Я Гордый

Глава 1

Я Гордый

Часть 1

Глава 1

Я ненавижу уборку. Все эти моюще-чистящие средства, швабры, пылесосы, тряпки для вытирания пыли… Я все это НЕ-НА-ВИ-ЖУ!!! А еще я являюсь директором клинингового агентства.

Ну, вы поняли, да? Не ты выбираешь работу, а работа тебя. Причем, я-то как раз не выбирал. Вот совсем. Я всегда знал, что от бытовой химии добра не жди, и что когда-нибудь она меня убьет. Накаркал, вашу ж мать! Но по порядку, потому как порядок — это моя работа, чтоб ей пусто было.

Меня зовут Васька. Василий Гордеев, если точнее и если это вообще кому-то интересно. Но иначе как Васькой меня никогда не звали. Я думаю, что всё началось с того, что меня назвали в честь безвинно погибшего кота. Да-да! Тупая животина, набив пузо, дрых на любимом мамином кресле, в которое она и плюхнулась в темноте, не разглядев, что место уже занято мяукающей скотиной. Кот, в последний раз мявкнув, отправился в свой кошачий рай, полный «Вискаса» и текущих самок. А мама, погоревав, после преждевременных родов, вызванных стрессом и печалью по погибшей животине, назвала меня Васькой. Вот такие дела. Кого-то называют в честь великих людей: космонавтов там или царей, а меня — в честь кота.

Баловень судьбы, мажор и все такое, скажет любой, посмотрев на меня. И окажется… неправ. Так, как там положено-то? Ах да.

В общем, моя семья — это я и моя мать, фундаментальная женщина весом далеко за сотню килограммов. Мой отец нас бросил, когда я был еще мелким. Ну как, бросил. Мама в те годы была кандидатом в мастера спорта по метанию ядра, а папаша трудился массажистом в команде. Вот они и домассажировались до меня.

Свадьба была быстрой, папаша вроде как даже не сбежал с нее. Правда, злые языки поговаривали, что она его к себе наручниками приковала, так сказать, во избежание.

Любви его хватило ненадолго. Нет, любить-то он любил — бар мамы, который она постоянно пополняла из любви к красивым этикеткам на бутылках. И если ее интересовал их внешний вид, то папашу — их содержимое.

В какой-то момент он стащил не ту тару, и терпение мамы лопнуло. Пинок под зад сопровождался отборным матом и оханьем прыгающего по ступенькам папы. Его вещи были выкинуты в окно и потом долго висели на бельевых веревках соседей. В общем, папан удрал так быстро и спрятался так сильно, что потом она его даже найти не смогла, чтобы поставить подпись в заявлении на развод.

К тому времени мама со спортом окончательно завязала, потому как наличие спиногрыза в виде меня не способствовало тренировкам, а на выигранные на соревнованиях деньги она открыла небольшое клининговое агентство, поздней превратившееся в серьезную структуру с несколькими филиалами в разных городах.

Моя веселая жизнь мажора началась почти сразу, но мама, будучи старой закалки, решила, что ее великовозрастное дитятко нуждается в крепкой руке и кулаке, и поэтому лет с тринадцати отдала меня в секцию Живы, которую вел ее любовник — дядя Жора. Кулаки престарелого спецназера размером могли поспорить только с его животом, поэтому выбор был сделан в его пользу.

Сначала тот взялся за меня несерьезно, справедливо опасаясь маман, которая этого мужичка могла скрутить в бараний рог и безо всяких боевых премудростей. Но однажды, я заявился домой чуть раньше положенного и застукал их, когда они предавались разврату прямо на кухне.

Вы когда-нибудь видели, как занимаются сексом бегемоты или слоны? А я вот увидел, и как мне было это развидеть, я не знал.

На мою беду, меня спалили. И если мать отнеслась к этому наплевательски, то спецназер сначала засмущался, а потом решил выбить из моей головы все воспоминания об этом кошмаре.

Я тоже хотел их выбить, поэтому налег на тренировки с такой силой, что уже к шестнадцати годам взял первый кубок юниоров по рукопашному бою. К этому времени я уже вполне оформился как мужик. Черные волосы, метр девяносто рост, мышцы как из стали. Ага, я еще и в качалку ходил, потому как это было модно и стильно. К тому же, там такие спортивные цыпочки тусовались, аж дух захватывало.

А вот в школе дела были совсем не ахти. Ну что делать, если я терпеть не мог сидеть за партой? Здоровый лоб, почти на две головы выше своих сверстников, выглядел в школе нелепо. Да что там, меня иногда даже за чьего-то родителя принимали!

Но я честно её закончил, и даже ЕГЭ это, будь оно проклято, сдал с нормальными баллами! Вот только обнаружилась одна проблема — баллы были не по тем предметам, которые нужны были для поступления. То есть, я даже в колледж на бюджет с ними поступить не мог, потому как там была такая солянка из предметов, что ни одна комбинация не проходила.

Как я так умудрился затупить, не спрашивайте — сам не знаю. Ну а платить за учебу мама считала плохим тоном, потому как была твёрдо уверена: надо всего в жизни добиваться мозгами, а не деньгами.

На семейном совете долго решали, как поступить, пока ее хмырь не выдал идею отправить меня в армию. Мол, мне там и мозги вправят, и родину любить научат, да и потом все двери будут открыты. Идея оказалась интересной всем, даже мне, потому как службы я не боялся, мне даже было тупо интересно.

Подняв свои сильномогучие связи, спецназер, не особо напрягаясь, определил меня в ВДВ. Мои боевые и политические навыки были признаны годными для вооруженных сил, и поэтому я, обняв даже слегка всплакнувшую мать, отправился отдавать свой гражданский долг.

Про три месяца учебы, за время которой я зарекомендовал себя с лучшей стороны, даже рассказывать не буду. Дедовщина хоть и была, но меня не касалась, потому как я мог всех этих дедов в бараний рог скрутить — и не по одному разу. Благодаря этому буйствовать старослужащие опасались, и мой призыв служил себе вполне спокойно. Поэтому сержантские лычки я заслужил честно, не отлынивая от работы и будучи на хорошем счету у офицеров.

Затем распределение, новая часть. После поездка на войну. Да, потом все исправили и перестали туда отправлять срочников, но мы попали в первую волну в момент наивысшего бардака, когда перепуганное командование бросало туда всех подряд. Поэтому мы, хрустя новой формой и скрипя блестящими берцами, шли бить морды нелюдям

И скоро мы были уже на передовой. Первый бой, первые потери и убитый мною враг с немецкой свастикой на шевроне. Признаюсь честно, меня тогда сильно трясло.

Мой прадед погиб в сорок втором под Сталинградом от пули снайпера. Я часто читал про него и даже видел его фото. И видимо, именно от него мне передалась такая ненависть к фашистам.

Помню, как я скрипел зубами и втаптывал в землю мерзость, выдранную у того с рукава. А после выпросил у ротного старенькую СВД и устроил свою охоту. Снайперов было мало и меня никто не учил, но талант не пропьешь, хотя попытки были. Часто ночами я уходил на охоту и редко когда возвращался без зарубки на прикладе. Медаль «За Отвагу» не заставила себя ждать.

Мы с другом Колькой, таким же самоучкой, устраивали вылазки, зачастую рискуя попасть под огонь своих. Но наше дело было правое и бог берег нас. Год пролетел незаметно, и я уже стал подумывать о подписании контракта. В армии мне нравилось, а быть военным еще больше.

Но тут опять активизировалась маман, которая решила, что сыночку уже вправили мозги и пора возвращаться домой. Она напрягла свои связи, которые оказались столь же могучими и внушительными, как и её фигура. Врачебная комиссия внезапно обнаружила у меня плоскостопие и выпнула меня на дембель со всем почетом и уважением.

Далее повторная подача документов в политех, куда меня, героя войны, да еще и с наградой, в этот раз взяли без разговоров. И вновь парты с огромным мной и тщедушными студентиками рядом.

К этому времени я еще больше разросся и походил на медведя, как статью, так и грацией. Но впечатление это было обманчивым, потому как тренировки я не забросил и двигаться мог очень быстро.

Теперь мать реально расщедрилась, считая, что я взялся за ум. Мое фото с медалью висело на центральном месте в главном офисе компании. При этом она презрительно кривила губы в обществе таких же бизнес-леди, когда речь заходила о детях. Смотрите, мол, ваши сыновья — тюфяки и нытики, а мой-то герой.

Так что я быстро получил и новую машину, и новую квартиру, да и мой банковский счет регулярно пополнялся пятизначными суммами.

Что же касается девушек, то их было много и часто. Праведником, увы, я никогда не был, отдавать сердце той одной единственной в ближайшее время не собирался, довольствуясь большим списком претенденток, от количества номеров которых уже трещала память телефона.

Маман делала попытки намекнуть, что не против стать бабушкой, но я отнекивался общими фразами, что она еще слишком молода для этого, а я не готов и вообще не нагулялся.

Так что политех я закончил и уже присматривал себе непыльную работенку типа тестировщика компьютерных игр или фитнес-тренера, потому как образование мне было на хрен не нужно и не интересно. Но мать пригрозила урезать финансирование, поэтому пришлось превозмогать, дабы получить заветную корочку.

Мой активно развивающийся патриотичный канал в интернете приносил неплохую прибыль, да и моя страничка ВК имела более сотни тысяч подписчиков и друзей. Лайки и репосты так и летели, как и подписки. Так я был уверен, что не пропаду и перспектива стать профессиональным блогером меня очень радовала.

Но у судьбы и моей драгоценной родительницы были на меня иные планы. Семейный бизнес рос и процветал, но все же нуждался в крепкой мужской руке. Измерив мой бицепс, пощупав квадрицепс и стукнув по голове, мать решила, что такая правая рука ей подходит, и я был тут же назначен директором клининговой компании «Люда и Сын».

Просторный офис и симпатичная секретарша с длинными ногами сразу произвели на меня впечатление. А так же уютный диванчик, которой я собирался быстро проверить на прочность с моей новой подчиненной. Я был за, она была не против, диван воздержался, поэтому мы его не слушали. Однако он выдержал, как, впрочем, и стол, который мы тоже чуть позже проверили.

Жизнь налаживалась. Я торговал лицом, ходил на всякие презентации, улыбался, сыпал комплименты всяким матронам, которые были нашими бизнес-партнерами. Вел фото и видео съемку. Лайкал кого надо, банил неугодных. Говорить ничего серьезного от меня не требовалось, да я и не хотел.

Ну, и куда ж без силовой поддержки-то? Боевое звено было быстро сформировано, правда, работы для него пока не было. Поле деятельности было поделено, кому нужно, отстегивались ежемесячные суммы, так что это были больше понты, чем реальная необходимость.

Утром работа, вечером клубы, тусовки, иногда заканчивающиеся мордобоем, когда очередной либерально настроенный мажорчик пытался хаять армию и страну. Такого я не терпел и сразу бил максимально больно и жестоко. За это меня пару раз принимали в отдел полиции. Но менты оказывались мужиками с понятием и быстро меня отпускали, немного поругав.

Старый полковник, начальник отдела, однажды даже пожал мне руку, сказав, что побольше бы в стране было таких парней, так и порядка было бы больше. Было приятно, что говорить.

Так я и жил, пока не случилось ЭТО. Как сейчас помню — мать отправила меня в командировку в город, названия которого я не запомнил. Что-то там не заладилось на фирме, народ стал увольняться. И я поехал, куда ж деваться — хорошую зарплату, как ни крути, надо отрабатывать.

Три долбанных дня я вникал в проблемы, перегружая свой мозг графиками, выплатами, заказами, отчетами. В конце концов плюнул и, собрав весь престарелый персонал -тех, кому за пятьдесят, прямо спросил, а что за херня, собственно, происходит.

Причина оказалась банальной — конкуренты. Мелкая фирмочка, оказывающая точно такие же услуги, как и мы. Но вот зарплаты у них были чуточку выше, а цены чуточку ниже, рекламы было чуточку больше, а серьезных дядек, что наезжали на стареньких уборщиц, оказалось намного больше. Одну бабульку столкнули с лестницы, другую уронили под колеса машины, так, что она едва не погибла.

Вот персонал и побежал, справедливо опасаясь за свою короткую жизнь. Что ж, эту проблему я понимал и решать принялся в свойственной мне манере.

Через пять дней офис фирмочки запылал. Его хозяйка, стеная, рыдала над его руинами, а охрана испуганно мычала в салонах двух газелей. Поломав мужиков, что не пощадили старух, мы выкинули их в лесу. Либо сами подохнут, либо волки съедят.

Проблема была решена, нужные внушения сделаны, но вот что касается персонала — его была катастрофическая нехватка. Люди пока шли к нам с опаской, медленно, и пришлось брать опять все в свои руки, а именно швабру и тряпку.

Нет, я не ханжа, и когда надо, вызываю уборку на дом, потому как чистоту я люблю. Правда, всегда стараюсь не присутствовать при этом процессе, потому как звук пылесоса вгоняет меня в тоску. Поэтому трудящихся в этой сфере безмерно уважаю, но сам в нее лезть согласен, только наблюдая издали.

Но не судьба или, наоборот, судьба, тут как посмотреть. В общем, пришел элитный заказ — большой двухэтажный особняк, владелица которого решила оценить нашу работу. И если ей понравится, нас ждал большой контракт на обслуживание кучи ее фирм и пары ресторанов. Как назло, именно в этот момент силы уборщиц были распылены, и мне пришлось в компании двух профессионалок весьма преклонного возраста ехать на срочный вызов.

Дом впечатлял, как и объем работ. Его хозяйка ненамного младше моей маман состроила мне глазки и ненавязчиво намекнула, что уборку в спальне стоит делать в ее присутствии и желательно мне, потому как там нужна крепкая мужская сила. Я сразу понял, что в спальню я не пойду, даже если меня туда на тросе потащат. Однако вежливо кивнул — клиент всегда прав. И мы дружной, семенящей толпой направились смотреть, планировать и превозмогать.

Пока бабки обсуждали какого-то Диму — наркомана, тунеядца, что носа не кажет из квартиры, — я переоделся в более удобную одежду, решив, что тягать-таскать вполне могу я, а мыть-стирать — это пусть бабульки делают.

Хозяйка, приветливо махнув задницей, поднялась на второй этаж, где, судя по всему, и находилась ее опочивальня, а мы приступили к работе.

Я старался, честно. Бегал, таскал, переставлял. Добровольно менял воду и даже… Даже протер пыль! Легкий ветерок тревоги коснулся моей задницы, когда мы, оставив бабку номер один мыть кухню, отправились с бабкой номер два наверх. Я будто снова оказался на войне и моя чуйка выла, явно сигнализируя о приближающемся конце.

Бросив опасливый взгляд в сторону хозяйской спальни, я под ехидный смешок моей работницы отправился в ванную. Царство фаянса и керамики встретило меня ослепительной белизной. Оглядевшись, я совершенно не понял, что тут надо мыть, но решил все же пройтись влажной тряпкой по интимным местам сего помещения.

Раз — я щедро наливаю моющее средство на губку, и часть его проливается на пол.

Два — я тянусь к раковине, чтобы поставить на нее бутыль с адской смесью.

Три — делаю шаг, и моя нога попадает на разлитую жидкость.

Четыре — она поехала, и я вместе с ней. Попытка за что-нибудь схватиться провалилась. Руки нелепо замахали в поисках опоры, но, увы, было пусто.

Пять — я вижу, как пол и потолок поменялись местами, моя голова ударилась обо что-то твердое, а потом бац — и я вишу, висю… ну, или парю над собой.

Вот так нелепо я погиб, убившись об угол унитаза. Нет бы как все нормальные попаданцы, погибнуть под колесами грузовика или быть зарезанным в сортире своей любовницей. На худой конец я даже был бы согласен, чтобы меня грохнули враги, и я помер, успев толкнуть пафосную речь и пригрозив им вернуться и отомстить. Но нет. Видать, не заслужил.

Что ж, ладно. Унывать не наш метод, тем более, что синева расплескалась по моей морде, из проломленной башки вытекает кровь, и истошный крик бабки уже сиреной разносится внутри дома. А я, повисев над телом и смахнув скупую слезу — на самом деле нет, — отправился в сторону света. И прежде чем раствориться в нем, я успел подумать, что обязательно спрошу у тех, кто отвечает за героические смерти, почему мне не выдали такую…

Унитаз — убийца.

Глава 2

Глава 2

Небесная канцелярия. Ирий.

— Так-так, что тут у нас… — бородатый мужик, обряженный в славянские одежды, копался в тонкой папке, изредка поглядывая на меня.

А я вообще где? Изба какая-то, лавка деревянная и ни разу не мягкая. Я ж вроде умер или как? И кто этот мужик, косплеющий славян?

— Итак, — наконец оторвался он от бумаг. — Василий Николаевич Гордеев, родился, учился, женился… А, нет, не женился, что плохо.

— Не успел, — вставил я свои пять копеек.

— Не хотел, — тут же парировал он.

— Не нашел ту единственную.

— Не искал, хотя такие были.

— Не хотел и не искал, — почти искренне повинился я. — А ты вообще кто?

— Лихобор я, старший волхв Рода. Занимаюсь тут бумагами, да души распределяю.

— Лихобор, Род… Это что же, я к славянам попал, что ли? А где апостол Петр там и райские кущи?

— Так ты ж к нашему пантеону принадлежишь, вот и оказался тут. Мама твоя — истинная последовательница Макоши.

— Мама? — удивился я. Потом призадумался. А ведь верно, в церкви я ее ни разу не видел, Пасху и прочие религиозные праздники мы не отмечали. Я как-то вопросами религии особо не заморачивался, так что все возможно.

— Она же тебя отдала в секцию Живы, которой занимается заботник рода. Так что ты наш, и никакой ошибки тут нет. Но речь сейчас не о том. Душа твоя, как бы это попроще сказать, — задумался он, — слишком рано ушла на покой. Нет тебя в наших списках, а значит, подозреваю я вмешательство. Но то наша проблема, а вот что с тобой делать, не ведаю. Не примет тебя мироздание, не отправит на перерождение. А отправлять в Навь совесть не позволит. Воином ты был честным и воевал против нечисти. Не искупаемых грехов нет на тебе, кроме прелюбодеяния. Но это малый грех, который мы и грехом-то, в отличии от иных верований, не считаем. Вот и ответь мне, что с тобой делать?

— Понять и простить? — с надеждой предложил я, в уме уже прикидывая, что бы такое придумать, чтобы всем плохим стало плохо, а мне хорошему — хорошо.

— А если я тебя отправлю на перерождение? — задумчиво посмотрел Лихобор на меня. — Даже память оставлю, чтобы ты мог продолжить жизнь свою оттуда, откуда начал.

— Идея отличная, — осторожно кивнул я. — Но при этом я чую подвох. А потому как вы вроде виноваты передо мной — ну, типа не доглядели, желаю знать конкретно, что меня ждет.

— Да нет никаких подвохов, — отмахнулся он. — Мы не в Нави и обманывать не приучены. А знаешь что? Я дам тебе три желания, как золотая рыбка. Вот чего ты хочешь от перерождения?

— Чего хочу? — основательно задумался я, мысленно перебирая в памяти сотни мегабайт скаченных книг про попаданцев. Желания сформировались мгновенно, потому как совсем недавно я закончил читать замечательный цикл, и очень мне зашли плюшки, которые в начале книги вручили герою.

— Ну, первое и самое главное — хочу быть мажором, вот прям самым-самым. Чтобы все и сразу. И безо всяких тел задохликов с кучей превозмогания. Тело должно быть нормальным, сильным, потому как начинать все заново я не хочу.

Второе, бабы. Хочу много. Вот чтоб меня прямо все хотели и в очередь выстраивались передо мной, красивым!

Ну, и третье — магия. Хочу сильномогучее колдунство, которого нет ни у кого. Чтобы зная, что я маг, все прямо были в шоке от радости. Вот как бы и все. В общем, молодой, красивый, холостой — это важно! — и сильный.

— Эк ты загнул, — крякнул с удивлением Лихобор. — Сразу понятно, что ты сильный герой, а не умный. Иные бы знаний попросили или соратников верных.

— Ага, сильный. А еще красивый и скромный, — потупился я. — В слабом теле толку от знаний нет, а соратников я себе сам добуду.

— Честно говоря, — огладил он бороду, -ничего сложного в твоих желания нет. Но всегда у любой палки есть два конца…

— Предупреждаю сразу — никаких геев. Типа, бабы меня хотят, а я их нет. И никаких «последний из рода и все меня хотят убить». Терпеть не могу всяческие превозмогания и изо всех сил. И магия чтоб была не бестолковая, а самая что ни на есть сильномогучая.

— Да не переживай ты так, — усмехнулся он в бороду. — Мажор так мажор — будешь богат и знаменит. И тело у тебя будет такое же, как бывшее твое. Бабы будут тебя хотеть, что прям ух. Как по мне, глупое желание, но дело-то твое. Ну, а насчет магии — легче легкого. Будет только у тебя.

— Вот прям лайк, репост и подписка, дед! Тогда я готов. Где-то надо подписать кровью или еще чем?

— Не надо. Просто скажи — согласен, и вперед, к новой жизни. Правда, раз уж пошла такая пьянка, то оставлю я за собой право однажды призвать тебя, дабы ты выполнил одну мою просьбу. Что? Да хватит думать о гадком. Никакого урона твоей жизни и чести не будет. Надо понять, кто пошел против замысла богов, преждевременно отправив тебя к нам.

— Ага, мне вдруг тоже стало это интересно. Вроде врагов у меня не было. Ну, по крайней мере, таких, которые бы хотели моей скоропостижной смерти. А есть предположения или как?

— Конечно, есть, но знать тебе про это рано еще. Поживи, обживись в новом мире. А как будешь готов, я тебя сам найду. Ну, и последнее. Будет время, зайди в храм рода и получи метку от первожреца его. Так мы сможем увидеть, если вокруг тебя начнется повторное нездоровое движение. Нет, палочкой — выручалочкой мы твоей не станем. Просто будем присматривать, на предмет темных сил. Людские проблемы нас не интересуют. Я больше по другой части.

— Договорились. Как только, так сразу. А теперь отправляй меня. И кстати, куда я попаду?

— До встречи, Ваше Высочество, цесаревич Российской Империи, -снова усмехнулся он, и прежде чем до меня дошел смысл его слов, я исчез во вспышке света.

* * *

— Ваше Высочество, — потряс меня кто-то за плечо.

— Оставь меня, старушка, я в печали, -с трудом промямлил я, пытаясь более уютно устроиться на… а на чем, собственно? Судя по запаху, точно на салате. То есть, я в данный момент лежу мордой в салате⁈ Какое приятное и, главное, знакомое пробуждение. Помню, вот так же я просыпался после Нового Года в общаге медучилища…

— Я, наверное, все-таки скорей дедушка, а не бабушка, Ваше Высочество. И если вы так и дальше будете печалиться, то можете задохнуться.

— Шанс на это есть, — нехотя признал я, пытаясь поднять голову. Рука мазнула по лицу, стирая с глаз остатки майонеза, а после я изволил разлепить глаза.

Ух ты, тарелка прямо как из императорского музея, в котором я когда-то был на экскурсии! Вся в завитушках золотых, тоненькая. И бокал рядом стоит с чем-то заманчивым…

Так, стоп — Ваше Высочество⁈ Что-то такое же ляпнул перед отправкой Лихобор? Это я переродился уже, что ль? А высочество — это толстый намек на принца? Держите меня семеро!!!

Рывок, и вот я откидываюсь на спинку удобного стула, а после фокусирую взгляд на обстановке в общем и на пожилом мужике, затянутом в ливрею, в частности.

— Где я? — страдальчески прохрипел я, указывая на дверь, а пока мужик проследил за моим взглядом, схватил второй рукой бокал и вылакал его до дна. — И кто ты и откуда?

— Я Антип Петрович, ваш личный слуга. Вам стоило бы меньше пить, Ваше Высочество, — осуждающе посмотрел он на меня.

— Синька зло, — согласно кивнул я в ответ. — Больше не буду. Сегодня точно. Насчет завтра обсудим. Так где это я?

— В малой трапезной. И через час у вас прием.

— Скажи, что я по пятницам не принимаю. Видишь же, в каком я состоянии? Морда в борще, нос в прыще, и вообще…

— Сегодня понедельник, и вынужден отметить, что это ваше обычное состояние, — осуждающе покачала головой эта престарелая язва. — И это так же не повод отказывать в приеме вашей невесте. Она проделала слишком долгий путь и жаждет познакомиться с Вашим Высочеством.

— Симпатичная? — оживился я.

— Которая из них? — уточнил он.

— А у меня их что, несколько? Лайк, Лихобор. Я точно на тебя подпишусь.

— Конечно. Сейчас только предварительное знакомство, а далее все будет решать Его Величество и императрицы, ваши уважаемые матушки. Но ваше слово будет весомым.

— Огласите весь список, пожалуйста.

Черт, мысли как-то странно плывут, и голова начинает болеть. Хотя, я помню, что по канону у всех попаданцев болит голова после переноса, так что пока все идет как надо.

— Старшая дочь президента Объединенных Демократических Республик Пендосиии Ангелина Джоунс…

— Стоп, погоди. Республика Пендосия? Ты сейчас серьезно? — заржал я. — Аха-ха-ха, пендосы и тут есть. Я ща умру! Нет, ну надо же! А раньше они на это оскорблялись.

— Не понимаю вашего смеха, Ваше Высочество. Почти семьсот лет назад Сальваторе Пабло де Пиндос открыл новый континент и привел его во власть Гишпанской короны. И уже больше трехсот лет назад они обрели независимость. Теперь это сильное государство и наш партнер.

— Да-да, я часто слышал про наших западных партнеров. Кто еще?

— Великая империя Наглов. Дочь императора София Корнуэльская.

— Наглы… НАГЛЫ!!! Не могу! Ты точно хочешь меня убить, Антип! Признавайся, ты названия только сейчас придумал?

— Ваши учителя докладывали, что вы более чем неусидчивый ученик, но я не думал, что дела настолько плохи…

— Ой, не гунди, и так голова болит. Есть кто еще?

— Да много кто, — пожал тот плечами. — Но сейчас вас должна интересовать лишь принцесса империи Хань Линь сунь Джоу. Прекрасная представительница своего дома, к тому же имеет ранг мастера воды, Ваше Высочество.

— Линь, да еще и сунь? Звучит обещающе. Так, надоело это твое Высочество. А ну-ка, обратись ко мне как положено!

— Как прикажете, — поклонился он. Выпрямился и забубнил: — Ваше Высочество цесаревич Сергей Дмитриевич Гордеев наследник Российского престола…

— Отлично. Фамилию я помню, а имя норм. С таким жить можно. А что, Гордеевы нынче правят, не Романовы или там Рюриковичи на худой конец?

— Ваши вопросы вгоняют меня в краску и панику, Ваше Высочество. Нельзя быть настоль необразованным. Я распоряжусь, чтобы в ваши покои принесли все необходимые книги, а так же загрузили из Рунета все необходимые образовательные программы. Боюсь, если вы зададите подобные вопросы в приличном обществе, то империи не избежать позора.

— Но ты же не все, Антип, — подмигнул я ему. — И хватит меня так называть. Зови Серега, когда мы наедине. Можно Серж или Серхио, на западный манер. Мы ж с ними партнеры и все такое. Так что там с Гордеевыми?

— Я не буду отвечать на этот вопрос. А вот с вас его спрошу, — оскорблено поджал губы он. — И буду рекомендовать Его Величеству усилить контроль за вашим образованием. Неуч в правящем доме — позор стране.

— Ой, да ладно тебе, Антип, не напрягайся так. Подучусь, налягу на книги, вот честное слово. Папа за базар отвечает.

— Не знаю, откуда вы набрались подобного тюремного жаргона, но он вас абсолютно не красит, Ваше Высочество.

— Исправлюсь. Но ты продолжай. Так что там за прием? И вообще, сядь напротив, а то уже голова болит смотреть на тебя снизу вверх.

— Принцесса империи Хань…

— Да это я уже понял. Ты там что-то про воду говорил.

— Ну да. Она мастер воды. Добиться этого в ее возврате — очень сильно. По нашей российской классификации она воин.

— Так, не части. Что за мастер и что за воин? И что за вода? Она из нее всякие поделки делает, что ли?

— Ох, беда. Совсем вы остатки мозгов пропили, Ваше Высочество. Она — маг воды в ранге воина. В восемнадцать лет — это близко к рекорду по скорости развития.

— Так, она, значит, мастер, а я?

— А вы обычный мужчина.

— Прозвучало как оскорбление. В каком я ранге?

— Да никаком. Магией владеют лишь женщины.

— Да писец! — охренел я, вылупившись на него. — Что это за дискриминация по половому признаку?!!

— Да потому, что магический эфир призывается к паре X хромосом, а у мужчин Х и Y. Происходит магический дисбаланс, поэтому магами мужчины не могут быть. Господи, чему вас только учили, — тяжело вздохнул он.

Стоп, Лихобор говорил, что у меня все-таки есть магия, значит, что? Я буду единственным в мире мужиком, способным зарядить огнем в морду!!! Ух, круть!

Если верить прочитанным книгам, так за меня начнется борьба среди прекрасного пола. Всякие цари и императоры точно выстроятся в очередь, чтобы подложить ко мне в постель своих дочурок. А кстати, насчет них…

— А скажи-ка мне, любезный Антип, сколько я вообще могу иметь жен?

— Официальных три, Ваше Высочество, а наложниц… Кто ж их считает. Сколько захотите, столько и будет.

— Три лайка и подписка, Антип!!! Значит, ко мне уже выстроилась очередь из всяких цыпочек?

— Я сегодня вас не узнаю, Ваше Высочество, — зловредный старикан по-прежнему меня именовал так, не желая переходить на личности. — Мы — сильнейшее государство Земли. Породниться с нами — великая честь. Конечно, к цесаревичу стоит очередь из дам. Но выбирать надо с умом. Хорошо, что ваши матушки им обладают, в отличии от вас.

— Что? — охренел я.

— Что? Я вслух это сказал?!!! Прошу меня простить, Ваше Высочество. Старый стал, заговариваюсь иногда.

— Ее Величество Императрица Анна Павловна, — раздался громкий голос, и в открывшуюся дверь буквально влетела стройная женщина с пятым?!! пятым размером груди, которая так призывно колыхалась, что я невольно сглотнул.

Секунда — и мое лицо оказалось в плену у этих сисек, которые ко мне прижались.

— Сын мой, Ваше Высочество! Что за неподобающий вид? — встревожено спросила она, отстранившись.

Сын? Значит, это моя мама? Сто лайков и подписка. Бате точно повезло. Но прочь пошлые мысли, инцест — табу и все такое. Но мать по десятибалльной шкале набирает сотню. Хочу себе такую жену или парочку.

— Его Высочество слегка перебрал и немного не в себе, — тут же сдал меня Антип.

У-у-у-у, предатель. Я тебе это еще припомню!

— Перебрал, — нахмурилась маман. — Кто разрешил ставить на стол моему сыну вино?!! Не далее, как три дня назад, мы издали указ, запрещающий употребление алкоголя моим сыном, до тех пор, пока не он поступит в Академию.

— Академию? Опять учиться?!! — тут же раненным бизоном взвыл я. — Парты, учебники, задохлики студенты. Не хочу!!!

— Конечно. Все Гордеевы, невзирая на чины и звания, должны отучиться на боевом факультете, а после отслужить два года в армии. Без этого тебе корону не принять. Поэтому, хочешь ты или нет, но придется. И не начинай этот разговор снова. Император уже подписал приказ о твоем зачислении. А теперь изволь привести себя в порядок и отправиться в тронный зал. Скоро прибудет твоя невеста, и я тебя очень прошу — веди себя как подобает принцу великой империи!

— По факту она еще не моя невеста, -буркнул я. — Это лишь первое знакомство.

— Тем более. Наши евгеники подтвердили полную вашу совместимость, поэтому шанс, что именно она станет твоей женой, велик.

— Нам нужны будущие императоры с узенькими глазами? — усмехнулся я.

— Что? Нет, сынок. Твои гены сильней ее. Так что твой будущий ребенок возьмет твою внешность.

Мою? А как я, кстати, выгляжу-то?

Оторвать зад от стула почему-то оказалось крайне сложно. Но еще сложней было сделать пару шагов к большому зеркалу, что висело напротив стола.

Что ж, стоит признать, я красавчик — и точная копия прежнего себя. Рост — высокий, морда — смазливая, волосы черные, глаза, как модно сейчас говорить, цвета коньяка, тело сильное. Не задохлик-превозмогатель какой, а настоящий мужик. Вот только бледноват я что-то, да стою, слегка пошатываясь.

— Ваше Высочество, с вами все в порядке? — донесся до меня голос слуги.

— Конечно. Все в порядке. Падаю, -заявил я с торжественным лицом, и перед тем, как погрузиться во тьму, увидел приближающийся ко мне пол. А в прошлый раз был потолок. Расту, ага.

Крика матери я уже не услышал, как и взревевшей сирены. Оно и к лучшему — не люблю громкие звуки…

Мама Анна

Глава 3

Глава 3

— Ваше Высочество, — пробился прекрасный, нежный голос сквозь туман в моей голове, а на лоб легла прохладная рука.

— Ангел спустился с небес, чтобы побыть рядом со мной, — прошептал я, не открывая глаз. — Если я сплю, то не хочу просыпаться.

— Увы, я не ангел, а проснуться все же придется.

— Жаль, — ответил я, с трудом разлепляя глаза.

На этот раз я лежал не мордой в салате, а на вполне приличной постели. У моей кровати сидела обворожительная красотка и тепло мне улыбалась. Так, непорядок. Почему возле кровати, а не в ней?!! Принц я или погулять вышел?

Хотя, насчет постели я, конечно, погорячился. Тело было ватным, взгляд плыл, не позволяя ни на чем сфокусироваться, да и вообще, состояние было крайне хреновым. А все почему? Да потому что пьянка — зло. Я всегда об этом знал, но не верил.

— Как вы себя чувствуете? — спросил меня обворожительный ангел, явно меняя тему, чтобы не признаваться в своем небесном происхождении.

— Бывало, наверное, и лучше. Насчет хуже не уверен. Но ваше присутствие добавляет мне сил.

— Шутите, значит. Это хороший признак. Сейчас полегчает.

По моему телу прошла волна тепла, и я действительно прямо воспрял. Голова, та так точно болеть перестала, да и тело уже не напоминало кусок желе.

— Вы все-таки небесное создание, -уверенно сказал я, вглядываясь в миловидное… нет, красивое лицо. Высокая, темные волосы, заплетенные в тугую косу, талия огонь, грудь твердая троечка. Лайк. Если есть фото в купальнике, то десять лайков и комент.

— Как он, Вера? — появилась в комнате новая красотка. У-у-у, держите меня семеро! Тут просто лайком не обойтись! Тут в друзья надо набиваться.

— Ваше Высочество, — склонилась первая в поклоне. А новая девица, не обращая на нее внимания, быстро подошла ко мне и положила руку мне на лоб. Волна тепла смешалась с запахом земляники, исходившим от нее.

— Можешь не отвечать, я сама вижу. Мой бестолковый братец доигрался до того, что его решили отравить. И каково это — чувствовать себя пускающим слюни овощем? Понравилось?

Нет, с друзьями я точно погорячился. Тут как бы в бан не пришлось отправлять. Так, она же мне сестра, значит, можно немного фамильярности. Знать бы ещё, как ее зовут…

— Сударыня изволит шутить, — отозвался я. — А впрочем, спасибо, что поинтересовалась моим самочувствием.

— Сударыня? Ну надо же, сподобил Сварог в кои-то веки услышать от брата вежливые слова! А как же «Лизка, отвали»? А где же «место женщины на кухне и в постели»? Ну, и наконец, мое самое любимое — «бог дал женщине магию, лишив её мозгов»? Видимо, яд пустынного скорпиона хорошо сказался на твоей голове, раз в нее наконец пришли умные мысли. Жаль, что я не знала раньше о подобном его действии…

— Это кому ж я дорогу-то перешел, что меня решили отравить? — удивился я, мысленно ликуя. Еще один рояль всех попаданцев. Упал, помер, очнулся, амнезия. Теперь, если что, все можно списать на отравление.

— Третий отдел уже занимается этим, -помрачнела она. — Повара взяты под стражу, но думаю, они не при чем. Нашли служанку. Мертва. Боюсь, во дворец под ее видом проникли Проклятые.

— Это что еще за красавцы?

— У тебя что, совсем мозги спеклись, раз ты задаешь такие вопросы⁈ Проклятые — орден убийц, объявленный вне закона во всех странах. Они мастера маскировки и ядов. Уверена, без них тут не обошлось. Как ты выжил, ума не приложу.

— Если позволите, у меня есть версия, Ваше Высочество, — подала голос девушка.

— Говори, Вера. Мнение воеводы магии и магистра Жизни весомо, — благосклонно кивнула ей сестра.

— Думаю, все дело в том, что Его Высочество не двигался. Скажите, что вы последнее помните? — обратилась она ко мне.

— Сидел, болтал с Антипом. Потом подошел к зеркалу — и все.

— Вот видите. Он сидел. А как только встал, пошла мышечная нагрузка, и яд активировался.

— Думаю, ты права, — кивнула сестра. — Такое вполне возможно. Кто ж мог предположить, что мой неугомонный братец сможет так долго сидеть на месте.

Ага, то есть, бывшего хозяина тела траванули, он, видимо, зачем-то встал, потом сел и помер мордой в салате. А тут я такой сразу нарисовался. Яд уже подействовал, но к моему заселению его действие уже ослабло. Но стоило мне встать, он опять начал действовать, но его силы уже не хватило, чтобы убить меня повторно. Занятно и все объясняет.

А Верочка у нас, значит, лекарь. Тысяча лайков и подписка однозначно. Всегда ценил людей, способных отбить твою задницу у старухи смерти. Да и к дамам в белых халатах я питал слабость. А без халатов еще большую.

— И чем же я им мог не угодить? Сидел себе спокойно и кушал салатик…

— Да черт его знает, — совсем не аристократично ответила сестра. — Вот так, навскидку, можно придумать с десяток причин. От — ты плохо отозвался о них в рунете, до твоей свадьбы с принцессой. Причем любой из них. Мало кому нравится еще большее усиление Российской империи.

— Все зло от женщин, — тут же заключил я и получил за это шлепок по голове.

— Тоже мне, умник нашелся! Да что бы вы без нас делали?

— Согласно некоторым священным писаниям, до сих пор жили бы в Раю. М-да, это погорячился бог, делая женщину из ребра. Вон, у Веры спроси, она докажет, что это единственная безмозглая кость в организме.

— Да-да, я уже слышала подобный лепет. У тебя, судя по всему, безмозглые не только кости. Голова, та точно пустая.

— Очнулся? — ко мне в комнату ворвались ещё три дамы прекрасной наружности и радующих глаз форм, а следом за ними еще парочка прелестниц возраста от восемнадцати до двадцати.

Правда, среди них я не сразу заметил мелкую хулиганку, которая, просочившись сквозь женскую компанию, с разбега плюхнулась ко мне на кровать. И ладно бы плюхнулась, но в руках она сжимала исчадие ада, которое посмотрело на меня с вызовом и презрением.

— Васенька, ты чего так напрягся? Кушать хочешь, мой милый? -засюсюкалась она с котом.

— Ну, здравствуй, тезка, — посмотрел я в наглые желтые глаза. А эта тварь, выскользнув из объятий девчонки, самым наглым образом разлеглась на постели и стала вылизывать свои яйца. От вида этого непотребства моя рука невольно зашарила по одеялу в поисках чего-то тяжелого.

Тот, сразу почувствовав мой настрой, насторожился, и я понял, что это война. Блохастая скотина это тоже поняла, потому как одарила меня презрительным фырком и спрыгнула на пол, прошествовав на выход с гордо поднятым хвостом.

— Братик, ты себя как чувствуешь? — мелкая, ничуть не сомневаясь, залезла ко мне под одеяло и положила голову мне на грудь.

— Катенька, веди себя прилично! — тут же отозвалась мама, подходя ко мне и так же кладя руку на голову. У них это что, ритуал такой, что ли? — Я смотрю, Вера хорошо поработала. Яда в организме нет. Как же ты нас напугал!!!

— Ой, было бы из-за чего переживать! Такое и в воде не тонет, и в огне не горит.

Так, а это, по-видимому, еще одна любящая сестренка. Интересно.

— Хватит беситься, Любка, — тут же подала голос Катя. — А то ты и так всех женихов распугала своим характером. Так и помрешь старой девой.

— Ах ты мелкая негодница!!!

— Глупая дылда!

— Дети, не ссорьтесь, — вмешалась очередная дама. — Мы пришли сюда проведать вашего брата и нашего сына. Так что ведите себя достойно.

— Проведала, убедилась, что не сдох. На этом мой сестринский долг считаю выполненным, — отозвалась одна из прелестниц, и гордо развернувшись, отправилась прочь.

М-да, тут баном не обойдешься. Похоже, придется хейтеров подключать. И чего это, спрашивается, она меня так не любит?

Еще одна красотка подошла ко мне и взяла меня за руку, щупая пульс.

— У него все в порядке, — улыбнулась она. — Как он смог пережить действие яда пустынного скорпиона, я не знаю, но обязательно это выясню. А потом найду виновного и буду медленно срезать с его тела кожу. Очень медленно! — ее милое личико исказила гримаса гнева. — Никто не смеет поднимать руку на Гордеева и потом спать спокойно!

— Успокойся, Оль, — сестра вытянула руку и, резко дернув ее на себя повалила девушку к нам. А после крепко обняла, не желая отпускать. — Мы все переживаем.

— Тихо все! — вдруг настойчиво сказала мама, жестом привлекая общее внимание.

— Что такое, Анна? — спросила ее подруга.

— Тишина во дворце. Людей не слышно, и птицы затихли.

— Батя идет! — юркнула под одеяло Катя и следом за ней туда же быстро залезла Ольга.

Остальные, с завистью посмотрев на них, быстро ринулись по разным концам комнаты, явно стараясь стать незаметней. Отца мы услышали еще задолго до того, как он появился.

— … Запорю, сволочи! На каторгу сошлю! Расстреляю гадов!.. Расстреляю, как бешеных собак! Ушаков, с-с-сука!!!

— Да, Ваше Величество, — раздался куда более тихий голос.

— Я знаю, кто это сделал! Либо Наглы, либо Пиндосы. Опять зашевелились, аспидово семя!!!

— У нас нет доказательств, Ваше Величество. К тому же, зачем это им? Дочери их империй вполне могут стать вашими невестками.

— Не знаю, зачем, но носом чую, что от них вонь идет! Начните учения совместно с ханьцами. И к границе княжества Литовского и Речи Посполитой выдвиньте войска. Пусть понервничают. Больше шумихи в газетах. Мол, сына императора хотели отравить подлые враги. Прямо на них не указывайте, но чтоб намеки были более чем прозрачные! Хотя можете и указать — плевать.

— От нас потребуют доказательства…

— Да кому они на хрен нужны!!! Тут главное, кто первый громко крикнул и обвинил. Крики второго уже будут выглядеть как оправдания. А мы под шумок оттяпаем пару земель. Я давно хочу забрать себе Поморское воеводство. Меня уже достало их своеволие, и сейчас я в своем праве. Напали на моего сына в моем же дворце!!! — заревел он басом. — Спустить такое?!!! Исполняй, мать твою, и ищите! Не найдешь того, кто сделал и заказал, на кол посажу!!!

Дверь, едва не сорвавшись с петель от сильного пинка, распахнулась, явив нам разъяренного медведя, почему-то принявшего вид человека. Два метра роста и бешеной силы, умноженной на ярость — вот каким предстал передо мной мой отец.

— Жив?!! — выдохнул он, стремительно приближаясь к постели. — Жив! — крепко обнял он меня так, что мои кости захрустели.

— Как он? — это уже к Вере.

— Здоров, Ваше Величество, -склонилась она в низком поклоне. Правда, ее голосок дрожал от страха и личико заметно побледнело. А батя-то могуч. Ла…

Но оценку я не успел поставить, потому как мне в морду прилетел кулак, потом еще раз. Защищаться я не мог, ведь мои руки с обеих сторон оккупировали дрожащие под одеялом сестры.

Треснув меня еще пару раз, он вполне удовлетворился видом моей окровавленной морды, счастливо выдохнул и пошел к себе. Но дойдя до дверей, остановился и бросил на меня хмурый взгляд:

— Приведи себя в порядок, и чтобы через час был в моем кабинете.

— Да, отец, — нашел в себе силы прохрипеть я, и как только он вышел, Верочка тут же принялась меня лечить, а мамы дружной толпой кинулись ко мне.

— Папа страшный, когда злится, -вылезла наружу Катя.

— Ага, думала, умру от ужаса, — высунула свой нос Оля. — Будто смерть рядом стояла. Очень больно?

— Не. За дело же бил, — отозвался я, чувствуя, как под руками лекарки исцеляется сломанный нос. — Но силы в нем, как у медведя. Думал, прибьет.

— Не прибил бы, — мелкая была неутомима. — За любимого сыночка он весь мир кровью умоет.

— Ваши Величества, — голос Верочки лязгнул сталью лекаря, находящегося в своем праве. В такие минуты они — боги, и все смертные должны им подчиняться. — Мне нужно помочь Его Высочеству привести себя в порядок.

Мамы с сестрами спорить не стали. Покорно чмокнув меня в лоб по очереди, вышли, оставив нас вдвоем.

— Все-таки вы ангел, — улыбнулся я сразу засмущавшейся девушке.

— А вы демон-искуситель, Ваше Высочество. И осторожнее со словами, пожалуйста. Мое сердце очень ранимо и пока свободно…

— Как много у нас с вами общего, — тут же воспылал я, включая все обаяние опытного пикапера.

— Даже слишком, — отозвалась она и тут же встряхнула головой, отгоняя какие-то свои мысли. — Нам надо торопиться. Его Величество не любит ждать, и боюсь, если вы опоздаете, вам снова может понадобиться моя помощь.

— Ради того, чтобы вновь увидеть вас, я готов пойти на этот риск, — честно отозвался я, тем не менее, начиная выбираться из постели. Получить по морде еще раз очень не хотелось.

Прислушался, принюхался — м-да, этому телу нужна вода и много шампуня с мылом. А еще силы, потому как стоять твердо на ногах я не мог.

— Я помогу, — возникла рядом со мной Вера. Подхватив меня за пояс, повела в ванную.

Душ, самый обычный душ. И необычного было в нем только то, что меня, держащегося за стену, мыла девушка. При этом я ощущал, как мое тело не только очищается, а вдобавок ко всему еще и лечится. Будто теплые волны гуляли внутри меня, приводя организм в тонус. Магия, это точно магия. Круто, отлично, замечательно, но есть вопрос — а где мое сильномогучее колдунство?!!! Почему я ни хрена не чувствую и не могу так же?

Пока она меня терла в интересных местах, я мысленно тужился, пытаясь воззвать к стихиям эфира. Я помню, во всяких книгах про попаданцев герой погружался во внутренний мир, там был источник магии, и он им сразу начинал управлять. Но хрен бы не валялся в моем случае. Никаких погружений и ощущений каналов не было. Все попытки увидеть что-то там оканчивались ничем.

То ли я слепой, то ли меня тупо развели. Но нет, смысл-то какой? Да и не похож был Лихобор на балабола. Я ведь, если что, и спросить могу при встрече.

Хотя не исключено, что сосредоточиться я не мог от того, что по мне порхали нежные девичьи ручки, касаясь меня в самых интересных местах.

— Ты не намокнешь? — хрипло спросил я, находясь на грани.

— Я же маг воды, — послышался из-за спины ее смех. — Как я могу намокнуть?

— Жаль. А то бы сняла одежду и помылась со мной. Я хорошо это умею делать.

— Пожалуй, я пока воздержусь. К тому же времени у вас осталось совсем немного.

— Ловлю тебя на слове. В следующий раз я покажу тебе искусство нанесения геля и растирания его по коже. Уверен, тебе понравится.

— Ничуть в этом не сомневаюсь, Ваше Высочество. А теперь извольте вытереться, а я пока позову служанок, дабы они помогли вам одеться.

— Служанок?.. — навострил уши я.

— Время, — тут же обломала она меня. — Всему свое время.

Она испарилась, и не успел я вытереть голову, как в ванной показалась прехорошенькая мордашка в чепчике, потом еще одна и еще… И вот меня уже вытирают, растирают, одевают и причесывают три пары рук. Так, и что мы имеем в плане мажористых шмоток?

Светло-бежевая рубашка с короткими рукавами, темные полуклассические брюки, удобная обувь по типу мокасин. Мода этого мира не особо отличалась от моего, что радовало. Ну, и я, как знающий толк в вещах, сразу понял, что ткань очень дорогая.

Посмотрев на себя в зеркало, я остался очень доволен. Лайк, однозначный лайк моему новому старому телу! Был бы девушкой, точно влюбился в себя самого. Красавчик, че?

— Дамы, как я выгляжу? — улыбнулся я служанкам самой ослепительной улыбкой.

Тяжелый вздох восхищения, поднявший мое ЧСВ на заоблачную высоту, стал мне наградой. Теперь можно было идти на встречу с папой. Если уж умирать, так красивым и желательно сытым.

Надеюсь, разговор с ним не будет слишком долгим, иначе я могу кого-нибудь съесть. Да хотя бы вон ту симпатяжку, что строит мне глазки. Точно, ее я оставлю на ужин. А на десерт, надеюсь, будет Верочка.

— Вы готовы, Ваше Высочество? — возник рядом будто из-под земли Антип. — Тогда следуйте за мной. Его Величество ожидает вас.

— Готов — не готов, будто у меня есть выбор. Веди меня, мой верный Санчо Панса. Во имя Дульсинеи Тобосской я готов сразиться с врагом!

— Все шутите, Ваше Высочество…

— Ага, иначе придется заплакать. Да и пофиг. Бог не выдаст, папа не съест. Ну, по крайней мере, я надеюсь на это…

Верочка

Глава 4

Глава 4

Дворец впечатлял масштабами и размахом. Пока мы шли, я старался не особо вертеть головой, дабы не выдавать свое любопытство, но получалось плохо. А чего? Я ж такое только на экскурсиях видел, и то — туда не ходи, это не трогай, а тут вроде как все мое.

Гвардейцы, затянутые в черные мундиры, украшенные золотом, постоянно встречались на нашем пути. Причем большинство из них были женщинами. Ага, значит, маги вперемешку с обычными воинами.

И кстати, все встреченные мной дамы были весьма симпатичными, а некоторые прям огонь. Тут явно без магии не обошлось. Теперь понятно, с чего я такой неотразимый, однако это не снимает наболевшего вопроса — где моя чертова магия?!!

Ладно, торопиться мне некуда. Почитаю умные книжки, пообщаюсь с умными людьми. Уверен, должен быть какой-то секретный ингредиент, который ее активирует. Может, лаврушку там пожевать надо или перчик острый. Кстати, о перчике. Он у меня уже дымится от такого количества красоток рядом со мной! И с этим надо что-то делать.

Так, размышляя о прекрасном и прекрасных, я незаметно добрался и до кабинета отца. Две дамы особо выдающихся форм распахнули передо мной двери, и я оказался в небольшом уютном помещении, рассчитанном человек на десять.

Отец сидел в кресле и увлеченно щелкал мышкой, от напряжения даже высунув язык. В отразившемся от оконного стекла мониторе я смог разглядеть, что он банально режется в некое подобие контр-страйка. Причем играл он на стороне террористов. Круто, чо! Присоединиться, что ль? Помню, как мы пацанами по сетке гоняли. У нас даже своя команда была — Лиходеи. Какие зарубы устраивали, аж вспомнить приятно!

— Сын, — оторвался он от монитора.

— Ваше Величество, — на всякий случай проявил вежество я. Черт его знает, вдруг не отошел еще и от обиды опять врежет.

— Ща как дам Величество! Садись, говорить будем! — рявкнул он, и я сам не заметил, как оказался сидящим на стуле. Батя жжет. Одним криком может войны выигрывать.

— Знаешь, почему я злюсь? — спросил он уже нормальным голосом. — Не потому, что ты ослушался и опять напился. Я тоже когда-то был молод и бунтовал против всего. И не потому, что едва не потерял тебя — поверь мне, сынок, если бы это произошло, я бы залил этот мир кровью. И наши враги об этом знают. А потому что я расслабился. Поверил в то, что нас боятся настолько, что даже рыпнуться в нашу сторону не посмеют. Поверил в нашу исключительность и спустил все на тормоза.

Мы, Гордеевы, по праву сильнейших носим императорскую корону. Придя к власти двести лет назад, наш дом стал самым могущественным не только в этой стране, но и за ее пределами. Не всем это оказалось по нраву.

Давно отгремела война, унесшая многие жизни, но и спустя годы все страны хорошо помнят гнев русского медведя и его хватку. Так я думал. Но нет. Они забыли, что не стоит меня злить. Забыли, что не стоит будить медведя, пока он спит!.. Забыли, что чужого ему не нужно, но и свое он не отдаст.

Поэтому я виноват перед всеми — и перед тобой тоже. Но Перун тому свидетель, я заставлю их вспомнить! Поверь мне, сын, я найду всех виновных, и их смерть увидит весь мир и содрогнется от ужаса.

Теперь что касается тебя. Пришла пора браться за ум. Антип мне все рассказал, и я очень недоволен. Ты как елочная игрушка — красивая снаружи и абсолютно пустая внутри. Поэтому с этого момента твоя жизнь кардинально изменится. Прием принцессы империи Хань мы перенесли на завтра, конечно же, извинившись перед ней. Поэтому сегодняшний день, считай, последний день отдыха перед началом работы. Завтра встретишься с ней, будешь милым и обходительным, а потом учеба, учеба и еще раз учеба! Экзамены будешь сдавать лично мне, и не приведи Род, если ты их не сдашь. Гнев мой будет страшен. Я понятно объясняю?

— Я все понял, отец, — вскочил и поклонился я. Черт, эдак у меня спина скоро отвалится от поклонов!

— Тогда отдыхай, а завтра за работу. И ещё, Сергей…

— Да, отец?

— Я рад, что ты выжил, — улыбнулся он.

— Я тоже, — растянул губы в улыбке я в ответ. — Я тоже.

Отцовский кабинет я покинул в смешанных чувствах. Думал, он будет орать, ан нет — поговорили без мата и ругани. Даже в морду не дал. Лайк.

И куда мне теперь направиться? Задумчиво оглядевшись по сторонам, я решил просто побродить по дворцу, благо, я был предоставлен самому себе.

Вообще-то и в книгах, и в фильмах принца всегда сопровождают толпы подруг и друзей. А тут как-то этого не наблюдалось. Канон нарушен? Но оно к лучшему. Иногда полезно побыть в одиночестве.

Не знаю, как и зачем, но ноги сами вынесли меня на улицу. Видимо, моя голова научилась работать отдельно от тела, если я, задумавшись, сам не заметил, как оказался в саду. Да я бы и дальше так пер вперёд, не обращая внимания на окружающее, если бы мое внимание не привлекли хриплые крики ворон, кружащихся на одном месте.

Интересно. Обычно они так орут, когда птенец выпадает из гнезда и горе будет тому, кто к нему приблизится. Вороны умные и крайне злопамятные существа. Но как бы я не опасался их острых клювов, неуемное любопытство всё же взяло свое: я стал медленно приближаться к тому месту, над которым кружила стая.

Делал я, видимо, это настолько незаметно, что мое приближение не почуял торчащий из травы хвост. Наглая животина вышла на охоту и уже почти подобралась к своей жертве. Поэтому мой пинок под зад он воспринял как предательство, о чем и сообщил громким мявом, отлетая метра на два. Попытка зашипеть и высказать мне все, что он думает, провалилась из-за атаки двух ворон, что с точностью штурмовиков спикировали ему на голову. Болтать о разном он сразу перехотел и со всех ног кинулся под защиту дворца.

А я что? Я застыл на месте, потому как наглядный пример того, что будет, если подойти ближе, был перед глазами.

Но долго предаваться размышлениям мне не дали, трава раздвинулась и ко мне, подволакивая крыло, выбрался совсем молодой ворон — голубоватые доверчивые глаза, розовый язык. Ему год, не больше. Но красавец, черт меня побери!

— Ты где это так поранился, малыш? —спросил я, опускаясь на корточки. — Иди ко мне. Я тебя не обижу, — протянул я ему руку.

Тот сделал пару шагов, подозрительно покосился на пальцы, слегка клюнул их, задумался, а потом засеменил ко мне. Я осторожно подхватил его и посадил на плечо, на котором он, повозившись, удобно устроился, а после каркнул так, что я едва не оглох. И тут же кружившаяся над нами стая, что-то проорав в ответ, разлетелась в разные стороны.

Мильен лайков и фото на главную страницу! У меня есть ворон!!! Всегда мечтал о таком.

— Я назову тебя Карыч, — сказал я ему, поглаживая по голове, отчего он счастливо зажмурился. — Так, стоп, у тебя же крыло повреждено!!! Держите меня семеро! Где там моя Верочка с ее магией⁈

— Ты куда? — возникла передо мной Катя, держа в руках клыкастого убийцу. Тот при виде меня зашипел, а Карыч, расправив крыло, угрожающе щелкнул клювом.

— Веру ищу. Подлечить ворона надо.

— Ух ты! — восхитилась она. — Ты где его взял? Давай я попробую. Он же маленький, моих сил точно хватит.

— А ты сможешь? — с сомнением посмотрел я на малявку.

— Между прочим, если ты забыл, у меня уже ранг оратай воды, — обиделась та. — И с таким на раз справлюсь.

— Может, лучше к Верочке. Она все-таки…

— Давай сюда своего ворона! Обещаю, что ему сразу полегчает.

— Карыч, ты как? — поинтересовался я у птицы. — Доверишься ей?

Тот завис, будто всерьёз обдумывая мой вопрос, а после… Нет, я не вру, он кивнул мне!!! Мать моя берегиня! Это он такой умный, что ли, что речь человеческую понимает⁈ Еще один рояль на мою голову, когда герой сразу находит себе фамильяра. Мне уже нравится эта книга!

— Лечи, — выдохнул я, — но очень осторожно.

— Пошли в беседку, там удобней будет, — заявила пигалица и вприпрыжку помчалась вперед, не выпуская при этом истошно орущего кота, которого эти прыжки банально укачивали.

— Клади сюда, — показала она на стол, когда я осторожно снял птицу с плеча.

— Не бойся меня, сейчас тебе полегчает, — стала уговаривать Карыча сестра, протягивая к нему засветившиеся ровным светом руки.

Тот с подозрением смотрел на нее. Но попыток удрать не делал. Легкое касание к его голове и Карыч падает на стол.

— Он спит, — быстро сказала мне сестра, увидев, как я начал чернеть лицом от гнева. — Надо кости поставить на место и скрепить их, а это больно. Зачем его мучить?

После этих слов она взяла в руки его крыло и сосредоточилась, а я смотрел на нее, не отрывая глаз. Клянусь, в этот момент я что-то почувствовал! Будто легкие толчки, что выходили из ее рук, отзывались эхом во мне. Она держала, я стоял рядом и вдруг четко почувствовал усталость сестры. Будто она стала слабеть, толчки пошли реже…

— Помогу, — будто в трансе сказал я, накрывая ее руки своими. И тут же мое сознание будто провалилось в бездонный колодец. Тьма накрыла меня, и лишь где-то вдалеке я видел светящиеся искорки. Они мигали, звали, манили меня — и я, как мотылек, не знаю как и почему, стал двигаться к ним, ускоряясь с каждым мгновеньем.

— Привет!

— Привет…

— Приве-е-е-ет!!! — закричали детскими голосами четыре искорки, начав кружиться возле меня. Одна была синенькой такой, вторая красной, почти прозрачной третья, а четвёртая оказалась темной.

— Привет. А вы кто? — я смотрел на них и не мог оторвать взгляда.

— Мы твоя сила…

— Твоя магия…

— Ты наш!

— А мы твои…

— Давай танцевать!

Они еще быстрей закружились.

— Подождите. Одну минуточку. То есть, вы и есть существа, что дают магию?

— Мы есть, но не существа.

— Мы — источник магии, мы сами — магия.

— Тебе повезло. Ты эксклюзив.

— Феномен.

— Гений.

— Раритет!!!

— Чего это я раритет⁈ — оскорбился я. — Я слишком молод для этого!

— Ты не понимаешь. Ты мужчина, у вас не бывает магии. Она имеет женское начало и мужчинам недоступна.

— Была. Пока не появился ты.

— У тебя должны быть стальные яйца, чтобы быть единственным мужчиной-магом среди магов-женщин.

— У-у-у-у, какую на тебя охоту откроют!..

— Мне уже весело. Мы им всем покажем!

— Ага, фиг им, а не слияние с нами! Мы самые-самые!

— И скоро станем самыми сильными.

— Пусть завидуют.

— И плачут.

— А мы будем смеяться.

— Подождите, — запротестовал я. — а почему маги только женщины?

— Люди все забыли.

— И растеряли знания.

— Первый, кто постиг магию в этом мире, был мужчина из рода Гордых. Тогда были мальчики источники и девочки.

— Они были сильны, но их уничтожили.

— И мальчиков не осталось. Только источники девочки.

— Но мы выжили и как оказалось просто спали. Ты не должен был стать магом, но в тебе есть кровь того первого, кто им был. Не знаю как, но мы смогли слиться с тобой. Ты разбудил нас. Поэтому ты Гордый.

— Я Гордый, — покатал я это слово на языке. — Мне нравится.

— От их рода осталась только девочка, которая дала продолжение роду Гордеевых. Поэтому, видимо, у тебя осталась предрасположенность. И что-то послужило толчком для того, чтобы мы проснулись.

— Проснулись?

— Конечно, мы есть в каждом из вас, просто спим. Но при этом все знаем и слышим. Ты мужчина — и это прекрасно. Мы теперь единственные и неповторимые! Хотя, мы можем теперь разбудить магию и в твоих детях — сыновьях. Ты теперь понимаешь, как важен для нас?!! Благодаря тебе у нас появился шанс снова стать цельными. И мы будем первые! Юху-у-у-у! -закружились они в бешеном хороводе.

— И как мне пользоваться магией? -задал я, пожалуй, самый главный вопрос. Остальное требовало осмысления, но позже.

— Подумай, чего желаешь достичь, и направь мысль наружу. Мы еще маленькие и слабые, но мы будем расти, а ты становиться сильней. Тебе надо будет научиться, но на первое время и этого хватит.

— То есть, я смогу кидать огненные шары и делать всякие землетрясения?

— Какие примитивные желания! Нет, не сможешь. Ну, не совсем это, — на миг замерла одна из искорок. — Тебе будет доступна иная магия, потому что мы иные, не похожие на других. Но ты поймешь — и скоро. Взывай к нам, пользуйся нами, но правильно формируй свои желания. А теперь возвращайся, тебе пора. Теперь мы часто будем видеться.

Появление в реальности было подобно толчку. Казалось, что прошла вечность, но на деле не минуло и мгновенья. Мои руки все так же накрывали руки сестры, но сейчас я чувствовал, как по ним побежала энергия.

Я видел прямо сквозь кожу строение крыла Карыча и темные сгустки, что покрывали его. Магия сестры вымывала их, но ее не хватало. Катя явно переоценила свои силы. Но для этого и существует старший брат, что бы помочь и поддержать.

Легкое напряжение — и эфир сплошным потоком хлынул из меня, буквально вымывая грязь. Крыло чуть дернулось, но я не позволил, крепко его зафиксировав. И только убедившись, что все нормально, поднял свои руки и, пошатнувшись, сделал шаг назад, плюхнувшись на скамейку.

Сестра, тяжело дыша, стояла над вороном, закрыв глаза. По ее лицу стекал пот, но она не обращала на него внимания. Просто стояла, будто в трансе, слегка покачиваясь. Наконец, она тяжело вздохнула и едва не упала, но я оказался быстрей и успел ее подхватить. На беду, мне под ноги от какой-то радости кинулся Васька, и моя нога придавила его хвост.

От вопля блохастой скотины, которая выскочила наружу, сестра сразу пришла в чувство, как и ворон.

Встрепенувшись, он сел, взмахнул пару раз крыльями, слегка склонил голову и вдруг сорвался в пике, атакуя мяукающую тварь. Тот был кем угодно, но не тупицей, поэтому шустро рванул в сторону, старясь скрыться в траве от атакующего пернатого штурмовика. Забившись в росший рядом куст, кот храбро шипел оттуда, иногда даже выкрикивая что-то явно обидное. Карыч кружил над ним, справедливо опасаясь лезть в кусты и ожидая, когда жертва сама вылезет.

— Братик, — прошептала сестра. — У меня все горит. Мое тело… Оно пылает. Поцелуй меня!

— Эй, ты чего⁈ — как ошпаренный подскочил я.

— Не могу терпеть. Ты разбудил во мне чувства! Я тебя люблю!!! Будь моим.

— Катя, сейчас моим станет твой зад, когда я возьму в руки ремень!

— Я согласна, — томно прошептала она, не открывая глаз. — Только будь со мной нежным. У меня это в первый раз.

— Да приди ты уже в себя! — встряхнул я ее за плечи.

— Повелся? — спросила она уже нормальным голосом и хихикнула, открыв глаза. — Какие же вы мужики нюни! Тебе девушка предлагает любовь, а ты ее ремнем…

— Ты не девушка. Ты мелкая, наглая сестра!

— И это тоже, — кивнула она. — Но теперь перейдем к главному вопросу, — в ее голосе лязгнула сталь, а в глазах появился холод. — Когда это ты стал магом, братец? Колись, давай, а то все мамам расскажу!

Вот это поворот. И что теперь? Обычно в книгах про попаданцев герои скрывают свои силы, а что делать мне? Я всегда считал это глупостью, потому как любой нормальный мужик захочет показать силушку богатырскую, но тут как бы иной случай. Или нет? Мелкая же не отвяжется и точно все разболтает. А мне всё равно нужна помощь, чтобы понять свои силы и научиться хоть немного ими пользоваться.

И что ей наплести? Про Лихобора точно говорить не стоит, как и про искры. Так, стоп, она же ребенок, значит, верит в сказки! Ща такую историю расскажу, что сам в нее поверю!.. Недаром же у меня была пятерка по литературе…

— В общем, дело было так, — начал я, усаживаясь поудобней.

Будто услышав меня, Карыч в последний раз обматерил кота и прилетел в беседку. Усевшись ко мне на плечо, он тоже приготовился слушать.

Спустя несколько секунд в беседку бесстрашно заполз Васька и тут же юркнул под лавку, откуда злобно таращился на меня своими глазищами, делая вид, что ему неинтересно.

Что ж, раз все в сборе, можно и рассказать, чтобы потом не повторяться.

— Выпил я, значит, вина — и вдруг сознание покинуло меня и оказался я в прекрасном дворце…

Катя

Глава 5

Глава 5

— Выпил я, значит, вина — и вдруг сознание покинуло меня и оказался я в прекрасном дворце. Вокруг стены светятся, птички красивые летают. В общем, кущи Ирия, точно тебе говорю. Иду я, значит, вперед, на местные достопримечательности засматриваясь, и тут ко мне навстречу выходят девушки неописуемой красоты — парни если что простите меня, -мысленно добавил я. А из одежды на них лишь тонкие накидки разного цвета, да и те прозрачные.

Они радовались моему появлению, громко смеялись, кружась вокруг меня, и хлопали в ладоши. А потом подхватили за руки и повели к роскошно накрытому столу. Мы ели вкуснейшие блюда, пили изысканное вино. А потом… Они скинули с себя свои накидки, оставшись совершенно обнажёнными, и сказали, что я должен сделать выбор.

— А ты… — жадно подалась вперед Катя, завороженная моим рассказом. — Какую ты выбрал?

— Я выбрал всех, — улыбнулся я.

— Мой брат — кобель! — тут же довольно заключила она. — А дальше?

— А дальше было 18 плюс, о чем маленьким девочкам вроде тебя знать пока рано. После этого я проснулся, будто ничего и не было. И лишь сейчас я понял, что у меня появилась магия.

— Знаешь, братик… Я бы не поверила тебе, если бы все не увидела своими глазами. Нет, таких извращений, как у тебя, у меня не было. Все было немного… иначе. Согласно древним легендам, внутри нас находятся живые существа. Мы существуем с ними в симбиозе. Они дают нам магию, а мы им жизнь. Возможно, сама не знаю, как, но это произошло с тобой. Более того, об этом не принято рассказывать, но я видела похожий сон, прежде чем стать магом.

Вот это поворот!!! А я-то думал, что знатный сказочник, а вот оно как, Михалыч. Сказка-то вовсе и не сказка, а быль. Как это я так угадал с сюжетом? Не иначе, светлые силы ворожат.

— Но это еще не все, сестренка. — под шумок мне показалось удачной идеей провернуть еще одно дело. — Когда я очнулся, то с ужасом понял, что потерял память. Всю или частично, не знаю. В общем, я не помню, все ли я помню.

— Что, совсем ничего? — от удивления раскрыла она рот.

— Начисто, — подтвердил я, делая жест в районе паха. — Поэтому мне нужна твоя помощь, чтобы вспомнить все. Может, расскажешь, кто есть кто, а то я даже тебя не помню…

— Дела-а-а… — протянула она, и её глаза заблестели, выдавая напряжённую работу мысли. — Так и быть, я тебе помогу. И сразу начнем с меня. Я — твоя любимая, и как только я вырасту, мы сразу поженимся.

— Катя, я потерял память, а не мозги. Вторая попытка.

— Черт, не проканало… Но попробовать я была должна. Ладно, я твоя любимая родная… сестра. И это правда. Мы везде ходим вместе и вообще не разлей вода. Честное слово, я не вру, вот смотри.

Она дотронулась пальцем до браслета, который я считал простым украшением, и сразу в воздухе повисло окно личной страницы в руграме. Там была куча фоток сестры и, в основном, на всех красовался и я.

— Ты сам терпеть не можешь имперские сети, вот и приходится мне отдуваться за двоих. И вообще, папа говорит, что тебе чаще надо бывать на людях. А то запрешься на полигоне и целыми днями оттуда не вылезаешь. Тренировки — это, конечно, хорошо, но мы — члены императорской семьи, и должны бывать на всяких приемах и все такое.

Так, дальше — сестры: Лиза, ну или Елизавета, ранг воин, основная стихия воздух. Немного взбалмошная, веселая. У вас с ней странные отношения. То собачитесь, то игнорируете друг друга. По моему, она в тебя тайно влюблена. Но если, что я этого не говорила!

Потом идет Любка, воин огня. Эта тебя ненавидит, просто потому что ты мужик. Она уверена, что была бы лучшим наследником, чем ты. Увы, но в Российской империи наследовать корону могут только мужчины. Вот она и бесится. Держись от нее подальше, потому как легко может пламенем по лицу зарядить. Прецеденты были.

Ольга — витязь земли. Ключевое слово преданность. За любого из Гордеевых порвет на части, соберет и еще раз порвет. Очень добрая с нами и беспощадная ко всему, что против нас. Ей пророчат пост начальника Третьего отдела Тайного приказа. У вас с ней очень теплые отношения. Впрочем, ее любят все.

Так, дальше мамы. Наша с тобой — Анна Павловна. Ранг император воздуха, но и с остальными стихиями на ты. Самая сильная в империи. Вполне может заменить собой целую армию. С легкостью с одного удара сметет с лица земли небольшой город, а может, и большой. Точных пределов ее силы никто не знает, кроме ее самой. Сам понимаешь, распространяться об этом никто не будет.

Далее Вероника Анатольевна, мать Лизы и Любы. Они двойняшки, но совершенно друг на друга не похожи. Любка родилась на пять минут раньше Лизы и поэтому считает себя старше и умней. Так, я отвлеклась.

В общем, мама — князь огня. С остальными стихиями чуть хуже, но не сильно. В прямом столкновении сильней ее нет. Немного жесткая в общении, но любит всех одинаково. С тобой у неё хорошие отношения, я бы даже сказала, дружеские. Кстати, очень любит помахать руками и ногами, прямо как ты. Одно время она даже тебя тренировала.

Ну, и последняя по списку, но не по значимости — Ирина Тимофеевна Гордеева. Ранг император земли, но слабенький, по сравнению с нашей мамой. Но только с ней. Остальных с легкостью может закинуть в центр Земли. Один раз она целую гору снесла только потому, что та загораживала ей вид на море. Кстати, ее потом за это сильно благодарили. Там такой пляж обнаружился, что туда быстро провели дорогу и понастроили гостиниц. Теперь это место Ольгино называется. У нас там тоже есть резиденция, в которой ты, кстати, очень любишь бывать. Ну, вот вроде бы и все, -закончила она, и тут же ее слова подтвердил громко заворчавший желудок. Посмотрев на браслет, она охнула: — Мы сейчас на ужин опоздаем, и отец, как пить дать, выпорет. Бежим!

— Бить детей непедагогично, — заметил я на бегу.

— Это кто мне сейчас это сказал? Тот, кто совсем недавно собирался выпороть меня ремнем⁈ Да и вообще, у отца свои методы воспитания. Не очень гуманные, но вполне работающие.

— И последний вопрос, — на бегу было сложно разговаривать, но меня этот вопрос очень интересовал. — А как наш отец может управлять теми, кто сильней него? Ведь мамы при желании любого пополам согнут, а его и боятся, и уважают, и даже любят.

— Да просто все. Он — Подавитель, и сильнейший в мире, — запыхавшись, сестра остановилась. — Так, дуй к себе и переодевайся.

— На хрена? Я вроде нормально выгляжу.

— Ты идиот? — вспыхнула она и тут же сдала назад. — Забыла, что ты все забыл. Это ужин, на него положено являться в вечернем костюме. В это время за столом собирается вся семья. Так что мухой к себе. У нас на все про все минут двадцать, иначе быть нашим задницам битыми. Идти знаешь куда? Хотя откуда… Ладно, побежали, покажу. Быстрая экскурсия. А теперь бегом.

Влетаю к себе. Фух, на кровати лежит светлый костюм, явно приготовленный для меня. Карыч слетел с плеча и обосновался на шкафу, с интересом оглядывая окрестности.

Скрипнула дверь, и вошла служанка, явно намереваясь помочь мне одеться. От приветственного крика ворона она чуть не рухнула в обморок, испугавшись.

— Так, красавица, это Карыч, моя птица. Любимая. Поэтому соорудите в моей комнате для него место, где ему было бы уютно. Обязательно накормить — черт его знает, чем питаются вороны, но чтобы все было свежее! И да, сделайте так, чтобы он мог спокойно вылетать на улицу. Он — мужик умный и гадить, где живет, не будет.

— Я все организую, — поклонилась она, все еще испуганно поглядывая на наглого птица, который, красуясь, широко расправил крылья и открыл клюв. Вот же ж засранец! Сразу хочет произвести впечатление. Наш чело… в смысле, птиц.

— Все, я побежал, а вы тут сами разберитесь, что и как.

Таймер отсчитывал последние пять минут, и мне пришлось сильно ускориться. Крутой нрав бати я уже успел ощутить на собственном лице. Фух, кажись, успел. Так, перевел дыхание, глубокий вдох — выдох, захожу.

За столом уже все собрались. Пустует только два места — мое и отца. Разумно рассудив, что сидеть во главе мне не по чину, раскланиваюсь со всеми и сажусь слева от мамы.

Рядом Ольга, копается в браслете. Отвлеклась, тепло мне улыбнулась и опять за свое. Хорошая девушка. И красавица. Всегда мечтал иметь сестер. Кстати, а что у них с личной жизнью? Вроде уже взрослые, а колечка на пальце не вижу ни у кого из них. Надо разузнать, и Катя мне в помощь.

— Как ты, сынок? — наклонилась ко мне мама.

— Все хорошо, — кивнул я. — Мне уже намного лучше. Мы с Катей погуляли в саду, подышали свежим воздухом…

— Он себе питомца завел. Ворона, — тут же сдала меня мелкая.

— Ворона? — вошел в трапезную отец.

Все встали и поклонились главе семьи.

— Садитесь, — кивнул он. — Так что за ворон?

— Крыло повредил, а я подобрал. Ну а Катя помогла его вылечить, за что ей огромное спасибо.

— Крыло вылечила? — удивилась мама. — И это в ранге Оратай? Моя ж ты умничка!

— Растешь, дочь, — довольно улыбнулся отец. — Чую, скоро дружинника возьмешь. А начет ворона, это интересно.

— И что в этом интересного? Обычная крикливая гадость, — тут же влезла в разговор Люба.

— Это ты крикливая гадость, а он красавчик, — не осталась в долгу Катя.

— Дети, не ссорьтесь. А что начет ворона… Есть у нас в роду легенда одна. Или сказка, как уж хотите.

— Расскажи, — тут же заблестела глазами сестра.

— А чего ж не рассказать, пока стол накрывают. Род наш очень древний и мало кто знает, что корни он ведет от варяжского князя…

— Гордого, — не сдержал свой язык я. Черт, надо больше молчать!

— Все верно, сын. Удивил, признаюсь. Думал, тебе неинтересны семейные архивы. Но ты прав. Мы действительно корни имеем варяжские. Так вот, мало информации дошло до нас о тех годах, но доподлинно известно, что на плече у Гордого всегда сидел ворон Аскольд, птица вещая. Так и рисовали их вместе.

— Да-да, читала я эти сказки, — опять вклинилась Люба. — А еще там писали, что был он первым магом. Вот же чушь несусветная! А потом его потомок возглавил армию женщин в войне против мужчин. Мужчина — и маг. Нонсенс!

— Твой язык — враг твой, — нахмурился батя.

— Простите, отец, — тут же потупилась она, склонив голову.

— Может, то и сказка, а может, и быль, про то никто не знает. Но с тех самых пор ворон очень почитаем в нашей семье. И сколько бы мы не пытались после этого приручить хоть кого-то из них, никому не удалось. А вот ты, сын, смог. Как?

— Не знаю, отец. Но мне кажется, что он меня понимает. Да и не только меня. Бред, конечно…

— А может, и нет. После обеда взгляну на него. А теперь хватит пищи духовной, пора перейти к телесной. Приятного аппетита.

Ужин прошел в тишине. Болтать за принятием пищи тут было не принято, что меня вполне устраивало. Но стоило отцу подняться, обозначив тем самым официальное окончание трапезы, как сразу раздались голоса, шутки, а Катя опять сцепилась с Любой. Ольга, помахав всем ручкой, испарилась в неизвестном направлении, ну, а Лиза увязалась за мной и отцом, пряча любопытство за деланной скукой.

Охрана, дежурящая у входа в мою комнату, распахнула двери, и мы застали веселую картину полнейшей разрухи.

Уж не знаю, как и зачем в мою комнату пробрался Васька — может, нагадить на постель хотел или в тапки нассать, а может, и еще чего, но он точно не ожидал встретить там Карыча. Накормленный сытый птиц мирно дремал на временной жердочке и крайне не обрадовался нежданному гостю. И на этот раз отпускать его просто так не собирался.

В общем, нашим взглядам открылась банальная драка. Шерсть и перья так и летели во все стороны. Гневное карканье ворона и злобный вой кота заглушали даже звуки с улицы, а уж бардак, который они учинили, был вообще за гранью.

— Карыч, Васька, вы что тут устроили⁈ —рявкнул я.

— Ой, котик. Ты куда пропал? А я тебя обыскалась! — просочившись мимо нас, Катя сразу бесстрашно кинулась к драчунам, и отпихнув грозного ворона, вытащила из-под кресла кота, где он держал оборону. — Плохой кот, плохой ворон!!! Как вам не стыдно⁈ Ух я вам, негодники!

Карыч, слегка прифигевший от несправедливых обвинений и напора сестры, озадаченно каркнул и тут же спикировал ко мне на плечо и потерся о мою шею. Мол, прости, виноват и все такое. Котяра же, сразу успокоившись, лежал на руках Кати и довольно мурлыкал, делая вид, что он вообще не при делах и это все наговоры, а так он белый и пушистый.

— Карыч виноват. Но он не виноват, — тут же заступился я за друга. — Не фиг всяким блохастым лазить где не надо!

— Эй, у Васи нет блох! — завопила сестра, крепче прижимая к себе кота.

— А давай Карыч это проверит. У него зрение лучше и клюв острый.

— Не надо проверять. Я ему не доверяю. Еще обидит Васеньку. Да, мой милый, да, мой хороший… Пошли со мной, я тебе сметанки налью, — засюсюкалась с этой серой тварью она.

Услышав про сметану, котяра сразу воспрял и снова был готов к подвигам, правда, после перекуса — и желательно, не одного. На нас с вороном он смотрел с нескрываемой ненавистью, точно готовя подляну. А мы в ответ смотрели на него, выражая взглядами готовность проверить слухи о девяти кошачьих жизнях. Война продолжается, и победа будет за нами!

— Значит, это Карыч, — сказал отец, когда дверь за сестрой закрылась. — Ты позволишь? — протянул он к ворону руку.

— Это мой отец. Очень близкий для меня человек и мой друг, — обратился я к ворону, и тот, еще раз с сомнением посмотрев на меня, сделал шаг и оказался на пальце отца.

— Молодой, не старше года. Сильный, умный, — сказал он, рассматривая птицу. — Что-то в нем есть, но не пойму что. И да, я вижу, что он тебя понимает. Странно, необычно, но очень интересно.

— И что же тебе интересно, отец? -спросила Лиза, о которой в суматохе все забыли.

— Говорят, что вороны появляются в нашей семье, когда грядут перемены. За много веков лишь трижды вороны жили рядом с Гордеевыми. Нет, как я и говорил, они не были ручными. Просто появлялись, какое-то время находились рядом, а потом исчезали. И каждый раз после этого наша семья обретала еще большую силу. Какие перемены ты нам несешь? — ласково спросил он у Карыча.

Можете сказать, что я последний лжец на земле, но птица хитро так ему подмигнула. А после, громко каркнув, вылетела в окно.

— Не видела бы своими глазами, в жизни бы не поверила! — ошарашенно воскликнула сестра, а вот отец выглядел очень довольным.

— Сынок, не знаю, что будет дальше, но ворон — это добрый знак. И то, что он выбрал тебя, знающим скажет о многом.

— А я вот не знающая, можно подробностей? — влезла сестра.

— Ага, и я вот тоже.

— Всему свое время, дети. Но скажу вам одно — я очень доволен. А теперь мне пора. И да, Сергей, не забудь про наш разговор.

— Я все помню, отец, — поклонился я ему.

— Вот и прекрасно. До завтра, -насвистывая веселенький мотивчик, батя вышел за дверь.

— Тыщу лет не видела его таким довольным. Колись, братец, где взял птицу?

— В саду, говорил же уже. Валялся с подбитым крылом, а за ним Васька охотился. Ну, я и спас. Так и подружились.

— В саду, говоришь, Васька, значит… —задумалась она. — Ка-а-атя, мне срочно нужен твой кот! — заорала она, выскакивая за дверь.

Вот же ж неугомонная! Хотя, я бы посмотрел, как она тиранит блохастого. Но позже.

Оставшись один, я на мгновенье завис, решая, чем заняться. От кучи вопросов пухла голова и надо было их как-то систематизировать. Одиноко стоящий на столе ноутбук таил в себе, как я думаю, ответы на большинство из них, поэтому пришло время понять, что это за мир и чего мне от него ожидать. Пока подводных камней в общении с родными удалось избежать. Но полагаться полностью на волю случая я хотел меньше всего. Значит, читаем и учимся. Ночь длинная, но и успеть надо очень много.

Хрустнув пальцами, я решительно открыл ноутбук, а после полез в дебри информации, которая на нем хранилась…

Лиза

Глава 6

Глава 6

Спустя почти пять часов я устало откинулся в кресле и с хрустом потянулся. Рука непроизвольно зашарила рядом со столом и, открыв ящик, достала оттуда браслет. Посмотрев на него слегка затуманенным взглядом, я надел его и провел пальцем, активируя интерфейс. Секунда синхронизации — и вся информация, собранная мной, оказалась внутри него. Отчаянно зевая, я направился в душ, а после рухнул в постель.

За время моего путешествия по сети, меня никто не беспокоил. Правда, один раз вроде забегала Катя, но увидев, что я занят, быстро слиняла. Глаза слипались, но гудящая от обилия информации голова не давала заснуть, требуя все упорядочить и разобраться.

Так, если начать по порядку, как это делают все приличные попаданцы, то я… нет, не в жопе. Я, можно сказать, в раю — и пусть все остальные герои наматывают сопли на кулак от зависти ко мне.

Значит, нахожусь я в Российской империи, самом крупном государстве Земли. Оно же является и самым сильным, потому как эту силу мало того, что поддерживают сильнейшие одаренные, которых у нас рождается намного больше, чем везде, так еще у нас и армия сильномогучая.

Помню, в моем старом мире сильным считалось государство, если у него была ядерная триада — то есть, оно могло долбануть ракетами с воздуха, моря и земли. Так вот, у нас тут было то же самое.

Нет, никаких там ядерных и прочих бомб не было. Зато имелись ракеты-аномалии «Малюта» или сокращенно РАМ, установленные везде — на боевых дирижаблях, кораблях, подводных лодках, и на земле. А это такие звери, что, попадая на территорию потенциального врага, вызывали эфирный шторм, который сносил все живое и мертвое со своего пути. При этом земля не получала никаких повреждений. То есть, долбанул, подождал чуток и иди заселяйся на новое место.

Защиты от них не было, потому как умная начинка, работающая на эфире, направляла их точно в цель. Пробнешь заблокировать эфир — рванет сразу, но при этом земля станет зараженной эманацией смерти, которую потом фиг выведешь.

К тому же системы ПРО в этом мире были громоздкими, с небольшим радиусом действия, а подобные ракеты обычно сопровождали куча мелких без грамма эфира, целью которых как раз и были эти самые ПРО.

В общем, существовала еще куча всяческих нюансов, запретов на использование и прочее. Я особо не вникал в детали, просто принял к сведению, что мы самые крутые и можем всех нагнуть в любую позу.

По землям было проще — в этом мире Россия была, можно даже сказать, агрессором. Она постоянно отхапывала себе кусочки земли. Потом переваривала их, интегрировала и опять отхапывала.

За последние триста лет мы хорошо так расширились, правда, больше на Восток, но вот теперь стали поглядывать в сторону Запада. Пару-тройку раз случались попытки других стран объединиться против нас, но подобное очень сурово пресекалось, и зачинщики быстро лишались опять же части земель, а то и головы. Обиды мы не прощали, зачастую действуя на опережение.

На Западе основная сила принадлежала Наглам, подмявшим под себя Ирландию и Шотландию, имеющим, как и в моем мире, множество колоний по всему миру, включая Африку. В которой у нас, кстати, тоже были свои территории. Но там мы держали войска больше для престижу, хотя африканские алмазы, золото, платина и прочее редкоземельное богатство очень даже весомо пополняло бюджет. Но сложность была в том, что чернокожее население работать не любило, считая, что белый бвана им и так должен. Их любимым занятием было ни хрена не делать или воевать. Женщины не сильно отличались мужиков, разве что вместо воевать они предпочитали рожать. Часто, много и совершенно бесконтрольно. Так что выкручивались как могли, постоянно пополняя рабочую силу, но не особо напрягаясь. Ну и как и в моем мире их флот был сильнейшим сразу после нашего.

Пиндосы захватили оба материка, начисто вырезав коренное население, и теперь строили свои демократические козни, пытаясь настроить всех против всех. За это периодически получали по щам, угодливо извиняясь и откупаясь, если застукали, или громко вопя о произволе, если доказательств не было.

Остальная Европа была поделена между Королевством Гишпанией, которая захапала себе всю территорию Португалии, частично Франции и Африки. Империей Франков — в моем мире Италией — звался остаток бывшей Франции, Швейцарии, Словении и Хорватии.

Ну и Прусское государство, чье правление было странным — полумонархическим, — полудемократическим. В него входила вся бывшая Германия, Австрия, Венгрия, Нидерланды и прочее.

Между нами и ними располагался, так сказать, Прибалтийский пояс или Союз Прибалтийских Государств — СПГ, в который входила Литва, Латвия, Эстония и каким-то боком затесавшаяся Польша.

Эти вечно грызлись со всеми, включая друг друга, и так же ненавидели всех, крича всему миру о собственном величии, но чуть возникал какой кипиш, они прятались в свои раковины, громко вопя изнутри о международном праве и о том, как их, бедных, все хотят захватить. Факт, что они на хрен никому не нужны, ими не рассматривался, в силу заторможенности интеллекта. Официально были нейтральны ко всем, но по факту, сделать подляну очень даже могли — и делали. Об этом долго можно рассказывать, но мне лень.

Дальний восток — сильнейшая Империя Хань, которая подмяла под себя Нипонию — в моем мире Япония, — и Империю Хангир — Корея. А ещё часть Монголии, сделав из них своих вассалов, практически лишив права на родной язык и управляя ими жесткой рукой. Судя по всему, интеграция идет полным ходом, и скоро обе эти империи окончательно сольются с Ханьцами. А так же Империя Бахрат, в моем мире Индия, которая подмяла под себя Пакистан, кусок Афганистана, весь Непал и Бирму

Ну, и наконец, ближний восток — там Россия, уничтожив Османов, прочно обосновалась на их землях, гранича с Персией, которая владела всем остальным. У самой же России был под крылом весь дальний восток, Сибирь, Урал и прочие земли, что были в составе бывшего СССР. Имелись еще некоторые нюансы, как и куча мелких независимых государств, но они мне были неинтересны.

Так, с географией худо-бедно разобрались, теперь что касается магии, с которой все не так однозначно.

Да, магией в этом мире владели лишь женщины. Причины понятны. Деление на ранги в каждом государстве было свое, но в основном все пользовались принятыми в Российской империи названиями. Причем, пользовались женщины, а названия-то были мужскими. Не знаю, почему так, но примите это как факт.

Первая ступень — оратай. Самая начальная, которой владели почти девяносто процентов женщин империи. Очень слабый дар. Может заживить легкую ранку и чуть поправить внешность. Ну, и здоровье мага, конечно же, было лучше. Кстати, именно благодаря этому некрасивых женщин в империи почти не встречалось.

Вторая — дружинник. Развита одна искра, в зависимости от предрасположенности. Первый шаг для поступления в академию.

Третья — воин. Буду краток — две искры.

Четвертая — витязь. Три искры.

Пятая — воевода. Четыре искры. Начинается специализация с уклоном на какую-то конкретную магию. Может использовать все, но есть сильные и слабые стороны.

Шестая — князь. Равнозначно использует две искры. Может их соединять.

Седьмая — император. Равнозначно использует все четыре искры. Ходячее бедствие на поле боя. Практически неубиваем.

Восьмая — бог. Мифическая сила, о которой никто ничего не знает, кроме того, что она существует. А может, и знают, но информации об этом я не нашел.

Инициация происходила сразу после рождения, а с десяти лет начинались первые магические выбросы. Тогда девочку ставили на учет и следили за ее развитием вплоть до восемнадцати лет. Если к тому возрасту она не переступала ранг оратай, про нее забывали.

И сразу возникает закономерный вопрос — если женщины тут такие крутые, как у власти до сих пор держатся мужчины? Не везде конечно, но все же. А все оказалось не так просто, на каждую хитрую задницу найдется член с винтом. Мужчины магией не владели, но и у них было что противопоставить женским закидонам.

У сильных правящих родов был свой так называемый камень власти, управлять которым могли лишь мужчины. Он же и наделял своих правителей силой, способной противостоять магии. Всего таких камней было пять.

Расщепитель — уменьшает силу магии в несколько раз. Такой был у Наглов.

Осквернитель -превращает магию в яд для того, кто ее применяет. Этот достался Пиндосам.

Разрушитель — создает внутри мага эфирный шторм, мешая концентрации. При длительном воздействии возможна смерть с последующим сильным взрывом. Такой был у Ханьцев и Персов.

Возмутитель — создает поле нестабильной магии, что приводит к возникновению опасных аномалий. Этот был у империи Бахрат.

Подавитель — распыляет магию, делая ее безвредной. Этот был только у нас и был сильнейшим. То есть, не вдаваясь в подробности, батя мог накрыть зоной без магии огромную территорию, сделав так, чтобы у врагов она не работала, а вот у нас очень даже.

Как я уже упомянул, камни не были равными по силам. И если наш мог заглушить любую силу вплоть до императора, то у остальных они действовали не выше князей, потому как наш был самый старый и насчитывал по возрасту больше семисот лет. Остальные были намного моложе.

У остальных государств камней не было, и они, конечно же, очень хотели бы их заполучить. Но было одно но — камень привязывался к крови. То есть, кроме бати, еще я мог бы им теоретически управлять, ну, или мой сын, если такой появится. А другие фиг. Поэтому, даже если его получится выкрасть, толку не будет. Силы мы не потеряем, потому как камень дает именно развитие силы, а не ее саму. Так что отец, всю жизнь находившийся рядом с ним, мог жестко обидеть любого мага.

Камень можно было отвязать от носителя, но процедура эта долгая и весьма болезненная. К тому же мало того, что их нахождение скрывалось даже от членов семьи, так еще и его хозяин прекрасно чувствовал, где он находится. В общем, стырить вообще не вариант. А захватить силой — это значит развязать войну, в которой против тебя выступят остальные владельцы камней. Так что глотку можно было грызть друг другу сколько влезет, но камни не тронь, а то больно получишь по рукам.

Правда, ходили слухи, что камни — это осколки одного целого артефакта, который, если их соединить, получится такой уберплюшкой, владелец которой перевернет мир, но проверять это дураков не находилось.

В общем, батя был круче Эвереста и силен как африканский носорог. Помирать он не собирался, потому как правители, благодаря все тем же камням, живут долго, поэтому я был свободен как птица. То есть, меня пока не привлекали ни к делам политики, ни к управлению, да вообще ни к чему.

Вот и рос я нелюдимым, друзей не имел, в город почти не выбирался, предпочитая проводить все время за тренировками, тягая железо и осваивая все виды оружия — от колюще-режущего до огнестрела. Ну и руками — ногами помахать я был более чем горазд.

Очень уж меня бесило, что магия доступна только женщинам. Вот я и старался стать сильней, дабы иметь возможность противопоставить магической мощи физическую. По крайней мере, наткнувшись на личный дневник, в котором мой предшественник иногда вел записи, он не был задохликом — задротом и всем политесам предпочитал прямой в морду, не особо вникая в политику между родами.

Кстати, рода или дома были еще той головной болью и делились на три типа — Золотые, Серебряные и Бронзовые. Аристократы, мать их!

Чванливые, спесивые, подмявшие под себя торговлю и производство, они были в стране третьей силой, сразу после волхвов, и могли в некоторой степени влиять на политику государства. В общем, они часто создавали проблемы первому отделу Тайного приказа, который и следил за их выкрутасами.

Так что, Катя была права. Моя страничка в руграме велась ею и там постоянно появлялись мои фото и видео. Так же она сама отвечала на многочисленные сообщения и вела переписки от моего лица. Ничего особенного, обычные вежливые фразы. Нашел там даже свое фото годичной давности, где я позирую в одних шортах на фоне моря. Фотка набрала почти пятьсот тысяч лайков и огромное количество комментов. Что ж, я популярен — круть.

Но ни крутых друзей, ни симпатичных подруг у меня не было. А вот этот канон попаданцев надо было ломать. Я общительный парень. Ой, и вот не надо мне сейчас заливать, что, мол, бывший десантник двадцати четырех лет от роду должен вести себя как суровый мужик, чтобы даже зеркало боялось его отразить. Хрень полная. Как хочу, так и буду себя вести. И вообще, я попал в тело молодого парня, которому вчера исполнилось восемнадцать лет, после чего его и траванули. Душа владельца отправилась в Ирий, а его место занял я. И раз появился второй шанс, буду мажорить и отрываться. Враги у меня вроде есть, но моя семья их точно найдет и анально покарает. А я себе этим забивать голову точно не буду. Хотя насчет этого тела есть у меня подозрения — очень уж сильно оно похоже на мое старое, вплоть до шрама на руке, но наверно так и нужно.

Вот завтра познакомлюсь с принцессой и начну разбираться с магией. Поэтому сначала магия, потом секс, потому как все напряжено по максималке, а потом буду проверять на стрессоустойчивость нашу охрану. Я собираюсь зажечь — и пусть только попробуют меня остановить!

Так, все, еще немного — и моя голова точно взорвется. Надеюсь, это последняя ночь, когда я сплю один. А нет, судя по всему, не один. Тихая тень проскользнула в комнату и забралась ко мне под одеяло.

— Если ты не убийца, то что делаешь в моей комнате? — спросил я мелкую нахалку, что уже вертелась, устраиваясь поудобней.

— Ты забыл? Мы всегда спим вместе.

— Врешь. Вторая попытка.

— Мне стало страшно, и я пришла к старшему братику за защитой.

— Катя, я тебя сейчас выгоню. У меня и так был тяжелый день. Так что либо колись, либо вали.

— Ну ладно, бука. Мне стало скучно, да и неспокойно что-то. Вот и пришла. И если честно, я часто сплю у тебя в комнате.

— Вот это уже похоже на правду. А что бы ты делала, если бы я был не один?

— Так я ж у охраны спросила. Был бы не один, меня бы не пустили.

— От людей на деревне не спрятаться, нет секретов в деревне у нас…

— В какой деревне? — не поняла она.

— Это я про наш дворец. Ничего не скрыть.

— Это да. Безопасность важней всего.

— А что скажут люди, узнав, что ты, юная принцесса, спишь в комнате с мужчиной?

— Во-первых, ты не мужчина, а мой родной брат. А во-вторых, все и так знают, что я иногда ночую у тебя. А будут много болтать, расстанутся с языком. У нас говорливых не держат. Все, я хочу спать. Будешь во сне распускать руки, распускай их нежно. И вообще, раз ты все забыл, то напоминаю — я очень боюсь щекотки. Поэтому если не хочешь проснуться от моего смеха и визга, держи себя в руках. Ну, и меня тоже. Сплю.

Повернувшись боком, эта нахалка действительно спустя всего минуту сладко засопела, усилив своим приходом головную боль.

В глубине души я чувствовал сильную любовь к ней. Видимо, осталась от предыдущего хозяина. Эта мелкая действительно была его любимицей, да и не только его. Поэтому делала она что хотела и как хотела. В нужный момент, если переступала грань, включала режим няшного котика — и ей все прощали. К слову, таких моментов было очень мало. Ну, а то, что она иногда остается у меня, как я узнал позже, было известно всем. И все относились к этому с пониманием.

Мелкую действительно периодически одолевали кошмары, и только когда я был рядом, она успокаивалась. В общем, все по хентайному канону — младшая сестра в постели с братиком… М-да, только мы не в хентае, а я не педофил. Да и к инцесту всегда относился с отвращением, и если подобное попадалось в книгах, сразу их удалял с пометкой «мерзость».

Погладив сестру по голове и поцеловав ее в лоб, я наконец расслабился и смог заснуть. Нет, во сне я не увидел старого хозяина этого тела и он не делился со мной премудростями своей прошлой жизни. Я не получил никаких тайных знаний или еще чего, благодаря чему мне легче бы жилось. Просто спал.

Кто-то скажет — вот это поворот!!! Так не бывает. Попаданцу должны помочь высшие силы. Но фиг. Во-первых, мне и так уже помогли, а во-вторых, я — Гордый, и не буду просить. Поэтому я просто спал спокойным сном безо всяких снов…

Глава 7

Глава 7

— Это что у тебя, яблоко в кармане, или ты просто очень рад меня видеть? — разбудил меня ехидный голос сестры, которая самым наглым образом прижималась ко мне. А у меня утренние гормоны и стояк. А на ней только тонкая ночнушка и шортики. Фу-фу-фу!!!

— А ну, брысь из моей кровати, извращенка несчастная! — выругался я, окончательно просыпаясь.

— А можно посмотреть? — потянула она одеяло. — Я одним глазком, исключительно в познавательных целях.

— Нельзя! — рявкнул я, сам выскакивая из постели и быстро развернувшись, едва не бегом, рванул в ванную под тихий смех Кати.

Вот же малолетка-извращенка! Посмотреть ей захотелось, ага! Пройдет пару лет, и еще насмотрится. На чужие, а на мой нельзя. Потому как я стесняюсь. А еще потом она всегда будет сравнивать — и это сравнение будет в мою пользу, потому как шланг у меня ого-го-го. Слон обзавидуется.

Минут через десять я осторожно приоткрыл дверь ванной и выглянул, но мелкой в моей комнате уже не наблюдалось. Поэтому я спокойно оделся и бодрым шагом отправился в сторону полигона, на утреннюю тренировку.

Браслет послушно показал мне подробный план дворца, и я теперь был уверен, что точно не заблужусь. Ну, по крайней мере, это я так думал.

И ошибся, потому что все-таки умудрился заблудиться и мне пришлось обращаться за помощью к пробегавшей мимо служанке. Девушка неслась по коридору так быстро, что когда я подхватил ее, то ее ноги прямо в воздухе по инерции сделали ещё несколько шагов.

— В-в-в-ваше Высочество? — чуть заикаясь, произнесла она, по-прежнему вися у меня на руках и, похоже, пребывая в лёгком шоке. Ну как же, мое высочество самолично держит ее на руках в опасной близости от лица. Так и сознание можно потерять. От счастья.

— А напомни-ка мне, прелестное создание, где тут у нас полигон? -улыбнулся я ей своей самой обворожительной улыбкой.

— П-прелестное? — м-да, похоже, я чуток перестарался с обаянием. Ну, а что делать, раз я такой красавчик? Но есть, куда расти.

— Ага, просто сказочное, — чуть ниже наклонился я к ней, едва не касаясь ее губ своими. Пахнет вкусно, какими-то травами.

— Т-т-там, — нашла в себе силы она махнуть рукой в ту сторону, откуда я только что пришел.

М-да, топографический кретинизм в действии. Только я мог, двигаясь по подсказкам навигатора, так основательно сбиться с пути. А все потому, что не фиг строить такие лабиринты.

— Благодарю вас, юная леди, -прошептал я.

В ответ она зажмурилась и выставила розовые губки вперед. Ну а я что, дурак, чтобы от такого предложения отказываться? Поэтому я с удовольствием попробовал их на вкус. Оказались вкусными, даже очень. Настрой, так точно сбили и даже заставили подумать, что тренировка подождет, а такая очаровашка ждать не будет.

Но потом я вспомнил, что первым делом самолеты, а девушки потом, и с сожалением оторвался от нее, опустив на пол. После чего куртуазно поцеловал ей ручку и направился искать место пота и боли, сопровождаемый доносящимся мне в след прерывистым и разгоряченным дыханием. Повернувшись, я увидел, что девушка сползла по стене, сидит на попе и в шоке смотрит в мою сторону. Я помахал ей ручкой, на что она в ответ прямо засияла.

А я хорош, красавчик же, че? Надо разузнать, как в этом мире обстоят дела с любовью без обязательств. А то вот так переспишь с милашкой по случаю, а тебя сразу жениться заставят. А я еще слишком молод, чтобы делать столь опрометчивые шаги.

Хотя, сегодня вроде как предстоит с невестой знакомиться. Вот же дебил, надо было хоть фотку ее в рунете посмотреть! А то вдруг там королева красоты, а я не бритый в интересных местах? Позора потом не оберешься, если до близкого знакомства дойдет. Так, все, подобрал слюни, и вперёд, на поиски приключений.

Ну, в общем, для разнообразия на этот раз я не ошибся и приперся куда надо. Бравые гвардейки с третьим размером груди предупредительно распахнули передо мной двери, и вот я стою и смотрю, как моя сестричка Ольга уничтожает дворцовый инвентарь с помощью рук, ног и колдунства. Причем делает она это в коротеньких шортиках и тоненькой маечке, которая вообще ничего не скрывает.

Вот смотрю я на нее, а у меня гормоны в крови и до того зашкаливали, а тут прямо наружу запросились. И вроде еще не тренировался, устать не успел, а дышать начал, как зверь загнанный.

Непорядок. Сегодня точно надо кого-нибудь склонить к одноразовой любви без обязательств, а то взорвусь и всех вокруг обрызгаю!

А эта всё никак не останавливается, продолжая очень даже секси прыгать и бегать. А как она выгибается!!! Лайк и подписка однозначно. Надеюсь, у нее контент такой же горячий, как и она сама. А вчера вроде скромняшкой показалась. Хотя, помнится, ко мне под одеяло очень даже профессионально нырнула, спасаясь от бати. Впрочем, я бы и сам тоже от него там спасся бы, особенно когда по мне стало прилетать.

— Сереж, привет, — помахала она мне ручкой, закончив геноцид мишеней, от чего ее топик совсем натянулся, и богатство, что скрывалось под ним, едва не увидело свет. — Ты на тренировку? Давай я тебе помогу.

— Э-эм, не надо мне помогать, — тут же запротестовал я. — Я это… на минутку забежал, глянуть, все ли хорошо. К тому же, у тебя наверняка есть дела…

— Нет ничего такого, чего бы я не могла отложить ради брата. Давай, не стесняйся. Сильно бить не буду. К тому же мы с тобой уже давно силами не мерялись. Хотя, если ты ослаб после болезни…

Что? Меня жалеет какая-то красотка?!! Держите меня семеро! Да не бывать этому. Мой мужской шовинизм пробил крышу и грозит все тут затопить.

— Ты бы хоть переоделась, а то все видно, — показал я на прозрачную майку.

— Ой, да кого стесняться? — отмахнулась она. — Уж точно не тебя.

— А я что, не мужчина? — обиделся я.

— Мужчина, и еще какой. Красавчик, влажная мечта всех аристократок. Но после того, как нас мелкими купали в одной ванне, я не вижу смысла что-то скрывать.

— Так это когда было то?

— А какая разница? В общем, не увиливай и давай разминайся. Сегодня старшая сестренка надерет тебе зад, а потом пожалеет, вытрет твои слезы поражения.

— Ах так! — вскипел я. — Ну, держись. Ща я ух, и ты познаешь силу моего гнева и боль поражения!

— Давай-давай, и я посмотрю, что ты там за ух, — рассмеялась она. Ну прямо как колокольчик…

…а бьет как будто конь лягнул, в очередной раз встречаясь со стеной, подумал я. Заглянув внутрь себя, я увидел, что мое мужское эго пробило дно и теперь корчится в муках, не в силах вынести позора. Но сдаваться было рано, и вообще, я только разогрелся. Пора вспомнить уроки спецназера и начать биться всерьез, а то я потом пойду и повешусь от обиды. Не, не повешусь, конечно, но точно напьюсь.

Вообще, структурно Живу можно разделить на несколько частей:

Стан, базовое состояние;

Брань и Раж, состояние «второго дыхания» и «боевого безумия»;

Явь, Навь и Мара — сверхчувственное восприятие, боевая эмпатия и ятрогения; Лепа, состояние целительства и самолечения.

Я владел всеми состояниями, правда, насчет лечения точно не скажу, но вот быстро приводить нервы в норму умел как никто.

Поэтому минуя стан, сразу перехожу в раж. Мышцы наливаются силой, движения становятся быстрыми, смазанными. Время чуть замедляется. Долго так не протяну, а мне и не надо. Удар сестры вижу четко, слегка смещаюсь, перехватываю ее руку, рывок — и вот уже она ближе знакомится со стеной.

Вскочила, моська крайне удивленная.

— Давай еще! — с восторгом вопит адреналиновая маньячка и прыгает на меня.

Полушаг в сторону, удар по корпусу, вихревое движение рук — и она вновь катится по полу полигона.

— Ты сегодня прямо в ударе, — смахивает со лба она прилипшую челку. — Совсем не бережешь любимую сестру, а значит, и я не буду сдерживаться.

И в это момент мир будто мигнул. Я увидел, как по ее рукам побежали всполохи темных искр — и в меня полетели каменные кулаки. Не очень большие и быстрые — все-таки меня никто не собирался убивать. Но если попадут, будет очень обидно. Поэтому что? Правильно, я побежал по кругу, старательно шевеля булками. Под ее веселый смех я выписывал акробатические этюды, старательно уворачиваясь и при этом пытаясь с ней сблизиться. На расстоянии мне точно ни черта не светило.

Бум! Черт, достала-таки! Моя скорость снизилась. Бум! А это уже плечо — минус рука. Больно, но терпимо. Бум! А это нечестно!!! Бить по жопе могут только мама и папа!!!

— Ну что, набегался или еще хочешь? —насмешливо спрашивает она.

И тут меня такая злость взяла, что ни в сказке сказать, ни автору написать. В общем, я взбесился и тупо пошел на нее, и в этот момент мир опять мигнул, окрасившись серым, а вот Ольга стала будто полупрозрачной, за исключением нескольких мест, подсвеченных красным. Одно из них на ногах.

Тянусь к нему — и в этот момент она делает шаг и растягивается на земле, наступив на развязавшийся шнурок. Пока она ошалело смотрит на него, второй быстро расшнуровывается, оплетает одну её руку, вторую, крепко их стягивая. Выскальзывает ремень шорт и связывает ноги. А майка вдруг начинает расползаться на части, осыпаясь с тела трухой.

Пока она остервенело брыкается и визжит, я не свожу с нее глаз, потому как этим всем управляю я, просто формируя мысль. Мильен лайков!!! А если… И тут мир опять моргнул, сияние исчезло, и я упал на задницу, полностью лишившись сил.

— С тобой все в порядке? — спустя несколько секунд тормошит она меня.

— Отойди от меня, бесстыжая! -отпихиваю ее я, ненароком упираясь в голую грудь. Мягкая, упругая, лайк и фото в закрытую папку! — А то я слюной захлебнусь.

— Это что сейчас такое было⁈ —плюхается она рядом, совершенно не стесняясь наготы. — Это ведь ты сделал, да? Ты⁈ Но как? Ответь мне, чего молчишь?

Обычно всякие попаданцы, как я читал, скрывают свои силы, а мне-то чего скрывать? Тем более, она — моя семья.

— Ага, похоже, что я. Но не уверен.

— А майку зачем порвал? На мою грудь хотел посмотреть? Так попросил бы, я показала.

— Оль, вы совсем ненормальные⁈ То Катька ко мне под одеяло лезет, требуя что-то там показать, то ты вот вообще не стесняешься! Я уже себя каким-то неполноценным начинаю ощущать.

— Ох, какой же ты няшный, — рассмеялась она. — Стесняться собственного брата глупо. Вспомни, как мы в том году ездили на Нипонские горячие источники и купались там голышом. Что-то ты тогда не стеснялся. А что теперь?

— А теперь я вижу, что рядом со мной сидит прекрасная девушка, которая моя сестра и которую я люблю вроде как сестру, но смотрю совсем не как на сестру…

— Ох, да смотри сколько хочешь. Я тебя тоже люблю, — чмокнула она меня в щеку. — И твои слова мне очень приятны. Ладно, пошли переоденемся к завтраку и все обсудим с семьей. Твоя магия, если это она… В общем, это надо обсудить. Боюсь, что это станет шоком не только для нас. Ты сейчас, главное, не нервничай. Можем даже душ вместе принять, если хочешь. Спинку тебе потру, массажик сделаю расслабляющий…

— Не, я не настолько уверен в своей выдержке. Лучше я сам, без ансамбля, — сконфуженно прикрывая холм в штанах, я, прихрамывая, пошел на выход под веселый смех Ольги.

Массажик она сделает. А ничего, что у меня гормоны и стояк готов брюки порвать? Тогда уж мне придется ей делать и совсем не то, что она подумала. Но расслабились бы точно, ага.

А все-таки, это чего сейчас было? Типа у меня такая магия, да? А где всякие сосульки, огненные шары, ураганы на худой конец? Хотя, вроде тоже неплохо, вон как связал ее, а уж с маечкой, так вообще зачетно вышло.

Но все равно, какая-то хрень и в ней надо разбираться. И как-то быстро все закончилось — ну, тут как раз понятно. Перенапрягся, вот и долбануло откатом. Магию надо качать.

А кстати, как вообще это делается? Как в спорте — чаще пользуешься, идет рост? Да не, бред. Тут вся империя в магах тогда бы была. Значит, есть секретный ингредиент, про которой я пока не знаю. А еще задница-то как болит. Не бережет она брата, вот совсем не бережет. Так, а если попробовать это на себе?

Пока струи душа лупили по моему телу, я опять сосредоточился на себе и увидел все тот же красный цвет. Вот только светился он в двух местах — на руках, в которых я держал мыло и мочалку. Интересно. Так, а если…

Мысль оформилась в дело, и мыло, выскочив из руки, стало меня мылить, а мочалка тереть. Лайк и миллиард просмотров. Это что же, я могу вещами управлять?!! А кто у нас за вещи отвечает — уборщицы. То есть, у меня походу что-то типа бытовой магии, что ли?!!

Трепещите, смертные, в мир пришел повелитель клининга!

Хотелось бы засмеяться, но почему-то потянуло заплакать. Вот все у меня не как у людей. Теперь моими вечными спутниками будут швабра и тряпка… Тоска-печаль.

А хотя, чего я рефлексирую? Кто сказал, что шнурок не может стать удавкой, а моющее средство — химическим оружием массового поражения? От лежащей в ведре тряпки никто не ожидает подвоха. А если ей зарядить по морде, причем, желательно, грязной? Ой, сколько визгу-то будет!!! А одежда? Это ж сплошная боль от внезапно ставшей маленькой обуви или рубашки! А уж пуговицы — это вообще пули, размещенные максимально близко к телу. А всякие цепочки на шее и серьги в ушах?!!

Та-а-а-ак, судя по всему, все не так уж и плохо, даже хорошо. Надо только понять, как этим всем пользоваться и научиться этим всем защищаться. А то пока я буду душить, меня мильен раз спалят огнем, заморозят или похоронят. Но перспективы, хоть и немного туманные, но есть…

Хорошо, с этим понятно…

— Так, стоп, куда полезла, сволочь?!! -заорал я, когда мыло попыталось проскользнуть мимо булок прям внутрь. — Там я и так чистый!!! Все, хватит меня мыть, а то скоро сотрете все на фиг!

Мочалка и мыло, как мне показалось, даже обиженно убрались на свои места, а я стал соображать, как убрать боль. Нет, можно было обратиться к Верочке, но боюсь, не сдержусь. И вообще — маг я или погулять вышел? Во всех книгах герои могли лечить себя сами, а чем я хуже? Герой же? Герой, даже справка от врача есть, так что думаем.

Опять пытаюсь посмотреть внутрь себя, но ничего не вижу. Все как в тумане, который иногда озаряется красными всполохами. Причем, это происходит как раз в тех местах, где больно и обидно.

Пытаясь управлять ими, я не придумал ничего лучше, чем мысленно схватить это подобие молнии. Тут же меня знатно так тряхнуло, и я в реальности увидел, как она пробежала по моей руке, точней, внутри нее. По наитию прикладываю руку к болящему месту — и молния послушно уходит в него и… Боль проходит! Ла-а-а-а-айк!!! Где там мне еще больно?

В общем, я немного увлекся самолечением и экспериментами. Поэтому на завтрак бежал очень быстро, распугивая слуг. Успел, хотя мог бы и не торопиться. Обязательным было присутствовать на ужине, а завтракали все, кто когда и как хотел.

Ну да ладно. Мы ж хотели поговорить, тем более, вон отец задумчиво читает газету, да и Лиза с Катей тут. Оленька, душа моя, сидит, улыбается. Так бы и поцеловал, но низя. Сестры табу, но хочется, ага.

Хотя, когда вспоминаю болезненные пинки по заднице, желание становится меньше. Вот сейчас мы все и обсудим, тем более, что влажная мечта всех подростков империи уже сверлит меня таким взглядом, будто хочет съесть. Да и Катя как-то подозрительно ерзает на стуле.

Одна Лиза смотрит на всех ничего не понимая, чувствуя, что явно что-то пропустила, а вот что — не поймет. И от этого начинает злиться. А злая он ух какая горячая. Что ж, не буду ее разочаровать. Погнали…

Глава 8

Глава 8

— Вот посмотри, сын, думаю, тебе будет интересно, — подал отец мне «Имперский вестник». — Да и вообще, посмотри сегодняшние заголовки газет в рунете.

— А что там? — заинтересовался я и тут же увидел огромный заголовок на развороте: «Нападение на наследника престола. Подлые наглы будут наказаны!!!».

— Э-эм, чего? — тут же открываю в браслете колонку новостей.

«Пиндосы поплатятся за попытку отравления принца Российской империи!»…

«Военные учения в Прибалтийском море. Что это — объявление войны за попытку убийства наследника престола или только предупреждение?»…

«Империя наносит ответный удар. В Персидский залив направлен флот, вооруженный Малютой!»…

«Убийцы должны сидеть в тюрьме, я сказал. Начальник Тайного приказа усиливает меры безопасности. Жандармы проводят проверки»…

«Посольский приказ отзывает своих представителей для консультаций. Ответ Российской империи за покушение будет страшным»…

«Его Императорское Величество в гневе. Быть войне?»…

— Уже нашли заказчиков? — спросил я, охреневший от накала эмоций в газетных заголовках.

— Нет, — пожал плечами он. — Но обязательно найдем. Или ты думаешь, я кому-то спущу с рук попытку убить моего собственного сына?!!

— Тогда к чему все эти крики и обвинения, если мы даже не знаем точно, кто к этому причастен?

— А пусть задергаются, запереживают. Примут участие в поисках. Им война точно не нужна, а нам… Можем и повоевать, а то генералы скоро совсем пылью покроются.

— Но это смерти людей!!!

— Да какие смерти, — повёл он бровями. — Так, поиграем мускулами, посветим праведным гневом, отожмем немного земли, выставим счет. А потом с победой домой. Рутина. Но тебе сегодня надо блистать на приеме. Пусть все видят, что императорский род по-прежнему силен и никакие невзгоды нам не страшны.

— М-да, как-то я это все иначе представлял. Но у меня к тебе тоже есть дело и вопрос.

— Слушаю тебя, — заинтересованно подался он вперед.

— А были ли вообще такие случаи, когда у мужчин просыпалась магия?

— Просыпалась? — задумался он. — Не припомню такого. А ты с какой целью интересуешься?

— Да потому что он маг, — тут же влезла мелкая. — Именно он помог мне вылечить ворона. Моих бы сил не хватило. У брата проснулась магия. Юху-у-у-у!!!

— Бред! — тут же презрительно поджала губы Лиза.

— Нет, не бред, — улыбнулась Ольга. — Я тоже ее видела.

— Да? Ну давай. Покажи, на что ты способен. Удиви меня, господин великий маг! — с вызовом посмотрела сестра на меня.

Почему бы и нет? Мир послушно мигнул красным, и она стала какой-то прозрачной. Щелк, и лифчик, удерживающий красоту, с громким звуком расстегнулся.

— Это случайность! — тут же покраснела она.

Хлоп, и чашка с чаем, которую она подносила ко рту, дернулась, обливая ее.

— А-а-а-а, не трогай мои трусики!!! —завопила она, когда те стали с нее сползать.

— Больно надо, — буркнул я, невольно расплываясь в улыбке.

— Очень интересно, — проговорил отец, внимательно следя за происходящим. — А еще?

Чайная ложка в его руках тут же свернулась спиралью. Взяв газету, я замер, и она тут же начала комкаться, пока не превратилась в цветок, который я отдал Ольге.

— Это… это… — завороженно смотрела на все это Лиза. — Этого не может быть!!! Так не бывает!

— Братик, тебе хана, — тут же отозвалась мелкая. — Как только об этом узнают, к тебе очередь из высокородных дур выстроится аж до Ханьской империи!

— А если так? — спросил отец, и сестры тут же скривились и чуть согнулись, будто их что-то придавило.

— Что — так? — уточнил я, вытягивая его кружку в подобие бокала.

— Значит, родовой камень на тебя не действует, — задумчиво сказал он и, видимо, отключил его действие, потому как сестры сразу заулыбались, с восторгом глядя на меня. А я уже вошел в раж.

Безжалостно оторванная золотая пуговица с рукава поплыла, и через мгновенье передо мной лежала маленькая заколка в виде ворона, которую я подарил Кате.

Писк счастья и уверения, что я самый лучший, были мне наградой. Но меня эта последняя манипуляция ослабила так, что я почувствовал тошноту. Видимо, чуть перестарался. К счастью, это сразу прошло, но легкая слабость пока осталась.

— Тебе я тоже подарок сделаю. Но чуть позже. Похоже, это много сил забирает.

— Да больно надо. Можешь не делать, -гордо отозвалась Лиза с таким видом, что было ясно — попробуй не сделай, и тебе не жить.

— Пап, что делать будем? И вообще, что скажешь? — спросила Ольга.

Отец, напряженно следивший за моими манипуляциями, вдруг расслабился и улыбнулся.

— Что делать? Праздновать, конечно.

— А это разумно? — тут же удивилась она. — То есть, ты хочешь обнародовать эту информацию?

— Конечно. Но не сразу. Надо все проверить. Но если это то, что я предполагаю…

— А что ты предполагаешь?.. — с любопытством подалась вперед Катя.

— А вот на ужине и узнаешь. А пока все молчок. И идите уже собирайтесь. Через три часа прием.

— Ваше Высочество, — будто из-под земли появился Антип.

— Чего тебе надобно, старче?

— Помочь вам одеться…

— Сам справлюсь, чай не маленький. Мои вещи готовы?

— Готовы, но не положено так.

— У меня на то, что положено, давно положено. А поможет мне… Да хоть вот эта красотка.

На ловца и зверь бежит. Мимо нас, постаравшись слиться со стеной, на цыпочках пробиралась давешняя служанка.

— Ваше Высочество!!!

— Антип, иди к себе. Уверен, тебе есть чем заняться. Можешь на меня опять жалобу отцу написать. Свободен.

Глядя вслед удалявшемуся деду, стоившему из себя обиженку, я совершенно не испытывал раскаяния.

Ну а что, я злопамятная скотина и стукачей не терплю. Мог бы сначала со мной поговорить, а после бежать и жаловаться отцу. Да и вообще, всегда приятней, когда тебя одевает красавица, а не старый дед.

— Кар-р-р-р, — спикировал ко мне на плечо ворон и потерся головой о шею.

— Ты ж моя птичка, — умилился я. — Тебя покормили, напоили, злобный котяра не заявлялся? Нет? Вот и славно. Теперь к тебе — как звать?

— Марина, Ваше Высочество, — сделала она реверанс, не поднимая головы.

— С этого момента повышаю тебя до личной служанки. Кому там надо об этом сказать, скажи, если надо где расписаться — распишусь. Попробуют обидеть, сразу говори мне или Карычу. Он свой пацан и всегда знает, где меня найти. А теперь, если не трудно, помоги мне одеться, а то я вообще ничего не могу понять, куда и что, -заявил я, разглядывая церемониальный костюм с множеством застежек, карманов и запонок. Поверх него лежала тяжелая, явно золотая цепь, и от одной мысли, что мне ее придется целый день таскать, становилось плохо.

— Конечно, Ваше Вы…

— Марин, давай так, когда мы наедине, зови или по имени-отчеству или просто Сергей. А то от этих высочеств меня уже тошнит.

— Так нельзя… — испуганно начала она, но наткнувшись на мой взгляд, поклонилась. — Как прикажете, Сергей Дмитриевич.

— Вот и чудненько. А теперь, Марина — сладкие губки, покажи, как надо, а я, может, позже покажу, как умею.

В общем, раздевание, а после одевание меня любимого растянулось почти на час. В это входила прическа, всякие ароматизаторы для моей, замечу, чистой тушки, ну, и натягивание на меня жутко неудобной одежды. Я плевался, хотя не матерился — при даме нельзя, пусть и очень хотелось, — злился на ворона, который мне ни разу не сочувствовал, а только ржал на своем птичьем. Вот точно всем потом растреплет, и меня даже птицы уважать не будут.

В общем, муки облачения царственной персоны в подобающий ее величию костюм были закончены в рекордный срок — уложились в час. А потом меня ждал жуткий облом, потому как я поторопился. До приема оставалось еще два часа, а значит, время страдания в этой одежде увеличилось.

Чмокнув для поднятия настроения служанку, я отправился в пешее эротическое по дворцу в сторону… да черт его знает, в какую сторону! Просто пошел вперед, злясь на весь мир.

К сестрам соваться не стал — у них там всякий макияж, прически, укладки. Только появлюсь — визгу будет на всю округу. К отцу тоже — он, наверное, медитирует, речь готовит или бухает с генералами, да министрами.

Маму отвлекать нельзя, потому как она у меня дама ответственная, а тут я с таким безответственным лицом. Вдруг ей мой прикид не понравится и она отправит меня переодеваться? Знаем, плавали. А второй раз я этих мучений не переживу. Поэтому к маме ни ногой.

И куда податься бедному принцу в своем дворце? Где к нему отнесутся с сочувствием? Кто у нас отвечает за доброту, нежность и ласку? Кто давал клятву лечить внешние и внутренние недуги? Конечно, Верочка. А у меня все болит, точнее, натирает! Мне мазь нужна или таблеточки какие. Можно еще по голове погладить и чмокнуть в лоб. Я на все согласный, лишь бы работать не заставляли.

В общем, на этот раз я умудрился не затупить и, постоянно сверяясь с навигатором, спустя всего минут двадцать блужданий нашел царство клизм и микстур.

Стучаться мы не привычные, поэтому я, нисколько не сомневаясь, толкнул незапертую дверь… И моим глазам предстало очаровательное зрелище, мгновенно поднявшее уровень тестостерона на небывалую высоту! Верочка, стоя ко мне задом, склонилась над столом, быстро делая какие-то отметки в журнале. Рядом лежала нарядная одежда, и та явно собиралась переодеваться, но на что-то отвлеклась.

Мои руки нежно легли на ее талию, короткий вздох, попытка вырваться, а после ударить магией, осознание, что покушающийся на святое — это я, и наконец, расслабление в моих жадных руках.

— Мой ангел, у вас болит спина? —прошептал я в отчаянно покрасневшее ушко. — Вам сделать массаж? Или, быть может, это враги наслали на вас проклятье и только поцелуй принца может его снять? Я готов на любые жертвы, лишь бы вы были здоровы и счастливы!!!

— Ваше Высочество умеет говорить приятные слова. И что вы тут делаете? — мурлыкнула она, тесней прижимаясь ко мне. Чертовы штаны с завязками! Я чувствовал почти физическую боль от напряжения внизу и уже подумывал применить магию, чтобы от них избавиться.

— Да как же? У меня сердце болит, и только вы можете его вылечить.

— Судя по всему, не только сердце, -развернувшись ко мне, она коснулась губами моего лба, и я почувствовал волну, что прошлась по моему телу.

— Ах, Верочка, лоб у меня не болит, а вот губы…

— Что губы? — ее голос стал хриплым, а тело явно задрожало.

— Они ужасно болят, и только вы можете их вылечить. Прошу, умоляю, не дайте им погибнуть в неравной борьбе со злом!

— Я лекарь и не могу такого допустить, -прошептала она, и наши губы уже почти соприкоснулись, как…

— Вера, тебя папа зовет! — влетела в комнату мелкая обломщица. — А что это вы тут делаете? Целуетесь?!! Вы продолжайте, я тоже хочу посмотреть!

Момент был сорван, гормоны рухнули вниз вместе с поднявшимся настроением.

— Вера меня лечила! — буркнул я. — Благодарю вас, мой ангел. И все же недуг не покинул до конца мое тело, поэтому надеюсь, что вы сможете излечить меня позже.

— Обязательно, Ваше Высочество, -отстранилась она. Причем сделала она это так, что я едва не застонал от удовольствия. С сомнением посмотрев на свое платье, она сказала: «успею» и выскочила за дверь.

— Ну а ты, мелкая шкода? — сестра уже сидела на стуле и болтала ногами. — С каких это пор стала посыльной? Или во всём дворце слуги закончились?

— С чего это я посыльная?!! Вообще, мой гормонозависимый братик, я тебя спасала от огромной ошибки.

— Единственная моя ошибка — это то, что я забыл запереть дверь.

— Вот именно. Вера — воевода воды, магистр Жизни из древнего дружественного и родственного нам рода Лопухиных, а ты с ней обращаешься, как со служанкой. В ее случае «погулял и разбежались» не выйдет. Ей двадцать пять лет, а женихов нет и замуж пора. Ты для нее идеальная партия, а вот она для тебя нет. Думай верхней головой, а не нижней, братик. Есть служанки, вот на них и оттачивай искусство обольщения.

И вообще, я собиралась поговорить с тобой до начала приема. А то ты ж ничего не помнишь, а значит, можешь напортачить.

— Ну, давай, излагай, умная ты наша.

Ее доводы произвели на меня впечатление и несколько отрезвили. Хотя насчет Верочки я еще подумаю. Слишком уж она мне запала в душу.

— Ну, раз тебе боги дали только силу, значит, кому-то должны были дать ум. На твое счастье, этим кто-то оказалась я.

Главное, что ты на сегодня должен запомнить — меньше болтай и больше слушай. Прием будет проходить в два этапа — сначала всякие послы принесут верительные грамоты и будут долго распинаться о дружбе народов, о том, как важно укреплять связи и все такое. Ничего особенного в этом нет — привычная практика. К тому же, все это уже согласовано с Посольским приказом, и отец в курсе каждой написанной там буквы. Так что это простая формальность.

Ну, а дальше пойдет действие, ради которого все и затевается — представление Российскому двору принцессы. Опять будут молоть языками, расхваливая ее ум, силу и добродетель. Кстати, посмотрела я парочку роликов про нее в рунете — красивая, но, как по мне, немного жестокая. Но это даже хорошо.

В общем, ее будут хвалить, а она будет стоять, вся такая невинная, и удивляться, что это вообще про нее говорят.

Потом дело дойдёт до тебя и ты тоже постарайся не сильно удивляться, когда буду рассказывать о том, какой ты замечательный. Нет, все об этом и так знают, но лишний раз напомнить надо. К тому же в свет ты не выходишь, ведя жизнь затворника, поэтому всем, конечно же, любопытно, что скрывается за красивым личиком. Мы-то с тобой знаем, что ничего, но им об этом знать не обязательно.

— А вот это было сейчас обидно, -надулся я. — Ты прямо сказала, что я тупой.

— Не тупой. — припечатала она. — Но сейчас, лишившись памяти, ты не умней кабачка, так что не спорь. Насчет твоей магии разговор особый, и я понятия не имею, что задумал отец, но на всякий случай не вздумай ее светить. Так, ты меня с мысли сбил. О чем это я? Ах да, в общем, молчи, улыбайся, иногда кивай в особо ответственные моменты. Выведи сообщение браслета напрямую в глаза, и я тебе буду подсказывать, что надо делать.

Что еще? После приема рекомендую отправиться в «Жар Птицу», прихватив с собой принцессу. Пора тебе выходить в свет.

— Это что еще за птица?

— Клуб такой для высших аристократов империи. Там же бывают многие наследники, и не только престолов, из разных стран, что учатся в нашей академии. В нем на твою эксцентричность никто не обратит внимания. К тому же там все типа инкогнито, ходят в глупых масках и старательно делают вид, что никто никого не знает.

Погуляешь, послушаешь, может, в морду кому дашь. Отец будет недоволен, но свой рейтинг ты поднимешь. Да и вообще, отдыхать полезно.

Кстати, насчет принцессы — правило Верочки, назовем его так, распространяется и на нее. Так что если захочешь с ней уединиться, учти — обратной дороги не будет. Ну, или если уж далеко зайдет, чтоб без свидетелей и доказательств. Но рекомендую держать себя в руках, а если уж невмоготу, развлекайся со служанками.

Ладно, вроде я тебя морально подготовила. Будь на связи. Чем смогу, помогу.

— Катя, — подхватив взвизгнувшую мелкую на руки, я посадил ее к себе на колени. — Тебе говорили, что ты слишком умная?

— А еще очень красивая, — довольно кивнула она.

— Что бы я без тебя делал, — я осторожно погладил ее по волосам, стараясь не испортить прическу.

— Все бы испортил, — тут же отозвалась она, прижимаясь ко мне.

— Ну что, будем потихоньку выдвигаться? — спросил я.

— Ага. Мне уже не терпится посмотреть на твою невесту.

И мы пошли навстречу неприятностям, потому что они нас ждали. А заставлять себя ждать нехорошо. Но я был готов и вооружен шнурком, снятым с занавески, а поэтому очень опасен…

Глава 9

Глава 9

Большой тронный зал Российской Империи Наумовского дворца, названного в честь какого-то дальнего предка, представлял собой обширное светлое помещение. И был устроен таким образом, что во второй половине дня солнце всегда освещало трон императора, чем усиливало атмосферу власти и правоты Имперской четы.

Справа от трона императора располагался трон поменьше, куда я примостил свой зад, а слева от главного трона расположились императрицы. И ближе всех к нему сидела моя мать, как сильнейшая, да и что греха таить, красивейшая из них.

Сестры сидели на одну ступеньку ниже нас по обеим сторонам. Ну, и позади трона, по правую руку от отца стоял Великий канцлер Российской империи, князь Евгений Павлович Давыдов.

Все было дорого-богато. По великолепию мундиров, по роскоши туалетов придворных дам, по богатству ливрей прислуги, по пышности убранства и общему выражению блеска и могущества это зрелище было так прекрасно, что ни один двор в мире не мог бы с ним сравниться.

Мне буквально резало глаза обилие драгоценных камней, рассыпанных на женских плечах. Это фантастическая река алмазов, жемчугов, рубинов, сапфиров, изумрудов, топазов, бериллов — точно поток света и огня, — создавал дикую какофонию цвета в голове. Еще и солнце, будь оно неладно, призванное освещать трон, отражалось от камней, что украшали его, прямо мне в глаза, отчего я постоянно щурился.

Дальше все происходило именно так, как рассказывала Катя. Пришли послы, принесли дары и долго вещали о дружбе и взаимопонимании. Выражали радость от того, что я не подох, и обещались наказать виноватых, когда найдут. А если не найдут, то назначат, потому как наказать-то кого-то надо. Так почему бы не тех, кого надо?

В общем, взаимные расшаркивания и вручение грамот затянулось на полчаса, после чего ханьцы свалили, и к нам потянулись остальные послы. Часть из них была вроде искренней, а часть, типа наглов, желали мне долгих лет, но в контексте «что ж ты не сдох, скотина».

Пиндосы, как и всегда, отличились. Вроде и говорили правильные речи о единстве народов, вот только все было пронизано непониманием, почему весь мир еще не склонился перед ними, такими правильными и демократичными. Пожелав нам счастья, здоровья и успехов в личной жизни под мудрым руководством их президента, они свалили.

Всю их речь я прослушал с каменным лицом, едва сдерживаясь, чтобы не заржать. Что в этом мире, что моем они одинаковые. И искренне не понимают, почему всем на них плевать.

Далее был небольшой перерыв, котором я воспользовался, чтобы незаметно удрать в поисках комнаты мальчиков, потому как давление на мочевой пузырь под конец стало совсем невыносимым. Найдя искомую комнату, пришлось воспользоваться магией, дабы расшнуровать всякие веревки, иначе бы точно испортил фигуру натурой. Сделав свое грязное дело, я с облегчением выдохнул, а после тяжело вздохнул. Потому что сейчас должно было начаться основное действо.

Вернувшись на место, я задумался, глядя на эту разношёрстную толпу. Как-то не так я представлял себе жизнь принца. Где преданные фанатки, где ближний круг собутыльников или друзей, желающих быть поближе к будущему императору? Такое ощущение, что меня не замечали. Нет, то, что меня не дергали, было замечательно — и все же, как-то странно это.

— Кать, а где все те, кто хочет быть поближе к телу принца? У меня вообще есть друзья или нет? — написал я ей в руграмм.

— Не-а, нету, — ответила она, поставив в конце подмигивающий смайлик.

— А поподробней?

— Мягко говоря, тебя считают не от мира сего. Вечно задумчивый, говоришь только о тренировках, в клубах и салонах не появляешься. В общем, эдакий политический отшельник. Поэтому я тебе и посоветовала отправиться в «Жар Птицу». Пора вылезать из своей скорлупы и появиться в свете.

— Да? Ну и ладно.

Ага, вон, кажется, началась последняя часть сегодняшнего действа. Кстати, я так и не понял — почему принцессу нельзя было представить сразу вместе с ханьской делегацией? Хотя, она ж весьма высокопоставленная особа и становиться в очередь со всякими послами ей не по статусу. Наверное. Черт его знает, каковы нынешние порядки. Нацепив на лицо самую дружелюбную улыбку, я принялся ждать. А чего? Не скалиться же.

В окружении восьмерых важных сановников-мужчин к нам шла высокая девушка, одетая в черные одежды, расшитые золотом. Накинутый на голову капюшон, украшенный вышитыми драконам,скрывал её лицо.

Остановившись метрах в пяти от нас, они отвесили глубокий поклон.

— Ее Высочество, Линь сунь Джоу, принцесса Великой Ханьской империи, старшая дочь императора Гао ци Джоу, — торжественно провозгласил один из сановников, после чего девушка откинула капюшон и вновь сделала глубокий поклон.

По залу раздались возгласы восхищения этой красотой, да и чего скрывать, я и сам был впечатлен. Ее взгляд с легким вызовом скользнул по императорской чете, потом она перевела его на меня. После чего выражение её глаз изменилось — и я не понял, в какую сторону. То ли мне бросили вызов, то ли облили презрением. И это подействовало как ушат ледяной воды на мое распаленное эго.

Ах так, красотка? Десант не сдается. Еще посмотрим, кто из нас быстрей капитулирует. Так что в ответ я окинул её полным безразличия взглядом, еще и демонстративно зевнул, прикрыв рукой рот. Что ж, мы поняли друг друга, по крайней мере, теперь в ее глазах отчётливо читалось негодование.

Отец, наблюдавший за этой безмолвной битвой взглядов, откровенно развеселился, что, однако, не помешало ему разразиться приторной речью о том, какая она красавица, да умница, ещё и воин знатный. В общем, чудо, а не девушка.

В ответ ханьцы принялись петь дифирамбы мне, что я, мол, отличник боевой и политической подготовки, и в связях, порочащих империю, не замечен. В общем, кукушка хвалила петуха за то, что он хвалил кукушку.

Принцесса тоже толкнула речь о том, как она счастлива и все такое. После взаимных расшаркиваний была дана команда «вольно» и объявлен бал. Папе по регламенту надо было потанцевать с мамами, а мы, дети, отправились тусить среди гостей. А так как я не был заядлым тусовщиком, то сразу отправился в большой придворцовый парк, где скоро должны были начать запускать салют.

Но не успел я сделать и пары шагов, как мне пришло сообщение от Кати, полное нецензурных слов. А если их выбросить и понять смысл, то с собой я должен был взять принцессу, иначе это сочтут за неуважение и подумают, что наши отношения с ханьцами испортились. Всем же и так было ясно, зачем сюда приперлась принцесса.

Пришлось возвращаться и хватать под руку все так же стоявшую на месте Линь, которая явно этого ждала и слегка приохренела, когда я прошел мимо. Извинившись и получив от нее мысленный плевок ядом в морду, сопровождаемый пожеланием сдохнуть в муках, я взял её под руку, и мы, важно раскланиваясь со всеми, торжественно прошествовали наружу.

Следом потащилась и ее свита, на которую принцесса сверкнула глазами и что-то сказала на ханьском, и те сразу отстали. По моему, это был мат. Жаль, не запомнил ни слова, но думаю, еще не раз подобное услышу, и возможно, даже в свой адрес.

— Поговорим? — спросила с легким акцентом она, когда мы достаточно глубоко углубились в сад, подальше от гуляющих парочек. Моя охрана, в отличии от свиты принцессы, отставать от нас не собиралась, хотя и держалась на расстоянии.

— Можно, — кивнул я, присаживаясь на скамейку.

— Ты же понимаешь, что я не в восторге от решения отца выдать меня за тебя, -начала она.

— Взаимно, — ответил я. — Мне пока серьезные отношения ни к чему. Ты красивая девушка, но на жизнь у меня несколько иные планы.

— Какие, если не секрет?

— Пока секрет. И что будем делать дальше? Играть во влюбленных или изобразим ссору и расставание?

— Ни то, ни другое, — ответила она. — И не подумай ничего плохого. Ты симпатичный, можно даже сказать, красивый, но я хочу расти дальше как воин, а не как жена с кучей детей.

— Ну, моей маме одно другому не помешало.

— Да, императрица Анна Павловна — мой кумир, — мечтательно закатила она глаза. — Я бы очень хотела быть похожей на нее. В общем, я не умею играть и разыгрывать сценки, поэтому просто будем держаться отчужденно и вести себя просто как знакомые. Никакой любовной линии, никаких поцелуев и держаний за ручки. Можем, если хочешь, попробовать изобразить дружбу — это я могу. Тем более, не вижу причин, почему бы нам и вправду не подружиться, раз наши семьи дружат.

— Кар-р-р, — спикировал ко мне на плечо ворон.

— Ты ж моя птичка, — умилился я, погладив его по голове. — Нашел-таки меня.

— Ка-а-ар-р-р-р!!! — требовательно заорал он и клюнул меня в руку, маша крыльями.

— Случилось чего? Есть хочешь или пить? Или?

— Ка-а-а-ар! — он взвился в воздух, в ожидании кружа надо мной.

— Веди, — тут же отозвался я, понимая, что просто так птица не будет тревожиться.

— Я с тобой! — тут же подскочила принцесса. — Я про такое только в книжках читала.

— Пошли, — кивнул я, не желая тратить время на споры.

Быстро смещаемся в сторону и идем ко боковому входу, предназначенному для слуг. Ворон опять приземлился мне на плечо и смотрит вперед, остальные движутся за мной.

Прямо, поворот, при виде нас люди застывают и кланяются, но мы не обращаем на них внимания. Дальше по коридору, широкая лестница. Это уже наше крыло, в этой части живут личные слуги. Ворон срывается с плеча и уносится вглубь. Ускоряюсь. Застыл перед дверью, из-за которой слышатся крики.

Стучать я не привык, поэтому врезаюсь в нее плечом, выбивая. Перед глазами предстает интересная картина — Антип с ремнем в руках и моя служанка на полу. На её лице кровь. Не разбираясь, засаживаю ему кулаком в морду, отчего его относит в сторону, и он падает на кровать.

— Что тут происходит?!! — от бешенства у меня скулы сводит.

— Ваше Высочество, — поднимается бывший слуга, утирая кровь. — Я застукал ее за кражей…

— Марина!!!

— Это неправда, — заплакала она. — Как вы и приказали, я доложила, что теперь являюсь вашей личной служанкой. А потом он затащил меня сюда. Сначала угрожал и требовал, чтобы я уволилась, а когда я отказалась, начал меня бить.

— Девушку подлечить и допросить обоих, — распорядился я. — Если она виновата, то все сделать по закону. А если этот — всыпать плетей и вышвырнуть из дворца. С отцом я сам разберусь. Протокол допроса ко мне на стол.

— Как прикажете, Ваше Высочество, -две дамы в форме гвардейцев проскользнули в комнату и одели на обоих браслеты — наручники… При этом одна из них провела рукой над лицом и телом девушки, отчего кровь сразу исчезла, а синяки на руках растворились.

— Я не виноват, Ваше Высочество! -завопил старик, но ему сразу засунули в рот кляп.

— Прошу прощения за этот досадный инцидент, — поклонился я принцессе.

Ворон, опять устроившись у меня на плече, с интересом на нее поглядывал.

— Ничего страшного, — тут же отозвалась она, и подхватив меня под руку, повела прочь. — Мне было интересно узнать вас с другой стороны.

— А давай на ты, Линь, пока мы наедине. Честно, уже от этих величеств и высочеств коробит.

— А давай, — усмехнулась она. — Правда, это не по правилам, но большого греха в их нарушении нет. А ты интересный, Сергей. Дружишь с вороном, спасаешь служанку… Как-то это не вяжется с образом наследника престола.

— Ага, вот такой я весь загадочный, как закрытая книга. Интересно ее почитать?

— Пока не решила, но думаю, добавлю ее в свою библиотеку. Мне про тебя рассказывали иное, и думаю, они ошиблись в своей оценке.

— А ты? Ты ошиблась?

— Возможно, — улыбнулась она. — Но мне уже интересно, а это нечасто происходит. По крайней мере, дружить с тобой я точно хочу.

— Что ж, рад, что это желание взаимно. Поэтому предлагаю отметить это событие… чашкой прекрасного чая.

— Если бы ты предложил мне выпить, я бы отказалась, но чай… Это святое. Поэтому с удовольствием принимаю ваше предложение.

— Рад. Что оно вам понравилось. Пошли, я точно знаю, кто нас угостит…

— Вот вы где. Все, значит, там танцуют, плетут интриги, заводят нужные знакомства, а виновники торжества спрятались? — телепортировалась возле нас Катя, которой я написал. — Хорошо смотритесь вместе, и вижу, начали репетировать совместную жизнь? Давайте тогда поиграем в дочки-матери! Сергей будет любящим отцом, Линь — мамой, а я сыграю вашу милую дочурку. А если вдруг решите заняться всякими непристойностями, то можете меня не стесняться. Я современная принцесса и свысока смотрю на всякие условности.

— Много болтаешь, мелкая, — легонько стукнул я ее по голове. — Ты вроде хвасталась, что у тебя есть замечательный чай.

— Есть, но он жутко дорогой. Не представляешь, как тяжело его достать, даже принцессе. Ночей не спала, выискивая его на аукционах, денег не жалела на покупку.

— Сколько ты хочешь, маленькая шантажистка?

— Ну-у-у-у, — протянула она. — Когда вы поедете в «Жар Птицу», то возьмете меня с собой.

— Не думаю, что у нас это получится, -покачала головой Линь. — Насколько я слышала, там жесткий дресс-код и есть возрастные ограничения. В клуб не пускают маленьких девочек.

— Эй, я не маленькая! — тут же завелась она.- Вот и придумайте что-то. Чай этого точно стоит.

— Хорошо, — кивнула Линь. — Я немного владею магией иллюзий на основе воды. Надолго ее не хватит, но думаю, мы успеем тебя провести. И это в том случае, если твой чай окажется действительно лучшим. У нас в империи в этом знают толк, — с улыбкой закончила она.

— Уверена, вам понравится, — тут же воодушевилась Катя. — Побежали ко мне! Я еще пирожные в кухне стянула утром, так что мне найдется, чем вас угостить.

Схватив нас за руки, она полетела вперед, а ворон, снявшийся с плеча, весело закружил над нами, громко каркая.

Комната, ну, или покои сестры напоминали… покои сестры. Постеры с какими-то героями на стенах, веселенький розовый мишка на кровати, стол, заваленный всякой фигней.

Недолго думая, Катя банально смахнула весь свинарник на пол — устрою головомойку слугам, стыдно то как! — а после покопалась в шкафу и быстро принялась накрывать на стол. Появились обещанные пирожные, закипел чайник. Мелкая что-то колдовала над ним, приплясывая от нетерпения, потом достала заварку, опять что-то сделала, а уже после разлила чай по чашкам.

— Хм, Да-Хонг Пао, почти миллион золотых за килограмм. Ваше Высочество смогли меня удивить, — высоко вскинула брови Линь, делая небольшой глоток. — Не буду спрашивать, где вы его взяли, потому что в свободной продаже его нет.

Я тоже отхлебнул из своей кружки. Чай как чай, ну, может, немного терпкий на вкус. Мне больше по душе отвары, но и этот сойдет, раз им так нравится.

— Ну что, я заслужила пойти с вами в клуб? — уперев руки в бока, с вызовом спросила сестра.

— Определенно, — церемонно поклонившись, ответила Линь.

— Кру-у-у-уть! — захлопала та в ладоши. — А теперь давайте начистоту — вам нравится мой брат?

Вот же ж неугомонная. И в кого такая пошла? Хотя, смотри-ка — а ханька-то покраснела! Это тревожный знак.

— Не смущай нашу гостью, Катя. Твой вопрос как минимум бестактен.

— Ну и ладно. Но раз нельзя спрашивать у неё, тогда я спрошу у тебя — тебе понравилась твоя невеста?

— Сестра, ты торопишь события. Нас пока просто познакомили, а Линь представили нашему двору.

— Ну и что? Все и так знают, что наши дома давно хотят породниться. Что папа, что император Ханьцев спят и видят, как бы объединить наши семьи. Так что соскочить с крючка, уверена, у вас не получится.

— Твоя сестра умна не по годам, — чуть смущенно сказала Линь, — и в общем-то права. Но отец всегда уважал и будет уважать мой выбор. И я пока не решила, нужно ли мне это.

— Пустые слова, — отмахнулась та. — Все уже решено. Тем более, я вижу, что ты нравишься брату. Но эта новость меркнет перед нашим походом в «Жар Птицу». Поэтому поднимаем свои попы и идем на выход. Нам еще с охраной договариваться о выезде. Ух, зажжем!!!

— Бабы, пьянка и р-р-р-разврат!!! -заорал вдруг ворон.

— Кар, — сказал кто-то, и надеюсь, это был не я…

Глава 10

Глава 10

— Ты что, умеешь говорить⁈ —ошарашено посмотрел я на ворона, но тот хитро покосился на меня и, резко сорвавшись, вылетел в окно.

— Ваши Высочества, вы не перестаете меня удивлять, — с таким же лицом, как у меня, произнесла Линь. — Сначала наследника интересует судьба простой служанки, потом его сестра угощает меня чаем, каждый грамм которого стоит на учете императорской казны, а теперь вот говорящий ворон. Какие еще сюрпризы меня ждут?

— Ох, Линь… Ничего, что я на ты, да? Так вот, ты еще и тысячной части не видела. Гордеевы полны загадок, а уж мой братик тем более. Но об этом говорить рано, к тому же мы теряем время. Поехали веселиться!!!

Весть о том, что мы собираемся в клуб, быстро достигла ушей всей нашей семьи, и вот уже к нам на хвост падают Лиза с Ольгой. Люба по-прежнему выражает демонстративный игнор и злится на весь мир. А еще почему-то на Линь. Уж больно свирепым взглядом она провожала наши удаляющиеся спины.

Я, как и остальные, быстро сменил одежду на менее официальную и был готов к свершениям. Ханьку утащила к себе Лиза, заверив, что у нее есть для принцессы подходящая одежда.

С появлением Ольги вопрос насчет мелкой сразу отпал — она была совладельцем клуба и, несмотря на жесткие правила, которые сама же установила, собралась провести ее через вход для персонала. На мой логический вопрос, а собственно, зачем эти пляски с бубном, ответила, что если сама не будет их соблюдать, то не сможет требовать того же от подчиненных. И конечно же, это будет в первый и последний раз.

В общем, кавалькада машин направилась в город, сверкая хромом и распугивая своим видом всех врагов и друзей. Пока мы ехали, я пялился в окно, но ничего особенного в наступающих сумерках не увидел.

Кстати, я даже понятия не имел, где мы сейчас находимся. В смысле, в каком городе. Как-то упустил этот момент, но вроде бы это был Новгород — столица Российской империи. Петербург в этом мире вроде был, а вот Москвы точно не было. Тем временем сестры вели непринужденную беседу с принцессой и, так сказать, прощупывали ее на предмет серьезности намерений.

Линь не желала прощупываться, поэтому отделывалась общими вежливыми фразами, держа лицо и спину. Я в разговор не вмешивался, потому как это было чревато — дамы спорят, мужик не лезь. Они потом помирятся и начнут искать виноватого. И им точно окажешься ты. Поэтому лицо топором, вежливая улыбка и кивки в нужных местах. Большего от меня не требовалось, слава богу. А кстати, какому из?

Да, тут у нас язычество цветет и пахнет. Славянский пантеон с Родом во главе правит умами, блестит храмами и проводит политику всеобщей любви и мордобоя тех, кто любить не хочет. В общем, наши боги были с кулаками и ни о каком всепрощении не заикались.

Говорят, чтобы стать жрецом, надо было как минимум отслужить в армии, потом отучиться в специальной школе волхвов и только потом позволялось надеть «одежды, шитые шерстяной нитью». В общем, строго тут с верой. Покровителем нашей семьи официально считался Велес, но мы чтили и других богов, не особо зацикливаясь на одном. Да, а вот еще важный вопрос…

— Девчонки, а ничего, что мы вот так взяли и сорвались с приема? Разве мы не должны светить лицами, улыбаться и строить интриги?

— Да кому это интересно, — пренебрежительно отмахнулась Лиза. — Там сейчас останутся те, кто желает говорить, заключать союзы, решать, против кого дружить и все такое. А молодежь вся поехала гулять в «Жар Птицу». Там тоже, можно сказать, сегодня состоится прием, только для тех, кто помладше. Так что наш ход был вполне логичным и ожидаемым. Взрослые решают вопросы на своем уровне, а мы на своем.

— Ну, тогда я спокоен. А что по самому клубу? Есть что-то, что я должен знать?

— Ох, братец, твоя нелюдимость и неосведомленность меня пугает. Надеюсь, хоть Линь сможет вытащить тебя из раковины, в которую ты постоянно прячешься от людей. В клубе все будут в масках, вот, кстати, твоя, — достала она черную маску, закрывающую лицо, но оставляющую открытым рот, — нужно делать вид, а может, и не делать, что никто не знает, кто за масками скрывается. Как ты уже знаешь, в этом клубе собирается весь цвет благородных домов империи, и не только российской. Я, например, точно знаю, что сегодня там будет Ангелина Джоунс, дочь президента Пиндосов. Ещё персидские наследники — брат с сестрой, средний сын императора Бахрата… Да и много кого еще. Так что все сливки мировой аристократии сегодня собраны у нас, общество будет более чем приличным.

Хотя, ближе к середине приличия обычно оказываются отброшены в сторону, и наружу начинает лезть грязь, — поморщилась она, будто что-то вспомнив. — Так что веди себя естественно, не теряй достоинства и помни, что охрана бдит. И если какая-то тварь попробует поднять руку на моего брата, я лично утоплю ее в кислоте, а останки похороню на ближайшей помойке.

— Мне нравится, когда ты сердишься, -успокаивающе погладил я ее по руке, на что она мне мило улыбнулась. — Но свои проблемы я привык решать сам. Да и не думаю, что они возникнут. А кстати, что они все тут делают? В смысле, чего дома-то не сидится?

— Так в этом году ты в академию поступаешь. Вот представители разных стран и присылают своих дочурок в надежде подложить их к тебе в постель. Прости, Линь, я не хотела тебя обидеть, — тут же спохватилась она.

— Ничего страшного, — сверкнула глазами ханька. — К тому же, это чистая правда. Из-за тебя, Сергей, в академии в этом году будет полный ажиотаж. Как я слышала, количество заявок увеличилось втрое. Кстати, ты на какой факультет собрался поступать?

— Не знаю пока, — задумался я. — А какие есть?

— Иногда твое невежество меня убивает, братик, — закатила глаза Лиза. — Есть политический — там готовят, как ты сам понял, политиков и дипломатов, есть факультет права и духовенства — это всякие юристы, жрецы и прочие болтуны. Знаю я одну девушку с него, так она за пять минут может так тебя загрузить, что сам не заметишь, как все разболтаешь. Очень перспективная особа, что редкость среди девушек. Ну, и боевой — который разделяется на армейский — будущие генералы и командующие, и жизни — это лекари. На боевом учатся только маги-девушки. Тебе или на политика или на право. Хотя…

— Что хотя? — тут же подобралась Линь.

— Ничего, — сестра отвела взгляд в сторону окошка. — О, мы, кажется, приехали!

Кавалькада машин остановилась, и я, выйдя из машины, галантно подал руку Линь. После чего направился в сторону открытых дверей. Остальные поехали дальше. Ну да, они попадут внутрь через другой вход.

Под многочисленными вспышками фотокамер мы неспешно двигались по красной дорожке к большому трехэтажному зданию, подсвеченному с разных сторон яркими прожекторами.

Изображение большой Жар Птицы, стилизованное под старые сказки, переливалось всполохами огня, создавая антураж магии и старины. Не обращая ни на кого внимания, мы зашли в предупредительно распахнутые двери под приветственные выкрики толпы. Внутренняя охрана, состоящая из женщин, будто проведших сто лет в октагоне, смерила нас взглядами, посмотрела на свои браслеты, а после поклонилась.

— Ваши Высочества, для нас честь принимать вас. Первый зал — дискотека, второй зал — более спокойная музыка, и третий — ОВП.

— ОВП? — переспросил я.

— Особо Важные Персоны. Доступ туда ограничен, поэтому если устанете от шума, то вам там понравится.

— Благодарю вас, — кивнул я, и мы прошли дальше. И стоило нам сделать лишь шаг внутрь, как на нас обрушилась какофония звуков, от которой я едва не оглох.

— Тебе не кажется, что тут слишком шумно? — проорал я в ухо Линь. — Может, сразу на второй этаж?

Ее ответ я не расслышал, но губы вроде сказали «пошли». Ну и пошли — впереди я с грацией носорога протискивался сквозь толпу, позади прицепом Линь, с интересом вертевшая головой во все стороны.

Кому-то я наступил на ногу, кого-то толкнул — носорог плохо видит, но с его весом это не его проблемы. В общем, спустя пару минут мы дотолкались до входа на второй этаж.

Широкая лестница, украшенная веселенькими завитушками, символизирующими бренность бытия, привела нас в такое же большое помещение, в котором мне понравилось значительно больше.

Легкая музыка, степенная молодежь в драных джинсах и растянутых майках. Вот только за одну подобную маечку можно было купить люксовую машину — это факт. Сам был одет в похожие вещи и прекрасно чувствовал качество ткани.

Не успели мы сесть за столик, как к нам подскочил официант. Меню оказалось большим и я, признаться, сразу в нем запутался — всякие жульены, ньеки, расстегаи — написано было красиво, но ни черта не понятно.

— Мне бы мяса, да с кровью. И картошечки запеченной, — попросил я. — Еще легкий овощной салатик. Линь?

— Мне, — тут она назвала абракадабру, которая была абсолютно непонятна мне, но понятна официанту. Тот кивал, быстро набирая заказ на браслете с помощью виртуальной клавиатуры. — Чего изволите пить?

— Легкое вино на ваш выбор, — ответил я, получив одобрительный кивок девушки.

— Все сделаем в кратчайшие сроки, -поклонился тот и быстро смылся.

— Итак, на чем мы остановились, уважаемая принцесса?

Пока выполнялся наш заказ, я решил поддержать великосветскую беседу. Нет, можно было, конечно, сразу предложить ей пройти в номера, но мы вроде как решили остаться друзьями. Хотя, дружеский секс тоже вроде никто не отменял. Поэтому я периодически стрелял по сторонам глазами в надежде, что до нас по классике жанра кто-нибудь докопается, и я, согласно той же классике, набью обидчику морду. А потом предамся со спасенной принцессой жаркому разврату. Ну, или не с ней — главное, чтобы спасенная была симпатичной и, желательно, не слишком обремененной моральными устоями.

— На дружбе, верности и предательстве, — ответила Линь, пристально глядя на меня.

— Ну, насчет первых двух вопросов нет, а что насчет третьего? Был подобный опыт?

— Скажи мне, Сергей, что ты скрываешь? — вдруг спросила она.

— Что, вот так прямо сразу и в лоб? А где же хваленая ханьская хитрость, чтобы окольными путями, ненавязчиво узнать все, что требуется?

— Наверное, я неправильная ханька, раз подобное мне претит. Я за правду!

— Похоже на тост, — тут же заявил я, увидев, что нам принесли еду и выпивку. Самолично разлив вино, я поднял бокал. — За правду!!!

Стукнувшись драгоценным хрусталём, мы выпили и приступили к еде.

— Между прочим, ты так и не ответил, -сказала она, не отводя от меня напряжённого взгляда. Вот настырная.

— У каждого из нас есть свои тайны, не так ли? Да и к тому же, тебе не кажется, что это глупо — сразу откровенничать с человеком, которого видишь первый раз в жизни?

— Родители хотят, чтобы мы поженились…

— В отличии от их детей, — закончил я. — Мы же вроде все обсудили и решили дружить, причем, желательно, на расстоянии. Что-то изменилось?

— Пока не уверена, — задумалась она.

— Ну, вот когда решишь, тогда и обменяемся тараканами в наших головах. А пока давай просто отдохнем. Эта церемониальная одежда меня совсем доконала.

— Настолько неудобная? — улыбнулась она.

— Ты даже себе не представляешь. А еще она жмет и трет в самых неподходящих местах!!! Я больше предпочитаю неформальный стиль, как в жизни, так и в общении.

'Налей, налей бокалы полней,

Налей, налей, давай не жалей!!!'

До нас донеслась песня, льющаяся из пяти глоток. Веселая компания, пьяная до изумления, поднялась к нам на этаж и с шумом заняла один из столиков. Три парня и две девушки были развязны и готовы к приключениям. Вот только перед стартом решили добить печень, чтобы уж наверняка.

— Эй ты, бедолага, — позвал один из них официанта. — Давай нам десяток Императорского игристого и к нему все, что полагается. Князь Потапов гуляет! -заорал он и снял с себя маску. — Терпеть не могу эти идиотские условия. На кой нужны эти маски, если все и так знают, кто под ними скрывается⁈

— Ну, не все. Вот их я не знаю, -некультурно ткнула пальцем в нашу сторону одна из дамочек. — А мальчик-то ничего. И плечи широкие, и подбородок волевой. Я бы с ним сошлась в огненном танго.

— Ой, Дашка, тебе бы только на члене попрыгать. Нет в тебе чувства прекрасного, — с хохотом отозвалась другая.

— Че сказала, лахудра выщипанная⁈ А по роже⁈ — в руках первой зазмеилась огненная плеть.

— Убери свой кнутик, а то я могу и обидеться, — свысока отозвалась та, и у нее появилась водяная плеть, только толще раза в два.

— Девушки, не ссорьтесь, — вмешался порядком струхнувший парень из их компании.

— Да, и что плохого в хорошем члене? — влез Потапов. — Ничего. Как и в хорошей груди, которую я бы хотел пощупать у этой незнакомки.

Ага, вот и поперла классика. Ща до нас докопаются и получат по мордам. Хрустнув пальцами, я начал подниматься со стула, решая, выпить ли еще или уже пора идти бить морду, Линь перехватила мою руку и покачала головой.

— Не стоит тратить на них время и силы. Пьяный проспится, дурак никогда.

— Решено, я пошел знакомиться, -громко заявил князь.

— Леша, не надо, — положил тому руку на плечо другой парень. — Не мешай людям отдыхать.

— Пржевальский, лошадьми своими будешь командовать, а не мной, -дернул Потапов плечом. — Мелкий барон не может указывать князю, что ему делать.

— Витя, ну хоть ты ему скажи.

— Да что говорить, — пожал плечами третий из их компании. — Медведь нажрался в лесу веселых ягод и его теперь не остановить. Пусть делает, что хочет, а мы пока выпьем.

— Правильно, Витенька, не стоит лезть под лапу, а то пришибить могу. Все, я пошел. Большие сиськи ждать не будут, это я вам точно говорю.

Встав, он сделал шаг в нашу сторону…

Ага, все-таки мордобой. Отлично. Но сначала шоу. Мы ж сюда развлекаться вроде приехали.

Второй шаг… Его ремень расстегивается, брюки падают вниз, и он, шагнув еще раз, плюхается мордой об пол под звонкий смех окружающих. Свернув белыми труселями, князь с трудом поднялся, недоуменно посмотрел по сторонам, неловко подтянул брюки, и так и придерживая их рукой вместо ремня, подошел-таки к нам.

— Сударыня, — дохнул он на нас перегаром. — Мое сиятельство изволит пригласить вас к себе, дабы рассказать историю своего рода.

Меня он демонстративно проигнорировал.

— Боюсь, я вынуждена отказаться от вашего предложения, — мило улыбнулась Линь.

— Это не то предложение, от которого можно отказаться, — тут же заявил он. — Извольте встать и последовать за мной.

— Последуй за своей правой рукой, недоносок, — вместо девушки встал я.

— Ты кто? Ты знаешь, кто я? Представься, чтобы я знал, кого будут пытать за оскорбление наследника рода, являющегося ЕДИНСТВЕННЫМ, -выделил он это слово, — поставщиком меда и специй ко двору Его Величества императора Российской Империи. И к тому же я являюсь другом Его Высочества цесаревича Сергея Дмитриевича. Вот давеча он мне на приеме во дворце так и сказал: «друг мой Александр Васильевич, ежели кто обидит тебя, так сразу мне звони».

Так что, мне уже звонить, или сам испугаешься и притворишься мертвым?

Стрельнув глазами в сторону, я увидел, как Линь прижала ко рту салфетку и трясется в беззвучном хохоте. Я бы и сам заржал, но правила требовали серьезности и кучи пафоса. А он есть у меня. Главное тут — не переборщить, а то черт его знает, вдруг обидятся и перестанут мед нам привозить. Но отпускать этого дурака просто так не хотелось — и девушки не поймут, и меня потом будут мучить кошмары от злости. Так что держите меня семеро, подписывайтесь на страничку, ставьте лайки, я, пожалуй, начну…

Глава 11

Глава 11

— Слушай сюда, мишка косоглазый. Мало того, что ты испортил нам праздник, так ты еще и бросил своих девушек ради другой. Или это они тебя бросили, потому как то, чем ты собрался проводить экскурсию в историю своего рода, либо очень мало, либо ты не состоялся как мужчина и стараешься самоутвердиться за счет других…

Краем глаза я видел, как девушки заинтересованно прислушиваются к нам. Да уж, с той огненной, которая хотела потанцевать, я бы зажег. Но позже.

— А теперь звони и не забудь поставить на громкую связь. Очень уж нам всем интересно, что тебе ответит Его Высочество. Не правда ли, господа? —громко заявил я, и сидящие за ближайшими столиками люди поддержали меня громкими криками.

Я даже не успел удивиться, как князь с кривой ухмылкой вывел на всеобщее обозрение панель с браслета и включил звонок. И кому же он будет звонить?

А тот, ни секунды не сомневаясь, вышел в центр зала, демонстративно встав к нам спиной и слушая гудки.

И каково же было мое удивление, когда ко мне на браслет пришел вызов! Откуда у этого ушлепка мой номер, интересно? Ладно, поиграем, так и быть, тем более, что он очень удачно стоит к нам спиной.

— Ваше Высочество? — раздался в голове у меня его голос.

— Слушаю, это кто? — спросил я приглушенно, но мой ответ разлетелся по залу из-за громкой связи.

— Это князь Потапов…

— Какой к черту Потапов⁈ Не знаю такого!

— Да как же, Сергей Дмитриевич! Вы же мне на прошлом приеме сами дали свой номер…

— Ах, это тот Потапов. Здаров, дружище. Вот как сейчас помню. Сидим мы с тобой, на фрейлин смотрим, а я тебе и говорю: «Друг мой Александр Васильевич, ежели кто обидит тебя, так сразу мне звони…» Линь, услышав это, стала тихо сползать под стол, едва сдерживая смех.

— Так я поэтому и звоню. Не поверите. Сидим мы, культурно отдыхаем в «Жар Птице» и тут какой-то урод усомнился в нашем с вами знакомстве. А усомниться в моих словах, значит, усомниться и в ваших. А так и до крамолы недалеко. Надо его в Тайный приказ забрать и допросить хорошенько!

— Эк ты завернул. И кто же сей урод? Как представился?

— Да никак, Ваше Высочество. Быдло простолюдинское. Не знаю, как его и пустили-то в Жар Птицу!

— Знаешь, а ведь у меня сейчас похожая ситуация. Развелось, понимаешь, много несознательных личностей, что мешают другим культурно отдыхать. По счастливой случайности, я как раз сейчас тоже в «Жар Птице». Может, вместе познакомим наших уродов с нашим эго и кулаками? Пройдемся, так сказать, ими по их тестикулам. Ты по морде, а я, так как мне мараться не стоит, отдам твоего служивым, как ты и хотел.

— Я готов, Ваше Высочество! С радостью дам по морде тому, кто посмел на вас даже посмотреть косо!

— Все, я больше не могу. Сейчас лопну от смеха! Ой, Сережа, ой, уморил, — не выдержала Линь и рассмеялась в полный голос.

— Тогда бей, — сказал я уже нормальным голосом, снимая маску.

— А что тут происходит? — в зале появилась Ольга. Как хозяйка заведения, маску она не носила.

— Ваше Высочество, — разом подскочили гости и склонились в поклоне.

— Братик, ты чего опять натворил? -нарисовалась на соседнем стуле Катя.

— Ва… Ва… Ваше Высочество… — заблеял, с ужасом глядя на меня, Потапов.

— Я уже восемнадцать лет как высочество. Ты не отлынивай, бей давай. А я пока вызову Тайный приказ, как и обещал, чтобы они забрали твоего обидчика. Все же честно — ты бьешь моего, а я разбираюсь с твоим. Так что, мне уже звонить?

— Не губите, Ваше Высочество! — моментально протрезвевший Потапов рухнул на колени.

— Да как же не губить-то? Вот смотри — Оленька, какое наказание полагается у нас в стране тому, кто оскорбил семью императора?

— Смертная казнь или пожизненная каторга. Это если судья будет добрым, — отозвалась она.

— Вот, — поднял я палец вверх. — Но я-то точно добрый и мог бы простить тебя. Но все дело в том, мой мохнатый друг, что сиськи, которые ты так бесцеремонно хотел пощупать, принадлежат принцессе империи Хань. Линь, будь добра, сними маску. Спасибо. Так вот, а какое наказание в вашей прекрасной стране полагается за подобное?

— Смерть от тысячи нитей, — тут же отозвалась она, разом превратившись из смешливой девушки в гордую принцессу.

— Это как? —заинтересовался я.

— Преступнику в организм вводят ровно тысячу тонких червей, которые медленно пожирают его заживо изнутри.

— Вы, ханьцы, такие затейники, -восхитился я, — и с фантазией у вас все намного лучше. А у нас банально либо головы рубят, либо вешают. Правда, я слышал, как отец что-то такое упоминал про мягкую посадку на кол, но это пока только слухи. Так что будем делать, дружище?

— Брат, я сама разберусь, — сверкнула глазами Ольга и направилась к Потапову.

— Ты случайно не знаешь, как этот хмырь получил мой номер телефона? -шепотом спросил я у Кати.

— Случайно знаю, — насмешливо отозвалась та. — На прошлом приеме ты напился в хлам — не знаю, что там у тебя произошло, но злющий ты был, что кошмар. Так вот, этот бухал с тобой, еще подливал тебе, скотина, в компании таких же идиотов. Вы потом сидели в обнимку, песни какие-то горланили. Ну вот он, видимо, под шумок и выклянчил телефон, и решил, что поймал журавля.

— Так он и правда мой друг? — изумился я.

— Да какой друг? — отмахнулась та. — Ты его второй раз в жизни видишь. Если не в первый. Тот раз не считается, потому как ты тогда вообще никого не видел.

— Синька зло, — пробормотал я.

— Что, простите? — повернулась к нам Линь. — Почему это мы — зло?

— Прости, тебе послышалось. Я сказал не ханька, а синька. Так в нашей стране называют алкоголь.

— Совершенно согласна. Пользы от него нет, к тому же он разрушает источники магии. Много пить вредно.

— А я думала, в Российской империи не принято унижать своих подданных дворян, — послышался наглый голос.

Обернувшись, я увидел, как к нам подошли парень с девушкой. Оба высокие, смуглокожие и без масок. Парень фигня, а вот девушка — настоящая красавица. Я даже поймал себя на мысли, что стал их сравнивать с Линь. И не скажу, что новенькая сильно ей проигрывала. Мой заинтересованный взгляд не укрылся от ханьки, которая с чего-то напряглась, а сестра, так вообще зарядила мне кулак под ребра, чтоб не пялился.

— Это кто там говорит об унижении? — тут же взвилась Лиза. — Сын сатрапа Персии, подданные которого, чтобы подойти к правителю, должны сто метров проползти к нему на коленях⁈ Знай свое место, Гарун, и не лезь, куда не стоит.

— Не тебе указывать мне мое место. Женщина должна молчать, когда вещает мужчина.

— Ты что-то имеешь против моей сестры, перс? — встал я. Браслет уже послушно подсказал мне, кто есть ху. — А за сказанное слабо ответить?

— Драться с тобой? — презрительно скривил он губы. — Махать кулаками способна лишь чернь…

— Ясно, струсил, — закончил я.

— Да как ты смеешь!!! — взвился он.

— Спокойно, брат, — положила ему на плечо руку девушка. — Не стоит ругаться с хозяевами, даже если они уронили свою честь, забыв о законах гостеприимства.

— Вы не правы, Дильнура. Мы помним об уважении к гостям, но лишь до тех пор, пока гость не начинает вести себя как хозяин. Что бы сказал ваш отец, если бы иностранец вмешался в его разговор с подданным? Или нравы при дворе сатрапа настолько изменились за последнее время, что всякий может сказать ему, как он не прав? -отозвалась Ольга. Про Потапова уже все забыли, и он явно собирался потихоньку слинять.

— А я всегда говорила, что эти ваши дворяне — пережиток прошлого, -показалось на сцене еще одно действующее лицо в окружении группы поддержки. И тоже без масок. Похоже, весь Олин дресс-код сегодня улетел в трубу.

— Не начинай, Ангелина, — поморщилась Дильнура. — Твой рот грязен, как и ваша политика. В чем смысл выдвигать на пост президента не того, кто этого достоин, а того, у кого больше денег?

— Это не так. У нас в стране свободные выборы, и только народ решает, кто им будет править!!!

— А я про вас слышал, — вмешался я. — Ангелина Джоунс, если не ошибаюсь. Великая Пендосия, в которой правит мудрый и, несомненно, честный президент, — в ответ на мои слова девушка с благосклонной улыбкой начала кивать, пока я не закончил. — Вот же ж чушь какая! Рассказать вам, как все происходит на самом деле?

По факту ваши политики сидят на заднице ровно до начала выборов. А после придумывают себе громкий слоган, дабы привлечь внимание — ну, например, объявляют компанию за рост популяции сусликов. Начинаются волнения, создаются организации по типу «Жизни сусликов важны, уравняем сусликов со всеми остальными. Даешь им право выбора и голосования».

Президент, понимая, что популяция сусликов очень большая, и поэтому он может не остаться на новый срок, срочно уравнивает их с другими. Начинаются дебаты, в ходе которых политики спорят, кто сильней любит сусликов и дружно ополчаются против их врагов — тут все зависит от ситуации в мире. Но враг должен обязательно быть внешний, иначе придется искать внутренних. А это гражданская война. Вводятся законы, по котором количество сусликов, работающих в компаниях, должно быть не меньше двадцати процентов, это же касается всех остальных видов деятельности — кино, армии, учебы. Приходится реформировать систему образования, чтобы тупые суслики смогли учиться. Параллельно создаются международные организации, которые следят за правами сусликов по всему миру. Сразу же вспоминают, что раньше этих несчастных созданий безнаказанно убивали, и требуют перед ними извиниться.

И вот этот вал идет по стране, и если ты голосуешь против правящей партии, то, значит, идешь против сусликов. А это клеймо врага народа на всю жизнь. Проходит еще десяток лет, и президентом страны становится суслик. А дальше… Оппозиция вспоминает, что в мире осталось мало тушканчиков — и все начинается заново.

— Браво, прекрасный анализ, брат! — со смешком похлопала в ладоши Ольга. — Даже я не сказала бы лучше. Но мы отвлеклись.

— Ваш брат не сдержан в словах, и я очень жалею, что он — мужчина и не может сразиться со мной на арене, — тут же заявила Дильнура. — Быть может, вы выйдете вместо него?

— То есть, ваш брат все-таки испугался честного боя? — с усмешкой спросил я. — А впрочем, мне все равно. Если у персов принято прятаться за женскую юбку, то я с удовольствием выйду с вами на арену.

— Ах ты… — выскочил вперед разом покрасневший Гарун. Впрочем, выскочил не так уж далеко, ровно настолько, чтобы сестра смогла его придержать. Все ясно — трус.

— Осторожней со словами, принц. Они могут оказаться очень горькими.

— Брат, — встала между нами Ольга.

— Отойди, сестра. Еще не хватало, чтобы все в мире подумали, что я стал персом. Потому как, глядя на их принца, это слово у меня лично теперь ассоциируется с трусостью и хамством.

— Ты ответишь за свои слова! — прошипела девушка. — Хочешь поджариться — я предоставлю тебе эту возможность. Дуэль здесь и сейчас. Надеюсь, у вас найдется подходящее помещение. Я, Дильнура аль Фарадж ибн Фатлах, старшая дочь сатрапа Персии, по вашей классификации — дружинник огня, вызываю тебя на бой! Оскорбление, нанесенное моей стране, можно смыть лишь кровью. И несмотря на то, что магу-женщине запрещено сражаться на дуэли с мужчиной, я сделаю это.

— Я, Сергей Дмитриевич Гордеев, с радостью надеру тебе зад. Поэтому принимаю вызов.

А чего? Убить меня ей не позволят, а подраться я все равно хотел. К тому же, размяться с такой красоткой — самое то. Кто-то скажет, что бить женщин плохо. Плохо, но не в этом мире, где они сильней. Пусть себе швыряется огоньками, у меня есть оружие посерьезней. И похер, что все узнают о моих возможностях — я не обычный попаданец и скрывать свои способности не хочу. Придушу ее немного, покажу, какой я красавчик, а когда она приползет ко мне, желая стать моей, с гордостью отвергну. Да, вот такая вот я противоречивая сволочь.

— Я бы на это посмотрела, — тут же заявила Ангелина, с интересом поглядывая на меня. Я тоже в ответ посмотрел на нее с интересом, особенно на грудь. И вот это уже совсем не понравилось Линь, которая встала рядом и даже взяла меня за руку. Чего это она? Мы ж друзья.

— Пойдемте, у нас есть небольшая арена. И да, Дильнура, если с головы моего брата хоть волос упадет, я уничтожу тебя.

— С чего бы мне этого бояться? — тут же злобно ответила та. — Не думаю, что ты со мной справишься! Твой ранг такой же дутый, как и ты сама.

— Оленька, — обнял я сестру. — Не стоит из-за этого переживать. Лучше покажи место, где я смогу устроить небольшое шоу, и позаботься о том, чтобы нас увидело максимальное количество зрителей.

— Ты уверен? — с сомнением посмотрела она на меня.

— Доверься мне.

И вот мы большой высокородной компанией, к которой подключились все сидящие в зале, кроме удравшего Потапова, о котором все уже благополучно забыли, направились на арену.

Шли недолго. Я вертел головой, рассматривая антураж — на стенах висели факелы, пол был стилизован под каменный, низкие своды внушали ощущение безысходности…

Линь все так же не отпускала мою руку, а другую оккупировала Катя. Эта, как и я, вообще не переживала, будучи свято уверена в моей победе. Поэтому она улыбалась мне, корчила рожи персам, хитро подмигивала пендосске и вполне благожелательно поглядывала на ханьку.

Персы нацепили на лица маски невозмутимости, только Гарун явно был в предвкушении и едва не подпрыгивал от нетерпения. Вот же ж засранец! Спрятался за юбкой сестры и корчит из себя оскорбленную невинность. Придется наказывать. А жаль, девушка мне реально понравилась, да и грудь у нее на тыщу лайков. Скосил глаза на Линь. Нет, у ханьки точно не хуже, если не лучше. Глядишь, если хорошо выступлю, то, может, чего и обломится. Вон как в руку вцепилась — не оторвать. А если так?.. Не размыкая рук, я нежно погладил ее пальцы своим. Опаньки. Удивленный взгляд, легкое покраснение и еще более сильная хватка. А я хорош!

Надо будет закрепить успех. Победу ей, что ли, посвятить? А что, я могу. Прямо так и заявлю — все для прекрасной дамы! И потом только и останется ловить ее прекрасные полушария, падающие ко мне в руки. Девушки любят ушами — доказанный факт. А если им эти уши любит такой красавчик, как я, то вообще стопроцентное попадание в цель.

В общем, мы в сопровождении толпы быстро добрались до нужного места. Арена представляла из себя вытянутый прямоугольник метров сорок в длину и двадцать в ширину. Покрыта она была песком и была абсолютной голой. Нет, при желании на ней можно было вырастить полосу препятствий, но такого желания ни у меня, ни у персов не было. Мы хотели все закончить быстро, хотя и по разным причинам.

Дильнура хотела поставить на место зарвавшегося принца — это меня, а я же хотел побыстрей наказать хамку и продолжить общение с ханькой, с которой вроде что-то наклевывалось.

— Ваше Высочество, — тронул меня за руку кто-то. Обернувшись, я увидел, что рядом стоит парень, которой пытался остановить Потапова. Пржевальский, кажется. — Я барон Павел Евгеньевич Пржевальский. И если позволите, то я буду драться вместо вас.

— С чего это? — обалдел я.

— Вы наш господин, а мы ваши слуги. И как на нас будут смотреть, если мы позволим вам лично отстаивать нашу честь? Ведь конфликт произошел по нашей вине.

— Успокойся, Паша, все под контролем, — хлопнул я по плечу заметно нервничающего парня. — Но за предложение спасибо. Ладно, позже поговорим. Следи за ареной и ничему не удивляйся. А еще… Можешь мне немного завидовать, — ухмыльнувшись, я ступил на песок, которой скоро пропитается слезами. Надеюсь, не моими…

Глава 12

Глава 12

Императорский кабинет.

— Ну что, друзья мои… — император оглядел собравшихся мужчин, которым безгранично доверял. Все они были так или иначе связаны с Гордеевыми кровными узами, и уже много поколений их рода были нерушимой поддержкой трона. Демидовы, Лопухины, Ушаковы, Наумовы и Давыдовы — вот пять столпов, на которых держалась власть в стране. Демидовы — духовники и экономика, Лопухины — дипломатия, Ушаковы — Тайный приказ, Наумовы — армия, ну и Давыдов, чей род уже много лет занимал должность Великого канцлера, передавая ее по наследству.

— Сегодня я хочу вам рассказать о чуде, которое совсем недавно видел своими глазами. Но, как говорят, лучше один раз увидеть, поэтому смотрите внимательно, господа.

Тронув пальцем браслет, он вывел изображение из него на монитор, и все сидящие увидели завтрак семейства Гордеевых. Спокойный просмотр закончился на том месте, где Сергей — любимец отца — стал творить невероятные вещи с ложкой.

— Этого не может быть! — подскочил Лопухин.

— Может, — кинул на стол император ложку, которую недавно перекрутил его сын. Следом пошла измененная чашка. — Простите, заколку достать не получилось. Катя с ней не расстается. Как и цветок. Забрать что-то у Оли… ну, вы сами понимаете.

— Подожди, ты хочешь сказать, что в твоем сыне проснулась магия?!! Так не бывает. Что за фокусы?

— А камень, что с камнем⁈

— На него не действует. Эту чашку он изменил, когда я его активировал. Видели, как напряглись девочки? А он даже не заметил. Сидел себе, над чашкой изгалялся.

— Невероятно! — смахнул со лба внезапно выступивший пот Демидов. — Ты думаешь…

— Что в нем проснулась сила предка, -закончил император.

— Все равно не могу в это поверить, -заявил Ушаков.

— Ну, тебе по службе не положено верить. Но это правда. — улыбнулся Дмитрий.

— Надо все засекретить…

— Не думаю, — отозвался император. — Более того, я решил обнародовать этот факт.

— Но зачем?!! На Сергея и так покушались, а ту хочешь подвергнуть его жизнь еще большей опасности. Если узнают, что у нас появился первый в истории маг — мужчина, то знаешь, что начнется…

— Вот ты мне и скажи. Кратенько так обрисуй всю ситуацию.

— Скажи, скажи, — задумался тот. — Ну, предположим, мы всем расскажем. Что это нам даст, кроме сенсации? Начнем сверху — Сергей станет самым желаемым мужем в мире — хорошо. Из-за этого одни его могут попытаться похитить, другие соблазнить, ну, а третьи — те, у кого не получится ни первое, ни второе — убить, по типу, так не доставайся же ты никому. Дворяне воспримут это как знак, что Империя сильна не только магами-женщинами, но и мужчинами. Это поднимет престиж и не только. Ну, а простому народу будет радостно осознавать, что их будущий император — маг. А если подать это как возвращение магии к мужчинам, которое по преданиям началось и закончилось на вашем далеком предке, так это вообще замечательно.

— Сказки, — фыркнул канцлер.

— Которые легко превратить в быль, если правильно их рассказать.

— Именно, — довольно усмехнулся император. — Если мы дадим надежду другим государствам, что их дочери войдут в гарем сына, то они будут его защищать сильней, чем свою казну, и сами порвут любого, кто на него покусится. И помогут с поисками виновников недавнего покушения, если те еще не удрали из страны. А дети Сергея смогут претендовать на трон других стран, и постепенно мы всех их приберем к рукам.

— Я бы все же придержал это в тайне, -упрямо отозвался Демидов. — Иначе начнется такая грызня, что может прилететь по всем. Уверен, сразу найдутся фанатики, что начнут вещать о грядущем конце света и прочей ерунде. Из Сергея сделают демона, что пришел в мир, дабы развратить души и ввергнуть его в хаос.

— Нет. Сергею скоро поступать в академию. А пойдет он на боевой факультет и учиться ему предстоит с магинями. И нам надо обнародовать этот факт до его поступления. Тогда в империю хлынут сильнейшие представители правящих династий и не только они. А мы будем выбирать и обещать им… возможность. Только возможность получить себе ребенка от Сергея. Да за это мы получим столько агентов влияния по всему миру, что Тайный приказ будет знать о любых заграничных планах еще задолго до начала их осуществления!

— Хочешь сделать из сына бычка — осеменителя?

— Да ему это только в радость будет, -отмахнулся император. — Вон какими глазами смотрел на ханьку. Так бы и трахнул ее прямо там, если бы не приличия.

— А что, ханька хороша, — подкрутил длинный ус Давыдов. — был бы помоложе…

— Но-но, не по Сеньке шапка! Линь будет Гордеева — и точка. К тому же я ее отцу обещал… Ох, помню, как-то раз мы напились, а потом завалились в бордель для одаренных. Три дня его стен не покидали, прикончили все запасы алкоголя и еды, а под конец еще и мадам с двух сторон оприходовали. Вот та горячая штучка была, да…

Ладно, что-то мы отвлеклись. Итак, решено — сгоняем журналистов и прочую пишущую братию и устраиваем прямой эфир. Там сынок покажет, как мы умеем — и все, мы в дамках. Ну, по крайней мере, он точно. От дамок сразу отбоя не будет. А теперь о неприятном.

— К нам едет ревизор?

— Какой на хрен ревизор, Паша⁈

— Это новый спектакль в Императорском театре дают. Так и называется.

— А, ну пусть он туда и едет. Кстати, давно им пора устроить проверку. А то расходы что-то в последнее время на них сильно возросли. Но речь не об этом. Есть информация о покушении на сына?

— Мы работаем над этим, — напрягся Ушаков. — По предварительным данным, это дело рук ордена Проклятых.

— Это я и так знаю, — отмахнулся император. — И за это ты мне тоже ответишь. Почему у меня во дворце спокойно расхаживал убийца, а твоя служба ничего не заподозрила? Что по фактам?

— По фактам убийца пробрался на территорию вместе с поставщиками продуктов. Оказавшись внутри, пока они занимались выгрузкой, он — или она — незаметно убил служанку, спрятал тело, а после, приняв её облик, вместе с остальными слугами помогал накрывать на стол. Именно тогда, видимо, и был подсыпан яд.

Как ты сам помнишь, день рождения Сергея решили отпраздновать в кругу семьи после приема, народа было мало, вот и получилось все у них. Подозреваю, что отравили даже не вино — которого, кстати, не осталось ни капли, мы даже бутылку, из которой он пил, не нашли, — а именно его бокал. Ну, а после вместе с прислугой убийца отправился обратно. Охрана ничего не заподозрила — поставщики проверены годами, все документы были в порядке. Их теперь ищут, но подозреваю, что они уже покинули территорию империи.

К слову, поставками занимается род Алферовых. Так вот, после того, как отравитель покинул территорию дворца, приехали настоящие поставщики. Теперь проводим проверку.

— Дурдом, — взлохматил император волосы. — У нас дыра в охране размером с футбольное поле. Более глупого плана — и более действенного — я еще не видел. Володя, у тебя есть три дня, чтобы предоставить мне результаты работы. Иначе буду казнить и миловать. Возможно, только казнить. Из этого следует, что покушались именно на Сергея. Зачем?

— Ну, вот так если подумать, то первое что приходит в голову — это ослабление империи. Он единственный наследник, и других у тебя нет. Через пару лет твои дочери начнут выходить замуж, и их мужья тогда вполне смогут претендовать на Российский престол.

— Вероятно. А с учетом того, что у меня три дочери на выданье, то это может привести к грызне за власть и гражданской войне. Что ж, это возможно.

— Дим, надо усилить охрану Сергея. Проклятые не остановятся. Заказ не выполнен, значит, последуют еще попытки. Они не остановятся, пока не добьются своего.

— Вот ты этим и займись. Ты ж у нас отвечаешь за оборону, вот и дай отпор врагу. А то я решу, что мой Тайный приказ не справляется с работой, и его пора реформировать, как мне об этом постоянно кричат всякие зарвавшиеся дворянчики. Я этого не перенесу, а ты точно не переживешь. У нас охраной императорской семьи занимается целая куча дармоедов, а результатов нет. Во времена деда и за меньшее могли повесить, а тут я разговариваю, думаю, как не потерять облажавшегося друга. Три дня, Володя, три дня.

Так, а теперь решим, кто нам из будущих императриц предпочтительней.

— Персы? — сразу оживился Лопухин.

— Да с ними и так все ясно, -поморщился император. — Они уже давно Ольгу сватают за Гаруна. Не нравится мне этот хлыщ, но союз с ними необходим. Думаю еще. А вот дочка у сатрапа красавица и умница. Посмотрим.

— Пендосы? Ангелина весьма умная особа.

— Вот ее бы точно я не хотел. Иначе она своей демократией Сергею всю голову задурит. Но возможен и обратный эффект.

— Наглов, я так понимаю, ты вообще не рассматриваешь?

— Их точно нет. Впускать ядовитую змею в постель к сыну я точно не намерен.

— А что ты скажешь о дочери Лифляндского короля Августа? Герцогиня Хельга весьма умная особа, да и красотой многих за пояс заткнет.

— Что толку нам от брака с мелкими королями? — поморщился он.

— А вот не скажи. Женившись на Хельге, Сергей сразу получит титул герцога Пьярни, а это автоматически дает нам порты в Балтийском море. К тому же, таким жестом мы их возвысим над остальными. Эстонцы глупы и сразу задерут нос, получив наше покровительство, что не понравится остальным. Мы немного подуем на разгорающийся костер войны, а после поможем союзнику. Ручаюсь, через каких-нибудь полгода никакого союза прибалтийских государств не будет, а будет Балтийский пояс Российской империи. Вся Балтика будет наша, и оттуда уже мы будем диктовать правила торговли.

— Звучит, конечно, интересно, -задумался император. — Будем думать. Пусть наши агенты донесут до Августа нашу заинтересованность в браке. Но так, будто мы еще не решили и размышляем. Пусть начнет суетиться, а наши учения на границе подтолкнут его к правильному выбору. Хорошо бы, чтобы он узнал о такой же нашей заинтересованности и в отношении других его союзничков. А то эти будут тормозить до ишачьей пасхи.

— Сделаем, — кивнул Ушаков, делая пометку в блокноте. Цифровым носителям он принципиально не доверял, предпочитая все писать на бумаге. Это вызывало многочисленную иронию в правящих кругах, но зато из его ведомства за много лет не было утечек информации. Да, нужную бумагу тоже можно украсть, но сделать это сложней, чем взломать сеть.

— Значит, решено. А теперь поговорим о текущих делах, да вернемся в зал. Не хотелось бы оставлять наших гостей надолго…

Где-то…

— Твои люди облажались!!! — брызгая слюной от ярости, орал мужчина. — Скажи мне, как, КАК он мог остаться в живых после яда пустынного скорпиона⁈ От него нет противоядия, его невозможно заметить до активации! Ты знаешь, в какую сумму он мне обошелся? Тайный приказ уже стоит на ушах и трясут всех. Если они выйдут на поставщика…

— Не выйдут, — меланхолично отозвалась девушка, сидящая напротив. Длинные волосы заплетенные в косу, темное платье, обтягивающее её стройное тело, как перчатка, высокая грудь — всё в ней притягивало взгляд, но её собеседник не обращал на это никакого внимания. В руке она держала бокал с игристым вином и наблюдала за пузырьками, что кружились в нем. Казалось, ей ни до чего не было дела, но ее глаза все время держали на прицеле разошедшегося мужчину. — Его тела даже не найдут, как и исполнителей. Не стоит так переживать. Не получилось сейчас отправить его в Навь, получится позже. Мы же не отказываемся от заказа, просто сроки исполнения чуть сдвинулись.

— СДВИНУЛИСЬ?!!! — заорал тот. — Мне его смерть нужна была сейчас, а не когда-то потом! Ты не понимаешь, чем я рискую и что поставлено на карту⁈ Я уже сожалею, что связался с вами. Орден Проклятых с тех пор, как ты пришла в нем к власти, стал совсем не тот, что был прежде.

— Поосторожней со словами! — водяная плеть обхватила шею мужчины и подняла его над полом. Посмотрев пару секунд на его выпученные глаза, она убрала магию, и тот плюхнулся на задницу. — Сказала, сделаем — значит, сделаем. Но сначала надо разобраться, почему яд не подействовал и кто ему ворожит. Явно не эта бездарность Лопухина.

— И как ты это собралась сделать? -мужчина встал и кинул полный ненависти взгляд на девушку. Но ее это совершенно не тронуло. — Его теперь будут охранять сильней, чем казну императора.

— Есть способы, о которых тебе знать не обязательно. Но это, возможно, потребует дополнительных затрат.

— Да куда уж больше! — опять завопил он. — Я и так вам заплатил сумму, на которую можно было купить титул графа вместе с землями. Деньги ушли, а задание вы не выполнили!!!

— Хочешь сказать, что мы тебя обманули? — нахмурилась она. — Нужно ли напоминать тебе, что именно ты настаивал на этом способе убийства, хотя мы предлагали свои варианты? И именно ты передал нам яд. Может, он был просрочен или это была вообще подделка, и тебя обманули. Мы свою работу выполнили, принц выпил отраву, а то, что он не умер — не наше дело. Так что или плати, или проваливай. Но раз уж в этом есть и доля нашей вины, то мы тебе сделаем скидку, скажем, в пятьдесят процентов. Более чем щедрое предложение. Но если ты согласишься, то в этот раз мы все сделаем сами, своим способом. А теперь уходи. Мой счет ты знаешь. Если в течении недели деньги не поступят, я буду считать наш контракт выполненным.

— Но… — попытался что-то он возразить, но отшатнулся от стены пламени, что выросла перед ним. С одаренной в ранге князь шутить не стоило. Злобно выругавшись, мужчина выскочил за дверь, оставив девушку размышлять над случившимся.

А подумать было над чем. Провала не должно было быть, хотя бы потому, что они заменили предоставленный этим напыщенным индюком яд на свой, предназначенный как раз для таких случаев. Так что ошибки не было — принц должен был быть мертв уже более суток назад. Но этого не произошло. Подобное могло сильно ударить по их репутации и снизить количество заказов, что приведет к волнениям в ордене. И это тогда, когда она только что закончила расправляться с теми, кому не понравился ее слишком быстрый взлет. Возможно, она несколько поторопилась, вызвав на бой предыдущую главу, может, стоило сначала завербовать больше сторонников, но времени на это не оставалось.

До нее все чаще доходили слухи, что ее хотят убить, опасаясь серьезно выросшей силы, поэтому ей и пришлось действовать быстро, надеясь на фактор неожиданности. И теперь, если слухи о её провале дойдут до старейшин, опять поднимут голову недруги, пойдет шепот, а там и до бунта не далеко.

Она не считала себя бессмертной и понимала, если захотят, то ее быстро отправят в Навь. Власть в ордене держалась на двух китах — страхе и силе. И если дать усомниться хоть в одном из них, то можно забыть не то что о смерти, а даже о хорошем посмертии. Малефики ордена не дадут ей так просто умереть. Видела она их лаборатории, от которых до сих пор идут мурашки по коже.

Так что, несмотря на свои слова про ожидание, она в самое ближайшее время собиралась лично заняться цесаревичем Сергеем. Подобраться к мужчине молодой и красивой девушке не составит труда. А там дело техники и магии. Правда, его охрану, конечно же, усилят, но это не проблема.

К тому же, по ее сведениям, он собирался учиться в академии, в которой у нее были свои связи и должники.А пока надо собрать о нем больше информации.

Но что-то тревожило душу одной из лучших убийц в мире. И даже себе она не хотела признаваться, что это был банальный страх. Чего? Она не понимала и не хотела понимать. В этом она разберется позже, а пока за дело…

Глава ордена Проклятых

Глава 13

Глава 13

Арена Жар Птицы

— Обещаю, что не буду тебя бить слишком больно, — персиянка… Нет, это слишком длинно, буду называть ее Персик — такая же сочная и сладкая, — была настроена решительно и сексуально.

— О нет, — взмолился я, — бей меня сильно, унижай, заставь меня есть пыль под твоими ногами! Или там было про целовать? Неважно… Госпожа, сделай меня своим рабом!!!

— Ты сейчас серьезно? — опешила она.

— Нет, конечно. Это я прикалываюсь. Ты такая хмурая, что мне тебя жалко стало.

— Себя лучше пожалей, — скривила она губы. — Жаль наказывать такого самца, но ты не оставил мне выбора.

— Самец — это твой брат, и то сомневаюсь. Яйца-то из вас двоих достались, похоже, тебе. А я мужик — хочешь, покажу?

— Что? — еще больше охренела она. Потом невольно бросила взгляд вниз, в район моего паха, стремительно покраснела, потом побелела, потом еще раз сменила цвет. Прям хамелеон какой-то, ей богу.

— А зеленой стать можешь?

— Да я… Да ты…! Извращенец!!!

— Начали, — послышался голос Ольги, и Персик рванула ко мне, окутав кулаки огнем. Ну, а я рванул от нее. Мы ж в салочки играем или как? А пока бежал, на ходу слушая, какой я подлый трус и почему не стою на месте, покорно принимая наказание, я стал действовать в несвойственной мне манере, используя гениальный тактический ход, выдавая наступление за отступление.

Красотка уже давно окрасилась красным в интимных местах, вот я и решал, с какого начать. Хотелось со всех и сразу, но тут остро вставал политический вопрос. Нет, не тот, что в штанах — это вопрос, скорей, физический, и он у меня давно был поставлен на повестку дня и ночи. А именно сейчас надо было решать — унизить ее прямо так, чтобы вспоминать было стыдно, заодно пополнив коллекцию фоток в папке «Запретное», или сделать, так сказать, лайт-версию, чтобы и девка осталась удовлетворенной, и зрители, особенно мужская часть. А как ее удовлетворить на расстоянии? Секс по телефону мне всегда претил, разговаривать эротично — так из-за шума она ничего не услышит. К тому же, и сама пыхтит как обожравшийся травы кролик, заглушая все прочие звуки. Явно дамочка не дружит с физическими нагрузками. Может, дать ей потом пару уроков, когда останемся наедине? Могу даже бесплатно, потому как я истинный гусар, а они деньги с дам не берут. А с тех, кто не дам, берут, потому как гордые и доверчивые.

В общем, пока я размышлял о прекрасном, предаваясь фантазиям, Персик совершила рывок, прямо как моя маман в дни распродажи в магазине. При этом она так же снесла меня, как она того бедного продавца. Правда, я-то выжил и отделался лишь опаленной одеждой, а тот продавец, помню, руку сломал, ударившись об прилавок.

Качусь я, значит, по песку, сожалея, что не вместе с ней. А что, партер наше все — и за грудь можно подержать, и за попку. В пылу борьбы и войдя в кураж, так сказать. Но не судьба. Меня предпочитали бить исключительно ногами, демонстрируя растяжку и голубенькие трусики.

Пока она размахивала ногами, я успел поставить ей лайк и сделать пару фоток. Ну а после, убедившись, что коллекция достаточно пополнилась фотками ее нижнего белья, просто сорвал с нее эту интимную деталь.

Произошло это как раз в момент замаха, удар не прошел, опорная нога подвернулась, и дамочка рухнула на землю, подняв кучу пыли. Ее нижнее белье спустилось вниз, плотно обхватив ноги, пока я, откатившись на пару метров, изображал шок и страх. Не, ну не ржать же мне было, еще обидится, болезная.

В общем, Персик, не разобравшись в ситуации, резко вскочила и опять рухнула. Ноги-то связаны. Правда, я тут же ослабил хватку, чтобы девушка не ушиблась. Вот такой я добрый, ага.

Опять вскакивает — ты смотри, какая резвая. Прям огонь девка! Срывает с себя трусы, причем весьма эротично выгибаясь. А я не железный и мысли у меня пошлые. А тут еще эта сбивает с настроя. Но залипать мне на ее попку долго она не дала, тут же я почувствовал, как земля под ногами задрожала. И только быстрая реакция спасла меня от участи быть расплавленным в лавовой луже. Мой зад судорожно сжался почуяв, что запахло жаренным извращением. А я этого не люблю, потому как придерживаюсь традиционных ценностей.

Покушения на мое седалище я не стерпел и тупо порвал ей платье в районе сисек, замаскировав это под хитрый захват. Платье порвалось, но в процессе я получил локтем по морде. Удивленно ойкнув от такой вселенской несправедливости, рухнул на землю. А сверху на меня обрушилась тонна, как мне показалось, живого веса, причем почему-то кричащего на мелодичном, но непонятном языке.

Сообразив, что это не тонна, а всего лишь Персик, которая выучила приемы реслинга и коварно применила их на мне, я извернулся и использовал запрещенную технику буддийских монахов — шлепок по голой заднице при чтении брахм, драхм и трахм. Они точно усилили удар, потому что шлепок разнесся по всей арене, как и встревоженный «ой» со стороны Персика, как и восторженный рев с трибун.

Переворачиваю ее на спину и оказываюсь в пикантной позе между ее ног, своими руками фиксируя ее. Она тяжело дышит, а если учесть, что белья на ней нет, и она вообще практически голая, то это прямо контент для взрослых намечается.

— Сдавайся, а то укушу, — прошептал я свою самую страшную угрозу.

— Персы не сдаются, — попыталась взбрыкнуть она, но почувствовав мое напряжение между своих ног, постаралась вжаться в землю еще сильней.

— Укушу ведь. Я полностью владею этим древним искусством тибетских монахов.

— Неть, — гордо отвернула она голову, предпочитая умереть, но не сдаться.

И что делать? Я русский и готов идти до конца. Но слишком много зрителей, еще советами замучают. Но и отпускать врага так просто нельзя. Стоп, озарило меня. Она ХОЧЕТ, чтобы я ее укусил?!!

— Тогда не укушу, — гордо заявляю я, тоже отворачиваясь.

— Это еще почему? — тут же поворачивает она свою голову.

— Я гордый и не кусаю поверженного противника. Ну, по крайней мере, на людях. А вот если наедине и сильно попросишь…

— А знаешь что? — приближает она ко мне свое личико.

— Что? — тихо шепчу я.

— Тебе хана! — ее улыбка и удар по яйцам происходят одновременно.

Качусь по песку в надежде, что Верочка сможет мне там все восстановить, а эта, сверкая голой задницей и симпатичным лифчиком, которой я не успел снять, идет ко мне, явно намереваясь добить.

Ну уж нет. Помереть лежа мне совесть не позволит. Встаю, гордо откинув голову и готовясь принять смерть страшную и лютую. Но перед этим — щелчок пальцами, ее лифчик падает вниз, и восхищенный вздох разносится по арене.

Все, теперь можно умереть спокойно. Дамочка ускоряется и начинается банальный махач без магии. Кулаки и ноги так и мельтешат перед глазами. Ныряю в раж, минуя стан, потому как еще немного и начну отхватывать. Голые сиськи так и мелькают перед глазами, а уж когда она задирает ноги… И как тут сражаться, спрошу я вас?!!

Удар, еще один, подсечка. Оба падаем и оказываемся рядом с остатками ее платья. Повинуясь мне, они сразу опутывают дамочку, заключая ее в кокон, оставляя на поверхности лишь разъяренное лицо. Смотрю на нее в раздумье. Ну а после, решив, что наказать за наглость вроде как надо, подхватываю, кладу себе на колени. Кокон послушно освобождает ее зад, и я начинаю по нему шлепать, получая удовольствие от упругости округлостей под моей ладонью. Десять звонких шлепков под непрерывный поток мата и угроз пролетают за миг, и я с сожалением опускаю ее на землю. Черт, я теперь руку неделю мыть не буду.

— Есть еще сомнения в том, кто победил?

Сомнений ни у кого нет — Персик лежит передо мной, буквально ткнувшись личиком в мои ноги. Со стороны кажется, что она мне их вообще целует.

Щелчок пальцами, и кокон распадается. Ко мне сразу бежит Ольга и крепко обнимает. Потом Катя, Лиза и даже Линь. Причем последняя та-а-а-ак прижалась, что я едва оргазм не словил.

К Персику тоже подбежал ее брат и накинул на нее пиджак. В мою сторону он старательно гневно сверкал глазами, но ничего не говорил. А я бы пообщался, поэтому тоже сверкал, обнимая при этом Линь.

— Все это замечательно, — раздался голос столпа демократии. — Но кто-нибудь потрудится мне объяснить то, что я видела? Если мои глаза мне не врут, то Его Высочество пользовался магией. А насколько я знаю, мужчины этого делать не могут. Значит, ему кто-то помогал. Но барьер не пропускает вмешательств извне, я это проверила сама лично. Поэтому я требую объяснений.

— В своей стране можешь что-то требовать, а тут лишь просить, — тут же взвилась Ольга. — Пиндосы совсем страх потеряли, что позволяют себе подобные высказывания! Я не столь добра, как мой брат, и если вызову на дуэль, никого щадить не буду!

— Было бы кого бояться, — скривила губы Ангелина, но спорить дальше не стала, лишь ее взгляд прилип ко мне и уже не отпускал.

— Ваше Высочество, мы вас любим!!! —послышался крик с трибун. Посмотрев на них, я увидел, что мне усиленно махали те девчонки, что до того едва не подрались. Причем махали они мне по-моему трусиками. Я им тоже помахал. Нет, не трусами, а просто рукой, потому как снимать их было долго, да и народу много.

— Ваше Высочество, мы приносим вам свои извинения, — подошла к нам Дильнура, держа за руку нервно дергающегося Гаруна. По моему, он совсем не извинялся, но Персику на это было глубоко плевать. К сожалению, она уже была одета — и когда только успела и где взяла вещи? — но у меня было в архиве достаточно пикантных фоток. Так что будет что посмотреть тоскливыми вечерами, проведенными в одиночестве.

— Мы принимаем ваши извинения, -опередила меня Ольга, поняв по тому, как я набрал в рот воздуха, что я сейчас спою, при этом фальшивя и портя всю политику. А чего, я могу… Помню, как-то давно пел я в душе, а на меня потолок рухнул. Тогда я и осознал всю силу искусства. Правда, потом оказалось, что виноват в этом не мой вокал, а мой сосед сверху, что делал ремонт, но это уже детали.

— Предупреждаю сразу — все записи увиденного вами на арене придется уничтожить. Если наружу просочится хоть слово, то подвалы Тайного приказа покажутся вам Ирием. Перед выходом вы пройдете проверку у жандармов третьего отделения. Это же касается и наших иностранных гостей.

— Ты не можешь нам приказывать, — тут же как змея зашипел Гарун. — Сегодня же отец получит запись и узнает, что этот, — он презрительно посмотрел на меня, — стал магом.

— В таком случае я буду расценивать это как вмешательство в дела Российской империи. Разрыв дипломатических отношений, закрытие границ и война. Всего доброго. Люди из посольского приказа проводят вас в гостиницу, а потом доставят на дирижабль. Дальнейшее ваше пребывание на территории Российской империи нежелательно.

— Подожди, Оль, — вмешалась Персик. — Ты пойми, мы не можем не рассказать. Это же невероятно!!! Да такого в принципе не может быть.

— Значит, мои глаза меня не обманули, — заявила Ангелина, приближаясь. — Ты действительно маг. Только какой-то странный.

— И что? — тут же влезла Катюха. — У вас и такого нет. Да вообще, ни у кого нет, а у нас есть. Умойтесь слезами горя и отчаяния, дамочки. Братик самый крутой в мире!!! И вообще, хватит щупать Линь за попку, а то от ее лица уже можно прикуривать, — стукнула она меня по руке, которая ненароком сместилась ниже талии все еще обнимающей меня ханьки. Я не нарочно, честное слово. Оно само как-то, да и она вроде не возражала.

— Так, все остаются на своих местах, мне нужно поговорить с отцом, — заявила Ольга и отошла в сторону.

Ну, а мы так и остались стоять, сверля друг друга взглядами. Катя носилась вокруг нас, периодически показывая язык на все стороны света. Линь тяжело дышала и на ее лице сменялась гамма эмоций. Чего это она? Не заболела ли случайно? Или так вдохновилась моей нереальной крутизной, что прикидывает цену за номер для новобрачных?

Персы и Пиндосы просчитывали варианты, как бы меня прижать, расспросить и поиметь. Я про выгоду, если что. Хотя, Ангелина тоже очень ничего. Прям в моем вкусе.

Ну а трибуны шумели, обсуждая бой и строя предположения от «что теперь будет» до «кто станет моей первой женой, и есть ли у некоторых шансы стать хотя бы моими наложницами».

Окинув взглядом меню и предлагаемый ассортимент, я решил, что шансы есть у всех. Особенно у стоящих рядом, но я торопиться не буду. Чем желанней приз, тем сильней за него будет битва. А я люблю, когда за меня девушки борются. Желательно при этом срывая с себя одежду и громко крича от страсти.

— Всем спасибо, все свободны, — сказала подошедшая Ольга. — Можете делать что хотите. Но если это ваше «что хотите» нам не понравится, то путь в империю для вас будет закрыт. А мы возвращаемся во дворец.

Кивнув всем, особенно девушкам, что сидели на трибунах, мы потянулись к выходу. Линь, несмотря на ее громкие протесты, сразу забрали ханьские дипломаты, а мы, загрузившись в машины, грозно сверкающие мигалками, понеслись домой.

— Оль, а что сказал отец? -поинтересовалась Лиза.

— Тебе культурную версию или оригинальную?

— Культурную, тут ребенок.

— Ну-у-у, тогда он ничего не сказал. А если кратко — да плевать, так даже лучше будет. Кстати, брат, а что у тебя за магия такая, я не пойму? Ты что, можешь только на предметы воздействовать?

— Пока не понял, — вздохнул я, поглаживая по голове задремавшую Катю. — Но точно знаю, что могу немного себя лечить, ну и да, управлять вещами. Только рукотворными. Или нет, пока не понял. Но кидать огонь там или воздух точно не могу. Я бы назвал свою магию предметной.

— Вот завтра утром и проверим, что ты можешь. Сразу после завтрака пойдем на арену. Если информация о тебе разлетится, хотя, не если, а когда, ты должен научиться ставить защиту. Телом ты владеешь хорошо, а вот насчет всего остального надо разбираться. Мне вообще показалось, что ты чуть не проиграл, когда лишил Дильнуру одежды.

— Было такое, — нехотя согласился я. — Она сильная.

— Значит, будем думать, как решить эту проблему.

Ух ты, это Оленька со мной голой, что ли, будет драться?!! Мильен лайков и подписка на канал 18+! Хотя, я ж не о драке буду думать, а о… Так, фу из головы пошлые мысли! Она твоя сестра — и точка.

— А кстати, я не понял, почему это персы так быстро переобулись и подошли извиняться?

— Дильнура кто угодно, но не дура, и за секунду прокачала ситуацию. Маг-мужчина — это находка, и ссориться с тобой или с нами теперь точно нельзя. Вот и наступили на собственную гордость.

— Ага, Гарун, так в особенности. Так наступил, что визжал от боли.

— Гарун хороший парень. Просто избалованный. Не знаю, как я с ним жить буду.

— В смысле — жить⁈ — взвился я, потревожив Катю.

— Ну, вообще-то его мне в женихи пророчат, — улыбнулась сестра.

— Этого напыщенного индюка?!! Только через мой труп!!!

— Тогда найди мне сам самого достойного по твоему мнению.

— Думаешь, не смогу?!! Еще как смогу! Но не сейчас. Пока я не готов с тобой расставаться.

— Какой ты милый, — опять улыбнулась она и поцеловала меня в щеку. — Братик ревнует сестренку к другому —напоминает сюжет нипонской манги.

— Главное, чтобы не хентая, — буркнула Лиза, отчаянно нам завидуя.

— Ты пошлая, — ткнул я в нее пальцем. Но в этот момент машину качнуло, и мой палец попал ей под ребро, отчего она взвизгнула и огрела меня сумочкой по голове.

— И злая, — закончил я, потирая лоб. — Не буду искать тебе жениха.

Та в ответ показала мне язык и сделала вид, что обиделась.

— Не переживай, до этого момента есть еще несколько лет. Гордеевы не выходят замуж раньше двадцати пяти лет, чтобы не отрываться от камня, которой дает ускоренное развитие магии.

— Но если ты выйдешь замуж за него, то уедешь?!!

— Как знать, — загадочно улыбнулась Ольга, явно поддразнивая меня. И тоже получила палец ярости под рёбра.

Вот так весело и бесполезно мы провели остаток дороги. И когда наконец перед нами засверкали огни дворца, я уже зевал и хотел баиньки. Что ж, день прошел неплохо. Посмотрим, что будет завтра…

Глава 14

Глава 14

Как бы ни клонило меня в сон, с этим пришлось повременить. Не успели мы добраться до жилых покоев, как к нам тут же подскочил мужик с усами, как у кавалерийского генерала, и отрапортовал, что наш венценосный папа желает нас видеть. А точней, меня и Олю. Лиза, махнув нам рукой, потащила сонную Катю в её комнату, а мы направились по известному уже маршруту в сторону батиного кабинета.

Сестра была напряжена, а я тоже изображал напряжение, при этом отчаянно зевая и мечтая о теплой постельке и мягкой игрушке с большими сиськами в ней. Верочкины бы точно подошли, но и у Мариночки не хуже… Замечтавшись, я едва не врезался в гвардейку, которая бдила и охраняла вход в императорский кабинет. Посмотрев ей в глаза и на то, что ниже, я пожалел, что не врезался, и зашел внутрь.

— Дети мои, — начал отец с такой улыбкой на лице, что мы дружно вздрогнули и начали пятиться назад. Я, так вообще прижался к двери спиной и отчаянно пытался ее открыть, забыв, что открывается она внутрь.

— Если что, это я виноват, — пискнул героически я, пытаясь защитить сестру.

— Не слушай его, отец. Это я разрешила эту дуэль, — в ответ на мой героизм сестра ответила своим в квадрате. Обожаю ее, но я ж гордый и не приму защиту от девушки.

— Нет, это ее не слушай. Если бы не мой язык…

— Если бы я вовремя вмешалась…

— Если бы я не применил магию…

— Если бы я стерла у всех записи…

— Смотрю на вас и нарадоваться не могу, — пустил он скупую слезу. — Какая самоотверженность, какие крепкая семейная любовь! Поэтому, чтобы ваш благородный порыв не пропал даром, то отхватите оба.

— Я готова принять любое наказание, отец, — сделала она шаг вперед.

— А я не готов. Но ради Оли готов на все.

— Я самый счастливый отец, — обнял он нас. — Но сейчас не до сантиментов.

Его тяжелый кулак врезался мне в лицо, а после с разворота пробил в живот Оле. Влетели в стену мы почти одновременно и так же вместе сползли по ней.

— Вы хоть понимаете, что натворили⁈ По глазам вашим блудливым вижу, что понимаете. Теперь нам надо ускорить события и объявить об этом на весь мир. Хотел я сделать это чуть позже, но не судьба.

— Ты думаешь, что об этом сразу все станут трубить? Да кто им поверит. А записи назовут фальшивкой, — проговорила Ольга, поднимаясь. Полученный удар ее, казалось, совершенно не беспокоил. А вот у меня опять рожа в крови — и это тоже не вызывает беспокойства. Привыкаю, что ли?

— Неважно, поверят или нет, но слухи поползут. А раз не можешь остановить — возглавь. Завтра, нет, послезавтра соберем пресс-конференцию и там порвешь пару платьев у симпатичных журналисток. За них им заплатят, так что не переживай. Я так понимаю, что больше ты ничего не светил, кроме этого?

— Нет вроде, — ответил я, старательно вспоминая бой.

— Вот и хорошо. Но этого мало. Надо сразу показать твою силу, смысла и происхождения которой мы не понимаем.

— Я разберусь, отец, — заявила сестра. — Завтра вот все и выясню. Мы уже договорились с Сергеем о совместной тренировке.

— Отлично, — кивнул он. Но я еще попрошу Аню поприсутствовать. Все-таки она сильней всех и может что-то подсказать. А теперь расскажите мне в подробностях, что у вас там произошло.

Через полчаса отец задумчивым взглядом буравил стенку, словно надеясь прожечь в ней дыру. Мы же сидели по стойке смирно, ожидая его вердикта.

— Потапов, значит, говоришь. Ладно, проверим, а не засланный ли казачок. Все остальное идет по плану. Сын, тебе совет — держись подальше от пиндосски. У них мозги повернуты в другую сторону, а вместо сердца калькулятор. С Дильнурой мы разберемся и всё решим.

— А что с Гаруном? — влез я. — Мне тут птичка напела, что он будущий жених Оли.

— Возможно. А что тебе не нравится? Породниться с династией Фатлахов не зазорно.

— Он тупой идиот, без яиц в штанах. Такой муж ей точно не нужен!!!

— А какой нужен? — усмехнулся он.

— Такой… такой… Ну вот похожий на меня. Чтоб сильный был и любил ее. Чтоб за одну её слезинку мог мир перевернуть, а за улыбку луну с неба достать.

— Такого как ты, увы, больше нет, -вздохнула сестра. — Жаль, что ты мой брат.

Повторно мы уже вздохнули синхронно. Отца явно забавляла эта ситуация, но он молча смотрел на нас. Потом махнул рукой:

— Ладно, дети, можете отдыхать. А к вопросу твоего замужества, дочь, мы еще вернемся. Слово наследника престола весомо, так что обещаю, не согласовав это с вами, я не буду принимать решение о твоей свадьбе.

Поклонившись, мы вышли из его кабинета.

— Ну что, до завтра? — спросил я сестру, остановившись возле ее комнаты.

— Ага, — рассеянно ответила она. — И Сереж, спасибо тебе.

— За что? — удивился я.

— За то, что ты есть, — улыбнулась она и поцеловала меня в щеку. — До завтра, братик.

— До завтра, сестренка, — шепнул я уже закрывшейся двери. Так, это что вообще происходит? Какого черта я так себя веду? Какого черта она себя так ведет⁈ Что с этой семейкой не так?!! Напоминает сюжет дешевой манги. Ладно, как сказала Лиза, хорошо, что не хентай.

До своих покоев я дотащился только на морально-волевых. Но стоило мне открыть дверь, как я увидел стоящую напротив меня Марину.

— Ваше Высочество, — поклонилась она. — Я пришла помочь вам раздеться.

— Это ты вовремя, — сон сразу улетел, ехидно помахав мне на прощание рукой. — Мое Высочество желает не просто раздеться, но еще и раздеть тебя. А еще чтобы ты легла рядом, потому что он боится спать один.

— Как прикажете. И раз вы еще не спите я сначала сделаю вам восстанавливающий массаж, что бы тело расслабилось, а потом начну исцелять. Я умею запускать регенерацию — сказала девушка, а я промолчал, ожидая приятных действий, которые она начнет делать. До сих пор если мне и делали массаж, то это были либо мужчины, либо находящиеся в возрасте женщины.

Шёлковая простыня опустилась ниже, а на спину опустились руки девушки. Смоченные массажным маслом они начали размазывать его по спине. После нескольких движений, мне начали медленно разминать мышцы сверху вниз. Медленно и нежно, было очень приятно. Легкими импульсами в разные точки она проходила по всей спине оставляя расслабленность всем мышцам. После чего настал черед легких прикосновений в тех местах где были синяки. Батя бил хоть и аккуратно, но больно. С легкими покалываниями в тех местах, но я чувствовал, что процесс идет, ушибленные мышцы расслабляются.

Потом пришел черед рук. Все также кожа была смазана маслом. А потом, нежно, но в тоже время сильно проходилась каждая мышца. Все было хорошо, пока она массажировала левую руку. С правой рукой вышла небольшая накладочка. Именно в ту сторону смотрела моя голова. Девушка все так же села на одно колено, отставив бедро в сторону. Именно тогда я увидел полностью расставленные ноги. В темноте это выглядело еще более эротично чем днем. Можно было бы закрыть глаза, но я не мог себя заставить.

Именно поэтому я смотрел и не мог отвести взгляд. Я контролировал себя с трудом, чтобы не убрать ее руки и начать трогать ее самостоятельно. Только вот работа с руками закончилась, и девушка перешла на ноги. Все те же движения, вот только мне очень хотелось, чтобы она массажировала побольше, именно на внутренней стороне бедра. Однако я изменил свои мысли, когда начался массаж стоп. Уверенные нажимы пальцами, и я понял, как меня все-таки уносит в блаженство и заставляет перейти в дрему.

— Ваше Высочество, нужно перевернуться, — шепчет мне женский голос на ушко.

Переворот не заставляет себя долго ждать и массаж стопы продолжается вновь. Прорабатывается каждый пальчик, прорабатывается каждая точка. Сознание особо отмечает, что спина уже не болит и это очень хорошо.

Следующий этап массажа. Состоит в том, что мои бедра и икры прорабатываются еще раз только сверху. Удивительное чувство, такого у меня еще не было. Ноги становятся словно воздушные. Потом наступает черед ранок на голове. И только после этого, грудного отдела. В отличии от синяка на груди ни одна ранка, ни другая не чесались. Это меня немного вытащило из ощущения нирваны. Вот только несколько касательных движений по телу и массаж живота, а точнее его поглаживание не занимает много времени. Я в это время смотрю, на Марину. Она все также сидит на одном колене, волосы собраны в компактный пучек, на затылке что бы не мешаться. Полы халата, что она надела перед этим немного распались, и я могу видеть часть ее груди и небольшой сосок. В трусах уже мокро, организм не смог сдержаться от ее ласк. И я с грустью понимаю, что все скоро закончится. Только вот в отличии от начала мне немного легче себя контролировать.

Казалось конец, но девушка начала, гладить низ живота и едва-едва стала приподнимать край моих боксеров. Один раз, второй, третий и вот уже ее ладошка оказывается под тканью, еще не далеко, но мне хватает и того, что бы член самостоятельно дернулся и избавил организм от небольшой порции семени. Однако ее это не смутило. Она наклонилась и стала целовать низ живота и постепенно пробираться к члену пока наконец не взяла его своей маленькой ладошкой и не начала гладить и целовать все ближе к нему. Мне стало трудно дышать. Каким-то быстрым движением, с меня слетели боксеры и девушка взяла в рот мой член.

Мне было хорошо видно, как ее алая полоска губ опускается вверх и вниз несколько раз. Если и было что-то волшебней этого чувства, то я его не испытывал. Стало трудно сдерживаться, стопы словно загорелись от какого-то внутреннего тепла по телу прошла тысяча мурашек и из горла прозвучал какой-то стон. Я не мог остановиться и не смотреть. Девушка опустилась в самый низ и стала подниматься, облизывая член словно сладкую конфету, после чего обняла головку губами словно конфету. Этого мое тело не выдержало. Это было максимальное напряжение. Я стал дергаться, а мой член извергать семя. Я уже не смотрел, опустившись на подушку, но чувствовал, что мой член все еще находится у нее во рту и она все также, но уже мягче опускается то вверх, то вниз.

Стало немного больно, совсем чуть-чуть, но зато у меня появилась возможность дышать. И я был счастлив.

«Наконец-то, наконец-то это случилось.» — подумал я. Счастливо улыбаясь в потолок. Член немного стал меньше. Служанка все также сидела около меня, когда вдруг начала развязывать поясок халата и бросила его сзади себя.

Я увидел, то что так давно скрывалось под одеждой. Красивую грудь с торчащими вперед сосками и ровный животик, что был бы украшением для любой женщины.

Она налила с баночки себе на руки масло и начала втирать его в ту область, что пряталась под боксерами. Их она тоже отодвинула в сторону. Мое тело на это никак не отреагировало, но вот тепло и буквально на секунду засветившиеся руки заставили получить меня ни с чем не сравнимое удовольствие.

Потом девушка раздвинула мои ноги и села посередине их. А приблизившись почти в плотную к лицу стала целовать мою грудь, потом шею, потом опять грудь и спускаться ниже. В это время низ ее живота крутился на одном месте заставляя мой орган вставать и наполняться силой.

Пока наконец-то не дошла и до него. Легкие покусывания и поцелуи достаточно меня возбудили, что бы я опять испытывал небывалую крепость. Девушка раздвинула ноги и упершись в грудь руками села на мой член. Я почувствовал, какая она теплая и мокрая.

— Ооо, — простонала девушка, откинув голову, а я понял, что моя головка, чего-то касается внутри нее. Сквозь силу выдохнув девушка стала медленно подниматься и опускаться вверх и вниз. И мое тело само подстраиваясь под нее начало движения в такт девушки. Она застонала еще громче и стала опускаться еще ниже на локти. Да так, что у меня перед глазами оказались ее соски, которые я неожиданно для нее взял губами и лизнул.

— Ооох, — девушка застонала еще громче. И я принял это за положительный знак, продолжил более смело.

— Да милый господин! Да Ваше Высочество! — стонала девушка. А я не мог сосредоточиться. Тепло поднималось еще больше, а я понимал, что уже не могу себя контролировать. Откинулся на спину, а девушка словно с каким-то неистовством прыгала вверх-вниз и стала кричать еще больше. Я понял, что уже все и с ревом дикого зверя разрядился в нее. Девушка, упала на меня и так лежала несколько минут.

— Господин вы лучший, — сказала, девушка и чмокнула меня в щеку. — Такого у меня еще никогда не было…После этих слов девушка слезла вниз и слизала семя с живота и потом еще несколько раз облизала член, чтобы не оставить ни капли.

Только после этого поднялась на ноги и подобрав халат пошла прочь. Я провожал ее взглядом. До самой двери.

— Спокойной ночи, Ваше Высочество, — сказала девушка перед закрыванием двери.

— Спокойной, — ответил я. Хотя она вряд ли уже слышала это и уже сам себе чувствуя, как на меня накатывает дрема: — Это было супер!…

Утром меня разбудил будильник, ревущий, как медведь, которому прищемили яйца. Злобно ткнув в него пальцем, я его расплющил и счастливо потянулся.

В комнате я был один, но подушка еще хранила запах Марины. Состояние было отличным, тело требовало завтрака и хорошей разминки. А возможно, еще повторения ночных процедур. Да и вечерние мне тоже понравились. Персик была хороша. Надо будет ее фотки посмотреть и полайкать их перед сном.

— Ты уже проснулся? — пришло мне сообщение от Кати.

— Ага, — ответил я.

— Тогда я иду к тебе.

И не успел я ответить, как мелкая уже распахнула дверь и с довольной моськой прыгнула на кровать. Она за дверью, что ли, стояла⁈

— С кем блудил? — спросила она, втянув носом воздух.

— На такие вопросы истинный джентльмен должен лишь многозначительно молчать.

— А ты не джентльмен, а мой брат, и поэтому должен мне все рассказывать.

— Не помню, чтобы я у тебя брал в долг.

— Это потому, что ты память потерял. Колись, а то защекочу!!!

— Неть, — вспомнил я Персика, и сделав такое же лицо типа русские не сдаются, гордо отвернулся.

— Тогда укушу!!!

— Кусай, пытай, режь на куски, но я тебе все равно не скажу, где мама прячет варенье!

— Клубничное? — с придыханием уточнила она.

— Ага, — подтвердил я.

— Поделим писят на писят?

— Заметано. Но позже. У меня с Олей тренировка.

— Забились, — стукнула она своим кулачком по моему. — Тогда поспеши, а то до завтрака не успеете.

— Тогда слезь с меня, и во имя Кристофера Робина, перестань прыгать на моем животе!!!

— Это потому, что я еще не нашла свой мед, глупый мишка. А ты знаешь, что Тигры — самые лучшие искатели меда?

— Не знаю, но с одним я вчера познакомился.

— Это с Потаповым, что ли? Да какой он мишка? Так, медвежонок ободранный.

— И тем не менее, слезай с меня. А то реально опоздаю.

Минут пять на утренний моцион — и вот я в предвкушении направляюсь на арену. Звезда очей моих уже там и разминается под легкую музыку.

— Ты готов? — спросила она, замерев напротив меня.

— Ага. А мы маму ждать не будем?

— Нет, она после завтрака к нам присоединится. Сейчас мы просто поймем, что ты умеешь, а потом начнем строить тактику боя.

— Что мне делать? — с готовностью спросил я.

— Для начала посмотрим на твою защиту. Попробуй использовать для нее все, что видишь.

Так, а что я вижу? Вокруг на разном расстоянии от меня разбросаны всякие щиты, вещи, куски ткани и даже бумаги. Еще куча мечей и огнестрела типа автоматов, очень похожих на те, что были в моем мире. Думаю, для начала надо попробовать то, к чему привык.

Шнурок выскользнул из кармана и послушно обвился вокруг моей руки.

— Давай! — в меня медленно полетел небольшой камешек, окрашенный в моем взгляде красным. Шнурок послушно рванул к нему наперерез, сбивая атаку, а после я, как по наитию, раскрутил его — и камень полетел уже в сторону Оли. Нет, я им не управлял — я управлял шнурком, из которого получилось некое подобие пращи.

— Хорошо, — одобрительно отозвалась она. — А если так?

В меня полетело сразу несколько камней.

Три рывка, все сбиты, но и шнурку досталось. Он будто стал рыхлым и начал расползаться. Попробовал коснуться его, а он взял и рассыпался в труху.

— Интересно. То есть, простые предметы разрушаются от воздействия твое магии. Потом проверим эту теорию на артефактах. Давай дальше. Попробуй воспользоваться щитом. Нет, не трогай его, а воздействуй на расстоянии.

Посмотрев в сторону валяющейся деревяшки, оббитой железом, я понял, что управлять им не могу. Для меня он был окрашен в серый цвет.

— Не получается, — ответил я.

— А если дотронешься до него? -спросила она, задумавшись. — Не бери в руку, а только дотронься.

Прикладываю руку и тут же убираю. Опаньки, а щит стал красным. Повинуясь моей команде, он взлетел и появился между мной и Ольгой.

— Лови! — азартно выкрикнула она и запустила рой камней, который я успешно отбил. Еще, потом еще. Но через пару минут щит мигнул и упал на землю.

— Так, понятненько. Ты его опять не чувствуешь?

— Неа.

— А если так… — дотронулась она до него.

— Чую, — щит вновь стал красным, но цвет был не насыщенным. Он опять взлетел, но провисел в воздухе секунд десять и вновь упал.

— Значит, время воздействия напрямую зависит от контакта. То есть, если ты пометил его своей силой, то время увеличивается, если кто-то другой — уменьшается. Логично. Но теория требует полного подтверждения. Поехали.

Спустя десять минут я понял, что с легкостью могу воздействовать на предмет, если его касалась рука человека. Но не позднее, чем три минуты назад. Если дольше, метка развеивалась, и он для меня становился бесполезным. Но если контакт продолжался — ну, например, он был в чьих-то руках, — то я мог изгаляться сколько угодно.

— С этим разобрались, — Ольга была довольна, как слон, которой разгромил посудную лавку. — Теперь перейдем к магии. Попробуй воздействовать на него, — в ее руке возник маленький огонек.

— Не могу, — немного потужившись, заявил я. Нет, отклик был, и цвет появился, но был он настолько слаб, что зацепиться не получалось.

— А вот так? — достав свечу, она подпалила фитиль и посмотрела на меня.

— Тоже пусто.

— А так? — провела она рукой по огню.

— Есть контакт! — заорал я, почувствовав пламя. Вспыхнув, оно отделилось от свечи и рвануло в сторону мишени. Правда, не долетев метр, растаяло.

Тут уже я не выдержал и сунул руку в огонь. Опять контакт, но намного сильней. Пламя поднялось вверх, и закружившись в кольцо, стало бешено вращаться. Потом я стал менять его форму, придавая ему вид то животных, то человека.

На этот раз воздействовать получилось намного дольше. В соотношении где-то один к десяти по сравнению с воздействием на него Оли. Правда, в результате этих манипуляций я совсем обессилел. Дотащившись до скамейки, я рухнул на нее и задышал как раненый зверь. А еще совсем неэстетично пот заливал глаза, да и одежду можно было выжимать.

— Устал? — присела сестра рядом со мной.

— Есть немного. И мутит что-то.

— Это ты перенапрягся потому что. Ты вообще контролируешь количество эфира, когда воздействуешь на предметы?

— Неа, — задумавшись, ответил я. — Мне кажется, что у меня его вообще нет.

— То есть как — нет? — удивилась она. — А как ты тогда это делаешь?

— Сам не знаю. Просто вижу, чем могу управлять, а чем нет. Ну, и чувствую тоже. Все, чем могу, окрашивается в красный цвет, которой со временем тускнеет. А когда пропадает, контроль теряется. Все.

— Какой-то ты совсем неправильный, братик, — положила она мне голову на плечо.

— Тут ты права, — обнял я ее в ответ. — Совсем неправильный. А кстати, как вы вообще в силе растете, ну, маги, в смысле. Вот эти уровни — оратай, дружинник, воин и прочее?

— Ну, магия — она развивается в теле так же, как и мышцы — бесконечными тренировками.

— Звучит как бред в вашем случае. Ты хочешь сказать, что любая девушка, используя магию, с каждым разом становится сильней? Да мир бы тогда уже захватили сильные маги.

— Все не так просто, — поерзала она, устраиваясь поудобней. — Внутри нас живут источники, дарующие нам магию. С одними мы легче контактируем, чем с другими, отсюда и предрасположенность. Чем чаще мы взываем к ним, чем больше отдаем жизненной энергии, тем быстрей они растут. Но слабое тело не способно к такому развитию — малейшее перенапряжение, и маг просто умрет. Поэтому мы с рождения проходим довольно сложные процедуры, укрепляющие тело. Там и очень дорогие отвары из редких трав, бесконечные тренировки на контроль, без которого невозможно взаимодействовать с источниками и понимать их… Да много еще чего. Простолюдинам или бедным родам это недоступно. Да, вот такое вот социальное неравенство и искусственный отбор. Перейти с оратая на дружинника на самом деле не очень сложно — нужно лишь время и желание, которого у обычных людей попросту нет. Но если поставить цель, добиться этого можно.

А вот после дружинника начинаются сложности. Нагрузки возрастают, каждое плетение требует все больше эфира, обмен энергиями с источниками увеличивается. Можно сказать, что за магию мы платим годами жизни. Но это в том случае, если ты слаб. Если же ты готов, то у тебя внутри формируется своеобразный резерв, которой ты можешь безбоязненно расходовать. Ну, и если во время битвы он оказывается пуст, то в ход уже идет твоя жизнь, что в конце концов приведет к смерти. Именно так и убивают великих магов — достаточно просто их истощить. Но сделать это, как ты сам понимаешь, очень трудно, потому что их резерв огромен.

— А как происходит переход на новый ранг?

— Да просто все. Резерв или источник, как мы его называем, достигает критической величины, происходит его переполнение, потом взрыв — и он увеличивается. Поэтому маги, желающие действительно достичь силы, все время стараются его наполнить, хоть немного увеличивая запас. При этом, даже если ты все израсходуешь, он довольно быстро сам заполнится, взяв уже энергию извне. Ну, из еды, воды, бега по пересечённой местности. Любая энергия подойдет. Но изначально нужна именно жизненная. Ты же заметил, что все магини — красотки-стройняшки? Так это потому, что любая лишняя калория отправляется в источник.

— Мудрено как-то это все. А в моем случае как понять, что у меня за ранг и как развиваться, если я не вижу источник? И вообще непонятно, каков размер моих сил.

— Не знаю, — потянулась она так, что ее маечка натянулась, и я невольно сглотнул. — С мамой надо посоветоваться. Я вообще удивляюсь, как это она еще не появилась и не затискала своего сыночку. Она у нас очень эмоциональная, даром что сильнейшая одаренная в мире.

— Сейчас, думаю, и узнаем. Ну что, я вроде чуть пришел в себя. Продолжим или на завтрак пойдем?

— Давай на завтрак, а потом продолжим. Вникать надо постепенно, без скачков.

— Ну, тогда пошли, поедим.

Поднявшись, я галантно предложил руку Оле, и та, с улыбкой сделав книксен, приняла ее. И мы отправились набивать желудки. Утро задалось, посмотрим, что будет дальше…

Глава 15

Глава 15

За завтраком присутствовали только я и Оля, что было странно. Даже неугомонной Кати не было. Но стоило нам лишь приступить к еде, как нарисовалась Люба.

— Так это правда?!! — сходу воскликнула она.

— Врут, — ответил я, намазывая булочку маслом. — На Марсе нет жизни.

— Причем тут Марс?!! Ты маг⁈

— Нет, я сильномогучий колдун, способный изменить мир. А обычный маг — это ты.

— Не морочь мне голову! Я видела твой бой и как ты обнимался с этой дурой.

— Ревнуешь? — приподнял я в удивлении бровь. Ага, я и так могу. Долго репетировал.

— Да! То есть, нет. Причем тут это?!! —плюхнулась она на стул.

— Как это мило, — захихикала Оля.

— Я хочу все знать!!!

— Почитай энциклопедию. Там много интересного и полезного.

— Вы-ы-ы-ы-ы, — негодующе задохнулась она. — Ты, — ткнула она пальцем в сестру, — ты все знала и молчала!

— А с чего мне тебе что-то рассказывать? Брата ты не любишь, его жизнью до недавнего времени не интересовалась, разговариваешь с ним сквозь зубы. Вот и зачем? Забудь и живи дальше. Тебя это никак не касается.

— Мы семья!!!

— Поздно ты об этом вспомнила.

— Я этого так не оставлю! — вскинулась она и тут же убежала.

— Это что вообще было? — поинтересовался я, прикидывая, съесть ли что еще или всё же не стоит наедаться перед очередной тренировкой.

— Это у нее шок, от того, что брат стал, наверное, сильней нее.

— А я стал?

— Вот и проверим.

— И все же не понимаю. То чтоб я сдох, то мы семья.

— Ну, она такая… Ну, и ревнует немного. Все знают, что она к тебе неровно дышит.

— А ты? — посмотрел я на нее.

— И я тоже, — спокойно отозвалась она. — Мы все тебя любим, просто по разному. Для меня ты всегда будешь маленьким братиком, которого надо защищать. Для Кати — тем, кто ее все время защищал. Лиза все время разрывается от желания врезать тебе или утешить. Ну, а Люба… Да ты сам все видел.

— Как все смешалось в королевстве Датском.

— Увы, все намного хуже. Но сейчас речь не о том. Пора продолжить.

— Маму ждать не будем?

— Начнем без неё. Уверена, раз она задерживается, значит, тому есть причина. В любом случае у нас целый день впереди и пока мы не поймем, как управлять твоей магией и каковы твои возможности, не закончим.

— Тогда, Ваше Высочество, извольте вашу ручку, дабы я мог сопроводить вас к месту избиения моей тушки.

— Ах, Ваше Высочество, вы так любезны! Я непременно воспользуюсь вашим предложением, — захлопала ресничками она, и мы дружно рассмеялись.

Хорошо, что у меня есть такая сестра — любящая, верная и бесконечно добрая. Лайк, подписка и добавить в папку «Самый близкий человек».

— Ну что, готов? — хрустнула она пальцами, а после… начала раздеваться!

— Стой, я ни фига не готов!!! — завопил я, увидев, что она уже стянула маечку.

— К чему ты не готов? — спросила, заходя к нам, мама. — Ох, сыночек, я так за тебя рада!

Мгновенье, и мое лицо утопает в ее груди, напрочь перекрывшей мне доступ воздуха. Смерть, конечно, страшная, но не лишенная некоторой привлекательности.

— Мой сын — маг, поверить не могу! Твой отец, будто издеваясь, ничего мне не говорил, а когда я узнала, не хотел отпускать от себя. А я так хотела бежать к тебе! Ты ж моя умничка, ты мой хороший! Я так горжусь тобой!

— Ну ма-а-а-ам, — заныл я, вырываясь. — Ты мне всю прическу испортила. И вообще, так тискать мужчину неприлично!!!

— Да что же это творится⁈ — всплеснула она руками. — Чтобы мать не могла обнять свое дитя? Да не бывать этому! Вернись обратно, я еще не наобнималась с тобой.

— Низя! — мстительно ответил я, еще больше от нее отодвигаясь. — У нас тут серьезная тренировка.

— Ах, да. Я уже и забыла, зачем пришла. Вот ведь негодник — расстроил маму. И что у нас тут? Показывайте и рассказывайте во всех подробностях.

Минут через пять нашего сбивчивого рассказа мама что-то прикинула, сделала свои выводы и посмотрела на меня как кошка на сметану.

— Значит, решили проверить нападение, если Сергею нечем будет воздействовать на тело врага? Отличная мысль. Раздевайся, Оля, а я посмотрю.

— Мам, так нельзя. Она девушка, причем красивая. Я ж сосредоточиться не смогу!

— Ну да, ты прав. Оленька у нас чудо, раз даже брат не может себя сдержать. Ну, тогда разденусь я…

— Не-е-е-е, это еще хуже!!! — взвыл я.

— Почему? — удивилась она.

— Потому, что ты тоже красивая, даже очень.

— Ой, сыночек влюбился в мать, -захихикала она. — Я такое совсем недавно читала. Там такие картинки были, что закачаешься. Я тебе потом, Оленька, их покажу.

— И ниче я не влюбился! Просто мне будет трудно сосредоточиться и все, -буркнул я. — Может, позовем кого другого? Да и вообще — зачем полностью раздеваться? Я обещаю, что не буду трогать одежду.

— Нет, надо исключить любой вариант воздействия, и мы никого чужого звать не будем. Еще не хватало, чтобы всякие вертихвостки крутили голыми задницами перед моим сыном! Достаточно этой бесстыдницы Дильнуры. Так что выбирай: или я, или Оля.

Беспомощно посмотрев на этих красавиц, за которых в моем прошлом мире передрались бы все рекламные агентства, я вздохнул. Я, конечно, понимал, что они мать и сестра этому телу. Но в нем-то я!!! И для меня они в первую очередь красотки, а никак не родственницы. Но выбор сделать надо…

— Пусть будет Оля, — выдохнул я.

— Отлично, братик, — улыбнулась она. — Заодно и твою концентрацию проверим. Я буду тебя отвлекать, а ты не отвлекайся. В бою ведь всякое может случится.

Спустя пару секунд она осталась совсем без одежды, и мне сразу захотелось зажмуриться, чтобы не пожирать ее взглядом. Но нет, я скала, я кремень, я импотент — исключительно когда на нее смотрю, -я монах-отшельник! Быстрая медитация немного помогла.

— Так, — стала командовать мама, и ее голос сразу изменился. Сейчас рядом с нами стояла не мать, а воин. — Как я поняла, ты можешь воздействовать на вещи немагического происхождения. Значит, будем проверять. Оля стоит на песке, попробуй тронуть песок под ее ногой.

Быстрый взгляд на ее ноги. Стоит себе, пальчиками шевелит, как маленькими крольчонками. Так, не отвлекаемся.

Вижу красноватое сияние, но оно какое-то непонятное. Тянусь к нему — и тут весь песок в зале приходит в движение. Миг, и легкая волна, прокатившись по нему, замирает, а я падаю на задницу, потому что ноги меня не держат.

— Каким эфиром ты пользуешься, когда отдаешь команды вещам? — мама, положив мне руку на лоб, сканировала мое тело.

— Никаким. Я уже объяснял Оле. Просто вижу, на что могу воздействовать, а на что нет.

— У тебя внутри полный хаос, и я вообще не понимаю, как это возможно. Эфирных каналов нет, источника я не чувствую, твои искры я ощущаю, но будто они где-то очень глубоко находятся. Все будто в тумане. Откуда ты берешь силы и кто их источник? Как восполняется потеря, куда сбрасываются излишки, если они вообще есть? Можешь вот прямо сейчас применить магию. Буквально на чуть.

— Могу, — прислушавшись к себе, сказал я. Силы восстанавливались очень быстро. Я посмотрел на нее, а потом пошевелил сережкой, висящей у нее в ухе.

— Хорошо, — улыбнулась она, убирая руку. — Теперь понятно, хотя вопросов возникло еще больше. Когда ты применяешь управление, внутри тебя возникает будто некий разряд, мгновенно перекидывающийся на нужную тебе вещь. То же происходит, когда ты ее касаешься — часть разряда остается в ней, правда, постепенно он испаряется.

— Стой, а почему я тогда могу воздействовать на вещи, которые, например, тронула Ольга или не могу, если их не тронули?

— Тот же принцип, — отозвалась она. — Человек, касаясь вещи, оставляет на ней как бы метку, с которой ты и можешь работать. Твои сильней, поэтому держатся дольше, другие слабей, поэтому быстро развеиваются. Ты попытался управлять песком, на который наступила сестра. Но так как это однородная масса, то получается, что управлял не маленьким кусочком, а им всем. Отсюда и резкая потеря силы.

— Хм, звучит логично. Так, стоп. А как же быть с лечением? Вон, Катя когда Карыча лечила, силы у нее быстро закончились. И я, положив на ее руки свои, смог ей помочь.

— Думаю, принцип тот же, — задумалась она. — Ты коснулся, поставил свою метку, взял под контроль ее эфир и направил свою силу в ворона. И на мгновенье как бы став Катей, смог управлять ее силой. Но это, конечно, все теория. Нужны практика и тренировки.

Так, мы выяснили, что ты управляешь неорганическими предметами, а что насчет органики?

— В смысле?

— В смысле живым: овощи, фрукты, тело — волосы, кровь, кожа… Попробуй, например, подергать Олю за косу.

— Давай, братик, я готова, — тут же заявила та, вскакивая. При этом ее грудь так призывно качнулась, что я нервно сглотнул.

— Хватит на меня пялиться. Будешь хорошим мальчиком, я тебе разрешу их потрогать, — засмеялась она.

Рука — лицо. Моя семья- извращенцы. Но черт возьми, мне это нравится! Смотрю на нее, стараясь сконцентрироваться на голове. А не на том, что ниже. Чувствую контакт, но очень слабый, практически незаметный.

— Нет, не могу, — выдохнул я. — Чувствую, но слабо, очень слабо.

— Попробуй дотронуться до нее, -раздался голос матери. Ее, похоже, захватил азарт.

— Д-д-д-дотронуться? — нервно сглотнул я.

— Давай, братик, я не кусаюсь, -подошла Ольга ближе.

Дотрагиваюсь пальцами до ее лица. Она стоит, аж зажмурилась от удовольствия. Чувствую отклик, он куда ярче, чем был до того. Ее тело полностью окрашивается красным. Ощущаю ток крови в ее венах, источник — от него несет магией, — вижу состояние организма.

Моя энергия вырывается из пальцев и впитывается в нее. Вижу, как молния начинает гулять по ее телу, иногда поражая внутренние органы. Нет, она их не повреждала, а будто укрепляла, что ли. По крайней мере, они начинали ярче светиться. А потом эта нахалка, покружившись, вошла в ее источник и растворилась в нем.

— Ах-х-х-х!!! — томно выдохнула сестра и повисла у меня на руках, мечтательно закатив глаза.

— Что ты сделал⁈ — тут же подскочила к нам мама. Ее рука легла на лоб сестры и замерла.

— Очень интересно. Прямо-таки очень. Отпусти ее.

Подхватив сестру на руки, она нежно положила ее на лавку и повернулась ко мне.

— А теперь то же, что сделал с ней, сделай со мной.

— Ма-а-ам… Я понятия не имею, что я сделал! — заныл я. — Не хочу рисковать. С ней вообще все в порядке?

— Делай! — рявкнула она. — Повтори все то же самое. За Олю не переживай. Она себя прекрасно чувствует. Причем настолько, что я ей даже немного завидую.

— Ну ладно. Но если что, ты сама этого захотела.

Дотрагиваюсь до ее лица. Процесс тот же — вижу все, что творится внутри. А мама у меня ого-го! Все органы так и сияют здоровьем. Так, что там надо? Отпускаю молнию энергии, которая будто только этого и ждала.

Миг, и она внутри и уже хозяйничает, как у себя дома. Мечется везде, иногда даже разделяясь. Попробовал убрать руку — и молния сразу стала тускнеть. Сразу приложил обратно. Значит, для воздействия нужен полный контакт.

В общем, пометалась она внутри и не найдя для себя ничего интересного, рванула куда-то вглубь, и тогда я увидел мамин источник. Да какой он, к черту, источник — это целый океан, у которого даже границ не видно!!! В общем, молния покрутилась, а потом, будто сделав кульбит, нырнула внутрь, сразу растворившись.

Мамин «Ах» я перенес проще. Подхватив расслабившуюся женщину, я понес ее к все той же лавке. А после сел рядом, предварительно накрыв Олю одеждой. А то уже устал пускать слюну на ее сиськи.

— Это… к-хм… что такое было? -пробормотала сестра спустя минут пять, приходя в себя. — Ух ты! — резко вскричала она. — Меня прямо переполняет энергия! Ты что со мной сделал?!!

Развернувшись, она резко выпустила каменный град, начисто снесший дальние мишени. Топнула ногой — и из пола мгновенно выскочил каменный помост, подкинувший ее метра на три в воздух, где она сделала сальто и мягко, по-кошачьи, приземлилась на землю. Рывок — и она как на коньках заскользила по песку, из которого быстро формировались силуэты воинов. Их она лихо сносила ледяным мечем. Сделав круг почета, она остановилась возле меня и кинулась обниматься.

— Спасибо, спасибо, спасибо!!! -зашептала она, целуя меня куда придется.

— Оля-я-я-я! — взвыл я раненым бизоном. — Немедленно отойди от меня и оденься! А то я за себя не отвечаю.

— Не отойду! — тут же заявила она, еще крепче прижимаясь. — Ты хоть понимаешь, что сейчас сделал? Нет? Ты полностью восстановил мои жизненные силы, которые я тратила на наполнение источника. Ты понимаешь, что у меня теперь вдвое увеличился их запас, и я могу намного быстрей и без потерь перейти на следующий уровень!!! Ты мне что, часть своей энергии передал? Тогда почему ты так хорошо себя чувствуешь? Ты не ослаб?!!

— Нет! — рявкнул я, пытаясь вырваться из её объятий, но держала она крепко. — Я просто перелил в тебя немного своей энергии и чувствую себя прекрасно. Тоже самое я проделал и с мамой. Надеюсь, ее пробуждение будет более спокойным.

— Ты невероятен! — отстранившись, с обожанием посмотрела она мне в глаза.

— Ты тоже ничего, — ответил я, пытаясь сбить романтический настрой, которого не должно было быть.

— Ах, просто ничего! — тут же взвилась она. — Ах ты, гад мелкий!!!

Признаюсь, банальную подножку я пропустил, отчего рухнул на спину, а эта хамка оказалась сверху. Мои руки оказались в плену ее рук — и что-то мне это напомнило. Точно, почти в такой же ситуации я был на дуэли с Персиком!

— Сдаешься? — злобным голосом провыла сестра.

— Русские не сдаются, — прохрипел я, отворачиваясь. Смотреть на нее сил уже не было, и моя выдержка была на грани.

— Укушу! — похоже, это у нас семейное.

— Кусай, злобный захватчик моего сердца!!!

— Поцелую!!!

— Это удар ниже пояса и низкопробный хентай. У нас такое не приветствуется. И вообще, это похоже на шантаж.

— Это он и есть. Так что, сдаешься или целую?

— А что мне будет за то, что сдамся?

— Ну-у-у, — задумалась она. — А что ты хочешь?

— То, что я хочу — неосуществимо, а из реального… Ты мне поможешь с подготовкой к поступлению в академию. Ты умная и красивая, значит, прикид преподавателя тебе пойдет.

— А братик знает толк в извращениях. Я надену самую короткую юбку, которую только смогу найти.

— Жду с нетерпением наших занятий. А теперь, пожалуйста, слезь с меня. Иначе… — не выдержав, я извернулся и схватил ее одной рукой за грудь, а другой за попку, — ты пожалеешь.

— Дети, хватит развлекаться, — раздался голос мамы. — Оленька, я понимаю, что ты любишь брата, но не надо так сильно эту любовь показывать. А то могут не понять.

— Да мне все равно, кто и что думает. А попробуют языками почесать, — встав, она создала камень в руке, а после сжала его так, что он рассыпался пылью, — в порошок сотру.

— Умничка дочка, — довольно кивнула мама. — Мы — Гордеевы, и сами устанавливаем правила, а не следуем общепринятым. А теперь, пока ты одеваешься, я спрошу у своего гениального сыночка — еще раз подобное сможешь повторить?

— Да не вопрос, — пожал я плечами. — Хоть сто раз, наверное. По крайней мере, никакого дискомфорта после двух раз я не почувствовал. И да, эксперимент, можно сказать, удался.

Дотронувшись до головы Ольги, я сразу взял под контроль ее волосы, которые сначала вздыбились, а потом сложились в красивую прическу, засияв здоровым блеском.

— На расстоянии я этого проделать не могу, но если дотронусь, то вполне.

— Все, теперь ты мой личный парикмахер, — тут же заявила сестра, восхищённо крутясь перед большим зеркалом.

— Твой брат полон талантов. Что ж, дети, давайте продолжим. У меня еще остались вопросы. Только подождите, пока я сюда остальных не вызову.

— Только я больше не согласен на голые эксперименты!

— Тебе не понравилось на меня смотреть? — тут же надулась Ольга.

— Чересчур понравилось. Боюсь ослепнуть, глядя на тебя.

— Ты такой романтичный, — захлопала она ресничками, вызвав смех у мамы.

— Не переживай, сынок, все, что нужно, я поняла, но надо проверить. А теперь готовься. Перейдем к атаке…

Глава 16

Глава 16

Маман быстро связалась с остальными, и вот спустя десять минут количество людей на полигоне значительно увеличилось. Тут были все — мамы, сестры, даже отец почтил нас своим вниманием. В общем, все были в сборе и я начал заметно нервничать.

Мама что-то тихо говорила бате, отчего тот довольно кивал и поглядывал на меня так… нехорошо так. Явно что-то задумал.

— Ну что, сынок, показывай, что ты умеешь. А то твоя мама нам такого сейчас нарассказывала, что я даже и не знаю.

— Мама, наверное, сильно преувеличивает мои способности, -надулся от скромности я.

Вся моя императорская семейка стояла напротив меня и разглядывала мое высочество как гастрономическое чудо. Не удержавшись, я сделал семейное фото — лайк и повесить на стену.

Развернувшись, я быстро прошелся по разбросанному оружию, касаясь его.

— Мишени в студию! — заявил я, делая приглашающий жест, и тут же из песка стали вставать воины. Замерев на мгновенье, они разом кинулись на меня. И пошла жара.

В них тут же полетели мечи, кинжалы, копья, рядом со мной застрочили два автомата. Причем управлял я ими как пальцем в носу — точно и уверенно. Да что там, я даже каждую выпущенную пулю чувствовал. Пара секунд — и полигон вновь стал чистым.

— Второй акт, — провозгласил я, находясь под адреналиновым допингом. — Оленька, свет очей моих, добавь жару.

— Как скажешь, братик, — мило улыбнулась она, и в меня полетели камни.

Бутылка с водой, плеск — и вот их сбивают плети. Жмень песка в руку, и он, превратившись в сотню тонких игл, летит, сея смерть. Не все долетели до цели, конечно, но все равно, часть из них ощутимо долбанула по земляной стене, выросшей перед ней.

— А ну-ка, я помогу, — вмешалась мама, и в меня полетел огонь.

Это уже серьезно. Пусть она и щадит меня, но булки запросто поджарит. Новый плеск воды из бутылки, и вот уже сосули сбивают пламя, а мне приходится уворачиваться от водяной плети присоединившейся к веселью Лизы. Черт, они что, меня убить собрались? В меня уже с трех сторон летят плетения, и приходится быстро двигаться, скользя по песку, как на коньках.

С неба спикировал Карыч, держа в клюве факел. Ты ж моя птичка!!! Ловлю его, руку в огонь — и меня окутывает пламя, а после в разные стороны летят огненные шары, взрываясь на лету. Так, Карыч. Карыч⁈

Посмотрев на птицу, я охренел — он был для меня полностью красным. Это что же, я им могу полностью управлять? Ла-а-а-айк!!! Так, и что ты можешь? А ну, в атаку!!!

Громкий вопль ворона — и от него пошла звуковая волна, сбившая всем каст. Буга-га, я злобный страшный колдун! Ща я вас научу Родину любить! Пафос, больше пафоса, море пафоса!!!

Из песка формируется постамент, поднимающий меня метра на три вверх. Вокруг сразу закружились огненное, водяное и земляное кольца, образуя красивый узор. Да я гребанный аватар! Только воздуха не хватает, но как им управлять, я пока не придумал. Удары по голове, знаете ли, мозгов не прибавляют.

Так я и застыл с высоко поднятой рукой, пока сила, вложенная в предметы, не иссякла, и я совсем не пафосно не рухнул вниз. Хотя, это не сила предметов иссякла, а моя собственная. Как меня при этом не стошнило, я не понял. Наверное, сильно отвлек отбитый зад, которым я хоть и упал на кучу песка, но все равно больно стукнулся.

— Вот как-то так, — вымученно улыбнулся я, соображая, можно ли уже потерять сознание или для героя ещё рано. Потому как мне реально было хреново. Точно перестарался, но буду превозмогать. Падать мордой вниз перед дамами как-то не по-мужски. Сделаю вид, что так задумано, и вообще, я не волшебник, а только учусь.

— Это было кру-у-у-у-уто!!! — с восторженным визгом метнулась ко мне Катя.

— Я не пойму, дорогая, у нашего сына уровень императора, что ли? — спросил отец слегка дрожащим голосом. Точно батя впечатлился.

— Что ты, милый, — ответила мама. — Не выше воеводы. Да, стихиями он управляет, но его источник мал, если он у него вообще есть.

— Воевода? — выпучила глаза Лиза. — И вы так спокойно об этом говорите⁈ Да даже если бы он был витязем, это уже нерельно и непостижимо! А целый воевода в восемнадцать лет? Так не бывает!!!

— Посмотри на него еще раз и повтори ту же фразу, — сказала Ольга и, подойдя ко мне, помогла встать. Ну вот, хоть одна догадалась это сделать. Все-таки Оленька самая умная из них. Лайк, сестренка.

— Согласна с дочерью, — мама Вероника подошла и положила руку мне на лоб. После этого мне сразу стало легче. Тошнота прошла, а силы стали стремительно восстанавливаться. — То, что показывает сын, просто невозможно — и от этого меня распирает от гордости. Гордеевы в очередной показали, что самые сильные и одаренные. Но помимо прочего меня интересует еще один вопрос — Оленька, а когда это ты успела стать воеводой?

— Что? — отвлеклась она, чуть меня не уронив. — Я⁈

— Ты, дорогая, ты. Неужто сама не заметила, что твой источник увеличился?

— Да как-то… — замешкалась она, видимо, сканируя себя. — Это все он! -слегка встряхнула она меня, прижимая еще сильней к себе.

— В каком смысле, он? — не поняла та.

— Дело в том, — подошла ко мне мама. — Что Сережа может как-то воздействовать на организм, возвращая жизненные силы. Посмотри на волосы дочери. Ты помнишь, чтобы они хоть когда-то так блестели? А ее каналы? Они же стали намного крепче.

— Можешь повторить? — тут же спросила Вероника у меня.

— Смогу, — кивнул я, прислушиваясь к себе. М-да, силы я тратил очень быстро, но утешало то, что так же быстро их восстанавливал. — Только не здесь, а то лавки на всех не хватит. А лежать на полу — так себе идея.

— Я вот не поняла насчет его ранга, -влезла Люба. Вот же ж неугомонная. — Он реально воевода?

— Это мы проверим, — сказал отец. — Надо будет собрать комиссию и провести исследования. Но раз твоя мама говорит, что воевода, значит, так оно и есть. А сейчас пойдемте в комнату отдыха. Там, я думаю, всем будет удобней.

Погладив Карыча по голове — вот еще одна проблема, с которой надо разобраться, — я взял за руки Ольгу и Катю и отправился вместе со всеми туда, где я еще не был. Что за комната? Почему там отдыхают?

Наше недолгое путешествие, во время которого все слуги, что попадались нам навстречу, испуганно шарахались — ну да, вся императорская семейка целенаправленно куда-то чешет с серьезными лицами — не к войне ли?

— Ваше Величество, — подскочил к нам расфуфыренный мужик. — Посол Пруссии прибыл и ожидает в приемной зале.

— Пусть ждет, — бросил отец. — Не видишь, я с семьей общаюсь? Как освобожусь, тогда и приму. Все, не мешай.

— Как прикажете, Ваше Величество, -поклонился тот и исчез. А нет, это он так быстро свалил. Дар, наверное, какой-то.

Уютная комната, мягкие кресла, диванчик, приглушенный свет — вот что я увидел, когда мы добрались до пункта назначения. Все сразу дружно расселись, оставив меня стоять в центре, как главное действующее лицо. Я тут же почувствовал себя оскароносным актером, которого пригласили на вечеринку, перед этим заплатив кучу бабла. Улыбнувшись опытной улыбкой пикапера и демонстративно хрустнув пальцами, я обвёл их горящим взглядом. Ща я их всех потрогаю! Мамы-то у меня огонь — когда еще такая возможность представится?

Дотрагиваюсь до лица одной мамы — она немного нервничает, но смотрит прямо и улыбается мне. А я как идиот улыбаюсь в ответ. Меня любят в этой семье, я это знаю и чувствую. И я их всех люблю, несмотря на то, что знаю всего пару дней. Да, вот такой вот я нетипичный попаданец — и это же здорово!!!

— А-ах! — она закатывает глаза, а я перехожу к следующей, потом Лиза. Эта слегка трясется. Дотрагиваюсь до ее лица — вздрагивает, но не отстраняется. Смотрит на меня доверчивыми глазами, слегка приоткрыв ротик. Так бы и поцеловал — но нельзя. Впускаю в нее молнию и смотрю, как она гуляет внутри нее, как начинают сиять ровным цветом органы, как наливаются силой мышцы. Короткий «Ах» — и она вырубается.

— Кате нельзя, — тут же тормозит меня мама. — Она только оратай, организм еще не оформился. Мы не знаем, к чему приведет постороннее вмешательство.

— Ну ма-а-а-а-ам! — обиженно заныла та.

— Не мамкай мне. Исполнится восемнадцать, тогда и сделаем.

— Пап, прости, на тебя воздействовать не могу, — сказал я, дотронувшись до него. — В тебе нет ни грамма магии, и моя сила просто не видит тебя.

— Ну, это логично, — усмехнулся он. — Ну как, получилось?

— Это невероятно! — мама Вероника открыла глаза. — Я чувствую, как стала сильней. Энергия просто переполняет меня. Кажется, я горы могу свернуть. Спасибо, сынок, что согласился попробовать, — ее лучистые глаза обдали меня такой волной любви, что я едва не утонул.

— Да как же я мог отказать, — черт, глаза защипало. Ща точно расплачусь, как девчонка. — Я под любой клятвой и на Страшном суде подтвержу, что в этой комнате собрались самые красивые девушки мира. Вы — божества, спустившиеся на землю, дабы радовать своим видом смертных. Ваша улыбка растопит лед, а слеза заставит закипеть море.

— Наш сын научился говорить комплименты, от которых любое женское сердце растает, — мама Ира улыбнулась мне.

— Весь в отца пошел, — подкрутил усы довольный батя.

— Эй, вы ничего не забыли? — раздался возмущённый голос Любы.

— Забыли? — моргнул я. — Точно, мы забыли про обед!!! А он самый важный после завтрака и ужина!

— Нет, вы забыли про меня! Ты так издеваешься, да?!!! Или мстишь?!!

— Она меня не любит! — включил я актера театра драмы. — Вот все любят, а она нет. Катя, иди ко мне, я поплачу в твою макушку.

— Ну что ты, Сережа, она тебя любит, -попыталась утешить меня мама. — Где-то глубоко в душе, но любит.

— Не верю!!! Катя, вытри мне слезы, а то у меня от обиды руки дрожат. Пусть сама это скажет.

— Люба, быстро сказала, что любишь брата! — зашипела на нее Катя. — А то я тебе в постель дохлую мышь подложу!!! Видишь, как он расстроился⁈

— Ну ладно, ладно. Я его люблю, — тихо сказала она, заливаясь краской.

— Не верю! — тут же заявил я. — Требую доказательств.

— Каких еще доказательств⁈ — взвилась она.

— Поцелуй меня, тогда поверю. Катя, вытри мне еще раз слезы. Ты же видишь, как я страдаю. Боги, за что мне это все, а? Ведь я старушек через дорогу переводил!!

— Не переводил.

— На красный сигнал светофора не ездил…

— Почти каждый день.

— Невинных дев не совращал!!!

— А кто Дильнуру за голую задницу хватал?

— Так, Катя, ты меня жалеешь или обвиняешь? Будешь так продолжать дальше, буду плакать в Олину макушку. Так вот, о чем это я? Ах да, целуй, тогда поверю. Без любви моя магия не работает.

— Не буду я тебя целовать!!! Тут люди и вообще…

— Ладно, тогда я тебя поцелую, — чуть сдвинув Катю, я решительно направился к ней.

— Не-е-е-ет!!! — вскочила она и спряталась за сидящим отцом.

— Доченька, я не пойму, что такого неотвратимого случится, если брат поцелует тебя в щечку? — спросила мама, явно сдерживая смех. Впрочем, все остальные тоже сидели с каменными лицами и пучили глаза. Точно ржут внутри себя, просто катаются от хохота.

— В щ-щ-щ-щечку? — заикаясь, переспросила та.

— А ты куда подумала, извращенка несчастная? — влезла Катя. — Признавайся, в какие места ты хотела получить поцелуй!!!

— Тихо, дети, — вмешался отец. — Сереж, хватит издеваться над сестрой и просто сделай это.

— А что, ей можно, а мне нельзя? — тут же спросил я нормальным голосом. — Ну что, красотка, сейчас ты станешь моей, и я узнаю все твои грязные мысли.

— Не-е-е-ет!!!

Но было уже поздно. Схватив ее лицо двумя руками, я запустил внутрь нее молнию. «Ах» — и она вырубается, а я сажусь рядом и кладу ее голову к себе на колени. Пусть, когда откроет глаза, первым делом увидит мою ухмыляющуюся рожу. А что? Я мстительная скотина. И в этот момент комнату разорвал хохот. Смеялись все, даже отец.

— Жестоко ты с ней, — едва проговорила сквозь смех Оля и, встав сзади, стала делать мне массаж плеч. Это был какой-то нереальный кайф.

— Меняю услуги личного парикмахера на услуги личного массажиста, — тут же заявил я, растекаясь по диванчику, как кисель.

— Договорились, — улыбнулась она.

— Парикмахера? — заинтересовалась мелкая.

— Позже обсудим. К тому же, Люба, похоже, приходит в себя.

— Братик, поцелуй меня, — послышался ее томный вздох.

— Вот еще. Прохакунила ты свою матату. Я тебе предлагал, а ты отказалась.

— Что? — дернулась она, приходя в себя. — Отвали от меня, извращенец, и прекрати меня лапать!!!

— Это кто еще извращенец, надо понять! Сама лежит на моих коленях, а ручки тянет к запретным местам. Фу такой быть!!!

— Да вы!!! Да я!!! — подскочила она. — А… Лучше себя никогда не чувствовала! Как же хорошо!!! — закружилась она по комнате.

— Похоже, наша дочь тоже подняла ранг, — заметила Вероника.

— Я что, теперь витязь? — обалдела та.

— А я, я тоже подняла⁈ — затаив дыхание, спросила Лиза.

— Конечно. Ты пока не чувствуешь, но твой источник вырос. Да и я чувствую, что мне осталось совсем чуть-чуть до ранга императора. Буквально маленький шажок. Ирина?

— Все верно, я тоже стала сильней и сила растет. Надо будет как-нибудь с Анной спарринг устроить, чтобы понять, насколько.

— Не вопрос, милая, — улыбнулась ей мама. — Только уедем подальше, чтобы тут все не разрушить.

— А ты чего улыбаешься? — опять вызверилась на меня Люба.

— Да вот смотрю на вас и насмотреться не могу. Вы как прекрасные картины величайших художников, на которые можно часами любоваться, и не надоест. И каждый миг при этом открывать для себя все новые и новые штрихи и грани.

— Ох, сынок, и когда ты успел стать таким сердцеедом? — обняла меня мама.

— У меня лучший учитель, — коротко поклонился я в сторону отца. — Иначе как бы он смог завоевать такую красоту в виде вас?

— А ты, как себя вообще чувствуешь? Я сколько ни смотрела, но так и не смогла понять, что ты делаешь с нашими телами. Успела засечь только какие-то вспышки внутри нас, и все.

— Не знаю, как объяснить, — задумался я. — Внутри меня будто живет молния. И когда я хочу, часть ее переходит в вас и там начинает что-то с вами делать. Причем, я это абсолютно не контролирую. И да, сразу скажу, внутри меня она меньше не становится. Но при этом, чтобы она работала, мне нужен постоянный контакт с вами, иначе она рассеивается.

Силы от этого я не теряю, а вот когда пользуюсь, магические очень даже. Но вы это и сами видели. Правда, она быстро восстанавливается, и я снова могу ее использовать в полном объеме. В общем, ясно, что ничего не ясно.

— Так, давайте подытожим, — мама Ира строго посмотрела на нас. — Магические плетения Сергей использовать не может — только физические. То есть, созданный магом огонь ему неподвластен, а разожженный с помощью, например, спичек, очень даже. Любой предмет он может изменить и использовать по своему усмотрению. Изменения окончательные, и после того, как магия в них заканчивается, прежнюю форму они не обретают. Значит, в целях безопасности ему надо все время иметь при себе воду, пламя — можно что-то типа зажигалки, и немного земли. С воздухом не все ясно, но думаю, с ним проще всего — он же вокруг нас, значит, и на него можно воздействовать, главное, понять как.

— Для меня все, что можно использовать, окрашивается в красный цвет. И в зависимости от его интенсивности, я понимаю, как долго. А воздух нет.

— Подумаем, — кивнула она. — Значит, насчет того, что он может повышать силу, молчим. Это тайна рода Гордеевых, и пусть таковой и останется. Насчет остального, я так поняла, вы хотите рассказать всем? Что ж, не возражаю. Более того, на конференции надо будет устроить настоящее шоу, чтобы все не только поверили, но и задумались. Сережа и так был одним из самых желанных женихов в мире, а теперь у нас вообще от претенденток отбоя не будет. Да и дочери… Все могут решить — и небезосновательно, — что их дети мальчики тоже могут стать магами. Быть может, проснувшийся дар передается по наследству. Лично я бы об этом сразу подумала.

Так что усиливаем охрану и следим за шевелением, которое обязательно начнется. Дети, отдыхайте, а нам надо посоветоваться.

Когда главный аналитик говорит такие слова, остается только взять под козырек и свалить из комнаты. Что мы, собственно, и сделали. К тому же есть хотелось ужасно. А значит, вперед — к завоеваниям мяса и прочих вкусностей. Заслужили! Ну, я — так точно…

ПС — следующая глава выйдет в понедельник. В дальнейшем график выкладки — понедельник — суббота. Воскресенье выходной.

Глава 17

Глава 17

— Мяса, хлеба и зрелищ! — простонал я, имитируя голодный обморок. Имитация, судя по полному отсутствию проявлений сочувствия, не удалась.

Вот, помню, соседский кот это мастерски проделывал — вот это был талантище! Всем подъездом подкармливали, ругая злобную хозяйку, пока она, не выдержав упреков в свою сторону, не повесила объявление в подъезде, что эта тварь жрет за десятерых и просто притворяется.

— Я думала, тебе хватило зрелищ. Вон как на меня смотрел, — Оля была само очарование.

— На тебя, моя душа, век глядел бы, не дыша. Только стать твоим супругом мне не светит ни шиша, — процитировал я классика.

— Ой, ну сделай себе фотки и смотри сколько хочешь. Я думала, ты их уже штук сто нащелкал.

— Нет, я на такое не способен. Чтобы свою сестру и голой…

— Ну и зря. Мне-то все равно, а тебе приятно.

— Да как вы можете так⁈ — взорвалась Люба. — Воркуете как любовники!

— Не завидуй. А хочешь, вместе разденемся и попозируем Сереже? Пусть он скажет, чья фигура лучше. Лиза, ты в деле? Нет? Ну и зря. Значит, я победила, у меня лучше.

— Р-р-р-р-р-р! — зарычала та, всем своим видом показывая, что никогда и ни за что. Но если ее хорошо поуговаривать, то, может быть…

В это момент, наконец, накрыли стол, и мы приступили к еде. Причем все ели с большим аппетитом, потому как я потратил много сил и мне нужны были калории, а девушки эти самые силы увеличили и им тоже нужны были калории. Только Катя вяло ковырялась в тарелке, отчаянно всем завидуя и строя планы мести. Думаю, мышку в постели найдет теперь не только Люба.

После обеда я направился к себе, чтобы немного отдохнуть, завязать жирок и подумать обо всем. Ну, а если честно, то банально вздремнуть. Но фиг бы мне дали.

Оля суровым голосом — она явно начала входить в образ сурового учителя, — заявила, что занятий никто не отменял. И чтобы через полчаса я ее ждал на лекцию, был собран, деловит, умыт, расчесан и приятно пах. Насчет последнего она была права, поэтому я послушно кивнул, и зайдя к себе, сразу направился в душ.

Там я немного задержался, потому как горячая вода меня реально расслабила, ну, и немножко с ней поэкспериментировал, управляя струями. Ничего пошлого, но так мыться было забавно, ага. Да так перестарался, что едва опять не обессилел. Успел вовремя остановиться, когда почувствовал накатывающую слабость.

В общем, из душа я выскочил распаренный и красный как рак, и меня можно было подавать с укропчиком и пивом. Завернутый в одно полотенце, потому как мозгов у меня не хватило взять с собой вещи, я был красив и неотразим в мгновенно в запотевшем зеркале.

Аплодисменты за спиной заставили меня подпрыгнуть и выиграть первое место у горного козла по прыжкам на месте. От этого мои руки дрогнули, полотенце упало — и я предстал в чем мать родила перед сидящей в кресле Ольгой.

— Братик, я, конечно, все понимаю, но когда я говорила, чтобы ты был чист, я не имела в виду, чтобы ты меня встречал голым. И хотя не могу сказать, что это зрелище мне не нравится, но все же, не мог бы ты одеться? А то я точно слюной захлебнусь.

— Во-о-о-от, — назидательно поднял я палец вверх, второй рукой натягивая на себя одежду. Ну да, я тот еще фокусник. — Теперь ты понимаешь, как я страдал, когда смотрел на тебя.

— Ну, давай, я тоже разденусь, чтобы мы страдали оба, — тут же с готовностью выдала она оптимальное решение проблемы.

— А давай мы лучше не будем страдать, — тут же внес я коррективы в ее гениальный план.

— Ну ладно, — надулась она. — Просто я слышала, что всякие превозмогания укрепляют силу духа и все такое.

— Ты не поверишь, какая крепкая у меня сегодня была сила духа, когда ты разделась.

— Пошляк, — ласково кинула она в меня тяжелую книгу, от которой я едва увернулся. Такой и голову проломить можно. Глядя на нее, сразу понимаешь смысл фразы — груз знаний.

— Итак, — встала она.

Черт, белая, слегка просвечивающаяся блузка, едва удерживающая четвертый размер, коротенькая, зеленая мини-юбка, очки для антуража — секси-училка! Тыща лайков и подписка! Не удержавшись, я даже сделал пару фоток.

— Берем тетрадку, ручку и книгу, которую вы, мой нерадивый ученик, так неосмотрительно оставили у стены, и открываем ее на десятой странице.

— Ты в меня ей кинула.

— Это несущественно. Знания никогда не даются легко. Согласно докладу вашего бывшего слуги, который впал в немилость…

— Не люблю стукачей и лгунов. Он Марину в краже обвинил и избил, паскуда эдакая.

— Знаю. К ней, как ты понял, претензий никаких нет, а вот Антип уже был наказан.

— Это как же? — невольно заинтересовался я.

— Всыпали десять плетей и отправили трудиться завхозом в школу для одаренных девочек в Тулу.

— И где тут наказание? Я бы посадил его за клевету!!!

— Ты просто не знаешь, что это за школа, — злобно ощерилась она. — Там учатся девочки, которые скоро перейдут с ранга оратай на дружинника. От этого у них случаются спонтанные выбросы магии, иногда ужасной силы. В той школе все работники — маги… Кроме, как ты понимаешь, нынешнего завхоза. Представь себе, что будет, когда он начнет пытаться строить малявок, не контролирующих свой дар…

— Земля ему пухом, — склонил голову я.

— Именно, но это не отменяет того факта, что вы, Ваше Высочество, крайне плохой ученик. Поэтому мне придется начать с азов. Какой, по вашему мнению, самый главный предмет для будущего императора?

— Стопитсот способов удовлетворить свою жену в постели?

— Нет, хотя это тоже важно, и мы обсудим этот предмет позднее.

— Правда? А практические занятия будут? — размечтался я.

— Нет. Потому что я уверена, что по нему вы как раз преуспеваете, в отличии от остальных.

— Бука.

— Поэтому мы начнем с главного — истории. — она плавно повела рукой, и над столом возникло изображение, которое быстро сменялось. — Как ты наверняка не знаешь, но в тысяча двести тридцатом году образовалось первое государство…

В общем, лекция шла примерно час, и если кратко передать ее суть, то когда-то давно был сформирован Совет князей, которые постановили нагнуть всех, кто против генеральной политики партии.

Таких оказалось много, но Совет справился. Он просуществовал хрен знает сколько времени, пока двести лет назад мой предок не ударил по столу кулаком и не сказал: «Хватит беспредела и разврата! Я теперь император, а кто против — сдохнут».

Оказалось, что очень даже многие против, но у него были две жены ранга императрицы, а у врагов таких не было. К тому же армия была за него, народ тоже его вроде любил.

В общем, нагнул он всех и стал править суровой рукой, посадив на ключевые должности родню, дав тем самым начало кумовству и преемственности власти. То есть, дети императора готовились стать императорами, а дети министра — министрами. В этом ключе их и воспитывали, подготавливая с раннего детства.

Нынешний император, и по совместительству мой отец, был суров, могуч и крайне амбициозен. Всей дипломатии он предпочитал сразу бить в морду, в одной руке держа маму, а во второй ракету «Малюта». Другие мамы тоже были отчаянными домохозяйками и имели четкие роли в семье и государстве. Так, моя мама отвечала за оборону и атаку, мама Вероника занималась политикой, а мама Ира была главным аналитиком семьи.

Ну, и всяких Романовых и Рюриковичей, так любимых многими авторами, у нас не было. Вместо Петра окно в Европу прорубил наш пра — и хрен знает, сколько раз пра, — Наум Первый, а потом сразу забил его досками и опутал цепями. Потому как нам там делать оказалось нечего, а вот оттуда полезла всякая прусская и нагловская нечисть, знающая, как нам надо жить, лучше нас.

Не было, кстати, в нашей истории и особых воин. Нет, мелкие стычки между государствами, делящими территорию, случались, но к нам никто не лез, потому как боялись.

По количеству магов мы были впереди планеты всей, а про оснащение армии и говорить нечего. В этом мире мы дружили с Китаем, они же империя Хань. Честно так дружили, без камня за пазухой. Еще были союзная империя Бахрат — в моем мире Индия, — которая подмяла под себя Пакистан, кусок Афганистана, весь Непал и Бирму. Теперь она засматривалась на Тайланд, но опасалась получить по щам от Ханьцев. С остальными странами мы были на короткой ноге и с приставленным к их голове пистолетом.

Оля, показывая и рассказывая мне все это, постоянно наклонялась надо мной, желая проверить, все ли я записал. При этом она прижималась ко мне грудью, обдавая легким запахом духов. В такие моменты я терял нить повествования и не помню, все ли я запомнил.

Потом мы сделали перерыв и пили чай, ведя великосветские беседы о погоде и урожае пшеницы, сплетничали о скандале с князем Юсуповым, которого застукали в постели с мужчиной. За это он подвергся общественному порицанию, был изгнан из рода и отправлен в ссылку. Казни, а за мужеложство у нас вешали, помогли избежать его многочисленные родственники, завалившие прошениями Его Императорское Величество, и отец-генерал, имевший множество заслуг перед короной.

Потом было продолжение лекции, где мы коснулись политической карты, и мне было по полочкам разложено, с кем мне стоит спать, а на кого даже смотреть нельзя. Выбор был велик, как и фоток в купальниках в рунете, но красивей сестер там не было, о чем я сразу и сообщил Оле.

За это был назван лучшим, получил порцию обнимашек и поцелуй в щеку. Разбудив во мне зверя, эта нахалка переключилась на магию, продолжая расхаживать передо мной, старательно виляя задом. Из-за этого сосредоточиться становилось всё трудней, и я уже не мог дождаться, когда же она уйдет, чтобы я мог вызвать служанку и снять напряжение. Терпеть сил оставалось все меньше и меньше.

— О чем ты думаешь? — остановилась она напротив меня в шаговой доступности.

— О тебе, — честно признался я.

— И какие мысли?

— В основном, пошлые.

— Все-таки ты невыносимо милый, -проворковала она, и телепортировавшись ко мне на колени, обдала шею горячим дыханием.

— Оль, а ответь мне на один вопрос, -пытаясь не дрожать крайне возбужденным телом, попытался отвлечься я, — а где вообще наша свита? Ну, там всякие дворяне, заглядывающие нам в рот и сопровождающие нас даже в туалет. Вон, помню, у какого-то монарха был даже личный вытиратель задницы. А что у нас?

— С чего ты взял, что у нас их нет? -поерзала она свой попкой, стараясь устроиться поудобней и старательно делая вид, что не замечает мою каменную духовность, упирающуюся в ее центр знаний. — У меня, как и у остальных сестер, есть свита. Просто сейчас мы не выходим в свет из-за последних событий, а в академии, за мной, как и за остальными, таскается целый табун.

— А что насчет меня?

— А вот у тебя с этим никак. Тебя вообще ничего, кроме тренировок, раньше не интересовало. Я вообще не узнаю тебя после твоего отравления. Раньше ты был нелюдим, угрюм и редко кого удостаивал общением. А сейчас я вижу перед собой совершенно другого человека.

— И какой тебе нравится больше? — по-хозяйски обнял я ее.

— Конечно, тот, что сейчас. За эти дни мы провели с тобой больше времени, чем за все остальное время. Ты стал другим, и это прекрасно. Я знаю, что магия меняет характер человека, и с тобой, скорее всего, произошло то же самое. И эти изменения заметили все и сочли их добрым знаком. По крайней мере, я теперь точно могу сказать, что у меня есть любимый и любящий меня брат.

— Ты даже не догадываешься, насколько любящий, — пробормотал я.

— Догадываюсь, — лукаво улыбнулась она, поерзав еще сильней.

— А-а-а… — начал я заикаться, отчаянно стараясь не сбиться с мысли, — а если я захочу набрать себе свиту, что для этого надо?

— Ничего особенного. Выбираешь кандидатов, сообщаешь их имена князю Ушакову, тот их проверяет и все. И если связей, порочащих их, нет, то дальше договариваешься сам. Но идиотов отказываться от возможности стать ближе к императорской фамилии не бывает. А что, появились кандидаты?

— Да рассматриваю одного парня — барон Пржевальский.

— Почему именно он?

— Да потому что он единственный извинился за инцидент с Потаповым, а после вообще предложил заменить меня собой на дуэли.

— Хорошо, мы проверим его. Секунду… — ее взгляд расфокусировался. — Готово, запрос я отправила. Думаю, в течении часа мы получим ответ.

— Если все в норме, то пусть он завтра присутствует на конференции. После нее я хочу с ним поговорить.

— Как прикажете, Ваше Высочество, -игриво куснула она меня за ухо.

— Оль, я вот все понимаю, кроме одного — что ты делаешь? Ты же понимаешь, что я не железный, что нахожусь на грани, что еще немного, и я наплюю на все ограничения и возьму тебя прямо тут!

— А если и понимаю, то что? —отстранившись, она посмотрела мне в глаза.

— То ты нарвалась! — попытался я схватить ее, но она неуловимым движением увернулась из моих рук.

— Время ужина. Переодевайся. Встретимся за столом. — сказав это, чертовка испарилась из моей комнаты, оставив меня страдать.

Так, мне срочно нужна Марина, а то я за себя не отвечаю! Ладно, сейчас ужин, а там посмотрим… Может, и Верочку навещу. Она что-то говорила про время. Так вот, думаю, что время настало…

За столом вновь собралась вся наша семья. Все выглядели довольными, и даже Люба сменила привычную брезгливую гримасу на подобие улыбки, когда смотрела на меня. Правда, от нее меня слегка бросало в дрожь и заставляло думать о поспешном бегстве за границу. Но я ж воин и не бегаю от битвы.

Когда голод был утолен, мама Ира расписала мне сценарий завтрашней конференции, на которую прибудут не только всякие блогеры и журналисты из кучи стран — количество заявок на аккредитацию уже перевалило за тысячу, — но и ученые дамы, которые должны были оценить мой ранг. Эти магини были независимыми экспертами, признанными во всем мире, что исключало возможность подделки результатов.

После этого мы с ней вдвоем отправились на полигон, где началась репетиция того, что я должен завтра выдать. Прогнав выступление раз десять, она осталась довольна, похвалила меня за ум и память — вот, хоть кто-то оценил, лайк, однозначный лайк ей в карму, — поцеловала в лоб и отпустила на все четыре стороны.

К этому времени я был реально истощен, как морально, так и физически, поэтому все мысли о шалостях с девушками улетучились, сменившись острым желанием добраться до постели и не упасть по дороге.

Часы показывали далеко за полночь, тревожить никого не хотелось, к тому же я давно написал Марине, чтобы меня не ждала и шла спать. А то знаю ее — будет стоять перед дверью, часами ожидая, когда мое занятое высочество соизволит притащить свой зад в комнату.

Рухнув на постель, я совсем не удивился, обнаружив там сладко сопящую Катю. Я вообще перестал чему-либо удивляться, оказавшись в этом мире. Мне вообще казалось, что все мои желания или мечты воплотились в нем. Будто он нереален и создан специально для меня. А вдруг это просто сон, и я лежу где-нибудь в коме, и мне это просто снится — обожгла меня страшная мысль. Да нет, бред, все слишком реально. А даже если это и сон, то я не хочу просыпаться!

— Ты чего так долго? — сонно заворочалась сестра. — Целый день занят, а на меня времени совсем не осталось. А я, между прочим, соскучилась и требую внимания. Вот только немного посплю и сразу потребую, — перевернувшись на другой бок, она крепко обняла меня и затихла, сразу заснув.

— Спи, сестренка, — поцеловал я ее в макушку. — Твой брат рядом и тоже соскучился по тебе. Завтра у нас тяжелый день и сил понадобится много. Надеюсь все пройдет хорошо, хотя я бы на это не рассчитывал. Чувствую, все только начинается.

После чего прижав покрепче мелкую к себе, я тоже погрузился в глубокий сон.

Глава 18

Глава 18

Утром я проснулся свежим, полным сил и довольным, что успел уничтожить собравшийся было заорать будильник еще до того, как он сделал свое грязное дело. А что? Должно же у меня быть хобби? Кто-то марки собирает или крышечки от бутылок, а я вот будильники уничтожаю. А кто-то мне их регулярно подкидывает в комнату. Каждому, как говорится, свое. Мелкой не было, видать, свалила раньше.

— Ваше Высочество, — проскользнула в комнату Марина. Губки бантиком, бровки домиком, чепчик — так вообще огонь.

— Подойди ко мне, милая, мне надо срочно рассказать тебе важную новость, — с самой искренней улыбкой сказал я. — Сколько у меня времени до завтрака?

— Чуть больше часа, Ваше Высочество, -ничего не подозревающая наивная Красная шапочка сама подошла к волку.

— Значит, время есть, — показал я оскал, схватил радостно пискнувшую девушку и утащил под одеяло.

Спустя тридцать минут и пару заходов, я поцеловал ее в слегка припухшие губки, принял душ и вполне себе довольный и расслабленный направился в малую трапезную.

Есть хотелось сильно, да и мандраж легкий был. Сегодня же конференция, народу набежит — жуть. И все из-за меня. А я как-то не сильно люблю быть в центре внимания, предпочитая смотреть на врагов через снайперский прицел с приличного расстояния. Но что делать — судьба.

За столом на этот раз обнаружились сестры, мама и отец, который привычно держал свежую газету в руках. Интересно, а чем его новости рунета не устраивают или это просто такая традиция?

— Ну что сын, готов? — спросил он, когда я со всеми поздоровался, получив приветственные поцелуи в щеку от Кати, Оли и мамы, кивок от Лизы и оскал от Любы. Все-таки она милашка. Где-то глубоко внутри, да.

— Всегда готов, — отозвался я. — И ко всему. А кстати, к чему надо быть готовым? Нас ждут волнения или неожиданности?

— Да кто его знает, — поморщился отец. — Журналисты-то будут свои и ничего каверзного спрашивать не будут. А вот за иностранцев я не поручусь.

— А, ну с этими проще всего, -отмахнулся я. — Сказать много и ничего не сказать, это я могу. У меня пятерка по запудриванию мозгов.

— Хорошее качество для правителя, -усмехнулся он. — Но в общем-то переживать не о чем. Охрана усилена…

— Так же, как в тот день, когда меня отравили? — вырвалось у меня. — Кстати, такой вот вопрос, как получилось, что я бухал в одиночестве? Простите, но события того вечера и утра напрочь стерлись из моей памяти.

— Ой, братик, — ну да, Люба не смогла смолчать. — Ты как всегда — накосячишь, а потом делаешь вид, что все забыл. Был большой прием, потому что совершеннолетие наследника престола, — тут она скривилась, — это большое событие для страны. Там всё было чинно-благородно. Потом, уже гораздо позже, мы отметили в семейном кругу. Алкоголя, как ты понимаешь, тоже не было. А вот когда все разошлись, ты потребовал накрыть для себя стол отдельно и запретил слугам под страхом казни к тебе заходить.

Тогда, видимо, все и произошло. Выпил отравленное вино которое почему то так и не нашли и вырубился. Спасло тебя то, что ты не двигался. Утром, когда слуги стали не на шутку беспокоиться, дверь все-таки открыли, ты выступил, яд подействовал, а дальше, я надеюсь, ты помнишь.

— И что, убийца точно знал, из какого бокала я буду пить, и терпеливо ждал подходящего момента мне его подсунуть?

— Нет, тупица. Отравили твое вино, которое лакал именно ты. Мамы пьют Крымское полусухое, отец Имеритинское крепкое, мы вообще не пьем, так как это плохо сказывается на развитии дара, а ты у нас любитель Селевкидской лозы. Об этом все знают. Вот в него и подсыпали яд.

— Все равно, у меня еще до хрена вопросов по этому делу. Как-то все шито белыми нитками. Ну не мог убийца так долго шастать по дворцу, не вызвав подозрений!

— Она была в облике служанки. Даже магическую ауру смогла подделать.

— В каком смысле, магическую? — не понял я.

— Боже, как можно быть настолько безграмотным! — закатила она глаза. — Все наши слуги-женщины, даже уборщицы являются магами. Они — последний рубеж обороны дворца. Даже твоя служанка, которую ты валяешь в постели, имеет ранг воина и намного старше, чем тебе кажется.

— Если она такой крутой маг, то какого хрена терпела побои от Антипа?

— Да потому что он был твоим личным слугой. Его статус намного выше ее. Попробовала бы она ударить эфиром, ее бы сразу казнили. Тебе знакомо слово субординация? Вот это оно и есть.

— Из всего сказанного тобой мне стало ясно, что отравить хотели именно меня. Вопрос зачем не стоит, и так понятно, но от этого в голову приходят интересные мысли.

— Поделишься? — предложил отец, внимательно прислушивающийся к нашему разговору.

— Есть одно правило, — задумавшись, сказал я. — Ищи того, кому выгодно. Вот предположим чисто теоретически, я помер, а потом следом за мной отправился и ты. Кто наследует трон? Сестры не могут — значит, их мужья, потому как во главе государства может стоять только мужчина. Мам я даже в расчет не беру, так как у трона, пусть и номинально, должен стоять тот, в ком течет кровь Гордеевых. Как думаешь, их выдадут замуж за местных наследников? Уверен, что нет. Никакому роду не захочется усиления другого. Легче их сплавить по-быстрому и куда-то подальше, дабы открыть простор для действий.

Мамы, какими бы сильными магами ни были, не смогут этому воспротивиться — все обставят по закону. А нет, можно повторить опыт и так же отравить или лишить сил, да много ещё чего. Мамы сильны, но не бессмертны.

Ну, а дальше все просто — путь к трону свободен. В ком, кроме нас, течет кровь Гордеевых? Наверняка такие есть, и у них наверняка есть как раз подходящие по возрасту наследники. А даже если нет, то спокойно можно назначить регента. Кто у нас отвечает за охрану дворца?

— Я, сынок, — мама, точно ученица, подняла руку.

— А после тебя?

— У меня несколько замов, но все это проверенные люди.

— Ищи того, кому выгодно, — опять повторил я. — Есть возможность на сегодня заменить часть охраны на преданных лично тебе людей? Естественно, сделав это незаметно или вообще в последний момент?

— Конечно, есть, — задумалась она. — В твоих рассуждениях много логических дыр, но право на жизнь они имеют. Что ж, я последую твоему совету сынок. Прошу прощения, мне надо отлучиться, — встав из-за стола, она быстрым шагом покинула трапезную.

— Очень интересно, — отец с удивлением смотрел на меня.

— Ага, — подтвердила Ольга. — И мне вот тоже стало интересно, что третий отдел до сих пор не дал внятного объяснения произошедшему. Может, пришла пора наведаться в Тайный приказ с проверкой, как считаешь, отец?

— Пока спешить не будем, — тяжело посмотрел он на нее. — Подозревать всех легко, но мне нужна правда, а не домыслы. Поэтому я сам этим займусь. Есть у меня, кому можно поручить подобное. Сделают все быстро и, главное, незаметно. Пока отдыхайте.

— Ага, всем спасибо, пойду я, к Верочке загляну. Что-то нервы шалят. Может, таблеточку какую даст или еще как полечит.

— С Верочкой облом, братец, — ядовито вмешалась Люба. Нет, вот я ей точно надаю по хорошенькой попке, чтобы выбить всю дурь. — Нет ее во дворце и еще неделю не будет. У Лопухиных на заводе, что во Пскове находится, пожар случился, много жертв и раненых. Вот всех клановых лекарей и призвали. Она рано утром уехала.

— Печалька. Надеюсь, она сможет им помочь. А кто у нас вместо нее?

— Не переживай, без помощи не останешься. У нас есть, кем ее заменить. Но придётся потерпеть, к тебе посетитель.

— Ко мне? — тормознул я на выходе.

— Да, брат, — отозвалась Ольга. — Барона Пржевальского проверили и сочли полностью лояльным. Он дожидается тебя в приемной. Я решила, что тебе с ним лучше поговорить до конференции.

— Ну и отлично. Тогда не буду заставлять барона ждать. Да и неприлично это.

— А почему именно он? —заинтересовался отец. — У тебя есть огромный выбор, но простой барон… Да, не спорю, их лошади — чудо, но сам род достаточно слаб и не имеет никакого политического веса.

— А мне это и не нужно, — ответил я. — Мне нужен друг, а не лизоблюд. И мне кажется, на эту роль он хорошо подойдет. Но я еще ничего не решил. Пойду, пообщаюсь с ним.

Раскланявшись со всеми, я отправился на встречу. А вообще, хватит уже сидеть взаперти. Я уже несколько дней в этом мире, а кроме одного выезда вечером никуда и носа не казал. Даже город не видел.

— Ваше Высочество, — поклонился мне уже знакомый парень.

— Пока мы наедине, называй меня Сергей, — протянул я ему руку, которую тот пожал. Несмотря на хрупкий вид, пожатие было крепким, и мне это понравилось. — Ну, а я тебя буду называть Паша.

— Как прикажете, Ваше Вы… Сергей.

— Да, так и прикажу, и надеюсь, в дальнейшем я буду крайне редко пользоваться этой привилегией. Тебе сказали, зачем я тебя позвал?

— Нет, Ва… Сергей.

— Хорошо. В общем, я не буду ходить вокруг да около, а скажу прямо — как ты относишься к тому, чтобы войти в мою свиту? Я собираюсь поступать в академию, и там мне нужны будут верные люди.

— Я? — непритворно удивился он. — Но я же простой барон, к тому же из бронзовых кланов.

— Твой статус меня интересует меньше всего, — отмахнулся я. — Бронзовый, Золотой — главное, чтобы человек был хороший. Ты слышал про Юсупова? А ведь он золотой, первая десятка, можно сказать… М-да, но не будем о плохом. Так что скажешь?

— Почту за честь! — вскочив, он вновь поклонился, заставив меня поморщиться.

— Паш, давай договоримся сразу — мне не нужны слуги, мне нужны друзья. Поэтому не надо воспринимать каждое мое слово как истину, а каждый жест — рукой небес. Если я не прав — скажи и обоснуй. Если видишь, что все идет не так — тоже скажи. Да, может, и получишь в морду, потому как я скор на расправу, а может, и ты мне в морду дашь, потому как я могу признавать свои косяки. Друг, понимаешь, друг, а не слуга. Вот, кстати, еще один, — на мое плечо спикировал Карыч.

— Так, парящий-говорящий. Не вздумай никуда улетать. У нас в два часа прием, и ты должен сидеть у меня на плече, важно щелкать клювом и демонстрировать свое презрение ко всем окружающим, кроме моей семьи.

— Р-р-р-раздолбаи, — каркнул он, слегка меня оглушив.

— Немного есть, — согласился я. — Только при них этого не ляпни.

— Ваш… Сергей, значит, все-таки правда, что ты маг. Как такое возможно?

— Хороший сон, правильное питание и бег трусцой по пересеченной местности — вот секрет любого успеха. И да, я маг и все такое.

Чиркнув зажигалкой, я подхватил огонек и, придав ему форму ворона, заставил взлететь и закружиться над нашими головами. Карыч от возмущения аж клюв раскрыл, после чего сорвался с моего плеча и кинулся в атаку. Пришлось спешно погасить пламя, а то бы точно крылья подпалил.

Увидев, что враг исчез, ворон стал громко возмущаться, а потом вихрем метнулся в окно. Наверное, жаловаться полетел.

— Чудеса, — прошептал Паша.

— Магия, — наставительно поднял я палец вверх. — Ну, об этом потом. Значит, план у нас такой. В два часа сюда сгонят пишущую и магичащую братию, чтобы разобрать меня по косточкам и посмотреть, как это у меня все работает. Я устрою шоу, покажу, как умею. Потом всех разгонят и останутся всякие научницы — теоретики от магии, которые не поверят, пока не проверят, и покажут как надо. В общем, ранг мне будут присваивать.

Нервы они потреплют сильно, и подозреваю, что под конец я буду зол как демон, у которого сорвался выгодный контракт.

Так вот, твоя задача — сдерживать мои порывы кого-нибудь убить. Это могли бы сделать и сестры, но они девушки и ничего не понимают в тонких настройках мужской психики. И самое главное, не давай мне забухать, потому что я точно этого захочу. Даже если буду угрожать ссылкой, смертной казнью и прочими извращениями — не давай.

— Я все понял, Сергей. Но у меня вопрос насчет академии. Мы же, раз вы маг, будем учиться на разных факультетах. Вы на боевом, а я планировал на экономическом. Для рода это полезней будет.

— Все фигня, решим, — отмахнулся я. — Там, насколько я понял, все первокурсники живут на территории академии и разделены по факультетам. Комнаты двухместные. С кем, думаешь, меня поселят?

— Думаю, для вас выделят отдельную комнату, — сказал он очевидную вещь, о которой я не подумал, первоначально распустив слюни.

— М-да, такой вариант не исключен. Но я что-нибудь придумаю. Принц я или где?

— Боюсь, что в случае академии или где. Там запрещены сословные границы.

— Не пори чушь, Паша. На словах может быть, а на деле? Неужели ты думаешь, что какому-нибудь сыночку или доченьке напыщенного князя или герцога понравится сидеть, есть, спать в компании простолюдина? Это я такой, не к столу будет помянуто, демократичный, а остальные точно нет. Так что выброси это из головы. Ректор — графиня в ранге князь, все преподаватели благородные. Так что вся чушь о всеобщем равенстве годится лишь для рекламных плакатов в день выборов Пендосского президента, а не в сердце монархического государства.

— Тогда, Сергей, мне нужно вернуться домой и сменить гардероб на более парадный. Если уж мне предстоит находиться рядом с тобой, то и вид я должен иметь соответствующий.

— Это правильно. Встречают по одежке, а провожают по морде. Оля, — набрал я сестру, — организуй барону Паше приглашение на сегодняшний спектакль со мной в главной роли. Спасибо. Целую.

— Так, дружище, значит, сейчас перед выходом получишь пропуск, по которому тебя без очереди, когда вернешься, пропустят внутрь. Все действо состоится в конференц-зале, он почти такой же большой, как тронный, и как раз предназначен для подобных мероприятий. Не вздумай стоять в общей очереди бездельников, а сразу дуй ко мне. Попробуют не пропустить, набери меня, вот номер, — прикоснулся я к его браслету своим. — И все, хватит хмуриться. Тебя ждут великие дела и туманное будущее.

— Как прикажешь, Сергей, — поклонился он и отправился на выход.

Так, с этим разобрались. Парень вроде ниче. Посмотрим, как покажет себя, и проверим, можно ли к нему в душевой спиной поворачиваться, наклонившись за упавшим мылом.

И чем мне теперь заняться? Повторяется прошлая картина — принц скучает и от скуки начинает чудить.

— Ваше Высочество, — нарисовался камергер или как там их называют. — К вам посетитель, принцесса империи Хань Линь сунь Джоу.

— Прекрасно, — улыбнулся я. — Зови и прикажи подать чаю и легких закусок…

— Ваше Высочество, — склонила голову она, входя в комнату.

— Да ладно тебе, Линь. Мы же друзья, так к чему это церемониал? Как сама вообще? Настроение и все такое? Как дела, не буду спрашивать — мне эта пиндосская традиция бесит. Ведь на самом деле им глубоко пофиг, а интересуются лишь из показной вежливости.

— Ты мне не ответил ни на одно сообщение! — обвиняюще ткнула она в меня пальчиком.

— Упс, а что они были? Я что-то забыл в руграмм посмотреть. Скажу честно, за меня там Катя общается, так что я там не частый гость.

— Да? Хорошо тогда, что я их удалила, — тут же отреагировала она так, что я пожалел, что их не видел. Вдруг там фотки 18+ были?!! Ой, дура-а-а-ак… — И вот еще что. Я решила пересмотреть наши с тобой договоренности.

— В одностороннем порядке их менять нельзя, — тут же среагировал я. — Но я понимаю, ты не хочешь со мной дружить, потому что тот, кому ты обещала быть той единственной, ревнует и запрещает тебе со мной общаться. Ты разбила мне сердце, но я стойко приму поражение от неизвестного мне красавчика. Прощай.

— Да стой ты!!! Нет никого возлюбленного и тем более, мне никто не может ничего запретить. Я по поводу нашей дружбы. В общем, если не вдаваться в подробности, я готова стать твоей женой. Первой, — почему-то добавила она.

— Это с чего такая милость? — прифигел я, уже догадываясь, в чем дело.

— А с того, — резко приблизилась она и обдала мое лицо своим горячим дыханием, — что мужчин вокруг полно, а ты такой единственный. И наши дети, — она приблизилась еще сильней, так, что наши губы едва не касались, — будут сильнейшими. И начнем мы их делать, пожалуй, прямо сейчас.

— Мама, — только и успел прошептать я, понимая, что меня сейчас трахнут. Не то, чтобы я был против… а нет, совсем не против. Я ж не дурак от такого отказываться! Или дурак? Или умный? Что то я совсем запутался. Но делать что то надо и кажется я знаю что…

Линь

Глава 19

Глава 19

— Нет, не надо! Только не со мной… Я стесняюсь и слишком молод, чтобы совершать умные поступки. Хочу творить добро, любовь и разврат без обязательств.

Воспользовавшись приемом Ольги — скользкий угорь, — я выскользнул из объятий ханьки, изобразив муки совести и раскаяния.

Не проканало, и мне не поверили. Потому как попытались напасть еще раз, а потом еще. Спасла ситуацию Катя, которой я послал сигнал тревоги с коротким сообщением: « Помогите! Хулиганка чести и достоинства лишает».

Сестра телепортировалась ко мне в тот момент, когда меня зажали в углу и невзирая на чины и звания, стаскивали брюки. Нет, разврата я хотел и даже очень, а вот жениться нет. А с этой по-другому не получится.

— А что тут происходит и почему ты, братик, так тяжело дышишь? Тебе плохо и Линь пытается тебя раздеть, чтобы положить в кровать?

— Точно, в кровать, — сдула ханька непослушную челку. — Но сначала раздеть!

— Ваше Высочество, вам не кажется, что с этим лучше справятся слуги? Давайте, вы приведете себя в порядок, а я провожу брата. К тому же скоро конференция начнется, и ему надо к ней подготовиться.

Не успела та и слова сказать, как сестра, схватив меня за руку, проворно утащила из кабинета.

— Я твой должник, — облегченно выдохнул я. — Чуть не совратила, самка озабоченная.

— А чего сопротивлялся? Тебе же она вроде понравилась.

— Ага, сначала просто дружить, а как узнала, что я маг, так давай детей делать. Да фиг ей по всему лицу! Пусть теперь страдает и становится в очередь всяких цыпочек. А я посмотрю и выберу. Список-то большой, а мест мало.

— Отец хочет, чтобы ты женился на Линь.

— Так я и не против. Но пусть сначала немного помучается от неразделенной постели. Могу я немного походить, задрав нос, надувшись от пафоса и гордости?

— Можешь, только не лопни. И вообще, пошли к тебе. Надо тебя приодеть и проконтролировать, чтобы никто не влез.

— Да я как-то и сам могу одеться. Если что, Марина поможет.

— Знаю, как она тебе помогает. От ее стонов у мамы на грядке помидоры краснеют. А будешь брыкаться, позову Олю.

— Не надо Олю, давай лучше ты.

От мысли, что она будет меня касаться, меня пробрала дрожь. Все, с этого момента постараюсь не оставаться с ней наедине, так сказать, во избежание. А то не сдержусь.

Мой парадно-мундирный костюм был готов и чинно лежал на кровати. На этот раз вещи выглядели более надеваемыми и снимаемыми, поэтому я решил, что запросто справлюсь сам. Правда, моя решимость сразу споткнулась об галстук, которой я ненавидел всей душой еще в прошлой жизни, и как оказалось, в этой тоже. Ну, и не стоит говорить о том, что завязывать я его не умел. Зато Катя умела.

Эх, вот повезет же ее будущему мужу! Ага, она так мне и сказала. М-да уж, скромность и моя семья — точно не совместимые понятия. Хотя, мы ж это — императоры, и все такое. Нам положено быть впереди планеты всей по чванству и задранным носам.

В общем, меня одели, расчесали и признали годным к употреблению. Ну, а потом меня так же взяли за руку, погладили спикировавшего Карыча и повели на расстр… на конференцию, в смысле.

Катя уже была одета, как и подобает маленькой принцессе, я тоже, сестры — черт, на них смотреть нельзя, чтоб не зажмуриться, как и на мам! От такого количества красоты, собранной в одном месте, земля может треснуть.

Ну да ладно. Наш выход сопровождался ревом труб, от которых я едва не оглох, а ворон, сидевший на моём плече, едва с него не свалился. Чет я реально очкую, глядя на всех этих пираний, что приплыли сюда на запах крови.

— Да не парься, — шепнула Катя. — Мы так уже сто раз делали.

В общем, выползли мы, раздавая направо улыбки, а налево обещания мучительной смерти распорядителям, которые не уменьшили звук. Чинно расселись, приняв пафосный и гордый вид. Быстрый взгляд на толпу, сразу приметил Пашу, который так до меня не добрался и скромно топтался возле стены. Это кто его не пустил ко мне? Где моя большая секира?!!

Мой блудливый взгляд так же выхватил в толпе Персика с ее дебильным братом. Увидев, что я на него смотрю, он стал корчить рожи. И мне стало даже завидно, потому что я тоже так хотел, но нельзя, а то фотки кривые получатся.

Еще увидел ханьку, что сидела в первом ряду. Эта рожи не корчила, но смотрела на меня, как голодная собака на сочный стейк. Иногда даже губы облизывала призывно, на что-то намекая.

Тем временем батя взял слово и начал вещать. Кратенько, минут так за сорок, он рассказал всем находящимся в зале историю рода Гордеевых, прошелся по верхам истории империи, затронул дипломатию, армию, флот, погрозил врагам, поблагодарил друзей, и прочее, и прочее… Под конец его речи все немного заскучали. Но зевнуть никто не решился, потому как голова — она одна, и терять ее не хочется. На этом вступительная часть была закончена и пришел мой черед.

Вариант с обнажением девушек посредством снятия с них одежды мы с мамой Ирой, к моему великому сожалению, отбросили, решив ограничиться демонстрацией магии.

Под громкие овации я вышел в центр зала. Ворон, сидящий на моем плече, щурился от бесконечных вспышек фотоаппаратов, но сидел смирно. Так, что там говорить-то надо?

— Уважаемые дамы и господа, жители столицы и ее гости, сегодня, в этот день пусть весь мир узнает, что магия опять вернулась к мужчинам. И с этого момента с женской монополией на нее будет покончено.

Это утверждение было спорным, но я настоял на нем.

— Итак, смотрите и верьте своим глазам.

Из мешочка вылетела земля и, приняв форму ворона, закружилась надо мной, за ней последовала вода из небольшого пенала, спрятанного в рукаве. Незаметное движение рукой — и посыпались искры, тут же превратившиеся в пламя.

Все три стихии, приняв форму воронов, закружились над головами обалдевших зрителей. Ну и мой тоже не остался сидеть на месте и поднялся в воздух вместе с ними.

— Кто-то хочет сказать, что они иллюзия?

Я подкинул вверх комок бумаги и огненная птица тут же атаковала ее, осыпав пол пеплом. Водяной ворон присел на плечо девушки, сидящей в центре, и потерся головой о ее шею, оставив мокрое пятно на одежде. Она робко протянула руку и погладила его. — Мокрый и холодный, — произнесла она. И тут же десятки рук потянулись к нему, стараясь прикоснуться.

— Он настоящий!!!

— Они настоящие!!!

Зал взорвался сотнями голосов. А вороны, сделав еще круг, распались в воздухе. Я вымученно улыбнулся, стараясь не показать, как мне хреново. Одновременно поддерживать все стихии оказалось сложно и затратно. Но я справился.

Под начавшиеся аплодисменты я сел в свое кресло, и началась пытка журналистами, которые погребли меня под шквалом вопросов. Правда, самому отвечать мне почти не приходилось. Роль моего секретаря взяла на себя мама Ира, которая бодро тараторила, еще больше нагоняя тумана. Но один раз мне все же пришлось дать подробный ответ.

— Ваше Высочество, газета «Азия сегодня». Есть ли шанс, что ваши сыновья унаследуют ваш дар?

Этот вопрос заставил замолчать всех и внимательно прислушаться. К счастью, этот вопрос мы предвидели и ответ на него тоже оговаривали.

— Пока никто из нас не может понять, как возродился дар и является ли он наследственным. Он не рос и не развивался во мне. Просто появился и все. Возможно, это провидение богов, а может, так сошлись звезды. Все-таки я сын сильнейших мужчины и женщины нашего мира. Конечно, понадобятся исследования, и в этом я, безусловно, помогу нашим евгеникам. Надеюсь, с меня начнется эпоха возвращения мужчинам магии. Благодарю за внимание.

В общем, как и ожидалось, я произвел фурор, и конференция вместо часа продлилась все три. И то, журналюг потом едва не пришлось пинками выталкивать из зала.

К этому времени я предсказуемо осатанел от бесконечных вспышек, и желание кого-нибудь прибить росло с каждой минутой. В несвойственной мне манере я стрелял глазами, изо всех сил пытаясь сделать выстрелы материальными, но пока в этом не преуспел.

Когда градус моего напряжения достиг пика, все закончилось. Гости принялись расходиться, ханьку, попытавшуюся кинуться мне на грудь, перехватила Ольга — лайк за скорость, сестренка, — а Паша закрыл меня своей тонкой спиной, решив стоять насмерть и не пущать.

Ну а Катя, видя мое состояние, просто молча взяла меня за руку и потащила к себе. До следующей демонстрации был еще час, потому как мне надо было восстановиться и успокоить расшалившиеся нервы.

Вот мы и сидели у неё, запивая печаль чаем и поднимая уровень дофамина в организме с помощью пирожных. Болтать на отвлеченные темы быстро надоело, и я задал вопрос, о котором вообще как-то забыл.

— Кать, а где вообще наши дедушки и бабушки? Наши родители сироты, что ль?

От моих слов она едва не поперхнулась чаем, и мне пришлось постучать ей по спине.

— Я все время забываю, что ты все забыл, братик. Но легче от этого не становится. Особенно когда я слышу твои вот такие вопросы. Но так уж и быть, я тебя просвещу, хотя ты все это спокойно мог найти в рунете.

Наш дед, бывший император, Георгий Павлович отошел от дел уже семь лет назад и вместе с бабушками Валентиной и Екатериной живет в Ливадии.

— А они были на моем дне рожденья?

— Нет, дед себя не очень хорошо чувствует, да и у вас, как бы это мягче сказать… Ну, не самые лучшие отношения.

— Это с чего ж такая немилость? —удивился я.

— Ну, он тебя считает, скажем так, не сильно умным, а ты его назвал старым маразматиком во время вашей последней встречи.

— За дело назвал или в качестве протеста против диктатуры?

— Если честно, то за дело, но деду это не объяснить. Ну а с мамами все проще — наша из рода князей Васильчиковых — побочная, но сильная ветвь рода Демидовых, мама Ира — Лопухина, а мама Вероника из Наумовых.

— И что же, они вот так просто отдали Гордеевым своих сильнейших одаренных? — не сдержал скепсиса я.

— Нет, конечно, — рассмеялась она. — Когда папа на них женился, они все были не выше воина. А вот потом сильно выросли в рангах. Не знаю, что так влияет, но императрицы всегда сильнейшие в стране. Возможно, это из-за родового камня. Мы, кстати, тоже поэтому быстро в силе растем.

— Это я заметил. «Ах» — и ты уже витязь.

— Это все ты! — ткнула она в меня пальцем. — Всем помог, а мне нет. Может, ну его, это восемнадцатилетие, и ты и в меня впустишь свою силу? Немного, всего на полшишечки.

— Не знаю, где ты набралась таких пошлостей, но даже не проси. Я эту силу не контролирую, и черт его знает, что делать, если что-то пойдет не так.

— Вот так всегда. Как что — Катя, помоги. А как Кате нужна помощь — так терпи и жди, — надулась она.

— Ну ты же понимаешь, что они правы, -сгреб я сестренку и усадил к себе на колени. — Ты и так быстро в силе растешь, и когда придет время, я тебе помогу. Обещаю, — поцеловал я ее в макушку. — А теперь пошли показывать мастер-класс всяким магиням. Посмотрим, насколько сильно может ударить твой брат по их самолюбию.

Дорогу до полигона я точно теперь смогу найти с закрытыми глазами. Слишком уж много времени я стал на нем проводить. Даже больше, чем в собственной спальне.

На нем уже собрались все высокопоставленные гости из мира магии в количестве целых трех штук, не считая мам, которые так же были экспертами, но как лица заинтересованные, в этом спектакле не участвовали.

Смуглая дама приятных форм и неопределенного возраста, завидев меня, направила свои стопы в нашу сторону.

— Ваше Высочество, — сделала она попытку поклониться. Попытка не прошла. Видать, за долгие годы жизни ее шея перестала гнуться, но я не злопамятный, хотя в книжечку записал. — Пойдемте со мной, я объясню вам суть процедуры присвоения ранга.

И я пошел. А чего ж не пойти за так призывно виляющей задницей в обтягивающих брючках? Дошли мы до центра полигона так быстро, что я даже не успел слюну пустить.

— Перед вами магический камень, -показала она мне эталон всех попаданцев. Сейчас скажет, положите руки на него и ничего не делайте. Или влейте в него эфир. Скучный, избитый рояль.

— Вам надо по нему ударить, — сломала она шаблон.

— С ноги или можно рукой? — на автомате спросил я, пока внутри меня рушился привычный мир боярки.

— Как вам будет угодно. Можете даже головой, если это поможет. Главное, выдайте свой самый сильный удар стихиями. Можно всеми одновременно и даже желательно. А можно по очереди, если не можете их все одновременно контролировать.

— Ломать не строить, — пробормотал я, настраиваясь на максимальный выброс. Но пока дамочка не отошла подальше к группе из еще двоих таких же, настройки не работали, потому как сиськи у нее тоже были зачетные, и я на них тупо залип.

Глубокий вдох — выдох, перед глазами встало лицо Гаруна в тот момент, когда он подходит к Ольге с неопределенными намерениями, а после я буквально взорвался, снеся этот чертов камень с постамента.

И в этот момент сознание помахало мне ручкой, и я рухнул на песок.

— Ну привет, как сам? — Лихобор все так же сидел за столом и перебирал бумаги.

— Сказал бы, что норм, но не могу. Раз я тут, значит, опять помер?

— Помер? Нет, просто перенапрягся и потерял сознание. Через пару часов оклемаешься, не переживай. Как тебе вообще тело? Не жмет, не давит?

— Да вроде нормально все. Даже провел, так сказать, экстремальные испытания.

— Ну вот и отлично, — довольно улыбнулся он. — Я, кстати, чего тебя позвал — предупредить хотел.

— Я сплю и мне это все снится?

— Нет.

— Я был сильномогучим магом, богом, спецназером, которой переродился в тщедушном тельце, которое сейчас мочат в сортире⁈

— Да нет же!!!

— Лексус и Вован на самом деле один и тот же человек, и это я? Кстати где они номера всяких политиков берут?

— Да откуда такой бред!!! — заорал он.

— Ну, тогда самое страшное предположение — я будущий президент Пиндосии.

— ТЫ МЕНЯ УТОМИЛ!!!

— Да ладно, ладно. Чего орать-то так. Я просто предположил самые страшные сценарии своей жизни.

— Этот мир не то, что кажется и видится, — выдохнул он, вытирая пот со лба. А я хорош, вон как за пару минут из себя его вывел. Но есть, куда еще расти. Так, стоп!

— Что значит — не то, что кажется? Я пока вообще не понимаю, что мне видится и кажется. И да, объясни мне, что у меня за нездоровая тяга к сестрам и откуда такое желание всех поиметь? Нет, я понимаю, что красавчик и все меня хотят, но почему я тоже хочу всех, невзирая на моральные нормы и правила?

— Всему есть причина, — закатил он глаза, косплея Пифию из «Матрицы». Только печеньки, гад, не предложил. — И ты о ней скоро узнаешь. А пока хоти дальше и мучайся. Никто не говорил об легко и даром. За все надо платить.

— А можно выбрать навязанные услуги и отказаться от части из них?

— Нет, это не обсуждается. Договор заключен и изменениям не подлежит. Кстати, как тебе магия?

— Не, ну это, конечно, лайк, вот только я в ней не понимаю ни хрена. Как ей управлять, откуда она берется, что там с источником и вообще, требую инструкцию по эксплуатации!

— Да кто ее читает, — отмахнулся он.

— Читают. Ну, правда, обычно после того, как окончательно сломают. А мне бы этого не хотелось.

— Ладно, получишь инструкцию, как учиться начнешь. И помни мои слова!

— Это какие? Ты мне знатно голову заморочил, и теперь я не помню, все ли я помню.

— Вали уже, как ты мне надоел! — завыл он, и меня опять накрыла тьма. Нервный он какой-то. Может, стоило ему валерьяночки предложить попить или настойки на березовых почках? И что он вещал про мир? Не такой, как все? Так это я так вижу, тоже мне, Пиндосию открыл. Поживем — увидим.

Ладно пора приходить в себя, а то я уже чувствую знакомый запах и нежную руку на моей голове…

Глава 20

Глава 20

— Оленька, свет глаз моих, как я рад, что ты рядом, — прошептал я.

— Откуда ты знаешь, что это я? — раздался ее довольный голос.

— Твои прикосновения я ни с чьими другими не перепутаю, — улыбнулся я и наконец открыл глаза. — Как все прошло? Я дал жару и огня?

— Дал жару, дал. Могу тебя поздравить — ты витязь, хотя по силе удара на слабого воеводу потянул. Если бы всеми стихиями ударил, то точно бы его получил.

— Если бы я всеми ударил — хорошо, что воздух пока мне недоступен, — то думаю, помер бы от перенапряжения. Так что витязь — это тоже круто.

— Ну еще бы, — ко мне подошла мама, которую я сразу не заметил. — Самый молодой витязь в истории, единственный маг-мужчина в мире, наследник великой империи — и все это мой сын! Горжусь тобой, сыночек, -поцеловала она меня в лоб.

— Ты еще забыла, что он холостой, мама, — подсказала сестра.

— Боюсь, такими темпами недолго ему ещё ходить без обручального кольца.

— Я буду гневно ругаться, отбиваться и кусаться, — сразу предупредил я. — Не люблю украшения, особенно всякие кольца и тем более обручальные. Я еще не нагулялся и вообще, молод и жизнерадостен. Чего я вам плохого сделал, если вы мне хотите испортить жизнь?

— Все зависит от твоего отца, а он решительно настроен на внуков.

— Ты слишком молода, мама, чтобы я позволил кому-то называть тебя бабушкой. Так что пусть папа засунет свою решимость в сейф и запрет ее там на пару лет точно. Жениться я не буду, и точка. И вообще, мне все кандидатки не нравятся.

— Почему? — удивилась она. — Красивые девушки.

— Ма-а-ам, посмотри на них и на себя, или на Олю. Вот где эталон женской красоты и желания. А эти пигалицы даже рядом с вами не стоят.

— Какой же ты у меня глупый, — довольно рассмеялась она, обнимая меня. — Но выбор все равно придется сделать, рано или поздно.

— Согласен на поздно, — тут же отозвался я, устраиваясь поудобней. — А сейчас вообще сколько времени? Уже пора вставать или скоро ложиться?

— Сейчас десять вечера, так что решай сам. Ужин я распорядилась принести сюда, если захочешь поесть, то все на столе. Ладно, сынок, отдыхай, до завтра. Оль, ты идешь?

— Чуть позже, мама. Я хотела бы поговорить с Сергеем.

— Хорошо, милая. Но не слишком задерживайся. Ему нужен отдых.

Дверь закрылась, и мы остались вдвоем.

— Ты есть будешь? — спросила она, поправляя мое одеяло.

— Неа, — прислушавшись к себе, я понял, что, как ни странно, не голоден.

— Ну, тогда двигайся. Сегодня я сплю у тебя, — тут же заявила она, скидывая с себя платье и оставаясь в короткой маечке и трусиках.

— Может, не надо? — сглотнул я набежавшую слюну.

— Надо. У тебя от перенапряжения могут быть спонтанные выбросы магии. Поэтому надо проследить.

— А может, тогда лекарское крыло…

— Ты не хочешь, чтобы я у тебя оставалась? — нахмурилась она, залезая под одеяло.

— Оленька, это мое самое большое желание. Но это тот редкий случай, когда оно не совпадает с моими возможностями. Я слаб, плоть слаба, а ты слишком красивая.

— Вот и прекрасно. Силу воли потренируешь, ну, и я заодно.

— Эх, нет в жизни счастья. И даже если оно рядом, достать ты его все равно не можешь.

Глаза как-то стали быстро слипаться, и несмотря на пошлые мысли, я быстро вырубился.

Утром я проснулся от щекотки в носу. Не открывая глаз, я провел рукой по лицу и почувствовал под ней мягкие волосы. Наверное, Мариночка пришла. Черт, голова-то как болит, ничего толком не помню. Рука быстро нащупала мягкое полушарие груди, и я притянул ее к себе поближе. Почувствовав нарастающее желание, я скользнул вниз. Трусики? Зачем это она спит в них? Непорядок! Вдруг мое высочество захочет, а тут такая преграда. Значит, долой. Действуя на ощупь, я принялся их стаскивать.

От моих прикосновений она явно проснулась и прижалась крепче, делая вид, что спит. Вот чертовка, знает, как меня завести! Погладил животик, грудь, скользнул ниже. Она зашевелилась, но все так же изображала спящую.

Ах так, ну, ща я тебя разбужу! Мои пальцы скользнули еще ниже, и раздался легкий стон, ее дыхание стало прерывистым. Пара движений, еще, еще, и она, чуть вскрикнув, задрожала, крепко сжав мою руку.

Развернул к себе, темно, но губы найти смог. Ух, какие сладкие и вкусные, не оторваться! Хочу, сил нет терпеть. Скользнул губами по шее. Руки уже вовсю гуляли по телу, распаляя меня еще больше. Сейчас…

— Сережа, мы не должны, — услышал я шепот, и на меня будто ушат холодной воды вылили. Открываю глаза — мать моя берегиня, Ольга?!!

— Т-т-ты что тут делаешь⁈ — голову опять прострелило болью. Черт, точно, она же вчера осталась ночевать у меня! И я ее чуть не… Ох, бли-и-ин!

— Спала, — чуть хриплым голосом ответила она. — А ты меня разбудил, и скажу честно, мне понравилось.

— А уж как мне понравилось, -стремительный выброс гормонов стихал, остужая голову. — Ты чего меня не остановила? Я думал, это Марина, ну, служанка моя.

— А зачем? — спросила мисс Очевидность. — Ничего же не было и не могло быть. А это все легкие шалости. Не самой же мне себя… ну, ты понял. А так и стресс сняла, и для здоровья полезно.

— Ты-то сняла, а я вот нет, — буркнул я. — И еще миг и уже все бы было. Я ж почти…

— Так давай, я тебе помогу, — тут же подскочила она.

— Не надо! — шарахнулся я от нее. — Оль, пойми, я не сдержусь, понимаешь? Я как вспомню поцелуй, так последние бастионы нравственности падают.

— Какой ты… несдержанный, -улыбнулась она, даже не пытаясь прикрыться.

— Оль, скажи мне. Если бы я не был твоим братом, ты бы вышла за меня? Ну так, чисто теоретически.

— Я бы сказала «Да», в тот же момент, когда ты закончил бы делать предложение, — ответила она. — Вот уж не думала, что влюблюсь в собственного брата…

— Такая же фигня, — откинулся на постели я, и она прижалась ко мне, положив голову мне на грудь.

— И какие у нас планы на сегодня? -спросил я, чтобы отвлечься от манящего тепла ее тела.

— Ну, ты поедешь в институт магии, чтобы получить метку витязя, а я буду собираться в поездку.

— Зачем мне куда-то ехать, если они могут прислать ее по почте или с курьером там, и куда это ты собралась? Я так-то совершенно не готов к твоему отъезду.

— Во-первых, есть правила — так что, как бы ты не возмущался, но посетить институт придется, кстати, вместе с Любой. Она у нас курирует магическое направление. Я — боевое, Лиза- политику.

— А я? Что курирую я?

— Теоретически ты должен осуществлять общий контроль, а практически ты ничего не делаешь, потому как это тебе неинтересно.

— А почему это я должен ехать и что-то подтверждать, а вы нет? Ваши же ранги тоже выросли.

— Так это требуется только при первичной инициации, после перехода с оратая на дружинника. А дальше уже по желанию. Каждое ведомство самостоятельно фиксирует магический рост своих сотрудников и отправляет информацию в институт. Так что мне не надо.

— Ладно, надо — значит, надо. Думаю, пару часов общения с Любой я переживу. А сама куда собралась?

— Ну, ты же не думаешь, что наша обязанность заключается только в том, чтобы сидеть во дворце и скакать на балах? — улыбнулась она.

— А что в этом плохого? Вот я бы с тобой посидел, а еще лучше полежал.

— Ты именно это сейчас и делаешь. И убери руку с моей груди, а то я за себя не отвечаю. Мне конечно очень приятно, но сил терпеть остается все меньше.

— Я не нарочно. Честное слово, — тут же заявил я, и не подумав ничего убирать. Она уедет, я останусь один, так хоть напоследок пожамкаю. — И все же?

— Мне надо провести инспекцию Восточной армии. Это запланированная поездка. Год назад я была на севере, теперь вот восток. Приеду, проверю, похвалю хороших, поругаю плохих, сделаю пару снимков — и домой. За месяц, думаю, управлюсь.

— За месяц?!! — подскочил я. — Это тебя целый месяц не будет, и ты молчала⁈

— Я думала, ты и так знаешь. Мы постоянно бываем в разъездах. Ну, кроме тебя и Кати.

— Тоска-печаль и рухнувшее настроение. Я ж тут волком выть буду, — плюхнулся я обратно, совершенно расстроенный этим фактом. — И когда тебе надо ехать?

— Так сегодня с утра и поеду — чего тянуть. Прости, на твое поступление я не успею, но зато увидимся в академии. Я, как и остальные, тоже учусь там. Я на последнем курсе, Люба с Лизой на третьем.

— Я буду скучать, — крепче прижал ее к себе. — Да что там, я уже скучаю.

— Я тоже, Сереж, я тоже. А теперь давай вставать, а то чую, Катя скоро заявится, чтобы пожелать любимому братику доброго утра. Я в душ, потрешь мне спинку?

— Легко, — буркнул я. Настроения не было вот вообще. Не думал, что меня это так зацепит, поэтому в душе мы просто помылись, без всяких пошлостей.

— Не скучай, — обняла она меня, прежде чем выйти, а потом отстранившись, прошептала: — Я точно об этом пожалею…

И вдруг крепко меня поцеловала, а после выскочила наружу.

Пока я соображал, что к чему, дверь уже закрылась, и я плюхнулся на кровать, чувствуя, что реально запал. Брат — не брат. Не брат я ей ни фига! Я — Вася из другого мира, и она мне не сестра. Да, мать твою, это тело даже не мое!

Видел я фотки прежнего себя — есть отличия, но несущественные. Иной не заметит, но только не я. Вон, даже небольшой шрам на пальце есть, которой я оставил себе, сломав его в детстве. Я как-то не задавался этим вопросом, думая, что меня засунули в новое тело, а тут что получается — тело мое старое?!!! Оно же умерло в прошлом мире!!! Мне срочно нужно поговорить с Лихобором.

Потому что если я прав, то я им вообще не родня, мое императорство накрывается тазом. Но плевать. Я — маг, и уверен, смогу заработать себе на жизнь. Но и в том, и в этом мире я Гордеев. Что это значит и значит ли что-то вообще? Ничего не понимаю. Все не так, как кажется, так сказал этот секретарь Рода. Что он имел в виду?

Ладно, даже хорошо, что Оля уезжает. Я смогу спокойно подумать и остыть. Если есть шанс, то она будет моей, а если нет, то и думать нечего. Я через законы морали не переступлю, как бы сильно мне этого не хотелось.

Когда я все же собрался с мыслями и решил прийти в трапезную, там уже никого, кроме Любы, не было.

— Завтракай быстрей и поехали, — тут же бросила она. — У меня ещё запланирована куча дел на сегодня.

— Так и занимайся ими. Я вполне могу съездить сам, — долго сдерживаемое раздражение выплеснулось наружу.

— Не сможешь. Должен присутствовать представитель семьи. А раз я занимаюсь магией, то значит, это буду я. Не мам же гонять. Так что ешь и не отвлекайся.

— А где вообще все?

— Делами занялись. Не всем же бездельничать, как тебе.

М-да, язва номер один в своем репертуаре. Быстро набив желудок, я переоделся, и вот уже мы с сестрой, расположившись в роскошном Олене 5140 с таким же логотипом на капоте, едем в сторону института.

Охрана, состоящая из магов, села с нами, посверкав улыбками, закрыла перегородку, отрезавшую нас от них, и дала команду. Императорский кортеж из двадцати машин, набитых воинами-мужиками и магинями-женщинами, взял нас в кольцо, распугивая всех ревом двигателей и смущая оружием и орудиями. Кстати, Люба тоже сжимала в руках что-то типа жезла, больше похожего на игрушку из секс-шопа. Хотя, может, это она и была. Вон как нервно на нем ее пальцы подрагивают. Символ власти или она им мух отгоняет?

Развалившись на удобном сиденье, я пил сок, прокручивая так и эдак разговор с Ольгой. Люба сидела напротив, демонстративно глядя в окно. День был будний, дороги загружены, и даже несмотря на все мигалки, выезд был не запланированным заранее, поэтому жандармы с ног сбивались, готовя нам свободный проезд. И всё же мы ехали достаточно медленно.

— Любонька, — сказал я елейным голосом так, что она вздрогнула. Надо было налаживать контакт с сестрой, так почему бы и не начать сейчас. — А поведай-ка мне страшную историю из нашего детства, после которой ты меня стала ненавидеть?

— Кто сказал, что я тебя ненавижу? -стрельнула та глазами, явно показывая, что врет.

— Ну как же — все об этом знают. К тому же, ты слишком уж демонстративно это показываешь. Быть может, за маской нелюбви к брату скрывается что-то еще? Ехать нам еще долго, так что мне бы очень хотелось знать причину.

— Ты все и так знаешь, зачем спрашиваешь? — покраснела от злости она, и в ее глазах зажегся огонь.

— Дело в том, — говорить или не говорить? Ай, ладно, — что после появления у меня магии я частично потерял память. Нет, ничего такого, но многих моментов из прошлого я не помню. Вот ты мне и восстанови память.

— Ты сейчас серьезно? — нахмурилась она. — Хотя да, может, и не врешь. Я заметила, как ты сильно изменился. К тому же, такое возможно, и случай даже не сказать, чтобы редкий. Просто у девочек магия просыпается обычно в раннем возрасте, и на это мало кто обращает внимания, а у тебя вот только что… М-да. Даже не знаю, что и сказать.

— Скажи как есть. Не знаю, кем и каким я был раньше, но ты же сама видишь, что я изменился. И прости, если когда-то обидел тебя. Ты же сама сказала, что мы семья, так к чему держать топор за пазухой? Доставай и бей. Обещаю, что даже сопротивляться не буду.

— Не буду ничего доставать. Не помнишь и ладно, — буркнула она, демонстративно отворачиваясь, явно показывая всем видом, что хочет, чтобы ее поуговаривали. Ладно, мне все равно скучно, да и от пакостных мыслей надо отвлечься. Иди ко мне, мое развлечение.

Пересев к ней, я тут же обнял ее, прижав к себе.

— Отпусти меня! Ты что себе позволяешь?!! — тут же забилась она. Но я держал крепко.

— Больше всего на свете я не люблю рано вставать и когда на меня обижаются по непонятной мне причине. Нет, еще есть манная каша и молочный суп с макаронами, но это уже совсем ужасы, поэтому даже вспоминать о них не хочу. Так вот, дорогая моя сестра — либо ты колешься, либо я начинаю делать с тобой всякие вещи, которые тебе не понравятся.

— Это какие же? — усмехнулась она, глядя на меня с вызовом. Ух ты, а глазки-то так и блестят! Лайк, сестра — заслужила.

— Как ты знаешь, я могу управлять вещами. Не заставляй меня начать проводить на тебе эксперименты. Я маг молодой, неопытный, могу чего напутать и сделать тебя голой.

— Ты не посмеешь!!!

— А ты проверь.

В общем, брыкалась она недолго и все же раскололась. Оказывается, в раннем детстве, когда она экспериментировала с магией и упала в бассейн с водой, я, трехлетний пацан, без раздумий кинулся в воду ее спасать. По итогу спасать пришлось меня, а нянек, которые не доглядели, едва не уничтожили взбешенные мамы.

Тогда она и впечатлилась моей крутостью и храбростью, после чего поклялась всегда защищать братика. А братик, раздосадованный своей слабостью, не позволившей спасти сестру — это в три-то года! — решил удариться в тренировки, чтобы стать сильней. И сказал, пока всем не докажет, что круче его только горы, даже не будет подходить к ней, стесняясь своей слабости. Вот такой вот детский лепет, переросший в то, что мы сейчас видим.

Одна хотела быть ближе, а второй отталкивал ее, считая себя недостойным, полагая, что если такое случится повторно, он опять ничего не сможет сделать.

Рука — лицо, попытка повеситься на галстуке, поиск яда в машине — вот этим я и занимался всю оставшуюся дорогу, думая, как мне все это расслышать.

— Эх, Люба, Люба, звезда рутьюба. Это ж как надо было себя довести, чтобы стать такой.

— Какой? Думаешь, мне было приятно смотреть, как ты воркуешь с Ольгой, носишься с Лизой и нянчишься с Катей⁈ А меня для тебя будто не существовало!!! Что бы я ни говорила, что бы ни делала, будто на стену натыкалась. А мне тоже хотелось, чтобы брат меня обнял, утешил и сказал, что все будет хорошо. Разве я этого не достойна? — разревелась она.

Обняв ее, я прижал ее голову к себе и гладил по волосам. Ничего, пусть поплачет. Главное мы выяснили, и если тебе, сестра, нужен брат, то считай, что твое желание исполнилось. Так мы и доехали до места назначения в молчании. Да и к чему слова, когда на душе легко.

Вытерев ее лицо, я еще раз крепко обнял ее, наконец получив порцию обнимашек в ответ. А теперь можно и получить статус витязя и пойти громить врагов. Надеюсь, они сегодня будут с красивыми этикетками и сорокалетней выдержки…

Ольга

Глава 21

Глава 21

Здание Института магии выглядело величественно и максимально пафосно. Вокруг сновали дамы, облаченные в строгие мундиры; толпился народ, пришедший на регистрацию; летали над головой птички, явно высматривающие внизу цель, дабы облегчить полет.

Охрана шустро разбежалась, беря нас в кольцо и отталкивая всяких-разных, кто хотел приобщиться к прекрасному. Я-то думал, что виной этому Люба, а оказалось, что нет. Ну да, зачем дамам дамы, когда тут есть я — такой весь загадочный, величественный и холостой? И к тому же маг, что вообще делало меня звездой первой величины на любом шоу — хоть эротическом, хоть политическом.

Итак, меня узнали — и началось. Раздавались приветственные крики, в воздух полетели чепчики, цветы, женские трусики… Некоторые модельки и модели, их носившие, были очень даже ничего. Однако охрана добросовестно бдела, и до меня они не долетали.

Люба была зла как пчела, к которой в улей без приглашения влез наглый медведь, и так и норовила кого-нибудь покусать. Гвардейки, понимая это, старались держаться от нее подальше, а вот мне не повезло, поэтому весь высокородный гнев обрушился на мою голову. Мне высказали все: что я хам, нахал и бабник; что не пропускаю ни одной юбки… Последнее было вообще обидно, потому что я ни с кем, кроме Мариночки!.. Что как меня земля вообще носит и прочее, прочее, прочее… И это за то лишь, что я послал воздушный поцелуй одной симпатяжке с пятым размером груди! Мужики, вы ж меня точно поймете, да? Ну как такой — и не послать?

Наконец под шум и гам толпы мы добрались до парадно-пафосных дверей, куда пускали лишь аристократов. Всякие там простолюдины заходили через другую дверь.

О моем прибытии все были предупреждены заранее, поэтому без заминок меня отправили наверх, куда допускались только те, кто пришел на регистрацию. Остальные, будь ты хоть тыщу раз принцесса, стой и жди внизу.

Очутившись на свободе как кот, которого всю жизнь держали в квартире, я сначала присматривался, принюхивался, потом сориентировался и двинулся в сторону девочек в возрасте от десяти до двенадцати лет, что куда-то целеустремленно спешили, и пошел за ними, надеясь, что они лучше знают, куда идти.

По пути я нечаянно примкнул к небольшой компании, которая меня не узнала и с интересом смотрела на мужика, непонятно за каким чертом припершегося в здание магии. В общем, мы познакомились и заняли очередь вместе со всеми. Топырить пальцы и доказывать, что я вообще-то принц и право имею, я не стал, решив, что надо по-честному. А я могу и подождать.

Но не прошло и пары минут, как меня все же узнали — и я оказался в окружении пятнадцати решительно настроенных дамочек столь малого возраста, что бить их было поздно, а звать замуж рано. Но их это ни разу не смущало, в отличии от меня.

Мои новые знакомые дружно встали на мою защиту, грудью прикрывая меня от многочисленных поползновений и попыток взять автограф. Поднявшийся шум сразу привлек внимание более старших магинь, которые отреагировали крайне остро, поняв, что если со мной что-то случится в этих стенах, то даже чернозем им не станет пухом.

Меня сразу вежливо попросили пройти куда-то туда, куда и стояла очередь, но я проявил упрямство, заявив, что без своих защитниц не пойду. Спорить со мной не стали, и мы с девочками Верой, Аллой и Никой зашли внутрь.

Процедура оказалась быстрой и необременительной — показал магическую отметку, да и все. Штемпель в документы и гуляй, Вася — теперь ты официальный маг и можешь творить всякое во славу империи.

Возвращались мы уже через другие двери. Ну, типа те, кто уже получил регистрацию, слишком крутые, чтобы смешиваться с толпой тех, кто ее не получил.

На переходе со второго этажа на первый нас ждала очередная симпатяжка с третьим размером груди. Проверив наши документы, она мило улыбнулась, после чего… врезала мне по морде так, что я поплыл! Буквально на автомате я выпустил воду и широко взмахнул ею, стараясь не попасть по девочкам, которые вдруг попадали рядом со мной, когда вокруг нас сгустилось зеленоватое облако.

Нет, сознания я не потерял, поэтому четко ощущал, что меня куда-то потащили. Интересно, это новый способ так со мной познакомиться или меня реально пытаются похитить? То, что это не очередное покушение на убийство, было понятно даже мне, потому как если бы хотели, уже бы грохнули.

Сознание плыло, мысли хаотично неслись с такой скоростью, что сконцентрироваться для того, чтобы хоть как-то магичить, я не мог. Я будто балансировал между сном и явью.

Не знаю, сколько времени прошло, но меня сгрузили как мешок с картошкой, женские руки зашарили по телу, стремительно избавляя меня от одежды, и я понял, что меня собираются насиловать. Уже расслабившись, чтобы получить удовольствие, я с долей разочарования осознал, что процесс затягивается и меня не насилуют, по крайней мере, сейчас, а куда-то везут.

Этот факт меня почему-то очень расстроил, и я решил все высказать похитителям, но с губ сорвался только хрип — и то еле слышный.

Потом была быстрая езда, вроде бы погоня, шум, крики и стоны. Потом все повторилось. Иногда меня переворачивали и прыскали в лицо какой-то дрянью, отчего я периодически вырубался.

Спустя незнамо сколько времени я наконец стал приходить в себя. Голова болела до жути. Попытался пошевелиться — да фиг! Оказалось, я был привязан к кровати за все части тела, кроме самой дорогой.

Решил пока не рыпаться и потихоньку полечиться, потому как иначе точно помру. Молния послушно пришла мне на помощь и пошла гулять по организму, распавшись на десяток штук. Я же терпеливо ждал, размышляя, что если я, например, схожу под себя — это будет выглядеть как протест против произвола? Но потом передумал, потому как лежать на мокром я брезговал. А то еще придут спасать, а тут я такой с неприятным ароматом. А принц всегда должен быть красивым и приятно пахнуть — хоть на коне, хоть в дерьме.

Наконец я точно почувствовал себя лучше, по крайней мере для того, чтобы опять открыть глаза. И увиденное меня не порадовало — незнакомая комната, кровать, к которой я привязан прочными ремнями, да, собственно, вот и все. Надеюсь, тут не клуб БДСМ любителей, а то я как-то не по этим делам. Нет, постегать плеткой я, конечно, могу, но очень не люблю, когда стегают меня. Был, знаете ли, в прошлой жизни печальный опыт. Даже вспоминать об этом не хочу.

— Очнулся? — в комнату вошла моя пленительница, затянутая в тонкий халатик и вытирающая полотенцем мокрые волосы.

— Очнулся и хочу туда, откуда ты пришла — в душ и туалет. Но больше второе, чем первое. Хотя, я могу и совместить — я не прихотливый. Главное, чтобы ты не подслушивала, потому что я очень стеснительный.

— Шутишь, значит. Это хорошо. А я думала, истерить будешь, маму с папой звать.

— А что, уже пора? — удивился я. — Признаюсь, твой способ познакомиться, конечно, оригинален, но могла бы просто написать в руграмм.

— Не боишься меня? — в ее руке возник огонь, который приблизился к моему лицу.

— А должен? — опять задал вопрос я. — Ты ж меня насиловать собралась, ну так я не против. Но сначала я бы все же сходил в туалет и душ принял. Гигиена — наше все.

— С чего ты взял, что я тебя собираюсь насиловать? — удивилась она.

— А что, нет? Хотя да, какое уж там насилие, если я сопротивляться не собираюсь. Иди ко мне, сладкая, буду тебя удовлетворять во всех позах, которые только позволят связанные руки и ноги!

— А ты забавный, твое высочество, -усмехнулась она. — И как бы ни лестно было твое предложение, я, пожалуй, откажусь от него.

— Зря, я же два раза предлагать не буду. Это твое окончательное решение?

— А если да, то что?

— Ну, тогда больше не вижу смысла с тобой разговаривать, потому как я обиделся.

Пояс с ее халата мягко скользнул, крепко связывая руки девушки. Мои ремни тоже свалились, уже не так изящно, и тут же метнулись к ней, надежно фиксируя ноги. Ну а халат просто ужался, сдавив ее коконом. Кусок простыни скомкался и заткнул ей рот, чтобы не успела заорать.

— Так, ты пока, в общем, посиди, а я пойду помоюсь, а потом мы продолжим, — заявил я яростно мычащей от такой несправедливости девушке.

Добавив к путам еще простынь, в которой она уж совсем смотрелась секси, я потрепал ее по щечке и направился искать царство кафеля и воды. Искомое обнаружилось во второй комнате, обстановка в которой напоминала первую, за исключением стола, заставленного разной снедью. Сделав себе бутерброд с колбаской, я по-быстрому сжевал его и пошел мыться. С сомнением посмотрев на мокрый пол ванной и вспомнив свою печальную историю, я сперва дотронулся до воды, собрал ее и вылил в раковину. Ну, а потом уже встал под теплые струи, предоставив им полную свободу, и наконец задумался над тем, что происходит.

Боялся ли я? Да ни хрена. Это ж очередной рояль с похищением главного героя, в котором он должен обязательно спастись, при этом не забыв еще и избавить от страшной участи красотку, которая потом в него непременно влюбится в разных позах.

Правда, в моём случае наблюдался затык насчет красотки, которая оказалась не жертвой, требующей спасения, а похитительницей. Но кто сказал, что я не могу спасти ее? А я могу. Я ж не просто так, а герой на белом Олене в люксовой комплектации. На таком самое то уезжать в закат в конце фильма, да и сиденья у него удобные.

Все, решено, моюсь, ем, а потом спасаю. Будет меня утешать, когда я к ней в тюрьму буду приходить. А то у меня Оленька уезжает, кто ж еще слезы мои вытрет? А в тюрьме самое то рыдать. Обстановка, знаете ли, располагает. Попробуйте пострадать в люксовом номере с видом на море. Ни фига у вас не получится. А если в комнате с решеткой, так сразу такая печалька накатывает…

Воодушевленный, окрыленный и максимально чистый во всех местах, я вышел наружу с готовностью спасать наперевес. Кстати, надо бы найти свои вещи, пока их кто-то другой не нашел и не выставил на аукцион. Пошарив по комнате, я сообразил, что их тут быть не может, потому как их тут просто некуда спрятать. Это что ж, она меня голым сюда притащила, извращенка этакая⁈ И как только соседи не заметили мой сверкающий зад на ее плече? А кстати, сюда — это вообще куда?

Мой орлиный взор, кинутый в окно, уткнулся в серое здание напротив и дальше не пошел. Таким образом главным ориентиром для вызова помощи и одежды остался помятый мусорный бак, что стоял внизу, и кривое дерево, на котором были закреплены качели. Так себе координаты, если честно, значит, будем пытать.

Моя пленительница-извращенка послушно сидела на месте, мычала и делала интересные движения тазом, имитируя румбу. Увидев меня, она замерла, скосила взгляд вниз, воодушевилась и явно намекнула на быструю любовь без обязательств. Ну, по крайней мере, это я так расшифровал её движения.

— Так, милая, давай договоримся, -вытащил я кусок простыни из ее рта. — Я не против секса с такой милашкой, но давай позже, хорошо? Сейчас я тебя развяжу, ты скажешь, где мой браслет, я вызову спецназ, а после обещаю, что навещу тебя в тюрьме и пожалею несколько раз.

— За похищение принца положена смертная казнь, — тут же возразила она.

— Да? Прости, не знал. Ну, значит, навещу тебя перед казнью. Законы надо исполнять. Зато у тебя будет что вспомнить, когда будешь дергаться с веревкой на шее, ну, или как там тебя соберутся отправить в Навь…

— Кто ты такой⁈ — едва не заорала она.

— Ты больная? — с изумлением посмотрел я на неё. — Не знала, кого похищала? Я принц, красавчик и звезда мировых новостей. А ты кто?

— Я Маргарита, но ты можешь звать меня Марго, — кокетливо улыбнулась она. — А теперь развяжи меня, и мы предадимся страсти, а потом я отвезу тебя домой.

— Свежо предание, да верится с трудом, — со скепсисом протянул я. — Обманешь же.

— Честное слово, не обману! Век воли не видать, — побожилась она, и последний аргумент показался мне особо убедительным.

Но стоило мне ослабить путы, как она вспыхнула огнем и кинулась на меня. Ага, как же! Я ж не дурак, просто скучно сидеть тут и ждать, когда меня спасут.

В общем, её ноги опять оказались стянуты, и она совсем не эстетично грохнулась на пол, ударившись не сильно умной головой, а простынь опять ее связала. При этом я ее еще и водой окатил, чтобы, значит, остыла. Обездвиженная, она магичить не может. Тут жесты нужны, а когда руки стянуты, даже фак трудно показать. Хорошо, что я ее одежду укрепил, а то бы спалила на фиг.

— Ты разбила мне сердце! — патетично воскликнул я, прижимая руку к груди. — Я тебе поверил, а ты разрушила мою веру в человечество. А теперь, мадам, переходим к моему самому любимому — пыткам.

— Руки — ноги ломать будешь? — гордо усмехнулась она.

— Что? Нет!!! Я ж не варвар, чтобы так с девушками обращаться. Голову тебе налысо побрею, ногти твои длинные отстригу под корень, депиляцию на ногах сделаю, поцелую, нажравшись чеснока. Фронт работы у меня большой, но и времени навалом.

— Ты больной? — с испугом уставилась она на меня.

— С утра здоровый был. Правда, Верочка меня не проверяла, да и голова болит, но это пройдет. А может, это на меня так твой яд подействовал? Напомни, ты вообще кто и зачем меня похитила?

— Я тебя не похищала. Я твоя жена, ты загулял, а я тебя нашла и привела домой. Ну и связала, чтобы не буянил.

— Не помню, чтобы был женат, хотя у меня и есть проблемы с памятью. Давай вторую попытку, пока я к выполнению супружеского долга не приступил. И кстати, где девочки, что были со мной?

— Они остались лежать там. Живые, не переживай, а тебя заказали, -обреченно вздохнула она.

— Прям как посылку с Али Экспресс? И что с доставкой?

— Скоро должны забрать.

— А кто именно?

— Имени я не знаю, да и не интересовалась. Дали заказ, я его исполнила. А что будет дальше, мне все равно.

— Да? Ну ладно. Тогда подождем. Не голышом же мне по городу бегать. Мое резюме это не украсит. А кстати, где мои вещи?

— В машине, — ответила она.

— А машина?

— На стоянке.

— Марго, не буди во мне хомяка. Это страшно похотливый зверь. Стоянка где?!!!

— Напротив подъезда. Выгляни в окно. Видишь, такой серый фургончик? Вот в нем все, что нужно для жизни, кроме…

— Кроме?

— Кроме твоей одежды. Я от нее сразу избавилась. Вдруг в нее следящие артефакты встроены.

— Нет там стоянки и машины, — озадаченно сказал я, оторвавшись от окна.

— Ну, значит, она не на стоянке, -серьезно кивнула она, и я заподозрил, что она надо мной издевается.

— Значит, по-хорошему не понимаем. Что ж, видит бог, я этого не хотел, -вздохнул я, после чего вышел в соседнюю комнату, сделал себе еще один бутерброд, потом еще один… Чего? Чтобы человека пытать сил и терпения надо много. Набив желудок, я взял стул и вернулся в комнату с Марго. Потом подумал, подхватил ее спутанное тело и кинул на кровать.

— Насиловать будешь? — с надеждой спросила она.

— Вот еще. Клизму водяную буду ставить, — буркнул я. — Говорят, после нее улучшается цвет кожи. Вот и проверим. И не вертись, мне ж неудобно.

Услышав про омолаживающие процедуры, еще и бесплатно — сиречь даром, пациентка заметно оживилась, закричала от радости и стала извиваться. Наверное, пыталась найти телефон, чтобы позвонить подруге и сообщить ей о такой потрясающей новости.

Но я сразу предупредил, что акция разовая и только для нее, после чего прижал ее рукой к кровати, задрал халат, спустил трусики и создал водяной конус.

— В последний раз спрашиваю, и если ты не говоришь правду, то я приступаю.

Водичка нежно коснулась ее полушарий, отчего она сильно задергалась, явно предчувствуя новые ощущения. Глубоко вздохнув, я погладил ее по попке, предлагая ее расслабить и получить удовольствие, после чего совсем собрался было приступить, как раздался стук в дверь. А вот и хозяева посылки пришли. И это точно не мои друзья, потому как имперский спецназ бы не стучался, а вынес ее к чертовой матери.

— Увы, придётся немного подождать. Но не переживай, я скоро, — похлопал я свою пациентку по аппетитному заду, после чего заткнул ей рот и обновил стягивающие ремни магией. И пошел открывать.

Надеюсь, пришедший будет сговорчивей, а то я уже устал. Плеснув воды и создав из нее плеть, я тихо щелкнул замком, готовясь бежать, сражаться или притворяться мертвым — в зависимости от обстоятельств. Понеслась…

Похитительница

Глава 22

Глава 22

— Ты кто? — вылупившись, вопросило меня волосатое чудовище двухметрового роста, которое и тарабанило в дверь. Позади него стояли два брата-близнеца, сжимавшие в руках что-то опасное.

— Конь в пальто, — вспомнил я удачную рифму. — Точней, в полотенце.

Ну да, я прикрылся, чтобы не светить достоинствами и не вводить в зависть окружающих. Правда, махровая радость была маленькой и все время сползала, но я поддерживал ее воспоминаниями об Ольге.

— И что ты тут делаешь? — последовал очередной идиотский вопрос, который не требовал умного ответа.

— Живу, ем, сплю, с женой на пару изучаю влияние диктатуры пролетариата на массы в отдельно взятой квартире, под редакцией Иннокентия Шниперзона.

— К-к-какой на хрен диктатуры? -чудовище начало заикаться, а его глаза грозили навсегда покинуть орбиты.

— Трахаемся мы, в общем. А вы мешаете. И если больше нет вопросов, я пойду, а то она у меня горячая в прямом смысле слова. Вон, слышите, как мычит от возмущения? Явно нашла в книге непонятный момент и требует объяснений.

— А, ну тогда извините, — неожиданно проявило вежливость чудовище. — Наверное, мы квартирой ошиблись.

— Давай, дружище, — махнул ему рукой я. Бывает же такое. Честные и порядочные киллеры пришли убивать, а заказчик адресом ошибся. Отсюда непонятки, ругань, крики и порушенная отчетность в бухгалтерии.

— Валите его, это он! — раздался позади этих красавцев голос, сразу поставивший жирную запятую в наших переговорах вместо точки.

Мужик рванул оружие, я взмахнул плетью. Она оказалась быстрей, и бедолага рухнул, распавшись на две половинки. Стоявшие позади него затупили, словили по сосуле в глаза, познали дзен и улетели в нирвану.

Мой победный рев Тарзана с биением себя в грудь был резко сбит влетевшим в меня воздушным кулаком от двух дамочек, которых я сразу и не заметил в темноте коридора.

Приветственно помахав им ушами и хоботом, потому как полотенце все же слетело, я с изяществом слона улетел в сторону стола, при этом снеся его. Однако ловкости я не растерял и на лету успел схватить зубами пол палки колбасы, которую сразу схомячил. А что? Стресс всегда вызывает у меня голод и инстинкт размножения.

Укрывшись за укрепленным моей магией столом, по которому барабанили плетения, я выковыривал остатки разбитой чашки из зада, ругался и планировал контрнаступление.

— Сдавайся! — прозвучала сакраментальная фраза всех злодеев.

— Русские не сдаются!!! — ответил я в той же манере, запуская в них огрызок колбасы, укрепленный эфиром. Там только хвостик остался и железочка такая на конце, поэтому жалко не было.

Пока они спорили, съесть ее или побрезговать, я гордо выпрямился, решив устроить геноцид сусликов, потому что услышал пендосскую речь. Ща я вас раздену, эротичные вы мои! Сейчас вы познаете три степени извращенной фантазии моего высочества. Сейчас…

В общем, предался я эротическим фантазиям, думая, что все пойдет как надо, но где надо, а где я? Дамочки были скрыты за каким-то мерцающим щитом, сквозь которой моя магия вещей не добивала. Опять увернувшись от очередной атаки, я, недолго думая, быстро расщепил стол на тысячу мелких кольев и отправил их в нападающих, а сам с изяществом крабика рванул в соседнюю комнату.

— У меня заложник и я знаю толк в извращениях! — проорал я через закрытую и укрепленную мной дверь. — Мурка, подай голос! — обернулся я к пленнице. И вот тут меня ждал облом. На кровати валялись лишь обгорелые остатки одежды, а распахнутое окно весело помахало мне раскачивающейся на ветру занавеской. Это она совсем голая сбежала? Печалька. Я бы на это посмотрел.

Выглянув в очередной раз из окна, я убедился, что асфальт под ним совсем не располагает к прыжкам с третьего этажа, закрыл его, дабы избежать соблазнов, заорал на ломящихся в дверь, чтоб не мешали думать, и принялся строить план побега. Был бы у меня парашют или дельтаплан, тогда можно было бы решиться на безумство, но чего нет, того нет.

Тут два варианта — прыгнуть в окно и убиться или открыть дверь и тоже убиться. Долго она не выдержит. Я уже чувствовал легкую слабость, еще немного — и силы иссякнут. Долбануть чем-то убойным я уже не мог, потому как в комнате ни черта не было, кроме деревянной кровати. А дерево, как оказалось, на них никак не действует. По крайней мере, их щиты я так и не пробил.

Итак, вниз точно не вариант. Я же могу выжить и остаться калекой. А ходить всю жизнь под себя, жалея, что упал не тем местом, точно не хочу. Не факт, что Верочка сможет мне потом помочь, да и эти наверняка добьют. Нет, облегчать им жизнь я точно не буду.

И вообще, где моя охрана, мать их⁈ По канону они уже должны были бы появиться, сея добро, любовь и тычки по яйцам. Или их батя уже приговорил за то, что не уберегли кровиночку? Если так, то он погорячился, конечно.

Хотя, может, я тут сам должен всем навалять, а защитники появятся тогда когда все закончится? Если так, то выход есть, просто я его еще не вижу.

Нет бы инструкцию какую дать — так, мол, и так. Если вы оказались голым в незнакомой квартире, а за дверью вас ждут приключения на задницу, действуйте так то и так то. Но увы, ее не было, как и моей пленницы, а то бы я не отказался расслабиться перед смертью.

И куда она, кстати, дела свои вещи? Не в халатике она же меня тащила в дом. Прятала где-то? Наверное, под кроватью, потому как других потайных мест тут нет. Ладно, это фантазии. А вот начавшая трещать от ударов дверь — реальность. Что мы имеем?

Стул? Не вопрос. Пара ударов, и его ножки оказались в моих руках. Если треснуть по башке, сознание сразу прояснится. Сидушка вполне сойдет за временный щит. На кровати еще есть подушка — если что, ее тоже можно кинуть. Простынь обгорела и толку от нее нет. А то бы можно было сплести веревку и повеситься. Так, стоп, веревка!!!

Хватаю ее в руки, она сворачивается в жгут метра в полтора длиной. До земли останется еще метров восемь точно. Тогда не так — оборачиваюсь ею, скрывая зависть всех мужиков в империи, и укрепляю ее. Как временная броня сойдет, да и пугательный эффект налицо. Начну косплеить кентервильское привидение. Жаль, цепей нет, но буду бить ножками стула друг об друга — эффект точно не хуже будет. Стукнул для пробы, аж самому стало страшно. Работаем.

— Эй, вы, там за дверью! Сюда уже едет имперский спецназ, и скоро вас поимеют дружеские объятья моей семьи! — попытался я начать конструктивный диалог. Но вместо адекватного вежливого ответа послышалась ругань, которая явно усилилась, как, впрочем, и удары по двери.

Образовалась дырка, в которую сразу кто-то заглянул. Ну, я и ткнул этому кому-то любопытному в глаз ножкой. Судя по воплю, попал не только в шарик. Пятачок крут. С неправильными пчелами только так и надо.

Замерев посреди комнаты, я стоял и ждал, когда последний бастион падет, и мы сразимся за правое дело. Враги полны отваги, но у нас есть шпаги. И даже две. Сделав пару выпадов, косплея Д’Артаньяна, я был готов умереть во славу Констанции.

Наконец раздался треск — и дверь развалилась. В комнату сразу влетела дамочка, но получив подушкой в лицо, тормознула, пытаясь понять, почему она не взрывается. Она-то наверное бомбу какую ожидала или гранату. А тут подушка. Какой удар по самолюбию от текстильного производства!

Пока она тупила, я издал вопль злой белки у которой разорили дупло и кинулся на нее, размахивая хаотично ножками стула, уверенно считая, что делаю изящные выпады. Про всякие батманы, мулине и финты я слышал только на Спорт ТВ, зато брал отвагой и верой в победу.

Так что не было ничего удивительного в том, что застывшая на проходе дамочка, так не выпустившая из рук подушку, — я ей ее подарю, потом, -получила по голове и упала на пол. Ее подруга, обидевшись, что ей подарок не сделали, ловко перепрыгнула через ее тело и влупила по мне воздухом.

Сделав изящный пируэт, я от этого удара с грацией носорога вылетел в окно и полетел на встречу с асфальтом. Но где-то в районе первого этажа, когда я уже успел попрощаться со всеми и даже завещать коллекцию марок, я врезался в бельевые веревки. Они сразу оплели мое тело, остановив падение и вывихнув мне плечо.

Распутался я быстро и, показав фак высунутой в окно роже, которая удивлялась, почему не видит мой остывающий труп, я спрыгнул вниз, отбив пятки и обретя свободу.

С легкостью увернувшись от пары выстрелов — какого, спрашивается, хера я не захватил эти орудия убийства сразу, а стал размахивать магией⁈ — я поковылял в неопределенную сторону, надеясь найти людей, попутно выковыривая из тела осколки стекла, что впились в незащищенную простыней кожу.

Шум мы подняли знатный, значит, сюда по любому кто-то должен заявиться. Ну, не знаю — пожарные там, жандармы, любопытствующие маргиналы…

Прикинув, сколько времени моим похитителям потребуется, чтобы прийти в себя, спуститься и добить мое тело, я резко ускорился и поковылял зигзагом, потому как прямо идти не мог по причине шатания и слабости от применения магии.

Арка между домами блеснула светом в конце тоннеля и дала мне стимул к жизни. Поправив простынь и приняв вид лихой и придурковатый, я направился туда.

Крики за моей спиной показали мне, что время, отпущенное богами, истекает, и до арки я добраться не успеваю, спрятаться некуда и остается только помереть. Драться сил не осталось, я и так держался на морально-волевых, удивляясь, что до сих пор не грохнулся в обморок.

Подняв с земли камень, что больно давил на пятку, я крепко сжал его в руке и приготовился умереть героем.

Таким меня и увидел имперский спецназ — стоящим с высоко поднятой головой и все же потерявшим сознание. Как я не рухнул, понятия не имею. Как мне потом сказали, дамочки, что пришли за моей головой, сразу сдулись, раскаялись и пустились в бега. Сейчас их ищут, скоро найдут, а после будут долго карать и трогать раскаленными клещами за интересные места.

Меня же нежно упаковали и отвезли домой, по дороге пытаясь привести в чувство, в которое я категорически приходить не собирался, потому что обиделся. Я же страдал? Страдал! А что в это время делали они? Долго меня искали. Теперь пусть переживают и мажут зад вазелином. А я еще и баночку из вежливости подержу, чтобы впредь неповадно было упускать из виду мою величественную тушку.

В себя я пришел уже в своей любимой постельке, возле которой сидела мама с красными от слез глазами, а так же поникшая Люба, злобно зыркающая на нее Катя, Лиза, да и вообще все, кроме отца и Оли. Ей, как я понял потом, ничего не сказали, и она уехала на проверку. Вот же воплей будет, когда она вернется и все узнает!

— Как ты себя чувствуешь? -дрожащим голосом спросила мама.

Черт, этот вопрос мне в последнее время очень часто задают и это уже не по канону! Герой уже через пару глав должен нагибать, а пока нагибают меня. И ладно бы, если бы нагибались при этом сами, так нет. Извращенцы чертовы!

— Все нормально, мам, — ответил я, пошевелив плечом, которое не болело. Медицина в этом мире не чета нашей. На раз всякие болячки лечит, особенно если ты императорских кровей. — Поймали этих, ну, которые меня похитили?

— Нет, но ищем, и поверь, найдем. Тебе надо будет переговорить с Владимиром Андреевичем и все ему рассказать.

— Прям все? — офигел я. — А если я стесняюсь?

— Интимные подробности можешь оставить, главное, факты, — улыбнулась она.

— Так там все и закручено было на интиме, мам! Сначала меня хотели изнасиловать, потом изнасиловать хотел уже я. Потом предложили групповуху. Я отказался, потому что не такой. Они не оценили и продолжали настаивать. Пока они препирались, я сбежал, потому как потом заставили бы жениться. Так что сама видишь, без этого никак.

— Братик крут, — влезла Катя. — Я видела, как ты стоял — гордый и несломленный. Ты же готовился умереть, да? — у нее в глазах блеснули слезы.

— Ну что ты, милая, — погладил я ее по голове. — Конечно же, нет. Просто камень понравился, красивый такой, думал, тебе подарю, а в простынь закутался, потому что решил, что это модно и стильно.

— А сознание потерял…

— От того, что себя в зеркале увидел. Так дух захватило от неземной красоты, что сердце не выдержало. Так что все было под контролем. Я жив, здоров, весел и голоден. Представляешь, меня ничем, кроме колбасы не кормили! Как я страдал!!!

— Прости меня, — подошла Люба и крепко меня обняла.

Ну вот, тоже плачет. Уже и не знаю, как было лучше: когда ругала или вот как теперь.

— Не парься, сестренка. Кто ж знал, что у них в институте такой бардак и текучка персонала. Кстати, там со мной девочки были…

— С ними все в порядке, — тут же сказала она. — Их просто усыпили.

— Тогда отправьте им по тортику от меня. Мы вроде как подружились, и они даже спасали меня. Потом их обязательно навещу. А теперь расскажите мне, как это у них получилось провернуть подобное на глазах у всех?

Но наш разговор прервал батя, влетевший в комнату с черным от злости лицом. Я, признаться, знатно струхнул и уже приготовился опять отхватывать, но нет. Он меня лишь крепко обнял и долго не отпускал.

— Горжусь тобой, сын, — только и сказал он.

Его глаза подозрительно блеснули, и он так же резко вскочил и опять умчался. Ну да, мужчины не плачут, мужчины огорчаются. Правда, когда огорчается император, плачут все независимо от пола.

— Так, хватит смотреть на меня с траурными лицами, — тут же высказался я, оглядев всех. — Я дома, все хорошо, мы молодцы и победили. Ну, почти. Праздновать надо, а вы грустите. Ну, а потом я, думаю, займусь тренировками магии. Сегодняшний опыт показал, что я ни фига не крут и вполне смертен. А теперь, если позволите, я бы оделся и поел. Диета на колбасе хороша, но хотелось бы супчика горяченького.

Мое семейство отнеслось к моему желанию очень положительно, и одарив меня улыбками, поцелуями и пожеланиями долгих лет жизни, удалилось. Правда, не все. Люба, удаляться не собиралась, решив помочь мне одеться. А то, что я под одеялом голый, ее абсолютно не смущало, как и то, что я стесняюсь.

Так что, не слушая моих возражений, меня вытащили из мягкой постельки, погнали в душ, терпеливо дождались, пока я выйду, помогли одеться. Причем помогали даже натянуть трусы, абсолютно не смущаясь. Сестра была настолько сосредоточенна на своих, как ей показалось, главных обязанностях, что я даже почувствовал себя словно в медицинском кабинете, где медсестрам абсолютно плевать на то, что у тебя между ног.

В общем, в вид, готовый к употреблению, меня привели достаточно быстро, после чего под конвоем сопроводили на ужин.

Мое семейство уже успело откушать, но меня простили по причине немощности и недавней потери сознания. Стол накрыли персонально для меня и все той же Любы, которая категорически отказалась есть без меня и объявила голодовку, пока я в себя не приду. К счастью, в себя я пришел быстро, и урона ее фигуре это никак не нанесло.

Пока она аристократично резала стейк, я, простите за грубость, жрал как не в себя, стараясь при этом не хрюкать от удовольствия. Кто сказал как свинья? Поголодайте с мое, а потом судите!

— Я думал, — сыто оторвавшись от стола, провозгласил я.

— Ты смог меня сейчас удивить, -отозвалась сестра. — Мне-то казалось, что я попала на обед на свиноферме. Ну, по крайней мере, звуки от тебя я слышала похожие.

— Вы, женщины, ничего не понимаете в тонкой душевной организации. Так вот, я подумал и понял, что нам надо.

— И что же? — похоже, в ней опять проснулся сарказм. Лайк, сестра опять начала оживать.

— Нам надо отдохнуть, поехать на море, пока тепло. Уверен, пляж, солнышко и девушки в бикини смогут снять стресс с моей души. Там заодно и потренируюсь.

— А знаешь, — задумалась она. — Твоя идея неплоха. Перед началом учебы стоит расслабиться, да и увезти тебя отсюда на время будет правильно. Решено. Сейчас согласую с мамами — и поедем.

— Ура!!! Мы едем на моря. Да здравствует пляж, солнце и разврат! Пойду собирать вещи…

Глава 23

Глава 23

Как оказалось, моя идея отправиться на море пришлась ко двору. К императорскому, если вы понимаете, о чем я. Пока я собирался, меня навестил Ушаков, расспросил со всеми подробностями. Моя ответная попытка выяснить у него, что и как, провалилась сразу. Вопросы тут задаю я, категорично отрезал он и даже стрельнул глазами по сторонам в поисках лампы, чтобы направить ее мне в лицо. Правда, потом он все-таки вспомнил кто я и где он находится, и тут же сдал назад, растекся медом по паркету, заверил, что он все и всегда, и вообще никогда. Мол, найду и покараю, и даже анально.

Правда, я его сразу предупредил, что с моей пленительницей я хочу пообщаться лично, так что к ней кары не применять, пока я с ней не встречусь. Желательно обходиться максимально вежливо и перед моим визитом заставить принять душ. В общем, по итогу мы поняли друг друга и расстались вполне по-дружески.

Ну а дальше дружной толпой в количестве четырех штук — меня, мамы, Кати и Любы, — мы отправились в сторону императорских ангаров, где нас дожидался императорский дирижабль максимальной комфортности и защищенности. Остальные остались дома на хозяйстве, а мы полетели в Крым.

Перелет я запомнил плохо, потому что меня нежно укачивало. Поэтому из каюты я не вылезал, лежа в кровати с крепко зажмуренными глазами. И когда спустили трап, я с трудом спустился по нему, изрядно пошатываясь, и лишь правила приличия не позволили мне начать целовать твёрдую землю под моими ногами.

Очередной «Орел» и машины сопровождения, и вот мы едем в императорскую резиденцию, расположенную в живописном месте города Кала, что на татарском означало просто город.

Из окна моей комнаты открывался вид на море, воздух был свеж и бодрил, а в бинокль, весьма кстати лежащий на подоконнике, я мог рассмотреть стайки девушек, не обремененных излишней одеждой и моралью. Я прям воспылал, если честно.

Итак, я уже полчаса как заселился, а еще даже ноги не помочил. Это грозит нарушением древнего ритуала мокрых ног в море!!! Поэтому я, натянув плавки, чтобы потом не переодеваться, рванул на пляж, находившийся совсем рядом. Следом за мной дружно потопала рота охраны с большими сиськами, едва прикрытыми боевыми купальниками пятнистого окраса. С собой я звать никого не стал, потому что собирался развлечься, а эти будут стоять над душой и блюсти мои этические и нравственные стороны.

Позыркав в сторону взявших меня в кольцо девиц, я заставил их спрятаться за шезлонгами и не мешать, после чего направился к лежакам, возле которых расположились приятного вида дамочки, эротично намазывающие себя кремом от загара. Ну, или для загара, не суть. И я, конечно же, как истинный джентльмен, решил предложить им свою помощь, потому как имею взрослый разряд по намазыванию и слизыванию. Хотя, насчет последнего был у меня печальный опыт в прошлой жизни.

Помню, насмотрелись мы с моей тогдашней подругой всякой фантастической эротики, в которой парочки намазывают друг на друга сливки, а после их слизывают. Ну, мы и пробовали. В общем, я банально ими обожрался, не съев даже трети, а потом у меня болел живот. Такой вот облом. Так что намазать я могу, а вот слизывать пусть зовут кого другого.

Расположившись рядом с полуголыми красотками, я лег и красиво напряг пресс, бицепс, а так же квадрицепс, сделал одухотворенное лицо мыслителя, смотрящего в даль, и стал ждать, когда подействует.

Меня заметили быстро — еще бы, не каждый день тут такие красавчики без дела валяются! — но подойти сразу не решились, как и проситьо помощи. Сначала они шушукались, решая, откуда на их голову свалилось такое счастье в виде меня и почему не видать охраны. Насчет последнего они точно погорячились, потому как охрана бдела метрах в пяти от нас и, похоже, уже успела узнать всю родословную девушек, после чего получить добро на невмешательство.

Но потом они все же обратились за помощью, мило краснея и строя глазки. Я тоже мило покраснел, изобразил скромность, неопытность в намазывании, поэтому совершенно случайно вместо спины намазал их попки и ножки, но меня милостиво простили, списав все на неловкость. Потом я рассказал пару почти не пошлых анекдотов и стал в доску своим. Ну, тем самым, с которым можно делиться сокровенным, дать номер телефона и пойти ночью в разведку в свою комнату, когда родители заснут.

Потом мы искупались, побрызгали друг другу в лица водой, посмеялись и даже немного поприставали к друг другу, но тут пришла Люба и все порушила.

Нет, ну какого, спрашивается, черта, а? У меня же все уже было на мази, так нет же! Заявилась, громко представилась и плюхнулась на шезлонг рядом. Тогда-то девушки меня и узнали. Неприкрытый интерес сменился испугом и лёгкой паникой, и они буквально испарились с пляжа, оставив меня грызть локти с досады и злиться на закон всемирного облома.

— Прости, что все тебе испортила, -заявила сестра без капли раскаяния.

— Ну и на хрена? — буркнул я.

— Не понравились они мне. А еще я видела, как ты их спины мазал — и тоже хочу! Мажь, — протянула она мне флакон.

Ах так, ну, ты попала, сестренка, ой, попала! Ты, конечно, у меня огонь, и твоей фигурке богини позавидуют, но сейчас ты познаешь всю величину облома!

Вылив себе крем на руки, я стал нежно втирать его ей в кожу. Иногда надавливая, иногда отпуская, я по сути делал ей массаж, уделяя особое внимание некоторым точкам, чему меня обучил в прошлой жизни один массажист, пользующийся бешеным успехом у девушек.

Так, вот оно — пошла отдача! Кожа Любы стала горячей, дыхание прерывистым, ножки судорожно сжались. Еще немного… Вот и все.

— Я купаться, — бросил я, резко поднимаясь и отправляясь к морю. Вслед мне полетел разочарованный рык. Вот так вот, сестренка. Почувствуй себя мной в самом интересном месте.

— Братик, лови меня, я чайка! — услышал, а потом и увидел я, как ко мне во всю прыть несется Катя. Прыжок — и мы оба рухнули в воду, подняв кучу брызг.

— А теперь покатай меня, большая черепаха! — отплевавшись от воды, заявила она, каким-то волшебным образом оказавшись у меня на плечах.

— Заметано, — призвал я дар, предварительно набрав воду в руку, иначе бы помер, пытаясь воздействовать на все море. Она послушно и легко скользнула по телу, и я стал изображать гоночный катер, что с брызгами и воем понесся вдоль берега под радостный визг Кати и вопли охреневшей охраны, которая плескалась рядом, отпугивая всех, даже медуз.

Сделав пару кульбитов и погоняв дельфинов, мы вернулись к берегу, ужасно довольные и голодные. Заметив чуть в стороне ларек с чем-то очень приятно пахнувшим, я доверился своему носу и направился туда, не снимая Катю с плеч.

Нюх меня не подвел: там продавалось что-то типа хот-догов с сосиской. Взяв себе парочку и по банке с лимонадом, мы уселись прямо тут, жадно жуя и щурясь от удовольствия.

Опа! А вот и мои знакомые девушки, которых недавно вспугнула Люба. Значит, далеко не сбежали.

— Кать, пошли, я тебя с девчонками познакомлю, — сказал я сестре.

— А с какой целью? Хочешь к ним в трусики залезть? — хитро прищурясь, спросила она.

— А если и да? — с вызовом посмотрел я на нее.

— Тогда это святое дело. Пошли. Ща я тебя научу как надо.

Девушки, увидев меня, испуганно замерли и опять собрались дать деру, но сестра как опытный загонщик преградила им путь.

В общем, она им доходчиво объяснила суть да дело, красочно поведала про нападения и здоровую паранойю, сообщила, что вообще-то я не кусаюсь, если не попросят, и в принципе парень хоть куда.

На последнем ее слове я поперхнулся лимонадом и резонно заметил, что хоть куда не надо, а надо куда надо. Каламбур зашел, и вот мы уже под пристальными взглядами охраны прячемся в тени, напрочь игнорируя Любу, которая сверкала глазами метрах в тридцати от нас в попытке прожечь дыру. Но защита в виде Кати работала, потому как мелкая кого хочешь на место поставит, хоть и притворяется няшкой.

В общем, пообщались мы знатно, обменялись телефонами и договорились встретиться вечером на пенной вечеринке. Девушки оказались мелкими местными дворянками из рода Старицких и Мамонтовых, и представились Наташей и Нелей. Ну а дальше мы расстались. Им надо было домой, отдохнуть и переодеться, а я хотел еще поплавать, что в принципе и сделал, предварительно подхватив на руки Любу и швырнув ее в набежавшую волну.

Насладившись ее визгом и проклятьями я сделал вокруг нее пару кругов, изображая акулу, потом укусил за задницу — сильно в роль вошел, ага, — получил кулаком по голове и поплыл к берегу вверх пузом, изображая утопленника.

Катя натурально пустила слезу, охрана поседела и зашарила вокруг в поисках пистолета, что бы застрелиться, ну а мы, стряхнув песок, направились домой. Мне было даже жаль тех, кто отвечал за сохранность наших тушек, потому что я собирался оторваться по полной.

Маму мы увидели на веранде, где она, завернувшись в прозрачное парео, накинутое на купальник, пила чай со льдом и читала местные новости. Открытые водоемы она не любила предпочитая плавать в бассейне, который тут, естественно, был.

Чмокнув ее и попробовав напиток — ни разу не алкоголь, — мы направились к себе. Хот-доги уже переварились и наши организмы требовали более существенной еды.

После сытного ужина я отправился к себе немного поваляться, тоже почитать новости, подумать о жизни в целом и прикинуть планы на этот вечер.

До начала вечеринки оставалась еще пара часов, поэтому я с удобством расположился на постели и читал нудную книгу о всяких кланах — кто, кому и зачем, чем сильны, какие интересы имеют и сколько симпатичных незамужних дочек у их глав.

Найдя интересующую меня информацию, я тут же начинал копаться в руграмме, ища фотки в купальниках или без. И если не находил, сразу забывал, а если находил… Нет, среди них так и не нашлось той единственной, которая бы растопила мое ледяное сердце. Черт, да я поэт, вон как загнул!

Потом я пересмотрел все фото Ольги, помечтал, расстроился, потом взбодрился, вспомнив про клин, который клином вышибают. Своего нижнего друга я так еще не называл, но сравнение мне понравилось.

Вот так бесполезно я провел свободное время, и когда наступил заветный час, был готов к свершениям, сверкая чистым телом и грязными, а местами и похотливыми мыслями.

Отдыхать я отправился один. Люба на меня дулась — тут мне повезло, а Катя усвистела вместе с мамой на какое-то торжественное мероприятие к местному правящему роду, который приходился нам какой-то там дальней родней. Вдвойне повезло! Перед выходом я предупредил, чтобы, если что, меня не ждали. Возможно, я задержусь, и если получится, то до утра.

Меня напутствовали словами поддержки и рекомендациями по предохранению. Заполучить ребенка, пусть даже бастарда, от принца очень почетно. Так что держи антизалетную магию в интересное место, которая заодно предохраняет от всяких болезней, и вали развлекайся. Не став скандалить — а что, раньше нельзя было ее поставить? — я вполне себе бодрый отправился тусить.

Девчонки меня, как оказалось, уже ждали, и мы дружной толпой, демонстративно игнорируя охрану, которая в свою очередь делала вид, что их тут нет, зашли в зал, откуда уже неслась громкая энергичная музыка.

Накатив сразу по бокалу легкого коктейля с манго у барной стойки, мы заняли столик, находящийся чуть в стороне от огромного бассейна, где уже вовсю плескались люди, многие из которых были вообще не стеснены правилами приличия и одеждой.

Шустрый официант притащил нам мясную нарезку, какие-то ещё коктейли, сладости-вкусности, и мы предались… нет, не разврату, а ничего не значащему разговору за жизнь, понимая, что скоро продолжим его в более уединенном месте.

Спустя пару бокалов пришло осознание, что мы вполне созрели для пены. С гиканьем взявшись за руки, мы нырнули в нее. Там я дал себе волю, распустив руки, ноги и прочие части тела. Девушки от меня не отставали, совсем потеряв голову. Запыхавшись, мы все же решили догнаться еще, потому как оттягивать удовольствие — все равно, что его продлевать.

И вот тут опять всплыл очередной рояль в виде трех придурков, считающих себя хозяевами жизни и всех цыпочек в этом городе. Ну, и по канону им, конечно же, понравились именно мои, которых они даже знали, а одна из них оказалась даже чьей-то бывшей, но коварно бросившей.

Напившиеся до состояния «ты меня уважаешь», они назойливо задавали всем подряд этот вопрос, пока направлялись к нам. Охрана, на лету поймав мой предупреждающий взгляд, пока не вмешивалась, застыв в позе «питбуль готов к атаке». Я тоже застыл в позе «мне все по фиг», потому как у меня на коленях сидела Неля и что-то горячо шептала на ушко, нетерпеливо ерзая при этом по мне своей попкой.

— Если ты меня уважаешь, то быстро свалил отсюда! А девок оставь, — выдал высокоинтеллектуальную фразу один из придурков после минуты раздумий.

— А если нет? — лениво спросил я, жамкая нижние полушария сидящей на мне.

— Тогда… — призадумался он, а потом радостно закончил: — Тогда мы тебя побьем!!!

— Неля, подожди немножко и не забудь, о чем ты мне там говорила. Сейчас я быстренько набью морды этим некультурным альфа-самцам, и мы пойдем в уединенное место, где все это обсудим более предметно.

— Я с вами! — тут же возмущенно заявила Наташа.

— Конечно. Нам непременно понадобится третий эксперт, потому что вопросы мы будем обсуждать государственной важности.

В общем, я встал, но выпитые коктейли оказались коварными — и меня повело, о-ого-го!

Все поехало, поплыло-о-о-о, вспомнилась кстати песня, когда я качнулся и лбом зарядил умнику в нос. Я не специально, честное слово!!! А он возьми и упади на пол, причем тем же носом.

Его дружки тупили, не понимая, что произошло, я тоже тупил, не понимая, я уже дерусь или еще нет? Хмырь страдал под столом, моя охрана в сторонке грызла удила, роняя пену — в общем, все были при деле и ни черта не понимали.

Решив, что я уже выполнил свой гражданский долг и наказал негодяя, я подхватил девушек под руки и пошел к выходу. Они мне восторженно говорили, какой я герой, я гордо надувался, стараясь смотреть под ноги, музыка гремела и рассказывала про дамочку, которая даже выпить не успела, но уже где-то набралась — красота!

Но покинуть нам это молодежеугодное место просто так не позволили. Друзья упавшего наконец пришли в себя, вспомнили, что они — сыны гордых кланов, которым кто-то нанес оскорбление. А теперь этот кто-то удаляется, а их душа взывает к мести и крепкому алкоголю.

В общем, они ломанулись в нашу сторону с криками — да ты знаешь, кто мой отец?!! Я сказал, что мне глубоко по хер, кто их папы, и поинтересовался, знают ли они моего? В ответ эти идиоты ответили так же, как я, только грубей.

И тут охрана не стерпела, потому как это было прямым оскорблением императорской семьи. Голубчиков воткнули мордами в пол, наступили на гордость и одели наручники. Пока те стремительно трезвели и мычали, что они не хотели ничего такого и вообще не при делах, я направился в рядом стоящие бунгало, которые сдавались в аренду таким вот симпатичным парочкам или троечкам, как в нашем случае.

От остатков одежды мы стали избавляться сразу, как за нами закрылась дверь. Девчонки горели, я тоже пылал, так чего стесняться? Так что крики и вздохи, разорвавшие тишину, никого не удивили — подобные доносились отовсюду в этом райском местечке. А вот то, что эти кошки изголодаются по мужскому вниманию гораздо сильней, чем я по женскому, оказалось точно неучтенным мною фактором. Поэтому ночь превратилась для меня в превозмогание, с которым я справился, полностью обессилев, но отстояв честь русского принца. По крайней мере, им будет что вспомнить, когда смогут нормально ходить — все-таки я был неистов, а они несдержанны. М-да уж, горячими оказались кошечки, зато и я оторвался по полной.

А теперь спать, а то во мне опять проснется блудливый котяра, а сил не осталось. Или еще на один заход? Вон какие они красивые и довольные. Нет, спать. С утра начну тренироваться…

Люба

Глава 24

Глава 24

Утром чмокнув в припухшие губы девушек, я пообещал им непременно позвонить, заверил, что они самые-самые, и если бы я не того, то точно бы женился. Подхватив бдящую охрану, я направился домой, потому как за халяву надо платить потом и мозгами.

Следующие дни слились для меня в один. Магией я занимался с мамой, которая превратилась в какого-то параноика и делала все, чтобы ее ненаглядное дитятко смог выжить в любой ситуации. Поэтому тренировки превратились в ад с полосой препятствий и мордобоя.

Специально для меня были заказаны четыре алмазные нити длиной в три метра каждая, которые расположились в специальном футляре на моих запястьях. Похожие я видел в мультике про Человека Паука и уже представил себе, как скачу по крышам в идиотской маске и трико.

Теперь я их не снимал даже в туалете и душе. Они отлично взаимодействовали с моей магией, а уж как я ими управлял — любо-дорого посмотреть! Они резали все — сталь, бетон и даже пару раз пытались отрезать мне нос и ногу. Еще они могли отделяться от меня и действовать на большем расстоянии.

На последних испытаниях я за пару секунд лишил головы тридцать пыльных големов, не сходя с места. Магические щиты они тоже резали, но хуже.

Кстати, о них — моя вещевая или предметная магия сквозь них не действовала. То есть, стоило одаренной создать даже легчайший щит перед собой, и я не мог с ней ничего сделать. Вот для этого и нужны были нити — сначала они разрушали щиты, а потом кромсали, рубили и делали прочие пакости. Ну и да, в этом случае у меня открывался доступ непосредственно к телу.

Остальная магия работала, и результаты впечатляли и удручали одновременно. С одной стороны, я теоретически мог выдать удар, сравнимый с мощью князя. Но сделав это, сразу бы помер от отката, потому как мой запас магии был на уровне слабого дружинника, а как его качать, никто понять не мог.

Так что разбираться с этим решили после моего поступления в академию, а пока мне сделали кольца последнего шанса. В одном расположился огненный камень с искрой огня, в другой аквамарин с каплей воды. Ну, а земля всегда была при мне, как и воздух, с которым я так и не научился работать.

Воспользоваться этими кольцами, как было понятно из их названия, я мог лишь один раз, после чего они разрушались, зато как мог! Мне, в отличии от остальных магов, хватало одной искры, чтобы превратить ее в море пламени. Но помним про откат, да? И все же врезать я мог сильно и даже не потерять при этом сознание.

Так же для меня были наняты учителя, котором пришлось дать магическую клятву о неразглашении великой государственной тайны, что их принц — непроходимый тупица и неуч. Те к поставленной задаче — за короткий срок превратить примата в полноценного человека — отнеслись со всей ответственностью, буквально вбивая в мою голову знания после того, как мама выбивала дурь из моего тела.

Да, по канону учеба любому попаданцу дается легко, даже тем, кто приперся из средневековья. По мнению авторов, они с легкостью осваивают современную физику и химию. А я вот, даже учась в политехе на факультете Управления качеством, так до конца учебы не смог понять, что это за качество и зачем им управлять. В общем, диплом я банально купил, потому как он был нужен маме, а не мне.

На этих же уроках я почерпнул для себя много интересного. Ну, например, что оказывается, я имею десять процентов акций руграмма — соцсети, популярной по всему миру, а так же что мне принадлежит сеть спортивных магазинов, раскиданных по всей империи. Ими управлял специально созданный совет директоров, отчитывающийся о делах теоретически мне, а практически маме, потому как мне на это было плевать.

Еще мне было положено ежемесячное содержание в размере четырех тысяч рублей. Для сравнения, простой рабочий получал двести-триста рублей, всякие директора по семьсот, а уж топы до полутора тысяч. Так что я был мажором, который практически не тратил деньги, имея все готовое.

И тут же у меня встал вопрос. Нет, не тот, про который все подумали — с ним было все хорошо, и с девушками я продолжал встречаться после занятий, а другой. Откуда Катя взяла деньги на покупку жутко дорогого чая? В мою пустую голову закрались сомнения по поводу его покупки. Скорей всего, она его банально стырила у бати, которому его подогнал император ханьцев. А в случае обнаружения пропажи она сразу нас сдаст, сказав, с кем его употребляла. И если на Линь он сможет только зубами поскрипеть, мелкую трогать не будет в силу возраста и пола, ограничившись громом и молниями на ее голову, то я гарантированно опять отхвачу по морде.

Там же мне рассказали о Проклятых, и что это за такие фрукты, запрещенные к перевозке. Оказывается, они были убийцами магов, хотя и за другие задания брались. История их ордена насчитывает почти пятьсот лет, из которых все пятьсот были обильно политы кровью. Они не признавали обычной прокачки магии — только убийство. Разработанные ими тайные знания позволяли им делать слияние источников с другими магами и таким образом подниматься в силе, забирая ее у убитых.

Но всегда были нюансы, и в частности, чтобы стать дружинником, его должен был убить оратай, витязя — грохнуть воин, и так далее. Причем сделать сам, а после провести ритуал. И если до князя рост был хоть и сложным, но возможным, то ранга императоров в их ордене не достиг никто. Так что это были банальные наемники и охотники за силой.

Еще я постоянно созванивался с Ольгой, в красках расписывая, как я страдаю и скучаю. Но понимания от нее не получил, потому как меня банально сдали, и она знала, с кем я тут скучаю и как сильно страдаю. Поэтому меня высмеяли, обиделись, потом, правда, простили, прислав пару пикантных фото в военной одежде. Мир был восстановлен, и я уже с нетерпением ждал, когда она вернется.

О том, что меня похищали, совращали и немножечко убивали, она не знала, да и я благоразумно молчал. Зачем ей лишние тревоги? Тем более когда рядом нет крепкого братского плеча, на котором можно поплакать. А другие плечи нам не надо, а то вдруг понравится.

Так что я учился, тренировался, а в промежутках плавал, загорал, чуть-чуть развлекался, стараясь выхватить минуты отдыха до и после учебы.

Судьбой повязанных идиотов я не интересовался. Правда, мама как-то обмолвилась, что их отправили в Новгород, где они ждут казни или ссылки на каторгу, а их родители выплатили огромный штраф, но Тайный приказ еще работает и вполне возможно, что деньгами они не откупятся. Но мне было это неинтересно. За языком надо следить всегда — хоть пьяным, хоть трезвым. Хула на царя — хула на бога, и не стоит об этом забывать. Ага, вот так я, воспитанный в типа демократической стране, стал ярым монархистом. Нет, ну глупо же стрелять себе в ногу, раз дали возможность жить как хочется. А те, кто этому мешает, пусть идут в Навь.

Все самое интересное произошло, когда до нашего возвращения домой оставался всего один день. Мы с девчонками решили устроить прощальный ужин в уютном ресторанчике. Ни они, ни я не питали никаких излишних иллюзий, и все понимали, что курортный роман подходит к концу, но особо не расстраивались — мы весело провели время, хорошо отдохнули и прекращать общаться не собирались, пусть и на расстоянии. Я не видел в этом ничего плохого — жениться я не обещал, да они на это и не рассчитывали, а если получится где-то пересечься, то почему бы и нет?

Так что мы веселились, вспоминая особо пикантные моменты, совершенно не обращая внимания на мою уже вконец поседевшую охрану, которая с предвкушением отчитывала последние минуты нашего пребывания на отдыхе. Вернувшись, они спихнут меня другим, а сами возьмут отпуск, чтобы подлечить расшатанные нервы.

Вдруг сильный взрыв вынес двери и часть стены, после чего воздух наполнился свистящими пулями, полетели плетения.

Охрана сработала на ура, мгновенно набросив на меня щиты, и сцепилась с нападавшими, а я, рыбкой юркнув за стол, успел утянуть туда же девчонок, которое застыли в шоке.

В поднявшемся дыме невозможно было что-либо разглядеть, но не это было главным. То ли от шока, то ли от страха мой мир мигнул — и дым окрасился для меня в красный цвет. То есть, я могу им управлять, что ли? И что мне это даст?

Пока я размышлял, раздалось еще несколько взрывов, и только благодаря тому, что наш стол я на рефлексе укрепил магией, он не развалился. Послышались крики, и я понял, что надо валить. Нападавших было более чем до хрена, а вот моя подрасслабившаяся охрана явно не вывозила. Поэтому я подхватил пребывающих в ступоре девушек и выпустил нити, создавшие вокруг нас кольцо смерти, и стал пробираться в сторону кухни, где точно должен был быть запасной выход.

И тут мне в голову пришла гениальная идея. Я быстро притянул часть дыма к нам, таким образом создав маскировку. Дышать стало сложнее, но было возможно. Да и ради того, чтобы в тебе не появилась парочка новых дырок, можно и потерпеть.

Не слушая криков, мы сосредоточенно пробирались в дыму в позах эволюционировавших крабиков, при этом я еще и подпихивал дам под их попки, прикрывая тыл. Заветная дверь оказалась открытой, вот только противник сделал гениальный ход, сразу сломавший стандартный рояль — он заблокировал запасной выход тремя мордами с большими пушками и одной мордашкой с воздушным щитом.

И вот тут я как бы завис, потому как мой план строился на том, что он свободен. От расстройства я выпустил нити в свободное плавание, после чего рухнула часть стены, присыпав нас бетонной крошкой и частями тел. За других посетителей я не переживал, потому что в этот раз мы сидели одни — охрана бдела и всех разогнала еще до того, как мы появились в ресторанчике.

Выскочив на улицу, я велел девчонкам спрятаться за ближайшей машиной, выкашлял из легких дым и огляделся. Я был очень расстроен таким вот концом моего отдыха и горел желанием убивать. Увидев меня, торчащего посреди дороги как фонарный столб, ко мне сразу бегом направились три дамочки, создавая в руках боевые плетения.

Им навстречу рванули мои нити, и они ее не пережили, не добежав до меня пяти шагов. Идиотки, на расстоянии надо атаковать, а не в лоб и щиты ставить! Или они не знали, что я маг, и хотели поглумиться? Звучит как бред, но мне можно, потому как у меня шок и рука болит. Видимо, где-то ударился. Синяк точно будет, ага.

Так, еще двое в обтягивающих шмотках с третьим размером груди, а с ними группа сопровождения с кучей оружия наперевес. А вот это уже плохо. Я один против толпы негодяев могу не вывести. Девушки не в счет, они оратаи и лезть в битву для них самоубийство. Но потом скажут, что нас было трое и победа была легкой. Бежать? Нет. Отступать не в моих правилах, да и надоело бегать. Царь я или не царь? Ну ладно, будущий, неважно.

Выпрямившись, с гордо поднятой головой — вдруг кто снимает, поэтому ракурс должен быть хорошим, — я ждал. Нити вокруг меня бешено вращались, создавая пляску смерти. Что ж, потанцуем.

Карино эль триамо бай-бам-бу! Выпад — и нить срезает голову ближайшему воину. Перекат — и я пропускаю над головой огненный шар.

Кончитто энтименто ля перу! Хлопок по земле — и выскочивший из нее кол ударяет в щит магичку, отправляя ее в полет в сторону ближайшей стены. Надо выбить магов, держащих щиты, иначе помру.

Бамбучо камассэро марабу! Упавший автомат взлетает и дает очередь на весь рожок, перегружая слабый щит. Под ноги катится граната…

Синьеро ля тореро ки-ку-ру! А-ля-ля-ля-ля-ля!!! Подхватываю ее нитью и отправляю обратно. Не успел — и она, взорвавшись в воздухе, швыряет меня на машину, за которой спрятались девушки. Улыбаюсь им окровавленными губами, ободряюще киваю и скатываюсь с крыши.

Щи-ки-чикиту чику на-ту-най-ту-най! Огненное кольцо лопается — и из него взлетает пламенный ворон. Издав вопль, он на бреющем полете врезается в противников, сжигая троих, после чего распадется пеплом.

О-о-о-о, эпи Кю-кю-кю! Эпи Да-да-да, Боби-Боба Боба-боба-боба!!! Огненный хлыст разрезает машину на две половины, слышится визг… Нити устремляются к последней магине и плотно окутывают ее. Раздается треск, вопль боли — и ее тело распадается на куски. Мимо проносится ледяной вихрь, который сразу ставит точку в этой бойне. Враги сразу кончились, тупо примерзнув к дороге. Подмога что ль пришла?

И тут меня настиг откат, и я, добравшись до чудом уцелевшей стены, прислонился и тупо сполз по ней вниз. Глаза слезились от дыма, все немного плыло. Я с трудом различал зареванные грязные лица девушек. Простите, что я подверг вашу жизнь опасности.

Потом ко мне подбежали вояки, целители. Они что-то орали друг другу. Потом появилось должностное лицо обезображенное властью, тяжелыми погонами и страхом, что это на его территории произошло покушение на наследника империи. Батя и за меньшие грехи в кислоте топил.

В общем, меня нежно подхватили, отвели в машину, налили водки, которую я выпил, даже не почувствовав вкуса.

Лекари меня проверили, подлечили. Сказали, что у меня шок, стресс, надо больше кушать витаминов и гулять на свежем воздухе. Пока меня довезли до дома, я уже пришел в себя, выпил еще водки и вид имел лихой и придурковатый.

Встречала меня Люба с твердым намерением мне врезать, чтоб не шлялся где ни попадя. Но увидев мою окровавленную морду, тут же сменила гнев на милость. Не доверяя слугам, она потащила меня в ванную мыться. Мамы дома не было, но она уже неслась сюда как грозовая туча, готовясь сеять смерть и разрушения. Не знаю, взяли ли кого-то в плен, но если да, то я им не завидую.

А тем временем меня погрузили в ванну, стали нежно отмывать запекшуюся кровь. Алкоголь и горячая вода ударили мне в голову, и я ущипнул Любу за торчащий сосок, отлично проступивший сквозь купальник. За это я, несмотря на травмы, был показательно избит мочалкой. Потом я ущипнул за второй, так сказать, чтобы не обидеть его невниманием, получил по морде и вылетел из ванны.

Вот почему мне всегда достаётся по лицу, я вас спрашиваю? Нет бы, пробить по печени, ну, или по яйцам, если уж завидуете, но чем вам мое симпатичное, а местами даже красивое лицо-то не угодило? Оно уже устало регенерировать и точно скоро уйдет в отпуск.

Мама ворвалась в дом как тайфун, сметая мебель и слуг. За шкирку она тащила что-то лепечущего мужика явно казенной наружности. Его допрос был краток, как и звонок папе, который разразился трехэтажным матом, после чего бросил трубку.

Через три часа к нам влетел отчаянно потеющий Ушаков, прибывший на скоростном дирижабле. Захватив того мужика, который чудом выжил — мама у меня светская леди и умеет держать себя в руках, а мужиков за яйца, — отбыл в местный отдел, чтобы там покарать всех причастных и непричастных. Потому как если не покарает он, то покарают его. И так за последнее время за его службой овердохера косяков накопилось. Тут уже не до мыслей о том, как сохранить за собой пост, а пора начинать мечтать о быстрой смерти без мучений как о великой милости.

Потом раздался звонок от Оли, и мне битых полчаса пришлось выслушивать ее речь, суть которой сводилась к тому, что я идиот. И это еще она не знает о первом нападении, данные о котором не просочились в прессу. Мне пригрозили смертными карами путем усекновения висящего, а в некоторых случаях стоящего органа, которым я чаще думаю, чем головой, с последующим его сожжением, дабы не смог пришить обратно.

Угроза меня сразу протрезвила. Оля — девушка решительная и если пообещала, то сделает. Я принялся каяться, раскаиваться, исповедоваться и вообще, обещал быть хорошим мальчиком, по крайней мере, до конца дня точно. Не знаю, поверили мне или нет, но казнь точно перенесли.

Созвонившись с девушками и выяснив, что у них все хорошо, я еще раз извинился, выслушал, какой я герой, и завалился спать. Завтра домой, мой отдых закончен…

Глава 25

Глава 25

Дом, милый дом… А точнее, милый дворец встретил меня дождем и паршивым настроением. Мой организм поднял восстание против такого с ним обращения, выбрав для этого самый неподходящий момент — во время перелета. Так что я всю дорогу мирно блевал, проклиная этот мир, не придумавший быстрые самолеты.

С черным лицом и пустым желудком я гордо шествовал по коридорам, в несвойственной мне манере желая кого-нибудь убить. С ноги открыв дверь в свою комнату, я был атакован разозленным Карычем, которого оставил дома, не взяв с собой на моря. Так сам виноват. Умотал куда-то, не ждать же его было.

Всласть подравшись с птицей — мою двойку по клюву он пропустил, зато больно клюнул меня в зад, сделав обманный маневр, и поцарапал щеку, — я наконец успокоился, помирился с надувшимся вороном и, глубоко вздохнув, медленно выдохнул, отпуская напряжение.

Скользнувшая в комнату Мариночка на предмет узнать, не надо ли мне чего, была утащена в постель, где я ей наглядно продемонстрировал, что мне надо аж два раза. Потом я принял душ, стукнул по возмущенно вопящему животу — а вот не хер было избавляться от пищи! — и направился в трапезную в поисках чего-нибудь пожевать.

Там обнаружилась вся семья. Мамы меня обняли, поцеловали, немного поругали и похвалили за то, что я молодец. Нападение было решено показать всем, как и моё героическое сопротивление, когда я сражался, защищая мирных жителей. Это видео уже набрало в рунете больше десяти миллионов просмотров.

Катя сидела рядом, не отпуская мою руку, будто боялась, что я сбегу, Лиза отчаянно нам завидовала, потому как пропустила все самое интересное, Люба опять злилась непонятно на что, а отец… Да хрен его поймешь, он, как мне кажется, постоянно находится в переменчивом настроении. Никогда не предскажешь, что он сделает в данный момент — по морде врежет или обнимет. Но врезать мне вроде как было не за что, а обнимашек смело стороны я так не дождался. Ну и нормально. Если не плохо, то уже хорошо.

— Как учеба? — спросил он, когда с набиванием животов было закончено. — Ты готов к поступлению?

— Да, отец, — кивнул я. — Все эти дни я занимался с учителями и думаю, что готов.

— Анна? — повернулся он к матери.

— Все верно. Сергей показал себя более чем достойным учеником, как в магии, так и в общих науках. Чуда я не ждала, но его успехи очевидны. Впрочем, насчет магии можно и не спрашивать, ты сам все видел на записи.

— Видел. И несмотря на то, что мне было страшно, я очень доволен. Мой сын и наследник престола — герой.Сейчас только о тебе и говорят во всем мире, а многие уже поговаривают, что в тебе проснулась сила нашего предка. Это хороший знак. Так что ты молодец. Через два дня поступление, и я уверен, что ты будешь лучшим на курсе, потому что если не будешь, я очень расстроюсь, — выразительно посмотрел он на меня, сжав пудовый кулак.

— Ну-ну, не пугай сына, — вступилась за меня мама Ира. — Он и так много пережил, кстати, из-за очередного провала службы, глава которой твой дружок. Почему я еще не вижу голов виновных? — сверкнула глазами она. — Или мне пора подключить своих Ловцов Теней?

— Это кто еще? — шепотом спросил я у Кати.

— Это очень секретный отряд мамы, — так же шепотом сказала она, — в котором только маги, все не ниже воеводы. Про них мало кто слышал. И уж тем более никто не видел, потому что живых они после себя не оставляют. Они не разведчики или спецназ — они палачи без морали и совести. Цепные псы Гордеевых, и если их спустить с поводка, горе будет тем, к кому они придут.

— Завтра жду его с предварительными результатами. И если они мне не понравятся, я отдам его тебе и твоим убийцам. Уже начата проверка по его ведомству, и скоро я буду владеть полной информацией.

— Хорошо, я подожду. Но только один день, не больше, а потом пусть молится всем богам о быстрой смерти, которую он не получит.

— Чем сейчас займешься? — отец вновь переключил внимание на меня.

— Думал об этом, и знаешь что? Устал я от взрослых и поэтому хочу отдохнуть с молодёжью моего возраста. Можно мне организовать встречу с теми девочками, которые пострадали по моей вине?

— Дворцовы, Никифоровы и Ланские. Мелкие дворяне. Они чисты, — сказала мама Вероника. — Чего именно ты хочешь?

— Посидеть с ними в уютной кафешке, поесть мороженого или тортика, сказать спасибо и извиниться. Помочь, если чем надо. Мое высочество сможет для них что-то сделать?

— Не знаю, но вот сам и спросишь, -улыбнулась она. — Я все организую, не переживай.

— Я поеду с тобой, — тут же влезла Катя. — Давно мороженого не ела.

— Конечно, родная, — погладил я ее по голове. — Но они — юные простые леди. Будь добра, не дави на них императорским авторитетом.

— Да что бы ты об этом знал, — чуть не обиделась она, — я им вообще никогда не давлю!

— Вот и ладушки. Последний день на свободе я не хочу провести дома.

— А я думал, что ты начнешь шарахаться теперь от всяких кафешек и ресторанов, — сказал отец.

— С чего бы это? Чтобы показать свою слабость и страх? Не дождутся. А если уж попробуют напасть, — мое лицо исказил оскал, — я буду готов.

— Хорошо. Меня радует твой настрой. Кстати, я подготовил тебе утраченное тобой огненное кольцо. Да и вообще у тебя их будет несколько комплектов. Не забудь его надеть и всегда держать наготове запасные. Ну, и еще один элемент украшения на руки — браслеты из титановых шариков. Объяснять их функцию тебе, надеюсь, не надо?

— Замена огнестрелу, — обрадовано кивнул я. — Может сработать. Хорошая задумка. Я их чуть переделаю, чтоб не бросались в глаза.

— Ну, тогда все. Отдыхайте, — подвёл он итог и первым вышел из-за стола. — И да, тебя очень хотела увидеть принцесса Линь. Не отказывайся от встречи с ней.

— Да, отец, — кивнул я, уже прикидывая, как от нее отказаться. Настойчивость ханьки меня откровенно напрягала и видеть ее особого желания не было, как и вообще кого-либо.

Вроде и отдохнул, но с другой стороны как-то устал. Голова кипела, уже тысячу и один раз прокручивая мой бой, выявляя разные варианты его проведения. И с каждым разом я все больше понимал, что моих знаний не достаточно, чтобы адаптировать себя под местные реалии.

Вроде бы как и крут, да вот только постоянно прохожу по краю. Как-то мне уже не нравится в которой раз ломаемый шаблон всех попаданцев. Это я такой особенный, или боги, что творят историю, так изгаляются?

В общем, вечер и ночь я решил посвятить отдыху. Почитать не сильно умную книжку, посидеть в руграмме, полистать новости. Киношку можно посмотреть ненапряжную и желательно мультики. Ага, вот так вот захотелось поиграть в детство. Позвать Катю, набрать вкуснях, кинуть на пол подушки и просто расслабиться.

— Ваше Высочество, — оторвал меня от мыслей голос Марины. — К вам пожаловали гости, прикажете принять?

— Кто еще? — удивился я. Только приехал, а об этом уже узнали.

— Ее высочество Дильнура аль Фарадж ибн Фатлах, принцесса Персии.

— Перчик, в смысле, Персик⁈ А ей-то что надо? Ну ладно, если отец не против, то зови ее, — я задумался, — в библиотеку.

Буду изображать гения мысли и отца русской монархии. Надо только книжку потяжелей подобрать, чтобы уж совсем внушать.

Удобно расположившись на диванчике, я раскрыл первый попавшийся том в тяжелом переплете на случайной странице и сделал вид, что читаю. Но после прочтения пары строк меня реально затянуло. Книга оказалась научно-исследовательским трудом о войне осьмнадцатого года, когда Россия противостояла трем империям: Персии, Наглам и Гишпании.

Так меня и застала Ее высочество — увлеченно читающим и жующим булочку. Услышав деликатное покашливание, я встрепенулся, расплылся в самой любезной улыбке, поклонился и предложил ей устроить в кресло напротив меня свою упругую попку, с которой я был лично знаком.

— Я знаю, что вы только вернулись и, возможно, мой визит может показаться вам слишком назойливым, но все же я бы хотела переговорить с вами лично, — начала она.

— Дильнура, давай на ты. Тем более после того, что между нами было, будет глупо друг другу выкать, особенно когда мы наедине.

— Давай, — сверкнула глазами она. — А что между нами… было?

Так, а вот этот блеск мне знаком. Вот так же блестели глаза ханьки, когда она с меня штаны стаскивала. Тревожный знак и набат в голове от предчувствия неприятностей. Очередная охотница вышла на охоту и на роль добычи назначили меня. Но я опытный зверь, и фиг вы меня поймаете!

— Дуэль, конечно же. Что же еще? Просто у нас так принято — подрались, помирились, стали друзьями без камня за пазухой.

— Странный обычай, но мне нравится, -улыбнулась она.

— Согласен. Так что же тебя привело ко мне и заставило торопиться?

— Дело в том, что я приняла решение, а мой отец его всесторонне поддержал: поступить в этом году в Российскую академию. Брат хотел в Нагловскую, но я настояла именно на вашей.

— И что же в ней тебя так привлекло, Дильнура? — спросил я, уже догадываясь о том, каким будет ответ.

— Конечно же, ты.

Хм, откровенно, не ожидал даже. Решила поиграть с открытым забралом? Напрасно. Мы ведь ни разу не друзья. А впрочем…

— Не скажу, что твой ответ меня удивил…

— Но? Ведь всегда есть но…

— Конечно, есть. Но я не думал, что все так далеко зайдет

— А чему ты удивляешься? Ты и раньше был самым перспективным женихом в мире, а сейчас, когда у тебя есть магия, поднялся просто на недосягаемую высоту. К тому же ты хорош собой, не трус, с тобой интересно… Мне продолжать лить тебе мед в уши или уже можно остановиться?

— Можешь прекращать, — усмехнулся я. — Все, о чем ты сказала, я каждый день читаю в рутьюбе. Скажи истинную причину, раз уж ты так откровенна.

— То есть, в любовь с первого взгляда ты не веришь?

— Неа. Такой вот я насквозь прагматичный тип. Признаюсь честно, и со второго, и даже с третьего не верю. В моей жизни есть лишь одна настоящая любовь — это моя семья. Для других в ней пока места нет.

— Странно, сын правителя и говорит о какой-то любви, как барышня, начитавшаяся любовных романов.

— А почему бы и нет? Жениться только ради того, чтобы жениться, я точно не буду. Отцу нужны внуки, а кто будет их матерью — непринципиально. Нет, пожелания у него, конечно, есть, но уверен, я смогу убедить его в правильности своего выбора. Так что буду жениться по любви — и точка.

— Когда ты это говоришь, я чувствую, как у меня в груди все начинает пылать, — выдала она очередную заготовку, точно почерпнутую из женских романов.

— Попей водички, — усмехнулся я.

— Нет, ты не понимаешь! — она вскочила, взяла меня за руку…

— Ее Высочество принцесса Ханьской империи Линь сунь Джоу, — громко провозгласила Марина слегка дрожащим голосом. Не успела она отойти, как в библиотеку буквально влетела ханька и уставилась на Персика злобным взглядом. Ну да, мне пришло сообщение, что она явилась, и я приказал тащить ее сюда.

— Что ты тут делаешь с моим женихом⁈ — прошипела она, гневно глядя на Дильнуру.

— Остынь. К сожалению, ничего пока не делаю. Но уверена, если ты испаришься, то сделаю. Между нами проскочила искра, готовая стать пламенем. Да и вообще, о каком женихе ты говоришь? Не припомню что-то объявления о вашей помолвке.

— Линь, ну не надо так. Мы просто разговаривали, — подлил я бензина на костер эмоций.

— Я вижу, как вы разговаривали! Еще немного — и она к тебе на колени усядется!!!

— Ты хочешь сесть на мои колени? — с серьёзным видом уточнил я у Персика.

— Конечно. Вижу цель, не вижу препятствий. Вот прямо сейчас и…

— Старшая дочь президента Объединенных Демократических Республик Пендосиии Ангелина Джоунс, — едва не теряя сознания от страха, провозгласила Марина.

Вот и ладненько, вот и чудненько! Вскочив, я изобразил поклон стремительно ворвавшейся к нам девушке. Быстро покачав ситуацию и сделав выводы, она плюхнулась в последнее свободное кресло и скрестила руки под своей объемной грудью.

— Вижу, все в сборе. Как будем договариваться? — заявила она.

Лайк, однозначный лайк за прагматизм и умение быстро принимать решения! Я на нее надеялся, и она не подвела. Как знал, что заявится вместе с остальными.

— В каком смысле, договариваться⁈ — Линь уже трясло от злости. А раньше вроде такой спокойной казалась.

— Всем нам надо от Сергея одно и то же. Выходить за него я не хочу, как и жить в этой стране, полной унижений простых людей. Но мне, как и вам, нужен от него ребенок и, желательно, мальчик. Поэтому предлагаю договориться. Итак, Ваше Высочество, сколько вы хотите за возможность забеременеть от вас? Согласна даже на искусственное оплодотворение, но тогда цена будет ниже. Ребенок, зачатый естественным путем, имеет больше шансов на раскрытие дара, чем искусственным. Так сказали наши ученые, и у меня нет основания им не доверять.

— Ангелина, прости, мне послышалось, или ты действительно решила купить одного из самых богатых людей нашей империи? — улыбнулся я, вовсю наслаждаясь ситуацией.

— Ерунда, — отмахнулась она. — У всего есть цена. Я прекрасно знаю, как много нужно человеку, у которого все есть. Так что озвучь свои хотелки, и я уверена, мы сможем найти компромисс.

— А вы про нас не забыли? Нет? — Персик, усевшись в кресло, уже вовсю думала и что-то прикидывала.

— Да мне на вас все равно, — пожала плечами пиндосска. — Не захотите договариваться об очереди, значит, я буду первой. Уверена, что смогу перебить любую вашу ставку.

Через минуту комнату затопил банальный бабский срач, а я, тайком включив запись, откровенно наслаждался им. Потом, когда все закончится, покажу семье, чтобы мы все вместе посмеялись. Хотя, тут и так камер понатыкано, но все же вид от первого лица всегда интересней.

Ханька вскочила и стояла вплотную к Ангелине, заорав что-то типа, что не допустит, чтобы ее будущий муж осквернил свое тело с этой… Дальше все шло по-ханьски, и я сути не уловил.

Та в ответ ругалась, часто произнося сакраментальное фак и махала руками, подтверждая свои слова неприличными жестами. Дильнура тоже пыталась вставить свои пять динаров, стараясь перебить ставку. В общем, меня банально делили, даже не спросив, хочу ли я делиться и размножаться.

А я не хотел, постоянно проверяя чары на плетении антизалета. Правда, мама уверяла меня, что оно продержится как минимум год, но доверия к ее словам не было. С нее станется вдруг сильно возжелать стать бабушкой и обмануть бедного меня в интересах империи. А потом невинно похлопать глазками, свалить все на ханьскую подделку и выставить претензии к производителю. Вот только моей веселой жизни придет конец. А я на такое категорически не согласен.

А пока я смотрел на орущих девушек ожидая, когда они от слов перейдут к действиям, начнут друг друга убивать в борьбе за меня красивого, избавив меня от необходимости сделать это самому.

Но увы, моим мечтам не было суждено воплотиться в жизнь. Произошел самый страшный вариант, на который я не рассчитывал — они смогли договориться. Это был удар ниже пояса и попал он в цель.

С разочарованием глядя, как они рассаживаются по местам со все еще красными от прилива эмоций лицами, но увы, уже без жажды крови в глазах, я понял, что пора переходить к плану Б, которой включал в себя несколько пунктов: от позорного бегства до имитации неизлечимой болезни.

— Итак, если наши разногласия разрешены, — поправила слегка растрепавшуюся прическу пиндосска, — предлагаю обсудить очередность и составить договор.

— Браво! — захлопал я в ладоши, вступая на скользкий лед противоречий и возможности заиметь себе кровных врагов. Но увы, ничего не мог с собой поделать. Эти наглые самки меня достали. — Рад, что вы договорились между собой. И раз так, полагаю, мое дальнейшее участие в переговорах в качестве посредника — а именно так я воспринял свою роль, — не требуется. Можете заняться развратом прямо тут, я распоряжусь, чтобы вас не тревожили. А мне пора, на сегодня запланирована ещё куча всяких дел. Честь имею!

Поклонившись, я быстро покинул библиотеку, пока они не опомнились и не поняли, где накосячили. Захлопнув за собой дверь, я выдохнул, усмехнулся, и насвистывая неприличную мелодию, отправился на полигон. Пар необходимо было выпустить, иначе я рискую взорваться…

Глава 26

Глава 26

Сев в центре арены, я выпустил алмазные нити и с закрытыми глазами лупил ими по мишеням, ориентируясь на звук их появления.

Управлять своим новым оружием я научился на отлично и очень хорошо ощущал нити в пространстве, даже когда они отделялись от меня. Еще было просто отлично, что магии на них расходовалось очень мало. Это значительно увеличивало мои шансы на выживание. А вот со стихиями я по-прежнему не мог долго работать — силы таяли очень быстро. Правда, так же быстро они восстанавливались.

— Доволен, опричничек? — неожиданно раздался рядом голос отца, и мне в морду полетел кулак.

Резко смещаюсь вбок, мягко отведя его руку, после чего пробиваю двоечку по печени.

— Опричник? У нас и такое есть? — нарываюсь на жесткий блок. Отец очень быстр для человека, не владеющего магией.

— А кто по-твоему занимается всякими потерявшими берега родами? — от коварной подножки я успел увернуться и попытался в ответ пробить с локтя. Опять мимо.

— Жандармы? — двигаюсь вперед, нанося лоу кики, попутно размахивая руками как ветряная мельница, готовя подлый удар исподтишка…

— Эти простолюдинами занимаются, а опричники — дворянами. Кстати, твои, вон, так и сидят, и опять ругаются. Все тебя делят.

— Опять? Я думал, они договорились. Вовремя я смылся, а то бы поделили на кучу мелких принцев. А я единый и неделимый!!!

— От них не уйдешь, — коварный захват, и вот моя спина знакомится с полом. Батя жжет. А ведь это я хотел проявить коварство. Совсем меня заболтал.

— Но я все же попытаюсь, — вертушка ногами, и он падает рядом. Все-таки достал его, хоть и с трудом. В моем мире батя смело мог бы выступать в октагоне и забирать все призовые места. — Слушай, а у тебя случайно дымовая шашка не завалялась?

— Случайно есть. Видел я запись из того ресторана. Впечатлило, что сказать. Жахнем?

— А давай! — заразился азартом я. Че ж не жахнуть, тем более, что родитель не против.

Чиркнула искра, и в меня полетел отчаянно вертящийся в воздухе туб, выпускающий дым, окрашенный для меня в красный цвет. Отлично, работаем!

Легко беру его под контроль, распространяя по части территории. При этом я в нем четко вижу, и он мне не мешает. А почему тот тогда мешал? Наверное, потому что вражеский был. А впрочем, сейчас это неважно.

Двигаюсь в дыму, буквально сливаясь с ним. Я легкий, но сильный — вынырнув, пытаюсь нанести папе удар, но он уворачивается. По запаху, что ли, чует, где я?

Ладно, попробуем по-другому. Дым обволок его, став коконом. Послышался кашель, и я тут же развеял дым. Еще не хватало, чтобы отец задохнулся.

— Ну как?

— Молодец, — улыбнулся он. — Теперь еще парочку будешь таскать на поясе. Сделаем уменьшенный вариант.

— Нормально. Но нужны опыты. Дым же — это все тот же воздух, только как бы грязный. Но управлять я им могу, видимо, потому что вижу, а тем, что не вижу, не могу, потому как воздух прозрачный. Еще бы понять, что им можно делать, кроме маскировки, хотя и это неплохо.

— Вот в академии и разберешься, как и со своими бабами. Судя по всему, они не отстанут и собираются поступать вместе с тобой. Прошение уже подано и мной одобрено.

— НЕ-Е-Е-ЕТ!!! —заорал я, падая на песок и пуская слезу, гневно глядя в небо. Ну ладно, в потолок, но моего горя это нисколько не уменьшило.

— ДА-А-А!!! — в ответ завопил он, довольно хлопнув в ладоши. — Ладно, пойду твоих мам обрадую, что скоро будет свадьба. Дамочки, они в таких делах настырные. Спорим, ты и месяца не продержишься?

— Мы еще посмотрим, кто сколько продержится, — прошептал я ему в спину. — Я принимаю бой.

Злобно пнув скамейку и взвыв от боли в отбитой ноге, я направился в душ, а после к себе, чтобы позвонить Ольге и пожаловаться на жизнь, ну, заодно и посоветоваться.

Мне нужен был план и, желательно, позабористей. Такой, чтобы и волки сыты, и овцы обломались. Разговаривать с этими клушами я больше не собирался, пока не решу, как себя с ними вести.

С одной стороны, ими двигал банальный расчет, но с другой стороны ощущать себя быком-осеменителем я не желал. Развлечься — легко, строить серьёзные отношения — без меня. Не хочу, и все.

Можно было бы их банально послать, но папа закусил удила, а рука у него тяжелая. Может, пойти на принцип и охомутать пендосску? Он вроде как этого не желал. А чего? У нее и грудь внушительная, и все в семью.

Но нет, не хочу. Мне бы любви и ласки, а не договора с расчетами. Пойти, что ль, у Кати плюшевого мишку отнять, чтобы пообниматься?

Но увы, до комнаты сестры я так и не дошел, потому как меня перехватила Лиза, самая пока непонятная из всех сестер, с которой у меня отношения складывались от слова никак.

— Прячешься?

— Ага, дожился, что в собственном дворце покоя не дают.

— Тогда пошли ко мне. Тем более, нам есть о чем поговорить, — заявила она.

Что ж, вариант спрятаться у нее — не самый плохой. Уверен, меня там точно искать не будут.

— Веди меня куда хочешь, только не бросай в терновый куст, — согласно кивнул я.

— А что плохого в этом кусте? — не поняла она.

— Когда прыгнешь него — узнаешь. Он так же страшен, как сырой брокколи. Слышал, с его помощью даже динозавров убивали.

— Что за чушь?!!

— Да я сам это видел. И даже в двух вариантах. Там еще, помню, был ленивец, туповатый такой, но не лишенный обаяния.

— Прямо как ты? — отпустила она шпильку.

— Нет, я более обаятельный и привлекательный.

— Ну, и что там было с ленивцем? —заинтересовалась она.

— Сейчас вспомню, как все было. Мне эту историю ласка рассказал и даже показал. Что-то типа: динозавр нападет, ленивец отвечает и забивает монстра этим овощем.

— Чушь какая!!! Ленивцы потому и названы так, от того, что ленивые.

— Ладно, есть и вторая версия. Ленивец ест брокколи, динозавр ест ленивца и бежит, испуганный этим овощем!!! Заметь, в обоих случаях брокколи — ключевой момент и опасное оружие, так что проверять не советую. Инфа сотка и получена из самых проверенных источников.

— Тебя надо лекарям показать, а то что-то мне не нравится, что творится в твоей голове. Тебя как отравили, так ты сам не свой стал. Ладно, мы уже пришли. Чувствуй себя как дома, но не забывай, что в гостях.

— Тоска — печаль. Я так понимаю, о дефиле в бикини можно даже не заикаться? Я уж не говорю про без него…

— Обойдешься. И вообще, будь серьезней, а то позову твоих самок, и будешь сам с ними разбираться.

— Трепещу, дрожу и держу рот на замке! — изобразил я закрывающуюся молнию.

— Итак, — менторским тоном, от которого у меня сразу заныли зубы, начала она, — что ты знаешь об академии, куда послезавтра отправишься?

— Ну-у-у, — протянул я, — там есть три факультета, включая боевой, на котором учатся одни грудастые тянки. И если мне повезет, то меня заселят в комнату к одной из них.

— В целом верно, мой озабоченный братец, кроме одного — думаю, тебя все-таки поселят отдельно. Запомни три нельзя академии: нельзя выходить за ее пределы без разрешения — это касается всего боевого первого курса. На выходной- пожалуйста. Нельзя пропускать занятия без уважительной причины. Хоть сдохни, но перед смертью предупреди об этом куратора. И третье, самое главное — нельзя отказываться от дуэлей или выставлять вместо себя кого-то другого. Правда, их можно проводить не более одной в день, и то, если ты абсолютно здоров. За отказ — исключение. Там еще куча нельзя, но это основные.

Часть занятий у вас будет общей с другими факультетами, и тут могут возникнуть проблемы. Магам с не-магами можно драться только без применения магии — и этим особенно любят пользоваться политики, среди которых много тренированных бойцов-парней.

За последнее время боевой очень часто проигрывает дуэли за счет худшей физической подготовки. Слишком сильный был сделан упор на магию. С этого года программу пересмотрели.

— Ну, так я вроде не слабак, — красиво напряг я бицепс. — Добро могу нести и кулаком, и магией.

— Ты вообще особенный…

— Повторяй это чаще. Мне нравится, как это звучит.

— Идиот, — закончила она так обнадеживающе начавшуюся фразу обломом и сомнением в моем интеллекте. Ну ладно, я и сам в нем иногда сомневаюсь. Но обидно, ага. — На тебе и будет сконцентрировано все внимание. Бойся провокаций, бойся опозориться…

— Бойся случайных связей, — закончил я за нее. — Не переживай, сестра. Кого надо научим, кто не захочет учиться — заставим.

— Этого я и боюсь. Но мы там тоже будем, поэтому присмотрим за тобой. Может, даже удастся к себе в крыло тебя поселить. Это, конечно, нарушение правил, но на что не пойдешь ради всеобщего спокойствия.

— А вот этого мне не надо! — тут же запротестовал я. — Вы ж мне всю личную жизнь в туалет смоете!

— Пожалуюсь Ольге, — тут же пригрозила она.

— Ее нет, так что жалуйся сколько хочешь. А когда она вернется, меня уже подселят к какой-нибудь грудастой тянке.

— Лично договорюсь, чтобы с тобой жили твои потенциальные невесты, — сестра пошла ва-банк. Как это низко и подло — бить по больному!!!

— А впрочем, у девчонок всегда есть что-то вкусное, — тут же сдал я назад. Иначе все могло кончиться плохо. Я ее знаю, ага.

— Хорошо, с этим разобрались. И сильно не расслабляйся. Она приедет через две недели — у старших курсов есть свои привилегии, и они могут опаздывать к началу занятий. И она будет очень недовольна, если ты сделаешь не как надо, а как нравится тебе. Далее. Я так понимаю, что ты пойдешь именно на боевой, но я тебе рекомендую взять факультативом и лекарский или целительский. Плох тот маг, что не может сам себе оказать помощь. Да, учиться будет немного сложней, но оно того стоит.

— Подумаю, — серьезно кивнул я. Медиков я уважал всегда, и ее доводы были разумны.

— Еще тебе, как будущему наследнику, нужен политический, но боюсь, ты сразу все не потянешь. Маги учатся на боевом — и точка.

Ну, и самое главное — пока убийц не нашли, ходи и оглядывайся. Все студенты проходят тщательную проверку, но в любой защите можно найти дыру. Ну да ты и сам это видел.

— Ты мне предлагаешь прятаться? —нахмурился я.

— Нет, тем более, что ты меня не послушаешь. Просто будь внимательней к своему окружению. Мы не сможем присматривать за тобой вечно, и откуда по тебе может прилететь, мы не знаем.

— Да, мамуля, я все понял и буду вести себя хорошо. И все же — будет дефиле в бикини или нет?

— Попроси своих самок озабоченных. Они тебе точно его устроят.

— Ты злая, — совершенно не аристократично ткнул я в нее пальцем. — От тебя один бедлам, стыд царю, конфуз послам. Я спрошу у Ушакова, ты не засланная к нам?!!

— Эво как, уже стихами заговорил. Допекло, да? Ты вообще сильно изменился после отравления. Вот сморю я на тебя — наш вроде, тело твое. А как послушаю, так как будто я тебя не знаю и передо мной стоит чужой человек…

— Знаешь, дорогая, — сделал я вид, что задумался. — Моя жизнь, можно сказать, разделилась на до отравления и после. До я старательно пытаюсь забыть, как страшный сон, ну а после мне нравится больше. Поняв, как жизнь мимолетна, я решил брать от нее все, что она может предложить. Везде побывать, все потрогать. Кстати, повернись задом, а то ты последняя осталась.

— В смысле⁈ — обалдела она.

— Ну, Олину я уже трогал, когда боролся с ней, Любу даже за нее укусил. Катя не в счет, она еще маленькая, осталась только ты. Я ж не пошлости ради, а сравнения для.

— Извращенец!!! — в меня полетела ручка, лежащая на столе. Чуть не попала.

— Да вы сговорились, что ль? Ладно, не хочешь, чтобы трогал, тогда ответь мне на последний вопрос.

— И какой? — ее глаза уже бегали по комнате в поисках того, чем бы меня треснуть.

— У тебя плюшевый мишка есть?

— Чего?

— Мишка, говорю, плюшевый. Мне надо срочно поплакать, а все плечи заняты. А он меня точно поймет и не осудит, как некоторые. От тебя жалости не дождешься, а Катю я не хочу расстраивать. Или все же пожалеешь и покажешь летнюю коллекцию купальников?

— Боги, с кем я живу! — хлопнула она ладонью по лицу. — Я с тобой ещё даже получаса не провела, а ты мне уже мозг совокупил! Вали давай. Твои гостьи устали ждать и ушли. Но помни, папа настроен решительно.

— А уж как я решительно настроен, ты даже не представляешь. Папу ждет большой облом, когда он мне продует в споре.

— А на что спорили?

— Черт, об этом я не подумал!!! Надо его срочно найти и обсудить условия сделки. Если я выиграю, то первую жену себе выберу сам.

— А что, уже есть кандидатуры?

— Ага. Вот ты, например.

— Ты больной?!! Я твоя сестра!

— А если бы нет? — хитро сощурился я. На этот раз увернуться от летящей тетради было сложней, но я справился. — Но я не понял, это да или нет?

Не знаю, чем она в меня потом швырнула, но дверь, за которую я успел выскочить, сильно задрожала от удара. Горячая она у меня, ага. Но ответ так не дала. Ну и ладно, у меня Оленька есть. Буду как собака на сене — сам не гам и другому фиг отдам.

Так, и куда податься бедному принцу в собственном доме? Я стою у ресторана, замуж поздно, сдохнуть рано. Кстати, о ресторане — а почему бы мне и не поесть чего вкусного? Или нет, лучше набрать всякой снеди и завалиться к себе в комнату.

Вижу цель, не вижу препятствий. Посетовав, что в этом мире нет такой плюшки, как пространственные кольца, в которые много чего можно положить, я вез тележку, честно отжатую у поваров, к себе в комнату, бдительно следя, чтобы на нее никто не покусился. А то гвардейки вон как зыркают, когда мимо них прохожу. Точно лелеют планы, как бы у меня честно заработанное отнять. Жизнь родине, булочку никому.

Пришел к себе я, как ни странно, без приключений. Связался с Катей. Она возникла в комнате быстрей, чем я успел все разложить. Моя идея ей жутко понравилась и она приняла самое действенное участие в подготовке подушечного отдыха.

На пол полетели одеяла и ворох подушек. Уютно на них расположившись, мы приглушили свет, поставили мультик про принцессу, которая влюбилась в принца, и на радостях выпила просроченный йогурт, после чего отрубилась на долгое время. Ну, а тот, ведомый страстью, отправился ее искать, по дороге бухая и с пьяных глаз спрашивая всех подряд, где его баба. И ладно бы у людей, так нет. То у ветра спрашивал, то у месяца. В общем, штырило его не по-детски. Интересно, а что он пил? Я бы попробовал.

Не знаю как, может, на запах, а может так звезды сошлись, но скоро к нам присоединилась Люба, а позже и Лиза. Подушек сразу стало на всех не хватать, но как-то устроились. А вот вкусняшки стали резко заканчиваться, что меня вводило в тоску и я перестал сопереживать герою, а стал переживать за себя, которого все объедают. Значит, как показать свои булочки, так фиг, а как съесть мою, так сразу очередь выстраивается. Обидно же!

Следом за мультиком пошла какая-то мелодрама, под которую я благополучно заснул, не выдержав переживаний героини, которая весь фильм пыталась понять, от кого она залетела, а благородные мужики ее убеждали, что именно они отцы ребенка. Вот все прямо сразу. У них групповуха, что ли, была? Я так и не понял.

В себя я пришел от толчка плечом Лизы, на котором я и захрапел. Даже не знаю, как это получилось. Честное слово.

Часы показывали почти полночь, и все стали расходиться, кроме мелкой, которая уже давно спала, ее просто уложили на кровать.

Умывшись и пожелав всем спокойной ночи, я получил поцелуй в щеку, пожелания добрых снов, после чего остался один.

Вот оно как, Михалыч. Оказывается, чтобы наладить мир в семье, надо было просто посмотреть вместе пару фильмов, и все. Век живи, век учись…

Надо обязательно будет запомнить название последнего фильма, раз он так положительно влияет на девушек. На этой оптимистичной и, главное, практичной мысли я и заснул…

Глава 27

Глава 27

Последний свободный от учёбы день встретил меня солнечным лучом, от которого я чихнул, орущим будильником, которой я уничтожил, и мокрым плечом, которое обслюнявила Катя.

Потянувшись всем телом и глубоко вздохнув, я почувствовал мир во всем мире, познал дзен и желание сходить в туалет. Быстро приведя себя в порядок, я растолкал соню, которая и не думала просыпаться самостоятельно, и посмотрел на часы. До запланированного мной похода в кафешку с девочками было еще три часа, так что можно было перекусить. Чем я, собственно, и занялся, направив ноги в место радости и вкусных запахов.

Карыч опять где-то таскался, и я вообще не понимал, кто кому хозяин. Обычно всякие питомцы от своих хозяев и на шаг не отходят, а моему, похоже, было на правила глубоко по фиг. Или он еще не осознал, что халява закончилась? А с животными в академию вообще пускают? А с птицами? Если что, я ему могу скворечник на дереве смастерить. Или вороны в гнездах живут? Надо посмотреть в рунете.

В общем, с утра я был за мир во всем мире и отдельно взятом дворце. Но всякие несознательные личности — не буду показывать пальцем, но это была Люба, — явно не выспались и по этой причины были злы, раздражительны и искали виноватого. И им, конечно же, сразу был назначен я как наиболее ранимый и уязвимый.

Вместо доброй улыбки или, на крайний случай, удара по морде — я уж к этому привык, — она разразилась утренним приветствием, смысл которого сводился к вопросу — с чего это у тебя такое лицо довольное? Пришлось обнять ее, немного потискать, куснуть за ухо, чмокнуть в щечку, погладить по голове и проделать еще кучу разных манипуляций, от которых она расслабилась, раскраснелась и обозвала меня хамом, но уже без прежнего напора и агрессии.

За этим всем с улыбкой наблюдали наши мамы и даже делали ставки, на то, как быстро я управлюсь с сестрой. Не знаю, кто из них победил, но кушали все спокойно и с отменным аппетитом.

— Мы все организовали, сынок, — мама Ира строго посмотрела на меня, но в ее глазах пряталась улыбка. — Девочки и их родители предупреждены и обещались быть. Как ты знаешь, встреча назначена на двенадцать часов в кафе «Шоколадница». Уверена, тебе там понравится.

— Да мне-то что. Главное, чтобы они были довольны. А насчет помощи? Что мы — или я — можем сделать для них?

— Я, если честно, даже не знаю, -задумалась она. — У Дворцовых большое цветочное дело. Половина лавок, продающих цветы в городе, принадлежит им. Никифоровы владеют сетью небольших закусочных, кстати, пользующихся популярностью у простолюдинов. А Ланские держат небольшой флот прогулочных катеров на Волге. Семьи не бедствуют и вроде вполне себе обеспечены. Но если тебе так принципиально…

— А скажи мне, где учатся девочки? —спросил я, задумавшись.

— Второй императорский лицей, — тут же ответила она.

— Ага, значит, есть и первый, да? И он, наверное, лучший?

— Все верно, — кивнула она. — Учеба там стоит очень дорого и не все могут себе ее позволить.

— Но мы же можем? — улыбнувшись, спросил я.

— Можем, — вернула она мне улыбку. — Оформим перевод и выделим им грант.

— Вот и чудненько. Девочки хорошие, и я бы хотел, чтобы у них в жизни все сложилось.

— Удивляюсь тебе, Сергей, — внимательно посмотрела на меня мама. — Так беспокоишься за случайных знакомых… И это меня радует. Будущий правитель должен уметь быть щедрым и благодарным.

— Согласна с тобой, Аня, — сказала мама Вероника. — Я-то думала, что мы совершили ошибку, переведя Сергея на домашнее образование. Ну, ты понимаешь — социализация, и все такое. Но нет. Он вырос даже более открытым, чем иные, — она бросила выразительный взгляд на дочь.

— Ох, не захваливайте меня. А то я с утра прямо падок на лесть. А еще в обед и вечером, — скромно потупился я, вызвав у всех смех.

До выезда в царство мороженого и пирожных я занялся браслетами, сделав из них стильные штуки, украшенные рунами — символами богов. Смотрелось это нереально круто. Надев их на обе руки и проверив, что они не мешают нитям, я был готов творить и вытворять.

Две маленькие дымовые шашки незаметно разместились в специальных отверстиях на поясе, вода хранилась в небольшом пузырьке в кармане, как и зажигалка с вечным кремнем.

Теперь я мог ударить очень больно даже хорошо защищенного мага, а то и нескольких. Еще была мысль озадачиться колюще-режущим оружием, но я ее отбросил. Все равно, кроме ножа, я толком ничем не владел, а всякие мечи и копья в век пороха могут вызвать только смех.

Ближе к назначенному времени мы с Катей погрузились в машину и в сопровождении незнамо какого количества охраны направились на встречу. Спустя полчаса — на этот раз в пробках стоять не пришлось, — мы были на месте.

Уютное кафе, больше похожее на небольшой развлекательный центр, было закрыто в связи с арендой зала высокопоставленным гостем. Так что внутри нас встречал потеющий от страха и оказанной чести персонал и мои приглашенные гости, которые были, как мне показалось, тоже изрядно напуганы.

Правда, девчонки, увидев меня, сразу заулыбались и лишь воспитание не позволило им кинуться мне на встречу.

Раскланявшись со всеми и поцеловав ручки юным леди, я представил сестру, девочки представили аппетитных мам, которые сопровождали девчонок в количестве по одной штуке на каждую и выглядели весьма и весьма…

Чинно рассевшись, все замерли, не зная, что говорить и как вообще себя вести. Что ж, ситуация знакомая и как ее ломать, я тоже знал.

Сразу предложил тост, подняв бокал с лимонадом за прекрасных дам, а потом я подмигнул Кате, которая с легкостью могла залезть туда, куда даже мыло не пролезет. И она меня не подвела. Уже через пару минут мы, сделав заказ, вовсю мило общались. Я отвечал на вопросы, рассказывал отредактированную версию о покушении на себя, показывал небольшие фокусы с магией. В общем, стал своим в доску.

Императорский дворец. Личный кабинет императора

— Докладывай, — Его Величество был хмур и сосредоточен. Рядом с ним сидела его супруга Анна, слегка сжимая его руку. Остальные жены расположились рядом и злобно сверлили глазами докладчика взглядами, не предвещающими тому ничего хорошего.

— Вот что мы имеем к этому часу, — начал он, и перед ними раскрылась объемная проекция. — То, что за Его Высочеством охотится орден Проклятых, не вызывает сомнения. Наши агенты смогли задержать одну из нападавших. Знала она немного — и это понятно, она простая наемница. Но и того, что мы сумели из неё вытащить, хватило, чтобы сложить пазл…

На основании сказанного ею могу с точностью утверждать, что попытки расправиться с Его Высочеством продолжатся. По непроверенной пока информации сама их глава сумела просочиться в академию. В связи с этим рекомендую Сергею временно воздержаться от ее посещения, пока мы не поймаем убийцу. Ее точное описание у нас есть, но только вот они — признанные мастера маскировки, да и дар скрывать умеют.

Под видом дружинницы туда спокойно может пройти князь, потом произойдёт вызов на дуэль, а в итоге смерть по неосторожности. Это я описал самый простой сценарий, он же самый действенный. Если все будет сделано по правилам, а я уверен, что так оно и будет, предъявить нам будет нечего. Академия свято чтит свои традиции и вмешиваться в её дела мы не можем.

— Это исключено, — сжал кулак император. — О том, что Сергей будет там учиться, уже все знают. Отозвать его — значит продемонстрировать слабость. Да и он сам не согласится. Кто у нас там есть, чтобы за ним присмотрели?

— С этим проблем нет. Рядом с ним даже муха не пролетит, чтобы мы об этом не узнали. Все его контакты будут проверяться в режиме реального времени. Группа студенток — наших будущих работниц — уже поставлена в известность, и девушки сразу попытаются войти в его ближнее окружение. К тому же там будут принцессы, которые так же предупреждены о возможной опасности. Но никто не застрахован от случайностей.

— Вы вышли на заказчика? — хмуро спросила Ирина, не любившаяся полагаться на волю случая.

— У нас есть два следа, и они оба мутные. Один ведёт сюда, в Российскую империю, а второй — к Наглам. Работаем в обоих направлениях, но о результатах судить пока рано.

— То есть, опять мы топчемся на одном месте. Плохо работаете, князь, — ее ледяным тоном можно было заморозить даже проснувшийся вулкан.

Глядя на нее, мужчина нервно сглотнул и поправил внезапно начавший жать воротник. Не являясь самой сильной из императриц, она была, пожалуй, самой жесткой и жестокой из них. За прекрасной внешностью скрывался лютый зверь, готовый мгновенно кинуться на врагов, чтобы их растерзать.

— Простите, Ваше Величество. Я задействовал лучших агентов, которые работают день и ночь. Проверяются все возможные нити.

— Все равно плохо. Ты понимаешь, Ушаков, что если вы допустите еще одно нападение на моего сына, я этого не перенесу, а ты не переживешь? Если с его головы хоть волос упадет, то и с твоей они упадут, причём вместе с самой головой, которая тебе не очень и нужна. Мы кормим огромный штат людей, а они одного человека как следует защитить не могут!

— Но вы совершенно не хотите облегчить нам задачу, — нашел в себе силы возразить он. — Вместо того, чтобы выждать некоторое время, посидеть дома и дождаться конца расследования, Сергей стал еще больше выходить в свет…

Ирина гневно вскинулась, но император остановил её одним взглядом. Потом перевёл его на Ушакова, наливаясь яростью:

— Что?!! Ты предлагаешь нам спрятаться и дрожать?!! Ты облажался, Володя. Твоя служба допускает один прокол за другим. Мало того, что ты сына защитить не можешь — а ведь под защиту Императорской семьи и был создан особый отдел, так ты еще и моих детей к этому привлекаешь! Тебе погоны внезапно стали жать или небо давит? В общем, мне это надоело.

Ира, подключай своих. Вероника, пусть твои люди усилят работу в посольствах. Я хочу знать даже то, как часто и чем послы ходят в туалет! Аня, на тебе силовое прикрытие. Свяжись с генералом Рыжовым, он знает, что делать. А что же касается Тайного приказа, то я выражаю ему свое неудовольствие.

Ушаков уже со страхом посмотрел на императора. Хуже могло быть только глубокое неудовольствие, после которого все высшие чины оказывались в тюрьме, а его глава лишался жизни. И какими бы они не были друзьями и родственниками, если на кону жизнь его детей, то выбирать он не будет.

— Свободен! — рявкнул император, и пока еще начальник Тайного приказа буквально вылетел за дверь.

— Не слишком ли ты с ним жестко? — поколебавшись, всё же спросила Анна.

— Нормально. Пусть понервничает, -улыбнулся ей муж. — Все идет по плану. Но детали надо обговорить, потому что обстоятельства несколько изменились. Итак…

* * *

День и мягко наступивший вечер прошел отлично. Мои гости расслабились, к тому же сладкое поднимает настроение. Уже под конец нашей встречи я рассказал им, что девочек переведут в Первый императорский лицей и обучение там будет для них абсолютно бесплатным.

Меня стали так горячо благодарить, что мне стоило больших трудов не поддаться влиянию одной из женщин, особо жарко выражавшей свою благодарность. Мадам была чертовски аппетитна, и мои гормоны буквально выли от желания показать ей нашу картинную галерею. Особенно ее закрытую часть, где обычно никого нет. Но меня спасла Катя, в очередной раз переключив все внимание на себя.

В общем, расстались мы вполне довольными друг другом, объевшись пирожными и булькая лимонадом и соками.

Возвращались мы с сестрой во дворец уже глубоким вечером, делясь впечатлениями и споря, кто больше съел мороженого. Судя по ее утверждениям, она слопала не меньше центнера, а я, слабак, всего три рожка. А уж про количество шоколада и пирожных вообще речи не шло. Там количество измерялось тоннами.

Доехали мы быстро, и меня сразу взяли в оборот мамы. Была прочитана лекция про академию, что там можно, что нельзя. Кого бить, с кем дружить, с кем спать, а с кем не надо спать, а заниматься делом. Мне даже показали фото разных тянок, на которых стоило обратить внимание.

На мое робкое замечание — а чего это в кандидатках сплошные иностранки, я хочу поддержать отечественного производителя, меня назвали ничего не понимающим в политике и вообще, заявили, что мамы лучше знают, что нужно их сыну.

Согласно покивав всему, что они говорили, потому как иначе бы не отстали, я тут же благополучно забыл все ими сказанное. Мой внутренний революционер уже вышел с плакатом на площадь и требовал свободы, равенства и разврата без обязательств. Поэтому я твердо решил, что буду делать всё, что и как сам захочу.

А еще я стремился побыстрей избавиться от их назойливого внимания, потому как меня уже ждала Мариночка. И последнюю ночь дома я хотел провести, нежась в ее ласковых ручках. Что я, собственно, и сделал, едва успев сбежать от мам. Ужин мы с сестрой уже всё равно пропустили, поэтому препятствий для побега не возникло.

Что я могу сказать — думаю, моя личная служанка вздохнет с облегчением, когда я уеду. Уж очень неистов я был, понимая, что обломиться мне может еще не скоро, под бдительным-то контролем сестер. С чего они вообще решили блюсти мою честь и пресекать попытки покушения на мое тело? Мне это непонятно. Нет, я не про те, когда в меня хотят ткнуть чем-то острым, а про те, когда потыкать хочу именно я. Но возражать им вслух — себе дороже.

Ну, и чтоб худого про царя не болтал народ зазря, действуй строго по закону. То бишь, действуй втихаря. Золотые слова, скажу я вам. Вот прям идеально описывающие мою ситуацию. Так я, собственно, и собирался себя вести.

Утро началось с привычного уничтожения будильника — каждый раз эта гадина каким-то немыслимым образом появлялась у меня на тумбочке и начинала орать. Потом душ, надеть форму, посмотреться в зеркало. Признать, что я на свете всех милее, всех сильней и красивее. Стряхнуть невидимую пылинку с пиджака, проверить свое невероятное обаяние на служанках. Услышать их восторженный «ах», поправить слегка покосившееся ЧСВ и спуститься вниз к завтраку, на котором собралось все наше семейство. Даже батя оторвал зад от важных мероприятий и лично пришел проводить нас торжественными пинками.

Его речь свелась к краткому:

— Благословляю Вас в дорогу. Вослед врагам всегда найдутся и друзья. Деритесь там, где это можно, слава Богу. И уж конечно, там деритесь, где нельзя.

Я пустил скупую слезу и уже совсем хотел было вскочить на коня и мчаться в Париж, но вспомнил, что меня ждет комфортный «Олень-6140» улучшенной комплектации и передумал. Надев легкую маску иллюзий, что ненадолго изменила мое лицо, я отправился навстречу приключениям.

Пора-пора-порадуемся на своём веку

Красавице и кубку, счастливому клинку,

Пока-пока-покачивая перьями на шляпах,

Судьбе не раз шепнём: «Merci beaucoup»…

* * *

Вот и закончилась первая, и я надеюсь, не последняя книга о приключениях Сергея Гордеева, волею автора и богов ставшего сыном императора.

Скажу честно, книга пишется просто для удовольствия, и мне нравится ломать привычный шаблон боярки, в которой пишут многие авторы, да и я, чего тут скрывать.

Мне хотелось получить легкого героя, не сильно обремененного моральными принципами и интеллектом, но все же знающим, что такое честь и достоинство. Получилось у меня или нет — решать вам.

Что будет дальше? Сам не знаю. Четкого сюжета у меня нет, книга, так сказать, экспериментальная и написана, как вы видите, в несколько иной манере, нежели другие. Есть мысли, чем она должна закончится, но пока я не выбрал окончательно путь, по которому будет двигаться главный герой. Но надеюсь, книга получилась если не лучше, то уж точно не хуже остальных.

На этом не прощаюсь, ведь вслед за первой сразу идет вторая, где мы и увидимся.

Обнимаю всех, кто дочитал до конца. До встречи…

Content

Я Гордый

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27