!

— Снять вы это можете с моего сына? — сухо спросил отец, вовсе не разделяя его восторгов.

— Одну секундочку… Сейчас кое-что попробую… — как-то нерешительно произнёс дед, опять что-то зашептал себе под нос, махнул в мою сторону двумя руками, и мои живые доспехи вдруг буквально взбесились, все разом метнувшись яростно в его сторону, и бессильно ударились о вспыхнувший вокруг него магический защитный купол. Но они не успокоились, и стали буквально обматывать его, сжимаясь всё сильнее и сильнее.

Тут я пришёл в себя, и принялся их успокаивать, и возвращать на место. Нехотя они послушались, и вскоре я вновь оказался облачён в этот своеобразный доспех.

— Увы! Пока я ничего с этим не могу поделать, — развёл руками старый маг, — Тут исследования нужны. С коллегами, опять же, посоветоваться надо. Но перспективы тут откроются грандиозные, если мы сможем разобраться, с чем имеем дело!

— Ладно, об этом мы потом подумаем, — проворчал отец, — Давайте к следующей теме перейдём. Заслушаем нашу службу безопасности, и узнаем, что они смогли выяснить про нападение. И скажи мне, сын, — перевёл он вдруг на меня свой тяжёлый взгляд, — Я же сказал тебе быть с детьми и присматривать за ними! Почему ты ослушался моего приказа?

— Я заметил в окно приближение летательных аппаратов, и понял, что скоро у нас будут новые гости, — спокойно пояснил я, — Логично было предположить, что они высадятся на крыше, а времени предупредить тебя у меня уже не было. Связь, как ты знаешь, не работала. Я решил не подвергать детей опасности, и встретить врага на крыше, вот только похоже переоценил свои силы. Дальше ты знаешь. Меня спеленали сетью, и больше я ничего не помню.

— Ну что же… Это звучит разумно. Да и приказ мой ты в итоге всё же выполнил, — мрачно произнёс он, и запустил на своём виртумме видео, которое я уже видел, но с другой стороны. Всё же я смотрел видео до этого от первого лица, так сказать, а тут представилась возможность взглянуть на себя со стороны. Зрелище весьма внушало и впечатляло…

Эта внушительная фигура, чёрные провалы глаз, вьющиеся вокруг меня странные змеи… Встретить я подобное где-нибудь в тёмном переулке, и сам бы испугался.

Видео дошло до момента, когда я выпрыгнул в окно, и переключилось на вид откуда-то со двора, и вот дальнейшего я до этого не видел. Арх мне не показал.

Я спокойно приземлился на асфальт, и прошёл в дверь, где меня встретил целый шквал из автоматного огня и рой различных магических умений, типа ледяных копий, файерболов, водяных хлыстов и тому подобное, которые бессильно разбились об укутавшие меня с ног до головы тросы, а после я чуть ли не взорвался рванувшими от меня в разные стороны стальными нитями, которые устроили своеобразную кровавую жатву среди нападавших, которых не спасали даже магические щиты, прошивая их насквозь.

Любопытно… Тут я бросил взгляд на того дедка, который меня недавно осматривал. А ведь его защита выдержала… Кто же он такой?

— Впечатляет, не правда ли? — как-то криво усмехнулся мне отец, — Даже меня тогда знатно пробрало при виде этой картины. Впрочем, мы отвлеклись. Всеволод Дмитриевич, — кивнул он сидевшему напротив него здоровому мужику, — Насколько я знаю, вы уже притащили к нам старого Лухина. Он уже успел что-нибудь рассказать? Не поделитесь с нами информацией?

Глава 22

— Разумеется, Пётр Иванович, — сухо кинул ему здоровенный коротко стриженный мужик с холодным взглядом убийцы, — Но порадовать мне вас пока нечем. Похоже, это не он. Да, он планировал месть вашему сыну, но никаких шагов пока предпринять не успел. Собирал информацию и искал подходящую команду наёмников. Да и не те у него возможности, чтобы прислать к нам такую команду, как эта. Это явно не обычные наёмники работали. Скорее, какое-то специализированно подразделение. Такие есть только у государства, или у какого-то из самых сильных и влиятельных родов империи. Рода из других стран я пока не рассматриваю. Не вижу интереса для них.

— В принципе, я так и думал, — согласился с ним отец, откинувшись на спинку кресла, — Слишком большие силы были задействованы, почти все маги, да ещё и три боевых дрона… Это точно не старик, но кто же? Хоть кого-то удалось взять в плен?

— Увы! — развёл руками здоровяк, — Очень организованно они отступили, прикрывая друг друга, и забрав раненых. Была надежда, что удастся подлечить тех двух раненых, которые пережили атаку Михаила, но повреждения оказались слишком серьёзными. Они не дожили до прибытия целителей.

— Тут главный вопрос в том, зачем им понадобились дети? — вмешался в разговор не высокий мужчина в круглых очках, — Мне кажется, что это ключевой момент. Они явно шли за детьми, а всё остальное было отвлекающим моментом. Зачем? Шантаж? Другого ничего на ум не приходит.

— Скорее всего, — медленно кивнул отец, — Причём, думаю, шантаж не финансовый, а политический…

— Думаешь, кто-то очень не хочет, чтобы мы вернулись в большую игру? Не хочет настолько, что готов идти на самые решительные меры? — продолжил всё тот же тип, и я понял, что уже все в курсе о грядущей амнистии части нашего рода.

Для присутствующих за столом это явно новостью не являлось. Никто не выглядел удивлённым, все молча слушали этого незнакомого мне дядьку, лишь изредка шёпотом переговариваясь друг с другом.

— Другого объяснения этому нападению у меня нет. У нас, конечно, есть враги, куда же без этого, но они есть у всех. Но в последнее время не было ничего, что могло вызвать столь резкое обострение. Так что, да. Это самое логичное объяснение произошедшему, — согласился отец, — И теперь мы должны быть готовы ко всему. Фактически, нам объявили войну. Осталось только выяснить, кто… — он замолчал, и все остальные присутствующие тоже задумались.

— Отец, — прервал я общее молчание, — А разве местные военные не должны были знать о дронах? Есть же всякие там радары, которые должны отслеживать воздушные цели, разве нет? А если они знали, и пропустили их, то тогда они должны знать хотя бы то, кто отдал приказ пропустить.

— У нас здесь нет ни воинских частей, ни аэропорта, так что контроль воздушного пространства не ведётся, — покачал головой было отец, но вдруг замер, — А хотя… Они же вряд ли откуда-то рядом с нами взлетали. Наверняка издалека летели, а значит, кто-то мог их и засечь, и поинтересоваться, кто они такие. Молодец, сын! Это может стать зацепкой. Всеволод Дмитриевич, займись этим вопросом.

— Сделаем, Пётр Иванович, — кивнул ему здоровяк, и бросил на меня уважительный взгляд, — А что с Лухиным делать будем? Отпускать?

— Нет! — резко отрезал отец, — У нас тут война намечается с очень серьёзным противником, и я не хочу ещё и в спину удар получить. Он сам сделал свой выбор, когда решил мстить за своего идиота-сына. Сделайте так, чтобы его никто и никогда не нашёл.

— Понял, — спокойно ответил, по всей видимости, наш главный безопасник. И судя по всему, никого за столом не шокировал приказ отца.

Я хотел было возмутится, и даже рот открыл, но, чуть подумав, захлопнул его. Отец прав. Старик не передумает мстить, и нам тогда придётся воевать на два фронта. Не убивать и оставить в плену? Тогда есть шанс, что рано или поздно его найдут, что чревато как проблемами с законом, так и местью.

В общем, хорошо, что этот выбор приходится делать не мне.

— Так как мы дальше действовать будем? Ждать очередного удара? — подал голос старший брат, Дмитрий.

Что по нему, что по Серёге, было видно, что бесследно прошедший бой для них не прошёл. У Димки через весь лоб протянулся багровый шрам, а у Серёги правая рука покоилась в повязке.

Интересно, почему они не обратились к целителям? Надо будет потом спросить у них. Как и выяснить, что там с мамой. Насколько серьёзно её ранение.

— Да, ждать. Переходим на осадное положение, — вздохнул отец, барабаня пальцами по столу, — Усадьбы без крайней необходимости не покидаем, детей под плотную охрану, со всех объектов снять почти всех людей, и отправить на усиление охраны домов. Оставить только самый минимум. Я попробую по своим каналам узнать, кто это решил нас уничтожить. И ждём официальную амнистию от императора. Очень меня интересуют её условия…

— А если больше нападений не будет, или будут не скоро? — подал голос ещё один из родственников. Какой-то толстяк неимоверных размеров, то и дело вытирающий платком пот со лба, — Мы же не будем до конца жизни так сидеть? И нужно отправить дополнительную охрану в больницу. Там мой сын, он единственный пострадал из детей, а целители пока не разрешают забрать его оттуда. Говорят, мозг пострадал, и быстро поставить на ноги его не выйдет… Бедный мой мальчик… Надеюсь, мы найдём тех, кто стоит за этим нападением, и я самолично кожу сдеру с них!

— Не переживай, Семён, мы их найдём, — ободряюще кивнул ему отец, — Это я тебе обещаю! И, конечно, охрана больницы будет усилена. Можешь даже не сомневаться в этом. Что касается сроков… Пока на ближайшие две недели объявляю высшую степень угрозы, а далее поглядим. За это время развернём разведывательную сеть вокруг города, которая возьмёт под контроль все подступы к нему, и тогда можно будет немного расслабиться.

— Отлично, — выдохнул толстяк, — Вот только тебе не кажется, что есть более простой способ вывести детей из-под удара?

— Это какой же? — удивился отец, и переглянулся с безопасником.

— Если дети действительно попадут под амнистию, то логичнее вывезти их в столицу, — охотно пояснил тот, — Там их тронуть не рискнут. Никто не захочет вызвать на себя гнев императора. Да ты и сам знаешь, как там сейчас жестко выстроена система безопасности города. Там даже прорывы, когда случаются, ликвидируются буквально за полчаса. Самые непримиримые рода не рискуют устраивать битвы и выяснения отношений там, так как император с такими не церемонится.

— Да, это вариант, — задумчиво согласился с ним отец, — Тем более, что я и сам хотел как можно скорее сыновей туда отправить. Правда, дочек я думал дома оставить, но, похоже, придётся и их туда отправлять. Охрану только нужно будет получше подобрать, и кого-нибудь, кто за ними там присмотрит. Там, конечно, их тётка будет, но на неё надежды мало. Решено. Вы двое, — глянул он на моих братьев, — Выезжаете сразу, как только нам доведут информацию об амнистии. К этому моменту вы должны быть полностью готовы. Приедете туда, купите дом и подготовите его к приезду младших. Если, конечно, император не решит не вернуть нам один из наших дворцов. Остальные пусть доучиваются до нового года, тут недолго осталось, и уже после праздников поедут. Всем всё ясно? — обвёл он всех присутствующих строгим взглядом, остановив его на мне.

— Нет, мне не ясно, — спокойно выдержал я его, — Напоминаю, что официально я ещё не член рода, и даже если вернусь, то не согласен просто взять и бросить свою опекуншу. Без неё и Ники я никуда не поеду. Да и там хотел бы иметь отдельное жильё.

— Я так и думал, — кивнул он, и неожиданно подмигнул мне весело, — Можешь не переживать. Вместе поедете. Я уже предварительно договорился, что твоих подруг переведут в московский филиал. Но если они будут против — сам будешь уговаривать. И если всё же не согласятся, ерепениться не будешь, и беспрекословно поедешь один! Согласен?

— Хорошо, — не стал спорить я.

— Тогда на этом предлагаю закончить наше совещание. Всеволод Дмитриевич, задержись, остальные могут быть свободны.

— Отец, — подал голос я, когда остальные уже начали вставать из-за стола, — А тебе не показалось, что наш противник явно поторопился с нападением, как будто пытаясь успеть решить вопрос до того, как будет официально объявлено о нашей частичной амнистии?

— Поясни? — с любопытством глянул на меня отец, остальные замерли на местах, не торопясь расходиться.

— Ну, смотри, — взлохматил я у себя волосы на голове, пытаясь собраться с мыслями, — Мы сами только недавно узнали о том, что скоро император объявит о ней. Официального решения ещё нет, но кто-то сразу же поспешил вывести нас из игры. Как будто бы пытаясь сделать это до того, как император объявит об этом. Что ему мешало сделать это тогда, когда это всё будет официально подтверждено? Получше подготовиться, собраться с силами. К чему такая спешка? Возникает такое чувство, что он не хочет рисковать, так как после объявления воли императора он не сможет против нас ничего предпринять. И тогда получается, что как только нам доведут официально информацию об амнистии, он будет вынужден прекратить войну. Как думаешь?

— Да, это не лишено смысла, — чуть подумав, кивнул мне отец, — Очень похоже на правду. Воевать с нами, когда император нас простит, это всё равно что пойти против воли самого императора. Одно дело уничтожить изгоев, и совсем другое, один из самых старых родов, которому разрешили вернуться ко двору, пусть и не в полном составе. Но принципиально это для нас ничего не меняет. Нужно быть готовыми к возможному нападению, и даже после доведения воли императора расслабляться будет нельзя. Впрочем, я рад, что ты учишься логически мыслить. Твоим братьям уже есть чему поучиться у тебя. Особенно, Сергею. Если Дмитрий хотя бы пытается думать периодически, то у этого вообще ветер в голове.

— Но отец…! — вскинулся было возмущённо, но замолк под тяжёлым взглядом отца.

— Лучше промолчи. Думаешь, я не знаю, что у тебя одни гулянки да бои без правил на уме? — усмехнулся батя, — Впрочем, как и твоего брата. В погоне за силой, вы забыли, что на первом месте должен быть разум! Сила ничто без мудрости! Не сумеете проявить себя в Москве и опять займётесь глупостями вместо реальных дел — объявлю своим преемником Михаила, имейте ввиду. Ясно?

— Да, отец, — разом сдулся Серёга, а Димка только кивнул, и бросил на меня быстрый взгляд, в котором мне почудилось… Одобрение? Скрытая радость? Опа! А ведь, похоже, они и не рвутся на вершину рода. Выходит, отец просчитался? Как бы они специально не продолжили дурака валять, чтобы отец и правда так сделал. Я и сам далеко не рад перспективе оказаться на вершине. По крайней мере, пока.

* * *

— Это у тебя что-то вроде кольчуги под одеждой? Из-за произошедшего нападения перестраховываетесь, что ли? — с любопытством поинтересовался Демидов, когда мы сидели в столовой и обедали на большой перемене.

Я сумел дома сделать так, что это моё новое украшение оказалось под одеждой, но до конца его скрыть всё же не удалось. И фигура заметно увеличилась из-за него, и нет-нет, да один из тросов где-нибудь, да вылезал. Хотя надо отдать им должное, они довольно смирно себя вели, и не пытались выскочить целиком наружу.

— Какого нападения? — с недоумением глянула на него Лиза, а потом перевела взгляд на меня. Ну да. Ничего удивительного, что он знает, а она нет. Где Ивановы, и где Демидовы? Первый род слабенький даже по местным меркам, а второй — до изгнания был одним из самых влиятельных в империи. В первую пятёрку входил точно. Их даже сравнивать нельзя.

— Да ерунда, не обращай внимания, — поспешил успокоить я девушку, — Всё обошлось. А ты откуда об этом знаешь? — глянул я на неторопливо жующего Серёгу.

— Отец сказал, а откуда он знает — я и не спрашивал, — пожал он плечами, отведя в сторону глаза, и я догадался, что знает он куда больше, чем говорит, — Так что у тебя за защита-то? — поспешил сменить он тему, увидев, как я его разглядываю.

— Да я и сам толком не знаю. Можно сказать, случайно ею обзавёлся, — даже не соврал я, но и в подробности его посвящать не собирался.

— Ой, оно шевелится… — удивлённо выдохнула Лиза, глядя как показавшаяся из-под моей рубашке на руке тёмная полоска движется.

— Ну да, динамическая защита. Ничего удивительного, — деланно равнодушно произнёс я, поправляя рукав, и поспешил сменить тему.

— Говорят, ваш род скоро получит прощение? Что делать будете, в Москву вернётесь? — как бы между делом спросил я у Демидова, но он аж закашлялся, подавившись супом.

— Тише ты! — буквально прошипел он, испуганно оглядываясь, — Это вообще-то секрет! Ты откуда узнал об этом?

— Да так. Слухами земля полнится, — едва улыбнулся я, и глотнул компота, — Так что, скоро мы с тобой распрощаемся?

— Возможно, — пожал он плечами, недовольный моим ответом, — Но не раньше нового года. И всё же откуда ты это знаешь? Пойми, нам это очень важно узнать! Неужели у нас где-то течёт? Или у нас ваш шпион есть? — с подозрением глянул он на меня.

Нервничает. Иначе бы он не задавал столь глупых вопросов. Кто же в таком признается?

— Не волнуйся ты. Это вести из Москвы. Не могу раскрыть источник, сам же понимаешь. Но к вам он отношения не имеет, — решил всё же я его успокоить.

— Ну ладно… — выдохнул он, — Честно говоря, я до сих пор в эту амнистию не верю, но будет здорово, если она всё же произойдёт. У меня сестра мечтает там учиться и жить. Тесно её тут. Высший свет, опять же… Жалко, что вас с Лизой там не будет.

— Ну да, ну да… — согласно закивал я, не став пока ничего говорить о том, что скоро и сам там окажусь. Зато стало ясно, что тут ещё никто не знает о решении императора насчёт нас.

— Я, возможно, тоже там учиться продолжу… — вдруг тихо произнесла Лиза, смущённо отведя от меня взгляд.

— Ого! — синхронно выдохнули мы с Серёгой, и удивлённо переглянулись.

— Ну, у нас же местный род, а не сосланный. Запрета на посещение столицы у нас нет. Отцу предлагают пойти на повышение в головной офис, а он находится в Москве. Вот в семье сейчас и решают, в каком составе туда перебираться будем, — пояснила девушка, — На самом-то деле, я и не сильно-то туда хочу, но вот мама буквально загорелась этим. Отец хочет сначала сам туда поехать, устроиться, а потом уже нас перевезти, но мама не согласна. Она сразу хочет. Вот они и решают пока. Но сам перевод только после нового года состоится. Так что ещё всё изменится может.

— Ясно. Тогда пока не поздравляю, — улыбнулся я ей.

— Да и не с чем. Я, честно говоря, не очень-то и хочу никуда переезжать. Меня здесь всё вполне устраивает. С коллективом у меня сейчас тут нормально всё, а там ещё неизвестно как примут. Я слышала, что из провинции в столице людей не очень-то хорошо принимают, а тут ещё я приеду из области, куда обычно в ссылку отправляют. Есть и ещё причины, по которым я не хочу никуда переезжать, но это личное, — бросила она тут на меня странный взгляд, — Впрочем, моё мнение родителей не интересует, так что от меня тут ничего не зависит, — грустно закончила она, и мы все замолчали, задумавшись.

— А как вы собираетесь новый год встречать? Есть уже планы? — прервал затянувшееся молчание Демидов.

— Ну ты спросил. Ты бы ещё за год поинтересовался, — усмехнулся я, — До нового года ещё больше месяца. Я, например, не знаю, что у меня через неделю-то будет, а про месяц вообще молчу.

— Отлично, значит, планов точно нет, — обрадовался он, — Тогда на новый год вы оба у меня. Если, конечно, ваши родители против не будут. В этом случае, я всё равно вас буду ждать на праздники. Мне сестра уже весь мозг вынесла, чтобы я вас непременно к нам позвал. Мы на даче будем отмечать, и она очень расстроена, что наша предыдущая встреча там была омрачена тем происшествием. А ты так вообще ещё не была у нас ни разу, — глянул он на Лизу, — Сестра и тебе будет рада. Ты ей понравилась.

— Я рада, — как-то кисло ответила Лиза, опять бросив какой-то странный взгляд на меня, — Впрочем, я не против…

Договорить она не успели, так как вдруг взвыла сирена, и механический голос начал повторять:

— ВНИМАНИЕ! Угроза прорыва! Всем учащимся и школьному персоналу немедленно пройти в убежище!

Глава 23

— Что за хрень? — не сдержался, наблюдая, как под вой сирены все ученики поспешно выбираются из-за столов, и направляются к выходу из столовой, переговариваясь на ходу и беспокойно оглядываясь.

— Сам же слышал. Прорыв, — нервно произнёс Демидов, вскочив с места, — Пошли уже! Я надеюсь, ты сейчас не будешь из себя героя изображать, и пойдёшь с нами в убежище?

— Я тоже на это очень надеюсь! — строго глянула на меня Лиза, вставшая рядом с Демидовым.

Я задумался. Какая-то часть меня кричала о том, чтобы я непременно пошёл разбираться с монстрами, а не отсиживался в безопасности, другая же уговаривала не заниматься глупостями, и идти с друзьями. Я только-только пришёл в себя после нападения на поместье, да ещё и не освоился нормально со своим новым украшением на теле, которое вполне может подвести меня в бою.

— Ладно, идёмте, — устало согласился я с ними, и лениво встал, — Ведите. Далеко ли идти-то хоть?

— Да вниз просто спуститься надо, в подвал, — суетливо ответил Демидов уже на пути к выходу. Лиза пошла было за ним, но притормозила, и стала ждать меня. Я поспешил к ней.

Надо сказать, что паники не было. Все ученики хоть и торопились покинуть столовую, но никто не бежал, не кричал, не бился в истерике, и не торопился выскочить в дверь раньше других, создавая пробку. Было видно, что все хорошо знали, что нужно делать, и были уже привычны к подобному.

Да и дети-то тут были только большие уже, в основном. Это была столовая старшей школы, для учеников же с первого по четвёртый класс была своя столовая, и там они ели под присмотром учителей, так что их было кому вывести.

Мы буквально на минуту задержались у дверей столовой, где всё же успел образоваться небольшой затор, но вскоре выбрались в коридор, и направились к лестнице, ведущей в подвал. И я уже почти поверил, подойдя к ней, что в этот раз я обойдусь без приключений, и просто отсижусь в убежище, когда пол под моими ногами подпрыгнул, всё здание закачалось, как при землетрясении, а лестничный пролёт перед нами полетел вниз, вместе с находившимися на нём людьми.

Я еле успел схватить за руку Лизу, уже шагнувшую было на лестницу, а один из тросов на моей руке метнулся вперёд, и буквально выдернул к нам уже летевшего вниз Демидова. В принципе, высота тут была небольшая, и серьёзно пострадать они не должны были, но мало ли что?

К счастью, остальные ученики, находившиеся на лестнице в момент её падения, отделались лёгким испугом и незначительными травмами, не помешавшими им встать, и побрести к дверям убежища, возле которых стоял кто-то из учителей, и поторапливал их.

— Придётся прыгать, — пробормотал стоявший рядом Демидов, с сомнением глядя вниз.

— Погоди, — буркнул я, бросив оценивающий взгляд туда же. Метров шесть или семь. Так-то и немного, вроде, но учитывая, что прыгать придётся на обломки лестницы, вполне можно и ноги переломать.

— Телекинетики есть? — громко спросил я у успевших скопиться рядом с нами пары десятков учеников. Те лишь растерянно переглянулись, но промолчали. Значит, либо нет, либо слишком слабые, чтобы помочь нам, — понял я.

— Понятно. Тогда действуем так. По одному подходим к краю, я спускаю. Сначала девушки. Лиза, ты первая, — скомандовал я стоявшей рядом девушке, и с испугом смотревшую на провал, образовавшийся на месте лестницы.

— А? Что? — растерянно переспросила она, озадаченно глянув на меня, но я ничего объяснять не стал, а просто направил к ней одно из своих, так сказать, щупалец, аккуратно обхватил им её за талию, и под испуганный писк, опустил её вниз, после чего переключился на следующую.

— Охренеть, — выдохнул стоявший рядом Демидов, наблюдая, как я одну за другой отправляю вниз девушек, — Я тоже себе такой костюмчик хочу!

Я лишь с сомнением хмыкнул в ответ, не отвлекаясь от дела. Вообще, по-хорошему, я бы мог и по несколько человек за раз таскать, но не хотел рисковать. Всё-таки плоховато я ещё контролировал свои щупальца для такого рискованного дела. Вполне мог и выронить кого-нибудь, так что лучше тут не торопиться.

Тут здание ещё раз ощутимо толкнуло, отчего сверху на нас посыпалась штукатурка, и я всё же немного ускорился, опасаясь, что нас вот-вот завалит. Вообще, по-хорошему, при землетрясениях нужно было не в подвал спускаться, а наружу бежать, вот только у нас тут было не оно.

Ещё неизвестно, что или кто нас ждал бы на улице. А убежище, думаю, на любую неприятность рассчитано, так что несколько дней, пока нас не откапают, там вполне можно просидеть. Запасы еды, питья и воздуха, насколько я знаю, там должны были быть.

— Теперь ты, — устало выдохнул я Демидову, когда все остальные ученики уже были отправлены вниз. И устал я не столько от того, что перетаскивал их, сколько от необходимости постоянного жёсткого контроля над работающим щупальцем. Стоило только на долю секунды отвлечься, как оно тут же норовило начать жить своей жизнью.

— А сам потом как? — спросил тот, когда я уже начал его пускать.

— Я разберусь, не волнуйся, — успокоил его я, и тут мне в спину вдруг прилетел весьма болезненный удар, чуть на заставивший меня кувыркнуться вниз. Я охнул, и чуть ли не молниеносно трансформировался, одновременно разворачиваясь к новой угрозе.

Щупальца, кстати, в отличие от одежды не порвались, и лишь все разом встревоженно взвились одним своим концом в воздух в поисках неведомой угрозы, которая скоро обнаружилась.

Метрах в двадцати от нас по коридору обнаружилось странное существо, очень напоминающее своим видом… Колобка. Только каменного, с метр диаметром, и с огромной пастью, полной острых зубов.

Существо злобно пялилось на меня своими маленькими чёрными глазками, жутко скалилось, и вдруг весьма резво покатилось ко мне, набирая скорость.

Метров за пять до меня оно взвилось в воздух, явно нацелившись мне в голову, но я даже уклоняться не стал. Сразу три щупальца рванулись к нему навстречу, звонко впечатавшись ему прямо в морду, отфутболив в противоположную сторону.

На огромной скорости оно влетело в стену, вызвав локальное землетрясение при ударе, раскололось на две части, и упав, затихло.

Я медленно пошёл к нему, в полной боевой готовности, ожидая от того ещё какой-нибудь пакости, но оно не подавало ни малейших признаков жизни. Я осторожно потыкал его одним из щупальцев, после чего, от греха подальше, кинул одну из частей в другой конец коридора. Хрен его знает. Вдруг бы он ожить смог?

И что теперь мне делать? Идти всё же в убежище? Но они наверняка уже закрылись, и вряд ли откроют мне дверь. Или выйти глянуть, что на улице творится?

От мучительных раздумий меня спас треск разбитых окон, и в коридор влетели сразу пять каменных колобков, которые мгновенно заметили меня, и рванули ко мне, то и дело подрыгивая, и толкая друг друга, как будто наперегонки мчались ко вкусному мне.

— О! Бильярд? Или Боулинг? Это я люблю! — хищно оскалился я, отфуболивая щупальцами сразу два шара, а третий поймал руками, чудом не сунув их в огромную пасть, и отбил им ещё одну каменюку, после чего запустил снаряд в стену.

Он разбился на несколько частей, а на стене, вроде, от удара даже трещина пошла. И сразу же туда же прилетела последняя тварь, отправленная в полёт моими помощниками.

— Пойдёмте-ка, погуляем, — проворчал я своим новым друзьям, как будто они могли меня понять, и, недолго думая, выпрыгнул прямо в окно. Пришла пора глянуть, что наружи творится.

* * *

— Ай! Ты что творишь? Сейчас уже убери от меня эти свои щупальца! — испуганно взвизгнула Астра, отпрыгнув от меня, когда я приземлился прямо рядом с ней, а мои жильцы с любопытством потянулись к девушке, явно намереваясь поближе с ней познакомиться.

— Эт-то чё ещё за хрень? Тут что, съёмки хентая шли? Миша, мы что-то о тебе не знаем? — разговорилась тут вдруг Ника, что было весьма нехарактерно для неё, и с каким-то нездоровым интересом уставилась на мои тросы, которые и не думали успокаиваться, и все разом вились в воздухе, изгибаясь, и как будто оглядываясь.

В их удивлении ничего странного не было. Они просто ещё не видели меня в моём новом облике. После нападения на усадьбу, я остался у родителей приходить в себя, а по виртумму не стал с ними обсуждать новости, вот и оказался для них сюрпризом мой новый внешний вид.

— А у тебя богатая фантазия, оказывается, — подмигнул я Нике, — Но нет, мои щупальца вовсе не для того, о чём ты сейчас подумала. С помощью них я буквально только что разделался с несколькими странными каменными колобками. Не видали тут таких?

— А это, по-твоему, что? — вмешалась в разговор Астра, так как Ника вернулась к своему обычному молчаливому состоянию, и ничего не ответила на мой вопрос. Опекунша же махнула мне рукой на кучки камней, плотно усеивающие пришкольную территорию.

— Мой телекинез оказался весьма кстати против этих тварей, — оскалилась девушка в хищной улыбке, — Да и заморозка Ники тоже помогла. Проблем, в общем, они нам не оставили. Штук пять только ускользнули, и, видимо, это как раз они до тебя добрались. Тут, вроде, всё. С другой стороны школы лично наш глава их добивает. На наше счастье, прорыв, в этот раз, не сложным вышел. Хотя нам всем повезло, что мы рядом оказались. Больно уж этих тварей много было, и слишком они быстрые. Мы с Никой их тут штук пятьсот разбили, и ещё неизвестно сколько глава там с той стороны уничтожил. Среди школьников могли бы быть пострадавшие, если бы хоть немного задержались. Вряд ли все успели бы в убежище убежать. И всё-таки, что это у тебя за хрень? — кивнула она на мои новые конечности, — Выглядит жутковато, как-то.

— Потом расскажу. Домой придём, там и поговорим, — уклончиво ответил я, — Пока не до этого. Вон, к нам очередная партия колобков скачет. Видать, от лидера убегают.

Из-за угла действительно энергично выкатилось сразу штук сто каменных зубастых мячиков, которые деловито покатились и поскакали к нам. На какое-то время нам стало не до разговоров. Но каких-либо серьёзных проблем они нам не доставили. С этим прорывом нам всем действительно повезло. Монстры хоть и имели жутковатый вид, но довольно легко раскалывались на части, и мы буквально минут за пять со всеми ними покончили.

* * *

— Так, что тут у вас? Закончили? Вот и отлично! — выскочил к нам из-за угла школы Альберт как раз тогда, я разобрался с последним шаром, подхватив его щупальцем, и хорошенько долбанув об асфальт. Правда, асфальт тоже при этом пострадал, но учитывая, в каком состоянии была школа после тех недавних толчков, это уже было не важно. Всё равно тут требовался капитальный ремонт, так что одной ямой больше, одной меньше… Пофиг.

— Тогда я помчался в офис, — продолжил он, — У меня там деловая встреча проходит с японцами, а они ждать не любят. Прорыв, конечно, моё отсутствие оправдывает, но лучше не затягивать. Там Героика с ними, но долго и она развлекать их не сможет. Астра!

— Да, шеф? — отсалютовала она ему лениво.

— Остаёшься за старшую! Дождись военных, проконтролируй, чтобы они все останки тварей забрали, и напишешь мне потом отчёт! Сегодня же!

— Да почему я? — аж взвыла она, — Ты же знаешь, что я терпеть не могу эти бумажки! Пусть вон Ника этим отчётом займётся, или Миха! — попыталась она перевести стрелки.

— Не ной! — строго оборвал он её, — В конце концов, это тебя берут начальником отдела одного из Московских филиалов героев. Привыкай уже к бюрократии! Там без этого никуда!

— А? Москва? Как это? Почему? — аж растерялась она, — А как же Ника, Михаил?

— Ника едет с тобой, но рядовым сотрудником. Насчёт Михаила не знаю, но скорее всего, он и поспособствовал вашему переводу. Именно его отец договорился насчёт вас. Всё, я побежал. Все вопросы потом, — и этот гад действительно убежал в сторону припаркованной не вдалеке машины, оставив меня наедине с эти фуриями, весьма жутко уставившимися на меня.

— Михаил… Вы ничего не хотите нам рассказать? — медленно протянула Астра, сделав шаг в мою сторону. Я рефлекторно двинулся назад.

Ника же молчала, но не мигая смотрела на меня, напоминая какого-то персонажа из фильма ужасов.

— Конечно, хочу! — заторопился я оправдаться, — Но не сейчас! Не до этого! Гляньте, с останками тварей что-то происходит! — махнул я рукой. И я даже не обманывал их и не пытался сменить тему.

Валяющиеся тут и там кучки вдруг засветились каким-то тусклым зеленоватым светом, и стали куда-то медленно ползти.

Астра нехотя перевела взгляд в их сторону, и тут же озадаченно нахмурилась.

— Не поняла? Что происходит? — озадаченно пробормотала она.

— Это же… Похоже… Объединение! Не дайте им объединиться! — вдруг выкрикнула Ника, и бросилась к ним, на ходу обрушив на камни морозную волну, после чего попыталась ногами откидывать каменные кучи в стороны, не давая им ползти, но безуспешно.

Те не обращали ни малейшего внимания на её усилия, и всё куда-то ползли. Медленно, но непреклонно.

Мы кинулись к ней на помощь, но даже наши усилия ни к чему не привели. Я хватал камни щупальцами, пытался растаскивать их в разные стороны, рядом пыхтела Астра со своим телекинезом, но безрезультатно. Камни всё также куда-то целеустремлённо ползли, не обращая на наши потуги ни малейшего внимания, и вскоре мы поняли, куда.

Через несколько минут во дворе школы начала подниматься вверх огромная куча камней, которая с каждой секундой становилась всё больше и больше.

* * *

— О-хре-неть… — по слогам произнёс я, наблюдая, как вскоре над школой возвышался огромный, метров сорок в высоту, если не больше, каменный великан, мрачно глядевший куда-то вдаль, и пока неподвижный. Последние камни занимали свои места на нём, а рядом стояла Астра, снимала всё это на видео, и в режиме реального времени транслировала это Альберту, прервав его важную встречу.

— Почему он такой большой? — прошептала подошедшая к нам Ника, — Такой… Огромный…

— Ну вырос вот. Из тех шаров. Нашла о чём думать. Лучше бы думала, как его уничтожить, — проворчала Астра.

— Но ведь у нас тут не было такого количества тварей, чтобы вырос такой великан! Да, их было много, но не настолько! — продолжала нервно шептать Ника. Мы с Астрой встревоженно переглянулись.

— А ведь и верно… — прошептала та, — Тех шаров и на четверть бы этого гиганта не хватило бы… Откуда взялись остальные?

— Потом об этом подумаем. Смотрите! — протянул я руку вверх, показывая на монстра, который вдруг вздрогнул, и медленно наклонил голову вниз. В его огромных пустых глазницах вдруг заполыхало багровое пламя, а гигантский рот приоткрылся, и издал вдруг такой оглушительный рёв, что мы втроём повалились на землю под ударом звуковой волны, и схватились за уши, спасая свои барабанные перепонки.

Монстр покачнулся. На миг мне показалось, что он сейчас рухнет прямо на нас, раздавив в лепёшку, но он устоял. Медленно поднял вверх ногу, и, шатаясь, сделал осторожный первый шаг, как малыш, учащийся ходить, который в любой момент готов упасть на попу. Следующий его шаг уже вышел намного увереннее, и он оказался совсем рядом с нами.

— Уходим! — сбросила с себя оцепенение Астра, вскочила на ноги, и помогла подняться Нике, — Быстрее! К машине! Будем уводить его от школы! — уже на ходу кричала она, а мы неслись следом за ней.

— Да кто вообще сможет справиться с ним⁈ — пропыхтел я на ходу, подхватив на руки Нику, и догнав Астру.

— Понятия не имею, но мы точно не справимся! — крикнула та, — Пусть Альберт об этом думает, и поднимает на уши всех магов города!

— ГРА-А-А-А-А!!! — прогремело сзади, и очередная звуковая волна подтолкнула нас в спину, и уже через секунду мы были рядом с машиной Астры, и буквально запрыгнули в неё.

Практически мгновенно мы рванулись с места, взвизгнув покрышками, а в заднее стекло машины было видно монстра чудовищного размера, который огромными прыжками нёсся за нами…

Глава 24

— Гони, гони, гони!

— Да гоню я! Больше из моей машины не выжать!

— Он догоняет!

Мы с Астрой дружно оглянулись на вопль Ники. Действительно, каменный монстр опустился на все четыре конечности, и мчался всё быстрее и быстрее, потихоньку догоняя нас. Ему даже не мешало то, что периодически он врезался в здания, оставляя в них огромные вмятины. А некоторые, самые маленькие, в три — четыре этажа, вообще чуть ли не полностью сносил. Блин. Надеюсь, что всех жителей успели отправить в убежища…

Именно во избежание массовых разрушений мы и уносились по самым широким улицам, где он мог свободно проскочить за нами. Даже учитывая то, что, встав на все четыре лапы, он стал раза в два ниже, и намного манёвреннее, всё равно эта колоссальная туша периодически задевала какое-нибудь из зданий, отчего у меня болезненно сжималось сердце.

В самом начале гонки, когда он только осваивался с перемещением, нам удалось оторваться от него метров на восемьсот, но сейчас это расстояние пусть медленно, но сокращалось. Можно было, конечно, помчаться через дворы, и там мы точно уйдём от него, вот только наша задача была не в том, чтобы сбежать, а вывести его из города, постаравшись обойтись минимумом разрушений.

— На прямой он нас быстро догонит! — крикнул я Астре, судорожно державшейся за руль, — Надо почаще сворачивать!

— Нельзя пока! — зло отозвалась она, — Тут все улицы узкие. Он завязнет в них, и начнёт крушить дома. Нам надо как можно быстрее выехать из города! Ну, а там уже попробуем оторваться. Блин, нам бы его хоть чуть-чуть притормозить как-то… Не успеваем!

— Ника! Ты же маг холода! — повернулся я к той, — Ты можешь часть дороги льдом покрыть?

— На такой высокой скорости — нет, — покачала она головой, — Не успею…

— Так… — появился у меня кое-какой план, — Астра, у нас есть возможность тут свернуть где-нибудь? Пусть даже дорога чуть длиннее станет из-за этого, но пофиг. Есть тут где-нибудь по пути достаточно широкая улица, чтобы свернуть?

— Через два перекрёстка в принципе можем, но зачем?

— Короче, сворачиваешь там, и сбавляешь ход километров до сорока. Такая скорость пойдёт? — глянул я на Нику, та кивнула, — Ну и отлично. Ты тогда покрываешь дорогу льдом, и после этого мы газуем. Монстр слишком огромный, а значит, он не сможет вовремя затормозить, и промчится мимо поворота. Пока он развернётся, ты как раз успеешь закончить. Ну, а там лёд притормозит его. Вот только надо метров триста покрыть льдом. Иначе он может его просто перепрыгнуть. Справишься?

— Я… Постараюсь…

— Не надо стараться, надо сделать!

— Так, мальчики и девочки. Времени на дискуссии больше нет, я поворачиваю, — напряжённым голосом произнесла Астра, и рванула руль вправо, отчего я не удержался и впечатался в дверь, так как пристегнуться я, конечно, не удосужился. И так как для того, чтобы поместиться в машину, мне пришлось выйти из режима берсерка, то удар вышел довольно болезненным.

Потирая рукой плечо, я уставился назад, и как раз успел увидеть, как монстр пронёсся мимо поворота, повернув в нашу сторону голову, и отчаянно пытаясь затормозить. Мне даже показалось, что в его глазах горела обида, как будто его в чём-то обманули.

— Действуй! — крикнул я Нике, которая почему-то находилась в каком-то ступоре. Она встряхнулась, Астра сбавила скорость, и, высунувшись чуть ли не по пояс в окно, Ника начала магичить.

Я почти не видел, что она там делает, но зато прекрасно разглядел результат её действий. Буквально через несколько секунд от машины потянулась ледяная дорожка, захватывавшая всё больше и больше дороги, и очень вовремя.

В нескольких сотнях метрах позади нас из-за угла выскочил голем, и с оглушительным рёвом помчался за нами.

— Газуй! — завопил я Астре, хватаясь за ручку над дверью.

— Сама знаю! — рявкнула она, и вдарила по педали газа так, что мы чуть ли не прыгнули с места, и меня с силой вжало в кресло, из-за чего я чуть не пропустил всё веселье.

— Получилось! — радостно выдохнула Ника, я бросил взгляд назад, и успел увидеть, как многотонного монстра, нелепо перебиравшего лапами на льду, повело в сторону, и он влетел в здание какого-то торгового центра, который сложился как карточный домик, и полностью погрёб его под собой.

Я мрачно гнал из своей головы мысли о том, что если всё же там оставались люди, то я никогда себе этого не прощу… Я должен был учесть такой вариант, но не подумал об этом.

Успокаивало лишь то, что сначала прорыва прошло уже довольно много времени, и все люди, по идее, уже должны были спуститься в убежища, а уж торговые центры точно закрылись. Надеюсь…

После это мы ещё раз повернули, и я не увидел, что там происходит, но я был уверен, что это его не остановило, и скоро он опять отправится за нами в погоню. Расслабляться было рано.

* * *

— Интересно, что этой твари от нас надо? — повернулся я к Астре, которая сосредоточенно смотрела на дорогу, — Чего она к нам прицепилась-то? Шла бы по своим делам куда-нибудь, но нет. Именно нас ей подавать!

— Не знаю. Сама об этом думаю, — проворчала девушка, крутя руль, уходя от столкновения с брошенными прямо на дороге машинами, — У меня есть только одно предположение, что это как-то связано с тем, что именно мы расколошматили те шары, из которых он состоит. Ну, точнее, Альберт ещё, но он уехал до появления этого голема. Больше мне ничего в голову не приходит…

— А вот мне приходит… — шепнул мне Арх, как будто боясь, что кто-то может его подслушать, — Очень похоже на то, что тот, кто его поднял, дал ему команду уничтожить вас, вот он её и выполняет. Големы крайне примитивные создания. Разума не имеют, и крайне прямолинейно и предсказуемо выполняют то, что им поручено.

— Так ты думаешь, что кто-то его создал? — мысленно спросил я, — Но кто мог это сделать? Там же никого не было, кроме нас?

— То, что вы никого не видели, не означает, что там никого не было. Не забывай, что существует довольно много видов магии, полностью скрывающей своего хозяина. К тому же, ваши маги и власти почему-то скрывают от общества и тех же героев информацию о том, что иногда через прорывы могут проникать не только неразумные существа, чему я живой пример. Я не знаю, зачем они это делают, но этим очень мешают работе героев. Возможно, знай они об этом, то более тщательно подошли бы к поискам тех, кто проникает в ваш мир. Разумные существа чаще всего не лезут с ними в бой, а предпочитают спрятаться и затаиться. И я не исключаю, что сейчас кто-то использует этого голема в качестве отвлекающего фактора, а сам в это время удаляется как можно дальше от места прорыва с целью затаиться и получше изучить ваш мир.

— Ну, вообще зашибись! — не удержался я возгласа вслух. Охренеть! В наш мир лезет хрен знает кто, с неизвестными целями, а власти умалчивают об этом!

— Ты чего? — бросила на меня быстрый встревоженный взгляд Астра.

— Зашибись, говорю! До выхода из города добрались! — махнул я рукой, показывая, что вдалеке показался лес.

— Это всё, конечно, хорошо, но я не поняла, где же помощь? — процедила сквозь зубы опекунша, лихим манёвром объезжая сразу две машины, брошенные прямо на середине дороги. Видимо, водителей угроза прорыва застала прямо во время дтп.

— Астра, приём! — ожил вдруг её виртумм голосом Альберта.

— Слушаю, шеф!

— Мы вам видим, встреча подготовлена. При выезде из города езжайте всё время прямо, два километра. Как увидишь перегородившие дорогу танки, съезжайте в сторону, и уезжайте. Дальше это уже не ваша война будет. Справитесь? Выдержите ещё два километра?

— Да, — коротко ответила девушка, бросив быстрый взгляд в зеркало заднего вида. До каменного монстра было метров восемьсот, и пока это расстояние не сокращалось. Похоже, что он тоже немного выдохся.

— Скорее, слабеет его связь с хозяином из-за большого расстояния, — шепнул Арх.

— Вот и отлично, — удовлетворённо отозвался Альтберт, и замолчал, а мы продолжили эту сумасшедшую гонку.

* * *

Пушки танков рявкнули сразу, как только мы круто повернули, уходя из сектора обстрела. И почти сразу же сзади раздался оглушительный рёв.

— Похоже, ему не понравилась встреча, — усмехнулся я, повернув голову, и пытаясь рассмотреть, что там происходит, — Даже странно. Мне казалось, что ему эти снаряды будут что слону дробинка.

— Так это не простые снаряды. Спецбоеприпас, — отозвалась Астра, загоняя машину на небольшой холм, и глуша мотор.

— Ядерные, что ли? — ужаснулся я, и невольно как-то сжимаясь весь, хоть и понимал, что тут они нам не страшны. Это же не стратегические ракеты.

— Совсем дурак? — покрутила пальцем у виска опекунша, — Магические! Артефакты, предназначенные для разрушения как раз вот таких гостей.

— Тогда не понятно, почему их мы встречаем, а не военные, — проворчал я, — И чего мы, кстати, остановились? Босс же сказал, что дальше не наша война?

— А тебе не интересно, что ли, как эту гадину на части будут разбирать? Ну и сиди тогда в машине, — весело выпрыгивая наружу, где уже тишком оказалась Ника, и молча смотрела за боем.

Мне было интересно, так что я вылез следом.

— Там всё сложно, насчёт военных. Обычное их оружие против большинства монстров малоэффективно, большинство военных не маги, что делает их уязвимыми, а спецбоеприпасы слишком разрушительны, и представляют угрозу для города, — поясняла Астра, не отрывая взгляда от голема, который пятился под огнём сразу двадцати танков, — Но это всё официальные объяснения. Думаю, что там и другие подводные камни есть. Но это уже вопросы не моего уровня. Как будешь в гостях у императора, можешь у него про настоящие причины поинтересоваться.

— Обязательно, — с сарказмом ответил я, наблюдая за тем, как вдалеке показалось три звена самолётов, быстро приближающихся к голему, который в этот момент попытался прыгнуть на танки, но попал под очередной мощный залп, опрокинувший его на спину, и как раз в этот момент от самолётов оторвались чёрные точки, и понеслись к монстру.

— Конец котёнку, — с удовлетворением заметила Астра, и довольно оскалилась. Через секунду раздалось сразу несколько оглушительных взрывов, голема укрыла целая туча из поднятой вверх пыли, земли, каменной крошки и тому подобного, а когда она осела, на земле осталась лишь бесформенная гора камней, не подающая ни малейших признаков жизни.

Самолёты заложили большой круг, и улетели, танки продолжали держать камни под прицелом, и к ним осторожно направилась группа людей в военной форме, человек десять, по всей видимости, маги.

— Ты знаешь… — задумчиво начал я, глядя на Астру и вспоминая те разрушенные или полуразрушенные дома, в которые врезался голем, — А я, наверное, действительно сделаю всё, чтобы рано или поздно добраться до императора, и поинтересоваться у него о том, почему он ставит жизнь людей под угрозу, вместо того, чтобы активнее привлекать военных, которые всё равно один хрен сейчас ничем не заняты. Мы же не воюем ни с кем! Ведь как было бы просто, если бы после начала прорыва танки подогнали в город, и эту тварь уничтожили сразу, как только она появилась! Ведь три залпа всего, и её нет! И не было бы тех десятков разрушенных домов, которые она снесла, — я не стал дожидаться, что мне ответит девушка, и молча пошёл в машину.

Настроение было поганое, несмотря на то, что мы, вроде как, одержали победу.

* * *

— Проходи, садись, — устало кивнул Альберт Астре на место напротив себя, когда она вошла в кабинет, — Подготовила отчёт?

— Да, держи, — протянула она ему стопку бумаг.

— Вот и отлично, — он взял бумаги, и, даже не глядя на них, сунул в ящик стола, — Потом посмотрю… Вы молодцы. Грамотно вывели тварь из города.

— Да, но без разрушений всё равно не обошлось, — поморщилась девушка.

— Их было бы намного больше, чем если бы бой в городе шёл. К тому же, как заявляют военные аналитики, тварь выдохлась, пока гналась за вами, потому военные так легко и справились с ней. В месте прорыва так просто справиться с ней не вышло бы, и жертв тогда было бы намного больше.

— Известно уже, сколько гражданских погибло? — после небольшой паузы поинтересовалась девушка.

— Пока предварительно шестьсот одиннадцать погибло, и больше тысячи раненых, — мрачно ответил глава героев тусклым голосом, — Но раскопки ещё идут, так что количество ещё может вырасти.

— Господи, почему так много-то? — ужаснулась девушка, и потёрла разболевшиеся виски.

— Торговый центр… — нехотя пояснил Альберт, — Люди слишком привыкли, что прорывы в основном быстро устраняют, да и территория действия обычно весьма ограничена. Вот и расслабились… Мда… К тому же, торговый центр продолжил работать, вместо того, чтобы провести эвакуацию людей, а кто в этом виноват сейчас уже выяснить будет очень сложно, сама понимаешь…

— Ты только Мише об этом не говори… — почти шёпотом попросила Астра, с ужасом представляя реакцию подопечного, если он узнает, что косвенно виноват в гибели такого количества людей, — Он ещё подросток… Ему будет тяжело пережить такое…

— Не скажу, — пообещал парень, — Но… Ты же сама понимаешь, он всё равно узнает. В новостях об этом, разумеется, не покажут, но найдутся добрые люди. Во всех деталях просветят.

— Это будут обычные слухи, а им веры нет, — покачала она головой, и тут же поморщилась, так как от этого движения голова разболелась ещё сильнее, — Слушай, у тебя есть какое-нибудь обезболивающее?

Альберт открыл шкаф, и достал оттуда бутылку коньяка и два бокала.

— Только это. Но оно гораздо лучше любого обезболивающего, — он разлил жидкость по бокалам, и придвинул один из них к ней, — Давай людей помянем. Не чокаясь.

Интерлюдия

— Господин генерал, разрешите? — заглянул в дверь кабинета помощник, предварительно постучав.

— Что-то срочное, Виктор? У меня тут полный завал с этим прорывом, сам видишь, — кивнул генерал на свой стол, заваленный бумагами.

— Это связано с новостями по объекту.

— Ну, хорошо, проходи. Выделю тебе три минуты, — нехотя согласился старый военный, встал, и потянулся, — Заодно хоть спину немного разомну. Поясница самого утра, зараза, ноет. Что там у тебя?

— Вот, посмотрите, — протянул ему помощник несколько фотографий. Тот нехотя взял, но уже через секунду его взгляд напрягся, и буквально впился в изображённую там фигуру. Высокий, мускулистый, практически раздетый молодой человек, стоял на вершине небольшого холма, а вокруг него вились десятки каких-то чёрных щупалец, извиваясь в разные стороны.

— Та-а-ак! — протянул он через несколько секунд, — Я же правильно понимаю, что это младший Гончаров? Что это за хрень на нём?

— Совершенно верно, это он. А на нём, по косвенным данным, остатки тактической сети, в которую его упаковали при нападении на их клановый особняк, и которая вдруг почему-то ожила.

— Ожила? Разве такое возможно? — удивлённо спросил он, продолжая разглядывать фотографии.

— До этого дня считалось, что нет, и наши маги-учёные очень хотят выяснить, как это произошло, и не исключают, что это всё благодаря нашему объекту. Мы же так и не выяснили до конца его возможности. Что прикажете делать? Будем брать его?

— Пока нет, — задумчиво пробормотал генерал, — Там у императора какие-то планы появились на их семью. Если мы сейчас его сдёрнем, то можем нарушить какие-то его планы. Ну, и не нужные вопросы вызовем. Пока просто усильте за ним наблюдение. Каждую неделю обо всех его действиях мне отчёт на стол! Ясно?

— Так точно, господин генерал! — вытянулся перед ним помощник.

— Вот и отлично. Выполняй. У тебя всё на этом?

— Никак нет. Есть ещё кое-что по поводу того голема.

— С ним-то что не так? — проворчал генерал, бросил фотографии к себе на стол, и сел в кресло.

— Маги предполагают, что возможно он был не сам по себе, а его поднял кукловод, уже у нас, и тогда не исключено, что у нас появился ещё один… — замялся помощник, — Гость.

— Твою ж мать! — рыкнул генерал, долбанув кулаком по столу, — Только этого нам сейчас не хватало! Направь одиннадцатую с её людьми и артефактами на место прорыва. Пусть проверят. И срочно! Прямо сейчас! Потом немедленно доклад мне!

— Есть!

Глава 25

— А теперь рассказывай, с чего это вдруг твой отец решил нас в Москву устроить? Избавиться от нас хочет, что ли? — плюхнулась напротив меня за кухонный стол Астра, где я сидел с мрачным видом и пил чай. По-хорошему, надо было бы поесть, так как за весь день я практически ничего не ел, но у меня кусок в горло не лез.

— Я, скорее всего, после Нового года поеду в Москву учиться, вот он и решил, что будет хорошо, если вы там присмотрите за мной, — пояснил я, не став уточнять, что скорее это я хочу и дальше за ними присматривать.

— Ого! Так ты, всё же решил простить его? — с каким-то трудночитаемым выражением лица спросила она, наливая себе чай.

— Всем надо давать второй шанс, — пожал плечами я, — Да и рушить отношения со всей семьёй из-за одного её члена тоже как-то неправильно. Ну, и о будущем надо думать. Сама знаешь, что обычному школьнику, без поддержки, куда-то пробиться в этой жизни будет очень сложно. К тому же, я же по-прежнему не помню ничего о том, что было до амнезии, и могу делать выводы о нём только исходя из своего нынешнего опыта. Похоже, я был весьма своеобразной личностью раньше, и некоторые его шаги, предпринятые в воспитательных целях, я могу понять. Да, не со всеми из них я согласен, но понять могу. Ладно, это всё лирика, — устало вздохнул я, почти ложась на стол, — Честно говоря, до конца я и сам ещё ни в чём не уверен, но решение принято. Поеду с братьями в Москву. Вы со мной? Если не хотите, можете и здесь остаться. Скажу отцу, чтобы обратно всё отыграл.

— Нет уж, — проворчала Астра, — Я тебя там одного не оставлю. С тобой, конечно. К тому же, это шанс для нас с Никой чего-то добиться. Нам же, вообще-то, было запрещено не то что жить, но даже просто посещать столицу и ещё ряд городов, так что на самом деле мы даже благодарны вам. Удивительно, как твой отец смог этого добиться? Ну, и насчёт семьи ты прав. Всегда надо давать второй шанс близким людям.

— А почему вам это запретили? — решил я сменить тему, уйдя от своих непростых семейных отношений, да и правда интересно было. Всё же Астра с Никой хоть и весьма своеобразные девушки, но на каких-то маньячек не похожи.

— Да там долгая история, — отмахнулась она, — Ошибки молодости, ну, и перешли дорогу кое-кому очень влиятельному. Но, извини, я пока не готова говорить на эту тему. Слишком она для меня болезненная.

— Ну, тогда пошли спать, — не стал настаивать я, — Поздно уже, а завтра меня опять школа ждёт…

* * *

— Куда пойдём? — нерешительно спросила меня Катя, когда мы встретились с ней где и договаривались, на перекрёстке двух больших улиц. Он как раз находился где-то в середине пути между нашими с ней домами. Нет, я, конечно, предлагал зайти за ней домой, но она почему-то отказалась.

— А куда бы ты сама хотела? — переложил я ответственность на её хрупкие плечи. В конце концов, это она была инициатором свидания, вот пусть и решает, а лично мне было пофигу, куда идти. Я бы вообще никуда не ходил, но обещал же, а обещания надо выполнять, даже если их из вас чуть ли не насильно вырвали.

Я уже и забыл почти о нём с этими последними событиями, но она сама вчера про него напомнила.

— Ну-у-у… — протянула она, — Я вообще погулять хотела, но что-то как-то погода не очень сегодня.

Да, с погодой нам не повезло. И не то, чтобы прям было так уж холодно, где-то минус десять, что для начала декабря в этих местах было ещё даже вполне ничего, но вот ветер был довольно сильный, и обжигающе холодный, продувая чуть ли не насквозь даже меня, хотя я отнюдь не был мерзляком, да и оделся соответствующе погоде. Тёплые джинсы, кофта с воротником, длинное чёрное пальто, а на шею ещё и шарф повязал, не давая сквозняку ни шанса добраться до моего тела.

Головной убор я надевать не стал, а вот на ноги обул уже зимние ботинки.

— Н-да, оделась ты, конечно, не по погоде, — окинул я взглядом уже пританцовывающую на месте девушку. Коротенькое красное пальто вряд ли могло защитить от ветра, а из-под него виднелась юбка до колен, и стройные ножки то ли в колготках, то ли чулках телесного цвета. На голове кокетливый берет, не прикрывающий ушей, уже порозовевших от холода. На ногах лёгкие туфельки, которые вряд ли согреют её на прогулке. Очень похоже, что она сразу нацелилась на отдых под крышей, но мне зачем-то про прогулку сказала.

— Я не знала, что тут такой холодный ветер, — попыталась жалобно оправдаться она, — Погоду посмотрела, вроде, минус десять всего, а когда на улицу вышла, возвращаться уже поздно было. Опоздала бы тогда, а я этого не люблю. Да и ты мог не дождаться, и уйти.

— Да уж дождался бы, — проворчал я, — Ну, да ладно. Тогда предлагаю дойти до ближайшего торгового центра, сходить там в кино на какой-нибудь сеанс, а потом в кафе посидеть. Как тебе такая программа действий?

— Супер! — подняла она вверх большой палец, и тут же спрятала руку обратно в карман, зябко ёжась.

— Тогда пошли, — кивнул я ей на загоревшийся зелёным светом светофор, и пошёл вперёд.

* * *

— Ну что, как тебе фильм? — поинтересовался я у неё, когда мы зашли в небольшую кафешку в этом же торговом центре, где и смотрели кино, и заказали себе по чашке кофе с десертами. Я предложил ей что-нибудь по существеннее себе заказать, но она почему-то отказалась. То ли стесняется, то ли за фигурой следит, видимо. У меня же всю эту неделю аппетита толком и не было, как и настроения.

Нет-нет, да доносились до меня слухи о многочисленных жертвах прошлого прорыва. В новостях о них почти ничего не говорилось, но то один одноклассник делился подробностями, которые узнал либо от друга своего знакомого, либо от родителей, которые тоже от кого-то там узнали, то другой… Если верить этим слухам, то погибших было чуть ли не несколько тысяч.

Причём, разумом-то я понимал, что это всего лишь слухи, в которых очень часто любят преувеличивать, но всё равно мне было очень не по себе, когда я думал, что во всех этих смертях пусть и косвенно, но виноват я…

Я мучился по ночам от бессонницы, раз за разом вспоминая недавние события, и пытаясь придумать способ, как можно было бы избежать столь масштабных разрушений, и засыпал уже под утро, из-за чего потом целый день ходил разбитым и мрачным, что не способствовало ни аппетиту, ни хорошему настроению.

— Мне понравился, — просто ответила она, и придвинула к себе чашку кофе, которую только что принёс официант, — А вот тебе, судя по всему, не очень. Ты половину фильма проспал, если не больше! — мило нахмурилась она.

— Прости… — пожал я плечами, — Я предупреждал, что не фанат подобных мелодрам. К тому же, меня всю неделю бессонница мучила, вот и результат. Но я честно пытался бороться со сном, вот только, к сожалению, проиграл в этой не равной битве, — виновато улыбнулся я.

— Но ты хотя бы выспался? — улыбнулась она в ответ, аккуратно размешивая сахар.

— Ты знаешь… — прислушался я к себе, с удивлением отмечая, что ощутимо взбодрился, хотя проспал всего час где-то, — На удивление, да. Чувствую себя намного лучше.

— Вот и отлично. Значит, уже не зря сходили, — удовлетворённо кивнула она, — Но с тебя ещё одно свидание! — махнула тут она в мою сторону ложечкой, — Это ты почти всё проспал! Но в следующий раз пойдём на тот фильм, который ты выберешь. Так будет честно. После Нового года сразу несколько хороших фильмов выходит, можно будет сходить в праздники.

— Я ничего не обещаю, но, если у меня будет такая возможность, обязательно сходим, — обтекаемо ответил я, не собираясь пока рассказывать, что после нового года, возможно, вообще уеду из этого города.

Официальной информации по этому поводу нам пока так и не довели, так что пока было рано делиться с кем-либо подобными планами. Не то чтобы, мне запретили это делать, но я и сам понимал, что лучше помолчать, пока нет конкретики. Ведь даже когда придёт амнистия, ещё далеко не факт, что отец не передумает, и не решит оставить меня здесь, ну и зачем тогда раньше времени расстраивать девушку?

— А, ну да. Ты же клановый, а вам, я слышала, сложнее распоряжаться своим личным временем. Тогда буду надеяться, что у тебя найдётся там хоть немного свободного времени на меня, — грустно улыбнулась она.

— Я тоже на это надеюсь, — улыбнулся в ответ, мысленно поражаясь, как же быстро некоторые девушки готовы отнести тебя чуть ли не к своей собственности. Мы до недавнего времени даже знакомы не были, не знаем ничего друг о друге, один раз сходили на свидание, и она уже готова какие-то планы строить. Удивительное создание!

— А ты сама ни в какой род не входишь? — поинтересовался я.

— Нет, — беспечно пожала она плечами, — У нас есть свой бизнес, но к родовым мы не относимся. Дедушка одно время пытался свой род создать, но так и не смог добиться разрешения, теперь об этом отец мечтает, связи нужные ищет. Вот только чтобы род создать нужно разрешение самого императора, а я сильно сомневаюсь, что отсюда у него что-нибудь получится. Это в Москве нужно знакомства заводить, но отец даже слышать не хочет ничего о том, что нужно туда перебираться. Одно время я очень обижалась на него за это. Я же с самого детства мечтала там жить! У меня мама оттуда родом, она столько о ней рассказывала! Но в последнее время я даже рада, что мы не переехали туда, — лукаво улыбнулась она мне.

Я промолчал, сделав вид, что не понял её намёк. Странно… В последнее время буквально всё указывает мне на Москву, как будто сама судьба намекает мне о том, что меня ждёт скоро. Уже третий человек, если не считать отца, говорит о ней! А ведь это ещё без учёта разговора с Астрой, у которой, оказывается, есть какая-то тёмная история, как-то связанная со столицей. Не удивлюсь, если скоро ещё какой-нибудь знак получу о скором переезде.

— А твои родители… — Катя не договорила, так как у меня вдруг завибрировал виртумм, а на экране я увидел надпись — отец.

Я виновато улыбнулся девушке, и ответил на вызов.

— Сын, ты где? — донёсся взволнованный голос отца, — А, впрочем, неважно. Приезжай скорее к нам. Пришли новости из Москвы о том, чего мы ждали все эти последние дни. Прямо сейчас я собираю совет рода, и ты должен на нём быть!

* * *

— Так, вижу, все собрались, — окинул нас взглядом отец, войдя в кабинет быстрым шагом, где за большим овальным столом не было ни одного свободного места, кроме его.

Все молча смотрели на отца, напряжение, висевшее в воздухе, прямо физически давило на плечи.

— Ну, что, господа. Время нашего безделья прошло. Пора возвращаться на большую политическую арену, — хищно улыбнулся глава рода, — Да, как мы и ожидали, мы получили не полноценную амнистию рода, но даже так можно работать. И мы получили даже больше, чем ожидали. Нашим детям возвращают все наши активы. Император провозгласил, что дети не должны отвечать за грехи отцов, и в ряде случаев заслуживают прощения. И в качестве первого такого рода, в котором дети получают амнистию, выбран именно наш. Им вернут наш особняк и другое недвижимое имущество в Москве, снимут арест со счетов, но есть один нюанс, — обвёл отец всех присутствующих странным взглядом, — Император выдвинул условие, что все возвращаемые им активы будут записаны на официального наследника рода, а его он выберет сам из числа моих сыновей, которые должны будут прибыть на императорский рождественский бал.

Интерлюдия

— Господин генерал, разрешите? — уже совсем поздней ночью заглянул помощник в дверь своего начальника, который в этот раз засиделся на рабочем месте как никогда поздно, а потому и ему пришлось продолжать находиться в приёмной, и ждать, когда босс решит, наконец, свалить отсюда.

— Да, заходи, Вить. Что там у тебя? — генерал потёрт сонные глаза, и отодвинул в сторону стопку бумаг. Глянул на часы, поморщился, и встал, разминая спину.

— Есть новости по кукловоду голема, — произнёс помощник, подходя ближе, — Одиннадцатая со своей командой осмотрели место прорыва, и обнаружили следы иномирной сущности. Они уже почти успели раствориться, но всё же мы успели провести исследования и поймать след, который привёл на железнодорожный вокзал, где и затерялся. Мы сразу же взяли в работу все поезда, которые в тот день вечером уходили от нас, и обнаружили знакомые следы в триста шестьдесят шестом поезде, который следует до Москвы. Саму сущность найти не удалось, но не исключена вероятность того, что гость скоро окажется в столице.

— Час от часу не легче… — генерал аж вздрогнул от того, догадываясь, какая последует реакция от его начальства, когда-то узнает, что где-то рядом с императором вскоре может оказаться иномирец, с неизвестными им возможностями.

— Так… — потёр он нервно виски, — Свяжись с нашими коллегами из седьмого управления, пусть встречают поезд в Москве, когда тот прибудет на вокзал. Обрисуй им ситуацию, они в части магических возможностей нас опережают, может у них выйдет его вычислить. Ну, а я позвоню руководству в Москве. Ох, чую, как бы они меня на пенсию не отправили раньше времени с такими новостями…

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Берсерк 2

Content

Берсерк 2

Глава 3

Глава 1

Глава 2

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene