Мастер душ

Глава 1

Я почувствовал запах гари и резко открыл глаза. Что, демоны вас всех раздери, произошло? Последнее, что помню, это решающая битва, к которой я шёл многие десятки лет. Финальный удар должен был распылить на атомы эту стерву, но тот сгусток чистой тьмы, которым ударила меня Марго в ответ, тут же отключил моё сознание. Вот же дрянь, даже помереть спокойно не смогла, обязательно нужно было попытаться утащить меня следом за собой. Я поморщился, точнее попытался, но неожиданно понял, что не контролирую тело. Единственное, что мне удалось сделать, это поднять веки, чтобы увидеть белоснежный потолок с какими-то яркими алыми брызгами прямо перед моими глазами.

— Ты закончил? — Незнакомый мужской голос раздался буквально рядом со мной. Повернуть голову я был не в состоянии, поэтому скосил глаза настолько, насколько это было возможно, но, к сожалению, увидел только удаляющийся от меня тёмный силуэт.

— Да. Надо же, оракул князя не соврал, когда сказал, что у пацана в его возрасте уже сформировалось синее ядро, — удовлетворённо отозвался невидимый собеседник. — Ко времени пробуждения силы парнишка мог бы, наверное, стать самым сильным магом за последние несколько сотен лет в Империи.

— Мог бы, но не станет, — как-то безразлично ответил первый говоривший.

Наступила тишина, во время которой я смог, наконец, взять под частичный контроль тело и активировать зрение душ. От неприятного осознания того, что произошло, довольно смачно выругался, мысленно, разумеется, и закрыл глаза, стараясь взять себя в руки.

Это было не моё тело. А моя собственная душа была практически лишена первозданной энергии, которая должна была окружать её, словно оболочкой. Я чувствовал, как жизнь покидает это вместилище, а моей силы, тех крох, что осталось, явно не хватает, чтобы остановить этот процесс. Если так пойдёт и дальше, то я умру вместе с этим телом максимум через час. Но как такое могло произойти? Чтобы лишиться всей энергии, требовалось что-то посерьёзнее удара тьмы от Марго и перемещения в другое тело во время обычного ритуала перерождения, который запустился после моей смерти. Этот вопрос был очень важным, но не первостепенным. С этим я разберусь рано или поздно, сейчас была задачка поважнее — выжить.

Душа предыдущего владельца этого тела уже его покинула, но совсем недавно, поэтому небольшое количество первозданной энергии сохранилось. Нужно попытаться её распределить таким образом, чтобы привести это тело в жизнеспособное состояние хотя бы на ближайшие час-полтора, пока не решу, как на более длительное время задержаться в нём и взять его под свой контроль. Я сконцентрировался, надеясь, что умение и навыки управлять собственной душой и энергией других душ сохранились. Благо для подобных манипуляций внутри тела ни рук, ни способности говорить мне не требовалось.

— Что делать с телом?

Я уже и забыть успел, что нахожусь здесь не один. По-хорошему я надеялся, что они как можно быстрее свалят отсюда. Всё же, как я понял, это они убили того, в чьём теле мне довелось оказаться. Сил, чтобы вступать с ними в схватку у меня не было, да я даже пошевелиться пока как следует не мог, поэтому не стоит привлекать к себе внимание. Это точно не воины моего легиона, значит, демоны Морганы. И на их помощь надеяться не стоит.

— Ты убил парня во время извлечения ядра? — я не почувствовал ни капли удивления в его словах. Ещё бы. Судя по тому состоянию, в котором находился тот несчастный место которого я занял, ожидать чего-то иного было довольно странно.

— А ты как думаешь? — с долей ехидства ответил ему всё тот же мужчина. Их было двое. Ауру их душ я чувствовал даже в таком состоянии, в котором находился. — Пришлось действовать быстро, поэтому и вышло немного грязно. Но ядро силы не пострадало.

— Ничего. Огонь скоро доберётся до хозяйской части особняка и унесёт с собой все следы, — с явной задержкой ответил на вопрос второй.

Процесс заживления смертельных ран шёл медленно, но довольно успешно и подозрительно энергозатратно. Поэтому я лежал, не двигаясь. Тело не только полностью перешло под мой контроль, но и появилась чувствительность. Я в полной мере прочувствовал всё то, что сделали эти недоноски с бедным парнем. Боль была невыносимой во всём теле, я даже не мог пока понять, где именно был её эпицентр.

— Мне не нравится то, что происходит, — протянул тот, что спрашивал про мою смерть, и судя по шагам подошёл вплотную ко мне. Моё сердце едва билось, и я старался практически не дышать, так что вполне мог сойти за свежий труп. — Вы наняли меня вслепую и до самого конца не говорили, кто цель и куда мы идём. Напасть на убежище князя Уварова — очень рискованный шаг, а убить его жену и сына равносильно подписанию себе смертного приговора. Я требую встречи с нанимателем, до этого ядро силы, которое мы извлекли из парня, побудет у меня. — А вот это уже интересно. Стоит послушать более внимательно, потому что пока слабо понимал, о ком и о чём он говорит.

— Это совершенно невозможно, — прошипел его собеседник, не скрывая раздражения. — Наниматель неизвестен даже мне…

— Да о происхождении нанимателя догадается и малолетний дегенерат. — Рассмеялся говорившей, отойдя от меня. — Единственный у кого поднимется рука напасть на семью генерала армии в тот момент, когда идёт подписание мирного договора между демонами и Российской империей — это у императора Российской империи, которого главный демон не пожелал видеть на поле для переговоров. Князь Уваров стоит первым в очереди на престол, не будем считать сына императора, у которого к тринадцати годам не смогло сформироваться даже красное ядро силы. Он лишён дара, именно поэтому вы осмелились на такое, я прав? Довольно умно изъять ядро у наследника князя до того момента, когда произойдёт пробуждения дара, и попытаться перенести его в тело принца. Рискованно, но не лишено логики. Но вам стоило сначала избавиться от самого князя. Он не оставит просто так нападение на свою семью. — С усмешкой в голосе проговорил мужчина, но я уже потерял нить разговора.

Князь, Российская империя, перемирие с повелителем демонов? Куда, чёрт возьми, меня занесло. Демонами управляет Марго, точнее, управляла, и она никогда не заключала ни с кем перемирие, предпочитая топить в крови тех, кто не согласен с ней. Тем более с… Российской империей? Это вообще где? Но теперь мне стало хотя бы понятно, куда делась вся моя первозданная энергия души. Слишком долго пришлось лететь, чтобы переродиться в теле уже мёртвого человека. Вот она подлянка Марго, которую подстроила, сама того не ведая, в момент своей смерти. Меня просто выбросило в межпространственный разлом, что образовался в момент взрыва. Это не мой мир, а ближайший с моим, который по какой-то причине выбрала моя душа для возрождения. Вот это я попал.

— Ты слишком много болтаешь! — прервал его собеседник. О чём он ещё говорил, я, к сожалению, прослушал, стараясь переварить свалившуюся на меня информацию.

— И кто меня будет слушать? Мы здесь с тобой одни. Вы меня подставили, и, скорее всего, сделаете крайним, вытолкнув под руку князя, когда тот будет мстить.

— Поместье князя Уварова стёрто с лица земли, как и весь его род. Он остался один, и без поддержки своей семьи не сможет ничего сделать. Так что закрой рот. Никто тебя не подставляет.

— Это не отменяет моих опасений за свою жизнь. — Повысил голос ценный для меня источник информации. Нужно было узнать как можно больше о происхождении той личности, которую я непроизвольно позаимствовал, чтобы определиться с ближайшими планами. Пока всё складывалось для меня не слишком радужно. — Я либо встречаюсь с императором, и он выслушает мои условия, либо я исчезаю, уничтожая единственное, что связывает меня с этим делом — вот этот светящийся синий шар. — Самодовольно произнёс мужчина. Я слегка наклонил голову в бок и приоткрыл глаза, стараясь рассмотреть их как можно тщательнее, благо стояли они от меня недалеко. Лично мне они, конечно, ничего не сделали, но сейчас это моё тело, и они не очень хорошо с ним поступили, да ещё и отобрали то, что мне за несколько минут стало очень дорого, хотя истинной его ценности я пока не прочувствовал на собственной шкуре. Придёт время, и я обязательно их навещу.

— Хорошо, пусть пока побудет у тебя, — сквозь зубы процедил высокий мужчина. В нём не было ничего запоминающегося, за исключением шрама в виде полумесяца на левой щеке. Второй был невысокого роста и стоял ко мне спиной, поэтому я смог только запечатлеть в памяти отпечаток его ничем не примечательной души. — Уходим.

Тот, что был в этом дуэте за главного, провёл по воздуху рукой, после чего прямо перед ними начало формироваться самое настоящее окно с зеркальной голубой рябью внутри него. Они сделали одновременно шаг и скрылись в этой ряби, которая тут же начала угасать, оставляя после себя лишь небольшие колебания воздуха. Занятно. В моём мире пространственными переходами невозможно было пользоваться из-за многочисленных разломов в пространстве. Можно было перейти совершенно не туда, куда планировал. Например, в жерло вулкана или прямо в середину армии демонов.

Я пролежал ещё некоторое время, ожидая, когда процесс регенерации окончательно завершится. Свободной энергии практически не осталось, поэтому нужно было выбираться отсюда и узнать всё об этом мире. Пока мне известно, что это мир с магией, что тут есть демоны, с которыми идёт война, и что внутриполитические игры очень жестоки и не прекращаются даже в период возможного уничтожения империи врагом извне. Так же я вроде как сын некого князя Уварова, престолонаследника, от которого решили избавиться довольно странным способом. Меня считают мёртвым, вроде бы лишили магии и никого из родственников, кроме опального отца, не осталось. Негусто, но с этим уже можно работать.

Осторожно поднявшись и стараясь лишний раз не шевелиться, чтобы не потревожить кое-как залатанные раны, я огляделся. Находился я, как оказалось, в обычной комнате, где стоял стол, шкаф, пара стульев и большая кровать, на которой я всё это время лежал. Она была полностью залита кровью, как и те лохмотья, которые ещё не так давно были рубашкой, надетой на мне.

Я скорее больше почувствовал приближение нескольких человек, прежде чем услышал голоса и звуки шагов. Три или четыре человека, не больше. Но всё же много для моего состояния. Передвигаясь совершенно бесшумно по пушистому ковру босыми ногами, я юркнул в приоткрытую дверь, которая, как и рассчитывал, оказалась ванной комнатой. Не глядя на своё отражение, точнее, не рассматривая его в полумраке комнаты, я вывел на зеркале руну связывания души своей кровью. Даже руку резать не пришлось, её и так на моём теле было предостаточно. Если полчаса назад я не мог пошевелиться и лежал безвольной куклой, то теперь смогу дать отпор, даже если придётся сжечь остатки первозданной энергии. К счастью, их можно быстро компенсировать, вырвав душу из первого подошедшего противника. Правда, последствия этого ритуала были непредсказуемы, вплоть до серьёзной травмы истинной части своей души, но другого выхода у меня не было. Нужно выбираться из этого огненного капкана, ведь дым уже начал постепенно проникать в комнату, и если я останусь, то просто задохнусь.

Держа ладонь на руне, я прислушивался, ожидая момента, когда нужно будет напитать её первозданной энергией. Вот дверь в комнату отворилась, и внутрь вошёл всего один человек. Пройдя в центре комнаты, он остановился.

— Тут чисто, мальчика здесь нет, — крикнул он и быстрым шагом покинул комнату, по какой-то причине не проверяя ванную. Ну мне-то от этого даже лучше.

Выдохнув, я теперь уставился в своё отражение, начиная понимать, что всё, что со мной произошло не единственные свалившиеся на голову проблемы. На меня смотрел парнишка лет тринадцати-четырнадцати, может, больше, но ненамного. Его лицо было бледным, чёрные, как смоль волосы аккуратно подстрижены. Тонкие черты лица буквально кричали о том, что это представитель высшего сословия. Но больше всего внимание привлекали глаза. Ярко-синего, неестественного цвета. Да, с такой внешностью вряд ли удастся слиться с толпой. По телу проходила чёрная сеть вен. Вот из-за этой дряни я потратил почти все доступные мне ресурсы, но смог только замедлить распространение яда, или какого-то проклятья. Я перевёл взгляд на грудную клетку. Из внушительной по размеру раны торчала часть грудины и несколько осколков сломанных рёбер. Видимо, где-то здесь находилось это самое ядро силы. Нужно будет первым делом найти какого-нибудь целителя. Полностью залечить такую рану с текущим запасом энергии, я никак не смогу.

Память предыдущего владельца мне была недоступна. Нужно как можно быстрее слиться с этим телом. Но если этого не удастся сделать в ближайшее время, следует начинать собирать про нового себя информацию, чтобы не попасть впросак при встрече с каким-нибудь родственником, например, с отцом, которого не просто так опасались нападавшие. Жаль, что парня по голове не били, так можно было бы списать свалившуюся амнезию на подобные травмы.

— Огонь удалось потушить, но здание начинает рушиться, нужно уходить, — голос за стеной звучал тихо и приглушённо, но явно принадлежал тому самому типу, который халтурно обыскивал комнату некоторое время назад. Да когда вы все уже уберётесь из дома, чтобы я смог изучить здание и выйти отсюда! Голоса то удалялись, то приближались, и большую часть того, что говорили, мне разобрать не удалось.

Подойдя к стене и аккуратно отодвинув какую-то громоздкую тумбу, я начертил на ней кровью простенькую руну и приложил руки к стене, напитывая символ крупицами энергии. Стена начала, будто истончаться, открывая моему взору картину, находившуюся прямо за ней. Видеть сквозь препятствие — неоценимый навык, особенно когда прячешься или скрываешься от кого бы то ни было.

Это был обычный коридор. Обзор был не слишком широким, но я смог увидеть невдалеке от себя нескольких человек, облачённых в защитные чёрные доспехи, в шлемах и с оружием в руках, похожим на автоматы из моего мира. Возле входа в комнату лежало тело женщины, лица её видно не было, как и лица мужчины, сидевшего перед ней на одном колене. Он смотрел на неё, опустив голову, и держал за руку. Его серебристый защитный доспех привлёк моё внимание гораздо больше, нежели всё остальное. Я чувствовал, как от него исходит мощнейшая защитная аура, которой не было ни у кого в моей армии, даже у меня самого, хотя я возглавлял её в битве против демонического легиона. В моём мире не было таких искусных мастеров по созданию артефактов. Судя по тому, что я уже успел увидеть, магия в этом мире более развита и могущественна, чем та, к которой я привык.

— Ваша светлость, мы обыскали здание, никого живого не обнаружили, — тихо проговорил один из трёх мужчин с оружием. — Следов напавших также не нашли.

— А мой сын? — тихо ответил сидевший на полу мужчина, подняв голову в их направлении. Чёрные волосы, бледная кожа, тонкие черты лица и синие, как бездонное море глаза. Никаких сомнений не оставалось в том, что мы с ним близкие родственники. Ну вот и отец, с которым я бы не хотел именно сейчас встречаться.

— Мы его не нашли. Артефакт поиска также ничего не дал. — Быстро ответил, пусть будет военный, делая шаг назад.

— Пф, не очень-то и старались найти, — фыркнул я. Князь неожиданно встрепенулся и посмотрел прямо на меня. Ну не на меня, в стену, которая снаружи никак не должна была измениться. Но было чувство, что он смотрит мне прямо в глаза пристальным тяжёлым взглядом.

— Возвращайтесь на западную заставу, — поднявшись на ноги, проговорил он. — Передайте князю Репнину, что с этого момента он становится генералом армии. — Подойдя к немного опешившему мужчине, князь передал ему какой-то металлический жетон в руки, после чего отвернулся, вновь подходя к телу женщины.

— Ваша светлость, а как же вы, — пробормотал военный, рассматривая то, что передал ему князь. — Не глупите, без вас…

— Пошли все вон из моего дома, — прошептал князь, не поворачиваясь в его сторону. — Это приказ, капитан.

— Слушаюсь, — слегка приклонили голову военные и начали медленно покидать коридор и зону видимости. — Уходим к заставе, — издалека раздался голос капитана. И да, соберите главное командование во главе с князем Репниным. Передайте, что мы в заднице.

Князь тем временем вытянул руку перед собой, и из его ладони вниз ударил яркий синий свет, полностью окутавший тело женщины. Мгновение, и оно исчезло. Я разорвал связь с руной и едва успел стереть её со стены, оставив только отпечаток окровавленной ладони, когда мужчина сделал шаг в комнату через оказавшуюся не запертой дверь.

Даже поддержание такого простенького заклинания далось мне с трудом. Потратив много энергии из той, что была в моём распоряжении, я ощутил жуткую слабость. Ноги подкосились, и моё тело рухнуло на пол, отказавшись подчиняться. Недолго музыка играла. А всё эта чёрная гадость, до сих пор отравляющая моё тело.

— Миша! — в комнату ворвался князь и тут же бросился ко мне, падая рядом со мной. Подхватив моё тело на руки, он уложил меня на колени и провёл рукой над вновь открывшейся раной. — Держись, сынок, сейчас.

Он больше ничего не говорил. Я скосил глаза, следя за рукой мужчины, из которой начал изливаться синий огонь. Проникая в моё тело, он приносил не жар, а спасительную прохладу, убирая боль и залечивая раны. Я убирал уже не нужные, удерживающие жизненные силы заплатки из первозданной энергии и старался слиться с ней воедино, создавая из неё новую защитную оболочку для собственной души. Стало заметно лучше. Раны затянулись, а чёрная отравляющая меня дрянь распадалась под действием синего пламени.

— Как себя чувствуешь? — убрал он руку, глядя мне в глаза. Я приподнялся, садясь напротив князя, ощупывая свою грудину, не обнаружив даже шрама. Единственное, что появилось — ощущение пустоты. Словно чего-то не хватало, чего-то важного для меня.

— Пусто, — честно ответил я. Судя по тому, как отвёл отец глаза, он понял, о чём я говорил. — Не думал, что ты ко всему прочему ещё можешь исцелять, — неожиданно вырвалось у меня, хотя я давал себе чёткую установку лишний раз в его присутствии не открывать рот.

— Только тех, в ком течёт моя кровь, — ответил он, поднимаясь на ноги. — Мне не известно, что ты сделал, но я почувствовал твоё присутствие. Надо уходить отсюда. Те, кто напал на тебя, думают, что ты мёртв. — Судя по тому, как он разговаривал с сыном, этот парень явно не был малолетним дураком, а вполне умным и рационально мыслящим ребёнком. Я схватился за протянутую им руку и поднялся на ноги.

— Они ушли отсюда, точнее, переместились, — указал я рукой на центр комнаты, прямо в то место, где стоял в это время князь. Он провёл рукой по воздуху, открывая портал. Приложив к центру голубой ряби руку, он кивнул и закрыл переход.

— Вот отсюда и начну, — прошептал он, после чего подошёл к шкафу и, достав оттуда сумку, небрежно скидал туда вещи. Некоторые из них он передал мне, чтобы я переоделся. Судя по всему, снаружи было холодно, учитывая тёплые сапоги и пальто. Натянув на мою голову шапку, он улыбнулся, хотя все его движения и взгляд говорили об усиливающейся ярости, которую он едва мог контролировать. — Пойдём, нужно спрятать тебя в безопасном месте. Там расскажешь о том, что произошло и что смог запомнить.

Он открыл лёгким движением окно перехода в тот же самый момент, когда здание начало рушиться. Князь обернулся и выпустил из руки яркое пламя, которое в считаные мгновения окутало комнату. Логично, никто не должен знать, что я жив. А огонь унесёт за собой все следы. Мужчина взял меня за руку и сделал шаг, скрываясь в ряби портала, увлекая меня за собой.

Глава 2

Ощущения переноса были мне не знакомы, но особого чувства дискомфорта не вызвали. Единственное, что связь с реальностью я на мгновение потерял в круговерти ярких вспышек, которые нас сопровождали, да и это быстро прошло. Мы оказались на чистой поляне в центре какого-то леса. С погодой я угадал. Судя по голым от листвы деревьям, яркому слепящему солнцу, отражающемуся от снега, местами уже сошедшего, была середина весны. Ворона, сорвавшись с дерева при нашем появлении, громко закаркала и воспарила вверх, кружась над верхушками высоких деревьев.

Князь накинул на плечи плотный серый плащ, который скрыл его довольно запоминающийся артефактный доспех, и повернулся ко мне.

— Где мы? — полюбопытствовал я.

— В северной части княжества, недалеко от заставы. — Пояснил он, поднимая капюшон, покрывая им голову и большую часть лица. — Сражений здесь практически не было за годы войны. Пойдём.

Он взял меня за руку и повёл по едва заметной тропе, через чащу, выводя в скором времени на широкую протоптанную дорогу. Мимо нас проехала повозка, запряжённая лошадьми, в которой ютилось человек десять. В основном это были женщины и дети. Мужчины, сопровождающие их, шли рядом.

— Беженцы из приграничных земель. Их дома полностью разрушены, а местность, откуда они родом, ещё долго не будет пригодна для жизни. — Тихо сказал он и вышел на дорогу. Мою руку он крепко стискивал, словно боялся, что если отпустит, то я тут же исчезну. Не удивительно. Он ещё неплохо себя в руках держит. — Однажды жители этой деревни мне помогли. Я получил серьёзное ранение ещё в самом начале войны, они дали мне кров и целебные травы, чтобы я смог восстановиться, никому так и не рассказав, кто был их гостем на самом деле. Думаю, они и в этот раз помогут мне, тем более, что то ранение я получил по их вине.

Я кивнул, думая о том, что сказал князь. В целом, логика в его действиях была. Те, кто напал на его семью, явно знают обо всех укромных местах, и искать будут у знакомых, да в высших кругах. Никто в здравом уме не станет перерывать все мелкие поселения, в поисках пропавшего мальчика, если слухи о том, что я жив, разойдутся по заинтересованным лицам.

Мы шли молча. Куда именно я даже не мог представить. Как бы ни вглядывался вперёд, но никакого города или поселения разглядеть не мог, только лес по сторонам и дорога, запорошённая снегом.

Когда показался высокий забор и массивные ворота, я уже еле передвигал ногами. Всё же быть нетренированным и лишённым магии ребёнком не слишком круто. Колонна с беженцами свернула на развилке перед самым поселением, поэтому возле медленно отворяющихся ворот мы с отцом оказались в полном одиночестве. На воротах стояло несколько мужчин, которые нас не остановили и ничего не спросили, только попятились, отводя глаза. Идя по широкой центральной улице, мы то и дело встречали местных. Дети смотрели на меня брезгливо, женщины сочувствующе, мужчины неприветливо, но как только они переводили взгляд на моего спутника в серых одеяниях, то моментально округляли глаза, в которых начинал плескаться страх. Они торопливо кланялись и исчезали за высокими заборами своих домов. Это князь так незаметно решил пробраться в город, или такие эмоции вызывал серый, накинутый на тело плащ? Думаю, что скоро я об этом узнаю.

Мы все так же молча прошли через всё поселение, оказавшееся довольно большим по своим размерам, и спустились вниз, где в небольшом отдалении стоял двухэтажный дом. Всё это время я ощущал неприятный внезапно накатывающий холод, пробирающий до самых костей и заставляющий сердце биться медленнее, хотя ветра не было, и солнце уже довольно ощутимо припекало. Постоянно оглядываясь на князя, не видел никакого беспокойства с его стороны. Я уже хотел было списать всё это на последствия ранения, но возникающие белесоватые вспышки, которые замечал краем глаза, стали учащаться и увеличиваться, в итоге начиная напоминать расплывчатые человеческие фигуры. Когда к ним присоединился неразборчивый шёпот нескольких голосов, мне стало понятно, что это не игра моего воображения. Возможно, таким извращённым способом ко мне возвращалась память настоящего княжича.

— Всё в порядке? — обеспокоенно спросил меня князь Уваров, остановившись возле дома, к которому он целенаправленно шёл всё это время.

— Вроде да, — как можно увереннее произнёс я, чтобы не вызвать лишних подозрений. Маг такого уровня явно бы заметил что-то необычное в этом поселении.

Он некоторое время внимательно смотрел на меня из-под тени капюшона и, в конце концов, поднялся на крыльцо вместе со мной, всё ещё держа меня за руку, и требовательно постучал в дубовую дверь.

— Тихон, открывай, это я, — громким, но ровным голосом проговорил князь, снимая с головы капюшон и вытягивая руку перед собой, окутывая дом синим куполом, который стал прозрачным, как только замкнулся высоко над крышей. Внезапно это мельтешение прекратилось, а наступившая тишина ударила набатом по ушам. Это было так неожиданно, что я вздрогнул ровно в тот момент, когда отворилась дверь.

— Ох, ваша светлость, не ожидал вас больше увидеть, — на пороге появился пожилой мужчина в простых одеждах. Он поклонился и отошёл в сторону, пропуская нас внутрь дома. В центре коридора стояла женщина в годах. Охнув, она увидела, кто именно вошёл в её жилище, и всплеснула руками, роняя какую-то корзинку на пол, тут же начиная подбирать вывалившиеся из неё вещи.

— Нужна твоя помощь, — коротко бросил мужчина, снимая с себя плащ и бросая его на стоявший в коридоре стул, куда ранее поставил сумку с моими вещами.

— Ну и напугали же вы всех своим появлением, — покачал головой хозяин дома, лишь вскользь на меня посмотрев. — Да и мы струхнули, чего греха таить. Думали, что Страж наведался. Сейчас все друг друга будут подозревать, боясь по соседям ходить, вдруг кто одержимым окажется.

— Пускай не расслабляются. Война закончена, но её отголоски ещё долго будут разноситься по империи, — усмехнулся князь Уваров, буровя мужчину взглядом. Я с интересом рассматривал хозяина дома, мысли которого можно было прочитать, даже не будучи телепатом. Слишком ярко отражались эмоции на его морщинистом лице. И я точно мог сказать, что появлению князя он был не слишком рад.

— Верно говорите, господин, — склонил ещё раз Тихон голову. — Да что мы тут все стоим, пройдёмте на кухню, сейчас чай из трав подам, обед позже будет, не ждали мы сегодня гостей.

— Мне помощь твоя нужна, — не двигаясь с места, проговорил отец, сложив на груди руки. — Ты в долгу передо мной. Так сейчас пришло время его тебе мне оплатить. Это мой племянник, Михаил. Нужно, чтобы он какое-то время у тебя пожил, и чтобы никто не знал, о том, кто он такой.

— Ваша светлость, — ахнул он, теперь пристальнее меня рассматривая в полутёмном коридоре. — Я никогда не смогу отплатить вам за то, что моего сынка с невесткой спасли, своей жизнью рискуя. Конечно, я всё сделаю так, как вы прикажете, но у нас отродясь ребёнка не было, как старосте, да жителям объяснять, откуда у нас дитё появилось?

— Объясните, что это ваш внук от старшего сына, — пожал отец плечами, проходя внутрь и оглядывая убранство дома. — Насколько я знаю, он, как в восемнадцать лет ушёл из дома, так больше про него никто и не слышал. Можно сказать, что он пал на заставе десять месяцев назад. Вот Страж и привёл ребёнка к родным, чтобы по дороге с ним ничего не случилось. Сейчас подобное не будет редкостью.

— Вы правы, да и я с ним не общался с тех пор, — потеребил жидкую бородёнку Тихон, после чего махнул рукой, смирившись с неизбежным, потому как перечить князю и сильному магу было подобно смерти. Ну теоретически, конечно. Не знаю, что бы сделал Уваров, если бы мужчина посмел ему отказать. — Да пусть так и будет. Наболтаю я чего-нибудь. Наталья! — крикнул он женщине, которая ушла, судя по звукам в кухню, гремя посудой. — Комнату надо бы в порядок привести, где внучка нашего обретённого поселим. А я баньку пойду затоплю, чтобы вы пыль с дороги с себя смыли, — подозрительно покосившись на меня, он вышмыгнул за дверь, плотно её закрывая за собой.

Я хмыкнул, прекрасно подозревая, как выгляжу: всё лицо в крови и грязи. Умыться я не успел, когда мы в спешке покидали дом. Мимо нас пронеслась Наталья, поднимаясь по широкой лестнице наверх, таща в руках какие-то тряпки и ведро.

— Я могу с тобой поговорить? — тихо спросил у отца, который не мигая смотрел куда-то перед собой.

Он встрепенулся на мой голос, после чего кивнул и зашёл в ближайшую комнату, которой оказалась большая довольно уютная гостиная. Дверей не было, поэтому, наложив на проём плотный барьер, от которого прошли синие всполохи по стенам, он таким образом запер вход. Воздух сразу стал немного спёртым, а шаги и голоса теперь звучали глухо. Понятно, чтобы не подслушал никто князь установил защиту. Я снял с себя верхнюю одежду, под которой становилось уже просто до омерзения жарко, и сел на высокий стул.

— Ты уйдёшь, да? — напряжённо спросил я, сжав губы. Наверное, так бы поступил на моём месте его сын, который только что едва смог выжить. Но, тем не менее, меня этот вопрос тоже довольно сильно интересовал. Несмотря на отрешённое состояние князя, он вряд ли обратит внимание на моё странное поведение, но рисковать не стоило.

— Сынок, — он сел на колени напротив меня и посмотрел мне в глаза. — Мне нужно разобраться в том, что происходит, и обезопасить тебя. Сейчас ты — единственное, что у меня осталось, и я сделаю всё, чтобы сохранить тебе жизнь. Если оставить всё как есть, то ни тебе, ни мне никогда не будет больше покоя. Ты что-нибудь помнишь о тех, кто напал на вас?

— Я не успел их как следует разглядеть. Только заметил у одного из них шрам на щеке в виде полумесяца, — тихо сказал я. Отец нахмурился, но, судя по всему, по такой расплывчатой примете он нападавшего не узнал. — Они всё время говорили о нанимателе. Один из них намекал, что только император осмелился бы на такое.

Я долго думал, говорить ли князю о том, что успел услышать. Но, мне ещё долго восстанавливать силы, поэтому сам никуда лезть не стану. Да и не хотелось бы, чтобы кто-то нагрянул по мою душу, пока она ещё не обрела свою первозданную оболочку. Пусть отец займётся поисками этих подонков и отвлечет всё внимание на себя.

— Вряд ли это император, — тряхнул он головой, поднимаясь на ноги. — Он сам неоднократно мне предлагал занять его место. Но я трижды отказывался, потому что никогда не стремился к власти. По крайней мере, к подобной власти. Зачем ему избавляться от меня и всего моего рода, если я не представляю опасности и не являюсь конкурентом. Только если…

— Ядро силы, — кивнул я, глядя на князя, которого мои слова поставили в тупик. — Скажи, как я со своей внешностью смогу сойти за обычного селянина? — задал я вполне интересующий меня вопрос, вспоминая то, что видел в зеркале.

— Твоя внешность скоро изменится, — выдохнул он сквозь зубы, вновь садясь передо мной. — Твои глаза станут обычными, и никто не сможет узнать в тебе потомка князя Уварова.

— Это из-за того, что меня лишили магии? — уточнил я, рефлекторно приложив к груди руку.

— Да. Глаза — это отражение силы нашего дара. Я обещаю, что найду способ вернуть тебе всё, что у тебя отобрали. — Прошипел он, сжимая кулак.

Когда он его разжал, на ладони появились два кулона в виде синих переливающихся на свету одинаковых камней на простых чёрных нитях. У них, похоже, и всякие пространственные хранилища в ходу. Неплохой мир, мне нравится. Повесив один из них себе на шею, второй он надел на меня. Я тут же ощутил под тонкой тканью рваной рубахи тепло, которое прошло по груди к самому сердцу, заставляя то биться чаще. Кристалл ярко засветился. То же самое произошло с тем, что был у отца.

— Это слёзы водяного дракона. Сейчас это наша с тобой связь. Пока наши сердца бьются, кристаллы будут светиться и пульсировать в так их биения. Твой будет показывать всё ли в порядке со мной, мой даст мне уверенность, что ты жив. — Сказал он, поднимаясь на ноги. — Никогда не снимай его, потому что в этом случае наша связь оборвётся. Запомни, силой снять его с твоей шеи будет нельзя, это сможешь сделать только ты по собственной воле. — Он ненадолго замолчал, после чего посмотрел мне в глаза. — Миша, они неплохие люди и смогут сохранить нашу с тобой тайну. Я обязательно вернусь за тобой. — Уверенно проговорил он, снимая с комнаты защитный барьер и запуская внутрь свежий воздух.

— А как же мама? — спросил я, почему-то вспоминая тело женщины, лежавшей возле входа. Видимо, эмоции и память владельца этого тела начали постепенно соединяться с моим сознанием.

— Не волнуйся, я о ней позабочусь, как и обо всех остальных, — прошептал он и вышел в коридор. Вдохнув полной грудью воздух, я поднялся и вышел проводить князя, понимая, что последними наставлениями он таким своеобразным способом со мной попрощался.

— Этого на первое время хватит, — передал князь Уваров довольно внушительный мешочек в руки опешившего старика. Судя по бряканью, донёсшемуся из мешка, он был практически полностью заполнен монетами. Лучше б мне их отдал. Интересно, кроме вещей, он ещё что-нибудь положил в мою сумку?

— Ваша светлость, я буду заботиться о нём, как о своём собственном внуке, — поклонился Тихон, стискивая в руках мешочек с деньгами.

— Отвечаешь за моего племянника головой. — Князь одарил его тяжёлым взглядом, после чего повернулся ко мне и, кивнув, вышел из дома. Через окно в коридоре я увидел возникшую голубую вспышку, как от портала. Ну вот и славно. Теперь у меня будет время спокойно восстановиться. Тем более что те очертания и шёпот, сопровождающие меня от самых ворот в поселении, не давали мне покоя.

— Ну что, внучок, иди ополоснись с дороги, да отдохни, а мы пока с бабкой тебе обед приготовим, — улыбнулся он и, потрепав меня по волосам, показал на баню, где уже была подогрета вода.

Первым делом я поднялся в свою новую комнату и разобрал свои немногочисленные пожитки. С сожалением констатировал, что ничего ценного князь Уваров мне не положил. Досадно, хотя одну очень важную вещь отец всё же оставил — серый плащ так и лежал на стуле, покрывая им мою сумку. Незачем разбрасываться такими ценными дарами, сомневаюсь, что подобную вещицу можно купить в обычном магазине. Тем более, что-то мне подсказывает, что он может мне пригодиться.

Взяв сменную одежду, я направился в баню. Внутри было тепло, а не жарко. В самый раз, чтобы побыть в одиночестве и уложить роящиеся в голове мысли в одну кучу.

Пока я мылся, точнее, сидел на лавке, гипнотизируя таз и ковш с водой, думал о том, что делать дальше. Я был до омерзения слаб. Естественным путём первозданную энергию души восстанавливать придётся годами. А мне бы хотелось не только быть уверенным, что тело не выкинет мою душу в самый неподходящий момент, но ещё и начать набираться сил. То, что придётся познавать науку магии душ практически с самого начала меня не слишком радовало, но вот то, что этот вид магии, как и управление рунами, здесь работают, вселяли определённый оптимизм.

Судьба дала мне второй шанс, переместив в тело юного княжича. У него, конечно, было довольно много проблем, но возможность прожить полноценную жизнь я не упущу. Только нужно постараться всё сделать иначе и пойти к самосовершенствованию немного другим путём, не отравляя местью своё существование, тело и душу. Месть, как оказалось, успокоения не даёт, когда ты мало похож на человека. Если магия этого мира мне больше недоступна, буду работать с тем, что уже имею. С учётом всего, что на меня свалилось в первые часы пребывания в этом мире, торопиться мне особо некуда. Нужно, пока всё не успокоится, на время залечь на дно, пока, как минимум не освоюсь в этом мире.

Сформировав в голове довольно абстрактный план на своё ближайшее будущее, в уже более приподнятом настроении я, наконец, помылся и покинул остывшую постройку, находившуюся с задней стороны дома.

Волной жуткого холода меня откинуло на несколько метров назад. От неожиданности я потерял равновесие, споткнувшись о какое-то ведро, и упал. К счастью, успел сгруппироваться и откатиться в сторону. Какого демона тут творится? Быстро вскочив на ноги, я огляделся, активируя зрение душ. Это не было магической атакой. Что-то иное, совершенно непохожее на воспоминания, за которые я принял эту сущность в самом начале.

— Я вижу тебя! — я едва успел увернуться от стремительно приближающегося в моём направлении белесоватого пятна, в котором смог различить силуэт женщины. Оно начало приобретать более отчётливые очертания, и теперь я с полной уверенностью мог сказать, что передо мной находилась не упокоенная душа. Призрак, дух, их называют по-разному, но сути это не меняет. Жуткий вой, который издала эта женщина, вывел меня из раздумий, заставляя лихорадочно соображать, что делать дальше. Раньше с моими силами мне хватило бы всего пары фраз и щелчка пальцев, чтобы справиться с духом, но в настоящее время я не мог даже зажечь свечу на расстоянии.

Крутанувшись вокруг себя, ища хоть что-нибудь, что могло бы мне помочь, я сделал несколько быстрых шагов и схватился за вилы, прислонённые к стене стоявшего неподалёку сарая, где, судя по звукам, старик Тихон разводил кур.

Следующую атаку я встретил во всеоружии, буквально насадив спятившего и желающего по какой-то причине прибить меня духа. Вилы прошли сквозь призрачное тело, которое с жутким воем распалось заметным только зрением душ белесоватым пеплом.

— Вздорный мальчишка! Я знаю, кто ты такой. Тебе меня не обмануть. Никого из нас не обмануть. — Яростный визг откуда-то сверху, и удар потусторонней силы отбросил меня к стене сарая, довольно сильно приложив спиной о шершавые доски. Эта же сила не давала мне как следует пошевелиться, ещё сильнее вжимая меня в стену постройки. Я, стиснув зубы, через боль высвободил часть первозданной энергии, которая разрушила наложенные на меня призрачные чары. Опустившись на колени, я резким движением, распорол о торчащий из стены гвоздь руку, начертив кровью руну изгнания. Влив в неё небольшое количество энергии, активировал символ.

— Тебе всё равно не справиться с нами. Ты один, а нас много, — рассмеялась женщина, на мгновение обретая вполне себе человеческие очертания и, вспыхнув белым жарким огнём, без следа исчезла, переместившись в потусторонний мир. Жаль, что с подобными душами нельзя работать более тонко, например, забрать первозданную энергию и поглотить её.

— Я понятия не имею, что тут происходит, но мне это совершенно не нравится, — процедил я, поднимаясь на ноги, оглядываясь по сторонам. Ко мне уже со всех ног нёсся дед Тихон, который первым делом осмотрел меня с ног до головы со всех сторон.

— Что случилось, я услышал шум, а когда вышел, то увидел, что ты весь в крови поднимаешься на ноги, — нахмурился он, оглядываясь по сторонам.

— Мне показалось, что я что-то видел, — с сомнением проговорил я, слыша в отдалении едва уловимый шёпот. Похоже, эта безумная душа молодой и довольно симпатичной женщины не соврала, она была тут не одна. — А духов или привидений у вас тут нет? — хмуро поинтересовался я у опешившего старика.

— Да никогда не было, — отрицательно покачал он головой. Вроде говорил убедительно, но всё равно пока не узнаю его получше, верить ему не стану.

— Ну и хорошо, значит, привиделось мне, тяжёлый день выдался. Испугался да поскользнулся, — махнул я рукой, направляясь в дом.

Похоже, помимо основной задачи, в виде восстановления собственных сил, мне нужно первым делом решить эту странную загадку. Не могло же это быть обычной случайностью, чтобы в первый час моего пребывания в этом захолустье, я стал первой жертвой не упокоенного духа. В совпадения я не верю и никогда не верил.

Решив, что нужно для начала осмотреть село и присмотреться к местным, я уведомил своих новоиспечённых родственников и направился на прогулку. Тем более, у меня возникла интересная идея, как совместить в себе эти две задачи: понять, что творится с душами в этом мире и попытаться восстановить утраченные силы. Интересно, где у них находится кладбище?

Глава 3

Искомое место было расположено километрах в двух от самой деревни. Кладбище было хорошо видно с пригорка в центре поселения, на который я забрался, чтобы осмотреться. За ворота я не выходил, прекрасно понимания, что если в первый же свой день нахождения здесь средь бела дня пойду на кладбище, то это вызовет множество вопросов.

Духов я больше не видел, но ощущение незримого присутствия чувствовал везде, куда бы не пошёл, как и донимающий меня шёпот, к которому, на удивление, смог быстро адаптироваться и уже не обращать на него внимания.

Местные меня сторонились. Не удивительно, ведь я прибыл в сопровождении Стража, поэтому они не знали, как ко мне относиться и стоило ли опасаться. Маги, носившие серые плащи подобного кроя, являлись своеобразными чистильщиками, которые ловили и уничтожали проникших вглубь империи демонов, скрывающихся зачастую под личинами обычных людей. Это мне поведала девчушка Ирина лет тринадцати, дочь местного старосты — единственная, кто решилась со мной заговорить. Задорная и весёлая, с рыжими волосами, бледной кожей и голубыми глазами. Когда подрастёт, станет действительно красавицей, а сейчас она больше напоминала рыжий ураган с неиссякаемым источником энергии. Она была общительная и практически не замолкала, даже не обращая внимание на наводящие вопросы, которые я решился задать. Мне бы показались они довольно странными, если бы я услышал их от человека, выросшего в империи, но Ирина проигнорировала это, поделившись необходимой мне информацией, которую в итоге я собрал в целостную картину.

Это действительно была Российская империя. Очень большая по размерам страна, занимающая чуть ли не весь материк, разделённая на княжества, графства, баронства и губернии, которыми управляли собственные наместники. Союзников у страны не было и до войны, а после, когда целые континенты оказались подчинены императору демонов и его легиону, и подавно. Управлял империей император Романов и шесть советников — светлейших князей, среди которых был и мой отец. Общество было поделено на классы, и аристократия пользовалась гораздо большими привилегиями, чем обычные люди. Вся высшая прослойка являлась магами, что, разумеется, давало неоспоримое преимущество, но не все маги были аристократами. Также титул не говорил сто процентов о том, что род был обеспеченным, как и некоторые богатейшие люди империи не состояли в высшем обществе. Такой вот парадокс. Но подобная иерархия сложилась несколько столетий назад, и, скорее всего, только укрепится, потому как война с демонами показала, что защитить страну смогут только маги и присягнувшие на верность монарху аристократы.

Было ещё много вопросов, которые я мог попытаться вытянуть из Ирины, которая обошла вместе со мной всю деревню, попутно показывая где что находится. Но когда она начала выпытывать у меня все подробности моей жизни и моего происхождения, мне пришлось ретироваться, сославшись на неотложные дела. Вернувшись в дом к Тихону, мы с ним как можно тщательнее продумали нашу легенду. Что заняло практически всё время до позднего вечера, а, когда стемнело, разбрелись по комнатам.

Дождавшись, когда все уснут, я поднялся и через окно выбрался из подготовленной для меня комнаты, где, кроме сундука для вещей, кровати и стола рядом с ней ничего не было. Нужно было попытаться впитать в себя как можно больше энергии душ. А сделать это самым верным и безопасным для всех способом можно было только призвав дух недавно умершего человека, который, в свою очередь, сможет ответить на довольно простой вопрос, что за хрень тут происходит.

После смерти, души людей перемещаются за завесу, своеобразное место, отделяющее наш мир от загробного. Куда после этого они попадают дальше никому не известно, но какое-то время они могут находиться рядом с нами. За завесу они могут не попасть только в нескольких случаях, и тогда их души теряют свою первозданную энергию, пропитываясь тьмой и превращаясь в неуправляемых монстров, подобно тем, что совсем недавно напал на меня. Так было в моём мире, и я надеялся, что основные законы мироздания в этом работали точно так же.

Звёзды и луна светили не очень ярко, но, к счастью, заклинание зрение душ почти не требовало энергии, поэтому даже этого небольшого количества света хватало, чтобы без проблем дойти до противоположного от главных ворот края деревни и протиснуться через щель в заборе, о которой мне поведала дочь старосты.

Кладбище оказалось небольшим, но довольно ухоженным, и самым тихим местом в поселении. Как только я пересёк главные ворота кладбища, исчезли не только все потусторонние звуки, но и то ощущение присутствия и направленного на меня взгляда, которое становилось уже просто невыносимым.

Пройдя по тропинке и вглядываясь в надписи на деревянных крестах могил, я искал недавнее захоронение. Чем меньше времени прошло после смерти, тем выше шанс призвать дух. В данном случае адекватное, не свихнувшееся и полностью себя контролирующее воплощение души умершего человека. Три недели назад почил какой-то Андрей Валерьевич Карпов, любящий дед и отец. Подойдёт. Начертив веткой пентаграмму на голой промёрзшей земле, я золой, захваченной из печи ещё днём, нанёс сбоку необходимые руны, влил в них небольшое количество энергии и проговорил ритуальную фразу. Благо это одно из самых простых заклинаний, и сил мне должно хватить.

Поднявшийся ветер тут же стёр руны с земли. Это говорило о том, что ритуал прошёл успешно. Осталось только подождать. Время тянулось медленно, а призванный мною дух не спешил являться на зов. Холодный ветер продувал до костей, отчего тело пробивало дрожью. Руки начали мёрзнуть, а ушей я уже не чувствовал. Не думал, что местные духи такие неторопливые, если их пригласить. Видимо, только внезапно нападать могут по неясной пока для меня причине.

— Ты что здесь делаешь в такое время, паршивец! Кто таков? Вот сейчас отведу к родным, они уши тебе оборвут, — раздавшийся за спиной голос заставил меня обернуться. Я видел только очертания человека, со всех ног спешащего ко мне, чтобы воплотить в жизнь свои угрозы. Происходящее было настолько внезапным, что я от неожиданности даже сделал шаг назад, упираясь спиной в ограду.

Тёмный силуэт приближался, освещая себе дорогу светильником, в котором плескалось тусклое жёлтое пламя. Когда старик подошёл ко мне практически вплотную, щурясь и вглядываясь мне в лицо, я смог его рассмотреть.

Морщинистое лицо, цепкий взгляд с прищуром. Одет в тёплый тулуп и валенки, словно на улице всё ещё зима. Похоже, он не совсем тот, кем хочет показаться.

— Так кто таков? Что-то не помню я тебя тут! Недавно, что ли, в деревню прибыл? — буквально тыкнул мне в лицо своей лампой. Да, такое со мной впервые. Никогда не сталкивался с подобными проблемами. Похоже, ритуалы на могилах усопших тут не шибко популярны.

— Я так понимаю, вас Андрей Карпов зовут? — прокашлявшись, спросил я. Зрение душ помогло увидеть его истинную сущность. Если на первый взгляд он был практически неотличим от обычного живого человека, то, сфокусировавшись на нём, я смог увидеть его полупрозрачным силуэтом, окружённым неярким сиянием. Но вот лампа на удивление была самая что ни на есть настоящая. Видно, где-то прихватил по дороге.

— Андрей Валерьевич. Уважительнее нужно к старикам обращаться, — буркнул он, опуская лампу, но потом встрепенулся и сделал ещё один шаг, приближаясь ко мне вплотную. — А чего это ты тут устроил? Я двадцать с лишним лет смотрителем кладбища являюсь, а такое отношение к покойникам вижу впервые. Неужто ты и есть тот самый демонёнок, по душу которого Страж сегодня к нам в селение наведывался. А? — тыкнул он в меня пальцем, буквально напирая. — Покойничка поднять захотел? Некрофил, что ли?

— Некромант, — поправил я его на автомате.

— Невелика разница, — отмахнулся он. — И те и другие с трупами непотребства всякие творят. Ты, что ли, звал меня? И зачем? Не слышал, малец, что духов беспокоить лишний раз нельзя, иначе они могут застрять в этом мире и озлобиться, — покачал он головой и, пройдя сквозь металлическую ограду, сел на простую деревянную лавку. — Что смотришь, стар я, да болен. Отдых немощным костям нужен.

— Дела, — потёр я глаза. Какие странные тут местные духи. Обычно мне является полупрозрачное воплощение души, находящееся под моим полным контролем и подчинением, но, чтобы призванный мною дух имел практически материальное тело, видел впервые. Да ещё и с физическими предметами мог спокойно взаимодействовать. Даже дух женщины имел более абстрактную форму. Похоже, забрать у него энергию будет совсем не так просто, как я рассчитывал в самом начале.

— Так звал-то чего? — поторопил он меня. — Для чего я магу сдался. Ты же маг, раз смог призвать меня?

— Я даже не знаю, с чего начать, — проговорил я, глядя на старика, который, усмехаясь, вытянул руки, будто грея их над поставленной на землю лампой. — Мне нужна ваша помощь, — решил я договориться со странным духом. Воздействовать на его душу по какой-то причине я не мог, словно она была окружена каким-то защитным коконом, защищающим его от вмешательства.

— Да ну, а я думал, просто поболтать захотел, — хохотнул он. — А я тебя узнал. Когда умираешь, по-другому на вещи смотришь, — неожиданно серьёзно проговорил он. — Похож на своего отца шибко, только глаза обычные. Слушай, княжич, может, мы сможем помочь друг другу?

— Говори, — тихо произнёс я, сложив на груди руки. Холод неожиданно прошёл. Стало подозрительно тепло, причём настолько, что снег под ногами начал стремительно таять на ровном пятачке в том месте, где я стоял. — Твоя работа? — удивлённо вскинулся я, оборачиваясь, но так и не заметив никого постороннего.

— А то. Ты ж помочь мне ещё должен, а такими темпами в сосульку превратишься, да ко мне присоединишься. Хотя это тоже неплохо. Будем вместе в таком случае куковать да скрашивать наше скучное и унылое посмертие. Чего уставился, дар у меня имелся, слабенький, правда, только к старости красное ядро смог сформировать. Но кое-какие фокусы выучить смог, которые, после смерти, как оказалось, работают, — рассмеялся он. — В общем, проблема у нас тут возникла, да ты и так уже знаешь о ней. Все мы видели, как ты Бычкову Оленьку на тот свет отправил. Она как раз первая застряла в этом мире, да и так на грани была, а как тебя увидела, так и сорвалась. А остальные сразу поняли, что ты видеть нас по какой-то причине можешь, хотя даже отец твой ничего не заметил. В общем, у нас души мёртвых за завесу уйти не могут. Уже пару месяцев как. Закрыл кто-то переход, будто насильно задержать нас в этом мире хочет. Не доведёт это до добра, — сжал он губы и пристально посмотрел мне в глаза. — Злятся многие, а ты и сам видел, что может сотворить озлобленный дух. А если их сотни?

— И это только здесь так? — нахмурился я. Теперь стало всё предельно понятно. И шёпот, и эти неприятные ощущения, включая внезапно возникающий холод. Души пытаются о себе заявить и хоть как-то проявиться перед живыми, но это у них сделать не получается. Ну, кроме этой Бычковой, которая не пойми за что на меня озлобилась. А так дело поганое вырисовывается. Если старик не врал, это магия высшего уровня, с которой моими силами мне точно пока не совладать, и это в том случае, если разберусь, что именно тут произошло и чьих это рук дело.

— На дирижабле в другие княжества пока не летал, не знаю, — развёл он руки в стороны, — но вёрст сто во все стороны точно эта дьявольщина творится. Людей-то много помирает, война, как ни крути, да и застава рядом. Тут уже по эту сторону и не протолкнуться скоро будет. И связаться ни с кем не можем, хотя вот обычные вещи могу двигать, а проявиться нет, да и никто не может. А когда тебя увидели, поняли, что ты единственный, кто может нам помочь. Хорошо, что призвал меня, так я перед тобой предстать смог, да объяснить всё, что происходит. Делать с этим нужно что-то, иначе беда будет большая, тут и провидцем быть не нужно.

— А что духи магов говорят? — спросил я, понимая опасения старика. Один призрак может на уши всю деревню поставить и кровью её по колено залить, а если их будет несколько десятков, то спастись вряд ли кому-то удастся. Духи быстро теряют самообладание, превращаясь в жестоких монстров.

— Дык нет магов-то, — почесал он голову через шапку. — Не встречал таких, да и не упоминал никто. Говорю же, странное что-то происходит. Сможешь помочь? Или отца своего позвать, он-то точно эту проблему решить сможет.

— Вряд ли, — покачал я головой, задумываясь над тем, что можно сделать. Вызывать помощь в деревню не вариант, кто-нибудь может меня узнать, ещё сутки не прошли после нападения на поместье князя, а с отцом есть только метафорическая связь через артефакт слезы дракона. — Отец не сможет помочь, беда приключилась, а у меня не так уж и много сил, чтобы хотя бы узнать причину, — поморщился я.

— Я могу помочь, только сначала хочу узнать, кто ты такой, — звонкий юношеский голос раздался со спины. Старик от неожиданности подскочил с лавки, а я резко обернулся, во все глаза уставившись на парня лет тринадцати, отражение которого видел не так давно в зеркале. Он буравил меня своими синими бездонными глазами, нахмурив брови и сжав губы. Одет он бы в какой-то парадный мундир, который выпрямлял и без того ровную осанку. Только вот дыра в груди зияла через распахнутый китель, обнажая грудину и сломанные рёбра. Княжич Михаил Уваров так же, как и старик Карпов, выглядел вполне материально, и только зрение душ выдавало небольшое свечение, говорившее мне, что передо мной находится дух этого парня.

— Как ты тут оказался? — спросил я первое, что пришло мне в голову.

— Ты призвал меня, — вскинул он голову.

— Я не… О, демоны, как же я упустил этот момент, — хлопнул себя от досады ладонью по лбу и, пройдя через калитку, сел на лавку, потеснив старика, который уже вновь сидел, вытянув ноги, переводя взгляд с меня на духа настоящего Михаила Уварова. Удивлённым он не выглядел, что было вполне логично. Друг друга они могут видеть и ощущать в любом состоянии.

Я призвал душу к телу, используя руну призыва, без конкретики указав место захоронения пятиконечной звездой. Только вот душа, покинувшая находившееся рядом со мной тело, была не одна. Парень умер несколько часов назад, и, скорее всего, привязан к своему бывшему вместилищу. А так как происходит в этих краях что-то странное, то покинуть этот мир парень не смог, таскаясь рядом со мной. Ритуал на живых я раньше не испытывал, потому что прецедентов таких не было, поэтому даже не думал о том, чтобы попытаться связаться с душой пацана через привязку к теперь уже моему телу.

— Так ответь пареньку-то, — протянул старик, пристально меня разглядывая. — Так кто ты таков будешь? И вправду демон, что ли? Давай говори, иначе не уйдёшь отсюда живым. Пользы от тебя всё равно никакой нет, раз проблему нашу решить не можешь. Это ты княжича нашего убил, а? — повысил он голос, толкнув меня локтем в бок. Удар получился довольно болезненным.

— Нет, это не он, — снова подал голос парень, покачав головой. — Я был рядом со своим телом с того самого момента, как умер от яда, а потом переместился вместе с вами в это место. Я видел, как вновь зажегся огонь жизни в моём мёртвом теле, но ты не демон. Твоё тело истерзано, как и твоя душа.

Он был так же окружён защитным полем, как и старик, поэтому по факту ничего этим двоим я сделать не мог. Только если применить руну изгнания, как поступил с духом некой Ольги Бычковой, но это на крайний случай. Всё же попытаюсь сначала договориться. Энергия души бывшего владельца тела была мне просто необходима. С его помощью я бы смог полностью восстановиться за короткое время.

— Я не из этого мира. Так получилось, что после смерти меня закинуло сюда в это самое тело, — указал я на себя руками, оглядываясь, чтобы убедиться в том, что никого постороннего тут нет. — Зато я понял, почему на меня напала та женщина. Это из-за тебя? — усмехнулся я, разглядывая насупившегося парня.

— Возможно. Я честно ответил, что понятия не имею, что произошло, — пожал он плечами.

— Да демон её убил. Вселился в неё и растерзал тело и душу. Вот она и подумала, что ты один из них, — отмахнулся дед Карпов, махнув рукой. — Да ты не отвлекайся и зубы не заговаривай нам. Рассказывай всё с самого начала и не думай брехать, — шикнул на меня старик. В его глазах отражалось пламя от лампы, и было видно, как в них просыпается интерес. Всё же не каждый день даже в облике духа можно увидеть такие странности.

— Меня зовут Лорен Вайс, — выдохнул я. — Точнее, звали, и та история, которая привела меня сюда, началась несколько десятков лет назад. — Парень кивнул и прошёл внутрь ограды, усаживаясь на голую землю передо мной. Я почувствовал себя рассказчиком у костра во время похода. Когда ещё был подростком, то часто выбирался с отцом и друзьями в лес на обычную охоту. — Я маг душ. Это очень редкий даже в моём мире дар. Когда-то я был обычным охотником и душеловом. Это было престижно и приносило неплохие деньги, поэтому меня всё устраивало. Но, вернувшись в один день с охоты, я увидел на месте поселения, где жил, только руины и останки растерзанных тел своих близких и родных. Тогда я не знал, что это было дело рук Марго, моей родной сестры, заключившей сделку с владыкой демонов, который одарил её взамен на принесённую ей жертву магическим даром.

На пепелище собственного дома я поклялся отомстить и шёл к этому несколько десятков лет. Пока наконец, не вышел на след одного тёмного культа и могущественной жрицы, что управляла им. Это была моя сестрица, которая, почувствовав власть и силу, начала кровавой поступью формировать свою империю, уничтожая всех, кто хоть немного противился ей. Демоны и одержимые подчинялись ей, выполняя все, даже самые безумные приказы.

Магия душ, бесконечные сражения в течение двадцати лет, и то, что называли в моём мире силой света, сделали меня одним из сильнейших воинов на континенте. Поэтому мне не составило труда собрать собственное войско и заручиться поддержкой клириков. Наверное, по жестокости я мало чем уступал Марго, но никогда не трогал невинных. Я истреблял демонов, поглощая их души, пока в итоге не убил владыку преисподней и не впитал его тёмную сущность, становясь ещё сильнее и достигая практически божественного уровня. Я манипулировал душами демонов, используя их энергию, постепенно превращая собственную душу в сгусток тьмы. Но моим последователям было всё равно, ведь я смог перевернуть исход затяжной кровопролитной войны, которую развязала сестра.

Я в короткие сроки покорил все земли, которые ещё недавно принадлежали Марго и её демонам, освобождая обычных ни в чём не повинных людей от заточения и окутывающей их тьмы. Всё это привело к финальному бою, из-за которого я оказался здесь. Я готовился к нему всю свою жизнь и сотворил орудие из энергии ядра собственной души, которое могло пробить любую защиту даже божественного уровня. Я пронзил сердце Морганы, но она успела испепелить моё пустое тело на атомы, прежде чем заклятие распалось, и моя душа вернулась обратно. И вот я оказался по какой-то причине здесь, если кратко, — подытожил я, глядя на округлившиеся глаза подростка, смотревшего на меня немигающим взглядом. Ну, интерес своей не слишком хорошей историей собственной жизни у него вызвать сумел.

— Ну и сказочник ты, — рассмеялся старик, нарушая возникшую тишину. — Придумать такое. Великий воин, а с проблемой завесы разобраться не можешь.

— А я верю тебе, — неожиданного проговорил княжич, поднимаясь на ноги. — Ты не стремился причинить отцу вред, уважительно к нему относился, да и слеза дракона никак не отреагировала на тебя.

— А со слезой, что не так, — притронулся я к груди, где висел медальон.

— Он не только связывает тебя с отцом. Если бы ты был одержим демоном или другой какой сущностью, или просто был зачарован и хотел принести вред нашему роду, то он испепелил бы тебя на месте. Так что, проверку отца ты прошёл.

Я выматерился сквозь стиснутые зубы. Всё же не до конца мне поверил князь. Значит, вызвал у него какие-то подозрения. Хорошо, что сейчас его нет рядом со мной.

— Где мы вообще находимся? — спросил я у старика, понимая, что не знаю даже названия населённого пункта, куда отправил меня князь.

— Так, в Великом, Ярославской губернии, — ответил Карпов. — А ты что…

— Так ты можешь нам помочь? — спросил парень, глядя мне в глаза, перебивая старшего духа. — Я не хочу застрять здесь и превратиться в одного из монстров, который может причинить вред невинным людям. Мне же никак не вернуться в своё тело? Здесь, в нашем мире, маги смерти не могут вернуть душу в тело без последствий. Даже при помощи их дара, в этот мир всегда возвращаются неполноценные люди. Озлобленные, лишённые чувств и эмоций. Я надеялся, что может ты, как маг из другого мира, знаешь какой-либо способ, чтобы это сделать. — С надеждой в голосе спросил у меня княжич.

— То, что мертво, должно оставаться мёртвым, — сказал чистую правду, покачав головой. Даже если бы не преследовал собственные интересы, я к полноценной жизни возвращать всё равно не умею.

— Но ты же здесь, — фыркнул дед, всё ещё скептически на меня глядя.

— Как было сказано мной ранее, я не знаю, как тут оказался. Я истратил все силы своей души до последней капли. По правде сказать, мне даже посмертие не светило, — усмехнулся я, выходя на дорогу, ведущую к кладбищу. Призванные мною духи, переглядываясь, двинулись за мной следом. — У меня не хватит сил, чтобы определить границы наложенных чар, — покачал я головой, обдумав всё. — Ты должен видеть, насколько слаба сейчас моя душа.

— Я чувствую связь с тобой и уверен, что могу поделиться силой, — упрямо тряхнул головой парень. — Ты же ради этого призвал старика Карпова? Что мне нужно сделать?

— Возьми меня за руку и попытайся передать мне часть своей первозданной энергии, что окружает тебя. Сам я взять её не смогу, видимо, из-за той же самой причины, что держит вас всех здесь.

Княжич напряжённо кивнул и, в очередной раз нахмурившись, схватил меня за руку, обжигая её потусторонним холодом. Сначала ничего не происходило, но потом я ощутил, как слабенький поток энергии начал перетекать в моё тело, сразу же устремляясь к незащищённой сердцевине души. Я быстро опустился на колени, не выпуская руку парня, и начертил на земле несколько символов, которые должны были открыть моему взору часть завесы и заклинания, наложенные на неё. Направив поток поступающей от мальчика энергии сразу в руны, напитал их, произнося формулы заклинаний, чтобы их активировать. По воздуху прошла рябь, которая яркими светящимися полосами окружила меня, показывая границу с потусторонним миром. Стена была окутана яркой серебристой сетью, которая запирала её, делая непроходимой, не давая душам проникнуть через неё.

Я выпустил руку княжича, стирая с земли руны. Что-то похожее на демоническую ловушку, которую мы в своё время изобрели, чтобы запереть души демонов в одном месте, не давая им возможности перемещаться в преисподнюю. Только сила, исходящая от этой сети, была гораздо мощнее. Эти чары подпитывались откуда-то извне, и причём источник этой силы явно был завязан не на человеке, пусть даже он обладал божественным рангом.

— Я всё увидел, — пробормотал Михаил, опуская голову. — Мы точно не сможем это разрушить. Что-то происходит внутри империи. Нападение на мой род, эти чары, даже мать назвала почему-то напавших на нас демонами. Мне кажется, это всё связано между собой.

— Разрушить мы это, конечно, не сможем, но у меня есть одна идея, — выдохнул я, переводя взгляд на мнущегося старика. Видимо, он сам не смог разглядеть ту картину, что предстала перед нами. — Но всё будет зависеть от деда Карпова

Глава 4

— Расскажи мне о ядрах силы, — я посмотрел на парня, который внимательно следил за каждым моим движением. То, что я собирался сделать, было для меня в новинку, но мне удалось запомнить очень подробно весь ритуал, который демоны использовали в своё время, чтобы выбраться из моей ловушки. Надеюсь, что в данном случае он сработает точно так же.

— А зачем? Если всё получится, и мне удастся передать тебе энергию души и память, ты и так всё узнаешь, ведь так? — удивлённо покосился на меня Михаил.

— Это да, но вдруг ничего не выйдет, и я останусь только при своих воспоминаниях. Лучше перестраховаться, — кивнул я, поднимаясь на ноги и отряхивая руки от снега, земли и грязи. Всё же чертить подобные замысловатые знаки лучше специальными кистями и ритуальными кинжалами, а не пальцами и сухой веткой.

Парень без каких-либо вопросов согласился передать мне все свои силы и воспоминания, но только в том случае, если я смогу понять, как сделать лазейку сквозь наложенные на завесу заклятия и решить проблему с перенаселением не упокоенных душ на запечатанной заклятием территории. Его воспитывали как престолонаследника, а отец своими действиями показал пример того, что жизни людей империи стоят выше твоей собственной. Ну это он мне так сказал. На самом деле, ему было действительно страшно застрять между мирами, и он сделал бы всё, чтобы это как-то изменить.

— Тогда это самый странный вопрос, который ты мог бы выбрать, чтобы его задать, — усмехнулся княжич. — Есть десять ступеней развития, и каждой соответствует свой цвет ядра. Это своего рода источник маны, энергии, необходимой для создания заклинаний. Чем выше ступень, тем более мощные заклятия можно создавать. К тому же на каждом уровне раскрывается определённая способность изначального дара. Причём, у каждого мага из одного рода способности могут быть самыми разными. Самая низшая ступень — это формирование красного ядра. С ним человек уже действительно может считаться магом и начать развиваться дальше. Условно маг, обладающий красным ядром, имеет сто единиц маны. Больше половины одарённых остаются на этой ступени развития и не могут преобразовать ядро, чтобы перейти на следующий уровень. Каждый уровень увеличивает количество маны в десять раз. Сто, тысяча, десять тысяч и так далее. Десятый уровень — золотое ядро. Насколько мне известно, в истории всего несколько человек добивались подобных успехов. Их сила была несопоставима и практически приравнивалась к божественной.

— Синее ядро — это какой уровень? — спросил я, пристально глядя на парня. Эти ядра были чем-то вроде батарейки, и уровень магического развития практически не отличался от того, что был в моём мире. Те же десять уровней силы души с раскрытием определённых навыков и способностей. Похоже, во всех мирах многие вещи оставались неизменными.

— Третий, — поморщился дух. — В момент пробуждения силы, а это происходит к четырнадцати годам, подобный уровень считается очень редким. В общем, начиная от первого уровня, заканчивая десятым, цвет ядра меняется в таком порядке: красный, зелёный, синий, жёлтый, сиреневый, голубой, белый, чёрный, серебряный, золотой. У отца восьмой уровень, следовательно, он обладает чёрным ядром и таким количеством маны, которого нет ни у кого больше в империи, даже у императора. Он, как и остальные пять светлейших князей, обладают белыми ядрами и уже многие годы не могут перейти на следующий уровень. Как-то так. Это очень краткий экскурс. На самом деле, всё намного сложнее. — Закончил он, пожав плечами.

— На первое время хватит, с остальным разберусь, — улыбнулся я и повернулся в сторону от дороги, где с отрешённым видом стоял дед Карпов, заложив руки за спину, и нетерпеливо постукивал по обледенелой земле ногой, не издавая при этом шума. — Всё готово! — крикнул я ему, махнув рукой, подзывая его тем самым ближе.

Дух выдохнул и подошёл к нам, пристальным взглядом оглядывая ритуальный круг с парой десятков символов, расположенных по его периметру.

— И что, сработает? — с сомнением покосился он на меня, поглаживая свою довольно густую седую бородёнку.

— Должно, — кивнул я.

— А если нет? — прищурился он.

— Значит, не сработает, и ничего не произойдёт. — Выдохнул я. Тяжело было вновь учиться общаться с посторонними таким образом, чтобы они тебе доверяли. В последнее время я привык только отдавать приказы, которые безоговорочно исполнялись. — Давай ещё раз объясню, что хочу сделать, чтобы ты окончательно понял, нужно тебе это или нет.

— Да чего тут непонятного, — отмахнулся он. — Я буду своеобразным пропускным пунктом, с помощью которого души смогут перейти за завесу.

— Почти. Я свяжу тебя с заклинанием, и мы постараемся пробить в нём брешь, поставив тебя на место своеобразной заплатки. Ещё раз подумай, готов ли ты к подобному или нет. Пока я не решу проблему с силой и не разрушу эту цепь, запирающую души в этом мире, тебе предстоит находиться между мирами. Но есть несколько плюсов во всей этой затее, ты не станешь озлобленным призраком и можешь сам по своему желанию уводить души за завесу, не спрашивая их на то разрешение, — тихо и ровно проговорил я, стараясь в третий раз всё объяснить, чтобы не было потом никаких обид, переходящих в желание отомстить, и прибить меня самым кровавым способом из доступных духам.

— И что меня удержит от того, чтобы окончательно не свихнуться? — уточнил дед, всё ещё колеблясь.

— Цель. Её, как правило, у призраков нет, — ответил за меня княжич, глядя на звёздное небо.

— А я сам что-то с этого получу? Всё же работа у меня будет важная. Нет, ты не смотри так на меня осуждающе, я просто должен изучить проблему, так сказать, со всех сторон, — проговорил старик, вглядываясь куда-то вдаль.

— Лично ты, думаю ничего, но ты сможешь присматривать за своими детьми и внуками. — Пожал я плечами. — Твоё сформировавшееся ядро будет тем самым якорем, которое будет связывать тебя с заклинанием, а это значит у тебя всегда будет энергия для помощи им.

Когда думал над решением этой непростой загадки, я обнаружил, что ядро силы остаётся с душой и после смерти. Оно тускло светилось в груди старика, разливаясь по телу едва уловимым взглядом красноватым свечением. Что бы это значило, я пока не мог точно сказать, но надеялся, что это знание мне поможет в дальнейшем.

— Хорошо, я согласен. Всю жизнь мечтал приносить хоть какую-то пользу, — уверенно кивнул дед Карпов. — А то ведь их без присмотра оставь, так пропадут совсем, — покачал он головой. — Только одного не пойму, как я смогу такое расстояние в одиночку патрулировать. Это же по сто вёрст в каждую сторону. Пока с одного места до другого доберёшься, несколько месяцев пройдёт.

— Ты будешь не только пропуском, но ещё и магнитом для духов, — задумался я и, сев на землю, добавил ещё один символ в цепочку уже начертанных рун. Это было дельное замечание, которое игнорировать было бы не слишком хорошей затеей. — Только я не знаю, как именно это будет выглядеть: тут либо ты будешь перемещаться к новоприбывшему покойнику, либо он к тебе.

— Ну, не проверим не узнаем. Давай уже, колдуй, пока рассвет не наступил и наше физическое с княжичем воплощение не развеяло под лучами солнца, — снял он с головы шапку, сминая её в руках.

— Не я буду активировать руны, а ты, — сделал я шаг назад, удаляясь от круга. — Тебе нужно встать в центр, не задевая символы, и напитать каждый каплей своей силы.

— Дык, я ж не делал никогда ничего подобного, — пролепетал он, но всё равно сделал решительный шаг, переступая через периметр в центр. Он больше ничего не говорил, только сосредоточенно смотрел на свои руки. Глубоко вздохнув, он мельком глянул на нас и, закрыв глаза, вытянул одну руку перед собой, шевеля губами и что-то неразборчиво шепча.

Прошло, наверное, минут двадцать до того момента, когда красный луч вырвался из руки старика в сторону одной из рун. Я уже не надеялся, что из моей затеи что-то выйдет, но засветившийся знак ударил неярким столбом красного света вверх. Я огляделся и прислушался, надеясь, что никто из селян не увидит это светопреставление, творящееся ночью на кладбище. Вряд ли мне удастся объяснить и заверить, что ничего плохого здесь не происходит.

Я чувствовал, что смотреть за ходом ритуала прибыло приличное количество сущностей. Но проявиться, как и говорил дед Карпов ранее, они не могли даже передо мной.

— А ну, рты все закрыли, иначе брошу всё и делайте, что хотите! — рявкнул старик, вытирая несуществующий пот со лба. Видимо, ожидающие окончания ритуала духи его послушались, потому как дальше активация рун пошла быстрее.

В конце концов все символы испускали из себя лучи света, соединяясь между собой и окутывая деда Карпова в своеобразный магический кокон. Яркая вспышка света, и порыв ледяного ветра заставили меня прикрыть глаза, но через несколько мгновений главная дорога, на которой мы проводили этот ритуал, погрузилась в полумрак. Все руны и круг исчезли, словно их никогда и не было. Старик стоял на перекрёстке двух дорог и задумчиво осматривал себя. Но лично я никаких изменений даже при помощи зрения душ увидеть не смог.

— Ничего не чувствую, — развёл он руки в сторону. — Не вышло, стало быть, — покачал он головой и, отвернувшись, побрёл в сторону собственной могилы, чтобы снова развалиться на лавочке, глядя перед собой пустым взглядом.

— Зато я чувствую, — улыбнулся княжич, поворачиваясь ко мне. — Я вижу его иначе. Его окружает белый свет и исходит тепло. А ещё теперь и без твоих заклинаний могу разглядеть окружающую меня завесу.

— Надо пробовать! — воодушевился дед, но Михаил поднял руку, останавливая вскочившего на ноги старика.

— Теперь моя очередь, — закусив губу, проговорил княжич, глядя мне в глаза.

— Ты уверен? — переспросил я у него. Ему было страшно. Это было заметно в его взгляде, но ещё я видел упрямую решительность, которая перебарывала страх.

— Да, — кивнул он. — Здесь мне делать больше нечего. Ты сможешь мне пообещать одну вещь? — спросил он, опуская глаза. — Если появится возможность, ты отомстишь за меня и весь мой род? Теперь уже твой род. — Уверенно добавил он.

— Если представится такая возможность, — уверил я его, прекрасно понимая, что сломя голову на неизвестного противника точно не понесусь без подготовки. — Но это может занять много времени.

Княжич без каких-либо разговоров схватил меня за руки и закрыл глаза. Я видел, как его физическое воплощение меняется. Исчезает та самая защитная капсула, окружающая его душу. Ослепительный белый свет начал отделяться от него, проникая в моё тело, принося с собой неприятное чувство пронизывающего холода, от которого я не мог даже пошевелиться. Будто сотни игл впивались в моё тело, через которые начала поступать такая необходимая мне первозданная энергия. Она собиралась большим потоком и начала окутывать сердцевину моей души. Когда защитная оболочка полностью сформировалась, энергия начала распространяться по всему телу, наполняя его силой и мышечной памятью. Перед глазами появилась плотная дымка, окутавшая мою голову. Но вскоре она растворилась, полностью впитавшись в меня.

Когда Михаил Уваров отпустил руки и глубоко выдохнул, он был похож на привычное мне воплощение призванной души: прозрачной и бестелесной.

— Ну вот и всё, — проговорил он и, не говоря больше ни слова, растворился в воздухе, оказавшись в ту же секунду возле удивлённо взирающего на нас старика.

— И что мне делать-то? — растерянно спросил дед Карпов, но Михаил просто взял его за руку, растворяясь в теле старика. — Неожиданно, — пробормотал он и повернулся назад, что-то внимательно разглядывая. — Ничего не почувствовал, но это работает. Парень оказался за завесой, м-да. Жаль, что вернуть его нельзя было, хороший парнишка, смышлёный и бесстрашный. Ну а ты, маг из другого мира, не подведи. А мне пора. После того, как княжич прошёл через меня, я стал чувствовать всех оставшихся между мирами. — Он кивнул мне на прощание и исчез, не оставляя после себя даже следа из энергии души. Вместе с ним исчезли и остальные.

Я больше не чувствовал их и не слышал, даже как-то непривычно стало. Ну хоть это радует, избавился от проблемы в виде готовых штурмовать поселение и меня в том числе духов. Помощь бы, конечно, прибыла, но сомневаюсь, что вовремя. Нужно будет всё же узнать, чьих это рук дело, и попытаться доложить об этом. Одним дедом Карповым подобную проблему надолго не решить.

Я выдохнул и подошёл к могиле, убирая все следы моего призыва, по крайней мере, замёл следы от ног и стёр пентаграмму. Подобрав лампу, которую притащил с собой старик, я затушил огонь и побрёл в сторону дома. Головная боль возникла неожиданно и с каждым шагом усиливалась, а перед глазами вставали образы из жизни предыдущего хозяина этого тела. Зрение будто раздвоилось, и я уже с трудом понимал, где реальность, а где воспоминания княжича.

Не помню, как залез через окно к себе в комнату и разделся, но наконец я оказался в кровати, погружаясь в сон, чтобы осознать всё то, чем поделился со мной Михаил Уваров, и разложить это всё по полочкам, практически формируя новую для себя личность.

* * *

Спустя три недели в придорожной таверне. Село Великое.

— Слыхали, что в империи-то творится, — поставил кружку с пивом староста села и обратился к своим товарищам, что сидели за столиком, отдыхая после очередного трудового дня. — Тут сегодня утром патруль забредал да поделился слухами, что князь Уваров пропал. Мол, никто о нём и не слыхивал уже несколько недель.

— Неудивительно, — пожал плечами молодой мужчина, оглядываясь на прибывающих односельчан. Новых лиц не было, что было уже привычно. Сейчас мало, кто странствует, особенно вблизи границы и заставы, да и те, кто проезжают мимо, останавливаться на ночлег в незнакомых местах не спешат. — Я бы тоже затаился, если мою семью бы всю под корень изничтожили.

— Да в том то и дело, что непонятно, что случилось на самом деле. Ни одного тела в поместье князя так и не обнаружили. Так и поговаривают, что выжить кто-то смог после пожара. Но не это самое интересное, император, говорят, награду хочет объявить за информацию о местонахождении князя и его родственников. Не поделили, похоже, они что-то между собой, раз государь так его опасается. Кстати, а что вы о мальчишке думаете, которого Тихон приютил? — внезапно сменил он тему, глядя на своих собеседников.

— Пацан как пацан. Нелюдимый только, — ответил его собеседник.

— То-то и оно, Егор. Всё по лесу шляется, да не общается ни с кем, кроме Иришки. Я уже и так, и эдак ей внушения делал, чтобы она прекращала с ним водиться, но всё без толку. — Скрипнул он зубами и саданул кулаком по столу от досады и раздражения. — Где это видано, чтобы подросток людей сторонился.

— Оставь парня в покое, — рассмеялся молчавший до этого мужчина. — Это ты всё историю ту забыть не можешь. Ну, бросила старшего сынка твоего Людмила, да сбежала с его отцом. Эка невидаль. Столько лет уже прошло, а ты на пацане срываться пытаешься.

— Семён, да не в этом дело! Непохож он на Алексея, да и на Люську тоже. Но его лицо мне знакомо. Не могу вспомнить, где видел его раньше. — Он задумчиво посмотрел в сторону открывшейся двери, в которую вошли трое патрульных. После окончания войны неспокойно стало на дорогах, поэтому стражи и обычные вояки в селениях стали уже не редкостью.

— Согласен, — серьёзно кивнул Егор. — Но глаза у него запоминающиеся, если бы раньше встретил, то наверняка бы запомнил. Серые и прозрачные, будто часть души у него из тела выдернули, — поёжился он.

— Так проверить нужно. Тихон-то всё отбрехивается, но вижу же, что что-то недоговаривает. Отправь парнишек своих, пусть припугнут пацана, да деда заодно. Охотится, значит, налог в казну сельскую платить должен, но ни он, ни старик его этим не занимаются. Пусть почву прощупают, а я у патруля поспрашиваю, может, они что о нём знают, — проговорил староста, поднимаясь из-за стола и направляясь к ожидающим свой заказ военным.

— Кажется, палку он перегибает с парнишкой. Но кто мы такие, чтобы решение старосты игнорировать, — допил содержимое Семён и поставил пустую кружку на стол. — Пойду, ребятам поручение дам, тоже интересно стало, может, выведают чего.

Глава 5

Я резко обернулся, почувствовав на себе пристальный взгляд. Ни шагов, ни дыхания я не слышал, поэтому неизвестный смог поставить меня в тупик. Но его душу я прекрасно чувствовал, поэтому знал, где именно находится неизвестный. Направив взведённый арбалет в сторону показавшегося из-за деревьев расплывчатого силуэта, старался разглядеть того, кто решил подкрасться ко мне незаметно.

— Ох, какой ты подозрительный стал, — прокряхтел мужчина, подходя ко мне ближе. Я с удивлением взирал на старика Карпова, который сильно изменился за время последней нашей встречи около двух недель назад. Тогда он объявился передо мной, доложив, что всё идёт хорошо, и он зачистил эту область от уставших скитаться меж мирами душ.

— Не ожидал тебя увидеть так скоро, — опустил я арбалет, оглядываясь по сторонам. Тёплая погода пришла неожиданно. Снег сошёл, оставив после себя только грязь и слякоть. Даже листочки уже кое-где начали проглядываться на деревьях.

В лесу я пропадал с самого утра каждый день, не пропуская ни одной изматывающей тренировки, которыми себя нагружал, стараясь быстрее обрести оптимальную для меня форму. Оказалось, что физически княжич был довольно хорошо развит, но ловкость и гибкость явно стояли не на первом месте в его перечне тренировок. Приходилось навёрстывать, чтобы чувствовать себя увереннее. Лес был оптимальным местом, чтобы скрыться от посторонних любопытных взглядов. С местными у меня отношения не сложились, да я особо и не стремился к этому, прекрасно осознавая, что надолго в этом месте не задержусь.

Помимо улучшения тела, я пытался прорваться на второй ранг в развитии магии душ, охотясь на разных зверей, воздействуя на их души и первозданную энергию, которыми они обладали. Но прошёл уже почти месяц, и прорыв всё никак не происходил. От отца тоже не было никаких вестей, но слеза дракона ярко светилась и пульсировала, значит, он, по крайней мере, жив, поэтому я пока оставался на месте, в надежде, что он объявится.

Первый переход самый трудный, это я помнил ещё из прошлой жизни, которая после слияния с первозданной энергией княжича стала казаться чем-то посторонним, обычным опытом прожитой жизни, не вызывающей никаких эмоций. Зато то, что касалось этого мира, мною воспринималось достаточно остро. Я помнил всех своих родственников, места, где бывал когда-то, людей, и чувствовал к ним то, что чувствовал до меня мой предшественник в этом теле. Каким-то образом он передал мне не только воспоминания, но и эмоции, которые, как и полагалось подростку, были яркими, разделёнными на чёрное и белое. Понадобилось несколько дней, чтобы соединить в себе обе сущности и стать тем, кем я сейчас стал.

Дед Карпов смотрел на меня, не говоря при этом ни слова. Как мне казалось, он просто ждал, когда я уже обращу внимание на его перемены и поделюсь с ним своими наблюдениями. Он действительно довольно сильно изменился. Вместо старого тулупа, валенок и шапки на нём был одет строгий чёрный деловой костюм, белая рубашка и чёрный галстук, а лакированные туфли на ногах блестели. Бородка была аккуратно подстрижена, как и волосы. Если честно, никогда раньше не встречал подобного явления, чтобы в посмертии духи могли свой внешний вид менять так, как им заблагорассудится.

— Хорошо выглядишь, — наконец нарушил я тишину, глядя на самодовольство, появившееся у него на лице при моих словах. — Прям помолодел лет на двадцать. Как тебе преобразиться-то удалось?

— Ну а как иначе. Сейчас у меня ответственная работа, нужно презентабельно выглядеть, — разулыбался он. — Да заметил я, что чем больше душ пропускаю за завесу, тем сильнее становлюсь. Вот и решил поэкспериментировать, да внешностью своей хотя бы заняться. Да и ядро силы у меня теперь зелёное. Сам удивляюсь, как так вышло, но спасибо тебе, удружил старику, впервые себя нужным чувствую.

— Ну, я так понимаю, ты не хвалить меня сюда пришёл, — посмотрел я ему в глаза. Старик кивнул и стал более серьёзным.

— Ты же просил сообщать тебе о каких-либо странностях, которые мне повстречаются, — проговорил он, заложив руки за спину. — Тут недалеко от села трое вояк погибло. Причём, как именно не известно. Они ничего конкретного сказать не могли да сопротивлялись, уходить не желали, пришлось силой их за завесу закидывать. Но не в этом дело, один из них не человек. Выглядит как человек, но душа у него такая, не знаю, как описать…чёрная. — Подобрал он слова, чтобы описать свои ощущения при встрече с покойным. — Впервые видел подобное. А тела их разорваны, словно зверь какой напал. Но я не встречал подобных в наших краях, хотя прожил тут всю свою жизнь. А эти патрульные дико странные, удивились, когда меня увидели. Не знаю, что они тут забыли, но точно не с миром сюда пришли.

— Хорошо, а странного то что в них такого, кроме того, что на них напал неизвестный зверь, и сами они тебе не шибко понравились? — решил уточнить я. Патрульных, военных, да даже Стражей я уже много видел, и ни один из них доверия мне не внушал.

— Сила от их тел исходит какая-то, видимо, артефакт остался или что-то похожее. Не могу я их обыскать по какой-то причине, как только близко подхожу, так меня и откидывает назад, будто на стену невидимую натыкаюсь, — развёл он руки в стороны. — Ну тут ты сам решай, что делать будешь, и интересно ли это тебе. Моё дело наводку дать, как говорится.

— Где это? — спросил я, не отвлекаясь на зайца, выскочившего прямо передо мной. Информация действительно была заманчивая, даже не столько про артефакты, которых могло и не быть, а про неизвестного зверя, который без проблем смог убить трёх патрульных. Мне нужен был противник посильнее, чтобы, наконец, достигнуть ранга подмастерья душ, потому что терпеливо отрабатывать простенькие навыки, которые получались на автомате, мне надоело.

— В полуверсте от заброшенной мельницы, — быстро проговорил он. — Всё, я пошёл, судя по моему внутреннему компасу где-то меня ожидает уже немолодая вдовушка. — С этими словами он бесшумно исчез, оставляя меня одного.

— А про заклинание он, конечно же, ничего не выяснил, а если и выяснил, то просто забыл сообщить, — пробормотал я, покачав головой. Ему нравится делать то, чем он занимается, поэтому вряд ли он прикладывает хоть какие-то усилия в поисках разгадки тайны закрытого перехода за завесу.

Я посмотрел на небо. Солнце стояло высокого, значит, до ужина, к которому я обычно возвращался в дом, время ещё было. Можно и прогуляться.

Выйдя на открытую местность и подходя к заброшенной мельнице, о которой говорил дед Карпов, я первым делом увидел стаю ворон, которая кружила чуть в стороне от размытой дороги. Что вообще занесло путников в это заброшенное место, ведь эта дорога вела только в сторону болота, которое разливалось на несколько километров, фактически делая поселение в эту сторону тупиком.

— В глаз себе клюнь, тварь блохастая! — я от неожиданности вздрогнул, услышав голос прямо с той стороны, где лежали тела. — Чтоб ты пером подавилась, гадина. — Неужели кто-то смог выжить? Но тогда бы старик предупредил меня.

Я ринулся прямо в направлении темнеющейся кучи, вспугнув ворон, которые взлетели вверх, открывая моему взору лежащие на земле тела. Решив, что со своей добычей они так просто не расстанутся, с громким карканьем, превратившимся в пронзительный рев, они спикировали на меня вниз. Взмах руки, и небольшой луч первозданной энергии взлетел в небо, распадаясь на десятки тончайших нитей, устремившихся в сторону своих жертв. Небольшой приток энергии душ перетёк ко мне, а птицы, до которых достало моё умение, обмякнув, рухнули неподвижными тушами вниз. Оставшиеся целыми вороны, подумав, что успеют ещё вернуться, довольно быстро ретировались, оставив после себя лишь несколько перьев, которые медленно опускались на землю, покрывая тела.

— Есть тут кто живой? — тихо поинтересовался я, хотя сам прекрасно видел, что в телах не осталось даже крупиц первозданной энергии. Что бы с ними ни произошло, но умерли они больше суток назад. Мне никто не ответил. Странно. Вот это было действительно странно, потому что я прекрасно слышал голос, исходящий отсюда.

Аккуратно сойдя с дороги, постоянно оглядываясь по сторонам, я подошёл к телам и внимательно их осмотрел. Дед был прав. Их было трое. Глубокие раны от массивных когтей просто распороли их тела, обнажая внутренности. Я не знаю, были ли они магами, но нападения они явно не ожидали и не смогли защититься. Немного помешкав, я приблизился к ближайшему ко мне телу. Он был облачён в стандартную форму патруля, но привычного оружия, в виде кинжала и пистолета не было. Вместо него на поясе у него висел меч из очень хорошей и дорогой по меркам моего старого мира стали.

— М-м, мародеришь. Не то, чтобы это приветствовалось, но в сложившейся геополитической ситуации в мире и империи частности лично я не вижу в этом ничего зазорного, — протянул всё тот же голос, который раздавался теперь рядом со мной. Я вскочил, оглядываясь, совершенно не понимая, кому он мог принадлежать. Живых рядом со мной не было, как и не упокоенных душ, поэтому всё это начало ставить меня в тупик и безумно раздражать. — Припадочный, что ли? Жаль, молодой ещё совсем, а головой уже тронулся. Помрёт, наверное, скоро.

— Покажись! — требовательно крикнул я, вытаскивая охотничий нож из ножен, висевший на поясе. Арбалет был не заряжен, поэтому к нему я даже не потянулся.

— Имеет склонность к агрессии и к проявлению слуховых галлюцинаций. Возможно, лечению не подлежит, так и запишем. — Голос замолчал, но теперь я точно слышал, что исходил он со стороны трупа, которого только что обыскивал.

— Сам ты галлюцинация, — процедил я, вновь наклоняясь к телу, начиная уже проводить более детальный обыск. Возможно, у него был артефакт, воздействующий на разум посторонних, поэтому мне и кажется всякая чертовщина.

Карманы на удивление были пусты, только два мешочка висели на поясе, один с деньгами, второй с какими-то камнями, в которых я чувствовал незнакомую мне силу. Решив, что разберусь с ними потом, я разложил найденное по своим карманам и расстегнул куртку мужчины, начиная осматривать внутренние карманы. В них оказался только небрежно свёрнутый лист пожелтевшей, местами разорванной толстой бумаги, с какими-то разводами. Такие обычно крепили к доске объявлений в городах и крупных сёлах. Развернув его, я пробежался глазами по тексту, остановив взгляд на изображениях, расположенных в самом центре листа. Небольшие фотографии отца, матери и деда, как написанное под ними вызвали лёгкое недоумение. Имперской канцелярией было объявлено вознаграждение за информацию о местонахождении моих родных в размере тысячи серебряных монет. Бред какой. Те, кто совершил нападение на поместье, прекрасно должны были быть осведомлены, что мать и дед мертвы. Похоже, эти патрульные не просто так оказались рядом с деревней, в которой я жил.

— Так, посмотрим, чего там пишут. — Полюбопытствовал голос, источник которого я так и не смог найти.

— В контакт не вступать, представляют смертельную опасность, — прочитал я последнюю фразу, комкая лист в руке. Моей фотографии не было, может, информацией о том, что я выжил, император и его приспешники не обладали?

— Жёсткие типы, значит, — как-то одобрительно протянул голос. — Эх, жаль, что не слышит меня этот парнишка, так бы рассказал, кем являлся хозяин на самом деле. Никогда он мне не нравился, да всё издохнуть никак не мог. Охотник за головами. Лет под сотню, а всё туда же. Оборотня подкравшегося заметить не смог. И что, что вампир, смотрю сильно ему это помогло.

— Да слышу я тебя, — пробурчал я, обыскивая остальных, которые судя по оружию и документам были действительно из патруля. Охотник за головами, значит, да ещё и нечисть. Именно поэтому душа деду Карпову показалась чёрной и странной. Удивительно, что он вообще смог с ней справиться.

В карманах никаких объявлений и записок у патрульных не было. Только немного денег, да переговорные устройства, в виде небольших коробок с кнопками, запитанными на кристаллах энергии, которые широко использовали военные, да аристократы. Разумеется, в этой глухомани ничего подобного не было. У меня было, но отец его по какой-то причине не взял, когда собирал мои вещи.

— Серьёзно? Вот прям реально слышишь? Да нет, такого не бывает, — с сомнением и с некоторым запозданием проговорил голос. — Сосиска, крыса, и главный приз — автомобиль! — неожиданно заорал он. — Что я только что сказал, а ну, повтори! — приказным тоном потребовал голос.

— Сосиска, крыса, автомобиль, — повторил я, глядя на перстень с ярким синим кристаллом, который находился на пальце у первого обыскиваемого мною трупа. Готов был поклясться, что его раньше не было, а проявился он только сейчас.

— Невероятно. На старости лет встретить душелова. — Растроганно протянул голос, а камень в перстне несколько раз блеснул. Я снял его с пальца, осматривая со всех сторон, но ничего примечательного в нём так и не увидел. От него не исходило даже крупицы какой бы то ни было энергии. Я несколько раз провёл пальцем по кристаллу, очищая его от пыли и грязи. — Вообще-то, это было неприятно. — Раздался вновь голос, и я теперь окончательно убедился, что он исходит именно от перстня.

Переведя взгляд на труп, я удивлённо вскинулся, рассматривая тело пожилого мужчины, облачённого в какой-то замызганный балахон. Единственное, что напоминало в нём патрульного — это рванные жуткие раны, да меч в ножнах, всё ещё висевший на его поясе.

— И что ты такое? — поинтересовался я, пристально глядя на блеснувший в очередной раз кристалл.

— Артефакт, созданный много веков назад из осколка души своего создателя, — ответил голос. — Своего рода стационарный источник заклинаний и чар, причём обучаемый. Вообще-то, изначально я создавался как защитный артефакт, который оберегал бы своего носителя, но потом всё кардинально поменялось. Я стал переходить из рук в руки, после смерти очередного хозяина, превратившись в известный в империи артефакт иллюзий. Больше в головы этим, прости меня создатель, дуболомам ничего не приходило, кроме как использовать меня в качестве маскировки. Душеловы исчезли, и никто больше меня не слышал. Ты представляешь, каково это — жить веками в полном одиночестве, разговаривая только с самим собой, — всхлипнул артефакт и замолчал, видимо, растрогавшись моментом. О подобных вещах я даже не слышал и не мог представить, чтобы часть энергии своей души можно было преобразовать в генератор заклятий.

— Звать тебя как? — полюбопытствовал я, поднимаясь на ноги.

— Ну, меня называют синим пламенем феникса, но имени никогда и не было, — как-то огорошено проговорил голос.

— Значит, буду звать тебя просто Павел, ну а что, созвучно с пламенем, — решил я, выходя на дорогу.

Следов напавшего оборотня видно не было, словно он появился из ниоткуда и в никуда исчез. Не слишком приятное открытие. Помимо демонов, вселившихся в людей и устроивших резню во всём мире, в нападении участвовали многие представители нечисти, успешно до этого скрывающихся среди людей. Надоело им прятаться, вот и вышли на тропу войны во имя свободы и равенства. Только теперь полностью находятся под пятой демонов, которые сильнее их по всем параметрам, и ни о какой свободе и равенстве почему-то не вспоминают. Я слышал от отца, что они группами проникают на территорию империи обратно, выполняя указания их повелителя. Некоторые, конечно, в войну не ввязывались, но теперь понять, кто из нечисти на чьей стороне практически невозможно. Но я был прав. Это действительно тот самый противник, душа которого поможет мне прорваться в ранг подмастерья.

— Павел, как-то это простенько. Но спасибо и на этом. — С наигранной обидой произнёс артефакт и сделал вид, что замолчал. Хотя если прислушаться, то можно было уловить, как он тихо перебирает варианты. — Павел великий, неодолимый Павлентий, Павел первый, изысканный.

Позволив перстню заниматься восхвалением своего нового имени, я молча отправился к деду Тихону. Ситуация с охотником, патрулём и вознаграждением не выходила у меня из головы. Видимо, нужно будет валить отсюда раньше, чем я планировал. Пара недель, и информация о вознаграждении достигнет даже нашего захолустья. Благо Иришка делится со мной всей информацией, которую узнает от отца, поэтому я буду в курсе всех событий.

— Ты как раз к ужину подоспел. Минут через двадцать на стол накрывать буду, — встретила меня Настасья улыбнувшись. Ко мне она относилась хорошо, тем более что я, как мог, помогал ей по дому, выполняя все её поручения. Она возилась на кухне, готовя ужин, на который традиционно собирались не только мы, но и их сыновья с жёнами и внуками.

— М-да, ну и халупа, — раздался голос у меня из кармана. Я посмотрел на женщину, которая совершенно не обратила внимания на слова артефакта. Скорее всего, его действительно не многие могли слышать. — Но пахнет вкусно. Не поспоришь. Ну так что, ты меня к себе привяжешь или так и будем общаться на расстоянии, словно чужие? — строгим голосом поинтересовался перстень и выжидательно замолчал.

— А что делать нужно? — не подумав, ляпнул я, доставая перстень из кармана штанов, зажимая его в кулаке.

— Ничего, Миша. Я бы тебя попросила, если помощь мне понадобилась, — отозвалась Настасья, лишь мельком на меня взглянув.

— Ну хорошо, тогда я к себе, — буркнул я и прошёл к себе в комнату, плотно закрывая двери. — М-да, нужно не забываться и говорить с тобой, только когда мы одни.

— Вечно эти проблемы на ровном месте, — горестно вздохнул Павел. — Но ничего, прорвёмся. В общем, надевай перстень на палец и капай на меня, точнее, на кристалл своей кровью. Тогда наша связь станет неразрывной до самой твоей смерти.

— Радужная перспектива, — усмехнулся я. — А почему я должен тебе верить? — неожиданно усомнился я в своём странном приобретении.

— А почему бы и нет, — парировал он. — Молодой, а такой подозрительный. Ну, хочешь поклянусь своей душой? Как звать тебя, кстати?

— Погоди. Что ты вообще умеешь? — запоздало поинтересовался я.

— Песни петь, стихи читать, басни, небылицы, сказки всякие рассказывать. Сколько я всяких историй знаю, даже представить себе не можешь.

— А по делу?

— Чары маскировки, ты это видел на примере моего хозяина бывшего, любую иллюзию на тебя могу наложить, которую никто из магов не разглядит. Защитные чары, атакующие, связующие, даже парочка любовных есть, но тебе ещё рано об этом думать, мал слишком, — начал перечислять Павел.

— Буквально мастер на все руки, — рассмеялся я. — Можно сказать, архимаг в кармане. В чём подвох?

— Ну, есть небольшая проблема, конечно. — Неохотно признал артефакт. — Для всего этого я использую энергию души владельца. А её, как ты знаешь, у человека не так уж и много, да и восстанавливается небыстро.

— Что-то такое я и предполагал, — кивнул я своим мыслям. — Хорошо, что я не обычный человек, и с повышением ранга магии душ, буду иметь довольно много нужной энергии. Ладно, считай, договорились. Давай, клянись своей душой. Зовут меня Михаил Юрьевич Уваров.

— Святой ёжик, так ты из тех самых Уваровых? Вот это фартануло мне, конечно. Уже и забыл каково это с элитой работать. А чего ты забыл-то в этой дыре? Не отвечай, сам догадался, тупой вопрос снимаю с обсуждения, — торопливо проговорил он. — Значит так. Я — артефакт синего пламени феникса, наречённый мирским именем Павел, обязуюсь служить верой и правдой Михаилу Юрьевичу Уварову, и никогда не предам его. Я обязуюсь оберегать тебя до конца своих дней. Если я нарушу свою клятву, то душа моя покинет это вместилище и будет скитаться вечно, так и не обретя покоя.

Скорее всего, это была своего рода ритуальная фраза, потому что, когда он закончил, от кристалла отделился синеватый туман, часть которого растворилась в моём теле, а часть распалась на мелкие бусины в воздухе, что осыпались на пол, тут же бесследно растворяясь. Я, как было сказано ранее, капнул каплю крови на кристалл, которая тут же впиталась в него. Никаких изменений и других эффектов больше не было, поэтому я с сомнением покосился на перстень, ожидая дальнейших указаний.

— И чего смотришь так недоверчиво? — осторожно поинтересовался голос. — Что-то не так? В боку кольнуло? Живот прихватило? Голова закружилась? Ты говори, не стесняйся, помогу чем смогу.

— Ты можешь как-нибудь скрыть себя от посторонних глаз. Не хотелось бы привлекать внимание к такой известной, как ты говоришь, вещице.

— Без проблем, — важно отозвался Павел, и рука покрылась лёгкой дымкой, которая тут же рассеялась, явив моему взору абсолютно чистую ладонь. Я только чувствовал, что перстень находится на месте.

— Миша, спускайся, — раздался голос Настасьи. Перечить ей не стал, тем более что кушать хотелось безумно.

— А где все? — я оглядел пустую столовую, где никого, кроме меня и самой хозяйки не было.

— Дед придёт скоро, а Сава с Артёмом своих по домам решили оставить, неспокойно тут. Вовремя ты вернулся, — покачала она головой. Раздался требовательный стук в дверь, перебивая её на полуслове. Входная дверь отворилась, и в столовую прошли несколько парней от пятнадцати до семнадцати лет. Местная банда, как их называют остальные. Один из них — сын старосты, остальные родичи его ближайших помощников. Сформировав красные ядра силы и научившись парочке трюков, они творили, что хотели, показывая превосходство над окружающими. Никто им не перечил, воспринимая, как неизбежное зло и обходя их стороной, не решаясь вступать в конфликт со старостой.

— Ребята, вы как раз к ужину, — улыбнулась Настасья, вставая со стула. Я особой радость при виде местных отморозков не испытывал, собственно, как и страха и раболепия.

— Не суетись бабка, не есть сюда ваши харчи пришли. — Протянулся сын старосты, кажется его звали Матвей, и вышел вперёд, сложив на груди руки и пристально глядя мне в глаза. — Слышь, малой, разговор есть, так что собирайся, и пошли прогуляемся.

Глава 6

— Вы чего это тут удумали? — нахмурилась Настасья и встала прямо передо мной, закрывая меня своей спиной. — Никуда он с вами не пойдёт!

— А ну, отойди, бабка, а то худо будет, — прорычал один из парней, стоявший рядом с сыном старосты.

— И что ты мне сделаешь⁈ Руку на меня поднимешь? Да я тебя на руках нянчила, матери твоё помогала, забыл, что ли? Благодарить меня до самой своей смерти должен, а не угрозами сыпать! — грозно прошипела женщина, указав пальцем на оскалившегося подростка.

Да о какой благодарности она говорит. Они же ничего, кроме себя вокруг не видят. Я покачал головой и сделал шаг назад, подходя к столу. Я не имел ни малейшего понятия, зачем им сдался. Но был практически уверен, что за счёт тринадцатилетнего подростка они в очередной раз хотят самоутвердиться. По-другому они себя не ведут, не слышал об этом, по крайней мере, за всё то время, что находился здесь.

— Ты на кого свой рот открываешь, старуха! — вспылил Матвей и приблизился к ней практически вплотную. — Пошла прочь и не мешайся под ногами! А ты, молокосос, так и будешь прятаться за бабкиной юбкой? Выходи, всё равно я тебя за уши вытащу, да ещё и выпорю прилюдно, чтобы старших уважал, — заржал он. Остальные его подхватили, и теперь внутри дома стоял дикий хохот непонятно чему радующегося стада. Я только поморщился, делая аккуратный разрез найденным мною столовым ножом по ладони.

— Миша, иди в свою комнату и ничего не бойся. А вы пошли вон из моего дома, хулиганы! — повысила она голос и потянулась за стоявшей на столе заполненной чем-то до самой крышки сковородой.

— Да как ты мне надоела, бабка, — прошипел сын старосты. — Защитница нашлась. Я тебе сейчас покажу, как уважительно нужно относиться к господам магам.

Он замахнулся и хотел ударить оторопевшую женщину, но я вовремя активировал руны связывания и воздействия, которые начертил кровью на тыльной стороне руки. Жаль, что ничем серьёзным я пока воспользоваться не могу, но и этого должно хватить, чтобы вышвырнуть отсюда не прошенных гостей.

Отделившаяся от меня первозданная энергия проникла в тела всех четверых магов и устремилась сразу же к оболочке, покрывающую сердцевины их душ, минуя пульсирующие красные ядра, которые теперь были мне видны. Тонкие потоки энергии начали стремительно уходить из их тел и по уже подготовленному мною каналу перетекать в моё тело. Это заняло от силы пару ударов сердца, которых хватило, чтобы полностью взять тела этих уродов под контроль.

Они были слабыми магами, да к тому же не обременённые интеллектом, поэтому даже не поняли, что именно произошло. Не сказать, что первый ранг развития души, который у меня сейчас был, даёт много сил, но на живности в лесу я уже отработал эти чары до автоматизма. Эти недомаги мало чем отличались от того же дикого кабана. Хотя кабану такое сравнение, сомневаюсь, что понравилось бы.

Главарь банды и по совместительству сын старосты замер на месте с занесённой для удара рукой, не в силах пошевелиться. Трёх его прихвостней я только на время парализовал и ослабил, поглотив больше половины их первозданной энергии, едва не ломая защитные оболочки и не разрушая сердцевины душ. А вот с сыном старосты, который решил показать свою силу перед слабым человеком, который и отпор-то дать не может, я поступил иначе. Часть его высвободившейся энергии превращалась в тонкие и прочные жгуты, которые вырывались из него и, завихряясь, обвивали плотно его тело, превращая в замысловатый светящийся кокон, который можно было увидеть только зрением душ. Остальные жгуты уходили по каналу ко мне, и чем больше я её впитывал в себя, тем больше контролировал тело своего противника.

Оглушительный рёв боли сотряс стены. Все завороженно смотрели, как выгибаются пальцы главаря в обратную сторону. По одному, со специфическим хрустом, они чуть ли не касались тыла ладони на той руке, которой он хотел ударить пожилую женщину.

Я даже позволил ему упасть на колени, слегка ослабив хватку. От грозного вида парня не осталось и следа. Он скулил, глядя на свою искалеченную руку, не в силах пошевелиться и хоть как-то уменьшить боль, находясь под моим контролем.

Меня отвлёк шум, донёсшийся с улицы. Я повернулся в сторону окна, глядя, как мимо нашего дома прошло человек десять. Они о чём-то громко переговаривались, переходя на неразборчивые крики, которые заглушались лаем, переходящим в хрип, находившихся рядом с ними собак. Начало темнеть и подобные вечерние прогулки не были здесь обычным делом.

— Баб Насть, сходи посмотри, что происходит, — впервые подал я голос с момента появления этой банды в доме.

Настасья обернулась и посмотрела на меня спокойным взглядом. Ну, она знала, какому роду я принадлежу, поэтому проявление какой бы то не было магии с моей стороны, удивления у неё не вызвало. Кивнув, она обошла замерших в неестественных позах парней и, одарив их напоследок презрительным взглядом, выпорхнула из дома.

— Жестишь. Мне нравится, — как-то кровожадно произнёс Павел. — Слушай, можно я его заткну. Надоел уже. Скулит, как девчонка какая-то, а не уважаемый господин маг, тьфу.

— Да пожалуйста, — пожал я плечами, отворачиваясь от грозной банды и осматривая стол. — О, пирожок. — Я достал его из таза и, откусив кусок, повернулся обратно в сторону парней. — С картошкой, — начиная медленно пережёвывать еду, произнёс я, приготовившись следить за работой артефакта.

Я почувствовал, как небольшая капля моей энергии проникла через руку в перстень, который стал немного теплее и тяжелее при этом. Неяркая вспышка рядом с головой сына старосты, и его рот тут же начал затягиваться расползающейся с лица кожей. Рот закрылся, а оставшаяся на лице кожа растянулась, став идеально гладкой.

Сын старосты замычал и начал дёргаться, высвобождая крохи своей магической силы, которой явно не хватало, чтобы порвать путы из энергии его собственной души. Она неожиданно для меня соединилась со жгутами, которые шли к моему телу.

Меня кинуло в жар, и я прервал процесс поглощения. Чистая магия устремилась к сердцевине души мельчайшими крупицами, принося ощутимый дискомфорт и какое-то покалывание. Я не мог её нейтрализовать. Под действием первозданной энергии эти крупицы силы не разрушались, а словно соединялись с ней. Достигнув защитной оболочки, эта посторонняя для меня энергия всё же смогла раствориться и бесследно исчезнуть.

Я глубоко выдохнул. Как оказалось, ядро силы и магический дар были каким-то образом связаны с душой мага. Но на меня поглощённая чужая сила явно действовала губительно. Хорошо, что поглотил лишь небольшую её часть, и видимых последствий всё же не получил. В будущем нужно аккуратнее с магами работать.

— Неплохо, — похвалил я Павла, после чего отряхнул руки и подошёл к побледневшим парням. В их глазах плескался нескрываемый страх, а сами они молчали, хотя способности говорить у них я не отнимал. — И о чём вы хотели поговорить со мной перед тем, как начали угрожать расправой моей любимой бабушке? — тихо поинтересовался я у ближайшего ко мне паренька. Он был младше всех остальных и выглядел самым испуганным. Думаю, он готов ответить на все мои вопросы без каких-либо возражений.

— Так мы это… — пролепетал он, косясь в сторону своих приятелей. — Просто напомнить хотели, что налог в казну платить надо.

— Какой налог? Ты сейчас это на ходу придумал? — переспросил я прищурившись.

— С охоты. Ты охотишься, значит, налог должен уплатить, — быстро пояснил он.

— Какой налог, придурки. Налог платится с прибыли, а вы видели, чтобы я хоть что-то продавал⁈ — повысил я голос.

— Это староста поручение дал, чтобы мы напомнили о правилах, — подхватил своего друга другой паренёк, полностью раскрывая личность того, кто их послал по мою душу.

— Как интересно получается. — Задумчиво проговорил я, поднимая взгляд на вошедших деда Тихона и Настасью. Я слышал, как они торопливо поднимались по скрипучим ступеням крыльца, поэтому их появление не было для меня неожиданным.

— Миша, — осмотрев представшую перед Тихоном картину, проговорил он. — Отпусти их. Мне кажется, они урок усвоили, незачем их калечить ещё больше. Да и со старостой всё одно вечером объясняться придётся, — сокрушённо покачал он головой.

Я пристально на него посмотрел и неохотно кивнул. Как бы ни хотелось переломать каждую косточку этим зазнавшимся отморозкам, но придётся оставить их. Тихон прав. Со старостой разбираться по-любому придётся, а он человек не последний. Передо мной он вряд ли станет показывать свой характер, но злобу точно затаит и выместит на них, когда я покину это поселение.

— Хорошо. Передайте старосте, чтоб он завтра утром пришёл и сам рассказал, какой налог я должен платить, и что ещё я ему должен, о чём он забыл сказать мне и моему деду. — Произнёс я, пристально глядя в глаза стоявшему передо мной парню. — А также придумает историю поинтереснее, чтобы она мне понравилась, и я в неё поверил, почему он на разборки отправил вашу банду.

— Дык занят он, вот нас и попросил… — Я поднял руку, и парень благоразумно замолчал. Его нелепые отговорки мне были неинтересны.

— Выметайтесь из этого дома и больше никогда даже не смотрите ни в мою сторону, ни в сторону моих родных. Если я ещё хоть раз услышу, что вы опять над кем-то глумились и отрабатывали на ком-то новые магические приёмчики, то сломанными пальцами не отделаетесь. А коли болтать начнёте, о том, что тут произошло, то можете и совсем пропасть. Вы меня поняли?

Они так активно закивали, сбрасывая от усердия с себя часть моего контроля, что я чуть не рассмеялся. Видимо, они и сами хотели убраться отсюда подальше. Я разорвал нашу связь и провел по руке лезвием ножа прямо по рунам, отменяя их действие. Парни рухнули на пол от внезапно накатившей на них слабости, но всё-таки нашли в себе силы и смогли подняться на ноги.

— Я так понимаю, моё заклятье убирать? — деловито уточнил Павел, в тот самый момент, когда приятели поднимали своего главаря.

— Убирай, — махнул я рукой и сел на стул, глядя, как сын старосты вместе со своей компанией ковыляют в сторону выхода. Подойдя к стоявшему у порога Тихону, Матвей остановился и посмотрел ему в глаза, после чего повернулся ко мне, злобно прищурившись.

— Мы с тобой ещё поговорим, крыс… — процедил он сквозь стиснутые зубы, но его более благоразумные, как оказалось, товарищи, схватили его за руки и вытолкнули из гостиной, где я находился.

— Рано ему рот дал открыть. Надо было отложенное действие сделать, например, через час, два, двадцать. Вот двадцать было бы неплохо. И с голоду бы не помер, и подумать бы успел над своим поведением, — сокрушённо пробормотал Павел. — Вот не надо было тебя слушать. Всегда знал, что подростки бывают не только жестокими, но и одновременно с этим отходчивыми. Вот последняя черта не очень хорошая…

— Помолчи, — шепнул я, закрывая глаза и стараясь сосредоточиться.

Вся та энергия, которую я получил от душ парней, беспорядочно растекалась по телу, вызывая чувства переполнения. Нужно было её равномерно распределить, чтобы как можно больше получить от неё пользы. Глядишь, так и барьер между рангами смогу пробить.

Оболочка души впитала в себя полученную первозданную энергию за несколько секунд. М-да. И этого, как оказалось, было мало для моего развития.

— Миша, всё это не слишком хорошо, — проговорил Тихон, обращаясь ко мне. Я открыл глаза и поднялся со стула. — Теперь всем будет известно, что ты магией владеешь. А это вызовет ненужные подозрения.

— Я не владею магией, у меня даже ядра силы нет, — ровно сказал я, пожимая плечами. — А то, что я с заставы какой-нибудь артефакт смог принести или даже несколько, очень грамотно впишется в нашу легенду.

— Хорошо бы было, чтобы нам поверили. Я князю обещал, что позабочусь о тебе, и сделаю всё, что в моих силах, чтобы это выполнить, — тихо проговорил Тихон, присаживаясь на своё место во главе стола, рядом со мной.

— А что произошло-то? — повернулся я к Настасье, которая, спохватившись, начала греметь посудой и расставлять тарелки. — Вы узнали?

— Узнали, внучок. Да ещё с обеда знали. Две девушки пропали, дочери кузнеца, может, знаешь их, — заохала женщина. — Пошли к подружкам вчера вечером, да до них и не дошли. А об этом только сегодня утром известно стало. Все думали, собирать на поиски мужиков или нет. Патруля сегодня ведь по какой-то причине не было. Но когда Иришка пропала, дочка старосты, так сразу и пошли на поиски того, кто это устроил.

— Как Ирина пропала? — переспросил я. Это был, наверное, единственный человек во всём селе, которого я мог смело назвать своим практически другом. И история с её пропажей, мне, мягко скажем, не слишком понравилась. — Сестра значит, пропала, а заботливый братик решил злость на мне выместить, вместо того, чтобы её искать?

— Да нет, не знал Матвей, походу ничего. С утра самого тут бродили возле дома, тебя поджидали, — пояснил Тихон. — А Иришка-то за водой отправилась, да обратно также не воротилась. У колодца только ведро её пустое нашли, да пятна крови. Свежей ещё. Вот и схватили собак, да по следу пошли.

— Они в сторону леса ушли? — я потянулся за кувшином с водой, чтобы смочить пересохшее горло.

Но неожиданный холод окутал моё тело. В комнате заметно похолодало, а изо рта пошёл пар. Кувшин стремительно заскользил по столу к моей протянутой руке, а столешница в этот момент покрылась тонкой ледяной коркой. Что за…

Внезапно появилось странное ощущение, что я тону. Воздуха не хватало, и было чувство, что лёгкие вмиг заполнились ледяной водой. Руки и ноги стали ватными и тяжёлыми, а перед глазами появилась пелена, через которую я едва различал силуэты предметов, находившихся передо мной. Уши заложило, поэтому то, что говорили мне дед с бабкой, я расслышать не мог. Закашлявшись, я согнулся пополам и начал выплёвывать на пол чистую воду, которой в моём теле точно до этого не было.

Я закрыл глаза и затаил дыхание, чтобы сосредоточиться и попытаться разглядеть зрением душ, что же всё-таки со мной происходит. Я был практически уверен, что это какие-то наложенные сыном старосты на меня чары, но то, что увидел, полностью развеяло мои опасения.

Вся моя первозданная энергия самостоятельно перераспределялась, отделялась от оболочки и формировалась в тонкие нити, которые шли по ходу каждого моего сосуда и нерва. Переплетаясь в замысловатый узор, они изменялись, ярко светились и меняли свой цвет от белого до голубого. Чем больше происходили эти метаморфозы, тем легче мне становилось. Не было больше этого чувства холода, лёгкие очистились, а все звуки начали постепенно возвращаться.

Это было похоже на формирование новой какой-то системы в моём теле, которой я никогда раньше не видел. Когда вся энергия в теле перестала буйствовать и стабилизировалась, в груди рядом с сердцевиной души начала образовываться полость, к которой стекались новые нити энергии, окружая её. Она была пуста, но голубые светящиеся нити оплели её, создав вокруг неё плотную капсулу. А вот теперь я понял, что это было. Пробуждение дара и формирование ядра силы. Только пока оно у меня пустым. Видимо, поглощение частицы магии запустило этот процесс. Жаль, чистой энергии души осталось не слишком много. В развитии этого вида магии меня отбросило, наверное, недели на две. Есть над чем подумать.

— Всё в порядке, — отмахнулся я от суетящихся возле меня стариков и открыл глаза. — Так куда они пошли? В лес?

— Да, собаки взяли след, — кивнул Тихон, смерив меня обеспокоенным взглядом.

Я кивнул и вышел в коридор одеваясь. Если я прав, то единственный, кто из посторонних тут недавно объявился — это неизвестный оборотень, напавший на патруль. Та добыча ему явно не нужна была. Видимо, они случайно на него наткнулись, когда шли в сторону поселения. А собаки в охоте на оборотня не смогут помочь. Эта нечисть прекрасно может запутать и направить по ложному следу.

— Ты куда? Поздно уже, — всплеснула руками Настасья, но останавливать меня не решилась.

— К отряду поисковому присоединюсь. Я всё же лес неплохо изучил за неполный месяц, — ответил я и выбежал на улицу.

— Я, конечно, дико извиняюсь, но мы куда так спешим, да ещё с таким серьёзным лицом? — деловито уточнил у меня Павел. Он как-то спокойно отнёсся к изменениям в моём теле, хотя не почувствовать это не мог, так как был связан со мной.

— Нужно найти этого оборотня, пока он дел не натворил, — пояснил я, направляясь к колодцу, который был ближе всего расположен с домом старосты.

Капли крови я заметил сразу же, подходя к ним и присаживаясь на колени. Пятно практически высохло, но оставался маленький участок, который можно было использовать для руны поиска, чем я тут же занялся.

— Нет, дело, конечно, правильное. Только ты уверен, что справишься с ним? — с сомнением протянул артефакт.

— А ты мне на что? — спросил я, активируя чары поиска. Руна, впитав в себя кровь и наполнившись моей энергией, приобрела вид маленькой, светящейся в спускающихся сумерках птички. Поднявшись над моей головой, она неторопливо полетела в сторону леса, где чувствовала того, кому принадлежала кровь, из которой она была сотворена.

Я двинулся следом за ней, стараясь не упустить птицу из вида. Всё-таки для управления этой руной у меня пока не было сил и определённого уровня.

— Я? А я, что сделать смогу? Ну нет, смогу, конечно, но только в том случае, если там какой-нибудь очень слабый, больной, трехногий и практически умирающий с голода, плешивый оборотень, а не вожак стаи, например, или вообще высший лекан. Не забывай, что я, конечно, практически всемогущ, но завишу от силы твоей души. А у тебя её пока столько, что без слёз не взглянешь, — протараторил Павел и выжидательно замолчал.

— Ну, чтобы поджечь кого-нибудь, сил у нас на двоих хватит, — усмехнулся я. — Мы проверим. Если он действительно силен, то попытаемся уйти, — проговорил я тихо, подходя к лесу, когда неожиданно светящаяся птица резко повернула влево, направляясь в сторону заброшенной мельницы. — Видимо, там его логово.

— Звучит довольно оптимистично. Но ты же не думаешь, что сможешь уйти от высшего оборотня? — Не унимался перстень.

— Ну я приложу к этому все силы. — Пробормотал я. — Нужно спасти девчонок.

— А, в этом всё дело. То-то ты так изменился, аж побледнел, когда услышал, что некую Ирину похитили. И формирование ядра силы тут, оказывается, было ни при чём. А всё эта первая влюблённость в тринадцать лет, и в огонь, и в воду, и в пасть к оборотню готов лезть ради неё, — хихикнул Павел и замолчал, что-то тихо продолжая бубнить тихим шёпотом.

Я не стал его переубеждать. За девчонок я, конечно, беспокоился, но здесь преследовал помимо этого и другие цели. Мне нужно найти этого оборотня, иначе я ничего не смогу противопоставить тем, кто открыл охоту на меня и моего отца. Энергия души нечисти и демонов гораздо сильнее, чем у обычного человека и слабого мага. В этом мне пришлось убедиться буквально только что.

Я затормозил, глядя, как птица резко взмыла вверх, кружа над заброшенной мельницей. Как же я сразу не додумался проверить это место. Артефакт, найденный мной, сбил с толку. А про похищение дочерей кузнеца я ещё к тому моменту не слышал.

— Кажется, пришли. Смотри в оба, или как ты это делаешь, ведь глаз-то у тебя нет. Если почувствуешь что-нибудь первым, то предупреждай.

— Разумеется, — тихо ответил мне голос, и наступила абсолютная тишина.

Подойдя к мельнице, я постоянно оглядывался, но не слышал никаких посторонних звуков, как и не ощущал чужого присутствия. Зрение душ было активировано, это давало небольшой шанс почувствовать тёмную энергию души оборотня, если он неожиданно приблизится ко мне.

Внутри небольшого здания было темно. Пахло сыростью и чем-то кислым. Я остановился прямо возле входа, стараясь рассмотреть хоть что-нибудь.

— Подсветить? — подал голос артефакт.

— Будь так любезен, — ответил я, ещё не привыкнув к тому, что у меня в распоряжении есть универсальный мастер.

Вверх, отделившись от моей руки, взлетел яркий белый шар, испускающий достаточно света, чтобы осветить всё пространство ветхого и старого сооружения. Внутри было пусто. Девушек не было, да тут в принципе ничего не было. Отсюда вынесли все, оставив только стены и деревянный пол, в котором я увидел небольшой лаз, закрытый неровно сложенными досками.

Подойдя к нему, я отодвинул несколько досок и заглянул вниз. Это было что-то похожее на небольшой погреб, причём сделанный уже очень давно. Прямо на голой земле лежали пропавшие девчонки. Они точно были живы, а энергия их души не была изменена. Значит, обратить их оборотень не успел. Если это, конечно, был он, в чём я уже начал немного сомневаться.

Спустившись вниз, я осмотрел их, но увидел только неглубокую рваную рану на руке у Ирины, которая уже покрылась коркой. Они даже не пошевелились, когда я старался их растормошить. Их явно чем-то опоили. Иначе они бы точно проснулись.

— Я тут подумал, — прошептал артефакт. — Если это и оборотень, то он точно не высший и не истинный. Слишком неаккуратно сработал. Мне кажется, им движет не чувство голода, ведь на патрульных он не позарился. Он собирает себе стаю и тащит в логово для обращения тех, кто ему приглянулся. Ты же в курсе, что оборотень может обратить человека только в полнолуние?

— Да, что-то то такое слышал, — ответил я, думая над словами Павла.

— Теперь будешь знать точно. Не просто же так он активизировался именно сегодня, когда на небе взойдёт полная луна. Я предлагаю отличный вариант. Ты зовёшь на помощь, мужики с оружием приходят, освобождают спящих красавиц, а потом вы все вместе охотитесь на блохастого недоволка. Как тебе? — спросил он. Но я его уже не слушал.

Я чувствовал чьё-то приближение. Тёмная душа источала просто колоссальное количество первозданной энергии. Выбравшись наверх, я вышел из здания мельницы и встретился с ним взглядом.

Оборотень стоял от меня метрах в пятидесяти. Он находился в неполной трансформации, поэтому больше был похож на человека, а не монстра. Единственное, что отличало его от людей, это жёлтые светящиеся глаза и огромные клыки, виднеющиеся из раскрытого рта, из которого капала слюна.

— Ох, гнилое коромысло, не успели сбежать, а такой был план хороший, — сокрушённо пробормотал Павел и замолчал.

— Ты всё-таки пришёл. Я почувствовал тебя возле тел тех неудачников. Даже не думал, что настолько глуп, чтобы пытаться найти меня в ночь, когда я наиболее силён, — прогремел в тишине голос оборотня, после чего он засмеялся, задрав голову, глядя на вечернее небо. Переведя на меня взгляд, он оскалился и вытянулся в огромном, нечеловеческом прыжке.

Глава 7

Я сделал стремительный рывок вбок, извернувшись в воздухе, словно кошка, и пропуская удар чудовища мимо себя. Благо изнурительные тренировки и помощь энергии души позволили это сделать без особого труда. Оборотень, оказавшись на земле и не обнаружив свою добычу, провёл по каменной стене мельницы удлинившимися когтями, от чего там остались глубокие царапины, и медленно повернулся ко мне.

Буквально пары секунд ему хватило, чтобы принять облик своей второй ипостаси. Одежда на нём лопнула и превратилась в лоскуты, не покрывая теперь и трети его тела. Огромный волк смотрел на меня жёлтыми светящимися глазами, чуть ли не прожигая во мне от вспыхнувшей ненависти дыру. Из его рта капала едкая слюна, которая оставляла дымящиеся рытвины в тех местах, куда попадала. Он несколько раз встрепенулся, видимо, разминая после превращения мышцы, и медленно двинулся в моём направлении. Оборотень явно не видел во мне равного и опасного противника, поэтому словно играл со своей жертвой, не делая пока резких выпадов или движений.

— Судя по его энергетическому полю, это оборотень первого уровня, обращённый максимум полгода назад. Не может полностью контролировать свою вторую сущность и не должен ещё обладать телепатическими способностями, свойственными этому виду нежити. Опасность для нас представляет, только если ты, как и сейчас, будешь стоять столбом и таращиться на этого монстра, ничего не предпринимая, — деловито сообщил голос, исходящий от перстня.

— Я держу ситуацию под контролем, — процедил сквозь зубы, раздумывая над тем, как лучше поступить. Пока ничего толкового в голову не приходило. Убивать эту нечисть обычным способом в мои планы не входило, поэтому я пятился от него в сторону леса, не сводя с него взгляда.

— Да? Вот как это называется, — протянул артефакт и нагрелся, аккумулируя в себе толику моей первозданной энергии. — Давай сожжём его к волчьей матери, как ты и предлагал раньше? Он слабенький ещё, сил не набрался, гореть должен хорошо и ярко. Вонять, правда, будет. Но тут уже от возраста особи не зависит, — воодушевился Павел. — Подпалим этому волчонку шкурку, — злорадно добавил он, не дожидаясь от меня ответа.

Я не успел его остановить, только увидел, как от моей руки отделилась небольшая искра. Подпитываемая первозданной энергией, она начала увеличиваться в размерах и за секунду превратилась в огненную стену, которая понеслась в сторону всё ещё медленно приближающегося оборотня.

— Стой! — успел только выкрикнуть я. — Пока он нужен мне живым, — быстро пояснил, чтобы вразумить артефакт.

Огонь внезапно потух, но энергия, которой было напитано это заклинание, трансформировалась в огромный, едва заметный белесоватый кулак. Он резко ускорился и вдарил по остановившемуся и попятившемуся волку, отправляя того в непродолжительный полёт, закончившийся встречей с ветхой стеной мельницы. Здание покачнулось, а оборотень сполз вниз, приземляясь на лапы и неуверенно делая шаг, тряся мордой.

— Крепкий какой. Вот что значит молодость, — неудовлетворённо проговорил Павел.

— Давай договоримся, что самоуправством ты больше заниматься не станешь, — прошипел я.

— Хорошо, сжигать оборотней без твоего ведома больше не буду, — немного обиженно произнёс дух артефакта. — Хотя мог бы и спасибо сказать, конечно. — Пробурчал он и замолчал.

От такого довольно мощного удара оборотень явно был дезориентирован, но всё равно ещё представлял огромную опасность. Мне нужно было приблизиться к нему вплотную, чтобы я смог поглотить энергию его души.

У нечисти и демонов была одна не слишком приятная для мага душ моего текущего уровня особенность: они не имели сердцевины, а душа состояла исключительно из преобразованной тьмой первозданной энергии. Её нельзя было контролировать и хоть как-то на неё воздействовать со стороны без тесного контакта, не говоря уже о том, чтобы использовать против носителя, как я сделал с теми сельскими отморозками. Душу нечисти можно было только поглотить целиком, не давая ему ни единого шанса на перерождение. Ну, конечно, ещё был способ развоплотить существо, которое некогда было человеком, но это очень трудоёмкий процесс, и в данном случае мне для достижения собственных целей не подходил.

Оборотень, оклемавшись, бросился на меня. Было уже темно, а свет от выглянувшей из-за туч луны, будто насыщал лекана силой. По крайней мере, за какие-то мгновения его тело увеличилось раза в полтора.

Я выставил перед собой слабенький щит душ, который, разбившись от контакта с озверевшей нечистью, разлетелся на осколки. Мне пришлось откатиться и упасть на землю, пропуская тушу волка над собой. Ножом, который я достал ещё в тот момент, когда принял на щит удар оборотня, попытался пропороть тому брюхо. Но сталь, встретившись с кожей оборотня, только звякнула, будто ударилась в камень, а клинок сломался на две части.

Я перекатом ушёл в сторону и поднялся на ноги, направляя в морду снова готового уже прыгнуть оборотня стрелу, которую я, наконец, сформировал из энергии, высвободившейся из разрушенного щита. Все же возможности мага душ первого ранга ограничены. К сожалению, он тряхнул головой, и стрела вонзилась ему в нос, а не в глаз, что ещё больше озлобило волка, который огласил пространство жутким, леденящим душу воем.

— У тебя есть какое-нибудь отравляющее или парализующее заклятие? — уворачиваясь от атак волка и отбегая от него подальше, поинтересовался я.

Оборотень был силён, но из-за размеров неповоротлив, что пока играло мне на руку. Если так пойдёт и дальше, то действительно проще его будет сжечь, чем всю ночь играть в догонялки по пересеченной местности.

От мельницы мы удалились уже на приличное расстояние, приближаясь к болоту, которое не замерзало даже зимой. Я специально уводил его подальше от поселения, чтобы не столкнуться случайно ни с кем из жителей.

— Ну-у-у, — протянул Павел. — Есть ядовитые стрелы, но они слабенькие, шкуру не пробьют. Но в наличии имеется парализующая сеть. Даст тебе минуты две, не больше. Всё же сдержать такую махину, это не таракана мизинцем пощекотать…

— Так чего ты ждёшь, давай уже, — перепрыгнув очередную корягу, я резко взял вправо, уходя от границы болота в стоявший рядом с ним небольшой лесок.

— Дык, разрешение надо получить, а то вдруг, что сделаю не так, и мой хозяин, достопочтенный княжич Уваров, будет недоволен…

— Павел! — рявкнул я, резко затормозив, прерывая беззаботную болтовню артефакта, голос которого буквально сочился ядом и самодовольством.

Переливающаяся на свету серебристым светом сеть образовалась прямо передо мной и накрыла уже приблизившегося ко мне вплотную волка. Окутав его тело, сеть замкнулась, завалив тушу оборотня на землю. Я не успел сделать и шага к обездвиженному волку, как заклятие, на которое рассчитывал, распалось, а оборотень, частично трансформировавшийся при этом в человека, поднялся на ноги и побежал от меня в сторону, постепенно замедляя шаг и прихрамывая на одну ногу.

— Стой! Ты куда собрался⁈ — возмущённо завопил Павел, будто тот мог его услышать. — Нам нужна твоя душа, шкура и мотоцикл, поэтому от нас ты всё равно не скроешься! — продолжал вопить он.

— Какой мотоцикл? — нахмурился я, догоняя оборотня, который уже практически добрёл до заброшенной мельницы.

— Тот, к которому он так спешит. Вон, с противоположной стороны от входа стоит. — Ответил артефакт и замолчал. — Зажиточный тип, значит. И чего его в эту глухомань понесло?

Действительно, мотоцикл стоял прислонённый к стене. Этот вид транспорта, как и автомобиль, могли себе позволить лишь богатые люди, и то в основном из крупных городов и зажиточных родов. Они работали на нескольких видах мощных артефактов и специальной алхимической жидкости, которую можно было достать в специальных магазинах. Хорошо, что заправлять автомобили требовалось крайне редко. Раз в тысячу километров. Но даже это было накладно, поэтому многие пользовались по старинке: либо лошадьми, либо телепортами.

Оборотень сидел на земле, прислонившись спиной к стене мельницы. Он тяжело дышал и хрипел. С трудом открыв глаза, молодой мужчина поднял голову и усмехнулся.

— Никогда не думал, что смогу погибнуть от руки мальчишки. Значит, ты маг. А ведь меня уверили в обратном, — прохрипел он и, закашлявшись, сплюнул сгусток алой крови на землю.

— Что ты имеешь в виду? Отвечай, — сел я рядом с ним, глядя в глаза.

Однако тот лишь схватил меня за руку, стараясь что-то сказать, но в ту же секунду сделал последний вздох и обмяк. Жизненная энергия стремительно покидала его тело. Я не мог остановить этот процесс, поэтому молча наблюдал, как он умирает, оставив после себя слишком много вопросов. Неужели эта охота велась исключительно на меня?

— Что произошло, ты же должен был его только парализовать? — прорычал я, обращаясь к говорливому артефакту, прикладывая в это время руки к груди мужчины, едва успевая перехватить готовую выпорхнуть из тела душу.

— Понятия не имею, — растерянно отозвался Павел. — Дай мне несколько секунд, сейчас посмотрю. — Он замолчал, что-то бубня неразборчиво себе под нос.

Времени было крайне мало, поэтому, абстрагировавшись от всего вокруг, я начал ритуал поглощения, ради которого и гонял оборотня всё это время. Осколком лезвия сломанного ножа, я нацарапал руну на груди умершего оборотня и, разрезав свою ладонь, приложил её к символу, смешивая тем самым нашу кровь. Количества энергии души мёртвого оборотня было в несколько раз меньше, чем у живого. Но даже эти крохи я не хотел упускать.

Тёмно-красный дым начал исходить из тела мёртвого лекана, окружая нас плотной завесой. Весь этот дым клубился, начиная впитываться через кожу и проникая внутрь меня. Соединяясь с моей первозданной энергией, он растворялся в ней, заставляя её светиться ярче и более плотным коконом окружать сердцевину моей души. Я чувствовал прилив энергии и бодрости, как всегда бывало, после поглощения души тёмной сущности. Разум на короткое время затуманился, а сам я ощущал что-то похожее на эйфорию. Но это прекратилось сразу же, как только ритуал завершился, а тёмно-красный дым полностью рассеялся.

Открыв глаза, я вздохнул ночной холодный воздух полной грудью и поднялся на ноги, оглядываясь по сторонам. Было тихо, что немного меня удивило, ведь ещё недавно было слышно приближение поискового отряда. Возможно, из-за спустившейся темноты и раздавшегося воя оборотня со стороны болота, они прекратили поиски, разумно полагая, что ночью в этих местах им делать совершенно нечего.

— Нашёл! — от неожиданности я вздрогнул, переводя взгляд на руку, где ощущалось тепло артефакта. — Я понял, что случилось. Значит, тут такое дело, оказывается, эта сеть работает на людях, обычной живности и нежити, но есть исключения. Если направить эту сеть на того, кто восприимчив к действию серебра, то его она убивает практически мгновенно. Честно, я не знал, потому что последний раз использовал подобные чары ещё при создателе. Можешь кричать, ругаться, обзывать меня всякими неприличными словами, всё равно я ничего не смогу тебе сделать в ответ, — протараторил Павел, резко замолкая.

— У тебя там что, справочник какой-то есть? — фыркнул я, оглядывая мотоцикл почившего оборотня.

— Не совсем. Долго объяснять, — уклончиво ответил он. Мне представилось, как в камне была заперта душа старца, который сидел за большим столом, обложенный книгами, и выполнял своего рода функцию походного справочника. Возможно, в этом крылось какое-то зерно истины.

Меня отвлёк шум, раздавшийся изнутри мельницы. Очнувшиеся девчонки о чём-то испуганно переговаривались. Они делали это тихо, но из-за стоявшей тишины их шёпот разносился далеко за пределы мельницы и звучал довольно зловеще.

Войдя внутрь, я вновь при помощи артефакта зажёг светящийся шар и заглянул в этот своеобразный погреб, прерывая своим появлением визг испугавшихся пленниц.

— Ну что, готовы выбраться отсюда? — весёлым голосом спросил я, протягивая руку, чтобы помочь им подняться.

— Мишка! — первая выскочила Ира, которая крепко обняла меня и, отстранившись, посмотрела мне в глаза. — Ты что здесь делаешь? Как ты нас нашёл.

— Как только узнал, что вы исчезли, тоже отправился на поиски, как и собранный поисковый отряд, — пожал я плечами. — Только решил уйти в другую сторону и наткнулся на вас.

— Что-то ты темнишь, — прищурилась быстро пришедшая в себя девушка и, больше не говоря ни слова, помогла выбраться на поверхность своим подругам. Правда, одарила она меня таким многообещающим взглядом, из которого можно было, даже не будучи телепатом, понять, что этот разговор ещё не окончен.

За пределами освещённой мельницы было темно и немного жутковато. Откуда-то из глубин леса раздавался хор волчьих голосов, прерываемый только завыванием поднявшегося ветра. От каждого порыва дочери кузнеца вздрагивали и постоянно озирались по сторонам, прижимаясь друг к дружке. Их колотило то ли от холода, то ли от страха. Успокаивать кого-то не было моей сильной чертой, поэтому я доверил это дело в руки бесстрашной дочери старосты, которая не замолкала всю дорогу, стараясь расшевелить своих подруг по несчастью. Правда, судя по их виду, это получалось у неё плохо.

Доведя пленниц до окраины деревни, я остановился, провожая взглядом скрывающихся за дырой в заборе девушек. Как только последняя скрылась из вида, развернулся и быстрым шагом направился обратно в сторону заброшенной мельницы.

— И куда ты идёшь с таким решительным выражением лица? — не выдержал Павел. Он и так героически молчал последние полчаса.

— Думаю, мне нужно уходить, — решительно проговорил я.

— Совсем или конкретно отсюда?

— Совсем. Мне непонятно, что именно имел в виду этот тип, когда говорил о том, что его не предупреждали о моих магических способностях, — тихо ответил я. — Скорее всего, кому-то известно обо мне и моём местоположении, поэтому неразумно задерживаться здесь. — Уверенно проговорил я, подходя к мельнице и хватаясь за руль мотоцикла.

Пешком уходить было не совсем рационально, а хотя бы такое средство передвижения должно ускорить этот процесс. Правда, слишком заметен, но на первое время до ближайшего крупного поселения не должно привлечь ничьё внимание.

— Впервые слышу от тебя такую разумную мысль, — уважительно ответил Павел. — Жаль, что ты ещё так слаб. Был бы на четвёртом уровне, можно было бы потихоньку использовать порталы. А пока сил твоих на это не хватит. — Как-то горестно вздохнул артефакт и замолчал.

Я выкатил мотоцикл на дорогу и завёл мотор, который отозвался тихой трелью. Включились фары, освещая передо мной небольшое пространство. Неожиданно стая вспуганных кем-то птиц вспорхнула вверх и с громким недовольным криком унеслась прочь. Я напрягся. Это было явно не к добру.

— И куда это ты собрался? — знакомый голос набатом ударил по ушам.

Я огляделся. Из темноты на меня выходило человек десять, и в центре этой группы находился тот самый мужчина со шрамом на щеке в виде полумесяца. Под светом фар его было хорошо видно, собственно, как хищный блеск в глазах и довольную улыбку на его породистом лице.

— Так даже лучше, — удовлетворённо кивнул он, улыбнувшись и снимая кожаные перчатки. — Не нужно будет наводить шорох в деревне, людей пугать. Мог бы и пострадать кто ненароком. Даже и думать не мог, что твой отец зашвырнёт тебя в это захолустье.

— Как вы меня нашли, — пробормотал я, пряча руки за спиной, сжимая сломанный охотничий нож и царапая прямо на руке руну связывания душ. Ту, что я хотел применить ещё в поместье, когда опасался, что напавшие на мою семью вернутся.

— Это было непросто, — задумчиво ответил он, остановившись вместе со своей группой шагах в десяти от меня. — Думаю, у меня бы это даже и не вышло, если бы не наводка старосты этого села. Он рассказал о своих опасениях, что тут появился какой-то подозрительный пацан, которого привёл один из Стражей в день нападения на поместье светлейшего князя. И подробно описал тебя, княжич Михаил Уваров. Хорошо, что среди патруля был один преданный мне человек, который передал эту информацию в обход своего начальства. Приятно быть влиятельным и богатым, — скривил он рот в усмешке. Его глаза блеснули красноватым светом. — Даже не думал, что тут действительно окажешься ты. А ведь я видел, как ты умер.

— Так это староста меня сдал, — покачал я головой.

Если появится такая возможность, то я обязательно вернусь сюда и серьёзно переговорю с этим стариком. Со мной он говорить не стремился, зато науськивал всех подряд. Надо же узнать, чем именно я ему так сильно насолил.

— Ох, не вини старика. Он преданно заботится о людях, которые ему доверились и назначили на этот пост, — рассмеялся мужчина. — Кстати, это мотоцикл одного из моих людей. Не расскажешь, как тебе удалось его убить?

— Да это всё соседка. Травила бродячих собак, ну и его заодно. Опасная бабка, ты с ней осторожнее, — ухмыльнулся я, заканчивая чертить руну. Надеюсь, что в таком неудобном положении смог правильно её подготовить.

— Смешно, — поморщился этот тип, не сводя с меня своего взгляда. — Ладно, забирайте его, позже вытянем все его секреты, а у него их, как оказалось, слишком много, — отдал он распоряжение своим людям, и трое из них тут же двинулись на меня.

Я сделал шаг назад и влил в руну энергию, активируя её. Потянувшиеся тонкие, практически прозрачные жгуты сразу же проникли в тела первых из приближающихся ко мне противников. Они, словно шипами приросли к оболочке их душ, плотно сливаясь с ней. Пора. Я мысленно дёрнул за эти невидимые нити, разрушая их защиту и в прямом смысле выдёргивая сердцевины их душ из тел. Резко остановившись, они синхронно схватились за грудь и упали безвольными куклами на землю. Пока никто не понял, что произошло, я перерезал руну, не дожидаясь, когда их души начнут соединяться с моей. Сделав несколько шагов назад, я лёг на землю, накрыл себя щитом душ и закрыл голову руками, потому что прекрасно знал, что произойдёт дальше.

Раздался оглушительный взрыв, волной которого меня подбросило вверх. Ставшая нестабильной первозданная энергия потекла наружу вслед за теми частями, что я вырвал из уже погибших противников. Встретившись с ними вне тела, они разрушились, создавая тем самым эпицентр мощного взрыва.

Это было рискованно, но другого выхода я не видел, имея на руках ограниченное количество энергии. Эта руна была сильнейшим моим оружием на текущий момент, и я не мог им не воспользоваться.

Я сгруппировался, чтобы смягчить падение, которого не произошло. Ощутив жар во всём теле, открыл глаза, которые рефлекторно закрыл в момент взрыва. На землю моё тело так и не опустилось. Яркое сияние окутало его и подняло выше крыши старой мельницы, которая каким-то непонятным чудом уцелела. Мне не было видно, что творилось внизу, но я отчётливо слышал раздававшиеся оттуда голоса. Значит, перебить всех взрывом не получилось.

Как же не вовремя. Я закрыл глаза, глядя на изменения, происходящие в моём теле. Первозданная энергия перераспределялась, соединялась с синими потоками магии и формировала кольцо, окружающее ставшей идеальной оболочку, покрывающую сердцевину.

Получить ранг подмастерья было главной для меня задачей. Но не сейчас. В момент прорыва я полностью бессилен и совершенно не контролирую ни свою магию, ни тело. Я был уязвим, как сейчас, так и некоторое время после прорыва. Перестройка прошла меньше, чем за минуту. Это всё же не прорыв на десятый, где весь процесс может занять несколько недель.

Свечение исчезло, и моё тело плавно опустилось на землю. Ноги практически не слушались, и жутко клонило в сон. Артефакт что-то верещал без продыху, но я не вслушивался в его слова, глядя, как к моему практически безвольному телу подходят трое без единой царапины противника во главе всё с тем же мужчиной со шрамом.

— Неплохо. Вполне. — Кивнул он своим мыслям. — Что это был за артефакт?

— Не знаю, соседка подарила, — ответил я, пристально глядя в его глаза. — Я тебе уже говорил, лютая бабка.

— Где твой отец? — резко сменил он тему.

— Понятия не имею, но точно не у неё, — честно ответил я.

— Понятно. — Скривился он, словно откусил кусок лимона. — Поговорим позже, мальчик. В более приватной обстановке, а то, своими трюками ты наделал слишком много шума.

Я попытался встать и хоть как-то увернуться от полетевших в меня магических жгутов, но это получилось у меня плохо. Никогда бы не подумал, что переход на ранг выше может так сильно меня подставить. Радовало только одно, судя по всему, меня пока убивать не собирались. Значит, нужно восстановиться и уже с новыми силами вступить с этим напыщенным индюком в бой. А уж сейчас мне будет чем его удивить. Я улыбнулся своим мыслям, погружаясь в небытие, куда-то между сном и явью, где можно было разобраться с силами нового ранга.

Глава 8

Звук монотонно капающей воды заставил меня очнуться и открыть глаза. В помещении, где я находился, царил полумрак, но света было достаточно, чтобы разглядеть потолок из тёмного камня. Было сыро и пахло плесенью. Я сел и огляделся уже более внимательно. Находился я в просторной камере, по крайней мере, каменные стены с трёх сторон и решётка вместо четвёртой явно наводили именно на подобные мысли. Подо мной была неудобная узкая кровать, прибитая к одной из стен. Руки сковывали металлические браслеты, от которых шли крепкие цепи, закреплённые на потолке. К счастью, они были довольно длинными, чтобы дать возможность пленнику беспрепятственно перемещаться в пределах помещения.

Возле противоположной стены находилась точно такая же кровать, на которой сидел паренёк, по виду мой ровесник, и как-то испуганно смотрел на меня. Обычный, черноволосый, немного смуглый парень с карими глазами. Одет в простую одежду, местами порванную и заляпанную грязью. Следов побоев на нём, на первый взгляд, видно не было. Я никак не ожидал увидеть рядом с собой соседа, поэтому следовало отнестись к своему сокамернику осторожно. В своё время сам использовал подставных пленников, чтобы выведать необходимую информацию.

Процесс перехода на новый ранг прошёл успешно. Я видел чёткое ровное кольцо вокруг оболочки из первозданной энергии, одно из девяти до достижения максимального уровня. Только было странно, что я совершенно не помнил самого процесса образования кольца. Последним воспоминанием так и оставалось то, как меня схватили люди этого до сих пор неизвестного для меня мужчины со шрамом в виде полумесяца.

Кольцо ранга подмастерья было идеальным, а вот пульсирующее ядро силы местной магии отзывалось дискомфортом и жжением в грудной клетке. Кроме того, оно всё также оставалось пустым, поэтому причина, почему от него исходили какие-то странные и незнакомые мне волны, пока оставалась для меня загадкой.

— Где я? — спросил я у вздрогнувшего паренька, который, не сводя глаз, пристально смотрел на меня.

— А ты не знаешь? — как-то неуверенно проговорил он. Его голос был тихим и немного хриплым.

— Если бы знал, не спрашивал, — хмыкнул я и поднялся на ноги, разминая затёкшее от длительного нахождения в одной позе тело.

Должно было пройти несколько дней, чтобы сформировалось кольцо, но я не чувствовал скованности или усталости, наоборот, прилив сил и энергии. Ну что ж, неплохо. По крайней мере, меня никто не трогал.

— В темнице графа Разумовского, — прищурился он. — Я думал, ты помрёшь. Три дня, как тебя принесли, а ты всё это время лежал без движений. То и дело проверял, дышишь или нет. Не слишком хотелось находиться в одной камере с трупом, — пробормотал он. — Завтрак принесли полчаса назад, тебе бы поесть, — добавил он, кивнув в сторону небольшого деревянного, местами прогнившего столика, на котором стоял поднос с едой. Миска с какой-то похлёбкой, кусок хлеба и кружка с водой.

— Пожалуй, пока откажусь. — Думаю, что лучше ничего не есть и не пить в этом месте, целее будешь. — Граф — это мужик со шрамом на щеке? — решил уточнить я, парень молча кивнул.

Внезапно пришло понимание, что чего-то не хватает. И это что-то — перстень-артефакт, который кто-то снял с моей руки. Помощь от Павла была бы сейчас кстати. Я натянул цепи и пустил по ним небольшой поток энергии. Самые тонкие звенья тут же задрожали, практически лопаясь от напряжения. Ладно, пока не время показывать силу. Нужно разобраться, что нужно этому графу, кто он вообще такой, а потом уже выбираться отсюда, естественно, не забыв вернуть свой артефакт.

— Меня, кстати, Сергей зовут, — вновь подал голос мой сосед, вставая на ноги и подходя ко мне, при этом бряцая точно такими же цепями, что были надеты на меня.

— Михаил, — коротко представился я. — Тебя за что сюда упекли? — решил поддержать беседу, да заодно и приглядеться к нему.

— Я, как бы это сказать, сглупил, — вздохнул он и покачал головой. — Проявился не вовремя, от испуга, когда истинного оборотня увидел, вот и попался. Мы с отцом работали на графа уже несколько месяцев как. Отец очень хороший строитель и архитектор, а я так, на подхвате. Но это естественно для нашего вида. Равных нам в строительстве нет, — улыбнулся он и отвёл взгляд. — К счастью, он успел сбежать. Надеюсь, его не поймают, а он не решит за мной вернуться. А ты кто?

— В смысле? — я, если честно, смотрел на него, стараясь понять хоть что-то из его спутанного рассказа.

— Ну какого ты вида? — с нескрываемым любопытством спросил он.

— Я человек, — осторожно ответил я.

— Да ладно тебе, мы все свои. В этом подземелье только две камеры, и в них граф Разумовский только оборотней держит для своих личных целей, — пожал он плечами. — Та, что напротив вчера освободилась. Куда их уводят никому не известно. Страшно мне, до жути просто, — поёжился он.

— Я абсолютно серьёзен, и совершенно не понимаю, о чём именно ты говоришь. Виды оборотней? Впервые об этом слышу, — подозрительно ответил я, косясь на удивлённо вскинувшего брови Сергея. Я активировал зрение душ и уже более внимательно разглядел паренька. Никаких признаков того, что передо мной находился оборотень, не было. Обычная душа, обычного человека, не осквернённая тьмой.

— Неловко как вышло, — проговорил он и отошёл от меня, плюхнувшись на кровать.

— Не объяснишь? — теперь уже пришла моя очередь наседать на него. Мне не слишком нравилось то, что я совершенно не понимал, что происходит и о чём он вообще говорит. — Ты совершенно не похож на оборотня. Тем более, я сомневаюсь, что меня бы заперли в одной клетке вместе с озлобленным волком, не получив до этого ту информацию, которая им была от меня нужна. Да и не дал бы ты себя скрутить без боя. А на тебе даже ни одной царапины нет. Теперь пришла моя очередь спрашивать: кто ты такой, потому что ты точно не оборотень, — ровно и немного с нажимом сказал я, стараясь смотреть этому странному парню в глаза.

— Эм, — задумался он, но потом махнул рукой. — Да какая уже разница, всё равно мне отсюда живым не выйти, — закусил он губу. — В общем, это мало кому известно, мы стараемся держать это в тайне, чтобы люди не ополчились на нас. Но с этой войной и пришествием демонов всё начало рушиться. — Вздохнул он и отвёл глаза. — Оборотней существует много видов, не только те, кто обращаются в лис и волков. Они отступники и не хотят скрывать свою вторую сущность.

Говорят, что волки и лисы давным-давно заключили сделку с демонами, чтобы стать сильнее, и теперь зависят от человеческой крови и наделены проклятьем, которое распространяется на людей, которых они могут обратить в себе подобных. У остальных видов этого нет. Мы уже несколько веков скрываемся среди людей, потому что по факту мы и есть люди, только немного отличаемся от вас. Мы не зависим от своей второй ипостаси и не можем обращать людей в себе подобных. Возможно, только немного сильнее и обладаем некоторыми преимуществами в зависимости от вида. Да даже при союзе с обычными людьми у нас рождаются обычные дети, не наделённые этой способностью к обращению. Нас объединяет Кодекс о неразглашении этой тайны. Именно поэтому про нас все и забыли. Есть, конечно, особи, которые нарушают его, но Стражи всегда следили за тем, чтобы пресечь неповиновения.

Правда, во время войны, некоторые из нас, вместе с волками и лисами, выступили в поддержку демонов и перешли на сторону врага. Но большинство такие, как я, не хотят войны, и чтобы на нас открыли охоту, как на бешеных зверей. Как-то так, — замолчал он и посмотрел мне в глаза, в которых я впервые увидел страх. Не похоже, что это подосланный графом Разумовским пленник.

— Если ты оборотень, то как тебя так легко смогли поймать? — спросил я, переваривая полученную информацию.

Ни в своей прошлой жизни, ни в этой мне не доводилось слышать о подобном. Но доля логики в этом всё же была. Если можно было обращаться в волка, то почему нельзя обратиться в другое животное.

— Ну-у-у, — протянул он, слегка смутившись. — У меня не самая сильная боевая форма, — наконец проговорил он. — Понимаешь, моя вторая ипостась — бобёр.

— Кто? — переспросил я, на что Сергей развёл руки в сторону, отвечая тем самым на мой вопрос. — Можешь показать?

— Не совсем. Эти цепи сдерживают процесс обращения. Но частично трансформироваться смогу, — задумчиво произнёс он. — Только мне нужно сосредоточиться. Я нечасто этим занимаюсь.

Он закрыл глаза и просидел так с минуту. Я уже подумал, что он это всё выдумал, как по всему его телу прошла рябь и его окутало неярко свечение. Его голова и тело начали немного менять форму, появилась золотая, переливающаяся даже в полутьме шерсть, на руках выросли небольшие когти. Голова изменилась гораздо сильнее и действительно начала напоминать бобра, только в несколько раз больше. Потом всё стало исчезать в обратном порядке, пока передо мной вновь не появился парень по имени Сергей.

Всё это время я смотрел на него зрением душ и смог разглядеть только небольшое свечение первозданной энергии. Если бы не знал, на что смотреть, то даже не увидел бы никаких изменений.

— Как-то так, — выдохнул мой сокамерник и покачал головой.

— Ты говорил о том, что Стражи следят за соблюдением вашего Кодекса. Но, насколько мне известно, они борются с демонами, — вспомнил я всё то, что мне было о них известно. О Стражах начали говорить с год назад, когда война была в самом разгаре, поэтому я думал, что этот отряд или что-то типа этого создали специально для борьбы с проникшими в сердце империи демонами.

— Разумеется, они сейчас борются с демонами, — даже удивился он. — Но стражи появились задолго до всего этого. Они-то и охотятся на нежить и нечисть во всей империи, ведь только они могут как-то отличить их от людей, ещё даже до превращения. Они почти всегда охотятся в одиночку и скрываются в толпе. Эдакие невидимые борцы с преступностью среди нежити, — начал подпрыгивать парень на кровати, а в глазах зажёгся блеск, с таким восторгом он начал рассказывать про Стражей.

— Этот мир для меня никогда не станет прежним, — усмехнулся я и потёр глаза. Я думал, что знаю практически всё об устройстве империи. Всё же меня готовили как теоретического наследника на престол. Видимо, мне пока открыли не все тайны.

— Так в этом вся суть, что никто не знает о них ничего конкретного. Мне отец рассказывал множество историй про Стражей и всегда наставлял, чтобы я чтил Кодекс, чтобы не попасть под их горячую руку. Почти все из них, кстати, либо из наших, оборотней, то есть, либо вольные маги не из аристократии. Я знаю даже несколько школ, где как раз их готовят. Ещё с детства хотел пойти туда, чтобы доказать не только самому себе, но и всем другим, что бобры не только дома строить могут. Только, видимо, не судьба, — вновь глубоко вздохнул он, вероятно вспомнив о своей судьбе в заточении в темнице у графа. — А ты — маг, да? — неожиданно спросил он, переводя на меня взгляд, в котором начала читаться надежда.

— Теоретически, — поморщился я, поднимаясь на ноги и поворачиваясь в сторону решётки, которая вела в освещённый коридор, откуда доносились шаги нескольких пар ног и приглушённые голоса.

Сергей же, наоборот, забрался на кровать с ногами и взглядом, наполненным страхом и обречённостью, смотрел, как поднимается решётка, и в камеру входит сам граф и два охранника позади него. Смерив меня презрительным взглядом, он зашёл внутрь, останавливаясь от меня в нескольких шагах.

— Я смотрю ты, наконец, пришёл в себя. Мы уже начали переживать, что ты так и не очнёшься, — скривился он, осматривая меня с ног до головы.

Какое-то сияние привлекло моё внимание, и я увидел на пальце правой руки у него мой перстень, который при виде меня начал пульсировать сильнее. Голоса артефакта я не слышал, может, он просто молчал и боялся себя выдать.

— Нехорошо брать чужие вещи, — прямо посмотрел я графу в глаза усмехнувшись. Никакого страха я не чувствовал. Наоборот, едва сдерживал себя, чтобы не размозжить этому надменному уроду голову.

— А, ты об этом, — покрутил он рукой с перстнем, показательно им любуясь. — Я очень долго искал причину твоих фокусов и не мог понять, откуда у тебя взялась такая сила, ведь сам лично присутствовал при извлечении твоего ядра, — оскалился он, глядя мне в глаза, ожидая мою реакцию в ответ на его слова.

Я чувствовал, как железо на руках начало накаляться и обжигать кожу, и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Сейчас не время геройствовать.

— Потом всё же смог снять чары маскировки и увидел артефакт племени феникса. Очень редкая и ценная вещь даже по меркам императорского дворца, — продолжил он немного разочарованно. Видимо, думал, что я отреагирую как-то иначе. — Как же я мог оставить его у своего пленника. Конечно, пока жив его предыдущий владелец, он работает не в полную силу, но даже от этого не стоит отказываться, ведь рано или поздно бывший хозяин покинет этот мир.

— Зачем тебе оборотни? — спросил я прямо, чем вызвал мимолётное удивление на лице Разумовского.

— Это всё, что интересует юного княжича? — рассмеялся он. — Я, конечно, отвечу. Всё же нужно проявить гостеприимство, не каждый день представители высшего света, вроде меня, удостаиваются чести принимать таких важных гостей. Понимаешь, всё дело в людях и их небольших странностях. Есть определённая прослойка элиты, которая готова заплатить большую сумму за экзотику, и я им её предоставляю. Не так уж и просто найти оборотня, который не захочет перегрызть хозяину глотку в полнолуние. Это всего лишь семейное дело, ничего личного. Редкие существа, ещё более редкие артефакты и даже ядра силы.

— Работорговля запрещена в империи, — холодно произнёс я, едва сдерживаясь, чтобы не посмотреть в сторону испуганного мальчишки, страх которого можно было почувствовать даже кожей.

— Всё меняется, тебе ли не знать, — прищурился граф, после чего обвёл взглядом камеру. — Это, конечно, не номер-люкс в столичном отеле, в которых ты привык отдыхать, но на первое время сойдёт. — Вынес он вердикт, вновь обращая свой взор на меня. — Если ты, конечно, не скажешь, где твой отец.

— Я же уже сказал, и добавить мне нечего, — процедил я. А мой противник не так уж и глуп. Использует разные тактики для достижения своих целей. Сейчас пытается привлечь меня пряником, взамен на информацию. Дальше, скорее всего, пойдёт кнут и раскалённые щипцы.

— Ну, тогда я отвечу на вопрос, который тебя наверняка мучает уже продолжительное время: зачем ты здесь и для чего мне нужен…

— Да не особо, — пожал я плечами, поворачиваясь к нему спиной и подходя к столу возле дальней стены, начиная ковыряться в чём-то, что уже нельзя было назвать едой. Что-то густое и слизкое. — А вот вопрос к поварам у меня имеется. Можете передать, что когда я выйду отсюда, то первым делом лично заставлю их сожрать всю ту баланду, которую они готовят вашим гостям, — резко повернулся в сторону опешившего графа.

— Как ты смеешь так со мной разговаривать, — холодно проговорил он, стиснув кулаки. Ближе граф подходить не стал, из чего я сделал вывод, что, так или иначе, он меня опасается по какой-то причине, а длины цепи как раз хватает на то расстояние, где он остановился.

— Как полагается княжичу с графом, который виновен в паре десятков преступлений, — буднично ответил я. — Если думаешь, что я сломаюсь и буду просить о пощаде, делясь информацией ради хороших апартаментов и вкусной еды, то должен тебя огорчить. Если это всё, то не смею вас больше задерживать.

— Через некоторое время ты сам будешь просить о том, чтобы я выпустил тебя отсюда, крысёныш. А пока побудешь приманкой. Сомневаюсь, что твой отец оставит тебя в беде и не придёт за тобой. Тогда мы его и встретим как полагается, — прорычал он, после чего повернулся к Сергею. — А ты, приведи себя в порядок. Вечером отправляешься в свой новый дом.

На этих словах в камеру зашёл ещё один охранник, ставя в центр камеры таз с водой и бросая на постель к оборотню полотенце и чистую одежду.

— Проведи с нашим дорогим гостем беседу, — задумавшись, произнёс граф, поворачиваясь к одному из сопровождающих его мужчин. — Нужно напомнить о правилах поведения и как следует разговаривать с элитой Российской империи. Наш юный княжич, видимо, забыл, что теперь он никто, как и его отец, поэтому не высказывает к нам должного уважения.

Он усмехнулся и, окинув меня в очередной раз взглядом, вышел из камеры вместе с двумя охранниками. Решётка опустилась, оставляя нас с оборотнем наедине со шкафоподобным охранником под два метра ростом. Он угрожающе хрустнул пальцами на руках и потёр кулаки прежде, чем со злорадной улыбкой двинуться в моём направлении.

Зрением душ я видел пульсирующее красное ядро силы. Значит, противник был слабеньким магом в дополнении к развитым физическим параметрам. Ну ничего, эти цепи, чем бы они не были, мою магию душ никоим образом не сдерживают, поэтому ещё посмотрим, кто будет кого учить манерам.

Он молча занёс руку для удара, удивившись, что я не то что не дёрнулся, даже не пошевелился в ответ на его действия. Пожав плечами, он направил кулак в мою голову, но я уже был к этому готов. Умножив с помощью первозданной энергии свою силу и скорость в несколько раз, я легко перехватил его руку и жёстко заломил её, заставляя охранника от неожиданности начать падать на колени. Цепи, сковывающие меня, со звоном разлетелись и ставший неожиданно большим поток энергии начал перетекать в его тело. А нет, всё-таки немного сдерживали мою магию.

Внезапно в комнате стало холодно, так же, как в доме Тихона. Пар повалил изо рта, а стены, пол и потолок начали покрываться инеем.

— Это ты делаешь⁈ — воскликнул оборотень, уже начиная клацать при этом зубами.

— Нет… — пробормотал я, но сразу же замолчал, глядя, как мужчина, которого я всё ещё держал, начал покрываться толстой коркой льда, поднимающейся вверх от моих рук. Он истошно вскрикнул, но тут же замолчал, когда ледяная капсула покрыла его голову и закрыла рот. Жизненная энергия начала покидать его тело, но не рассеиваться в пространстве, как это должно было быть, а перетекать в меня через руку, которую я не смог отнять от ледяной статуи. — Какого хрена происходит…

От автора

Дорогие читатели, Вы практически не оставляете комментарии под этой книгой. Если Вам нравится история и Вы планируете ее читать, напишите хотя бы пару слов, чтобы я знал, что мне стоит писать книгу дальше.

Глава 9

Когда душа и жизненная энергия стражника полностью покинула его тело, я смог, наконец, отнять руку от его тела. К этому моменту, вся комната уже была полностью покрыта толстой коркой льда. Оборотень во все глаза смотрел на меня, обхватив себя руками, и частично трансформировался, обрастая золотистой шерстью, чтобы хоть немного согреться. Жаль беднягу, если бы я знал, что происходит, то явно не допустил бы того, чтобы кто-то помимо охранника графа пострадал.

Внезапно я ощутил жуткую тяжесть во всём теле, словно каждая мышца налилась свинцом. Любое, даже самое незначительное движение давалось мне просто с невообразимым трудом. Вся жизненная энергия мужчины бурным потоком текла внутри меня, вплетаясь в синие нити магии. Пустое ядро пульсировало, чем вызывало ещё большие колебания магии. Сформированное кольцо ранга подмастерья начало бледнеть, а вся сила, из которой оно состояло, неожиданно начала распадаться плотной дымкой и проникать внутрь ядра, заполняя его и окрашивая в зеленоватый цвет. У меня перехватило дыхание, и я согнулся пополам, чтобы унять боль в груди и протолкнуть хоть немного воздуха в лёгкие.

К счастью, примерно через две минуты все неприятные ощущения прошли, а ядро полностью наполнилось и начало испускать из себя изумрудное свечение, которое окрашивало нити магии в точно такой же цвет. Кольцо второго ранга не распалось, а стало тонким, едва видимым взгляду. Как-то так получилось, что два вида магии слились воедино. Магия душ подпитала магию ядра, полностью сформировав оное того же ранга. Ведь, насколько я помнил, зелёный цвет ядра отвечал за второй уровень магического развития. Получается, как и предполагал ранее, магия этого мира всё же каким-то образом связана с душой и её энергией. Но почему это произошло именно сейчас? Хотя, мне кажется, я знал ответ на этот вопрос.

Лёд в камере начал стремительно таять под действием из ниоткуда взявшегося тепла и жаркого воздуха. Я посмотрел в сторону коридора через обледеневшую решётку, но никого видно не было. Как и не было слышно никаких звуков. Странно, конечно. Сомневаюсь, что подобные звуки и магические всплески были обыденностью в застенках темницы графа Разумовского.

— Что происходит? — спросил меня Сергей, забираясь с ногами на кровать, чтобы выйти из лужи воды, которая доставала ему уже по щиколотку. Трястись он перестал, но согревающую его хоть немного шерсть всё ещё не убирал.

— Я не до конца уверен, но…

Договорить я не успел. Поднявшийся из ниоткуда ветер образовал вокруг меня вихрь, в который постепенно собиралась вся вода в камере. Я стоял в центре этого водоворота, который всё увеличивался в размерах, не в силах пошевелиться под действием исходящей из него силы. Ядро ярко засияло и вся накопленная во мне энергия, включая жизненную неудачливого охранника вырвалась из моего тела, вплетаясь в этот магический смерч.

Стало очень тихо. То ли я оглох, то ли бушующая в камере магия заглушила все посторонние звуки. Стало холодно и противно, будто огромная змея обвивала моё голое тело, начиная с ног и поднимаясь всё выше. Я даже посмотрел вниз, чтобы убедиться, что ничего подобного нет и в помине. И тут я услышал шёпот. Мне не удалось разобрать, что говорит и кто, настолько шипящими и рычащими были звуки, да и язык этот я точно не знал.

— Кто здесь? — уверенным громким голосом спросил я, но мне никто не ответил, только шёпот стал гораздо громче, будто доносился совсем рядом с моим ухом.

Водоворот всё набирал обороты и начал приближаться ко мне, деформируясь, образовывая какую-то фигуру, в центре которой находился я, подпитывая этот смерч всей доступной мне силой. Я пытался хоть как-то контролировать это явление, но ни один вид магии мне не подчинялся, собственно, как и моё тело. Я словно был обычной батарейкой, из которой этот вихрь тянул энергию.

Шёпот внезапно оборвался, когда в моём теле не осталось ни крупицы магической энергии. Даже ядро, которое ещё совсем недавно заполнилось первозданной энергией, стало вновь пустым. Пошевелиться я всё ещё не мог, поэтому с замиранием смотрел, как вихрь резко распался, опускаясь плавно вниз, а затем начала собираться снова за моей спиной.

— Пресвятой бобёр, это же водяной змей Светлейшего князя, — донесся до меня испуганный голос оборотня, и в тот же момент я упал вниз от накатившей слабости.

Я опустился на одно колено, потому что полноценно встать не получилось, и повернул голову, глядя себе за спину.

Огромный магический змей, переливающийся всеми возможными цветами от светло-голубого до синего. Он возвышался надо мной, глядя своими бездонными, как глубины океана глазами, прямо в ядро моей души. Энергия, исходившая от него пульсирующими волнами, чуть ли не сбивала меня с ног, однако, мне каким-то чудом удавалось оставаться на одном месте.

Пронзающий ледяной ветер снова поднялся в камере. Но теперь он с лёгкостью вырывал прутья стальной решётки, закрывающей вход, и отбросил их в коридор, где они с жутким грохотом ударились о каменные стены, находившиеся напротив этого помещения. Камни с потолка начали сыпаться, только чудом не погребая нас под своим весом.

Змей вскинул голову и, высунув длинный язык, зашипел. Именно этот шёпот я слышал ранее, но сейчас он был громче, а волны звука, которые исходили при этом, с лёгкостью пробили стену, рядом с которой стоял, замерев в одной позе, превратившийся полностью в человека оборотень.

Было немного жутковато. Особенно оттого, что я не представлял, что могу сделать с этим воплощением магии. Сил у меня не было, магия душ истощилась полностью, и теперь кольцо второго ранга восстанавливалось за счёт первозданной энергии моей души. Я должен был взять это существо или кем оно являлось под свой контроль. Это действительно было истинным воплощением семейного дара рода Уваровых, и сегодня, в день моего четырнадцатилетия, он смог пробудиться, используя для этого не только энергию магии душ, но и жизненные силы охранника Разумовского.

— Сделай что-нибудь, — едва слышно прошептал Сергей, и змей резко замолчал, поворачивая свою огромную ледяную голову в его сторону.

Тряхнув мордой и снова высунув язык, змей направил свой взор на меня и, раскрыв пасть, резким движением устремился ко мне, в одно мгновение заглатывая моё тело. Я даже не стал уклоняться, каким-то шестым чувством определяя, что дух вреда мне не принесёт.

Волна бушующей голой магии обрушилась на меня, проникая через каждую клеточку моего тела внутрь. Магические потоки ярко засияли, чуть ли не разрываясь от переполняющей их энергии, как и ядро силы. Зрением душ я видел, что всё моё тело внутри переливается разноцветными искрами, давая ощущение неограниченной силы.

Когда процесс поглощения завершился, я поднялся на ноги, обводя взглядом камеру, точнее то, что от неё осталось. Зрение на некоторое время изменилось, окрашивая окружающие меня предметы в разные оттенки синего, но несколько раз моргнув, это наваждение исчезло, и всё вернулось в норму.

— Так ты действительно член одного из великих родов, — протянул обескураженный оборотень, аккуратно слезая с кровати, которая непонятно каким образом осталась стоять на одном месте рядом с полностью разрушенной стеной.

— Да. Нужно уходить отсюда, пока никто не сообразил, что происходит, — хриплым голосом проговорил я. Оборотень кивнул и, дёрнув руками, освободился от разорванных в нескольких местах цепей, как и от колодок, которые рассыпались от резкого движения.

Кожа в том месте, где находились стальные браслеты, была обожжена, скорее всего, под действием льда. Всё же даже зачарованный металл может рассыпаться под действием неуправляемой ледяной магии.

Где-то недалеко послышались звуки шагов и громкие голоса. Человек десять как минимум спешили к камере. Я замер перед выходом, делая глубокий вдох. Нужно избавиться от излишков энергии, которая самостоятельно стремилась вырваться из меня, но благо опыт какой-никакой у меня был, поэтому пока сдерживать её у меня получалось.

Пользоваться и преобразовывать магию рода я не умел. Не знал даже теории, отец мне об этом раньше не рассказывал, говоря, что при пробуждении дара обучение будет зависеть от начального уровня развития. Поэтому сейчас приходилось надеяться только на себя и действовать интуитивно.

Судя по шагам и как резко оборвались все звуки, стражники добрались до полуразрушенного коридора и теперь думали, что делать дальше. Высовываться из камеры я пока не спешил, пускай они сами подойдут ко мне ближе. Наконец, они, видимо, решили, что следует делать дальше, и тихо, как они думали, не создавая шума, двинулись в сторону моей камеры.

— Ах ты гадёныш! — рявкнул появившийся одним из первых стражников, который тут же увидел тело своего напарника, точнее то, что от него осталось. Направив на меня уже ружьё, он перешагнул порог камеры. — Ты за это ответишь, дрянь, — чуть ли не брызгая слюной от вспыхнувшей ярости, прорычал он, подходя ко мне ещё ближе.

— А, так вы были друзьями, — усмехнулся я, глядя в глаза мужчине. — Мне стоит приносить свои соболезнования?

— Стой, отойди от него, нужно доложить графу, — попытался вразумить своего товарища, вставшего у дыры в стене, где совсем недавно была решётка, его сослуживец. Но тот на вполне разумное замечание только дёрнул плечом и оскалился, остановившись в шаге от меня, так ничего и не ответив на мой вопрос. Дуло ружья находилось в нескольких сантиметрах от моего лица, но я всё ещё выжидал.

Когда показались остальные, а шагов в отдалении я больше не слышал, то выбросил руку вперёд, хватаясь за ствол и отводя его от меня в сторону, направляя через руку волну голой силы.

Стражника в одно мгновение снесло к остальным, сбивая тех с ног. Энергия, которую я высвободил для этого, была такой мощной, что у этого неудавшегося убийцы просто оторвало руку, которой он мёртвой хваткой цеплялся за своё оружие.

Отбросив ружьё в сторону, я снова направил очередной поток в сторону начинающих подниматься охранников. Только на сей раз это не было обычной волной силы, как я рассчитывал изначально. Морозный туман ударил по попятившимся стражникам и, окутав их, превратил в ледяные статуи не больше, чем за пару секунд. Я уставился на свои руки и, тряхнув головой, решил, что подумаю над этим позже. Пока действительно нужно было убираться отсюда, ведь силы, к сожалению, безграничными не были, а пока я работал только на их избытке.

— Знаешь, как выбраться отсюда? — повернулся я и громко спросил у находившегося в какой-то прострации бобра. Он вздрогнул и неуверенно кивнул.

— Да, мы же проектировали это здание и строили, — ответил он.

— Ну так чего стоишь, показывай дорогу, или ты хочешь тут остаться? — поторопил я его и, первым высунувшись в коридор из камеры, быстро осмотрелся. Не увидев никого постороннего, я махнул рукой, подзывая трясущегося уже от страха Сергея. Да уж, похоже, бобры далеко не самые смелые представители оборотней.

Тот быстро очутился возле меня и быстрым шагом направился прямо по коридору, вздрагивая от каждого звука. А их было достаточно много. Где-то наверху слышались шаги, звуки металла и постоянно подающие один за другим камни из того коридора, где находилась камера. Жаль, что здание не начало рушиться, видимо, бобры хоть и не герои, но действительно хорошие строители.

Не доходя до поворота, он скрылся в проходе между стенами, который был так идеально замаскирован, что я бы никогда сам бы его не заметил. Он схватил меня за руку и затянул следом за собой. Тут было достаточно светло. Стены в этом небольшом кармане, заканчивающегося тупиком, испускали лёгкое свечение, дающее необходимое количество света, чтобы разглядеть друг друга.

Спрятались мы как раз вовремя. Из-за угла буквально тут же выскочило несколько человек, облачённых в артефактные доспехи, гораздо хуже, чем у отца, но, так или иначе, мой удар они наверняка бы выдержали. Хотя больше всего меня удивило то, что все были вооружены разным оружием, от обычных мечей до современных автоматов. К счастью, они пробежали в ту сторону, откуда мы пришли не остановившись.

— Интересный схрон. Для чего он сделан? — спросил я тихо, у закусившего губу от напряжения оборотня.

— Над ним мы только начали работать. Это один из запасных ходов, должен будет повторять все стены и коридоры основного здания, выводя наружу через потайную дверь. — Пояснил он, оглядываясь по сторонам.

— И вы реально думали, что после таких работ вас бы оставили в живых? — хмыкнул я, глядя на вскинувшегося и тут же поникшего парня. Видимо, об этом они с отцом не думали. — Куда дальше?

— Наружу есть три выхода, помимо двух остальных. Но добраться до них будет не так-то и просто. Можно через систему вентиляции, она обширная, и мы сможем там пролезть, — рассудил он.

— Отлично. А ты знаешь, где обычно любит проводить время сам граф? Время прошло не так уж и много, сомневаюсь, что он покинул этот дом, — посмотрел я на Сергея.

— В своём кабинете. Он практически его никогда не покидает, как и этот особняк. А ты что задумал? Он же тебя просто так не отпустит, — нахмурился парень.

— Нужно забрать кое-что, — отмахнулся я. — Ты можешь уходить, просто расскажи, как добраться до кабинета, желательно обходя все людные места.

— Да я дальше ворот-то и не пройду один, схватят, — покачал он головой. — Поэтому я с тобой. Так есть шанс действительно выбраться отсюда. — Уверенно проговорил он. — Самое главное — нам дойти до соседнего коридора, туда можно легко пролезть и добраться до любой точки в этом доме.

В принципе, план был не так уж и плох. Да и повезло, что сокамерником у меня оказался тот, кто знал это здание довольно неплохо. Мы молча прошли в соседний коридор, постоянно останавливаясь и прислушиваясь, хотя в этом смысла особого не видел, прятаться всё равно было негде. Когда я увидел приставленную к стене лестницу и открытый люк на потолке, даже удивляться уже был не в состоянии, только надеялся, что это не было приманкой, а обычная халатность и разгильдяйство.

Забравшись вверх, мы оказались в той самой системе воздуховодов, о которой говорил Сергей. Было узко, темно и на удивление затхло. С третьей попытки я при помощи магии душ, смог зажечь небольшой светящийся шар. Из-за переизбытка сил пришлось тщательно отмерять необходимое количество энергии. Несмотря на трюк в камере, магия ещё бушевала в теле.

Не знаю, сколько мы ползли по этому узкому туннелю в тишине, стараясь создавать как можно меньше шума, но я резко остановился, когда услышал громкий знакомый голос графа. Слышимость была, кстати, очень хорошая, поэтому мы были прекрасно осведомлены о планах охраны и что они постепенно начали окружать периметр, чтобы не дать беглецам покинуть территорию особняка.

— Поиски ведутся, но их обнаружить пока не удалось, — голос был молодой и звонкий. Раньше я его не слышал. Осторожно подполз к решётке и заглянул через неё внутрь помещения, где находился Разумовский, которого я и искал.

— И как ему удалось разрушить камеру и ликвидировать обученных людей? — граф сидел прямо подо мной за широким массивным столом, перекладывая бумаги. Говорившего видно не было, видимо, находился он где-то в стороне.

— Мы не знаем. Всё указывало на то, что мальчик лишён магических сил. Вероятно, у него был спрятан ещё один артефакт, который нам не удалось обнаружить. Возможно, это тот синий медальон, который никто не смог снять с его шеи, — проговорив невидимый мною собеседник с нотками раздражения в голосе.

— Ерунда! Это обычная слеза дракона. Найди его, ни тебе, ни мне не нужно, чтобы наш род опозорился. — Граф посмотрел куда-то перед собой, поднимая голову. — Из здания он не выходил, поисковые чары говорят, что он, как и этот плешивый оборотень, всё ещё внутри.

— Но…

— Выполняй, и без хороших новостей не возвращайся, — отрезал Разумовский, вновь опустив голову и взяв со стола очередной исписанный лист.

— Хорошо, отец, — скрипнула дверь, и наступила относительная тишина. Не слишком приятное открытие. Сын наверняка тоже является магом, а я надеялся, что тут вся охрана и жители этого поместья будут максимум на уровне развития красного ядра.

Решив, что уже пора, пока граф находится в своём кабинете один, я направил тот самый ледяной туман вниз в сторону сидевшего мужчины. Правда, в последний момент он смог почувствовать опасность и практически ушёл от моей атаки, но морозный дымок всё же зацепил его и тут же окутал свою жертву, замораживая того и лишая движений.

Вынув решётку, я спрыгнул вниз, оказавшись напротив графа. Лёд вокруг него покрылся трещинами и разлетелся в стороны, превращаясь в капли обычной прозрачной воды. Отпрыгнув в сторону, я принял на щит душ какие-то алые жгуты, которые не смогли его пробить, а при соприкосновении превратились в ледышки. Щит получился гораздо мощнее, нежели должен был быть на втором ранге.

— А, вот и ты. Сам пришёл, — самодовольно проговорил Разумовский прищурившись. — Какими бы фокусами ты ни владел, ни один артефакт не сможет помочь тебе в битве против настоящего мага.

— Посмотрим, — улыбнулся я и вздрогнул, услышав радостный вопль.

— Мишка, родненький мой, ты пришёл вытащить меня из рук этого узурпатора. Мочи козла, бей. Рабовладельцам смерть! — Надрывался голос, исходящий из камня-артефакта. Граф в это время тряхнул рукой, словно пытался остудить руку, а перстень сиял всё ярче.

— Да чтоб тебя, — процедил мужчина и стянул артефакт с пальца, бросив тот на пол перед моими ногами. Перстень же, видимо, помогая себе магией, словно резиновый мячик отскочил от пола, и прилетел прямо мне на палец. Отчего по моей руке сразу побежало приятное чувство тепла.

— А ну, врежь ему чем-нибудь! Будет знать, как чужое имущество прикарманивать, — всё это время не замокал Павел. — Что вообще произошло, меня словно усыпили, проснулся только сейчас, когда ты по нему магией необработанной звезданул. Давай призови истинное воплощение магии своего рода и преврати эту наглую морду в кровавую пыль. Да, кстати, с Днём Рождения тебя, Мишаня.

Судя по тому, как небольшое количество энергии из того моря, что текло беспокойно во мне, артефакт тут же поглотил, он прекрасно чувствовал и понимал те метаморфозы, которые происходили со мной. Но что он имел в виду, когда говорил о том, чтобы я призвал истинное воплощение, мне было совершенно непонятно.

В это самое время граф всё ещё пытался сломать мой щит, но пока все его попытки были безуспешными. Я вяло контратаковал, перемещаясь по кабинету, не забыв запечатать двери, чтобы нас никто не побеспокоил.

Как только я подумал о том змее, что явился передо мной сегодня во время инициации, то почувствовал, как вся мешающая мне сила начала концентрировать в ядре и волнами исходить из груди, формируя вокруг меня знакомые очертания огромной змеи. Граф перестал что-то говорить и ухмыляться, сразу же попятившись и во все глаза глядя на голову уже полностью сформированного змея. В этот раз на истинное воплощение ушло гораздо меньше энергии, по крайней мере, кольцо второго ранга ярко светилось, а зелёное ядро довольно бодро пульсировало.

— Но как… — наконец, пролепетал Разумовский, окружая себя щитами в несколько слоёв.

— Что ты знаешь о моём отце? — ровно спросил я, делая шаг в его сторону. Змей зашипел и двинулся вместе со мной, нависая над ставшим почему-то излишне бледным графом.

— Никто о нём ничего не знает, он исчез, и все опасаются, что он готовит какой-то удар. Ты должен был быть страховкой не только для меня, но и для остальных, кто оказался под угрозой. — Затараторил он, начиная плести какое-то заклинание. Я теперь видел в его груди голубое ядро силы.

— Всего-то третий уровень. А сколько самоуверенности, — скривился я и закрыл глаза.

— Змейка — фас! — завопил Павел, и я в это время направил змея в сторону своего противника, который не только меня похитил и обокрал, но ещё и был участником нападения на мою семью. И в живых его оставлять было непростительно.

Змей несколько раз изогнулся в воздухе и полетел в сторону закричавшего графа, который тут же замолк, когда оказался в пасти управляемого мной воплощения родового дара.

— Сергей, спрыгивай, быстро, — крикнул я, и, дождавшись, когда парень окажется рядом со мной, направил замершего змея вверх.

Его силы хватило, чтобы пробить потолок, а затем и крышу, вырываясь на свободу. Раздалось громкое шипение, переходящее в рык, от которого затряслись стены и пол под ногами. После чего змей сделал круг почёта и взорвался в воздухе, окропив всё вокруг ледяной водой, капли которой долетели даже до нас. Тела графа или его частей так и не появилось. Вокруг послышались топот и испуганные голоса.

— Князь Уваров здесь! Князь! Убираемся отсюда, пока живы.

Вокруг начала подниматься самая настоящая паника, так что до меня пока никому не было никакого дела.

— Красота. — Протянул артефакт. — Но ты не обольщайся, такая сила, равная пику пятого уровня бывает только во время пробуждения дара. Больше ты призвать этого монстра не сможешь, пока не достигнешь этого самого пятого уровня. Теперь ты обычный маг второго уровня, Миша.

Мы уже тем временем выбрались в общий коридор и спокойно, никем не останавливаемые прошли через главные ворота, выходя на дорогу, которая шла через плотный лес с обеих сторон.

— Где мы, мать вашу, — прошипел я.

— На землях графа. Говорю, он строил тут скрытое поместье…

— К демонам это всё. Как выбираться отсюда, — мы сошли с дороги, прячась за массивными деревьями. Шок должен будет скоро пройти и нас наверняка, как и графа, тут же хватятся, а кто-то вспомнит, что видел, как мы выходили из дома.

— А, ну тут у меня есть идея, — проговорил Павел, и после яркой вспышки прямо перед нами появился тот самый мотоцикл, который, как я думал, остался возле заброшенной мельницы. — Там, когда всё завертелось, я консервирующие и уменьшающие чары на него наложил, да в хранилище засунул, думал, мало ли, вдруг пригодится.

— Спасибо, — проговорил я, садясь за руль и заводя мотор. — Ты со мной, или каждый сам за себя? — обратился я к обескураженному от всего происходящего оборотню. Он, недолго думая, сел позади меня.

— Конечно, с тобой. Мне теперь деваться некуда. Наверняка будут искать, а семью свою подставлять я не стану, — буркнул он.

— Ну, тогда погнали. Свалим отсюда подальше, а там видно будет. — Произнёс я и сорвался с места, выезжая на дорогу и поднимая столб пыли за собой.

Глава 10

Когда начали появляться первые поселения и прохожие, а сами мы едва не натолкнулись на патруль из пятерых человек, нам пришлось оставить мотоцикл. А точнее, спрятать его при помощи артефакта в пространственное хранилище и дальше двигаться пешком, чтобы не привлекать внимание.

Мы решили направиться для начала в Новоникольский монастырь, путь, конечно, не слишком близкий, займёт дня три, если без приключений, но более разумной идеи у нас не появилось. Сейчас он практически опустел, ведь почти все же клирики, которых в нём готовили, были отправлены на войну. Но он всё ещё работает, и там точно никто не станет спрашивать, кто ты и откуда. Если ты не демон, конечно. А там уже можно потихоньку получить информацию о ситуации в империи, да более точно определиться с дальнейшими планами.

Как оказалось, граф Разумовский имел свои владения в Томской губернии. Стройку он вёл в непролазной глуши, как я понял, именно для ведения своих не слишком законных дел. Поэтому выбирались мы оттуда полдня, выехав на более-менее оживлённый тракт только к вечеру, когда уже начало темнеть.

Далековато меня закинуло от столицы. Возвращаться в село Великое я и так не собирался, как ни крути, а там озлобленные родственники графа будут искать меня в первую очередь. Но даже представить себе не мог, что окажусь в нескольких тысячах километров от своего родного княжества. Думается мне, отец так далеко от столицы вряд ли будет меня искать. Но, с другой стороны, он сам, как в воду канул, поэтому сомневаюсь, что наша встреча с ним будет скорой. Нужно было двигаться дальше и самому заботиться о себе.

— Сколько до ближайшего селения? — спросил я у плетущегося рядом со мной оборотня, который неплохо ориентировался в этой местности. Хотя тут сплошной лес и дорога, идущая сквозь него. Тяжело было бы заблудиться, идя просто по прямой.

— Вёрст десять. Небольшая деревенька Гусево. — Вяло отозвался он. Последние полчаса он едва передвигал ногами и тяжело сопел себе под нос, даже перестал говорить. Как и храбрость, физические параметры у бобров, похоже, были не самой сильной чертой. — Там мы можем остановиться на некоторое время. Троюродная тётка по материнской линии обосновалась в этой деревне со всем своим семейством. Надеюсь, не прогонит, — как-то неуверенно проговорил он, глядя себе под ноги.

— Ты же сказал, что к своей родне не пойдёшь, — благоразумно ответил я, оглядываясь по сторонам. Было уже совсем темно, поэтому нужно выбрать место для ночлега.

— Ой, да кто ж о ней узнает-то, — махнул он рукой, останавливаясь рядом со мной. — У нас очень большое семейство, если по всем ходить, так и месяца не хватит. Да и бобры своих не сдают. Бывают, конечно, исключения, но крайне редко, — задумчиво добавил он, глядя перед собой на приближающийся к нам огонёк. Я слышал вдалеке рычащий звук мотора. Не слишком благоприятный для нас знак.

— Хорошо, давай тогда устроим стоянку на ночлег, а поутру уже двинемся дальше, — махнул я рукой на небольшую полянку, окружённую густым лесом, в котором можно было устроить привал и отдохнуть. — Не хочется мне среди ночи встретиться с кем-нибудь на дороге. Обычно ничем хорошим это не заканчивается.

Оборотень кивнул и первым сошёл с дороги, прячась за высокой бровкой. Я присоединился к нему как раз за несколько секунд до того момента, как мимо пронеслась машина, осыпав нас песком и грязью. Кто-то куда-то очень спешил.

Зайдя вглубь леса на границу с приглянувшейся мне полянкой, я первым делом начал чертить защитные руны с четырёх сторон, которые после активации возвели матовый полупрозрачный барьер вокруг нас. Он не только защитит нас от обычного зверя, заглушит все звуки, которые мы издаём, а также не даст разглядеть с внешней стороны, что происходит внутри, но и оповестит о приближении более сильного врага. Конечно, мага даже уровня развития красного ядра он не задержит, но по крайней мере, даст нам время подготовиться к встрече.

Пока я устанавливал купол, Сергей уже успел наломать веток под лежаки и соорудить костёр, который оставалось только разжечь. В животе предательски заурчало, и я вытащил из кармана последние два питательных походных батончика, которые нашёл в небольшом багажнике мотоцикла, коря себя за то, что даже не подумал о еде, пока ещё было светло.

Помимо лёгкой еды, там обнаружился небольшой мешочек с двумя десятками серебряных монет, неплохие деньги для подобного путешествия, а также точно такое же объявление о розыске отца и всех членов моей семьи. Похоже, кто-то действительно открыл охоту на мой род и разослал подобные листы всем заинтересованным лицам.

Направив небольшое количество энергии в центр собранного кострища, я зажёг его маленькой искрой синего пламени. Стало заметно теплее. Усевшись на ветки, протянул батончик Сергею и сам открыл обёртку своего, откусывая кусок. Это совершенно невкусно, но довольно питательно. Предыдущего нам хватило ровно на пять часов, прежде чем снова захотелось есть.

— Так ты действительно сын князя Уварова? — нарушил тишину парень, разглядывая меня настолько внимательно, будто только что увидел.

— А у тебя ещё есть какие-то варианты? Сам же видел моего водяного змея, — пожал я плечами, глядя на перстень, который по какой-то причине уже несколько часов молчал. Я уж, грешным делом, начал задумываться над тем, не произошло ли с ним чего.

— А нам всем сказали, что вся семья князя погибла при пожаре, а сам он попал в плен к императору демонов и там был убит перед подписанием договора о перемирии, — прищурился он.

— Кто вам это рассказал? — удивился я подобной трактовке произошедших событий.

— Так, в газете прочли. Там ещё была написано, что император Российской империи, Его Величество Василий Степанович Годунов, скорбит вместе со всей страной по ушедшему герою этой страшной войны. — Процитировал он прочитанное ранее с торжественно-скорбной миной на лице.

— Хорошо. Просто ответь мне, как в пожаре могли сгореть сильные маги рода Уваровых? Просто любопытно, — усмехнулся я. Нет, пожар, конечно, был, но уже после свершившегося нападения.

— Ну-у, — нахмурился он и глубоко задумался. — Может, они спали, или ещё чего.

— Как, оказывается, просто ввести в заблуждение обычных людей и не совсем обычных тоже, — покачал я головой.

— Хорошо, спрашивать, что случилось, не стану, но если тебя и твоего отца, как я понял, ещё ищут, то тебе нужно что-то делать с твоей внешностью. Она слишком, как бы это сказать, запоминающаяся. Особенно глаза.

— Они вернули себе синий цвет? — Кивнул я, подозревая, что так оно и было.

— Ещё не до конца, но уже достаточно яркие. — Подтвердил Сергей, с грустью доедая последние крошки.

Хорошо, что я догадался использовать руны отвода глаз. Нет, нас видели, но смогли бы разглядеть, только если бы специально акцентировали на нас внимание. Хотя кто будет разглядывать двух потрёпанных подростков в рваной и грязной одежде, плетущихся медленно по дороге. Таких только нам встретилось по дороге несколько групп. А так да, он прав. С внешностью определённо нужно было что-то решать.

— Ну что, великий артефакт, что ты можешь предложить мне в качестве маскирующих чар? — обратился я к перстню, поднося его ближе к глазам. Он потеплел, а затем у меня в руке появилось зеркальце. Оно было тяжёлым из-за рамы, окружающей зеркало витиеватым плетением, а также из-за массивной неудобной ручки. Посмотрев в него, увидел только своё отражение.

— Кхм, — прокашлялся Павел, подавая голос. — Я думал и не обратишься уже ко мне. Я-то чего молчал, чтобы ты не отвлекался на меня. А то сам понимаю, что разговаривать с самим собой не слишком правильно. Люди всякое подумать могут. — Щебетал он, получив возможность для разговора. — И чего ты хочешь? Предупреждаю сразу, можно сделать небольшую иллюзию, тогда её даже высокоуровневые маги не заметят. Можно заморочиться и поменять вес, рост, возраст, даже пол, но чем больше иллюзия, тем выше шанс спалиться.

— Давай изменим только лицо, — даже не раздумывая, проговорил я. — Так, слегка. Всё равно мало кто знает, как я выгляжу на самом деле.

— Отлично. У меня даже есть идеи, — воодушевился он. — Можно сделалать тебя лысым, лоб такой большой, глаза низко посаженные, губы тонкие, а само лицо круглое и жёлтое. Так точно никто не признает!

Я смотрел в зеркало, где видел, как начинают меняться очертания моего лица. Судя по заинтересованному взгляду оборотня, внешне я пока не менялся, и все эти метаморфозы были исключительно в отражении зеркала. На меня смотрел лысый, туповатый парень, без определённого возраста, и, судя по цвету лица, явно чем-то больной. Глубокие складки на лбу и возле глаз делали намного старше, чем я был на самом деле. Можно было предположить, что тому, кто отражался в зеркале, было от пятнадцати лет до бесконечности.

— Стоп. — Остановил я артефакт, немного поморщившись. — Без таких крайностей. Волосы оставить, сделать немного светлее, кожу чуть смуглее, можно скулы немного сгладить, нос чуть больше закруглить, и самое главное, цвет глаз изменить, например, на карие. Этого хватит.

Пока я говорил, видел, как меняется моя внешность, превращая в обычного, ничем не примечательного парня. Тот, кто отражался в зеркале, не был похож на аристократа, а приходился скорее дальним родственником, стоявшего рядом со мной Сергея.

— Нет, так не пойдёт. Это разве изменения? — недовольно проворчал Павел. — Давай хотя бы бородавку тебе на нос посадим. Такую большую, чтобы все взгляд отводили и не всматривались в лицо. А лучше, сделаем нос, как у сифилитика. Такой впалый, уже отвалившийся. Гарантирую, никто даже разговаривать с тобой не станет, а бородавку посадим на лоб. Прямо в центр…

— Хватит, — рыкнул я, стараясь не смотреть на того урода, что проявился после слов артефакта. — Сделаем так, как я сказал, без лишних экспериментов.

— Ты скучный какой-то, — буркнул голос. — А потом не говори, что я не предупреждал и не хотел сделать так, как лучше.

Сформированная картинка в отражении неожиданно отделилась от зеркала и тонкой, прозрачной плёнкой двинулось к моему лицу, покрывая его, словно маской. Я чувствовал что-то лёгкое на своей коже, но проведя пальцем по щеке, по ощущениям иллюзию отличить не смог.

— Вот это да, — протянул оборотень, подходя ко мне ближе и разглядывая моё лицо. — Теперь ты сам на себя непохож. А мне так можно?

— Можно, но смысла не вижу, — ответил Павел сразу же. — Мало того что его искать никто не будет, так и ему нужно всегда находиться поблизости со мной, чтобы чары иллюзии не распались. А то неловко получится, если он решит уединиться с какой-нибудь красоткой, а вместо писанного красавца, девчуля после страстной ночи обнаружит вот этого любителя покушать.

— Нет, к сожалению, — стараясь не рассмеяться, представляя себе эту картину, проговорил я.

— А жаль, — разочарованно проговорил он. — Ну да ладно, главное, что сейчас в тебе никто княжича не признает, так что поутру можно продолжить путь…

Его прервал женский крик, переходящий в визг, донёсшийся со стороны дороги. Он повторился, но теперь уже в другом месте, практически рядом с нами.

— Мне же не послышалось? — решил я уточнить у округлившего глаза оборотня.

— Ну, если это слышали все трое, то вряд ли это обычная галлюцинация от физического истощения, — резюмировал Павел. — Что, пойдём посмотрим, или пусть себе орёт, надолго её вряд ли хватит. В конце концов замолчит, и мы сможем спокойно переночевать в тишине, ну, если гости не заявятся, расправившись с горластой девчонкой.

Крик повторился, но буквально тут же оборвался, погружая тёмный лес в тишину. Странное это место всё-таки было, я только сейчас отметил, что не слышал никаких посторонних звуков до того момента, как не начала кричать женщина.

— Оставайся здесь, я посмотрю, что там происходит, — бросил я Сергею, который уже подхватил небольшое брёвнышко и испуганно озирался по сторонам.

— Ну уж нет. Один я точно тут не останусь, — нахмурился он, и, видимо, решив проявить хоть немного храбрости, шагнул вперёд, стараясь пересечь окружённый мною периметр, но припечатался головой в матовую стену с характерным звонким звуком.

Я молча подошёл к одной из рун и аккуратно её затёр, чтобы прекратить её действие. Купол молча растворился молочной дымкой, полностью открывая проход в тёмный лес, едва освещённый полной луной.

— Кажется, последний раз оттуда кричали, — шёпотом проговорил оборотень и указал рукой вглубь леса. Я кивнул, соглашаясь с ним, и тихо двинулся в эту сторону, прислушиваясь к каждому шороху, пока, наконец, среди деревьев, не увидел искры от костра и не услышал голоса.

Аккуратно выглянув из-за ствола многовекового дуба, я огляделся. Их было четверо: молоденькая девушка, которую приматывали в данный момент к дереву, и трое мужчин, одетых в форму обычных солдат гарнизона на заставе. И что они тут забыли? Поблизости нет застав, насколько мне было известно.

Девушка молчала, что было не удивительно, учитывая кляп, который запихнули ей в рот. Её огненно-рыжие волосы разметались по лицу, а из ярких, светящихся в темноте глаз сыпались золотые искры, которые мне было видно даже с такого расстояния.

Я осмотрел всех при помощи зрения душ и поморщился. Пленница была обычным человеком, магом с начинающим формироваться ядром, а вот её похитители людьми точно не были. Этот чёрный дым вместо первозданной энергии души, и распространяющаяся по телу чёрная кровь, говорили только об одном:

— Демоны, — прошептали мы с Сергеем в голос и переглянулись.

— Оборотни могут видеть их истинное обличие, — едва слышно ответил он на мой вопросительный взгляд. А ты…

— Потом, — отвернулся я, думая над тем, что делать. К этим мерзким тварям у меня ненависть ещё из прошлой жизни. Что мы имеем. Три демона низшего звена. С такими может без проблем справиться и клирик, хромой и немного слепой, имея в руках только тяжеленное кадило.

— Не думал, что нам подвернётся такая удача, — оскалился один из них, обходя пленницу и останавливаясь перед ней. — Думаю, повелитель будет доволен такому дару. Чем дьяволы не шутят, может, даже наградит за верную службу.

— Слушай, может, сначала сами затаримся? — спросил стоявший с ним товарищ. — Всё одно, она игрушка с вечным двигателем. Так, хоть и у самих запасы какие-никакие останутся.

— Идея неплохая. Тащи тару, — проговорил он. Я пока ничего не предпринимал, тщательно царапая руну у себя на ладонях. Делать это обычной щепкой было не очень практично, тяжело и довольно долго, но ножа или какого другого острого предмета у меня под рукой не было.

— Ах! — неожиданно отшатнулся оборотень, наступая на какую-то засохшую ветку, которая под его ногами предательски хрустнула. Я перевёл взгляд на поляну и выругался в голос, глядя на то, как один из демонов полоснул острым кинжалом по шее девушки, и подставил обычную банку, в которую стекала тонким ручейком кровь.

— Иди посмотри, — рыкнул демон молчавшему до этого третьему, кивая в нашу сторону.

— Уходи, — шепнул я Сергею и сделал несколько шагов в сторону, чтобы встретить эту тварь уже полностью подготовленным.

Как только он зашёл за дерево, скрываясь от глаз своих демонических друзей, я выскользнул прямо перед ним и, не дав сориентироваться, зашёл ему за спину и ударил под коленями, заставляя завалиться. Демоны были сильнее обычного человека, но у низших демонов это было единственное преимущество. Как только он начал падать, я зажал ему рот ладонью, на которой был уже выгравирован символ связывания, чтобы он не смог покинуть это тело, а вторую приложил ко лбу, где была запечатлена руна, убивающая демонов. Пустив несколько потоков энергии, я активировал обе и увидел, как тело демона начинает дымиться, а из его глаз начинает вырываться адское пламя, обжигая мне немного ладонь и выжигая этот чёрный дым из тела навсегда.

Когда огонь погас, я аккуратно положил тело на землю и осмотрелся. Сергея видно не было. Хорошо, всё-таки послушался дельного совета и смылся. Прошло не больше десяти секунд, но всё равно долго. Времени, чтобы спасти эту несчастную, совсем не оставалось.

Я вышел на поляну, уже не скрываясь, но не успел ничего сделать, как стоявшее рядом с демонами огромное дерево хрустнуло и стремительно начало заваливаться прямо на них. Придавило их сильно, конечно, подобным демона не убить, но из игры на время выключить можно. Пока они не опомнились, я стремительно подлетел к ним, прикладывая ладони, из которых ещё сочилось немного крови сначала к одному находившемуся во временной отключке демону, а затем и к другому, уже начинающему приходить в себя. Два небольших выброса энергии души, и обе твари отправились обратно в ад.

В это время, из-за сваленного дерева, показался Сергей в своей второй ипостаси. Гигантский, стоящий на задних лапах жирный бобёр, смешно переваливаясь, быстро подбежал к мёртвому демону, и, взяв у него кинжал, начал разрезать верёвки на пленнице, освобождая её. Подхватив освобождённую девушку, я аккуратно опустил побледневшее тело на землю. После чего оторвал от рубашки небольшой кусок тряпки и приложил к ране, стараясь хотя бы так остановить кровь.

Девушка неожиданно открыла глаза и захрипела, хватаясь ослабленной рукой мне за руку, стараясь отвести её от своей шеи.

— Всё хорошо. Мы сейчас придумаем, как тебе помочь… — Попытался я успокоить её.

— Назад! Быстрее отойдите… — Прохрипела она и закрыла глаза. Её рука безвольно упала, а жизненная энергия угасала, рассеиваясь в пространстве.

Мы едва успели отскочить, когда яркое пламя неестественного золотого цвета поднялось прямо из груди этой незнакомки и за считанные мгновения окутало все её тело, сжигая меньше, чем за минуту дотла.

— Ты понимаешь, что происходит? — тихо спросил у меня Сергей, превращаясь в человека и непонимающе глядя на кучку пепла, образовавшегося на том месте, где лежала девушка.

Глава 11

К сожалению, ответить я не успел. Единственный источник света, исходящий от переносного светильника, стоявшего на земле и принесённого, по всей видимости, теми демонами, потух, погружая нас в полную темноту. Это произошло так неожиданно, что оборотень отпрыгнул в кусты, где, видимо, от страха, начал громко икать. Я только покачал головой и направил небольшой светящийся шарик вверх.

На поляне, где мы стояли, поднялся легкий ветер. Мне он показался довольно подозрительным, потому как ветки деревьев не колыхались, да и лёгкого гула и шелеста, как должно быть всегда в лесу, слышно не было. Прохладный воздух приятно окутывал меня, остужая разгорячённое скоротечной схваткой тело. Но одновременно с этим этот таинственный ветер согревал, давая необходимое тепло, чтобы не дать сразу же замёрзнуть.

Пепел, лежавший на земле неоформленной кучей, начал подниматься вверх, разделяясь на мельчайшие частицы и собираясь одна за одной в замысловатую фигуру. Это зрелище притягивало взгляд и словно гипнотизировало, по крайней мере, я не мог оторваться и просто смотрел, как постепенно формируются человеческие очертания.

— Нет, ну это уже перебор для моей нестабильной психики, — шёпотом проговорил артефакт, добавляя что-то уже совсем неразборчивое. — Они же уже лет сто, как вымерли! — громко воскликнул он.

Я не отвечал, рассматривая, как крупицы пепла поочерёдно вспыхивают ярким пламенем, которое в конечном итоге полностью объяло полупрозрачное тело. Огненный кокон закрыл от посторонних взглядов этот процесс возрождения, поэтому мне оставалось только ждать, когда он опадёт, чтобы увидеть конечный итог.

— И что, ты даже не спросишь, что это такое? — с подозрением в голосе поинтересовался Павел.

— Я догадываюсь, что это, — тихо ответил я, делая несколько шагов назад, когда жар пламени начал доходить до меня, хотя с оборотнем мы находились уже довольно далеко от его эпицентра.

— Феникс, — посмотрел на меня Сергей глазами, наполненными одновременно восторгом и страхом. — Я слышал много сказок про них, но никто не верил, что они не только существуют, но и в принципе когда-либо существовали, — тихо проговорил он и вновь повернул голову в сторону всё больше разгорающегося пламени.

Я тоже читал в детстве легенды и сказки про этих дивных существ, которые могут воскреснуть из пепла и превращаться в огромных огненных птиц. Но мать всегда говорила, что это просто выдумки, как и единороги. Хотя, что необычного в лошади с рогом во лбу я не понимаю до сих пор.

Пламя вспыхнуло и разделилось на два огненных потока, направленных в разные стороны, чуть не задевая стоявшие рядом деревья и раскалывая тем самым сформированный кокон. Несколько секунд, и эти неоформленные сгустки превратились в огромные огненные крылья, которые, расправившись, сложились, укутывая собой покрытую пламенем хрупкую фигурку.

Я непроизвольно задумался над тем, что из тех историй на самом деле является правдой. Если бы эти существа были настолько сильны, как их описывали разные чародеи и сказители, то вряд ли бы эта девушка смогла так легко попасть в плен к трём слабым демонам. Не могу исключить, что восставать из пепла, это их единственная уникальная способность. Я невольно поморщился, вспоминая, что зрением душ видел в ней обычного человека. Нет, не так, я видел мага на ступени формирования ядра. И так же, как и в случае с Сергеем, не смог определить в девушке сверхъестественное создание. Похоже, мои знания из прошлой жизни тут не так уж и хорошо могут помочь.

Огонь тем временем резко потух. Стало очень темно, даже мой светящийся шар не мог пробиться сквозь нависшую над нами тёмную завесу. Когда чёрный дым рассеялся, то я сделал несколько шагов вперёд, разглядывая полностью обнажённую девичью фигуру. Она сидела на земле, прижав колени к груди и обхватывая их руками. Голова была опущена, поэтому я не смог разглядеть её глаз, но огненно-рыжие волосы явно говорили, что передо мной находилась та же девушка, которую мы с оборотнем отбили у демонической троицы. Она не двигалась и даже, как мне казалось, не дышала. Но кто его знает, как происходит процесс возрождения у этих созданий.

— Эй, с тобой всё в порядке, — всё же решился обратиться к ней.

Неожиданно она вздрогнула. На её теле проявились огненные линии, повторяющие ход крупных сосудов, но очень быстро потухли, не оставляя после себя ни единого следа. Вскинув голову, она посмотрела на меня глазами, в которых только сейчас начало затухать бушующее пламя.

— Что вы… О нет, отвернитесь! — воскликнула она, ещё плотнее обхватывая себя руками, как только её взгляд стал более осмысленным, и она поняла, что произошло. На её щеках появился румянец, который было видно даже при таком тусклом свете, испускаемым моим шаром.

— Да, конечно, — сообразил я, что пристально рассматриваю обнажённую девушку, и резко развернулся к ней спиной, чтобы ещё больше её не смущать.

Схватив за руку опешившего оборотня, который, открыв от изумления рот, неприлично пялился на девчонку-феникса, я заставил его отвернуться. Но по всей видимости, он этого даже не заметил.

За спиной послышалась какая-то возня вперемежку с тихими ругательствами, произнесёнными незнакомкой сквозь зубы, и короткими перебежками босых ног по голой земле.

— Могу прокомментировать, — раздался очень довольный голос Павла, который, как я понял, видел всё, что она в этот момент делала. — На вид лет пятнадцати-семнадцати, не больше, но уже есть на что посмотреть, — начал вещать артефакт голосом кота, обожравшегося сметаны. — Фигурка — огонь. Немного неоформленная, конечно, но без каких-либо изъянов. Ну тут удивляться не стоит. После смерти — полное обновление. Звучит, как слоган какой-то клиники косметологии и эстетики, — отвлёкся он и не некоторое время замолчал. — Ах да, о чём это я, как подрастёт, будет просто загляденье, — закончил он свою оценку внешности спасённой нами девушки.

— Мне нечего надеть, — как-то растерянно раздался голос за спиной. — Все вещи сгорели. Как же так, что же теперь делать, — пробубнила она.

— Я…

— Не поворачивайся, пожалуйста, — чуть не плача остановила она меня, когда я хотел предложить своеобразный выход из положения, и слегка повернул голову.

— Я хотел сказать, что могу на первое время наложить иллюзию. Полноценную одежду она, конечно, не заменит и не согреет, но поможет скрасить то чувство неловкости, которое сейчас присутствует в этом месте, — проговорил я прокашлявшись.

— А ты правда это можешь сделать? — спросила она и, судя по звукам, перестала метаться по небольшому пяточку между деревьев и остановилась в непосредственной близости от нас. Сергей всё ещё каким-то отрешённым видом смотрел прямо перед собой, и я не мог понять, что именно ввело его в такое состояние: то ли то, что стал свидетелем возрождения мифического феникса, то ли впервые увидел голую девчонку.

— Да, только не отходи от меня дальше… — замолчал я, выразительно косясь на перстень.

— Трёхсот метров, — с готовностью ответил Павел.

— Трёхсот метров, — повторил я. Перстень нагрелся, поглощая немного моей первозданной энергии.

— Готово. Получите — распишитесь, — ответил артефакт, и я сразу же обернулся, чтобы посмотреть, что он натворил.

Я с ним знаком не так уж и давно, но с него сталось бы облачить её в какой-нибудь откровенный яркий наряд, вспоминая, что он хотел сделать с моей внешностью меньше часа назад.

— Спасибо, за всё, — в очередной раз встретившись со мной взглядом, немного смутилась она и опустила голову, рассматривая простенькое платье из серой ткани, которое больше походило на ночную сорочку. Я незаметно выдохнул, мысленно хваля Павла за проявленное благоразумие. — Меня Мила зовут, — проговорила она, поднимая голову и уже начиная изучающее меня разглядывать. — Милослава.

— Меня Михаил, а этого шокированного происходящим оборотня — Сергей, — представился, обводя взглядом эту небольшую поляну и останавливая его на демонах.

Обойдя Милу, я приблизился к ним и присел, начиная осматривать их карманы. Они оказались пусты, а из оружия, кроме того кинжала, который лежал возле дерева, ни у кого ничего не было.

— Почему вы спасли меня? — я повернулся к девушке, которая всё ещё не сводила с меня напряжённого взгляда, закусив при этом губу.

— А почему мы не должны были этого делать? Молоденькая девушка, которая не может себя защитить от трёх демонов. Как мы должны были поступить, пройти мимо? — ответил я усмехнувшись. — Почему ты не смогла ничего им противопоставить, ты же, хм, феникс? — спросил, подбирая слова.

— Мы ничем не отличаемся от обычных магов, — пожала она плечами. — Имеем некоторые особенности, но до пробуждения дара они мало чем могут помочь в бою.

— Тебе сколько лет? — продолжал я свой допрос, при помощи энергии магии душ оттаскивая бревно в сторону и начиная раздевать убитых демонов. Они были невысокого роста и худощавые. Если одежда и будет нам великовата, то ненамного. Всё же, мы тоже одеты не совсем по погоде. А так будет теплее и не нужно тратить энергию для того, чтобы поддерживать оптимальную температуру тела.

— Шестнадцать. Пробуждение магии огня у нас происходит в семнадцать, — ответила она. — Можно кое о чём попросить? — с некоторой заминкой произнесла Мила. Я кивнул, не отвлекаясь от своего увлекательнейшего занятия. — Я могу остаться с вами на некоторое время? Хотя бы на ночь. Просто… Мне немного страшно оставаться одной в тёмном лесу, после такого. Да ещё и голой.

— Разумеется. Если обещаешь, что не кинешься на нас и не спалишь заживо, — проговорил я, оглядываясь на феникса.

— Договорились, — улыбнулась она и с нескрываемым облегчением выдохнула. — Что ты делаешь?

— Добываю нам одежду. Как ты видишь, мы тоже не особо готовы к прогулкам по весеннему лесу, — проговорил я, стягивая сапоги.

— Я могу помочь. Моя тётка, у которой я жила последние три года, работала швеёй. Она научила некоторым особенностям, как подшить одежду, да и очистить её. Я, конечно, ещё не пробудившаяся, но кое-какие способности у меня уже есть. А обычная бытовая магия может работать и без подпитки ядра, — проговорив, она с готовностью сложила собранные мною в кучу вещи и взяла половину себе на руки.

— Всё закончилось? Я могу повернуться? — подал голос Сергей, который отошёл от ступора.

— Добро пожаловать в реальный мир, — поприветствовал я оборотня, который только хмуро на меня при этом посмотрел. — Эта милая девушка Мила, а тебя я уже представил, — хмыкнул я, поднимаясь и указывая на оставшиеся вещи. — Возьми их и отнеси к нашей стоянке. Там и костёр есть, да и барьер я восстановлю.

Оборотень кивнул и, не глядя на Милу, поднял с земли вещи и молча ушёл к месту расположения нашего своеобразного лагеря.

— Он не всегда такой, просто немного неожиданно всё произошло, — пояснил, видя некоторое недоумение на лице рыжеволосой девчонки.

— Понимаю. Кстати, возьми это. Такими ценными вещами не стоит разбрасываться, — она кивнула, указав на банку, всё ещё лежавшую на земле рядом с нами, наполовину заполненную её кровью. Каким-то невероятным образом при падении она не разбилась, и из неё не вытекло ни капли. Я нахмурился, не понимая, зачем мне это нужно. — Кровь феникса — универсальное сильное и мощное лекарство. Может залечить практически любые раны, даже очень серьёзные. Голову, конечно, не отрастит, но с остальным справится. — Улыбнулась она.

— Зачем ты мне это говоришь? Это очень опасная информация, — осторожно проговорил я, поднимая тару с земли. Поискав глазами, чем можно её закрыть, я обнаружил крышку от неё, которую выпустил демон из своих рук в момент нашей с оборотнем атаки.

— Ну, о том, что моя кровь много стоит, ты наверняка догадался по тому, что они её собирали в банку. — Кивнула она в сторону тел. — Я просто рассказала, как ты можешь её использовать. Но мне не кажется, что вы из тех людей, которые из корысти начнут её из меня откачивать. Вы спасли меня, и я хоть как-то должна вас отблагодарить.

Она развернулась и побрела в ту сторону, в которую утопал оборотень. Нет, с такой наивной точкой зрения на происходящее не удивительно, что её поймали. Странно, что только сейчас.

— А давай мы положим это в наше хранилище. Не разобьётся, да и ни капли не выльется, уж я за этим присмотрю, — предложил Павел, как только девушка-феникс скрылась из вида. Не перстень, а какой-то запасливый хомяк.

Я пожал плечами, давая таким образом своё согласие, и тут же банка исчезла с неяркой синей вспышкой из моих рук. Подобрав кинжал и засунув его в ножны, которые снял с трупа, я повесил его на пояс и пошёл в сторону первого уничтоженного мной демона, чтобы снять вещи и с него. Как ни крути, нас внезапно сейчас оказалось трое.

— Так, мы и очутились тут, — услышал я, как Сергей закончил что-то рассказывать, как только подошёл к нашему лагерю.

— Похоже, мы бобров в разведку не берём, — хмуро прокомментировал я, восстанавливая стёртую руну и вместе с ней и защитный барьер.

— Я просто рассказал, что мы были в плену, и как только появилась возможность, смогли сбежать, без деталей и подробностей, — насупился оборотень, как-то укоризненно на меня глядя. Мол, как ты вообще мог подумать, что я первой встречной раскрыл все наши тайны.

— А ты как оказалась здесь? — спросил я у Милы, которая в это время раскладывала по земле вещи и очищала их при помощи бытовой магии. Это я видел по облачку пара, которое исходило из её рук и распространялось по вещам, делая их заметно чище.

— На моё поселение, куда меня отдали родители на воспитание, когда началась война, напали призраки. Их было много, и они были очень злыми. Буквально тридцати минут им хватило, чтобы стереть наш посёлок с лица земли. Меня, как вы понимаете, подобным способом не убить, — глубоко вздохнула она, не поднимая головы и продолжая корпеть над вещами.

— Ты сказала призраки? — переспросил я, вспоминая то, что произошло в селе Великом не так давно.

— Да. Из-за демонических колонн они не смогли упокоиться и остались в этом мире. Влияние тёмной энергии сделало из них самых настоящих монстров. Это я узнала из соседнего посёлка, где смогла выжить только одна травница, находившаяся в момент атаки в городе. Это произошло одновременно в нескольких сёлах, разбросанных на достаточном расстоянии. Такое чувство, что им, будто кто-то приказал напасть на людей всем вместе, — делилась довольно важной для меня информацией Мила.

— Что за демонические колонны? — вот и ответ на вопрос, что именно закрыло завесу. И, как я понял, это далеко не локальная проблема одного только моего княжества.

— Ты не слышал? — удивлённо спросила она, но я отрицательно покачал головой. Отец мне не рассказывал, да и как мог, старался уберечь от войны и всего, что было связано с демонами.

— Я тоже о подобном не знаю, — вклинился оборотень, с интересом слушая рассказ девушки.

— Да наверное, об этом мало кто знает, — потёрла Мила лоб, на мгновение задумавшись. — Когда демоны вторглись в империю, сразу появились группы колонн, расставленные на удалении друг от друга по четырём сторонам света, в разных частях страны. Это был своего рода маяк, через который они хотели проникнуть сразу вглубь империи. Но князь Уваров быстро сориентировался и наложил какое-то мощное заклинание, прибегнув к помощи остальных Светлейших князей и сильных магов. Но какое-то время назад, колонны снова стали испускать тёмную энергию. Что это такое я не знаю, но подозреваю, что ни к чему хорошему это не приведёт.

— Откуда тебе об этом известно? — поинтересовался я. Всё же, сомневаюсь, что о подобном печатали в газетах.

— Мои родители ушли на войну одними из первых. Их лично пригласил в свой отряд князь Уваров. Тогда и подслушала их разговор. Отец — маг голубого ядра и лично знаком с князем, ну а мать, сам понимаешь, кто. Это знал и отец, и каким-то образом прознал и Уваров. Фениксы изначально формируют жёлтое ядро силы, поэтому и становятся очень сильными магами огня. У матери уже было чёрное, — сжала она губы и вытерла глаза, не поднимая на нас головы. Наступила тишина, которую никто не смел нарушить. — Я не знаю, что с ними. Когда произошло это, якобы перемирие, они пропали вместе с князем. От них каждый день была хоть какая-то весточка, но уже месяц ничего не слышно. Феникса не так просто убить, но все же эти существа смертны.

— Как ты тут очутилась? — решил я перевести эту тему. Мы с ней оказались практически в одинаковых условиях, но у меня был хотя бы бонус — благодаря слезе дракона я знал, что отец, по крайней мере, жив.

— Я сбежала. Взяла лошадь с повозкой и понеслась прочь от того жуткого места. Я ехала в Новоникольский монастырь, но попалась в руки демонам. Недалеко отсюда. Там на дороге ещё стоит моя повозка и, возможно, лошадь, но одна я больше не рискну выходить на дорогу. — Тряхнула она копной рыжих волос. — Вот, готово. Правда, делала на глаз, но должно подойти, — она протянула сложенный комплект одежды мне.

— Почему именно в Новоникольский монастырь? — спросил Сергей, пока я натягивал штаны и куртку.

Всё было по размеру, даже обувь, которую она каким-то непонятным образом смогла уменьшить. Выглядело, конечно, всё равно слишком топорно и немного неровно, но к подобному в нашей ситуации придираться не стоило. Так, хотя бы на оборванцев похожи не будем. А подобная форма шьётся всем на заставах, поэтому не было ничего удивительного в том, что подростки разгуливают в подобной одежде внутри империи. Как только подвернётся возможность, нужно будет одежды всем прикупить. Я посмотрел на Милу, почему-то подозревая, что она первое время точно будет держаться с нами рядом.

— Оттуда ведёт портал в одну из школ, где обучают Стражей. Самое безопасное место для меня, да и мать училась именно там, — проговорила она, протягивая стопку одежды оборотню.

— Какая любопытная и неожиданная информация, — сквозь зубы процедил я, обращаясь одновременно к Сергею и к Павлу.

— Да я знать не знаю о школах для Стражей, — синхронно в голос ответили они.

— Мне только известно, что они есть, — нахмурился Сергей, выдыхая, когда смог застегнуть куртку. Всё же на улице ещё было достаточно холодно, а тепла от костра явно было недостаточно, чтобы полностью согреться.

— Ну, чтобы пройти через портал, нужно либо иметь пропуск-жетон, который даётся за определённые заслуги и даёт право учиться одному из членов семьи, либо пройти отбор. Он устраивается раз в год в четырёх ответственных за это монастырях. Новоникольский монастырь как раз отвечает за школу на территории Сибири. — Пояснила Мила. — В конце первой декады июня как раз будет отбор, но до него претендентов из монастыря не прогоняют. Если не получится поступить, многие остаются и проходят обучение, как клирики.

— У тебя, поди, и жетон есть? — спросил оборотень, отвернувшись, когда девушка начала одеваться. Я не стал страдать подобной чепухой, потому что за иллюзией всё равно не было ничего видно. Когда Мила оделась, артефакт без просьб и уговоров убрал иллюзию. Костюм явно ей шёл, и она постаралась выжать из одежды для себя максимум, делая его ровно по фигуре.

— Нет, моя мать хоть и обучалась там, но выпустилась оттуда со скандалом, — фыркнула Мила и села на землю поближе к костру.

— Ну, тогда нам по пути, — улыбнулся я.

Планы не только не поменялись, но теперь я был точно уверен, что попасть туда, мне просто необходимо. Закрытая школа для Стражей, куда можно перейти только через портал из монастыря? Просто идеальное место, чтобы скрыться на время, да ещё и обучиться. Если магию душ я могу усовершенствовать самостоятельно, то с магией ядра не имею ни малейшего понятия, что делать.

— Давайте спать. Через купол никто незамеченным не пройдёт, да чары оповещения всех разбудят в случае чего. Ночью куда-то идти не слишком безопасно, — распорядился я. Никто не возражал, и буквально через несколько минут я услышал мерное сопение.

— И ты поспи. Если что случиться, я буду кричать так, что ты точно проснёшься. Ну и бить всем, что смогу применить. Больше в лапы странным личностям я попадать не собираюсь. Как вспомню его потные руки, аж тошно на душе становится, — подал голос артефакт. Долго меня просить было не нужно, уже через пару минут уставшее тело погрузилось в сон, чтобы начать восстанавливать силы.

Глава 12

Разбудил меня какой-то пробирающий до дрожи рык. Я подскочил и начал озираться по сторонам, стараясь понять, откуда исходит это странное рычание. Мила сидела на земле и пристально смотрела в сторону оборотня, который, видимо, замёрзнув во сне, обратился в гигантского жирного бобра. И теперь, развалившись на спине, издавал просто чудовищный храп, от которого, как мне сначала показалось, тряслись стенки защитного купола.

— За время несения дежурства никого постороннего и потустороннего замечено не было, — отчитался артефакт, которого эти звуки, похоже, совершенно не волновали.

— Вы, конечно, мне жизнь спасли и всё такое, но можно я его придушу, — как-то кровожадно произнесла девушка, поднимая на меня злобный взгляд.

— Нет, он нам пригодится, вдруг кого ещё понадобится спасать от кучки демонов, — ответил я, потирая заспанные глаза. Уже было достаточно светло для того, чтобы убраться отсюда. — И как давно это происходит? — кивнул я в сторону Сергея, который от нашего голоса не только не проснулся, но и начал громко стучать по земле своим хвостом. Видимо, поплыл во сне по каким-то своим бобриным делам.

— Минут двадцать. Даже удивлена, что ты не сразу проснулся. Я вот сразу подскочила, думала от страха поседею, — скривилась Мила, поднимаясь на ноги и начиная тушить уже практически догоревший костёр. Я, в свою очередь, подошёл к бобру и легонько толкнул его ногой в бок.

— А? Что? Демоны? Голые фениксы? Голые демоны? Я не дамся! — он вскочил и начал метаться по огороженному защитным барьером пяточку, тяжело дыша и округлив глаза до каких-то невероятных размеров.

— Всё хорошо, это я. Просыпайся, пора уходить, — попытался я успокоить бобра. Несколько раз врезавшись в стены с такой силой, что по ним начали идти трещины, он остановился и тряхнул головой. Переведя на меня непонимающий взгляд, обезумивший от страха оборотень постепенно начал приходить в форму. По крайней мере, в глазах начали появляться отголоски разума.

— Мощно, — уважительно протянул Павел. — А говорят бобры и мухи не обидят. Да такая туша если на тебя наедет, то можно будет только мокрое пятно от земли соскребать. Интересно, может у него в родне бегемоты были или носороги? Я был бы не удивлён.

— Ну и напугал же ты меня, — выдохнул Сергей, превращаясь в человека. Одежда на нём растянулась, но ни в одном месте не порвалась. — Думал всё, смерть моя пришла, а то и чего похуже. Ух, приснится же такое.

— Она почти пришла. Тебе кто-нибудь говорил, что ты храпишь? — довольно миролюбиво поинтересовалась Мила.

— Я не… Ну бывает, иногда, когда сильно перетружусь или во второй ипостаси сплю, — не стал спорить Сергей, глядя, как я убираю защитный купол. — Мальчики налево, девочки направо? — поинтересовался он и ломанулся вглубь леса, скрываясь за деревьями.

— Ты реально думаешь, что он готов быть Стражем? — с сомнением глядя в спину умчавшегося оборотня, проговорила Мила.

— Все люди меняются, — философски протянул я. — Тем более, ты не видела, с каким остервенением он бросился тебя спасать, кинувшись сразу на двух демонов.

Я не стал развивать эту тему и пояснять, что он выбил их, просто придавив деревом, но даже этот поступок для не столь храброго существа говорил о многом. Например, о том, что из него действительно мог получиться кто-то ещё, помимо строителя и архитектора.

Приведя себя в порядок, мы увеличившимся отрядом двинулись в путь. Хотелось есть, но в лесу, по какой-то причине, я не слышал и не мог разглядеть ни одного следа зверя. Всё-таки этот лес изначально казался мне странным.

Выйдя к дороге и пройдя некоторое время, мы так и не смогли увидеть ни повозку, ни лошадь, о которых говорила Мила.

— Ну, никто ведь и не думал, что это всё простоит тут до утра? — как-то неуверенно спросила она, когда я поинтересовался, где именно она оставила своё добро.

— Был небольшой шанс, что по этой дороге в принципе никто не пройдёт за это время, — философски протянул Сергей. — Ну ничего, всего десять вёрст, и мы будем в Гусево. Там мы найдём способ, как быстрее добраться до монастыря.

Дорога была пустая. До самого посёлка нам не встретился ни один прохожий, не говоря уже об автомобилях и повозках. Говорить не хотелось, поэтому мы с Милой дали возможность выговориться оборотню, который в красках рассказывал, какая у него замечательная тётка, не менее замечательный муж и шестеро ещё более замечательных детей в возрасте от шести до восемнадцати лет. Не то чтобы эта информация была мне нужна, но лучше слушать ничего не значимые истории семьи бобров-оборотней, чем просто идти молча.

— А вот мы и пришли, — перед нами появился указатель с названием деревни. Сергей ещё больше приободрился, собственно, как и мы, потому что выпал случай хоть немного отдохнуть и в идеале перекусить, если родственники у оборотня именно такие, какими он нам их расписал.

Было уже даже не раннее утро, но улицы небольшого поселения были пусты. С каждым пройденным шагом становилось всё неуютнее даже мне, что было говорить об оборотне, который всё больше хмурился, погружаясь в собственные мысли.

Складывалось такое чувство, что деревня просто в одночасье вымерла. Оставленные инструменты, брошенные возле домов игрушки, пустые вёдра, разбросанные возле центрального колодца. Но ни крови, как и запахов разложения и тлена не было. Поэтому о том, что тут произошло, оставалось только гадать.

— Такое ощущение, что все по какой-то причине просто в один миг покинули это место, — пробормотал Сергей, останавливаясь на перекрёстке.

— Смотрите, — Мила подошла к стоявшему неподалёку колодцу вплотную и присела, рассматривая начертанный чёрной краской на его стенках знак. Она провела по нему пальцем. Часть краски осталась на её руках. — Ещё свежий. Несколько часов назад нарисовали. И запах у неё странный, — она понюхала палец, немного поморщившись. — Пахнет краской с добавлением каких-то масел.

— Никогда не видел подобной руны, — проговорил я, внимательно разглядывая символ. Несколько перекрещённых между собой линий, окружённых ровным кругом. — Думаешь, это как-то связано с тем, что тут произошло? — спросил я у девушки, которая поднялась уже на ноги, вытирая руки об валяющуюся на земле тряпку.

— Это знак защиты от бесплотных духов и не упокоенных душ, — проговорила Мила, глядя мне в глаза. — Подобные символы я видела однажды, в самом начале войны. Кто их нарисовал, я не знаю, но они вроде могли задержать в том числе и демонов, не пропуская их внутрь. Понятия не имею, работает он или нет. Что случилось с тем поселением, которое мы тогда проезжали, мне не известно.

— Думаешь, тут произошло то же самое, что и в твоём поселении? — хмуро поинтересовался оборотень.

— Вряд ли. Там была настоящая бойня. А тут, не знаю, может, всех людей просто вывезли? — неуверенно проговорила она, в очередной раз оглядываясь по сторонам. — Где живёт твоя тётка? Может, уже сходим и проверим. Чего терзаться в неизвестности.

— Я не знаю, может, ты и права.

— Мне не слишком нравится этот план. — Ровно проговорил я. — Идти непонятно куда, не зная, что ждёт нас внутри строений — не самое лучшее решение. Может, вся опасность таится именно там. Нужно проверить, прежде чем ломиться на авось в надежде, что всё сразу проясниться.

С этими словами я вышел на дорогу и присел, выводя кинжалом на земле руну. Нужно осмотреться, и призрачные двойники для этого подойдут в самый раз. На втором ранге толку от них практически не было, они не обладали даже относительно плотным телом, но быть глазами и ушами они могли вполне. Только нужно управлять ими аккуратно, чтобы не тратить слишком много энергии. Мало ли, вдруг она мне в скором времени может понадобиться.

Напитав руну силой, я закрыл глаза. От меня отделились четыре прозрачные копии меня самого, которые выглядели лишь плотным сгустком воздуха. Если не знать, на что смотреть, то и не заметишь. Отдав мысленный приказ, я направил их в четыре стороны, а сам принялся анализировать полученную от их глаз информацию. Жаль, что обрабатывать её, пока я мог только от одного двойника. Так что, приходилось постоянно переключаться между ними.

Прошло немного времени, но то, что смог увидеть, меня одновременно успокоило и насторожило. Ни один из двойников не смог пройти сквозь здания, натыкаясь на какую-то преграду. Я даже вложил немного силы, чтобы попытаться перейти сквозь неё, но всё оказалось тщетным. То ли энергии было мало, то ли каждое здание в этом посёлке было неплохо защищено от внешнего проникновения.

Но всё же я смог подсмотреть, что творилось в домах через щёлочки, окна, замочные скважины. Всё население было заперто внутри своих домов, причём закрыты они были с внутренней стороны. Не было ничего подозрительного, говорившего о том, что их держат в заложниках. По какой-то причине они сами от мала до велика не покидали строений, занимаясь каждый своим делом. А вот те, кто находился рядом с дорогой, на которой мы стояли, подглядывали через занавески за нами, но ни один из них даже не думал выйти, чтобы поинтересоваться, кто мы такие, и могут ли нам чем-нибудь помочь.

Открыв глаза, я поднялся на ноги и затёр руну ногой поморщившись. Даже такое простое заклинание оставило мне не больше трети энергии. Активировав зрение душ, я на всякий случай огляделся. Призраков я не ощущал, но убедиться стоило. К счастью, ничего подозрительного я не увидел, что не могло не радовать.

— Можно идти к твоим родственникам. Все по какой-то причине сидят по домам и на улицу не кажут носа, — проговорил я и, всё же, не удержавшись, повернулся к тому дому, что стоял невдалеке от нас, и помахал рукой, пристально глядя на окно второго этажа. Занавеска колыхнулась и, судя по всему, тот, кто следил за нами, в ближайшее время этого делать больше не будет.

— Все, а моя тётка? — немного приободрился оборотень.

— Понятия не имею, кто из всех жителей, которых я смог увидеть, твоя тётка, — хмыкнул я, отвечая на не слишком логичный вопрос.

— М-да, не подумал. Ну что ж, пойдём тогда, они в самом конце деревни живут, если идти по этой улице, — проговорив это, он быстрым шагом направился в указанном направлении, едва не срываясь на бег.

— Откуда ты знаешь столько магических приёмов? — спросила меня напряжённо Мила, когда мы уже достигли высокого дома, действительно стоявшего в отдалении недалеко от пруда.

— Считай это хорошим домашним обучением, — уклончиво ответил я, подходя к остановившемуся возле крыльца Сергею. Через калитку, которая даже заперта не была, мы прошли без каких-либо проблем. Посмотрев на нас, он кивнул и поднялся вверх, начиная стучать в деревянную дверь кулаком.

— Тёть Тань, открывай. Это Сергей Волков, племянник твой, — голосил он, стараясь докричаться до своих родственников.

— Волков? Это он сейчас серьезно? — хохотнул Павел. — Или его предки не были лишены своеобразного чувства юмора. Не удивлюсь, если наша огненная птичка какой-нибудь Воробушкиной окажется или, к примеру, Курочкиной.

Я едва заметно шикнул, прося тем самым артефакт помолчать, потому как услышал за дверью какой-то шорох и лязганье. Сергей перестал колотить в двери, которые сразу же распахнулись, явив нашему взору женщину неопределённого возраста очень необъятных размеров. Сурово обведя нас пристальным взглядом, задержав его почему-то на мне, а не на своём племяннике, она ловким движением схватила уже подготовленный, видимо, для встречи с гостями мешочек соли и вытрясла содержимое на нас. Большая часть досталась оборотню. Крупицы соли попали ему в глаза и рот, потому что он с остервенением начал отплёвываться и натирать глаза.

— Тёть Тань, ты что сдурела, это же я. Разве мы похожи на призраков…

Не дав ему договорить, она выплеснула на него стоявшее на пороге ведро воды. До нас долетели лишь капли, но мы с Милой даже не шелохнулись. Нужно было успокоить женщину. Пусть даже таким странным способом. И кто им сказал, что освящённая вода помогает против демонов? С солью вопросов никаких не было. Против не упокоенных духов она действительно помогает, заставляя их бестелесное воплощение на некоторое время развеяться в пространстве.

— И не демон. Тёть Тань, прекращай это! — рявкнул Сергей, но женщина схватила его за руку, заставляя переступить через порог, и крепко стиснула в своих объятиях.

— Я, кажется, слышал, как у него треснуло несколько рёбер, — прокомментировал это Павел.

— Серёженька, — довольно приятным мягким голосом проговорила она ему в ухо. — Отец твой письмо прислал, сказал, что случился несчастный случай на стройке, и ты погиб. Наврал, что ли? То-то он вместе с братьями твоими покинул родной дом и в бега пустился. Что этот ирод сделал с тобой?

— Да ничего, — прохрипел полузадушенный оборотень, которого после этого отпустили, и он смог сделать глубокий вдох. — Я и правда при смерти был. Там история не слишком хорошая получилась, напортачили мы, да по нашей вине дом обвалился. Вот меня и придавило. Я действительно на грани смерти был, но меня нашли и выходили. Вот, кстати, мои спасители. Мила и Михаил. Я обещал их проводить до монастыря, они сами не местные, дороги не знают. Да чего это мы на пороге общаемся, может, впустишь внутрь?

— Конечно-конечно, — спохватилась Татьяна и махнула нам рукой, приглашая войти. Мы переглянулись с Милой, но приняли приглашение. Хотя судя по виду девушки, входить внутрь ей было немного боязно. — А у нас тут такое с утра творится. Прости, что так встретила, сейчас ни в чём не можешь быть уверен.

Мы вошли, и за нами тут же закрыли двери. Теперь я увидел, что именно служило тем препятствием, которое не пускало меня внутрь зданий. Всю внутреннюю часть двери занимал тот же самый символ, который был начертан на колодце в центре деревне. Значит, работают они против бестелесных воплощений. Надо запомнить и взять на вооружение. Мало ли, вдруг пригодиться.

Нас тут же усадили за стол, который тут же был заставлен всевозможными блюдами: пироги, блины, какие-то лепёшки, сырники. Похоже, бобры, которые высыпали со всего дома в столовую, явно любили вкусно и разнообразно поесть.

Пока мы ели, нам рассказали, что тут произошло и почему на улицах никого нет. Вчера вечером появилось с десяток Стражей, перепугав всех до икоты.

Они ничего толком не объяснили, только начертили знаки на каждом жилом доме и постройке с живностью, и приказали не покидать защищённые помещения до завтрашнего утра. Да и пускать никого не велели незнакомых, именно поэтому Татьяна, услышав голос своего племянника, который вроде как погиб, проверила его на предмет одержимости всеми доступными ей методами.

Похоже, Стражи узнали о том, что произошло в поселении, откуда Мила была родом, и направились на ликвидацию, попутно проверяя и остальные деревни. Именно поэтому на дороге поутру никого и не было. Все сидели по домам, теряясь в догадках и неизвестности.

— Хорошо у вас, но нам пора, — проговорил оборотень, ссаживая с колен мальчика, который был несказанно рад увидеть своего дядю и всё то время, что мы провели за столом, не слезал с него. — Можешь одолжить нам телегу с лошадью? Мы-то пешком добирались, сама понимаешь, но монастырь далеко, да и потом мне обратно возвращаться.

— Разумеется, о чём разговор, — махнула она рукой. — Только не безопаснее ли остаться пока тут? Не просто так Стражи такую суету подняли. Да ещё в таком количестве. Одного-двух редко встретишь, а тут аж десять, — пристально посмотрела на Сергея его тётка.

— Может, нам действительно лучше до утра остаться? — шепнула мне на ухо Мила.

Я кивнул, соглашаясь с её словами, всё же не просто так всем дали такие указания. О работе Стражей я ничего не знал, но, думаю, зачисткой местности тут не обойдётся. Скорее всего, они будут что-то делать с колоннами, чтобы убрать эту проблему на корню. А к чему это может привести, мне было неизвестно.

— Ну, тогда, если ты, тёть Тань, не возражаешь, мы до утра задержимся. А то действительно, мало ли что приключится. — Посмотрев на нас, резюмировал Сергей.

— Ну и славно. Только места в доме для ночлега нет, можете в сарае переночевать, там тепло и пусто, но тоже знаками этими всё обрисовано, — распорядилась женщина.

— Разумеется, я же всегда там ночую, когда приезжаю погостить, — расплылся в улыбке оборотень и махнул нам рукой. — Я сам всё устрою, а вы лучше лишний раз из дома действительно не выходите.

В сарае было тепло, сухо и пахло сеном. Живности никакой действительно не было. Небольшая часть была занята какими-то инструментами, но не более.

После ночёвки в холодном лесу, это показалось поистине райским местом. Проговорив до позднего вечера, практически ни о чём, больше рассказывая всякие жуткие байки и истории, всё же делиться личным мы друг с другом ещё не были готовы, мы уснули, не забыв сытно пообедать и поужинать. Сергей мотался сам, накрывая на своеобразный стол, стараясь выполнить роль хозяина.

— Ну что, ребятушки, просыпайтесь, — дверь отворилась, и в помещение вошла Татьяна. — Я тут подумала, отправлю с тобой Егора. Он парень хороший, да и сам хотел про монастырь всё узнать, всё клириком стать хочет. Чем не повод туда наведаться. Да и тебе обратно одному будет не так скучно ехать.

— Спасибо, это действительно неплохо, — расплылся в улыбке Сергей.

— Телега с лошадью уже готовы. Еду я вам на два дня собрала, денег сынку дала, чтобы ночевать не в поле, а в придорожных тавернах хотя бы. — Говорила она, когда мы выходили на свежий воздух немного помятые, но тем не менее отдохнувшие.

— Спасибо тебе за всё. Вернусь всё расскажу подробно. А отца надо бы найти, сказать, что всё улажено, да я жив. А то как-то неправильно получается, — покачал оборотень головой.

— Я займусь этим, не переживай. Всё, езжайте аккуратно и осторожно, — дала напутственные слова женщина и скрылась за высоким забором.

— Тебе не кажется, что она нас как-то быстро спровадила? — поинтересовалась у меня Мила, которая села рядом. Телега мерно раскачивалась, было жёстко и не совсем удобно. Но всяко лучше, чем пыль ногами месить. Сергей уже вовсю трещал с хмурым пареньком, который отдалённо был похож на своего двоюродного брата. Вроде ничего странного, но какой-то осадок всё равно оставался.

— Кажется, но Сергей за них ручается. Да и внешне они мне показались довольно милыми, — проговорил я.

— Не ссы, Мишаня, я с тобой. Тем более что могут сделать тебе бобры? Только если всем весом навалятся, да в лепёшку раздавят, — ответил артефакт.

Проехали мы, наверное, с час, как телегу затрясло и колесо начало противно скрипеть. Остановив лошадь, Егор спрыгнул, чтобы посмотреть, что случилось.

— Спица вылетела. Нужно остановиться где-нибудь, чтобы починить, — посмотрел он на меня немного виноватым взглядом. — Ещё сколько-то времени проедем. Там таверна недалеко есть, можно в ней на пару часов остановиться.

— Ну если надо, то зачем спрашивать, — ответил я, не понимая, почему он обращается именно ко мне, а не к своему родственнику. Привстав, я огляделся, увидев впереди небольшой свёрток с указателем. И правда недалеко.

Мы слезли с повозки, чтобы её лишний раз не нагружать, и пошли рядом с еле плетущейся лошадью. Свернув по указателю и пройдя метров пятьсот, увидели довольно крупное строение, с яркой вывеской «Харчевня». Было пусто, ни лошадей, ни снующих людей. Странно, конечно, но с учётом рейда Стражей было не удивительно.

— Вы идите, я сейчас лошадь привяжу, да сам зайду. Надо бы инструменты какие спросить, — махнул нам рукой Егор.

Звучало вполне логично, поэтому мы без каких-либо вопросов прошли внутрь заведения. Внутри горел свет, но было пусто. Пахло пивом, свежей выпечкой и чем-то кислым. Но ни хозяина, ни охраны на входе, ни тем более посетителей не было.

— Уходим отсюда, — проговорил я быстро и, развернувшись, толкнул только что захлопнувшуюся за моей спиной дверь. Она не подалась и явно была запечатана мощными чарами. Я услышал за дверью, как во дворе разносится ржание коня, топот копыт и голос Егора, который подгонял своего старого жеребца быстрее уносить отсюда ноги. — Как ты там говорил, бобры никогда никого не предают?

— А я говорила, что всё это странно как-то, — вклинилась Мила.

— А я ничего не говорил, но всё равно не вижу никакого повода для беспокойства, сейчас мы эту дверцу вскроем, чай не сейф во дворце императора, — проговорил Павел, начиная тянуть из меня энергию.

— Я правда ничего не понимаю… — Попытался оправдаться Сергей.

— В следующий раз никаких родственников, — поморщился я, оборачиваясь на громкий звук шагов. — Ну хоть не отравили.

— Бобры всегда чувствуют яд в пище, нас не отравить, — буркнул Сергей в тот самый момент, когда свет потух, и всё помещение погрузилось в непроглядную темноту.

Глава 13

Некоторое время ничего не происходило. Артефакт продолжал тянуть энергию, бобёр сопел, а Мила, похоже, вообще затаила дыхание. Я попытался осветить комнату небольшим шариком из магической энергии, но стоило ему взлететь, как он тут же погас.

Поэтому пришлось молча смотреть, как Павел пытается вскрыть запечатанную дверь. К сожалению, быстро у него это сделать не получалось. Ну хотя бы вспышки у меня за спиной под действием чар артефакта хоть немного, но освещали помещение, в котором кроме нас, в эти секунды никого не было видно.

— Мне уже нужно начинать беспокоиться? — тихо спросил я у Павла, думая над тем, что делать самому.

Пока я не видел противника, да и зрение душ говорило, что передо мной находится пустота и никого живого поблизости, кроме моих спутников, не было. Но я отчётливо слышал тяжёлые шаги перед тем, как на нас опустилась эта неестественная темнота. Мне это с каждой секундой нравилось всё меньше, и я понятия не имел, что нас ждёт. На всякий случай я приготовил щит душ и несколько простеньких и доступных мне атакующих заклинаний, которые можно было быстро активировать и пустить в цель. Готовить что-то мощное, не видя противника, было затруднительно, ведь нужна была как минимум точка приложения силы.

— Погоди немного, ещё чуть-чуть, — как-то натужно проговорил перстень с некоторой заминкой, разогреваясь так, что начал немного обжигать мне палец.

— А ты думаешь, что нет повода для беспокойства? — чуть ли не прокричал Сергей. — Да у меня уже зуб на зуб от страха не попадает, а он только понял, что происходит что-то не то.

— Ну это не его родственники запихали нас, не пойми куда, и для чего, — процедила сквозь зубы Мила. — Ты первым должен был сейчас рассказать нам, где мы очутились. Признайся, твоя семейка любит лакомиться человечиной и не брезгует каннибализмом в часы отчаянного голода?

— Тихо. — Незнакомый холодный голос разнёсся по помещению, отражаясь от его стен гулким эхом. — Вы не демоны, — после непродолжительной тишины резюмировал неизвестный.

— Простите, а почему мы должны быть демонами? — возмущённо ответил оборотень. Видимо, речь девушки-феникса задела его за живое.

Свет зажёгся неожиданно. Буквально за мгновение до этого, зрением душ я смог увидеть очертания первозданной энергии души человека, приближающегося к нам. Перед нами стоял мужчина со сложенными за спиной руками. Его лицо было скрыто глубоким капюшоном от серого плаща.

— Страж, — первая прокомментировала увиденное Мила и, как мне показалось, выдохнула с облегчением.

— Вы свободны, — Страж махнул рукой, и двери за нашей спиной открылись, впустив в помещение дневной свет и прохладный воздух.

— То, что мы свободны — это хорошо. Но что это было? — сделал я шаг вперёд. — Вы заманили нас в ловушку, обвинили в том, что мы демоны, лишили средства передвижения, а теперь без объяснения причины ловко пытаетесь выкинуть на улицу. Вам не кажется, что следует хоть немного объясниться? — поморщился я. Такое поведение по отношению к себе мне совершенно не нравилось.

— Нам поступило сообщение, что кто-то под видом родственника пытался заручиться доверием целой семьи. Агрессии не проявляет, значит, что-то вынюхивает и старается проникнуть вглубь империи. — Немного подумав, проговорил мужчина, поворачивая в мою сторону голову. — С учётом случившегося недалеко от этого места, я прибыл в село, чтобы проверить эту информацию, и почувствовал тёмную энергию, исходящую от вашей троицы. Близко подходить не стал, чтобы не подставлять семью под удар. Я попросил вывести вас подальше от дома, не привлекая вашего внимания. Но как оказалось, у кого-то из вас родственники не слишком доверяют даже членам своей семьи, раз приняли вас за одержимых, — рассмеялся он, но мы только переглянулись, не увидев в этом всем ничего смешного.

— Так это тётка моя меня сдала, что ли? — продолжал возмущаться Сергей. — Ну я им устрою, когда вернусь.

— Нет, в курсе был только один человек, который и привёз вас сюда. Мальчик Егор, кажется. Он хочет быть клириком, даже один раз до монастыря добрался, но смелости не набрался, чтобы ворота переступить. — Покачал Страж головой. — Но и вины его нет. Тебя считали погибшим, а ты неожиданно явился перед своими родными во плоти. Можно было подумать о чём угодно.

— Но не об одержимости же! Надо же, видимо, храбрость тренировал перед новым набором, — всплеснул руками оборотень. — Никогда он мне не нравился. Ворона белая, сам себе на уме.

— Ну нам ты говорил обратное… — Попыталась успокоить разбушевавшегося оборотня Мила.

— Я пытался разрядить гнетущую атмосферу, царившую в дороге. И не надо все мои слова против меня использовать, — ткнул он пальцем в хмыкнувшую девушку.

— Вы разобрались с проблемой призраков недалеко отсюда? — прямо спросил я. Всё же, хотелось знать, могли ли Стражи бороться с этим и устранять проблему на корню.

— Частично. Я так понимаю, кто-то из вас оттуда? — ровно проговорил Страж. Он никак не реагировал на перебранку Милы с оборотнем. Как мне показалось, его это даже немного забавляло, потому что он не прерывал их, а внимательно слушал.

— Да, я, — кивнула Мила, закусив губу. — Вы… Смогли что-то сделать с колоннами? Я могу вернуться обратно, чтобы хотя бы забрать вещи и похоронить родных? — серьёзно спросила она.

— Мне не положено распространяться об этом, но скажу, что о погибших позаботились, — отрезал Страж, отворачиваясь от нас и делая шаг, показывая, что разговор с нами окончен и мы его больше не интересуем.

— Но я должна знать, — упрямо повторила девушка. — Я направляюсь в монастырь не просто так. Я либо пройду отбор и займу место в школе Стражей, либо останусь клириком. Мне некуда больше идти, и я должна знать правду, иначе мне не будет покоя.

— Я бы не рекомендовал вам возвращаться. — Развернулся мужчина и, немного подумав, всё же ответил. — С колоннами вопрос ещё решается. Призраков мы уничтожили, но на их место могут в скором времени прийти новые. Если это всё, то можете идти.

— Еще один маленький вопросик, — вышел вперёд Сергей, останавливая Стража, который в очередной раз пытался развернуться и уйти. — А у вас вот этот серый плащ, он же волшебный? Ну там скрытность повышает, делает неуязвимым, позволяет сливаться с окружающей местностью и проходить сквозь пространство без телепорта? Я просто всё детство хотел узнать.

— Это всего лишь плащ, — как-то обескураженно и немного удивлённо ответил мужчина.

— Ага, значит, он даёт что-то настолько крутое, что об этом нельзя говорить, всё понятно. — Сделал свои выводы Сергей.

— Если это всё…

— Почему от нас исходила тёмная энергия? — нахмурился я, чем вызывал какой-то обречённый вздох у стоявшего напротив меня мужчины. Он мог бы просто выкинуть нас на улицу, но терпеливо отвечал на наши вопросы. Бьюсь об заклад, он какой-то наставник или учитель, притом, судя по терпению к подросткам, очень неплохой.

Страж долго молчал, но потом указал рукой на кинжал, который всё ещё висел у меня на поясе.

— Демоническое оружие, называемое кинжал Вечности. Всё дело в нём. Я даже сейчас не сразу сообразил, в чём причина. Это оружие низших демонов и, более того, оно ещё совсем недавно было в их руках. Именно он и источает эту тёмную ауру. Но не беспокойся, сам по себе он безопасен. Клинок сделан из крупиц огненной лавы преисподней, что даёт ему несколько поганых свойств. Но все они проявляются только в руках демонов. — Довольно подробно пояснил он. — Сейчас, кстати, я не чувствую даже их. Скорее всего, по назначению им длительное время никто не пользовался. Откуда он у тебя?

— Позаимствовал у трёх демонов в лесу неподалёку. Можете забрать их тела, сомневаюсь, что на осквернённые демонами останки позарятся местные звери, — пояснил я.

— Хорошо, значит, трёх разведчиков из семи можно не искать. — Кивнул удовлетворённо он, почему-то даже не сомневаясь в моих словах и не спрашивая, как именно нам удалось их одолеть.

— О как, занятная вещица, — протянул Павел. — Может, не будешь им лишний раз пользоваться? Мало ли как на тебя повлияет демонический артефакт.

— Сущность демона через кинжал не передаётся, как и его энергия, — ответил Страж, а от неожиданности перстень засиял ярким синим цветом, сбрасывая с себя чары маскировки, ойкнул, что-то пробурчал и замолчал.

— Вы… вы его слышите? — неуверенно спросил я, чтобы развеять все подозрения и вопросы. Мила с Сергеем недоумённо на меня посмотрели, начиная синхронно хмуриться.

Я тут же вновь активировал зрение душ, которое убрал, как только увидел перед собой Стража. Немного подумав, развеял подготовленные заклинания, которые даже в таком состоянии тянули немного энергии. Оставил только щит душ, на всякий случай. Как только я посмотрел другим зрением на Стража, то от увиденного подался немного вперёд. Его первозданная оболочка души была ярче, чем у остальных видимых ранее мною людей, но не это меня повергло в небольшой шок и лёгкий ступор. Сиреневое ядро пятого уровня развития было окружено оболочкой первозданной энергии, из которой брали своё начало пять колец магии душ. Пятый ранг — почтенный мастер.

Я даже не думал о том, что смогу когда-нибудь встретить в этом мире мага с теми же способностями и навыками, которыми обладал в прошлой жизни. Но то, что я увидел, было больше, чем обычное развитие колец. Я даже не думал, что так гармонично может сочетаться и переплетаться магия ядра и магия душ. Что там говорили про школу Стражей? Запишите меня в неё первым. С моими знаниями о душе и с этой техникой объединения, моя сила может выйти на такой уровень, о котором я даже не мечтал.

— Артефакт пламени феникса, — хмыкнул мужчина. — Занятная вещица. Многие хотят его заполучить. Знаешь, когда-то его изготовил один из Стражей, и слышать его и взаимодействовать с ним может лишь небольшое количество людей, обладающих скрытыми навыками, которые передаются только ученикам почтенного мастера, и таких, как я — единицы. Только вот удивительно, что его слышишь ты.

Мужчина резко сбросил с головы капюшон и подался вперёд, останавливаясь от меня всего в паре шагов. Он был молод, лет двадцати пяти, не больше. Светлые волосы, бледная кожа, заострённые черты лица и пронзительного цвета зелёные глаза, которые вспыхнули изумрудным огнём, когда мы встретились с ним взглядом. Моё тело в этот миг словно обожгло холодом, а ядро силы начало пульсировать, испуская из себя магические волны, которые преобразовывались в зелёный туман, окружающий меня. Кольцо второго ранга тоже пришло в возмущение, высвобождая энергию в пространстве независимо от моей воли. Я, как мог, старался усмирить разбушевавшуюся силу, но под давлением исходящим от Стража, это сделать было невозможным. Три ранга разницы — это больше, чем пропасть. Из того тумана, что окружал меня, начали формироваться очертания небольшого змея передо мной, маленькой копии того чудовища, что высвободился при пробуждении дара. Активировав готовый уже самостоятельно образоваться щит душ и немного его изменив, я сбросил некоторую часть давления и смог убрать физическое проявление родового дара, развеяв очертания змеи в обычный туман, всё ещё кружащийся вокруг меня.

Внезапно туман рассеялся, а вся магия, только что бушующая во мне, резко успокоилась, будто ничего и не было. Только небольшая слабость в ногах говорила о том, что сейчас произошло.

— Вот как, — пробормотал мужчина, после чего резко повернулся в сторону Сергея.

Я посмотрел на оборотня, сталкиваясь с ничего не понимающим взглядом. Внезапно он ойкнул и начал обрастать золотистой шерстью, частично обращаясь в свою вторую ипостась.

— Это не я, оно само, — попытался оправдаться бобёр, зачем-то прикрывая грудь звериными лапами. Одежда на нём затрещала, но и в этот раз смогла выдержать процесс трансформации.

Мила попятилась в сторону всё ещё открытых дверей, но серебристые нити окутали её тело, не давая пошевелиться. Несколько секунд она рьяно трепыхалась, стараясь сбросить с себя магические путы, но неожиданно замерла на одном месте. Было видно, что влияние магии Стража причиняло ей гораздо больший дискомфорт, переходящий в боль, нежели то, что чувствовали мы.

— Нет, ну в этот раз мы её точно спасать не будем. Противник явно сильнее, — пробурчал Павел, видимо, забыв, что Страж может его слышать. — И кто меня за язык-то дёргал, которого у меня нет. Молчал бы дальше, ничего бы и не произошло. Разошлись бы как в море корабли,и даже друг о друге и не вспомнили ни разу за мою бесконечную, а твою не слишком долгую жизнь. Да и вообще, надо было просто валить, когда двери открылись. Нет, любопытство заиграло в молодых задницах, вот и огребайте теперь по ним. Я тут ничего не смогу сделать, да я даже дверь открыть не смог, позорище какое на мои седины…

Я, краем уха слушал причитания перстня и медленно двигался в сторону мужчины. Страж смерил меня задумчивым взглядом и, усмехнувшись, взмахнул рукой, после чего на меня обрушилось такое давление воздуха, что пол под моими ногами начал скрипеть и трескаться. Я попытался сделать ещё шаг, но моё тело словно весило несколько тонн. Всё, на что мне хватило сил, это не упасть на колени. В это же время Мила вскрикнула, а все оголённые части её тела начали покрываться огненными линиями, точно такими же, которые я видел в момент её возрождения. Это длилось недолго, всего пару секунд, но, когда огненная сеть исчезла, как и серебряные нити, девушка упала на колени, тяжело дыша.

— Однако, — пробормотал мужчина, освобождая меня от плена. Нет, ему с моими силами я точно неровня. Я был просвященным девятого ранга магии душ, и прекрасно знал заклинание, которое он использовал против меня. Но оно должно было быть на порядок слабее. Видимо, это и была смесь двух ветвей магии, что делала мага душ намного сильнее, чем в моём мире. — Парень второго уровня развития ядра со сформированным кольцом ранга, и имеющий такую волю, что я со всей своей силой не смог поставить его на колени. Причём я действительно прилагал к этому должные усилия. А также носящий при себе древний артефакт пламени. Феникс, которых во всей империи можно сосчитать по пальцам одной руки, и бобёр, считающий, что сможет пройти отбор в школу для Стражей. Довольно интересная компания у вас, я скажу, — почесал он подбородок, внимательно глядя на меня.

Чувствуя боль в каждой клеточке моего тела, я пересёк помещение таверны. Подойдя к Миле, я помог ей подняться.

— Ты как? — спросил я её, глядя в испуганные глаза.

— Нормально, — тряхнула она копной рыжих волос. — Неожиданно просто. Вообще-то, могли просто спросить, — злобно сверкнула она глазами в сторону всё ещё задумчиво стоявшего недалеко от нас мужчины.

— Лучше увидеть всё самому. Веры в людей у меня давно нет. Как тебя зовут? — спросил он у меня, посылая в нашу сторону туман, который окутал нас и начал довольно быстро и успешно исцелять. По крайней мере, боль сразу же прошла, как и накатившая усталость.

— Михаил Вайс, — уверенно ответил я, не спеша выдавать постороннему своё истинное происхождение, решив воспользоваться фамилией своей прошлой жизни.

— Не слышал о таком роде, — прищурился Страж. — Откуда тебе известная техника преобразования энергии души?

— Родовой секрет, — ответил я, как можно более убедительнее.

— Понятно, — скептически усмехнулся он, переводя взгляд на стоявшую рядом со мной девушку.

— Милослава Панова, — недовольно буркнула она.

— Я знаю твоих родителей, они оба учились в нашей школе, — кивнул он. — Мне очень жаль, что так вышло, но у меня не было выбора.

— А перед тобой этот хмырь не извинился, — хмыкнул Павел.

— Этот хмырь тебя слышит. — Усмехнулся мужчина. — А ты кто? — Страж указал на оборотня.

— Сергей Волков, и давайте без шуточек про мою фамилию. Однажды мой прапрадед смог победить истинного оборотня-волка, и с тех пор наша семья носит эту фамилию, — пробурчал он, буровя Стража взглядом.

— И все вы хотите учиться в школе Стражей? — почему-то уточнил он.

— Было такое желание, пока вы наши души наизнанку не вывернули, — поморщился Сергей.

— Хорошо, я проведу вас в монастырь. Там вы сможете подготовиться к отбору. У вас всех есть определённые способности, чтобы спокойно его пройти и начать учебный год с первым днём лета. Меня зовут Рубцов Николай Иванович, я мастер пятого ранга и, если пройдёте испытания при поступлении в школу, буду вашим личным учителем. Вы смогли меня заинтересовать.

— Простите, а вы кто? — спросил я, не зная, как можно было точнее сформулировать вопрос.

— Человек, если ты об этом.

С этими словами он накинул на голову капюшон и, проведя рукой перед собой, открыл окно перехода. Повернувшись к нам, он указал головой на проход и первым шагнул в голубую гладь.

— И чего, мы действительно за ним пойдём? — недоверчиво проговорил бобёр, только сейчас оборачиваясь обратно в человека, хотя сделать это мог ещё давно.

— Ну, думаю, он не врёт, тем более в чём резон ему нас подставлять, когда мог одним щелчком пальцев сделать из нас малоаппетитный фарш, — пожала Мила плечами. — А так, не нужно будет тащиться неизвестно сколько времени. И я сомневаюсь в том, сможем ли мы добраться живыми до монастыря, если по дороге встретим ещё каких-нибудь заботливых родственников, которые проблемы захотят решить более кардинально, своими руками, не прибегая к помощи Стражей.

— Согласен, — уверенно кивнул я. — Я встречал много учителей и наставников в своей жизни, и он действительно хорош. Да и маг очень сильный, может, даже и неплохо, что так всё сложилось. — Больше для себя проговорил я, окончательно решая, что следует делать, и первым подошёл к окну перехода.

Мои спутники немного подзадержались, видимо, старались до конца выяснить, правильно ли мы поступаем. Возле открытого окна перехода нас ждал Рубцов.

— Твои приятели передумали? — осведомился он, отвлекая меня от созерцания высокого и очень длинного здания, которое предстало передо мной.

Мужчина открыл окно перехода прямо во дворе монастыря, минуя каменный забор и ворота. К нам уже шёл неторопливой походкой мужчина в чёрном плаще, спустившись со ступеней, идущим к входным дверям.

Я ничего ответить не успел, потому как едва смог увернуться от оборотня, которого, видимо, просто закинули в телепорт, учитывая, что он сделал ещё несколько шагов и свалился на землю, споткнувшись о валяющийся в траве булыжник. Мила, вышедшая спокойно следом за ним, отряхнула руки и сразу же начала оглядываться. Рубцов тут же закрыл окно, поворачиваясь к подошедшему пожилому мужчине. Седые, коротко подстриженные волосы, небольшая бородка и морщинистое лицо, на котором виднелся шедший через всю щеку глубокий шрам. Он цепким взглядом осмотрел всех новоприбывший, после чего повернулся к ожидающему его внимания Стражу.

— Отец Фёдор, прошу простить за такое появление без предупреждения, но обстоятельства вынудили пойти на этот шаг, — проговорил Рубцов, склонив слегка голову.

— Николай, ты всегда появляешься без предупреждения в центре монастыря, — улыбнулся, как я понял, настоятель.

— Я привёл ребят, которые хотят подготовиться к поступлению в школу, — кивнул он в нашу сторону. — Прошу разместить их у себя и подготовить. Не хочу, чтобы мои названные ученики опозорились ещё на первом испытании.

— Ты наконец взял себе учеников? То-то я гляжу неспокойно стало в наших краях, — кашлянул отец Фёдор, покосившись на нас. — Ты мог бы об этом и не просить. Пётр, подойди сюда, — махнул он рукой молодому парню, стоявшему неподалёку. — Размести их вместе с остальными. Познакомимся позже. — Распорядился настоятель, после чего мы вместе с провожатым направились внутрь монастыря.

Глава 14

Внутри было прохладно и как-то мрачно. Скорее всего, из-за того, что стены, потолок и пол были выложены из серого камня. Пройдя внутрь, мы оказались в небольшом холле. Напротив от входа находилась лестница, которая шла вверх, а по бокам виднелись два коридора, что вели в противоположенных друг от друга направлениях. По одному из них нас и повёл помощник настоятеля.

— А вы и правда ученики мастера Рубцова будете? — спросил послушник Пётр, как только мы отошли от входа шагов на двадцать.

— Ну, наверное, — как-то неуверенно проговорила Мила, озираясь по сторонам. Было пусто. Никого из людей мы не видели. В коридоре не было ничего, за исключением многочисленных дверей по одну сторону коридора и большими ничем не занавешенными окнами по другую.

— Повезло вам, — улыбнулся он. — Мужик он, конечно, жёсткий, но очень грамотный. А если бы в школе сидел, да собой занимался, а не по лесам скакал, то и вовсе бы уже самым молодым Стражем седьмого ранга стал. Даже странно, что он взял себе учеников, раньше за ним подобного не наблюдалось. Так, занимался с основным потоком пару раз в неделю, и не более того. Чем вы его так заинтересовали?

— Думаю, это всё Сергей, своей храбростью, — ответила Мила, за что получила лёгкий удар по спине от оборотня.

— Да? Видимо, ваш друг по-настоящему бесстрашен, — уважительно кивнул Пётр и оглянулся, смерив оборотня заинтересованным взглядом. — Но всё равно, главное — вам испытания пройти. В этом году народу просто тьма. И многие из элиты, видимо, аристократы деток своих спрятать в стенах школы решили. Это только для общественности громогласно про перемирие заявили, а на самом деле, как армия демонов стояла у границы, так и стоит. Но никто ничего по какой-то причине не предпринимает. Слухи ходят, что император внутренние разборки затеял в такой переломный момент из-за того, что у принца дар пробудился. Ведь все говорили, что толку из него не будет, а смотрите, сразу синее ядро сформировать смог.

Я непроизвольно сжал кулаки, как только услышал об этом. Всё-таки зря я переживал, что графа так быстро убить пришлось. Сейчас всё было предельно ясно, кому и когда досталась моя сила. Вряд ли граф смог бы поделиться со мной большей информацией, чем я услышал в своей комнате во время их нападения. Ещё бы знать, кто был этим вторым, конечно. Именно он лишил меня магии и наделил ей наследника императора. Если бы не магия душ и опыт предыдущей жизни, сомневаюсь, что я когда-нибудь смог бы пробудить свой дар и ещё раз сформировать ядро силы.

— Ты чего? — притронулась ко мне Мила, выводя из состояния разгорающейся ярости. Наш сопровождающий ничего не увидел, продолжая о чём-то без умолку болтать.

— Всё в порядке, просто за державу обидно. — Тряхнул я головой, прислушиваясь к тому, что говорил Пётр.

— В прошлом году-то набора не было, все на войне были, да и в этом непонятно, что будет. Поговаривают, император отказался финансировать школу Стражей. Это всё странно, конечно. Они же единственные, кто специализируются на этом, тем более что всё чаще демоны встречаются внутри империи, все за обычных людей, пытаются сойти. Зачем это им непонятно. Вынюхивают что-то поди. Ну вот и пришли. — Завернув за угол, мы оказались возле массивных дверей. — Это жилая зона. Раньше тут клирики младшей ступени жили, но сейчас нас мало осталось, поэтому нам отдали полностью второе крыло, а эту зону переоборудовали для тех, кто на отбор приехал, — пояснил он, открывая двери и проходя внутрь очередного длинного коридора. Только двери тут были с обеих сторон и встречались гораздо реже. — Правая сторона для девочек, левая для мальчиков. Твоя комната четыре. — Указал он на меня. — Твоя третья, — сказал он оборотню. — Ну а тебе любая, у нас всего пока только три девчонки живут. Столовая на втором этаже, я приду, провожу, когда ужин будет, всё остальное сами скоро узнаете.

Он развернулся и ушёл из жилой зоны, оставляя нас стоять одних в коридоре.

— Странный тип какой-то, — покачал головой Сергей. — Ладно, вы как хотите, а я пойду спать. Слишком эмоциональным выдался этот короткий день.

— Казарма какая-то. Нет, ну ты реально хочешь жить в таких условиях? — Пробурчал Павел. — Ты же княжич. Думал, когда тебя подбирал, что заживу впервые за всю жизнь, как нормальный артефакт, а ты всё меня по сараям таскаешь.

— А с тобой мы потом поговорим. Страж, значит, тебя сделал? А кто мне говорил, что ничего о них не знает?

Прошептал я, после того как все разбрелись по комнатам, подходя к своей. Уже взялся за ручку, как меня окликнул голос только что ушедшего Петра.

— Стой. Это ты Михаил? — спросил он, подбегая ко мне.

— Да, а что? — меня немного сбил с толку подобный интерес к моей персоне.

— Пойдём, там настоятель с тобой поговорить хочет. Лично.

Он махнул рукой и повёл меня по многочисленным коридорам на третьем этаже. Я, как мог, старался запомнить все детали и расположения комнат. Наконец, мы дошли до какого-то тупика, закончившегося неприметной дверцей, которую передо мной открыл помощник настоятеля и чуть ли не затолкнул внутрь, тут же её закрывая за мной.

— Я не знаю, что происходит, но, мне кажется, ты серьёзно влип, — констатировал артефакт, когда я оглядел небольшое помещение.

За длинным столом сидел настоятель, Рубцов и ещё один страж, не скрывающий своего лица. На скрип двери повернулся мужчина, стоявший спиной ко мне и что-то только что закончивший говорить.

— А ты, что тут делаешь? — невольно вырвалось у меня, когда я в этом мужчине узнал деда Карпова.

Он виновато улыбнулся и поднял руки, показывая, что они были скованы светящимися цепями. Призрак выглядел точно так же, как и при последней нашей встрече: облачённый в дорогой костюм и туфли. Только под действием магии цепей, его тело казалось полупрозрачным.

— Михаил, я же правильно назвал ваше имя? — обратился ко мне незнакомый мужчина, поднимаясь со своего места и пристально меня разглядывая.

Я кивнул, всё ещё не понимая, что тут происходит, и как тут оказался Карпов, который должен был сейчас заниматься своей непосредственной работой, охраняя ту часть моего княжества, в которой находились колонны, закрывающие завесу от духов.

— Присаживайтесь, Михаил Юрьевич, в ногах правды нет. Я глава школы Стражей Евгений Александрович Моров, и об этом разговоре будут знать только те, кто уже в курсе некоторых деталей, благодаря Андрею Валерьевичу, — он указал рукой на старика Карпова, который под моим пристальным взглядом понуро опустил голову.

— Сдал-таки, крыса позорная, — громогласно заявил артефакт, сверкнув при этом синими бликами. — Всегда знал, что подобным дедам веры нет. Не тем ты людям доверяешь, Мишаня. Ох, пропадём мы с тобой так, сгинем во тьме людской лжи и подлости…

— Кхм, — кашлянул Рубцов, который, судя по всему, единственный слышал разглагольствования Павла.

— Я тебя понял, но не обиделся, — фыркнул Павел, но всё же замолчал. Я всё это время не сводил взгляда с деда Карпова, садясь на приготовленный стул, стоявший за небольшим столом возле стены.

— Ну что ты хочешь от меня. Не мог я соврать им, вот и пришлось рассказать, кто всё это придумал. Да они и не удивились, а когда допытывать стали, где княжич сейчас находится, тогда я с дуру и ляпнул, мол, за идиота меня не держите, я же чувствую, что он в монастыре сейчас появился. Вот они сами и сложили два и два. А я лишь только подтвердил, что это ты, но тут куда мне уже было деваться. Я же твою истинную сущность сначала вижу, а потом только внешнюю оболочку.

— Всё нормально, хватит извиняться, — попросил я, прекрасно понимая, что если его сейчас понесёт, то он расскажет не только про то, кто сделал брешь в завесе, но и кто я вообще такой. Этого допустить было нельзя. — Зачем вы схватили моего друга? — ровно спросил я, поворачиваясь в сторону главы школы и глядя ему пристально в глаза.

Скрывать было уже нечего, так почему бы и не поговорить с ними, как Уваров, а не как обычный пацан с дороги. Аура его силы была впечатляющая. Зрение душ показывало семь колец ранга воина и белое, ярко светившееся ядро силы. Всё-таки действительно магия ядра и ранги душ были связаны друг с другом. Сейчас я в очередной раз в этом смог убедиться.

— Мы пригласили Андрея Валерьевича, чтобы он помог нам в одном деле. А цепи, сковывающие его руки, не дают ему покинуть это место и переместиться туда, куда привязан. Силой его тут никто не держит. Он может сам в любой момент снять этот ограничитель без каких-либо проблем. — Ответил вместо Морова настоятель монастыря, постукивая пальцами по столу.

— И то, правда, — кивнул старик Карпов, почесав аккуратно подстриженную бородку.

— Можно, я начну с самого начала. Всё-таки слишком многое не вяжется между собой, и мне, как и тебе, нужно во всём разобраться, — обратился ко мне Рубцов. Я в очередной раз кивнул, пытаясь понять, можно ли будет смыться из этого кабинета, если вдруг разговор зайдёт совсем не в ту сторону. — Две недели назад к нам обратился Светлейший князь Юрий Уваров. Он попросил нас забрать его сына из одной деревни, в которую он поместил его на время, и устроить в нашу школу. Это бы не только обезопасило тебя, но и решило некоторые проблемы с магией, с которой вы столкнулись…

— Стойте, вы знаете, где сейчас находится мой отец? — перебил я Рубцова. Это было действительно неожиданно и вселило робкую надежду, что я смогу его наконец-то увидеть. То, что он был жив, напоминала мне слеза дракона, но этого было мало.

— Нет. Он сильный маг и умеет хорошо скрываться, — покачал головой настоятель монастыря. — Поверь, сейчас наступают тёмные времена, и ему лучше не мешать и не путаться под ногами.

— Я прибыл накануне вечером в село Великое, но никого не обнаружил. А все в деревне единогласно заверяли, что понятия не имеют, куда ты делся. Просто пропал, как только спас похищенных оборотнем девушек. — Продолжил Рубцов. — Тогда я решил сам прогуляться по окрестностям и увидел довольно интересную картину, как Андрей Валерьевич силой закидывает за завесу сопротивляющихся духов возле заброшенной мельницы. Это было любопытное открытие, ведь по всей империи, в местах формирования колонн, происходит постоянное нападение призраков на местных, а мы можем только развеять не упокоенные души, никак не влияя на колонны, которые скреплены печатями в самой преисподней. Тогда он рассказал, что княжич Уваров спас это поселение. Когда я встретил вас в том трактире, то я даже не подумал о том, что мальчик, которого ищут сейчас с десяток высокоуровневых Стражей, преданных князю Уварову, стоит передо мной. Правда, змея, которая начала формироваться из твоей магии ядра, открыла мне глаза, — усмехнулся он и покачал головой.

— Хорошо. Допустим, вы знаете, кто я такой. Что будет дальше? — поинтересовался я, немного расслабляясь. Всё-таки Карпов ничего лишнего не говорил.

— Дальше ты, как мы и обещали твоему отцу, будешь учиться в школе Стражей под руководством мастера Рубцова. Правда, он, как только узнал, кто ты есть на самом деле, хотел было пойти на попятную, но слова, сказанные при свидетелях, обратно не возвратишь, — улыбнулся Моров. — У тебя, как и у твоей подруги-феникса, есть пропуск в школу без каких-либо испытаний и отборов. Но мне кажется, вам лучше вести себя, как обычные ребята и не привлекать излишнего внимания. — Серьёзно проговорил глава школы.

— Хорошо. Только зачем весь этот разговор? — прямо спросил я. — Могли бы уже в школе сказать о том, что вам известно. Это ведь не всё?

— Нет. Нам нужна твоя помощь, Михаил. — Кивнул Моров. — Расскажи, как ты сделал брешь в завесе. По объяснениям Карпова мы так и не смогли понять, что это такое и как ты догадался, что именно нужно делать. О том, как тебе удалось раскрыть скрытые техники развития энергии души и снова сформировать ядро в такие короткие сроки я не стану спрашивать, всё же отец у тебя был выпускником нашей школы, — мягко произнёс он, немного подаваясь вперёд.

Вот как, значит, отец пришёл к такому же выводу, что школа Стражей может помочь в моём магическом развитии. Просто так он раскрываться сам и раскрывать меня явно бы не стал.

— О магии символов и знаков я прочитал в одной из книг семейной библиотеки, которая сгорела во время пожара, — как можно уверенней проговорил я. — Это смешанное заклятие, состоящее из пяти простых рун, заключённых в священный круг. Я могу показать.

Я взял один листок из папки, что лежала на углу стола, и карандаш. Обычных ручек почему-то тут не было. Хорошо, хоть не перья с чернилами, как предпочитали подписывать документы на высшем уровне. Начертив все необходимые знаки, я передал лист деду Карпову, который отнёс его к моим, вероятно, будущим наставникам. Внимательно изучив его, негромко переговариваясь между собой, они явно пришли к какому-то выводу. Рубцов свернул лист и положил во внутренний карман своего плаща. Поднявшись, он слегка склонил голову и подошёл ко мне.

— Я на тебя рассчитываю, как и на твоих друзей. Им известно, как я понял, о твоём происхождении, поэтому пусть будут возле тебя, пока всё не уляжется. Не подведите меня, не слишком хочется вмешиваться в естественный ход отбора. — С этими словами он кивнул деду Карпову, и они вместе вышли из комнаты, закрыв за собой дверь. Надеюсь, он будет держать язык за зубами.

— Теперь я могу идти? — нарушил я возникшую тишину, во время которой настоятель и глава школы пристально смотрели на меня.

— Да. Помни, никто не должен знать, кто ты такой. Реже выходи из монастыря. Хоть на тебе и очень хорошие чары маскировки, которые даже я не понял, как действуют, но во избежание неприятностей, лучше не светись на людях. Здесь, по крайней мере, отец Фёдор сможет тебя защитить. — Проговорил Моров, сам поднимаясь на ноги. — Да и мне уже пора.

Он также, больше не говоря ни слова, вышел за дверь, оставив нас с настоятелем в помещении вдвоём.

— Я могу спросить? — наконец, решил я задать терзающий всё это время меня вопрос.

— Разумеется. — Кивнул отец Фёдор.

— Почему нас троих сразу не пропустить в школу. Ведь отец просил забрать меня не в стены этого монастыря.

— Потому что внутри школы сейчас не всё гладко, — с некоторой заминкой ответил настоятель. — Глава Моров заверил, что за это время разберется во всех разногласиях, которые там сейчас царят. Тебе будет пока лучше находиться здесь.

— Благодарю за ответ, — я кивнул и вышел через двери, возле которой мерил коридор шагами Пётр. Он встрепенулся, когда меня увидел, и рванул ко мне.

— Что они хотели? Моров, Рубцов, настоятель. Новичков они обычно так не встречают. Ты что, шишка какая? — подозрительно покосился на меня младший клирик.

— Нет, просто вышло одно недоразумение. Отец отправил людей, чтобы меня привезли, а я сам пришёл сюда. Но, я надеюсь, мы все решили, так что мне позволили остаться здесь и участвовать в отборе. — Поморщился я, надеясь, что эта история, благодаря Петру, не выйдет за пределы этого коридора.

— Ага, ну хорошо, что всё закончилось. Я вот сразу подумал, если б ты был птицей высшего полёта, стал бы ты ходить в форме обычного рабочего заставы? Тоже мне, напридумывают всякого, — рассмеялся парень. — Ну и хорошо. Пойдём, провожу до комнаты, да расскажу, что где находится.

Дошли мы обратно где-то через час, когда моё терпение начало уже подходить к концу. То ли у парня был дефицит общения, то ли он по жизни был таким говорливым, но уже через полчаса у меня от него заболела голова. Но я стойко топал вслед за ним, стараясь запомнить каждый свёрток, класс, кабинет, столовую, залы для тренировок.

Пятый этаж был полностью закрыт от всех, кто проживал в монастыре. На дверях стояли несколько Стражей, которые по силе были минимум четвёртой ступени развития. Там, как я понял, находилось несколько помещений, в которых будет проходить отбор, и сам телепорт, через который можно попасть в школу Стражей. И это место довольно неплохо охранялось от любопытствующих глаз, если даже на дверях стояло два высокоуровневых мага.

Когда я оказался в коридоре жилой зоны для поступающих, а Пётр распрощался со мной ещё на входе в него, то выдохнул с облегчением. Звенящая пустота, царившая здесь, с непривычки даже оглушала. Я открыл дверь своей комнаты и зашёл внутрь, оглядывая обстановку.

— Ну точно казарма, — протянул недовольно Павел.

Комната была небольшая, внутри которой располагались только кровати возле стен, прикроватные тумбы с небольшими светильниками, да две двери напротив входа с табличками, обозначающие ванную комнату и туалет. Всего коек было восемь, но заняты из них были только шесть. Как только я вошёл, все отвлеклись от своих занятий и пристально уставились на меня. Знакомиться со своими временными соседями мне не слишком хотелось, да и они, судя по всему, особо не спешили первыми представляться. Поэтому я спокойно прошёл внутрь и подошёл к одной из незанятых кроватей. Она была застелена серым покрывалом, а сменное бельё и одеяло лежало стопкой на тумбе.

— Это место занято, — протянул юношеский голос у меня за спиной. Я повернулся и увидел нескладного парнишку, который, прищурившись и скривившись в ухмылке, презрительно смотрел на меня, сложив руки на груди.

— Без проблем, — я пожал плечами и подошёл к точно такой же кровати, стоящей напротив.

— Я же сказал, это место занято, — вновь раздался этот противный голос. Я закрыл глаза и глубоко вздохнул, считая до десяти, прежде чем повернуться к нему.

— Что тебе нужно? — ровно спросил я, стараясь держать себя в руках.

— Мне? Я староста этой комнаты, поэтому я решаю кто, где и когда спит. Ты мне не нравишься, поэтому сегодня твоё место на полу, как и всех прибывающих сюда новичков, — оскалился он, рассматривая свою руку, которую окружил красноватый туман.

— И кто тебя сделал старостой? — Уточнил я, подтверждая догадку, что этот дым — отголосок его ауры, а сам он находился на уровне красного ядра силы. Зрение душ показало, что все столпившиеся вокруг нас парни сформированного ядра силы не имели.

— Сила и моё положение ставят меня изначально выше остальных, кто в данный момент здесь находится, — прошипел он, и я только сейчас заметил, что одет он был действительно дорого. Мне даже показалось, что у него был портной не ниже по навыкам, чем был у нашей семьи в поместье. — Если ты не согласен с этим, то давай сразимся за это звание. Но никто до этого не смог победить меня. Ты такой же неудачник…

— Да замолчи ты, и так голова болит, — поморщился я, перебивая его на полуслове. — Хочешь показать свою силу? Отлично, я тоже не против. — Я всё это время пытался вспомнить, где мог видеть этого напыщенного индюка. Его внешность точно была мне знакома, но, видимо, встречались мы только пару раз, и эти встречи для меня ничего не значили.

— Не напрягайся, отдохни, я тут сам разберусь, — как-то восторженно проговорил Павел. — Люблю запах подпалённых аристократов поутру.

Останавливать я его не стал, предполагая, что перстень оглушит паренька каким-нибудь лёгким заклинанием. Однако разразившаяся яркая синяя вспышка, которая на мгновение ослепила глаза, и последующий за ней звук оглушающего хлопка, ясно показали, как я сильно ошибался.

— Кажется, мы немного перестарались, — как-то виновато протянул артефакт, начиная тянуть из меня энергию и постепенно очищать воздух от пыли, которая плотной завесой окружала меня и не давала разглядеть, что именно он натворил на сей раз.

Глава 15

Когда пыль рассеялась, я осмотрел комнату, увидев на полу в том месте, где находился мой противник, чёрное обгоревшее пятно. Какой был силы этот магический взрыв, что смог оплавить камень, оставалось только догадываться. На удивление, находившиеся в комнате парни были живы и даже почти здоровы. Взрывной волной их разбросало по всему помещению, стены которого не дали им улететь слишком далеко. Но, они все, включая моего обидчика, сейчас неуверенно поднимались на ноги, морщась от боли в ушибленных местах и недоумевающе переглядываясь.

— Фух, — протянул артефакт. — Кажется, ничего критичного не произошло, хотя я бы не отказался от того, чтобы несколько костей у этого напыщенного индюка всё же было сломано. — Недовольно пробурчал он. — И почему у магов кости настолько прочнее? Не пойми меня неправильно, но иногда это меня немного огорчает.

Я с ним был полностью согласен. Судя по тому, как злобно этот парень смотрел на меня, буквально прожигая от ненависти взглядом, наш небольшой урок ему совершенно не помог оценить происходящее в полной мере.

— Ты за это ответишь, — процедил зачинщик этого конфликта, тряхнув при этом головой, подняв очередное облачко пыли вокруг себя. — Как ты посмел поднять руку на аристократа, — сквозь стиснутые зубы прошипел он, на что я только рассмеялся.

Выглядел он довольно жалко. Его надменность, всё ещё присутствующая на лице, не слишком сочеталась с внешним обликом. После этой атаки Павла он был весь в пыли, грязи, в рваной одежде и с многочисленными ссадинами и синяками на руках и лице.

— Ты же сам предложил решить назревший конфликт силой. Я так понимаю, мы его решили. Поэтому оставь меня в покое и приведи себя в порядок, а то тошно смотреть на подобную элиту нашего общества, если ты не соврал, конечно. Имени твоего я, кстати, не знаю. Не слишком это по-аристократически нападать со спины, даже не представившись, — ответил я, пристально глядя на сжимающего кулаки парня, что начал медленно двигаться ко мне, отлипнув наконец от стены, на которую он опирался некоторое время, приходя в себя.

— Поверь, ты вылетишь отсюда гораздо быстрее, чем рассчитываешь. — Ровно проговорил он, вздёргивая вверх подбородок, наверное, таким способом пытаясь показать свой статус. Выглядело это, мягко скажем, нелепо.

— Но сейчас я здесь и, пожалуй, ещё на некоторое время тут подзадержусь, поэтому правила меняются. — Хмыкнул я, сложив руки на груди, пытаясь вспомнить, где же его всё-таки видел. Назвал бы своё имя, и голову ломать не пришлось. — Раз ты выбыл из игры после одного моего слабенького удара, то сейчас, полагаю, ты снимаешь с себя полномочия старосты комнаты и передашь их мне. Потом ты возьмёшь метлу, тряпку, ведро и уберёшь то, что натворил, — улыбнулся я, не прерывая зрительного контакта.

Все остальные собрались в кучку возле выхода, находясь в максимальном удалении. Парни испуганными не выглядели, наоборот, о чём-то воодушевлено перешёптывались, постоянно оглядываясь на меня. Сомневаюсь, что они решатся напасть все вместе, ведь магов среди них не было. Видимо, просто обсуждают произошедшее и делятся впечатлениями.

— Я ещё не использовал всю свою силу и свои самые мощные умения. Поэтому ничего ещё не решено, — продолжил гнуть свою линию он, не замечая ничего вокруг. Я, в отличие от него, немного напрягся, потому что в этот самый момент раздался дикий рёв откуда-то за стеной.

— Какие умения, призыв няни? — невольно вырвалось у меня, на что парень зарычал и бросился в мою сторону. Я же сделал несколько шагов назад, нащупывая рукой дужку кровати и вытаскивая её из пазов. В своей прошлой жизни я достаточно много времени провёл в казармах, и стальная дужка от кровати неизменно была очень веским аргументом в споре с подобными людьми.

Правда, воспользоваться ей я не успел. Неожиданно раздался дикий грохот, сопровождающийся рычанием и звуками ударов чего-то не шибко твёрдого о каменную кладку. Всё ещё пытающийся достать меня своим авторитетом парень резко обернулся, забыв, что только что хотел поквитаться со мной, используя только голую силу. Стена, разделяющая между собой комнаты, неожиданно начала рушиться, а пол под ногами дрожать. Вновь поднявшееся облачко пыли заслонило на мгновение обзор.

Вылетевшее из тумана тело, напоминающее смесь дикобраза и человека, угодило точно в замершего аристократа моей комнаты, повалив его на пол. Дикобраз, обратившись в человеческую форму, откатился в сторону к моим ногам. Он, тяжело дыша, поднялся на ноги, глядя прямо перед собой.

Облако пыли осело, явив нашему взору принявшего полную трансформацию бобра. Его глаза горели красным огнём, а изо рта доносился тот самый рык, который заставил меня несколько секунд назад напрячься. Сделав несколько шагов вперёд, он обвёл помещение тяжёлым взглядом.

— Кто ещё считает, что может отбирать у меня еду? — от его рёва затряслись стены, а стоявший передо мной парень от неожиданности присел. Похоже, местные порядки были едины во всех комнатах. Только мне интересно, знает ли об этом настоятель и клирики, и почему Пётр ничего об этом мне не сказал, когда проводил свою часовую экскурсию.

Из дыры в стене выглядывали удивлённые ребята, стараясь не попадаться лишний раз на глаза разъярённому бобру, которого хотели лишить буквально святого.

— Что тут, демоны вас всех раздери, происходит? — раздавшийся голос настоятеля донёсся до всех, находившихся в этот момент в комнате. Входная дверь широко распахнулась, и внутрь вошёл отец Фёдор в сопровождении Петра и ещё одного незнакомого мне клирика. Они пристально осмотрели помещение, задержав взгляд на мне и на Сергее, который тут же отошёл от своего праведного гнева и с небольшой задержкой повернулся в сторону вошедших, не меняя при этом свою форму.

— Небольшое недоразумение, только и всего, — решил пояснить я, выходя вперёд и переступая через бывшего старосту моей комнаты, который не перенёс встречи с дикобразом и находился сейчас в какой-то дезориентации.

Свежие раны от игл оборотня в области лба и щёк кровоточили, заливая его лицо и превращая кожу в своеобразную кровяную маску. Он слабо шевелился и пытался подняться, но это у него выходило, и рук вон плохо.

— Конфликты между послушниками на территории монастыря запрещены, — отрезал отец Фёдор, глядя мне в глаза. — Хотите мериться силой, тогда исключительно за воротами этого дома, отрёкшись от желания стать клириком или Стражем. Играет молодая кровь и застилает разум? Пожалуйста, идите на арену для поединков. Но никак не в жилой зоне. Я понятно всё объясняю?

— Да, разумеется, — проговорил дикобраз, опуская глаза. — Этого больше не повторится.

— Надеюсь на это, — кивнул настоятель. — Тех, кто это устроил, ждёт наказание. Обязательные работы вне учебного времени во благо монастыря в течение трёх часов ежедневно на протяжении двух недель.

— Но я-то тут при чём? — Всплеснул руками бобёр, начиная превращаться от возмущения в человека. — Не я первый начал, почему я должен тратить своё свободное время на общественные работы, — всё тише и тише под пристальным взглядом мужчины говорил Сергей. — Хотя, если подумать, стену я мог и не ломать. Поэтому я, как честный будущий клирик, с радостью приму это наказание, которое должно быть обыденностью для каждого, кто живёт на территории монастыря. — Отчеканил он, выпятив грудь и преданно глядя на усмехнувшегося настоятеля.

— Вовремя переобулся. Какой молодец, — протянул Павел. — А вообще, этот бобёр мне нравится всё больше. Ты представляешь, какой силой он обладает, если каким-то ежом смог пробить каменную стену? Вот и я не знаю, и даже представить боюсь.

— Пётр вам четверым всё объяснит и покажет. Приступите к отработке сегодня после ужина. Остальные же уберут этот мусор. И да, Андрей, — повернулся настоятель к незнакомому мне послушнику. — Разберите уже эту стену и объедините комнаты. Каждый год одно и то же. Она у вас скоро от любого чиха падать начнёт, — поморщился отец Фёдор усмехнувшись. — Те, кто прибыл в монастырь сегодня и в течение последней недели, поднимайтесь на пятый этаж в сопровождении Петра. Мне нужно ввести вас в курс дела и провести предварительное тестирование.

С этими словами он развернулся и вышел из комнаты, лишь на секунду остановившись и бросив взгляд на дыру в стене, из которой продолжали размерено сыпаться камни и песок. В открытые двери заглянули девчонки, и я наткнулся на обеспокоенный взгляд Милы. Кивнув и улыбнувшись ей, показал, что всё с нами в порядке. Она погрозила кулаком и выскочила в коридор, где вышедших девушек ожидал ещё один клирик и сразу же повёл, как я полагаю, на встречу с настоятелем монастыря.

— Пятый этаж? Там же портал в школу и арена для испытаний, — протянул подошедший ко мне парень, обладающий второй формой в виде дикобраза. — Меня Алексей, кстати, зовут.

— Михаил. Зачем к спящему бобру полез? — тихо спросил я, глядя, как Сергей медленно подходит к нам, буровя своего обидчика злым взглядом.

— Традиция, — пожал он плечами. — Не официальная, конечно, но все старосты комнат всегда должны вызывать на поединок новичков, чтобы подтвердить свои полномочия. Я не особо умею ругаться, поэтому просто сделал вид, что собираюсь забрать у него еду. — Улыбнулся он. — Кто же знал, что он из-за пирожков придет в такую неконтролируемую ярость? Так что, с радостью передаю своеобразную корону в руки твоего товарища. Мне такой радости больше не нужно. Я всё уяснил ещё с первого удара, — покосился он в сторону немного смутившегося после его слов Сергея.

— Мой не таким умным оказался, — усмехнулся я, выходя из комнаты вслед за окликнувшим нас клириком. Всего вместе со мной вышли пять человек, включая аристократа, который понуро плёлся позади всех. Ему даже не дали времени, чтобы привести себя в порядок.

Весь путь до пятого этажа мы проделали молча. Было видно по тому, как озирались остальные по сторонам, так высоко из них никто ещё не поднимался. Двери, которые были заперты ещё час назад, сейчас были распахнуты настежь, но так же, как и в прошлый раз, охранялись Стражами, которые, не говоря ни слова, нас пропустили внутрь.

Внутри было довольно мрачновато. Светильники на стенах, полу и потолке не могли должным образом осветить длинный коридор, где мы очутились. Чёрные камни поглощали свет, словно вбирая его в себя. Как и звуки, потому что наших шагов в этом странном месте слышно не было.

Мы шли около пяти минут, судя по ощущениям, немного поднимаясь вверх и отклоняясь в сторону, хотя на первый взгляд коридор был абсолютно прямой. В конце мы оказались перед массивными дверьми, сделанные из толстого пласта какого-то металла, от которого исходили мощные потоки магии, неприятной, тёмной и потусторонней. Девчонки в сопровождении клирика ждали нас у входа, напряжённо вглядываясь в символы и надписи, покрывающие двери. Этот язык мне был незнаком, но вот несколько символов я смог узнать, всё же магия рун не сильно отличалась от известной мне. Руны защиты, помощи и руна связывания, немного изменённая, но это точно была она.

— Входите, — прогремел голос настоятеля над нами, и двери распахнулись.

Мы переглянулись с Сергеем и решительно вошли внутрь первыми, тогда как остальные мялись перед входом, не решаясь переступить порог первыми.

Это оказался огромный зал, свободным пятачком которого был только небольшой круг в центре, где на возвышении за трибуной стоял отец Фёдор и Страж, в котором я узнал главу школы. Странно, он же куда-то вроде собирался уходить.

Я обвёл помещение взглядом. По всему периметру располагались стеллажи в несколько рядов, которые были заставлены светящимися в темноте разноцветными кристаллами в виде ровных пирамидок. Какие-то из них едва светились, некоторые испускали, наоборот, очень много света. Что это было, я так и не смог понять. С таким я раньше не сталкивался, а бушующая в помещении магия, вперемешку с первозданной энергией, чистой, необработанной и не рассеивающейся, как это должно было быть, делали воздух плотным и практически блокировали мои способности.

— Мы рады видеть вас в стенах этого дома, — проговорил настоятель, когда пристально осмотрел каждого, кто пришёл к нему на встречу.

— Не нравится мне всё это, — пробубнил еле слышно Сергей, но я смог его услышать. Не только ему было не по себе. Похоже, влияние первозданной энергии душ мог нормально переносить только я из новоприбывших. Остальные, включая Милу, постоянно озирались по сторонам и водили плечами.

— Как вы знаете, клириками, как и Стражами могут стать не только люди, обладающие магическим даром, но и другие, наделённые определёнными способностями. Это и делает наше учение уникальным и заставляет хранить это втайне. — Довольно серьёзно проговорил настоятель, поочерёдно глядя в глаза каждому.

— Вам наверняка мало что известно о клириках, поэтому немного поясню, — взял слово Моров. — Клирики и Стражи неразрывно связаны общим учением, и всегда помогают друг другу. Они отличаются от нас только в одном: их сил недостаточно, чтобы справиться с теми знаниями и задачами, которые стоят перед нами, — проговорил глава школы, глядя пристально на меня. — Клирик — это воин. Хорошо обученный и являющийся элитным бойцом. Большинство сильнейших Стражей, своё обучение начинали в качестве клириков.

— Мы здесь не для того, чтобы становиться никому не нужными клириками, — фыркнул недобитый нами аристократ. — Либо школа, либо нет. Я, как и моя семья, не допустит даже мысли, чтобы остаться здесь, если я, по какой-то непонятной причине, не смогу поступить в школу. — С какой-то злостью и призрением проговорил он. Морову такой ответ явно не понравился, точнее, такая формулировка. Это было видно по тому, как он едва заметно покачал головой и сложил за спиной руки. Видимо, это действительно отпрыск какой-то важной шишки, раз они так спокойно терпят его закидоны.

— Это ваше право, — сдержанно ответил настоятель. — Я вас, Олег Владимирович, больше не задерживаю. Пётр, проводи молодого господина на выход.

— И это всё? — вздёрнул брови Олег, непонимающе уставившись на отца Фёдора.

— Да, — коротко бросил он. — Тот, кто придерживается точно такой же точки зрения, могут последовать к выходу вместе с ними. Участие в отборе и испытаниях вы пройти сможете, но находиться на территории монастыря с этого момента нет. Отработку наказания это не отменяет. Работы вне стен монастыря вам найдут.

— Но мой отец… — уже как-то нерешительно пробормотал парень, быстро меняясь в лице. И куда делась его надменность? Я едва заметно поморщился. Нет, он точно не из верхушки общества. Правила поведения особенно в подобных местах при общении с такими людьми, как настоятель, мне вбивали в голову с трёх лет, когда я хоть немного стал себя осознавать. Да, он мог отказаться, но не в таком тоне. Ничего бы, конечно, не поменялось, но вот отношение к нему точно сформировалось бы иное.

— Мы оповестим его. Он прекрасно знает правила, и был о них предупреждён заранее, — отрезал отец Фёдор.

Наступила тишина. Судя по всему, не такой реакции ожидал дерзкий аристократ. Он взял себя в руки, вновь вернув на лицо маску пренебрежения к окружающим. Бросив надменный взгляд в сторону настоятеля, он громко фыркнул и направился в сторону выхода. Вместе с ним вышли две невзрачные девчонки, которые, судя по внешнему виду, были сёстрами. Я даже поймал себя на мысли, что не смог запомнить, как они выглядят: светлые волосы, бледная кожа, серого цвета глаза. Встреть их на улице, я прошёл бы мимо, даже не задержав на них взгляд.

— Я всё равно отбор не пройду, а так хоть клириком стану. Это своего рода достижение для всего моего рода, — ровно проговорил Сергей, делая шаг вперёд, говоря о том, что останется в монастыре, что бы ни случилось.

— Я уже сказала раньше, что буду либо Стражем, либо клириком, потому что другого пути у меня нет, — проговорила Мила, вставая рядом с оборотнем. Я, в свою очередь, просто сделал шаг вперёд, присоединяясь к своим товарищам.

Также молча к нам присоединился Алексей, а вот парень, которого я не знал, удалился вслед за остальными.

— Ну что ж, надеюсь, вы подумали хорошо над своим решением, потому назад дороги уже не будет, — проговорил настоятель. — На протяжении следующих трёх суток вы сможете изменить своё решение. После, когда вы будете приняты в ряды послушников, уйти отсюда будет проблематично, только после прохождения ритуала о неразглашении. Всё-таки мы не просто так бережём свои секреты от посторонних.

Мы промолчали, на что он кивнул и повернулся к Морову.

— Чтобы время, проведённое в стенах монастыря до отбора, не было потрачено зря, сейчас мы проведём первый этап испытания, который покажет, какой максимальной силы вы сможете достичь. Это заложено в каждом из вас с рождения. Это испытание не на выбывание и будет влиять только на то, с чего именно с каждым из вас начать обучение, — проговорил настоятель.

— Но это разве будет честно по отношению к тем, кто не решил стать клириком? — нахмурился Алексей, глядя на Морова.

— А почему это должно быть честно? — улыбнулся Моров и взмахнул рукой, полностью гася свет в помещении.

Глава 16

Когда наступила полная темнота, разрезаемая тусклым светом кристаллов со стеллажей, прямо перед нами начало формироваться окно телепорта. Правда, вместо привычной мне синей ряби, внутри открывающегося перехода клубился густой серый туман. То и дело в этом мареве мелькали какие-то тени, молнии и небольшие всполохи огня. Их становилось всё больше, и, наконец, серую дымку разрезало яркой голубой вспышкой, а в нас ударило холодным, пробирающим до костей ветром. Мила, стоявшая рядом со мной, от неожиданности охнула и схватила меня за руку.

— Перед вами проход на первое испытание. — Раздался голос Морова, который он усилил, чтобы мы услышали его через гул бушующей стихии. — Проходить его будете по одному.

Все переглянулись между собой, но никто не стремился первым шагнуть в этот водоворот, который безопасным отнюдь не выглядел. Наше замешательство явно не понравилось сильным магам, но своего недовольства они не высказали. Только рассекающий воздух фиолетовый кнут пронёсся над порталом и, обвив за талию девушку, которая всё ещё держала меня за руку, рывком оторвал от земли и буквально забросил в туманную рябь портала. Меня протащило вместе с ней практически до самого перехода, но я вовремя успел освободить руку, чтобы не нырнуть в окно следом за ней. Мало ли какие тут порядки.

— Михаил, — голос настоятеля звучал глухо и словно доносился до меня из моей же собственной головы. — Пройдёшь испытание последним. Постарайся не раскрывать свою личность и истинную магию родового дара, что бы не происходило.

Я ничего не ответил, только кивнул, надеясь, что он меня видит. О том, кто я такой на самом деле, было известно немногим, и не следует увеличивать количество осведомленных, чтобы спокойно пережить этот месяц в стенах монастыря и постараться разобраться во всём, что творится в империи.

— Следующий, — раздался голос отца Фёдора в тот самый момент, когда из портала вышла Мила. Света, конечно, было мало, но даже этих крупиц было достаточно, чтобы разглядеть какую-то панику и страх в глазах девушки.

— Ну что ж, от судьбы всё равно не уйдёшь, — не став дожидаться принудительного полёта, проговорил Алексей, решительно направившись в сторону окна телепорта.

— Что там, рассказывай, не томи. — Едва дождавшись, пока Мила дойдёт до нас, тут же начал свои расспросы Сергей. — Что там заставляют делать?

— Плясать босыми ногами на раскалённых углях, — прорычала девушка, тряхнув головой. — Но ты не переживай, у тебя шкура толстая, ты этого даже не заметишь.

— Что, правда? — как-то недоверчиво посмотрел на неё оборотень.

— Конечно, нет, — поморщилась она, глядя перед собой. То, что там произошло, вызвало замешательство и горечь, в которые перерос её страх. Делиться с нами Мила, по-видимому, не собиралась, что и понятно, знали мы друг друга всего лишь сутки.

— Мой предельный ранг пятый, — вскинул руки появившийся из портала оборотень-дикобраз. — А мне все всегда говорили, что я ни на что не годен. Получите, любимые родственнички.

— Сергей Волков, ты следующий, — настоятель кашлянул, пытаясь таким образом успокоить Алексея, который от радости начал изображать какой-то ритуальный танец прямо возле окна телепорта. Услышав голос настоятеля, парень перестал так рьяно показывать всем свою радость и отошёл от портала, уступая место нерешительно подошедшему и опустившему голову Серею.

— И что, пятый уровень предела развития — это повод для гордости? — немного удивившись, спросила Мила у чуть ли не прыгающего от счастья Алексея.

— А что, нет? — вскинулся он. — У меня в семье за последние пятьдесят лет никто не мог пройти дальше первого испытания Стражей. И то, из-за их политики, что на первом испытании никто из претендентов не выбывает. Ни у одного из них не было никакого потенциала развития. Тем более что дальше шестого уровня даже высшие маги не могут пробиться. Так что, у меня не так всё и плохо.

Я внимательно посмотрел на счастливого парня. Почтенный мастер. В целом, действительно не так плохо. Даже у меня в легионе магов душ с подобным уровнем развития было около трёх десятков. Если будет усердно заниматься, то из него выйдет отличный воин.

— Да ладно! Восьмой⁈ — На всю комнату прогремел голос моего товарища, вернувшегося из телепорта. — Мих, я самый крутой бобёр со времён великого дерева! — На меня вылетел Сергей, стискивая в крепких объятьях, отчего я не мог вздохнуть и надеялся, что у меня не треснут ребра под этим натиском. Зря, наверное, я решил подойти к порталу, ожидая, когда Сергей покинет место, где проводилось первое испытание.

— Ты шутишь, что ли? — раздражённо прошипела Мила. Как у неё получилось говорить тихо и так, чтобы мы услышали, оставалось только гадать. Меня, наконец, выпустили из бобриной хватки, и я смог повернуться к ней, глядя, как зажигается огонь в её глазах, а она от нахлынувшего гнева стиснула кулаки. — Даже у меня всего лишь шестой. Шестой! Тогда как у отца и матери уровень предела был восьмой.

— Шестой тоже не так уж и плохо. Тем более что всегда можно перешагнуть свой максимальный уровень, — ответил я ей, глядя прямо в глаза. — Предел — это всего лишь цифра, на которую стоит ориентироваться. Только и всего.

— Откуда тебе известно, — покачала головой Мила, опуская глаза и качая головой.

— Михаил, иди, — вклинился в наш разговор настоятель.

Я кивнул и решительно шагнул в окно портала. В серой дымке я не мог разглядеть даже очертания своих рук, настолько плотно она окутала меня. Я не чувствовал переноса, и сам не мог сделать ни единого шага. Моё тело объяло жутким холодом, но тут же накрыло спасительным теплом. Неожиданно возникший луч жёлтого света ударил откуда-то сверху, проникая в меня и распространяясь по телу. Это была концентрация первозданной энергии просто невообразимой силы, и такой чистоты, что заставила сердцевину моей души сиять подобно небольшому солнцу.

Рывок вверх, и я тут же оказался в центре тёмной, огромной комнаты. Потолка видно не было. Только звёздное небо, которое то и дело покрывалось тяжёлыми тучами. Вокруг меня находились десять высоких и массивных колон, что окружали площадку ровным кругом. Прямо передо мной немного вдалеке парила в воздухе небольшая трибуна, на которой стояли шесть облачённых с серые плащи Стражей. Их лиц видно не было, но зрением душ я смог разглядеть, что двоих из присутствующих я знал: это был глава школы Моров и мой наставник Рубцов. Их слепки душ я запомнил как можно тщательнее. Подобные знания лишними никогда не бывают.

— Представьтесь, — незнакомый голос разнёсся по пространству. Я посмотрел прямо на Стражей.

— Михаил Вайс. Человек, — зачем-то уточнил я, вспоминая, что из группы, проходящих сегодня отбор, был единственным представителем от людей.

— Маги, практикующие помимо развития ядра, техники развития души не редкость. Уровни развития ядра и развития души не всегда являются одним и тем же, об этом стоит помнить. Нам неинтересен предельный уровень развития силы вашей естественной магии, только максимальный ранг развития души. Надеюсь, это понятно, чтобы не было никаких недоразумений в дальнейшем, — проговорила женщина приятным голосом.

— Да, — кивнул я, пристально рассматривая зрением душ собравшихся Стражей. Говорившая только что женщина была третьего ранга. И то получила она своё третье кольцо не так уж и давно. Слишком бледным оно было, готовым раствориться от одного неправильного движения. Чтобы закрепиться на этом ранге, стоит ещё довольно долго работать. Все остальные были пятого ранга и выше. Интересно, зачем она здесь.

— Тогда приступим. — Продолжала говорить женщина Страж. — Платформа, на которой вы стоите, напитана силой и на неё нанесены определённые символы. Весь ритуал определения максимального уровня продлится не больше минуты. Вам ничего делать для этого не нужно.

Я пожал плечами и посмотрел себе под ноги. Платформа, о которой говорила Страж, немного поднялась вверх, а символы, которых оказалось достаточно много, начали напитываться тем же жёлтым светом первозданной энергии, которую я ощутил во время переноса.

Когда все вычерченные руны, которые я старался как можно тщательно запомнить, зажглись, из них вверх ударили тонкие лучи света. Словно живые, они устремились ко мне и проникли вглубь моего тела, доставая прямо до первозданной энергии души. Платформу качнуло, и она сделала несколько оборотов. После чего взлетела вверх, остановившись на уровне вершин колон, где располагались начинающие загораться фиолетовым светом кристаллы.

Все десять лучей от зажёгшихся кристаллов в один миг пронзили моё тело, вызывая резкую, нестерпимую боль в груди. Там, где располагалось ядро силы и сердцевина души. В глазах сразу потемнело, и я осторожно опустился на одно колено, хватаясь за грудь, чтобы хоть немного уменьшить эту боль. Интересно, это так задумано или что-то пошло не по плану Стражей. Прошедшие до меня первое испытание не выглядели так, будто их старались разорвать на части.

Внизу раздавались обеспокоенные голоса, но их слов я разобрать не мог. Платформу в очередной раз качнуло, и символы начали один за другим гаснуть. Не успел я выдохнуть и подняться, когда болезненные ощущения прошли, как платформа резко взмыла вверх, оставляя позади себя вершины огромных колонн. Символы вновь начали загораться, причём даже ярче, чем сияли до этого. Похоже, что-то явно пошло не по их плану. Нужно попытаться спрыгнуть с этой платформы, чтобы оборвать контакт с первозданной энергией, которая продолжала проникать в моё тело, насыщая кольцо первого ранга до его предела.

Внезапно ядро в груди вспыхнуло, начиная окрашиваться в синий цвет, затем в жёлтый. Так происходило до того момента, пока ядро не засияло золотым светом. Я не чувствовал изменений в теле. Именно так выглядел потенциал ядра, которого я мог бы достичь. Хорошо, что это только иллюзия. С моим развитием тела и магии я не смог бы выдержать даже резкого скачка на третий уровень, что тут говорить о максимальном.

Глядя на то, как меняет свой цвет ядро, я чуть ли не пропустил формирования едва заметных колец вокруг сердцевины души. Их тоже было десять, но тут ничего удивительного. В своей прошлой жизни я мог достичь предела и остановился всего в шаге от того, чтобы прорваться на последний ранг. Почему в этом мире потенциал энергии моей души должен был отличаться.

Стало холодно. Платформа тут же покрылась толстой коркой льда, через которую уже не мог пробиться свет от светившихся символов. Мир вокруг меня потемнел, а сама платформа начала постепенно спускаться вниз. Но резкий всплеск знакомой силы заставил вращающийся круг подняться резким движением ещё выше. Мы взлетели так высоко, что огромные колонны виднелись лишь небольшими точками. Я огляделся, но не смог разглядеть ничего вокруг. Только постепенно формирующийся вихрь. Энергия от кристаллов и вычерченных рун смогла разбудить мой родовой дар и призвать водяного змея.

— Михаил, я, конечно, жутко извиняюсь, но не думаю, что это субпространство, в котором мы находимся, сможет выдержать выброс магии твоего ручного пресмыкающегося, — шёпотом проговорил Павел, который не выдержал и нарушил молчание, которое он хранил всё это время. Он явно был обеспокоен, и артефакту было глубоко плевать, сможет ли его заметить ещё кто-то, кроме Рубцова.

— Я пытаюсь его сдержать, — проговорил я сквозь зубы, стараясь обуздать эту неподвластную на моём уровне магию.

— Не нужно его сдерживать! Это твой родовой дар. Прикажи ему убраться, — протараторил Павел в тот самый миг, когда платформа раскололась на две части и устремилась вниз.

Я закрыл глаза, представляя воплощение своего родового дара. Неожиданно стало очень тихо. Я перестал ощущать падение и словно замер в воздухе. Из кромешной темноты медленно показались два жёлтых глаза, которые пристально смотрели на меня. После чего появился и сам водяной змей. Его голова находилась буквально в нескольких сантиметрах от меня, и я даже мог почувствовать его морозное дыхание.

— Уходи. Сейчас ты мне не нужен, — как можно увереннее произнёс я. Что произошло и где я на это мгновение очутился, постараюсь разобраться потом.

Змей зашипел и резко скрылся в темноте. Я вновь почувствовал, что стремительно несусь вниз, а в голову буквально ворвались звуки, включая голос Павла, который вопил, что не хочет умирать молодым.

Я открыл глаза и резко встал на колени, видя, как быстро приближается земля. Стражи пытались всё это время воздействовать на платформу, но их заклятия, пущенные в неё, словно натыкались на невидимый барьер.

— Вот и проходи испытания под наблюдением высокоранговых мастеров. Всегда всё придётся делать самому, — прошипел я и направил в платформу часть своей первозданной энергии, оплетая её едва заметными нитями. После чего снял окружающий её щит, что позволило мастерам остановить платформу буквально в паре метрах от земли и плавно опустить её вниз. Надеюсь, они не поймут, что это я им помог. Иначе могут возникнуть неудобные вопросы.

— Кто твои родители? — первое, что спросил у меня молодой мужчина, когда все Стражи подбежали ко мне.

— Это всё, что вас интересует? — раздражённо дёрнул я плечом, сходя на землю. — Я чуть не погиб, а вы даже не посмотрите, что не так с вашей платформой?

— Михаил, — ко мне подошёл Рубцов, глядя пристально в глаза. — Мы ни разу не сталкивались с пробуждением силы высшего предела развития. За несколько десятков лет было всего несколько человек, обучающихся в нашей школе, кто обладал девятым уровнем. Это Светлейшие князья Уваров и Репнин. Но десятый. Такого на моей памяти ещё не было. Если подобное и случалось, то очень давно. Мы не были к этому готовы.

— Понятно, — усмехнулся Павел. — Их силоизмеритель не был готов к такому перегрузу. Ну хорошо, что ты змею смог удержать под контролем, иначе от них остались бы только тапочки и что-то малоаппетитное покрытое серыми плащами.

— Мне не знаком род Вайс. — Покосившись на перстень, проговорил Рубцов. — Кто твои родители? — повторил он вопрос незнакомого мужчины, который исподлобья всё ещё смотрел на нас.

— Они были магами низшего уровня. Родители умерли на заставе несколько месяцев назад, после этого меня воспитывал дед. — Спокойно ответил я. Такое пристальное внимание и изучающие направленные на меня взгляды не придавали уверенности.

— Ты уверен? — спросил, наверное, самый тупой вопрос допытывающийся до меня мужчина.

— А вы сами как думаете? — ответил я, сбрасывая руку своего наставника и делая шаг назад, чтобы видеть всех собравшихся Стражей.

— У него в роду не было Великих магов, кого-то из родов Светлейших князей и самого императора, — вышел вперёд Моров. — Сейчас произошло пробуждение его дара, и вместе с ним пробудилась бы родовая магия. Но ничего подобного мы не видели.

Все вокруг одобрительно загудели. Было видно, что они немного расслабились, но вот мужчина, который буквально прожигал меня взглядом, всё ещё выглядел крайне сосредоточенным.

— Зря они затеяли эту чушь с испытанием, — недовольно проговорил довольно громко Павел. — Либо твой Рубцов какой-то засланный казачок, который хотел тебя скомпрометировать, либо просто дурак, вместе с настоятелем и главой в этой школе, где преподаватели даже платформу остановить не могут. Но могу сделать только одно заключение: так просто спрятаться тебе точно не удастся, даже при условии того, что змею свою ты засунул в…

— Кхм, — кашлянул в кулак Рубцов, но Павла было уже не заткнуть. Столько отборных ругательств и эпитетов в сторону наставника полилось сплошным потоком, что мне оставалось только слушать и завидовать его воображению. Но в чём-то я всё же был согласен с артефактом. Если это была не подстава чистой воды, то непомерная глупость. Только вот в глупость высокоранговых мастеров душ я не верю.

— Что теперь будет? — прямо спросил я у Морова, глядя ему в глаза.

— Ничего. Мы рады видеть тебя в рядах наших учеников и постараемся сделать всё от нас зависящее, чтобы ты за короткое время смог реализовать свой потенциал. Сейчас настают трудные времена, и умелые воины самых высоких рангов будут полезны в сражении за империю.

— Надеюсь, то, что произошло здесь, не станет объектом слухов и сплетен, — проговорил Рубцов, обращаясь ко всем присутствующим. — Напомню вам о клятве неразглашения личности и способностях наших учеников. Тем более, это всего лишь предел, и это не значит, что этот парень сможет его достичь.

— Я могу идти? — полюбопытствовал я, прерывая начинающиеся споры о том, кто будет учителем юного дарования.

— Да, разумеется. — Глава школы Стражей махнул рукой, и меня буквально вынесло из портала, который тут же захлопнулся за моей спиной.

— Ты что так долго, мы уже переживать начали, — выдохнул Сергей. Никто из моих спутников зал так и не покинул, хотя двери его были открыты ещё в тот момент, когда я вернулся со своего незабываемого испытания. — Тебя четыре часа не было. Если бы не портал, который автоматически бы закрылся, как нам сказал отец Фёдор, в том случае, если бы с тобой что-то случилось, мы бы не знали, что делать дальше.

— Михаил, я могу с тобой поговорить наедине? — ко мне подошёл настоятель, а свет в помещении начал постепенно зажигаться. Я кивнул своим приятелям, после чего они, смерив настоятеля недоверчивым взглядом, быстро покинули эту комнату.

Глава 17

Настоятель смерил комнату взглядом и взмахом руки наложил прозрачный купол на то место, где мы находились. Барьер тишины тут же погасил редкие звуки, что доносились со стороны двери. Мне даже стало интересно, о чём таком секретном хочет поговорить со мной отец Фёдор, раз принял такие меры.

— Я видел, что произошло на испытании, — сразу же начал он, поворачиваясь ко мне и заложив руки за спину. — И мне бы хотелось, чтобы ты был крайне осторожен. Конечно, ты не раскрыл свою личность, но твой уровень максимальной силы привлёк много внимания. И будет привлекать дальше, когда слухи распространятся за пределами комнаты первого испытания.

— Это и понятно, но разве не этого вы добивались? — не сдержался я. То, о чём говорил настоятель, было и так предельно ясно.

— Нет, этого мы не хотели. Тем более что я, как и Рубцов, вообще не хотел проводить это испытание. На этом настоял Моров, но аргументировал своё решение тем, что принятие кого бы то ни было в школу без проверки, заставит нас раскрыть твою личность. Никто не ожидал такого высокого результата, — покачал он головой. — Обычно потомки сильных магов на уровень или даже два слабее родителей.

— Довольно странные выводы, — хмыкнул я, глядя пристально на отца Фёдора, который действительно выглядел обеспокоенным.

— Просто личный опыт и наблюдение, — слегка улыбнулся он. — Я вижу, как ты расстроен и напряжён, но не следует сразу делать необдуманные выводы. Во всём следует сначала разобраться.

— Что происходит в школе? — прямо спросил я. Почему-то у меня было ощущение, что всё это связано с теми проблемами, о которых говорил настоятель ранее.

— В школе идёт передел сфер влияния, если объяснить ту грызню, которая сейчас там происходит простыми словами. — Тихо произнёс отец Фёдор.

— Из-за чего начался разлад? — Удивился я. — Мне казалось, что перед лицом общей угрозы, организации, подобные вашей, должны быть по-настоящему монолитны.

— Раньше всё так и было. — Вздохнул он. — Школа Стражей — это не просто место, где обучают молодёжь секретам магии душ и борьбы с нечистью. Школа, кстати, вопреки расхожему мнению, одна. Только ведут туда переходы с нескольких монастырей. Это своего рода небольшой город, который не подчиняется напрямую императору и живёт по своим собственным законам. По крайней мере, так было до последнего времени. — Он отвернулся от меня и смотрел прямо перед собой, о чём-то на несколько секунд задумавшись и замолчав. — Стражи никогда не отказывали в помощи императору, но и не были личной его армией, готовой сломя голову, бежать вперёд, выполняя указания. Стражи, как и клирики, с самого момента своего существования служили исключительно на благо империи и её людям. Но около месяца назад всё начало меняться. Император категорично высказался в отношении нас: мы должны стать одним из его элитных отрядов. Какие меры будут предприняты, если мы не подчинимся, пока неизвестно. Естественно, это привело к волнениям как среди студентов, так и среди преподавателей. Кто-то рад официально служить империи, а кто-то категорически против.

— И что считаете конкретно вы? — уточнил я, пытаясь переварить полученную информацию.

Ведь если он говорит правду, то выходит, что император умышленно стравил Стражей между собой. Тем самым здорово ослабил страну и лишил её поистине сильных бойцов. Хотя учитывая покушение на мою семью и внезапно обретённый дар наследника престола, не могу исключить, что подобные вещи происходят по всей империи. Только почему ещё никто не заметил, что страну пытаются раскачать и развалить изнутри мне было непонятно.

— Конкретно я считаю, что происходит что-то важное для судьбы империи. Хорошо это или нет, покажет время. Но нас таким образом решили отстранить от этого, чтобы мы не вмешались в самый ответственный момент. — Повернулся он ко мне, глядя в глаза. — Твой наставник, Рубцов, как и многие старожилы, придерживаются именно такого же мнения и стараются хоть что-то предпринять, чтобы не оказаться под ударом и в подчинении короны в переломный момент. Некоторые, их пока меньшинство, считают, что нужно принять предложение императора Годунова.

— А Моров?

— Он колеблется, именно поэтому школу в этот самый момент захлестнула волна недовольства. Хотя до полноценного бунта и раскола ещё далеко. Надеюсь, что на протяжении предстоящего месяца, когда откроется переход для новых студентов, что-то прояснится. Это немаленький срок, произойти может всякое.

— Понятно. Сейчас Школа Стражей не самое для меня безопасное место, — кивнул я.

— Именно поэтому я прошу тебя оставаться в монастыре. Это одно из самых безопасных мест в округе. Клирики неинтересны императору, но всё может измениться в любой момент, поэтому я все свои силы брошу на то, чтобы найти твоего отца. Он должен знать, что происходит, чтобы определиться с твоей безопасностью.

— Вы можете это сделать? — спросил я его, приложив руку к груди, где висел артефакт слезы дракона.

Я прекрасно знал, что облава на меня ведётся по одной простой причине: враги моей семьи хотят иметь рычаги воздействия на отца. Но я пока не понимаю до конца, что происходит в империи, и подставлять его под удар мне не слишком хотелось.

— У меня есть некоторые соображения на этот счёт, — уклончиво ответил он. — Михаил, город, где расположен монастырь, окружён очень плотным барьером, который мы с твоим отцом выставили не так давно. Просто так через него не пройдёт ни один демон. Он напитан такой силой, что пробить его сразу не сможет даже император. Как тебе поступить и что делать, ты должен решить сам. Удерживать тебя не в моих силах, — проговорил настоятель.

— Хорошо. — Кивнул я, обдумывая эту информацию, которую всё равно следовало проверить, перед тем, как определиться с дальнейшими планами. — Послушники и претенденты на поступление в школу могут покидать стены монастыря? — решил уточнить я.

— Разумеется, как и пределы города. Барьер для обычных людей, слабых магов и нескольких Стражей не является преградой, — проговорил отец Фёдор, вытягивая перед собой руку, в которую плавно переместился один из фиолетовых кристаллов с многочисленных полок. — В первый год войны мы сражались с твоим отцом плечом к плечу. Не смотри на то, что я всего лишь настоятель монастыря в сибирском городе, — усмехнулся он.

Я и так знал, что отец Фёдор был очень сильным магом. Он умело скрывал свою ауру, поэтому истинным зрением было невозможно определить настоящий уровень его силы. Так могли делать только маги душ начиная с пика шестого ранга.

— Меня серьёзно ранили, и князь Уваров рискнул своей жизнью, чтобы спасти меня и вывести с поля боя. Я обязан ему собственной жизнью и сделаю всё, чтобы защитить его единственного сына до того момента, пока он не объявится, — тихо проговорил настоятель, протягивая этот светящийся кристалл мне. — Это артефакты связи душ. Все мои послушники связаны со мной через них. Если с ними или со мной что-то происходит, то артефакт даёт о себе знать, и тогда мы можем прийти друг другу на помощь. Я хочу, чтобы ты взял его. Он обладает лишь частью своей силы, потому что содержит только мою энергию. Заключать часть твоей души в кристалл не слишком целесообразно в текущих реалиях, но если ты разобьёшь его, то я почувствую, что тебе грозит смертельная опасность, и перенесусь прямо в то место, где находятся осколки артефакта.

— В последнее время, все, кого мы встречаем, сражались с твоим отцом. Такое чувство, что он был во многих местах одновременно и единственное, что делал, это спасал своих людей, — пробурчал недовольно Павел. — Вот не стал бы я им всем верить. Так и лезут со своими слезливыми историями, восхваляющими князя. За дурака, что ли, тебя держат. Но ничего, Мишана, у тебя есть я, чтобы никакие старики не затуманили твой разум, — хмыкнул он и замолчал. Что-то в его словах, конечно, было. Но война длилась не один год, поэтому могло происходить всякое.

— Благодарю, отец Фёдор, — кивнул я, принимая из его рук артефакт.

— Давай он полежит пока у меня, — вновь подал голос Павел. — В моём хранилище его всё равно не отследить, а так вдруг пригодиться, если старикан тебя не обманывает.

Не успел я ничего ответить, как артефакт исчез из моей руки, несколько раз мигнув на прощание. Настоятель удивлённо вскинул брови, но ничего не ответил. Взмахом руки он снял купол. Тут же стало легче дышать, и даже едва слышимые звуки набатом ударили по ушам.

— Иди отдыхай. Не забудь, что после ужина тебя и твоих товарищей ждёт отработка, — усмехнулся он. — И да, я подготовил тебе несколько книг для начального этапа обучения. Завтра после завтрака можешь взять их в нашей библиотеке. Допуск у тебя и твоих товарищей не ограничен, можете брать всё, что посчитаете нужным. — Повернувшись ко мне спиной, он пошёл в направлении трибуны.

Мила и Сергей ждали меня возле входа на пятый этаж, чем нервировали стоявших возле дверей Стражей. Как только я вышел, охранники зашли внутрь коридора и с громким звуком закрыли двери за собой.

— Ну, что он хотел? Что вообще происходит? Ты прошёл испытание? Только не говори, что тебя сейчас выгонят, а я останусь в этом суровом и незнакомом мире один, — подбежал ко мне Сергей, заглядывая в глаза.

— У тебя останется Мила, — отмахнулся я. — Всё нормально, обсуждали то, что произошло на испытании, и он принёс извинения за то, что платформа разбилась, и всё пошло не по плану. Как вы смотрите на то, чтобы прогуляться по городу? — сменил я тему разговора сразу же. Я, конечно, оборотня знал не так давно, но прекрасно понимал, что с него станется пытать меня до тех пор, пока я не отвечу на все интересующие его вопросы.

— Зачем? — нахмурила брови девушка.

— Хотя бы одежду прикупить, а то выглядим, как самые последние оборванцы, — проговорил я. — Да и так, по мелочи. Нам тут ещё месяц куковать, как минимум.

— У меня нет денег, — покачала она головой.

— У меня тоже. Тем более, что Пётр, тот послушник, сказал, что одежду на первое время нам могут дать. Правда, это стандартная форма клириков и в ней на тренировках не так удобно, но хоть что-то, — ответил Сергей.

— А у тебя деньги есть, — самодовольно ответил Павел. — Выпавшие после убийства оборотня серебряники я прихватил вместе с мотоциклом.

— Зато у меня немного есть, — ровно проговорил я, даже без ответа артефакта подозревая, что он с той поляны возле заброшенной мельницы выгреб всё, до чего смог дотянуться. Я бы удивился, если бы он этого не сделал. — На модные вещицы от столичных кутюрье, конечно, не хватит, но выглядеть цивильно позволит. Сами же видели, статус, сила и внешний вид тут многое решают.

— Ну помимо твоих личных сбережений у меня тут припасено кое-что, — как-то отстранённо вновь проговорил артефакт. Он замолчал, что-то бубня себе под нос. Складывалось впечатление, что в этот самый момент он что-то усердно пересчитывал.

— Миша, мы потом всё отдадим, — решительно ответила Мила. — Послушникам дают пособие по два серебряных в неделю.

— Как сможете, так и отдадите. Торопить не буду. — прервал я её, прекрасно осознавая, что в ближайшее время мне никто ничего не вернёт. Только если они клад найдут и вмиг разбогатеют.

Мои спутники переглянулись и нерешительно кивнули, соглашаясь с моими словами. Мы молча двинулись по коридору в сторону выхода.

— Ага, в общем, за сто с лишним лет моего рабского труда по сохранению денег после смены хозяев, многие из которых и не знали, что помимо их деньжат в хранилище лежат и те, что были до них, накопилась вполне приличная сумма. — Гордо выдал перстень через несколько минут. — А конкретно, сто две золотые монеты, семьсот двадцать четыре серебряных, это без твоей двадцатки, и около тысячи меди, эту мелочь я не пересчитывал.

Я кашлянул, ничего не ответив, удивившись внезапно свалившемуся на меня богатству. Для обычного человека это была очень большая сумма, которая позволила бы прожить не один десяток лет в достатке. Я в ценах разбирался слабо, но знаю, что слуги в моём доме получали жалование в пятнадцать серебряных в месяц, и это, с их слов, была достаточно щедрая плата за их работу. Охранники от пятидесяти до ста в зависимости от выполняемой работы. А тот же мотоцикл стоит десять золотых.

Надо будет узнать, что ещё спрятано у Павла в хранилище. Почему-то до этого момента, я как-то не задумывался над этим.

На улице было жарко. Светило яркое солнце, которое после тёмных коридоров монастыря ужасно слепило. Поэтому прошло несколько минут, прежде чем я смог адаптироваться. Всё это время больше отмалчиваясь и односложно отвечая на разговоры моих спутников, я оценивал изменения моего состояния, которое произошло после испытания.

Вся впитавшаяся внешняя первозданная энергия, которая должна была пробудить скрытую силу души испытуемых, распределилась равномерно по телу. Кольцо второго ранга магии душ ярко светилось и складывалось чувство, что оно вот-вот готово было разделиться. Ядро пульсировало мягким зелёным светом, и вся магия была полностью стабильна.

Пробуждать мне было нечего, как-никак второй ранг я заработал своими собственными силами, поэтому вся энергия напитала кольцо, подводя его к своему пику. Оставалось совсем чуть-чуть, чтобы обрести третье кольцо. Дальше процесс пойдёт тяжелее, и сомневаюсь, что в очередной раз прохождение этого ритуала мне поможет. Тем более что порог второго ранга, несмотря на сильный поток, прошедшей через меня энергии на платформе, я не смог преодолеть.

Город, куда мы вышли, был довольно крупным. Монастырь находился не в центре, но и до окраины ещё было далековато. Я посмотрел наверх, видя едва заметный прозрачный купол, который накрывал нас. Видимо, об этом барьере и говорил отец Фёдор. Нужно будет как-нибудь прогуляться до него и посмотреть, что он из себя представляет на самом деле. В центре было очень людно, что неудивительно, тут располагалось множество торговых помещений, некоторые из них по размеру не уступали столичным. Продавали все, что только можно было вообразить. Артефакты, оружие, травы, зелья, еду, всевозможные вещи. По пути нам встретилось несколько Стражей, которым сдержанно кланялись прохожие. Клириков тоже было немало, но такого почтенного и уважительного отношения к ним со стороны населения города видно не было.

Я резко остановился. Последний раз я чувствовал подобную ауру ещё в своей прошлой жизни. Где-то недалеко был демон. Тёмная липкая аура, которую они испускали, даже сами того не желая, была уникальна, и её ни с чем нельзя было не спутать. Аура высшего демона, или близкого по силе к нему. Мимо меня прошли несколько клириков, которые оживлённо что-то обсуждали между собой. Почему они не почувствовали нахождения демона рядом с ними? Неужели их техники магии душ были настолько несовершенными, если даже я, находясь всего лишь на втором ранге, смог её ощутить?

— Ты чего застыл? — прикоснулся к моему плечу Сергей.

— Да вот, думаю, что это тот магазин, который нам нужен, — указал я на здание, стоявшее напротив нас. Вмешивать их в это и подвергать опасности мне не хотелось, всё равно оставалась небольшая надежда, что я был не прав, и в этом мире в отношении демонов всё несколько иначе.

— Я думаю, что очень дорогой магазин, — проговорила Мила, всматриваясь в название. Яркая вывеска с выведенными золотыми буквами гласила «Элитный стиль».

— Значит, и вещи там качественные. А это именно то, что нам сейчас нужно, пойдём посмотрим, — я посмотрел на своих спутников и первым пошёл в его направлении, переходя дорогу. Чем дальше я отдалялся от этого места, тем меньше чувствовал демоническую ауру.

Я открыл двери и на фоне мелодичной трели колокольчика вошёл внутрь. Помещение было очень большим, разнообразная одежда висела на вешалках и манекенах, а в центре зала напротив примерочных кабинок стояли диванчики для ожидающих. Неплохо. Действительно, похоже на магазин элитной одежды, как они её представляют в этих краях, конечно.

К нам подошла миловидная брюнетка в строгом деловом костюме и, сдержанно улыбнувшись, оценила беглым взглядом нашу платёжеспособность.

— Чем могу помочь? — обратилась она ко мне. — Хочу сразу предупредить, что цены у нас намного выше, чем в остальных магазинах города. Это связано с качеством и мастером, который её делает. Он довольно известен даже в столице и…

— У нас есть деньги, — прервал я её. — Мне нужна одежда на меня и моих друзей. Сначала займитесь ими, я подойду позже, — глядя ей пристально в глаза, проговорил я. — Не стоит судить о состоянии своих покупателей только по внешнему виду.

Я раскрыл ладонь, в которой тут же появилось с десяток серебряных монет. Несколько секунд прошло в гнетущей тишине, после чего деньги переместились в хранилище Павла. Какой он молодец, сразу всё на лету схватывает. Мне нужно было узнать о той сущности, которая так меня взбудоражила, потому что настоятель говорил, что демонам в город путь закрыт. Но вот он, высший демон, спокойно разгуливает по улицам средь бела дня. Либо они нашли лазейку, о которой стоит сообщить, либо отец Фёдор меня по какой-то причине обманул. А этот магазин был ближайшим к расположению демона местом, где я мог бы оставить своих товарищей. Девушка покраснела и уже расплылась в более широкой улыбке, отводя глаза.

— Я могу на вас рассчитывать? — холодно поинтересовался я.

— Да, разумеется, пройдёмте со мной. — Указала она рукой на диванчики в центре помещения. — С кого начнём? Наверное, с этой рыжеволосой красавицы?

Она взяла под руку немного опешившую девушку, которая нерешительно пошла за ней, пару раз оглянувшись на нас.

— С меня деньги, с тебя нервы, — похлопал я Сергея по плечу.

— В смысле? — непонимающе посмотрел она на меня.

— В прямом. Если ты не понял, о чём я говорю, то сейчас в полной мере познаешь всю боль хождения по магазинам в сопровождении девушки. — Искренне улыбнулся я. Если Мила войдёт во вкус, она не успокоится, пока не перемеряет все шмотки, и постоянно будет пытать всех в округе, чтобы они оценили, как они на ней смотрятся.

— А ты? — Поёжился Сергей, со страхом косясь в сторону девушки.

— А я пойду немного прогуляюсь. Надо зайти кое-куда, и я бы не хотел, чтобы Мила была с нами, ты же ей не рассказал про меня? — прищурился, глядя, как энергично он начал мотать головой из стороны в сторону. Допустим, я ему поверил.

Кивнув ему, я вышел из магазина, очутившись вновь на свежем воздухе. Здание, где впервые почувствовал демона, являлось каким-то небольшим ресторанчиком. Может вполне подойти. Всё же мне не хотелось светиться и лично осматривать прилегающую территорию.

Обойдя здание, я скрылся за мусорными баками, которые непременно стояли на заднем дворе каждого помещения общепита, и присел на одно колено, чертя руну доставшимся мне от демона ножом прямо на камне. Как только я напитал её силой, передо мной появился бестелесный двойник, который плавно поплыл от меня. Сейчас я был на пике второго ранга, поэтому смог немного усилить заклинание, чтобы он чувствовал то же, что и я.

— Что ты делаешь? — почему-то шёпотом поинтересовался Павел, но больше не вдавался в расспросы, так и не дождавшись от меня ответа.

Прошло минут десять до того момента, когда мой двойник смог выйти на след демона. Находился интересующий меня объект на втором этаже какой-то захудалой гостиницы. Проникнув в комнату, двойник остановился и слился со стеной.

— Как ты посмел разрушить всё, что мы планировали так долго? — Черноволосый парень стоял ко мне спиной, поэтому лица его разглядеть не удалось. Обходить его я не стал, чтобы случайно не проявиться. Он неожиданно пнул ногой стоявшего перед ним на коленях знакомого мне по монастырю аристократа. Он упал на пол и откатился немного в сторону, хватаясь за живот и сдержанно скуля. — Ты, кусок дерьма, которого отец принял в свой род, посмел идти против нашей воли. Ты даже представить себе не можешь, как тяжело было проникнуть в этот город. Если бы не наши связи в монастыре, я бы так и топтался перед входом, не имея даже шанса проникнуть внутрь.

— Я не хотел…

— Ещё бы ты хотел. Сейчас ты поползёшь обратно и будешь вымаливать прощение у настоятеля, чтобы он принял тебя обратно, — прошипел этот парень, подходя к Олегу, кажется, его звали именно так, и наклонился к нему. — Нам нужен человек внутри стен монастыря, и мне совершенно неважно, что именно ты там будешь делать, хоть работать поломойкой. Тебе понятно?

— Да, брат, — сел на колени аристократ и склонил перед черноволосым парнем голову.

— И да, у тебя будет ещё одно важное задание, — тихо проговорил незнакомец.

Я, как мог, через своего двойника старался понять, что в нём не так. Сделать это было сложно. Моя бестелесная копия обладала только несколькими процентами моей силы и способностей, поэтому как бы я ни старался, но зрение душ пока активировать не мог. Демоническая аура точно исходила от этого парня, но он не был одержим демоном, это я видел чётко.

— Я всё сделаю, — пролепетал мой знакомый. От его надменности не осталось и следа. Он сидел на коленях и рассматривал пол, как побитый щенок.

— В сторону города и монастыря двигается один человек. Как только он переступит порог обители, ты сразу же нам об этом сообщишь. Этого человека зовут Михаил Уваров, сын Светлейшего князя. Возможно, с ним будет один спутник. — Поднялся незнакомец на ноги и, повернувшись в сторону моего двойника, задумчиво проговорил.

Меня, как током пробило, когда я смог разглядеть его лицо. Тонкие скулы, бледное лицо, ярко-зелёного цвета глаза и небольшой шрам над левой бровью, который остался у него с годовалого возраста. Сын Светлейшего князя Репнина. Единственный его законный наследник. Теперь мне стало понятно, где я видел этого аристократа раньше. Незаконный сын, которого он принял в свой род после смерти своей жены. Ещё до войны на одном из светских раутов он был представлен высшему обществу. Прошло несколько лет, и он изменился, но теперь я узнал его.

— Не оплошай, Олег. — Прищурился Григорий Репнин. — Не нужно расстраивать отца. Потому что в случае твоих очередных неудач тот, кому мы служим, будет очень недоволен, а мы же не хотим, чтобы он был нами недоволен? Не так ли? — Оскалился он, всё ещё глядя на моего двойника ярко-красными глазами с вертикальным зрачком.

Григорий Репнин не был одержим демоном, в этом я оказался прав. Он сам был демоном. Перерождённый маг, обрётший демонические силы, становится воплощением демона. Такие твари сильнее обычных демонов и магов, и гораздо опаснее. Это что получается, князь Репнин, который являлся ближайшим соратником и другом моего отца, тоже является перерождённым? Что же на самом деле происходит в империи?

— Кто это набрался смелости, чтобы начать следить за наследником Светлейшего князя? — улыбнулся Репнин и резко выбросил руку, хватая моего двойника за горло, который в одночасье обрёл физическую форму.

Глава 18

Как только я почувствовал прикосновение княжича к призрачному двойнику, то сразу же попробовал оборвать связь. К сожалению, демон уже начал перехватывать управление моим заклинанием, так что мне оставалось только взорвать соединяющий нас канал магии. Мощный откат от разрушенного мною же заклинания подбросил меня на несколько метров вверх и в сторону, отчего я довольно ощутимо приложился спиной к кирпичной стене, рядом с которой стоял.

В эту же секунду подул лёгкий ветерок, и перстень, вытянув немного моей энергией, сотворил пять металлических лезвий, которые тут же понеслись в сторону начертанной и всё ещё активированной руны, разрушая её физически. К счастью, моё родство с магией душ, позволяло Павлу создавать заклинания почти мгновенно.

Я поднялся на ноги, хватаясь за грудину, куда пришёлся удар после разрыва связи с двойником. Довольно ощутимо и неприятно. Но рёбра вроде все остались целы.

— Как у Репнина получилось не только увидеть моё заклинание, но ещё и воздействовать на него. Какого же он уровня? — пробормотал я, оглядываясь по сторонам. Вроде шума наделал немного, по крайней мере, внимание посторонних не привлёк. Но всё равно, нужно было как можно быстрее уходить отсюда.

— Я даже не буду спрашивать, что там произошло, но, конечно, жутко интересно, — раздался одновременно недовольный и обеспокоенный голос артефакта. — Но если ты говоришь о сыне Светлейшего князя, то можешь лично у него спросить, насколько больших высот в магическом плане он сумел достичь в свои неполные двадцать лет.

Резко обернувшись, увидел, как у меня за спиной сформировался портал, из которого не спеша вышел молодой парень. В следующий миг я ощутил настолько сильные магические колебания в этой небольшой подворотне, что земля задрожала мелкой дрожью, а наполовину пустые мусорные баки начали падать с довольно громким металлическим звуком. Всё пространство вокруг нас заполнил плотный чёрный дым, что на некоторое время лишил меня возможности двигаться. Только окружив себя плотным коконом из первозданной энергии, я смог разрушить это влияние дымки и вздохнуть полной грудью.

— Ох ты ж, чёрная завеса повелителя демонов, — прошептал Павел. — Давненько я с такой не встречался. Кстати, через неё не видно и не слышно ничего с той стороны. Поэтому помощи не жди, никто даже не узнает, что творится внутри этого тупика. — Замолчал артефакт, пояснив мне то, о чём я и так знал.

Только он не упомянул об одной важной детали: маг душ может пробить эту завесу и выбраться из неё наружу. Правда, для этого нужно как-то отвлечь княжича, сомневаюсь, что он будет стоять и смотреть, как я разрушаю его творение. Так что, жду его вопросов и пробую его заболтать, другого варианта пока нет.

Репнин молча заложил левую руку за спину и внимательно на меня посмотрел, после чего сделал лёгкое движение кистью правой руки. Из-за чего тут же образовался вихрь ядовито-красного цвета, что окружил нас на манер барьера.

— Ты кто такой и что тут делаешь? — наконец, спросил он, делая шаг в мою сторону.

— Да я просто нёс пирожки своей бабушке. Скажи, а зачем тебе такие большие глаза? — улыбнулся я, глядя на него зрением душ.

Я был прав. Этот красный сгусток с чёрной сердцевиной вместо искрящейся полупрозрачной первозданной энергии ни с чем нельзя было спутать. До высшего демона явно недотягивает, но перерождённым он точно был. Цвет ядра было не различить. Всё-таки демоническая сущность сильно меняет истинный рисунок магии.

— Я похож на человека, который будет слушать детские сказки? — вскинул он удивлённо брови. — Зачем ты следишь за мной?

— Ну всё в этой жизни бывает, даже демоны в городе клириков встречаются. — Развёл я руки в стороны, после чего сложил их за спиной. — А между тем меня заверяли, что внутрь этого милого города не так-то просто проникнуть подобным сущностям.

Свои умения ни первого, ни второго ранга я ещё не успел натренировать. Но принципы всех доступных умений магии душ каждого ранга я знал в совершенстве.

В области пока скрытых от демона ладоней начали формироваться мелкие молнии. Доступное уже на пике второго ранга умение было не очень эффективно против большинства барьеров. Но цепная молния, соединяя в себе свет и огонь, могла пробить практически любой щит, созданный при помощи демонической энергии.

— Вот как? — скривился он. — И что меня выдало?

— Ты не смог до конца скрыть свою ауру, — пожал я плечами. — Как ты вышел на меня так быстро?

— Это не так сложно сделать, если твой противник так грязно работает. Ну и, если ты обладаешь специфическими навыками, конечно. Так кто ты такой? — не сводя с меня взгляда, спросил Репнин, впрочем, не делая никаких попыток меня атаковать.

— Обычный клирик, только и всего, — ответил я.

— Неплохо, для обычного клирика. Только вот я не знаю ни одного человека, который смог бы легко проникнуть через окружающие мою комнату щиты. Как тебе это удалось? Отвечай уже, всё равно расскажешь, что мне интересно, только ты можешь выбрать для себя менее болезненный способ, — усмехнулся он, прищурившись и делая ещё один небольшой шаг в моём направлении.

— Если бы тебя не предали, то да. Мне бы пришлось постараться. — Самозабвенно врал я, выигрывая себе время. — Могу дать подсказку насчёт личности предателя. Подумай, кого ты обижал в последнее время, да ещё и на колени ставил?

Судя по выражению лица, Репнин мне частично поверил и даже собрался задать ещё вопросы, но, к сожалению, задерживаться здесь совсем не входило в мои планы. Я всё ещё не знал, насколько он был силён, поэтому нужно было выбираться. Резким движением я соединил руки вместе, формируя основу для моей цепной молнии.

— Всего лишь зелёное ядро силы. И ты думаешь, что сможешь причинить мне хоть какой-то вред? — рассмеялся он.

Я ничего не ответил. Шар молний взметнулся вверх, разделяясь в воздухе не четыре длинные цепи, которые тут же направились в сторону стен кружащего вокруг нас вихря. Как только цепь молний соприкоснулась с красными нитями силы княжича, раздался громкий взрыв, а от волны, высвободившейся от двух разрушенных заклинаний силы, меня чуть не сбило с ног. Но я к этому был готов, чего нельзя было сказать о моём противнике, которого откинуло назад на несколько шагов.

В сторону Репнина тут же полетел рой из десятков металлических ножей, какая-то светящаяся и переливающаяся всеми оттенками красного сеть и несколько стрел с огненными наконечниками. Павел тоже включился в схватку, пытаясь выиграть мне время для побега. Я развернулся, распределяя энергию в теле таким способом, чтобы можно было ненадолго себя ускорить. Появившуюся в ладони первозданную энергию направил перед собой. Как я и предполагал, она начала легко разрезать чёрную дымку, но за ней тут же показался ещё один слой защиты, совершенно неподвластный для моей магии. Видимо, демон подстраховался и в дополнение к своим силам, использовал какой-то артефакт. Так что, мне пришлось остановиться и повернуться к противнику.

— Ты что творишь? Он же в несколько раз сильнее тебя. Вали, давай, моей шкурки и так едва хватает, чтобы его сдержать, — процедил Павел, вновь направляя в уже поднявшегося княжича очередной шквал атакующих низкоранговых заклинаний. Часть их них Репнин принял на щит, а от ножей и стрел он просто отмахнулся, волной силы отправляя их в сторону от себя.

Я не отрывал от княжича взгляда, чертя в воздухе сгустком первозданной энергии руну связывания. Убить перерождённого демона не так-то просто. Его нельзя изгнать, как одержимого, и уничтожить, как обычного демона или человека. Но я знал отличный способ, как именно можно было бороться с подобными сущностями. Правда, ещё совсем недавно давал самому себе обещания, что не пойду в своём развитии этим путём. Но сейчас другого выбора не было. Он не выпустит меня и убьёт в любом случае.

После того как очертания руны растворились в воздухе, от меня отделилась небольшая нить первозданной энергии и стремительно направилась в сторону замершего на мгновение демона, который не скрывал своего удивления моим неожиданным поступком. Однако, не почувствовав никакой угрозы от моего заклинания, он усмехнулся и выбросил вперёд руку ровно в тот самый момент, когда моя нить проникла в его тело, устремившись к той субстанции, которая заменяла у него первозданную энергию души.

Это явно причинило ему нестерпимую боль. Репнин взревел и словно увеличился в размерах. Его глаза зажглись красным огнём, а зрачок принял вертикальную форму. Канал связи между нами только установился, но мне уже пришлось остановиться. Демон взмахнул руками, призывая целый ряд огненных кинжалов, что тут же полетели в мою сторону со скоростью атакующей змеи. Магическую ауру, исходящую от них, я смог прочувствовать даже на расстоянии, поэтому резко отпрыгнул в сторону, пропуская один из них мимо себя. Хорошо, что энергию, способную ускорить меня, я не развеял. Она помогла мне уклоняться от посылаемых в мою сторону заклятий, которые даже при приближении уничтожали наложенные на меня Павлом щиты.

Так долго продолжаться не могло. Противник был на самом деле во много раз сильнее меня, а пространства этого тупика было мало, чтобы как следует развернуться. Но из-за всё ещё кружащей вокруг нас завесы выбраться наружу, пока не представлялось возможным.

— Ну почему меня никто никогда не слушает, — бубнил артефакт, не прекращая накладывать бесполезные в этой ситуации щиты. Энергии в моём теле уже практически не осталось, поэтому нужно было придумать, как подобраться к княжичу ближе, чтобы закончить то, что я начал в самом начале. — Ну хотя понятно, почему не слушали, не слышали, потому что. Но ты-то. Я так на тебя рассчитывал, так на тебя надеялся. Слушай, а твой наставник придёт посмотреть на твои останки, когда это всё закончится? Он, конечно, козёл редкостный, но мне бы хотелось продлить своё существование в компании того, кто может меня слышать…

— Хватить скулить, отвлекаешь, — процедил я, едва не попав под удар летящего в мою сторону копья. — Он не хочет меня убивать. Хотел бы, уже давно прикончил, а не игрался, как кот с мышью. Мне нужно к нему подобраться ближе.

— Я могу тебе перенести на расстояние до ста метров, но только раз. Энергии второго уровня недостаточно, чтобы прыгать часто и на большие расстояния…

— Давай, — крикнул я, развернувшись в сторону Репнина, который действительно больше наблюдал за моими попытками скрыться.

Чувство рывка, и я оказался в метре от него. Приложив ладонь к его груди, я направил в него очередную нить первозданной энергии, которая, соединившись с первой, смогла установить канал, по которому по капле начала поступать оболочка его псевдодуши.

Отпрыгнуть я не успел. Княжич выбросил руку вперёд и, усилив себя с помощью магии, ударил меня кулаком в область груди. В глазах от боли потемнело, а я отлетел к границе чёрного дыма. Ударившись спиной, я свалился на землю, не в силах не то, что подняться, но и сделать нормальный вдох. К счастью, ритуал связи и поглощения не прервался. Поэтому демон тут же получил точно такой же урон, как и я.

— Не ожидал, что ты настолько глуп, что свяжешь свою душу с демоном, — проговорил Репнин, с трудом переводя дыхание. — Но раз ты сам просишься ко мне в пасть, то я с удовольствием тебя сожру. — Прохрипел он, стараясь вытянуть из меня душу.

— Ещё посмотрим, кто кого сожрёт… — сплюнул я сгусток крови на землю и потянул связывающую нас нить в обратную сторону. Хоть из-за превосходящей силы, магии у него и было небольшое преимущество, но этот бой выиграет тот, у кого больше силы воли.

Договорить я не успел. Чёрная завеса лопнула с громким треском, оставив после себя только липкие чёрные, как смоль, капли, зависшие в воздухе. От пробившегося солнечного света я на мгновение ослеп, но в одночасье набежавшие тучи помогли мне адаптироваться к естественному освещению. Раздался гром, и прямо над нами сверкнуло несколько молний, которые, как мне показалось, осветили тень огромной змеи.

— Кто посмел? — развернулся резко Репнин и поднял голову, глядя сквозь треснувший купол на сгущающиеся над нами тучи. — Быть не может… — пробормотал он и, раздавив какой-то амулет, активировал портал, через который попытался скрыться. Но тонкое, изящное копьё, переливающееся серебристым светом, пронзило тело княжича, прежде чем он ступил в окно телепорта. Я даже представить не мог, какой силой обладало это оружие, с лёгкостью пробившее купол города, артефактную защиту демона, чёрный туман, багровый щит и само тело княжича. В тот же самый момент, как только тело уже мёртвого Репнина упало на землю, портал захлопнулся с едва слышимым хлопком.

Энергия по каналу хлынула в меня лавинообразным потоком, отчего меня буквально на некоторое время парализовало. Эта тёмная энергия души, включая сердцевину, начала заполнять всё моё тело, быстро распределяясь и буквально впитываясь во вновь засиявшее кольцо ранга и ядро силы, на котором проступили странные голубоватые разводы. Неужели, находясь на пороге третьего ранга, мне было мало поглощённой энергии перерождённого демона? То, чего было достаточно в прежней жизни, тут, похоже, приходится делить на две части, подпитывая не только кольцо, но ещё и ядро силы. Появившаяся красная пелена перед глазами рассеялась, и я смог разглядеть очертания человека в сером плаще, который медленно спускался ко мне на землю.

— Всё хорошо сын, я рядом, — выдохнул мужчина, сбрасывая с головы капюшон. Боли больше не было, после поглощения все раны и ушибы затянулись, но я не спешил подниматься, во все глаза уставившись на мужчину, которого я явно не ожидал здесь увидеть.

— Отец, — прошептал я, искренне улыбнувшись. Я чувствовал, как с лица слетели чары маскировки, наложенные артефактом.

Князь уваров помог мне подняться, крепко обнял и немного отстранил от себя, глядя мне в глаза. Он изменился. Я бы даже сказал, что немного постарел. По крайней мере, появились глубокие морщины возле глаз, а в чёрных волосах я заметил несколько седых прядей.

— Ты что здесь делаешь? — спросил я у него, когда он отошёл и сел рядом с трупом княжича Репнина, внимательно его осматривая.

— Твой амулет разрушился. Я сразу же переместился к тому месту, где он последний раз был активен, — внимательно посмотрел он на меня. Я хлопнул себя по груди и достал из-под рубахи цепочку с потухшей слезой дракона, расколотой на две части. — Почему он напал на тебя?

— Ну, я случайно узнал немного лишнего, — усмехнулся я, подходя ближе к отцу. — Он был демоном, как и его отец.

— Значит, и он тоже, — прошептал мужчина, поднимаясь на ноги. Вытянув руку перед собой, он направил синий луч в направлении тела парня. Мгновение, и оно исчезло.

— Что происходит? — прямо спросил я.

— Возвращайся в монастырь. Вечером встретимся. Как только я со всем разберусь, то сразу приду. Обещаю. — Проговорил он, поднимая голову вверх. До меня тоже донёсся странный свистящий звук, а на куполе, окружающий город, появилась вторая трещина.

— У меня в городе остались друзья…

— Значит, возвращайся к ним. Главное, не привлекай внимание к себе. У тебя очень хорошая иллюзия. Даже я не смог сразу различить её.

— Хорошо. — Я махнул рукой, надеясь, что Павел поймёт этот безмолвный приказ. Ощутив дуновение воздуха на лице, понял, что иллюзия вновь заняла своё место. — Олег, сын князя Репнина, которого он принял в семью, находится сейчас в городе. По приказу отца он должен проникнуть в монастырь. Я не знаю, для чего им это нужно и как сам Григорий проник в город, будучи демоном, но он упомянул, что у них есть в монастыре связи.

— Понял тебя. А теперь уходи. — Он кивнул мне и сделал шаг вперёд, буквально растворившись в воздухе, оставив после себя только отпечаток следа на плотной земле.

— Фух, было страшно, аж до колик в печёнке, если бы она у меня была, — выдохнул Павел. — Я такой силы никогда не встречал. Маг девятого уровня. Насколько помню, он был единственным в империи кто восьмого-то достичь сумел. Как ему это удалось?

— Не знаю, но надеюсь, он мне хоть что-то расскажет. Ладно, пошли за Милой и наверняка отчаявшимся от невозможности понять женщин оборотнем, — затерев след, оставленный отцом, я вышел из проулка, тут же столкнувшись с группой клириков.

Похоже, о том, что тут происходило, никто в городе был не в курсе. Как они собираются победить демонов, если не видят того, что творится у них под носом? Похоже, это риторический вопрос, ответ на который я получу ещё не скоро. Перейдя на другую сторону, я посмотрел на купол, трещины в котором начали постепенно затягиваться, а сам он начал менять свой цвет, переставая быть полупрозрачным. Хорошо, хоть это заметили, судя по возгласам и перешёптываниям, доносившимся со стороны. Я покачал головой и зашёл внутрь магазина, где оставил, как оказалось, больше часа назад своих товарищей.

Глава 19

Как я и ожидал, в магазине вовсю шла примерка. Сергей с отчаянием и паникой в глазах сидел на диванчике, запивая своё мужское горе и непонимание огромным количеством кофеина. А Мила, в свою очередь, снимала стресс, устроив практически свалку из вещей возле закрытой примерочной кабинки.

— А вот это как? — раздался голос Милославы, после чего дверь кабинки отворилась, и девушка вышла наружу.

— Ну не знаю, вроде ничего, — обречённо ответил оборотень. — А чем этот костюм отличается от того, что был на тебе пару минут назад?

— Ты издеваешься? — нахмурилась Мила, сложив руки на груди.

— Помоги мне, — перевёл на меня взгляд, когда я подошёл к ним практически вплотную, и взмолился парень.

— Снимай, — покачал я головой, скептически осмотрев девушку. — Оно, конечно, тебе по фигуре. Но это скорее заслуга твоей фигуры, а не этого платья. Выглядит оно просто отвратительно.

— Что? — перевела на меня немного опешивший взгляд Мила. Видимо, до меня ей никто правду не говорил.

— Молодой человек, вы ошибаетесь, этот костюм очень подходит вашей спутнице, — улыбнулась девица, которая до этого встречала нас возле входа. — Жёлтый цвет гармонично сочетается с цветом её волос и бледностью кожи, а пояс подчёркивает талию и…

— И делает её похожей на нищенку с рынка, укутанную в ядовито-жёлтое покрывало, обмотанное верёвкой вокруг пояса, чтобы не спадало при движениях, — поморщился я. — Кто вообще это предложил? Только не говори, что ты выбрала это сама. Тогда у тебя отвратительный вкус, что не вяжется с твоим воспитанием, — усмехнулся я. — Хватит пытаться продать нам вещи неизвестно какой давности, которые не пользуются спросом. Мы пришли к вам не развлекаться, — прямо посмотрел я на продавщицу, которая сжала губы и опустила глаза.

— Спасибо, — простонал оборотень, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза. — А то я даже не знал, как им деликатно сообщить, что каждая вещица хуже предыдущей, чтобы не быть тут же растерзанным. Мне кажется, что они действительно верят, что всякие пояса и кружева на фоне ярких цветов — это эталон современной моды.

— А я, смотрю, ты коренной житель столицы, буквально протеже какого-то известного стилиста, — взмахнула руками Мила.

— Нет, но даже я вижу, что все эти элитные вещи, как вы выражаетесь, полная безвкусица. Тебе в школе Стражей учиться, а до этого в монастыре месяц скакать. Кому и что ты хочешь там показать? — фыркнул оборотень, всё ещё не открывая глаз.

— Может, тогда сами выберете? — процедила Мила, хватая очередную вещицу с вешалки, подготовленную следующей для примерки. Судя по тому, что особо недовольной она не выглядела, ей самой не слишком нравилось то, что предлагала ушлая девушка-продавец.

— Почему бы и нет, так явно будет быстрее, — кивнул я и бегло пробежался взглядом по товарам, которые были размещены на прилавках, манекенах и вешалках. — А вы пока подберите на меня пару тренировочных костюмов, отдельно рубашку и пару маек, костюм на выход, куртку желательно из кожи. Всё это нейтрального цвета из хорошего материала. Моему другу то же самое, только на пару размеров больше, но учтите, чтобы вся одежда при этом смотрелась гармонично, а не как безразмерный мешок с рукавами. — Больше не глядя на девушку, я принялся перебирать вещи под злобное бормотание Милы, доносившееся из кабинки.

— А ты эстет. Хотя чего ещё можно ждать от сына князя. Вас всяким ненужным штукам с детства учат, типа бальных танцев, фехтования, изучение испанского и выбора шмоток, — подал задумчивый голос Павел, который, на удивление, был молчалив. Видимо, встреча с моим отцом повергла его в небольшой шок.

— Скорее это влияние матушки и сестёр, — фыркнул я, вспоминая эти ужасные прогулки по магазинам в столице со своими родными. На вопрос, почему бы им просто не пригласить портного и стилиста, они почему-то молчали и как-то укоризненно на меня смотрели, будто я спрашивал какие-то совершенно глупые и нелепые вещи.

— Ты нашёл, что искал? Тебя долго не было, я уже переживать начал. — Тихо спросил у меня Сергей, выводя меня из неприятных воспоминаний. Он подошёл ко мне и принял вещи, которые, на мой взгляд, неплохо бы подошли Миле.

— Нет, — покачал я головой, не вдаваясь в подробности. Будет лучше, если никто не узнает о моей стычке с княжичем в подворотне, не говоря уже о явлении князя Уварова, которого ищут по всей империи. — Вот, примерь это. — Я обратился к выглянувшей Миле, которая выхватила из рук оборотня ворох вещей и скрылась из вида.

— Выглядишь так, будто тебя лошадь по земле волочила, — не веря ни единому моему слову, проговорил Серей. — Но не хочешь говорить, твоё право. Настаивать не стану, — поднял он руки в примирительном жесте и повернулся в сторону робко вышедшей к нам Милы.

От удивления он вскинул брови и приоткрыл рот, разглядывая явно смутившуюся девчонку. Тёмно-зелёное на вид простое платье делало её стройнее и визуально выше, и ещё больше привлекало внимание к её глазам и яркого цвета волосам. Я теперь посмотрел на неё более внимательно, видя в ней привлекательную девушку, а не испуганного феникса, только что пережившего нападение и, как мне казалось, довольно болезненное возрождение.

— Ну вот, другое дело, — кивнул я, оборачиваясь на звук колокольчика, раздавшегося от входной двери.

— Личная гвардия князя Репнина! Нам нужно обыскать это помещение! — раздался зычный голос, и внутрь магазина ввалилось трое мужчин.

Про службу на князя они, скорее всего, не врали, по крайней мере, облачены они были в доспехи, не уступающие тем, что мой отец закупал для нашей родовой гвардии.

— Что случилось? — выбежала вперёд девушка-продавец, обеспокоенно глядя на ворвавшихся служивых. Они ничего не ответили, только внимательно оглядели помещение.

— Кристалл среагировал, он точно либо здесь, либо недавно был в этом месте. Переверните здесь всё и найдите его. — Носивший капитанские знаки отличия гвардеец, державший в руках непонятный красный кристалл, махнул рукой в направление служебного помещения. Направленный им подчинённый, отмахнувшись от девушки, которая пыталась перегородить ему путь, ударом ноги открыл запертую дверь и скрылся из вида.

— Пошла прочь, девка, — процедил главный и, схватив Милу за руку, откинул её в сторону дивана, вваливаясь в открытую кабинку у неё за спиной.

Я не ожидал, что они будут вести себя подобным образом, поэтому не успел, как следует среагировать. Но смягчить падение девушки у меня всё же получилось, подхватив её полупрозрачными нитями, которые сплелись в одночасье в мягкую платформу, на которую она приземлилась. Подойдя к округлившей глаза девушке, я помог ей подняться, попутно оглядывая. Вроде никаких повреждений заметно не было. Только платье неудачно разорвалось по шву, зацепившись за угол столика, и держалось только чудом на теле Милы, не сваливаясь к её ногам, идя против базовых законов физики.

— Всё в порядке? — тихо спросил я у неё.

— Да. Что происходит? — вцепившись мне в руку, поинтересовалась она, не забывая придерживать тряпку, в которую в один миг превратилось дорогое платье.

— Сейчас выясним, — поморщился я, прекрасно понимая, что именно привело охрану княжича в такое неконтролируемое бешенство.

Непонятно только, зачем им сдался этот магазинчик, и именно об этом стоило как следует разузнать. Зрением душ я видел, что это были слабенькие маги с красными и зелёными ядрами силы. Вполне логично, учитывая то, кем на самом деле являлся Репнин. Он скрывался и скрывал свою истинную сущность. Поэтому взял себе в охрану только тех, кто не в силах был раскрыть его истинную сущность. Интересно, что делали они до того, как вломились в магазин. Магической энергии у них практически не осталось.

— Мне вот интересно, прислуга Репнина заразилась его надменностью и величием, если позволяет себе такое отношение к жителям империи? — спокойным громким голосом спросил я, выискивая в своём арсенале наименее опасные заклятия.

После того как я поглотил душу сильного демона, мои возможности заметно возросли.

Зелёный луч, вырвавшийся из ладони и превратившийся в тугую верёвку, полетел в направлении ближайшего ко мне мужчины, единственного, кто особо не проявлял агрессии среди гвардейцев. Оплетя тому ноги, я дёрнул верёвку на себя, заставляя того упасть и подкатиться ко мне.

— Миш, может, не надо так… — поинтересовался Сергей, но его заглушил вопль Павла.

— Да, так их. Бей уродов за самоуправство! — Судя по всему, у моего перстня имелись личные счёты с благородными и их охраной. — А главного тащи в туалет, будем там мочить с особой жестокостью и цинизмом. Чтоб другим неповадно было.

— Да что ты себе позволяешься, малолетний паршивец⁈ — взревел главный и подлетел ко мне, замахиваясь кулаком, в котором всё ещё сжимал непонятный пока мне артефакт. Вспышка, и высвободившаяся частица первозданной энергии откинула его в сторону прямо к закрытой входной двери.

— Что вам тут нужно и почему вы нападаете на мирных граждан? — повторил я вопрос и повернулся в сторону немного контуженого капитана.

Взмахнув рукой, я сотворил из крупицы первозданной энергии образ кинжала. Разделив тот на три копии, я медленно направил их в сторону вжимающегося в дверь гвардейца, который не сводил взгляда с приближающегося магического оружия. Сотканное из первозданной энергии души, подобное оружие могло легко пронзить насквозь как его доспех, так и его самого. Да и выглядит это заклятие довольно эффектно, то, что нужно было в этой ситуации.

— А ты тоже будешь молчать? — повернул я голову в сторону схваченного до этого гвардейца, который, изворачиваясь, пытался освободиться от пут, но стягивал их ещё сильнее.

Он ничего мне не сказал, только злобно буровил меня взглядом. Я дёрнул рукой, заставляя верёвку подняться вверх, оплетая уже практически все его тело. После чего поднял мужчину на небольшую высоту, переместив рядом с капитаном, и подвесил его вниз головой.

— Вы ворвались внутрь, начали все здесь громить и неуважительно отнеслись к моей подруге, причинив ей боль. Разве так должна себя вести гвардия князя? — хмыкнул я. — Вы вообще в своём уме, творить такие бесчинства в городе, где на одного жителя приходится по несколько клириков и Стражей. Вы чего хотели добиться, своей мучительной смерти?

— Хватит над ними издеваться, — тихо произнёс оборотень, глядя на гвардейцев с какой-то жалостью.

— Эти люди чуть не травмировали Милу. Я едва успел среагировать, — процедил я. — А если бы не нашли то, что искали, какова вероятность того, что они не принялись бы вымещать на тебе злость при помощи кулаков? Такого отношения к себе и своим друзьям не потерплю ни от кого. Даже от элитной охраны князя Репнина, которые пользуются по статусу большими привилегиями, нежели обычные стражи правопорядка.

— Мы… Простите, господин, мы не думали, что можем встретить в этом месте господ из уважаемых семей. Ваш юный возраст и внешний вид нас немного смутил. — Проговорил капитан, поднявшись на ноги, после того как я развеял прямо перед его носом кинжалы. — Я могу поинтересоваться, к какому влиятельному роду вы относитесь?

— Нет, не можете. Значит, такое поведение к обычным людям допустимо? — усмехнулся я, резким движением бросая второго на пол, но не освобождая того от пут. Судя по всему, приземлился он неудачно. Застонав, он несколько раз дёрнулся, а потом затих, потеряв сознание.

— Нет, что вы. Такое поведение не допустимо ни к кому, — твёрдо проговорил главный, видимо, решая, что следует делать, потому как отчитываться перед подростком неизвестного происхождения, ему по статусу действительно не положено.

Но сила решает многое. Особенно учитывая то, что в моём возрасте такого контроля магии может добиться только член очень высокого рода, а не обычный маг из бедной семьи, открывший в себе дар.

Я услышал шаги у себя за спиной и женские крики, которые явно не принадлежали девушке-продавцу. Я даже поворачиваться не стал, направляя сформированную, едва заметную сеть в сторону приближающегося гвардейца. Мгновение, и буквально в паре метров от меня раздался грохот падающего на каменный пол тела. После поглощения энергии демона, подобные простенькие штуки стали получаться у меня молниеносно и практически не тратили сил.

Внезапно меня обдало жаром, а перед глазами вновь встала красная пелена. Поглощённая энергия демона, которая, как я думал ранее, распределилась в моих собственных потоках, неожиданно начала высвобождаться красными нитями, окутывая моё ядро и кольца ранга.

Неужели это из-за того, что поглощённая мною сущность была заметно сильнее меня самого? Нельзя дать вырваться ей наружу. Неизвестно, к чему это может привести, кроме того, что демонической аурой я привлеку к себе ненужное внимание. Прошло несколько секунд, за которые я кое-как смог успокоить не до конца поглощённую энергию души княжича. Я глубоко вздохнул, приходя в себя. Сергей, глядя всё это время на меня, насупился и неожиданно отстранился.

— Что не так? — поинтересовался я у оборотня, тряхнув головой.

— Твои глаза. Они стали красными, а зрачок вытянулся, — шёпотом проговорил он. — И повеяло какой-то аурой тёмной. Но потом быстро всё прошло. Ты в порядке?

— В полном. Семейный дар чуть не вышел из-под контроля. Сильно разозлился, — ровно проговорил я.

Вот, значит, как. Первозданная энергия души демона не хотела вырваться наружу, а по какой-то причине старалась подчинить меня. И произошло это внезапно, хотя никаких предпосылок к этому не было. Я посмотрел на молчавшего капитана и увидел, что артефакт, который он всё ещё сжимал в своей руке, ярко сиял, освещая пространство вокруг себя на добрые несколько метров.

А вот и причина. Его внутренняя пульсация и сияние вызвали эти колебания до конца не распределившейся энергии демона.

— Что это такое? — спросил я у мужчины, кивая на артефакт.

— Это артефакт поиска. — Быстро ответил он, оглядываясь по сторонам, видимо, ища искомый объект, который они так старались найти.

— И что, нашли княжича своего? — усмехнулся я, сложив на груди руки.

— Нет. А как вы поняли, что мы ищем именно его? — подозрительно прищурился он.

— А кого вы ещё бы искали с таким упорством, тратя все свои силы на подпитку артефакта, — хмыкнул я. — Тут его не было последний час, и сейчас, как видите, магазин пуст. И что бы делать сыну Светлейшего князя в обычном магазине в глуши Империи? Артефакты, как и другие вещи, имеют привычки выходить из строя, — глядя в глаза мужчине, проговорил я.

Нужно было возвращаться в монастырь как можно скорее. Это явно не последняя поисковая бригада, и другие могут быть не настолько слабы, как эти. Зато артефакты у них могут быть посильнее, и тогда не известно, что может произойти, если я попаду под их влияние. Нужно быть осторожным и разобраться с этими метаморфозами, чтобы в следующий раз так не попасться.

— Отпусти их, пусть катятся дальше в поисках своего господина, — тронула меня за руку Мила, глядя в глаза, истолковав моё молчание по-своему.

— Да не, не отпускай, вдруг подмогу приведут, чтобы с тобой разобраться, — пробормотал оборотень с другой стороны от меня. — С них станется. Сторожевым псам богатеньких домов законы не писаны.

— Заплатите за сломанное и пришедшее в негодность, извинитесь перед хозяйкой и валите отсюда, — пришёл я к выводу, освобождая от магических пут уже пришедших в себя охранников.

Пропажа княжича и так привлекла внимание, не следует ещё больше наводить суеты, избавляясь от прислуживающих ему гвардейцев. Едва заметная дымка сформировалась у меня на ладони и полетела в сторону мужчин, которые с видимым недовольством поднялись на ноги. Капитан снял с пояса кошель с деньгами и бросил его на столик в центре магазина, видимо, таким образом извиняясь перед перепуганной продавщицей, вбежавшей в зал.

Сформированная дымка забвения, которая не оставляет после себя следов и стирает последние полчаса из памяти жертвы, понеслась к гвардейцам и проникла в их головы без каких-либо проблем. На несколько секунд они замерли, глядя перед собой пустым взглядом, а потом пришли в себя, неуверенно оглядываясь.

— Всего хорошего, капитан, надеюсь, вы найдёте того, кого ищете. Но тут, никого, как вы убедились, нет, — мягко проговорил я, приводя мысли мужчин в порядок.

Гвардеец кивнул и, покосившись на потухший кристалл, вышел вместе со своими сослуживцами из магазина.

— Возвращаемся в монастырь. В городе что-то происходит, и мне не хочется попасть в эпицентр этой мутной истории. — Проговорил я. Мои спутники серьёзно кивнули, а Мила ринулась в кабинку, чтобы, наконец, переодеться.

— Подождите, я приготовила вам то, что вы просили, — подбежала к нам девушка-продавец, протягивая сначала одну стопку вещей, затем вторую.

— Хорошо, упакуйте всё, включая то, что отобрал для девушки, примерим дома. — Кивнул я и, расплатившись, вышел наружу.

Ещё недавно светившее яркое солнце скрылось за тяжёлыми тучами. А воздух был тяжёлым и спёртым, словно от недавно прошедшего дождя. Барьер был восстановлен, но судя по искажениям, он стал куда прочнее, чем был до этого. Прохожих было мало. Зато снующих стражей правопорядка и гвардейцев было в избытке. Клириков или Стражей видно не было. Хотя ещё полчаса назад они составляли чуть ли не половину прогуливающихся в центре города.

— Вот вы где, — практически материализовался возле меня Пётр, помощник настоятеля. — Только вас все ждут. Вы что, не слышали колокол, оповещающий, чтобы все послушники и студенты вернулись в стены монастыря? — нахмурился он, глядя мне за спину в сторону выхода из магазина, откуда выходили Мила и Сергей, нагруженные фирменными пакетами.

— Нет, ничего подобного, — тряхнул я головой. — А что случилось?

— Да кто ж его знает. Нам не докладывают. Известно только, что купол на части развалился, да сын князя Репнина пропал, причём не один, а оба. Первый наследник, и тот, кто отбор у нас проходить хотел в школу. Но странно, что нас на поиски не отправили, как это всегда бывает. Только в монастырь какой-то Страж из самой верхушки прибыл, после чего приказали всех вернуть в расположение. Меня за вами отправили. Сказали, что где-то здесь вас в последний раз видели. — Как обычно быстро пересказывая все новости на ходу, он повёл он нас в сторону монастыря, до которого мы добрались на удивление быстро, идя по каким-то улочкам и переходам, о которых я даже не догадывался.

Как только мы вошли во двор, тяжёлые двери закрылись с протяжным скрипом, а над нами тут же начал формироваться защитный барьер. Как интересно. Получается, что в ближайшее время никто отсюда по своему желанию не выйдет.

Мы прибыли к самому ужину, на котором собрались все послушники. Вокруг витали напряжённые разговоры и перешёптывания. Никто не знал, что именно происходит, но никакого особого беспокойства заметно не было. А вот любопытством и интересом всё было буквально пропитано. Мы молча поели. По выразительному взгляду оборотня я понимал, что он, как только выдастся удобное время, устроит мне допрос с пристрастием.

— Прошу внимания. — На весь зал раздался голос отца Фёдора, после чего наступила просто идеальная тишина. Все повернулись в сторону выхода, где стоял настоятель в сопровождении Стража, в котором я узнал своего отца. Лицо его было скрыто капюшоном, но я чувствовал, что это именно он. Такая аура силы была только у одного человека. Я даже выдохнул с облегчением, чего нельзя было сказать об остальных, которых ощущение этой силы явно не успокоило. — Сейчас мы по одному будем вызывать послушников и студентов. Беспокоиться не стоит, просто каждому из вас нам нужно задать несколько вопросов. Пока ваша очередь не подошла, прошу вас заниматься своими обычными делами.

— Дела-а-а, — протянул оборотень, тряхнув головой. — Я не знаю, кто это, но меня аж до костей пробрало. Не хочу я с ними разговаривать, — пролепетал Сергей, за раз выпивая целую кружку чая.

— Я знаю, кто это, — проговорила побледневшая Мила, стиснув в руках ложку, которая под её давлением согнулась пополам.

— Возьми себя в руки, — кивнул я ей, глядя, как Пётр подходит к нашему столику. — И никому не говори о своих догадках, ладно? Времена сейчас смутные, а собеседники, зачастую очень ненадёжные.

— Поужинали? — весело осведомился он. — Ну тогда вам двоим пора на отработку.

— Ну что за день, — простонал оборотень, опустивший голову на стол и несколько раз стукнувшись лбом об столешницу. В принципе, я разделял его мысли, но глубоко вздохнув, поднялся на ноги.

Глава 20

— Вы, наверное, просто шутите… — недоверчиво покосился на Петра оборотень, после того как осмотрел, в прямом смысле этого слова, поле нашей деятельности.

— А что такого? Конечно, это не слишком приятная работа для тех, кто считает себя спасителями мира. Но есть нужно всем, даже спасителям, — усмехнулся помощник настоятеля и похлопал Сергея по плечу. — У вас неделя, чтобы прополоть и проредить этот сектор. Управитесь раньше, другую работу для вас искать никто не будет.

Он развернулся и вышел из помещения, напоминающего огромную теплицу, впрочем, оно по факту ей и являлось. Очень большая теплица, разделённая на сектора, в каждом из которых росли разные овощи и травы. Ещё бы разбираться во всём этом. Стены были прозрачные, поэтому мы прекрасно видели наших товарищей по несчастью, обречённо копающихся в земле в других секторах. Магией пользоваться было запрещено. Растущие культуры круглый год и так были подпитаны многочисленными заклинаниями, которые бы разрушились под воздействием посторонней магической силы. По крайней мере, так нам сказал Пётр. Хотя я не особо в это верил, больше считая, что работы в местной теплице являются своего рода наказанием для особо провинившихся.

— Зачем им столько морковки? — поморщился оборотень, разглядывая грядки, которые вдаль уходили многочисленными рядами. — Мы ещё учиться не начали, а над нами уже издеваются. Кому вообще нужна эта морковка?

— Бобрам? — хмыкнул я, не зная, с чего начать обрабатывать эти, хм, растения. Меня этому не учили ни в одном из миров, и поэтому слова прополоть и проредить звучали, как отборные ругательства на незнакомом языке.

— Не нужно было этим ежом стену пробивать, наслаждался бы сейчас тишиной, спокойствием и пирогами, — продолжал сокрушаться Сергей.

— Вообще-то, я дикобраз, — недовольно прозвучал голос обсуждаемого парня. Мы повернулись, разглядывая невозмутимого оборотня, который, насвистывая какую-то мелодию, присоединился к нам. Правда, двери, со скрипом закрывшиеся у него за спиной, заставили немного вздрогнуть и прекратить всем подряд демонстрировать своё хорошее настроение.

Парни молча сели на колени и начали работать, думая каждый о чём-то своём. Я внимательно наблюдал за их действиями, начиная примерно понимать, что именно нужно делать.

— Как думаешь, зачем они всех допрашивают? — тихо спросил у меня Алексей, выдёргивая странного вида сорняк с длинным и тонким корнем.

— Понятия не имею. Возможно, это связано с пропавшим княжичем, так Пётр сказал, когда встретил нас в городе, — пожал я плечами, надеясь, что с отцом смогу поговорить без лишних свидетелей. По крайней мере, он обещал, что со мной встретится, поэтому я даже не сомневался, меня вызовут так же, как и остальных.

На болтовню парней я особо не отвлекался, стараясь в это время разобраться с тем, что происходит у меня с ядром силы и кольцами энергии души. Они явно были не в стабильном состоянии, хотя демоническая сила больше не стремилась вырваться наружу, как тогда в магазине. Неужели так сказалась поглощённая сердцевина души? Но отделить её в том состоянии, в котором находился княжич, от оболочки было практически невозможно.

Работа в теплице на удивление успокаивала. Всё же земля действительно обладала особыми лечебными свойствами, убирая негативную энергию. И до того момента, как меня вызвал настоятель на разговор, я уже смог стабилизировать собственную магию. Парней увели раньше, и назад по какой-то причине они не вернулись. Я поднялся на ноги, осматриваясь, обнаружив, что в принципе остался один в этой огромной теплице. За стёклами других секторов никого не было.

Пройдя следом за незнакомым мне клириком, который даже не удосужился представиться, к дверям кабинета, где я уже бывал, как только оказался в монастыре, чуть ли не вбежал внутрь, чтобы, наконец, встретиться с отцом. Как только двери за мной закрылись, он снял с головы капюшон, поднявшись на ноги и осматривая меня сосредоточенным и немного уставшим взглядом.

Отец Фёдор тихо вышел за неприметную дверь, находившуюся у дальней стены, оставив нас наедине.

— Я рад, что с тобой ничего больше не случилось. Хотя, если честно, переживал, что ты вляпаешься в какую-нибудь непредвиденную мною ситуацию, — улыбнулся он и, выйдя из-за стола, заключил меня в крепкие объятия.

— Что происходит? — прямо спросил я, когда он отстранился и посмотрел мне прямо в глаза.

— Это… сложно, — немного подумав над ответом, проговорил князь Уваров, садясь за стол и жестом показывая, чтобы я сел напротив него.

— Это всё, что ты можешь мне сказать? — покачал я головой. — Война не закончилась, так ведь? И меня не просто так хотят поймать. Им нужно получить на тебя рычаги давления.

— Не закончилась, — поморщился отец, глядя перед собой и постукивая кончиками пальцев по столешнице. — Ты неглупый парень и сразу всё понял. Как бы ни хотелось это говорить, но ты, являясь моим сыном, всегда будешь под ударом из-за того, кем является твой отец и каким силам пытается противостоять. О своих догадках и о том, что я тебе сейчас скажу, не должна знать ни одна живая душа. Пока всё тихо, поэтому не следует обычных людей и магов склонять на сторону врага. А таких, поверь, когда повелитель демонов начнёт действовать открыто, найдётся немало.

— Разумеется, — кивнул я. Правда, многие вещи, после встречи с княжичем Репниным мне и так стали понятны. Отец некоторое время молчал, после чего всё же начал говорить.

— Когда мы дали повелителю демонов отпор, он не мог не отступить, ведь и так понёс очень большие потери. Но завоевать страну можно и другими способами, например, изнутри. И многие, как ты видел, повелись на обещания Булгакова и купились на силу и обещанные блага, приняв его сторону.

— Булгаков? — хмыкнул я.

— Именно так зовёт сейчас себя повелитель демонов, стоя на границе нашей империи. У него много разных имён, но именно этим он пытается показать, что не является врагом на тех территориях, которые стремиться завоевать, — невесело усмехнулся князь.

— И много тех, кого уже смог завербовать себе главный демон?

— Порядочно. Но если ты спрашиваешь об императоре Годунове, то он всё ещё на нашей стороне, несмотря на давление перерождённых демонов в его окружении.

— Но разве не император стоит за нападением на наш дом? — нахмурился я, вспоминая то, о чём говорили напавшие на меня в поместье, а потом то, что слышал от Петра о пробуждении силы и формировании ядра наследника Годунова.

— Нет. Но он не может поручиться за своих советников и наследника, которые и без демонической силы уже давно начали строить заговоры за его спиной. Он этим, хм, огорчён. Но пока демоны стоят рядом с империей, не дело ворошить это осиное гнездо. Как бы мне этого ни хотелось. Разлад ни к чему хорошему для страны не приведёт. А мне, как и самому императору, к наследнику не подобраться, слишком сильно опекают его няньки, советники и перерождённые демоны. — Сжал он кулак, но, сделав глубокий вдох, быстро взял себя в руки.

Значит, наследничек, науськанный демонами, совершил этот налёт на генерала имперской армии в самой разгар войны, выводя того из равновесия. Не император, но его сын. И вина на Годунове лежит немалая, раз рядом с ним планировался заговор, о котором он не знал. Я видел сына императора несколько раз на светских приемах, и ещё тогда этот болезный на вид юноша с надменным взглядом и противной ухмылкой не вызывал ничего, кроме отторжения. Хотя наследников аристократов с подобными манерами смотреть на всех свысока было хоть отбавляй. Но многие воспринимали их в качестве неизбежного зла, как и я. Всё равно со временем одумаются, когда придёт время брать дела рода в свои руки. Но Григорий Васильевич Годунов, цесаревич Российской империи, не вызывал вокруг никаких чувств, кроме жалости и брезгливости.

— Сколько ещё из Светлейших князей стоит на стороне главного демона? Кроме Репнина? — уточнил я.

Обычных магов, князей и графов и так было понятно, что много, и это ещё не началась активная фаза вербовки. Светлейшие князи — самые сильные маги империи, с которыми придётся считать обеим сторонам.

— Двое. Морозов и Оболенский. Мстиславский и Пронский на моей стороне, — без раздумий ответил он, решив полностью мне довериться. — Пока это всё, что я могу тебе сказать, извини. — Прямо посмотрел он на меня.

— Спасибо даже за такую информацию, — кивнул я. — Нашли того, кто вступил в сговор с Репниным?

— Нет. И я хочу поручить это тебе. Ты будешь находиться тут месяц до того, как переход в школу откроется, и за это время попытайся вычислить предателя. Не хотелось бы, чтобы он проник в школу, когда начнётся отбор, — проговорил он. — Справишься?

— Постараюсь. Но не обещаю. — Я ответил, немного удивившись просьбе отца.

— Это хорошо. Никогда не обещай того, что не сможешь выполнить. Сын, не покидай пределы монастыря. Я не смогу защитить тебя и заниматься тем, чем занимаюсь, беспокоясь о тебе. Второго артефакта слезы дракона у меня с собой нет. Но ты всегда можешь положиться на отца Фёдора. Он один из немногих действительно преданных мне людей. — Серьёзно сказал он. — Держи, — после яркой голубой вспышки, в его руке появился древний свиток. Я даже и не помнил, видел ли такую древность когда-нибудь до этого момента.

— Что это? — я протянул руку, аккуратно беря тот в руки, боясь, что от резких движений он может рассыпаться прямо у меня в ладони.

— Секреты нашего рода. Тут всё, что тебе будет необходимо, чтобы приручить водяного змея. К сожалению, у меня нет времени и возможности тренировать тебя самостоятельно, но, учитывая то, что рассказали мне отец Фёдор и твой друг Сергей, с истинным обличием родовой магии ты познакомился довольно близко. Прости, что в этот момент меня не было рядом, и тебе пришлось справляться с этой силой самому.

— Сергей разболтал, кто я есть на самом деле? Вот же…бобёр, — вырвался у меня негодующий вопль.

— Тише, не ругай его. — Рассмеялся отец. — Скажем так, у него не было выбора, особенно после того, как он узнал, кто я такой. Он неплохой парень и обладает очень серьёзным потенциалом. Ты хорошо научился выбирать себе друзей, надеюсь, что ты не совершишь моих ошибок.

— Я могу остаться с тобой? — прямо спросил, когда свиток исчез у меня из рук под какое-то странное и довольное хрюканье Павла. Всё-таки надо узнать, что он на самом деле такое, потому как образ бородатого и дряхлого старца над стопкой книг до сих пор не выходил у меня из головы.

— Михаил, — отец прямо посмотрел на меня и покачал головой. — Это всё очень опасно. Все, кто нам противостоит, гораздо сильнее, чем сын Репнина, с которым ты схлестнулся в том проулке. Когда ты достигнешь развития хотя бы сиреневого ядра, тогда мы вернёмся к этой теме, — резко обрубил он, поднимая руку и прерывая меня, как только я открыл рот, чтобы хоть что-то ему возразить.

— Понятно, тебе не нужна обуза. Но, чтобы достигнуть пятого уровня понадобится пара лет, а это слишком долго в текущих реалиях, — поморщился я. — За это время может произойти всё что угодно.

— Это ещё ты оптимистично настроен. За два года ты максимум сможешь достичь уровня жёлтого ядра, — усмехнулся он. — И то, если будешь очень сильно стараться. Поэтому на всё это время ты будешь заперт в стенах Школы, где безопаснее всего, и даже не спорь. Я не хочу, чтобы наш род прервался быстро и глупо, только потому, что ты хочешь погеройствовать.

— Но…

— Михаил, — повысил он голос. — Школа для Стражей — уникальное место. Как только начинается учебный год, в неё не только закрываются все переходы, на неё помимо основных защитных барьеров опускается временной купол, который помещает всю её территорию в своеобразный стазис. Мы называем это консервацией. Время там течёт иначе, именно поэтому многие из высшей аристократии пытаются засунуть туда своих зачастую бестолковых наследников, — раздражённо проговорил он, выходя из-за стола и подходя ко мне вплотную. Я тоже поднялся, вставая напротив отца. — Проведённый год внутри Школы равен месяцу в реальном мире. Не переживай, за полгода, которые пройдут в этом мире, мы всех врагов точно уничтожить не сможем, — улыбнулся он.

— Вообще, не смешно, можно было сразу сказать, — хмыкнул я, понимая, что все мои пытки перечить князю Уварову явно были беспочвенны. — Но если по местным временным рамкам там готовят Стражей так быстро, то почему не готовить их в большем количестве? Сейчас на какие-то правила нет времени.

— Потому что Стражами остаются немногие, а процесс обучения очень сложен. Даже те, кто проходят отбор, находясь не на нулевой ступени развития, не всегда с этим справляются. — Покачал он головой. — Тем более, нужны люди, чтобы обучать, и их не так уж и много. Ладно, ступай. Мы и так слишком много времени провели за разговором. — Приобняв меня ещё раз, он развернулся и быстрым шагом пересёк кабинет, выходя в неприметную дверь, за которой скрылся отец Фёдор. Вот и поговорили, называется. Пора возвращаться к своим. Интересно послушать, о чём именно говорил отец с Сергеем и Милой.

Не успел я дойти до нижнего этажа и направиться в сторону комнат, как ко мне подлетел Пётр и, схватив за руку, потащил в сторону одного из выходов, где находились эти проклятые теплицы.

— Зачем ты меня туда тащишь? — попытался я вырваться из цепкого захвата. На удивление клирик был немногословен, что для него было не характерно.

— Ты что с морковкой сделал? — только и спросил он, буквально заталкивая меня в дверь, куда вёл проход в сектор, отведённый нам для отработок. — Оставили тебя на полчаса одного, называется. За тобой постоянно приглядывать нужно?

— Ничего я с ней не делал. Полол, прореживал, как ты и говорил, — удивился я, странно косясь в его сторону.

— А это тогда что? — чуть ли не прокричал он, поворачивая меня в сторону грядок.

— Хм, похоже, и вправду не нужно было магию применять, — философски протянул Павел, в то время как я рассматривал огромную ботву, поднимающуюся под самую крышу. Даже боюсь представить, какого размера была сама морковь. — Мих, ты не расстраивайся, я жизнь тебе облегчить хотел. Да и энергии в меня ты влил, пока в земле копался, изрядно. Нужно было девать её куда-то. Не обратно же тебе её отдавать.

— Я тебя расплавлю, — только и смог проговорить, обещая расквитаться с артефактом за самоуправство. Надеюсь, пока отец находится в монастыре, настоятель ничего противоестественного со мной не сделает.

Глава 21

— Вампиры и оборотни разных видов имеют схожую структуру оболочки души. Во время короткого анализа противника нужно не только уметь видеть, но и слышать едва заметные волны искажения, отражающиеся от сердцевины души, которые и позволяют идентифицировать объект, — проговорил я усталым голосом в унисон с Павлом. Артефакту было очень скучно сидеть практически взаперти в стенах монастыря, и он развлекался как мог, заучивая тонны информации, которые поступали в наши уже практически ничего не соображающие головы.

— Да, всё верно. — Выдохнула Мила, захлопывая толстенный учебник. Мы втроём находились у неё в комнате, готовясь к предстоящему устному экзамену.

— Этого всё равно мало, — простонал Сергей и плюхнулся на кровать, вытягиваясь на ней во весь рост. — Этот изверг всё равно не пропустит на отбор. Вы видели, с какой он усмешкой и призрением вечно на нас смотрит, когда проводит опрос на занятиях? И он всегда недоволен нашими ответами. Такое чувство, что он на нас отыгрывается, за что-то мстя твоему отцу.

— Тебе это просто кажется. Он на всех так смотрит, — проговорила Мила, поднимаясь на ноги. Когда она прижала меня к стенке, выведывая всю правду о князе Уварове, с которым у неё состоялся довольно напряжённый диалог, мне пришлось всё рассказать. Тем более что она и так всё поняла по наводящим вопросам отца и просто требовала подтверждения.

— Самоутверждается за наш счёт. Хотя его никто не просил нас так гонять. Я уже спать не могу, потому что просыпаюсь в страшном сне, в котором меня вызывают к доске и заставляют чертить многочисленные руны изгнания, которые уже никто практически не применяет на практике, — поморщился оборотень, закрывая глаза. — А я понятия не имею, что этот изверг от меня хочет.

— Ты вечно ноешь. Лёжа на кровати, ты не сможешь ничего добиться. Только упорный труд сделает из тебя подобие человека, — назидательно проговорила девушка, подняв вверх указательный палец.

В отличие от нас, к молодому преподавателю по теории магии душ, а также по особенностям других существ, она относилась вполне доброжелательно, чем выводила того из себя ещё больше.

— А ты его вечно защищаешь. Только не говори, что у тебя проснулась первая влюблённость студентки к своему молодому и привлекательному внешне преподу, — парировал оборотень, за что получил ощутимый удар подушкой.

Мы вздрогнули от громкого колокольного звона, оповещающего о начале первого этапа внутреннего экзамена монастыря.

Месяц пролетел незаметно. Местные учителя вталкивали в нас просто огромные куски теоретических знаний. Притом большая их часть мне была неизвестна. В прошлой жизни много я добился исключительно путём экспериментов, проб и ошибок. Имея в голове хотя бы эти базовые знания, войну с сестрой я бы выиграл намного раньше, не стопорясь на простых, как оказалось, вещах.

Нелюбимый всеми послушниками Лебедев Дмитрий Игоревич, тридцатилетний клирик, имеющий такие обширные познания в теории рун, магии душ и других сферах деятельности Стражей, что впору было удивляться, как вообще живой человек может всё это запомнить, гонял нас так, что других мыслей к концу дня уже не оставалось. А ведь у нас были ещё и занятия по физической подготовке, основам магии ядра и формированию колец магии душ. Последнее меня обходило стороной. Правда, как связаны кольца и ядро силы мне ещё никто толком ответить, так и не смог, потому что раньше подобного ни с кем не случалось.

Решивших остаться в стенах монастыря до отбора было от силы человек тридцать. Остальные позорно ретировались после разговора с настоятелем и князем Уваровым. Аристократы и те, кто просто имел возможность снять жильё недалеко от монастыря, просто ждали начала отбора, праздно слоняясь по городу и радуясь последним дням свободной жизни. В империи было подозрительно тихо. Никаких происшествий. Всё постепенно возвращалось в мирное послевоенное русло. Но только мне было понятно, что это затишье перед бурей, которая скоро разыграется.

Просьбу отца я так и не выполнил. Напряжение между послушниками усиливалось с каждым днём. Все видели друг в друге конкурентов на заветные места в школе Стражей, поэтому разговорить кого-то и сблизиться с ними не получалось. Постепенно начали сформировываться небольшие группки, но они старались быть полностью изолированными от всех остальных.

Мы с Милой и Сергеем за проведённое время довольно ощутимо сблизились, и теперь я уже без каких-либо оглядок мог назвать их своими друзьями.

Третий уровень я так и не смог получить, несмотря на тренировки, которыми сам себя нагружал. Было такое чувство, что что-то мешало пробить грань между рангами, но я пока так и не мог понять, в чём моя проблема.

— Ну что, пойдём. Те, кто филонил, сейчас начнут проходить первое испытание силы, а нам, бедным будущим клирикам, которым твой любимый Лебедев даже не даст никакого шанса себя проявить, будет полоскать мозг каверзными вопросами, — выдохнул Сергей и одним рывком поднялся с постели.

Тихо переговариваясь, мы дошли до лестницы, ведущей на третий этаж, где в одном из кабинетов должен был пройти этот самый пресловутый теоретический экзамен. На удивление, двери были закрыты, а на входе дежурило двое Стражей, которые выставили вперёд руки, показывая нам, чтобы мы остановились.

— Что происходит? — нахмурился Сергей, вертя головой и прислушиваясь. Я тоже осмотрелся, но ничего подозрительного не увидел. За исключением того, что кроме нас в назначенное время никто из послушников не подошёл.

— Отбор проводится во внутреннем дворе, — ответил один из мужчин, облачённых в серые плащи с закрывающими лицо капюшонах.

— То есть, теоретического экзамена не будет, что ли? — опешил оборотень, косясь в нашу сторону.

— Его никогда не проводили. Всю теорию вы должны будете показать на практике во время отбора, — раздался холодный ехидный голос Лебедева у нас за спиной. — Вы опоздали.

Мы резко обернулись, глядя на непроницаемое лицо старшего клирика, который изучающе на нас смотрел, задержав почему-то взгляд на мне.

— Идёмте за мной, — он резко обернулся и пошёл в сторону выхода из монастыря, заложив руки за спину.

— Вот же гад какой, — едва слышно пробубнил Сергей. Судя по загорающемуся огню в глазах Милы, она была с ним солидарна, что можно было увидеть не так часто. Ну ещё бы. На этот, так называемый экзамен, мы потратили трое суток, практически не выходя из комнаты, стараясь изучить даже самые каверзные вопросы.

— Волков, я всё слышу, — раздался голос Лебедева, отчего оборотень ещё больше побагровел и, наконец, двинулся за нашим преподавателем.

— Гад с хорошим слухом, — процедил он, но решил всё же заткнуться, услышав выразительное хмыканье впереди себя.

— Ну не всё так плохо. Никто не знает, какие испытания нас ждут сегодня. Может, многие знания нам в этом пригодятся, — решил я хоть немного разрядить обстановку, ловя при этом на себе две пары злых глаз.

Выйдя наружу впервые за несколько дней, мы одновременно остановились, глядя, как преобразился внутренний двор, который заполнило какое-то сооружение, больше походящее на лабиринт с парой десяткой входов, возле которых уже столпились остальные послушники. Никого со стороны во внутреннем дворе ещё пока не было.

— Это второй этап отборочных испытаний, — раздался строгий голос, звучащий на весь внутренний двор. Он точно принадлежал Морову, но покрутив головой, я так и не смог его найти. — Здесь вам предстоит пройти несколько заданий на скорость принятия решений, а также логику и остроту ума. Все эти качества необходимы Стражу, чтобы быстро ориентироваться в непростой ситуации. Только тот, кто завершит второй этап за час, сможет пройти на третий этап, где мы сможем оценить вашу стойкость противостоять воздействию демонической ауры и влиянию высшей нечисти, а также насколько вы готовы выдержать силу мага выше вас по уровню. Заходим по одному. Время пошло.

— И что это значит? — посмотрела на меня Мила, закусив губу. Её волнение начало передаваться и нам с Сергеем, потому что никакой конкретики ректор Школы так и не сказал.

— Не посмотрим, не узнаем? — улыбнулся я ей и пошёл вперёд только тогда, когда столпотворение и давка перед входом в этот лабиринт немного утихла.

Высвободив руку из захвата Милы, в которую она вцепилась, как только мы спустились с крыльца, я зашёл в свободный проход, тут же оказавшись в тёмной небольшой комнате с дверью напротив входа. Это точно было какое-то ограниченное от остальных субпространство, потому что я прекрасно помнил, как передо мной сюда проходило как минимум трое человек. Как и думал раньше, время отсчитывалось индивидуально для каждого. Прямо передо мной появился циферблат магических часов, тут же начавших обратный отсчёт.

Когда я прошёл в центр, факелы на стенах и возле входа ярко вспыхнули, освещая уже полностью это помещение. Тут ничего не было. Только каменные стены и дверь, полностью испещрённая какими-то знаками и рунами. Как понимаю, нужно было как-то открыть её, чтобы пройти дальше. Но никакого замка, ручки или щеколды не было. Только едва заметно светящиеся символы.

Скорее всего, это какая-то загадка, что-то типа пароля, который нужно каким-то невероятным образом собрать.

Я внимательно смотрел на символы. Что-то неуловимо знакомое было в этих рунах, но никак не удавалось понять, что именно. Прошло минут пять, в глазах уже начало рябить, но эту загадку мне пока отгадать не удавалось. Нужно, видимо, подойти с другой стороны и мыслить творчески.

— Ты чего молчишь, помочь не хочешь? — тихо обратился я к Павлу, который не произнёс ни звука за то время, пока мы тут находились. Прибегать к помощи артефакта было не совсем честно, но и тупо таращиться на дверь мне уже надоело.

— Нет. Мне в школу не нужно. Если так горишь желанием, то дерзай. Всё в твоих мозгах, руках и наблюдательности, — недовольно ответил он и замолчал. По какой-то причине в Школу он не хочет. Ладно, не время разбираться в этом. Позже поговорим.

Не успел я активировать зрение душ, которое, если честно, даже не знал, чем смогло бы мне помочь, до меня дошло. Я явственно услышал в голове голос Лебедева о том, что теоретические знания мы должны применить на практике. Это были руны изгнания, так не любимые Сергеем. Только неполные. Разбитые на куски и разнесённые в разные места и перемешанные между собой. Я поднёс руку к одному символу и, прикоснувшись к нему рукой, перетащил к другому куску мозаики, соединяя их друг с другом. Объединившиеся символы ярко вспыхнули, показывая, что всё делаю правильно.

Меня не оставляло чувство, что это несправедливое испытание по отношению к тем, кто не обучался с нами ранее, но быстро отогнал от себя эту мысль. Я знаю, как должны выглядеть символы, потому что не один десяток лет работал с подобным. Но до меня с запозданием дошло, что это просто перемешанные куски картины, которые можно собраться друг с другом, особо не акцентируя внимание на их содержании. Когда последний кусочек занял своё место, в механизме двери что-то щёлкнуло и дверь распахнулась.

— А ты ведь мне помог, только завуалировано, — обратился я к Павлу, проходя внутрь очередной комнаты.

— Ну ты же меня грозился расплавить, после случая с той поганой морковкой, вот и не рискую ослушаться приказа хозяина, — как-то слишком учтиво прозвучал голос артефакта, но он тут же замолчал, когда двери за мной захлопнулись с громким звуком.

Я оказался сразу в центре полукруглой комнаты. Сверху на то место, где я стоял, ударил яркий луч белого света. Из-за этого контраста не было видно ничего, что находилось за пределами этого образовавшегося светового круга. Подул лёгкий холодный ветер, и из темноты начали появляться многочисленные расплывчатые силуэты. Лиц их было не разглядеть, всё было смазано в какое-то расплывчатое белое пятно. Магией душ я сразу понял, что это обычные иллюзии. Материальные, хорошо выполненные, но всего лишь иллюзии. То и дело, они вытягивали ко мне руки, касались меня, обдавая морозным холодом, что-то шептали, а потом уступали место другим. Так продолжалось несколько минут, во время которых я соображал, что следует делать дальше. Никаких инструкций, как и в предыдущей комнате не было. Зато шёпот этих иллюзий становился всё громче.

— Как-то зловеще, — хмыкнул Павел.

— Да, только это всего лишь иллюзии, — поморщился я. От постоянно мелькающих лиц, кривляний фигур уже начала кружиться голова, и всё это дико раздражало. — Детский сад какой-то, — поморщился я и выпустил волну силы первозданной оболочки души, которая буквально снесла эти бестелесные фигуры в разные стороны от меня, а после и вовсе разрушила их с громким хлопком, прозвучавшим в воцарившейся тишине.

— Кхм, тебе всего лишь нужно было опознать природу этих сущностей, не обязательно было развеивать сложные чары, — раздался немного обескураженный голос Морова.

— Тогда нужно было повесить инструкцию над входом. — Пожал я плечами. — Это не сущности, это обычные иллюзорные двойники, неспособные на физическое воздействие с предметами. — Недовольно проговорил я. — Я могу идти?

— Да. Ты прошёл испытания, — с некоторой заминкой проговорил Моров, и дверь, которую я не видел ранее, отворилась, запуская в комнату естественный дневной свет.

Пройдя через пустое помещение, я вышел наружу, щурясь, стараясь привыкнуть к солнечному свету, что было сделать не так уж и просто после нахождения в полумраке комнат.

Передо мной была обычная лестница, ведущая вверх к открытому окну телепорта. Ступеней сто, если не больше. Я огляделся, понимая, что к лестницам, которых насчитал около двадцати по обеим сторонам от себя, вышел первым, затратив на второй этап всего пятнадцать минут. Я не был уверен, смогу ли дождаться своих друзей, поэтому с некоторой опаской встал на первую ступень. Здание, которое я в самом начале принял за лабиринт, буквально исчезло за моей спиной, а меня вместе с этой самой лестницей подняло вверх чуть ли не под самый защитный купол, окружающий город. Окно телепорта всё также рябило, только словно приблизилось и стало гораздо больше.

— Я знаю, что это. Этим балуются все известные мне школы магии, — подал голос Павел. — Лестница противодействия силы. Каждые десять ступеней отражают уровень давления мага с первого до десятого. До конца ещё никто не доходил. Ну это и понятно. Кто сможет на первом уровне противостоять десятому. Поэтому не парься сильно. Просто посмотрят, на что ты способен и гордо проводят к телепорту.

— Да я и не парюсь, — хмыкнул я, бодро преодолевая первые двадцать ступеней, не ощущая совершенно никакого давления.

На третьем десятке стало немножко сложнее. Ноги, словно утопали по щиколотку в тяжёлом песке, что создавало некоторую задержку. Но вот на четвёртом мне пришлось действительно прочувствовать на себе, что значит испытание противодействия силы. На плечи словно водрузили несколько мешков с камнями, а ноги начали утопать в воображаемом мною песке уже по середину голеней.

Окружив себя щитом душ, я сбросил это давление и выдохнул с облегчением. Но прекрасно понимал, что с пятым десятком ступеней этот трюк не сработает. Движение возле меня заставило остановиться. Вверх рядом со мной воспарила ещё одна лестница, по которой начала медленно и несколько неуверенно взбираться Мила. Ну хорошо, осталось Сергея дождаться. На остальных мне было глубоко плевать.

Неожиданный оглушительный треск, удар и звук бьющегося стекла заставили лестницу, на которой я стоял, покачнуться. Едва удержав равновесие, только чудом не свалился с неё и не начал стремительное падение вниз. Ещё один толчок, и защитный купол над городом треснул, пропуская внутрь огромную молнию, которая точным ударом вонзилась в окно телепорта. Раздался оглушительный взрыв, отчего не только воздушная лестница, но и, как мне показалось, сама земля пошла ходуном. Крик Милы быстро привёл меня в чувство. Явно это не один из этапов отборочных состязаний, поэтому особо не думая, активировал родовое заклятие водяных крыльев, которое изучил одним из первых, из родового свитка, и спикировал вниз, подхватывая цепляющуюся за край ступени девушку.

Поднявшись медленно вверх, я аккуратно поставил её на ноги, но она вцепилась в меня мёртвой хваткой, так и не открыв глаза.

— Всё хорошо. Мила, открой глаза, — она тряхнула головой и, наконец, разлепила веки, глядя на меня непонимающим испуганным взглядом. — Вот и славно. Сейчас мы спустимся вниз, не бойся. — Она закивала, а я, больше не говоря ни слова, подхватил её на руки и шагнул вниз, расправляя едва заметные голубые крылья, действие которых должно было закончиться через несколько минут. Конечно, можно было поддерживать заклятие и дольше. Но для этого требовалось огромное количество магической энергии, а сейчас мой резерв был весьма скромен.

Внизу царила какая-то суматоха. Младшие клирики просто смотрели на то, как из всё больше образующихся трещин бьют молнии, к счастью, не доставая до земли.

— Мне нужен настоятель этого гадюшника, — раздался голос, который показался мне знакомым. Князь Репнин. Он-то что тут забыл? — Мне нужно попасть внутрь города и обыскать каждый его сантиметр. Надеюсь, всем понятно, для чего?

— Не имею ни малейшего понятия. — Голос отца заставил задрать голову. Прямо под защитным куполом образовался стандартный переход, и из него вышел князь Уваров, уже не скрывая свою личность за плащом Стража.

Я вложил в заклинание полёта ещё немного энергии и взмыл вверх, с запозданием отмечая, что Мила всё ещё находится у меня на руках. Она от неожиданно издала какой-то пищащий звук, но ничего не сказала.

Находясь высоко над городом, я огляделся, присвистнув от удивления. Репнин, кажущийся мне маленькой точкой, прибыл в город не один. Вместе с собой он притащил чуть ли не армию, стоявшую позади него.

— Быстро спускайся вниз, тут вы открыты для атаки, — тихо процедил отец, лишь на мгновение посмотрев на меня. Ослушиваться столь дельного совета я не стал и ринулся вниз, уворачиваясь в это самое время от шальной молнии, проникшей через трещину в барьере.

— Уваров, не ожидал, что ты явишься так быстро. Следил, что ли, за мной? — насмешливый голос князя Репнина заставил напрячься.

— Как и ты за мной. В эту игру умные люди играют вдвоём. Хочешь в город — проходи, тебя никто не держит, — с усмешкой проговорил отец, но взгляд его оставался цепким и сосредоточенным. — Или есть причины, по которым ты этого сделать не можешь?

Резкие вспышки, и рядом с отцом начали открываться очередные проходы, из которых один за другим выходили люди. Всего человек десять, которые выстроились в один ряд вместе с князем Уваровым. Похоже, они знали, что планировал сделать Репнин. Но явно не угадали со сроками. Иначе бы не задержались. Я узнал всего двух стоявших рядом с отцом мужчин. Светлейшие князья Мстиславский и Пронский. Остальные мне были не знакомы.

— Отдай моего сына. Я знаю, что он у тебя. И тогда я не трону твоего, которого ты так старательно прячешь в стенах этого монастыря. — От слов Репнина я вздрогнул. Как он узнал? Возможно, просто догадался.

— Лебедев, Моров, почему дети и младшие клирики ещё находятся на территории монастыря? — женский голос заставил нас всех обернуться и отвлечься от препирательства сильнейших магов Империи. — Уводи всех в Школу и изолируй.

— Мама? — как-то недоверчиво произнесла Мила и сделала шаг вперёд, наконец отцепляя руки от моей куртки. Женщина с копной ярких рыжих волос вздрогнула и повернулась к нам улыбнувшись. После чего заключила в объятия бросившуюся в её сторону девушку.

Я озирался по сторонам, не зная, что делать. Но уходить в школу и запираться в ней, когда тут начали происходить практически полномасштабные боевые действия, не стану. Всё же, я сильнее, чем отец обо мне думает. Синие лучи света начали появляться хаотично во внутреннем дворе, в пределах монастыря, в лабиринте, и тут же гаснуть, буквально втягиваясь во вновь открывшийся водоворот большого телепорта.

— Ну уж нет, — тряхнул я головой и высвободил водяного змея, маленького, слабого, соответствующего моего текущему уровню, как только синий луч упал на меня. Но как оказалось, силы истинного обличия родовой магии не хватило, чтобы разрушить луч, исходящий из телепорта.

Прежде чем я ощутил рывок, увидел, как огромный водяной змей появляется за спиной отца, окружённый ослепительно ярким серебристым сиянием, а купол, защищающий город, разлетается с громким, оглушительным треском.

— Это последние, — Лебедев очутился рядом с нами, помогая нам с Милой подняться на ноги. Мы оказались на просторной поляне, усеянной какими-то незнакомыми мне цветами, а впереди виднелась высокая каменная стена, окружающая, по всей видимости, не только школу, но и город, в котором она находилась. — Закрывайте Школу, чтобы никто со стороны монастыря сюда больше не проник.

— Верните меня обратно, — хором с Милой проговорили мы, глядя на насупившегося Лебедева.

— Нет. Они рискуют собой не для того, чтобы кто-то из вас пострадал, — отрезал он. Раздался скрежет где-то над нами, а сердце сделало в этот самый момент кульбит. Значит, временной барьер, о котором говорил отец, сейчас над нами захлопнулся. — Тем более мы уже под действием заклинания временного барьера. А это значит, что отсюда никто не сможет выйти, пока оно не закончится.

— Немного не самое удачное завершение сегодняшнего вечера, такого мы не ожидали, — Моров вышел вперёд, обводя взглядом немного ошарашенных случившимся людей. — Ну что могу сказать, отбор прошли сегодня все желающие, а некоторые клирики получили второй шанс, — натянуто улыбнулся он. — Добро пожаловать в Школу Стражей.

Я сжал кулаки. Война, которую ждал, началась. А мне ничего не остаётся, кроме как стремительно развиваться, чтобы быстрее выбраться во внешний мир.

— Миша, — тронула меня за плечо Мила. — Ты видишь Сергея?

Nota bene

Больше новинок на https://booksnew.ru/

Или на нашем телеграмм канале https://t.me/martin_2015

Content

Мастер душ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Nota bene