Новый мир для Антимага

Глава 1

— Как хоть зовут озверевшего наследника? — Проговорил я голосом более низким, чем мой подростковый. Зелье получилось что надо.

Внизу, прямо посреди небольшого городка, расцвели пышные джунгли. Это был осколок другого мира.

— Грегор Патрицин, сын Князя Ивора Патрицина, — звучал по рации приятный женский голос информатора, — он со студентами проходил практику в этом осколке. Никто и представить не мог, что ульта откроется у него именно сегодня.

Гул вертолетных двигателей пробивался даже сквозь наушники рации, однако я слышал информатора четко.

— А то, — всмотрелся я вниз, — что после открытия способности сойдет с ума, и вовсе стало сюрпризом. Причем страшным.

Я увидел между густыми кронами вспышку. Раскидистое дерево пошатнулось и почти сразу загорелась. Потом с хрустом упало. Способности наследника основывались на огненной мане.

— Это будет ударом для его дома, — ответила информатор.

— Для нескольких домов. Наследник наверняка убил всех, кто был в группе.

— Если кто-то из детей императора сойдет с ума при открытии ульты, — ответила внезапно информатор, — это будет ударом для всей империи. Слишком много неудачных открытий в последние годы. Все переживают за его дочь.

— Будем надеятся, — проговорил я, — что она не станет моей целью.

Я сидел у края открытого борта вертолета, потом встал. Поправил ремни, застежки и защитные пластины своего черного тактического костюма. Нужно было торопиться. Скоро осколок превратиться в один сплошной пылающий ад.

Да и с транспортировкой запоздали. Зелья скоро перестанут действовать, а принять новые не будет времени.

Ох и удивятся же окружающие, если высокий крепкий мужик похудеет до поджарого подростка. Лучше бы до этого не доводить. Никто не знает что Абсолютному Нулю — сильнейшему антимагу, лишь семнадцать лет.

Я поправил шлем и систему связи, проверил, как держится красная маска — символ гильдии Нулей. Подтянул ремни боевых перчаток из алого металла. Мда. В очередной раз придется сойтись с боевым магом в рукопашную.

Моя задача: спуститься, блокировать силы наследника и ликвидировать его. К сожалению, сошедшего с ума мага нельзя было спасти.

— Возьмите, господин! — Прозвучал в рации голос солдата, я взглянул на него.

Облаченный в бронежилет, каску, и полную боевую выкладку, он протягивал мне канат для спуска.

— Ты что, — хмыкнул я, — новенький?

— Что, господин?

— Он новенький? — Спросил я у командира взвода.

— Да, господин, — смешливо проговорил командир, — первая боевая операция. Еще не видел, как вы работаете

— Не надо, салага, — сказал я новенькому, и тот замешкавшись, убрал канат. — Ну, я пошел.

Когда я уже приготовился сделать шаг вниз, в зелено-огненную пропасть, рация зашумела помехами.

— На связи информатор. Прошу, Ноль, не торопитесь.

— Что еще? — Спросил я.

Внизу громыхнуло. Часть леса у дальнего края осколка занялась огнем.

— Времени мало, — проговорил я.

— С вами хочет пообщаться начальник гильдии Нулей.

— Позже. Наследник все сейчас сожжет. Пламя может перекинутся на жилой массив.

— Прошу прощения, Абсолютный Ноль, на связи Арчер Теранова, руководитель гильдии. Прошу, выслушайте.

— Нет времени.

— Одна из наших нулей внизу.

— Что? — нахмурился я под маской, — одна из наших? Кто? Что она там делает?

— Я не отнему много времени, — Проговорил начальник, — Отец спятившего приказал не убивать наследника. Мы знали, что ты не согласишься оставить его в живых, поэтому послали нуля Астарту с группой зачистки.

— Астарта — низкоранговый Ноль. Вы знали, что она не сможет остановить спятившего.

— Она была не одна, а в составе взвода зачистки. Мы считали, вместе они справятся.

— Что стало с группой?

— Солдаты погибли. Но сигнал Астарты мы еще отслеживаем. Она где-то в осколке.

Я не ответил, но начальник тут же заговорил дальше:

— Поймите, Патрицын, отец саятевшего — один из попечителей гильдии. Если бы я отказал, у нас были бы проблемы. Часть вашей награды тоже будет выплачиваться из его средств.

— Он считает, что сможет вернуть наследнику разум, но это заблуждение, — сказал я, — многие так считали. И всегда заблуждались.

— Грегор — сильный маг, если он погибнет, это будет тяжелая потеря для его рода.

— Он уже погиб, — проговорил я и спрыгнул.

Ветер засвистел в ушах. Это продолжалось всего пару мгновений. Сгруппировавшись, я влетел в кроны деревьев. Вокруг зашуршали листья. Я приземлился на сухую почву.

Из-за зелий, наполняли мое тело, я легко мог выносить такие нагрузки.

— Одумайтесь! — Не унимался начальник, — Патрицин очень влиятельный человек. Один из влиятельнейших в городе! Он будет мстить гильдии!

— Гильдия, — я встал, — убивает сошедших с ума магов по всей империи. Если мы пойдем на поводу у Патрицина, это создаст прецедент. И отомстить захочет не только он.

— Он попытается отомстить и тебе!

— Пусть приходит, если решиться.

В наушнике зашуршали помехи, я отключил канал связи начальника, переключился на информатора.

— Злата? — спросил я.

— Да, Ноль. Информатор на связи.

— Отправь мне сигнал Астарты. Я вытащу ее.

— Зря вы отказали Патрицину. Он влиятельный человек. Это опасно.

— Вот только ты не нуди, девочка, — хмыкнул я.

Наследника я нашел быстро. Мне подсказывали с вертушки, да и огненные взрывы можно было заметить невооруженным взглядом. В лесу началось задымление. Пожар разрастался.

Грегора я обнаружил на опушке леса. Парень, одетый в рваный походный мундир дворянина, выглядел растерянным. Он вертел головой и бормотал себе под нос что-то невнятное.

Патрицин вполне сошел бы за городского сумасшедшего, если бы не огненная аура, и крылья из пламени за спиной. Сейчас он напоминал огненное божество. При чем обезумевшее.

Он стоял на выжженном участке земли, за его спиной горел лес, а под ногами лежали обожженные тела людей. Я же не стал сразу выходить к нему, а скрылся за деревьями.

Всюду ревел огонь. Воняло горелым. В маске был простой респиратор, но если задымление усилится, он уже не будет работать.

Нужно было действовать и я активировал нуль-ауру, чтобы ослабить магию наследника. Работа ауры отразилась легким мурашками, побежавшими по спине.

Патрицин тоже почувствовал нуль-ауру. Встрепенулся и нечеловечески завыл. Огненные крылья полыхнули пламенем. Видимо, они и были его главной способностью, или, как ее называли на сленге, «ультой».

Нуль аура работала. Я увидел, как плазменное свечение вокруг тела Грегора поутихло, а крылья стали прозрачными. Пришло время взять его под контроль.

Я быстро метнулся вправо, чтобы зайти ему с фланга. Дернул из маленьких ножен на груди специальный дротик.

Промчавшись за деревьями, я перемахнул поваленный ствол, спрятался за другим, широким.

Размахнувшись, я швырнул дротик. Металлическая игла сверкнула в полете. А потом наследник взвыл, схватившись за шею. Он выгнулся дугой, заорал в небеса. В его руке образовался огненный шар, правда не очень насыщенный. Нуль-аура работала. Он метнул его куда-то в мою сторону.

Теперь Грегор — животное. Ключевая способность — ульта, что открылась в нем, выжгла ему мозги. Плохая подготовка, неправильное открытие последней способности, может привести к таким печальным последствиям. В нем больше нет разума. Только инстинкты.

Меня уже не было на прежней позиции. Я помчался в сторону, оказавшись за спиной Грегора. Там, где я только что был, громыхнуло. Огненный столб взвился к небу. Огня становилось все больше. В лесу теперь держаться было нельзя. Я выскочил на опушку.

Дротик наконец заработал. Его электронная часть вошла под кожу и передала на маску сигнал. На дисплее маски отобразились показатели Патрицина: возраст — семнадцать лет; способности — Огненные Перья, Пламенный Столб, Аура Жара и Крылья Феникса; но самое главное — шкала его магической энергии двести очков из трехсот. Довольно высокая для его возраста, она продолжала подать под воздействием нуль-ауры.

Наследник рыкнул, когда услышал мои быстрые шаги. Обернулся. Я увидел его лицо: огненные глаза, искаженные ненавистью губы, оскаленные зубы. Чудовище, а не человек.

Он взмахнул руками. Полупрозрачные огненные стрелы помчались ко мне, но почти сразу развеялись искрами. Его первая способность — Огненные Крылья, больше не работали.

Тогда он бросил огненный шар. Но и тот был уже не так силен, как раньше. Я ушел в сторону, наблюдая как шкала его силы упала уже до ста семидесяти.

Шар рухнул где-то позади и развеялся небольшим огненным смерчем, который почти сразу затих. Мы с наследником на мгновение застыли друг напротив друга.

Отлично. Следующим на очереди будет способность Аура Жара. Когда она отключится, я смогу сблизиться.

Внезапно, я увидел, как шкала силы наследника побежала вниз быстрее. А потом ощутил вторую гораздо более слабую, чем моя, нуль-ауру. Бросил взгляд туда, где был ее источник.

— Астарта, — проговорил я.

Девушка, в обтягивающем черном костюме и красной маске, выбралась на опушку. Костюм был разорван на животе, оголяя белую кожу и крепкий пресс девушки. На бедре и руках виднелись дыры в одежде, сквозь них краснели ожоги. Видимо лесной пожар выгнал ее из чащи.

— Ноль! — Крикнула она, — Я помогу!

— Не вмешивайся!

Наследник среагировал на ее голос и бросился к девушке. На огненных крыльях он метнулся к ней, скользя над землей и вопя как зверь.

Я метнулся вслед за ним. Мышцы загорелись огнем. Эликсиры текли по венам, делая мое тело быстрым и сильным.

Астарта вскрикнула и упала на колени. Наследник уколол концом огненного крыла, пытаясь пронзить девушку. Пламя его магии заревело, и обдало меня жаром, когда я приблизилися и… что было сил врезал ему в лицо железной перчаткой.

Я почувствовал, как черный костюм плавится на мне, а металлическая перчатка становится обжигающе горячей. Эликсиры почти сразу заглушили все болевые ощущения.

Металл с лязгом ударил в кость. Грегор отлетел, с хрустом врезался куда-то в объятые огнем деревья.

— Ноль! — крикнула Астарта где-то за спиной.

— Ты ранена, — обернулся я.

Девушка застыла на коленях за моей спиной.

— И теряешь силы с каждой минутой, пока работает аура, — я сорвал с левой руки, которой ударил наследника, раскаленную перчатку, отбросил ее. Костюм тоже кое-где прожгло.

— Я хочу помочь! — Крикнула она и попыталась встать.

— Ты поможешь, — я обернулся на хруст и гул пламени, туда, куда упал наследник, — если мы оба останемся живы.

Наследник выбрался на опушку. Обгоревший, в рваной одежде, он стоял передо мной, и глубоко, словно зверь, дышал. Огненной ауры больше не было. Лишь крылья висели за спиной. Его уровень силы упал до семидесяти

Мой удар превратил нижнюю челюсть Грегора в кровавое месиво, но это никак ему не мешало. Мозг наследника кипел от нахлынувшей маны. Остановить его можно было лишь единственным способом.

Грегор взревел и метнулся ко мне. Крылья разгорелись красным, словно угли на ветру. Я рванулся ему навстречу. Спустя секунду, мы сошлись. Он взмахнул огромным крылом, но я ушел от удара. Поднырнул под него, быстро прокатился на коленях по рыхлой почве, вскочил за спиной наследника.

Он резко обернулся, взмахнул вторым крылом. Оно промчалось в полуметре от меня, обдав жаром. Я успел отскочить назад. Грегор ударил крылом вперед, пытаясь меня пронзить, я ушел вправо.

Наследник взмахнул крыльями, взметнулся на несколько метров вверх. Занес крыло над моей головой, словно топор. А потом всем телом он грохнул вниз, как снаряд. Быстрый, словно молния, я метнулся вперед. Прокатившись, встал на ноги.

Он обратился лицом ко мне и закричал. Глаза наследника больше не горели. Они почернели, словно угли. Крылья, распахнулись, но стали совсем прозрачными, словно сделанными из дыма. А потом просто погасли.

В этот самый момент шкала наследника опустилась до нуля. Все это время я выжидал, пока аура блокирует его магию. Теперь пришел мой черед.

Я метнулся к нему. Он выбросил руки, бессильно пытаясь схватить меня.

Больше уворачиваться не было необходимости. Я просто оттолкнул его руки, а потом схватил за шею. С хрустом свернул ее.

Грегор Патрицин обмяк в моих руках. Я мягко опустил его на землю. Посмотрел свысока. Парень выглядел безмятежным и спокойным. Мне стало жаль его.

Задымление усилилось так, что сложно было дышать. А рассмотреть что-то в дыму и вовсе невозможно.

— Астарта!

— Я здесь! — Откашлялась она, — Ноль! Пламя подбирается!

— Абсолютный ноль борту номер девять, — я взвалил тело наследника на плечо, — забирайте нас!

— Поняли, господин! Мы уже на подходе!

Идя на голос, я отыскал в загустевшем дыму Астарту.

— Спасибо! Если бы не ты… — Начала она, — я бы погибла!

— Не трать воздух. Его и так мало осталось, — ответил я.

А потом гул огня смешался с рокотом вертолетных двигателей. Лопасти опускающейся машины разогнали дым и мы увидели синее небо.

* * *

Когда-то давным давно, в мире,

который еще не был расколотым.

Чужим богам нужны были последователи. Нужны были кровавые жертвы, чтобы становиться сильнее. Главной их проблемой было то, что последователи быстро заканчивались. И тогда они нашли выход — принялись сливать чужие миры воедино со своим, чтобы порабощать другие народы.

Когда я был ребенком, Чужие Боги вторглись и в мой родной мир. Как водится, народ разделился. Кто-то принял Чужих Богов и встал на их сторону, кто-то остался верен моему миру. Я остался верен.

В девять лет я в первый раз убил человека. До двадцати — сражался в непрекращающейся войне. До тридцати возглавлял партизанов, когда казалось, что все пропало. Никто не ожидал, что наши молитвы пробудят ее.

Аркана — богиня изменений и судьбы, что почиталась нами с древних времен, явила себя, когда мы решили, что будем сражаться до последнего. Что лучше умрем чем станем их рабами.

Почему она выбрала меня? Я не знаю. Иногда мне казалось, все дело было в том, что я был слишком упорен, чтобы умереть и слишком упрям, чтобы поддаться шепоту Чужих Богов.

«Ты компенсируешь отсутствие талантов, — как-то сказала мне Аркана, — невероятным упорством. Это меня и привлекает в тебе»

Чтож. Это было правдой.

Тогда я получил титул ее чемпиона. Приобрел силу, способную заставить Чужих Богов биться со мной на равных, как смертный со смертным. А я чертовски хороший боец.

Я стал ее убийцей. Она научила меня Алхимии — силе изменений, чтобы я мог укрепить свое смертное тело. Когда я убил первого из Чужих Богов, они прозвали меня Бичом Арканы. Мне это понравилось. И война пошла по нашим правилам. Сегодня, я проник в их главное убежище, чтобы положить вторжению конец.

— Ты делаешь ошибку! — Кричал Птар, предводитель Чужих Богов, прижимаясь к подножью своего трона, — очень большую!

Его черная борода блестела от крови. Темно-красный балахон пропитался ею. Наверное, он не знал, что может кровоточить. Я показал ему это.

— Ошибку сделал ты, когда решил явиться в мой мир.

— Я переступил трупы богов, которые защищали тронный зал Птара от моего нападения. Вот лежит Игнар — бог-варвар огня с перерезанным горлом. Он требовал чтобы девствениц приносили ему в жертву.

А вот и Вольгерд — бог земли, по чьей воле наши города заливала раскаленная магма. Его я сразил в сердце.

— Ты велик, Бич Арканы, но ты не на той стороне! — Махнул Птар окровавленной рукой, — под моим покровительством ты станешь сильнейшим! Станешь богом!

Я не ответил, только сильней сжал свой нож.

— Проклятье! — Птар выбросил руку в мою сторону.

Ладонь бога блеснула красным светом, но он тут же иссяк. В моем присутствии ни один бог не мог пользоваться своей магией. Моя аура вынуждала их сражаться и умирать, как смертные.

Приблизившись, я схватил Птара за ворот и вонзил нож ему в сердце. Чужой бог захрипел и выплюнул на бороду сгусток крови.

— Глупец, — рассмеялся он внезапно, — слияние миров еще не закончено, а оно держится на силе моей души! Убив меня, ты разбил наши миры на осколки!

* * *

Земля. Империя.

Спустя три дня со смерти наследника Грегора Патрицина.

— Вставай, Арон, — раздался сердитый голос отца надо мной, — быстро.

Сон из моей прошлой жизни развеялся, будто его и небыло. Я с трудом разлепил глаза. Последствия приема эликсиров до сих пор легким похмельем стучали в голове.

Служанка отодвинула шторы и яркий свет ворвался в мою комнату, заставил меня поморщиться.

— Какая честь, папа, — хрипловато проговорил я, — барон Петр Атрид решил разбудить меня собственной персоной.

Отец не ответил. Высокий, широкоплечий, но грузный, он гневно засопел и отошел от моей кровати. Приблизившись к окну, он одернул на себе деловой костюм, поправил черные, как у меня, волосы. Уставился на улицу.

— Экзаменатор ждет тебя. Ты тренировал свою способность? — Спросил отец.

Я не ответил, поднялся с кровати и потянулся.

— О, Предки, — отец обернулся, тронул веки, — пусть сила у тебя и бестолковая, но она хотя бы есть! Если ты не ударишь в грязь лицом и покажешь Экзаменатору, что ты — маг, дом Атридов наконец-то вернется в реестр магических семей. Мы снова приобретем потерянное уважение!

Петр не любил меня. В доме Атридов давно не рождались маги. Уже несколько поколений. Дом даже вычеркнули из реестров магической аристократии.

А потом, семнадцать лет назад, родился я (да-да, после внезапного раскола моего родного мира, перерождение в другом стало сюрпризом). А еще, мой брат-близнец по имени Пол.

Пол был способным магом. В девять лет стало ясно что его энергия — мана света, а класс — Охранитель. Сильный бы паладин получился. В период с двенадцати по четырнадцать, он открыл все свои основные способности, кроме ульты.

Во мне же магия теплилась, это подтверждали все маги-усилители со способностью детектора, но дальнейшего развития не происходило. В отличие от них, я знал в чем дело. Нуль-аура подавляла все мои магические силы. Дар Арканы, подавлять чужую силу, пробудился и в этом мире. Развивать мне предстояло именно его. Но как? Тогда я не знал.

А потом Пол пробудил в себе ульту. Бесконечный поток света, испепеляющий все на своем пути. Это произошло, когда ему было пятнадцать. И Пол не выдержал, сойдя с ума. Брата пришлось остановить мне. Тогда-то мой отец, не только возненавидел меня, но и узнал, что я один из Нулей. Узнал только он, для остальных в семье это осталось тайной. А я узнал, что в этом мире, когда осколки моего родного врезались в него, появились и другие Нули. Но гораздо более слабые чем я.

Отец знал, что я Абсолютный Ноль. Знал, что я работаю на Империю через гильдию Нулей. Это было невероятно престижно.

Но существовала одна загвоздка. Имперские законы не позволяли разглашать имена Нулей нигде, кроме гильдии. Выйди наружу информация о наших личностях, это точно повлекло бы конфликты между домами.

Отец не мог пользоваться славой Абсолютного Нуля, не мог купаться в преференциях, что могло бы дать мое звание. И это бесило его еще сильнее.

— Стоп, — я встал, принял из рук служанки стакан с водой, отпил, — имперский экзаменатор же должен был прибыть на следующей неделе. Почему сегодня?

— Господин Патрицин, — поднял отец квадратный подбородок, — доложил, что планы имперской экзаменационной службы изменились.

— Фамилия экзаменатора Патрицин? — Я вопросительно поднял бровь, вспомнив спятившего наследника.

— Верно.

— А ты уверен, что он экзаменатор, папа?

Глава 2

— Конечно, уверен. А кто же еще? — Отец непонимающе посмотрел на меня.

Очень странное совпадение. Грегор Патрицин сходит с ума. Его отец Ивор просит не убивать мальчишку, что совершенно абсурдно, а теперь, ко мне домой заваливается какой-то экзаменатор с такой же фамилией? Таких совпадений просто не бывает.

— Он показал тебе имперский символ? — Посерьезнел я.

— Конечно, — как-то недоуменно произнес отец, — конечно, показал. Орден экзаменатора при нем. Соответствующая форма одежды, удостоверение. Все это на месте.

Я не ответил, только задумчиво поднял взгляд. Ладно, будем посмотреть, как получится дальше. Если что, как-нибудь выкручусь. Ну а если экзаменатор и правда окажется экзаменатором, что ж. Тем лучше.

— И вообще, что это за разговоры? — Возмутился отец.

— Да так, — я принял от служанки полотенце и свежую одежду, — учусь у тебя подозрительности. Ну и видеть заговоры везде, где их нет. Должны же мы быть хоть чем-то похожи, верно?

Отец злобно глянул на меня, потом громко выдохнул через нос.

— Если я кого-то и подозреваю, то это не просто так, — произнес он.

— Только все твои подозрения постоянно оказывались беспочвенными.

На это отец ничего не ответил.

— Ваш костюм к завтраку, — служанка нарушила неловкую тишину, — будет подан через пять минут, господин.

— К завтраку? — Спросил я.

— Экзаменатора нужно принять как полагается, — холодно проговорил отец, — через полчаса состоится завтрак, на котором будут присутствовать все. Не опаздывай.

— Я постараюсь, — бросил я, по пути в ванную.

— Аарон? — услышал я злой голос за спиной.

Не ответив, обернулся.

— Если ты опозоришь род, если не сможешь проявить способность на глазах Экзаменатора, я изгоню тебя. Атриды не потерпят балласта на своей шее.

Я хмыкнул, вытянул руку. Вокруг ладони заколебался воздух. Заплясали белые искры. С каждым мгновением их становилось все больше и больше, а потом они вмиг собрались в изогнутый серебристый нож. В призывной клинок. В Уроборос.

Выражение лица Петра Атрида не изменилось. Он все также сердито смотрел на клинок. Потом поднял взгляд на меня.

— Тебе нужно повторить это на глазах Экзаменатора. Для твоего же блага.

— Не искушай меня этого не делать, папа, — проговорил я и развеял Уроборос в блестящую пыль.

Конечно, Уроборос не был никакой «первой способностью». Я просто умел его призывать. Почему? Я не знал.

Первый раз я смог вызвать нож полгода назад, когда мы повздорили с Патриком, моим старшим братом. Он терроризировал служанок. Домогался тех, кто помоложе. Ну и пришлось припугнуть высокомерного козленыша.

Видели бы вы его глаза, когда он увидел, как в моих руках появляется Уроборос. Уверен, тогда он наложил полные штаны. Только до сих пор в этом не признается.

Я хотел понять, откуда взялись нож и моя аура. У меня всегда было чувство, будто здесь, в этом чужом мире, я оказался не просто так. Я понимал, что рано или поздно узнаю, это. Так или иначе.

Отец хотел было что-то сказать, но вздрогнул, когда из аквариума полыхнуло огнем. Отец выругался матом от неожиданности. Служанка аж покраснела.

— Предки, эта тварь, что ты притащил из осколка, все еще здесь? — Просипел он сквозь зубы.

— Тварь зовут Коржиком. И Коржик очень злопамятный, — я приблизился к аквариуму, — он не любит, когда его называю тварью. По крайней мере, без причины.

— Я говорил тебе выкинуть ее, — возразил отец, — в прошлый раз оно чуть не сожгло восточную галерею дома.

В аквариуме, среди свежей травки и листвы сидела большая драконья улитка. Объемный закрученный панцирь, чернел среди зелени. Длинное тельце в красной чешуе оканчивалось с одно стороны шипастым хвостиком, а с другой — драконьей рожицей. Коржик поднял ко мне мордашку, раскрыл пасть, наполненную маленькими острыми зубами. Я хмыкнул.

— Все было бы в порядке, — я приблизился к своей прикроватной тумбе и залез в верхний ящик, — если бы мой младший братик Люций не попытался бы стащить Коржика.

— Ты бы мог отдать улитку ему. Он же ребенок, — Приподнял подбородок отец.

— Ага. Значит, нужно выкинуть, но если отдать брату, то можно бы и оставить, — я взял из ящика сладкий коржик, — я уже провел с Люцием воспитательную беседу, но все еще вижу, как он смотрит на Коржика, — приблизившись к аквариуму, я опустил печеньку внутрь.

Улитка, против всякого ожидания довольно быстро бросилась вверх и вырвала из моих пальцев корж. С аппетитом захрустела им.

— У Коржика своеобразный характер. Скажи Люцию, — обернулся я к отцу, — что если он еще хоть раз попробует стащить улитку, я не обойдусь словами, а дам ему по шее. И это в лучшем случае. В худшем же, Коржик сожжет его комнату дотла.

— Избавься от этой твари, — повторил отец, или я сделаю это сам.

— Нет, — пожал плечами я и заглянул отцу в глаза, — но ты можешь попробовать, если хочешь.

Он гневно выдохнул.

— Упрямый мальчишка.

Я не ответил. Только хмыкнул. Коржик действительно был опасен, но я умел с ним обращаться. Драконьи улитки — существа из моего родного мира. Я нашел Коржика в одном из осколков.

Тогда все случилось почти так же, как и с Патрициным. Группа студентов отправилась в осколок. У одного внезапно проснулась ульта. Справиться с ней он не смог, и Абсолютный Ноль пришел, чтобы усмирить безумного мага.

Тот осколок был необычным: объемное пространство, упакованное в маленькую вещь. Такое бывает, и обычно молодых магов в такие места не пускают. Именно тогда я и нашел Коржика. И он признал во мне своего хозяина. Почему? Может, потому что избавил его от назойливых студентов. А может, потому, что узнал его тайну.

Некоторое время отец молчал. Потом, наконец, проговорил:

— У тебя двадцать минут. Завтрак скоро начнется, и ты не должен на него опоздать. Это будет неуважением к экзаменатору.

Насупившись, он вышел вон. Служанка вышла следом. Я слышал, как она закрыла дверь с той стороны.

В личной ванной я умылся. Почистил зубы. Всмотрелся в зеркало, чтобы причесать черные непослушные волосы. За столько лет после перерождения я привык к своей новой внешности. И даже забыл, как я выглядел в прошлой жизни. Помнил, что был ниже, а черты лица — грубее.

Сейчас же в отражении я видел молодое лицо, с четко очерченным волевым подбородком, ровным носом и хищным разрезом карих глаз. Сжав тонкие губы, я приблизился к зеркалу, убедиться, что бриться еще рано, а потом отошел. Увидел сухощавый торс, но хороший костяк и широкие плечи.

Мда. Тут мне с телом явно повезло больше чем в моей прошлой жизни. И хотя тело все еще подростковое, я видел, что из него можно сделать при помощи тренировок. Вернее, я уже развивал его. Однако, иногда приходилось подстегивать тело эликсирами.

Когда мне нужно стать Нулем, я принимаю ряд алхимических зелий собственного приготовления. Они делают меня выше и массивнее, а голос грубее. Придают сил и скорости.

И пусть эффект краткосрочный, а отходняк потом довольно продолжительный, это нужно, чтобы эффективно выполнять работу Нуля. Все же, я в основном полагаюсь на физическую мощь. Знания, что я получил в войне с Чужими Богами, служат мне и сейчас.

Внезапно, я почувствовал, как закружилась голова, а ноги подкосились. Я пошатнулся, схватился за раковину.

— Вот мля, — выдохнул я, — отходники после зелий че-то долго не проходят в этот раз.

В голове загудело. В ушах словно бы поднялся высокий писк. Я сжал зубы и на одной только силе воли выпрямился. Проклятье… нужно бы сходить в свой сад и принять специальное зелье, чтобы быстрее вывести остаточные токсины из организма.

Я застыл на месте. На мгновение закрыл глаза, чтобы прийти в себя. Глубоко вздохнул. От потока воздуха в легких голова загудела еще сильнее. Мне даже показалось, что я услышал далекий женский голос. Знакомый голос.

— Что за херня, — мотнул я головой, — точно отходняки… Откуда в этом месте взяться ее голосу?

Вернувшись в комнату, я тут же взял из аквариума Коржика. Драконоулит посмотрел на меня удивленными глазами. Зевнул, показав светящееся огнем горлышко, а потом присосался к предплечью.

— Так приятель. Ты мне нужен, — проговорил я, — надо бы взять эликсир от похмелья. А то оно меня доконает.

Схватив свой парадный костюм, что приготовила мне служанка, я вышел из комнаты в одних только тренировочных штанах.

Нужно было спуститься в самый подвал поместья, откуда попасть во подземную пещеру. Когда-то в ней находился осколок моего старого мира, но прадед, Иосиф Атрид, все же умудрился вычистить его от плотоядных грибов, что там жили. Когда я узнал об этом, то даже расстроился. Из плотоядных грибов выходит отличный суп.

Я шагал шустро, с высоко поднятой головой, смущая всех служанок, которым попадался на глаза.

— Господин Аарон! — Увязалась за мной молодая служанка в пышной юбке и обтягивающей ее стройную фигурку униформе, — куда вы в таком виде?

— По делам, моя дорогая! По делам!

— Накиньте! Нельзя же так! — Она предложила мне белую рубашку, которую взяла, видимо, из гардеробной.

— Не! Спасибо! Я со своим! — Показал я свернутый в руке костюм, — к тому же лен хорошо горит! — Теперь продемонстрировал, присосавшегося к предплечью Коржика.

Служанка побледнела.

Несмотря на то, что выглядел я бодрячком, головокружение не проходило и даже усиливалось. Это было довольно нетипично. Похмелье после эликсиров, конечно, могло сохраняться и две недели, но таких приступов не случалось. Обычно, состояние постепенно улучшалось.

Нужно было быстрее спуститься на самый нижний этаж поместье. «Упасть на дно». Только там я мог войти в свой «Сад». О нем, о «Саде» никто не знал. Войди я на верхних этажах, точно разнес бы свою комнату, коридор и три-четыре смежных помещения.

Обычно я никогда не рисковал, чтобы ходить в него в пределах территории поместья рода, если кто-то об этом узнает, точно возникнут вопросы, но сейчас мое состояние странно ухудшалось. Не хочу быть, как вареная картошка на завтраке с этим Патрициным. Особенно учитывая, что это все может быть план мести за сына. Но если поймают, за Коржика придется побороться.

— Аарон! Аарон! — Услышал я из дальнего конца светлой галереи.

Посмотрев туда, я закатил глаза и попытался ускорить шаг, чтобы быстрее добраться до лестницы.

— Ты что, меня не слышишь? Аарон! Постой!

— Господин, вас зовет госпожа Снежана! — Посмотрел на меня коридорный.

— Ах да. Как я мог не заметить? — Выдохнул я и остановился.

Хотел же избежать разговоров со второй женой отца. Глупая как пробка, но невероятно наглая, она уже вторую неделю таскается за мной с одним и тем же вопросом. И постоянно получает один и тот же ответ. Уверен, что сейчас все повториться.

— Ты, что, молодой человек, не слышал, что я зову тебя? — Приблизилась Снежана.

Высокая и худощавая она немного напоминала скелет. Ее черные лоснящиеся волосы сильно контрастировали с белым лицом. Длинное платье в блестках подчеркивало ее худобу. И как эта женщина умудрилась выносить и родить троих детей? Глаза же смотрели до тошноты высокомерно.

К слову, Снежана не была моей родной матерью. Первая жена герцога Петра Атрида, она же моя мать, погибла в ночь, когда у Пауля открылась ульта.

— И почему ты в таком виде? — Окинула она взглядом мой голый торс, но потом он тут же упал на Коржика

— Нет, матушка.

— Что, нет?

— Люций не получит Коржика.

Она сузила глаза, и я понял, что предвкусил ее вопрос.

— Люций ребенок. Ты обязан отдать зверька ему. Он хочет

— Нет, — повторил я.

— Это еще почему?

— Потому что не хочу я.

Снежана нахмурилась. Некоторое время, мне казалось, что я буквально слышу, как работают ее мозги. Потом она сообразила:

— Я, вообще-то, пришла сюда не из-за этой жуткой животины!

Коржик оскалился и зарычал, а Снежана испуганно отступила на шаг.

— Осторожнее, матушка, — хмыкнул я, — он очень обидчивый.

— Держи это подальше от меня! И вообще, ответь мне, где Люций? Он пропал! Был в обеденном зале, а потом куда-то исчез.

— Я не знаю, где Люций.

— Как это, не знаешь? — Почему-то удивилась она, — все знают, какой интерес он проявляет к этому твоему, — она скривилась, уставившись на драконоулита, — существу.

— Не видел, — пожал я плечами. Разговор начинал утомлять, — но если встречу, обязательно отправлю в зад.

— Что?

— В зал, говорю. Отправлю в обеденный зал.

Вниз пришлось спускаться быстро. На первом этаже, через кухонный склад я попал в подвал, там все еще оставалась ниша в стене, которую все никак не заложат (я слышал, что у отца на полость, оставшуюся от осколка, есть какие-то планы, которые он, впрочем, пока не осуществил.

Полость представляла из себя небольшую пещеру. Когда-то наполненная растительностью и теми самыми плотоядными грибами, она стояла сейчас почти пустой.

Полость освещал мерным зеленым светом растущий на потолке мох-щеблец, растение из моего старого мира. Под ногами хрустели мясистые побеги ковыльника.

Найдя небольшой, но плоский камень, я усадил на него Коржика. Драконья улитка уставилась на меня требовательным взглядом.

— Ну? Что смотришь? Открывай портал.

Улитка открыла. Но не портал, а пасть. В глотке засветился желтый огонь.

— Если будешь много жрать, получишь ожирение. Открывай давай, — улыбнулся я.

Коржик рыкнул. А потом наглая улитка взяла и спряталась в панцирь.

— Ты смерти моей хочешь, — вздохнул я, — если будешь капризничать, я отдам тебя мальчишке.

Упертая улитка только рыкнула изнутри черного панциря.

— Ладно. Но на сегодня это последний. Драконьим улиткам нельзя много сладкого, — я достал из кармана еще один сладкий корж, — у одного моего друга из прошлой жизни, имя которого я забыл, была драконья улитка.

Я протянул печенье Коржику. Из-под панциря тут же показалась маленькая рогатая головка. А потом улитка, как зверь метнулась к лакомству. Хрустящее тесто раскрошилось на острых зубах хищника.

— Он постоянно кормил ее сахарными леденцами. Вот как я тебя. И знаешь, что с ней стало?

Кажется, Коржику было все равно, что стало с улиткой. Всего его поглощал процесс поедания печеньки.

— Она растолстела и больше не поместилась в панцирь! Это ждет и тебя, если будешь много жрать! Открывайся давай, осколок старого мира, блин.

Да-да. Коржик тоже был осколком.

Осколки старых миров могут быть двух видов. Иногда это конкретное место, пространство чужой вселенной втиснутое в этот, земной мир. Например, как-тот самый лес, где пришлось убить Патрицина.

Иногда это бывает лес, иногда пещера, иногда ледник. В общем, любой биом старого мира. При этом ни тот, ни этот мир друг на друга никак не влияют. Климат внутри осколка может отличаться кардинально, а существа, что в нем обитают, не в силах выбраться в земной мир сами. Для этого им нужно войти в контакт с кем-то местным.

Люди ходят в осколки за ресурсами, магией, артефактами, а зачастую и за жителями этих самых осколков. Но не всегда все так просто. Некоторые из частей старого мира не расположены на местности, а скрыты. И являются по сути, чем угодно. Это может быть вещь, драгоценный камень или даже животное. Неизвестно: все это и есть осколки мира, принявшие такую странную форму, или вещи и существа являются просто порталами, которые переносят внутрь осколка. Ответа пока что нет.

И что касается Коржика. Та группа молодых магов,отправилась именно в осколок Коржика. Именно там спятил один из них, и там мне пришлось его прикончить. Остальные спаслись, а Коржик, кажется, привязалась ко мне после этого. Почему именно он привязался, я не знаю, но версия у меня есть.

Я думаю, драконоулит очень испугался, когда в его осколке мана свела с ума молодого мага. А когда я избавил улитку от сумасшедшего, ему полегчало. В любом случае, с того момента Коржик со мной больше не расставался. А позже открыл для меня портал.

В его осколке я смог соорудить себе небольшую алхимическую лабораторию. Мобильная и скрытая от чужих глаз, она идеально подходила для моих нужд.

— Ну что? Налопался?

Коржик довольно посмотрел на меня большими сапфировыми глазами.

— Отлично. Ну тогда открывай.

— Что открывать? — Раздался чужой голос за спиной.

Глава 3

— Следить и подслушивать очень нехорошо. Разве твоя мама не учила тебя этому, Люций? — Обернулся я.

Люций Атрид — мальчик лет двенадцати, одетый в брючные шортики и пиджачок в темно-синих цветах Атридов стоял у входа в пещеру.

Его похожее на Снежанено надменное лицо выражало явную неприязнь ко мне. Мальчик пару мгновений помолчал, а потом заговорил:

— Я хотел узнать, куда ты собрался.

— Ну, — склонил я голову набок, — узнал. Теперь иди. Твоя мать ищет тебя.

Он сжал тонкие губы и нахмурился.

— Ты должен мне его отдать, — ткнул он пальцем в Коржика, — я хочу улитку!

— Ничего, — я отвернулся к Коржику, который напрягся, — ты можешь хотеть чего угодно. Хоть луну на небе.

Боковым зрением я увидел, как глаза мальчишки расширились, а рот раскрылся. Еще бы. Избалованный малец услышал незнакомые для себя слова о том, что он может чего-то не получить.

Улит, тем временем, явно решил открыть портал прямо сейчас, в самой неподходящий момент. Я увидел, как витки его панциря задвигали, стали медленно вращаться и расти.

— Тихо, — прижал я палец к губам, — сейчас не время.

Улитка посмотрела на меня и чихнула облачком пламени. Кольца раковины перестали двигаться.

— Ты должен отдать ее мне, — повторил мальчик.

— Кому должен, того прощаю, — хмыкнул я.

Мальчик снова завис. Спустя пару мгновений заговорил:

— Ничего. Ты все равно отдашь. Мама так говорит. Тебе придется отдать, потому что ты скоро уедешь из поместья и тебе точно не разрешат взять с собой драконью улитку.

— Вот как? — С удивлением спросил я, обернувшись, — это куда ж я уеду?

Пацан, кажется, понял, что брякнул что-то лишнее, и закрыл рот руками. Попятился.

— Стой-стой. Это тебе сказала мама?

Он замычал и отрицательно покачал головой.

— Врешь. Н,у конечно же, мама.

Что отец затеял? У меня были варианты, но говорить точно пока рано. Отец знает, что потенциал в магии у меня низкий. Знал он также, что сильным боевым магом я не стану. Мне уготована секретная карьера Нуля, от которой род никогда не получит преференций. А вот я лично — да.

Он боится, что эти личные связи, власть и знакомства могут довольно скоро, после совершеннолетия, привести меня на место главы рода. Ну и, кажется, придумал, как можно от меня избавиться. У него целых два способа. Первый он уже поведал мне — изгнание. А второй… Что ж, Петр Атрид умен, и всегда пытается получить выгоду из любой ситуации. Даже из этой, с экзаменатором. Интересно, решится ли отец на такое? Вряд ли. Не захочет иметь проблем гильдией нулей. А что до меня, мне неважно, что он там надумал. Выкручусь, если будет нужно.

— Что ж, — улыбнулся я и медленно зашагал к мальчишке, — если уж ты все равно получишь драконью улитку, когда я «уеду», то должен кое-что узнать о том, чем они питаются.

— А я знаю, — убрал он руки ото рта и посмотрел на меня снизу вверх, — и без тебя!

— И чем же?

— Они всеядные! И листья едят и охотятся!

— Верно, — я кивнул, — но знаешь, что они любят есть больше всего? Что является для них главным лакомством? — Опустился я к нему и состроил зловещую мину.

— Что? — Удивленно раскрыл глаза мальчишка.

— Человеческая плоть. И чем моложе, — перешел я полушепот, — тем лучше.

Теперь Люций раскрыл еще и рот.

— Ты думаешь, я не знал, что ты идешь за мной? — Говорил я таинственно и зловеще, — Думаешь, здесь, в этом темном и тихом месте, где никто не услышит криков, ты оказался случайно?

Люций задрожал, его лицо стало испуганным.

— Коржик хочет человеческой плоти, — выпрямился я, — и сегодня я предоставлю ему ее, — сказал я очень холодно.

Люций, чью бледность не перекрывал даже зеленый свет настенного мха, застыл на месте.

— Ну че стоишь? Спасайся, пока можешь! — Рявкнул я.

Люций глухо вздохнул и пустился наутек. Я рассмеялся ему вслед.

— Мама все узнает! — Крикнул он, выбегая из пещеры, — тебе отрубят голову!

— Да и на здоровье! — Закричал я, а потом проговорил уже тише, — хоть не буду слушать ваши глупости.

Голова была тяжелой настолько, что скрывать это было уже сложно. Я приблизился к камню, на котором сидел Коржик.

— Ну, давай. Можно теперь, — бросил я и уселся на подходящий камень невдалеке.

Драконьи улитки очень смышленые существа. Я никогда не задумывался о том, есть ли в их маленьких головках какой-то разум. Слишком уж неоднозначно эти загадочные твари себя ведут. Иной раз они зверь зверем. А иногда проявляют настоящие эмоции и желания. Как Коржик.

Драконоулит плюнул струйкой пламени, а потом его панцирь вновь пришел в движение. Кольца стали вращаться и шуршать друг о друга, словно камень о камень. Этот звук становился все громче и громче, потому что раковина росла. Невероятными темпами увеличивалась в размерах.

Не прошло и пяти секунд, как панцирь занимал почти всю полость. Отверстие, из которого Коржик выбирался наружу, как огромный вход чернело передо мной. Поднявшись с земли, я зашел внутрь.

Сад был небольшим, но приятным местом. Я не знал, находился ли он внутри панциря Коржика, или же существовал где-то совершенно в другом месте. Тем не менее, здесь я чувствовал себя дома. Знал, что сад — кусочек моего старого мира.

Сад представлял собой скорее естественную теплицу. Осколок был не слишком большим по площади. Всего около ста пятидесяти метров в диаметре. Пределы его обозначала привычная полупрозрачная граница, похожая на защитное поле. Такая же, была и во всех других осколках. Правда, за ней расположилось что-то, напоминающее камень. Войти сюда и выйти, кроме как, через вход Коржика было невозможно.

В Саду под приятным, потянутым облаками синим небом был теплый парник, озерцо и подземный грот. Кроме того, я очистил небольшую поляну от растений и соорудил себе деревянную хижину. Внутри располагалась моя скромная алхимическая лаборатория.

В этом мире алхимия была почти не развита. Не было здесь растений, пропитанных разными видами маны. Да и мана сама появилась недавно, каких-то триста лет назад, когда раскололся мой мир.

За-то магических растений было хоть отбавляй внутри осколков. Все ингредиенты для того, чтобы готовить свои зелья, я брал в Саду. Некоторые — в других осколках.

А вот с алхимическим оборудованием дело обстояло сложнее. Пришлось заказывать в интернете колбы, центрифуги, перегонные кубы и оловянные котелки в придачу. Моя лаборатория была довольно кустарной, однако пока ее хватало.

Я вышел из полости панциря Коржика, и тот почти сразу принял привычные размеры. Рогатая голова драконоулита показалась наружу. Подняв Коржика с земли, я посадил его на плечо и направился к хижине.

Мне становилось все хуже и нужно было быстрее найти эликсир против интоксикации.

— Да где же он? — Принялся я рыться в ящиках стола, как только зашел в домик — черт, был же здесь…

Коржик беспокойно фырчал на плече, наблюдая за моими действиями.

— Ага, — нашел я наконец темный флакончик, тут же опрокинул содержимое в рот, поморщился.

Обжигающе-мятная жидкость стекает по горлу, вызывая мурашки на спине.

— Полегчало?

— Да, — выдохнул я облегченно, а потом мгновенно обернулся на голос.

Мурашки, что почти прошли после эликсира, немедленно возобновились. То, что я увидел, повергло меня в шок.

— Аркана? — Спросил я, не веря своим глазам.

— Привет, — улыбнулась Аркана, — давно не виделись. Как тебя зовут в этой вселенной? Аарон? Прости, что пришлось воздействовать на тебя через нуль-ауру. Нам нужно было поговорить, а другого способа заманить тебя в твой Сад я не нашла. Так что твое головокружение, — она повертела пальцами у висков, — это моих рук дело.

— А. Вот как, — как-то на автомате проговорил я, еще не отойдя от удивления, — я уж думал, с эликсирами придется завязать. Староват стал.

Аркана хохотнула.

Она выглядела иначе. Совсем не такой, какой я запомнил ее там, в моем родном мире.

Раньше Аркана была высокой и статной девой. Девой-воительницей. Огненноволосое, белокожее существо, что не оставляло свой народ, пока он боролся против Чужих Богов.

Теперь же на меня смотрел ребенок. Девочка не старше десяти лет. Одетая в смешное пышное платьице она смотрела на меня снизу вверх. Рыжие волосы были убраны в косички. И только большие ярко-карие глаза сохранили свое мудрое выражение. Именно этот взгляд и дал мне понять, кто же передо мной.

— Но как ты выжила? Я думал, когда мир раскололся, ты тоже погибла.

Аркана улыбнулась.

— А как ты выжил? Видишь, — она отступила, раскинув руки, — кто я теперь.

— Ребенок.

— Верно. А ты — подросток. Я еще не совсем разобралась в чем дело, потому что не так давно осознала себя, родившейся в новом теле. Память вернулась только три-четыре года назад. Ты понимаешь, какой это был шок для ребенка, которым я стала.

— Три-четыре года? — Задумался я, — примерно тогда во мне пробудилась нуль-сила. Вот, значит в чем дело. А случилось ли что-то месяцев шесть назад? — Я протянул руку и призвал Уроборос. Клинок возник из воздуха.

Увидев его, Аркана как-то помрачнела.

— Об этом давай немного позже. Тут в двух словах не объяснить. — Сказала она, — Начнем вот с чего. Ты, наверное, хочешь понять, что вообще произошло с нашим миром и миром Чужих Богов.

— Их мир тоже раскололся? — спросил я.

— Раскололся, — ее взгляд приобрел задумчивое выражение, — это несколько не то слово. Скорее, разделился. Есть определенные косвенные признаки, по которым можно сказать, что все это, все, что с нами произошло — запасной план Чужих Богов. Они хитрее, чем мы думали.

— Запасной план — разбить миры вдребезги? — Я скептически посмотрел на Аркану.

Несмотря на то, что Аркана — богиня, я, в отличие от других, не испытывал перед ней какого-то особого благоговения. Скорее, просто уважал ее. Между нами даже были кое-какие романтические отношения, когда она жила во взрослом теле. Но не поклонялся, словно божеству. Обычно, мы общались легко и как равные. Забавно, что раньше Аркана больше никому не позволяла так относиться к себе.

— Да, — она кивнула, — и я убеждена, что это промежуточное состояние. И знаешь, почему я в этом уверена?

Я не ответил, а только вопросительно посмотрел на нее.

— Потому что все можно вернуть как было. Я точно знаю это.

— Вернуть? Склеить миры обратно?

— Да.

Богиня отошла к небольшому окошку. Было странно видеть ее такой. А манера речи, очень взрослая и осмысленная, совершенно не соотносилась с образом ребенка. Аркана выглянула в окошко. Всмотрелась в небо.

— Мы оставили многих, там, в нашем мире. Никто не мог знать, что случится, когда Птар умрет. Я тоже не знала. Как я была глупа и неопытна. Аарон.

— Да?

— Знаешь ли ты, откуда берутся боги? Знаешь ли ты, откуда взялась я?

— Я думал об этом, — приблизился я к Аркане и тоже посмотрел в окно, — и, мне кажется, что боги — отражения своих последователей.

— Верно, — Аркана кивнула, — народ нашего родного мира хотел изменений, хотел свободы. Хотел сам управлять своей судьбой и стать свободным от Чужих Богов. Из их желания и родилась я. Молодая и неопытная богиня.

— Но решительная, — улыбнулся я.

— Решительная. Однако, моя неосмотрительность погубила ниш мир. Я не знала, что будет, если убить Птара. Я чувствую себя маленькой и беспомощной. Чувствую, будто вина вытягивает из меня все силы.

Я не ответил. Только опустился на колено и обратил Аркану лицом к себе.

— Знаешь, что я почувствовал, когда осознал себя в новом теле?

Она заглянула мне в глаза и отрицательно покачала головой.

— Я почувствовал, что чужой здесь, в этом мире. И хотел бы все вернуть. Возвратиться обратно, туда, где я сражался бок о бок с товарищами. Туда, где все зависело только от меня. Ты говоришь, что наш старый мир можно восстановить. А людей? Людей можно вернуть?

Она кивнула.

— Как? Как восстановить нашу родину?

— Я знаю, как, — проговорила Аркана, — но нужно показать. Слов будет мало.

— Показывай, — я встал.

— Не здесь, — отрицательно мотнула головой она, — в нескольких десятках километров от города есть осколок. Его зовут Белым Клыком. Я могу перемещаться только по осколкам, Аарон. Выходить за их пределы теперь слишком опасно для меня.

— Почему?

— Ты все увидишь в Белом Клыке. Через пять дней. И то, что я теперь из себя представляю, и то, как скрепить все осколки старого мира. Но предупреждаю сразу. Раньше, ты был убийцей, и всегда работал один. Собрать осколки в одиночку ты не сможешь. Тебе нужны будут и друзья, и враги. И если ты встанешь на этот путь, самое тяжелое испытание будет ждать тебя в конце. Тебе придется выбирать между двумя мирами.

— Я выберу родной. Здесь меня ничего не держит.

— Уверен? — посмотрела на меня Аркана, — путь будет долгим, не известно, кого ты встретишь.

Аркана опустила глаза. Ее губы задрожали. Богиня выглядела слабой и очень уязвимой.

— Ты боишься? — Спросил я.

— Немного. Чего греха таить?

— Кажется, — хохотнул я, — мы поменялись ролями. Когда-то ты была моей покровительницей. А теперь покровительство нужно тебе. Я помогу.

— Ты прав, — подняла она повеселевшие глаза, — спасибо.

— Ну, я пойду. И так опоздал уже на «званый завтрак». Через пять дней на Белом Клыке.

— Через пять дней на Белом Клыке, — кивнула она.

— Приветствую всех присутствующих! — Вошел я в обеденный зал для гостей.

Все было уже готово. За широким столом собралось все мое семейство. Во главе сидел отец Петр Атрид. По правую руку расположилась Снежана. Дети: Патрик, Люций и Анна заняли места вдоль стола.

Экзаменатор по фамилии Патрицин — мужчина лет пятидесяти, в красном камзоле имперской экзаменационной службы сидел напротив отца, на противоположной стороне стола.

У него был немного вздернутый большой нос и маленькие будто бы полусонные глаза. Черные с проседью длинные волосы были убраны на затылке в аккуратный пучок.

Экзаменатор лениво посмотрел на меня, а потом вернулся всем своим вниманием в тарелку, где покоился яблочный штрудель со взбитыми сливками. Я заметил черную ленту, повязанную на рукаве экзаменатора. Это был символ скорби по погибшему наследнику.

Да. Я опоздал. Обед уже начался. Все семейство проводило меня взглядами до самого моего места. Отец смотрел сердито. Патрик — с завистью. Я Знал, что он мечтал быть магом, однако дар миновал его.

Снежана уставилась на меня холодно и с настоящей ненавистью. При этом я видел, как она поглаживала руку перепуганного и белого как мел мальчишки Люция. Сестра Анна, метнула в меня единственный безразличный взгляд, пока я шел к стулу.

— А вот и наш соискатель, — весело и немного заискивающе воскликнул отец, — извините, господин экзаменатор, что он заставил вас ждать!

Господин экзаменатор поднял ленивый взгляд.

— Ничего-ничего, — проговорил он.

— Уверен, — начал я, устраиваясь, — что господин экзаменатор ничуть не расстроился. Думаю, он устал экзаменовать, а яблочный штрудель гораздо более приятная, чем любая экзаменация, вещь. Приятного аппетита.

Экзаменатор посмотрел на меня теплее. Улыбнулся и проговорил:

— Спасибо.

Он выглядел очень безобидным. Возможно, это и правда лишь чиновник, а фамилия — совпадение.

— Кх-кхм, — прочистил горло отец и подозвал к себе слугу.

Принялся что-то шептать ему, потом указал взглядом на меня. Слуга кивнул и приблизился. Опустился.

— Господин очень недоволен вами, — прошептал слуга, — вы опоздали на пятнадцать минут.

— А вот наш гость, кажется, чувствует себя вполне комфортно, — я кивнул на экзаменатора, — похоже, он даже был рад задержке, потому что смог заняться наконец, чем-то по-настоящему полезным, — я сунул в рот кусок штруделя, — Например съесть вкуснейший штрудель.

Завтрак прошел ожидаемо скучно. Скучал я. Скучал экзаменатор. Скучали Патрик, Люций и Анна. Снежана не скучала, сверля меня злобным взглядом. А совсем весело было отцу, который постоянно пытался завязать с Экзаменатором, которого, кстати, звали Лексом Ликторовичем, какой-нибудь разговор про магию. Экзаменатор отвечал сухо и неохотно. Потом речь, наконец, пошла обо мне.

— Ваш класс? Известен? — Обратился экзаменатор ко мне.

— Известна только разновидность маны, — проговорил я, — мана земли.

Это было правдой. Во мне теплилась именно способность к взаимодействию с маной земли, однако нуль-аура настолько ее подавляла, что ни о каком развитии магических сил нельзя было и думать. Я знал это точно. Остальные — догадывались. Но это не имело значения. Смогу показать хоть какую-то магическую силу — род Атридов официально станет магическим.

— А класс. Что ж. Это может быть, как истребитель, так и охранитель, — пожал я плечами, — хотя это не так важно для меня.

— Отлично. Вижу, вы нацелены серьезно проявить себя, — сказал экзаменатор, — похвальное рвение.

— Конечно, — притворно посерьезнел я.

— И знаете о последствиях?

— Еще бы, — я посмотрел на отца, — если не смогу активировать первую способность, отец изгонит меня из рода. Ну. По крайней мере, попытается.

Экзаменатор с неприязнью посмотрел на отца. Тот спрятал глаза и даже покраснел.

— Что ж. Практика прискорбная, но распространенная, — вздохнул Лекс Ликторович, — однако я не об этом. Известны ли вам последствия успешного прохождения испытаний?

— Род получит статус магического.

— Верно, — кивнул он, — а для вас лично? — И посмотрел на отца.

— Для меня лично? — Я приподнял бровь, перевел взгляд на отца, — так, отец, и что же ты утаил от меня на этот раз? — Сказал я припоминая встречу с Люцием и догадываясь, в чем может быть дело.

— Вы вызвали меня и не объяснили ничего соискателю? — Удивился Лекс Ликторович.

— Ну… я… — Замялся отец.

— Пожалуйста, расскажите, — спросил я у Экзаменатора.

— Если ваши испытания пройдут успешно, завтра утром, в моем сопровождении, вы отправитесь в закрытую школу-интернет, дабы продолжить обучение там. С собой вы сможете взять только минимум вещей. Также, — он посмотрел на меня сочувственно, — вы не сможете покинуть ее стен, пока не откроется ваша ключевая способность, — он вздохнул, — при условии, что ваш разум спокойно перенесет ее открытие.

* * *

Привет, читатель! Рад, что ты сюда добрался! Нравится книга? Если да, прошу тебя поставить лайк, а может даже написать комментарий! Все это мотивирует меня писать больше, быстрее и лучше!) Спасибо!

Глава 4

— Вот, значит как? — Посмотрел я на отца, — интересный поворот событий. Хотя я бы и не назвал его неожиданным.

— Каким тоном ты разговариваешь с главой рода? — Возмутилась Снежана, но я пропустил ее слова мимо ушей.

Петр Атрид же только опустил взгляд. Кажется, ему очень не хотелось заглядывать мне в глаза.

— Мне кажется, кое-кто очень не обрадуется такому повороту событий, — сказал я, намекая на гильдию нулей, — или и здесь я чего-то не знаю?

— Не беспокойтесь, — Экзаменатор откинулся на спинку стула, вытер губы салфеткой, — это нормальная практика. Империя понимает, что молодым магам часто бывает сложно справиться со своей силой. И если они всерьез начали развивать способности к магии, то государству надлежит тщательно следить за этим. Когда цвет империи гибнет по собственной глупости от своих же сил, это в высшей степени негативная тенденция.

— Соглашусь, — кивнул я.

И тут я правда был согласен.

Магия совсем недавно пришла в этот мир. Еще каких-то триста лет назад на Земле даже и не знали, что такое мана, а магические обряды существовали только на уровне сказок.

Когда мой мир разрушился, а его осколки появились на Земле, они принесли с собой и ману. Первые люди, что пошли к ним из простого интереса, ощутили странную силу в себе.

Сначала хаотичную, со временем они научились покорять ее. А потом и впитывать, хранить в своих телах и выплескивать. Под воздействием маны их тела изменились, приобретя магические каналы и очаги-хранители, чтобы носить запас маны с собой.

Мана, сама магия — есть хаос. И люди с трудом, но все же смогли ее упорядочить. Почти смогли.

Тела людей все равно плохо приспособлены к мане, и она проявляется в них ограниченно, через ряд способностей. У каждого мага, в зависимости от его потенциала может быть от одной, до десяти способностей разного характера. Способности открываются по очереди, от слабейшей к сильнейшей. Последней всегда идет ульта.

Набор может быть абсолютно разный, но его можно предугадать по родовому древу знатного рода. Способности родителей очень часто переплетаются, давая в детях довольно интересный эффект.

Скажем, первая способность матери — Ледяной Туман. А отца — Водное Лезвие. Велика вероятность, что их отпрыск заимеет либо отцовскую силу, либо материнскую, либо их смесь. Последнее всегда предпочтительнее.

На основе магических сил разных родов построены целые магические дома — союзы нескольких родов. Такие дома намеренно проводят селекцию, чтобы сохранить внутри дома сильнейшие способности и выбраковать самые слабые.

Магия всегда разрушительна. Созидательная магия, типа создания и изменения объектов, магия, при помощи можно творить — все это бывает только в сказках. Настоящая же магическая сила — стихия, что сметает все на своем пути.

И это подходит дворянским домам. Почти все дворяне империи — воины. Война — смысл жизни любого дворянина, а его магические силы — оружие войны. И, несмотря на то, что в мире уже больше столетия царит мир, а многие магические рода занялись бизнесом, военная подготовка остается обязанностью каждого, дворянина из магического рода. К сожалению, мой отец Петр Атрид пренебрег этим правилом. Пренебрег из-за денег.

Чтобы проверить, способен ли к магии член дворянского рода, он должен явиться в осколок и зачерпнуть оттуда ману. Да. Мана существует только в осколках моего родного мира. И чтобы, пополнить ее запас нужно либо зачерпнуть ее напрямую, либо использовать специальные маносодержащие пилюли.

Но для определения способности к магии пилюля не поможет. Только источник внутри осколка. С одной стороны, это обеспечивает дворянству монополию на магию. Потому что только дворянский род может обеспечить своему молодому поколению безопасный поход в осколки. С другой же, магический род навсегда привязан к осколкам.

Бывает, конечно, что и простолюдины пробуждают в себе магические силы. И бывает довольно часть. Забредет какой-нибудь мальчик в осколок, да и наглотается магии воды. Ну и оказывается магом. Или добытчик магических артефактов, в минуту опасности случайно зачерпнет маны ветра, чтобы отбиться от какого-нибудь грифонога. И вот, еще один маг получился.

Магов-простолюдинов регистрирует империя, а дворяне охотно набирают в свои личные армии. Отступников, что уклоняется от регистрации по каким-то причинам, жестоко наказывают.

В принципе, случаи отступничества происходят не часть. Ведь редкая или особо сильная способность может обеспечить простолюдину дворянский титул. А предрасположенность к редкому типу маны — это уже заявка на собственный род.

Маны, кстати, бывает несколько видов и располагают от слабой к сильной. Итак, по порядку: мана воды (самая слабая), потом мана воздуха, земли, огня, света, тьмы и, наконец, воли (сильнейшая). Про последнюю отдельная большая тема.

Тренировки, последовательное открытие сил мага с самых малых лет и последующий контроль за открытием ульты — залог того, что дворянин раскроется как отличный магический воин. К несчастью, в последние годы дворяне все чаще пренебрегают подготовкой своих чад. А у Гильдии Нулей становится все больше и больше работы.

Когда я узнал, что в случае успешной демонстрации силы отправлюсь в академию, тотчас же понял две вещи. Первая: дому Атридов не стать магическим домом. Потому что я не собираюсь идти в добровольное заключение академии. А второе: пора собирать чемодан. Ведь я с радостью приму изгнание. И пусть папа сам разбирается с гильдией Нулей. А гильдию точно не устроит такое положение дел.

Отец был хитер. Я понял его план почти сразу. Еще тогда, когда Люций проболтался. Петр Атрид собирался продемонстрировать мою магическую силу экзаменатору, чтобы заиметь статус магического дома. Наверняка, он уже подписал договор с империей на мое обучение. Ведь только так магический род сможет получить максимальное количество бонусов от государства.

Например, если род считается магическим, но его члены не проходят обучение и никак не развивают свои силы, государство дает небольшие привилегии вроде налоговых льгот на бизнес.

Но когда член рода обучается в академии (а у всех магических академий военный уклон), это значит, что империя готовит себе новую боевую единицу. И за это роду будут обеспечены и налоговые льготы, и дополнительные юридические права, и госзаказы, если дело речь идет о бизнесе. Это не говоря о всеобщем почете и уважении.

Отец занимался строительным бизнесом. Уверен, за те пять лет, что я проторчал бы в академии совершенно без толку, он бы почивал на имперских тендерах на строительство дорог, парков и административных зданий. Отличный бизнес-план!

В прошлый то раз, с Паулем, не прокатило… Не прокатит и со мной. Я знаю, как поступить.

— Что ж, — я посмотрел на отца, — как будем проводить испытание?

* * *

За три дня до текущих событий

Кабинет главы гильдии Нулей

— При всем уважении к вам, уважаемые, — проговорил Арчер Теранова, начальник гильдии Нулей, — но личность каждого нуля — государственная тайна. Нули нужны империи, чтобы кхм… кхм… выполнять неприятную работу. И за это, империя платит им. В том числе и безопасностью.

— Платит им не только империя, — хрипловатым голосом сказал Альберт Вандер Третий, начальник родовой тайной службы Князя Ивора Патрицина.

Конечно, официально он не был никаким начальником. Да и империя не позволяла дворянским родам иметь собственные тайные службы. Но кого это останавливало? Вандер знал, что никого. Теранова тоже знал. Знал он и кто такой Альберт Вандер.

— И вы, дорогой граф, и я прекрасно знаем, что гильдия Дольска-на-Альве получает из имперской казны не так много, как ей нужно. Обеспечение работы нулей, их награды и содержание, тренировки и личный состав — все обходится в копеечку.

Теранова не ответил. Когда три года назад он просил у местной знати финансовой помощи, чтобы компенсировать недостаток бюджета, то осознавал риски. Осознавал, и решил рискнуть. Тогда ему казалось, что если последствия, и наступят, то наступят еще не скоро.

«Не скоро» наступило, когда Грегор Патрицин не справился с ультой, и Абсолютный Ноль ликвидировал его.

— Напомнить? — Альберт поправил тонкие очки, которые выглядели очень нелепо на его широком угловатом лице, — кто пришел на помощь гильдии в трудные дни?

— Не надо. Я помню, — сухо сказал Теранова и заерзал в своем дорогом офисном кресле. Попытался удобно устроить руки на столе красного дерева. Еще никогда его рабочее место не казалось Теранове таким неудобным.

— Значит, с памятью у вас все в порядке, — Вандер Третий сжал подлокотник кожаного кресла для посетителей, закинул ногу на ногу.

Некоторое время он не спускал взгляда своих маленьких влажных глаз с Терановы. От этого начальника гильдии пробивал холодный пот.

— Вы очень многим обязаны князю Ивору. Как на посту главы гильдии Дольска-на-Альве, так и лично.

— И это я тоже помню, — сглотнул Теранова.

— Князь великодушен. Он простил вам то, что вы послали к его сыну неопытного нуля.

— Астарта — единственный ноль, кроме Абсолютного, кто был свободен в тот момент. У меня не было выбора.

— Зато оправданий хоть отбавляй, — хмыкнул Вандер, — но, как я уже сказал, князь простил вам это. Простил также и то, что вы не смогли уговорить Абсолютного Нуля оставить Грегора в живых.

— Он не верит, что можно вернуть потерявшему разум магу его сознание, — отрицательно мотнул головой Теранова. Признаться честно, я тоже не верю.

— Скажите, — посмотрел Вандер внимательней, — а в богов вы верите?

— Нет.

— Но это не значит, что их не существует, — загадочно усмехнулся Вандер Третий.

В кабинете воцарилась тишина. Теранова просто не знал, что на это ответить.

— Ладно. Хватит игр, — нарушил молчание Вандер, — вы знаете зачем я здесь. Мне нужна личность Абсолютного нуля. Кто он? Кто этот человек. От вас ничего не нужно кроме имени.

— Я не имею права раскрывать личности нулей. Это имперский закон. А я чту имперские законы.

— Правда? — Усмехнулся Вандер, а потом встал. Залез во внутренний карман пиджака.

Приблизившись, он разложил перед носом Терановы несколько фотографий. Арчер Теранова оцепенел, когда увидел, что изображено на них. Его бледное от частого нахождения в закрытых помещениях лицо подернул румянец. Губы пересохли, и он с трудом расшевелил прилипший к нёбу язык чтобы сказать:

— Это не должно никуда попасть.

— Патрицины знают, — улыбнулся Вандер, — что вы собираетесь начать блестящую политическую карьеру. Знают они также, что обнародование этих фото не даст карьере начаться. Если скажете, кто такой Абсолютный Ноль, это никуда не попадет.

— Хорошо, — обливаясь потом, ответил Теранова, — нужно только имя?

— Только имя.

— Аарон Атрид. Род Атридов.

— Вы молодец, Арчер, — улыбнулся Вандер Третий и собрал фото. А потом вышел из кабинета.

Совсем немного времени Вандеру понадобилось, чтобы выяснить, что отец Аарона Атрида, Петр Атрид подал заявку в имперскую экзаменационную службу магии. Заявку на испытания для Аарона. Как чудесно, что в роду Патрицыных служил экзаменатор.

* * *

Солнце стояло высоко. Я оглядел синее небо, прикрыв глаза козырьком ладони. Середина августа была жаркой. В небольшом саду, что развернулся за белыми стенами родового, выполненного в стиле классицизма, поместья, слуги расположили раскладные стулья. Притащили столик с закусками и напитками.

Все разместились в тени больших тополей, что создавали естественную защиту от ветра, который в ненастную погоду налетал со стороны реки под названием Альва.

— Уверяю, — глядя на столик со съестным, проговорил Экзаменатор, — это лишнее. Проверка пройдет быстро.

— В таком случае, — пожал я плечами, — мы могли бы провести ее прямо там, в обеденном зале.

— Нет уж, увольте, — отрицательно мотнул головой экзаменатор, — меня уже не раз уверяли, что соискатель владеет своей магией на все сто процентов, — он показала левую, изукрашенную шрамом руку, — вот чем закончились такие уверения в прошлый раз. С тех пор я предпочитаю проводить испытания на свежем воздухе.

— Как будет угодно, — ответил я.

Внезапно, отец торопливо встал со стула и приблизился ко мне, заговорил так, чтобы никто нас не слышал:

— Я… хотел тебе сказать об отъезде. Но сам понимаешь. Времени не было. Суета по случаю приезда господина Патрицина.

— Угу. Понимаю, — усмехнулся я.

— Это нужно на благо рода. Твой долг перед…

— Твоим долгом, — перебил я Петра Атрида, — долгом перед Паулем было обеспечить ему достойное обучение. Он был силен. Ману света нельзя оставить просто так, без внимания. Напомнить, что сделал ты? Да. Не стал отдавать Пауля в школу, скрывая до последнего, каким видом маны он владеет. И экономил на учителях.

— Ах ты мерзкий мальчишка, — надул ноздри Петр, — что ты несешь? — Зашипел он, — это твоя мерзкая нуль-аура повлияла на Пауля! Она подавляла его силы, а когда они взыграли в полную мощь, то он не справился!

— Мы оба знаем, что это ложь — Хмыкнул я, — ты променял жизнь сына-мага на бизнес-привилегии от статуса магического рода. Признай, хоть это напоследок.

— Если ты сделаешь какую-нибудь глупость, Аарон, — злобно засопел отец, — то поплатишься. Я не просто изгоню тебя из рода… я…

— Делай что хочешь, — пожал я плечами, — я тоже сделаю, — заглянул я в глаза Петру, — что хочу.

— Ты не посмеешь…

Я хмыкнул и направился на открытое место парка. Равноудаленное от всех присутствующих оно располагалось так, чтобы сила, если что, не могла им навредить.

Отец, насупившийся, похожий на взбешенного гоблина, вернулся на свое место. Снежана тут же прильнула к нему, что-то зашептала на ухо.

— Я готов, господин экзаменатор, — поднял я руку.

— Прошу вас, господин Аарон, приступайте, — кивнул Лекс Ликторович и сложил руки на груди.

Ну я и приступил. Вытянул руку в сторону и уставился на чуть ли не почерневшее от злости лицо отца. Он уставился на мою пустую ладонь. Все остальные тоже уставились на пустую ладонь.

С этой дурацкой способностью получилось странно. Конечно, я бы никогда не стал намеренно лагать отцу о том, что во мне пробудилась первая способность. Все получилось случайно.

Как я уже сказал, мой брат Патрик домогался служанку. Причем домогался серьезно. Девушка долго приходила в себя после всего случившегося. Меня это настолько взбесило, что я со всей серьезностью наехал на братца. И разозлился при этом. Прям сильно. По-настоящему. Ну и сам не понял, как ножик появился в руках из ниоткуда.

Патрик еще тогда пожаловался отцу, что я хотел его зарезать. Пришлось выдумать легенду, что на одной из миссии Нуля, в осколке, я зачерпнул маны, и даже сам не понял как. Ну и вызвал этот нож. Призванное оружие — частое явление. Особенно в магии земли. Так что вопросов это не вызвало.

— У вас какие-то проблемы? — Приподнял бровь экзаменатор.

— Нет. Никаких проблем нет. Секунду, — я взмахнул рукой. Снова ничего не произошло.

Естественно, я просто дурачился и даже не собирался вызывать нож. У меня встреча с Арканой на Белом Клыке, и ни в какую закрытую академия я не собираюсь.

— Вы уверены, что все хорошо?

— Да, — я опустил руки, пожал плечами, — но у меня че-то не получается.

Экзаменатор недоверчиво посмотрел на меня. Скривил губы.

Отец, пребывая в настоящей тоскливой злобе (судя по лицу), понимал, что происходит. Снежана растерянно водила взглядом от меня к экзаменатору и отцу. Патрик глупо улыбался, Люций сидел, открыв рот. Безразличие излучала только Анна, которая, кажется, не видела ничего, кроме экрана своего смартфона.

— Вы уверены, Аарон? — Спросил Экзаменатор как-то таинственно.

— На все сто процентов. Кажется, мне показалось, что у меня магия. Ну знаете, так бывает.

— Нет, господин Аарон. Не бывает, — экзаменатор снял руки с груди.

— Как видите, очень даже.

Внезапно, блеснуло. Затрещал лед. Ко мне, прямо из земли протянулась шипастая стена ледяных игл. Все вокруг вскрикнули. Я отскочил быстро, как мог.

Ледяные шипы, с треском потянулись к небу. Там, где только что стоял я, застыл самый большой из них.

Я сгорбился, машинально встал в боевую стойку. Экзаменатор стоял на против, со вскинутыми перед собой руками. Его кулаки затвердели льдом.

— Зато бывает так, — начал он, — что мне попадаются молодые симулянты, скрывающие свою силу, чтобы избежать академии.

Глава 5

— Решили поиграть серьезно, да, экзаменатор? — Спросил я, заглядывая ему в глаза.

— Я всегда серьезен, — проговорил он холодно.

Никто из семейства даже не вмешался. Перепуганные происходящим, они вжались в свои стулья. Отец раззявил рот.

— Кстати, — ухмыльнулся я, а потом выпрямился, — как вы себя чувствуете?

— В каком это смысле? — Нахмурился экзаменатор, опустил заледеневшие руки.

— После штруделей меня что-то мутит.

— Да… нет, — недоуменно посмотрел на меня Лекс Патрицин, — вроде, все хорошо.

Внезапно, экзаменатор выпучил глаза и позеленел. Потом надул щеки и согнулся. Его бурно вырвало. Лед немедленно сошел с кулаков.

Отец скривился. Патрик вырвало следом за экзаменатором. Снежана упала в обморок, и слуги, окружающие ее, забегали, пытаясь привести жену хозяина в чувство. Анна пренебрежительно протянула:

— Ф-у-у-у-у…

Люций взирал на все это с забавно раскрытым ртом.

— Ну вот видите, — изображая обеспокоенность, пожал я плечами, — а говорите все хорошо. Отец, — я взглянул на него, — скажи повару, пусть проверит сливки. Кажется, к штруделям подали несвежие.

— Нет-нет, все хорошо, — протирая рот платочком, проговорил экзаменатор, — даже не знаю, что на меня нашло.

Хмыкнув, я усилил активированную нуль-ауру. Экзаменатор снова сблевал, но уже не так обильно.

— Ну? Что вы стоите? — Посмотрел я на слуг. Видите же, господину Патрицину плохо. Окажите же ему помощь!

Экзамен закончился печально. Через полчаса я уже наблюдал, как Экзаменатор Патрицин отбывал из поместья на личном авто. Конечно, он так и не подтвердил наличие моей первой силы.

Более того, экзаменатор повел себя в странно. Напал на члена другого знатного рода. Понятно, что под предлогом того, что я симулянт, но все же. А что было бы, если бы я просто не смог увернуться от его атаки?

Полагаю, Лекс Патрицин знал, что я увернусь в любом случае. Иначе не рисковал бы так. Знал он также и то, что мой отец просто не решится сказать ничего против такого знатного дома, как Патрицины.

Выходит, экзаменатор знал, что может себе позволить атаковать меня таким образом. Знал, что у меня хватит сноровки уйти из-под удара. Но откуда? Внешне я совершенно не похож ни на солдата, ни на боевого мага? Да и на Нуля тоже. А это значит… у меня появились вопросы к Арчеру Теранове, начальнику гильдии нулей. Правда, сначала, нужно разобраться с другими, чуть более насущными вопросами.

— Зачем ты это сделал? Я понимаю, тебе плевать! — Разъярённый отец ходил туда-сюда по собственному кабинету, — но ты бы мог подумать о нас! О твоих близких! Нужно было бы лишь призвать этот долбаный нож и все!

— И все, — сидя в кресле, я закинул ногу на ногу, — и умотать под замок в закрытую академию военного типа. Ты хотел обмануть меня.

— Какая тебе разница⁈ — Крикнул он, — ты мог бы заниматься работой нуля и из академии! Тебя же больше ничего не интересует!

Я не ответил, только ухмыльнулся.

— Ну и что ты молчишь? — Гневно выпалил отец и приблизился ко мне, — ты убил собственного брата! Из-за твоей нуль-ауры Пауль сошел с ума! Из-за тебя погибла Силеста!

Его глаза покраснели, наполнившись капиллярами. Губы искривились, показав белые, но не очень ровные зубы.

— Не говори ее имени, — ответил я холодно, — не произноси имени моей матери. Ты не имеешь права произносить его.

Услышав мой тон, отец вздрогнул. Напугано отступил на шаг.

— Мы дали тебе все… Всему ты обязан нам!

— Вам? — Я хмыкнул, — я обязан только моей матери, которая дала жизнь моему телу. Ты ничего не сделал. Только ныл. Нули заметили меня после происшествия с Паулем. Стать нулем — мое решение. Ты же был против, когда понял, что не сможешь раструбить во всеуслышание, что твой сын — теперь ноль. А перечить имперским чиновникам ты просто побоялся.

— Ты живешь в моем доме! Пользуешься всеми благами…

— Скоро не буду жить. Ты собирался изгнать меня, помнишь? — Я встал, — А денег рода я не беру. Мне хватает того, что платит гильдия.

— Ты… ты неблагодарный… мальчишка… — понуро сказал отец. Кем бы ты был, если бы не Атриды? Если бы не твой род?

— Мой род, — бросил я через плечо, направившись к выходу, — погиб в ночь, когда я стал нулем. Пауль погиб, потому что ты не оказывал его силе должного внимания, делая свой «бизнес». Мать погибла, потому что она единственная, кто успел первой встать на пути обезумевшего Пауля. Напомнить, где ты был в ту ночь?

Он не ответил. Опустив глаза, тяжело сел на кожаное кресло.

— Это был сложный год. Мне нужен был отдых… Твоя мать сама не захотела ехать на курорт!

— Не захотела, — я обернулся перед самым выходом, — потому что видела, что у Пауля был тяжелый период в жизни. Видела, что ему нужна поддержка. Я тоже видел. И был с ним до конца.

В кабинете воцарилась тишина. Отец не знал, что ответить.

— Я не хочу тебя видеть, — проговорил он наконец, — завтра же утром подпишу отречение. Ты больше не мой сын. Иди куда хочешь. На все четыре стороны.

Я с Коржиком в руках стоял в кабинете отца. Одетый в простую одежду: футболку и брюки карго я терпеливо ждал. Ждал, когда отец подпишет документ о моем изгнании из рода Атридов.

Нотариус — сгорбленный и лысый старик в старом деловом костюме, пахнущем пылью, стоял рядом. Заглядывая в документ, он внимательно следил, как отец выводит свою подпись. Нотариус в очередной, неведомо какой раз, поправил на носу очки. Потом выпрямился. Проговорил:

— Сделано. Прошу, передайте мне бумагу, чтобы я мог заверить.

Отец поднял на меня глаза. Не глядя отдал бумагу нотариусу. Старик запыхтел, перечитывая документ.

Официальной причиной изгнания была некая «потеря доверия». Понятно, что реши я оспаривать этот документ в судебном порядке, отменить его не составило бы труда.

Глава рода имел право изгонять членов этого рода. Однако, если члены связаны с ним кровью, основание должно быть серьезным. Имперские чиновники, правда, обычно не вмешиваются в дела родов, давая членам семей право решить свой конфликт в суде.

Проблемы с изгнанием могли бы быть только в том случае, если изгнанный — маг. Магов государство защищало сильно. Род не мог изгнать мага, если скажем, род беден, а у мага предрасположенность к мане тьмы, что налагает на весь род обязанность его тренировать. Тут уж хочешь не хочешь, а надо тренировать.

А что касается моего изгнания, я не собирался его оспаривать. Да, я теперь не претендую, ни на имущество рода Атридов, ни на наследство. Нет у меня больше права носить их герб или цвета рода. Но меня это особо не волновало.

Сейчас все мои мысли занимали Аркана, осколок Белый Клык и то обстоятельство, что мой старый мир можно собрать воедино.

Кроме того, я чувствовал облегчение. Эти люди, из рода, которые всегда были для меня чужими, наконец-то оставят меня в покое. Наконец, я могу без оглядки на них строить свою судьбу. Возможно, даже создам собственный дворянский род после совершеннолетия. Моя дворянская кровь это позволяла. Правда, для этого придется жениться.

— Снежана еще молода, — холодным тоном проговорил отец, принимая бумагу об изгнании из рук нотариуса, — она родит мне еще одного отпрыска. И тот станет настоящим магом, а не полупустышкой, как ты.

— Да на здоровье, — хмыкнул я, — только потом не жалуйся, что твои детишки будут грызться с ним за наследство. Патрик завидует моей силе. Что ж будет с полноценным магом?

Отец нахмурился.

— Ну, — выдохнул я, — ладно. Этот абсурд меня доконал! Бывай, папа.

Выйдя из кабинета, я тут же взял из рук ждущего за дверью слуги свой скромный рюкзак и небольшой чемодан. Энергично пошел на выход.

Спустившись в широкий гостиный холл, я пропустил мимо ушей истерические завывания Люция. Малец, тыча пальцем в Коржика на моем плече, заливался слезами. Его мать тщетно пыталась успокоить избалованного ребенка.

— Забери! Забери Коржика! — Кричал он ей, видя, как я ухожу, — я хочу его себе!

— Ничего-ничего, дорогой, — успокаивала его Снежана, — мы направим экспедицию в какой-нибудь осколок и принесем тебе другую драконью улитку. Гораздо больше и еще красивее!

Слыша ее слова, я только хмыкнул, а потом вышел во двор.

— Нам будет не хватать вас, господин Аарон, — проговорил мне вслед один из слуг.

— Взаимно! Спасибо за службу!

Когда за моей спиной закрылись кованые ворота, я вдохнул полной грудью. Такой легкости я не чувствовал давно. Чтож. Деньги у меня были, и первым делом я решил снять какое-нибудь жилье. Ну а потом связаться с гильдией нулей.

Были у меня подозрения, что Теранова просто слил меня Патрицину. Если так, то придется с этим разобраться.

* * *

Лекс Патрицин до сих пор пребывал в небольшом шоке. Когда глава рода, его племянник Ивор «попросил» его лично заняться Аароном Атридом. Подробностей Лекс не знал. Не знал, почему Ивор с такой ненавистью говорит о мальчишке.

— Когда ты его увидишь, — проговорил Ивор тогда, — не доверяй своим глазам. Он очень непрост. Настолько непрост, что ты и представить себе не можешь.

— Тогда зачем такие сложности? — Спросил Лекс, — Зачем направлять его в Академию? Если у него есть тайна, а ты ее знаешь, не проще ли шантажом добиться того, чего ты хочешь? Можно же все обнародовать.

— Нет. Обнародование может выйти боком и нам. Его защищает империя.

«Защищает империя, — подумал Лекс, — да еще и эта странная слабость, которую я почувствовал на испытаниях».

Все это он обдумывал по дороге домой. Внезапно, смартфон Патрицина зазвонил. Достав его, он тут же увидел имя «Ивор» на дисплее.

— Алло?

— Здравствуй, дядя, — прозвучал низкий голос племянники.

— Привет, Ивор.

— Ну как у нас дела? Атрид уже собрал вещи? Уже приготовился отбыть в академию? По дороге его будет ждать сюрприз.

— Нет. Мальчик не проявил никаких способностей.

В трубке повисла тишина. Спустя несколько мгновений, наконец раздался голос Ивора:

— Что? Его отец подавал заявку в имперскую службу экзаменаторов. Просто так заявки туда не подают. Значит парень маг.

— Верно. Не подают. Но он не проявил магических способностей. Возможно, он сделал это специально. Но вынудить я его не смог.

— Это очень плохие новости, дядя. Очень.

— Рядом с ним я чувствовал себя очень странно, — после небольшой паузы проговорил Лекс, — Ощущал себя пустым, словно потратил всю ману. Скажи Ивор. Этот мальчик — Ноль?

— А ты догадлив, дядя, — ответил он не сразу.

— Тогда я еще больше ничего не понимаю. Нули не владеют магией. С чего все взяли, что у него могут быть способности?

— Откуда мне знать такие подробности⁈ — Повысил голос Ивор, — его отец дал заявку в вашу шарашку! Ты тут эксперт по магическому обучению, не я! Этот ноль, — злобно сказал Ивор, — тот самый Абсолютный ноль, что убил моего сына! Я должен отомстить.

— Что⁈ — Лекс почувствовал, как вспотела спина, а в горле пересохло, — Абсолютный ноль? Да он лишь ребенок! А ноль — мужик, на две головы выше Аарона Атрида!

— На него навел надежный источник, который не стал бы лгать. Я не знаю, как мальчишка умудряется маскироваться. Знаю лишь то, что он должен умереть.

— Этот твой проект, Ивор… Я понимаю, фармакологические исследования твоей компании дают плоды. Но с маной все не так просто. Обычными гормонами ее эффект не подавить. Может…

— Не говори о том, чего не понимаешь, Лекс, — злобно ответил Ивор. Я не намерен сейчас обсуждать свою работу. Но убежден, что проект «Лазарь» работает. Убежден, что он мог вернуть разум моему сыну. Короче, в академию Атрид не едет?

— Нет.

— Что ж. Тогда мы будем действовать иначе. Пока, дядя.

— Ивор, стой, — торопливо проговорил Лекс, — на этом все? Мой долг перед тобой выплачен?

— Нет, дядя. Мне нужен был результат. Так что с тобой мы еще поработаем.

* * *

— Господин Аарон Атрид, верно? — Молодая блондинка подняла глаза от учетной книги, посмотрела на меня и улыбнулась.

Правда, когда Коржик открыл пасть, и она увидела горящий в его горлышке огонь, то напряглась.

Девушка была очень привлекательной. Ее объемные белые волосы были убраны в высокий хвост. Белую блузку красиво наполняла полная грудь, а когда блондинка подошла к стеллажу с документами, обернувшись ко мне спиной, я смог полюбоваться тем, как ее попку облегает юбка-карандаш.

— Ваш питомец, кажется, опасный, — положила она передо мной какой-то документ.

— Совсем нет, — улыбнулся я, — если с ним правильно обращаться.

Коржик предательски чихнул пламенем. Девушка испуганно отстранилась.

— Боюсь, — уставилась она на драконоулита, — вам придется дать двойной залог. И заполнить эту форму об ответственности в случае пожара.

— Ну что ж, — пожал я плечами, — давайте сюда свою ответственность.

Чтобы переночевать сегодня, я выбрал не самую роскошную, но довольно приличную гостиницу, находящуюся почти в центре Дольска-на-Альве.

Гостиница была довольно дорогой для простолюдинов, но недостаточно шикарной для высокомерных аристо (а таких большинство), поэтому я решил, что это будет хорошим и тихим местом, чтобы отдохнуть и подумать о планах на будущее.

Я еще никогда так не ошибался. Я успел занять последний номер на верхнем этаже гостиницы. Остальные же были забиты под завязку. Забиты музыкантами.

Я совсем забыл, что завтра, в воскресенье, на главной площади города — Площади Воинской Славы, пройдет открытие отреставрированного мемориала героям Пламенного Кризиса — военного столкновения нашей Росморской Империи и соседствующей с ней Республики Саксон.

По такому поводу из столицы в Дольск-на-Альве приехал имперский оркестр имени адмирала Морвуда. В нем было не меньше трехсот пятидесяти аристократов, все, как на зло, знатные, хоть вешайся. И всех их решили разместить именно здесь. Почему? Да черт знает, но от красных мундиров музыкантов стало рябить в глазах почти сразу, как только я зашел внутрь.

Любой другой плюнул бы и переехал в другую гостиницу. Но мне, почему-то стало лень. Это ж снова такси заказывать. Искать новое место чтобы поселиться. Да и местная девочка-администратор была очень мила. Обидно будет, если в другой гостинице вообще не будет девочки-администратора. Только какой-нибудь скучный мужик.

— Вот ваш ключ, — улыбнулась мне девушка, поглядывая из-под ресниц, — приятно провести время в нашей гостинице.

В глазах девушки заплясали озорные огоньки. Сколько ей? На вид где-то лет двадцать. А мне никто не давал меньше восемнадцати. Выглядел я довольно взрослым. Говорю ж. С тушкой повезло. В прошлой жизни, в этом возрасте я был как злобный гном-убийца. А тут, на земле, с чем с чем, а с внешкой мне повезло.

— А как вы здесь, в вашей гостинице, проводите время? — Улыбнулся я в ответ.

— Хм, — смекнула она, — довольно скучно.

— Длинные смены?

— Обычно до восьми вечера, — она подалась вперед и положила свою пышную грудь на стойку. Декольте было весьма эффектным.

— А в том номере, где я остановился, довольно большой телевизор, — хмыкнул я.

— Верно. Один из самых больших на этаже.

— Мне кажется, — заглянул я ей в глаза, — такой красивой девушке совсем неприятно добираться домой по темноте. Да еще и совсем одной.

— О-о-о-о да, — девушка показала белые зубки, — бывает, что кто-нибудь пристанет. Иногда даже дворяне. Многим не достает манер.

— У меня с манерами все в норме.

— И это видно, господин.

— Я думаю, тебе гораздо сподручнее будет добраться домой утром.

— А где же мне провести ночь?

— Ну, одному мне такой большой телевизор точно ни к чему. А вот в твоей компании, самое оно! — улыбнулся я.

— Вот как, — девушка открыла ротик, чтобы продолжить, но… так и не продолжила.

— Чертова низкосортная шарага! — Раздался в холле молодой и очень возбужденный голос, — с дороги!

Я обернулся к правому крылу большой лестницы, где шумели какие-то дворяне.

Трое молодых парней, одетые в черные брюки с красными лампасами и белые рубахи, решительно двигались к стойке ресепшена. Один из них вел на поводке кошмея — одомашненное существо из осколка. Стройное и высокое, в холке ростом с добермана, оно напоминало помесь кошки и змеи. Кошмей смотрел на всех большими изумрудными глазами и постоянно пробовал воздух на вкус змеиным языком.

— Расступись! С дороги!

— С дороги, тебе сказано! — толкнул один из них коридорного слугу.

Резкое движение, при этом, напугало кошмея и тот остановился, прижал к плоской голове чешуйчатые уши.

— Чего стал? Топай! — дернул поводок хозяин животного. Бедный кошмей аж высунул язык, но сдвинулся с места. Я нахмурился.

— Что вам угодно господа? — С беспокойством в голосе проговорила девушка-регистратор.

— Вы что, меня не слышали? — Набычился с ходу беловолосый парень с квадратной челюстью, который был хозяином кошмея, — мне нужен номер с открытой мансардой! У Моли, — указал он на кошмея, — внезапно начался брачный период и по ночам она воняет мускусом! Жить с ней в одном помещении решительно невозможно!

— Я… я… — растерялась девушка.

— Эй, — посмотрел я на парня исподлобья, — давай полегче с ней.

— А ты кто… — другой, пониже и с каштановыми волосами сделал ко мне шаг.

Я тут же метнул в него холодный взгляд. Парень явно хотел сделать и второй шаг, но увидев мои глаза, замешкался. Остановился, — не вмешивайся не в свое дело! — Уже не так уверенно сказал он.

— Тихо, Борх, — неприязненно посмотрел на меня беловолосый, — побереги пальцы. Нам завтра играть.

— Это очень правильный совет, — сказал я, — будет здорово, если ты сам ему последуешь. Но лучше сделай голос на пол тона тише. А то может тебе завтра петь, а ты охрипнешь.

Он ничего не ответил, только сжал пухлые губы. Посмотрел на девушку.

— Я требую поменять мне номер.

— Эм… — замялась она, — последний номер с открытой мансардой забрали. Только что.

Белобрысый гневно выдохнул. Потом выпятил грудь, и надменно заговорил:

— Мое имя — Витольд Марк фон Липский, сын барона Марка фон Липского. Я дворянин. И тот, кто занял мой номер с мансардой, должен немедленно его вернуть.

— Кажется, — усмехнулся я, глядя на каштанового, — ты был не прав, дружище. Я влез как раз в свое дело.

Все вчетвером (даже кошмей), удивленно посмотрели на меня.

— Потому что последний номер с мансардой на этаже, — продолжил я, — занял я.

Глава 6

— Ты? — Белобрысый вздернул подбородок. Нахмурился, — тогда ты немедленно должен обменяться со мной номерами.

— Нет. Не должен, — хмыкнул я, — и не буду.

— Это еще почему? — Искренне удивился Витольд Марк фон Липский, сын барона Марка фон Липского, — что значит, не будешь?

— Не буду, — пожал плечами я, — во-первых, нужно думать, когда берешь кошмея с собой в поездки. А во-вторых, попроси ты нормально, Витольд Марк фон Липский, я бы еще задумался. Но твой тон что-то совсем отбил у меня всякое желание идти навстречу.

— Ты вообще кто такой? — Не выдержал каштановый, — кто такой, что говоришь так с высокородным? — Он принялся оглядываться на своих дружков, как бы ища поддержки, — оборвыш какой-то!

— Ты вообще дворянин хоть? — Вклинился коротко стриженный брюнет, худощавый, но поджарый.

— Я б на твоем месте, — начал белобрысый, — постыдился даже заговаривать с нами.

Окинув каштанового взглядом, я хмыкнул.

— Мой покойный дедуля однажды сказал замечательную фразу, — нахально усмехнулся я, — «Любая высокородность легко перечеркивается говнистострью характера.» А тут таким душком веет, — теперь я окинул взглядом всю группу, — что еще непонятно кто воняет сильнее. Ты, с дружками, или кошпей, — я глянул на девушку, — я бы побеспокоился за кошпея.

Блондиночка-регистратор даже хохотнул, но когда увидела, как на нее смотрит белобрысый, аж побледнела.

— Ну все, вахлак, — решился каштановый, — своими ногами ты не уйдешь.

Он решительно зашагал ко мне, закатывая рукава.

— Господа, прошу! — Заволновалась девушка, — иначе я вызову охрану!

— Не стоит, — посадив Коржика на столешницу, отстранился я от стойки, повел плечами, разминая мышцы, — я все улажу.

Хитрый каштановый явно умел драться. Более того, он проходил подготовку по рукопашному бою. Это я понял по тому, как он движется и что собирается делать.

Замахнувшись левой, он тут же ударил правой, целя в лицо. Его глаза округлились, когда я легко ушел от удара, а потом ударил сам.

Кулак полетел так быстро, что казалось в воздухе засвистело, а потом хлопнуло. Моя рука замерла за пару сантиметров до его скулы. Каштановый испуганно уставился на кулак. Остальные аж вздрогнули.

— Сломана лицевая кость, — проговорил я холодно, — и, возможно, глазница.

— Ах ты! — Крикнул он и попытался схватить меня за руку.

Я легко вывернулся, ушел чуть вправо. Ударил. Костяшки замерли за пару сантиметров до челюсти каштанового.

— Выбитый зуб. Сломанная челюсть, — сказал я.

Каштановый медленно перевел взгляд с кулака на меня, не поворачивая головы. На его лбу выступила испарина. А потом он бестолково дернулся. На осмысленное действие это было не похоже. Скорее просто рывок отчаяния.

Широкий удар прошел над моей головой. Я поднырнул, а потом выпрямился, выбросил руку. Кулак оказался у солнышка парня. Мы замерли.

Тот уже, будто ожидая подвоха, стал искать глазами, где же замерла моя рука.

— Ниже, — улыбнулся я.

Парень посмотрел на свою грудь.

— Два сломанных ребра и травма диафрагмы. Ну и отбитый копчик.

— А почему отбитый копчик? — Недоуменно спросил он.

Я мгновенно подался вперед. Схватил его за руку и шею. Бросил через себя. С забавным щелчком каштановый грохнулся на задницу.

— У-у-у-у-у-у… — Скривившись, потянул он.

Щелчок копчиком был таким громким, что все, кто были в холле, уставились на нас.

— Все в порядке господа! — Громко сказал я, — помогая ошарашенному каштановому встать, — господин музыкант просто упал. Упал, а перед этим не уважительно обошелся с дамой. Так что он сейчас извинится.

— Извините, — полными боли глазами глянул каштановый на девушку. Та кивнула.

— Отлично! — Я посмотрел в белые лица остальной пары музыкантов, — а сейчас его товарищи помогут несчастному уйти.

Офигевшие друзья приняли каштанового. Скрюченного, словно дедушку, повели его прочь, к лестнице.

— Вы забыли вашего кошмея! — Поднял я поводок.

— Угу, — сглотнув вернулся белобрысый. Теперь он боялся смотреть мне в глаза, — благодарю.

— Зря выделывался, — с улыбкой ответил я, — могли бы договориться. А теперь придется тебе спать в обнимку с Молью. Ну и имечко для кошмея ты выбрал…

Белобрысый ничего не сказал. Принял поводок и вернулся к стонущему от боли приятелю.

— Если понадобится, — крикнула им вслед девушка, — травмпункт справа по коридору!

Я рассмеялся.

— Я думала, — серьезно проговорила девушка, — что будет большая драка. У нас бывает время от времени. Сами знаете какая она, эта дворянская молодежь.

— Кому ж, — я посадил Коржика обратно на свое плечо, — как ни мне, представителю дворянской молодежи, знать, что эта молодежь из себя представляет. Но не все мы такие, — я улыбнулся девушке.

— Мне бы хотелось поближе узнать, какой вы, — она снова устроила свой объемный бюст на стойке, заглянула мне в глаза с улыбкой.

— Это легко можно устроить, — подмигнул я, — вы знаете, где находится мой номер.

— Знаю, — посмотрела она из-под ресниц, — и зайду в гости.

* * *

Кошмей страшно вонял. Причем вонял только по ночам. Да так, что не помогали даже распахнутые настежь окна.

Витольд Марк фон Липский, сын барона Марка фон Липского, перевалился на правый бок. Накрыл голову подушкой.

Времени было почти час ночи. Оказалось, что этот странный дворянин (а что он дворянин Липский не сомневался), который опрокинул Боркха, жил прямо за стеной его номера. И ночевал там не один.

Примерно часов с девяти, из-за стены звучали женские крики, стоны, и призывы «взять ее еще сильнее». Липский заскрежетал зубами, когда парочка начала веселиться с новой силой.

А потом девушка закричала особо громко. Липский услышал, другой, не менее страшный звук. Разгоряченная криками девушки Моль начала протяжно квакать.

— Ненавижу, — Липский прижал подушку сильнее, — ненавижу его!

* * *

Вдали, за высоким забором и неширокой стеной леса, шумела река Альва. Это была узкая ее часть, где от берега до берега было меньше сотни метров.

Река бежала у закрытого объекта, принадлежащего князю Ивору Патрицину. Официально это было место размещения небольшого отряда гвардии рода. Его тренировочный плацдарм. Однако на самом деле Ивор занимался здесь кое-чем другим.

Ивор вышел из машины. Прикрыл глаза от яркого солнца. Обернувшись, увидел свое отражение в бронированном окне седана. Всмотрелся.

Шевелюра его совершенно поседевших к сорока пяти годам волос растрепалась. Поседели они под воздействием ульты Патрицина. Он до сих пор помнил тот день. День, которой разделил его жизнь на до и после.

Патрицин достал расческу, привел волосы в порядок.

— Здравия желаю, — приблизился молодой гвардеец в чине старшего сержанта, отдал честь, — Разрешите доложить, господин.

— Разрешаю.

— Они уже ждут вас в казарме.

— Транспортировка прошла без проблем?

— Так точно!

— Отлично, — кивнул Ивор Патрицин и машинально причесал еще и короткую белую бороду, — будьте наготове инструктор. Анита уже на месте?

— Так точно. Ждет в тренировочной зоне.

— А Мальсон?

— Тоже.

— Пусть оба готовятся. Мы приступим почти сразу же.

Ивор щелкнул пальцами. Высокий мужик из охраны передал ему черный защищенный дипломат. Ивор, в сопровождении телохранителей направился к казарме комплекса.

— Благодарю вас, господин, пусть все ваши Предки благоволят вам!

Худощавый старик в поношенном деловом костюме непрестанно кланялся. Ивора это начинало раздражать. А вот его сын — высокий, худощавый, но хорошо сложенный парень лет двадцати понравился Патрицину.

Вместе они ждали в общем зале казарм. Разместившись на диванах зоны отдыха, оба и старик, и парень встали, когда вошел Ивор.

Молодого мужчину звали Юлием, и был он из простолюдинов. Но был магом и весьма талантливым. К двадцати годам уже открыл две способности. А третья, судя по духовным ячейкам, оставшимся в очаге, должна стать ультой. И мана уже начала поступать в третью ячейку. Более того, уже почти заполнена ее. Ульта должна была вот-вот открыться.

Молодой человек с удивительно благородным для простолюдина лицом смотрел на Ивора без страха и даже с благодарностью.

— Спасибо! Спасибо, что решили нам помочь! Что обратили внимание на Юлия! — Не унимался отец.

— Па, прошу, помолчи, — беззлобно проговорил Юлий, взглянув на старика, — извините отца, господин, — поклонился он. То, что вы обратили внимание на меня, очень важно для нашей семьи. Это поможет нам выбраться из нищеты.

— Ты настоящий самородок в куче грязи, — улыбнулся Ивор, — тебя сложно было не заметить, мальчик мой.

Ивору было немного жаль парня. Из него действительно вышел бы неплохой гвардеец. Однако, этому не суждено было случиться.

— Отдохнули? — Окинул Ивор взглядом отца и сына?

— Да господин.

— Вас покормили?

И вновь вразнобой зазвучали утвердительные ответы.

— Прекрасно. Тогда не будем терять времени. Пойдемте в тренировочную зону.

— Это, — сглотнул нервно Юлий, — произойдет прямо сейчас? Мы идем открывать ульту?

Старик и парень обеспокоенно переглянулись.

— Я понимаю, Юлий, — Ивор похлопал парня по плечу, — что ты боишься. Каждый испугался бы. Но у меня есть, — Патрицин указал на дипломат, что держал один из телохранителей, — то, что гарантирует безопасное открытие ульты. Кроме того, тебя будет страховать поддерживающим полем маг-усилитель. Она не позволит мане поразить твой разум.

— Но, — опустил, но почти сразу поднял взгляд Юлий, — ведь всегда есть возможность ошибки, правда?

— В нашем случае результат будет почти гарантирован, — Ивор улыбнулся.

— Почти, — выдохнул парень.

— Ну, — Патрицин пожал плечами, — всегда есть шанс неудачи.

— Тогда могу ли я просить вас, господин, — Юлий решительно посмотрел в глаза Патрицину, — чтобы вы позаботились о моем отце, если меня не станет. Кроме меня у него нет никого.

— Сынок! Ну что ты⁈ — Старик растерянно посмотрел сначала на сына, потом на Ивора, — Князь и так сделал для нас многое! Разве можем мы просить о большем⁈

— Нет-нет. Все хорошо, — поднял руку Патрицин, — я исполню твою просьбу, храбрый юноша.

— Спасибо, — улыбнулся Юлий.

На открытой части тренировочной зоны была арена. Широкая и пятиугольная, она представляла собой большую бетонную площадку. Ограждала ее сетка из красноватого сплава кальмия — металла проводящего ману, и стали. Таким образом, можно было заземлять и рассеивать эффекты некоторых заклинаний. От других же помогали термостойкие и прочные пленки, которыми были обшиты стены ограды.

Юлий вошел внутрь. Вместе с ним туда зашла и женщина-маг по имени Анита. Предварительно, Ивор собственноручно ввел парню дозу «Лазаря».

— Это поможет, — солгал он, — все будет хорошо.

Дверь на тренировочную арену закрылась. Инструктор Мальсон — высокий и крепкий мужик, одетый в армейские штаны и футболку, обтягивающую мускулистое тело, стал рядом с ограждением. Скрестил руки на груди. Мальсон был мятежным нулем. Личным нулем на службе Ивора. Империя разыскивала его за ряд преступлений, а Патрицин предоставил убежище. Естественно, тайно. Ивор очень рисковал. Но ноль на службе рода — отличный козырь. И этот козырь он должен был завершить последний этап испытаний.

— Ничего не бойся, — проговорил Ивор в рацию, — сосредоточься на пустой ячейке своего очага. Анита поможет тебе поддерживающей аурой. И если надо, вольет дополнительной маны.

— Хорошо! Я готов! — Донесся из динамиков голос Юлия.

— Мы тоже готовы, — ответил Ивор, — начинай!

Сквозь прозрачные сегменты ограждения, Ивор видел подопытного Юлия и магичку Аниту, что стала у края арены.

Сам же Патрицин с отцом парня и охраной спрятались в бронированной кабине наблюдения. Пристроенная к закрытой части тренировочной зоны, она специально предназначалась чтобы смотреть за подготовкой магов.

Питрицин наблюдал через внутренние камеры клетки, как Юлий закрыл глаза. Глубоко вдохнул. А потом напрягся. Ивор видел, как черный дым стал исходить от парня. Потом дым превратился в пламя.

Юлий вскрикнул, согнулся, схватился за голову. Потом резко выгнулся. Все его тело вмиг вспыхнуло черным огнем, словно факел. Спустя мгновение огонь принял форму. Окружил тело парня аурой. Юлий открыл красные на черном глаза.

— У меня получилось! Получилось! — Крикнул он нечеловеческим голосом.

— Мана тьмы, — улыбнулся Ивор, — отличный экземпляр.

— Это мой мальчик! Мой! — радовался отец парня.

— Даже жаль будет пускать его в расход.

— Что? — Не понял старик и растерянно взглянул на Ивора.

— Давай, Анита, — проговорил Патрицин по рации.

Девушка сгорбилась, всплеснула руками. Тонкие стальные нити блеснули на солнце. Обвили шею и талию парня.

— Что? Что это? — Только и успел спросить тот. А потом закричал.

Ивор знал, что Анита направила по проволоке невероятный разряд своей маны. Анита обладала на редкость вместительным очагом. И всего двумя способностями. Одну из них она вовсю использовала на парне, перегружая его магические каналы.

Сейчас очаг Юлия переполнится так, что мана хлынет по каналам во все части тела, в мозг тоже. Мановые каналы — по сути вторая нервная система. Каналы в мозгу пропустят сквозь себя столько магической энергии, что разрушат мозг. Наступит сумасшествие.

Именно это и происходит с магами, когда они не выдерживают своей ульты. И сейчас Ивор воссоздал этот процесс искусственно.

Юлий зарычал, как зверь. Он схватился за голову и принялся срывать с лица фрагменты своего черного покрова. Потом рухнул на арену. Патрицин слышал только громкое дыхание парня через динамики. Это было дыхание зверя.

— Уходи оттуда, Анита, — приказал Патрицин.

Девушка торопливо покинула арену.

— Мой сын! Что вы сделал с ним⁈ — Кричал старик, трепыхаясь в руках охраны, словно мелкая рыбешка.

— Все честно, — обернулся к нему Патрицин, — твой сын будет работать на меня. Как я и обещал.

Старик с ужасом посмотрел на Патрицина.

— Будет работать во благо науки.

— Что? Нет! — Крикнул отец.

— А еще я обещал ему позаботиться о тебе. И сдержу обещание, — он взглянул на охрану, — в расход его. Тело заройте где-нибудь в лесу.

— Да, господин.

— Нет! Прошу! — Кричал старик, когда его уводили прочь.

Тем временем, обезумевшее чудовище, в которое превратился Юлий, уже билось в клетке. Он, как черная молния, носился внутри арены. С силой врезался в защитное ограждение. Все ходило ходуном. Было ясно, что долго ограда не выдержит.

— Приступай Мальсон, — сказал в рацию Ивор, — только без фанатизма. Не хочу заблевать всю эту будку.

Мальсон не ответил, только кивнул и приблизился к клетке. Черный покров Юлия стал менее насыщенным и принялся истончаться. Это значило, что нуль-аура заработала. Ивор знал, что Эрик Мальсон — сильный Ноль. Но не такой сильный, как Абсолютный. Далеко не такой.

Мальсону понадобится не меньше получаса, чтобы понизить шкалу силы Юлия до пятнадцати единиц. Абсолютный же справился с Грегором, сыном Ивора, за три минуты. Причем опустил шкалу до нуля.

Когда Ивор вспомнил о сыне, ему стало горько. Патрицин сглотнул ком.

— Когда закончите, — проговорил он в рацию, — вытаскивайте его с арены и тащите на минус второй этаж. Начнём процедуры. Теперь все должно получиться. Императору нужны эти таблетки. Нужны, чтобы обеспечить дочери безопасное открытие ульты

* * *

— Аарон? Я слышала, отец изгнал вас из рода, это возмутительно!

— Да уж. Я думал, Дольск-на-Альве не настолько маленький город. Это, так-то только вчера случилось. Где Арчер Теранова? Я бы хотел поговорить с ним.

На следующее утро, как только я отправил милую девушку-регистратора домой, поехал в Гильдию Нулей. Только пересекая порог здания гильдии, я вспомнил, что так и не спросил имени горячей красотки.

Здание гильдии располагалось почти в самом центре города. Втиснувшись, в громаду строений, гильдия нашла свое место между управлением МВД и сословным судом города.

Скучное здание выглядело как очередное учреждение имперской бюрократической машины. Потому никто особо не обращал внимания на гильдию. Для обывателей нули были чем-то вроде полиции, только для спятивших магов. Реальность отличалась кардинально. Да и здание лишь фасад истинной гильдии. Но об этом позже. Как только прорвусь в кабинет Терановы.

— Такие слухи разносятся быстро, — пожала плечами секретарь Арчера Терановы по имени Милания. Высокая и стройная огненно-рыжая девушка растерянно смотрела на меня. Вернее, я знал, что она высокая и стройная. Любил глазеть на ее чудесную фигурку и ладную попку, когда секретарша ходила по приемной, на кофе-брейк или еще куда. Сейчас же, она сжалась за своим столом.

— Да черт с ними, со слухами, — улыбнулся я, — мне нужен Арчер.

— Его нет на месте, — Милания улыбнулась так же растерянно, как и выглядела.

— Вершь. Я видел его машину на стоянке.

— Ну, — засмеялась она, — может, уже вернулся. Я отходила.

— Отлично, — я направился к двери в его кабинет, — тогда я к нему.

— Ой! Нет! Нельзя! — Девушка выскочила из-за стола, как ошпаренная, преградила мне путь, — Он занят!

Я ухмыльнулся, глядя в зеленые глаза рыжей красавицы. Когда я взял ее за плечи, девушка вздрогнула. Легким движением я обернул нас вокруг своей оси так, что теперь я оказался спиной к кабинету Арчера, а девушка — к входу. Милания при этом забавно взвизгнула.

— Я не отниму у него много времени, — рассмеялся я и открыл дверь.

— Прошу! Ненадо! — Крикнула мне вслед секретарша.

— Опа… — процедил я, когда увидел, что творится внутри.

Глава 7

— Главная задача гильдии — организация деятельности нулей, — серьезным тоном вещала Георгина Вальфстраттен, — их поддержка и защита. Скажи, Арчер, почему ты до сих пор не передал информацию об Абсолютном нуле в главное управление Гильдии в столице⁈ Ты должен был сделать это немедленно!

Георгина Вальфстраттен — шикарная брюнетка немного за тридцать пять удивленно приподняла бровь. Уставилась на меня. Она сидела за приставной частью большого офисного стола Арчера Терановы. Сам же начальник гильдии нулей, понуро опустив плечи, смотрел куда-то на столешницу. Герцог выглядел подавленным. Нахмурившись, он как-то заторможено поднял на меня взгляд.

— Аарон, — сказала Георгина поправив собранные в пышный пучок черные волосы, — здравствуй.

Теранова, отвел взгляд. Было видно, что он занервничал. Его зрачки забегали, начальник с трудом сглотнул слюну.

— Аарон? Не ожидал тебя здесь увидеть, — пролепетал он.

— А я напротив, — встала и обошла стол Георгина, — была уверена, что он придет. Ты прекрасно сработал на последнем задании. Признаться, даже я была удивлена, когда ты успел остановить Патрицина и спасти Астарту. Не думала, что ты так умеешь.

Георгина выглядела впечатляюще. Черные пышные волосы, смуглая кожа. Знойные карие глаза украшали изящные очки в тонкой серебряной оправе.

Женщина носила белую блузку, расстегнутую на одну пуговку больше, чем требовал этикет. Мне даже показалось, что я увидел красивое бежевое белье, украшающее ее пышную грудь. Обтягивающая, длиной ниже колена, юбка подчеркивала талию и красивые бедра брюнетки.

Георгина Вальфстраттен была представительницей древнего дворянского рода. Ее отец — Князь Вальфстраттен заседал в имперском сенате. Сама же Георгина была чиновницей из управления гильдии. И несмотря на более молодой, чем Теранова Возраст она имела полное право отчитывать герцога-начальника нашего отделения гильдии. Что очень успешно и делала. Вот только в чем причина я пока понять не мог. А причина была серьезной, раз уж она здесь.

— Здравствуй, Георгина, — приблизился я, поцеловал ее нежную ручку, — спасибо, я улыбнулся, ты многого обо мне не знаешь.

Георгина вроде бы засмущалась, а вроде нет. Сложно было понять это по выражению ее красивого лица. Только скулы, кажется, немного побронзовели. Это можно было вполне принять за румянец.

— Приветствую, Теранова, — проговорил я холоднее.

Что Георгина, что Теранова — были высокопоставленными фигурами в нашем отделении гильдии. Они знали личности всех нулей. (А в нашем районе их было немного), о том, что я являюсь Абсолютным, они тоже знали.

Для остальных сотрудников гильдии личности нулей были строго засекречены. В лицо нас знали только избранные, остальные же — лишь по красным маскам и позывным.

Гильдии нулей располагались по всей империи. В каждой губернии было отделение. На каждые пять отделений приходилось одно управление, которое осуществляло надзор за отделениями (из управления как раз и прибыла Георгина Вальфстраттен). А вот управления уже подчинялись непосредственно имперской канцелярии нулей, которая входила в министерство внутренних дел.

Нулей всегда было немного. По всей стране нас набиралось едва десять тысяч человек. Скажем, в нашем городе действовали всего пять нулей. Раньше было семь, но один из них пустился в бега. А перед этим, убил другого. Что с беглецом сейчас? Неизвестно.

Однако у меня есть вопросы к этому ублюдку. Личная неприязнь, скажем так. Неприязнь, связанная с потерей товарища. А гибель каждого нуля — большая потеря.

Нуль-аура — редкая способность. Я понимал, что это какое-то отражение силы Арканы. Таким образом она проявилась в этом мире. Однако во мне аура была особо сильна.

Большинство нулей не обладало способностью к магии. Империя тренировала их, как спецвойска. Давала высококлассную физическую и военную подготовку. Обучала владению разными видами оружия. В общем, делала высокоэффективных солдат. Правда, это было нужно в большей степени для того, чтобы ноль просто мог выжить в бою с магом.

Главный козырь нуля заключалась именно в ауре. А основная задача — продержаться до тех пор, пока силы обезумевшего мага не упадут настолько, чтобы группа ликвидации могла его уничтожить.

Большинство нулей всегда работают с группой ликвидации. Солдаты защищали их и выжидали успешного момента, чтобы нанести удар. Однако, бывают нули-одиночки. Например, я. Я работаю один.

Благодаря алхимическим знаниям, навыкам и опыту в моей прошлой жизни, я стал первоклассным рукопашным бойцом. Мне не требовалась поддержка.

Когда я осознал себя в новом мире, почти сразу стал проверять свое новое тело на прочность. Я был в растерянности и не понимал, как вообще могло случиться, что я оказался в новом теле. Да еще и в новом мире.

А еще, я знал — чтобы не сойти с ума от всего этого, нужно поставить цель и идти к ней. Именно так я смог выжить в концентрационных лагерях, что устраивали для партизан Чужие Боги.

Я стал тренироваться почти сразу, как тело ребенка более-менее окрепло. Странно, но оно поддавалось тренировкам очень хорошо. Я легко вспоминал и осваивал движения и приемы, которым научился в прошлой жизни. Легко обострил свою реакцию.

Теперь, в мои семнадцать, редкий взрослый крепкий мужик сможет стоять со мной на равных. А если у меня в руках будет что-нибудь колюще-режущее, то у противника просто нет шансов.

Вот только чтобы сражаться со спятившими магами, моих физических возможностей было мало. Это выяснилось почти сразу, когда я стал нулем. На первом же задании. Именно тогда я решил, что мне не мешало бы вернуться к изготовлению эликсиров.

Но, по-прежнему главным моим оружием оставалась нуль-аура. Большинство других нулей не могли полностью лишить мага способностей. А я мог.

Каждого мага я опускал до «нуля». Полностью лишал его магических сил. Поэтому меня и прозвали Абсолютным.

— Что обсуждаете? — Не ожидая приглашения, я занял место напротив Георгины. Женщина тоже села.

— Тебя, Аарон, — Георгина с укором посмотрела на Теранову, — и твое изгнание из рода. Гильдия недовольна этим.

— Печально, — пожал я плечами, — потому что я доволен вполне. Георгина, — посмотрел я на брюнетку, — можно, мы с Терановой перекинемся парой слов. Наедине.

Теранова бросил на меня обеспокоенный взгляд. Как-то странно сжался.

— Можно, — она кивнула, — но сначала я закончу. Теранова не направил в главную канцелярию нулей сообщение о том, что тебя изгнали. Хотя должен был.

— Да ладно, — отмахнулся я, — я рад, что вышел из рода. Ты же знаешь, я с ними не ладил. Канцелярия сейчас начнет выделываться. И обязательно заставит отца отозвать изгнание в закрытом суде.

— Обязательно заставит, — подтвердила Георгина, — сейчас, оставшись совсем один, без рода, ты уязвим, Аарон. Ты сам знаешь, что у нулей много врагов. Если кто-то узнает, что ты Абсолютный ноль…

— То не поверит. По понятным причинам. Абсолютный ноль выше меня почти на две головы, — подмигнул я.

— Это понятно, но все же…

— Не стоит ничего никуда отправлять, Георгина, — проговорил я уже серьезно, — изгнание для меня словно гора с плеч. А Гильдия может создать лишние проблемы.

— Ты не понимаешь, Аарон, — отрицательно мотнула головой женщина, — мы должны. Таков закон. И он строг.

— Строгость закона смягчается необязательностью его исполнения, — улыбнулся я, — Если Гильдия хочет, чтобы Абсолютный Ноль и дальше состоял в ее рядах, придется ей сделать исключение.

Георгина замолчала. Протяжно выдохнув, поджала пухлые алые губы.

— Ты уверен, Аарон? Одиночке тяжело в мире, дворянских родов.

— Уверен, Георгина, — сказал я ровным тоном.

— Что ж. Ладно, — она вздохнула, — тогда давай…

— Я подаю в отставку, — внезапно встал Теранова.

— Что? Почему? — Удивилась Георгина.

Я же просто молча смотрел на него.

— Переведусь на новую, другую должность в совете города. Я же давно хотел начать политическую карьеру, помните? — Как-то уклончиво сказал он, — да и дела у меня, — Теранова быстро зашагал на выход, — так что отлучусь, если вы не против.

— Будь добр, Арчер, — остановил его я, — постой. У меня тоже дело к тебе.

— Извини, Аарон, — он не обернулся, только замер у двери, — но я тороплюсь.

Эх, Теранова Теранова… Это твоих рук дело. Ты все же сдал меня Патрициным. А теперь бежишь, как крыса с тонущего корабля. Увиливаешь.

Он вышел за дверь. Я молча направился за ним.

— Стой, Теранова, — остановил я его в приемной.

Герцог Арчер Теранова остановился. Обернулся.

— Аккуратней, мальчик. Не указывай мне, что делать.

— Ты рассказал им все, — проигнорировал я его слова.

— Нет.

— Лжешь.

Теранова нахмурился и, приподняв подбородок, вышел. Ошарашенная секретарша водила взглядом от него ко мне, комично открыв ротик.

— Муха залетит, — улыбнулся я ей.

Девушка расширила глаза и, щелкнув зубками, закрыла рот.

* * *

Витольд Марк фон Липский, сын барона Марка фон Липского, положил чехол с барабаном в багажник бизнес-такси. Сел на заднее сидение. Приказал таксисту ехать обратно в гостиницу.

— По пути мне нужно сюда, — он протянул таксисту смартфон, — у меня встреча по этому адресу.

— Да, господин.

Их выступление на открытии мемориала прошло просто ужасно. В носу Витольда с ночи стоял неприятный запах феромонов комшея. От него во рту возник привкус какой-то тухлой рыбы. Это очень мешало сосредоточиться на игре.

Бедняга Боркх и вовсе еле выстоял эти два часа, пока длилось мероприятие. Отбитый копчик не давал трубачу покоя.

Витольд просто ненавидел этого Аарона Атрира. Его имя он узнал, подкупив парня-регистратора, что работал сегодня вместо вчерашней девчонки. Парнишка даже достал для Витольда фото Атрида с камер видеонаблюдения гостиницы.

Фон Липский просто не мог успокоиться, осознавая, что Атрид останется безнаказанным. Тогда Витольд и решил обратиться к кое-каким «старым знакомым».

Бизнес-такси стало у большой многоэтажки в одном из не очень благополучных районов города.

Витольд вышел из машины, глянул по сторонам. Уже давно стемнело. Свет уличных фонарей не достигал пространства между высотками. Витольду было страшновато, но он попытался отбросить глупые мысли.

Из переулка показался высокий и крепкий парень. Уставившись на Витольда, он кивнул.

— Приветствую, — приблизившись, проговорил Липский, — и передайте мой привет Глваному.

— И вам не хворать, молодой господин, — к крепкому парню присоединился мужчина.

Невысокий, но широкоплечий, он носил джинсы и потертую олимпийку прямо поверх майки. Его всклокоченные темные волосы делали мужика похожим на бродягу. Если остальным его «подручным» Было лет по девятнадцать, то всклокоченному не меньше тридцати.

Витольд заметил за его спиной еще молодчиков. «Пацаны», как они сами себя называли, угрюмо смотрели на дворянина из темноты.

— Главный помнит милость вашего отца, господин фон Липский, — сказал всклокоченный.

— Это очень хорошо, — Приподнял подбородок Витольд, чтобы казаться значительнее, — потому что у меня есть для вас работа. Пустяк, но вы отлично с ней справитесь. И подзаработаете.

— Мои Пацаны — простые работяги, — проговорил всклокоченный, — за любое дело берутся.

— Тогда возьмитесь и за это, — Витольд достал из внутреннего кармана кителя фото Атрида, — нужно поставить на место одного нахального выскочку.

— Дворянин? — Опасливо спросил всклокоченный, принимая фото.

— Его выгнали из рода, — хмыкнул Витольд. Мстить за него некому. Но будь с ним осторожен. Кулаками он умеет махать.

— Мы не очень уважаем кулаки, — ухмыльнулся всклокоченный и достал нож-бабочку. Принялся им играть.

— Отлично, — сглотнул вязкую слюну фон Липский. Он знал, что ему ничего не угрожает. Это лишь шпана. Однако дворянину все равно было не по себе.

— Как? Помокрее, или обойдемся сломанными костями?

— Как получится. Деньги не проблема, — сказал Липский.

— Отлично, — всклокоченный сложил фото и спрятал его в карман, — сделаем в лучшем виде. Он маг?

— Насколько я знаю, нет, — отрицательно мотнул головой Липский.

Всклокоченный ухмыльнулся еще более мерзко. А потом подбросил бабочку, и та немедленно раздвоилась в воздухе на две копии. Мужчина поймал обе.

— Тогда у нас перед ним преимущество.

* * *

— Прошу! Прошу, помогите!

Когда стемнело, я вернулся в гостиницу за своими вещами. Я уже снял небольшую квартиру в одном из дворянских районов города и хотел вселиться туда сегодня. Для этого нужно было забрать вещи из номера.

Выйдя из такси у дверей гостиницы, я сразу заметил ее. Молодая девушка, почти ребенок, одетая как простолюдинка в джинсовые шорты и клетчатую рубашку поверх топа, звала на помощь.

Она выбежала на тротуар откуда-то с внутренней стоянки дорогого супермаркета для знати.

— Отойди, — тут же сказал ей охранник, — что крутишься здесь⁈

— Помогите! — Крикнула она снова, уставившись на меня.

Не задумавшись, я направился к девушке.

— О, боги! Благодарю вас, — сказала она, когда я приблизился.

— Что у тебя, девочка? — Спросил я.

— Там! Какие-то люди! Ей нужна помощь! Пойдемте! — Девушка тут же помчалась обратно за магазин.

Я глянул на охранника. Тот отвел глаза. Я же отправился за девушкой. Как только завернул за угол, тут же наткнулся на «ребяток». Мда. Ну и глупо же я попался. Ну ладно, че уж теперь. Повеселюсь хотя бы.

— Аарон Атрид? — Какой-то всклокоченный мужик встал с капота старого спортивного авто.

С ним были еще четверо, все молодые, не старше двадцати лет. Но крепкие. Девушка, подбежав, присоединилась к ним.

— Умница, — шлепнул ей по заднице мужик, — хорошо сработала.

— Повелся, как маленький, — ухмыльнулась девчонка

— И правда! — я притворно стукнул себя по лбу, — как я мог повестись на такой банальный развод? Ничего не могу с собой поделать, — ухмыльнулся я, — когда вижу женщину в беде, у меня вообще отбивает инстинкт самосохранения.

Всклокоченный нахмурился. Парни переглянулись.

— А когда вижу такие хари как у вас, — сказал я уже холоднее, — то еще и кулаки начинают чесаться. И теперь давайте проверим, не подводит ли меня чуйка. Че надо?

Всклокоченный помедлил. Посмотрел на своих парней. Потом направился ко мне. Остальные присоединились.

— Ты задел честь одного дворянина. Мы здесь, чтобы ее восстановить, — проговорил всклокоченный.

— Да? — Я притворился максимально расслабленным и неготовым к драке, — а, че он сам не явился? Че прислал каких-то чуханов? Это тоже не делает ему чести.

— Дворянин очень занят. Таких мелких сошек он оставляет нам, — сказал всклокоченный, — а мы, уж знаем, что делать.

В следующее мгновение, всклокоченный, быстрым движением выбросил руку вперед. Я едва успел увидеть, как что-то блеснуло в свете уличных фонарей. Этого хватило, чтобы увернуться. Какой-то продолговатый предмет просвистел у виска.

После вся толпа немедленно метнулась ко мне. Я не растерялся. Первым достал всклокоченного: быстрым прямым дал ему в глаз, пока тот замахивался. Мужик схватился за лицо и отступил.

Остальные набросились, пытаясь навалиться скопом. Быстрый, как молния, я отскочил назад. Двое попытались меня схватить, но потеряли равновесие и рухнули вперед. Один из них тут же схлопотал от меня кроссовком по роже. Хрустнуло.

Третий и четвертый зашли с флангов. Третий ударил, широко по-мужицки. Он сделал ошибку, слишком подал корпус вперед. Я, ниже него на голову, поднырнул ему под руку, а потом, дал коленом. Он буквально налетел на мою коленку. Раздался глухой звук удара.

— А-а-а-а-п-п-п-п-х-е-е-е-е, — сказал третий и согнулся пополам. Четвертый запутался в лежавших на асфальте товарищах и споткнулся о только что упавшего третьего. Мне оставалось просто подставить кулак. Парень налетел на него челюстью так, что клацнули зубы. Замычав от боли, он повалился ничком.

Я метнул взгляд на перепуганную девчонку. Та аж вздрогнула. Потом прыгнула в машину, завела двигатель и дала заднюю. Всклокоченный удивленно обернулся. Пронаблюдал, как деваха улепетывает в одиночку.

— Сучка, — злобно сказал он и выпрямился.

— Да. Так себе поступок, — пожал я плечами, — да и вы не лучше. Даже не смогли защитить честь своего «дворянина».

Всклокоченный оскалился. Я увидел, как в его руках что-то блеснуло.

— Брось, — сказал я холодно, — расскажешь, кто тебя нанял, и я ничего тебе не сломаю.

— Как скажешь, — кивнул Всклокоченный и швырнул блестящую штуку себе под ноги.

Только тогда я смог разглядеть, что это какой-то кристалл, похожий на кварц или стекло. А спустя мгновение, понял, чем был этот кристалл на самом деле. Блеснуло. Кристалл вспыхнул ярким белым светом, заполонившим все вокруг.

Я зажмурил глаза, ощутив знакомое чувство. Нас затягивало в осколок моего старого мира.

Глава 8

Когда белая пелена света рассеялась, мы были уже совершенно в другом месте. Это был большой грот. В каменном потолке зияли широкие дыры, пропуская солнечный свет. Под ногами раскинулась пышная растительность. Входа сюда видно не было.

Кварцевый кристалл оказался осколком. Внутри него хранился этот самый грот.

Я сгорбился прищурившись. Вскинул руки и встал в боевую стойку. Нужно было подождать, пока зрение привыкнет к приглушенному освещению грота. После белой вспышки смотреть было больно.

То же сделал и всклокоченный. Он замер на мгновение, ожидая, пока привыкнут глаза. Остальные все еще копошились в куче на земле. Я слышал, как они возятся за моей спиной.

— А вы не так просты, — сказал я, ощущая, что зрение привыкает, — не всякий гопник разгуливает по городу с осколком в кармане.

— А еще, — оскалился всклокоченный, ни каждый гопник может так.

Он выхватил из кармана нож-бабочку, взмахнул им, освобождая лезвие из рукояти. А потом, вспыхнуло синим. Раздался треск, напоминающий электрический.

Там, где только что был один всклокоченный, их было уже четверо. Каждый держал нож в руках.

— Ты маг значит, — ухмыльнулся я, — но слабенький. Без подготовки.

Все четверо всклокоченных синхронно оскалились.

— Уверен, — продолжал я, — ты и двухсот баллов силы не набираешь. А способность открыл только одну.

Один зарычал от злости, и все четверо всклокоченных метнулись ко мне.

— Вот сейчас и проверим твою силу, — холодно сказал я, — бросился им навстречу.

Легко ушел от первого взмаха ножом. Увернулся, когда вторая копия всклокоченного широко полоснула воздух клинком-бабочкой. Поднырнул под руку третьего. Перекатился, ускользая от тычка четвертого. Встал на колено и обернулся.

В мгновения ока я оказался за спинами всех четверых. А потом активировал нуль-ауру. Быстро, резко, на полную мощность. Лицо и кончики пальцев тут же закололо онемением. Это была нормальная реакция.

Столь же нормальную реакцию проявили и копии всклокоченного. Они все как один выпучили глаза и заблевали друг друга. А потом трое из четырех развеялись в пыль. Оставшийся, согнулся пополам, снова бурно сблевал.

— Какого… тфу, — отплевывался он, — хера⁈

— Вот это шоу, — встал я, — такого я еще не видел.

— Прикончите его! — Обернулся всклокоченный к распутавшейся наконец четверке шпаны, — быстрее! Крикнул он и его снова вырвало белой пеной.

Судя по тому, что никто из шпаны больше не среагировал на нуль-ауру, остальные были просто людьми.

И кажется, фокус с осколком был у них отработан. Хлопцы выхватывали из каких-то тайников дубины, трубы и цепи.

Всем скопом бросились на меня. Причем чувак с окровавленной челюстью, которому я дал ногой, поскользнулся на блевоте всклокоченного. Он комично грохнулся на спину, дал себе по роже своей же цепью. Так и замер.

Первым на меня налетел парень с железной трубой. Он ударил сверху вниз, но я ушел в сторону. А потом схватил его за руки, нажал на запястья и дернул кисти вверх. Кончик трубы с мерзким хрустом угодил ему же в нос. Парень замычал и ослабил пальцы. Я тут же вырвал у него железяку, пнул ее концом в живот. Тот завалился куда-то в сторону.

Второй ударил большой дубиной. Я принял удар на трубу, а потом дал ему по роже кулаком. Обнял за шею своей железякой. И дернул, насаживая животом на колено.

Внезапно раздался выстрел. Что-то хлопнуло в стену, позади меня. Я увидел, как третий держал в руках ствол. Ах вы мудаки… Убить, значит, решили.

Я прикрылся парнем, что все еще обмякал у меня в руках. Вытянул руку. В пальцах немедленно появился Уроборос.

— Он маг! Маг! — тут же заорал стрелок и прицелился.

Прозвучали новые выстрелы. Вокруг захлопало. Гопник дернулся в моих руках и глухо застонал. Кажется, его товарищ подстрелил своего же. Прикрываясь им, я пошел на стрелка. Когда нас разделяли пара метров, я пнул раненного на него, метнулся следом.

Он оттолкнул товарища куда-то в сторону. Тот упал в зеленую поросль. Я уже был рядом. Схватил его за пистолет. Тот нажал на курок, но выстрела не прозвучало. С ужасом он посмотрел на мой мизинец, что встал между курком и бойком.

— Какого⁈ — Только и успел он выкрикнуть.

Я тут же вонзил Уроборос ему в шею. Парень захрипел, и я бросил его через бедро. Посмотрел на всклокоченного, который все никак не мог прийти в себя под воздействием нуль-ауры.

Я уже хотел, было подойти к нему, но между нами стал парниша, что поскользнулся на блевотине. Его лицо было все в крови. В руках гремела цепь. Размахнувшись ей, он ударил.

Звенья просвистели над головой, потому что я пригнулся. Метнулся к нему, быстро вонзил нож под рёбра. Тот захрипел. Я вытащил клинок из его тела, ударил под колено. Налетчик завалился вперед. Его жизнь оборвал укол в основание черепа.

— Стой! Не надо! — Отбросил деревяшку тот, кому я сломал нос трубой.

Я, в мгновение ока оказался рядом с ним и вонзил Уроборос ему в челюсть. Острие вышло из темени. Кровь залила короткий ежик волос.

— Нужно было думать, во что ввязываешься, — проговорил я холодно и бросил обмякшего бандита через себя.

Потом направился к ползающему на четвереньках всклокоченному.

— Стой! Прошу! — Закричал он, когда я схватил его за волосы и поставил на колени.

— Кто послал вас? — Спросил я, занеся над ним Уроборос.

— Ты маг! Он нам солгал! Ты маг!

— Я не буду повторять, — придал я голосу злобный тон.

— Витольд фон Липский! Это он! Он сказал, что ты не маг! Он солгал!

— Осколок. Быстро.

— Что? — Удивился всклокоченный.

— Осколок сюда.

Тот торопливо полез в карман олимпийки, а потом передал мне кристалл.

— Прошу. Не бросай меня здесь! В осколке! — Взмолился он.

Я не ответил. Только отбросил его в сторону. Мужик завалился в мясистые побеги каких-то растений.

Посмотрев на осколок, я поджал губы. Полезная вещь. И я даже знаю, что с ним делать. Нужно совершить один звонок, когда выберусь наружу. Я уже хотел бросить осколок себе под ноги, чтобы телепортироваться, но услышал за спиной щелчок складного ножа, а потом звуки рвотных позывов. Обернулся

Всклокоченный держал в руках бабочку и явно хотел метнуть ее мне в спину. Правда, маг не мог знать о нуль-ауре, которую я не отключал. Любое резкое движение тут же провоцировало дикую слабость.

— Ах ты падла, — проговорил я и приблизился.

— Нет! Прошу! — Снова взмолился он, отбросив нож, — я только хотел…

Уроборос вонзился ему в сердце. Всклокоченный вскрикнул.

— Твой наниматель тебе не солгал. Я не маг, — сказал я, глядя бандиту в лицо, — я ноль.

— Что? — Расширились его глаза.

Я вынул нож и тут же полоснул его по горлу. Мужик вскинул руки и завалился назад. Пару мгновений он дергался, а потом замер. Кровь под ним пропитала землю.

— Вот идиот, — выдохнул я, вспоминая про фон Липского, — какой же дебил! А потом я посмотрел на клинок Уроборос.

Увидел, как кровь всклокоченного впиталась в клинок. Лезвие из темного металла слегка покраснело.

— Что за? — Удивился я, — раньше он так не делал. Ладно. Разберусь позже. Надо бы выбираться.

У осколков, заключенных в предметах, была еще одна забавная особенность. Почти у каждого осколка был свой способ входа этот нужно было бросить себе под ноги. Коржика — уговорить, чтобы войти в Сад. Бывали и другие способы. Иной раз настолько необычные, что диву даешься. Хорошо хоть с этим все просто.

Я еще раз посмотрел на осколок, а потом бросил его себе под ноги. Вокруг все побелело.

— Добрый вечер, — обратился я к парню-регистратору.

Низкий и худощавый, с короткими темно-серыми волосами, он сразу повел себя странно. Занервничал, а его глазки забегали.

— Да, господин, — сглотнул он нервно, — чем я могу помочь вам?

— В каком номере остановился господин фон Липский?

Время уже было позднее, а холл гостиницы пуст. Постояльцы давно разошлись по своим номерам. Я знал, что оркестр музыкантов еще здесь. Наверняка они уедут только завтра утром. Нужно было потолковать с этим фон Липским. Парень, кажется, спятил. Нанимать убийц из-за бытовой потасовки, которую он начал сам же. Вправлю дебилу мозги.

Почему-то я не удивился, когда регистратор побледнел от страха. И хотя ему казалось, что он скрывает свои эмоции, я читал их, как открытую книгу. Это было не недоумение и не удивление. Это был настоящий страх. Страх за свою шкуру. А значит, он был как-то замешан во всей этой схеме. И хотя наверняка я знать не мог, но решил попытать удачу.

— Извините, но это конфиденциальная информация, я не могу разглашать ее, — залепетал он.

— Можешь не юлить, — строго сказал я, — я знаю о твоем с фон Липским деле.

Парень теперь не просто побледнел, а стал белым, как бумага. Его губы задрожали. Я попал в цель.

— Если ты все расскажешь, тебе ничего не будет. Но если станешь крутить увиливать… В общем, выбирай, какие пальцы тебе нужны меньше всего.

— Я вызову охрану!

— Сейчас да, — деланно злобно улыбнулся я, — а завтра? А послезавтра?

Он выдохнул. Осмотрелся по сторонам.

— Только я ничего не говорил вам.

— Это правильное решение, — я кивнул.

— Комната номер двести восемьдесят девять.

— Что? — Не поверил я своим ушам, — да это ж рядом с моей.

— Прошу! Не говорите, ему, что я вам рассказал! — Жалобно пропищал он, — зарплата в гостинице маленькая, а мне нужны были деньги! У меня кредит!

— Надеюсь, не на телефон, — хмыкнул я и зашагал к лифту.

На двери красовались серебряные цифры два восемь девять. Я хмыкнул, посмотрев отсюда на дверь своего номера. А потом постучался к Липскому.

— Да, кто там?

— Доставка. Заказывали ужин? — Проговорил я, немножко изменив голос.

— Что? Нет! Ничего я не заказывал⁈ Да и время вы видели?

— Не заказывали? — Я пытался сдержать смех, — странно. Здесь указан ваш адрес, ваш номер. Да и заказ уже оплачен. И он весьма дорогой.

Я прислушался.

— Что? Дорогой? А что там? Я просто тоже делал заказ, — начал брехать Липский, — но никто не приехал, и я просто забил на него.

— Стейки мраморной говядины, устрицы, Вино Имперское, Лавлянский виноградник. Двенадцать лет выдержки.

— Ммм. Лавлянский? — Прозвучал заинтересованный голос Липского, — да-да! Это мой заказ! Я уж думал, вы не приедете. Сейчас открою. Только не пугайтесь. У меня здесь немного странный запах. Это просто мой кошмей. У нее течка.

— Да-да, ничего страшного, — прижался я к стене.

Спустя мгновение замок щелкнул, дверь приоткрылась, и я тут же ворвался внутрь. Схватил фон Липского, а потом немедленно бросил нам под ноги осколок.

После вспышки мы оказались в гроте, полном трупов. Липский заорал, когда я бросил его на тела бандосов.

— Ну и идиот же ты, — холодно проговорил я, глядя, как тот испуганно корчится на земле, — из-за конфликта, что и яйца выеденного не стоит, нанял убийц.

— А! Мля! Где мы⁈ — Кричал фон Липский, — А! Это ты! Ты!

— Ты слушай меня, — приблизился я на шаг, а Липский заорал, — слушай, что я говорю. Видишь, — обвел я все вокруг руками, — вот ребятки, которые пришли за мной по твоей указке.

— Что за бред⁈ Это не я!

— Что ты брешешь, паскуда, — хмыкнул я, — вон там, видишь, в травке лежит мертвый маг. Он рассказал перед смертью, что ты заказал меня. И из-за чего? Из-за гребаного номера!

— Мля! Что за бойня! — оглянулся он вокруг, — кто ты мля такой⁈

— Человек, с которым лучше не ссориться.

— Ты совершаешь большую ошибку! — Отполз от меня он, — У меня влиятельные родители! Они будут искать меня! Будут мстить!

— Ну что ж, — хмыкнул я, — пусть попробуют найти тебя в осколке. И отомстить тоже пусть попробуют. Они очень расстроятся, когда узнают, что родовая месть разожглась из-за того, что их сын-идиот не умеет по-человечески общаться с людьми.

— Что⁈ — Расширил он глаза.

— Я просто оставлю тебя здесь. Да. Будешь тут сидеть. Ну, бывай!

На самом деле я не хотел бросать в осколке этого выродка. Только припугнуть его. Когда в первый раз я был в гроте, в дыры потолка пробивался дневной свет. А оказавшись здесь же, буквально через полчаса, я увидел, что наступила ночь. Теперь лунный свет освещал пещеру. Время в этом месте шло быстрее, чем на земле. Такое бывает. Осколки попадаются с разными аномальными свойствами.

— Нет! Ты не оставишь меня здесь!

— Говорю ж, бывай, — бросил я камень себе под ноги.

Потом я вышел из номера и закрыл за собой дверь. Вернулся в свой. Зайти в осколок я решил где-то через пару часов.

— Предки! — Выскочил фон Липский из-за какого-то камня, — ты вернулся! Я думал ты и правда бросил меня!

Я даже удивился, насколько хуже стал выглядеть он с прошлого раза. Дворянин был весь грязный, в порванной одежде. На лице коленях и локтях виднелись ссадины. Кроме того, в нос ударил жуткий запах разложения. Кажется, время здесь шло быстрее, чем я думал. Сколько ж он тут просидел?

— Два дня! Я был здесь два дня! — похудевший и осунувшийся, он явно страдал от обезвоживания, — думал, что умру! Прошу!

Липский бухнулся на колени.

— Прошу! Забери меня отсюда!

— Так, — достал я свой смарт, — я щас заберу, а ты снова выкинешь какую-то глупость. Не, дружище. Сиди здесь и дальше. Я так, то вообще не за тобой, — солгал я.

— А зачем же⁈ Да увлекаюсь ботаникой. Вон те жирные стебли видишь? Это гланария. Нужны мне. Вот за ними и пришел.

— Нет! Прошу! — Он полез ко мне, хватая за ноги. Я брезгливо оттолкнул его, — прошу не бросай меня здесь! Я все осознал! Я был дураком! Я бы мог просто попросить тебя поменяться номерами! Я был высокомерным дебилом!

— Эт ты щас так говоришь, — я скрестил руки на груди, — а потом быстренько откажешься от своих слов.

— Нет! Я клянусь! Клянусь знатностью своего рода! Рода фон Липских!

— Так-так, — я достал свой смарт и включил диктофон, — повтори-ка.

Липский без сомнений прокричал клятву о том, что не будет мстить, кроме того, проговорил все события, которые сопутствовали нашему конфликту, чтобы запись была еще более полной.

— Предупреждаю, — я сунул смарт в карман, — что если задумаешь какую-нибудь хрень, так просто не отделаешься. Меня не пугает ни месть твоего рода, ни то, во что все может вылиться. Тронешь меня еще раз, пойду до конца. Ясно?

— Да! Да! Умоляю!

Я молча достал из кармана камень, и бросил себе под ноги. Мы тут же переместились обратно.

Липский выглядел таким испуганным, что я был почти уверен в том, что он больше не сделает глупость. Когда я отпустил его, он почему-то первым делом кинулся обниматься с Молью, своим кошмеем. Потом напился воды и бросился в душ.

Я же спокойно собрал вещи и в ту ночь просто уехал из гостиницы. Ночевал я на новой квартире. А на следующий день мне нужно было подготовиться к поездке на Белый Клык: собрать припасы, поменять Коржику зелень в переносном аквариуме, ну и подготовить несколько эликсиров на всякий случай. Но главное — встретиться с Виспом. Думаю, он обрадуется моей находке.

Висп был довольно скрытным человеком. И немудрено. То, чем он занимался, было не совсем законным. Однако, он был информатором какого-то местного жандарма, и потому на его мелкие проделки все закрывали глаза. А еще, власти не знали, что Висп проделывает и проделки покрупнее.

Мы списались с ним в соцсетях, через его левую страницу. Назначили место и время встречи. Естественно, обсуждать открыто причину встречи мы не стали. Мне, так-то, все равно, но Висп был очень при очень скрытным человеком.

Пришлось ехать аж в северную часть города, на промзону, к заброшенному кирпичному заводу, чтобы встретиться с ним. Поехал я на арендованной машине.

Когда я был почти на месте, внезапно зазвонил телефон. Я бросил взгляд на дисплей, закрепленного на торпеде смарта. Звонил Арчер Теранова.

Глава 9

За день до настоящих событий.

Где-то в Дольске-на-Альве.

— Господин Теранова? — Спросил один из административных работников гильдии, — У меня к вам вопрос!

Арчер Теранова, который только что вышел из своего коридора и отделился от Аарона Атрида, даже не остановился. Он продолжил шагать по коридору.

— Господин Теранова!

— Позже, — кратко обернулся он, — я спешу.

— Вы вернетесь сегодня?

— Нет.

Арчер Теранова вышел из здания гильдии через задний, ведущий к парковке вход, прошел к своей машине, а потом уехал. Через тридцать минут он уже был на другом конце города.

Он заехал во двор большого склада корпорации ФармаИнфинити. Титульным владельцем акций и генеральным директором Фармы был Ивор Патрицин.

Арчер немного переживал о том, встретится ли Парицин с ним лично. Переживал он также, что за ним могли следить. Кто? Он не знал. Но очень этого боялся.

Когда он остановился во дворе склада, то ему стало не по себе. Рабочий день в самом разгаре, а на складе ни души.

Теранова побоялся выйти из арендованной машины. На своей он бы никогда не приехал сюда.

Внезапно, широкие ворота складского блока с грохотом откатились в сторону. Он увидел, как оттуда вышел невысокий человек в черном деловом костюме темных очках и такой же черной медицинской маске. Он шел энергично, а ветер трепал его красный галстук.

Теранова почему-то его испугался. Магом Арчер не был, но всегда носил при себе табельное оружие. Правда, если тот, кто шел к нему, сам владеет магией, ствол не поможет Арчеру.

Мужчина остановился за несколько шагов от машины, и так и замер. Арчер недоуменно посмотрел на него. Потом опустил стекло окошка автомобильной двери.

— Здравствуйте, я на встречу к…

Не успел он договорить, потому что мужчина извлек из внутреннего кармана пиджака смартфон. Протянул его Теранове, но с места не сдвинулся.

— Мне, что, подойти, да?

Мужчина так и стоял с протянутой рукой. Арчер вздохнул и вышел из машины. Опасливо приблизившись к незнакомцу, он взял его смарт. Посмотрел на экран. В то же самое мгновение поступил видеозвонок. Арчер аж вздрогнул, когда телефон завибрировал в руках. Он принял вызов.

— Здравствуй, Теранова, — Увидел он на экране благородное лицо Ивора Патрицина.

— Приветствую вас, князь, — сглотнул Теранова.

— Я рад, что ты согласился сотрудничать. И теперь, снова нужна твоя помощь.

— Что? — Не понял он, ваш человек, Вандер Третий, обещал, что вам нужно только имя! Я дал имя! Что вы еще от меня хотите?

— Вчера днем Аарон Атрид выехал из родительского поместья. И хоть он все еще носит фамилию Атридов, он никак не связан с домом юридически. Это несколько осложняет дело.

— Какое дело?

— Мне нужно место, Теранова. Где Атрид находится? Что он делает? Что намеревается делать?

— Я не знаю!

— Так узнай. Он Ноль. А Нули во всем отчитываются гильдии.

— Князь, — Теранова вздохнул, тронул веки, Аарон непростой ноль. У него с государством особые отношения в силу… особых обстоятельств. Поэтому я не могу ответить на ваши вопросы.

— Тогда узнай.

— Я подал рапорт на увольнение! — Решился Теранова, хотя очень боялся говорить Патрицину, что он собирается покинуть пост главы гильдии города.

— Ну тогда поздравляю тебя, — улыбнулся на экране Патрицин, — только что ты решил вернуться на свой пост. Думаю, госпожа Вальфстраттен из управления гильдии будет этому только рада.

— Что… Но я…

— Ты же помнишь о снимках, Теранова? — Самодовольно улыбнулся Патрицин.

Арчер Теранова не нашелся что ответить. Он только бессильно смотрел в экран смартфона.

— Отлично, друг мой, — проговорил Ивор Патрицин, — думаю, мы поняли друг друга.

Арчер Теранова понял. Понял он также и то, что он теперь надолго на крючке у Патрицина. И единственным способом слезть с этого крючка было признаться во всем Аарону.

* * *

Настоящий момент.

Город Дольск-на-Альве. Северный район.

— Привет, Арчер, — я ответил на звонок, не отвлекаясь от дороги.

— Гхм… гхм… — прочистили горло на том конце, — да, привет.

Голос Терановы звучал как-то неуверенно. Между нами повисла пауза.

— Ты что-то хотел сказать мне, Теранова? — Перешел я в наступление первым.

Кажется, Арчер этого не ожидал. Я услышал на том конце странное кряхтение.

— Да, Аарон, — голос Терановы прозвучал решительнее, — я хотел сказать, тебе кое-что. Это очень важно.

— Я весь внимание, — я заехал во двор заброшенного кирпичного завода. Припарковал машину недалеко от больших ребер-колонн, что остались торчать в земле, когда разобрали основной корпус.

Теранова, секунду назад звучал решительно, но потом снова замялся. в конце концов он все же заговорил:

— Я решил не увольняться. Посижу с вами еще немного. Карьера подождет.

— Отличная новость, — пожал я плечами, — ну пока!

Я уже хотел сбросить, как услышал на том конце крик:

— Стой-стой, Аарон! У меня к тебе пара вопросов! Не надо!

— Неужели, — приставил я к уху телефон, — ты думаешь, что я стану отвечать на вопросы после того, как ты меня сдал Патрицину?

Теранова замолчал.

— Я… я не сдавал… Клянусь чем угодно. Клянусь магическими способностями моего сына.

Я поджал губы. Не верю я ему. Слишком узок круг людей, который знает личность настоящего Абсолютного Нуля. А Теранова самый близкий к попечителям гильдии человек. Однако, послушать, чего он хочет, я все же решил.

— Не давай клятв, которым не сможешь соответствовать, — сказал я.

— Я клянусь…

— Спрашивай. Я подумаю, стоит ли мне отвечать.

— Аарон, — начал он неуверенно, — ты же знаешь правила. Ты должен доложить мне, где ты сейчас квартируешься, раз уж больше не живешь в особняке Атридов. Если в ближайшее время ты собираешься куда-то направляться, прошу, дай отчет и об этом.

— Нет, — просто сказал я, уже ища глазами Виспа. Я знал, что этот разговор скоро закончится.

— Но Аарон… Ты же знаешь правила… Гильдия должна знать, где находится каждый ее ноль.

— Я нахожусь в городе. Пока что. И сейчас для гильдии этого хватит.

— Но ты же понимаешь, — не унимался Теранова, — что нужен точный адрес. Таковы правила.

— Скажи мне, Теранова, — отчитывался ли я о каждом своем шаге раньше?

— Нет, — вздохнул он.

— А когда империя просила у меня помощи с очередным свихнувшимся магом, хоть раз я не отозвался на зов?

— Нет. Ты приходил всегда, — сказал он голосом, который больше подходил, чтобы зачитывать некролог.

— Так, че ты хочешь от меня?

— Ладно. Ты прав, — сглотнул Теранова, — все мои вопросы — просто предлог. Хотел сообщить тебе, что я не сдавал тебя Патрицину. И одновременно, думал сохранить лицо.

Крутит, хитрая рожа. Я не верю ему. Не верю ни на грош.

— Знай, Теранова, — ответил я, — я все прекрасно вижу. И выведу тебя на чистую воду. Будь уверен, — сказал я прямо.

Теранова помолчал пару мгновений. Потом, наконец, сказал:

— Хорошего дня, Аарон.

Я сбросил звонок, швырнул телефон на соседнее сидение и вышел из машины.

В большом складском помещении с высокой дырявой крышей царила разруха. Всюду валялись ржавые железяки и кучи битого кирпича.

И как это место еще не выкупили под новый бизнес? Объяснение у меня было только одно: владелец прогоревшего кирпичного бизнеса придерживал участок, набивая ему цену. Земли в промышленной зоне все меньше, а производства империи растут, как на дрожжах.

— Ну и местечко же ты выбрал для встречи, Висп.

Висп был довольно странным. Невысокий и худощавый, он носил джинсы и заношенную майку. Несмотря на тридцатиградусную жару, на нем был бежевый плащ-дождевик. На черных коротких волосах Висп носил солнцезащитные очки. Он всегда был в них, но я никогда не видел, чтобы парень таскал очки на переносице.

Висп был дерганым и пугливым словно молодая, да еще и девственная лань. Малейший шорох или звук приводил все его тело в движение. Однако, он по праву считался тем, кто может достать в нашем городе что угодно.

— З-здравствуй Аарон, — заикнулся он, опасливо подходя. Потом принялся оглядываться, — за тобой следили?

— Нет.

— Точно? Ты хорошо проверил?

— Да, — закатил я глаза, — я хорошо проверил.

— А… А жучки? Прослушивающие устройства? Может что-то в твоей машине?

— Нет там ничего.

— Ты проверил?

— Да, — кивнул я.

На самом деле, я конечно же ничего не проверял. Но если сказать Виспу «нет», или начать с ним спорить, он немедленно свалит и выйдет на связь только через пару недель. Ловить его, как в день нашего знакомства, у меня не было никакого желания. Ох и выбесил он меня тогда своей паранойей.

— Хорошо, — недоверчиво сказал Висп, но все же приблизился.

— Ты достал, что я просил?

Висп снова заозирался по сторонам, а потом снял с себя большую спортивную сумку. Опустившись, раскрыл ее.

— Красный Батат. Триста-пятьдесят грамм, — протянул он мне белый пакет, — оскольщики еле ноги унесли, добывая его. За ними погналась какая-то коряга с ногами.

— Это был наверное, энт, — пожал я плечами, принимая пакет.

Внутри было несколько плоских и суховатых плодов, по запаху и виду сильно напоминавших овсяное печенье. Многим даже по вкусу они напомнили бы то самое печенье, если бы не странная волокнистая текстура.

Красный батат — клубень из моего родного мира. Для людей это ничего особенного, просто плод, напоминающий печеньку. Проще купить в магазине настоящее печенье, чем лезть за ним. А вот на драконьих улиток он оказывает эффект, очень сходный с тем, как действует кошачья мята на кошек.

Висп добывал мне красные бататы для Коржика. Я любил баловать ими драконоулита время от времени.

— Надеюсь, это не печенье, как в прошлый раз, — усмехнулся я.

— Я же сказал, — обиженно посмотрел на меня Висп и почесал поясницу, — такого больше не повторится. Я усвоил урок. Если хочешь, можешь разломить одно и проверить.

— Верю, — улыбнулся я, — а остальное?

— Сейчас, — он стал рыться в сумке, — так. Крылья эпилона, несколько стержней рыжки. Хитиновые пластины с хвоста рёжика, лепестки тифлинского мирта. Да где же он. А! Вот!

Висп сунул руку поглубже в сумку, достал пакет с водой. Внутри, на дне пакета, лежал горящий внутренним светом камешек.

— Блин, сказал Висп, — растаял весь лед. Ну ладно, положи в морозилку, как приедешь домой. Так, и вот. Еще несколько растений из осколков, — он протянул мне плотные прозрачные пакеты на зипах.

— Я ж не в руках это все потащу.

— А. Ну ладно, — почесал Висп репу и достал белый пакет из шестерочки. Аккуратно сложил туда все эти очень редкие ингредиенты для алхимии.

Уверен, ни Висп, ни даже те, кто их добывал, не знали, насколько это ценные ресурсы. Иначе добыча стоила бы мне в десятки раз больших денег.

Люди этого мира вообще слабо были осведомлены о том, какие богатства таят в себе осколки моей родной земли. Они только начинали познавать их.

Я же неплохо ориентировался внутри осколков. Все же не один год прожил в дикой природе, пока партизанил.

— Ну мой денежный перевод ты получил.

— Еще нет, — расстроенно проговорил Висп.

— Почему? — Я вопросительно приподнял бровь.

— Просто деньги пришли моему посреднику, а он перевел второму моему посреднику, — пожал плечами Висп, — а тот должен был перевести третьему, но его дочка заболела свинкой. И перевод задержался.

— Слушай, Висп, — хохотнул я, — тебе не надоела вся эта конспирация?

— Я жить хочу, — нахмурился он.

— Главный уже давно тебя не ищет.

— И что? — Он сделал обиженное лицо, — никогда не знаешь, как повернется жизнь в следующий раз!

— Ладно. Поговорим о делах, — пожал я плечами, — Подскажи-ка, — я достал из кармана брюк камень с осколком, — сколько возьмешь за осколок с гротом внутри? В гроте, конечно, грязновато. Прибраться надо. Но это ты сам. Готов сбросить процентов пятнадцать за трупы в осколке.

Висп выпучил глаза.

— Грот? Внутри кварца⁈

— Ну да.

Ничего не объясняя он просто схватил с земли свою сумку и бросился наутек. Я удивленно взирал, как Висп перепрыгивает кучи кирпича, что-то вопит, а его плащ развевается на ветру.

— Ну и ладно, — подбросил я кварц, — спрошу у кого-нибудь другого.

* * *

В этот самый момент где-то в городе

— Герцогиня Ирина Крамер? — Спросил Вандер Третий, войдя в большой офис агентства недвижимости.

— Госпожа у себя. Там сейчас проходит сделка, — ответила очень ухоженная и презентабельно выглядящая дама лет шестидесяти, которая встретила Вандера в офисе, — Изволите подождать?

— Изволю.

Вандер проделал большую работу, пытаясь выяснить, где же остановился Аарон Атрид. К счастью, в этом ему помогли информаторы, которых у Третьего была целая сеть.

На Арчера Теранову надеяться не приходилось. То, что сказал ему босс недавно, было больше предостережением. Жестом силы, указывающим на то, что начальник гильдии нулей в городе, находится в руках князя Патрицина. Предостережение сработало. И начальник гильдии сыграет свою роль в будущем. Основную же работу по поиску Абсолютного Нуля взял на себя Вандер.

Он прождал совсем недолго. Через пятнадцать минут группа господ и дам в дорогих деловых костюмах, покинули офис. Ухоженная дама попросила Вандера к хозяйке.

— Судя по вашему внешнему виду, — Сказала, потягивая сигаретку на длинном мундштуке Ирина Крамер, — вы по важному делу, господин Вандер. Что же от меня хочет Князь Патрицин?

— Вы очень догадливы.

Ирина Крамер была очень красива. Хотя ей исполнилось только шестнадцать, она уже вовсю руководила родовым бизнесом. Год назад, когда ее родители граф и графиня Крамеры погибли. На них совершили покушение. Ирину эмансипировали, признав совершеннолетней, и девочка унаследовала риэлторский бизнес родителей.

Вандеру не нравилось, что девочка позволяла себе вредные привычки. А когда он увидел на ее столе стакан для виски, еле удержался, от того, чтобы скривиться.

— Аарон Атрид, — начал Вандер, всмотревшись в зеленые глаза рыжеволосой Ирины Крамер, — снял у вас апартаменты на Березовой улице.

— Аарон Атрид? Нет. Это какая-то ошибка.

— Я знаю, что вы храните личные данные всех клиентов на случай порчи вашего имущества. Фото тоже. Высокий, черные волосы, карие глаза. На вид, лет девятнадцать, в действительности — семнадцать. Вы видели его.

— Законы империи, — приподняла Крамер остренький подбородок, — не разрешают мне разглашать подобную информацию, хотя никакой Аарон Атрид не снимал у меня жилье. Если бы даже снимал, то я бы вам не сказала.

— Он мог зарегистрироваться под чужим именем.

Ирина Крамер не ответила, только пожала плечами.

— Ладно, Ирина, — Вандер зажмурился, тронул сморщившиеся веки, — а потом раскрыл глаза.

Девушка тоже раскрыла глаза. Через мгновение и рот. Вандер третий видел в ее радужках отражение своих глаз — угольно черные с желтыми прожилками.

— Тогда внимательно посмотрите мне в глаза, госпожа. Посмотрите и расскажите, как все обстоит на самом деле.

* * *

Белый клык — осколок, располагавшийся в нескольких десятках километрах от города. К нему я выехал на следующее утро. Дорога заняла не меньше часа пути, и тогда я увидел его.

Посреди жаркого лета, что тянулась сейчас на юге империи, развернулась ледяная пустыня с острой, словно зуб хищника, заснеженной скалой в центре.

Белый клык был опасным местом. В местные скальные пещеры забирались время от времени оскольщики, чтобы найти артефакты и магические руды. Но в основном это были дворяне или очень зажиточные простолюдины, кто мог позволить себе высококлассное снаряжение и охрану. Была здесь и подземная водяная жила, буквально пропитанная магией воды.

Как знать, может и сейчас там, внутри осколка, ходят и ищут редкие магические минералы, люди-искатели. А Аркана точно должна быть там. Интересно, почему именно Белый Клык?

Климат осколка никак не влиял на то, что было за его пределами. Поэтому, когда я подобрался к границе клыка, по эту сторону полупрозрачной пелены было тридцать градусов. За пеленой же царствовал минус.

Я потянулся в переносной холодильник и достал оттуда тот самый камень из пакета с водой, что нарыл для меня Висп. Горячий Камень — минерал, содержавший в себе ману огня. Внутри ее было недостаточно много, чтобы хватило на заклинание, но достаточно, чтобы камень формировал вокруг себя теплую ауру.

— Зараза. Весь лед внутри растопил, — поморщился я.

Я вышел из машины и оказался в поле, что граничило с заснеженной пустыней Клыка. Вела сюда небольшая колея. Добираться пришлось по накатанному месту, однако позже я проехал около километра еще вдоль границы, чтобы не бросать машину прямо на въезде в осколок. Мало ли.

Покрытый дорожной и полевой пылью старенький внедорожник, что я взял в аренду, останется здесь. Из багажника я достал форму нуля, только предварительно снял с нее все шевроны. Ну и красную маску сменил на простую балаклаву. Будет забавно, если нуля обнаружат внутри осколка.

Еще забавнее было то, что форма была мне мала сейчас.

— Да не переживай ты, — посмотрел я на Коржика, который выбрался из аквариума и быстро залез на крышу машины.

Драконьи улитки это тебе не обычные. Они довольно шустрые и проворные существа. Особенно когда не ленятся и летают.

— Я возьму тебя с собой.

Коржик же никак не отреагировал. Он сполз назад, к багажнику и добрался до моего рюкзака. Стал тыкаться в него носом.

— Нет. Ты только утром съел красный батат. Хватит!

Коржик зарычал, а потом чихнул пламенем.

— Эй! Тут эликсиры рядом! Один из них взрывоопасный! Не смей тут дуть огнем!

Коржик будто бы понял меня и просто вгрызся зубами в рюкзак. Ткань поддалась и улит прокусил в нем дырку.

— Ладно! Вот! — Я достал ему батат и сунул в рот. Улит довольно захрустел, — только не порть мои вещи! Упрямая зверюга.

Я выдохнул. Потом открыл железный чемоданчик с кодовым замком, в котором обычно носили что-то ценное. А там и было кое-что ценное — мои эликсиры.

Еще с вечера я сделал себе небольшой запас. Усиливающие физическую мощь, реакцию и заставляющие тело временно взрослеть, — все это нужно мне, чтобы иметь преимущество как в бою, так и перед экстремальными обстоятельствами. А что на Клыке будет очень экстремально, я не сомневался.

— Ладно, — я взял из дипломата первый эликсир — красноватую жидкость в прозрачной бутылочке, — пора работать.

Выдохнув, я быстро выпил содержимое пузырьков один за другим. Скривился. После эликсиров всегда были определенные побочные эффекты, сразу с первых минут, однако тот, что проявился, сейчас был довольно нетипичным.

Когда мое тело стало меняться, я услышал странный гул. Первые полсекунды я думал, что это побочка эликсира. А потом до меня дошло. Работал автомобильный двигатель. Обернувшись, я увидел, как ко мне приближалась какая-то машина.

Глава 10

Не теряя времени я захлопнул багажник так, что Коржик аж взвизгнул внутри. Сам же быстро прыгнул в салон машины, принялся стягивать одежду. Щас начнется самое интересное…

Я чувствовал, как под воздействием магического эликсира начинают расти мышцы и кости, ускоряется метаболизм. Я взглянул в зеркало заднего вида.

Машина — дорогой внедорожник остановился за моей машиной, на некотором отдалении. Тонированный по кругу, он скрывал тех, кто находились внутри.

За рулем моей машины стало мало места, когда я прибавил тридцать сантиметров в росте. Пришлось перелезть назад, чтобы начать натягивать черную форму нуля.

Когда я выглянул в очередной раз, увидел, как водительская дверь распахнулась. Оттуда вышел мужчина. Высокий, прямо-таки гигантский, он был одет на удивление очень просто: джинсовый комбез на подтяжках и серая футболка. Сложно было сказать, дворянин ли он или простой осколщик.

Мужчина был в летах. Лысина блестела на солнце, но пышная белая борода, доходила ему почти до верха крепкой груди. Он смотрел сурово и стоял на месте.

Я смотрел на него через окошко багажной двери, одновременно застегивая под горло черный комбез. Молния больно ущипнула за отросшую на шее щетину. Лицо тоже ей покрылось.

Потом же я бросил взгляд на железные бойцовские перчатки нуля, что взял с собой, на всякий случай. Когда я уже потянулся к ним, открылась и вторая дверь машины. Оттуда выскочила высокая и стройная девушка. Одетая в джинсовые шорты, топ и кепку, она уперла руки в бока. Потом поправила большие солнцезащитные очки на лице.

Парочка перекинулась несколькими словами, а потом здоровенный начал:

— Добрый человек! Выйди на секунду.

Девушка снова что-то проговорила мужику, и тот добавил:

— Пожалуйста!

Я помедлил совсем немного. Думал, стоит ли надевать перчатки. Красные стальные рукавицы — визитная карточка Абсолютного Нуля. Их могли бы узнать. Решив, что если что справлюсь Уроборосом, я выбрался из машины.

Мужик и девушка тут же удивленно уставились на меня. Еще бы. Минуту назад они видели жилистого подростка. Сейчас же к ним вышел широкоплечий дядя лет тридцати на вид.

— Вы здесь один? — Удивленно спросил бородач.

— Невежливо вот так следить за чужой машиной, — сказал я погрубевшим голосом.

Они переглянулись, и девушка сказала приятным голосом:

— Извините, господин, мы не хотим ничего плохого, нам просто нужна помощь.

— И какая же?

Она застыла на месте, рассматривая меня. На лице девушки отразилось недоумение. Здоровяк же просто стоял нахмурившись, потом спросил:

— Вы точно один? С вами был младший товарищ.

— Что вам нужно? — Спросил я грубовато.

— Мы…

— Тихо, Силеста, — поднял толстую, как бревно руку мужик, — я поговорю с господином сам. Экономь силы.

Я молча смотрел на здоровяка.

— Мое имя Брок Триптицин, я принадлежу к дому барона Ордосского. Служу в чине командира третьего взвода княжеской гвардии. Это моя дочь, — он указал на девушку, та сняла кепку, и поправила белоснежные волосы, стянутые в хвост, — Силеста Триптицина. Также служит в гвардии под моим началом. Мы не хотим ничего плохого. Просто нам нужна помощь. Скажите, можно ли поинтересоваться, как зовут вас?

— Леша, — брякнул я первое, что пришло в голову.

Триптицины переглянулись, еще более недоуменно посмотрели на меня.

— Просто Леша? — Уточнил Триптицин.

— Просто Леша.

— Ну что ж, — громко засопел Триптицин, — господин Леша, я веду дочь на Белый Клык, чтобы показать ей легендарный источник водной маны.

— Весь род Триптициных пользуется такой маной, это место очень важно для нас, — вклинилась девушка.

— Тихо ты, Силеста, — остановил ее Триптицин, а потом посмотрел на меня, повременив, продолжил, — каждый Триптицин, что достигает совершеннолетия, должен совершить паломничество к этому месту.

Силеста одобрительно посмотрела на своего папу.

Было понятно, они что-то скрывают. Ну и я кое-что скрываю, так что тут мы, в принципе в равных условиях.

Я смотрел на них и молчал.

— Нам нужны манаактивные пилюли. Наш запас оказался паленым, — с укором посмотрел мужик на свою дочь. Та смутилась и опустила глаза, — потому что кое-кто решил сэкономить. Обнаружилось это только когда мы были у клыка. А потом увидели вашу машину. Если у вас есть лишние, мы будем рады.

— Нам нужны всего-то штуки три, — улыбнулась девушка, — пока мы не доберемся до жилы. Вы же сами понимаете, что Клык довольно опасное место.

Конечно, у меня нет манаактивных пилюль. Мне они были просто не нужны. Я чувствовал ману в своем теле, но если нуль-аура и расходовала ее, то невероятно медленно. Однако, кое-что у меня было.

— Нет, у меня нет пилюль.

— Что ж, — ответил мужик, пожав плечами, — попытка не пытка. Придется идти так, — отвернулся он к машине и принялся доставать теплые вещи, — экономь заряд Силеста. Будем надеяться, что не встретим на пути какую-нибудь серьезную тварь.

Девушка, тоже состроила обиженную мордашку и хотела уже сесть в машину.

— У меня есть кое-что более мерзкое, но оно поможет, — сказал я более дружелюбным тоном.

Оба обернулись. Девушка улыбнулась, а мужик посмотрел скептически.

Я же открыл багажник машины.

— Можно мы подойдем? — Спросил мужик.

— Подойдите, — пожал плечами я, даже не оборачиваясь к ним.

Я уже ощущал, как мои чувства обострились, как улучшилась реакция, а тело наполнилось силой. Если бы здоровяк даже решился на какую-нибудь глупость, я бы узнал это по изменившемуся звуку его шагов.

Их шаги звучали спокойно. Я же деликатно раскрыл свой чемоданчик, достал синеватое зелье, посмотрел на меня.

— Ой! У вас драконоулит! — Восторженно сказала девушка, когда приблизилась к машине.

Коржик забавно пискнул и подполз к краю багажника.

— А можно его потрогать? — Спросила девушка.

— Можно, — я взял пробирку и отлил в нее совсем немного зеленого зелья, закупорил ее, потом посмотрел на солнце, — но предупреждаю, он может сжечь вам волосы или брови, если вы ему не понравитесь.

— Я все же рискну, — улыбнулась девушка.

На самом деле, я уже знал, что Коржику понравилась Силеста. Он не рыкал и не скалился, не пыхал огнем. Да и, признаться честно, отсутствие бровей не испортило бы девушку. Она была так красиво, что это только добавило бы ей загадочности.

Пока я взбалтывал вещество в пробирке под недоверчивым взглядом отца, Силеста взяла улита на руки.

— Ух ты. Теплый! И совсем не склизкий, а какой-то шершавый! — Восторженно сказала девушка.

— Что это? — Спросил бородач скептически.

— Ничего плохого. Немного магических травок, из осколков. Ну и кипяченая вода, — приврал я.

На самом деле это было зелье успокоения мановых каналов. Под воздействием маны у людей сформировалась некоторое подобие второй нервной системы, ядром которой был очаг, состоящий из одного большого сгустка нервных окончаний и нескольких сгустков поменьше. Большой называли резервуаром, а те, что поменьше — ячейками. От их количества и зависело, сколько способностей освоит маг.

Я знал, что в моем теле тоже есть такая система. Даже ячейки были. Но их количество определить было сложно из-зо того, что нервные окончания были слишком не плотными. Однако нуль-аура точно работала за счёт нее.

А что касается зелья, оно просто расслабляет эту нервную систему, позволяя мане циркулировать быстрее. В результате создается впечатление, что очаг пополнен. Правда, эликсир все же пополнял очаг, но не так сильно, как пилюли. Вкупе с эффектом расслабление, общее действие все же было довольно эффективным.

— Вот, — я протянул пробирку девушке, — здесь примерно пять глотков. Глоток равносилен пилюле. Тебе хватит.

— Спасибо, — девушка улыбнулась.

— Правда, могут быть и побочные эффекты.

— Это какие же? — Нахмурился мужик.

— Головокружение, легкая мигрень, тяжесть в лобных долях головы, затрудненное дыхание, голоса в голове, кратковременная потеря зрения и понос.

— Что⁈ — Мужик расширил глаза.

— А еще повышенная волосатость, — пожал я плечами, — но это не обязательно. Сделай полглотка. Легкие эффекты проявятся сразу. Если же нет, то можно принимать спокойно.

— Девушка опасливо откупорила зелье и сделала крохотный глоточек.

Отец посмотрел на нее настороженно. Я скрестил руки на груди. Коржик, которого Силеста передала мне, разместился у меня на плече.

— Ну как? — Спросил бородач, когда девушка, скривившись, закупорила пробирку.

— Мерзкий! Фу! Будто носок поживала!

— Ну, есть немного, — пожал я плечами, — а ну-ка, повернись задом.

— Что⁈

— Что⁈

— Задом повернись, говорю, — повторил я, — хочу посмотреть не лезут ли волосы у тебя на ногах. Обычно все начинается с задней части бедра.

Девушка перепуганно обернулась, закрутилась на месте, пытаясь рассмотреть собственные бедра сзади.

— Да стой ты! Не вертись!

Она застыла, повернулась ко мне шикарной попой

— Ну как?

— Вообще супер! — Посмотрел я на ее попу, а потом взгляд скользнул и на ноги, — Все гладко. Значит, и про понос можешь не беспокоиться.

— А как тут с магией? — Подал низкий недовольный голос отец.

— Пусть проверит.

Девушка решительно посмотрела на меня, обернулась, а потом взмахнула рукой. Веер блестящих, острых как лезвия брызг помчался вперед, в поле. С хлопками острые брызги врезались в землю, разбросали клочья почвы.

— Отлично!

— Ну и хорошо, — сказал я уже холоднее, собирая рюкзак, — тогда удачного вам паломничества.

— Спасибо, — улыбнулась девушка. Мужчина же промолчал.

Они решили оставить авто здесь, рядом с моим. Сами же принялись тепло одеваться. Девушка недоуменно поглядывала, на меня. Ведь самой теплой одеждой на мне была балаклава. Она не видела греющего камня в моей нагрудной разгрузке. Туда же, в один из карманов я засунул Коржика.

— Леша? — Спросила она, приблизившись.

А я, забыв, что назвался этим именем, даже не отреагировал.

— Господин Леша?

— А? Что? — Опомнился я.

— Вы прямо так? Замерзните же. Там минус тридцать.

Она уже переоделась в плотную куртку с капюшоном и такие же толстые штаны. На шее висела маска, чтобы защитить лицо от ветра. На лбу — защитные очки.

— Да не, — отмахнулся я, — мне нравится, когда прохладно.

— Пойдем, Силеста! — Крикнул ее отец, — Нужно быстрее зайти в осколок, иначе вспотеешь, и на холоде будут проблемы! А вы, незнакомец, не хотите ли пройти с нами? Вместе все же безопаснее.

— Нет спасибо. Мне в другую сторону!

— Ну тогда бывайте!

— И вам не хворать!

Через несколько мгновений эти двоя пересекли полупрозрачную пелену осколка. Переждав, пока их призрачные фигуры совсем исчезнут в снежной пустыне, я вошел следом.

На Белом Клыке сегодня было морозно и светло. Внутри осколка надо мной стояло другое небо, висело другое солнце. Все это принадлежало моему родному миру.

Клык — скала что возвышалась в центре осколка, блистала на солнце наледью. Я обнаружил, что следы, что оставила за собой оставила эта парочка, ведут именно к Клыку. Должно быть водная жила маны находилась где-то в пещерах скалы.

Куда нужно было идти мне? Я не знал. Знал только одно — если Аркана сказала, что встречаться нужно именно в этом месте, то наша встреча обязательно состоится и она найдет меня.

Через полтора часа я достиг подножия Клыка. И случилось именно то, чего я и ожидал.

Из заснеженной пещеры, что попалась, у которой я очутился, вышла Аркана. Одетая все в то же забавное платьице, она выглядела очень инородно на фоне снежного ландшафта. Впрочем, как и я в своей черной форме нуля.

— Ты, как всегда, пунктуален, Аарон, — улыбнулась она.

— Уже привыкла к моему имени?

— Да, — оно мне нравится больше, чем то, что ты носил в прошлом. Кроме того, его я забыла. Не напомнишь?

— Не напомню, — мотнул головой я, — Я тоже его забыл.

— Ничего. Это не так важно, — улыбнулась она. Ты знаешь, что это за место? Что такое Белый Клык?

Я отрицательно покачал головой.

— Помнишь ли ты Льёда?

— Конечно. Как же я могу забыть Чужого бога, которого убил первым? Льёд был той еще мразью.

— Вот. Это когда-то была его обитель.

— Стеклянная башня, — поджал я губы.

— Верно. А нам наверх, — Аркана указала на самый пик Клыка, — я проведу тебя пещерами. Путь будет не очень долгим, но время поболтать у нас найдется. Ты должен увидеть то, что скрывается на самой вершине.

— Ты ведь знаешь, что магия в этом мире появилась только триста лет назад. Примерно в этот момент наш мир раскололся, — сказала Аркана, когда мы вошли в пещеру.

— Знаю, — я кивнул, — тогда же здесь появились осколки, нашего мира с маной внутри.

— А знаешь ли ты, когда мана появилась в нашем мире?

— Нет, — отрицательно мотнул я головой.

— Когда Чужие Боги вторглись в него.

— Это произошло еще до моего рождения.

— И до моего, — Аркана улыбнулась, — но мана — это орудие Чужих богов. А они — ее источники. Они пропитывают мир своей силой, чтобы проще было слить его с их собственным миром.

— Мы использовали магию против них в войне, — нахмурился я.

— Вспомни, какие это были маги? Всесильные исполины, что могли смести с поля боя целые армии. А какова магия здесь? В этом мире? Она очень ограничена и сводит людей с ума. Чужие Боги неплохо поработали, когда поняли, что люди достаточно способны, чтобы обратить их силу против них же.

— Ты хочешь сказать, — я нахмурился, — что Чужие Боги живы?

— Не все, — загадочно улыбнулась она, — но они переродились так же, как переродились мы с тобой. Я — по своей воле, а ты — по моей. Но в этот раз они более изобретательны и не так прямолинейны.

— О чем ты? — Спросил я, когда мы проходили огромную дыру, смотрящую наружу.

Мы были уже достаточно высоко и под нами раскинулась ледяная пустыня Белого Клыка. Она отражала солнце, и от этого небо казалось не голубым, а почти белым.

— Они не проявляют себя как боги, но скрываются среди людей. Поклонение и верность себе они зарабатывают другими способами — клятвами и деньгами. Так, они наберут силу. Перерождение далось им с трудом. Но когда они будут готовы, то продолжат слияние миров. И тогда начнется то же самое, что было с нашим, родным миром.

— Продолжат? — Нахмурился я.

— Верно, — она кивнула, — осколки — это не осколки вовсе, а застывшее на месте слияние нашего мира, их мира и Земли. Скоро это продолжится. И мы должны остановить процесс.

— Как?

— У тебя есть все средства для этого, — она улыбнулась, — я позаботилась о них. Просто, нужно показать тебе, как ими пользоваться, как развивать, и что делать. Для этого мы и идем на вершину клыка.

Аркана вела меня совершенно немыслимыми тропами и пещерами. Все здесь было так запутанно, что вряд ли простой смертный мог бы найти это место, не зная дороги.

— Пришли, — сказала Аркана, когда мы оказались в просторной полости, занесенной снегом.

Сверху здесь зияла огромная дыра, через которую просматривалось солнце.

— Узнаешь это место? Ты уже бывал здесь.

— Тронный зал Льёда.

— Верно, — Аркана прошла вперед и стала в центре, указала назад, — та глыба льда — его трон. А здесь, — теперь указала в сторону, — он проводил жертвоприношения в честь себя.

— А там, — я указал направо, где зияла дыра в потолке, — был огромный витраж, под которым я зарезал его как свинью. Он очень испугался, когда не смог превратить меня в глыбу льда.

— Он получил по заслугам, — Кивнула Аркана.

— Ты сказала, что я должен увидеть здесь кое-что. Ты говорила об этом? — Я развел руками, — о тронном зале?

— Нет, — рассмеялась она, — совсем нет. Сейчас. Я приготовила кое-что для тебя.

Аркана побежала куда-то к глыбе льда, которой теперь был трон и достала откуда-то из-за нее странный мешок. Когда богиня в теле девочки вернулась, я увидел, что мешок был окровавленным.

Девочка запустила внутрь руку и достала… отрезанную мужскую голову.

— На, — протянула она ее мне.

Глава 11

— Это ты его так? — Удивился я.

Аркана опустила глаза и зарумянилась, потом ответила:

— Ну да.

— А кто это хоть?

Девочка обратила голову лицом к себе, задумчиво посмотрела в мертвые глаза, потом сказала:

— Граф Иоганн Семенович Лёдов. Я достала его в осколке под названием Синие Скалы. Осколок находится в центре страны. Думаю, ты догадываешься, кто это.

— Льёд, что ли?

— Ага, — Она улыбнулась, — он, родименький. Видишь, переродился вместе с нами. Ну теперь уже все. Я с ним разобралась. Но сильный был, — вздохнула она, — пришлось попотеть.

— То есть, — я задумался, — ты убила одного бога из семи. Бога маны воды.

— Да, но это вышло случайно, я сначала не хотела, но потом подумала, что ладно, раз уж он здесь то прикончу его. Правда, скажу честно, далось мне это ой как не просто. Будь он не один, я бы не справилась. Ну и на самом деле мне нужен был его наследник Лиам Лёдов.

— Зачем? — Нахмурился я.

— Сначала давай разберемся с головой, — она улыбнулась, — где твой Уроборос?

Я протянул руку, и клинок тотчас же появился в ладони.

— А теперь возьми, — она протянула мне голову, — и дотронься клинок до среза на шее.

Я сделал, как она сказала, посмотрел на лезвие Уробороса. Пятнышки еще не свернувшейся крови остались на загадочном металле ножа, а потом немедленно впитались в него.

— Я такое уже видел, — Нахмурился я, — когда убил одного мага.

— Мана — магический заряд, бегущий по каналам. Ее фон оставляет отпечаток ее же силы на всем теле владельца. Этот отпечаток и улавливает Уроборос. Но для того чтобы открыть твою первую способность Нуля, нужно было бы убить сотню магов, — она указала на голову Льеда, — ну а капли крови Чужого Бога должно хватить на открытие.

— Способности? — Нахмурился я, — я не способен взаимодействовать с маной.

— Зависит от того, о какой мане идет речь, — улыбнулась Аркана, — ведь каждый бог — источник своей собственной. Угадай, какую ману воспринимают нули?

— Не какую, — пожал я плечами, — они не владеют магией.

— Владеют, — она кивнула, — только пополнить запас свой они не могут. Моей маны, маны изменений нет ни в одном осколке. Она существует, — указала она на себя, — только здесь. И я тебе ее сейчас немного дам.

Аркана схватила меня за руку, и я тут же почувствовал легкие покалывания в пальцах. А потом по всему телу разлилось тепло. Тут же прибавилось сил, и настроение улучшилось.

— Я чувствую, — удивился я, — как наполняется очаг.

— Ну Нуль-аура — так, пассивка, всем доступная. А вот то, что мы откроем сейчас, уже будет поинтереснее. Я чувствую твою систему каналов, — закрыла Аркана глаза, — и у тебя семь ячеек. Шесть способностей и ульта. Щас будем первую открывать.

— Как?

— Дай Уроборосу и своей крови тоже. А дальше — увидишь.

Когда Аркана отпустила мои руки, я тут же уколол палец острием Уробороса. Моя кровь впиталась в клинок, а потом я что-то почувствовал. Почувствовал силу, что он передает мне.

По всему телу пробежала дрожь, а в груди, в области солнечного сплетения, я почувствовал нарастающий жар. Даже зажмурился от этого ощущения.

А потом, когда раскрыл глаза, аж вздрогнул, весь мир был будто бы фиолетовым.

— Тихо-тихо! — Тут же вскрикнула Аркана, — разогнался!

— Какого⁈ — Не понял я, — что с глазам?.

— Да это я. Сейчас, поубавлю своей силы.

Внезапно, фиолетовый свет тут же потускнел. Спустя мгновение, я уже видел окружающий мир, вот только Аркана была будто бы полупрозрачной. В ее крохотном теле горели сиреневым светом многочисленные нервные окончания каналов маны. Все они бежали к клубку очага в груди и ко второму — в мозге.

— Это что? — Удивился я, — мановидение?

— Ну, — она хохотнула, — не уверена, что у этого заклинание есть название.

— Ну, теперь есть, — сказал я, прикидывая, как его можно использовать, — будет мановидение. То есть, я могу собственными глазами видеть, насколько активно мана бежит по каналам мага.

— Верно, — она кивнула, — и ты заполучишь и другие способности, когда убьешь остальных. Но, на самом деле, — задумчиво посмотрела на меня Аркана, — их убийство в этом мире — неглавная цель. Цель тут иная. Кстати, — она указала на отрезанную голову, — что с ней делать? Мне она не нужна больше.

— Да мне тоже, — я пожал плечами, — а, ща.

Взяв голову переродившегося Льёда, я прошел к большой дыре, что открывалась в потолке у одной из стен.

— Это тебе, мудак, — замахнулся я, — за то, что заживо заморозил триста партизан в Иллиданском лесу, — со всего размаха я швырнул голову в дыру.

— Кажется, — сказала Аркана за моей спиной, — ты уже мстил ему за это.

— Да, — я обернулся, — а еще я там был. И видел, как умирали мои товарищи.

Аркана ничего не ответила, только приблизилась и тоже посмотрела на небо.

— Нам нужны не они. Боги в этом мире играют не такую большую роль, как тогда, в нашем.

— А что же нам нужно?

— Их наследники.

Я посмотрел на нее, нахмурился,

— Что? Мы должны убить наследников?

— Нет, не убить, — отрицательно покачала она головой, — это было бы проще.

— А что тогда?

— Нужно сделать так, чтобы они не сошли с ума, отрывая свою ульту. Это невероятно важно.

— О чем ты? — Удивился я.

— Что ты почувствовал, когда миры разделились? — Спросила Аркана.

— Пустоту, ничто.

— А я почувствовала отзвук последней воли Птара. И поняла его замысел, прежде чем погрузилась во тьму. И замысел его таков: он понимал, что не сможет завершить слияние миров в этот раз, но у него будет еще один шанс. Сейчас слияние находится на паузе. Его все еще можно отменить. Нужно только уничтожить Чужих Богов. Но самым главным является другая цель.

— Какая? — Спросил я.

— Лишить их инструментов для того, чтобы Чужие Боги не могли запустить слияние. Ты уже знаешь, что безумие мага сопровождается сильным выбросом магической энергии, это как ядерная цепная реакция. Представь, что будет, когда наследник, который унаследовал ману бога в чистом виде, сойдет с ума? Выброс будет невероятным.

— И к чему это приведет? — Нахмурился я.

— В этом мире, — продолжила Аркана, — Чужие Боги не так сильны, как прежде. Часть своей силы они взрвщивали в своих наследниках. И хотят ее забрать. Произойдет это в момент, когда наследник откроет ульту, но не сможет справиться с безумием. Чужой Бог при этом сможет просто впитать эту силу, убив безумного наследника. Тогда они запустят процесс слияния заново. Конечно, — она потерла висок, — без Льёда им будет немного сложнее это сделать, но все же, силу его наследника заберет другой бог.

— Мне придется нянчится с подростками, что бы помешать чужим богам?

— Не нянчится, — возразила Аркана, — а Помочь им. Помочь безопасно открыть ульту. А потом пусть делают, что хотят. Если они не сойдут с ума, планы богов разрушатся. Боги не смогут заново запустить слияние с помощью силы своих детей. А когда погибнут — миры вернутся в изначальное положение. И тут самое главное: я знаю, где найти наследника Льёда, — продолжала Аркана, — Его род, род Лёдовых берет свое начало здесь, на юге. И он наследник вернется в Дольск-на-Альве, чтобы похоронить отца. Здесь ты и встретишься с ним. Но сначала…

— Придется его спровоцировать, — нахмурился я, — чтобы ульта запустилась. Жестоко.

— Ничего не поделать, — вздохнула Аркана, — это единственный выход.

Я провел с Арканой еще некоторое время, разговаривая о пустяках и делясь друг с другом старыми воспоминаниями. Как выяснилось, многого она не помнила. Многого не помнил я. Но вместе мы пополнили общий багаж памяти. А потом я отправился вниз. Встреча на Белом Клыке закончилась.

Я пошел тем же путем, что и раньше. Медленно спускаясь к подножью скалы. Аркана же осталась в тронном зале. Ей не нужно было уходить. Молодая богиня передвигалась внутри осколков.

— Я не могу! Сложно! Боюсь!

— Тихо, Силеста! Не дрейфь! Ты сможешь! Справишься!

Когда я был уже был в самом низу Клыка, то услышал усиленные эхом голоса Триптициных, тех самых, что догнали меня на машине. Голоса были возбужденными и обеспокоенными. Раздавались они снизу. Эхо шло из одной из пещер.

— Я не могу! Грудь болит!

— Сосредоточься! Зачерпни еще маны и этой дряни тоже, что дал тот странный мужик! Она расслабляет каналы, помнишь?

— Я вся горю!

Я нахмурился, пошел вниз, туда, откуда раздавался шум.

Очень быстро я попал в большую ледяную пещеру. Солнце пробивалось сквозь дыры в потолке и зайчиками отражалось от речушки, бегущей по дну пещеры. Река выныривала из-подо льда, и проходя пару метров снова ныряла под ледяную стену.

Над ней стояла Силеста Триптицина. Напряженная, она стиснула зубы. Глаза девушки горели синим светом. Руки окружали водяные пузыри, парившие в воздухе.

— Вы открываете здесь ульту, — проговорил я.

Ее отец Брок Триптицин резко обернулся, бросил взгляд в мою сторону.

— Не мешай! Ей и так тяжело!

Я посмотрел на девушку, корчащуюся под влиянием собственной маны.

— Вы думали, что близость магического источника водяной маны, — указал я на речушку, — поможет ей открыть ульту?

— Мне помогло!

— Тебе помогло не это, Брок, — сказал я холодно, — тебе помогли тренировки. Посмотри на свое тело. Ты селен. Она, — я кивнула на Силесту, — не так сильна. И зелье тоже не поможет.

— Молчи! Не вмешивайся!

— Кто⁈ Кто… там⁈ — Раскрыла глаза Силеста, — Л-леша…

— Меня зовут, — я спустился к Броку и снял рюкзак и разгрузку с Коржиком, — Аарон Атрид, и я могу помочь.

— Как⁈ Не вмешивайся, говорю! — Могучий воин возвысился надо мной как каменная глыба, — что ты вообще понимаешь в магии? Кто ты? Какой-то бродяга!

— Ты можешь довериться мне, — посмотрел я на него снизу вверх, — и отступить. Или же смотреть, как твоя дочь сходит с ума. Она не сможет открыть ульту легко. Сколько ей? Девятнадцать? Двадцать?

— Двадцать два, — сглотнул Брок.

— Позднее открытие, — покачал я головой, — очень позднее.

— Я знаю! — Взмахнул он рукой отрицательно, — но что теперь? Сесть ей и умереть⁈ Так вышло! Так сработала ее сила!

— Есть еще один вариант, — сказал я серьезно, — я помогу.

Он строго посмотрел на меня, потом обернулся и взглянул на Силесту.

Вспыхнуло магией, девушка вскрикнула, а по ее лицу побежали голубоватые светящиеся прожилки. Она упала на колени. Брок обратил умоляющий взгляд на меня.

— Если не сейчас, — сказал я тихо, — то будет слишком поздно.

— Ладно, — сказал Брок, — если ты можешь как-то ей помочь, сделай это… Но если навредишь, я убью тебя прямо здесь.

Я не ответил, только кивнул, а потом сошел вниз, к речке. И почти тут же включил мановидение.

Мир словно бы заволокла голубоватая пелена. Я тут же увидел, в теле девушки разветвленную сеть каналов, по которым бежали голубоватые импульсы магии. Маны воды.

Очаг в области солнечного сплетения пылал как звезда. Но даже на этом фоне выделялась горящая белым огнем ячейка. Ячейка ульты. Она пульсировала, как сердце. И с каждым ударом по всем каналом пробегал белый импуль. Большая его часть попадала в мозг и словно бы накапливалась там. Именно так и происходило безумие.

— Силеста, ты слышишь меня?

Девушка открыла глаза, с трудом подняв голову.

— Кивни, если слышишь.

Она кивнула.

— Сейчас, постарайся расслабиться. Я знаю, что это тяжело, но ты попытайся сделать это так, как сможешь. И не пугайся. Сейчас на тебя обрушится слабость. Она будет усиливаться, но медленно.

— Что… что?.. — Пыталась что-то спросить девушка.

— Твоя задача — выдержать этот первый удар, а дальше будем открывать ульту. Я подстрахую тебя. Не волнуйся. Все будет хорошо.

На самом деле, я делал это в первый раз. Никогда в жизни мне не приходилось помогать магу открывать ульту. Я даже сам не до конца представлял, как это вообще можно сделать. Плинировал, что если буду регулировать силу нуль-ауры, то не позволю мане Силесты выйти из-под контроля.

Я выдохнул и не спеша активировал нуль-ауру. Ее работа тут же отразилась мурашками по спине.

Все ее каналы просто пылали светом. Пришлось усилить ауру еще. Это помогло, и система ее каналов немного потускнела. Ячейка ульты светилась, но была полупустой. Силеста не смогла проконтролировать свою ману и та уже поступила в мозг. Девушке все же придется восстанавливаться после сегодняшнего дня.

— Твоя ячейка ульты полупуста. А в очаге не хватит маны, — сказал я.

— Что? — Раздался позади меня звук голоса Брока, — откуда ты знаешь?

Я проигнорировал его, сказал Селесте:

— Ты слышишь меня? Слышишь, что я говорю?

Она с трудом закивала.

— Отлично. Медленно вбирай ману, — начал я, — я тебя страхую.

— Я не могу, — заплакала девушка, — у меня нет сил!

— Можешь! Давай!

Она выпрямилась, оставшись на коленях. Лицо Силесты было искажено выражением боли. Она часто задышала, но потом все же смогла успокоить дыхание и глубоко вздохнуть.

— Умница, — сказал я.

Я увидел, как по каналам, что были в руках и ногах, самым близким к воде частям тела, побежали голубые искорки. Они тут же попали в очаг, а тот стал наполняться маной.

В этот момент мне достаточно было держать уровень нуль-ауры таким, чтобы мана не вспыхивала ярким светом, становясь неуправляемой. Сделать это получалось. Нуль-аура работала на сами каналы, затрудняя или ускоряя проход по ним маны. Нужно было быть аккуратным.

Очаг медленно наполнился, и пришло время переливать ману в ячейку.

— Сейчас будет труднее, — сказал я, — будем заполнять ячейку. Обычно это делается интуитивно, но я тебе подскажу, когда следует притормозить или ускориться. Поняла?

— Д-да!

— Ну тогда поехали!

Силеста напряглась. На ее подернутом испариной лбу выступили крупные капли пота. Она сильно зажмурилась.

Я увидел, как ячейка ульты стала медленно наполняться.

Иногда она внезапно вспыхивала. Тогда девушка вскрикивала от боли, а я усиливал ауру, пока свечение не станет более спокойным.

Я и сам почувствовал усталость в определенный момент. Однако просто отбросил мысли о ней и принялся дальше контролировать ауру, следя за тем, как заполняется ячейка.

Потом она залилась спокойным ровным голубым светом. Ячейка была наполнена. Остался последний этап — правильно выпустить ману. Он же самый сложный. При таком тяжелом открытии ульты велика вероятность, что мана бахнет по мозгу. Тогда Силесте понадобится моя помощь иного рода. Уже как Абсолютного нуля.

— Ячейка наполнилась, — сказал я отчетливо, — Силеста, ты меня слышишь?

— Да! В груди… печет…

Я немного усилил ауру

— Так лучше?

— Да… Немного…

— Отлично, — кивнул я, — сейчас все будет зависеть от тебя. Сконцентрируй волю и направь эту магию так, как ты делаешь это с обычными способностями.

— Я боюсь… Вдруг не смогу…

— Сможешь, — я стиснул зубы, — я тебя экранирую. Все будет в порядке. Большая часть пути позади. Когда будешь готова, давай. Выпускай ульту.

Она кратко кивнула. Сжала свои пухлые губы так, что они сильно покраснели, а потом и вовсе прикусила нижнюю до крови. Струйка покатилась по подбородку.

— Если не можешь сделать это быстро, — сказал я, — попробуй замедлить процесс.

Она снова кивнула, а потом глубоко вздохнула. Я увидел, как ячейка засветилась. Сначала свет был мирным, а от очага по всем каналам побежала голубоватая мана. В мозг не поступало больше светящегося вещества, чем в остальное тело. Это был хороший знак.

— Ты сможешь, Силеста, дочь моя! — Крикнул за моей спиной Брок, — я верю в тебя! И в этого человека тоже верю! Он поможет тебе! Действуй и ничего не бойся! Ты в хороших руках!

На его слова она никак не отреагировала, только напряглась сильнее.

А потом что-то сорвалось. Ячейка снова запульсировала. Мана волнами покатилась по всей системе каналов. Тут и там стали проскакивать горящие ярким белым светом участки.

— Притормози, Силеста, — сказал я и усилил ауру еще.

Стоять было уже тяжеловато, и я сел напротив девушки, через речушку.

— Притормози, не торопись! Слышишь?

Большой белый сгусток вырвался из ячейки и тут же заполнил светом все каналы в груди и шее. В мозг хлынула мана. Я увидел, как девушку стала колотить мелкая дрожь.

— Проклятье, — прошипел я, наблюдая, как каналы в мозге наполняются слепящим светом.

Глава 12

Не мешкая, я тут активировал нуль-ауру почти на полную. Выбирать не приходилось. Нельзя дать девушке сойти с ума.

Еще некоторое время мана, что снова ударила ей в голову, горела ярким светом. Из носа девушки побежала капля крови, скатилась на подбородок.

Силеста выглядела так, будто ее вот-вот охватит эпилептический припадок: губы сжаты, глаза зажмурены, веки дрожат.

— Нет, — стиснул я зубы, накручивая ауру, — я тебе не дам свихнуться… Только не в мою смену, — а потом добавил, но уже очень тихо, — не хочу я сегодня быть нулем. Будем считаь, что я взял выходной… А по выходным я не работаю…

Свет в каналах головного мозга все же стал утихать. Волна схлынула, и девушка, которая даже задержала дыхание, когда начался приступ, снова задышала так, будто ей освободили горло от хватки. Ее лицо немного расслабилось.

Я дождался, пока каналы в голове, шее и груди, перестанут мерцать. Было ясно, что происходит. Нуль-аура сильно мешает Силесте использовать ульту. Проходимость каналов снижена. И это палка о двух концах: с одной стороны, аура охраняет ее от внезапных приступов, но с другой, не дает девушке выпустить заклинание наружу.

Проклятье… Патовая ситуация. Из нее нужно было как-то выкручивать.

— Силеста!

Она не отреагировала. Казалось, каждый мускул в теле девушки был чудовищно напряжен.

— Силеста, ответь!

Реакции снова не было.

— Прекрати! — Услышал я голос Брока за спиной, — ты убьешь ее! Убьешь!

Потом захрустели снегом тяжелые шаги Триптицина.

— Не приближайся, — сказал я, не глядя на здоровенного мужика, — ты можешь ей навредить.

— Это ты ей вредишь! — Гневно крикнул он.

Я обернулся, исподлобья взглянул на него, прямо в глаза. Брок замер.

— Я пытаюсь спасти ее, — сказал я тихо, — И это еще можно сделать. Но если ты прервешь процесс, точно потеряешь Силесту. Вмешаешься сейчас — лишишься дочери так или иначе.

Он замер. В глазах на миг блеснула нерешительность. Тогда я отвернулся, сосредоточившись на девушке.

— Силеста, — начал я, — ответь.

Девушка сморщилась от боли, но все же открыла глаза. В них полопались капилляры, белки покраснели. Синее свечение же исчезло.

— Давай дубль два, — сказал я напряженно, — выпусти ульту снова. Теперь все получится.

— Я… не знаю… — хриплым слабым голосом ответила девушка.

— Я знаю! Выпускай и ничего не бойся!

Она закрыла глаза.

Я увидел, как запульсировала ячейка с ультой. Когда волна магии побежала по каналам от очага, я мгновенно выключил ауру.

Хлопнуло. Магический свет заполнил всю пещеру. Я машинально зажмурился и закрыл лицо руками. Воздух будто бы наэлектризовался и запахло озоном. А потом все кончилось так же быстро, как началось.

Когда я открыл глаза, то увидел Силесту. Девушка, тяжело дыша, сидела на коленях у реки. Рядом с ней, переливался в лучах солнца водный элементаль. Созданный из кристально чистой воды, он возвышался почти до самого потолка пещеры. Его синие светящиеся глаза безэмоционально взирали на свою хозяйку.

— Вышло! — Брок упал, когда сотворилось заклинание, а теперь медленно поднимался из снега, — вышло! У тебя получилось, Силеста! Ха! Элементаль! Подумать только!

Я поднялся со своего места, перепрыгнув речку, опустился, чтобы помочь девушке встать. Элементаль тут же рыкнул на меня, поднял водяные руки с длинными заостренными пальцами.

— Ну-ну, — посмотрел я на него, — тише, крепыш, а то ща превращу тебя в дождик.

Элементаль издал странный звук, напоминающий что-то среднее между рыком и бульканьем.

Силеста посмотрела на него и повела рукой. Элементаль замер, а потом нырнул в речушку и расплескался в ней.

— Ты умница, — я поднял Силесту на руки.

— Спасибо… Леша… — с трудом сказала она и уложила голову мне на грудь.

Я же, пожалел, что решил солгать о своём имени.

— Меня зовут Аарон, — улыбнулся я, — Аарон Атрид.

Силеста не ответила.

Перешагнув через речку, я поднес девушку ее отцу. Тот смотрел на меня с благодарностью.

— Кто ты такой? Как ты это сделал? — Глядя на меня удивленно проговорил Брок.

— Это не важно. Главное, она выжила. И удачно открыла ульту, — я передал девушку Триптицину.

— То что ты сделал сейчас, да еще и в одиночку — невероятно, — сглотнул он, — только опытные маги-усилители так могут. Ты маг-усилитель?

— Не совсем, — улыбнулся я, — если ты хочешь отблагодарить меня, то просто не расспрашивай ни о чем.

— Как скажешь, — кивнул он, — но я расскажу о том, что ты не бросил нас с дочерью в трудную минуту моему господину, барону Ордосскому. Ты ведь знаешь его?

— Кто ж не знает дом Ордосских, — пожал я плечами, — далеко не последние люди города.

— Если тебе понадобится помощь или работа, — сказал он, — ты всегда можешь обратиться к моему господину. Я буду за тебя ручаться, Аарон Атрид.

Я не удивился, что он не знал меня. Обычно магические дома не слишком, то вникали в то, что там делают простые дворяне. А мой род считался очень средним по меркам города.

— Благодарю, — улыбнулся я.

— Есть ли у тебя здесь еще какие-нибудь дела?

— Нет.

— Тогда пойдем к машинам вместе.

Когда мы достигли наших авто, Брок спросилЮ не голоден ли я, и не хочу ли перекусить.

— Нет, спасибо, — поклонился я вежливо, — пойми, Брок, что открытие ульты далось Силесте непросто. Ты должен скорее отвести ее в больницу. Нужно проверить мозг на повреждения, и если такие есть, скорее залечить магией.

Поблагодарив меня еще раз, Брок уложил дочь на заднее сидение, а сам уселся за руль. Некоторое время я наблюдал, как их внедорожник отдаляется. А потом уехал и сам.

По пути домой я заехал в одну придорожную кафешку. Действие эликсиров еще не подошло к концу, и я хотел как-то скоротать время, прежде чем вернуться в квартиру. Метрдотель на входе очень удивиться, когда вместо молодого парня в доходный дом заявится здоровенный небритый мужик.

Местечко было так себе, явно не для дворянской особы, но я негордый. Да и, скажем прямо, в этот момент я не слишком походил на дворянина. Растрепанный, в спортивной форме и с голодными глазами.

По крайней мере, блинчики со сгущенкой у них оказались отличные. Жаль, что кофе дрянной, ну да ладно.

Людей было мало. Только какие-то три мужика сидели в дальнем углу зала. Я разместился у окошка.

Кстати, Коржика тоже пустили. Вернее, не возражали, что я посадил дракноноулита за стол.

— Какой миленький! — Удивилась официантка, — можно погладить⁈

— А вы не пахнете бисквитным тестом? — Спросил я.

Официантка удивилась и даже понюхала свои пальцы, потом форму.

— Да вроде не пахну.

— Ну тогда можно!

Правда, потом, когда улит сожрал три блина со сгущенкой, я стал подозревать, что дело было вовсе не в милом внешнем виде моего ручного зверя, а в том, что хитрая официантка решила увеличить чек. Ну, я не возражал.

Думал я в основном о том, что мне поведала Аркана. Если нужно найти наследника Льёда, то как это сделать? А как найти остальных? Она не упомянула. Ну я решил пораскинуть мозгами.

Так. Судя по состоянию башки, Льёд помер не так давно. Меньше суток назад. Значит, наследнику нужно будет время, чтобы добраться до Дольска-на-Альве. Но откуда? Где жили Лёдовы? Если столица империи, что скорее всего, то это двое суток. Ну или три часа на поезде.

В конце концов я решил, что попробую посмотреть в интернете информацию о семье Лёдовых. Может, будут новости. Если бог был довольно влиятельной фигурой в империи, точно что-то найдется. А там уже можно будет выяснить и все остальное.

Я взглянул на часы. Оставалось еще, навскидку, около часа действия элексиров. Вздохнув, я достал из кармана своих карго кварц, что отжал у тех ребятушек.

Не знаю, зачем я таскал с собой этот осколок другого мира? Он был невелик и, вероятно, я забывал его выложить из своих брюк.

Интересно, почему Висп свалил, как только увидел этот камешек? Что могло его напугать? Ну, вообще его могло напугать все что угодно.

— Эй, друг, — услышал я голос, который тут же выдернул меня из раздумий, — разреши поинтересоваться?

Я поднял глаза. Это был один из тех трех мужиков, которых я видел, когда пришел сюда. Троица двигалась к моему столику. Боковым зрением я увидел, как официантка опасливо скрылась из зала. Повар в открытой кухне, тоже куда-то делся.

Первый, невысокий и худощавый носил потертую футболку и черные треники и летнюю кепку-пирожок. Глаза на его некрасивом загорелом лице были неприятно прищурены. В толстых губах он держал покусанную зубочистку.

Его дружки — толстый здоровяк и крепкий молодой белобрысый парень, который как-то не вписывался в их трио, стали немного позади него.

— Что-то я не помню тебя среди моих друзей, — хмыкнул я.

Прищуренный прищурился еще сильнее. Засопел. Потом все втроем переглянулись, и прищуренный спросил снова:

— Откуда у вас этот камешек?

Я ухмыльнулся, а потом спрятал его в карман. Так значит ребята как-то связаны с теми, кого я порешал? Напроситься на драку что ли? Раздам им по шее, может, кто проболтается, чьи те были хлопцы, которые решили меня прибить. Очень уж мне было интересно, кем пополнилась моя коллекция заклятых врагов (половины из которых я не знал в лицо).

— Где взял там уже нету, — пожал я плечами, — а вас че, девочки, — я развалился на диване, свесил руку так, чтоб бицуха выглядела эффектной, — не учили не совать носы не в свои дела?

Они переглянулись снова. А после поступили так, как я совсем не ожидал.

— Извините, мы не хотели лезть не в свое дело, — прищуренный пожал плечами, и вся троица просто вышла наружу.

Вот это да. Так с дракой меня еще не обламывали. Ну да ладно.

Когда я почувствовал, что эффект эликсиров проходит и мое тело медленно начинает меняться, я попросил счет, расплатился, взял Коржика и направился к машине.

— Опа, — улыбнулся я, видя, как за углом, у въезда на парковку, меня ждут не трое, а семеро мужиков, — да вы, девчонки не разочаровали!

— Ты, мразь! — Совсем невежливо сказал прищуренный, — ты хоть знаешь, кому принадлежит то, что ты украл⁈

— Знаю, — пожал я плечами, — оно принадлежит мне. В наследство получил. После смерти одних ублюдков.

— Ты, падла! — Крикнул тот, жирный из кафе, — хватит вы*бываться! Возвращай осколок! Ты даже представить не можешь кто его владелец!

— Я же сказал, что я его владелец. Или у вас другое мнение? — Я ухмыльнулся, — ну готов послушать ваши варианты.

— Он принадлежит… — начал было толстяк.

— Заткнись, Паха, — бросил прищуренный, а потом посмотрел на меня, — у Пахи е*альники получается бить лучше, чем о делах разговаривать.

— Ну, попробуй набить, — рассмеялся я, — ну или просто можете рассказать, кто ваш босс. И тогда, уйдете на своих ногах. Может быть.

— Ладно, ребятки, — прищуренный достал из кармана кастет, — давайте просто его от п*здим и дело с концом.

Вся семерка направилась ко мне. У меня же была единственная проблема: тело начинало менять форму. Нужно было расправиться с ними как можно скорее.

— А знаете что? — Улыбнулся я, когда они были уже близко, и достал осколок, — получайте!

В следующее мгновение я метнул его им под ноги. Блеснуло. Спустя, буквально секунду мы оказались в приглушенном дневном свете грота. Первым делом в нос ударил жуткий запах тухлятины.

— Мля! Какого⁈ — Прищуренный раскрыл глаза на полную и тут же схлопотал от меня в рожу так, что аж хрустнуло. Он не издал ни звука, только завалился назад, вскинув руки.

Я был уже опытный и когда бросал кристалл, то зажмурился. Остальных немедленно ослепило вспышкой перемещения. Вся шестерка замешкалась. Я же закружился вокруг них вихрем.

Первой причиной был как раз мерзкий запах. Хотелось все быстрее закончить. Второй же то, что я уже потерял пятнадцать сантиметров в росте. Щас начну путаться в одежде.

Толстяка, который махал ножом вслепую, я достал вторым. Просто дал по рукам тяжелым ботинком. Нож вылетел куда-то вверх, мужик закричал и выпятил прозревшие глаза на сломанные пальцы. Коротким ударом в шею я сломал ему кадык и тут же занялся другим врагом. Толстяк захрипел, упав на колени.

Двое следующих схлопотали разом. И все потому, что тот парень, что был третьим в кафе, вытянул из за спины ствол. Я тут же легко перехватил его. Прозвучал выстрел. Земля вздыбилась у меня под ногами.

Чувствуя, что сил становится меньше, я перекрутил ствол в его соседа — крепкого, но худого мужика, который летом почему-то ходил в расстегнутом кардигане на голое тело.

Хлопнуло снова. Расстегнутый взвыл, схватившись за простреленную ногу. Кровь вырывалась из раны толчками. Видимо, попали в артерию. Когда хлопнуло в третий раз, у мужика разлетелась челлюсь. Пуля вошла снизу и вылетела в области темени вместе со всем содержимым головы. Мужик завалился назад.

Парень оказался крепким, ну или действия зелий закончились.

— Мля, — выпучил парень глаза, — когда я прямо перед ним уменьшился на десять сантиметров, а щетина пропала, — ты кто⁈

Не ответив, я просто выкрутил ствол и выстрелил ему в голову. Тот упал навзничь.

— Кто стреляет! Парни! Стреляют! — Запоздало заорал кто-то, когда оставшаяся троица присела под пистолетные хлопки.

— А, это я! — Сказал я и направил ствол на ближайшего.

— Кто? Я⁈ — Почему-то спросил он.

Я нажал на спуск, но выстрела не произошло. Кончились патроны. Недолго думая я просто швырнул ствол в того, кто спросил. Пушка огрела его по затылку и тот упал ничком.

Последние, кажется, очухались от яркой вспышки. Один схватил нож. У другого в руках как-то оказалась огромная труба.

— Мля! Ты кто такой? — Выпучил глаза первый, — Ты маг что-ли⁈

— Мл-я-я-я-я-я-я-я — протянул второй, — все мертвые лежат!

— Ну, — сказал я изменившимся, более высоким голосом, — вы еще можете сказать, кто ваш босс. Я даже подумаю вас не убивать.

Эти двое переглянулись. Я увидел, что при слове «босс» страх блеснул в их глазах. А потом оба просто бросились на меня.

Первый ударил трубой. Я легко ушел в сторону и оказался за его спиной. Пнул мужика под колено. Взвизгнув, тот грохнулся на землю.

Второй же замер передо мной, с ножом в руках. Принялся бестолково им размахивать и пучить глаза. Да еще и скалясь при этом.

Я вытянул руку и призвал Уроборос. Мужик замер.

— А у меня больше, — улыбнулся я, а потом метнул нож прямо в него.

Клинок просвистел в пространстве и впился ему в глаз. Тот подпрыгнул, смешно размахивая ногами, и бухнулся на спину.

— Мля… Ты точно маг, — поднялся на четвереньки мужик с трубой.

Я ничего ему не сказал. Просто протянул руку, и мой нож материализовался в ней. Спустя мгновение я вогнал его в шею мужика с трубой.

— Мля! Да ты знаешь! — Принялся подниматься мужик, которого я вырубил пистолетом, — знаешь, кто стоит за нами! Главный тебя распотрошит! Куски будут искать по все империи! Он отомстит за нас!

Мужик носил нараспашку рубашку, прямо поверх майки-алкашки. Он залез куда-то себе за спину и тут же достал мачете. Где он, мля, его прятал⁈

С жутким криком он бросился на меня. Клинок мачете просвистел в воздухе. Я быстро увернулся и тут же вонзил ему Уроборос под ребра. Мужик крякнул, а когда я вытащил нож, он свалился замертво.

— Главный, значит, — я приказал клинку испариться, — ну-ну. Нужно бы ему получше следить за своими ребятками…

Домой я вернулся через пару часов. Нужно было отогнать арендованную машину и собрать свои вещи.

Поднявшись на лифте, я прошел по коридору к своей квартире. Вставил ключ. Повернул. Щелкнул замок. Войдя внутрь, я выдохнул. Бросил сумки у входа и стал стягивать футболку. Одновременно пошел в зал.

— Ну здравствуй, Абсолютный Ноль, — услышал я женский голос.

Когда все же стянул футболку, увидел, что в одном из кресел гостиной сидит девушка в черном обтягивающем костюме.

Глава 13

— Привет, Астарта, — ухмыльнулся я, глядя на ту самую девушку-нуля, что спас на недавнем задании, — как ты сюда попала-то?

— Блинк подбросил, — пожала девушка плечами, — с одной из соседних крыш.

— Надеюсь, он не прячется где-нибудь здесь? — Я вопросительно приподнял бровь, — ты-то ладно — девочка. Но чужих мужиков я дома не привык терпеть.

— Да не, — она хохотнула, — Блинк телепортировался обратно на крышу. Ждет меня там.

— Как твое здоровье? Я вижу, ты быстро восстановилась после боя в Зеленом Осколке.

— Спасибо Марине, — ответила Астарта, — она быстро подлатала меня магией. Но, по правде сказать, я больше надышалась дымом. Хотя, — девушка опустила глаза, — если бы ты не рискнул собой и не защитил меня от наследника Патрицина, я бы…

— Стала шашлычком, — хмыкнул я.

— Предпочитаю быть шашлычком при других обстоятельствах, — прикусила она пухлые губки.

Астарта Велесова — блондинка-ноль выглядела очень привлекательно. Белые длинные волосы девушка обычно носила заплетенные в тугую косу или хвост. Невысокая и очень фигуристая, она, тем не менее, была быстрым и ловким бойцом.

Черный тактический костюм девушки подчеркивал ее мышцы: крепкие бедра, икры и отчетливую выпуклость пресса на подтянутом животике.

Ее полный бюст привлекательно натягивал костюм на груди. По моим прикидкам, у Астарты был не меньше, чем третий размер. Крепкая и упругая, ее грудь была чудесна на ощупь. Как-то мне довелось выносить Астарту в бессознательном состоянии из одного осколка, ну и пришлось потрогать грудь. Уверяю, обойтись без этого было невозможно.

Астарта была довольно слабым нулем и всегда работала либо в группе ликвидации, либо с другими нулями. Это очень мучило амбициозную девушку.

Все же ее сестра из рода Велесовых — Агата, была талантливым магом и легко открыла свою ульту в семнадцать лет. Астарта же, на ее фоне чувствовала себя слабым звеном рода. Ну и пыталась доказать всем, что она не пустое место.

Девушка вела себя безрассудно и постоянно лезла на рожон. Мне уже трижды приходилось вытаскивать ее из трудных ситуаций, но Астарта не унималась.

А еще она была давно и безнадежно влюблена в меня. Проболталась как-то раз, когда лежала в бреду после особо сильного ранения. Правда, после этого, когда я не ответил взаимностью, она никогда больше не заговаривала о своих чувствах. И никак их не проявляла. Так, только флиртовала время от времени. Астарта была гордой.

Почему я не отвечал ей взаимностью? Она же аристократ. Да еще и из магического рода. Наша явная связь — очевидный морганатический брак. Неравный то есть. Все же ее отец был магом в титуле герцога и никогда не пошел бы на такой шаг. Я уверен, она согласилась бы и на тайные свидания со мной. Ей было достаточно просто моего внимания, но я знаю, что девушка страдала бы из-за этого. Я не хотел ее страданий.

— Колу будешь? — Я подошел к холодильнику, что стоял в зоне кухни и взял оттуда банку, — без сахара.

— Она ж на вкус как мыло, — скривилась Астарта.

— А мне нравится. Ну как хочешь!

— Не-не. Ладно, давай.

Я взял лишнюю банку и бросил девушке. Та ловко поймала ее отточенным движением. С шипением вскрыла.

— Непривычно видеть тебя в таком виде. Тебе говорили, что помолодевшим тебе идет больше?

— Я привык к широким плечам и щетине, — хохотнул я.

— Щетина… бе… — показала остренький язычок Астарта, — без нее лучше.

— А тебе лучше без лифчика, — улыбнулся я, — но жизнь несправедлива.

— Жизнь справедливее, чем ты думаешь, — приподняла она бровь, — я не ношу лифчики под тактический костюм нуля.

— Ну что. Тогда это в корне меняет дело. И я даже спрошу тебя, зачем ты пришла ко мне домой. Как нашла, спрашивать не буду. Я знаю, что гильдия приглядывает за мной.

— И довольно пристально.

— Эт пока я ей разрешаю.

Она не ответила, только загадочно улыбнулась, и немного жадно посмотрела на меня, потом все же заговорила:

— Важное задание. Вальфстраттон поручила мне доставить информацию о нем напрямую тебе, в обход Терановы. Что, кстати, между ними случилось?

— Вальфстраттон не доверяет ему. Я тоже, — пожал я плечами.

— Хм, — она поджала губы, задумчиво опустила взгляд, — я бы хотела…

— Он направил тебя на заведомо невыполнимое задание. В одиночку. Без поддержки других нулей.

— Что ты хочешь сказать, — нахмурилась она, — что я бы не справилась? Сомневаешься во мне?

— Нет, — начал я ровным тоном, — Патрицин был силен. Мало кто из нулей справился бы в одиночку. Тут дело не в тебе, а в Арчере Теранове. Он уже давно пытается усидеть на двух стульях. Быть «и нашим, и вашим». Руководит гильдией нулей и в то же время старается построить политическую карьеру. Общается с сильными города. И что-то мне подсказывает, что он попал от них в зависимость.

— Ты говоришь о Патрицине?

— Да.

— Хм, — она задумчиво выдохнула, — ну. Это многое объясняет. Можно быть либо на стороне гильдии, либо на стороне аристократов, которые ненавидят, когда нули крутятся рядом с их драгоценными детишками и близкими родственниками. Кстати, наше задание как раз об этом.

— Наше задание? — Я приподнял бровь.

— Да. Там участвуют несколько нулей. И причем тайно. Никто не должен узнать, что мы будем в группе студентов.

— Отлично, — я хохотнул, — что там империя уготовила нам на этот раз?

— Осколок Горячие Болота, что располагается в семи километрах от границ города, — начала Астарта.

— Считается самым сильным вместилищем маны земли в южной части страны. Только на севере есть места сильнее.

— И дом Хормос, один из влиятельнейших домов империи, прибудет сюда, на юг, чтобы обеспечить младшему сыну семьи благоприятные условия для открытия ульты. У него прекрасное воспитание, отличная подготовка. Но и сила там сокрыта недюжинная. Прямо-таки чудовищная, насколько я могу судить по информации, что передала мне Вальфстраттен.

— Кинь мне инфу. Я почитаю.

— Могу только дать флешку. По интернету запретили передавать, — пожала плечами Астарта, — и да. Отключи комп от паутины, когда будешь просматривать ее. Секретность тут на высочайшем уровне.

— Ага. Я понял, — догадался я, — император хочет, чтобы несколько нулей тайно находились возле младшего Хормоса, и в случае чего могли прикончить его.

— Император опасается повторения кое-чего, — понизила голос девушка, — событий, что произошли не так давно.

Я, стоявший все это время опершись о кухонную столешницу, приблизился к Астарте и сел на диван рядом.

— Мда, — я отпил колы, — у дома Римских сейчас довольно шаткое положение. Трое детей, а сильнейшая — семнадцатилетняя дочь лишь с пятью ячейками и гарантированными проблемами с открытием ульты.

— Да, — серьезно подтвердила девушка, — самому императору повезло с одиннадцатью. Но, кажется, мана немилосердна к его детям. И многие думают, что это ослабляет империю. Что императору с таким слабым наследием не место на троне, — Астарта тоже отпила колы и скривилась, — бе… как ты пьешь это мыло?

— Ты имеешь в виду печально известный дом Басилевсовых?

Это случилось пять лет назад, когда выяснилось, что у всех мужских отпрысков императорской семьи лишь по три ячейки, а сильнейшая из них — дочь.

Некоторые сильные дома империи восприняли это как слабость правящей династии. Но Басилевсовы восприняли это еще и как сигнал к действию. И самое главное — они использовали безумие молодых магов, как инструмент, чтобы уничтожить императорский род. Тогда попытка переворота была устранена.

Во время праздника по случаю двенадцатилетние Анастасии Римской — дочери императора Адаманта Римского, на балу случился вопиющий инцидент. Несколько молодых магов, что были под вассальной присягой Басилевсовых и их союзников, разом сошли с ума и напали на императорскую семью.

Благо их успели остановить. На балу тайно присутствовали нули, да и император сам встал на защиту своего рода. Тогда все спятившие маги погибли.

А дальше был большой суд, на котором Басилевовых и их вассалов приговорили к смерти или каторге в самых суровых осколках, на теле империи.

Сор из избы выносить не стали. В прессе объявили, что это было обычное покушение террористов-нигилистов, что волнуют народ и стоят против монархии. Басилевсовы якобы их просто поддерживали. Если бы всюду всплыло, что заговор устроили магические дворянские дома, это сильно пошатнуло бы веру в мощь императорской семьи. Однако гильдия нулей и влиятельнейшие дома империи знали правду.

Но было одно занятное обстоятельство. Ни суд, не эксперты, не смогли выявить, каким образом заговорщики обеспечили такую синхронность потери рассудка у спятивших магов. Семеро молодых людей поехали крышей разом и действовали очень организованно. Как это произошло, осталось загадкой до сих пор.

— Угу, — кивнула она, — а дом Хормосов был, вроде как, одним из союзников Басилевсовых. Конечно, граф Хормос сейчас все отрицает, но тогда многие знали, что у них с мятежниками теплые отношения.

— И император переживает, — задумался я, — что Хормосы что-то готовят против него. Что их поездка на юг — это часть заговора? Но это бред. Император в столице, а Хормосы будут здесь, на юге, в Дольске-на-Альве.

— И тут мы переходим к еще одной новости. Эта прям повышенной секретности.

Девушка расстегнула свой закрытый под самое горло костюм так, что показалась захватывающая дух зона декольте. Я решил, что у Астарты не тройка, а даже тройка с половиной.

Девушка сунула руку под костюм и достала мятую бумажку.

— Надо, чтобы ты сжег это, как только прочтешь.

— Ты всегда носишь так секретные письма? — Улыбнулся я.

— Время от времени, — Астарта скривила пухленькие губки в милой улыбке.

Я развернул бумажку и прочел надпись: «Император приедет в Дольск-на-Альве инкогнито. Цель визита — похороны близкого друга.»

Не сказав ни слова, совершенно с каменным лицом я смял бумажку.

— Коржик! — Крикнул я.

Драконоулит, что залез в свой аквариум, когда я вернулся домой, выглянул оттуда. Посмотрел на меня сапфировыми глазами.

— Дракарис! — Крикнул я и бросил в улита бумажкой.

Коржик не растерялся и плюнул в нее струйкой пламени. Бумага превратилась в пепел прямо в полете.

— Ого! — Захлопала в ладоши Астарта, — это ж из сериала Пристольные Войны!

— Ага. Я два месяца учил его этому. Думал, Коржик упрямее, чем я, и ничего не получится. Но нет, — я засмеялся, — меня он пока не переплюнул, и, как видишь, выучил команду. Так, — я посмотрел на девушку, — значит, наша задача будет тайно сопровождать наследника дома Хормосов в осколке.

— Под видом простолюдинов-провожатых. Да. Нулей будет несколько. Кто конкретно пойдет, я не знаю. Но, вроде как, будут и очень сильные ребята, не из наших.

— Когда?

— Скоро. Информация поступит чуть позже.

Вот это веселуха. Значит, император собрался на юг. А мой старый знакомый Льёд его хороший друг, значит. Кого ж еще может приехать хоронить император? Это не может быть совпадением.

Ради Льёда, хозяин Росморской земли решился на тайную поездку. Ох, не хотелось бы мне, чтобы император оказался реинкарнацией одного из Чужих Богов. Хотя Адамант Римский, вроде нормальный дядька.

Ну тут ладно. Возникает другой вопрос: что если миссия нулей и похороны будут намечены на одно и то же время? Не придется ли мне быть в двух местах разом?

— Знаешь, — Астарта окинула взглядом кухню-гостиную моей большой квартиры, — тебе явно нужна женская рука в этом месте.

— Женская рука? — Я вопросительно приподнял бровь, тоже окинул квартиру.

Всюду было довольно чисто и опрятно: посуда на своих местах, никакой разбросанной одежды и мусора.

— Думаешь?

— Да, — улыбнулась она, — у тебя тут как-то пусто и безлико. Совершенно неуютно. Хотя, чтобы водить любовниц — самое оно.

— Я не знаю, — я засмеялся и пожал плечами, — возможно, если в следующий раз приведу любовницу, то спрошу ее о том, подходит ли квартира для секса с ней.

— Ты неисправим, — немного грустно сказала Астарта.

— Так лучше, — немного грустно ответил я.

Некоторое время мы помолчали.

— Ладно. Я пойду, — девушка встала, — отставила банку с колой без сахара на журнальный столик, — тебе нужна женщина, как минимум для того, — сказала она при этом, — чтобы выкинуть всю эту дрянь из холодильника.

— Любой женщиной, кем бы она ни была: нулем или простолюдинкой с ресепшена гостиницы, придется смириться с некоторыми моими причудами.

— Хм, — только и сказала Астарта, а потом тронула рацию в ухе и проговорила, — забирай меня Блинк!

Внезапно, спустя буквально пару секунд, в квартире хлопнуло вспышкой телепортации. Ярко блеснуло синим. Посреди комнаты оказался Блинк — один из магов, что работал в группе зачистки.

Невысокий коротко стриженный молодой мужчина, одетый в штатское, был весь потный. Белая футболка на нем покрылась мокрыми пятнами.

Блинк — это лишь позывной. Парень носил имя Корво Блинковский. Ему было девятнадцать, но благодаря своим уникальным третьей способности и ульте, он служил в отряде ликвидации нулей с шестнадцати лет. Будучи в свои девятнадцать старшим сержантом, он даже знал некоторых нулей. А еще Блинк был простолюдином и жил в казармах гильдии. А главное — он знал меня.

— Здравствуйте, господин Атрид, — Блинк стер пот со лба.

— Привет. Что, жарковато? — Спросил я.

— Да, он утер лицо футболкой, — особенно на крыше многоэтажки, где ни одного тенечка нет!

— Будешь? — Протянул я ему колу, что не допила Астарта.

— О! Спасибо! — Он тут же допил все залпом, а потом проговорил: — фу… Без сахара, что ли? Как вы ее пьете?

— А, тем не менее, ты выдул банку до дна, — ухмыльнулся я.

Блинк заглянул в банку, вытрусил в рот оставшиеся капли и поставил ее на стол.

— Ладно, погнали, Блинк, — приблизилась к нему Астарта и прямо-таки прижалась, — ну? Что ты как девственник? — Сказала она покрасневшему, то ли от жары, то ли от смущения Блинку, — обними меня крепче! И прижми к себе, — Астарта хитро посмотрела на меня, — а то при телепортации меня укачивает.

— Х-хорошо, госпожа.

— Бывайте, — попрощался я.

— До свидания господин.

— Не скучай тут один, — ухмыльнулась Астарта, а потом хлопнуло.

Они исчезли в телепортационной вспышке.

* * *

— Ваши люди нашли их? — Спросили Теранова, — надеюсь, все хорошо? Я постарался скрыть пакет как можно надежнее.

Он снова был на складе фармфирмы Патрицина, правда, уже совершенно на другом. Однако, в этот раз все произошло так же, как и в первый.

Точно так же Теранова въехал во двор на арендованном стареньком седане. Точно так же распахнулись ворота склада. Тот же странный молчаливый мужчина вышел наружу и передал Арчеру телефон. Теранова так же связался с князем Ивором видеосвязью.

— Ты молодец, Арчер, — показал Ивор в кадр пустой пузырек от эликсира, — как ты умудрился достать его?

— Когда мы вызывали Асболютного на прошлое задание, то очень торопились. Он тоже спешил и оставил пустые флакончики в личной раздевалке. Туда было сложно попасть, очень. Но мои люди смогли.

— Умничка, Теранова, — улыбнулся Патрицин, — мои учёные уже проанализировали их. В некоторые достаточно следов эликсиров, чтобы воспроизвести их. Я тебе скажу, что ваш Абсолютный Ноль — золотая жила для фармакологии. Откуда у него такие знания?

— Я не знаю, — выдохнул Теранова, — империи важнее его способности нуля, чем эликсиры. А Атрид — упертый, как баран. С ним не смогли договориться о передаче рецептов государству. Однако, я думаю, попытки скоро возобновят

— А я думаю, — ухмыльнулся Патрицин, — в этом уже не будет нужды. Я сам выведу формулы. Ну что ж. Ты многое рассказал мне о нем. И даже сделал кое-что полезное.

— Когда вы удалите фотографии и представите доказательства, что у вас нет копий? — Спросил Теранова в лоб.

— Скоро. Очень скоро. Но сначала, дорогой, Теранова, ты добудешь мне информацию обо всех миссиях нулей, что запланированы на ближайшее время.

— У нулей не бывает запланированных миссий. Гильдия реагирует на ЧП по факту.

— Только не надо мне лгать, Арчер, — нахмурился князь Патрицин, — еще одна такая ложь, и я вовсе передумаю тебе что-то отдавать.

Теранова не ответил.

— Ты меня понял? Узнай обо всех планирующихся миссиях. Мне плевать, как ты добудешь информацию. Главное — добудь.

Теранова промолчал и сейчас.

— Не заставляй меня повторять вопрос, начальник гильдии нулей.

— Понял. Я все понял, князь.

* * *

Привет, читатель! Рад, что ты сюда добрался! Нравится книга? Если да, прошу тебя поставить лайк, а может даже написать комментарий! Все это мотивирует меня писать больше, быстрее и лучше!) Спасибо!

Глава 14

Весь оставшийся вечер я провел за компьютером. Пытался найти хоть какие-то зацепки о том, когда семейство Лёдовых прибудет в город. Никакой информации в сети не было. Кажется, дом совсем не хотел привлекать лишнее внимание.

Может быть и так, что Лёдовы понимают суть происходящего. Знают, что сын Чужого бога — моя цель. А может, у них совершенно другие причины. В любом случае я нарыл только немного инфы о том, где будут проходить похороны.

В Дольске-на-Альве было несколько кладбищ. Два из них были дворянскими, а еще несколько для простолюдинов и немагической аристократии. Дольск очень крупный город. Да и в округе довольно много опасных осколков. Люди умирают здесь часто.

Так вот. На первом дворянском кладбище хоронили преимущественно аристократов, что проходили военную службу. Другое же отводилось под упокой гражданских чиновников и бизнесменов. Предки тушки, в которой переродился, Льёд были имперскими офицерами. Это я узнал в оцифровках из Большой Книги Дворянских Родов, которую можно было легко найти в интернете. Мой путь лежал на первое кладбище. Оставалось понять лишь одно: когда?

Следующим днем я отправился на кладбище, чтобы посмотреть, не проходят ли там похороны. Однако оно стояло пустым. Я даже заглянул на гражданское кладбище, чтобы убедиться, не ошибся ли я. Но и оно тоже пустовало.

— Что ж. Ладно, — рассуждал я, когда сидел дома вечером, — Придется действовать другим путем.

В руках я вертел кристалл, что достался мне от людей Главного. С Главным — одним из авторитетнейших криминальных боссов города я был знаком давно. Правда, мы виделись всего пару раз и перебрасывались только парой слов. В целом, он относился к нулям нормально. Нейтрально, я б сказал.

Однако, у него были некоторые возможности, которые очень даже могут помочь мне в моем деле. Главный собрал под собой почти всю мелкую шпану города. Нет, под ним ходили и серьезные люди. Однако он по праву считался покровителем абсолютного большинства гопников в Дольске-на-Альве.

И, какая удача, у меня появился повод заглянуть к нему в гости.

— Спрошу, — сказал я вслух, вертя в пальцах осколок, — как это он прошляпил, что его люди напали на целого нуля.

Ладно. Они, конечно, не знали, что я ноль. Но откуда у гребаных вышибал взялся осколок? Главный не настолько глуп, чтобы доверять его каким-то уличным обрыганам. И, мне кажется, ему самому будет интересно разобраться в чем тут дело.

Тогда я решил зайти в свой Сад. Было забавно, что при этом я использовал осколок Главного, в котором уже мы с Коржиком открыли проход в мое тайное убежище.

Минусом было только то, что в гроте осколка воняло тухлятиной. Изрядное количество ребят уже кормили там местные цветочки своими тушками.

В Саду была ночь, и я запустил небольшой генератор, чтобы обеспечить свою кустарную лабораторию алхимии светом. Потом принялся пополнять запасы эликсиров.

Когда пересчитал все пустые сосуды, в которые я их разливал, увидел, что отсутствуют две склянки. Одна из-под эликсира взросления, в другой хранилось зелье силы.

— Вот проклятье, — чертыхнулся я, осматривая свой рабочий стол алхимика.

Потом пошарился по ящикам и в сундуке. Их нигде не было. Не так много времени мне понадобилось, чтобы вспомнить, куда я их задевал.

Во время прошлого задания, когда я сражался с наследником князя Патрицина, я оставил бутыльки в своей раздевалке, в гильдии нулей. Да, у меня была собственная раздевалка. Небольшое личное пространство, ключ от которого хранился лично у меня. Существовал, конечно, еще один, у Георгины Вольфстраттен. Однако она могла воспользоваться им только в чрезвычайной ситуации и с санкции имперской канцелярии нулей.

Так что я не особо переживал о флаконах. Если на них и остались следы эликсиров, вряд ли кто-то узнает, что я вообще их там оставил. А если и узнает, вряд ли сможет получить доступ.

Тем не менее, я поругал себя за забывчивость и торопливость.

Итак, у меня оставался запас основных эликсиров, которые я использовал постоянно: эликсир взросления, эликсир силы, эликсир скорости. У всех них не было, как таковых, названий и я просто выдумывал их сам. Так проще и быстрее было вести учет.

Скажем, эликсир взросления я называл «пубертатом». Почему? Да просто самые первые варианты, которые я готовил, были так себе, из-за того, что навыки тонкой работы с оборудованием в этом теле у меня отсутствовали. Ну и у эликсира появился дурацкий побочный эффект — меня обсыпало прыщами. Благо под грозной маской нуля этого никто не видел. Со временем и опытом, я избавился от побочки, а название прижилось.

Эликсир силы я называл «крепышом». Он не только предавал силы, но и кратковременно делал мое тело более устойчивым к урону.

Зелье скорости звалось у меня «живчиком». Оно действовало на нервную систему и выводило рефлексы на чудовищный уровень. Вот только без крепыша употреблять его было опасно. Махнешь рукой слишком быстро и связки оторвутся от костей. Просто не выдержат нагрузки.

Были у меня в арсенале и другие зелья: невидимости, против интоксикации, маносодержащие и расслабляющие те или иные системы организма.

Как я уже сказал, алхимия — только зарождающаяся наука в этом мире. Какие-то поползновения местные ученые делают, но пока без особых результатов. Я же хранил свои знания в секрете. Нет, я собирался когда-нибудь заняться алхимическим бизнесом, и снабжать империю зельями по госконтрактам. Но это скорее планы на будущее. Хоть и на не очень отдаленное.

Алхимия основывалась на разных видах маны. Разные растения и животные, что водились в осколках, впитывали в себя со временем ту или иную ману.

В моем прошлом мире каждое живое существо изменилось, когда появилась мана. В той или иной степени почти все животные так или иначе, владели магией. На моей старой родине магия — это не тот куцый и ограниченный огрызок, что получили люди в этом мире.

В прошлой жизни у меня был кот по имени Ершик. Почему Ершик? Потому что под воздействием его собственной магии, у него шерсть топорщилась и становилась жесткой. Ершик умел предсказывать будущее.

Так вот, про алхимию. В каждом растении и животном сохранялась крупица магии. То есть живые существа моего мира ей просто фонят. Как бы наэлектризовываются при жизни.

И комбинируя эти ингредиенты особым образом, можно добиться особых же эффектов. Ну я и добивался.

Из Сада я вышел с запасом нужных мне зелий. Собрав в сумку форму нуля, я направился на улицу.

Вечер был прохладным и приятным. И хотя август жег как надо, к девяти часам городской камень успевал остыть и становилось вполне себе свежо.

Еще в квартире я вызвал такси. Когда водитель прибыл, я указал ему, куда ехать:

— В район имени графа Ермолова, пожалуйста, — сказал я, с заднего сидения.

Реакция водителя была именно такой, какой я и ожидал: в зеркале заднего вида блеснули его глаза. Они имели обеспокоенное выражения.

— Да не бойся ты. Можешь остановить где-нибудь поближе, не углубляться в район.

— Спасибо, господин, — вы же знаете, что сейчас…

— Знаю-знаю. Бандитские разборки. Ночью лучше туда не лезть.

— Я не знаю, зачем вам туда ехать, — водитель все же тронулся с места, — но берегите себя, господин. Там очень-очень неспокойно. Один из наших повез очень подозрительных людей на прошлой неделе. Тоже ночью. И попал в перестрелку. Оказалось, что эти люди были из банды Волка Саливана. А завалили их люди Глваного. И куда только смотрят власти?

Власти, как всегда, пытаются уладить все бескровно. Никто не хочет проводить в районе полицейскую операцию. Дорого, затратно и точно будут жертвы.

Маги-аристократы туда даже не сунутся. Они только морщат нос при одном только упоминании Главного или Волка. И зря. Потому что и первый, и второй авторитет мало-помалу пускали свои корни в административные органы города и налаживают связи с местными бизнесменами.

Попав в Ермоловский промышленный район, я планировал пересесть на другую, местную машину. Да-да. Здесь, и у Волка, и У Главного, были свои таксопарка.

В районе жило много людей. Все же он был промышленным. Работягам из простолюдинов и мелких дворян нужно было как-то добираться на работу.

И стоит отдать честь, у таки Главного было даже собственное мобильное приложение для вызова машины. Кустарное, конечно, но уже что-то. Да и ездить на местных машинах было почти безопасно.

У конкурентов из крупных перевозчиков точно возникнут проблемы. А Главный и Волк вполне себе удачно делили скромный рынок такси в своем районе. И их водители даже относительно редко вступали в перестрелки друг с другом. Красота!

В общем, так я и поступил. Отпустил своего таксиста на границе Ермоловского, а дальше вызвал такси Главного. Доехав до укромного места — небольшой придорожной гостиницы, я снял номер. Там, выпил эликсиры и переоделся в форму нуля.

Покидать комнату пришлось через окно ну и двигать на своих двоих по сумеречным, плохо освещенным улицам Ермоловского. Благо бар 'Последняя Капля находился совсем недалеко.

— Не толпись! Че надо⁈ Бар переполнен сегодня! Хера тут торчать⁈ — Орал толстый, но молодой вышибала, стоящий под цветастой неоновой вывеской «Последняя Капля».

— Да мы так, в уголке постоим! — Сказал очень худой и грязный мужик, лет шестидесяти. Седые, отросшие на затылке волосы, обрамляли бледную лысину и висели сальными сосульками.

Его дружки, которые не уступали деду по грязноте, принялись вразнобой ему поддакивать.

— Нет места, говорю! Че неясно⁈

Я видел и даже слышал их перепалку издали, когда из тени приближался к большому питейному заведению.

Последняя Капля расположилась на перекрестке двух главных дорог района и по ночам всегда была полна. Бедные рабочие стремились сюда, чтобы напиться и немного скрасить свои серые будни, наполненные тяжелой работой.

А еще в баре был цокольный этаж, где, обычно размещались гости посолиднее. Там было подпольное казино Главного. И почти каждую ночь он и сам находился здесь. Следил за порядком собственной персоной. А может, ему просто нравилась вся эта атмосфера. Черт его знает.

— Мог бы и пропустить этих добрых людей, — приблизился я, — не думаю, что они набедокурят.

Старики с настоящей благодарностью посмотрели на меня. Вышибала злобно прищурился.

— А ты кто такой? Маску нацепил. У нас тут маскарадов не проходит!

Эти люди жили совершенно в другом мире. Общество аристократов настолько отличалось от местного, что здесь и не слышали о нулях. Вернее, слышали, но слово «ноль» для них звучало примерно так же, как «зебра». Понятно, что нули и зебры существуют, но какая разница, если ты никогда в жизни с ними не встретишься? Вот так и думало большинство местных. Хотя толстяку и старикам сегодня ночью повезло.

— Мне нужно к Главному, — сказал я низким холодным голосом, — пропусти.

— Нет тут никаких главных! — Пузатый охранник подбоченился, — проваливай, красномордый.

— Че тут творится? — Вышел еще один вышибала.

Крепкий и высокий мужик в черной майке и джинсах выглядел суровым и бывалым. А самое главное, в его взгляде читался какой-никакой интеллект. Я сразу понял, что этот мужик у них старший по охране.

Мне не пришлось ничего говорить. Старший тут же понял кто я и побледнел, принялся орать на толстого:

— Ты че, Сема, совсем долбо*б⁈ Знаешь, кто это⁈

— Кто? — Выпучил мелкие глазки Сема.

Я скрестил руки на груди. Грязные старички испуганно посмотрели на меня и даже попятились в разные стороны.

— Это же ноль! Не видишь⁈ Униформа⁈ Маска красная⁈

— Ну… Э… А… — толстяк состроил мину настоящего идиота, — а! Это такие мусора, что ловят магов, да?

Здоровяк очень звонко шлёпнул себя по лбу, гневно засопел.

— Ну и долбо*б. Книжки, мля, иногда читай! А ну, убери пузо свое! Пройду!

Он с трудом протиснулся через неширокий вход, встал передо мной.

— Здравствуйте, господин, — сказал он мягче, — чем имеем такую честь, что вы решили… эм… нас проведать?

— Мне нужно поговорить с Главным.

Старший нахмурился.

— Я знаю, что у вас тут есть маги. В свите Главного. Но я не за ними. Я охочусь только на тех, кто сошел с ума.

— А! — Расплылся в улыбке жирный, — у нас был один такой! Звали Ванька Золотой. Так Главный его…

— Заткнись, *блан, — ткнул его локтем в пузо старший. Жирный осёкся.

— Понимаете, что если я вас пущу просто так, то меня уволят. А увольняют у нас… эх…

— Тогда сначала спроси разрешения, — ответил я, — твой начальник не оставит мой визит без внимания.

— Хорошо, — он кивнул и было обернулся, чтобы зайти внутрь.

— И предупреди Главного, — продолжил я, — что если я не пройду через вас, как все, то попаду в его кабак своими силами.

Жирный непонимающе раскрыл рот. Старший обернулся и посмотрел на меня обеспокоенно.

— Хорошо, господин, — сказал он и тут же исчез в дверях.

Вернулся старший довольно быстро. Минут через пять.

— Прошу, проходите, — оттолкнул он жирного с дороги.

Я принялся подниматься по невысоким ступеням, когда поравнялся с толстяком, то тут же саданул его в живот, кратким и быстрым ударом. Надо сказать, что я не вкладывал в удар много сил.

Вышибала, согнулся и просто рухнул со ступеней в сторону.

— За красномордого, — посмотрел я на корчащегося на земле жирдяя. Потом перевел взгляд на старшего.

— Справедливо, — кивнул тот, — А ты, Сема, следи за базаром!

Жирный прохрипел в ответ что-то невнятное.

Внутри было накурено и играла какая-то безвкусная музыка. Людей было достаточно много, но не битком. Всюду слышался мужицкий смех и хохот девиц легкого поведения.

На барной стойке, среди тех, кто еще мог держаться на ногах, были и проигравшие битву со стаканом. Они просто лежали на столешнице.

В дальнем углу пятеро работяг играли в карты на деньги. Один из них громко засмеялся. Видимо, победил.

Да. Этот мир сильно отличался от мира аристократов. Возможно, так же сильно как осколки моего родного от Земли.

Старший отвел меня вглубь кабака, там, в конце длинного коридора была лестница вниз. По ней мы и спустились на дно этого мира.

Полутемное большое помещение было столь же прокурено, что и бар сверху. Меня тут же встретили злые взгляды местных «серьезных людей».

Тут тоже звучал смех, но в основном женский. Уважаемые мужчины вели беседы о деньгах игре и «деле», сидя за покерными столами и рулеткой.

Те, кто победнее пытали удачу у стены, где в строй стояли игровые автоматы.

Мы пересекли игровой зал и зашли в ложе, отделенное от остального пространства красным плотным пологом.

Внутри, за большим столом с едой и выпивкой сидели на широком диване несколько мужчин. Всюду стояли суровые люди в относительно приличных костюмах. Все здесь явно носили оружие. И все они зло смотрели на меня.

Главного я узнал сразу. Это был высокий, но худощавый мужчина немного за сорок. Черные с проседью волосы он носил зачесанными назад. Хищное, похожее на птичье лицо, украшал большой шрам, что тянулся от губы, через глаз и бровь. Одетый в бордовый жилет на белую рубашку с подкатанными рукавами, он держал стакан со спиртным. И на удивление беззлобно, но внимательно смотрел на меня.

— Привет, Главный, — нарушил я тишину, — скучновато тут у вас, — я повел взглядом по комнате.

Все вокруг посмотрели еще злобнее. Им явно не нравилось, как я обратился к главарю банды. Глаза Главного же не изменили выражения.

— Ноль. Если я не ошибаюсь, Абсолютный.

— Не ошибаешься.

— Что ж, здравствуй. Давно не виделись, — он улыбнулся, и помедлив продолжил, — меня разбирает любопытство. Прямо-таки гложет, почему ты, имперский охотник на спятивших магов, решил наведаться в мою скромную обитель.

— Мы с тобой испытываем сходные чувства любопытства. Потому что я тоже хочу кое-что узнать.

— Вот как, — он сжал тонкие губы, — в первый раз в жизни ко мне приходит настоящий ноль, да еще хочет с меня что-то спросить. Вот скажите, — Главный встал, развел руки, — видел ли кто-нибудь из вас настоящего живого нуля?

Никто не ответил. В комнате воцарилось молчание.

— Когда я спрашиваю, — зловеще начал Главный, — то нужно отвечать.

Окружающие его люди быстро отрицательно закачали головами и стали отнекиваться, мол нет, не видели. Остались молчать только мужчины, сидящие за столом. Видимо, это были какие-то «деловые партнеры» Главного.

— Ну тогда наслаждайтесь моментом, — сказал я, повысив голос, — перед вами правда настоящий ноль.

— Так зачем же ты пришел, Абсолютный Ноль? Ведь шанс, что бизнесмен встретит нуля на своем пути, — он ухмыльнулся, — близится к нулю.

Я тоже ухмыльнулся, но мое лицо скрывала красная маска. Тогда я просто расстегнул карго карман на тактических брюках и извлек оттуда кристалл с осколком.

— Мля! — Заорал внезапно один из людей Главного, — пропавший кристалл! Он его взял!

Немедленно, все вокруг повскидывали пистолеты. Защелкали курки. Какой-то бородатый карлик даже умудрился достать из-за спины целый автомат.

— Я очень не люблю, — начал Главный и я увидел, как его глаза засветились красным, — когда мои вещи берут без спроса.

Глава 15

— В таком случае, — ответил я, — тебе нужно тщательно проверить твои собственные кадры, Главный.

— Обязательно это сделаю, — ответил он, — накажу того, кто прошляпил мой осколок.

— Накажи того, — продолжил я холодным тоном, — кто его у тебя украл. А это был кто-то из твоих собственных людей.

Почему я сделал такой вывод? Да очень просто. На эту мысль меня натолкнула реакция самого Главного. Он сказал, что его камень пропал. Что его кто-то прошляпил. А это значит, он и сам не знал, куда осколок делся. И точно не отдавал его своим гопникам.

Мда, не так уж и здорово быть королем всей шпаны в городе. С одной стороны, у тебя везде глаза и уши, а с другой, если ты ослабишь собственное внимание, шпана немедленно попытается оторвать у тебя какой-нибудь маленький кусочек. Готов поспорить, те гопники поступили именно так. Как-то умудрились заполучить осколок, который принадлежал Главному.

Вот только я не думаю, что у простых гопников получилось бы такое провернуть без помощи близких к Главному бандосов, рангом повыше. Этот случай показал мне, что в его банде не все так гладко, как он хочет это преподнести.

И тут вставал более обширный вопрос: откуда у самого Главного взялся осколок? Такую вещь совсем не просто заполучить. Не просто заполучить даже человеку, обличенному некоторой властью.

— Откуда он у тебя, Ноль? — Спросил Главный.

Мужчины, что сидели вокруг него, за столом, выглядели враждебно. Я видел, как некоторые из них спрятали руки под столом. Видимо, схватились за оружие.

Видел я и нескольких магов. Активировав манавидиние я рассмотрел, как два или три бандоса, что притворно выхватили пушки, светились изнутри магической системой каналов. Хотели скрыть таким образом, что они маги, и если начнется стрельба, застать меня врасплох заклинаниями. Наивные какие…

А еще они были слабенькие. Только у одного из них светились три открытых ячейки. У остальных же — лишь по две. Ультра и вовсе была открыта лишь у одного пожилого мага.

Но интерес представлял сам Главный. Он тоже был магом и носил в теле пять ячеек. Причем его ульта была открыта.

— Пусть опустят оружие, — сказал я.

Воцарилась тишина.

— Да кто ты такой, чтобы ставить нам условия? — Развизжался один из людей Главного.

— Заткнись, Мартин, — бросил ему в ответ Главный. Не стоит недооценивать нуля. Особенно если этот ноль Абсолютный.

Все это время он не отрывал от меня взгляда своих горящих глаз. В них кипела мана огня. Было видно, как пламя играет в радужках.

— Ты не брал осколка, — догадался Главный.

— Я все еще жду, — ответил я.

Главный ничего не сказал, только поднял руку и сделал жест пальцами. Окружающие опустили пушки.

— У нас мирное развлекательное заведение, — начал он, — не хотелось бы, чтобы сегодня у кого-то были проблемы.

— О да. Тут я соглашусь с тобой.

Я приблизился к столу Главного и тут же увидел, как окружающие нервно дернулись. Однако, я не придал их движениям никакого значения. Главный же, не шевелясь, смотрел на меня.

— Возвращаю это тебе, как знак доброй воли, — поднял я камень, а потом положил его на стол, — только приберись. В осколке немного грязно.

— Грязно? — Он вопросительно поднял бровь.

— Да. Там лежат трупы твоих ребят, которые решили на меня напасть. Ну и поплатились за это.

Главный молча потянулся через стол и забрал камень.

— Ларс!

— Да, босс, — приблизился к нему один из подручных.

— На, — Главный протянул ему камень, — вытащить трупы наружу и опознать. Кажется, у нас тут крыса. Камень пропал неделю назад. Разузнай, кто был головой этих ребят. Под кем они ходили.

— Да, босс, — немного бледный Ларс принял камень и тут же вышел из комнаты.

— Ты простишь ему смерть твоих людей? — Спросил внезапно один из мужиков за столом.

Пожилой и седой, с полным лицом и обвисшими щеками, он очень строго посмотрел на Главного.

— Если камень был у них, значит, они не мои люди, Лион, — ответил ему Главный таким же жестким тоном, — это крысы, который прикрывались моим именем. И если бы я сам нашел этих у*бков, то закатал бы в землю собственными руками.

Затем, он посмотрел на меня.

— Благодарю тебя, Ноль, — сказал главный, — твой поступок поможет мне выявить крысу, которая завелась в моей семье. И за это я тебе очень благодарен. И не привык ограничиваться словами. За возвращение пропажи полагается награда. Чего ты хочешь?

— Ну для начала, — начал я, — я хочу поговорить с тобой наедине. И как раз обсудить мою «награду».

Главный кивнул, а потом проговорил:

— Прошу прощения, дорогие друзья, — обратился он ко всем собравшимся, — я отлучусь ненадолго. Но тут же вернусь. А пока, разрешите моим ангелочкам развлечь вас.

Он вышел из-за стола и приблизился ко мне, попросил идти за ним. Уходя из маленькой комнатки, я видел, как в нее тут же вбежали несколько молодых и красивых девушек, одетых в белое кружевное белье. На спине у каждой были надеты белые пушистые крылышки.

С главным мы проследовали в еще более скромную комнату, вход в которую находился в левой части цокольного этажа «Последней капли».

Двое его охранников остались у двери. Я прошел внутрь.

Тесное помещение не имело окон. Главный уселся за свой стол, а я занял небольшое кресло перед ним.

— Я думал, — начал я, окидывая все вокруг взглядом, — у тебя достаточно денег, чтобы переехать в кабинет попросторнее.

— В кабинете попросторнее, — парировал он, — бывает не так безопасно. Да и гранату в окно можно забросить. Или убить из винтовки. А здесь, как ты видишь, окон нет, — он пожал плечами, — я предпочитаю сидеть в тесноте, но оставаться живым.

— Волк разбушевался, — кивнул я, — я слышал.

Главный не ответил, только вздохнул.

— И что же тебе нужно от меня Ноль? Почему империя не может оказать тебе ту помощь, которую ты ищешь у меня?

— Я ноль, — сказал я, — но я предпочитаю свести контакты с империей к минимуму. И особенно не хочу просить о помощи просто так. Не люблю быть должным.

— Угу, — кивнул он, — понимаю. Так чего ты хочешь?

— Информации, — сказал я, — мне нужно узнать кое-что. У тебя во всем городе есть глаза и уши. И я хотел бы ими воспользоваться.

— Информация какого рода?

Тогда я изложил ему все, что посчитал нужным. Рассказал о Лёдовых и похоронах, о том, что мне нужно знать дату их прибытия, время начала мероприятия, место, где они поселятся, короче, буквально все, что можно было бы узнать. Естественно, для каких целей мне такие знания, я распространятся не стал. Догадливый Главный, к его чести, и сам не стал спрашивать.

— Что ж, — он кивнул, — это можно устроить. Однако это не очень простая задача. Придется напрячь все мои глаза и все мои уши.

— Я дал тебе зацепку, чтобы выявить предателя в твоей семье. А ты сам знаешь, что такое предатель во время войны.

— Это правда, — он кивнул, —дал.

— А значит, фактически, я воспрепятствовал возможному развалу твоей организации. Цени это, Главный.

— Ценю, — сухо сказал он, — и все же, я ценю и свое время. Слушай, — он слегка хлопнул по столу ладонью, — а что, если мы договоримся и еще кое-о чем? Если ты поможешь мне с одним делом, я без вопросов предоставлю тебе в распоряжения свою агентурную сеть. Причем напрямую. Сможешь пользоваться, в рамках своих целей, как угодно.

— Хм, — задумался я.

А ведь это неплохое предложение. В конце концов, после Лёдова, мне нужно будет найти и других наследников. И возможно, сеть Главного мне поможет.

— И какого рода помощь тебе нужна? — Спросил я.

— Помощь, как нуля, твои антипатические свойства, — начал он, — если ты, конечно, можешь воздействовать на магических животных.

— Могу. Подробнее.

Главный улыбнулся, а потом откинулся в своем кресле. Принялся вертеть в руках осколок.

— Эти осколки, — заговорил он, — чудесная штука в нашем деле. Ну, конечно, не все, а только такие, как этот, — показал мне кристалл, которые прячутся в вещах. Их очень удобно использовать, для разных задач.

— Например, чтобы завозить в город контрабандный товар, как делаешь ты, — вклинился я.

— Верно. Или наркотики, как делает Волк.

— Волк завозит в Дольск-на-Альве наркотики?

— Завозит, — он кивнул, — героин, метамфетамин, хмурый кристалл.

— И продает их здесь? Прямо в городе? — Я нахмурился под маской.

— Да. Именно это он, сука, и делает, — серьезно посмотрел на меня Главный, — ты думаешь, почему у нас с ним конфликт? Он срет там, где я делаю бизнес. В районе уже полно торчков. А торчкам, особенно тем, что сидят на хмуром кристалле не нужно ничего, кроме того самого кристалла.

Если это правда, то в Дольске назревает серьезная проблема. Эта зараза может, распространиться с промзоны на весь город. Не хотелось бы видеть наркота за каждым углом. А если речь идет о хмуром кристалле — сильнейшем наркотике, который производят из растения под названием Люстрата, что водится в тропических осколках моего мира, то все очень печально. В высшей, я бы сказал степени. Привыкание там просто дикое.

— Волк совсем не печется о своем бизнесе? — Заговорил я, — я в принципе презираю наркоторговлю. Но если даже говорить о самом торговце, то продавать ее там, где ты живешь сам — последнее дело. Клиентура быстро вымирает.

— Вымирает. И что самое печальное, у нас с Волком одна и та же клиентура. Значит, он подрывает и мой бизнес. Но Волку похер. Он делает сверхприбыли и, кажется, вообще собирается свалить из империи.

— Странно, что не вмешиваются власти, — задумался я.

— У них на него ничего нет, — он пожал плечами, — Волк хитер… как лис! И не оставляет следов. Почти не оставляет. Наши стычки нельзя связать одной нитью. А потому и повода для операции у жандармерии нет. Кроме того, — он вздохнул, — они надеятся извести Волка моими руками. Надеется, что я сделаю всю грязную работу за них, — Главный грязно выругался матом и со злости плюнул прямо на пол.

— Печально это все. Но при чем здесь я? Или ты решил заполучить в свою банду нуля? Если так, то мне придется тебя расстроить.

— Нет, — он отрицательно помотал головой, — просто осколки очень полезно использовать не только чтобы транспортировать контрабанду, но, и чтобы хранить секреты. Например, компромат. Вот я и храню. Храню доказательства того, что Волк занимается наркоторговлей. Нарыл недавно, и нужно было их где-то спрятать, чтоб не попали в дурные руки.

— Все еще не вижу, моей роли в ваших разборках.

— К сожалению, — он тяжело вздохнул, — иногда в осколках обитают злобные магические твари, которые считают их своей территорией.

— Я правильно понимаю, — догадался я, — что ты добыл на Волка компромат и решил, что самым надежным местом для того, чтобы его сохранить, будет именно осколок. И даже не подумал, что в осколке могут водиться опасные существа? По-моему, это же очевидно. Там обитает куча всяческой живности.

— Обычно я использую безопасные осколки, — выдохнул Глваный, — но тут че-то про*бался по-крупному. Никто и подумать не мог, что эта зараза там объявится. Порешила десять моих человек. Среди них трое магов. Если бы не она, война с Волком бы уже закончилась. Ты думаешь, чего я и мои партнеры там сидим? Думаем, как достать из осколка сейф. То, что тут объявился ты, настоящий подарок судьбы.

— Ты хочешь, чтобы я зашел в осколок и прикончил магическую тварь.

— Верно, — он кивнул, — но ты пойдешь не один. Я дам тебе подмогу, моего самого сильного мага-истребителя. Самого сильного, — он хмыкнул, —за исключением меня. Если дело выгорит, то вся мои агенты и лазутчики к твоему распоряжению. Кроме того, я еще кое-что и сверху накину. От себя лично. Ну что? Что скажешь?

— Для начала я спрошу. Ты хоть видел, че это за тварь?

— Да нет, конечно, — отмахнулся он, — я че, идиот, чтобы соваться туда самолично? Я, бизнесмен, и умирать пока что не собираюсь.

— А кто видел? Кто-то остался жив?

— Да. Остался один бедолага. Простой мужик. Но лишился руки, ноги, уха и пениса. Не спрашивай как.

— И что он рассказывал? — Спросил я.

— Что это огромная зараза с гигантскими зубами, мускулами и кидается магией.

— Описание, — ироничным тоном начал я, — просто мое почтение.

Главный задумался, тронул подбородок.

— О! А еще у нее жирная задница!

Я хмыкнул.

На самом деле, я неплохо был знаком с фауной моего родного мира. Знал множество опасных существ и как с ним бороться. Но вот под описание главного подходил добрый десяток тварей. И даже «жирная задница» никак не поправляла дело. А хотелось бы знать, кто может тебя сожрать, прежде чем соваться гадине в пасть.

— Жирная задница тоже не проясняет дело, — пожал я плечами, — но я помогу тебе. Только давай побыстрее, — глянул я на тактические часы с таймером, что носил на внутренней стороне запястья, — время уходит.

— А ты что, куда-то торопишься?

Конечно тороплюсь. У меня не так много времени осталось. Действие эликсиров скоро кончится. Я, конечно, взял с собой дополнительный набор, но принимать вторую дозу — крайняя мера. Не хотелось бы мучатся от жуткого похмелья следующие десять дней.

— Это ты торопишься, — сказал я, — не забывай, что тебя ждут твои бизнес-партнеры.

— А. Ну да. Может, тогда перенесем на завтра? — Спросил Главный.

— А завтра меня могут отправить в другую точку империи, — сказал я, — тут уж служба, сам понимаешь.

— Мда, — он засопел, — ладно. Ласло как раз сейчас здесь. Отправлю его вместе с тобой, как поддержку. Пойдем, Ноль, отведу тебя к осколку.

Осколок хранился здесь же, в Последней капле. В сопровождении Главного и двух его людей мы вошли в большую бойлерную, что располагалась на цокольном этаже. В широком помещении гудели трубы и шипел большой бак бойлера, гоняющий горячую воду по всему зданию.

Главный подошел к железному шкафу для инструментов, открыл антресоль. Там я увидел маленький сейф.

Торопливо набрав пароль, Главный открыл сейф и достал ржавую вилку с тремя зубами. Четвертый был отломан.

— Вот он, — показал он мне осколок, — видал такое? Внутри вилки целый мир!

— Видал, — не удивился я.

— Хм. Ну да ладно. Эй, Саня, где там Ласло?

— Да я набирал его, — ответил мужик, которого назвали Саней, — сказал, что ты вызываешь, тот обещал, что придет.

— Ну что ж, — Главный поджал тонкие, искривленные шрамом губы, — подождем.

Подождем? Что ж там за Ласло, раз Главный готов его ждать? Главный упомянул, что это сильный маг, но не такой сильный, как сам Главный. Впрочем, очень мощная способность могла достаться и не слишком то сильному магу всего то с одной ячейкой.

Знавал я одного малого по имени Вася Бешеный. Вася Бешеный был магом. И имел одну ячейку. Причем с ультой. Правда, когда она открылась, он сошел с ума. Бешеный был оскольщиком и как-то попал в зубы к крокотопсу в одном из осколков. Вместе с ним были и другие оскольщики. Ну и другие маги тоже там были.

Все уже поставили на Бешеном крест, ведь кто в здравом уме сунется к крокотопсу? Тогда Вася их удивил, открыв свою ульту, когда зверюга уже его жевала. А ульта заключалась в том, что он мог взорваться. При чем взрыв был по силе эквивалентен современной ядерной бомбе.

Тогда осколок выжгло начисто. Погибли девять оскольщиков и крокотопс. Вася остался в живых. Только одежда вся сгорела. Ну и рука сгинула в пасти монстра. И еще он сошел с ума.

Остался в живых также и один маг-усилитель, чьи способности базировались на магических щитах. Именно он сообщил нулям, что произошло.

Мне пришлось подбираться к Бешеному очень тихо, чтобы свернуть бедолаге шею. На горячем пепелище сделать это было очень непросто.

— Вызывал, Главный? — Из раздумий меня вырвал низкий, почти гортанный голос.

Все обратили взгляды к входу. В бойлерную зашел высокий, плечистый мужик за пятьдесят.

У него было грубое морщинистое лицо и длинные белые волосы. Одетый в джинсы клетчатую рубашку и кожаный жилет, он походил на старого байкера.

Мужик погладил свои вислые усы и глянул на меня. В его мокрых выцветших глазах я заметил блеск ненависти.

— Знакомься, ноль, — сказал Главный, — это барон Ласло Марниваль.

— Бывший барон, — грубо бросил он, — император лишил меня титула.

— Во всяком случае, — улыбнулся ему главный, — ты самый знатный в этой комнате. Извини ноль, я не знаю, дворянин ли ты.

На это я не ответил.

— Ласло — командир моего личного отряда оскольщиков. Лучшего отряда в городе, — приосанился Главный, — а сам Ласло, без сомнения, один из лучших оскольщиков в империи. Уж я-то знаю.

— Еще один твой бизнес? — Хмыкнул я.

— Верно, —кивнул Главный, — артефакты, минералы, мана, редкие растения и животные — за все это хорошо платят.

— Я не пойму в осколок с нулем, — внезапно сказал Ласло.

— Это еще почему? — Нахмурился главный.

— Я ненавиджу нулей, — безэмоционально, но жестко сказал командир оскольщиков.

— И я даже догадываюсь, за что, — сказал я столь же жестко.

— Конечно, догадываешься, убийца, — сказал Ласло, глядя на меня свысока, — вы все знаете, за что вас не любят дворяне.

— Между вами какой-то конфликт? — Спросил холодно Главный.

— Конфликта нет, — ответил я.

— Но есть личная неприязнь, — добавил Ласло.

— Какая? — Не понял Главный.

— Неужели не ясно? — Начал я, — нули ликвидировали его наследника.

Глава 16

— Как это не пойдешь? — Удивился главный, — в смысле, не пойдешь?

— Не пройду, — насупился Ласло Марниваль, его вислые усы обвисли еще сильнее, когда он изогнул губы, — я не имею никаких дел с нулями.

Я молчал и просто смотрел на огромного оскольщика. Главный же громко выпустил воздух через нос, опустив голову, коснулся висков.

— В смысле, ты не пойдешь? Я только что нашел способ вернуть сейф. Ноль, — он указал на меня, — это настоящий подарок судьбы! А ты решил упираться, как баран?

— Я ни минуты не проведу с ним в осколке, — сказал Ласло, — этим людям нельзя доверять. Нули совершенно лишены любых человеческих понятий и принципов. И нужны только чтобы убивать цвет нашего дворянства, — холодно проговорил Ласло.

— Слушай, старина, — начал Главный, — ты у меня на хорошем счету. Я плачу тебе отличные деньги. Скажем прямо, ни каждый дворянин, столько зарабатывает, как ты на моих осколках. И ты что, не можешь сделать исключение? Ты ведь понимаешь, что я пытаюсь спасти мой бизнес! Если у меня не получится, у тебя тоже будут проблемы! Сейчас твоя семья не бедствует только потому, что я даю тебе работу! Прошу! Вспомни об этом и помоги нулю решить проблему!

— Нет, — сказал Ласло.

— Если он там умрет, у всех будут проблемы! — Повысил голос Главный.

Надо же. Главный уговаривает этого человека пойти вместе со мной. Не указывает ему, не говорит, что делать, а уговаривает, как равного.

Видимо, он боится потерять Ласло как ценный кадр. Однако, по суровому виду и непреклонному характеру было видно, что мужик и правда тертый калач.

А что касается его фамилии — Марниваль. Я уже ее слышал.

Насколько я знал, Марнивали были как раз из тех, кто принадлежал к вассалам мятежников Басилевсовых. А всем вассалам, так или иначе, досталось. Кому-то меньше, кому-то больше.

Хотя, если Ласло просто лишили дворянского титула, он еще неплохо отделался. Мог бы угодить на каторгу или лишиться головы.

— Не уговаривай его, Главный, — сказал я холодно.

Ласло бросил на меня сердитый взгляд. Главный обернулся и тоже посмотрел на меня.

— Если он не захочет, то не пойдет. Убедить ты его не сможешь. Я сам отправлюсь в осколок и верну твой сейф.

— Один? — Удивился Главный, — Эту зверюгу не могли одолеть вдесятером. Даже Ласло не сможет убить ее в одиночку! Я направляю его исключительно для того, чтобы повысить твои шансы на выживание! А ты отказываешься? Вдвоем бы, благодаря твоим и его, — он указал на старика, — способностям, вы смогли прошмыгнуть мимо твари и забрать сейф, но ты один просто не справишься!

— Дай мне осколок, Главный, — протянул я руку, — и расскажи, как попасть внутрь. Все остальное я сделаю сам.

— Сам? — Прозвучал низкий голос Ласло, — сделаешь сам? Нули только и знают, как прятаться за спинами солдат группы ликвидации. Вы никогда не деретесь честно, как рыцари. Лицом к лицу с врагом.

— Ты можешь относится к нулям, как тебе хочется, старик, — посмотрел я на Ласло, — реальность такова, что многие дворяне сходят с ума, не справившись со своими силами. А многим нулям приходится убивать таких дворян. Я один из нулей. Уж так сложилось. И мне совершенно все равно, что ты об этом думаешь.

Ласло молчал.

— Дай мне осколок, — повторил я.

— Эта гадина размажет тебя, — сказал Главный, протягивая мне вилку.

Я проигнорировал его слова, только спросил:

— Как войти?

— Какой храбрый ноль, — сказал вдруг Ласло, — в одиночку против хтонического зверя из другого мира? Это не похоже на нуля.

— Просто стукни по зубцам, — сказал Главный.

Я кивнул.

— А знаешь, что, — Ласло приблизился, тоже схватился за ручку вилки, — я пойду с тобой. Хочу посмотреть, как эта дрянь размажет нуля по земле.

— Тебе не доверятся это увидеть, — хмыкнул я, — а потом щелкнул ногтем по зубьям вилки.

Раздался странный, характерный, скорее для хрусталя звон. Металлические зубчики завибрировали один за другим. А потом все вокруг побелело.

Этот осколок был пустынным. Всюду раскинулись желтые скалистые хребты. Развернулась каменистая пустыня. Ярко-голубое небо стояло над головой. Высоко висящие солнце немилосердно жгло с небосвода.

Я почувствовал, как в черной форме нуля становится жарко. Поспешил занять тень под широкой, но невысокой скалой, чтобы не перегреться.

Ласло осмотрелся вокруг. Глянул на меня.

— Решился-таки, — хмыкнул я.

— Мой класс — метатель. Все способности дистанционные. Если сделаешь глупость, я разрежу тебя на куски быстрее, чем ты включишь свою смертоносную ауру, — сказал он холодно.

— Надо же, — я залез во внутренний карман костюма, извлек смартфон, — какой злобный. Ну ничего, я привык к подобным вещам. В империи полно аристократов, которые хотят убить меня за то, что я избавил их отпрысков от страданий и жизни в безумии.

Он не ответил. Достал из кармана жилета и надел солнцезащитные очки.

Главный скинул мне геолокацию своего тайника. Этот осколок был довольно крупным, однако большинство полезных ресурсов отсюда вытянули.

Это было видно невооруженным глазом: во многих скалах виднелись огромные дыры шахт, вдали зиял кратер, оставшийся после земляных работ, тут и там лежали каменные сваи, на которых когда-то размещались мобильные шахтные комплексы. Я даже видел железную дорогу, которую бросили здесь, потому что, видимо, невыгодно было ее разбирать.

Наверное, здесь добывали минералы или металлы, что не встречались на Земле, например, магический проводник кальмий.

Теперь я понял, откуда берет осколки Главный. Он скупает по дешевке те осколки, из которых больше невозможно вытянуть никаких ресурсов. Ну и потом зарабатывает на них деньги.

— Тут идти не очень далеко, — сказал я, пряча во внутренний карман смартфон, а вилку-осколок в карман брюк, — вон тот хребет вдалеке. Там должна быть пещера. Пойдем.

Хребет развернулся где-то в паре километров от нашего местоположения. Его красные скалы, словно спина огромного зверя протянулись впереди.

Когда мы шли, я пропустил Ласло вперед. Кажется, старик был в себе уверен и не боялся оставлять меня за спиной. Хотя я видел, как он напряжен. Как ждёт удара в спину в любую секунду.

Тогда я включил мановидение, чтобы оценить моего «компаньона». Ласло был силен. Его система каналов сияла ровным серым светом, а в очаге горели шесть заполненных Маной ячеек. Ульта, конечно, тоже была открыта. По характерному цвету маны, циркулирующей внутри, я понял, что это маг воздуха.

Мана воды, которая бежала внутри Силесты Триптициной, имела характерный голубой оттенок. В Ласло же пульсировала мана серого цвета. Это говорило о том, что его способности основаны на магии ветра.

Толстые и разветвленные каналы давали понять, что он отлично владеет своей магией, а шкала его силы довольно высока.

Однако, мне было все равно. Существовал определенный шанс, что этот мужик просто хочет отомстить всем нулям за свою обиду, убив меня. Я бы все равно ему этого не позволил.

Правда, нельзя было не отметить силу его системы каналов. Если она в таком отличном состоянии, значит, Ласло имеет сильную волю (с тренированным телом и так понятно), и это вызывало у меня уважение.

Я всегда уважал тех магов, которые относятся к своей силе очень серьезно, ведь их легкомысленность могла обернуться опасностью для других. И лишней работой для нулей.

Мне даже стало интересно, как вышло, что кто-то из его семейства стал жертвой безумия и целью гильдии нулей. Спрашивать об этом я, конечно же, не собирался.

Из мыслей меня вырвали странные звуки, что уловил мой обостренный эликсирами слух. Земля задрожала, и я замер на месте.

— Чувствуешь? — Спросил внимательный Ласло, потом обернулся и посмотрел на меня.

— Да. Что-то приближается.

Внезапно, рядом с Ласло лопнула и разлетелась в клочья земля. Маг завалился на спину, а перед ним образовалась огромная воронка.

Большая яма внезапно возникала и за моей спиной. Я тут же отпрыгнул далеко, как мог. Прекратившись, встал на колено, закрылся рукой от брызнувшей во все стороны сухой земли.

Это были огромные насекомые. Похожие на медведок-переростков они выбирались из-под земли, щелкая массивными челюстями.

Одна такая тварь выскочила передо мной. Существа были магическими. Их передние массивные лапы заканчивались когтями из чистой магии.

Тварь бросилась ко мне, размахивая ими. Я увернулся снова, и жуткая лапа просто остеклила песок подо мной, коснувшись его когтями.

Когда я бросил взгляд туда, где была яма, которую оставила за собой жуткая гадина, то увидел, что его стенки тоже покрыты стеклянной поверхностью.

Видимо, твари рыли так свои ходы в земле, с использованием магии.

Недолго думая, я включил нуль-ауру. Но так, чтобы уменьшить ее радиус до нескольких метров вокруг меня. Когда очередная тварь бросилась ко мне, пытаясь ударить, ее магические когти тотчас же испарились. Животное, почувствовав явный дискомфорт, от исходящей от меня нуль-ауры завизжало, задрожало и тут же ускользнуло в ближайшую нору.

Другое, клацало челюстями в нескольких метрах от меня. Когда оно ринулось в мою сторону, словно пытаясь меня забодать плоской головой, я просто ушел немного правее.

В моей руке в мгновение ока появился Уроборос. Я взмахнул им. Острое лезвие из неизвестного металла легко прорезало жесткий панцирь существа.

Тварь взвизгнула, разбрызгивая зеленую жижу. Забилась на месте, когда нуль аура лишила ее магического оружия.

Я же просто запрыгнул на покатый панцирь и вонзил нож между пластин головогруди насекомого. Тварь взвизгнула и тут же затихла.

Обернувшись, я увидел, как Ласло уже прикончил одно из существ. Оно лежало разрубленное у его ног и слабо шевелилось.

Перед ним, на земле билось и другое. Ласло стоял перед ним, подняв руку. Огромные конечности, созданные из ветра, прижимали тварь к почве. А когда оскольщик поднял и вторую руку, над существом прямо из воздуха появились прозрачные иглы, будто бы созданные из ветра.

Ласло опустил их на монстра, и тело твари лопнуло. Мужик был спокоен и так увлечен своим занятием, что не услышал, как сзади, из проделанного в земле туннеля, к нему уже крадутся новые твари.

Первая из них метнулась на него. Маг услышал это и обернулся. Видимо, его способности еще не перезарядились, ячейки не наполнялись маной, потому что на лице Ласло промелькнуло беспокойство.

Я тут же метнулся к нему. Ласло же вскинул руки и перед ним возник полупрозрачный щит из воздушных завихрений. Одна из «медведок» как я назвал этих тварей про себя, бросилась на него. Ее магические когти щелкнули в щит, но не пробили оборону.

Насекомое навалилось на мага своим плоским телом, и Ласло упал на землю. Другая тварь тут же приблизилась со стороны головы, защелкала челюстями.

Когда я приблизился на достаточное расстояние, то магический когти тварей отключились, а сами они запаниковали, пытаясь скрыться в нору.

Отключился и щит Ласло. Мужик облегченно раскинул руки и ноги, когда тварь слезла с него.

Я же пнул Медведку в хвост так сильно, что та аж подлетела. Завизжав, попыталась убежать в туннель. Однако вторая мешалась ей, и обе твари стали толкаться панцирями на входе.

— Ноль, — услышал я голос Ласло за спиной, обернулся.

Старик был бледен, но, к моему удивлению, его не вырвало под влиянием ауры. Он был силен, ничего не скажешь.

— Никто не смеет сбивать меня с ног. Нужно отомстить, — попросил он.

Я ничего не ответил, только отключил ауру. Увидел, как кожа на лице Ласло тут же приобрела здоровый вид, а сам он встал.

— Проклятые твари, — процедил оскольщик, и поднял руки.

В воздухе, над медведками появились прозрачные руки. Они схватили первую и просто порвали ее надвое. Зеленая жижа залила вторую. Та размесила кровь своего сородича в грязь сильными лапами, правда, заскользила по ней, пытаясь пролезть в туннель.

Разбросав куски первой медведки, Ласло схватился за вторую, когда та уже почти запрыгнула в нору.

Он поднял ее над землей, растянул в воздухе как мишень.

Я смотрел на все это, скрестив руки на груди.

— Мразота, — зло процедил Ласло а потом напрягся.

Вихрь из воздуха закрутился над его головой. Быстро уплотнился, превратившись во вращающееся прозрачное веретено. Оно удлинилась до нескольких метров, а потом с хлопком устремилось в цель.

Медведку просто разорвало на две части, когда воздушный снаряд прошил ее и со свистом устремился куда-то в небо. На землю рухнули куски твари.

Ласло опустил руки и посмотрел на меня. Я же, ответил ему взглядом.

— Спасибо, — сухо бросил он и тут же зашагал к хребту.

Я не ответил,только пошел следом, но уже не старался держаться позади. Все, что надо я уже узнал о нем. И, кажется, нрав мужика смягчился. Я думаю, что его проблема была просто в том, что он никогда не говорил ни с одним нулем просто так, как с человеком.

Мы шли еще некоторое время, но были уже гораздо осторожнее. Часто прислушивались и смотрели по сторонам. Мало ли, какая еще дрянь тут может водиться.

Несколько раз мы проходили мимо здоровенных воронок в земле. Внутри них почва была очень рыхлой. Казалось, только стоит наступить туда, и немедленно угодишь на самое дно. И тогда начнется самое печальное. Когда-то мне уже приходилось видеть подобное.

— Что это такое? — С интересом спросил Ласло, — никогда не видел этого в других осколках.

Я остановился и молча поднял с растрескавшейся земли камень. Бросил в воронку. Он тут же скатился, а земля посыпалась следом, на самое дно воронки.

В следующее мгновение, огромные жвала насекомого высвободились из земли на дне воронки так быстро, что в разные стороны брызнули кусочки грунта.

— Эффективный хищник, — сказал Ласло, наблюдая, как щелкаю жуткие челюсти.

— Пустынный хвататель, — ответил я, глядя, как челюсти, не найдя добычи, скрываются обратно под землю, — это только верхние клешни. Под землей еще одни. Вот они — самые страшные. Перетирают плоть в кашу так быстро, что и пикнуть не успеешь.

— Откуда ты знаешь, ноль? — Сказал он жестким тоном.

— Приходилось убивать магов в подобных местах, — солгал я.

На самом деле, раньше, в моем прошлом мире, мы нередко использовали хватателей как ловушки для вражеских солдат.

Он ничего не сказал, и мы пошли дальше. По мере приближения к хребту, мы были все осторожнее. Все ждали, когда же появится непонятный толстожопый монстр, который охраняет компромат Главного.

— Кажется, — указал я вперед, на большую пещеру в подножье хребта, которую уже было видно отсюда, — тайник там, в пещере.

Угрюмый, как палено, Ласло, ничего не ответил мне. Зато буквально через пять минут он сказал то, чего я совершенно не ожидал:

— Нули убили мою вторую жену.

Я притворился, будто не удивился его внезапным словам.

— Ей было двадцать пять. И она даже не планировала развивать свои способности мага. Скрывала, что она контактирует с маной, даже от меня. И от государства.

— Ого, — ответил я, — с чего такая откровенность?

— С того, — сказал оскольщик, — хочу развеять твои иллюзии относительно твоей же профессии. Ты думаешь, что ты просто исполняешь свой долг. А на самом деле, ты задумываешься о последствиях.

— У меня нет ни единой иллюзии о том, что я делаю, старик.

— Когда информация о том, что Лиона, моя жена — маг, вышла наружу, за ней тут же пришли нули. Пришли, хотя она даже не начала открывать свою ульту. А они просто пришли и прикончили ее.

— Какого рода маной она владела? — Спросил я.

Ласло замолчал.

— Это была мана огня? Или, может быть, воли?

— Воли, — сухо ответил он.

— Сильнейшая мана из всех возможных. Владея ей, — я говорил, осматривая пещеру издали, — очень сложно скрыть свои способности. Твоей второй супруге стоит отдать должное. Она умудрилась скрываться довольно долго.

— Ты не слышишь, что я говорю? — Остановился оскольщик. Я тоже замер, обернулся и посмотрел на него.

— Они просто пришли и убили ее.

— А еще невозможно открыть ульту, основанную на мане воли без посторонней помощи и подготовки. Если маг использует ману воли, рано или поздно ульту придется открывать. Избежать этого не выйдет. И избежать безумия тоже. Если не подходить к этому со всей ответственностью.

— Ты что, их оправдываешь? — отступил маг на пару шагов, и я увидел, как воздух над его головой задрожал, — оправдываешь нулей, убивших мою жену⁈

На всякий случай я включил нуль-ауру с очень низкой интенсивностью. Догадайся он, что аура работает, точно напал бы.

— Ты говоришь мне это, — начал я, — чтобы оправдать свою злость на нулей. Десять минут назад ноль спас тебя от смерти. И ты был этим ошарашен. Ведь разве может спасти кого-то убийца? Ведь может убийца спасти того, кто ненавидит этого убийцу? Конечно же, нет, думаешь ты. И пытаешься убедить меня в этом своим рассказом о жене. Но не убедишь.

— Вы как одна стая волков, — оскалился Ласло, — всегда друг за друга держитесь. Друг друга выгораживаете.

— Твоя супруга сделала ошибку, что скрывала свою силу. Полагаю, она все прекрасно понимала и просто боялась, открытия ульты. Бежала от проблемы, потому что так ей казалось, что проблемы не существует. Но это заблуждение.

— Молчи, ноль, — сказал он и воздух над его головой стал плотнее.

— Она знала, что этот момент наступит рано или поздно, — сказал я, — а еще я понимаю, что ты лжешь.

— Ты называешь меня лжецом⁈ — Над головой Ласло стало формироваться воздушное копье.

— Нули убили ее не просто так. Когда они пришли за твоей супругой, на фоне стресса у нее наверняка открылась ульта. И девушка сошла с ума. Ведь так все было, я прав?

Оскольщик не ответил. Покрасневший, словно рак, с налитыми кровью глазами, он взревел от злости. Копье над его головой засвистело, раскрутившись вокруг своей оси.

Глава 17

— Собираешься сражаться со мной? — Я хмыкнул, — ну давай, чего уж там. Если это нужно для успокоения твоей души, то я не против.

Ласло Марниваль, сгорбившийся в боевой стойке, смотрел на меня как зверь. Над его головой раскручивалось воздушное копье.

Я вздохнул. Неспешно расстегнул подсумок, что висел на бедре. Извлек оттуда боевые перчатки из красного металла кальмия. Надел и поправил их. Встал в борцовскую стойку.

— Сойдемся лицом к лицу, — я ухмыльнулся под маской, — как ты там говорил? Как рыцарь? Ну так давай. Начнем.

Он ничего не ответил. Я успел заметить, как магическое копье хлопнуло над его головой и с писком помчалось ко мне, рассекая воздух. Я не терял времени. Активировав нуль-ауру и мановидиние, метнулся в сторону. Копье грохнуло в землю где-то за моей спиной. Красный грунт разлетелся в разные стороны.

Я достиг Ласло за несколько секунд. Нуль-аура работала на полную, и я видел, как тускнели его магические каналы. Уровень силы мага стремительно падал.

А потом мы сошлись.

— Ты не плох, ноль, — сказал Ласло ровным голосом, но я видел, как побледнело его лицо под воздействием ауры.

— Ты тоже быстр. Но нрав твой слишком горяч, — сказал я.

Мы замерли друг напротив друга. Мой кулак в стальной перчатке остановился буквально за несколько сантиметров до его челюсти. Лишенный магии, Ласло тем не менее не сдавался. Я видел, как неведомо откуда взявшийся нож, замер у моей груди.

— Ты сражаешься не так, как другие нули, — сказал Ласло Марниваль, приподняв подбородок и как бы сторонясь стальной перчатки.

Я не ответил на его реплику.

— Если мы начнем биться, — констатировал он, — то точно поубиваем друг друга.

Я ничего не ответил. Ласло убрал нож первым. На этом наш краткий конфликт был завершен. Оскольщик больше не пытался заговаривать со мной.

— Пока ничего не вижу, — сказал я, опасливо заглядывая в пещеру.

— Эта дрянь может быть где угодно, — прислушался Ласло.

Пещера была небольшой и не имела проходов вглубь горы. Каменистая полукруглая полость сужалась к своей дальней стене.

В самую глубокую ее часть свет уже не проникал, и мы включили фонари. Здесь было сыро, всюду росли каменные сталагмиты и сталактиты. Слышно было журчание воды и тихий писк летучих мышей.

— Кажется, я что-то вижу, — сказал я, освещая самый дальний угол, — да, вон он.

В свете фонаря я видел маленький железный сейф, валявшийся в углу.

— Побудь здесь, — сказал я Ласло, а сам направился к сейфу, — там мало места для двоих.

Когда я приблизился, увидел, что на некотором отдалении от сейфа лежат странные белые сферы. Они блестели в луче света, будто бы были покрыты какой-то слизью. Потом под ногами начало хрустеть.

Я подсветил землю вокруг себя. Всюду валялись тонкие обломки чего-то белого и хрустящего.

— Скорлупа, — догадался я.

— Ноль! — Крикнул Ласло, — поторопись! Я слышу снаружи странные звуки!

— Да я уже почти, — сказал я задумчиво, а потом посветил обратно на сферы.

Это были яйца. Хитрый Главный спрятал сейф в гнезде. Но вот только в чьем? Я аккуратно взял сейф. Он был небольшим, но увесистым. Взяв сейф под мышку, я вернулся к магу.

— Главный говорил что-нибудь о гнезде? — Спросил я Ласло.

— Нет. Ничего не говорил, — сказал тот нахмурившись.

— Он спрятал сейф в гнезде. И что-то мне подсказывает… — я недоговорил, потому что снаружи раздался громкий рык.

Мы переглянулись.

— Это оно, — сказал Ласло.

— Ну давай посмотрим, — я устремил взгляд к выходу, туда, откуда пробивался свет. Оттуда же доносился рык.

Когда мы вышли наружу, то увидели его. Странное существо, похожее на ящера сидело на некотором отдалении от входа и смотрело на нас маленькими глазками. Оно было невелико, не больше коровы в холке, но довольно упитанно. Существо открыло похожую на жабью пасть, и я увидел, что внутри она покрыта маленькими острыми зубками.

— Это точно не оно, — сказал Ласло, — оно не огромное и не ужасное.

— А это считается за «толстую задницу»? — указал я на жирный и короткий хвост существа, напоминающий сардельку.

— Сложно сказать, — почему-то всерьез задумался маг над моей шуткой.

Это было существо из осколка, а значит, в нем тоже бурлила магия. Тогда я включил мановидиние.

— Нихрена себе, — удивился я.

— Что?

У существа были толстенные, словно мощные артерии, магические каналы. Наполненные желто-коричневой маной земли, они активно пульсировали, перегоняя магию по всему телу. Особенно мощные каналы оказались в жирном хвосте существа.

— Эта зараза по уровню силы не меньше чем архимаг, — сказал я.

— Ты думаешь, это та самая дрянь? — Спросил он.

— Не знаю. Магии в ней столько, что ожидать от заразы можно что угодно.

Ласло нахмурился. А потом выбросил руку вверх и в сторону твари. Я увидел, как над существом, в вышине, тут же загустел воздух, а потом он сформировался в огромную, прозрачную плиту, что с гулом полетела вниз.

— Размажу ее воздушным прессом, — сказал он хмуро, — на всякий случай.

Животное подняло к небу мелкие глаза и зарычало, а потом блеснуло так ярко, что мы прищурились.

Раздался громкий хлопок, а за ним грохот.

— А вот это уже похоже на рассказ Главного, — выдохнул я, когда открыл глаза.

Ящерица увеличилась в размере. Она стала просто огромной, и когда воздушный пресс опустился ей на голову, то просто стукнул по макушке и развеялся.

— И правда, — оскалился Ласло, — кажется, все будет не так просто.

— Это молох, — сказал я.

— Что?

— Молох. Магическая тварь, — посмотрел я на Ласло, — способная менять форму.

Ласло же закрутил над головой воздушное копье, и оно с хлопком и свистом устремилось к твари. Ударившись в шкуру, копье просто развеялось, даже не поцарапав чешую.

— А еще у нее защищенная от магии шкура, — нахмурился я.

— Защищенная от магии, — просипел Ласло сквозь сжатые зубы.

— Скажи мне, — я посмотрел на Марниваля, — а много ли в банде Волка магов?

— Полно, — кивнул он.

— Ну тогда все ясно.

Тварь зарычала так громко, что со скалистого хребта покатились камни. А потом она подняла толстую лапу с короткими мощными когтями, и с силой вогнала ее в землю.

— Берегись! — Крикнул я и отпихнул Ласло, сам прыгнул в сторону.

В спустя секунду, там, где стояли мы, вышли из земли острые когти.

— Вот паскуда, — сказал Ласло, поднимаясь на ноги, а потом еще добавил матом, — нам не одолеть эту тварь!

— У меня есть план!

— Вдвоем мы ничего не сделаем! Она огромная, от нее не уйти!

— Не забывай, — я посмотрел на Ласло, — с кем разговариваешь. Когда я скажу, швыряй дрянь в пещеру!

— Что? Как⁈ — Выпучил Марниваль глаза, — она огромная! Даже моя ульта не справится!

— Когда я скажу! — Крикнул я и метнулся к огромной ящерице.

— Ты спятил! — Услышал я за спиной крик усача.

Я несся быстро. Увидел, как тварина сфокусировала на мне взгляд своих мелких глазок. А потом топнула второй лапой.

Внезапно, передо мной вырвался из земли коготь. Я успел уклониться, отскочил в сторону, перекатился, и тут же оказавшись на ногах, помчался к ней. Второй коготь вырвался немного справа. Я успел обогнуть его, третий я перемахнул, когда он расколол землю прямо передо мной.

Последний высвободился из земли где-то позади меня. Все же молох был несколько заторможенным. Безмозглая, но сильная скотинка. И очень редкая.

Когда я оказался рядом, то тут же врубил нуль-ауру напольную. Сократил ее радиус так, чтобы Ласло не попал под действие моей силы.

Изменения в системе каналов существа я увидел сразу. Мана замедлила свою циркуляцию. Задвигалась неторопливо. Каналы стали судорожно сокращаться, пульсировать, пытаясь поддержать потерянный темп.

Я добился того, чего хотел. Увидел, что существо стало уменьшаться в размерах.

— Ах-ха-ха-ха! — Заорал Ласло где-то позади, — работает! Она уменьшается!

— Только не вмешивайся! — Крикнул я, и тут же увернулся, потому что монстр топнул, пытаясь меня раздавить, — мне нужно быть рядом как можно дольше!

— Понял! — Заорал он.

Я быстро проскользнул между лап твари и оказался за спиной. Увернулся от хвоста.

Когда молох только увеличился в размерах, он достигал высоты трехэтажного дома. Теперь же, он стремительно усыхал и был уже не выше пяти метров.

Когда монстр достиг двух с половиной, а мана в каналах полностью застыла и потускнела, я крикнул Марнивалю:

— Давай!

К тому времени, пока я водил тварь за нос, он ушел от входа в пещеру и ждал команды с правого фланга. Как только услышал ее, тут же активировал магию.

Над уменьшившейся до прежних размеров ящерицей появились руки, созданные из воздуха. Они схватили существо. Антимагическая шкура молоха больше не работала.

— Ха! Получается! — Заорал Марниваль.

Руки подняли визжащего молоха над землей, а потом, словно шар для боулинга запустили его обратно в пещеру. Почему как шар? Потому что молох прямо в полете свернулся калачиком, и поднимая пыль, покатился к жерлу входа.

Мне даже показалось, что он залетел в дыру со звуком, характерным для удара шара в кегли, однако это было просто мое воображение.

— Теперь пришло время уничтожить эту тварь! — Закричал Ласло и воздел к небу руки.

Я увидел, что над пещерой сгущается большое облако. Вдруг оно почернело и стало вытягиваться к земле, превращаясь в смерч.

— Нет! Стой! — Крикнул я.

— Что⁈ Почему⁈

— Убивать нет нужды, — я потряс сейфом, который все это время был у меня подмышкой, — мы забрали что хотели!

— Оно пустится в погоню, — сказал Ласло убежденно и повел руками сверху вниз.

Я увидел, как разгоняющийся торнадо быстрее направился к земле. Зашумел. Сильный ветер ударил даже сюда. Принялся пронизывать униформу нуля.

— Нет, — Я приблизился к Ласло и положил руку ему на плече, — оно не погонится. Смотри! — указал я на пещеру.

Молох уже выглянул наружу. В своем изначальном виде самка молоха (а что это была самка, я не сомневался), сидела на входе, даже не думая приближаться.

— Она лишь охраняет потомство, — сказал я, — а отлучалась, скорее всего, поохотиться. Не трать ману напрасно, Марниваль. Это молох. А молохи не нападают сами, если их не тронуть первыми. И что-то мне подсказывает, — я посмотрел на Марниваля, — что Главный это знал.

Марниваль оглянулся. Вздохнув, он прекратил кастовать ульту, и смерч тут же развеялся.

— Похоже, ты прав, — понаблюдал он за молохом, который даже не собирался нападать.

— Я видел в пещере кладку. Сейф лежал практически на яйцах молоха.

— Ты на удивление милосерден, для нуля, — сказал Ласло, и мне даже показалось, что он улыбнулся при этом. Хотя из-за длинных усов сказать наверняка было сложно.

— Это что? — Хмыкнул я, — похвала что ли? От тебя?

Он вздохнул, потом проговорил:

— Здесь я считаю ее заслуженной.

Ласло стал более открытым и, казалось, даже приветливым. Но точно, он уже не вел себя как угрюмое полено.

— Те нули, — сказал он мне, — что пришли за моей супругой, небыли похожи на тебя. Уж точно не отличались милосердием.

— Нули разные, — пожал я плечами.

— Мне всегда казалось, что вас натаскивают нас ненавидеть. Поэтому вы относитесь к магам с такой жестокостью.

— Это не так, — я извлек вилку из карго кармана, — мы обычные люди. Ни больше, ни меньше.

— Теперь я это вижу, — он серьезно кивнул, — но, увидь я и сейчас тех нулей, что пришли за моей женой, убил бы их без колебаний.

— Что ж. Тех нулей я не знал. Но могу сказать, что и твоя супруга совершила большую ошибку, скрыв свою силу.

— Она была лишь слабой женщиной, — посмотрел на меня Ласло строго.

— И это видно. Знаешь, Марниваль, в империи есть достаточно магов, которые бы прикончили меня, если бы знали, кто я такой. Мне многие хотят отомстить. Но есть и те нули, — мой голос зазвучал холоднее, — которых я и сам бы с радостью прикончил.

— Я понимал, — кивнул старый маг, — что не стоит грести всех под одну гребенку. Но если речь заходила о нулях, я напрочь забывал, что глупо это делать. Спасибо, Абсолютный, что напомнил мне об этом, — он отвел взгляд первый раз с момента нашего знакомства.

Ласло Марниваль протянул мне свою могучую грубую руку. Кивнув, я пожал ее. А потом щелкнул по зубцам вилки-осколка.

Е*аца-сраца! — Вскрикнул один из братков Главного, когда мы с Ласло Марнивалем появились в бойлерной.

Заорав, он рухнул с табуретки, на которой, видимо, ждал нашего появления.

— Мля! О*уеть! Живые нах!

— Ахереть!

— Да как вы, мля, умудрились⁈

Все эти возгласы звучали в бойлерной. На нас уставились несколько пар глаз. Все они смотрели с настоящим изумлением.

— До вас с десяток парней полегло! — заявил здоровенный мужик в пиджаке, что стоял у входа, — а вы вдвоем справились!

— Правду, — начал другой, худощавый, одетый в брюки и майку-алкашку, — говорят о нулях, что они против любой магической дряни могут стоять.

— Ах, мля… — че то бормотал себе под нос упавший с табурета мужик.

Другой, пузатый в цветастой рубахе приблизился к нему и помог подняться.

— И целые! — Потер ушибленную шею упавший, — руки-ноги на месте! Уму непостижимо!

— Этот малый, — начал Ласло, — правда, великолепный боец. Если бы ни он, гадина растоптала нас в пыль.

— А как она хоть выглядит?

На нас накинулись с расспросами.

— Завалили ее?

— А че она умела? Дышала огнем? Или кислотой?

— А жопа у нее правда была толстая⁈

— Где главный? — отмахнулся я от всех этих вопросов.

— Так, он в казино, — сказал толстяк в цветастой рубахе, — сидит с господами, вас ждет.

— Давай за ним, Коул.

Жирный кивнул и тут же скрылся во входе в бойлерную. Остальные продолжали расспрашивать, но я отвечал неохотно. Ласло же вообще раздражительно огрызался. Расспросы прекратились только тогда, когда в бойлерную вошел Главный.

— Да ну нах, — заблестели его глаза, — вы, мля, смогли!

Его взгляд тут же упал на сейф, что все это время был зажат у меня подмышкой.

— Ну пойдемте! Че тут торчать⁈ Выпьем за удачу! — Рассмеялся Главный и от радости принялся хлопать всех вокруг по плечам и спине, — че тут торчать! Пойдем! — Повторял он.

Пожав плечами, мы пошли в его гораздо более тесный кабинет. Там он тут же налил Ласло веская. Мне предложил тоже, но я отмахнулся. Во-первых, мешать алкоголь с эликсирами — такое себе занятие. Не, это меня, в принципе не сильно остановило бы. И даже имелся опыт (ох и жесткое после этого выходить похмелье), но было еще во-вторых. Чтобы выпить пришлось бы снимать маску.

— Слушай, Абсолютный, — начал Ласло, когда я передал сейф и вилку Главному, — а может хер с ней, с твоей работай на империю? Пойдем к нам, в оскольщики? — теперь Марниваль точно улыбался, прямо-таки щерился, показывая мне свои неровные зубы, — в осколках хватает всякой мерзкой живности, против которой бы пригодились твои силы, вот ей-богу, хватает!

— Предложение отличное, — хмыкнул я, — но я должен пока воздержаться.

На самом деле, стать оскольшиком — действительно было бы неплохо. У меня имелся и опыт, и боевые навыки, и даже способности для этого. Да я и сам, время от времени, ходил в осколки, чтобы добыть некоторые травы для эликсиров.

Думаю, если бы ни Аркана, ни Чужие Боги, я с радостью бы принял предложение старого мага. И даже империя не остановила бы меня, если бы я поставил себе целью стать оскольщиком. Но пока я не мог себе этого позволить.

— Ну что ж, — не расстроился усатый маг, — мое предложение остается в силе! Если когда-нибудь передумаешь, в моей команде оскольщиков всегда найдется место для тебя.

— Благодарю!

— Ого! Вот кто бы мог подумать! — Сказал Главный, открывая сейф и доставая оттуда какие-то бумажки и флешки с фотками, — кто бы мог подумать, что вы так подружитесь⁈ Ведь только два часа назад, уходили в осколок, злющие друг на друга как волки!

— Угу, действительно, — пожал я плечами, — слушай, Главный, — посмотрел я на босса бандитов, — ответь мне на один вопрос.

— Что? — Нахмурился он, — какой вопрос?

— Почему ты не сказал, что сам засунул сейф в гнездо молоха?

Глава 18

— А с чего ты взял, — нахмурился Главный, — что я сам сунул его туда?

— У Волка в банде целая куча магов, это раз, — начал я, — два молох — это отличная охрана. Плюс он не агрессивен, если не лезть к нему в гнездо. Поэтому, собственно, в осколке свободно добывали ресурсы. Ну и третье, это вполне в твоем духе. Я читал в газетах, про тот случай на складе № 5.

Главный нахмурился, поджал губы.

— Справедливости ради, я не горжусь тем, как пришлось отжимать склад у Серого и его банды. Но под моим надзором тамашним рабочим теперь гараздо лучше живется, — сказал наконец Главный.

— Но ты решил, что можешь пожертвовать парой десятков своих людей, чтобы это сделать, — пожал я плечами, — поэтому не удивительно, что ты считал возможным пожертвовать и другими, чтобы вернуть сейф.

— Что ж, — он хохотнул, — народ не расстраивается. Сотни других рады занять место погибших в банде. Это лучше, чем гнуть спину с утра до вечера на дворянских заводах. Но ты меня раскусил, — он вздохнул, — я правда сделал это намеренно. Волк знал о компромате и осколке. И постоянно пытался завладеть им. Вилка переходила из рук в руки несколько раз.

— Почему он ее просто не уничтожил? — Спросил Ласло.

— Предмет, в котором содержится осколок, — посмотрел я на Ласло, — очень сложно разрушить. Магия осколка делает его практически неразрешимым.

— Но Волк очень старался, — указал Главный на отколотый зубчик вилки, — а молох был предосторожностью, чтобы его люди не добрались до сейфа раньше меня. И, как видишь, это сработало.

— А почему ты не сказал? — Сказал я холодным тоном.

— Да откуда я знал что ты справишься? — Пожал плечами Главный, — по правде сказать, я думал что ты если не погибнешь там, то просто вернешься из осколка и пошлешь меня нахер вместе с этой работой. А моя маленькая тайна уже была у тебя здесь, — он указал на свой висок, — в твоей голове. Откуда я знаю, как ты ей воспользовался бы? Может об этом прознал бы Волк, и нашел бы способ, как вытащить оттуда сейф. Да даже с помощью того же самого нуля! Но, я понимаю твое беспокойство. И щедро оплачу его. Вот, — он протянул мне маленький кнопочный телефончик, — это твой личный доступ к моим шпионам. Все, как договаривалсь. Также, в ближайшее время тебе позвонят. Это будет маленький презент от меня. Спасибо тебе, Ноль.

Я кинвнул и мы разошлись.

Дело шло к утру, когда я покинул Последнюю каплю. Случилось это как раз кстати, потому что в номер отеля я вернулся уже в теле подростка. Голова страшно болела. Началось похмелье после эликсиров.

Забрав свои вещи, я спокойно уехал на квартиру, привычным делом сделав пересадку на такси. Оставалось просто ждать.

Мы с Главным договорились, что в ближайшее время он передаст мне любую информацию, которую можно будет получить по поводу похоронной процессии Лёдовых. Оставалась пока просто ждать.

Однако, нужно было не забывать и про задания гильдии нулей, о котором говорила Венера. И я очень не хотел, чтобы его выполнение повредило моим планам.

Вернувшись домой, я принял душ и выпил эликсир от интоксикации, который помогал при симптомах похмелья. А потом спокойно улегся отдыхать. Планируя проспать весь следующий день, я положил рядом, у подушки маленький телефон Главного, чтобы не пропустить его звонок.

* * *

Утром того же дня

Где-то на одном из складов Фармы

Теранова очень волновался. Сегодня ему, наконец, удалось добыть то, что требовал у него Патрицин. Это была секретная флешка с информацией по ближайшей засекреченной миссии нулей. Арчер сам удивился, узнав, что такая миссия все же существует.

Чтобы достать эту информации он очень рисковал. Рисковал свободой. Если в гильдии узнают, что он сделал, то тюрьмы не миновать. Теранова подключил все свои связи в гильдии и за ее пределами. При помощи нескольких друзей в управлении гильдии, в обход Вальфстраттен, он все же урвал информацию.

Это стоило ему денег, причем очень больших денег. Сумма, часть которой он собрал из собственных денег, а часть занял, уже лежала в карманах нескольких чиновников из управления гильдии.

Теранова всегда презирал коррупцию. Всегда, пока не решился делать политическую карьеру. Теперь же он рассматривал ее просто как инструмент. Хоть и очень опасный.

Но переживал он больше даже не поэтому. Сегодня Теранова предстояло встретиться с Патрициным лично. Арчер понимал, как боится его.

Сегодня Теранова взял отгул. Переодевшись в неприметные вещи, он ждал машину, что должна была забрать его в одном из скромных кафе города, куда обычно не ходят дворяне.

— Не бойтесь, господин, — неприятным голосом сказал ему водитель, заглянув в зеркало заднего вида, когда он сел в машину, — сегодня князь Патрицин в хорошем настроении.

— А вот вы, — начал один из амбалов, ехавших вместе с ними и следивших за тем, чтобы Теранова не наделал глупостей, — не слишком-то похожи на дворянина. Даже Ларс выглядит лучше вас, — указал он на здоровяка, сидевшего на переднем пассажирском сидении.

Ларс обернулся. Лысый и уродливый, он посмотрел на Теранову глазами идиота.

— Да, — вздохнул Арчер, поправляя капюшон толстовки, в которой было страшно жарко летом, — действительно лучше.

Ларс хотя бы носил деловой костюм.

Когда они приехали на очередной, уже третий склад Фармы, Арчер понял, сколь глубоко запустил свои щупальца Патрицин в Дольск-на-Альве. Очередной склад и постоянно новый.

Арчера проводили в одно из административных помещений склада, где находилась контора, занимающаяся учетом и документацией.

Когда Арчер зашел в кабинет, то у него сперло дыхание. За скромным офисным столом сидел князь Патрицин. Дорогой черный костюм сильно контрастировал с бледной кожей и седыми волосами князя.

По правую его руку стоял суровый мужик, которого Арчер узнал. Это был Эрик Мальсон, ноль-убийца, что скрывался сейчас от уголовного преследования, после убийства другого нуля.

Арчер знал об Эрике то, что он был психически не стабилен. Ноль проявлял некоторые маниакальные наклонности, но его аура была достаточно сильна, чтобы его нашли полезным и зачислили в гильдию.

Женщину, одетую в черный, с красными вставками комбинезон, стоявшую по левую руку Патрицина, Теранова не знал. Однако, ему сразу очень не понравилось ее жесткое, мужеподобное лицо, и тонкие искривленные губы.

— Здравствуй, Арчер, — сказал Патрицин, осмотрев начальника службы нулей с ног до головы,— отлично… выглядишь.

— Я просто… — сглотнул он, — очень переживаю, чтобы за мной не начали следить.

Женщина мерзко улыбнулась и хмыкнула. Арчер понимал почему — в его голосе звучал страх. И кажется, эта странная женщина наслаждалась им.

— Присаживайся, Арчер, — указал Патрицин на железный стул перед своим столом.

— Разрешите мне постоять? — Опасливо спросил Теранова.

Очень уж ему не хотелось приближаться к нулю и незнакомой женщине.

— Не разрешаю, — ответил жестко Патрицин.

— Прошу вас, — Подтолкнул его амбал в спину, — присаживайтесь.

Это был простолюдин, и в других обстоятельствах. Арчер бы отчитал его, но сейчас, здесь, он очень боялся. Потому подчинился и просто сел.

Патрицин молча протянул Арчеру широкую ухоженную ладонь. Тернова же, опасливо вынул из кармана флешку и вложил ее в руку Патрицина.

— Проверь, — Патрицин сунул флешку женщине.

Та, открыв ноут, стоящий на столе, вставила в него флешку. Пощелкала кнопками полминуты.

— Все верно. Электронная печать гильдии подлинная, — сказала она неприятным низковатым голосом, — это официальные данные из их базы. Ого, — удивилась женщина, — Ого, сам род Хормосов, — кажется, это и правда важно. Так, тут есть список нулей, избранных на миссию.

— Ты сможешь сделать, как мы планировали, Анита? — Сказал Патрицин.

— Да. Подкорректируем список, — кивнула она, — и внесем изменения. Нули не смогут распознать подделку.

— Прекрасно, — улыбнулся Патрицин, — никто даже не поймет, что произошло. Копируй информацию и вноси изменения.

— Мне понадобится время. Пару часов, — сказала Женщина, которую назвали Анитой.

— Ничего, — посмотрел Ивор Патрицин на Арчера, — наш дорогой друг подождет. А потом получит на руки флешку и заменит в базе управления информацию по этому заданию. Сопровождать наследника рода Хормусов будут не три, а четыре нуля, — злобно улыбнулся князь.

* * *

Проснулся я утром следующего дня, когда зазвонил телефон Главного.

— Ало, — ответил я хрипловатым после эликсиров, сонным голосом.

— Здравствуйте, господин, — услышал я тихий высоковатый мужской голос, — по вашему делу есть зацепка. Кафе «Утро» Сегодня в восемь часов вечера. Встретимся за заведением, на парковке для персонала.

— Понял, — кратко бросил я и положил трубку, а потом снова заснул.

Проснулся я только к вечеру. Чувствовал я себя очень средне, встал, сделал зарядку, размяв закостеневшие после трансформации мышцы. Потом покормил Коржика красным бататом. Выглянул в окно.

На улице уже было довольно свежо. На город опускались сумерки. Отсюда, из окна верхнего этажа, я видел далекую переливающуюся ленту Альвы, бегущей через город.

Я вдохнул приятный вечерний воздух и внезапно ощутил странное чувство. Неприятное чувство того, будто по мне бегает чужой внимательный взгляд. Тогда я глянул вниз.

Там, на дороге, которая в этом спальном районе была довольно спокойной, стояла на обочине неприметная машина. Когда я сфокусировал на ней внимание, мне показалось, что на меня смотрят с пассажирского сидения.

Буквально через несколько секунд после этого, фары машины зажглись, а двигатель загудел. Седан тронулся с места и уехал. Я внимательно проводил его взглядом. То, что следили из него, нельзя было сказать точно.

Одевшись в джинсы, белую футболку и клетчатую рубашку с подкатанными рукавами, я вышел из дома.

Да, выглядел я не как типичный дворянин, которые предпочитали классику в своей одежде. Но это был намеренный ход, ведь я и не хотел сойти за дворянина.

Как я узнал в интернете, в кофе Утро не так часто захаживали дворяне. Нет, они там все-таки бывали, но крайне редко. Заведение считалось в большей степени для низших сословий.

Приехал я туда намеренно за час до встречи с загадочным информатором. Просто хотел поесть, а потому тут же занял столик.

Как оказалось, визитной карточкой небольшого и уютного кафе были завтраки. Но и вечером, в кафе могли предложить кое-что интересное. Так, я заказал несколько фирменных блинчиков со сгущенкой и персиками и холодный летний кофе с ореховым сиропом.

Блинчики были чудесными, да и холодный кофе, который я обычно, не решался попробовать (как можно пить холодным кофе⁈), оказался на удивление хорош. Убедившись, что всегда лучше пробовать новое, я решился еще на одно блюдо, с загадочным названием «Пятый элемент вкуса». Интересно было, что ни фото этого десерта, ни ингредиентов в меню не было. Когда я сделал заказ, официантка загадочно спросила с хитрой улыбкой:

— Вы уверены?

— На все сто, — сказал я непринужденно.

— Ну смотрите, — сузила она глаза и забрала меню.

Как раз в этот момент звякнул дверной колокольчик. Я увидел, как внутрь заходит… Силеста Трипцитцина, та самая девушка, которой я помог на Белом Клыке.

Она выглядела очень привлекательно и в то же время просто. Короткие джинсовые шорты обнажали ее длинные, стройные ножки. Небольшой белый топ подчеркивал полную грудь. Было приятно посмотреть на ее подтянутый животик, в пупке которого поблескивала скромная, но красивая сережка. Сверху Силеста накинула белую рубашку, подкатав рукава.

Вместе с ней в кафе вошел какой-то хмырь. На самом деле хмырь выглядел совершенно нормально. Простой парень, вероятно, дворянин, одетый так же просто как и Силеста, в джинсы и рубашку навыпуск. Хмырем мне он показался именно потому, что был явно недостаточно хорош для Силесты. А после всего того, что между нами было на Клыке (я имею ввиду такой интимный процесс, как открытие ульты), мне казалось, что я вылепил девушку буквально своими руками, не отдав ее в лапы безумия. Теперь же Силеста находилась в других руках, не известно, насколько надежных.

Парочка присела за ближайший стол и сделала заказ.

Мне приятно было видеть, что Силеста уже восстановилось. Во-первых, это значило, что мана не повредила ее мозг, а во-вторых, дало мне понимание того, что я делал все правильно, контролируя открытие ее ульты.

Некоторое время я еще полюбовался Силсестой ( ее грудь чудесно выглядела сбоку), а потом мое внимание полностью привлек «Пятый элемент вкуса».

— Это ж сырники, — сказал я, когда официантка поставила передо мной тарелочку с тремя сырниками.

— Ну да, сырники, — хмыкнула она.

— Знаете, у вас ужасный маркетолог, — начал я, — когда вы называете блюло «Пятым элементом вкуса», ожидаешь увидеть нечто особенное, а не сырники.

Официантка хмыкнула снова, а потом поставила на стол передо мной загадочное блюдце, накрытое крышечкой.

— Самое главное, под крышкой, — сказала она и добавила, — приятного аппетита.

Я пожал плечами и поднял крышечку. Нахмурился.

Под ней было что-то напоминающее зеленое полупрозрачное желе. Я критически осмотрел загадочную субстанцию. Столь же критически обнюхал ее. Она не пахла абсолютно ничем. Ну вот совсем. Запах, казалось, просто отсутствовал.

Я опасливо взял чайную ложку и приготовился пробовать это странное блюдо. Поразмыслив еще немножко, решил, что следует перестраховаться. Спросил у официантки, нет ли у них активированного угля.

— Да все не так плохо, — засмеялась она, — не переживайте вы.

— Я всегда привык перестраховываться, — серьезно заявил я, — тогда давайте мне воды с лимоном на всякий случай. И лимона побольше, пожалуйста.

— Да, конечно, — засмеялась официантка.

Когда вода была уже на столе, я, наконец, решился. Полез ложкой в зеленую странность. Честно говоря, я ожидал, что металл зашипит, как от кислоты, или у странности раскроется зубастая пасть и та просто слопает кусочек ложки. Когда этого не произошло, я даже как-то расстроился.

Кусочек зеленой штуки отделился как простое желе, при этом в воздухе запахло приятным яблочным запахом. Я хмыкнул. И положил его на стопочку сырников.

Дальше началась настоящая магия: зеленая штука стала жидкой и растеклась сначала по всему верхнему сырнику, а потом и обволокла всю стопочку. Это выглядело просто удивительно.

Отрезав от стопочки кусочек, я с изумлением увидел, что зеленая штуковина просочилась и в пространство между сырниками. Тогда я просто отправил это нечто в рот.

Кажется, такой вкусноты я еще никогда не пробовал. Это правда был настоящим пятый элемент вкуса. Приятный, но не навязчивый яблочный вкус непостижимым образом подстраивался и дополнял творожный вкус сырников.

Я даже попытался выпросить у официантки рецепт, но, конечно, она не согласилась поделиться им.

— Ингредиенты добываются в осколках, — сказала она, — так просто их не достать. И уж тем более, не приготовить!

Настаивать я не стал. Можно было бы побадаться, но время неумолимо двигалось вперед. Нужно было идти.

Я торопливо доел сырники и допил свой кофе, после расплатился с официанткой и щедро дал на чай.

— Ого, — удивилась она, раскрыв глаза, — вот это да. Таких чаевых я еще не получала. Спасибо!

— Вот еще, — я отсчитал еще пару крупных купюр, — это передайте повару, что изготовил такую вкуснятину!

— Предки! — воскликнула официантка, — вы дворянин⁈ Да что вы вообще делаете у нас в Утро, господин?

— Вкусно кушаю, — подмигнул я, а после встал и направился на улицу.

Уже совсем стемнело, и я обошел кафе со стороны кухни, где неблыло широких панорамных окон.

После, попал на большую пустую парковку, освещенную несколькими прожекторами, висевшими на здании кафе.

Здесь никого не было. Я зашел туда, где не доставал свет и было потемней.

— Аарон Атрид? — Услышал я незнакомый голос, обернулся.

Из-за угла кафе вышел высокий мужчина в деловом костюме.

— А кто спрашивает? — нахмурился я.

— Я от Главного, — сказал мужчина и мне показалось, что его глаза сверкнули в темноте, — мое имя Альберт Вандер Третий. И у меня для вас новости.

Глава 19

— Какие новости? — Нахмурился я.

— У вас с Главным были определенные договоренности, — сказал человек, назвавшийся Вандером, — и я пришел их исполнить. По вашему делу хочу сказать следующее, — говорил он убедительным тоном, — похороны господина Ледёва пройдут через две недели, на кладбище гражданской аристократии. До того времени можете быть спокойным и ничего не предпринимать.

Я смотрел на мужчину внимательно, и он казался мне очень подозрительным. Его внешний вид был довольно странным: выглаженные светлые брюки, рубашка, красный галстук, легкий летний пиджак, коричневые туфли. Он выглядел безупречно. Даже лучше самого Главного. И это настораживало.

— Вы от Главного?

— Ну конечно, — помолчав, ответил он, — я же вам сказал.

— Докажите.

Он внимательно посмотрел мне в глаза. Помедлил. Я хмыкнул и сложил руки за спиной, сделав вид, что выжидаю. На деле же я готовился в любой момент призвать Уроборос.

Полминуты спустя он все же сказал:

— Да, конечно, — а потом высвободил из внутреннего кармана пиджака кнопочный телефончик, точно такой, какой вручил мне Главный, — вам должна быть знакома эта вещь, — сказал он.

— О да, — я улыбнулся притворно, — очень даже знакома.

— Полагаю, — Вандер вернул телефон в карман, — в доказательствах нет больше нужды.

— Нет, — солгал я.

Конечно, я не верил этому мужику. Слишком уж он был подозрительным. Слишком странным. Слишком лощенным для подручного Главного. Скорее, Главный сам бы мог ходить под таким типом. И уж точно не позволил бы никому из подчиненных, выглядеть лучше него самого. Это же какой удар авторитету!

— Когда, вы сказали, — начал я, — похороны?

— Через две недели, — повторил он бесстрастно.

— Поздновато. Неужели будут хоронить разлагающийся труп?

— Господина Лёдова кремировали.

— Отлично! Вернее, не отлично, что его кремировали. Отлично, что вы об этом знаете, — засмеялся я сдержанно.

Вандер не ответил.

— Скажите, — спросил внезапно я, — а вы маг?

— А зачем вам такая информация?

— Да так. Интересно просто. Я знаю, что Главный держит вокруг себя не так уж много магов. А таких, что сильнее него самого, не держит совсем, по понятным причинам.

— О нет, — расслабленно улыбнулся Вандер, — я, конечно же, не маг, — он поднял руки как бы в примирительном жесте.

— Странно. Вы очень похожи на мага и на дворянина.

— Скорее на модника, — он рассмеялся и потер шею, изображая растерянность, но холодные глаза Вандера оставались сосредоточенными и внимательными.

— Это точно, — рассмеялся я в ответ, а сам включил мановидиние.

Мне тотчас же открылся вид его мановых каналов. Крепкие и разветвленные, они пронизывали все тело плотной сеткой. Массивный очаг нес в себе пять крупных ячеек. Ульта, ожидаемо, была открыта. Мужик по имени Вандер, брехал как сивый мерин.

— Ну я понял! Спасибо за информацию! Пока! — Сказал я беззаботно.

— Всегда пожалуйста, — он очень приветливо улыбнулся.

В следующий момент, в воздухе просвистело. В краткой вспышке света в моей руке появился Уроборос. Его клинок зазвенел во время молниеносного удара.

А потом щелкнуло. С характерным звуком затрещала магия. Мы с Вандером стояли, скрестив клинки. Я — уроборос, а он — призванный духовный меч.

— А ты лжец, — сказал я ухмыляясь. Ты хоть знаком с Главным? Знаешь, кто это такой?

— Знаю, — ответил Вандер, поднажав на меч, он был сильнее физически, и Уроборос сдвинулся в мою сторону.

— И думал, что я поверю?

— А еще я знаю, — ответил он, — что ты не знаешь меня. На это и был расчет, Абсолютный ноль, — с улыбкой произнес Вандер, — ну что ж. Дезинформация не прошла. В нашем деле это случается. Рабочий момент. Но теперь придется действовать иначе.

Я не удивилс, что он знал меня. Но, удивился, что раскрыл это. Тогда я включил нуль-ауру. При том сразу на полную.

Вандера не стошнило. Он просто побледнел, а из носа побежала струйка крови. В следующее мгновение, он просто исчез. Вот, он был передо мной, а потом испарился.

Я обернулся. Внезапно, вокруг потемнело. Территорию парковки очертили светящиеся фиолетовым линии границ. А потом, вверх от них побежали такие же светящиеся стены из магии, над головой появился потолок из света, завершая круг-ловушку.

— Это моя территория, — вдруг раздался со всех сторон голос Вандера, — и раз уж ты раскусил меня, то не уйдешь живым.

— Болтай-болтай, — ухмыльнулся я, встав в боевую позу, — пока твои способности закрываются, одна за другой.

Я знал, что он сделает дальше. По всей видимости, этот куб из магии — его ульта. Либо одна из поздних способностей. Ведь закрываются они, обычно, начинают с самой слабой. И теперь вопрос: какая у него по счету невидимость?

Внезапно, Вандер оказался у меня за спиной. В его руках запылал призывной меч. Он светился мерным фиолетовым огнем, обозначая свою ману. Вандер владел маной воли.

Клинок с характерным звуком просвистел в воздухе. Вандер был быстр. Я едва успел уйти в сторону. Маг замер за моей спиной, низко опустив меч. В следующий момент, клинок исчез. Вандер пошатнулся и закрыл рот рукой. Его начало тошнить.

Я не терял времени даром. Метнулся туда, где только что был он. Ударил ножом. Маг в мгновение ока исчез. Стал невидимым. Клинок рассек воздух.

— Одной способности ты лишился, — сказал я, прислушиваясь, — или двух?

Услышав характерный звук испражнения желудка, я обернулся туда, откуда он прозвучал. Вандер был не невидим, как я думал раньше. Иначе я увидел бы его блевотину. Своей магией он заставлял мой мозг думать, что его нет в поле зрения. Однако, способность работала не идеально, и я видел его в момент атаки. Готов построить, дело в ауре. Вандер был заложником обстоятельств. Единственный шанс победить для него — убить меня раньше, чем аура отключит все его силы. Я знал, что он не успеет.

Внезапно, в дальнем правом углу загорелся фиолетовый свет. В мгновение ока он разделился на несколько таких же светящихся огней. Они немедленно со свистом устремились ко мне. Это был целый залп магических выстрелов.

Я среагировал мгновенно и бросил Уроборос в пустоту, туда, откуда был нанесен магический удар. Нож просвистел в воздухе, пронесся через шквал магических пуль. К моему удивлению, одна пуля попала в Уроборос, но тот даже не замедлил ход. Он просто развеял магию перед собой. Неужели мой нож был…

— Антиматический⁈ — Удивлённо вскрикнул Вандер из невидимости.

В следующее мгновение, Уроборос словно бы вонзился в воздух. Раздался стон боли. Я же, как мог быстро, отпрыгнул от летящих снарядов. Просто грохнулся на землю и прикрыл голову руками. А потом грохнуло ток, что меня чуть было не оглушило. Осколки асфальта и мелкие камни полетели в разные стороны. Больно ударили по ногам и спине.

Я приподнялся и обернулся. Там, где я был, буквально мгновение назад, зияла большая воронка. Если бы я не успел, точно превратился в кровавый фарш.

— Мля, — проговорил с той стороны Вандер.

Я видел, как нож, что висел в воздухе, резко опустился к земле. Было ясно, что это Вандер упал на колени. А потом он проявился в реальности. Клинок вонзился в плечо очень глубоко. Кровь сочилась из раны, заливая светлый пиджак мага.

Я встал и посмотрел вокруг. Иллюзия замкнутого круга медленно развеивалась.

— Что, сложновато? — Спросил я.

Вандер не ответил, а только схватился за клинок, но тут же упал на четвереньки и его вырвала пеной.

— Ты недостаточно быстр, чтобы убить нуля, — сказал я холодно и двинулся к нему.

Маг с трудом вытащил нож из тела и отбросил в сторону. Тот немедленно испарился, даже не достигнув земли.

— Призывной? — Удивился Вандер и стиснул зубы, — ты же не маг! У тебя не может быть магических сил!

Я не ответил, а только протянул руку и окровавленный нож тут же материализовался в ней.

— Это не возможно, — нахмурился Вандер, — откуда в тебе магия? Ты же ноль!

Я замер, посмотрел на нож. Кровь мага впиталась в клинок, и я почувствовал что-то странное. Новый прилив сил. Ощутил, как просыпается вторая ячейка способностей. Я удивился. Как это так? Вандер же лишь маг! Его крови не хватило бы, чтобы открыть новую способность! В чем же тут дело?

— Ты считаешь, что уже победил, верно? — Начал Вандер, поднявшись на одно колено, — что отобрал у меня всю магию, да ноль?

— Нет, не считаю, — сказал я, видя, как крохи магической силы еще пульсируют в его каналах. Ячейка с ультой была наполнена маной.

— Да. Я еще могу кое-что показать тебе… Посмотри мне в глаза…

Вандер устремил свой взгляд мне в лицо. Я увидел, как его глаза наполнились красным огнем, а потом белки почернели, словно угли. Зрачки, напротив, засветились желтыми точками.

— Пронзи себе грудь, — сказал он, и я тут же почувствовал, как что-то проникает в мой мозг. Это было новое резкое желание. Желание убить себя.

Проклятье! Ультой этого Вандера было управление разумом! Ну ничего! Так просто меня не взять!

Нуль-аура работала на полную мощность. Я видел, как с каждой секундой все быстрее опустошается ячейка его ульты. Однако, моя рука сама рванулась, вверх, чтобы ударить меня в грудь. Она словно бы вырвалась из-под моего контроля.

Тогда это сработало как-то автоматически. Я понял, что характер нуль-ауры изменился. Словно бы она работала теперь не на ослабление мага, а на ослабление конкретного заклинания.

— Что? Какого черта⁈ — Крикнул внезапно Вандер, — что происходит⁈ — Запаниковал он.

Аура теперь работала, словно антимагический щит, защищая меня от чужих заклинаний. Любое желание навредить себе мгновенно исчезло.

— У меня припасено еще много сюрпризов, — не подал я вида, что удивился собственной новой силе.

Подойдя к Вандеру, я схватила его за грудки, он злобно посмотрел на меня.

— Кто тебя послал? — приставил я нож к его горлу.

— Этого, — вдохнул Вандер, — ты не узнаешь…

— Узнаю, хотя, — задумался я, — я уже знаю. Патрицин.

Вандер нахмурился.

— Значит, угадал. Отлично. Но из тебя хреновый игрок в покер. На лице все написано!

— Пошел к черту… — Прошипел Вандер.

Я размахнулся и врезал ему по морде рукой, с зажатым в кулаке кинжалом. Вандер откинул голову далеко назад. Потом обернулся. Его губы лопнули, как спелые вишни. Маг принялся выплевывать кровь и зубы.

— Где посланник Главного?

— Я скорее сдохну…

— Черный седан, — ухмыльнулся я, — твой?

— Иди на хер! — Крикнул Вандер и тут же получил в зубы второй раз.

— Твой, — улыбнулся я, когда маг снова принялся отплевываться зубами, — и я уверен, что он стоит за углом и ждет, когда ты вернешься. А может быть, — я сделал вид, что смотрю на наручные часы, — за тобой даже придет кто-нибудь из подручных, когда подумает, что ты слишком задержался.

Вандер не ответил. Он смотрел на меня суровым взглядом.

— А он точно подумает.

— Меля! Босс! — Радласля крик у меня за спиной.

— Беги, Миллер! — Заорал вдруг Вандер.

Я обернулся. Высокий мужик в темном деловом костюме, появился на парковке и выхватил пистолет. Я тут же, одним рывком нырнул за Вандера, прикрывшись им, как щитом. Раздались выстрелы. Вандер всхлипнул, потом замычал от боли. Прямо на моих глазах пуля вышла из его спины и легла в асфальт у моих ног.

— Мля! Босс! — Крикнул он снова как-то бестолково. Но на этот раз его голос звучал растерянно. Мужик явно не ожидал, что застрелит своего же начальника.

Когда я почувствовал, что Вандер оседает без сил, то выглянул из-за его спины. Мужик зачем-то выбросил ствол и дал деру. Недолго думая я бросился следом, кратко оглянувшись. Вандер, раненный в грудь и живот, устремил в небо остекленевший взгляд. Его белая рубашка пропиталась кровью. Маг завалился назад.

Погоня была недолгой. Я увидел тот самый черный седан. Он был припаркован у обочины через дорогу.

— Гони, Паха! Гони! — Заорал убегающий, и тачка тут же газанула.

Тронулась с места, как раз, когда мужик успел запрыгнуть в машину. Водитель же, пошел в занос, разворачивая авто в другую сторону. Я не думал ни секунды. Бросился прямо на капот, когда седан погнал в обратную сторону.

Грохнуло, я почувствовал,как метал, подо мной, гнется. Спина коротко взорвалась болью, а потом меня дернуло назад, и я угодил прямо в лобовое. Хрустнуло. Вместе со стеклом я оказался в салоне, придавив собой водителя.

— Мля!

— Ааа!

— Мммм!

В салоне все начали кричать. Завизжали шины. Я, вместе со стеклянной крошкой, упал куда-то на пассажирское сидение, чуть было не свалился под сидение, на коврик. Где-то на торпеде хрустело выбитое стекло. С той стороны, под рамой лобового корчился водитель.

Потом грохнуло так, что я все же свалился вниз, на коврик. Все вокруг затихло. Снаружи раздались крики людей. Я быстро понял, что случилось — мы куда-то врезались.

Кажется, я спохватился первым, потому что когда я выбрался из-под сидения, увидел презабавную картину: водителя на месте не было, а двое на заднем сидении обнялись и прижались друг к другу. Причем один из них был связанный и с кляпом во рту.

Я бросил взгляд назад и понял, что мы въехали в столб. На капоте лежал водитель с размазанной головой. Причем размазанной об этот самый столб.

Связанным же, наверняка был человек Главного. Он смотрел на меня ошалевшими глазами.

— Да кто ты, мля, такой⁈ — Выдал почему-то второй, тот, что стрелял в Вандера, и потянулся за пистолетом.

— Ты его выкинул, — напомнил я.

— А, да? — Наступила странная пауза.

Мы замерли. В следующее мгновение, он метнулся к карману сидения. Я не стал ждать, что же он достанет и просто материализовал в руке Уроборос. А потом вонзил его прямо в темечко мужику.

— Мля! — Заорал мужик и откинулся на спинку сидения, — почему пахнет шоколадом⁈ — Внезапно воскликнул он, сведя глаза к носу, — ой! А теперь разочками…

— У тебя мой ножик в мозгах, — пояснил я.

— А, да? — Только и сказал он, а в следующее мгновение его глаза заплыли кровью, а потом хлынуло и из носа. Раскрыв рот он откинул голову назад.

Замычав, связанный поспешил отпихнуть труп и отлез от него подальше. Я же, видя, как к нам бегут зеваки, перебрался на заднее сидение и вырвал нож из головы мужика, а потом перерезал путы.

— А! Черт! — Первым делом сказал мужик, которого я освободил его, — ненавижу мертвецов!

— Давай невыход! Пока жандармерия не подоспела!

Он схватил налету и дернул ручку двери. Вместе мы вывалились из салона, вскочили на ноги и дали деру за ближайший универмаг.

— О, предки, парень, — начал связной Главного, отдышавшись, — благослови тебя все занатнейшие рода империи! Ты спас меня!

Я выглянул из-за угла. К въехавшей в столб машине уже стекалась куча народу. Где-то уже звучали сирены машин экстренных служб.

— А ты, кстати, кто? — Опасливо начал мужичок.

— Ты от Главного? — Глянул я на него.

— Да! То есть… — он осекся, — неважно!

— Да расслабься, — я вытащил и показал ему телефон, — я помощник Абсолютного нуля.

— У нулей есть помощники?

— А ты думал, он сам сюда припрется? — Посмотрел я на него с укоризной, — прямо в полной боевой выкладке?

— Ну, — пожал он плечами. — И то верно. Да и телефон при тебе. А я вот свой потерял.

Неожиданно в кармане моих джинс зазвонило. Я извлек оттуда второй такой же кнопочный мобильник. Успел забрать его у Вандера.

— Кажется, это тебя, — протянул я ему телефон.

— А! Да! Мля. Главный звонит…

Он приложил аппаратик к уху.

— Да, на месте. Да, — заговорил он, — какие-то козлы пытались похитить. Да, выручил паренек. Говорит, от нуля. Да, телефон у него при себе. Понял, — он протянул трубку мне, — Главный хочет поговорить с тобой, — сказал информатор.

— Алло? — Взял я трубку.

— Привет, дружище, — зазвучал знакомый голос, — кто бы ты ни был, но если телефон у тебя, значит, ты точно от Абсолютного. Ты вытащил Чаки из беды, верно?

— Пришлось, — я посмотрел на худощавого неказистого информатора, лет сорока, которого звали Чаки, — он выглядит так, будто постоянно попадает в неприятности.

— Ха! — Рассмеялся Главный, — и верно! Так и есть! Но я держу его за пронырливость и находчивость! В общем, ты молодец, парень! Твой наставник ноль отлично тебя тренирует, если уж ты умудрился дать отпор каким-то непонятным бандюганам. Причем, я полагаю из гвардии какого-то дворяшки. Ну пох. Главное все обошлось. Так держать! Красавец!

— Угу, — весь в нуля, — поддакнул я, — ну! Бывайте! — Передал трубку обратно Чаки.

— Фух, — убрал он телефон в карман, — значит, инфу по Лёдовым передавать тебе?

— Да.

— Ну тогда, дружище, слушай! Там п*здец че твориться!

Глава 20

— И что же там намечается? — Заинтересованно спросил я.

— В общем! — Понизил голос Чаки, — там будет жопа! Непонятно, похороны это, или всеросморский съезд аристократов.

— Кто-то выжил!— Внезапно закричали на улице, где стоял разбитый седан, — они убежали куда-то туда!

— Благодарю, вас, госпожа!

Я выглянул из-за угла. Несколько жандармов в синих летних мундирах и пробковых шлемах шли в нашу сторону.

— Давай-ка сваливать, — сказал я Чаки, — поговорим в более подходящем месте.

Мы и свалили. Убежали, задними хозяйственными площадками магазинов. Перебрались на другую сторону улицы, смешавшись с группой пешеходов. Там, просто сели на лавочку у парковой зоны.

— Кажется, ушли, — сказал я.

— Думаешь, — обеспокоенно посмотрел на меня Чаки, — нас не опознают?

— Мы быстро. А потом разойдемся, — сказал я, осматриваясь по сторонам, — Выкладывай, что там у тебя?

— В общем, — начал Чаки, — это будет очень секретное и закрытое мероприятие. И на него прибудут невероятно важные гости. Насколько я понимаю, прямо-таки серые кардиналы Росмории. По крайней мере, они сами себя таковыми считают. У Лёдова были невероятно могущественные друзья.

— Кто? Фамилии? — Нахмурился я.

— Граф Землицин, он богатейший землевладелец. Практически все сельскохозяйственные земли в Приморье принадлежат ему. Барон Темнев, говорят, его дворянская гвардия это и не гвардия вовсе, не ограниченные подразделения охраны, что дозволены всем дворянам. Его гвардия — небольшая частная военная кампания наемников.

— И император Римский позволяет ему это? — Задумался я.

— Видимо, да, — пожал Чаки плечами, — я всего лишь отличный слушатель с хорошей памятью, а не политолог, — понизил голос информатор.

— Ладно. Давай дальше.

— Князь Игнатьев, он председатель союза сталелитейщиков Росмории и богатейший бизнесмен в области тяжелой промышленности. Владеет крупнейшими заводами и даже несколькими шахтами на севере страны. Так, кто там дальше? Дай подумать.

— Ты ж сказал, что память у тебя хорошая, — приподнял я бровь.

— У меня, вообще-то, стресс! — Виновато посмотрел на меня Чаки и протянул свои трясущиеся ладони, — я чуть не умер!

— Ну ладно-ладно. Но поторопись, — я украдкой стал озираться по сторонам.

— Так вот, — откашлялся он, — дальше Герцог Световидов. Ему принадлежат несколько популярный тв каналов, ряд интернет-ресурсов и даже несколько радиостанций. В общем, нехилый такой медиамагнат.

— Слышал о нем, — задумался я, — он нередко критикуют политику императорского дома.

— Ну да, — пожал плечами Чаки, — лодку раскачивает, гад. Но все же, в опале у императора не находится, что странно.

— Ладно. Дальше.

— Так, —поджал обветренные губы Чаки, — Князь Воздушников. Этот черт знает вообще, чем занимается. Какой-то инфобизнесмен, что ли. Знал бы я че это такое, — потер висок Чаки, — но он едва ли не богатейший из них всех. Вроде че-то делает в интернете, че-то продает. Че? Никто не знает!

— Хм, — я понимал, к чему идет дело. И если все действительно так, как я думаю, то мне просто сказочно повезло, с одной стороны, а с другой, проникнуть на похороны будет гораздо сложнее, чем я думал. Непорядок сложнее, — А последний?

— Откуда ты знаешь, что он последний? — Посмотрел на меня с удивлением Чаки.

— Не отвлекайся. Говори, давай.

— А последний у нас идет Князь Ивор Патрицин. Наш, местный дворянин, что фармой занимается.

После встречи с Чаки я почти сразу направился на квартиру. Все сходилось. Все чужие боги, что переродились в этом мире, явятся, чтобы проститься со своим погибшим братом. И все они будут в одном месте, в одно время.

Остается только придумать, как проникнуть туда, и что делать дальше? Как уничтожить их одним махом?

Но ладно уничтожить, как спасти их наследников? Насколько я знал, все боги прибывали в Дольск-на-Альве вместе со своими семьями. Происходило это, правда, секретным путем, так, чтобы весь род нельзя было уничтожить разом. Они знают про Аркану и боятся ее. Пытаются обезопасить сами себя.

Вандер не соврал в одном: Льёеда правда кремировали. А также, действительно церемония будет заключается в помещении его урны с прахом в родовую усыпальницу, которая располагалась на офицерском кладбище. И самое забавное, что мероприятие предполагалось провести тихо, скромно и без шумихи. Никто в городе толком и не знал, какие шишки приедут сюда.

Вопрос был вот в чем. Пока я ждал автобус (после случившегося не хотел ехать на такси), успел поискать в интернете информацию обо всех этих родах. Выяснилось, что они действительно тесно связаны между собой. И, что самое интересное, объединенные вместе, они представляют из себя оппозицию императорскому дому и иго союзникам.

Но почему император инкогнито прибывает на эти похороны? Кто захочет почтить память своего соперника, в кругу таких же соперников?

Тут, конечно, была загадка, и я решил, что, вероятно, недостаточно много знаю. Однако, я выяснил еще кое-что. Кое-что про семью Басилевсовых, что покусились на императорский дом. Оказалось, изначально Басилевсовы входили в круг как раз сторонников императора.

Дом занимался логистическим бизнесом, но после того как Император личным указом ввел несколько дополнительных налогов на перевозки, чтобы с этих денег начать строительство имперской пятой магистрали — дорожной артерии с севера на юг (на юге располагались производства, а на севере большинство самых богатых ресурсами осколков), отношения с Басилевсовыми у правящего дома испортились.

И тогда Басилевсовы стали сближаться, сюрприз-сюрприз, с Патрициними. И даже инвестировали в фармакологическую компанию Князя Ивора. Вот как все запутано.

По всей видимости, все Чужие Боги в телах аристократов, дружат против Императора. Монарх же, не может допустить прямого столкновения с ними, потому-что тогда это может расколоть страну. Римскому приходится вести тонкую игру с Чужими Богами. Возможно поэтому он и прибудет в Дольск, на похороны.

— Что? Да я согласился тащиться в это ссаное Утро, только ради того, чтобы ты пошла со мной!

— Я не могу, Кальвин. Извини.

— Как это не можешь⁈

Все это я услышал, когда уже стоял на последней ступеньки своего автобуса. Где-то за моей спиной раздавались возбужденные голоса. А главное, один из этих голосов, был мне знаком. Я обернулся.

— У меня тренировка поздно вечером, — мотнула головой Силеста, — так что извини.

— Вечером⁈ — Сказал парень — дворяшка, который пришел вместе с Силестой в Утро, — че за дурацкое расписание?

Силеста и ее кавалер стояли у парковки, что прилегала к городскому парку со стороны дороги. Кажется, разгорался конфликт.

— Я все подготовил сегодня с тем рассветом, что ты согласишься, — громко настаивал парень.

— Прости, но не могу, — опустила глаза Селеста, — если я не буду тренировать ульту, то у меня будут сложности с заклинанием. Все, же оно оказалось довольно сильным. Им надо овладеть.

— Но не ночью же!

— Мне помогает отец. А ты сам знаешь, что твой отец направил его на дежурство, на весь день.

— Мой отец, — приподнял подбородок мальчишка, — твой хозяин — барон Ордосский. А я — его сын. Второй в очереди на наследство! А значит, и твой господин тоже, — он схватил Селесту за руку, и потащил к черному спорткару, который тут же мигнул сигналкой, — и ты пойдешь со мной! Я устал потакать твоим желанием, женщина!

— Пусти!

— Молодой человек, — внезапно спросил меня водитель автобуса, — вы заходите или как?

— Или как, — сказал я серьезно, — двигай, командир. А у меня появились дела.

Соскочив со ступеньки, я быстро зашагал на парковку.

— Пусти! — Кричала Силеста, — не трогай меня!

— Я устал тратить время на пустые ухаживания, — прошипел сквозь зубы парень, которого назвали Кальвином, — хватит динамить меня, Силеста!

— Девушка попросила отпустить ее, — сказал я холодно, приближаясь к машине.

— Что? А ты, кто еще такой? — Удивленно уставился на меня парень, — че тебе надо, смерд⁈

Силеста тоже посмотрела на меня, широко раскрыв глаза. В них блеснула тень узнавания. Она вряд ли могла понять, кто я такой, но все же черты лица у меня были теми же и под воздействием эликсира, в более зрелом возрасте.

Я не ответил парню, а просто схватил его за руку и сильно сжал запястья, надавив на сухожилие.

— Ай! Ты чего! — Крикнул он, когда его пальцы разжались.

Силеста отдернула руку. Выглядела она совершенно растерянно. Казалось, не знала как, поступить. И это меня немного смутило.

— Учу тебя вежливости, — сказал я, а потом выкрутил руку парню, так, что кисть оказалась у него за спиной. Кальвин вскрикнул от боли.

— Да ты хоть знаешь, кто я такой⁈ — Ломающимся голосом закричал он.

— Двигай отсюда, — толкнул я его к машине, — вон с глаз моих.

Парень обернулся и зло посмотрел на меня, потом на Селесту.

— Что ты стоишь⁈ — Зло крикнул он девушке, — не видишь, что творится⁈ А ну делай свою работу! Или на это ты тоже неспособна⁈

Силеста не ответила ему, а только отвела взгляд.

— Отец узнает об этом, — зло скривил губы Кальвин, а потом сел в машину.

— Все в порядке? — Спросил я.

— Вполне, — вздохнула Силеста, провожая спорткар своего кавалера взглядом.

Машина, завизжав покрышками, дала с места в карьер и умчалась по широкой дороге.

— На красный свет погнал, — заметил я, тоже следя за тем, как улепётывает дворянин.

— Да, — она кивнула, — Кальвин Ордосский, сын барона Ордосского, очень избалованный молодой человек.

— Я заметил, — улыбнулся я девушке.

— А мы не знакомы? — Нахмурилась она, — у меня стойкое ощущение, что я где-то видела вас.

— Можно на ты, — протянул я руку, — Паша, — сказал я зачем-то и мне тут же захотелось укусить себя за задницу со злости. Лгать о своей личности было неприятно, но ничего не поделать. Сейчас я не готов был раскрыться Силесте на полную.

— Вы… ты… Дворянин?

— А как думаешь? — Улыбнулся я.

— Думаю, — она тоже улыбнулась, — дворянин. Держишься, как дворянин.

— Правильно думаешь, — кивнул я.

— А я Силеста Триптицина, — она пожала мою ладонь.

— Очень приятно, — улыбнулся я.

— Но ты зря вмешался, — она несколько иронично посмотрела на меня, — сильно рискуешь.

— Это чем же? Что он расскажет папочке? Да уж как-нибудь переживу, — рассмеялся я.

— А еще, — она вздохнула, — по-хорошему, я должна была защитить Кальвина и напасть на тебя. Как никак ты сам напал на члена рода Ордосских.

— Ах-ха-ха-ха! — Начало до меня доходить, — то есть, ты должна была напасть на меня, чтобы защитить мажора, оттого,что я напал на него, потому что он напал на тебя⁈

— Ну, типа того, — она хохотнула, — я ведь, как бы его, телохранитель, — вздохнула снова, — а теперь мне тоже попадет, зато что не защитила, и более того, оставила его одного.

— Он замыслил неустанные отношения, — рассмеялся я, — сам виноват.

— Я всегда знала, что он избалованный, но ухаживал очень красиво, и мне стало казаться, что я таю. Ну и вот, — она пожала плечами, — такой финал.

Мы отошли и присели на лавочку, Силеста продолжила:

— Он признался мне, что снял квартиру на ночь и был уверен, что мы поедем туда вместе. Но я отказалась, и он разозлился.

— Мог бы отвести тебя в место подороже, а не в Утро, — рассмеялся я, — раз уж нацелился на продолжение банкета, так сказать.

— Да нет, — она вздохнула, — он, наоборот, пошел как-то против своей натуры. Мне очень нравится Утро. Там душевно и спокойно. Одно из моих любимых заведений в городе. А он еле высидел. Но я была благодарна ему, что просто согласился пойти. Но и в мыслях не было, что он потащит меня, спать с ним, — рассмеялась девушка растерянно.

— Ну как же, — я хмыкнул, — он ведь на такие жертвы пошел ради тебя. Сходил в нелюбимое кафе. А ты его кинула.

— Сарказм? — криво ухмыльнулась Силеста.

— Ага, — кивнул я.

Некоторое время мы помолчали.

— Спасибо, что выручил, — посмотрела она серьезно, — даже не знаю, как бы я поступила, не появись ты.

Я не ответил, только улыбнулся ей. Потом сказал:

— Прогуляемся?

Ну и, собственно говоря, мы прогулялись. Ходили по парку и болтали ни о чем. Весело шутили и смеялись друг над другом и друг с другом. В общем, прекрасно провели время.

— Все хорошо? — Спросил я, когда уже стемнело и мы проходили по освещенной уличными фонарями дорожке парка, — ты что-то бледная.

— Да так, плоховато немного. Я недавно открыла ульту и теперь, время от времени у меня бывают приступы. Ничего, давай присядем?

Мы сели на лавочку, и девушка полезла в свою маленькую сумочку.

— Вот блин! — Воскликнула она.

— Что случилось?

— У меня были пилюли, чтобы блокировать каналы! Но, кажется, я забыла их дома!

Я включил мановидиние, осмотрел блестящую синим светом систему каналов Силесты. Все ячейки были пустыми. Все, кроме ячейки с ультой. Это нормальная практика, если ульта открывалась тяжело. Маг при помощи специальных препаратов временно блокировал поступление маны в простые ячейки. Так можно было учиться правильно использовать ульту, небоясь, что случайно бабахнешь не тем заклинанием.

Однако, я видел, как действие этих таблеток кончилось, и началось резкое наполнение всех остальных ячеек. Учитывая, что очаг Силесты был заполнен только на треть, они все равно не зарядятся.

Плохое самочувствие же объяснялось тем, что девушка просто отвыкла разом наполнять все ячейки. Это и так было довольно непросто, потому что они перезаряжались по очеди, при нормальном использовании, а тут наполняются все разом.

— Мне надо домой, — она вздохнула, — если не приму лекарство, сегодняшняя тренировка сорвется!

— Далеко тебе до дома?

— Я живу за городом, в поместье Ордосского, минут сорок.

— Ты не успеешь. Ячейки наполнятся.

— Что? — удивленно подняла она бровки, — откуда ты все это знаешь? Ты тоже маг?

— У меня дома есть нужное средство. Я могу помочь, — встал я и протянул руку, — пойдем.

Девушка посмотрела на меня недоверчиво.

— Да не переживай ты, — закатил я глаза, — посидишь во дворе, на лавочке, пока я поднимусь в квартиру за ним. Можешь не идти, если не хочешь.

Силеста согласилась, и через десять минут мы уже были у моего дома. Доехали на такси.

— Ладно, — сказала она, когда я стал подниматься к себе, — я пойду с тобой. Не хочу оставаться тут одна.

Я пожал плечами, и вместе мы пошли к лифту. Доехав до нужного этажа, отправились в квартиру.

— А откуда у тебя таблетки для магов? Ты сам маг? — Удивилась девушка.

— В некотором роде, — я пропустил Силесту вперед, в гостиную, а сам же принялся записывать валяющуюся у шкафа форму нуля, под обувную тумбу, пока она не заметила. Маска не вылазила, и пришлось ее взять, чтобы куда-то спрятать.

— У тебя тут мило, — внезапно обернулась она, — снимаешь?

Я спрятал маску за спину, застыл по струнке.

— Ты выглядишь бледной, — проговорил я, — поплохело?

— Немного, — вздохнула она.

— Посиди на кухне. Я сейчас.

Она кивнула и отправилась на кухню. Я же, швырнув маску в шкаф, пошел в гостиную, к своей сумке с эликсирами. Внезапно, мое внимание привлекло характерное рычание Коржика.

Я посмотрел на его аквариум. Улит сидел на краю и смотрел на меня блестящими глазами. Открыв пасть, показал объятого огнем горлышко.

— Мля! Драконоулит! — Прошипел я себе под нос.

— Что? Паша? Ты что-то сказал?

— Нет-нет! — закричал я, пихая улитку в аквариум и присыпая коржика листвой.

Он был просто возмущен таким моим поведением и тяпнул меня за палец. Я не вскрикнул, сдержался.

— Что ты делаешь, гнусная рептилия, — начал я шепотом, — ну или головоногое! Кто ты там⁈

Коржик злобно заурчал.

— Сиди тут! Под листиком и не показывайся!

Он рыкнул еще более угрожающе.

— Паш? Ты там, где?

— Иду! — Крикнул я и снова обратился к Коржику, — договоримся! Два красных батата, если сидишь тихо, пока они здесь. Идет?

Он зарычал, бататы, мол вперед. Ничего не оставалось, кроме как отдать ему остатки лакомства, и включить телек, чтобы заглушить звуки его урчания.

Потом я быстро взял одно из зелий в своей сумке и пошел на кухню.

— Вот, — протянул я ей колбочку, — выпей. Ровно три глотка. Небольших.

— Что это?

— Эликсир, замедляющий наполнение ячеек маной. Его используют время от времени, чтобы расслабить каналы ячеек, скажем, если приходилось раз за разом пользоваться заклинаниями на протяжении длительного времени.

— А долго идет эффект?

— Сутки. Ты успеешь принять свой препарат, когда вернешься. Ну? Чего смотришь? Он безопасен. Нет побочки.

— Да нет, просто очень знакомая колба, — я такие только однажды видел, — осмотрела она сосуд, в котором был эликсир.

— Ты не смотри, а пей!

Девушка кивнула, сняла крышку и сделала три глотка.

— Умничка, — сказал я.

Внезапно,в соседней комнате грохнуло. Отблеск вспышки был виден даже в коридоре.

— Блин! Блинк! — Раздался голос Астарты, — мы с тобой чуть не застряли внутри стены! Телепортируйся аккуратнее!

— Прошу прощение.

— Кто это⁈ — вскочила Силеста с места.

— Аарон? Аарон Атрид! — Крикнула Астарта на всю комнату, — где ты? Я знаю, что дома!

— Аарон Атрид⁈ — удивлено уставилась на меня Силеста.

Глава 21

— Аарон Атрид! — Повторила Силеста, — ты тот мужчина… — замерла она удивленно и осмотрела меня с ног до головы, — мужчина с Клыка.

Я услышал, как поняв, что в квартире есть еще кто-то, Астарта с Блинком затихли.

— Ага, — вздохнул я, — раскусила. Это я.

Упираться все равно было бессмысленно. К сожалению, Астарта произнесла мое имя громко, четко и ясно. Наверное, хотела, чтобы соседи тоже услышали.

— Но на Клыке ты был, — смутилась она, — как-то старше…

— Да не, — я рассмеялся, — тебе показалось.

Силеста странно посмотрела на меня.

— У тебя была щетина.

— Побрился, — пожал я плечами.

— Ты был выше!

— Походная обувь на платформе.

— Шире в плечах!

— Теплая одежда, — улыбнулся я.

— Да нет! Ты был в черном обтягивающем костюме!

— Поролоновые вставки, имитирующие мышцы, — зачем-то сказал я, и только потом понял, какой бред сморозил.

— Что? — Не поняла девушка.

— Что б выглядеть значительнее, — приосанился я и выпятил грудь. Хорошая мина при плохой игре — наше все.

— Ну, окей, — рассмеялась она, — я не понимаю, как ты это сделал, но и голос был другим!

— Искажения из-за равнинной местности, ветер, мороз, все дела.

— Ну ладно, — улыбнулась она, — считай, что убедил.

— Ха! Да я и не пытался убеждать тебя, — приподнял я бровь, — ты спрашиваешь, я отвечаю.

— Хорошо, — она засмеялась, — будем считать, что это наше милое знакомство.

Понятно был, что Силеста мне не поверила, но, по крайней мере я отбрехался от ее неудобных вопросов. И даже умудрился сохранить лицо. Но оставалась еще одна проблема. И она проявилась почти сразу.

Из-за угла, что отделял зону кухни от зоны гостиной, выглянул сначала Блинк, а потом и Астарта. Оба уставились на девушку.

— Предупреждать нужно, когда входите, — сказал я.

— Извини, Аарон, — начала Астарта, — можно тебя на пару слов?

— Это чтобы обсудить поход в осколок? — Сказал я беззаботно.

На лице Астарты отразился настоящий ужас. Кажется, она решила, что я собираюсь обсуждать наше задание при посторонних ушах.

— Я же уже сказал, как будет делить добычу, — сложил руки на груди я, — мне сорок процентов, вам с Блинком по тридцать.

Блинк и Астарта переглянулись.

— Вы оскольщики? — Спросила Силеста.

Блинк и Астарта переглянулись еще раз. Астарта было открыла рот, но умница-Блинк ее опередил:

— Да! — Вышел он из-за угла, — оскольщики. Я граф Блинковский, а эти двое в моем отряде оскольщиков, мы охотимся за бивнями ухорогов в осколке Зеленом. И у нас завтра очередной рейд!

— Ухорогов? — Неприязненно скривилась Силеста, — убиваете их?

— Да нет-нет! — Присоединилась Астарта, — Аарон нашел способ, как отнимать у них бивни, не причиняя вреда. Те все равно снова отрастают.

— Ну да, — я очень находчивый, — подмигнул я девушке, а потом посмотрел на Астарту.

Лицо девушки-нуля исказила настоящая злоба.

— А еще, кое-кто должен предупреждать, прежде чем заявляется в мою квартиру, — сказал я ей.

— Ой! Ничего, — растерянно рассмеялась Силеста, — я уже ухожу. Ведь времени уже… — она посмотрела в смартфон и побледнела, — предки! У меня тренировка через двадцать пять минут! Отец меня убьет! Билн-блин-блин!

— Без паники! — успокоил я засуетившуюся девушку, — Блинк, сможешь доставить ее до дома своей силой.

— Я? — Расширил глаза Блинк.

— Стоп! А как я попаду домой⁈ — Астарта аж покраснела от злости.

— Я тебе такси найму, — сказал я, — а тебе, Блин, будет магарыч!

— Какой? — Заинтересовался Блинк.

— А какой нужен?

— Та ваша настойка, — он смутился, — что вы приносили в гильд… — осекся Блинки, но тут же поправился, — на работу на Новый Год. Очень уж она мне понравилась.

— Настойка из плотоядных грибов? — Хмыкнул я.

— Да! Она!

— Будет тебе настойка.

— Тогда я готов!

— А что происходит? — Непонимающе спросила Силеста, — как меня доставят⁈

— У господина Блинка, — потянул я его за рукав к Силесте, — есть отличная способность. Он телепортер. И легко домчит тебя до дома.

— Скажите только адрес, — покраснел Блинк.

Силеста проговорила его, и Блинк прикинул.

— Так, это не меньше пятнадцати прыжков. Домчу минуты за три. Только нам нужно, — он опустил глаза, — обняться.

Силеста удивленно посмотрела на меня.

— Не стесняйся, — хмыкнул я, — Астарта вон, привыкла уже.

Ноль злобно скривила губы. Силеста же, пожала плечами и стала рядом с Блинком. Без затей обняла его за талию как девушку.

— Ну, — сказал Блинк, — мы погнали!

А потом хлопнуло и блеснуло. Там, где только что стояли Силеста и Блинк, никого уже не было.

— У тебя совести нет, — злобно проговорила Астарта и скрестила руки на груди.

— В прошлый раз ты была не против любовниц, — хохотнул я и прошел в гостиную, — что-то изменилось?

— Мне теперь ехать на такси, — обиженно проговорила Астарта.

— Я оплачу, не переживай, — улыбнулся я, —вызову тебе бизнес-класс. А хочешь — лимузин.

— Лимузин, — Буркнула она, — раз уж ты платишь, что б не шикануть.

Но было понятно, что девушка делает это просто из вредности. На самом деле не нужен ей никакой лимузин. Очевидно, она была обижена на меня из-за Силесты. Приревновала. Но тут уж ничего не поделать. Переживет как-нибудь.

— Присаживайся рассказывай, — указал я на диван, а сам пошел к холодильнику, — голодная? У меня есть стейки из мраморной говядины и рис на гарнир. Будешь?

— Не хочу, — обиженно бросила Астарта.

— Да не дуйся ты, — я достал две порции мяса и сунул в микроволновку, — что там с миссией?

Астарта вздохнула, и как в прошлый раз, расстегнула свой костюм, но уже не так глубоко. Шикарного декольте я не видел. Видимо, девушка решила таким образом меня наказать.

— Вот, здесь все, — достала она бумажный конверт, — время, место, состав отряда. Подробная инструкция.

— Благодарю, — Принял я конверт, — когда?

— Послезавтра.

— Проклятье, — выдохнул я, — снова пить эликсиры. Меня еще мутит от прошлой дозы.

Астарта, выглядевшая грустной и подавленной, просто пожала плечами.

— Не дуйся, — я поставил на обеденный столик две порции, — давай перекусим, у тебя вон, щеки впали.

— Я на диете, — буркнула она.

— А зачем тебе диета? — Хохотнул я.

— Блин! Да посмотри на нее! — Она встала и повернулась ко мне своей объемной попой, — она просто огромная!

Я рассмеялся и вздохнул, проговорил:

— Не неси чепуху. Иди, перекусим. Наверняка ты голодная.

— Да. Немного, — вздохнула Астарта, и все же согласилась.

Мы поели, поболтали ни о чем. Девушка была, будто бы, обижена на меня, просто за то, что рядом со мной была другая. Это ее настроение ощущалось очень сильно. Но со временем она переняла мое просто и веселое настроение, и через час от обиды не осталось и следа.

— Как же я поеду? Не хотелось бы щеголять в такси черной униформой нулей.

— Ты можешь взять что-нибудь из моей одежды.

— Ну хорошо, — она посмотрела на наручные часы, — только мне уже пара. Дай что-нибудь накинуть.

Я выделил ей футболку и свои джинсы. Правда, быстро выяснилось, что фигуристая девушка не влезет в мои штаны, и пришлось предложить ей ту одежду, которую я носил под воздействием эликсиров.

— Только не подглядывай, — сказала она, расстегивая свой комбез.

— У меня и в мыслях не было, — пожал я плечами, — я вон, почитаю, что в конверте пока что.

Астарта отвернулась, и я услышал звук расстегивающейся молнии. Сам же, вскрыл конверт, начал читать.

В записке было указано, что послезавтра, в девять утра, мне нужно было находиться по определенному адресу. Там выдадут снаряжение и доставят до Горячих Болот.

В миссии предполагалось участвовать четырем нулям. Мне, Астарте, некоему нулю из столицы по имени Армин Стерхов и еще одному, откуда-то из средней полосы империи.

Если о Стерхове я слышал, то последний ноль по имени Аполлон Мягков был мне неизвестен. Я не знал о нем совершенно ничего. И это даже немного настораживало.

Также в записке было указано, что к роду Хромосов в походе присоединятся представители еще двух домов. Одним из них были Ордосские. Как оказалось, Ордосские — дом-вассал Хромосов. А вот третий дом оставался втайне. Гильдии почему-то не удалось узнать, что это будет за дворянский род.

Была и другая странность. Меня просили не использовать эликсиры. То есть, на задании мне надлежало быть в подростковом возрасте. Видимо, решили, что это нужно для большей маскировки. Нули должны были играть роль части взвода оскольщиков-проводников, которые сопровождают дворянские дома.

— Аарон.

— Ммм? — Поднял я глаза на Астарту.

Девушка вышла из-за угла. Она была голой по пояс и стояла ко мне спиной. Грудь, при этом, девушка все равно закрывала руками. Я обратил внимание на ее шикарную спинку и талию, переходящую в широкие стройные бедра.

— У меня проблема.

— Ммм?

— Я вспотела, — сказала она обреченно, — и костюм не слазит с бедер. Я не могу из него вылезти!

— И?

— Ну… Как бы…

— Что?

— Помоги а?

— Ты хочешь, чтобы я стянул комбез с твоих бедер? — Рассмеялся я.

— Ага, — смущенно сказала она.

Я пожал плечами, приблизился и аккуратно взялся за костюм. Потянул вниз. Когда бедра и попа все же освободились, и я увидел красивые трусики танго, приятно облегавшие ее попу, девушка вскрикнула:

— Все хватит! Я сама! Отвернись!

Я пожал плечами.

Через несколько минут девушка уже переоделась в мои вещи. Джинсы болтались на ней, а футболка выглядела как оверсайз, но Астарта, как ни странно, была в этом вполне привлекательной.

— Я прочел, — сказал я уже серьезно, разрывая конверт на клочки, — почему поставили тебя?

— Машина пришла, — проигнорировала Астарта мой вопрос, глядя в окно, — смотри-ка! Ты правда заказал лимузин. Ну! Я пошла.

Я не дал девушке уйти, так просто, остановил, схватив за локоть.

— Ты не работаешь без группы зачистки, — сказал я, — а там ее не будет. Это слишком опасно.

— Так решил Теранова, — пожала Астарта плечами.

— Ты лжешь, — сказал я холодно и заглянул Астарте в глаза, — ты сама напросилась. Снова лезешь в пекло. Как обычно.

— И что с того, если и лезу? — Нахмурилась она, — состав уже утвердили. Менять что-либо поздно.

— Если что-то пойдет не так, ты можешь погибнуть.

— Я не боюсь, — сказала Астарта, — ведь ты будешь там.

Я не ответил, разжал пальцы и девушка, попрощавшись, вышла из квартиры.

Осколок Горячие Болота располагался прямо на границах сельскохозяйственных полей, что растянулись за городом.

Последние числа августа выдались жаркими. На небе было ни облачка, а солнце стояло высоко. День еще не добрался до своего полудня, а жара уже окрепла. Я видел, как над трассой, что растянулась в сотне метров от границы осколка, дрожал воздух.

Сегодня здесь собралась целая процессия.

Дом Хормос был не из последних в империи. И хотя он недотягивал, скажем, до тех же Ледовых, графа Александра Хромоса вполне можно было назвать одним из влиятельнейших дворян империи.

Насколько я знал, Хормосы занимались поставкой сельскохозяйственной техники сюда, на юг. Однако все дети графа обязательно проходили обучение в академии и службу в армии.

Атрей Хоромос — семнадцатилетний третий сын графа должен был открыть сегодня свою ульту. И его направили в осколок Горячие Болота, чтобы открытие прошло рядом с сильнейшим источником маны земли.

Здесь было многолюдно. У границы с осколком собралось около десятка внедорожников и не меньше трех десятков народу.

Были здесь и Хормосы, чьи гербы — красным медведь, сжавший в лапах серебряную рыбу, красовались на их машинах. Сам граф Александр Хормос — высокий мужчина, одетый в армейские брюки, футболку цвета хаки, кепку и защитный жилет, переговаривался со своими людьми.

Его сын, виновник «торжества» Атрей Хормос — невысокий худощавый парень, одетый точно как папка, с решительным лицом сверлил взглядом полупрозрачную границу осколка. Решительность явно была напускнуо, ведь в его глазах я видел сомнения.

Мы с нулями, стояли в группе оскольщиков. Я не знал, понимали ли ребята-оскольщики — тертые калачи в современной походной снаряге, кто сегодня рядом с ними. Скорее всего, нет. Наверняка они думали, что мы какие-то замаскированные черт знает на какой случай гвардейцы Хромосов (которых тут было и так много). Почему я так думаю? Да просто оскольщики наперегонки подкатывали к Астарте. Знай они, что девушка — ноль, держались бы от блондинки подальше.

Мы — все четыре нуля, держались хоть и в группе оскольщиков, но все равно несколько особняком.

Высокий и крепкий мужик за сорок, по имени Армин Стерхов, был знаменитым нулем из столицы. Довольно сильный, как ноль, он превосходно владел холодным оружием. Армин — один из тех, кто ходил на безумных магов один, точно так же как и я.

— Кто ты? — Спросил Стерхов, когда мы встретились еще на отправном пункте, — Атрид? Я никогда не слышал о таком нуле. Новенький?

— Новенький, — солгал я.

— Ничего, — он покровительственно посмотрел на меня, — если это твое первое задание, приятель, держись меня и не пропадешь, — сказал он надменно и мне захотелось отвесить фофан по его блестящей лысине.

После этого Стерхов немедленно принялся подкатывать к Астарте, девушка же, сначала отвечала не охотно, но когда увидела, что я поглядываю на нее, приняла ухаживания Стерхова и они болтали до самого отъезда к осколку.

Больше всех меня смущал неизвестный Аполлон Мягков. Хмурый и неразговорчивый, он держался подальше даже от нас троих, и смотрел на всех волком. Мягков был молод. На вид лет девятнадцати. Невысокий, коренастый и коротк остриженный, Мягков носил редкую бородку и постоянно неприятно кривил пухлые губы. Я не мог отделаться от мысли, что видел его раньше, но не понимал где.

У границы осколка расположились не только люди Хромоса. Был здесь и барон Ордосский с небольшим отрядом гвардии. Они прибыли на трех внедорожниках, и барон, выгрузившись, в сопровождении трех своих сыновей (один из них был тем самым Кальвином, что приставал к Силесте), направился к Хромосу, дворяне пожали руки.

Видел я и Силесту с отцом. Они, в военной форме, вместе с остальными гвардейцами, вышли из машины и стали, вокруг джипов, ожидая приказа.

Взгляд Силесты упал туда, где стояли окольщики. Мы окружили большой старый пикап, усиленный железными пластинами (видимо, против местных тварей). На нем приехал наш отряд прикрытия. Нас самих доставили на гражданских авто гильдии. Но те сразу уехали.

Силеста, заметившая меня, что-то сказала своему отцу.

— И она здесь, — сказала тихо и неприязненно Астарта, однако я услышал ее слова.

А потом Брок Триптицин направился ко мне.

— Привет, Атрид, — приблизился он и нахмурился.

— Ботинки на высокой платформе, — ухмыльнулся я.

— И поролоновые мускулы, — недоверчиво сказал Триптицин, — Силеста рассказала мне. Спасибо, что помог ей. Снова.

— Всегда пожалуйста, — улыбнулся я.

— Значит, — начал он, — оскольщик. Что ж, я подозревал что-то подобное. Я хочу тебя попросить пройти вместе со мной.

— Куда?

— Мой барон хочет тебя видеть. Я рассказывал ему о тебе. Он будет рад познакомиться.

— Ну или, — я улыбнулся, — ему обо мне рассказал его сынок.

— Что? — Не понял Брок.

— Да ничего. Пойдем, раз уж он хочет.

Вместе с Триптициным мы направились к машинам Ордосского. Барон уже отдал почести Хормосу и возвращался к своим.

— Ждем графа и выступаем, — кричал своим гвардейцам Ордосский, — его кортеж задерживается. Но ничего. Жила маны протекает не очень далеко. Мы доберемся чуть больше чем за сутки.

— Отец! Вон он! — Указал на меня Кальвин.

— Кто?

— Это он оскорбил меня!

Поздоровавшись с Силестой и познакомившись с гвардейцами барона, я обернулся на возмущенный голос Кальвина.

Он с отцом и братьями шел в нашу сторону. Кальвин злобно смерлил меня взглядом, ухмыляясь при этом. Барон Ордосский смотрел безэмоционально.

— Я же говорила, зря ты привел его, — сказала Силеста отцу, но Брок ничего не ответил.

— Это ты Аарон Атрид? — Сказал Ордосский, приблизившись.

— Я, — пожал я плечами, — приветствую, барон.

Ордосский — высокий и коренастый был в хорошей форме для своих лет (а было ему в районе пятидесяти). Его темные, зачесанные назад волосы блестели на солнце. Бороду подернула седина. Внимательные глаза, собрали морщинки у уголков.

— Мой сын говорил, что вы нанесли ему оскорбление. А Силеста Триптицина подтвердила вашу личность при этом.

— А что еще вам рассказал ваш сын? — Глянул я с укором на Кальвина.

— На что ты намекаешь, ты… — Начал было Ордосский младший.

— Тихо, Кальвин, — остановил его отец, — Силеста рассказала мне и о том, что вы имеете в виду.

— Прекрасно, — сказал я холодно.

Барон не ответил. Несколько мгновений посмотрел на меня молча, потом вдруг протянул руку, проговорил:

— Спасибо, что не дали обезумить Силесте. Триптицины — одни из лучших моих гвардейцев. Потеря Силесты стала бы ударом для моего рода.

— Я не мог оставить ее в беде, — пожал я руку Ордосского.

— Что? Отец⁈ Что ты делаешь⁈ — Крикнул Кальвин, — он оскорбил меня! Напал на меня!

— И спасибо, что показали моему сыну, — проигнорировал Кальвина барон, — что он не пуп земли.

— Что? — Раскрыл рот Кальвин, — но отец…

— Молчи, сын. Поговорим об этом дома, — даже не взглянул на него Ордосский.

Кальвин раскрыл, было рот, но тут же захлопнул его. Состроив обиженное лицо, он ушел за машину отцовской гвардии.

— Такой молодой, а уже оскольщик, да? — Хмыкнул барон Ордосский, — ты дворянин, верно? Из дома Артидов. Слышал о нем. Но этот дом безмагический, насколько я знаю. Не думал, что кто-то из его членов владеет магией.

— Граф едет! — Крикнул кто-то из гвардейцев, когда я уже было начал судорожно соображать, чтобы ответить Ордосскому.

Все обернулись. К месту стоянки приближались несколько здоровенных шестиконечных машин. Это был тот самый загадочный дворянин, имени которого гильдия так и не смогла выяснить.

Я рассмотрел на дверях автомобилей герб рода — золотой лев, на красном поле встал на дыбы и сжимал в лапах колосья пшеницы.

— А вот и он, — сказал Ордосский, — вот и граф Землицин.

Осколок Горячие Болота представлял собой большое плато, наполненное горячими источниками, гейзерами и грязевыми озерами. Растительности здесь практически не было, только низкорослые сухие кусты да хиленькие кривые деревца. В воздухе висел горячий пар водяных испарений. Там и тут, слышался гул кипятка, вырывающегося из-под земли.

Граф Землицин — крепкий старик с длинной седой бородой и густыми бровями был, как и другие дворяне, одет в походную одежду. Защитный жилет топорщишься на его большом пузе. Он восседал на большом троне, в кузове своей шестиколесной машины.

Землицин пригнал к осколку три больших вездехода с открытыми кузовами, по одному, для каждого из домов. В них и загрузились дворяне со своими гвардейцами. Мы же, в команде оскольщиков, ехали первыми, прощупывая для высокогорных путь.

Из разговоров дворян я узнал, что Землицин — хороший друг рода Хормосов. В первую очередь их связывали деловые отношения. Землицин — крупнейший землевладелец юга, активно закупал у Хоромосв сельхозтехнику. Эта крепкая экономическая связь переросла со временем в столь же крепкий союз.

Мне показалось, Землицин узнал меня почти сразу. Как только он приблизился поздороваться с остальными дворянами, я увидел, как строгий взгляд его маленьких глаз скользнул по мне.

А мои глаза, уже вовсю осматривали Землицина при помощи манавидиния. В нем текла мана земли. Землицин являлся не кем иным, как Теудом — Чужим Богом земли.

В моем прошлом мире эта скотина обрушивала на наши города грязевые сели и сравнивала поселения с землей своими землетрясениями.

Однако, наследника Теуд с собой не привез. В любом случае, даже так дело осложнялось. Я не мог позволить, чтобы эта тварь ушла с болот живой.

Нашей целью было большое грязевое озеро, что находилось в центре осколка. Именно там и развернулся мощный источник маны земли, за счет которого, старались облегчить открытие ульты молодому наследнику герцога Хормоса.

Двигались мы медленно. Дороги в осколке не было, и приходилось лавировать между горячими источниками и гейзерами. Несколько раз мы пропускали стада местных грязевых вепрей — огромныйх полуводных свиней, чьим клыкам могли позавидовать даже земные слоны.

В любом случае было понятно, что этим днем мы не доберемся до нужного места. Когда солнце стало клониться к закату, колонна организовалась на ночевку: машины расставили по кругу, а внутри разбили несколько шатров для высокогорных. Оскольщики и гвардейцы ночевали в палатках, за пределами круга.

— Сегодня либо он, либо ты, — услышал я знакомый шепот, когда мы закончили ставить палатки оскольщиков, — он знает, кто ты такой, Аарон. Он уже замышляет убить тебя. Он жаждет, чтобы ты не открыл глаз на рассвете.

Я оглянулся. Сумерки уже сменялись ночной темнотой. Было душно от испарений.

— Все в порядке Аарон? — Спросила обеспокоенно Астарта.

— Да, — задумчиво ответил я, продолжая слушать.

— Иди вперед, куда смотришь, — снова раздался в голове голос богини Арканы, — к горячему озеру. Нам нужно увидеться.

— Аарон? — Снова спросила Астарта, — ты куда? Тут легко потеряться!

— Мне нужно отойти, — сказал я и пошел прочь от палаток, туда, где заканчивался световой ореол лагеря и начиналась тьма.

— Не ходи один, Аарон! — Зазвучал голос девушки-нуля.

— Пусть идет, — раздался другой, высоковатый мужской голос Армина Стерхова, нуля, что ухлестывал за Астартой весь день.

Горячее озеро бурлило и булькало. Над водой стояли клубы пара. Я ушел довольно далеко от лагеря и он светлым пятном горел позади. Оттуда слышалось разговоры и смех людей.

— Аркана? — Огляделся я, — где ты?

— Аарон, — послышался детский голос богини, я обернулся.

Она стояла на одном из булыжников, наполовину утопленных в воде озера, почти у берега. Казалось, ее белое милое платьице горело молочным светом в темноте.

— Теуд здесь, — сказал я.

— Да, — она кивнула, — и он знает, что ты тоже здесь. Он чувствует меня, а через меня и тебя. Чувтсвует того, кто обладает моей силой.

— Только одни из нас выйдет из осколка, — сказал я убежденно.

— Это правда, — она кивнула, — и сегодня ночью Теуд сделал все, чтобы убить тебя. Будь осторожен.

— Я всегда осторожен.

— Я знаю, — улыбнулась Аркана.

— Ты хотела сказать только это? Мне не стоит слишком надолго отлучаться от лагеря.

— Еще только пара слов, — улыбнулась Аркана, — во-первых, ты открыл вторую способность.

— Да, — я улыбнулся, — но бога мне убивать не пришлось.

— Верно, — она кивнула, — ведь силы, что дала тебе кровь Льёда, лишь немного не хватило, чтобы открыть ее. А кровью того мага ты добрал недостающее и открыл щит антимагии.

— А во-вторых?

— А во-вторых, — начала Аркана, — я узнала кое-что о похоронах. Это не совсем похороны, это тайный ритуал, куда стремиться все чужие боги, чтобы разделить между собой…

— А с кем вы говорите? — Услышал я за спиной молодой голос. Обернулся.

Это был Атрей Хромос — мальчишка, которому предстояло открыть завтра свою ульту. Худощавый и невысокий, в свои восемнадцать лет он выглядел как ребенок. Его бледное лицо было хорошо видно даже в темноте.

— С тобой, конечно, — стал я так, чтобы закрыть Аркану своим телом, — Атрей, сын Александра.

— Со мной? — Округлил глаза Атрей.

— Ну да. Не с феями же этого вонючего озера.

Он рассмеялся. Аркана за моей спиной ехидно хмыкнула.

— Вы оскольщик, верно?

— Верно.

— Можно мне подойти?

— Почему ты не в лагере?

— Я убежал.

— Зачем?

— Устал от их разговоров. Отец и его друзья только и твердят о моем долге и том, какой завтра тяжёлый и важный день. О том, что завтра решается моя судьба, — Атрей замолчал, опустил глаза, — мне и так тяжело, а они еще и нагнетают. Вот я и сказал, что мне надо по нужде, и убежал от сопровождающих гвардейцев.

Я украдкой оглянулся и увидел, что Аркана исчезала. А потом снова посмотрел на парня. Он казался очень одиноким. И, вероятно, таким и являлся, раз уж выдал на духу все свои переживания первому встречному. Ведь в его глазах я лишь оскольщик. Ему не так важно, что я подумаю. А высокогорные дворяне за эти слова обвинили бы Атрея в слабохарактерности.

— А что здесь делаете вы? — Медленно пошел ко мне он.

— А я и правда по нужде, — улыбнулся я.

— Ой, — Атрей замер, — я помешал вам?

— Да не. Я уже все.

— Можно я побуду с вами? У меня уже голова болит от лагерного гула.

— Можно, — пожал я плечами, — правда, я собираюсь уходить.

— Прошу вас. Останьтесь не надолго. Одному мне будет не по себе.

Атрей приблизился. Я же, принялся метать камни в бурлящую воду озера. Мальчишка, помолчав немного, принялся повторять за мной.

— Вы младше, чем я думал.

— Ага, — согласился я, — так что можешь на ты.

— Скажите, вернее, скажи. Ты маг?

— В каком-то роде да.

Атрей проследил, как я метнул плоский камень так, что даже в полутьме было видно, как он поскакал по воде, а потом врезался в большой пузырь газа и утонул.

Атрей попытался повторить, но у него не вышло.

— И ты открывал ульту?

— Открывал, — согласился я, припомнив Силесту.

— Наверное, ты очень переживал перед этим.

— Все переживают. Это норма. Но вокруг вас крутится столько магов-усилителей и прочих помощников, что вы можете не переживать.

— Все равно переживаю, — опустил глаза Атрей, — и даже боюсь. Очень боюсь. Иногда, мне кажется, что я не справлюсь.

— Справитесь, — ответил я убежденно, — вас поддерживают сильнее, чем вы сами можете представить, — сказал я, намекая на себя и нулей.

Было странно. На границе осколка Атрей выглядел довольно решительным. Здесь же, он боялся. И я это практически чувствовал. Несмотря на все его тренировки, был реальный шанс сойти с ума.

Я видел его каналы. Они разветвленные, но тонкие. Мана земли же — очень сильная магия. Обуздать ее непросто. Тогда я решил, что подстрахую парня. На всякий случай.

— Пойдем к Лагерю, Атрей, — Сказал я, — надо бы возвращаться. Мало ли, какая зараза может тут водиться.

Жаль, конечно, что я не успел поговорить с Арканой. Ну да ладно. Постараюсь призвать ее позже.

— Но я не хотел бы возвращаться, — посмотрел он на меня.

— Пойдем-пойдем, — сказал я, — можешь не идти сразу в лагерь. Пойдем к нам. Я познакомлю тебя с остальными оскольщиками.

— Ну, — он улыбнулся, — тогда хорошо.

Когда мы обернулись, то разом замерли. Перед нами, метрах в двух, стоял Аполлон Мягков. Молчаливый ноль мрачно смотрел на меня.

— Здравствуйте, — отозвался приветливо Атрей, — вы ведь тоже оскольщик, верно?

— Мы уже возвращаемся, — сказал я, — так что если тебе нужно место сходить облегчиться, то подожди, пока мы отойдем. И будь аккуратен. Мало ли что из воды выпрыгнет.

Мягков, конечно, не ответил. Я и не ожидал, что он ответит. Его взгляд говорил сам за себя. В следующий момент, ноль достал из ножен на рукаве изогнутый длинный нож.

— Что вы делаете? — Нахмурился Атрей.

— Стань за мной, — сказал я холодно, — а в следующее мгновение в моей руке появился Уроборос.

— Вот мы снова с тобой и встретились, Абсолютный, — вдруг сказал Мягков, — ты ведь так мечтал отомстить за нее, ведь верно?

— Назад, я сказал, — повторил я, и Атрей послушался.

— Не узнаешь меня, ну еще бы, — растянулся в улыбке Мягков.

— Отомстить за нее… — Повторил я, — ты Эрик Мальсон, что ли? — я догадался.

Мальсон говорил довольно характерным тоном, растягивал слова. Кроме того, его слова говорили сами за себя.

Внезапно, Атрей упала за моей спиной. Я кратко обернулся и увидел, как мальчишка забился в конвульсиях. По его лицу побежали прожилки цвета раскаленного металла. Неожиданно, ульта начала открываться…

— Внезапно, да? — Рассмеялся Эрик Мальсон, под личиной Мягкова и бросился на меня с ножом. Я прыгнул к нему, сжав в руках Уроборос.

Когда мы скрестили клинки, я увидел вдали, за спиной Мальсона грузную фигуру с раскаленными докрасна глазами. Взгляд фигуры был опущен на бьющегося в конвульсиях Атрея.

— Теуд, — прошипел я сквозь сжатые зубы.

— Имя моего бога, — ответил мятежный ноль, — и это будет последнее, что ты скажешь перед смертью, Бич Арканы!

Мальсон легко выкрутился, и наши клинки шаркнули друг о друга, разбросав искры. Крутанувшись на месте, мятежный ноль ударил, целя мне в шею.

Глава 22

В последнее мгновение я успел защититься Уроборосом: выставил клинок у шеи плашмя. Острие ножа Мальсона щелкнуло о плоскую часть моего ножа и лопнуло. Я почувствовал, как острые осколки ужалили меня в кожу на шее и лице.

Я проигнорировал боль. Тут же перешел в нападение. Ударил дважды наискось. Мальсон легко ушел, отпрыгнул назад.

Краем глаза я видел, как корчится на земле младший Хормос. Прожилки разгорались все ярче, а его глаза словно бы наливались раскаленной сталью.

Мальсон атаковал. Прыгнул ко мне, взмахнув ножом. Я легко парировал, перехватил его руку. Использовав инерцию тела, бросил его через бедро. Ноль хрипло застонал и грохнулся на острую гальку.

Я бросил краткий взгляд туда, где только мгновение назад находился бог земли. Теуда там уже не было.

Атрей, тем временем, вскрикнул странным, изменившимся голосом. Я отреагировал на это запуском нуль-ауры, причем на полную мощность.

— Умри, мразь! — крикнул Мальсон и попытался ткнуть меня другим ножом, появившимся в его руках неизвестно откуда.

Пришлось высвободить его руку из захвата, чтобы защититься от удара. Клинки щелкнули в полутьме, разбросали искры.

Я отскочил, потому что мятежный ноль бросил в меня свой первый, обломанный кинжал. Клинок, жужжа, улетел куда-то во тьму.

Мальсон вскочил на ноги, и мы тут же сошлись. Оба будучи в теле подростков, мы были одинаково быстры и примерно равны по силе.

Как две черные тени, мы метнулись друг к другу. Ножи защелкали клинок о клинок. Несколько молниеносных атак с обеих сторон закончились тем, что мы просто поменялись местами.

— Скоро, — начал Мальсон, — скоро мальчишка восстанет и уничтожит тебя, — сгорбился он и вскинул нож перед собой.

— Он обезумеет. И прикончит тебя тоже.

— Наивным глупец ты, Абсолютный. Мой хозяин знает, как подчинить себе безумие!

— Или он так считает, — я перехвалил уроборос обратным хватом.

Мальсон вскрикнул и помчался ко мне, я метнулся ему навстречу. Снова раздались щелчки клинка о клинок.

Мальсон принял мой удар на свой нож, быстро схватил меня за запястье, выкрунтил и выбил нож из рук. Уроборос со свистом улетел во тьму. Я, увернувшись от последовавшего за этим маневром тычка, просто дал ему в рожу кулаком.

Ошарашенный Мальсон пошатнулся. Я же, прыгнул. Легко закрутился в воздухе вокруг своей оси и выбросил ногу. Хлестко врезал ему в рожу самым носком ботинка.

Приземлившись, успел увидеть, как Мальсон завалился на землю. Потом бросил взгляд на Хромоса.

Его каналы просто горели огнем, однако, горели равномерно, и мана не била ключом в мозг парня. Нуль-аура работала. Он не обезумеет. По крайней мере, пока я не отключу ауру.

— Эй вы! Кто там⁈ — Закричал кто-то со стороны лагеря, — ану стоять!

Я быстро понял, что это гвардейцы, что были с Атреем, когда он ускользнул от них к озеру.

Мальсон вскочил на ноги, оглянулся в ту сторону.

— Кто такой! Ни с места! — Кричали оттуда.

Я почувствовал, как Мальсон активировал свою нуль-ауру. Гвардейцы, бегущие к нам, тут же замедлились и закашлялись. Кого-то из них вырвало.

— Вы покойники, —зашипел Мальсон, и в его руках блеснул красным кальмий. Я увидел, как он вооружился двумя кастетами, а потом метнулся к гвардейцам, принялся дубасить их.

Мда. Мальсон никогда не отличался осмотрительностью. Но от него так просто не уйти. Он сильный ноль. Придется драться.

Я раскрыл подсумок на бедре и достал оттуда красные перчатки нуля. Надел и закрепил. Встал над затихшим Атреем.

Мальсон уже убил одного гвардейца и теперь ломал шею другому. Я не стал дожидаться, пока он закончит и помчался к нему.

Раздался громкий хруст костей. Мальсон отбросил тело довольно крупного взрослого мужика и обернулся. Я налетел быстрым прямым ударом кулака. Мальсон же, закрылся предплечьями. Щёлкнуло металлом. Я понял, что его руки были защищены щитками.

Мы принялись осыпать друг друга ударами кулаков. Зазвенел металл. Одновременно с этим мне пришлось постоянно поддерживать нуль-ауру, чтобы не дать мальчишке сойти с ума.

Мальсон ударил. Я ушел в сторону и схватил его за руку. Ударил обратной стороной ладони так, что нуля отбросило. Он свалился набок и странно забулькал. Я встал над ним в боевой позе.

— Знаешь, за что я убил ее? — Он принялся отползать от меня, отплевываясь зубами, — за что я убил эту тупую девку-нуля?

Я смотрел на него холодно. В темноте было видно, что вся нижняя часть лица Мальсона превратилась в кровавое месиво. Он говорил с трудом, потягивая и жамкая слова.

— Я должен был…

— Мне все равно за что, — перебил его я, — ты ссаный психопат. И не имеет никакого значения, почему ты решил убить Лику. В твою больную голову скорее всего пришла какая-нибудь идиотская мысль.

Мальсон замер. Его глаза округлились, и он даже как-то обиженно посмотрел на меня.

— Что ты несешь⁈— воскликнул он, — Ты думаешь, у меня не было причины⁈ Думаешь, она умерла просто так⁈ Она это заслужила! Она!

Я подлетел к нему в мгновение ока и дал ногой по почкам. Он крикнул и закашлялся. Тогда я добавил еще и по печени. Пока Мальсон корчился на земле, я опустился и отобрал у него кастеты, разбросал в разные стороны.

— Тебя послал Патрицин, — схватил его за грудки я, — рассказывай! Быстро! Что ты знаешь об их планах⁈ Ты здесь, просто чтобы убить меня⁈

— Я убил Лику, — расплылся он в кровавой улыбке, — потому что у нее были голубые глаза. Они сводили меня с ума. Они смотрел и смотрели. И так редко закрывались, — забормотал Мальсон, как безумный, — так редко закрывались! И только смотрели! Я не мог этого так оставить!

Я стиснул зубы, схватил его за голову. В следующее мгновение, резко ударил его шейные позвонки об колено. Хрустнуло. Ноль захрипел, а его кадык странно выдался из шеи.

Я брезгливо отбросил тело.

— Сумасшедшая тварь, — сплюнул я на труп.

Вернувшись к мальчишке, я схватила его и взвалил на плечо, с трудом поднявшись, побежал к лагерю. Когда увидел, что навстречу идут гвардейцы, закричал им. Они побежали к нам.

— Что произошло⁈ — Крикнул один.

— Это Атрей Хормос! У него припадок!

— Что⁈

Я вручил им мальчишку.

— Там, у озера, — начал я, — два ваших мертвые, а третий труп — убийца, которого подослали в лагерь.

Гвардейцы переглянулись. После двое из них побежали со мной к лагерю, а трое к озеру.

— Сын? Сын! — Закричал герцог Хормос, когда мы притащили Атрея в его шатер.

Шатер был большим и с несколькими отсеками. В самом просторном из них сидели за большим столом дворяне и члены их семей. Я видел, что и Теуд был здесь. Он мастерски изобразил удивление.

— Что с ним⁈ — Вскочил он.

— Нужен маг-усилитель. У него припадок, — я без затей смел блюда и тарелки со стола. Мальчишку тут же разместили на деревянной столешнице.

— Проклятье, — пошатнулся барон Ордосский, — что такое? — Я увидел, что он побледнел и его стало тошнить.

Почти всем вокруг меня стало плохо, даже Теуду. Хотя последний не подал виду. Ну почти. Только его губы сильно побледнели.

Однако, выключать нуль-ауру было нельзя. Тогда мана могла хлынуть в мозг.

— Я усилитель, — неожиданно сказал Теуд.

— Граф! — Посмотрел на него герцог Хормос, — прошу!

— Я помогу, — он встал с другой стороны стола, бросил на меня взгляд.

На миг я увидел в его глазах искорки настоящей ненависти. Но потом он тут же спрятал их за мудрым взглядом старика.

— Прошу, дитя, — сказал он мне, — отойди. Молодому Атрею нужен воздух.

Я посмотрел на него. Потом бросил быстрый взгляд на остальных. Теуд смог заставить ману в каналах мальчишки кипеть. Но вряд ли сейчас он станет доводить парня до безумия. Если Атрей сойдет с ума, большинство дворян в шатре погибнет. Атрей просто убьет их.

Тем не менее, я покачал головой. Я не собирался доверять Чужому Богу.

— Нет. Под моим контролем, — сказал я, но ауру немного ослабил.

— Что? Да кто ты такой? — Вклинился какой-то гвардеец, — что перечишь моему господину, — он приблизился и потянулся ко мне.

Я злобно зыркнул на гвардейца.

— Коснешься, лишился руки, — сказал я.

Он замер в нерешительности. Округлил глаза.

— Да как ты…

— Пусть остается, — снисходительно сказал Теуд, — если мальчик хочет помочь, то я не против.

Предки! Как же меня разозлили его слова! Его снисходительный тон! Мне захотелось просто запрыгнуть на стол и вонзить Уроборос в плешивую голову этого чертового старика!

— Кажется, ему лучше, — указала шокированная Силеста на расслабившееся лицо Атрея.

Я включил манавидиние. Увидел каналы мальчишки. У меня складывалось впечатление, что Теуд заставил ману, что есть в этом осколке, буквально залить тело мальчишки. Хлынуть в каналы сплошным мощным потоком. Естественно, он не выдержал нагрузки, и чуть было не обезумел от хлынувшей в мозг маны.

Сложно было сказать, как поведет себя чужой бог. Он же решился на то, чтобы чуть не до вести до безумия парня на берегу. А вдруг и сейчас вытворит что-то подобное?

Тем не менее, мана в каналах переставала бурлить, возвращаясь в норму. Теуд же внимательно смотрел в лицо Атрею. Зрачки бога земли горели красным светом.

Ублюдок использовал ту же силу, чтобы восстановить состояние парня.

— Кажется, он приходит в норму, — сказал герцог Хормос, — кажется, приходит! — А потом его смачно вырвало под стол.

Я услышал вокруг себя, как блевали и другие маги. Тогда я медленно уменьшил нуль-ауру. А спустя мгновение до меня дошло… Что Теуд пользовался своей магией даже не смотрел на то, что моя аура работала. Это осознание потрясло меня. Однако я не выдал удивление, а только поднял глаза на бога земли. Он встретил мой тяжелый взгляд ухмылкой.

— Там! На берегу! — Внезапно в шатер ворвался один из гвардейцев, — оскольщик! Он убил двоих наших!

— Что⁈

— Оскольшики напали на гвардию⁈

— Они хотели убить господина Атрея Хромоса! — Крикнул вдруг кто-то.

— Что? — Злобно посмотрел на меня герцог Хормос, —убить⁈ Это правда⁈

Я молчал, только смотрел на него исподлобья, а потом обратил свой взгляд на Теуда.

— К нам подослали убийц, — сказал внезапно бог земли, — подослали убийц, чтобы уничтожить твоего сына, Александр! Не удивлюсь, если среди них есть эти гнусные нули!

— Да! Это все император с его гильдией нулей!

— Он боится магов, что сильнее него!

— Он мог на такое пойти!

— Нули — его цепные псы! Его убийцы!

Все это звучало вокруг меня. Публика явно возбудилась. Все просто принялись что-то кричать.

— Прежде чем двигаться дальше, — ехидно посмотрел на меня Теуд, — нужно разобраться, что происходит. Потому я приказываю…

Мы смотрели в глаза друг другу, Теуд с издевкой, а я с ненавистью.

— Приказываю, арестовать всех оскольщиков!

Глава 23

— Если если кто-то посмеет прикоснуться ко мне, — я окинул окружающих злобным взглядом, — то немедленно умрет.

Я материализовал в руке Уроборос.

Гвардейцы Теуда, которые, было, принялись исполнять приказ, замешкались в нерешительности.

— Это убийца, — сказал Теуд, — он пытался…

Внезапно Атрей Хормос вздрогнул и закашлялся, потом сел как ошпаренный, вскрикнул:

— Осторожно! Он хочет убить нас! Что⁈ Где я⁈

— Сын! — Бросился к нему Хормос старший. Схватив за лицо, заглянул мальчишке в глаза, — как ты себя чувствуешь⁈ Скажи что-нибудь!

— У озера нас хотели убить, — выдал парень сразу, — но что было дальше, я не помню!

— Кого, вас?

— Меня, и господина оскольщика, — мы с Атреем встретились взглядами, — вот этого господина!

Хормос обернулся, посмотрел на меня оценивающим взглядом.

— Он стал между мной и убийцей! — Сказал Атрей.

— Ты был без сознания, — встрял бог Теуд, — не знаешь всей картины!

— Нет-нет, — посмотрел на Теуда Атрей, — я видел! Я помню все! Этот господин хотел меня защитить!

Все замерли, не зная, как себя вести: гвардейцы окружили меня, но не пытались напасть, дворяне замолчали, Теуд и герцог Хормос сверлили друг друга взглядами.

— Ты мой старый друг, граф, — начал Хормос, — но я верю словам своего сына. Он не привык лгать.

— Я тоже верю его словам, — погладил широкую бороду Теуд, — но действительность может серьезно отличаться от его впечатлений. Ты знаешь, что император в курсе того, что происходит здесь. Он мог подослать своих людей. Или даже, — Теуд посмотрел на меня, — нулей. Тайно.

— Вы можете спорить об этом, сколько хотите, — посмотрел я на Теуда, — но я устал и хочу спать. И уйду отсюда. Если кто-то из гвардейцев попытается меня остановить, то умрет, — я жестко смотрел в глаза чужому богу, — если кто-то попытается напасть на ночёвку оскольщиков, то тоже умрет. Я все сказал.

После, я пошел на выход. Злобно уставился на гвардейца, что преграждал мне путь. Высокий и крепкий мужчина с квадратной челюстью и пушистыми баками, несколько мгновений смотрел на меня в ответ. Затем отвел взгляд своих карих глаз и отступил.

— Ты рискуешь, Хормос, — недобро сказал Теуд.

— Вся наша жизнь — риск, — начал герцог, — Даже сейчас, в этом осколке, мы рискуем. Я рискую своим сыном, а он рискует своим разумом. Но если этот человек спас его от убийцы, я скорее выражу ему благодарность, чем буду подозревать в чем-то. Постой, оскольщик!

Я обернулся.

- Я верю сыну. Если он говорит, — начал Хормос, — что ты спас его, то я тебе благодарен.

Не ответив, я кивнул, а потом все же сказал:

- Я вижу в вас благородство, герцог Хормос, но считаю, что вы связались не с теми людьми. Таково мое мнение. Лицо Хормоса было каменным, Теуд же, напротив, злобно посмотрел на меня.

Я вышел из шатра дворян нетронутым. Когда шел к выходу за периметр, что составляли вездеходы, постоянно ловил на себе неприязненные взгляды гвардейцев.

Заострил внимание на трупах, которые разложили на полиэтиленовом пологе у колес одной из машины. Это были двое гвардейцев и умерший Мальсон.

Проклятье… Он был подростком. Патрицин как-то научился делать мои зелья. Как? Я не знал. Никто не мог знать…

— Проклятье… — выругался я, когда ко мне пришло осознание случившегося, — Теранова… ублюдок…

Я вспомнил о склянках от эликсиров, что оставил в раздевалке в гильдии. Неужели этот козел нашел, как проникнуть в нее и забрал склянки? Поверить было сложно, однако это казалось единственным объяснением. Что ж… Наведаюсь к нему домой, когда закончу здесь…

Вернувшись к палаткам оскольщиков, Астарта тут же набросилась на меня с вопросами, что же произошло. Я кратко рассказал всем, что стал невольным участником покушения на Атрея Хармоса. Естественно, оскольщики подохерели, однако, восприняли эту историю, как «не их дело» и очередной повод для интересной байки.

С нулями же, мы обсудили случившееся наедине. Правду о том, что ноль-убийца был Мальсоном, я рассказал только Астарте, когда мы остались вдвоем.

— У гильдии уже будут проблемы из-за случившегося, — сказала мне тогда Астарта, — но если ты прав, и это правда Мальсон, да он еще и на Патрицина работает. Это значит…

— Секретное задание гильдии не такое и секретное, — сказал я, — и винить в этом следует только одного человека.

— Теранову, — вздохнула Астарта.

К полудню следующего дня мы прибыли на место источника маны земли. Огромное грязевое озеро бурлило, словно жирный суп-пюре. Густые испарения клубились над серо-желтой поверхностью грязевой жижи.

Вокруг озера не было ни травинки, только пустынный каменистый пляж. Воздух здесь был тяжелым и неприятно пах. Казалось, ни единого звука природы не было слышно. Весь фон заполонило собой бесконечное бурление горячей грязи.

Тем не менее, все прошло довольно неплохо. Машины остановились у берега, и процессия, из целой группы магов-усилителей из той же гвардии, сопроводила мальчишку Хормоса к бурлящей жиже.

Хормос старший, барон Ордосский и Теуд под личиной графа Землицкого, наблюдали за тем, как Атрей замер на берегу.

В лагере уже пошли слухи о том, что минувшей ночью Хормос и Землицкий серьезно повздорили. Повздорили из-за произошедшего нападения.

Хормос настаивал на том, что главным сейчас является безопасное открытие ульты сыном. Теуд обвинял герцога в легкомыслии, в том, что он обрекает сына на серьезный риск, решив не арестовывать оскольщиков.

Теуд мог бы открыто выступить против Хормоса, но, кажется, он не стремился к тому, чтобы окончательно испортить отношения, и в особенности, совместный бизнес. Учитывая гордыню Чужих Богов, я понимал, какие муки Теуд сейчас испытывал. Ему пришлось считаться со смертным, с простым человеком, каких он давил тысячами в прошлом мире. Раньше слово «аристократ» ничего не значило для Чужих Богов. Теперь же им пришлось учитывать их интересы. И это точно злило горделивых божеств.

Сегодня Хормос и Землицкий стояли не плечом к плечу, как раньше, а держались на дистанции.

Нули, в свою очередь, несли сегодня вахту. Нас теперь трое, и с остальными оскольщиками, под видом удерживания периметра и охранения, мы рассредоточились на своих местах.

Каждый был готов в любую минуту активировать нуль-ауру, чтобы попытаться предотвратить безумие парня. В то же время, мы быстро могли атаковать его, если что-то пойдет не так.

Я занял позицию на краю пляжа, в тени большого полукруглого валуна. Стал так, чтобы и до Атрея Хормоса, и до Теуда было примерно равное расстояние. При этом я постоянно ждал, что Чужой Бог заставит парня сойти с ума. Но, к моему удивлению, этого не произошло.

Атрей открыл свою ульту — землетрясение, довольно быстро и легко.

Он использовал заклинание на площадь примерно в квадратный километр, на том берегу озера. Огромная лужа забурлила еще сильнее, а там, с той стороны, задрожало, и вдали земля пошла трещинами. Огромные булыжники полезли вверх, из гигантских трещин.

Отец, и гвардейцы бросились поздравлять паренька, а тот просто сиял от радости. Рад был и я, что все прошло хорошо. Однако, хмурая харя Теуда не давала мне покоя. Он смотрел на веселящихся людей так, что, казалось, мечтает испепелить их взглядом.

Процессия направилась обратно, прочь от источника маны земли. К вечеру снова решили стать на ночь. Но в этот раз это была не просто стоянка, а настоящий праздник. Герцог Хормос праздновал удачное открытие ульты своим сыном. Оскольщиков, ожидаемо, не пригласили.

Я же, наблюдая за пиром у костра лагеря оскольщиков, что стоял на некотором отдалении от кольца машин, твердо решил, что этой ночью Теуд умрет. Как? Я не знаю. Но он не выйдет отсюда, из осколка, живым.

— Вы свободны, — услышал я примерно через полчаса громкий голос Теуда.

— Но господин! Здесь может быть опасно!

— Ты что⁈ — Крикнул Теуд злобно, — хочешь посмотреть, как я ссать буду⁈

— Нет… Что вы⁈

— Тогда пошел прочь! Возвращайся к лагерю!

Я встал, оглянулся. Оскольщики травили какие-то байки у костра. Я увидел, как блеснули в свете пламени глаза Астарты. Она посмотрела на меня.

Я прислонил к губам палец, тихо мол, а потом пошел туда, где маячила тень Теуда. В руке материализовался нож.

— Я знал, что ты придешь, — сказал Теуд полушепотом, когда застегнул ширинку, обернулся ко мне, — не удивлен, что я знаю, кто ты?

— Нет, — проговорил холодно.

Теуд молчал некоторое время, а потом, наконец, заговорил, кивнув на Уроборос:

— Им ты убил меня в прошлый раз?

— Да.

— Я чувствую это, Бич Арканы. И тебя тоже чувствую. Признаться, мы не думал, что вы с Арканой появитесь здесь, в этом новом мире. Надеялись, что канете в небытие в старом. Однако, эта Аркана, эта сука, — злобно скривился он, — слишком хитра.

— Ты не уйдешь отсюда живым, Чужой Бог.

— Ох, — он хмыкнул, — неужели ты убьешь меня? Неужели прикончишь? И что тогда будет? Ведь начнется переполох. Какой-то оскольщик убил графа.

— Я что-нибудь придумаю, — ответил я.

— Решительно звучишь, — он вздохнул, — неужто оставишь Марианну, мою наследницу, одну, без отца?

— Я знаю, зачем вам нужны наследники, — сказал я, — так что я, скорее, спасу ее от безжалостного бати.

Он не ответил, а только злобно прищурился.

— Мне даже интересно, — глаза Теуда загорелись магическим огнем, — как ты это сделаешь? Как убьешь меня так, чтобы никто не заметил пропажи? И сможешь ли вообще это сделать?

— С моей помощью, — внезапно, за спиной Теуда раздался голос Арканы, — запросто!

— Что⁈ — резко обернулся Теуд.

А потом блеснуло ярким белым светом. После ночной тьмы он сильно ударил по глазам.

Через мгновение, я почувствовал, как что-то твердое бухнуло меня в спину. Когда попытался открыть глаза, Меня, казалось, ослепило еще сильнее. Я зажмурился от боли.

— Мать твою! Где мы! — Услышал я крик Теуда, — Агх… Проклятье!

Проморгавшись немного, я встал, огляделся. Это было странное место: голубоватый пол, сияющий мерным внутренним синим светом потолок, стены, словно бы из кристаллов — все это слепило глаза. Но потом они привыкли. В широком зале мы были лишь втроем.

На расстоянии нескольких метров, пыхтел и с трудом вставал на ноги Теуд, а между нами стояла… Аркана.

— Мерзкая сука! — Злобно зарычал Теуд, — ты снова объявилась!

— За эти слова, — сказал я холодно, — ты лишишься глаз, Чужой Бог.

— Я убью тебя, Бич Арканы! — Поднялся он и оскалил желтоватые зубы.

— Мы внутри осколка, — зазвучал голос Арканы в моей голове, — внутри моего осколка.

— Что? — Ответил я также мысленно, — ты тоже осколок?

— Да. И здесь ты сможешь убить этого ублюдка.

— Я разорву вас на части! — Закричал Теуд и развел руки. Словно бы из воздуха, в его ладонях материализовались раскаленные мечи, — а ты, мерзкое отродье, — указал он острием на Аркану, — умрешь первой!

— Прошу тебя, Аркана, — сказал я ровным тоном, — отойди.

Девочка бросила на меня спокойный взгляд, а потом кивнула. Ушла с дороги.

Я взглянул в лицо богу земли. Искаженное ненавистью, оно было жутким. Тем не менее, в его раскаленных магией глазах, горел настоящий страх. Он боялся меня. Я поймал себя на мысли, что мне это нравится.

— Заткнись, подонок, — я перехватил Уроборос обратным хватом, — сейчас ты сдохнешь.

Глава 24

Я бросился на Чужого бога. Теуд оскалился и закричал. Перекрестил мечи, пытаясь отразить удар. Прыгнув, я завертелся в воздухе, чтобы легкий клинок ножа набрал ускорение.

Щелкнуло, всюду разлетелись искры. Нож скользнул по лезвиям призванных мечей, и я приземлился, а потом тут же метнулся вперед.

Теуд вскрикнул, когда я оказался позади. На бедре Чужого бога расплывалась кровавая рана от моего ножа.

— Ты уже слишком стар, чтобы сражаться, — выпрямился я, — особенно врукопашную.

Теуд смотрел с ненавистью. Его некрасивое, морщинистое лицо перекосила злоба.

— Ты смеешь говорить это мне, богу земли⁈

— Как видишь, — я раскинул руки, — земли в этом месте не найти. Тут ты лишь человек. И даже вынужден считаться с обычными людьми. Но знаешь, что будет привычным тебе и в этой жизни?

Он не ответил, только стал в боевую стойку, но я видел, что раненая нога теперь не давала ему двигаться свободно, да и старое тело тоже.

— Кое-что у меня все же есть, Бич Арканы, — начал было он.

— В этой жизни, — продолжил я свою мысль, — ты умрешь так же, как и в прошлой, как простой человек.

— Мана земли, что течет в твоих каналах! — Крикнул он злобно.

Глаза Теуда загорелись раскаленной сталью, я же мгновенно включил нуль-ауру и помчался к нему. Тем не менее, я чувствовал, что небольшие крохи маны земли, доставшиеся мне от моих предков Атридов, стали циркулировать быстрее. Подчиняясь богу земли, они устремились в очаг, а через него и в мозг.

Нуль аура работала на полную. Теуд побледнел, а его губы посинели. Чужой бог сгорбился под ношей моей ауры, опустил руки с мечами, а мечи, в свою очередь, стали тусклыми, словно полупрозрачными.

Судя по тому, что магия в моем теле еще бежала к мозгу по воле Теуда, управление чужой маной земли — его последняя способность. Тем не менее, его атака выглядела, скорее как жест отчаяния, ведь маны земли в моих каналах было так мало, что она не могла навредить мозгу.

Столкнулись мы, когда его мечи совсем исчезли. Он взмахнул ими, и его лицо исказилось ужасом, когда он понял, что мечи исчезли. Я же, прыгнул на него, разогнавшись. Ударил коленями в грудь.

Вместе мы рухнули на стеклянный пол. Раздался хруст ребер, а Теуд громко захрипел. Я был сверху, стоял на его груди.

— За… меня… отомстят… — захрипел Теуд.

— Никто не поймет, куда ты делся, захватчик, — сказал я злобно и вонзил нож в шею Чужого Бога.

Теуд выпучил глаза и захрипел еще сильнее. Поток крови тут же просочился через рану и принялся впитываться в клинок Уроборос.

— В моем прошлом мире вы были богами, — сказал, глядя в его широко раскрытые глаза, — а в этом стали лишь людьми. Вы сами загнали себя в ловушку. И в этой ловушке, — я выдернул нож из раны, — вас жду я.

Искаженное ужасом лицо Теуда еще некоторое время корчилось в агонии, а потом просто замерло. Кровь перестала выбиваться из раны.

— Он снова умер, как смертный, — приблизилась ко мне Аркана, — и я этому рада.

— Как быть с его наследницей? — Сказал я.

— Она останется на похоронах Льёда, — Сказала Аркана, — останется, чтобы разделить силу Чужого Бога.

— Что? — Я поднялся с тела Теуда.

— Похороны не то, чем кажутся, — сказала Аркана, — я хожу по осколкам, Аарон, и они обсуждают свои планы вдали от ушей смертных, в других осколках. Так, я узнала, зачем каждый бог прибудет на эти похороны. Душа Льёда пока еще заключена в его прахе. Путем специального ритуала, они извлекут ее и разделят между вместилищами своих наследников, чтобы сохранить божественную сущность, и Льёд мог переродиться, когда они решат заново запустить слияние миров.

— Но сущность Теуда останется здесь, в твоем осколке навсегда.

— Да, — кинвнула Аркана, — с ним повезло. Мы застали его там, где я смогла присутствовать при убийстве. С другими так не повезет, — посмотрела она на меня, — их придется убирать на кладбище.

Я посмотрел на Уроборос. Нож, что только мгновение назад был вымазан кровью бога, теперь впитал ее. Блестящие лезвие, стало совершенно чистым.

— Посмотрим, что за новая сила ждет тебя теперь, — Улыбнулась Аркана.

И правда, я почувствовал, как третья ячейка моего очага заполняется силой Арканы. Там образуется новое заклинание.

— Как бы его проверить? — Сказал я и включил мановидиние. Посмотрел на мертвое тело Теуда.

Мана еще не прекратила пульсировать внутри его трупа. Ну я и решил проверить новую магию прямо на теле Чужого Бога.

Отошел подальше, спрятал Аркану за своей спиной. А потом сфокусировался на трупе и активировал третью ячейку.

Ничего не произошло. Ни магического света, ни магического снаряда. Будто бы не сработало никакой магии. Но потом я увидел что-то странное. Магические каналы, по которым все медленнее и медленнее текла мана, просто стали коллапсировать. Мана немедленно остановилась. Моя новая сила будто бы замкнула все каналы разом.

— Ну? — посмотрела на меня Аркана снизу вверх, — и что? Что ты стоишь?

— Да я уже все, — хмыкнул я.

— Да? Но ничего же не случилось!

— Случилось. Все его каналы мгновенно перестали пропускать ману. Она просто застыла внутри них. Перестала циркулировать.

— Магический паралич, — задумалась Аркана.

— По всей видимости.

— Если это так, — она коснулась своих губ, — то у мага замкнет все тело, на время. Он не сможет ни двигаться, ни стоять. Думаю, это будет очень полезно в бою с врагами.

— Еще бы. Только нужно проверить на живом противнике.

Теперь три моих ячейки из семи были заполнены способностями. И так, на данный момент я имел мановидиние в первой ячейке, антимагический щит во второй и магический паралич в третьей. Еще четыре остались пусты, а в последней — седьмой должна будет разместиться ульта. Ну что ж. Посмотрим, что будет дальше.

Когда мы вышлиь из осколка Арканы, она тут же исчезла. Я вернулся в лагерь оскольщиков. На вопрос, где пропадал, сказал, что отходил по нужде. Ни у и, конечно, это не вызвало подозрений. Тут все и всегда отходили по нужде. Даже графы. Только Астарта смотрела на меня как-то обеспокоено.

Минут через десять в основном лагере стал разгораться переполох. Теуда, или графа Землицина потеряли.

Естественно, первым делом гвардия притоптала в лагерь оскольщиков. Однако, все сказали, что не отлучались из лагеря. Хоть какой-то вразумительной связи оскольщиков и погибшего Мальсона установить так и не смогли.

Всю ночь шли поисковые работы, в которых участвовали и мы. Но, конечно, графа Землицина так и не удалось найти.

К утру следующего дня Хормосы вместе с Ордосскими решили покинуть осколок. Все же наследнику герцога нужна была поддержка после открытия ульты. Командир гвардии Землицина, в свою очередь, запросил еще людей из дома, и остался, чтобы продолжать поиски. Планировалось, прочитать осколок вдоль и поперек.

Часть оскольщиков осталась участвовать в поисках. Они посчитали это отличной подработкой. Нули же, вышли из осколка вместе с силами Хромосов.

— Будет большой скандал, — сказала Астарта, когда нас забрал транспорт гильдии, — что нашло на этого странного нуля? Почему он напал на сына Хормоса?

Астарта, было хотела выпросить у дома Хромосов тело Мальсона, однако я запретил ей это делать. Слишком уж подозрительно.

— Гильдии будет сложно получить его тело, — сказал я, глядя в окно. За ним мельтешили протяженные сельскохозяйственные поля, — сделай гильдия такой жест, и подозрение тотчас же падет на нее. Так что, — я обернулся и посмотрел в глаза Астарты, — в ближайшее время нам так просто не узнать, что же там произошло на самом деле.

* * *

Вечер того же дня

Дом Арчера Тирановы

— Не забудь перевести денег сыну, — заглянула в кабинет Арчера его супруга — полноватая женщина по имени Светлана.

— Че, у Марка снова финансовые проблемы? — сжал губы Теранова, — я же пристроил его на хорошее место в администрации города!

— Не знаю, он не уточнял, — неприятно искривила она губы, — в общем, отправляй давай, — сказала супруга и хлопнула дверью.

Теранова вздохнул. Он ненавидел свою супругу. Светлана почти сразу перестала следить за собой, как только они сыграли свадьбу. Она была довольно-таки замкнутым человеком и вечно сидела дома, да баловала их сына Марка. Сынок вырос тот еще.

В общем, Теранова небыл доволен своим наследием. И положением тоже. Даже такое престижное место, как пост главы местного отделения гильдии нулей не устраивал его.

Теранова был амбициозен и мечтал о политической карьере. Мечтал о том, чтобы вырваться из Дольска-на-Альве и перебраться в столицу. Правда, для этого ему нужно было сбросить с себя лишний балласт в виде жены и дурака-сынка. И он уже искал, как бы это сделать.

Некоторое время Теранова мучился тем, что попал в ловушку к Патрицину. Ему казалось, что он на крючке и выбраться из него просто невозможно. Это продолжалось до того самого момента, пока Теранова не осознал, что можно посмотреть на ситуацию и под другим углом.

Ведь хороших исполнителей везде ценят. А Теранова был хорошим исполнителем. Князь Патрицин же, в свою очередь, был влиятельным человеком. Одним из самых влиятельных в городе. Что если он, Теранова, докажет ему свою верность? Докажет, что его не нужно шантажировать, чтобы Арчер был полезен своему новому хозяину.

Теранова обдумывал эти мысли весь вечер. Перед ним, на рабочем столе его кабинета, лежал мобильный телефон. Он знал, что если позвонить по нему, он свяжется со странным молчаливым человеком. А через него, возможно, сможет связаться и с самим Патрициным, чтобы донести до него свои мысли и… поклясться в верности.

— Ну здравствуй, Арчер, — прозвучал знакомый низкий голос, — Арчер Теранова вздрогнул, и бросил взгляд к открытому настежь окну.

— Атрид! Как ты проник сюда?..

— Т-с-с-с-с-с-с, — ноль приставил к металлу красной маски палец, чем приказал не шуметь, — кажется, ты плохо платишь своей охране.

— Но почему через окно? — Сглотнул с трудом Арчер, — ты мог бы прийти открыто, через главный вход. Аарон, — испугался Теранова, когда ноль, чье тело было напитано элексирами, грузно спустился на пол.

Мощный и широкоплечий он выглядел угрожающее. Вызывал страх.

— Предупреждаю, — разлепил Теранова ссохшиеся губы, — я вооружен!

— А почему ты нервничаешь? — Абсолютный ноль склонил голову на бок, — у тебя есть повод бояться меня?

— Я… Да нет… Просто все это странно! — Теранова почувствовал, как пот, катетсяя по его лбу, — почему ты пришел сюда в боевой форме, как ноль! В чем дело, Аарон?

Аарон Атрид снова не ответил. Он решительно пошел к рабочему месту Терановы.

— У меня есть к тебе пару вопросов, — сказал он ледяным голосом.

— Да, конечно, — растерянно засмеялся Теранова, — но для этого ненужно было взламываться вот так. Ты же знаешь, что я всегда готов ответить…

— Ты передал колбы от моих эликсиров Патрицину, — сказал я и материализовал в руке Уроборос, — а еще, как-то слил информацию о секретной миссии гильдии, ведь так?

Глава 25

— Да как тебе такое могло прийти в голову⁈ — Крикнул Теранова, — ты же знаешь меня давно! Знаешь, что я порядочный человек!

— Был порядочным человеком. Пять лет назад, когда я только попал в гильдию нулей.

Теранова явно нервничал. Я видел, как дрожат его губы, а в глазах блестит страх. Для меня это было достаточным доказательством того, что он виновен. Однако, я хотел услышать это из его собственных уст.

— А теперь ты погряз в своих амбициях, Теранова.

— Да с чего ты взял? — Занервничал Арчер еще сильнее, — почему ты решил, что я причастен ко всему этому⁈ Что ты вообще от меня хочешь⁈

Я хмыкнул, глянул на дверь в его кабинет, которая была приоткрыта. А потом решил его проверить. Направившись к двери, я аккуратно закрыл ее и запер на ключ.

При этом я напряг обостренные эликсиром чувства нуля и особенно слух. Хотел проверить, как же он поступит. И был вознагражден.

Я услышал, как зашуршало дерево о дерево. Это открылся ящик стола. Потом прозвучал щелчок, который мог быть только звуком, с которым взводят курок.

Теранова вооружился.

— Не хочу, чтобы нам помешали, — пояснил я, а потом вернулся к столу и сел на кресло, расслабленно откинулся.

— Ты обвиняешь меня в чем-то совершенно бездоказательно, — сказал Теранова, держа руки под столом.

— С самого начала ты был против того, чтобы нули исполнили свой долг так, как нам и полагается, — сказал я. Даже решил пожертвовать Астартой, только чтобы сумасшедший наследник Патрицина жил. Это первое. Второе — ты решил сбежать, как крыса с тонущего корабля, когда понял, что наделал.

— Это неправда, — нахмурился Теранова, — я думал пойти в администрацию! И просто передумал. В городской управе не срослось!

— Ты лжешь Теранова, — сказал я, — патриции знал о миссии нулей. Знал, как сделать эликсир. А единственный, у кого был мотив помогать ему — ты. Думаешь, я не знаю, что ты дружишь с вассалами князя Патрицина, чтобы набирать политический вес в городском совете? Именно через них на тебя вышел Патрицин тогда, когда его сын сошел с ума.

— Это все какой-то бред, — сказал он, строя суровое лицо, но я видел, как дрожат его губы от волнения, — ты, кажется, тронулся умом, Атрид.

— Скажешь это сыскникам из управления гильдии, которые под руководством Вольфстраттен, в эту самую минуту обследуют мою раздевалку, чтобы выявить следы присутствия посторонних. И я тебя уверяю, они их найдут.

Внезапно, мой смартфон пиликнул. Я медленно расстегнул черную форму нуля и достал из внутреннего кармана кителя телефон.

— О. А вот и она. Вольфстраттен. Смотри.

Я показал Теранове сообщение от начальницы управления гильдии. Там было лишь одно слово: «нашли».

— Ты, упрямый мальчишка, — выдохнул Теранова, — откуда ж ты взялся на мою голову! Почему ты такой несговорчивый! Со всеми можно договориться! У каждого есть своя цена! Назови ее!

Я хмыкнул, сунул телефон в карман, а потом подался чуть-чуть вперед.

— Значит, это был ты. Ты передал секретные данные нулей Патрицину. Ты забрал флаконы моих эликсиров.

— Да! Но у меня не было выбора, — глубоко и часто дыша затараторил Теранова, — пойми! Не было! Он меня шантажировал! Если бы я попробовал сопротивляться, моя жизнь была бы кончена! На политической карьере можно было бы поставить крест!

— Она уже перечеркнута, Теранова, — сказал я серьезно, — нельзя усидеть на двух стульях разом. Каждому приходится выбирать, кто свой, а кто чужой. Ты же, пытался играть и нашим, и вашим. И теперь будешь отвержен всеми.

— Проклятье! — вскрикнул Теранова и вскочил, вскинул руки.

Ожидаемо, я увидел, как в его руках блеснул пистолет.

Прозвучал выстрел. В плече кольнуло, я же бросился к Теранове через стол, схватил его за руку, отвел пистолет в сторону. Вместе мы грохнулись на пол.

Теранова закричал и выстрелил еще несколько раз. Я с силой сжал его запястье и ударил об пол. Ствол отлетел куда-то в сторону.

— Прошу! Не убивай! — Взмолился вдруг Теранова.

Я не ответил. Запрокинул голову назад, а потом ударил лбом в железной маске ему в лицо. Хрустнули зубы. Теранова забулькал, отплевываясь кровью.

— Это тебе за плечо, — сказал я, чувствуя, как из раны сочится кровь.

Благо, эликсиры принялись активно заживлять ее. Хотя их точно не хватит. Дома нужно будет принять еще.

Внезапно, загрохотало. С хрустом и треском дверь в кабинет Терановы распахнулась. Внутрь вбежали бойцы тайной полиции в черных мундирах броникак и масках.

К этому времени я уже поднял окровавленного Теранову на ноги.

В коридоре, откуда высыпали бойцы, кричала какая-то женщина, видимо, это была супруга Терановы.

— Не кричите, у нас ордер, — прозвучала голос Вольфстраттон.

Спустя пару мгновений, и сама блондинка, одетая в белую блузку, юбку карандаш и приталенный пиджак вошла в кабинет. Одежда подчеркивала ее шикарные формы. А вот Лицо Вольфстраттен имело жесткое выражение. Она внимательно и с укором смотрела на Теранову.

— Ты ранен, — сказала она мне.

— Все хорошо, — я хмыкнул и кивнул на разбитое лицо Терановы, — он тоже.

— Позовите медика! — Крикнула Вольфстраттен, — твоя идея сработала, — ухмыльнулась она, — мы записали признание Терановы.

— Признание⁈ — Прошамкал он разбитыми губами.

Я хмыкнул и оттянул воротник формы. Там был прикреплен маленький, но мощный скрытый микрофон.

Теранову аж перевернуло. Он скрывался, как ребенок, и заплакал.

— Все же, — продолжала Вольфстраттен, — твоя идея с СМСкой была гениальной. Признаться, я не думала, что он поведется так просто.

— Я же говорил, — Хмыкнул я, передавая ревущего Теранову в руки сотрудником тайной имперской полиции.

— Блестящий ход, Абсолютный ноль, — Улыбнулась Вольфстраттен. Если все обстоит так, как ты говоришь, у императора будут вопросы к князю Патрицину. Причем очень серьезные. Но сначала, — она кивнула на Теранову, — допросим его.

— Допросите, — улыбнулся я под маской, — а потом сообщите мне о результатах.

— Этого, — распорядилась Вольфстраттен, в обезьянник! И вызовите следователей. Я буду присутствовать на допросе!

Наружу я вышел уже через главный вход. Группа захвата, что таилась все это время в гражданской газели, грузила туда Теранову. За ним в кузов запрыгнул и медик.

— Может, тебе нужна медпомощь? — Спросила Вольфстраттен, глядя на кровоподтеки на моей форме.

— Нет, — сказал я, — ткани уже вытолкнули пулю. Она засела неглубоко. Да и кровотечение остановилось.

— Подвезти тебя? — Улыбнулась Вольфстраттен, — или будешь ехать на такси в форме нуля?

— У тебя же допрос Терановы, — посмотрел я на Волфстраттен.

— Допрос начнется утром. Следки заняты этой ночью. Будут только завтра

— У меня сумка за углом, — хмыкнул я, — планировал переодеться. Но почему бы и нет? Подвези.

Так мы и сделали. Я постоянно ловил на себе взгляды Вольфстраттен, пока сидел рядом, на пассажирском.

Она совершенно не стесняясь, рассматривала меня и хитро улыбалась. Ну тогда и я начал рассматривать ее. А почему бы и нет? Смотрел в декольте и бросал взгляды на стройные ножки.

Юбка Вольфстраттен задралась и я видел, что женщина надела сегодня черные чулки.

— А долго будут действовать твои эликсиры? — Посмотрела она на меня из-под длинных ресниц.

— Думаю, до утра, а что?

— Хм, — Загадочно хмыкнула она.

— Хочешь успеть выпить со мной… кофе? — Кажется, понял я ее намек.

Я был не против. Почему нет? В конце концов, мне нужна была какая-то эмоциональная разгрузка. Слишком много всякого происходит в последнее время.

Уверен, что у Вольфстраттен самой была целая куча проблем, о которых она хотела бы забыть этой ночью. Об этом говорил ее игривый взгляд.

Да и со стороны сословных отношений между дворянами мне ничего не грозила. Вольфстраттен была вдовой. Ее муж был магом и служил имперских спецподразделениях. Он погиб несколько лет назад.

— Сейчас я выгляжу на тридцать, — хмыкнул я, — но ты должна понимать, что проснешься в постели с подростком.

— Это, — хмыкнула она, — будет еще интереснее, — а потом сверкнула глазами, — новый опыт и за одну ночь.

— Ну тогда, я рад, — рассмеялся я.

Когда мы вернулись в мою квартиру, Вольфстраттон набросилась на меня первой.

— Эй-эй, — с трудом отстранил я ее от себя, — я хотел сходить в душ.

Сам, тем не менее, я прижал ее бедра к себе и ощупал упругую попу. Вольфстраттон хищно уставилась на меня.

— Какой своенравный. Ну, иди.

— Если решишь присоединиться, я буду не против, — сказал я, снимая с себя гражданскую одежду.

Не говоря ни слова, Вольфстраттен принялась расстегивать блузку. А потом с трудом стянула с себя юбку, которая плотно облегала ее широкие стройные бедра.

Оставшись в белье, она приблизилась ко мне.

— Если хочешь намочить белье, — сказал я хитро, — можешь не снимать его даже в душе.

— Оно уже намокло, — многозначительно сказала Вольфстраттен, а я только хмыкнул.

А потом просто втянул ее за собой прямо в душ. Спустя пять минут, ее громкие крики заглушали шум воды.

Мы не унимались всю ночь. Даже когда действие эликсиров кончилось, это, казалось, только раззадорило Вольфстраттен.

Заснули мы только ранним утром, когда солнце еще не встало из-за горизонта.

Разбудил меня странный шум в гостиной. Я всегда спал чутко и почти сразу открыл глаза. Что-то было не так.

Сев на кровити, я Взглянул на Вольфстраттен. Она лежала на животе, совершенно освободившись от покрывала. Ее шикарные спина и попа, казалось, выглядели еще чудеснее в полутьме.

Правда, к сожалению, долго любоваться ее телом я не мог. Поднявшись, я медленно, на цыпочках, прямо в чем мать родила, пошел на кухню. Единственное, что я сделал — призвал Уроборос.

Даже несмотря на то, что я чувствовал себя просто отвратно после эликсиров, я старался быть максимально сосредоточенным и не издавать ни звука. Когда вышел в небольшой коридорчик, то прислушался. Кто-то, кто был уже в гостиной, тоже замер. И тоже прислушался.

Сомнений не было. Ко мне проникли. Да еще и в такое время. Кто бы это ни был, он подгадал отличное время, чтобы застать врасплох. Застать кого угодно, но только не меня.

Я затих, даже перестал дышать. А потом услышал, как задвигался пришелец. Кто бы это ни был, он медленно пошел к моей комнате.

Я немного отодвинулся назад и спрятался в дверном проеме. Обернулся, посмотреть не проснулась бы Вольфстраттен. Сейчас она может помешать мне. Но нет, она спала, как ни в чем не бывало. Тогда я принялся ждать, что же будет дальше.

Полутемная фигура показалась в проеме. И это была женская фигура, но неизящная, а высокая и крепкая, почти мужская. Я сжал нож и бросился на нее.

В следующее мгновение, услышал хриплый женский голос. Очень низковатый. Вместе мы грохнулись о противоположную стену и упали на пол, причем я оказался сверху.

— Проклятье! Атрид! — проговорила она, хрипловатым голосом, — какого черта ты на ногах⁈

— Какого черта ты здесь! — Ответил я.

— Убью! — Злобно крикнула она, а потом я почувствовал, как что-то обвивает мен руки.

Глава 26

Эти непонятные нити тут же обвили меня, а когда я попытался двинуться, то звякнули, как железные струны, больно впились в кожу.

— Попался! — Зарычала она почти по-мужски.

А потом я почувствовал, как волосы на руках встают дыбом. В области, где проволока впивалась в тело, закололо так, будто по ней пошел легкий электрический разряд.

— Ты что? — Удивился я, — решила меня током убить?

— Что? — Не поняла она.

— Аарон? — Послышался сонный голос Вольфстраттон, — что там происходит⁈ — Встрепенулась она и зажгла ночник на тумбе, а потом грязно выругалась.

Совершенно голая, Вольфстраттон метнулась к своей одежде, разбросанной на диване и извлекла откуда-то маленький дамский пистолет, подпрыгнула к нам.

— Ни с места, красотка, — зарычала незнакомка, — ни то я вскипячу ману в его каналах!

— Что? — Я обернулся к мужеподобной бабе, на которой все это время лежал, — вскипятишь ману?

— Ну да, — выпучила она глаза.

— Кажется, — хмыкнул я, — тебя плоховато подготовили.

Она не ответила, только сжала зубы, а я, в свою очередь, отвел голову назад так, что хрустнуло в позвонках, а потом изо всех сил дал ей лбом в нос. Женщина всхлипнула. Я почувствовал, как ее зубы поранили мой лоб, а потом что-то на моей коже появилась теплая влага. Кровь заливала глаза, но чья это кровь, было сложно понять. Может, моя, из рассеченного лба, может, ее, из разбитых рта и носа. А может, и то и другое.

— Ах ты скотина! Да я… да я! — она закричала что-то невнятное и закрыла лицо руками.

Я же почувствовал, как стальные нити ослабли, и выпутался из них.

— Аарон! — Крикнула Вольфстраттен, — я…

— Не вмешивайся! Я сам с ней расправлюсь!

— Пошли к черту оба! — Зарычала баба, а потом беспорядочно замахала руками. Я видел, вымазалось кровью.

Несколькими легкими движениями я отбился от ее рук и тут же схватил за короткие светлые волосы двумя руками.

Она вскрикнула и впилась своими ногтями мне в предплечья. Я напрягся. Баба была, что называется, бой! Крепкая, почти как мужчина. Но все же, мне хватило сил, чтобы оторвать ее голову от пола и с силой вмазать затылком обратно в шершавый паркет.

Женщина немедленно расслабилась, потеряла сознание.

— Кто это, мля такая⁈ — вскрикнула Вольвстраттен.

— Я не знаю, — обернулся я к женщине, — наверняка кто-то, кто непротив бы меня прикончить. И догадываюсь, кто мог ее подослать.

— Проклятье, — Вольфстраттен добавила еще пару словечек и грязным матом.

А потом опомнилась. Увидела, как мой взгляд неосознанно скользит по ее формами, бросилась к креслу. Сжамкав свою одежду, она прикрылась.

— Да че я там не видел, — хмыкнул я, с трудом переворачивая тушу бабы на живот и связывая ей руки за спиной.

— Хорошего понемножку, хитро улыбнулась Вольфстраттен.

В следующее мгновение грохнуло так, что Вольфстраттен аж упала на пол, закрыла голову руками. А вот мужеподобная бабища, напротив, очнулась.

Я взглянул туда, откуда бабахнуло. Это была кухня-гостиная. Грохнуло снова, зазвенело разбитое стекло. В темноте я увидел, как в стену коридора ударили куски оконной рамы и мелкие кирпичи. Поднялось облако пыли.

— Что⁈ — Воскликнула незнакомая баба, — они запустили его⁈

Я нахмурился и уставился в коридор. Уроборос спрятал за спиной.

Тогда в темноте зашевелилось. Когда клубы дыма немного осели, я увидел тень. Мужскую. Словно зомби она брела ко мне, сильно оскорбившись и опустив руки.

— Георгина, — позвал я Вольфстраттен, — у нас проблема, лежи, где лежишь.

— Что случилось, — приподняла она голову.

— Это спятивший маг…

В следующее мгновение, в освещенную часть коридора выступил он. Это был юнец, немногим старше моего тела. Худощавый, но жилистый, он был одет в армейские каргоштаны, но гол по пояс.

Безэмоциональное лицо словно бы окаменело, не выражая совершенно ничего. Глаза были совершенно черными. А вот вокруг шеи парня было что-то странное. Непонятное электронное устройство, напоминающее ошейник. По кругу в него, словно шипы, что бывают на ошейниках борцовских псов, стояли полупрозрачные ампулы с непонятным красновато-бурым веществом.

В следующее мгновение, одна из ампул опустилась, вещество с шипением ввелось в тело парня, а ампула, словно гильза автоматического оружия, отстрелялась. Со звоном упала на пол.

По телу парня полежали черные прожилки.

— Проклятье, — сжал я зубы, а потом схватил бабу, и с силой дернул в комнату с Вольфстраттен. Та проехалась по скользкому ламинату.

Умница Вольфстраттен тут же подлезла к ней и принялась оттаскивать от коридора. К моему удивлению (которого я, кстати, не выдал), пленная даже не сопротивлялась. Казалось, она даже хотела убраться подальше от безумца. Ну, я понимал ее.

Тем временем, обезумевший выгнулся дугой, впился в собственное лицо ногтями и завыл.

— Предки! — Внезапно открылась дверь в квартиру, — господин Аарон! — Внутрь вошла пожилая дама, что сидела на ресепшене на первом этаже доходного дома, — что у вас тут происходит⁈ Предки!!! — Перепугалась она, когда увидев сначала разгром, а потом и непонятное существо.

— Нет! Назад! — Только и успел крикнуть я.

Безумец зарычал, она же закричала от страха. В следующее мгновение, он выбросил вперед руку. Черные щупальца вырвались из всех теней, что остались в комнату, и тотчас же врезались в тело женщины.

Я же бросился к нему с ножом. Хотел прыгнуть сзади, пока он отвлекся и поразить сердце через спину.

Не успел. Черная полусфера щита возникла вокруг него, а потом лопнула ударной волной. Окно коридора тотчас же выбило, все картины, и декоративные фрески снесло со стен, я повалился на спину.

Парень был магом тьмы.

— Юлий — маг тьмы, мля, — зарычала растерянно баба-налетчица, — он не должен был запускать этого сумасшедшего в квартиру, пока я здесь! Его не победить! Развяжите, мать вашу, меня!

— Вольфстраттен! — Закричал я, поднимаясь на ноги, — будь добра, заткни пленницу, — в руке материализовался нож, — она меня отвлекает!

Парень шагнул ко мне. Я увидел, как все вокруг него стало разлагаться. Это была какая-то аура из разряда магии тьмы. Третья способность. Две предыдущих он показал мне. А какая же ульта?

Но самое интересное было то, что им могли управлять. И я бьюсь об заклад, что именно при помощи этого странного устройства.

Этот обезумевший маг явно был обезумевшим. Вот только вел он себя не совсем так, как это обычно делают безумцы. Как минимум, не бросался с дикими воплями вообще на все, что шевелится вокруг.

Я смотрел в его черные глаза и понимал, что несчастный сфокусировал свой взгляд именно на мне.

Тогда я тут же выкрутил нуль-ауру на максимум. Услышал, как в соседней комнате блюет пленница.

А вот обезумевший маг не подал по началу никакой реакции. Зато среагировал ошейник. Другая, соседняя колба ввела жижу и тут же отсоединилась.

Безумец вскрикнул и вскинул обе руки. Из теней вокруг меня вырвались черные щупальца. Однако, теперь они были полупрозрачными.

Я немедленно выставил антипатический щит. На подходе к моему телу щупальца тут же испарились.

Сам безумный, которого, по словам, налетчицы звали Юлий, бросился ко мне, размахивая руками. При этом, от теней вокруг него будто бы оторвались клочки и прилипли к его рукам, вытянулись в большие когти.

Я заметил, что аура порчи вокруг него уже ослабела. Раньше стены прямо гнили, за его спиной, теперь же просто чернели.

Он взмахнул когтями. Я легко увернулся, пропустил его мимо, а потом оттолкнулся от стены и оказался за спиной безумца. К этому времени его когти совершенно испарились.

Юлий с удивлением замер и заурчал, как зверь. Принялся осматривать свои руки.

Я же воспользовался магическим параличом, тут же запустил заклинанием в безумца.

Юлий немедленно выгнулся дугой и упал на спину, забился в жутких конвульсиях.

— Сработало, — выпрямился я, в руке блеснул уроборос.

Я обратил взгляд к налетчице.

— Кто этот несчастный? — Указал я ножом на Юлия, — что это за странный механизм у него на шее?

— Я… я не знаю… — ответила мужеподобная женщина.

Она сидела на заднице у кровати, а Вольфстраттен держала ее на мушке.

— Ты лжешь, — сказал я холодно.

— А еще, ты отправишься с нами, — сказала Вольфстраттен, — потому что будешь задержана. Аарон, — она перевела взгляд на меня, — я намерена вызвать подкрепление. Задержим и допросим эту тварь.

— Нет, — я покачал головой, — сначала я поговорю с ней сам.

— Я не согласна, — начала было Вольфстраттен, но закончить так и не смогла.

Зашумели механизмы ошейника. Новая капсула опустилась, и Юлий тотчас же затих, как мертвый.

На полу, вокруг Юлия, образовалась лужа черной жижи. В следующее мгновение жижа стала медленно тянуться к потолку. Черные столбики переплетались друг с другом, и через пару мгновений, над магом тьмы стоял его двойники, созданный будто из черной жижи.

Он раскинул руки, и пальцы вытянулись в длинные когти. Через мгновение, тень бросилась ко мне.

Я успел выставить антипатическую защиту и увидел, как тень стала колебаться, приблизившись ко мне, будто на нее сильно дул ветер. В следующее мгновение она, вместо того, чтобы ударить меня, бросилась в сторону, к женщине-налетчице.

— Помогите! — Вскрикнула она, — Ивор хочет меня прикончить!

— Проклятье! — Крикнул я и метнул уроборос.

Клинок просвистел в пространстве и впился в спину тени, когда та была уже за пару шагов до женщины. Когда это произошло, тень застыла на месте, как статуя.

Прозвучали выстрелы. Вольфстраттен разрядила в тварь всю обойму, однако пули просто потянули в черной жиже. Магическое создание осталось стоять.

— Это ульта, — проговорил я, глядя на застывшую тварь.

В следующее мгновение двойник начал просто впитываться в клинок. И спустя полминуты исчез, а Уроборос упал, вонзившись в пол у ног женщины. Та посмотрела на меня ошарашенными глазами.

— Ты… ты спас меня…

Внезапно, что-то защелкало на ошейнике парня, я взглянул на него и увидел, как все оставшиеся ампулы ввели свое содержимое в тело бедолаги. А порто разом отстрелялись.

— Это не хорошо, — нахмурился я.

— Что? Что нехорошо⁈ — Напуганными глазами посмотрела на меня женщина, — весь Лазарь ввелся за один раз, ведь так?

— Лазарь? — Нахмурился я.

— Да! Я слышала, как отвалились ампулы! — Закричала она, объятая настоящим ужасом, — спасайтесь, немедленно! Помогите! Вытащите меня отсюда! Проклятый Патрицин!

— Что происходит? — Спросил я.

— Оператор запустил последний протокол!

Черные жуткие прожилки, толстые, как палец, проявились на голом торсе Юлия. Он задрожал, словно в припадке эпилепсии. А потом открыл глаза. Из них струями ударил черный дым.

Глава 27

— Что происходит⁈ — Закричала Вольфстраттон.

— Он сейчас… — Криком ответила на ее крик мужеподобная.

— Взорвется! — Закончил я ее фразу и метнулся к аквариуму Коржика, — открывай портал! Быстрее! — Закричал я, взяв улита на руки.

Маленькое существо посмотрело на меня изумленными изумрудными глазами, а я побежал обратно в комнату.

Увидел, как Юлий лежал в коридоре. Теперь и его рот был широко распахнут, а черный дым вырывался клубами и из него. Тем не менее, дым будто растворялся в воздухе. Почерневшие руки мага тьмы мелко дрожали.

Я усадил коржика на столик.

— Открывай!

— Нам не спастись! Всю квартиру разнесет! — Закричала налетчица.

Вольфстраттон же подбежала ко мне, заорала прямо в ухо:

— Что ты делаешь⁈ Нужно спасаться!

— Взрыв будет необычным, — сказал я, не отводя взгляда от коржика, — это магия тьмы.

Коржик, словно услышав мои слова, среагировал. Я увидел, как кольца на его панцире стали вращаться, а сам он расти.

— Быстрее! К стене! — указал я на дальнюю стену, — оттащи ее!

— Она тяжелая!

Не говоря ни слова, мы подскочили к налетчице и потащили ее к противоположной стене. Потом раздался страшный хрип, и черный туман буквально заклубился во входе в коридор. Происходила загадочная детонация, которой я еще никогда не видел.

Стена, что отделяла коридор от спальни принялась разрушаться, начала гнить. Почернели потолок и пол. Дверной косяк стал разваливаться на куски. Вся эта тьма приближалась.

Потом заскрежетал камень. Панцирь Коржика разросся до таких размеров, что проломил перегородку в кухню-гостиную. Перед нами почернел вход раковины.

Вольфстраттен с изумлением смотрела на все происходящее. Однако налетчица была изумлена еще сильнее. Она прямо-таки раскрыла рот.

— Внутрь! Давайте! — крикнул я, и мы с Вольфстраттен потащили налетчицу в раковину.

В следующее мгновение я услышал, как хрипение усилилось. За спиной будто бы задул чудовищный черный ветер. Позади, там, где только что была противоположная стена комнаты, у которой мы притаились, пока рос панцирь, разверзлась черная бездна. Ни стены, ни кресла, ни аккуратного журнального столика, ничего этого не стало. Только тьма.

Тьма, было, попыталась пройти и внутрь осколка, однако, ей не удалось этого сделать. Пелена междумирья перекрыла ей путь. Мы немедленно оказались в Саду.

— Поздравляю вас, дамы, — выпрямился я и посмотрел на пытающихся отдышаться женщин, — вы первые из людей, кто видят мой сад.

— Что? — удивилась Вольфстраттен.

— Некоторые, а ты, Вольфстраттен, к тому же первая женщина, что попала сюда еще и почти обнаженной.

Вольфстраннет посмотрела на себя, и тотчас же принялась застегивать пуговки своей белой блузки, при этом покраснела, как подросток. Блузку, кажется, она успела надеть, пока я возился с налетчицей.

— Так, — я приблизился к мужеподобной и схватил ее за грудки, обратил к себе ее грубое лицо, — что ж. Придется тебе ответить на пару вопросов, — сказал я холодно, — что, зря, что ли я тебя спасал? Мог бы бросить там, на съедение этой черной бомбе.

Мужеподобная нахмурилась и сжала полные губы. Признаться, я думал, что она будет упираться и мне даже придется прибегнуть к спецсредствам, чтобы заставить ее говорить. К моему удивлению, она начала сама:

— Предать предателя это ведь не предательство? — Сказала она неуверенно.

— Это вопрос? — Нахмурился я в ответ.

— Нет, — она вздохнула, — Патрицин бросил меня умирать. Юлия должны были использовать только тогда, когда я выберусь из квартиры. И только при условии, если у меня не получится тебя прикончить.

— Так, — сказал я, претворяясь, что не удивился тому, что она готова сотрудничать, — расскажешь все что знаешь и останешься в живых.

— По рукам, — кивнула она.

Когда женщины увидели мой сад, естественно, они были поражены. Вольфстраттен не скрывала этого, а вот незнакомка выглядела хмурой как полено, хотя я то и дело видел, как она зыркает по сторонам.

Чтобы ее допросить, мы пошли в большой грот, в котором росли редкие виды растений.

Потолок здесь в нескольких местах был прозрачен, словно бы сделан из стекла естественного происхождения. Тут точно не обошлось без магии. Складывалось впечатление, что какая-то неведомая сила превратила камни в стеклянные плиты разных форм и размеров.

Свет незаходящего в осколке солнце, проникал внутрь грота и питал растения. При этом, стекло предавало ему мягкий голубоватый оттенок.

Вольфстраттон аж рот раскрыла, когда увидела внутри грота многочисленные клумбы с неведомыми растениями из моего старого мира.

Естественно, я их не выращивал. Растения уже были здесь, когда я нашел Коржика. Я только построил тут хижину алхимика.

— Что это за место? — Изумилась налетчица, оглядывая мясистые побеги загадочных растений, что росли здесь всюду.

— Пещера правды, — солгал я.

— Что? — Недоуменно посмотрела на меня незнакомка и пошевелила плечами. Ее руки все еще были связаны за спиной и должно быть, затекли.

— Пещера правды, говорю. Каждый, кто солжет здесь, в этом месте, немедленно умрет. Они убьют, — указал я на дальние яркие и большие цветы причудливого вида.

— Что это? — Удивилась Вольфстраттен.

Из-за того, что она ходила буквально с голой попой, ей пришлось выделить смешной джинсовый комбинезон, в котором я обычно собирал в гроте нужные мне растения.

— Луминариум Вита, — пожар я плечами, — ее еще называют цветком правды. Если солгавший вдохнет пыльцу, тут же скопытится.

— Лжешь, — скривила полные губы незнакомка.

— Да? — Я ухмыльнулся, — а ты попробуй солгать сама.

Она посмотрела на меня немного испуганно, а потом обернулась к выходу. Посмотрела туда, где сиял свет.

— Чтобы выбраться из грота нужно пробежать девять метров, — хмыкнул я и материализовал в руках Уроборос, показал его женщине — он преодолеет такое расстояние за четверть секунды. А ты за сколько?

— Я не буду проверять, — сглотнула она, — хорошо. Я не боюсь твоих цветов правды. И буду говорить… правду, — опустила она взгляд.

На самом деле Луминария Вита никакой не цветок правды. Это был просто блеф. Я использую Луминарию как один из ингредиентов зелья, усиливающего реакцию. В чистом виде же, эти цветы совершенно безвредны и способны, разве что, вызвать жуткий понос у человека.

Нужно было впечатлить пленницу, а в хижину я бы никогда в жизни не повел постороннего. Не хотел бы, чтобы хоть какие-то, хоть малейшие секреты попали в чужие руки.

Тогда она мне все рассказала. И про проект Лазарь, и про загадочного Юлия, и про других таких несчастных, на которых проводил свои эксперименты Ивор Патрицин.

Оказалось, что пленницу звали Анитой. Она была магом-усилителем и могла ускорять или замедлять течение маны в каналах магов, а вторая ее способность (а у нее было их две), которая была ультой — управлять течением маны. Она могла направлять ее прямиком в мозг мага, и сделать мага, таким образом, сумасшедшим.

— Это моя главная работа, — несмело сказала Анита, — я сводила магов с ума для Ивора.

— Юлия тоже?

— Да, — она вздохнула, — безумие Юлия также моих рук дело. Именно я свела его с ума. И не только его. Все они нужны были Ивору для проекта Лазарь, как подопытные. Ну и проект, похоже, будет успешным. Видел Юлия? — Посмотрела она на меня, — им можно было управлять. Управлять путем введения каких-то эликсиров. По этому пути только недавно пошли, насколько я знаю. А раньше они пытались использовать гипноз или самовнушение. Да даже электрическую стимуляцию мозга.

— Эликсиры, — задумался я.

А не помогло ли Патрицину то, что Арчер Теранова выкрал мои колбы? На стенках осталось достаточно вещества, чтобы можно было определить компоненты.

— Он хочет сделать армию. Армию, что будет беспрекословно подчиняться ему. И станет идеальными рабами.

— Идеальными последователями, — задумался я.

— Что? — Не поняла она.

— Ничего-ничего.

Дальше я расспросил Аниту о том, знает ли она что-то о похоронах Ледова. Та сказала, что знает. Знает также и о том, что в каком-то осколке за городом, до сих пор ищут пропавшего друга Патрицина — графа Землицина. Однако сам Ивор считает его мертвым.

— И он считает, — продолжила Анита, — что его убил ты.

— Он может считать как хочет, — решил ответить я загадочно.

Потом мы повели речь о самом мероприятии. Я спрашивал Аниту о том, как туда попасть и том, какая на похоронах будет охрана. Как я и ожидал, Анита знала не так много о мероприятии. Однако о том, как проникнуть на похороны незамеченным, она смогла мне подсказать.

— Они будут заносить урну с прахом в склеп. Один из носителей должен мне кое-что, — сказала Анита, — я могу попросить его помочь.

— Зачем тебе на похороны Ледова? — Удивилась Вольфстраттен.

— Потом расскажу, — отмахнулся я, — слишком долгая история.

На самом деле я бы не стал рассказывать ей все. Придумал бы, что солгать. Но сейчас голова была забита другим, и выдумывать что-то совершенно не хотелось.

— Ну ладно, — строго посмотрела на меня Вольфстраттен, — но как ты можешь ей верить?

— А у нее нет выбора, — хмыкнул я, — и она это понимает. Она уже покойница. Патрицин списал ее со счетов еще тогда, когда отправил убить меня. А теперь, когда она попала в плен, и тем более рассказала мне все, что ей известно о ее планах, ей и правда не жить.

— Я была бы ему полезна, — сглотнула Анита, — если бы недавно Патрицин не нашел способ, как вводить магов в состояние безумия искусственно. При помощи эликсиров.

Вот млять… Чертов Тернова. Не хило же он подтаскал всем магам, стащив мои эликсиры…

— А так, — продолжала она, — у меня хоть есть шанс выжить. Ты ведь не убьешь меня? — Спросила она и заискивающе заглянула мне в глаза.

— Только при одном условии, — ответил я.

— Каком же?

— Если ты устроишь все в лучшем виде с проникновением.

— Об этом, — она серьезно кивнула, — можешь не беспокоиться. Если ты хочешь оказаться практически лицом к лицу с князем Патрициным на церемонии захоронения праха Ледова, я могу это устроить.

— И как же интересно? — Скептически посмотрела на нее Вольфстраттен.

— Я догадываюсь, — улыбнулся я.

— Догадываешься? — Хмыкнула Анита, — неужели так очевидно?

— Мы подменим твоего друга из переносчиков праха, — ответил я.

— Да, — она кивнула, — он с радостью не выйдет на работу в этот день. Тем более что он мой давний должник.

— Подменим кем? — Вольфстраттен непонимающе водила взглядом от меня к Аните.

— Подменим мной, — хмыкнул я.

Глава 28

К моему удивлению, на кладбище было немноголюдно. Нет, посетителей сегодня было предостаточно, но не больше, чем при похоронах какого-нибудь знатного местного дворянина. Нельзя было сказать, что сегодня здесь хоронят прах настоящего бога, пусть и прибывающего некогда в человеческом обличии.

Вдоль высокого каменного забора, что отгораживал территорию кладбища от широкой дороги, выстроилось множество дорогих, представительных автомобилей.

Я же наблюдал за всем этим из машины, что взяла для меня на прокат Вольфстраттон. Нужно было дождаться человека, с которым меня обещала свести Анита. Ей нельзя было доверять на все сто процентов, потому у меня был и запасной план по проникновению на кладбище.

Я взглянул в зеркало заднего вида. Пощупал щетину, привычно отросшую после принятия эликсира. Я уже был готов к решительным действиям, а мой повзрослевший организм напитали усиливающие эликсиры.

На заднем сидении, которое я увидел в отражении, лежала форма нуля. Если придется, буду пробивать себе дорогу внутрь силой. Однако, пока я поглядывал по сторонам, высматривая знакомого Аниты.

С нашего разговора в саду прошло довольно много времени. В тот раз, когда мы вернулись из осколка, квартира превратилась в почерневший, будто бы выгоревший ад. Черная магия заставила всю мебель истлеть, а стены покрыла какая-то черная жижа.

Тело Юлия полностью разложилось и смешалось с паркетом, также превратившимся в труху.

Тогда нам пришлось быстро уходить из этого места. Черная магия, что навсегда запечатлелась в квартире, тут же принялась портить наши вещи. Оставаться здесь было нельзя.

Я перебрался на временное жилье в квартиру, принадлежащую Вольфстраттен. Обычно она сдавала ее, но сейчас жилье пустовало, и я мог занять его на некоторое время.

Аниту же мы отпустили. Все осознавали, даже она сама, в какой она сейчас опасности. Если бы даже налетчица отправилась бы к Патрицину, чтобы продать ему информацию обо мне, то вряд ли бы осталась в живых.

Князь уже пренебрег ее жизнью однажды, и точно понимал, что теперь, после такого, она не надежный человек. Я знаю, что он мыслит именно таким образом. Ведь он один из Чужих Богов. А я прекрасно знаю их. Знаю их поведение.

К главному входу Кладбища прибывали все новые и новые машины. Я видел, как они становились вдоль дороги или на большой парковке, которая была тут же.

Гости, что которым слуги открывали двери авто, стекались внутрь. Это выглядело, словно большая траурная процессия.

В боковое зеркало заднего вида я рассмотрел, как ко мне приближается человек. Это была Анита. Одетая в неприметную одежду: куртку, джинсы, футболку и большую кепку, подошла к водительской двери.

— Привет, Атрид.

— Здравствуй, — сказал я, не взглянув на нее.

— Пойдем. Нужно переговорить. У нас небольшая проблема с… с моим должником.

— Какая? — Сказал я также холодно, уставившись на стекающихся к входу людей в черных костюмах и платьях.

Она вздохнула.

— Пока не знаю, насколько значительная. Зависит от того, о чем ты с ним договоришься. Кажется, одна я не справляюсь. Извини.

Теперь я поднял взгляд.

— Там много охраны, — сказал я, — видишь, у входа, и там, на парковке.

— Вижу, — Выпрямилась Анита и повела взглядом, — и правда много.

— Не привлекай внимания. Иди к своему знакомому. Я следом. Нельзя вызывать подозрений.

Анита ничего не сказала, только кивнула и отправилась назад. Выждав полминуты, я вышел из машины и пошел по ее следам. Я ожидал чего угодно, даже предательства. Потому был готов к бою. Стоило Аните или ее дружку сделать глупость, как уроборос появится в моих руках.

Когда я зашел за угол небольшого здания какой-то городской службы, что располагалось напротив кладбища, то увидел, как Анита разговаривает с каким-то худощавым мужчиной, одетым в дорогой церемониальный мундир. Они говорили на повышенных тонах, а мужик еще и постоянно оглядывался по сторонам.

Я предусмотрительно надел медицинскую маску, прежде чем приближаться к ним.

Когда подошел, мужик окинул меня строгим взглядом. Это был парень лет сорока. Худощавый, но высокий и довольно широкий в плечах, он имел немного вытянутое лицо и редеющие черные волосы. Уставшая физиономия мужика была неприятной. Столь же неприятным был и взгляд.

— Это он? — Посмотрел он на Аниту.

— Если хочешь о чем-то спросить, — сказал я, — то спроси меня.

Он перевел на меня взгляд. Скривил тонкие губы.

— Это… вы?

— Я, — хмыкнул я.

— Ты должен мне, Лука, — сказала Анита, — ты мой должник, запомни.

— Да помню-помню, — сказал он кисло, — но и вы меня поймите. Передавая свой пост незнакомцу, я очень рискую. И просто так шею подставлять не собираюсь.

— Тебе нужны деньги, — догадался я.

— Да, — он кивнул, — полмиллиона, — начал он тут же, — и мы договоримся. За меньшую сумму я даже пальцем не пошевелю, — сказал он, — а получу деньги — даже не спрошу зачем вам все это.

— Ты наглая тварь, Лука, — злобно сказала Анита, — где бы ты был, если бы ни я?

— Вероятно, — он пожал плечами, — гнил бы где-нибудь на дне Альвы. А моя дочь стала бы подопытной твоего хозяина. Я благодарен тебе, Анита, но ты должна понять риск. Я не знаю, что вы там учудить решили, но чую, что-то противозаконное. И должен обезопасить себя, — он посмотрел на меня, — и как-то оправдать риск.

Я хмыкнул, скрестил руки на груди.

— Окей, — пожал я плечами, — полмиллиона так полмиллиона. Говори номер, — я достал смарт, — я переведу.

Анита удивленно посмотрела на меня. Казалось, не менее удивленным был и Лука. Уверен, он подумал, что серьезно продешевил, раз уж я так легко согласился.

— Ну, — замялся он, — денег мало. Мне нужны какие-то гарантии безопасности. Чтобы не возникло вопросов.

— Будут и гарантии.

— Какие? — Нахмурился он.

— Так ты согласен? Я перевожу или нет?

Он замолчал, посмотрел мне в глаза, но быстро отвел взгляд, не выдержав. Я выждал несколько мгновений, потом сказал:

— Что ж, ладно. Не хочешь как хочешь. Пойдем, Анита, проникну как-нибудь сам.

Я обернулся и зашагал прочь.

— Нет! Стой! — Позвал тут же он, — я согласен! Переводи, а дальше я объясню, что делать.

Я перевел. Когда его смарт запиликал, он жадно схватил его и уставился в экран. Глаза Луки заблестели, а потом в них блеснуло изумление. Он явно не думал, что я правда отправлю деньги.

Работа нуля была довольно прибыльной, а я никогда не тратил много денег. Некуда было тратить. Потому на счету скопилась приличная сумма. Намного более крупная чем, эти пятьсот тысяч. И за шанс вернуться в мой родной мир, я бы, само собой, не пожалел бы и ее.

— Что ж, хорошо, — вздохнул он, — я сегодня еще не показывался на работе. Весь похоронный караул новый, потому меня там плохо знают. Однако, — он кивнул на мою маску, — лучше вам ее не снимать. Притворитесь, что болеете. После недавней пандемии лиховируса, это воспримется нормально.

Далее Лука дал еще несколько инструкций. Рассказал о схеме погребального зала и процессе самой церемонии.

— Ну а теперь мне нужны какие-то гарантии, — сложил он руки на груди, — что-то, чтобы обезопасить себя.

Анита посмотрела на меня. Я же, просто пожал плечами, а потом дал Луке в лицо, кратко, без запаха, но сильно.

Когда мужику прилетело в челюсть, он тут же потерял сознание и сложился на бетон.

— Ты что творишь⁈ — Закричала Анита, — какого⁈

— Тихо, — перебил я ее, — ему же нужна гарантия безопасности? Вот она. Сотрясение мозга — лучшая гарантия. Если что, решат, что я вырубил его и силой снял форму, чтобы проникнуть на кладбище.

— Ну, — несмело начала Анита, поглядывая то на меня, то на валяющегося на земле Луку, — звучит логично.

— Конечно, — кивнул я, — а теперь растолкай его. Нужно еще снять мундир.

Передо мной стоял большой склеп рода Лёдовых. Наполовину утопленный в землю, он представлял собой каменный зиккурат с плоской крышей. Широкие ступени вели вниз, под землю, к большому входу.

Я и еще трое носильщиков, облаченные в черные траурные, но торжественные мундиры несли на плечах большой подиум с урной праха, что стояла в центре. Нести нужно было так аккуратно, чтобы высокая, изящная урна не перекинулась. Это был бы великий позор. А еще проблемы для моей миссии.

Я украдкой смотрел по сторонам и видел всех их. Видел Чужих Богов.

Каждый из них, хоть и жил в новых телах, но нес на своем теле признаки старого божественного обличия. Это были, в основном, черты лица, телосложение, цвет волос. Я легко мог отличить их. Мог понять кто из богов кто. Слишком я хорошо знал свои цели, на которые охотился в прошлой жизни.

Странным было только одно: видеть рядом с ними невинных детей и подростков — их наследников, с которыми боги явились сюда, на кладбище.

Мы с носильщиками замерли у входа. Я опустил взгляд, чтобы случайно не встретиться с кем-то из богов глазами.

Теуд мог чувствовать меня. Могут ли другие? Я не знал. Однако по спокойствию, на лицах Чужих Богов, я понимал, что пока еще не раскрыт. На самом деле не так много времени мне нужно быть сокрытым. Скоро я начну исполнять свой план в действие. И эффект неожиданности на моей стороне. Они пока ни о чем не подозревают.

Все, о чем говорила Аркана, оказалось правдой. Каждый из чужих богов, в сопровождении своих наследников, вошел в склеп. Последним был седой мужчина и молодая девушка, не старше девятнадцати лет. По рассказам Аниты я понял, что это был Патрицин. Патрицин, что в прошлой жизни был верховным богом пантеона. Он был Птаром.

Когда он стал спускаться по ступеням, то пропустил наследницу вперед. Сам же замер на месте. На мгновение он обернулся и скользну взглядом по носильщикам урны. Скользнул взглядом по мне. Мне показалось, что он застил свое внимание на как раз на мне. Однако, с уверенностью сказать было нельзя.

Я решил, что раз уж не поднимают тревогу, то пока все идет по плану. А если и не пойдет… То по крайней мере у меня есть запасной план действий… Правда, он мало кому понравится. И мне тоже. Но ничего не поделать.

Птар, он же князь Ивор Патрицин, наконец зашагал вниз, к входу в склеп. Когда его широкая спина скрылась в темном проеме, пришел наш черед.

Поступила команда, и носильщики чинно зашагали к лестнице. В их рядах шагал и я. Мы принялись аккуратно спускаться, держа подиум так, чтобы урна стояла ровно. Это было не просто, но я очень старался.

Под похоронный марш мы внесли прах Льеда в темноту склепа. Тяжелая, каменная дверь, подгоняемая каким-то механизмом, внезапно закрылась за нашими спинами.

По беспокойному поведению остальных гвардейцев я понял, что такого раньше не происходило. Никто не закрывал дверь. Теперь же, носильщики-гвардейцы нервничали. Хотя заметить их нервозность с первого взгляда было практически невозможно. Однако я видел ее.

Мы попали в небольшой овальный зал с колоннами, подпирающими потолок по периметру. В центре стоял каменный алтарь, перед которым замерли мы. За ним стояли все Чужие боги и их наследники. Они внимательно смотрели на нас.

— Ну что, братья мои, — наконец-то начал князь Патрицин, он же Птар, — наконец-то мы снова встретились с ним, — он указал на конвой носильщиков рукой. Все боги вокруг хищно уставились на нас.

— Ну что же ты, дорогой друг? — Продолжил Птар, — выйти к нам ближе, и займи полагающиеся тебе место, — проговорил он, глядя на меня.

Глава 29

Я напрягся. Сжал зубы. Неужели раскрыли? Точно сказать было нельзя, однако, я приготовился к бою. Принялся просчитывать возможные шаги, думать о том, что же сделаю, если вдруг придется сражаться.

Брошу чертовы носилки с прахом и стану орудовать ножом. А там уже будь что будет…

Внезапно взгляд Птара перескочил с меня на урну.

— Давай! Брат наш! Присоединись к нам!

Две женщины в скромных черных одеждах приблизились справа и слева. Взяли урну с прахом, медленно и чинно понесли ее к пьедесталу.

Так вот, о чем он говорил… Это обращение предназначалось не мне, а праху Льеда. Значит, я пока еще не раскрыт. Ну прекрасно.

— Прошу вас братья мои, члены Пантеона, — начал Птар, — станем в круг, чтобы вернуть силу нашего погибшего брата, заключенную в его прахе! Пусть живет снова в каждом из нас!

Вот значит как. Они даже не скрываются. Видимо, большинство простых людей, что находятся здесь, либо в курсе, кто такие эти люди, либо не придают этому особого значения. Ну что ж.

Боги поочередно покинули своих наследников и стали в круг, окружили своими телами алтарь с урной. А потом закрыли глаза. Когда двое богов, Ледов и Землицин, погибли, их осталось пятеро. Что ж. Не так уж много, если задуматься.

Все это время, пока Чужие Боги занимали свои места вокруг алтаря, мы с остальными носильщиками застыли напротив них, держа на плечах подиум.

Я медленно опустил руку. Нащупал во внутреннем кармане мой знакомый осколок кварца. Спасибо Главному, что одолжил мне свой камешек с осколком внутри. Из него получится отличная ловушка.

Когда Чужие Боги взялись за руки и закрыли глаза, я почувствовал, как в воздухе задрожала магия. Как это место стало наполняться силой. Потом раздалось утробное мычание в унисон. Это боги затянули низкую ноту.

Урна с прахом задрожала. Я увидел, как по глиняной поверхности побежали трещины. Тут и там стали отваливаться кусочки керамики. Прах просыпался на алтарь.

Я хмыкнул. Сейчас было самое время. В следующее мгновение я выхватил из кармана осколок кварца и отбросил пьедестал. Метнулся к богам. Я услышал, как за моей спиной загрохотало. Послышались крики носильщиков, на которых я сбросил деревянную ношу.

Когда я уже был близко, то увидел, как Птар бросил на меня испуганный взгляд. Потом в нем блеснуло понимание. Узнавание. Он понял, кто пришел сегодня за ними.

Я прыгнул. Приземлился на алтарь, сбив урну. Керамический сосуд грохнулся на землю, подняв пыль праха.

— Бич Арканы! — Успел крикнуть кто-то из богов.

А потом я бросил себе под ноги осколок. Блеснуло. Весь темный склеп залило белым светом.

Я знал, что он ослепил всех. Всех, кроме меня. Потому что я подготовился резко зажмурившись.

— Какого черта⁈ Что происходит⁈

— Бич Арканы⁈

— Покушение⁈

Старшие боги кричали в замешательстве. Кто-то из них упал в пышную растительность грота. Другие закрывали руками глаза, не понимая что происходит. Кого-то рвало. Рвало, потому что я врубил свою-нуль ауру на полную мощность.

— Вас легко было загнать в ловушку, — прозвучал холодный голос Арканы, — вы потеряли бдительность! И теперь поплатитесь за это!

— Бич Арканы! — Закричал Птар, — Аарон Атрид! Проклятье! Мы же предусмотрели безопасность мероприятия!

— Вы не предусмотрели одного, — я вскинул руку перед собой, и в моих пальцах тут же возник Уроборос, — не предусмотрели, что лучше не придавать своих слуг!

Первым я бросился на ближайшего Чужого бога. Это был Герцог Световидов. Он схватился за лицо руками, пытаясь проморгаться и вернуть зрение в норму. Согнувшись, он тряс головой. Я подскочил. Вонзил нож прямо в основание его черепа, так,что он прошел сквозь шею и вышел в горле. Световидов захрипел, а когда я извлек клинок, бог упал в мясистую траву.

Я почувствовал, как его сила побежала по моим каналам. Как наполнила пятую ячейку.

Следующим достал Игнара, бога огня. Ну или Князя Игнатьева, как его звали в этом мире. Я узнал его по характерной рыжей шевелюре и пушистым бровям. Эти черты перекочевали и в новым мир. А вот с телосложением Игнару не повезло. Здесь он был страшно жирным и убить его было легко.

Я вонзил уроборос ему прямо в сердце, несколько раз прокрутил так, что он захрипел, выпучил глаза. Когда я выдернул окровавленный нож, Игнар завалился назад. Упал так, что показалось, будто задрожала земля.

Третьего бога я достал на земле. Худощавый князь Воздушников, который был богом воздуха Айрусом, умер от удара в шею. Подскочив к нему, я схватил Чужого Бога за волосы и вонзил нож в шею сбоку. Прокрутил так, что кровь хлынула на землю из разрезанной от края до края шеи. Когда я покинул его, бог все еще бился в конвульсиях.

Их осталось двое. Граф Темнев, бог тьмы, по имени Черно, единственный из богов, кто расстался с жизнью с оружием в руках. Магией он даже не пытался пользоваться. Видимо, чувствовал знакомые ощущения от нуль-ауры. Черно попытался выхватить пистолет, что явно был при нем.

Я вонзил уроборос ему в кисть. Черно вскрикнул, а его глаза немедленно наполнились тьмой. Ловким движением я вырвал нож из руки бога и вонзил в правый глаз. Клинок вошел глубоко в мозг. Черно раззявил рот и упал на спину, когда нож покинул глазницу.

Я обернулся. С земли, с большим трудом встал Ивор Патрицин. Встал бог Птар.

— Что ж. Ты нашел нас и здесь, Бич Арканы, — сказал он тихо, — глупо было думать, что и в этой жизни ты оставишь нас.

— Как-то плоховато вы подготовились к встрече со мной, — ответил я.

— Подготовились? — Он искривил губы, — у нас не было на тебя времени, — мы занимались своими наследниками. Готовили их, чтобы завершить слияние миров.

— Слияния миров не произойдет, — ответил я холодно, — все кончено.

— Ты уверен? Наследники-то еще живут. Или ты и их убьешь? Прикончишь невинных детей, чтобы вернуть свой жалкий мирок?

— Ты тыкаешь мне смертью ваших же наследников? Хотя вы хотели использовать их силу, чтобы вернуть себе божественность. Однако, больше не вышло, — ответил я холодно.

— Ты глуп, — засмеялся Птар, — думаешь, телесная смерть положит нам конец? Думаешь, нас можно прикончить так просто? О… нет.

— Мне не важно, кто вы, — сказал я холодно и усилил нуль-ауру так, как никогда не усиливал, — неважно останетесь ли вы живы после того, как я убью ваши жалкие тела здесь, на земле. Самое главное для меня — вернуть мне мой мир. И я это сделаю.

Птар рассмеялся.

— Мы будем вечно преследовать тебя! Вечно ходить по другим мирам, чтобы питать свое могущество! Ты ничего не сможешь сделать! Ничего не сможешь нам противопоставить!

— Не сможет? — Вышла Аркана из-за моей спины. На ее руках сидел Коржик. Она погладила драконоулита по шершавому панцирю, — Я в этом очень сомневаюсь, Птар.

— Чертова богиня изменений, — сжал зубы Птар, — будь ты проклята! Никуда от тебя не деться!

— В любом случае, — сказал я, — твои братья теперь мертвы. Ваши наследники в безопасности. Без вашего влияния они не представляют опасности ни для этого, ни для моего мира.

— А если ты считаешь, Птар, — продолжила Аракана, — что сможешь уйти от меня. Что ваши бесплотные духи спрячутся и переродиться, чтобы снова набрать силу и попытаться вторгнуться в этот, наш, или какой-нибудь другой мир, то ты ошибаешься. Этому не бывать, — она нахмурилась, и детское лицо Арканы приняло угрожающее выражение.

Я смотрел на него манавидинием. Видел, как по его каналам пыталась пульсировать мана. Однако нуль-аура серьезно тормозила ее. Птар был беззащитен.

— Мы совершили главную ошибку, — сказал он криво усмехнувшись, — не взяли во внимание нулей. Думали, что это просто какие-то изгои. Исключение из правил. Никто и представить не мог, чем это обернется. Что среди них возникнет убийца, который уже когда-то нас убил. Что он уничтожит весь наш замысел. Снова.

— Не обманывай себя Птар, — я направился к нему, — вы всегда были беспечны. Всегда были ослеплены собственной силой и думали, что вас ничто не способно остановить.

— Мы никогда не проигрывали, пока не вторглись в твой мир Бич Арканы. Это правда.

— А теперь проиграли, — сказала я холодно, — и не были готовы к этому. Вы просто не умеете проигрывать. Не знаете, как анализировать свои ошибки и поражения. Вы не готовы к этому. Вы готовы только завоевывать и забирать.

Я чувствовал, как в моих каналах пульсировала сила, что передали мне Чужие Боги после своей смерти. Как оставшиеся ячейки наполняются маной. Осталась закрытой только одна.

— Хм, — а ведь ты не так сильно отличаешься от других магов, Ноль, — сказал вдруг Птар, — очаг, ячейки, ульта. Хоть твои силы и имеют другую природу, но основаны на тех же самых принципах.

Я молчал, шел к нему, сжимая в руке Уроборос.

— Да… — Он хмыкнул, — мой проект Лазарь, проект по управлению обезумевшими магами провалится без меня. Но знаешь что? Ты станешь его венцом.

— Вынужден тебя разочаровать, Птар, — ответил я, — никаким венцом я не стану. Не стану, потому что ты сейчас умрешь.

Я схватил его за волосы и пнул под колено. Ударил в бок ножом. Немедленно страшная сила хлынула в меня через кровь лидера Чужих Богов.

— Ты не совладаешь с ней! — Воскликнул Птар и соскользнул с моего ножа, рухнул на землю, зажимая рану, — не совладаешь с моей силой!

Я пошатнулся. Почувствовал, как невероятная сила бурлит во мне. Как наполняется последняя ячейка. Ячейка ульты. Жуткая боль ударила в голову. Я почувствовал, как мана в каналах выходит из-под контроля. Как она устремляется в мозг, чтобы свести меня с ума.

— Вот! Моя последняя ловушка! — Оскалился в жуткой улыбке Птар, — последняя ловушка — моя собственная кровь, которая сведет тебя с ума! Да! Я знал! Понимал, как ты получаешь свои силы! Что ты должен убивать нас, чтобы становиться сильнее! И это сыграло против тебя же самого!

Ошарашенная Аркана водила взглядом от меня к Птару.

— В осколках у меня тоже есть глаза и уши, — хитро улыбнулся он и сплюнул на бороду кровь, — и пусть они работают хуже, чем в реальном мире, но все равно, я смог кое-что узнать об Абсолютном Нуле! И пусть я умру! Пусть ты уничтожишь мою душу, что будет летать между мирами, но я, по крайней мере сведу Бича Арканы с ума! Это будет моя последняя месть!

Я раскрыл глаза. Казалось, каждая мышца в теле напряжена так, что вот-вот лопнет. Казалось в голове нет ни единой мысли, кроме как о том, чтобы не допустить собственного безумия.

Но как это сделать? Как… Я тут же сосредоточился. Я уже делал это. Уже помогал однажды открывать ульту другому магу. Неужели теперь я не справлюсь с этим сам? Справлюсь…

Глава 30

— Посмотри, богиня изменений, — Птар показал злобную кровавую улыбку, — как меняется твой воин! Как его разум исчезает, а безумие берет верх!

— Аарон! Ты меня слышишь⁈ — закричала Аркана.

Я услышал ее. Однако голос богини звучал глухо, так, будто доносился из-под воды. Я схватился за голову. В мозг, будто бы по одной, медленно, входили острые иглы. Держаться не было сил. Но я держался.

— Беги, Аркана! — Злобно продолжал Птар, — как только безумие захлестнет его, он разорвет на части меня, а потом и тебя. в конце концов, себя тоже.

— Не разорву, — проговорил я сквозь сжатые зубы, — не бывать этому…

Упав на колено, я напрягся, не давая себе опуститься и на второе. Изо всех сил я держался. Изо всех сил старался отогнать от себя безумие. Усилия отзывались в голове тьмой. Казалось, свет, что пробивался в грот, мерк. Казалось, мерк мой разум. А потом я опустился во тьму.

Я поднялся на свет. Открыв глаза, понял, что вокруг белым-бело. Ничего не существовало. Казалось, я стоял ни на чем. Ничто окружало меня. Ничто затянуло небо над головой. Глубокое и бесконечное белое ничто.

Медленно поднявшись, я ощупал тело, голову. Лицо. Я оставался собой. Только я был кем-то в этом месте. Будто единственный кусочек вещественного в безвещественном белом мире.

— Что здесь твориться? — Спросил я сам себя полушепотом.

Ответа, конечно, не последовало. Я умер? Если да, то я не помню, чтобы именно такой была моя смерть в прошлый раз. То была просто вспышка. Закрыл глаза в одном месте, и открыл в новом. Открыл, когда осознал себя в другом теле.

Нет. Что-то тут было не так.

Внезапно, в нескольких метрах от меня, что-то забурлило на белом полу, созданном из ничего. Это что-то контрастно выделялось на белом своей чернотой. Черная жижа вскипела пузырями и превратилась в лужицу. Потом в лужу.

Она бурлила и кипела. Меняла форму, пульсируя и все увеличиваясь.

Я напрягся. Против воли, совершенно на автомате, принял боевую стойку. Вскинув руки, материализовал в пальцах нож-Уроборос. Моя магия работала здесь. Казалось бы, такое обстоятельство должно было меня обрадовать, однако, оно только сильнее меня запутало.

Полминуты назад я думал, что все вокруг — сон. Теперь же, сжимая в руках оружие, я понимал, что это по-настоящему. И был готов к бою.

Черная жижа разлилась на несколько метров в диаметре. После, принялась тянуться к белому «потолку». Я наблюдал, как она вырастала в черный смолистый столбик.

Когда жижа поравнялась ростом со мной, то стала расти вширь. Начала приобретать человеческие черты: плечи, широкую спину, крепкие руки, сильные ноги.

Спустя мгновение, передо мной стояла фигура мужчины. Черная как тень, она вытянулась ровно, как по струнке.

Я внимательно следил за тем, что же будет делать это странное существо дальше. Оно не выглядело дружелюбным. Не выглядело безопасным. Черная поверхность переливалась белесыми бликами.

Существо пошевелилось. Оно медленно повело взглядом несуществующих глаз. Будто бы сфокусировалось на мне.

Я нахмурился, когда существо сгорбилось, подражая моей стойке точь в точь. Медленно подняв руки перед собой, оно отрастило в правой — нож. Созданный из такой же черной жижи, силуэтом он походил на мой уроборос.

Медленно я стал понимать, что напоминало мне это существо. Или, по крайней мере, кому оно подражает. Сомнений не осталось, когда на гладком лице твари проступил силуэт маски. А потом он покраснел, имитируя маску нуля. Абсолютного нуля.

— Что ты за тварь? — Проговорил я медленно, а потом попытался просканировать ее мановидинием.

Ничего. Внутри существа не было магических каналов. Не было очага. Не было ячеек. Оно не могло пользоваться маной. Вернее, не могло бы, если бы было человеком.

— Покорись, — прозвучал внезапно голос существа.

Он был тихим и шелестящим, словно ветер в листве.

— Покорись, мне, — прозвучало снова будто бы со всех сторон, а может, и вовсе ниоткуда.

— Нет, — ответил я все же.

— Ты не сможешь противиться, — сказало существо, а в следующее мгновение я почувствовал слабость.

Спустя еще пару мгновений пришла тошнота. Она стремительно усиливалась, а я осознавал, что сейчас происходило. Против меня использовали нуль-ауру. Но как? Это невозможно! Стоп. Нельзя удивляться. Здесь, в этой белой непонятной пустыне возможно все. А значит, нужно действовать.

Тогда я включил нуль-ауру в ответ. Но существо, ожидаемо, не отреагировало на нее. Но мне было все равно. Необходимо просто действовать.

Я сфокусировался и обрушил на него следующее заклинание — магический паралич. Не сработало и это. Тварь не сковала немощь. Она не упала на землю и не забилась в конвульсиях. Зато она сорвалась с места.

Знакомыми мне движениями помчалась ко мне. Знакомыми движениями прыгнула. Сделала знакомый пируэт в воздухе, заставляя нож набрать инерцию и скорость. Она двигалась в точности как я. Будто бы была мной. И одновременно чем-то другим.

Я ушел в сторону, пропустил клинок у правого плеча. Силы медленно, с каждым движением убывали. Я понимал, что если не уничтожу существо в ближайшие пару минут — проиграю. Погибну. Я не должен был проиграть.

Сложно было понять, что происходит. Но последнюю мысль: «не проиграть» я крутил в голове четко и ясно. Это единственное, что мне нужно было сейчас сделать.

Мана все еще пульсировала по телу, но ее ход замедлился. Я понял, что больше не могу использовать мановидиние и паралич. Не могу использовать антимагический щит.

Черная тварь словно была чем-то вроде нуля против нулей. Но к этому моменту мне стало уже все равно. И кроме того, у меня еще остались силы, что дали мне другие чужие боги.

Две способности и… неоткрытая все еще ульта.

Тогда я активировал пятую силу. Я не знал, что это будет, просто задействовал наугад. Внезапно, я почувствовал, как нуль-аура, твари, что давила на меня, словно многотонная стена, ослабела. А потом принялась перетекать… в силу?

Магическое поглощение! Так как нуль-аура тоже работает на мане, видимо, моя пятая способность помогла мне поглощать чужую магию и перенаправлять ее в собственные силы.

Я стал чувствовать, как конечности наполняются силой. Как слабость отступает.

— Ну теперь, — сказал я, после того как отскочил от очередного удара твари, — теперь поиграем по моим правилам!

Существо пошло на меня, размахивая черным ножом. Я же ринулся ему навстречу. Металл уробороса защелкал о жижу так, будто бы она тоже была железной. От ударов всюду разлетались блестящие искры.

— А что же будет предпоследним⁈ — процедил я сквозь зубы, нанося удары и уходя от вражеских выпадов.

Тогда я активировал шестую, предпоследнюю способность. Внезапно, черное существо замедлилось. Я почувствовал, как очередной удар, что пришелся на уроборос, ослабел.

Воспользовавшись моментом, я поднырнул под руку существу, вонзил нож туда, где должна быть печень, а потом пнул черную тварь под колено.

Существо упало на белый пол, созданный из ничего. Я же, оказался спиной к нему, там, где только два мгновения назад стояло оно. Мы поменялись местами.

Я услышал, как тварь пошевелилась за спиной. Обернулся.

Существо истекало черным, словно кровью. Встав на четвереньки, оно внезапно сблевало такой же черной жижей. Потом выронила нож, который тотчас же исчез, растекся черной лужицей.

Тогда я понял, что произошло. Шестая магическая способность позволяла впитывать и перенаправлять во врага его же силу. Нуль-аура черной твари работала на меня, а моя на нее — нет. Как только я задействовал шестую способность, то поглотил его ауру и временно приобрел силу транслировать ее. Это ослабило тень. И обеспечило мне победу.

Существо так и не поднялось на ноги. Когда я приблизился к нему, оно в растерянности ползало по полу, болтая потяжелевшей головой.

Схватив его за безволосый череп, я вонзил нож в шею черной твари. Руки немедленно забрызгала жижа. Тень просто растаяла, расплылась по полу. Спустя несколько мгновений, лужа испарилась.

Я выпрямился. Взглянул на нож. Жижа, что была кровью черной твари, не впиталась в металл уробороса. Она медленно стекала по поверхности.

— Что происходит? — Спросил я, озираясь вокруг.

Спустя мгновение яркий свет залил окружающую действительность.

Боль вспыхнула в голове. Я открыл глаза.

— Аарон! — Закричала Аркана и бросилась ко мне, обняла за шею, — я думала, ты обезумеешь!

— Как ты это сделал⁈ — Удивленно посмотрел на меня Птар и с трудом отполз немного назад. Под телом Чужого бога уже скопилась большая лужа крови. Вымочив его деловой костюм, она впиталась во влажную почву грота, вымазала примятые растения.

— Что произошло? — Аккуратно отстранив Аркану, я встал с колена, выпрямился, — что?..

— Так, еще никто не делал! Ты не мог побороть безумие в одиночестве! Без поддержки! — Закричал Птар, а потом его вырвало кровью на собственную грудь.

— Безумие? — Сказал я задумчиво.

А потом пришло понимание. Этот бой, что я провел только что. Бой с самим собой. Сражение внутри моей головы с безумием. С тем же, с которым сталкивается каждый маг, открывая ульту. И теперь я чувствовал, что и моя ульта тоже открыта.

Черное существо — образ безумия, что нарисовал себе мой мозг, сопротивляясь. Что бы что-то одалеть, у этого должно быть материальное воплощение. Именно его и выдумал мой разум.

Я никуда не девался. Все это время я провел здесь, в гроте осколка. Все это время я бился за свой разум. И победил.

— Как ты это сделал⁈ — Кричал Птар, — это просто невозможно! Никому из смертных еще не удавалось избежать безумия! Как⁈ Как?!!

Я не ответил ему сразу. Только медленно зашагал к предводителю Чужих Богов, сжимая нож.

— Убей меня! — Глубоко дышал Птар, — убей, и я все равно вернусь! Я отомщу!

— Нет, — ответил я спокойно, — это вряд ли.

— Почему⁈ — Округлил полные страха глаза Птар.

— Потому что у меня открылась ульта, — проговорил я ровным тоном.

В следующее мгновение я использовал ее. Почувствовал, как мгновенно опустошилась ячейка ключевой способности. Казалось бы, ничего не произошло. Даже никакого магического эффекта не было. Только Птар изменился в лице, поняв, в чем дело.

— Нет! Не-е-е-е-е-т! Лучше бы ты просто убил меня! Н-е-е-е-е-ет! — Закричал Чужой бог.

Я смотрел на него через мановидиние. Видел, что ни очага, ни каналов в его теле больше нет. Это было тело простого человека. Тело смертного. Моя ульта — полностью лишать людей магических сил. Перестраивать их тела на биологическом уровне, лишая каналов. И сила ее была такова, что не имела границ.

— Лучше бы ты убил меня! — Не унимался Птар.

— Как скажешь, — ответил я и, опустившись, перерезал ему горло.

— Сейчас все произойдет, — сказала Аркана, смотря на меня снизу вверх, — мы справились, Аарон.

— Я знаю, — Сказал я, наблюдая, как со входа в грот спадает магическая пелена, что когда-то ограничивала это место.

Ограничения больше не было. Миры медленно расплетались. Отсоединялись друг от друга, занимая привычные места во вселенной.

— Мы смогли, — вздохнула богиня изменений и шагнула вперед, к выходу из грота.

Когда она пересекла границу, то глубоко вздохнула.

— Я чувствую родную магию! Чувствую ману нашего родного мира!

Ее глаза вспыхнули огнем радости. В следующее мгновение, вспыхнуло все ее тело. Тело девочки преобразилось, выросло. Когда яркий свет рассеялся, передо мной, в густых зарослях лесного папоротника, где располагается грот, стояла она. Стояла Аркана.

Она изменилась. Изменилась, как и подобает богине изменений. Теперь это была не маленькая смешная девочка, но стройная красивая девушка.

Ее длинные прямые волосы цвета серой стали ниспадали до широких бедер. На подтянутом животе блестел пот. Красивыми линиями изгибалась тонкая талия. Полная грудь была обнажена. Изящные плечи расправлены. Богиня смотрела на меня большими золотыми глазами. На Аркане небыло одежды.

Когда ее полные губы распахнулись, она произнесла:

— Мы теперь свободны. Ты вернул наш мир на место. Скоро все осколки исчезнут.

— Исчезнут?

— Да, — Аркана протянула мне тонкую ручку, — иди ко мне Аарон. Займи свое место рядом со мной. Если, конечно, — Аркана смущенно опустила глаза, — если ты сам этого желаешь. Я очень желаю. И желаю тебя.

Я ухмыльнулся.

— Решила вернуть наши прежние времена? Времена, когда мы были вместе?

— Реши за меня ты. Но я этого очень жажду.

Богиня опасливо посмотрела на меня.

— Ты ведь этого хочешь? — Спросила она с надеждой в голосе.

— Если я пересеку границу грота, смогу вернуться? Обратно, в тот, земной мир?

— Нет, Аарон.

— А сюда?

— Пока что да. Но времени мало.

— Тогда я быстро, — сказал я и вернулся вглубь грота.

— Куда ты⁈

— Дай мне пару минут! — Крикнул я Аркане, — и я вернусь к тебе!

А потом я бросил осколок себе под ноги.

Появился я в том же самом погребальном зале. Вокруг скопились люди. Много людей: охрана, гвардейцы, перепуганные наследники Чужих Богов уставились на меня испуганными взглядами. После всего произошедшего тут царил настоящий переполох.

— В общем! — Крикнул я ошарашенной толпе, — мана вам не игрушка! Мы, люди, слишком слабы, чтобы так просто пользоваться ею!

Вокруг царило молчание. Кажется, никто не понимал, что же происходит.

— Поэтому, — сказал я тихо, — я решил, что вам пока рано! Поигрались, и хватит!

А потом, я активировал свою ульту.

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Новый мир для Антимага

Content

Новый мир для Антимага

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Nota bene