Вербомант 2

Интерлюдия «Синеглазка»

Дневная жара на время сменилась легкой прохладой и свежестью от внезапно нагрянувшего дождя. Исчезнув столь же быстро, как и возникло, ненастье оставило после себя грязь и духоту, отчего сидящая за рулем авто девушка усмехнулась.

Иронично, похоже на ее работу. Каждый раз день начинался с прекрасного утра, но вечер оставлял после себя лишь грязь и духоту.

Хлебнув из стаканчика с эмблемой «Русалка въ чулкахъ» уже остывший кофе, девушка резко свернула с асфальтированной магистрали в сторону петляющей среди хлипких деревьев дороги. Движок ПАЗа «Аквилонъ» взревел, когда авто поднялось выше над поверхностью земли, но вскоре вновь заурчал послушно, будто успокоившийся котенок.

Вдалеке даже ночью можно было заметить огни загородных домов. Чаще всего здесь покупали недвижимость дворяне из приезжих, чтобы всегда иметь возможность отдохнуть хорошенько вдали от городской суеты, но бывали и исключения. Одно такое исключение легко увидеть издалека по предупреждающим маячкам и светящемуся ограждению. Тяжеловесный грузовик городской полиции Липецка ограничивал обзор, но рядом уже стояли и авто личной охраны Светлова.

— Вам не стоит здесь находиться, — сразу же заявил немолодой мужчина с окладистой бородой в кремовой униформе с эмблемой Светловых. По гамаюну можно было увидеть его титул, имя и уровень, так что представляться было излишне.

Девушка страдальчески вздохнула, поставила стакан кофе, медленно задрала рукав худи и нажала триггер голограммы на запястье. Салон автомобиля озарили яркие цвета инсигнии Имперской Службы Безопасности, а двуглавый орёл со стилизованным Оком Романовых над головами словно бы шевельнулся, с неодобрением смотря на бородача.

Сглотнув, бородач торопливо отступил от машины.

— Я сейчас всех предупрежу! Г-госпожа С-синеглазка…

— Главное — побыстрее, — бросила девушка, не дав договорить.

Припарковавшись в месте, где на первый взгляд было не так грязно, Марья по прозвищу «Синеглазка» все равно скептически осмотрела перепачканные движители авто, после чего прихватила из салона кофе и рюкзак, хлопнула дверью. Худи с капюшоном не по размеру лишь частично скрывало футболку с изображением бойца из популярной франшизы «Спящие собаки», прямиком из Империи Небесного дракона, а широкие и длинные шорты были натянуты поверх колготок. Довершали образ кроссовки на высокой платформе — на взгляд любого наблюдателя, Марью выдернули прямиком из постели, и она натянула на себя первую попавшуюся одежду. Хотя из-за миниатюрности и манеры одеваться многие банально принимали Синеглазку за потерявшегося подростка.

Обойдя полицейский фургон, Марья увидела автомобиль пострадавшего. Обычный дворянский «Метеоръ», без изысков. Передние движители искорежены от попадания чего-то энергетического, крыша смята после кульбитов машины в воздухе.

К девушке подбежал худощавый мужчина в черной с белым униформе, Марья бросила на него флегматичный взгляд. Раз старший полицейский лекарь Липецкой губернии здесь, а личные целители Светлова уже уехали, то результаты очевидны.

— В-ваша Светлость, — начал было мужчина, но Марья махнула рукой и снова хлебнула кофе, до сих пор скрывая большую часть лица под капюшоном. Этому же способствовала и чёлка.

— Ближе к делу.

— Смерть наступила около двадцати трех часов семнадцати минут. Остановка сердца. Травмы, полученные в результате автокатастрофы, не были летальными. В крови — целый коктейль ядов органической природы, мы отправили образцы в Москву для детального изучения.

Допив остатки кофе мощным глотком, Марья с сожалением посмотрела в стакан, после чего кивнула и сделала неопределенный жест.

— Я посмотрю.

— Как скажете, госпожа.

Затрезвонил умнофон, послышалась мелодия и слова «в провинциальном городке был праздник, музыка звучала»…

Слегка покачивая головой, Марья раскрыла «пудреницу» и запихнула верхнюю часть под ткань капюшона.

— Синеглазка! — громогласно заявил голос из устройства.

— Угу.

— На месте?

— Угу.

— Ты что-нибудь слышала об одержимом, который напал на Светлову Ольгу Сергеевну где-то полтора года назад?

— Не-а.

— Есть мнение, что заказчик у того случая и сегодняшнего убийства — один.

— Раз демоны шалят, звали бы Затейницу. Наверняка она и в прошлый раз этим занималась, — зевнув, лениво ответила Марья.

Из умнофон опять послышался хохот.

— Всё-то ты знаешь. Но в этот раз скорее всего чудь издалека, потому тебя и подключили. Так что ты давай, не устраивай опять соло-расследования. Глядишь, и на Герцога выйдем.

Девушка сразу оживилась. Яркие синие глаза слегка засветились, и стали куда заметнее, особенно когда Марья пригладила челку.

— Ладно-ладно, хватит уже болтать, дай поработать.

Фыркнув, Марья отключила умнофон и осмотрелась. Тело Николая Светлова находилось на парящих носилках, помещенных в палатку походной лаборатории. Эссенции магэлементов быстро иссякали, если сразу же не изучить следы, поэтому протокол был стандартным, будь то простолюдин или же сын графа.

Зайдя внутрь, Марья поправила лямки рюкзака. Прикрыла глаза. Над телом начали мерцать многослойные круги ядовито-розового оттенка, переливающегося с каплями всех оттенков радуги.

— Око. Копирование эссенции Мистицизма. Активация. Пыльца фей!

Заклинание завершилось, вызвав в воздухе медленно оседающую пыльцу, из которой формировались остроухие силуэты эльфов.

— Tuatha De Dannann, — с презрением добавила девушка, покачав головой, после чего отправила по умнофону свои предположения насчет происхождения ядов. Лесные эльфы знали о токсинах много, даже слишком много, отчего давно ходили предположения о магической природе некоторых ядов, которыми эта чудь травила своих врагов. Но даже искусные псимаги ничего не добились, да и рабский ошейник не позволял просто взять и заставить сотворить яд, чтобы имперцы могли разработать действенное противоядие. Каждый эльф будто бы терял свои таланты, стоило только предпринять хоть малейшие попытки что-либо выяснить на этот счет.

После этого Марья вернулась к искореженной машине Николая. Улики уже были пронумерованы, однако девушку они не интересовали. Синеглазка бесцеремонно спрыгнула с дороги к машине, после чего с удивительной для своего хрупкого телосложения легкостью открыла заскрипевшую дверь. Прошептав предыдущее заклинание, наполнила пыльцой салон авто, и обнаружила следы магической эссенции внутри целехонького на первый взгляд сидения.

В мятом конверте от бандероли нашлось несколько депозитных металлических квитанций и журналы с учетом по неизвестным наименованиям. Судя по потерянным страницам и пробелам в нумерации самих журналов, владелец сильно торопился, когда их собирал. Последней находкой оказались отчеты по расследованию за авторством знакомого Марье агентства. Открыв материалы, девушка быстро пролистала их, после чего устроилась поудобнее на заднем сиденье, достала умнофон.

— Синеглазка говорит. Посмотри-ка что известно у нас по гамаюнам, возраст… Пусть от двенадцати до тридцати. Ага… А с фамилией Карштайн? Благодарю.

Отключив умнофон, Марья улыбнулась, рассматривая фотографии парня с седыми волосами.

— И кто же ты такой, Пётр Константинович?

Глава 1

Прощание

Вечер. Лампы светили тускло, поскольку за магбатареями следить было некогда, но зато в комнате воцарился приятный полумрак. Атмосфера таинственности так и витала бы вокруг, если бы не торопливые сборы. Ольга Светлова не отпускал из рук умнофон, без конца раздавая указания, Ириниэль присела на детский стульчик в углу комнаты и старалась казаться абсолютно незаметной, что при ее цвете кожи и сумраке комнаты почти удалось.

— Оля, нам уже пора ехать, — строго сказал я, и девушка даже выпрямилась.

Эй, я вообще-то не об этом говорил!

Владимир Пушкин с улыбкой кивнул, поддерживая мои слова.

— Поезд с отдельным вагоном для Ольги и сопровождения. Но несмотря на благосклонность служащих, я хотел бы заметить, что в случае опоздания Ольга продемонстрирует всем дурные манеры. С учетом ситуации можно было бы отбросить на время подобные вещи, однако сейчас Ольга — олицетворения Рода, и это напрямую влияет на ее будущее, — менторским тоном рассказал Владимир, отчего Ольга уже окончательно смутилась и встала рядом с нами.

— Я готова. Простите, но мы ведь многое оставили в спорткомплексе!

Да, после нападения и взрыва ошейника забирать вещички было не с руки, поэтому и я, и Ольга до сих пор одеты в форму для фехтования. Я-то ладно, а вот девушка, кажется, все же не готова ходить по улице в облегающей одежде. Если бы знал, то попросил бы Лизу притащить какое-нибудь платье… От Машки что-то оставалось и в этой квартире, но покупали вещи в то время, когда девчонка была совсем худенькой, так что облегать будет не меньше, даже если налезет. Хех.

— Мне потребуется еще пара минут, — отозвался я, отчего Владимир вопросительно приподнял бровь. — Нужно предупредить хозяина квартиры, а лишним людям рассказывать о присутствии Ольги мне как-то не хотелось.

— Здравая идея.

— А еще мне нужно переговорить с Ириниэль наедине. Полагаю, что, Его сиятельство, господин Светлов, будет не в восторге при виде бывшей рабыни, поэтому ехать вместе с ней нежелательно.

— И это тоже здравая идея, — улыбнулся Владимир. — Хорошо.

— Только недолго, ладно, Петя? — с волнением прошептала Ольга, тронув меня за руку.

Проводив гостей, я убрал обереги у окна, после чего открыл его, и Лиза впорхнула внутрь до того, как ее заметили. Пусть выступает в роли хозяйки квартиры, если что.

— Ах, Петя, на крыше не очень-то увлекательно сидеть, — проворчала девушка, обнажив клычки, после чего бросила взгляд на эльфийку.

Ириниэль была не на шутку удивлена и даже поднялась со стульчика.

— Это же… Господин, это вампир? Я ведь не ошиблась? — недоверчиво спросила Ириниэль, на что Лиза пожала плечами, мол, называйте как хотите.

— Да, можно и так сказать. Лиза — это Ириниэль. Ириниэль — это Лиза, теперь вы знакомы. Задача у вас простая — сидеть здесь спокойно и не буянить.

— Есть подозрения? — Лиза склонила голову и показала коготки. Ее ногти, обычно покрытые лаком, действительно удлинялись во время боя, но потом все приходило в норму. Физиология иных рас все-таки удивительна!

— Мы вроде бы все обсудили, так что не должно быть, правда? — я подошел к эльфийке, и она опять встала на колени.

— Да, Пётр Константинович. Вы дали мне надежду, я не могу вас подвести.

— Вот и умничка. Но все равно посидите здесь, пока все не уляжется, — предупредил я. — С Машей все хорошо?

— Да, остальные ее прикрывают, — с улыбкой ответила Лиза. — За Машеньку каждый из клана готов биться до конца, она просто солнышко!

Если не брать в расчет сам факт того, что солнечные лучи не очень хорошо влияли на большую часть клана, то занятно. Но Машка действительно заряжала всех позитивом, а после спасения многие дарили ей подарки. Лиза, конечно, вне конкуренции, но и другие упыри тоже приложили руку.

На этом и расстались. Ужасно неудобно координировать действия, имея на руках лишь один умнофон. Ладно еще хоть в баньке раскошелились и поставили стационарный телефон — для организации дело полезное все же, но даже так связываться с Лизой не всегда было удобно. А второй номер на Орла Лизы банально не выдадут. Надо, видимо, все-таки расчехлить еще одну дворянскую фамилию, Алексея, например… Главное, чтобы местных родственников не нашлось, а то внезапно воскресший сородич для кого-то может оказаться неприятным сюрпризом.

Сил Лизы будет вполне достаточно, чтобы справиться с Ириниэль, если у той все же имелись какие-то скрытые мотивы, но я надеялся, что конфликт исчерпан. В любом случае, если недоброжелатель пересечется с этой парочкой, то я бы ему не позавидовал… Если так подумать, то там даже синергия намечалась, поскольку в облаке Тьмы эльфийки Лиза сможет еще быстрее регенерировать. Хм, а неплохая идея.

Быстро спустившись, я увидел, что Владимир с Ольгой в это время ожидали в подъезде, время от времени поглядывая то на лестницу, то на входную дверь в ожидании неприятностей, но когда я позвал их в машину и завел двигатель, напряженность вновь отхлынула. Похоже, что Пушкин приехал на такси, все-таки даже дворяне из богатых Родов вряд ли держат автопарк в каждом городе.

— Это вы так быстро добрались из Санкт-Петербурга на поезде, Владимир?

Пушкин думал о своем, сидя рядом со мной на пассажирском сидении, а Оля расположилась позади.

— Хотелось бы столь быстрый транспорт, но увы, — Владимир тихо рассмеялся. — Несколько опрометчиво использовать в нашей ситуации слово «повезло», но все же осмелюсь сказать, что мне повезло оказаться в Москве сегодня, поэтому к вечеру ваш покорный слуга уже прибыл на место.

— Вы, должно быть, по делам Академии приезжали? — с интересом спросила Оля.

— Вы очень проницательны, Ольга. Наша школа очень тесно сотрудничает с Московской Академией, поэтому столь внезапные деловые поездки нередки даже в разгар семестра.

Да, точно, школа же начинает уроки с июня, это Академия в сентябре.

— Наверное, по поводу лучших учеников рассказывали, да? — продолжила Ольга, чуть ли не ерзая от любопытства.

— Возможно, — Владимир издал тихий смешок. — Ольга, про вас и так все уже знают, дети аристократии всегда на особом счету. Но если ваша душа трепещет от восхвалений, то так уж и быть: да, вами интересовались.

Девушка даже не смутилась, лишь гордо вздернула носик, но чтобы отвести от себя подозрения, заявила:

— Нет-нет, какого вы обо мне мнения, однако, Владимир Алексеевич! Я хотела узнать для Пети о подруге детства, он недавно спрашивал, вот я и заинтересовалась, только и всего.

Хитрая Ольга от себя отвела обвинения в чрезмерном любопытстве, конечно, но такой расклад я не предполагал. Если скажет лишнее, то кто-то окажется брехлом. Или я, или она. Хотя на самом деле я действительно хотел узнать о сестрах, но в более спокойной обстановке и без чужих ушей!

— Правда? Я с удовольствием подскажу! — Владимир посмотрел на меня с интересом.

— Был бы вам очень признателен, — вежливо ответил я, но все же старался делать вид, будто невероятно сосредоточен на дороге.

— Стараюсь, знаете ли, запоминать всех. Небольшое хобби — узнавать, кем стали выпустившиеся пташки через несколько лет, это невероятно вдохновляет! — уже куда более отрешенно добавил мужчина, после чего выудил из кармана блокнот с ручкой и набросал внезапно пару строк.

Ольга, видимо, знала о такой особенности, раз у него училась, поскольку говорить продолжила только после завершения действа.

— Ее вы точно помните. Наталья Змеева. Хм. Змеева Наталья Ивановна, если точнее, — сказала Оля. — Из Сибири, как и Петенька.

Черт.

Владимир ничем не выдал свое узнавание, лишь на миг задумался. Может, я и накручивал себя, все-таки вряд ли даже столь внимательные преподаватели забивали себе голову местом рождения учеников. Конечно, я фактически не солгал насчет Наташки, но прописаны мы были все-таки в Липецкой губернии.

— О, это многое объясняет. Сибиряки часто блистают невероятными талантами в кудесничестве, — глянув на Ольгу через зеркало заднего вида, Владимир усмехнулся. — И не стоит дуться, стань вы Магистром, Ольга Сергеевна, могли бы оказаться отличным исключением из правил.

— Ничего я и не дуюсь, — проворчала Оля, сложив руки под грудью.

Как бы там ни было, непринужденный разговор отлично отвлекал от основной темы, так что девушка успокоилась. Зато я — наоборот.

Так, надо выглядеть относительно безразличным, но вместе с тем — радостным, ведь мне могут рассказать о сестре. Это первое мое столкновение с сильным Псимагом, и раньше я даже не думал о контроле эмоций на лице. Да что там говорить, вообще не думал об этом, поскольку моя внешность стала меняться не столь давно. До этого как ни выпендривайся, но школьника все равно не воспринимали в разговоре на равных, приходилось доказывать делом, а теперь зачастую иной расклад.

Показатели у Владимира хороши. Сразу видно, что он не ленился, в отличие от многих своих ровесников. Поскольку общаться придется явно не с единственным представителем рода, я решил изменить отображение в системе для упрощения понимания.

'Князь Пушкин Владимир Алексеевич

Возраст: 33

Уровень: 36

Сила: 7

Ловкость: 8

Выносливость: 5

Магический потенциал: 7

Величина истока: 2

Маг Пси, Магистр

Маг Воды, Эксперт

Дар: Муза

Благодать: Цветущая осень'

Я еще в самом начале заметил, что он является Магистром в псимагии, поэтому если хочу поднять свои умения в этой школе, неплохо бы внимательно следить за Владимиром.

— Наталья училась на отлично все годы. Поведение разве что самую малость хромало, но для столь талантливых учениц это простительно, — сказал Владимир. — Мы даже, стыдно сказать, получали жалобы, но в школе все равны, несмотря на положение, поэтому дворянским неженкам пришлось терпеть. Это тоже своего рода урок.

Звучало так, будто Владимир недолюбливал некоторых учеников, хотя на первый взгляд он выглядел как эдакий свойский учитель, который и опоздает специально, и не заметит, как списывают. Но это лишь образ, понятное дело.

— Могу представить, она и раньше такой была, — с улыбкой ответил я, поскольку старались-то ради моей персоны. Но как при таком раскладе выспрашивать? — И куда она в итоге отправилась после школы?

— В Академию, конечно же. Академия для большинства кудесников и ведьм — трамплин для любой мечты, начиная от военной карьеры и заканчивая удачным браком, — объяснил Владимир. — Без сомнения, многие юные дарования привязаны к своей семье, и это правильно, но именно в Академии они встречают тех, с кем скорее всего им и придется взаимодействовать большую часть жизни. Будущие соратники, коллеги, соперники, возможно, что даже враги.

— Вот! Я говорила, как важна Академия, — отозвалась Ольга с заднего сидения.

— Но все же необязательна, — добавил Пушкин с улыбкой. — Каждый житель Российской Империи старается ради процветания своей страны и для своего блага. Не хотите ли же вы сказать, Ольга Сергеевна, что все, кто не поступил в Академию, не смогли исполнить свои мечты?

Оля замолчала, отвела взгляд. Такое чувство, что Пушкин прощупывал мой настрой. Неплохо, неплохо. Дает разные мнения, чтобы отношение отразилось на лице, после чего можно куда увереннее оценивать мою реакцию и читать положительное или отрицательное отношение просто по мимике.

— То есть у Натальи все хорошо? Я рад это слышать, — перевел я тему весьма нагло, а Пушкин кивнул как ни в чем не бывало.

— Да, все отлично, выглядит здоровой и довольной. Ах, занятный факт! Наталья весьма часто упоминала своего младшего брата, наверняка он столь же силен в кудесничестве, как и она. В школе Санкт-Петербурга нет никого даже похожего, повезло же тем, кто его сейчас обучает, — продолжил мужчина, пока я пытался балансировать между эмоциями. Хорошо хоть, что за рулем, на это можно списать многое.

И как теперь с упоминанием Маринки? Если я знал Наташку до школы, то мне тоже было максимум шесть — семь лет, когда она отправилась учиться. Но это же означало, что я сейчас тоже должен школу заканчивать, а не шляться просто так. Если же я старше, то банально не мог знать Наташку до школы, поскольку сам в это время учился. И уж до Марины мне никакого дела, ведь она еще младенцем была в то время.

И вместе с тем — без школы магии вряд ли легко достичь моих талантов. Маринку я мог знать при любых раскладах лишь в том случае, если знаком с семьей и оставался на связи, но если Пушкин в курсе, что Марина из Липецкой губернии, то я окончательно увязну во вранье.

Нужна складная легенда, как я, выходец из погибшей дворянской семьи, оказался в итоге у приемных родителей, но до этого вырос на улице, а магия обусловлена хитроумным Даром. Не сказать, что я слишком переживал на этот счет, но знакомство с таких несостыковок начинать — плохой знак.

— Вряд ли ее брат сильнее Пети, — захихикала Ольга.

— Кто знает? — Пушкин пожал плечами. — А вы как думаете, Пётр? Смогли бы одолеть Магистра Хаоса и ее брата?

— Кто знает? — ответил я тем же, тихо рассмеявшись, а Владимир лучезарно улыбнулся. — Для Российской Империи было бы неплохо, если каждый кудесник будет использовать свои таланты против врагов, а не ради праздных соревнований в силе.

— Очень верное замечание. Учитесь, Ольга Сергеевна, — с восторгом ответил Владимир, а Оля лишь кротко кивнула.

Сейчас она была занята умнофоном, и вскоре сказала причину:

— Все в порядке… Наши люди забрали вещи и оружие.

— Отличная новость, — добавил Пушкин

Ах, вот оно что. Я-то думал, что девушка из-за наряда переживает, а она все-таки из-за шпаг. Для дворян это все-таки символ, и дело не в цене, хотя у самого Сергея Светлова ножны стоят как небольшая квартира, если брать в расчет количество самоцветов. Оля пользовалась своей шпагой, а остальные были совсем простенькими, тренировочными, но все же оставлять их кому попало не следовало. Похоже, что это все отголоски воспитания Владимира… Что-то ведь сманило Николая на скользкую дорожку? Оля явно отличалась от своего брата, и хотя обладала присущими многим дворянам хитростью и некоторой высокомерностью в части вопросов, она все-таки действительно выглядела опорой Империи и не кичилась своим титулом.

Лишние разговоры наконец-то прекратились, поскольку я уже свернул к скромному обиталищу Светлова, как обычно украшенному тысячей прожекторов. При въезде нас проверили, но как только увидели Ольгу, сразу же пропустили. Ментальный блок поддерживать несложно, но постоянно подбирать слова в разговоре — весьма утомительно, отличная возможность немного отдохнуть!

Стоило подъехать ко входу, как к машине бросились слуги, но первым все же был сам граф. Подбежал к дочери, обнял ее, бегло осмотрел, снова обнял, после чего поспешил отвести домой. Могу понять его чувства. Владимир тоже сидел молча, лишь поглядывал в зеркало заднего вида.

— К вокзалу поедем на автомобилях Рода, но вы Пётр, не отставайте. Ольга наверняка будет рада повидаться с вами перед отъездом.

— Да, конечно.

Ободряюще улыбнувшись, Пушкин покинул автомобиль, после чего я переставил машину подальше, чтобы не мешать кортежу, или что они тут собрались организовать. Ольгу повели через боковой вход, видимо, чтобы не травмировать зрелищем. Подозреваю, что обстоятельства все-таки будут расследовать, поэтому тела рабов могли и не убрать сразу же, а взорвавшиеся прямо на шее устройства создали явно не самую приятную для благородной дамы картину. Это они просто не видели, на что Оля насмотрелась в районе Кудыкиной горы… Хотя немного заботы все равно не помешает.

К счастью, ждать долго не пришлось. Ольга переоделась, за это время в автомобиль отнесли чемоданы. На девушке теперь был брючный костюм кремового цвета, а уж с ножнами и кобурой пистоля я и вовсе увидел ее впервые. Боевая! Найдя меня взглядом, взволнованная девушка сразу же немного успокоилась и даже улыбнулась, после чего села в машину. Какой-то ПАЗ дворянского класса, судя по всему, с бронированием. Наверняка сделан на заказ, поскольку такие я раньше не встречал.

Еще одна поездка, теперь уже на вокзал. Успели вовремя, а поскольку у Оли аж свой вагон, то толпиться пришлось лишь среди провожающих. Сергей все никак не хотел расставаться с дочкой, но в итоге Владимир отвлек его, что-то говоря — это я видел, пока стоял вместе с остальными — после чего подмигнул мне и вывел графа из поезда, а я подошел к Ольге.

— Уф. Вот и все, Петя, — быстро поправив прическу, девушка слегка выгнулась, словно хотела визуально увеличить грудь. Я же все еще выглядел странновато, будучи одетым в спортивную одежду, но все равно. — Я… Даже и не знаю, что говорить в таких случаях.

— Тогда давай помолчим, оно ведь как говорят: хорошо с тем, с кем и молчать не в тягость.

— Действительно, — Оля на миг отвела взгляд, и я обнял ее. Она погладила мою спину, крепко прижимаясь в ответ. — Спасибо тебе за все, Петя, — прошептала девушка, после чего поцеловала мою щеку, уголок губ, в итоге не выдержала и сама начала поцелуй, жадный, страстный. Я отвечал на него, не особо стесняясь, и когда мы прервались, девушка шумно задышала, смотря на меня с теплотой и нежностью. На ее щечках проступил румянец. — Я буду ждать нашей новой встречи.

— Главное — больше не попадай в передряги, хорошо?

Прозвучал сигнал поезда, словно избавляя меня от лишних слов, которые могли бы причинить боль. Я не мог гарантировать Ольге, что мы еще встретимся, поскольку мог просто свалить в Сибирь, да надолго. А ждать… Ну, я был бы не прочь увидеться, но даже в этом мире с многоженством девушке наверняка было бы обидно узнать, что после долгой встречи она оказалась бы далеко не первой кандидаткой, поэтому лучше не обнадеживать.

Помахав Ольге на прощание, я почувствовал, что как-то вымотался за сегодня. Однако Пушкин быстро меня нашел, я даже не успел свалить раньше всех.

— Пётр, я предлагаю заехать в рабочую резиденцию графа, здесь недалеко.

— Ругать будет за то, что целовался с его дочкой у всех на виду?

Владимир искренне рассмеялся.

— Дело молодое, хотя все же принято сперва знакомиться, а то может произойти конфуз, — уже тише добавил мужчина.

— Буду иметь в виду.

— Но все же настаиваю. Я с ним переговорю на этот счет, поэтому обойдемся без долгих посиделок, день крайне насыщенный и всем пора отдохнуть.

Я в итоге согласился, на самом деле рано или поздно граф будет до меня допытываться. Раз уже слежку вел, лучше сразу разобраться и идти спать со спокойной душой.

Резиденцией оказалась квартира в одной из множества многоэтажек, близко к центру. Судя по всему, именно здесь граф порой зависал, когда лень было ехать обратно в имение. Охрана усилена, патруль из людей Светлова, что после нынешних событий немудрено.

Вскоре выяснилось, что я немножко так ошибся. Не одна квартира, а вся многоэтажка принадлежала Светлову, поэтому я присел в вестибюле, как в гостиной, устроился поудобнее на мягком диване и стал созерцать фото Ольги, которые висели на стенах. В модной одежде, в униформе, в платьях и даже купальнике, пусть и закрытом. Даже и не знал, что она фотографировалась для журнала. Я что, с моделью целовался? Наверное, стоило порой листать глянец, а то мало ли, конфуз может произойти, действительно.

* * *

В комнате мерно постукивал механизм старинных напольных часов, богато украшенных самоцветами. Большое окно выходило на центр Липецка, высвечивая ночные огни реклам и движущиеся подобно светлячкам фары автомобилей. Воздух наполнился легким ароматом коньяка, следом — нотки цитруса. Светлов отстегнул кобуру, ножны, снял пиджак и небрежно повесил на спинку стула, после чего сел за пустующий стол и принялся вяло елозить по столешнице почти пустым стаканом с алкоголем.

Владимир Пушкин сидел в кресле напротив, положив ногу на ногу и прикрыв глаза, слегка покачивал головой. Лишь спустя минуту сказал:

— Юноша ждет.

— Да знаю я, Владимир. Ты представляешь, каково мне сейчас? — стукнув кулаком по столу, неожиданно тихо сказал Сергей.

— Не могу представить, но ты глава Рода. Эмоции необходимо отбросить, любезнейший.

Выдохнув, Светлов откинулся на спинку стула, поболтал остатками алкоголя в бокале, осушил одним глотком и, посмотрев на располовиненный лайм, куснул его просто так, не став отрезать тонкие дольки. Сморщился, проглотил.

— Всё. Ладно, о юноше. Я в толк не возьму, кто он такой и откуда.

— Это сейчас не столь важно, — отозвался Владимир, открыв глаза. — Насколько могу судить, у него нет титула. Ольга говорила о том же.

Светлов всплеснул руками, но Владимир строго посмотрел на него. Насупившись, будто ребенок, Сергей сказал:

— Мне кажется, они крутят роман.

— Это сейчас тоже не столь важно. Юноша спас твою дочь. Дважды спас! А ты еще сидишь и выгадываешь, да самым меньшим было бы сегодня же принять его в род! — слегка повысил голос Владимир. — Такую кандидатуру для Ольги ты будешь искать еще долго, Сергей. Если любишь дочь, а не пытаешься продать подороже, то ответ очевиден. Это не только мое личное мнение, можешь считать, что я передаю слова отца.

— Да как ты… Сам знаю! — осекся Сергей. — Что за времена… Один Род вмешивается в дела другого, вот так! Но после всего мне и возразить нечего, — мужчина покачал головой.

— Однако он не собирается вступать в ваш Род. Хотя Ольгу, полагаю, мог бы взять в жены, когда получит титул. Так что в твоих интересах поддержать свою дочь хотя бы этим. Если юноша и дальше будет прогрессировать в кудесничестве, Ольге придется соперничать с куда более инициативными и богатыми барышнями.

Сергей с недоверием посмотрел на гостя.

— Но никто ничего не видел.

— Верно. Но много ли ты знаешь кудесников, способных один на один справиться с чудью в ближнем бою, и еще защитить кого-то при этом? Или кудесников, убивающих одержимых без предварительной подготовки и Перьев? И при всем этом он еще и Магистр Пси, не меньше, я не могу его считать. Не побоюсь этого предположения, — Владимир сделал паузу и даже поднялся. — Возможно, у него благословение Эманации Пси. А если Дар подтвердится, то он мог быть получен от Гения. Сразу два качества, это же уму непостижимо!

— При всем уважении, Владимир, но не все верят в ваши… Истории, — осторожно ответил Сергей. — Все эти Эманации, Гении… Это же даже в школе не преподают.

Пушкин нахмурился, затем резко ударил ладонью по столу:

— Тридцать три — тоже вымысел? У тебя в вестибюле может быть один из них, а ты лайм сидишь жуешь! Это все из уважения к Ольге, если бы не она, я бы уже давно отвез его в Нижний Новгород!

Светлов покачал головой и поспешил вызвать помощницу.

* * *

Атмосфера в кабинете… Довольно напряженная. Если это вообще кабинет, конечно, а то по размеру он больше, чем вся пятирублевая квартира.

— Доброй ночи, ваше Сиятельство, — вежливо сказал я, но Светлов тотчас замахал руками. Владимир сидел в стороне, делая вид, будто выполняет роль мебели.

— Нет, что вы. Пётр Константинович, верно? Вы спасли мою дочь, ни к чему излишние формальности, когда мы наедине.

— Как скажете, Сергей Валерьевич.

Пусть граф и заявил о поблажке, его слегка перекорежило, когда какой-то сопляк так его назвал. Меня же ситуация больше забавляла.

— Присаживайтесь. Хотел бы предложить перекусить после всех событий, но увы, есть только напитки, — с натянутой улыбкой заявил граф.

— Благодарю, ничего не нужно, — ответил я, усевшись на мягкое кресло. Не, ну мебель хороша, конечно. Надо бы прикупить, а то в хваленой хате, где мы живем с Машкой, диван и кресла только с виду были неплохими.

— Вы спасли мою дочь, Пётр Константинович. Она — мое величайшее достижение в этой жизни, поэтому вы можете просить что угодно. Если это в моей власти и возможностях, все будет сделано незамедлительно, — давались слова Светлову с трудом, Владимир то и дело неодобрительно вздыхал.

Что ж, награда — один из ожидаемых мной вариантов. Вот только если тебе обещают невероятное, это еще ничего не значит. Поскольку то, к чему я стремился, лежало за пределами возможностей Светлова. Даже титул — и тот он не мог мне дать.

— Ольга и мне очень дорога, Сергей Валерьевич, — с чувством заявил я. А, Светлов лайм жрет. Ну что ж, неплохая идея скрыть свое неудовольствие. — Конечно, на будущее мне бы могли пригодиться средства, но сама идея хоть как-то выразить жизнь Ольги в денежном эквиваленте кажется мне чудовищной. Поэтому вынужден признать, что вряд ли смогу попросить у вас хоть что-то.

Мне показалось это идеальным раскладом. Пушкин присутствует, так что он засвидетельствует своего рода должок. При другом раскладе я бы не слишком надеялся на добросовестность Светлова, поскольку сынок-то его ведь где-то воспитывался. Но ярлыки навешивать тоже ни к чему

Пушкин одобрительно закивал, потом посмотрел на Светлова с выражением лица, явно говорившем: «Я был прав».

Светлов поправил воротник рубашки, словно ему стало жарко. Скрипнуло кресло, когда граф немного наклонился вперед.

— Да, я… Жизнь Ольги бесценна, даже если бы я продал все активы, все равно посчитал бы это недостаточным. Но как же поступить?

— Позвольте мне предложить вам небольшой компромисс, — подал голос Владимир.

— Да, продолжайте, конечно же, — сказал Светлов и посмотрел на меня.

— Я только за.

— Предлагаю вам оставить этот вопрос на будущее. А пока что — небольшая помощь господину. Пётр Константинович заявил, что Ириниэль, ранее числившаяся у вас рабыней, теперь присягнула ему в верности. Все это произошло на глазах у Ольги, поэтому она могла бы подтвердить, — добавил Пушкин, когда брови графа поползли вверх от удивления. — Ошейник был уничтожен в ходе взрыва, поэтому Ириниэль свободна, однако фактически она приписана к Роду. Это помешает в дальнейшем получить Сороку.

— Ясно. Это меньшее, что я мог бы сделать для спасителя дочери.

— И оружие, — добавил Пушкин.

— Да, конечно, — кашлянув, ответил Светлов. — Милочка, губернского секретаря сюда, быстро! Да плевать, который час! Наведешь ему две чашки кофе, или пусть проваливает со своей должности! — прокричался граф в умнофон, после чего улыбнулся мне. — Скоро все решим.

— Благодарю.

Похоже, что амурные дела решили оставить за кадром, ну и пусть. Покинув кабинет, я снова отправился ждать, правда, на этот раз и мне притащили кофе. «Милочка», которой оказалась дама далеко за пятьдесят, принесла мне еще и шоколад, так что остатки ожидания прошли воистину с дворянским размахом.

Зато удалось выяснить, что официальные рабы прописываются весьма подробно, как имущество в гамаюне главы Рода или тех, кому будут непосредственно подчиняться, если сам глава Рода ими заниматься не спешит. После этого достаточно просто отдать указания, и раб переходит под контроль нужного человека. А вот неофициальные рабы, вроде Маши, вообще нигде не учитывались, лишь были временно привязаны к гамаюну по принципу передачи прав, нечто вроде лазейки. Таким же образом временно прописывали рабов Орлу, например, для последующей передачи финальному владельцу. На фоне таких новостей захотелось кого-нибудь прикупить, но я вспомнил всю ситуацию с Машей, и решил, что тогда буду ничем не лучше тех ублюдков. А официальные покупки все равно для меня пока закрыты.

Вскоре все дела завершились. Ириниэль стала официально свободной, правда, для нее опять придется делать чокер, а то все будут оборачиваться. Мне же почти что торжественно вручили три шпаги и плетку эльфийки. Поскольку официально шпагой я пользоваться не мог, то таскать придется в сумке с риском нарваться на неприятности за такую ношу при себе. Хотя дома хранить никто не мешал, у Ивана в кузнице нередко заказывали просто для коллекции.

После всего этого заехал за Ириниэль и Лизой, забрал их и направился к наверняка волнующейся Машке.

* * *

Светлов мерил шагами кабинет после ухода Петра. Найдя в себе силы остановиться, мужчина с укором посмотрел на веселого Пушкина.

— Что за история с ошейником?

— Взорвался, — невинным тоном ответил Владимир.

Ольга не вдавалась в подробности, поэтому Светлов думал, что Пётр смог спасти его дочь от покушения, а потом и от взрыва. Пушкин же расценил, что идея с отказом привозить эльфийку подойдет очень удачно.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что он снял ошейник? — тщательно подбирая слова, почти что шепотом сказал Светлов. — Такие детали неплохо бы сразу рассказать.

— Никто ничего не видел.

— Владимир, — многозначительно прошептал Сергей, почти умоляя. — Он что — Романов⁈

— Как вы засуетились, любезнейший. Выбираете кавалера для дочери не по поступкам, а по фамилии?

— Но… Это бы многое объяснило!

— Возможно, Романов. А возможно, что с благословением Эманации Пси тоже легко сломать ошейник. Силой мысли, например! — гордо заявил Пушкин, а Светлов разочарованно вздохнул.

— Опять вы за свое, Владимир.

— Как вам будет угодно. Оставляю вас с размышлениями о будущем, и на этой ноте спешу откланяться.

— Он ведь был рад рабыне, я пока в сомнениях насчет Ольги, не принимайте близко к сердцу, — торопливо сказал Сергей, поскольку Владимир уже пошел к выходу.

Пушкин обернулся, вопросительно вскинул одну бровь.

— С таким уровнем Дара, как у него… Да вы должны плясать от радости, что отделались всего-то одной эльфийкой. Знаете, какое либидо у кудесников такого уровня? Ольга бы уже через неделю медового месяца побежала искать вторую жену для Петра, лишь бы хоть иногда выбираться из постели.

Светлов крякнул от недовольства, помотал головой, но затем выдохнул. Пушкин прав. Сам Светлов был не очень хорош в кудесничестве, поэтому чаще просто делал вид, что является тем еще бабником. До рабынь ему вообще не было дела, даже с женами не всегда находилось время и желание.

— Ищите возможность завоевать благосклонность дарования, любезнейший. Пока что из всех воспоминаний у Петра о вашей губернии лишь проблемы и скромная жизни в квартире на окраине, — с улыбкой добавил Пушкин и покинул комнату.

Глава 2

Красота

Добравшись до дома, я еще у подъезда заметил Алексея, со скучающим видом лузгающего семечки. Аккуратно сложив кулек из газеты, в который отправлялась шелуха в процессе, парень выбросил его в урну и подошел к машине.

— Доброй ночи, Пётр Константинович, — вежливо сказал упырь, слегка склонив голову. — Обстановка спокойная.

— Хорошая работа. Можете идти домой.

— Господин, а это… — прошептала Ириниэль, теперь с удивлением смотря на Алексея.

— Да. Называть необязательно, — предупредил я, а то впечатлительная эльфийка начнет опять удивляться упырям. Познакомив ее с Алексеем, я подождал, пока девушки покинут авто, прихватил сумку и направился в дом. Алексей тем временем забрал Джо и Маркуса, но я уловил лишь их свечение на лестнице, пока мы с девушками поднимались на лифте.

Дверь в квартиру уже была открыта, и стоило мне только показаться из лифта, как Маша уже чуть ли не сбила меня с ног.

— Петя, Петенька! А-а-а! Блинский блинчик! Все хорошо? Нигде не болит? Говори, не молчи! — во время тирады Машка то обнимала меня, то наоборот, отступала на шаг и осматривала.

Пришлось положить руку ей на голову и хорошенько примять ушки, после чего я крепко обнял тихо протестующую девицу.

— На этот раз все в норме. Не переживай, солнце.

— А вот и буду! — приглушенно заявила Машка, сказав это куда-то в мое плечо.

Хвостик двигался так активно, что я даже чувствовал потоки ветра.

Лиза и Ириниэль стояли чуть в стороне, молчали. Лиза улыбалась, а вот эльфийка выглядела озадаченной. Подозреваю, что за годы пребывания в качестве рабыни Светловых она толком и мир не видела. Не знаю уж, чем она занималась до попадания сюда, но иные расы для нее тоже были чем-то непривычным.

— У тебя все хорошо? — шепнул я на ушко, колыхнувшееся от дыхания. Машка им резко шевельнула, отчего шерсть пощекотала мои губы.

— Угусь. Я же не лезу в передряги!

— Думал, что ты скажешь что-нибудь вроде «Я же говорила».

— Нет смысла, ты все равно все сделаешь по-своему, Петенька. Я могу тебя лишь поддержать. Фыр! — успокоившись немного, что было заметно по замедлению движений хвоста, Маша нашла в себе силы отпустить меня. Прикрыла один глаз, когда я опять потрепал ее по волосам, и только после этого глянула на остальных гостей. — Да вы проходите, — слегка смутилась Машка, шевельнув ухом.

— Проходите-проходите, иначе зачем я вас сюда привез, — с улыбкой сказал и я. Но девчонки послушные, это хорошо. Лиза-то уже проверенный временем кадр, но Ириниэль я пока плохо знал. Был ли у них какой-то разговор с Лизой на эту тему, интересно?

Несмотря на позднее время, Машка встретила нас в домашней одежде с надетым поверх фартуком. И судя по запахам в квартире, она усиленно занималась готовкой. Не удивлюсь, если и упырей чем-нибудь угостили, и после этого девушка решила приготовить свежее, поскольку на ужин я не успел.

— Ты бы мог нас познакомить, Петя, — шепотом сказала Машка, кончиком хвоста указав на эльфийку, которая осторожно разулась и теперь в смятении осматривала домашние тапочки, изображающие котят. Глаза-пуговки котят смотрят на эльфийку, она смотрит на них. Словно всматривается в бездну… Немного поколебавшись, девушка решилась их надеть, тогда как Лиза сразу же нацепила простенькие шлепки без изысков, которые обычно оставляла для себя. Вместе с чулками и дорогим платьем смотрелось забавно, конечно.

— Ириниэль, это Маша, моя девушка, — коротко сказал я, отчего хвост Машки опять пришел в движение, то и дело шлепая меня по ноге. — Маша, это Ириниэль. Под воздействием рабского ошейника она пыталась меня убить, но все обошлось.

Ириниэль замерла, не успев до конца снять куртку, поскольку Машка посмотрела на нее вертикальными хищными зрачками.

— Вот как? Петеньку? Убить?

Ох, я предполагал нечто подобное, поэтому сразу сказал про ошейник. Судя по изменившемуся свечению Пыли в теле, Маша была на грани и очень хотела использовать хотя бы призыв сосульки.

Ириниэль снова встала на колени. Похоже, что для нее сегодня мир слишком часто менялся. Началось все с покушения, затем договор со мной, после этого она встретила упырей и девушку-песца, и все выше ее уровнем минимум в два раза. И при этом подчиняются мне, хотя я до сих пор щеголяю с нарисованным тринадцатым уровнем.

— Тише, тише, милаш.

— Я поклялась в верности господину, Пётру Константиновичу, — с чувством сказала Ириниэль. — Он спас меня, и теперь моя жизнь в его руках.

— Весьма пафосно, Ириниэлька, боишься его? — сказала Лиза и захихикала.

— Ясненько. Тогда ладно! — хлопнула в ладоши Машка, моментально успокоившись. — Но я требую рассказ! Ох уж эти ошейники, блинский блинчик!

— Накрой на стол, и будет тебе рассказ, — устало сказал я. — Я пока пойду ополоснусь.

— О, конечно, Петенька! Я много всего наготовила, и тортик, все как ты любишь! — почти что промурлыкала Машка, взяв меня за руку.

— Ты ж мое солнце, спасибо! — чмокнув Машку в щеку, погладил ее легонько по хвосту, отчего девушка игриво ойкнула.

Ириниэль же, получив от меня легкий кивок, поднялась с колен и продолжила стягивать с себя куртку. Маша с легкой завистью поглядела на большую грудь эльфийки, затем бросила взгляд вниз, на свою, и после этого умчала на кухню.

Только сейчас я осознал, что впервые собрал такой цветник у себя дома. Но мне это по душе, глаз радуется! Добравшись до шкафа, подыскал простенькую одежду для недолгих посиделок за столом, и заодно подумал, какую одежду дать остальным. У Лизы вроде было что-то припасено, хотя большая часть шкафов занята одеждой Машки. И пусть она уже не та худенькая бедняжка, поскольку тренировки вместе с питанием делали свое дело, но с Ириниэль пока не сравнить. Хорошо хоть, что эльфийка ниже меня, когда не на каблуках, а то было бы еще сложнее найти что-нибудь подходящее… Похоже, что темные эльфы в целом ниже своих лесных собратьев, но меня это устраивало, Ириниэль выглядела очень даже хорошо сложенной.

В итоге я добыл просторную футболку без принтов, и шорты… Вроде тоже немаленькие, может будет достаточно. Пока Маша занималась делами на кухне, оставшиеся девицы прошли в гостиную. Ириниэль сидела на краю дивана с потерянным видом, прямо как скромный интроверт, которого позвали на шумную вечеринку к дальним родственникам, а Лиза, отстегнув чулок, медленно стягивала его с ножки, при этом не особо стесняясь того, как сильно задралась юбка платья.

— Держи, — коротко сказал я Ириниэль, бросив вещи на диван рядом с ней. — Завтра купим тебе новую одежду.

— Вы очень добры, господин, — скромно отозвалась эльфийка, аккуратно притянув к себе вещи одним пальчиком. — Раз вы идете в купальню… Вам… Помыть спину?

— И часто ты мыла спину прежним хозяевам? — с улыбкой спросил я. Проверка-то простая, я уже пользовался считыванием настроения и знал, что Ириниэль девственница, да и вообще скромняжка, несмотря на весьма вызывающий внешний вид. Смущение увидеть на лице тоже можно, участок кожи на щеках становился темнее, но это просто нужно привыкнуть.

— Нет, господин! — быстро ответила Ириниэль, потупив взгляд, а Лиза опять захихикала. Ясно, воспользовалась ситуацией и через эльфийку решила выяснять всякое, на что сама не решалась.

— Я сам позову, если потребуется, пока занимайся одеждой. Лиза, тебя это тоже касается. Лучше помоги с подбором вещей, если не подойдет.

— Как скажешь, Петя, — Лиза сразу стала серьезнее, даже чулок не сняла до конца.

Перед принятием душа я все-таки поставил обереги возле окон, предупредив всех девчат, и только после этого отправился в ванную. После тренировки первая возможность хорошенько помыться, красота!

А что до помощи с намыливанием спины, то звать с собой эльфийку в тот же день, когда она меня хотела прикончить, не очень здравый расклад. Лиза этого не понимала, поскольку не присутствовала при заварушке, и за время посиделок в квартире могла уже принять Ириниэль как смирную и тихую девицу. Конечно, это не означало, что мой интерес к эльфийке ограничивался только созерцанием издалека, хе-хе. Но сейчас не время.

Почувствовав себя обновленным после долгожданного душа, легкой комбинацией воздуха и огня высушил волосы немного, после чего оделся и причесался. Вот, другое дело!

— Все, я готов, — заявил я, усаживаясь за стол. Машка, поставив еще пару тарелок с блюдами, шумно втянула воздух, улыбнулась.

— Шампунька приятная. А я тоже готова, воть!

На столе просто пир, иначе и не назвать. Если учесть время суток, то мы Новый год отмечать, собрались, не меньше! Тут и пара салатов, и отбивные, и колбаса, сыр, свежие овощи… Сказка!

— Хозяюшка.

— Хи-хи, — Машка сняла фартук и села рядом со мной. — Девочки!

— Идем-идем, — торопливо сказала Лиза. — Не задерживай господина! — проворчала девушка вдогонку, и вскоре чуть ли не выбежала к столу. Лиза, по сути, сменила одно платье на другое, более легкое и, можно сказать, домашнее. А вот Ириниэль либо не влезла в шорты, либо Лиза посчитала, что иной наряд подойдет лучше. Короткая юбка еле прикрывала все, что только можно прикрыть, а футболка из-за размеров груди слегка задиралась, обнажая живот. Весьма развратно, для домашней одежды-то!

— Прошу прощения за ожидание, — упавшим голосом сказала Ириниэль.

— Садитесь уже, ну, — поторопил я, и вскоре мы приступили к трапезе.

Готовила Машка все лучше и лучше. Хотя, конечно, это могло мне так казаться, поскольку я ее обучал всяким кулинарным премудростям, вот она и готовила на мой вкус.

Все успели проголодаться, поэтому молча набросились на еду. Разве что Лиза не страдала голодом, но ей очень нравились блюда Машки, поэтому она тоже ела с удовольствием. Просто Лиза в отличие от остальных накладывала небольшие порции и смаковала каждый кусочек, отчего ее можно принять за какого-нибудь гурмана.

Немного набив пузо, я коротко рассказал события дня, не вдаваясь в некоторые подробности. Машка то и дело вздыхала, охала, иногда просто взволнованно шевелила ушками. Лиза уже немного знала суть, поэтому так бурно не реагировала, а Ириниэль слушала внимательно, но выглядела виноватой.

— Как-то так.

— Да уж, Петенька… И когда ты поедешь? — осторожно поинтересовалась Машка. — В Нижний Новгород.

— Еще не договаривались, но пару недель на сборы и решение вопросов должно хватить, я думаю. И почему речь только обо мне? Мы вообще-то вместе едем.

— Ах! Я… Да, конечно! — Машка сразу же расцвела и стала даже шлепать хвостом по спинке стула.

— Насчет остальных надо уточнить, — уже строже добавил я. — Полагаю, что с Ириниэль не будет проблем, если получить Сороку за этот срок.

— Да, господин. Я сделаю все для этого! — с чувством заявила эльфийка.

— А вот с кланом нужно будет поговорить, — сказал я, посмотрев на Лизу.

Она выглядела грустной, прикрыла глаза.

— Конечно, я понимаю.

Пока что я действительно не знал, удастся ли взять с собой Лизу, но официально — точно нет. Пушкин явно заинтересуется, откуда к нему в гости намылилась Карштайн, но все же обсудить дела с кланом нужно в ближайшее время.

— Ириниэль, — Машка будто смаковала это имя. — Погодите-ка. Это же та самая, которую Петенька рисует, да⁈ А я думаю, почему она так знакома! Фыр!

Я чуть не поперхнулся от неожиданности. Ох, Машка. Я ведь не рассказывал об этом.

Эльфийка растерянно посмотрела на меня, на Машу.

— Те изображения… Все это нарисовал господин?

— Да, и не только их. Если Петя разрешит, я могу показать тебе скетчи! — оживилась Машка.

Ириниэль приложила ладошки к лицу, издала что-то неопределенное. Ее ушки шевельнулись! Погодите-ка, я и не знал, что эльфийские уши тоже подвижны. Немного, вверх-вниз, но выглядело мило.

— Меня тоже рисовал, да, это не редкость, — заявила Лиза с ревнивыми нотками в голосе.

— А в честь меня Петенька даже статую делал, фыр! — весьма самодовольным тоном похвасталась Машка, но Ириниэль их будто и не слушала. На щеках проступил румянец.

— Полагаю, что скетчи ей лучше не видеть, — со смешком сказал я. — Очень бурная реакция. Она за колоду-то пыталась меня поколотить, а ты ей такое рассказала.

— Нет-нет, Пётр Константинович, все в порядке! — шепотом произнесла эльфийка, однако все еще не смотрела на меня. — Я с радостью полюбуюсь на любые виды искусства. Особенно прелестно видеть творения ваших рук.

Ясно, точно от Лизы нахваталась, та любит льстить, а теперь еще и новенькую сманивает.

— Лучше уже пойти отдыхать, а не устраивать показы, — с улыбкой ответил я. — Хотя чаёк не помешал бы.

— Чай⁈ — Лиза была удивлена.

— Да, я навожу для Пети чай из набора сибирских трав, воть, — не без гордости заявила Машка, хотела уже встать, но я погладил ее по ноге и улыбнулся. Используя ноотику, приподнял чайник, оценил, что там есть вода, поставил на плиту и повернул рукоять. Вообще я редко так делал, но иногда машинально ради тренировки управлялся в быту ноотикой. Или когда лень, ага. Правда, для Ириниэль это стало, видимо, последней каплей в познании мира за сегодня… Когда она наконец-то убрала руки от лица, то стала с видом глубокой задумчивости доедать салат.

Чаёк Машки действительно хорош. Травы ей присылали родители из деревни, отчего мне даже стало немного стыдно за свою безграмотность. Для меня Сибирь казалась бесконечными снежными просторами, где толком и нет ничего, эдакая киношная реальность, где над Кремлем вечно идет снег, словно единственное достояние.

Но судя по рассказам, на родине Машки впечатляющие виды на великолепие природы во всей красе, а уж с какой радостью девушка рассказывала и про рыбалку, и про походы в лес… Наверное, она все-таки скучала по родным местам, но и здесь выглядела счастливой. Ничего, побываем везде.

— Спасибо, это очень вкусно, — поблагодарил я, закончив с тортом. Лиза взяла себе маленький кусочек, а Ириниэль… Даже тарелку вылизала.

— А… Можно еще⁈ Если только сочтете меня достойной добавки! — еле слышно прошептала эльфийка. — Этот великолепный запах, сладкий вкус… Торт воистину фееричен! Неудивительно, что только для господина вы, Маша, готовы творить это невероятное блюдо!

Мы с Машкой переглянулись. Бедная эльфийка, ее определенно не звали на десерт. Маловероятно, что Светлов игнорировал торты в меню.

— Кушай конечно. Главное, чтобы впрок, фыр! — заявила Машка. — А то если не будешь тренироваться, тортики пойдут не в те места.

— Разве Петя не любит дам, у которых есть за что подержаться? — с улыбкой спросила Лиза, зыркнув на меня.

— Не стоит ориентироваться на мое творчество. Я рисую сисяндры, поскольку это популярно.

— Вот! Видите? — Маша обняла мою руку и прижалась грудью, показала остальным девицам язык.

Да не переживай ты, милая, еще вырастут. Не могу знать точно период взросления девочек-песцов, но Машка уже сейчас обгоняла многих сверстниц, если сравнивать с людьми.

— О, п-популярно? — Ириниэль вспомнила, что я еще и продаю ее изображения, отчего лицо снова скрылось за ладонями эльфийки.

— Так, наелись, можно и поспать, — объявил я. — И зубы чтоб все почистили, там целая гора лишних щеток.

Понятия не имею, страдают ли упыри кариесом при их способности к регенерации, но Природа не особо помогает с зубами, так что их лучше беречь.

— Я уже выделила девочкам комнаты и постельное белье, — рассказала Машка, на что я опять погладил ее по волосам, вызвав новую улыбочку.

— Лиза, Ириниэль — моете посуду, Машка и так для вас старалась, готовила. Комнаты вам уже выделили, так что спокойной ночи.

— Спокойной ночи, господин, — сказала Ириниэль, поднявшись перед этим и поклонившись мне.

— Сладеньких снов, Петя! — добавила Лиза и даже сама зевнула, показав клычки. Упыри, несмотря на то, что являлись нежитью, все-таки чувствовали сонливость. Из-за необходимости поддерживать работу бани клану не удавалось полностью отыграть мифы о вампирах, чтобы дрыхнуть днем, но им и нужно было всего часа три-четыре, чтобы отдохнуть.

Машка же чмокнула меня в губы и прошептала «прелестненьких снов», после чего я ушел, заглянул в ванную и отправился на боковую. Обычно с Машкой мы спали раздельно… В отличие от меня, девушка начинала себе надумывать всякое, смущалась, представляла, в итоге не могла толком заснуть и утром щеголяла с темными кругами под глазами. Или же я машинально мог схватить хвост, и Машка начинала думать, чего это я такое собираюсь делать.

Видимо Маша осознавала, что я все-таки старше ее, поэтому из-за привязанности была готова позволить мне большее, хотя фактически еще не была уверена во всем этом. Поэтому я не смущал ее ум и пока что спал отдельно, хотя зимой мы часто засыпали в гостиной вместе, укрывшись хвостом, и могли так продрыхнуть до утра без всяких проблем.

Однако когда утром я проснулся, то увидел рядом Машку. Девушка сладко посапывала, ушко порой подрагивало в ответ на сновидения, но образ умиротворяющий. Хвост свисал с кровати, поскольку было довольно-таки жарко, а одеяло Машка у меня все-таки отобрала и на правах победительницы сбросила его с кровати. Поправив задравшуюся пижамку девушки, я поднялся и размял шею, снова посмотрел на Машку. Переживала за меня. Потому и пришла, скорее всего, хотела убедиться, что я здесь? Даже если и по иной причине, все равно приятно.

«Братик, а уж мне как приятно осознавать, что ты нашел тех, кто всегда о тебе волнуется! Невозможно измерить весь объем той заботы, которой ты меня окружил за все годы, пусть другие подарят тебе это же чувство».

Ох, Ленка, все-то думает, что я бедный и несчастный! Но все же да, вернуться домой и получить теплый ужин и объятия как-то приятнее, чем сидеть в пустой квартире, хотя раньше я даже и голову не забивал чем-то подобным. Сестра из меня собиралась семьянина сделать, а не вербоманта, да?

Отыскав тапки, я в одних трусах направился прямиком в ванную, чтобы умыться и поскорее взбодриться, однако еще на подходе услышал шум воды. И дверь оказалась закрыта, так что гадать долго не пришлось, кто именно там находился. Вполне понимаю желание поторчать в душевой подольше, песенки попеть и всякое такое, но в этой квартире отгрохали ванную человека на три разом, наверное, поскольку была и душевая кабинка, и ванная, и умывальник… Поэтому пора отбросить в сторону стеснительность! Сдвинув замок ноотикой, я зашел как ни в чем не бывало, а намывающая тело Ириниэль даже не сразу и заметила, как я вошел и начал умываться.

— Господин⁈ — послышался возглас, как только я открыл воду. Мыльные разводы на темной коже эльфийки смотрелись весьма интересно. — П-Пётр Константинович, это…

— Утречка.

— Доброе утро, — машинально ответила ошарашенная эльфийка, пока я вытирал лицо полотенцем.

— Виноват. Не стоило просто так вот брать и заходить, пока ты здесь полностью обнаженная… — заявил я, направляясь к двери.

— Я… Рада, что вы понимаете, — смущенно прошептала Ириниэль, тщетно пытаясь прикрыть свои объемные прелести. Остальное было весьма ловко скрыто мылом, словно поработала цензура.

Вернулся я буквально через минуту, чем вызвал новый возглас изумления. Поставив стул, уселся, положил ногу на ногу, взял планшет, лист бумаги и начал рисовать.

— Так вот. Если бы знал, что ты здесь, сразу бы прихватил все для рисования, а не заходил просто так. О, идеальное удивление, так и продолжай стоять. Не переживай, я быстро набросаю скетч, — рассказывал я будничным тоном.

Ириниэль даже руки опустила, не зная, как и реагировать.

— Ага… Форма все-таки другая, соски эротичнее смотрятся, чем я рисовал.

— Позвольте сказать. Вы очень странный, господин, — Ириниэль отвела взгляд и пригладила влажные волосы. Было видно, насколько она до сих пор смущена. — Но это интересно.

— Рад слышать. Раз заинтересовалась, повернись полубоком еще. Ага, вот так.

Ириниэль боролась с собой, ей все-таки хотелось прикрыться, но мое творчество ее определенно волновало, не зря же она так близко к сердцу приняла колоду карт, которую я ей принес. Полагаю, что многие девушки рады стать моделью для рисунка, но вряд ли для картинок такого рода, еще и на игральных картах… Хотя теперь я мог честно заявить, что изображенная эльфийка просто похожа на Ириниэль, в реальности у нее куда более красивая грудь.

— Все, доделаю и покажу, — подытожил я, пока Ириниэль молча стояла под струями воды. Капли красиво стекали по гладкой коже, уже ничуть не скрытой мыльными разводами.

— Благодарю вас, Пётр Константинович, — тихо сказала девушка и смущенно улыбнулась.

Вышло удачнее, чем я рассчитывал. Девушка ко мне начала привыкать даже в весьма пикантных ситуациях, и уже на вторые сутки «знакомства» не так сильно опасается, хотя для долгожительницы это вообще какие-то нереальные уровни перемен. Те самые уговоры выйти из зоны комфорта просто детский лепет на фоне такого.

Мне тяжело дается самоконтроль в такой ситуации, но пока справляюсь… Эльфийка мои намеки просто не поймет. Было бы глупо ориентироваться на единственную книгу о долгожителях, но после трех месяцев общения с Ольгой и Ириниэль я был согласен с автором еще по одному вопросу: долгожители редко видят в людях романтический интерес. Речь не о сексе, все-таки ради удовольствия никто не мешает развлечься и разбежаться, но без особых эмоций это довольно скучно.

Может быть лет эдак через пятьдесят Ириниэль и надумает закрутить роман, конечно… Но мне интересно повлиять на нее сейчас, и заодно это отличный повод улучшить пару школ магии, Природу и Пси. Еще одна «система», которую мне хочется обмануть. Объединить приятное с полезным — идеальная тренировка!

С довольной улыбкой я покинул ванную.

Глава 3

Совпадения

Рисование меня настолько увлекло, что я даже не стал сразу же заниматься утренней разминкой, а сперва довел скетч до ума. Получилось здорово! Будто закрыл гештальт, ведь с самого раннего детства рисовал Ириниэль… Наверное, даже привык к ней. И хотя встреча с ней по факту не отличалась от первого знакомства с другими встреченными эльфийками, на том же невольничем рынке, например, воспоминаний у меня о ней побольше, поэтому она получается вроде как особенной. Не стоило это списывать на какую-то влюбленность, но все же я рад тому, что она теперь рядом. Да и как не радоваться такой красоте?

Пора и потренироваться! Выйдя на балкон, шумно втянул свежий, влажный воздух, ветер прямиком с речки! С улицы меня не видно, другие многоэтажки не построили рядом, так что можно вполне комфортно заниматься. Небольшая разминка, затем уже привычным вербом сотворил ледяные гантели и начал упражнения. Вообще, каменные были бы практичнее, конечно, а металлические — вообще шик, но мне они нужны не только для физической нагрузки, но и для магической тренировки.

Медленно понижаем температуру, и вместе с тем обволакиваем руки ноотикой так, чтобы лед не повреждал кожу. Отсутствие боли несколько мешало, приходилось ориентироваться на иные ощущения, но даже так возможность параллельно использовать Лёд и Пси помогала тренировать и Концентрацию, и Владение. Помимо ноотики выбор невелик, поскольку Лёд весьма опасный элемент, и более или менее гарантированно защитить от него могут только псионика и Огонь. Огненный щит создавать я умел, но не столь филигранно, как Пси, поскольку даже в виде условной ауры на расстоянии в пару десятков сантиметров от тела он мог поджечь одежду или спалить волосы. Это нужно тогда создавать еще один щит уже от своего же щита, из Воды, к примеру, но Вода усиливала Лёд, так что лучше не рисковать взрывом кучи щитов, а пользоваться ими аккуратно. И ноотика в этом случае подходила лучше всего.

Есть и еще пара причин выбора защиты ото льда. Самая сильная и смертоносная способность Машки принадлежала к этой стихии, так что в случае передряги желательно самим не попасть под удар. И вместе с тем уметь защищаться от холода весьма полезно, если придется уйти далеко на север в поисках вербинита. Конечно, вариантов для согрева есть масса, главное, чтобы я не слишком уставал, но если воду создать несложно, то с едой дела обстоят уже похуже, разве что какой-нибудь мох выращивать Природой? Так далеко я не загадывал, но любая практика вербов полезна, а думать, что она вдвойне полезнее даже приятно.

На балконе уже стало прохладно, словно врубили кондиционер на полную, хотя я действовал вербом только на гантели. Открылась дверь, и заспанная Машка радостно улыбнулась, помахивая хвостом.

— Такая прохлада, фыр! Ой! Утречка, Петенька! — громко сказала девушка и прижалась ко мне, раз уж я прервался.

— Доброе утро, Машуль, — поскольку девушка наклонилась ко мне, я чмокнул ее ушко, которое от этого шевельнулось, а сама Машка хихикнула.

— Все-все! Скоро буду делать завтрак, поэтому долго не сиди, ладненько⁈

Кивнув в ответ, я продолжил утреннюю разминку, после окончания положил гантели в таз, где они растают за день, а водой можно будет заодно полить растения на балконе.

Лиза наверняка уже тоже давно проснулась, но она обычно любила поваляться и провести утро за чтением книги. Я ее кое-как отучил от привычки читать в темноте, поскольку со стороны это выглядело слишком подозрительно, но она все равно могла слишком увлечься…

Читала Лиза на немецком в оригинале, всегда с таким умным видом, будто осваивала философские концепции или квантовую физику, но на деле зачитывалась любовными романами. Похоже, что сеть Ленки была основана в том числе на автоматических переводчиках прошлого мира, поэтому знакомые языки не были проблемой, я не мог узнать только слова иных рас, вроде родного «песцового» языка. А вот Ириниэль ни разу не говорила на эльфийском, надо бы хоть спросить, знает она его вообще или нет.

К завтраку я все-таки оделся в домашнее, как и девчонки, даже для Ириниэль нашли не настолько развратную одежду… Похоже, что мои догадки насчет Лизы были верны, это она оценивала мою реакцию на всякие неожиданности.

— Какие у тебя планы на сегодня, Петенька? — спросила Машка, аккуратно поливая блинчики медом. Ириниэль при виде такого великолепия то и дело сглатывала излишки слюны. А Лиза внимательно поглядывала на меня, вяло жуя крошечный кусочек.

— Скоро скажу. Если договоримся насчет поездки, то распланирую, и займемся делами, — бодро сказал я. — Так что насчет обеда и ужина не переживай, я обо всем предупрежу.

— Хорошо, фыр! — Машка стала стучать хвостиком по спинке стула. — Ох, накладывай меда сколько хочешь, не стоит так себя терзать! — проворчала девушка, пододвигая банку ближе к эльфийке.

— Вы невероятно добры! Ах, какая сладость, и золотой оттенок невероятен! — с придыханием шептала Ириниэль, чуть ли не купая блинцы в меде.

Хм, у Ольги аллергия на мед, тогда неудивительно. Девушка могла и не сталкиваться с ним, может и вчера на медовый торт так запала из-за столь редкого на ее взгляд ингредиента.

Поймав мой взгляд, Ириниэль слегка смутилась, облизнула покрытые медом губы и снова забавно шевельнула ушками.

— Господин? Какая задача передо мной стоит сегодня?

— Ты уже не телохранитель, так что бегать за мной не надо. Учи тесты для Сороки, у Машки вроде бы где-то есть книга. Не думаю, что там успели что-то поменять.

Машка закивала, а Лиза бросила на меня быстрый взгляд, но снова полностью сосредоточилась на еде.

После завтрака я связался с Пушкиным. Не ожидал, что занятой преподаватель надолго возвращается в родной город, поэтому согласовать приезд было бы нелишним, даже несмотря на явные поблажки, о которых говорил мне Владимир. Любимые блюда, температура воды… Это как-то чересчур. А вот с другими Пушкиными без предварительного знакомства пересекаться мне вот так сразу не хотелось, чтобы не пришлось в очередной раз лавировать в океане моей брехни.

«Повезло» или нет, но Владимир как раз собирался в небольшой отпуск во второй половине сентября, так что момент для приезда идеальный, на том и остановились. Не ожидал, что у преподавателей есть отпуск прямо во время учебного года… Но даже если он пошел мне навстречу, это отличный расклад.

Осталось разобраться с делами. От аренды «пятирублевой» квартиры отказываться я сперва не хотел, все-таки она весьма удобна, но сейчас о ней знало слишком много людей. Это же касалось и автомобиля. Подержанные авто не всегда покупали охотно, но зависело от модели. Если речь о спортивных, то богачи предпочитали новехонькие, а для работы и простых поездок проверенную «ласточку» могли купить и в купеческой гильдии, например, так что проблем быть не должно. Даже при лихачестве Лизы мы не ушатали бедный «ПАЗик», но скинуть несколько сотен рублей придется.

Если уж Пушкин предлагал скидку, то можно купить новый автомобиль, вот только как он на меня его оформлять собрался? Вопрос интересный, конечно.

От квартиры в центре тоже придется отказаться. Я хоть и не приглашал в нее никого со стороны, но Карштайны напрямую связаны с ней, а Лизе лучше пока не отсвечивать. Некоторые предосторожности казались излишними, но после всей истории со Светловым я начал догадываться, что основная причина в нем. Каждый регион Российской Империи все-таки зависел от правящего на этих землях Рода, остальные семьи пусть и делали свой вклад, но он все же куда слабее. И именно безалаберность графа привела к трагедии, даже к целой серии ужасных случаев. Существование клана упырей в Липецке — не столько удачное для кровососов стечение обстоятельств, сколько результат отношения Светловых к охране земель.

Конечно, я не был в Нижнем Новгороде, но даже если ориентироваться на новости, там церемониться бы не стали. Если отталкиваться от этого, то многое вставало на свои места. Еще после первых обвинений Рода Пушкиных со стороны Светловых, сделанных кем-то со стороны или даже самим графом, они поняли, что Сергей слишком слабый лидер. Да, он верен Императору, работает на общее дело, однако слишком уязвим для влияния извне, поэтому, видимо, и обратили внимание на Ольгу. История про доброго учителя-наставника хороша, но так оно смотрится логичнее. Вполне возможно, что второго брата Ольги тоже держали под присмотром, раз уже после Сергея эти земли перейдут им… Если бы Ольге достался хороший жених, идейный и толковый, то с помощью него она бы привела регион к процветанию, и о Пушкиных бы в этом деле не забыли. Пушкины могли бы познакомить и сосватать свою родню, конечно, но на это уже точно обратили бы внимание другие семьи, а так — ну общается девочка с учителем, в этом нет ничего странного, она же в школе.

А металл важен не только для кораблей и титанов, но и для производства на заводе самих Пушкиных, поэтому интерес мог быть и денежный. Или все-таки ради укрепления обороноспособности? Слишком мало данных для диванных размышлений!

Но пока что ясно, что пора заглянуть к упырям, поэтому я позвонил и предупредил их о приезде, так можно будет не отвлекаться на работу бани час-другой.

— Лиза.

— Да? — девушка прибежала сразу же, как я выключил умнофон.

— Поехали к Владу. По пути еще в пару мест заскочим, но основной план такой.

Кивнув, девушка поспешила к шкафам — выбирать одежду. Как это часто бывало, «домой» она одевалась скромнее, выбирала какие-нибудь джинсы или брюки, простенькую блузку или футболку. А вот щеголять короткими платьями и чулками любила наедине со мной. На самом деле Лиза в любой одежде красавица, конечно, но «вау-эффект» на окружающих создавала именно в своем более привычном, ярком образе.

Я тем временем закончил рисунок — творчество помогало отвлечься и направить мысли в нужное русло. За это время Ириниэль уже успела помыть посуду, постирала одежду и теперь втихаря пришла в гостиную, где бесшумно сидела в кресле и пыталась разглядеть, что и как я рисую.

— Готово, — объявил я, отчего эльфийка даже вздрогнула. — Держи-держи, я все отлично запомнил, поэтому даже если в гневе разорвешь, воссоздам снова, — со смешком добавил я, подтолкнув листок бумаги по гладкому журнальном столику в сторону Ириниэль.

Девушка бережно взяла листок, снова замерла подобно статуе. Кожа на щечках стала темнее, язычок нервно облизнул губы, после чего эльфийка прикрыла глаза.

— Что, настолько не понравилось?

— Нет-нет! — торопливо ответила Ириниэль. — Я… Честно говоря, не знаю, что и думать, господин. За время выполнения обязанностей у Светловых я привыкла быть тенью, незаметной если не для всех, то для многих. И… Вдруг я на полотнах! Словно героиня легенд. Достойна ли я изображения и траты вашего времени, Пётр Константинович?

— Вообще-то это мне решать. Хочу — и рисую. Ты мне прекращай свою шарманку про достойна — недостойна, это определяют твои поступки. Провинилась — искупи свои вину и докажи, что я не зря тебя спас. А для этого хотя бы Сороку надо сдать, а не лодырничать.

— Ох. Прошу простить! — Ириниэль чуть лбом о столик не приложилась, когда попыталась резко поклониться, но зато опять увидела рисунок. Улыбнулась. Надо же, хоть что-то может пронять ее, это интересно.

— Чтоб когда я вернусь, все задания знала от и до.

— Да, господин! — взволнованно прошептала девушка и тотчас взялась за книгу. А Машка-то ей уже выдала учебник, оказывается, вот ведь эльфийская лентяйка! Представляю, как при их сроках жизни остальным тяжело ждать выполнение любого заказа… Или доставку! Лучше в какой-нибудь эльфийский офис не устраиваться работать, прогорим нахрен.

Я оделся без изысков, просто подобрал брюки и рубашку под цвет, туфли начистить только — и можно отправляться. Получив напоследок поцелуй от Машки, я первым добрался до автомобиля, подождал, пока Лиза тоже сядет, и направился прямиком к бане.

За это время она стала выглядеть куда шикарнее, однако я по привычке припарковался у запасного выхода. Там горы коробок будто и не исчезали никуда, хотя подвальное помещение стало напоминать какой-нибудь неплохой бар. Отделки не хватает, правда, но мебель первоклассная, барные стулья на всех есть и неплохой набор напитков в баре. Даже немного жаль… Я, правда, и в прошлой жизни особо не налегал на алкоголь, а в этой вообще ни капли не пробовал, поскольку мозг надо беречь. Подозреваю, что упыри не чувствовали влияние алкоголя, но смаковать коктейли какие-нибудь это не мешало, конечно.

— Добрый день, Пётр Константинович! — почти синхронно заявила упыри, что вызвало у меня улыбку. Все выстроились в шеренгу и с волнением ожидали моих слов, только Лиза стояла рядом со мной и строго смотрела на остальных.

Лохмотья давно сменились на неплохие одежды. Отец Влад походил на пожилого мафиози в своем строгом костюме, а близняшки, облаченные в дорогие платья с глубоким декольте, стояли по обе стороны от него. Неплохой выбор! Питание явно хорошее, да и та, которой в прошлом свернули шею, выглядела ничуть не хуже сестры.

Маркус и Алексей носили жилетки поверх алых рубашек, что тоже добавляло стиля, а Стеша надела блузку и неожиданно короткую юбку, отчего теперь то и дело пыталась ее одернуть и нервно накручивала на палец один из хвостиков.

— Добрый. Да вы садитесь, нет смысла стоять, — предложил я, и клан бодро расселся вокруг шикарного игорного стола, стоящего в центре подвала. Сам я уселся напротив Влада, в одиночестве, но Лиза все равно села ближе остальных. — Дела идут хорошо?

— Да, Пётр Константинович, — сухо сказал Алексей, извлекая блокнот из папки, которую он часто с собой носил. — Если желаете, можете ознакомиться со всеми показателями. На текущий момент мы подыскали место под еще две бани в разных районах города. Наемный персонал не будет знать о сути нашей организации, но если вы позволите, мы могли бы поискать… Лучше об этом скажет отец Влад.

Я кивнул, и Влад продолжил, сделав небольшую паузу, будто собирался с мыслями.

— Проблема в том, Пётр Константинович, что новые члены клана приведут к ослаблению всех. Лиза нас очень выручила, получив новые возможности, однако…

Ясно, хотели заодно узнать, получится ли усилить еще кого-нибудь. Я пока так и не понял суть произошедшего, но сейчас есть удобная отмазка.

— А вы вообще нашли новых кандидатов? Все-таки уже немало времени прошло с последней инициации, — перебил я Влада, и тот вздохнул.

— Поблизости — нет.

Хм. Вроде бы захоронений немало? Волхвы ведь не только у Миролюбовки хоронили магов с фиктивными гамаюнами, но и Влад вроде как не всех нашел около склепа… Если это связано с деятельностью волхвов, то искать и вправду проблематично.

— Я так понимаю, что ты искал на всех подозрительных кладбищах в губернии? — уточнил я на всякий случай, и Влад торопливо кивнул.

— Разве что…

Я вопросительно поднял бровь.

— Да?

— Стефания! — позвал Влад, но девчонка только взволнованно сглотнула. — Доча, не трать время господина, — с нажимом добавил мужчина, и только тогда Стеша решилась посмотреть на меня, постоянно отводя взгляд.

— Я… Даже не знаю… Вообще это странно, но… Наверное, нет!

— Не волнуйся так, о чем хотела сказать? — с теплотой произнес я.

— Мы не помним прошлое, когда пробуждаемся, — начал Влад, с укором глянув на дочку. — Но в своем упырьском обличьи можем уловить словцо-другое. Давай, Стеша, даже если тебе показалось, это может быть важным!

Девушка шумно выдохнула, взялась за оба хвостика, попыталась на миг прикрыть ими лицо, затем все-таки выложила:

— Мне кажется, что я слышала… Речь о Туле. Вот. Губерния, и где-то там — кладбище.

Задумчиво постучав пальцами по столу, я достал умнофон и глянул информацию. Часа три — четыре ехать от Липецка до Тулы, хотя все зависело от того, про какое кладбище речь.

— Неблизко. Но если вас протаскивали через границу, то такое распределение — ерунда, могли и заморочиться, — предположил я, задумчиво поглаживая подбородок. — Если есть желание — можете попробовать и поискать, конечно. Только без приключений.

— Конечно, господин.

Если это не выдумка девчонки, то информация занятная. В этом наверняка замешаны волхвы, и вряд ли они просто так затевались в Туле, городе оружейников и родине множества магов Металла. Это ведь тоже крайне важный для Империи регион, неудивительно, что кто-то мог захотеть и его расшатать всякой чертовщиной…

— А я вот ничего не слыхал, пока в гробе храпака давал! — расхохотался Маркус, а Стеша посмотрела на него с такой обидой, будто готова сейчас в него швырнуть чем-то весьма смертоносным.

— Тише, Маркус. Это завязано на силе, раз не слышал, то поводов для гордости точно нет, — произнес Влад с ледяными нотками в голосе. — Простите, Пётр Константинович.

— Пустое. Если подтвердится, то информация достойная. Но этим вы все равно будете заниматься без меня.

Повисла тишина, отец Влад внимательно смотрел на меня.

— Господин?

— Да. Я переезжаю. На пару лет или больший срок — пока сложно сказать, но вы остаетесь сами по себе. Выручка полностью переходит вам, — добавил я максимально серьезным тоном. До этого я забирал себе немаленький процент, но сейчас собирать деньги будет сложновато, и это опять же означало связь с упырями, что риск и для меня, и для них. — Однако это не означает, что вы можете делать все, что заблагорассудиться. Если я узнаю, что пострадал хоть один человек из-за вашего голода или по прихоти, то не обижайтесь. Приду и уничтожу.

Такое мы обговаривали и раньше, но я все же находился рядом и мог их контролировать хоть каждый день. Понимал, что, несмотря на всю помощь, они остаются кровопийцами, большинство которых вообще бы особо не переживало, убивая людей. Пусть клан Влада и вел себя хитрее, их природная суть не изменилась.

— Да. Можете не сомневаться, Пётр Константинович, — твердо ответил Влад через пару секунд, глянув перед этим на остальных. — Благодарим вас за помощь.

— И я вас. Некоторые детали я рассказал Лизе, она посвятит вас попозже. Остается только умнофон… Скорее всего, Алексей, вернем твое дворянство и зарегистрируем Орла, чтобы я мог получить умнофон, а вы заберете умнофон Лизы. На этом контакты будут сведены к минимуму, но не думайте, что я за вами не слежу, — улыбнулся я, но упырям было невесело. Теперь, если что-то произойдет, их никто не прикроет, и дополнительный заработок явно их не очень обрадовал. — На этом все, пожалуй. С Алексеем разберемся в другой день, надо еще справки навести.

— Да, конечно, господин, — Алексей склонил голову и улыбнулся, явно довольный — напоследок я отметил его, как важного помощника.

— Так, встали! — скомандовал Влад и, поднявшись первым, подождал, пока остальные тоже поднимутся. Выйдя из-за стола, упыри поклонились мне и поблагодарили, после чего я кивнул им с улыбкой и отправился к выходу, а Лиза поспешила за мной.

— Петь, а можно заехать за кофе? — осторожно поинтересовалась девушка, когда я завел двигатель.

— М? Ну давай, я не против, — пожав плечами, я пару минут вспоминал, где здесь ближайшая точка сети кофеен «Русалка въ чулкахъ», и вскоре мы уже стояли на парковке. Лиза шустро сбегала за кофе и вернулась с парой стаканов, поэтому я стал ехать медленнее, и даже так старался придерживать стакан ноотикой, чтобы не расплескать ненароком.

Лиза молча попивала кофе, смотря в боковое окно, пока ее черные волнистые волосы красиво развевались от легкого ветерка.

— Петя. А я ведь тоже слышала слова, пока не пробудилась окончательно.

— О? Серьезно? — я глянул на девушку снова, та выпрямилась и говорила без тени веселья на лице.

— Угу. Где-то у Нижнего Новгорода.

Вздохнув, я отыскал взглядом подходящее место. Завел авто в тень многоэтажки, подальше от тротуаров, чтобы никому не мешать. Вроде запасной выход какого-то магазина, не очень подходящее место для важных разговоров, но зато никто не помешает. Заглушил двигатель.

— Ты же это сейчас придумала, да? — строго сказал я, смотря на Лизу.

— Нет.

— Как-то слишком удобно, после слов Стеши пророчество ведет прямо туда, куда я и так собирался.

Лиза пожала плечами, опять пригубила кофе.

— Я сильная. Могла и услышать, в отличие от Маркуса. Петя! — девушка нервно облизнула губы. — Ну ладно, не поверил, хотя я и не солгала. Я тогда была совсем еще бестолковой девчонкой, меня ничего не волновало! Вот и не уделила внимания словам!

— Ладно-ладно, не волнуйся только, — я улыбнулся. — Даже если тебя нашли там и после каких-то проблем перевезли, то спустя столько лет искать кого-то еще нет смысла.

Лиза допила кофе. Осмотрелась по сторонам, поправила волосы, после чего посмотрела мне в глаза.

— Петя, а Петя… Мой ротик сейчас очень теплый. Я тебя не разочарую, поверь.

Пальцы Лизы прошлись по моей ноге, скользнули к ремню. Девушка повернулась на сиденье поудобнее, наклонилась ко мне, ее волосы красивым волнистым шелком легли на штаны, когда она начала возиться с застежкой.

— Лиза.

Пришлось приобнять девушку, прижать к себе. Лиза уткнулась в мое плечо, ноготки впились в рубашку, когда девушка заплакала. И без того было понятно, что она искала любые способы, но мне такие «жертвы» не нужны.

— Ты красавица, Лиза, — продолжил я, поглаживая девушку по спине. — Я не взял тебя с собой не потому, что ты до сих пор ничего… Эм, не сделала.

— Я — упырь! Конечно, я тебе неинтересна! — приглушенно заявили мне в плечо.

— Первое больше похоже на причину. Да, из-за того, что ты — упырь! Ну и что такого? — я усмехнулся и погладил Лизу по волосам, она наконец-то отпустила мою одежду и посмотрела на меня. Лишь слезы текут по щекам, а внешне она даже и не изменилась.

— Что ты хочешь сказать, Петя?

— Мне будет грустно, если тебя обнаружат кудесники и захотят прикончить, — коротко сказал я, а Лиза молча вытирала слезы, неотрывно смотря на меня. — Надеюсь, что там будет Пыль, и я наконец-то смогу поэкспериментировать.

Лиза опять шмыгнула носом, склонила голову.

— Петя, ты и без того словно освободил меня, я чувствую небывалую легкость и силу… Уже за это я тебе благодарна до конца этой своей второй жизни, — слабо улыбнувшись, прошептала девушка.

— Этот эксперимент — еще ладно, — перевел я тему. — Вы ведь пьете кровь не ради гемоглобина или железа какого-нибудь, а ради Пыли в клетках, именно она заряжает вашу силу, поскольку мана в клетках нежити не восстанавливается сама по себе. Если я пойму принцип, то… Это что-то изменит в тебе, я думаю, — как-то слишком неуверенно закончил я. Мысли у меня такие были, да и сама идея изучить Пыль всегда меня волновала. Упыри являлись интересным исключением, и если я смогу помочь Лизе в ходе своих изысканий, то это только в плюс.

— Можно тебя поцеловать? — коротко сказала Лиза.

— Валяй.

Девушка закрыла глаза и коротко чмокнула уголок моих губ, не решилась на большее. От кофе губы действительно все еще были теплыми.

— После этих слов, Петя, я… Просто прикажи, я сделаю все что угодно. Если скажешь остаться здесь — останусь, буду терпеливо ждать, — прошептала Лиза. — Если нет, то…

Я подумал немного. Если правда найду возможность для опытов, то кроме как на Лизе, не на ком.

— Я сперва оценю обстановку, потом сообщу, сможешь ли ты приехать. Только так.

— Буду с нетерпением ждать, Петя, — почти что промурлыкала Лиза, осторожно погладив меня по руке, словно боялась моей реакции на ее прохладную кожу. Но я уже привык так-то. — Слушай, Петя. То, что до этого… Я действительно не против, это не только от отчаяния, — отведя взгляд, еле слышно добавила девушка. — Можно я схожу за еще одним кофе?

Пригладив волосы, я закрыл глаза.

— Можно.

Глава 4

Стали ближе

Пафосные обещания я раздавать не спешил, поскольку в исследовательской деятельности не силен, и это мягко говоря. Во многом я опирался на познания Ленки, но она банально не могла подсказать по явлениям, которые отсутствовали в прошлом мире, так что с Пылью, в живых или не очень организмах, мне предстояло разбираться самостоятельно. Хотя Лизе это было и не очень важно по сравнению с моим вниманием. В какой-то степени я действительно ее сторонился, не обращал внимания на намеки, но после этих лет общения с упырями и так стало ясно, что они далеки от классического понимания «нежити», которое могло возникнуть после знакомства с рыцарями смерти или драуграми. Лиза привязалась ко мне, и вместе с тем понимала, что она не человек и даже не обычная чудь, поэтому связать свою судьбу с моей будет проблематично. Возможно, ее опьяняли способности «высшей», которые я ей каким-то образом подарил, может тянулась к моей силе или же просто я ей понравился за эти годы, но появление Машки, Ириниэль, а затем и планы переезда вынуждали ее открыться. Хотя теперь у меня складывалось впечатление, что Лиза активнее всех одаривала Машку не только из-за симпатии, но и для того, чтобы та была не против самой Лизы в качестве моей любовницы… Потом и до меня очередь подарков, видимо, дошла бы, но обстоятельства сложились иначе.

Ладно, я хоть сначала и был в сомнениях, но такая искренность не могла меня не тронуть. Все-таки Лиза хороша собой, доказала свою преданность и прилежность в делах, глупо отказываться от такой приятной девушки. Особым эксплуататором я себя не ощущал, поскольку сперва хитрая Елизавета подлизывалась ко мне именно в расчете на благосклонность, кто же виноват, что она слишком втянулась?

Когда мы разобрались с отношениями и будущим, Лиза сразу же повеселела. Да и мне как-то спокойнее. Промокнув губы платком, Лиза поправила волосы, взяла пустые стаканчики из-под кофе и ловко швырнула в мусорный контейнер, возле которого я притормозил, после чего заехали в типографию. Там Лиза изменила вариант выплат на выдачу средств переводом в отделении Почты Российской Империи — редко на такое соглашались, но я уже перешел в категорию постоянных авторов в ежемесячном журнале «Шалунъ», плюс продолжал делать рисунки для всякой мелочевки, вот и пошли на небольшие уступки.

— Все прошло отлично?

— Конечно, Петя! Немного повозмущались для вида, но недолго, — Лиза хитро глянула на меня и улыбнулась, когда я погладил ее бедро. — Куда теперь?

— После вчерашнего в спорткомплекс как-то идти не хочется, безопасность там на нулевом уровне. Объявлениями о продаже займемся вечером, сейчас надо всякие чемоданы прикупить и прочее в дорогу. Но тренировку я отменять не собираюсь.

— А, понятно, — Лиза легонько куснула губу, посмотрела в боковое окно. — Тогда…

— Нет, сегодня ты тоже тренируешься.

— Ч-что⁈ — Лиза резко развернулась ко мне, на личике читалось удивление вместе с восторгом. — Петя…

— Я не бросаю слов на ветер. Кем бы я был, если бы сказал, что буду за тебя волноваться, но не сделал ничего для твоей защиты? Да и надо тебя проверить, а то когда ты последний раз давала волю коготкам?

— Можно тебя поцеловать?

— Необязательно об этом спрашивать каждый раз…

Лиза хихикнула и чмокнула меня в щеку раз, второй.

— Знаешь, Петя, ты может уже и не помнишь… Первый раз, когда я тебя увидела, ты блистал из-за своих сил, я тогда сказала… Что ты как путеводная звезда! — прошептала Лиза мне на ухо, прижимаясь ко мне грудью вполне целенаправленно. — Если бы не бледная кожа, я бы сейчас покраснела до ушей. Ох… В общем, ты уже давно для меня блистаешь как звезда, и становишься только ярче, а дело теперь уже не в силах. Уф. Сказала…

— Влюбилась, то есть? — улыбнулся я.

— Пётр Константинович! Как можно было так бесцеремонно ляпнуть в подобный момент⁈ — возмутилась Лиза, легонько ударив по моему плечу кулачком. — Вы, что, не одобряете сложные обороты речи и иносказательность⁈ — отведя взгляд, Лиза уселась ровно и сложила руки под грудью, но затем снова улыбнулась. — Блинский блинчик, как говорит Маша!

— Да ладно тебе, я понимаю. Но мне важнее дела, поэтому-то вместо громких слов я предлагаю просто пойти и заняться тренировками.

— Тем и ценен, — промурлыкала Лиза. — И правда, много дел, надо все успеть.

После закупки мы вернулись домой. Машка сразу же бросилась любоваться чемоданами и прикидывать, что в них сможет уместиться, Лиза пошла искать более привычную одежду, а я направился к Ириниэль. Эльфийка действительно занималась самообразованием, но раз она провела немало времени в обществе дворян, то я не и не сомневался в успешности экзамена.

— Смотри, что тебе подыскал. Внешне немного отличается, но издалека разница невелика, — объяснил я, показывая чокер. По пути домой машину вела Лиза, так что я уже успел немного поколдовать над внешним видом ошейника.

Меня сложно назвать мастером, но добавить небольшие элементы из металла без инструментов не так уж и сложно. Это ошейник Машки я делал довольно долго, в этот раз я использовал сохраненные вербы для сотворения нужных декоративных элементов, оставалось только закрепить их, изгибая металл ноотикой.

— Выглядит очень похожим, — осторожно сказала девушка, и, судя по легкому испугу, который эльфийка испытала в первые секунды после увиденного, я не сомневался, что действительно получилось неплохо.

— И без функционала. Или же тебе нравится идея быть моей в качестве рабыни?

— Кто же захочет быть рабыней, господин? Но я всецело принадлежу вам, пусть и без искусственных оков, — добавила девушка, когда я застегивал чокер. Смотрелось отлично и… Погодите-ка, считывание настроения показало, что ей правда нравилось. Может, из-за привычки? Даже с долгожительством, вряд ли Ириниэль хорошо помнила времена, когда была свободной.

— Не жмет?

— Все превосходно, господин. Благодарю за вашу заботу. Пусть ваша нить никогда не порвется!

Последнюю фразу девушка сказала два раза, поскольку сперва произнесла ее на незнакомом языке. Но судя по одинаковой интонации, смысл идентичен с последующей расшифровкой. Видимо, речь о нити жизни, здесь такое понятие тоже встречалось.

— Так ты говоришь на эльфийском?

— Это общий язык подземелий, — с грустной улыбкой сказала Ириниэль. — Я имею в виду, моей родины. Там жили не только темные эльфы, но сейчас, наверное, уже никого не осталось.

— У тебя там кто-то был?

— Из родных? Нет, — Ириниэль была немного удивлена тому, что я вообще заинтересовался. Мне-то вообще сложно оценивать, со своей колокольни я считал, что несколько десятков лет — очень большой срок, но спрашивать про иные расы теперь было как-то неудобно. — Лесные эльфы подмяли все под себя ради мнимой свободы, а теперь продают в рабство своих же сородичей. Как иронично.

Да, если так подумать, то темных эльфиек я больше не встречал, а вот лесные весьма распространены. Да и у Светлова Ириниэль была единственной темной.

— Тогда у тебя есть отличная возможность повидать мир без оглядки на прошлое.

— Вы правы, — Ириниэль улыбнулась, потрогала ошейник. — Буду рада сопровождать вас в путешествии, Пётр Константинович.

— И я рад твоему обществу, Ириниэль.

Перед тем как отправляться, мы все-таки пообедали, после чего уже вчетвером направились в магазин, чтобы купить одежду. В принципе, для девушек нет поводов НЕ покупать одежду, даже прогулка мимо торгового центра уже являлась неплохой причиной.

«Неправда, братик! Я так не делала! Не ходила по магазинам, и что же я, не девушка теперь?»

Девушка, конечно, из еще более опасной категории дам, которые заказывают все на дом. К счастью, здесь еще нет интернет-магазинов, а то соблазн у всяких обладательниц пушистого хвоста весьма велик. Мне не жалко, особенно если учесть, что Машка любила наряжаться для меня, но все же нужно знать меру.

Насчет отсутствия у Ириниэль регистрации, полагаю, можно не волноваться. Эльфийка весьма известна в Липецке, поэтому не вызывала вопросов, скорее уж все будут искать графа поблизости и удивятся его отсутствию, но мы и не собирались долго торчать в магазине. Торговый центр я выбрал не самый популярный, но ассортимент из-за этого не сильно страдал, разве что всяких бутиков с ультрадорогими товарами почти не было.

В целом, торговые центры здесь не сильно отличались от привычных из прошлого мира — самообслуживание позволяло спокойно все выбрать, ассортимент весьма широк, хотя большей частью представлены товары Российской Империи. Отличалось разве что распределение по представительствам купеческих гильдий — часть торговых центров сотрудничала с одними, часть с другими, но зачастую местный Род старался не допускать монополию, поэтому гильдии конкурировали и соревновались уже за право красиво выложить товары на полках или занять места в торговом зале побольше.

А вот любительницам пощеголять в забугорных шмотках лучше выбирать бутики, поскольку ограниченное количество гильдий имело если не доступ, то хотя бы возможность иметь мощный торговый флот, но здесь уже часто подключался сам Род и брал торговлю на себя. По этой причине в Липецке попадалось немало британских товаров, но исключительно в лавках Светлова, а товары из Империи Небесного Дракона, например, широко представлены разными поставщиками. Как семьями, так и гильдиями.

Для простых покупок это знать не особо и важно, но я пытался понять, кто из Родов влиятельнее, поскольку в будущем мне понадобятся средства, и надо постепенно прикидывать, кто мог бы заняться инвестициями в мои сомнительные дела. Но небольшой интерес все же был — интересно же, насколько широко влияние иных рас на торговлю и быт. В лавках Светлова я видел разве что одежду и украшения, но эльфийская мода довольно специфична: постоянно подпитывать одежду Природой, чтобы не завяла, не самый практичный вариант, но если кому нравятся полностью натуральные ткани, выбор идеальный. А вот странные чаи из желтых газетенок не видел — похоже, что они редки, либо же являлись выдумкой журналюг.

Пока я оценивал ассортимент и глазел на ценники, Машка прикупила разное белье, новые джинсы, рубашки, но не забыла о платьях и подходящей обуви. Я тоже взял новый костюм, но заполнять гардероб в период активного роста все-таки не спешил.

Лиза подыскала новое платье, на этот раз красное, а оставшееся время провела за выбором чулочков, пока мы с Машкой помогали Ириниэль. Создавалось впечатление, что эльфийка не признавала ничего, кроме облегающих кожаных штанов, хотя при ее фигурке прятать ножки — преступление! Поэтому-то и не поехали сразу за Сорокой, а то для комиссии девушка явно выглядела весьма агрессивно настроенной.

Удалось подобрать и платья, и блузки с юбками, хотя Ириниэль все-таки обрадовалась куда больше, когда смогла найти очередные облегающие штаны и джинсы…

— Над чем думаете? — заинтересовалась Лиза, пока покрасневшая Маша стояла рядом с Ириниэль в отделе нижнего белья.

— Над выбором. Маша шокирована, — отозвался я.

— Я не знала, что эти веревочки… Блинский блинчик! — Машка показала на резинку стрингов Ириниэль, торчащую над ремнем. — Т-трусы!

Эльфийка пожала плечами.

— Это часть боевой униформы эльфийских жриц Тени. Тьма должна обволакивать как можно больше кожи, глупо скрывать ягодицы под тканью.

— То есть жрицы воюют в стрингах? — заинтересовался я.

— Можно назвать это церемониальным одеянием. Профессиональные воительницы воюют нагишом, Пётр Константинович, — не без гордости заявила Ириниэль.

— Но ты тоже вполне профессиональная воительница, если честно.

— Петя! — в один голос сказали Лиза и Маша.

— Вы мне льстите, Пётр Константинович, — ничуть не смутившись, заявила Ириниэль. — После разгромного поражения я не чувствую себя достойной даже облегающих одежд, подчеркивающих контуры моего тела. Но я буду тренироваться! — с энтузиазмом заявила эльфийка.

— Интересные у вас обычаи, — серьезным тоном сказал я, уже представляя, какое шоу могли бы устраивать десятки темных эльфиек, если бы все сложилось иначе. Я бы поглядел!

Улыбнувшись, Ириниэль кивнула, а Машка подобралась ко мне и схватила за руку.

— Так вот какое тебе белье по душе, да? — строго спросила девушка, навострив ушки. — Купишь мне?

— Опять вы обо мне пытаетесь вывод сделать, — вздохнул я. — Зачем выбирать суп, котлетки или торт, если можно употребить полноценный обед из всех блюд?

— Ого. Поняла, фыр! Ой, — Машка смущенно улыбнулась, а хвостик пришел в движение.

Лиза тоже подошла и взяла меня за вторую руку.

— А я все равно могла бы купить, Петя. Вместе с красивыми чулками будет выглядеть очень даже!

— Похоже, что вы стали ближе, — прищурилась Машка. — Поздравляю, хе-хе. Я думала, ты будешь активнее, Лизонька!

— Н-не хотела мешать, — Лиза отвела взгляд, приложила кулачок ко рту. — Спасибочки.

Что-то у меня голова кругом, но хорошие отношения в такой ситуации мне нравились.

— Так, девчонки, вы уже все купили? Нечего тут болтать почем зря, — напомнил я, а то если кто-то со стороны услышит, то точно не поймет.

— Сейчас, Петенька! — чуть ли не в один голос заявили Лиза и Машка, после чего бросились выбирать оставшееся.

После магазина мы отправились за Сорокой. Похоже, что Светлов замолвил словцо, иначе каким образом Ириниэль без всяких очередей сразу получила возможность сдать тест… Но птица у нее, и это важнее всего.

Теперь можно и за город отправляться. За время активных тренировок мы с Машкой уже изучили чуть ли не весь пригород, причем пешком, так что отыскать спокойное место — не проблема. Особенно хороша полянка, которую не видно с дороги из-за холмов, а небольшой лесок вокруг делал и без того неплохое место воистину таинственным.

— Переодевайтесь, — сказал я, заодно вытаскивая из машины сумку с оружием.

Первым переодеваться начал я сам: отвернулся ото всех, аккуратно развесил одежду и нацепил новую. Но когда обернулся, обнаружил, что все три девушки втихаря на меня поглядывали, но после этого быстро отвели взгляды. Ну Маша и Лиза еще ладно, а эльфийка чего это вдруг? Пыталась понять, откуда во мне силы каждый раз выдерживать ее шквал ударов?

Девчата тоже переоделись в спортивную одежду, после чего я подтащил поближе упавшее дерево, отломил мешающие ветви, а Машка постелила одеяло.

— Сейчас оценим силы, — громко объявил я. — Мы с Машей уже нередко тренировались вместе, так что она и сама может вам рассказать про бег и все такое прочее. Добавляем к этому магический бой, бой с оружием и рукопашный. По способностям, в общем.

— Мы с Петей пробовали магический, но это непросто, — с легкой улыбкой сказала Машка, заинтересованно шелестя по одеялу хвостом.

Было дело, когда я тренировал Машу использовать ее ледяную магию. Скорее уж я выступал в роли манекена и ставил щиты, поскольку реальные дуэли наверняка проходят иначе из-за долгого произнесения заклинаний.

— Лиза, иди-ка сюда.

— Да! — четко ответила девушка, выбежав ко мне. В ее алых глазах сверкал воинственный огонек, но вместе с тем читалось веселье.

Показатели Лизы почти не изменились с нашей первой встречи, поскольку я ее не тренировал и не рассказывал про суть магии. Разве что уровень вырос до тридцать седьмого после первого поглощения крови, хотя фактически показатели не менялись — видимо, окончательно пропала стагнация из-за голода. Но даже так Лиза была сильнее любого человека, а во сколько? Показатель «23», как и любые нечеловеческие возможности, тяжело сравнивать с обычной десятибальной шкалой. «4» — это условный мужчина лет восемнадцати, который немного следит за собой, занимается физкультурой без изысков. А «8» — условный олимпиец, «9» и «10» — какие-то допинговые рекордсмены в единичном экземпляре. Если прикинуть, что тяжелоатлет может поднять свыше двухсот кило, а рекордсмены и четыре сотни, то от вышеназванного студента все-таки не стоило ждать легкого подъема ста кило. А разница у рекордсменов тоже велика, хотя по шкале они находились рядом.

Моя сила вообще еще не откалибрована по среднестатистической, но то, что я сильнее ровесников, это очевидно. А вот что стоило ждать от Лизы? Подъем тонны? Пары тонн?

С ловкостью чуть проще, несмотря на похожую проблему в сравнении. Чем выше разница между ловкостью своей и соперника, тем сложнее наносить удары или уклоняться. У Лизы «15», то есть она еще ловчее, чем Ириниэль, но часть ударов эльфийки я все-таки отслеживал, поскольку почти довел до пика текущие человеческие возможности.

Выносливость — еще проще, поскольку это условный запас сил. Чем меньше — тем быстрее выдохнешься. Упыря загонять сложно, Ириниэль слабенькая, на уровне середнячка даже по человеческим меркам. А вот Машка, да еще и зимой, как бы даже скелетов обратно в могилу ни загнала при ее любви к бегу… Но сила и ловкость у нее меньше, хотя все впереди, конечно. Уровень у нее все равно высокий благодаря мощной магии, поэтому напрямую числа не говорили о том, сложно будет победить противника или нет, поскольку не учитывали защитные возможности. Скорее характеризовали количество люлей, которые можно отхватить, если у тебя с противником слишком большая разница.

В остальном же не стоило совсем уж зацикливаться на показателях, поскольку к делу примешивалась магия. И при всех своих возможностях Лиза страдала от «Изгнания», поэтому маги Света могли свести на нет все ее преимущества.

— Так, нападай. Можешь особо не сдерживаться, я прикрыл себя защитой, — заявил я, пока Лиза пританцовывала на месте. — Только особо не переусердствуй, нам это место еще нужно.

— Хорошо, но… Ты уверен, Петя? — девушка склонила голову набок. — С когтями?

— Ага.

— Тогда начинаю.

После усиления Лиза не слишком менялась внешне даже в «боевом» режиме, только глаза становились ярче, а ноготки превращались в когти, окутанные темной дымкой. Девушка пронеслась как мимолетный силуэт, врезалась в меня на полной скорости, я услышал лишь вскрик удивления Машки и увидел то, как она вскочила с бревна.

Пролетев метров десять, я крутанулся в воздухе, стабилизировал себя ветром и ноотикой, оставил кроссовками борозды на земле и поднял тем самым столб пыли.

Лиза замерла, приложив когтистую руку ко рту.

— Прости… Ты же…

— Норм. Ты правда стала сильнее, — усмехнулся я.

Одержимый все-таки был сильнее Лизы, но медленнее, уже какой-то ориентир. Его данные не отражались, так бы оценить было проще, конечно. Но и девчуля мне точно сломала бы ребра, если бы я не укреплял ноотику.

— Давай-ка чуть медленнее, а то ни девчата не поймут, ни я толком пока не могу среагировать.

— Х-хорошо, — растерянно сказала Лиза, но все же опять приготовилась бить.

Рывок — я поймал момент, когда девчонка стартовала, поэтому сразу отбросил себя импульсом в сторону. Придется таким образом разгонять свою ловкость, простых человеческих способностей против чуди не хватает… Чуть не проворонил момент, когда Лиза догнала уже в новой точке, подставил окутанную полем руку под удар, подсечка. Лиза начала падать, но воспользовалась тем, что умела летать, и крутанулась на месте, пытаясь зацепить уже мои ноги. Прыгнув, сразу же толкнул себя ноотикой вниз, почти припечатав Лизу ботинком, но девчонка уже вскочила на ноги. Взмахи когтями со свистом рассекли воздух, да так быстро, что уворачиваться от них уже не было возможности. Либо отбросить себя назад и держать дистанцию, либо пытаться блокировать. Рукой поймал царапки Лизы, подловил ее второй удар и воспользовался импульсом нечеловеческой силы самой Лизы, чтобы кинуть ее через себя и хорошенько приложить о землю — опять поднялась пыль, но удержать руку девушки и дальше было непросто. Рывком высвободившись, Лиза подскочила и по широкой дуге рубанула когтями снизу вверх, вынуждая меня отскочить в нужную ей сторону, куда она ударила быстрым прямым ударом второй рукой. Попав мне в грудь, отбросила и рванула в полете следом, но я резко упал на землю и разогнал Лизу еще сильнее, отчего она впечаталась лбом в дерево и шлепнулась на землю.

— Пока хватит, — шумно дыша, сказал я.

Лиза потирала затягивающуюся ссадину на лбу, прислонившись спиной к стволу дерева, и улыбалась.

— Ты невероятен. Без магии! Я думала, что смогу победить с легкостью.

Я не стал вдаваться в подробности, поскольку для местных такое быстрое использование заклинаний Пси было бы невероятным само по себе, а еще и расчет под разные объекты… Единственное, что я видел в местной боевой телекинетике, это принцип создания четко подобранных снарядов и метание их силой мысли, то есть единственный верб под конкретный тип предметов. Возможно, что в заклинаниях уровня магистра есть подстраивание под условия, но прочитать о них негде.

— Петенька, ты в порядке? — спросила Маша и подбежала ко мне. Лиза виновато прикусила губу и, поднявшись, тоже поспешила ко мне.

— Ага, норм. Но синяки точно будут, — со вздохом сказал я, чтобы красавицы облепили меня с двух сторон, начали меня наглаживать и шептать слова поддержки. Если все время из себя героя строить, то грустно! Пусть заботятся, хотя я уже наложил вербы Природы для восстановления.

— Господин, вы сражались с тридцать седьмым уровнем на равных? — с изумлением сказала Ириниэль, продолжая сидеть на месте.

— Не совсем на равных, раз без магии, — усмехнулся я.

— Так какой же у вас, Пётр Константинович? — не унималась эльфийка.

— На лбу ж написано, тринадцатый.

Все-таки чуть выше лба, но звучало забавно.

— Мне еще многому предстоит научиться. Благодарю вас снова за возможность, господин.

— Нет-нет, только не надо опять на колени! — предупредил я, поскольку девица порывалась это сделать. — Ограничимся прямым указанием. Когда я приказываю, тогда и становишься на колени, в другом случае не следует так делать.

— Как скажете, господин, — склонила голову Ириниэль.

Отпустив Машку и Лизу и уверив их, что все будет в порядке, я достал из сумки шпагу, позвал к себе на этот раз Ириниэль. Эльфийка с готовностью взялась за мечи сразу после того, как надела очки с зачарованием. Их, как и один комплект одежды, я умыкнул после инцидента в спорткомплексе, так что я в очередной раз переоделся под внимательными взглядами девчонок.

— Готова?

— Всегда, господин.

— Погнали.

Машка и Лиза одновременно издали возгласы удивления, когда вживую увидели ту скорость, с которой атаковала эльфийка, создавай свой шквал металла. Она ни на шаг не отступала и беспрерывно атаковала, пока я отражал от силы только треть ударов, остальные поглощая ноотикой. За три месяца это уже стало весьма привычным делом, однако сейчас мне давалось сложнее. Постоянные обманки, атака одной шпагой для выманивая контрудара, следом выпад второй, даже одновременные удары, финты и просто подавляющая мощь заставляли сосредоточиться и полностью погрузиться в противостояние. В честном бою бреши в защите Ириниэль без помощи магии никак не создать, и это же делало ее превосходным тренером… Если уж не для фехтования, поскольку маловероятно, что кто-то из дворян сражается на ее уровне, то для ловкости — точно.

Минут через двадцать Ириниэль сдалась сама. Ее униформа стала мокрой от пота, она часто дышала и смотрела на меня с уважением, а Лиза и Маша захлопали в ладоши.

— Так вот чем ты там занимался, Петенька, — с восторгом сказала Машка, когда подбежала и, повернувшись ко мне полубоком, принялась махать хвостиком, чтобы остудить меня немного. Я тоже успел взмокнуть…

— Вроде того.

— А ты неплоха, — одобряюще цокнув язычком, сказала Лиза. — Я бы попробовала с коготками против металла, даже интересно.

— Почту за честь, — склонила голову Ириниэль и улыбнулась. — Господин, что скажете?

Я озадаченно осматривал показатели Ириниэль. Они изменились… Но когда? Расширенную статистику знакомых я смотрел довольно редко, но перед тренировкой сверялся и видел показатели Сороки, неужели повысились за эти двадцать минут? Ириниэль до этого была рабыней со стагнацией, это понятно, но рост все равно впечатляющий. Даже магические показатели выросли! Не говоря уже об уровне, который скакнул почти в два раза. Нам бракованную Сороку выдали? Хотя я все-таки оценивал вербинит напрямую, без оглядки на данные птиц…

'Ириниэль Андеррок

Возраст: 56

Раса: темный эльф

Уровень: 35

Сила: 7

Ловкость: 15

Выносливость: 7

Магический потенциал: 2

Величина истока: 4

Маг пси, базовый

Маг тьмы, опытный

Причуда: Клинки тьмы, макс'.

— И зачем прибеднялась? Тридцать пятый же, — фыркнула Лиза. — Очень выгодно быть девушкой Пети, открывается новый мир, — добавила она со смешком.

— Согласна. Хотя я с Петенькой не из-за этого, фыр! — смущенным голоском сказала Машка и прикрылась хвостом.

— Я т-тоже, просто… К слову! — ответила Лиза, а Ириниэль в это время вызвала меню Сороки и тоже разглядывала, не веря своим глазам.

— Господин… Одним мгновением повысил показатели, которые я тщетно пыталась развить десятки лет! Разрешите мне встать на колени! — взмолилась Ириниэль, сделав ко мне шаг.

— Тихо-тихо, просто порадуйся успехам. Да и Машка права, мы вообще впервые сегодня собрались, то ли еще будет, — загадочно усмехнулся я, хотя понятия не имел, что за хрень вообще происходит…

У Маши с Ириниэль похожая ситуация, они обе рабыни, но показатели Машки росли постепенно, а не скачкообразно. Показатели Лизы тоже росли скачкообразно, но она не была рабыней. Где логика, а? Где она⁈ И Ленка не могла подсказать, с прошлого раза всё только больше запуталось.

Впрочем, я рад, что мои девчонки сильны. По уровню они равны сильным дворянам, если брать пример с Пушкиных, а не с вечно бухающего Светлова, и это не предел, я тоже в этом уверен.

— Кто теперь тренируется? — поинтересовалась Машка.

— Мне надо отдохнуть немного, но ты можешь продемонстрировать возможности, — потрепав девушку по ушкам, сказал я, и Машка радостно взвизгнула, после чего прибежала в центр полянки и встала в пафосную позу из моих комиксов.

Ушки подрагивали от волнения, хвост пришел в движение… Да! Ледяная глыба с глухим стуком упала на землю, а следом в нее прилетели сосульки. Чтобы не терять в зрелищности, Машка шептала заклинания, поскольку невербально могла творить только легкие вербы, но даже этого зрелища хватило, чтобы впечатлить остальных.

— Теперь я понимаю, что мне грозило, — сглотнув, сказала Ириниэль. — Но это же невообразимая магическая мощь. Даже ледяные виверны не в состоянии сотворить столько льда за мгновения!

— Хи-хи. Бери выше, впечатляет сильнее Вечной Льдинки! — не без гордости заявила Машка, чей хвост непрерывно покачивался от радости. — Я так и сказала, когда впервые увидела, фыр! Ой. Но вообще — все благодаря урокам Пети.

— Нельзя на колени, — коротко сказал я Ириниэль, а она разочарованно вздохнула. — А что касается уроков — ты, Ириниэль, пока на испытательном сроке. Будешь себя хорошо вести — я подумаю.

— Поняла, господин. Я не подведу! — с благоговением прошептала девушка, приложив ладонь к сердцу. Вернее — на грудь, конечно, футболка слишком обтягивала прелести. Хотя подходящее ли слово «слишком», хм… Гормоны не давали покоя.

— Пока что предлагаю вам пробежаться, мы с Лизой присоединимся, — добавил я, и Маша с Ириниэль побежали наперегонки вперед, правда эльфийка почти сразу начала отставать от пушистого хвостика.

— Как тебе бой? — спросила Лиза. Поскольку мы остались по какой-то причине наедине, она немного занервничала и стала поправлять волосы, поглядывая на меня из-под ресничек.

— Ты бьешь весьма бесхитростно, напираешь на превосходящую мощь. Но от «Изгнания» это не поможет, поэтому есть два момента. Первый — бить хитрее, можем попробовать отработать в ближайшие дни. Второе — магия. Но мне нужен ответ.

— А… Какой? — Лиза подошла ближе, неотрывно смотря на меня.

— До конца со мной? После сегодняшних событий я и так понимаю, но все же хочу получить твой четкий ответ.

— Да, Петя. До конца. Клан мне важен, но если встанет выбор… Это ты, — тихо, но четко сказала девушка.

Кивнув, я отыскал подходящую ветку, нашел место поровнее и принялся записывать символы. Лиза подошла сзади, стала с интересом наблюдать.

Я не знал, какие именно заклинания школы Камня считаются здесь достойными магистра, поскольку получил его иным способом, поэтому просто прикинул затраты маны и силу верба, которые могли бы соответствовать.

— Выбери цель. Допустим, вон то здоровенное бревно, — указал я на еще одно здоровенное дерево. — Представь цель, удерживай, после — прочти вслух написанное.

Лиза взволнованно кивнула, подошла ближе, прочитала. Затем протянула руку на всякий случай, произнесла.

Небольшой булыжник со свистом врезался в ствол, вокруг разлетелись щепки. Девушка ошарашенно смотрела на произошедшее, но от усталости качнулась, и я ее подхватил.

— Переборщила все-таки, я так и думал. Собственной маны нет, поэтому расход идет от выпитых запасов крови. Так что пользуйся этим только для самозащиты.

Лиза обняла мою шею, и с удивлением смотрела мне в глаза.

— Я упырь, но могу пользоваться кудесничеством такого уровня? Как это вообще…

— Не пробовала произносить заклинания?

— Пробовала, как и все из клана, но уже на уровне школяра просыпается голод, — ответила девушка, радостно улыбаясь. Похоже, что слабость была из-за внезапной потери маны, а теперь ей просто нравилось находиться в моих объятиях. — Спасибо, любимый, — прошептала Лиза, осторожно погладив мою щеку.

— Не думай, что слабеющий голос и сладкие слова помогут тебе и дальше отлынивать от пробежки. Давай-давай, нам еще догонять!

— Ох, а какой момент был романтичный… Ладно, побежали, — вздохнула Лиза. — Но я все равно очень благодарна, Петя.

Стерев верб, я кивнул и улыбнулся.

— Главное — береги себя.

Улыбнувшись в ответ, девушка побежала следом за Машкой и Ириниэль, а я присоединился к ним буквально через пару секунд, проверял показатели.

Да, если раньше у Лизы была указана просто предрасположенность к виду магии и стагнация, то теперь она вновь стала Магистром Камня. Оптимизированный верб снизил траты маны, и по цепочке «разбудил» все измененные запасы Пыли в ее теле, судя по всему. В прошлой жизни Елизавета и сама умела пользоваться мощными заклинаниями, но кому она помешала? Это уже другой вопрос.

Глава 5

Путешествие

За совместными тренировками пара недель пролетела незаметно, не говоря уже о сборах и прочих хлопотах. Сражения с соперниками, обладающими нечеловеческими характеристиками, неплохо мне помогли — удалось поднять ловкость до десяти. Это не пик развития, поскольку в будущем значения опять будут подстраиваться под среднестатистические, но все равно очень даже неплохо.

Машу вот так сразу учить махать железками я не стал, и поскольку в атаке она полагалась на магию, остальные девчонки помогли развивать защитные умения. В первую очередь — тоже ловкость, которую Машка подняла на единицу, как и я.

Для Лизы тренировки физических показателей все-таки оказались бесполезны, поскольку у нее и без того запредельные характеристики, и лишняя беготня никак не помогала. Однако это не значило, что всё зря. Я отрабатывал с ней бои, отыгрывал разные виды нападения, будь то магия или шпага, и даже за столь короткое время девушка перестала просто давить мощью и начала хитрить. Такое в характеристиках не учитывалось, поэтому в любом случае являлось преимуществом. Сюда же можно отнести изучение магии — не такое подробное и обширное, как с Машей, поскольку Лиза не могла долго колдовать из-за своей природы, но парочка заклинаний в ее арсенале появилась.

Ириниэль же не остановилась на скачкообразном росте и всего-то за пару недель опять смогла улучшить выносливость. Это давалось эльфийке нелегко, она тренировалась до изнеможения и всячески показывала свою готовность расти и дальше, поэтому все помогали ей в силу возможностей. Но даже так — весьма быстрое повышение, особенно если принять во внимание летние тренировки, где Ириниэль тоже немало уставала, но результат оставался нулевым.

Однако вербам я все-таки ее пока что не обучал. Пусть Ириниэль мне и нравилась, но для обучения я хотел получить лояльность несколько иного рода, а с долгоживущими расами сложнее строить взаимоотношения. Сейчас девушка готова путешествовать со мной, но в рамках ее жизни это нечто вроде небольшого приключения, насколько она серьезна? Хотя даже если бы решил заняться магическим образованием, то пары недель для этого не хватило бы, поскольку требовалось все начинать с нуля. Эльфийка, конечно, являлась псимагом, что несколько упрощало будущее обучение, но в остальном ее магические показатели довольно скромны.

С имуществом тоже разобрались: квартиры покинули, лишние вещи клан забрал себе, скорее всего старую одежду Маши присвоила себе Стефания. Автомобиль упыри тоже собирались у меня выкупить, но я их предупредил, что он все-таки засвечен в делах Светловых, поэтому лучше продать на сторону и забыть о нем.

А вот с умнофонами — беда. Справки-то мы навели… Найт оказались из британского дворянства, к счастью — не особо тесно завязанного с бывшими правителями. Большинство семей после победы эльфов осели в других странах, как простой пример — Рэйберт, бывшая невеста младшего Светлова. Найты присягнули в верности Императору Российской Империи еще пару сотен лет назад, но дела у них шли так себе. В отличие от Лизы, им и возвращаться было некуда, а глава еще и детишек стругал без конца, так что Алексей был из тех потомков, которые отправились за лучшей долей на поиски Чертогов. Дело опасное, прибыльное и для многих оставалось тайной, поэтому никто и не спешил искать Алексея, а в итоге он сам направился в Лондиниум с торговой миссией, и на этом след оборвался. Кто его с таким прошлым выпустил — интересный вопрос, конечно, поскольку напрашивалась мысль о продаже артефакта… Но и других загадок тоже немало. Остатки Рода Найтов далеко на Востоке и вряд ли будут искать своего родственника, однако меня куда больше интересовало, каким образом он попал в Липецкую губернию. Магические способности у него не такие уж и впечатляющие, но он все равно воскрес упырем, а кто-то ему сделал фиктивный гамаюн. В отличие от весьма заметной Карштайн, Найта могли после неудачной сделки прикопать с концами еще в Британии — никто бы и не вспомнил, к чему тогда такие сложности?

Но даже если отбросить в сторону бурное прошлое Алексея, который успел уже столько всего пережить в свои двадцать три, проблема возникла иная — орла бы он не получил, поскольку фактически не являлся иностранцем. Можно защитить упыря от солнечного света, можно сымитировать травму головы для замены фиктивного гамаюна, или же подыскать другую кандидатуру, но я приметил, что служащие изменились и не стал рисковать.

Похоже, что последствия предательства Николая давали о себе знать. Из газет я узнал, что его нашли мертвым, а журналюги всё подали как аварию со смертельным исходом. Для простого обывателя — трагическая случайность, всякое могло быть, но если знать детали, то его скорее всего убрал заказчик. А вместе с тем могли всплыть и прочие странные моменты в губернии… Связано или нет, но проверять птиц стали тщательнее, и когда я убедился, что в Липецк назначили действительного статского советника, то решил — моя догадка уже совсем недалека от правды.

Так что умнофон Лизы я оставил при себе, а упырям приказал не отсвечивать и тихонько заниматься своими делами. Алексей, впрочем, даже не расстроился, поскольку был рад самой возможности заранее узнать о проблемах и тем самым помочь.

Накопления я разменял на депозитные металлические квитанции, оставив часть для повседневных нужд в империалах и более мелких монетах и купюрах. Итого получилось около тридцати трех тысяч рублей… Весьма солидная сумма для простого обывателя, я ведь в город приехал вообще лишь с парой рублей в кармане, но для легальной покупки хотя бы небольшого количества вербинита этого может даже и не хватить. Не говоря уже о том, что статуэтка была сделана под заказ и не для самых легальных дел, как теперь уже стало очевидно, поэтому искать аналогичное за копейки не стоило даже и не надеяться. Впрочем, предназначение статуэтки все равно осталось для меня тайной. Конечно, это могла быть просто атрибутика для ритуала, сродни множеству лишних действий при чтении местных заклинаний, но на сто процентов я бы эту версию единственно верной не рассматривал.

В день отъезда я вызвал такси. Погрузили чемоданы и сумки, и пока таксист с сомнением поглядывал на сразу двух обладательниц ошейников, я напоследок направился в квартиру, располагавшуюся в центре, чтобы проверить, не забыли ли что-нибудь. Поскольку решили, что Лизе лучше не провожать нас на вокзале, девчата сразу попрощались с ней, а я, как только осмотрел квартиру, подошел к нарядившейся в алое платье девушке и улыбнулся. Провел по ее волосам, получил легкую ответную улыбку.

— Я буду скучать, Петя. И ждать твоего звонка, — тихо сказала Лиза, осторожно коснувшись пальцами моей щеки.

— Надеюсь, что смогу быстро со всем разобраться. И не скучай, еще увидимся, — подмигнул я.

— Главное — береги себя, хорошо? — отведя взгляд, Лиза сделала небольшой шажок ко мне, чтобы оказаться совсем рядом.

Пусть она и обладала сверхчеловеческими возможностями, отчего мало переживала насчет своей безопасности, в одном вопросе уверенности Лизе очень недоставало. Я был благодарен ей, поэтому заставить ее чувствовать себя желанной — это меньшее, что я мог.

Крепко обняв за талию, прижал к себе и навязал поцелуй. И хотя Лиза переняла многие навыки из прошлой жизни на уровне инстинктивного применения, целоваться ей не доводилось… Но все же это был настолько благодарный и нежный поцелуй, что прерываться сразу и не хотелось. Лиза ответила мне со всей страстью и ответной благодарностью, ласково касалась моих губ своими, но не рисковала перехватить инициативу. Обнимала меня в ответ, жадно поглаживая по спине и закрыв глаза при этом, будто боялась, что все может вдруг прерваться. Я пошел чуть дальше и позволил себе немного больше, раз уж Лиза для меня наряжалась в короткие платья. Рука скользнула под ткань, коснулась упругих ягодиц, оставляя жаркое тепло словно бы на память. По-свойски и бесцеремонно лапая, не прекращал поцелуй, а Лиза издала тихий томный стон, наверняка подсмотренный в любовных романах, но и без того я чувствовал — ей это было нужно.

Поцелуй прервался, касания пришлось нехотя прекратить. Лиза смотрела на меня с нежностью, чувствовала, что нужна мне. И я видел, как она рада тому, что я принял ее такой.

— До встречи, Лиза.

— До встречи, Петя, — сладко прошептала девушка, коснувшись губ, чтобы еще немного насладиться жаром моего тела, и после этого я ушел.

* * *

Поезд отправлялся вечером. Я выкупил целых два двухместных купе, чтобы нам никто не мешал, обошлось почти в семьдесят рублей. На фоне моих финансов немного, но если выбрать варианты попроще, доехать втроем можно и за империал, однако я не хотел, чтобы нас отвлекали и глазели — сразу две представительницы иных рас притягивали довольно много внимания, поскольку в Липецке чудь почти не встречалась. Да и мне как-то спокойнее — в дороге придется спать, а банкноты в трусы зашивать я все же не стал, так что за добром надо следить. Обереги никуда не делись, но ненароком покалечить случайно заглянувшую проводницу мне не хотелось.

— Какое шикарное место! Почти дом, фыр! Ой! — Машка сразу же принялась разглядывать каждый уголок, пока я закидывал сумки под сиденье. — Или маленькая уютная квартирка!

— Похоже на то, — улыбнулся я. — Ириниэль?

— Мне не доводилось перемещаться на подобном виде транспорта, — осторожно заявила эльфийка. — Выглядит уютно.

Еще бы не уютно… Здоровенные не то сиденья, не то сразу кровати, столик, кондиционер, даже отдельная дверь вела к туалету и умывальнику, и в каждом купе так! Еще и душ есть в вагоне. Все осмотрев, я уже начал думать, что переборщил, поскольку соседями по вагону явно будут какие-нибудь дворяне, но обошлось — судя по всему, разные представители купечества тоже любили кататься с комфортом, а для дворян как раз больше подходил уровень Светловых — хотя бы личный вагон со своей отдельной кухней, баром и прочим.

Непривычно покидать губернию, в которой провел столько времени. Даже как-то волнительно… И вдохновляюще! Девчонки вряд ли чувствовали то же самое. Машка просто рада путешествовать, ведь это место стало для нее временным домом лишь из-за трагической случайности, которая вылилась в наше знакомство, да и для Ириниэль похожая история, пусть и растянутая на десятилетия. Но долго тянуть момент не стоило, сразу же нужно…

— Петенька, ты уже проголодался⁈ — ахнула Машка, шелестя хвостом по сидению.

— Это традиция, — заявил я, разворачивая курочку в фольге. — Давайте, налетайте.

— Покидаем дом, вкушая дичь — символ будущей удачи на охоте, — философским тоном выдала Ириниэль, схватив крылышко. — Вкусно.

— А то, сам же готовил, — с гордостью заявил я.

— Уф, сказал бы мне, я бы тоже наготовила! — надув щечки, добавила Машка, но тоже принялась уплетать угощение. — Но ничего! Позже я вас удивлю, фыр!

Поезд из Липецка направлялся в Грязи. За прошедшие годы сложно сказать, что ситуация сильно изменилась, и это даже радовало. Хотя в этот раз я попал сюда в темноте ночи, поэтому огни грузовых аэростатов, снующих вокруг воздушного корабля, напоминали своего рода балет. Красотища… Как и огни на могучем символе мощи Империи. Составы без конца разгружались и загружались, но любоваться долго не пришлось, поскольку мы быстро отправились дальше.

Время уже позднее, поэтому не у всех нашлись силы глазеть в окно. Машка вскоре засопела под мерный стук колес и, обняв хвост, улеглась на постели, а я накрыл ее одеялом и не стал больше беспокоить. Ириниэль вместе со мной молча поглядывала в окошко, и хотя внешне она казалась спокойной, я считал ее восторг и трудно скрываемое любопытство. Темные эльфы видели в темноте куда лучше, чем люди, поэтому я уступил девушке место у окна, а сам уселся рядом и приобнял эльфийку. Впрочем, такие мелочи Ириниэль не волновали.

Мимо проносились мелкие поселения, мерцающие огнями, совсем ух крохотные деревушки, леса, поля… Империя казалась просто бескрайней, ведь двигались мы весьма быстро, а впереди все равно еще большая часть пути!

Через пару часов добрались до Рязанской губернии. В ночи сложно было толком рассмотреть окрестности, но даже так я немало удивился. Весь пригород словно окутан тусклым зеленым свечением биолюминесценции, а бескрайние поля поражали даже в темноте своим размахом. Я не выдержал и полез в умнофон, чтобы узнать подробности.

Через Рязанскую губернию протекала Ока, плюс мелкие речушки, все это привело к образованию богатой почвы, но настоящий расцвет наступил под началом главенствующего здесь Рода Волковых. Они специализируются на Природе и Воде, поэтому неудивительно, что урожаи губерния давала запредельные, как пшеницы, овощей и прочих полезных пищевых культур, так и лекарственных растений. Я мог ошибаться, но к середине сентября уже пора было урожай собирать, однако магия позволяла на этот счет не переживать, судя по всему. Может, стоило в детстве почитать те книжки о сельском хозяйстве? Обустроился бы себе на ферме, денег хватит.

«Ох и не представляю я тебя, братик, в роли огородника».

Ну, при моей нелюбви к ботве — конечно, но можно же и мясом заниматься. Хотя да, все-таки это нужно любить. Пожалуй, Волковы — отличный пример дворян, которые вкладывали свою силу в родную землю, а не просто пользовались положением.

— Кажется, я видела там какое-то животное, — прошептала Ириниэль так тихо, словно мы могли спугнуть зверька.

— В полях и ночью — не так уж и удивительно.

— Вспомнились перешептывания насчет этих земель, господин, — заговорщицким тоном сказала эльфийка, а я ощутил ее жаркое дыхание на своей коже. — Князь Волков бородат и лохмат, поговаривали, что он — оборотень. Где-то с год-другой назад была история…

— Рассказывай, самое то — ночью страшилки послушать, — улыбнулся я, накрыв нас с Ириниэль одеялом. Девушка не знала, куда деть руку, в итоге тоже обняла меня.

— Конечно, господин. Вряд ли вам будет страшно, но таинственность я постараюсь воссоздать, — усмехнулась эльфийка. — Сложно сказать точный срок. Сын графа Светлова обратился к отцу по вопросу нелегальных работорговцев, которые стали орудовать в городе.

Я почувствовал себя немного виноватым. Конечно же, кто-то стоял за похищением Машки, но я не провел расследование. Пусть при моих почти отсутствующих связях это и проблематично, но мог попытаться. Николай хоть в этом молодец, даже если и делал это из-за конкуренции, поскольку он сам эльфов ввозил непонятно каким образом.

— После случая в зоопарке?

— О, вы тоже слышали, Пётр Константинович? — Ириниэль улыбнулась. — Да. Организаторы неизвестны, но удалось получить информацию о нескольких людях, которые были замешаны в этом. Или привозили, или даже участвовали в ловле — граф не вникал в подробности, но выяснил, что они сбежали в Рязанскую губернию.

Повисла пауза. Эльфийка внимательно смотрела на меня с хитрой улыбочкой.

— Что же произошло?

— Смерть! — чуть громче ответила девушка, отчего даже Машкины ушки шевельнулись, и, что-то проворчав, девушка отвернулась от нас и будто бы недовольно шевельнула хвостом. — Расследование закрыли по причине того, что все были обнаружены в лесу, растерзанные дикими зверями. Или одним зверем, — пугающим шепотом продолжила Ириниэль. — Вот так.

— Даже если и так, напрямую про оборотня в этой истории ничего нет. Но идея с вершащим правосудие князем интересна, — усмехнулся я.

— Рада, что вам понравилось, господин.

Ириниэль прикрыла глаза и сладко зевнула.

— Пора спать. Спокойной ночи.

— Неужели вы пойдете спать в одиночестве, Пётр Константинович? — продолжила Ириниэль. — Я не вправе отнимать у вас возможность делить ложе с вашей невестой во время поездки!

— Две дамы спят в одном купе, на этом все. Ориентируемся на правила приличия, — тихо, но строго сказал я, после чего отпустил эльфийку, вышел из купе и напомнил девушке о необходимости закрыть замок.

Действительно, пора уже спать. А что до Волкова… Раз дела у них спорились, то злые языки могли болтать что угодно. И если похитителей Машки действительно прикончили, то он вообще молодец. Выпил бы бокал за его здоровье, если бы употреблял алкоголь.

* * *

Ночь прошла спокойно, несмотря на непривычную обстановку. Я спал довольно чутко, поэтому не прозевал момент, когда ранним утром мы уже почти добрались до Москвы.

Еще в Подмосковье стали понятны масштабы, да и различие между городами, поскольку столько автомобилей я за всю жизнь в новом мире не видел, сколько попалось на глаза при простом взгляде на ближайшую магистраль. Помимо автотранспорта, представленного легковыми авто, выделялись отдельные дороги для грузовиков вместе с пристроенными воздушными путями для быстрых платформ, тоже набитых грузами.

Здесь же я впервые увидел дирижабли и… Летающие авто? Ни самолетами, ни вертолетами их не назвать, да и обычные автомобили парили над дорогой, однако эти модели весьма шустро и ловко перемещались на высоте в пару-тройку десятков этажей. Внешне напоминали обтекаемый вариант спортивных моделей «ПАЗиков», только задняя часть весьма массивна, и к ней оказалась притянута длинная нить энергии, идущая от высокого шпиля. Как только нить вытянулась до предела, транспорт пролетел по воздуху самостоятельно несколько сотен метров, и подцепил нить от следующего шпиля… Судя по обозначениям на корпусе, это «Скорая помощь», экстренные службы не успевают добираться по обычным дорогам?

О дирижаблях я слышал — несмотря на их потенциальную опасность, в мире магии проблем с ними гораздо меньше, если экипаж состоит из хороших кудесников, конечно. В остальном же это подходящий вид транспорта для дворян: роскошный и неторопливый, и внешне они почти не отличались от знакомого мне образа. Кроме транспортных были и небольшие — рекламные, летающие повыше и несущие листы с демонстрацией всякой всячины.

И, конечно, архитектура — обилие высоченных зданий, от простых вытянутых небоскребов до витиеватых конструкций весьма смелых архитекторов, просто поражало воображение, тогда как пригород пестрил множеством богатых на вид невысоких домов, создавая занятный контраст.

Быстро приведя себя в порядок, я заглянул к девчонкам — они тоже уже встали и даже почти оделись, но все-таки, как и я, глазели в окно.

— Нечего в одном белье в окно глазеть.

— Мы же в футболках, Петенька! И утречка тебе, — с улыбкой сказала Машка. — А труселя только ты и увидел, ничего страшного в этом нет.

Ириниэль при этих словах немного поправила стринги, но ни капельки не смутилась.

— И все равно одевайтесь, скоро уже, — напомнил я.

С чемоданами мы дружно вывалились на перрон, как только поезд добрался до Казанского вокзала. От количества людей и мерцающих гамаюнов меня сперва чуть не замутило, но я немного сосредоточился, постарался не концентрироваться на каждом незнакомце, и, чтобы отвлечься, позвал девчат в ресторанный дворик, который как раз находился рядом с перроном для пассажиров первого класса.

Вокзал, конечно, впечатлял. Историческая постройка прошла через века, и все еще выглядела почти как новая. Главное здание и само по себе напоминало крепостную башню, так и другие залы с высокими потолками и помпезными люстрами будто погружали в атмосферу прошедших эпох. На потолке можно было увидеть даже панно, которые изображали бои прошлого — кудесники магией изничтожали полчища оживших мертвецов и демонов, и все это было дополненного голограммами, отчего казалось, будто при взгляде вверх перемещаешься прямо на поля древних сражений. Аж мурашки по коже.

Радовало, что не я один здесь такой любопытный. Машка и Ириниэль тоже были под впечатлением, но и другие гости столицы не отставали от нас, хотя большинство бывалых просто спешили по своим делам.

Заказав блинчики, мы прошли на второй этаж и расселись на удобных кожаных диванчиках. Если бы не багаж, можно было бы приехать пораньше и вообще пару дней поглазеть на достопримечательности, но все-таки большие города меня несколько напрягали. Пока не разберусь с системой окончательно, привлекать внимание столичных персон не очень-то и хотелось, а здесь очевидно куда больше служащих, чем в Липецке.

— Неплохие блинчики, но у нас дома лучше! — заявила Машка.

— В этом я не сомневаюсь, — улыбнулся я.

— Я тоже, — Ириниэль тоже повеселела после этих слов, щедро поливая блинчик купленным здесь же медом.

— Про что вы? А… Фыр! Блинский блинчик! — Машка рассмеялась. — Да, мама часто пекла их, и я следовала ее рецепту! Хотя с икоркой было бы лучше, мм… Надо как-нибудь Петеньку угостить!

— Обязательно, — ответил я с улыбкой.

Правда, мне такой вариант не очень нравился, но в Машкином исполнении я и не пробовал.

С высоты второго уровня ресторанного дворика я между делом поглядывал на вошедших и просто тех, кто здесь обедал. Не сказать, что расклады сильно отличались, да и не стоило ожидать здесь толпу дворян. Все-таки они вряд ли захотели бы завтракать в таком месте, а вот купцов здесь немало. Впервые удалось увидеть гнома с сорокой, а не раба, и судя по золотым кольцам, обрамляющим косички в бороде, дела у него шли неплохо, как и у его партнера по бизнесу — человека.

Попалась и группа африканцев, тоже купцов, однако выделялись они разве что непривычными прическами, ну и цветом кожи, понятное дело. Российская империя вроде как сотрудничала с Африкой, в основном поддерживали едой и помогали против очагового сопротивления культистов Вуду, ну и Египет был той еще проблемной точкой из-за мумий всяких… Однако для простых обывателей это почти не чувствовалось, поскольку большей частью Африка предоставляла не готовые товары, а ресурсы на обмен, хотя в высшем свете африканские драгоценности могли быть и в почете.

Я уж было хотел перестать глазеть, когда чуть кофе не расплескал от неожиданности. В ресторанный дворик заглянули и жители Империи небесного дракона! В Липецке-то они тоже иногда попадались, в этом ничего особенного, но спутник…

Лис! Уши и два пушистых рыжих хвоста. Я хоть кого-то нового увидел, это радовало! С ошейником, значит эти торговцы тесно сотрудничали с каким-то Родом, просто так их не получить, разве что на продажу? Ну, мужики-лисы меня не вдохновляли, но после Липецка в первые же полчаса увидеть кого-то нового — уже классно.

'Цзи Цю Вэй

Возраст: 215

Раса: Хули-цзин

Уровень: 26

Сила: 6

Ловкость: 6

Выносливость: 6

Магический потенциал: 10

Величина источника: 4

Маг огня, эксперт

Причуда неизвестна

Стагнация из-за рабства'.

А еще система подсказала, что это оборотень. Лиса могла превращаться в мужика, могла и в девушку…

Нет, спасибо.

С этими хитрыми рыжими мордами надо быть аккуратнее! Вот теперь и неудивительно, почему автор книги о долгожителях не упоминал о лисах, такие расклады нам не нужны! Надеюсь, что другие виды лисичек знают, чего хотят, а не вот это все.

То ли дело моя Машка! Шикарный хвостище, ушки и без всяких сюрпризов, сама милота.

— Петя? — Машка слегка смутилась, поскольку я стал ее разглядывать. — У меня что-то на щеке, фыр? — шевельнув ухом, девушка хотела уже было лезть за зеркальцем, но я покачал головой и улыбнулся.

— Нет, просто залюбовался.

— Ой. Вот можешь ведь так внезапненько… Как-то жарко стало! — помахав ладошкой на лицо, смущенная Машка отвела взгляд, а Ириниэль с интересом наблюдала за реакцией девушки.

После завтрака мы направились на улицу и вышли на Каланчёвскую площадь. Весьма живописное место! Скверик по центру площади, несмотря на осеннюю пору, пестрил блистательными фонтанами и свежей зеленью деревьев и кустарников, множество скамеек уже было занято то ли приезжими и туристами, то ли кто-то из местных любил отдохнуть здесь рано утром. Погодка-то теплая, почему и нет? Отдельно выделялся памятник князю Мельникову, подсвеченный голограммами об истории создания логистической системы Российской Империи. Мельниковы и сейчас занимались работой на Империю, железные дороги формально принадлежали им, но фактически это общее дело вместе с Романовыми.

На площади кроме Казанского находилось еще три вокзала, если считать и Императорский — по сути единственная платформа, закрытая и защищенная, а также небольшое здание. Над всем этим добром прямо сейчас парили аэростаты с гербом правящего Рода. Не особо секретно, но зато доходчиво: здесь принимали спецпоезд Романовых, и это как бы не тайна, однако желающих убедиться будет ждать не очень теплый прием.

Мы с девчонками не стали останавливаться. Прошлись до ближайшего метро, где Ириниэль сразу расцвела — очень уж ей понравилась идея жилья под землей… Машка сразу с подозрением стала смотреть на турникеты, опасаясь за хвостик, но я придержал пушистое сокровище, так что все прошло гладко.

Проехали станцию — и уже новый вокзал! Курский. После Казанского он казался куда менее таинственным, поскольку выполнен на современный манер, а обилие вендинговых автоматов и голографических дисплеев создавало лишний информационный шум.

Предстояло еще немного подождать поезд до Нижнего Новгорода, поэтому мы с комфортом расселись на мягких диванчиках зала ожидания. Я снова принялся глазеть по сторонам, и на этот раз сразу приметил растерянную девицу, явно из Империи дракона. Она вертела в руках путеводитель и тщетно пыталась разобраться, но вскоре к ней подбежала… Подруга? Лет двадцать на вид.

Подруга была одета в слишком легкое даже для нынешней теплой погоды платье, поэтому поверх нацепила еще пару курток. Но даже это не могло скрыть сочную фигурку, но важнее иное — рожки! Четыре рога, парные — два чуть поменьше начинались почти от висков и слегка закруглялись назад, а другие росли над первыми и были гораздо больше — изогнутые, черные, весьма острые на вид.

Согревая ладошки чашкой кофе, девушка со страдальческим выражением лица смотрела на подругу с путеводителем. Весьма экзотичная внешность — точно не чистокровная китаянка, что и так понятно, конечно, но разрез глаз намекал на предков из Азии.

'Неизвестно

Возраст: 115

Раса: драконид

Уровень: 67

Сила: 16

Ловкость: 8

Выносливость: 11

Магический потенциал: 19

Величина источника: 8

Маг воздуха, магистр

Причуда неизвестна'.

«Обнаружена синхронизация Пыли с неизвестной школой магии».

Подруга утащила дракошу за руку прочь из зала ожидания, а я уже чуть было не сорвался с места, чтобы познакомиться. Хотя это все же опрометчиво. Держись, Пётр! Имя неизвестно, поскольку в открытом источнике ничего не было, то есть девица щеголяла по Москве без ошейника или Сороки. Так что она или сомнительная личность, с которой лучше не связываться, или наоборот, слишком хорошо известна…

Через окна я увидел, как к подружкам из Китая подошла какая-то девчонка, подросток совсем. Худи с капюшоном, шорты поверх колготок, рюкзак… Кроссовки на высоченной подошве. Специфичный прикид, конечно, я даже хотел глянуть ее уровень, но слишком далеко. Помахав рукой гостьям из Китая, девица повела их за собой, и те вроде как обрадовались, когда она показала им на стоянку такси.

— Видели? Дракон.

— Ага, фыр! Сильная! — шепотом сказала Машка, но по ней и так можно было сказать, что она все видела, поскольку хвост шелестел с момента появления рогатой незнакомки.

— Почти как виверны выглядит, — пожала плечами Ириниэль. — Но без хвоста и крыльев… Однако уровень вызывает уважение. Да, господин?

— Уровень хорош, — улыбнулся я.

Сообщение о неизвестной школе магии вызвало смешанные чувства. По факту это не сбивало с толку — никто не мешал создавать вербы под разные ситуации, и они бы шли вразрез с привычными элементами. Может быть, по этой причине в учебниках и не упоминали Космос или Воображение, их можно считать основой гибридных вербов. К примеру, Вода позволяет управлять жидкостью, но речь все же о воде как таковой, хотя никто не мешает добавить к расчету формулу спирта, разбавление, после чего назвать себя магистром водочной магии и кастовать «очарование» на алкашей. Из ниоткуда вызывать спирт будет проблематично и весьма маназатратно, конечно, я даже не уверен, что справился бы прямо сейчас, но управлять уже имеющимся можно сравнительно легко, особенно если примесей будет минимум.

«Что же с тобой там случилось, Петя? Раз ты захотел создавать такие вербы…»

Устроился в ликеро-водочный магазин, Ленка. Просто размышляю о способностях драконов.

«А, ты про непривычные вербы иных рас? То ли еще будет!»

Это точно… Но для создания необычных вербов нужны специфические знания. Похоже, что Ленка была права, когда говорила, что у иных рас есть подходящие мне данные. Местные вряд ли с легкостью смогли бы освоить условную драконью школу магии, но для меня таких проблем нет. Хотя и за первую попавшуюся дракошу цепляться тоже не стоило вот так сразу, но информация всегда полезна.

Незнакомки исчезли из поля зрения, отправившись по своим делам, а скоро и нам пришла пора продолжить путь. Купе попалось ничем не хуже, чем предыдущее, поэтому с комфортом уже этим вечером должны добраться до Нижнего Новгорода. Пушкин уже написал, что нас будет ждать машина — усадьба Пушкиных находится весьма далеко от города, в паре часов пути. Вперед!

Глава 6

Гостеприимство

На этот раз обошлось без традиционной курочки, поскольку Маша выложила подготовленный сюрприз: печеньки! Не покупные, а собственноручно приготовленные, как от такого отказаться? Правда, идти куда-то мне было лень, так что чай приготовили на месте. Или я просто заскучал без практики за время поездки?

Несмотря на тренировки, девчата все равно с интересом смотрели на то, как я вскипятил воду простеньким огненным вербом, после чего оставалось только подождать, пока чай заварится.

Маша сведуща не только в школе Льда, она неплохо освоила заклинания уровня Школяра, куда входило множество простых способов применения элементов в быту. В принципе-то, за время наших пробежек зимой Машка нередко пользовалась огнем для розжига костра, но создать небольшой и контролируемый длительное время огонь довольно сложно, в этом и суть восторга. Для Ириниэль это вообще казалось чем-то удивительным, поскольку суть применения вербов она не понимала, а мне нравился ее трудно скрываемый интерес.

Правда, призванную воду для питья я обычно не использовал, так что обошлись бутилированной. В прошлом мире Ленка анализировала воду, и там ничего особенного — ни микроорганизмов, ни водорослей, так что в этом плане она безопасна. В этом мире лабораторной работой я не занимался, но какие-то примеси в воде точно есть, иначе бы она не могла работать как проводник для Энергии, что здесь даже в учебниках указано. Какие именно примеси — вопрос интересный, повод для сбора статистических данных… Но в опасной ситуации явно не опаснее гибели от обезвоживания, а в обычных условиях лучше не выпендриваться столь явно. Хотя для подобного есть еще Лёд — с талой водой всяко проще, да и в детстве я хрумкал сосульки в жару не без удовольствия.

Закончив понтоваться перед девчонками и похвалив угощение Машки, я снова занялся созерцанием пейзажей. Точно… На пути к цели будет еще одна губерния, Владимирская.

В принципе, на этом этапе закончилась небольшая проверка: услышав о сути использования Благодати, со всеми этими поездками в Москву для сдачи крови, я подумал, что принцип передачи маны связан с Источником и тем, как он необычно ощущался в этом мире. Но нет, что в Липецке, что в Москве, что теперь во Владимирской губернии — все одинаково. В прежнем мире местонахождение на земном шарике тоже никак не влияло, но проверить все же не мешало.

Часа через полтора мы как раз добрались до Владимира: дорога проходила прямо через город и позволяла вдоволь насладиться видами на речку Клязьму. Сочная растительность на обоих берегах весьма сильно контрастировала с остальным образом города, хотя дорога большей частью пролегала через старый район без обилия предприятий. В остальном же чувствовалась промышленная направленность губернии: не было составов с рудой, как в Грязях, однако даже издалека можно было приметить высокие здания фабрик и часть воздушных магистралей, которые как раз и доставляли грузы на летающих платформах в Москву. Здесь занимались электроникой, но и производили немало одежды и мебели, по крайней мере, в торговых центрах я примечал немало товаров отсюда.

Главным Родом здесь были Новиковы — маги Энергии. Весьма редкая школа, но полезная, особенно если у владельцев достаточно маны для полноценного использования. Талант местных дворян явно пригодился и в налаживании промышленности, и в военном деле, поскольку многие из Новиковых щеголяли наградами и, после ранений или по причине возраста, занимались теперь делами в губернии, а не помогали сдерживать нечисть. Подозреваю, что Энергия важна в полевом использовании шагающих машин, да и для воздушных кораблей наверняка тоже.

История, в принципе, чем-то похожа на Светловых — те ведь тоже когда-то были на передовой, где тяжело переоценить ценность заклинаний Изгнания, но после того как граф отошел от дел, Светом пользовался, по сути, только Николай, и тот — в не самых благих целях.

В другое время я бы, наверное, заглянул бы во Владимир, чтобы оценить достопримечательности: если верить записям, здесь осталось немало исторических памятников, да и причал для дирижаблей, имеющийся на окраине города, как бы намекал, что инфраструктура туризма здесь явно хороша.

— Какая же вкуснотища, да, Пётр Константинович? — придерживая щечки руками, будто так будет проще есть, сказала Ириниэль, затем шустро запила чаем и шумно проглотила. — Невероятные яства…

— Ах, что ты! — Машка засмущалась, стала шелестеть хвостиком по сиденью, поглядывая при этом на меня.

— Она права. Просто великолепно! Жаль, что уже заканчиваются! — страдальчески сказал я и вздохнула. Ушки Маши шевельнулись, и она стала выглядеть невероятно довольной.

— Хе. Если разрешат готовить на их кухне, я напеку еще много-много печенек! — с энтузиазмом заявила Машка.

Ириниэль цапнула еще одно печенье и продолжила хрумкать, пока я с улыбкой пригубил чай.

— Судя по тому, что Пушкин опять требовал от меня составить меню, они хотят угощать нас сами.

Машка надула щечки и сложила руки под грудью.

— Нетушки! Как будущая жена, я должна уметь хорошо готовить! — слегка смутившись, заявила девушка, а хвост стал двигаться активнее.

— Это важный критерий? — склонив голову, спросила Ириниэль.

— Конечно! А чего это ты вдруг заинтересовалась? — прищурившись, спросила Машка и навострила ушки.

— Мне показалось занятным сравнить, — безэмоционально ответила эльфийка. — Ольга Сергеевна… Не упоминала о кулинарии, но говорила, что будущая жена должна быть искусна в постели и достаточно вынослива, чтобы выдержать запросы одаренного кудесника. Если в кандидатах именно такой, конечно, — говорила девушка спокойным тоном, абсолютно не обращая внимания на то, как Машка краснеет все сильнее и сильнее. — Будет нелишним предположить, что господин Пётр Константинович как раз подходит к описанному образу, несмотря на обозначенный низкий уровень птицы.

— Да поняла я, поняла. Блинский блинчик, что за разговоры такие⁈ — Машка прикрыла лицо хвостом и посмотрела на меня, но я сидел с невозмутимым видом.

Оля о таком общалась с подругой? Занятно. Ну, ей все-таки семнадцать уже, стоило ожидать.

— Согласен, хватит уже пытаться угадать, Ириниэль. Уровень указан, я просто средненький маг. Хочешь меня одолеть в спарринге — тренируйся лучше, — улыбнулся я. — Это что, твоя благодарность за угощение, смущать бедную Машку? — строго добавил я.

Хотя смущенная Маша выглядела невероятно мило, так бы и затискал.

— Прошу простить. Не хотела расстроить хозяюшку, не обращайте внимания! — прошептала Ириниэль, и когда Машка быстро кивнула, взяла последнюю печеньку. — Вы невероятно великодушны.

— Уф. Ты узнавал, как она там? — поинтересовалась Машка.

— Да, все в порядке.

В Академии первые недели обучения. Со слов Пушкина там сразу же весьма жесткая практика, чтобы оценить способности и распределить по группам, вот студентам пока и не до лишней болтовни. Поэтому мы почти не общались с Ольгой, я лишь знал, что она добралась без проблем. Впрочем, она и до этого была не из тех, кто любит чатиться по ночам, встречи с глазу на глаз ей всяко интереснее.

После сытного перекуса мы снова уселись отдыхать и глядеть в окошко. На этот раз я навязался к Машке и усадил ее к себе на колени, заодно прихватизировав хвост. Девушка показывала то на птах, взлетающих с придорожных фонарей, то на красивые пейзажи, и мне приходилось немного сдерживать слишком уж активный хвост, но Машке явно понравилось сидеть чуть выше обычного.

Вскоре мы проехали через Ковров. Небольшой городок Владимирской губернии, но из-за обилия аэростатов и наличия шагающих погрузчиков — весьма важный. Здесь производились составные части для вооружения титанов и воздушных кораблей, и для грузовых составов были выделены дополнительные пути. Впечатляюще… Сидя в Миролюбовке, я действительно не мог представить, сколько труда каждый день вкладывалось в стабильность огромной Империи. И при таких масштабах случай в Липецке действительно легко прозевать! Хотя именно для этого всем этим занимались отдельные дворяне, каждый в своей зоне ответственности, но вместе с тем большинство стремились развить свои земли ради усиления Рода, а все это приводило и к росту мощи всей Империи.

Дальше на пути лежал еще один интересный населенный пункт. Город Чёрное Нижегородской губернии около трехсот лет назад был на грани экологической катастрофы из-за химической отрасли. Здесь массово производилось все необходимое для военной машины Империи, в период самых массовых столкновений с нечистью, когда для только формирующегося общества магов требовалась поддержка могучей военной техники. С кризисом совладали, но жителям от этого не легче.

Однако сейчас, пока поезд проезжал через этот небольшой городок, сложно было поверить в данные умнофона. Хвойные леса, дубовые рощи, река совсем рядом — просто курорт! Да и воздух явно чистый, никаких намеков на какие-то примеси, хотя в купе и находилась система фильтрации…

— Ой, какое живописное местечко, фыр! — Машка чуть ли не носом прилипла к стеклу, словно хотела увидеть плещущуюся в Оке рыбешку. — Здесь неплохо бы домик иметь, а, Петенька?

— Возможно, — улыбнулся я, чуть сильнее обняв девушку, а она погладила мои руки и попыталась шлепнуть хвостом, но увы — он под контролем.

Ириниэль вздохнула — ей явно больше понравился бы дом в пещере, может, там ей спокойнее? Но вообще идея пришла не одной только Машке, судя по множеству ухоженных домов, здесь наверняка немало богатых постояльцев любит проводить лето. Пушкины справились с экологической катастрофой и превратили погибающие земли в курорт, впечатляюще!

Отсюда до Нижнего Новгорода уже было рукой подать, поэтому мы начали собираться. Однако я все равно нашел время поглядеть по сторонам…

Озелененный мегаполис — иначе и не назвать Нижний Новгород. Конечно, после Москвы вряд ли удастся увидеть невероятное количество небоскребов, но и здесь город пестрил множеством огней. А вместе с тем сталь и стекло современной архитектуры, украшенной голограммами, утопала в зелени множества деревьев, слегка украшенной золотыми и алыми оттенками медленно вступающей в свои права осени.

Вокзал «Нижний Новгород» на первый взгляд тоже оказался образчиком современности, слишком уж нагружали зрение информационные табло и призывно помигивающие вендинговые автоматы, но вместе с тем в главном холле находилась огромная старинная люстра, которую без лишних сомнений можно было бы вешать в театре, столь яркой и мерцающей, будто тысячи бриллиантов, она выглядела. Образ довершало комбо из мозаики и голограмм размером со всю стену вокзала, где с ловкостью киногероев силуэты с кучеряшками разили бесчисленные армии нежити, используя шпаги и пистоли. Весьма завораживающее зрелище, даже если и могло показаться рекламой правящего в губернии Рода, но будь я подростком — точно бы вдохновился и пошел бы тоже учиться с нечистью воевать.

Задерживаться мы не стали и сразу же вышли на улицу. Вокзальная площадь словно окутывала приезжих соблазном потратить денежки, поскольку невероятных размером торговые центры будто нависали и требовали заглянуть. Чуть в стороне находился ЦУМ — здоровенный гипермаркет, пестрящий выполненной в одном стиле рекламой, где на первый взгляд можно купить товары со всей Империи, судя по обилию вывесок. А напротив вокзала — торговый центр Пушкиных, с блестящими новехонькими моделями «ПАЗиков» внутри. Идеально чистые стекла создавали впечатление, будто нижний этаж частично отсутствует или вовсе все здание парит в воздухе, а возле машин сновали знойные барышни и зазывали падких до фирменных авто туристов. Для дворян или богатых купцов купить автомобиль просто для поездок по городу — все равно, что потратить карманные деньги, поэтому здесь я впервые увидел лимузин и еще парочку моделей престижного класса, которые заставят опустеть даже самый пухлый карман.

После всего этого обилие закусочных даже и не удивляло, скорее окончательно проголодаешься, пока будешь выбирать. Больше всего в глаза бросался ресторан герцога МакДональда, но рядом висела крупная вывеска конкурентов «Царскій бутербродъ» и звала откушать у них, поскольку блюда иностранного Рода не смогут насытить желудок имперца как следует.

Рядом с вокзалом находился еще и Императорский павильон. Защищен войсками с гербом Романовых, похоже, что выполнял примерно те же функции, что и Императорский вокзал в Москве. Если учесть влияние Пушкиных, то не так уж и удивительно, что правящий Род сюда приезжал время от времени.

Однако долго отсвечивать перед вокзалом мы не стали, хотя я по привычке уже стал искать кого-нибудь интересного. Среди множества таксистов легко было увидеть минивэн с гербом Пушкиных, возле которого стоял крепкий мужичок с щетиной. Одетый в строгий костюм и перчатки, он коротко кивнул, когда я подошел.

— Пётр Константинович? — спросил он.

— Да. Прошу прощения, прибыли чуть позже оговоренного срока, — с улыбкой сказал я.

— Поезд опоздал. Решим этот вопрос, — коротко ответил мужчина. — Можете звать меня Степан. Багаж я отнесу, господин.

По гамаюну я проверил — это был кудесник двадцатого уровня из наемного персонала, не вошедший в семью. Полагаю, что у больших Родов много подобных слуг или, вернее, работников, которых в гамаюне прописывают как привязанных к Роду, чтобы обойтись без неприятных ситуаций. Если припомнить любовь некоторых дворян к пьяным выходкам, кого-то это могло даже остановить от всяких приключений и козыряния происхождением.

Прихватив вещи и не заостряя внимания на девчонках, Степан погрузил все в авто, открыл перед нами двери и подождал, пока мы усядемся, после чего сверился с часами и позвонил в усадьбу. Я даже услышал голос Владимира, после чего он мне прислал в соцсети поздравление с прибытием в Нижегородскую губернию.

Авто двигалось быстро, отчего я уже начал думать, что доберемся мы даже раньше запланированного. Степан оказался не из тех, кто любит болтать во время поездки, ну а я тоже не видел смысла что-то выспрашивать у слуги Пушкина, поскольку будет выглядеть не очень-то красиво.

За пределами города легкое очарование зеленью Нижнего Новгорода постепенно развеялось. Путешествие немного вымотало, Машка даже засопела, поэтому я приобнял ее и улыбался, когда ушки во время сна то и дело щекотали мою щеку.

Спустя примерно полтора часа за окном словно что-то изменилось. Зелени становилось все больше, цветочные луга, будто бы нетронутые леса… Неужели еще остались такие места, до которых не добралась рука человека?

— Уже можете оценить, господин, — со смешком вдруг сказал Степан, неопределенно махнув рукой куда-то вперед.

Я сразу понял, о чем он. Дуб. Огромный такой дуб! Дубище! Толстенный ствол покрыт массивными металлическими цепями, обилие ветвей создавало пушистую крону, а яркая зелень наверняка создавала нехилую тень в солнечную погоду. Хотя там и одного ствола хватит, чтобы дом в тени спрятать… По высоте — не меньше какой-нибудь двадцатиэтажки, как мне показалось.

— Все так реагируют, — улыбнулся Степан. — Это, сталбыть, главная достопримечательность.

— Впечатляет, — улыбнулся я. — Неужели тот самый, из историй?

— А то, — загадочно улыбнулся мужчина.

Впрочем, это не единственное дерево. Насколько я понял, мы уже въехали на территории усадьбы, на которых спокойно можно было бы разместить если и не городок, то село какое-нибудь — определенно. Фруктовые деревья, обычные деревья… Фигурные кусты изображали всевозможных зверей, в том числе и мифических, а вдоль дороги попадались небольшие постройки, утопающие в виноградных лозах или окруженные кустами, каждый из которых усыпан множеством цветов. Вроде просто какие-то склады или сараи для инвентаря, но как украшены!

Разбудив Машку, чтобы не пропускала такую красоту, я пересел поближе к водителю, поскольку мы добрались до невысокой живой изгороди, тянущейся в обе стороны на многие десятки, если не сотни метров — из-за окружающих деревьев сложно сказать, где вообще заканчивается один вид флоры и начинается другой. По центру находилась высокая арка, опутанная лозами и украшенная стилизованным гербом Пушкиных вместе с каллиграфически написанной фамилией.

Ай да Пушкин! По бокам от арки выстроились эльфы. Десять эльфиек в наряде горничных с одной стороны. Десять эльфов в белых рубашках и черных брюках — с другой. Все склонили головы в легком поклоне. Даже и не уверен, что стоило для меня такое шоу устраивать, учитывая мой статус, но я очень доволен. Эльфиечки хороши, все красавицы как на подбор, а униформа пусть и была строго рабочей и не допускала излишеств во внешнем виде, но все-таки очень им подходила.

Степан медленно повел авто через арку, словно давал мне получше рассмотреть девчат. Все были рабынями без особо высоких уровней, и присутствовали только лесные эльфийки. Я мельком глянул на Ириниэль и считал настроение, но она испытывала лишь безразличие. Даже если между их народами и был в прошлом конфликт, рабство лесных эльфов девушка воспринимала как своего рода искупление. Или же видела в них товарищей по несчастью, несмотря на расу.

Дуб рос в центре комплекса из множества построек. Ближе всего находилась высокая и богато украшенная усадьба — явно главное здание здесь, но авто подъехало к дому для гостей. Двухэтажное здание, впрочем, смотрелось ничуть не хуже основной усадьбы, а из-за компактности при остальных плюсах даже казалось уютнее. Да и плодовое дерево рядом с окнами, кусты с яркими цветами создавали атмосферу природной беззаботности — основная усадьба не столь сильно утопал в зелени.

Возле входа стоял Владимир Пушкин в костюме-тройке. Я невольно подумал о том, что надо было одеться поприличнее еще в поезде, но теперь уже ни к чему.

— Добрый вечер, Пётр, — радушно улыбнувшись, сказал Владимир, и мы пожали друг другу руки. — Добро пожаловать!

— Добрый вечер. Огромное спасибо, и прошу прощения за хлопоты, — я старался держаться максимально вежливо, насколько умел. — Позвольте представить. Это — Мария Анатольевна.

Машка слегка смутилась и сделала что-то среднее между поклоном и книксеном.

— Крайне рад знакомству. У Петра и друзья ему под стать, не ожидал увидеть сударыню родом из суровых краев в нашей скромной обители, — улыбнулся Пушкин.

— Фыр… ой! Что вы, я очень рада полюбоваться на цветочки! — сбивчиво ответила Машка.

— С Ириниэль вы знакомы, — добавил я, но эльфийка все равно слегка склонила голову.

— Рад видеть, что вы без проблем получили Сороку, сударыня.

— Всё благодаря Пётру Константиновичу и его обучению, — коротко ответила Ириниэль. Превозносит меня на пустом месте… Или заставить ее прочитать учебник — уже свершение?

Пушкин нарочно обращался к девушкам, как к благородным. Интересно, это из вежливости или для легенды? Подозреваю, что даже при всей приветливости Рода простолюдин и его друзья на подобных правах здесь находиться все-таки не должны.

— Прошу, проходите внутрь. И позвольте я сразу же немного расскажу об этом месте, — гостеприимным жестом Владимир пригласил нас войти, а Степан тем временем взял вещи.

Воспользовавшись приглашением, мы оказались в доме, который обставлен на стоимость парочки квартир в центре Липецка… Картины, узорные светильники, вазы, да и мебель явно из редких пород дерева. Даже если и нет, смотрелось все очень дорого, а на белоснежный пушистый ковер возле камина и вовсе наступать страшно.

Прихожая плавно переходила в большую гостиную, из которой две лестницы вели на второй этаж, а парочка дверей вела еще к каким-то комнатам, возможно, в столовую или кухню.

Владимир пригласил девушек присесть на диван, а сам со мной расположился в креслах друг напротив друга.

— Итак, Пётр. Вы — друг Рода, однако, чтобы избежать лишних пересудов, будем общаться нейтрально вежливо, по имени-отчеству. История с Ольгой Сергеевной — не для посторонних ушей. В усадьбе довольно часто бывают гости, для них вы кандидат на вхождение в Род. Как именно — не столь важно, юные кудесники нередко бывают здесь, это уже наша забота.

— Полагаю, что вы не всегда сможете бывать здесь, — на всякий случай сказал я.

— Да, все верно, — Владимир вздохнул. — Но не извольте волноваться, Пётр Константинович, — Пушкин подмигнул мне. — Могу вас уверить, эта семья обучила множество кудесников. Начиная с детей Алексея Александровича… К слову, Алексей Александрович ждет встречи с вами.

— В столь поздний час? Не хотелось бы нарушать спокойствие вашего отца, — осторожно заметил я.

— Что вы, напротив, ему крайне интересна эта встреча. Каюсь, это одна из причин, почему я поспешил сразу же устроить это небольшое совещание. Вы наверняка устали с дороги, — Владимир снова улыбнулся.

— Почту за честь, Владимир Алексеевич.

— Благодарю вас. И второй, но не по важности момент, — Пушкин сделал паузу. — На территории усадьбы может быть довольно опасно. По этой причине я бы рекомендовал как можно скорее пройти тестирование.

— Опасно? — Машка схватилась за хвост.

— Я защищу господина Петра Константиновича и Марию Анатольевну от любых напастей, — с энтузиазмом сказала Ириниэль.

Владимир пригладил кучеряшки, оценивающе смотря на меня. Опасности? В обществе сильных магов всегда есть риск схлопотать огненный шар, если подойти слишком близко к тренировочной площадке, но речь явно не об этом.

— Какого рода тестирование, позвольте спросить?

— Похвально. Не боитесь опасностей? Псионическое тестирование. Каждый из Рода Пушкиных — Псимаг, и хотя мы стараемся защищать наших слуг, гости порой слишком самоуверенны и не могут рассчитать силы, поэтому хотелось бы избежать ситуаций, при которых нам пришлось бы искать дорогих гостей на столь обширной территории. И хотя в вас, Пётр Константинович, я уверен, позвольте признаться — слишком любопытны результаты.

— Кажется, вы уже пробовали меня считать, — улыбнулся я. — Это не сойдет за тестирование?

— О. Без лишней скромности признаю, что я правда весьма хорошо в псимагии, но не смею сравнивать себя с чудью, владеющей этим кудесничеством сотни лет. Проще все показать. Испытание все гости проходят там, — Владимир элегантно взмахнул рукой, показывая на хорошо видимый через окно дуб. — Это — Чертоги, Имперские Чертоги, спешу заметить, достояние нашего Рода.

Глава 7

Истинная цель

Ириниэль и Машка не особо удивились новости о Чертогах, поскольку для них сама суть данжей была ближе некуда, а вот я… Общение с Пушкиным вносило свои коррективы, поэтому я старался поддерживать невозмутимость, но заинтересованность все же не ускользнула от взгляда Владимира, и он улыбнулся.

Суть Чертогов меня волновала, конечно. У девчат выспрашивать оказалось бесполезно, поскольку Машка с рождения жила в деревне и не застала годы в Чертогах, но зато общалась со всякими бесятками как с обычными людьми и не придавала этому значения. Видимо, для них это просто еще одно здание, не более того.

Ириниэль же, насколько я понял, жила в каком-то пещерном комплексе неподалеку от данжа, но необходимости туда ходить тоже не было, да и родилась она уже за пределами. Но рассказы взрослых жителей в обоих случаях явно не преподносили Чертоги как что-то невероятное, будь то почитание их как родного дома или святыни, ничего важного.

Зато я за эти годы немало успел увидеть информации о своего рода охоте за сокровищами Чертогов, плюс все засекречено, включая артефакты, которые можно там получить. У меня самого оставался «ключ», полученный от одержимого, но мчаться в Сибирь на поиски нужных Чертогов и бегать по огромной территории без всякой подготовки — та еще авантюра, поэтому я воспринимал данжи как нечто особенное. И тут раз — а Чертоги просто так в губернии, как украшение… Хотя раз Пушкин сделал акцент на «Имперские чертоги», то речь о подобии лицензии? Сами Романовы одобрили, получается? Кажется логичным, в противном случае стоило ожидать реакции правящего Рода, если на территории крупных поселений найдется данж с опасными существами, а об этом как бы случайно «забудут» известить.

Впрочем, я бы солгал, если бы сказал, что мне неинтересно побывать в местном данже. Достаточно ли моих сил, чтобы справиться? Но вместе с тем оставалось подозрение, что действительно ужасающие и опасные Чертоги не оставили бы в таком месте, еще и рядом с усадьбой, а не за бетонным забором и сторожевыми башнями, как вариант. Конечно, Пушкин с самого начала стал навязывать свои порядки, что вполне ожидаемо, но так будет даже проще узнать многое из запланированного. Все-таки он помогал не только из-за просьбы Ольги, но и сам имел на меня какие-то виды, так что в ближайшее время требовалось найти грань для взаимовыгодного сотрудничества.

— Признаюсь, я обескуражен и слегка взволнован, — с легкой улыбкой произнес я.

— Вот как? Прелестно, если удалось удивить даже вас, Пётр Константинович, — Владимир улыбнулся в ответ.

Ну да, конечно… После того, что могла наплести Ольга, я выгляжу супергероем, не меньше. Интересно, как сам Владимир это оценивал? Ведь он не видел моих заклинаний.

— Если дамы не против, мы могли бы пройти тестирование сегодня же, тем более что это для нашей же безопасности, — предложил я. Машка и Ириниэль переглянулись и кивнули. — Прекрасно. Владимир Алексеевич, могли бы предоставить мне буквально полчаса перед встречей?

— О, конечно, Пётр Константинович. Скоро будет ужин, поэтому не спешите. Если позволите, я бы предложил вам встречу с Алексеем Александровичем в двадцать один час, а на исследование Чертогов и тренировку отправимся ровно в двадцать три часа ноль минут.

Я бросил взгляд на дорогущие часы, висящие над камином. Кажется, в стрелки инкрустированы какие-то самоцветы. Что ж, времени достаточно.

— Что вы, я же в гостях… Конечно же, будем готовы в удобное вам время, — еще одна улыбка. Очень уж слащавые обмены любезностями, но не так уж и плохо, хоть я и чувствовал себя не в своей тарелке.

— Превосходно. Позвольте показать вам дом и познакомить с прислугой. Со Степаном вы уже знакомы, он будет выполнять роль водителя в случае необходимости выехать в город, — начал Пушкин, жестом предложив пройти с ним.

— Не знаю, так уж ли удобно отвлекать вашего человека. Я бы мог и сам, — осторожно сказал я.

— Понимаю, но у вас нет водительских прав, Пётр Константинович, — Владимир лучезарно улыбнулся. — На территории Сергея Валерьевича — сколько угодно, но в нашей губернии весьма строго следят за соблюдением порядка на дорогах.

Ага, или все-таки хотят знать, куда я могу поехать. Впрочем, предлог благовидный, от такого отказываться сложно, а до города далековато. Но это не означало, что я собираюсь все время быть на виду у Степана, даже если он меня отвезет.

— Как жестоко, Владимир Алексеевич. Вы предлагали даже купить автомобиль, и как его распробовать, не прокатившись?

Дворянство все-таки не было главным препятствием при покупке автомобиля, как я когда-то думал. У меня создалось такое впечатление из-за увиденного, но суть просто в дороговизне: многие простолюдины не могли себе позволить личный транспорт. Однако возраст все равно выступал препятствием, да и владение автомобилем прописывают в гамаюн, а это опять же необходимость пересекаться с чиновниками.

— Кто знает, Пётр Константинович, вполне может сложиться ситуация, при которой Степан выступит в роли пассажира, — Владимир тихо рассмеялся, пока мы вышагивали по коридору среди каких-то цветов в узорных горшках. — Полагаю, что как владельцы автосалона, мы могли бы решить вопрос без особых проблем, но все же я надеюсь на вашу сознательность и желание получить водительские права официально, — подмигнул мне Пушкин, и я кивнул в ответ.

— Конечно.

Рассказав, где находятся ванные и уборные, Владимир повел меня к столовой, которая тоже находилась на первом этаже. За большущим столом, накрытом белоснежной скатертью, могли бы спокойно ужинать человек десять, а то и больше, а с кухни уже доносились приятные ароматы.

— Ужин в поместье уже прошел, с этим у нас строго, — добавил Владимир. — В иной ситуации я бы пригласил вас присоединиться к трапезам в главном здании, но семья у нас весьма занятая, часто в разъездах, поэтому вынуждать гостей подстраиваться под наш ужасающий график — сродни преступлению против всех норм приличия, — хитро прищурившись, рассказал Пушкин.

— Что вы, не стоит так волноваться. Мы бы вполне могли готовить и сами, если позволите воспользоваться кухней.

— Нет-нет, прислуге несложно. А вот, кстати… Девочки! — Пушкин хлопнул в ладоши.

На кухне оказались две эльфийки в наряде горничных, как и встреченные ранее. Возможно, что я их там и видел… На этот раз поверх униформы были дополнительно нацеплены фартуки, а волосы частично скрыты под чепчиками. Потупив взгляд, девушки смиренно поклонились.

— Это Пётр Константинович. Вместе со своими спутницами он прибыл издалека. Наш дорогой гость, обращайтесь с ним, как с членом Рода.

— Да, господин! — в один голос сказали девушки, не поднимая взгляда.

— Золотце и Изумруд, — объяснил Пушкин мне, представив девушек. — Не удивляйтесь, истинные имена эльфов весьма сложны для произношения, и куда непочтительней было бы коверкать их имя, чем дать милое рабочее прозвище.

Что ж, в этом была доля истины.

Золотце — эльфийка с золотистыми волосами, частично заплетенными в косички. Казалась весьма худенькой, но ладно сложенной, и по человеческим меркам я бы дал ей лет двадцать от силы.

'Литониэль Адксина вер Элафир Аурэ

Возраст: 72

Раса: лесной эльф

Уровень: 22

Сила: 5

Ловкость: 9

Выносливость: 8

Магический потенциал: 4

Величина истока: 2

Маг природы, эксперт

Маг металла, опытный

Причуда неизвестна

Стагнация из-за рабства'.

Изумруд — обладательница более женственных округлостей, заметных даже через весьма свободную униформу. Яркие зеленые волосы уложены в длинный конский хвост, и пара прядок обрамляла бледное лицо. Выглядела чуть старше второй эльфийки, но самую малость.

'Сифаниэль Фарварис вер Клексидор Смарагдис

Возраст: 105

Раса: лесной эльф

Уровень: 23

Сила: 5

Ловкость: 8

Выносливость: 9

Магический потенциал: 4

Величина истока: 3

Маг природы, эксперт

Маг камня, эксперт

Причуда неизвестна

Стагнация из-за рабства'.

Обе, конечно, симпатяжки, но я постарался не пялиться. Получив указания от Пушкина, девушки вновь занялись приготовлением блюд, а мы вышли на улицу, где оказалась летняя веранда со столиками и стульями, так что можно попить кофеек на природе, созерцая природные красоты, в особенности — дуб. Несмотря на то, что на дворе сентябрь, касание осени здесь не чувствовалось, разве что некоторые деревья слегка окрасились в золотые и алые тона, а вот дуб щеголял сочной зеленью.

— Удивлен обилию эльфов, Владимир Алексеевич, — решил признаться я.

Пушкин покачал головой.

— Я долго размышлял, стоит ли послать вам прислугу из числа эльфов, Пётр Константинович. Недавние события с рабскими ошейниками наверняка еще свежи в памяти, но могу вас уверить — у нас нет проблем с доступом, ошейники под контролем. С Ириниэль, подозреваю, конфликтов тоже не ожидается, я прав? Предположение основано на отношениях сударыни с другими эльфами в поместье Сергея Валерьевича.

— Да, полагаю, что проблем не будет. Но все же… После увиденного дуба и историй, все равно удивляет. Прошу простить за назойливость. Эльфы ведь из Британии, а у вас рядом Чертоги.

Пушкин кивнул.

— Верное замечание. С Чертогами ситуация особая, а что касается остального… Скажем так, я был бы рад оставить наемных рабочих, но такой подход практичнее. Вы наводили справки о Роде Пушкиных, Пётр Константинович? — довольно неожиданный вопрос, я виновато улыбнулся в ответ.

— Нет, я и без того слышал о вас только хорошее.

— Нет ничего зазорного в легком любопытстве, особенно когда речь о дворянских семьях. Вам еще немало вращаться в этих кругах, Пётр Константинович, привыкайте знать о своем собеседнике всю доступную информацию.

— Благодарю за мудрый совет.

Пушкин кивнул и продолжил:

— У Алексея Александровича семь сыновей. Ваш покорный слуга — в том числе, — Владимир рассмеялся. — Можно сказать, что я один из самых скучных, поскольку работаю простым преподавателем, тогда как мои братья весьма известны своими дуэлями… Поэтому чаще всего они путешествуют по губерниям, защищают честь дам и наказывают подлецов. Можно назвать это хобби, но вместе с тем — отличная возможность отточить мастерство шпаги и кудесничества.

— Впечатляющее хобби.

— Поверьте, так и есть. Но речь пойдет не о сыновьях, а о единственной дочери, нашей сестре — Татьяне Алексеевне. На текущий момент она проходит обучение в магической школе Санкт-Петербурга, и к ее приезду Алексей Александрович хотел полностью преобразить территорию, превратить в цветущие сады, чтобы порадовать. Десятилетний проект, в котором нам помогает множество купленных лесных эльфов, они очень хороши в садоводстве.

— А, это очень много объясняет, — с улыбкой сказал я.

Пушкин-старший очень любит дочку, однако. Судя по рассказам, она младшая из всех, так что ушло много попыток на то, чтобы родилась дочка. Семь сыновей… Много! Подозреваю, что дворяне поменьше рангом с таким количеством детей просто не справились бы. Но раз многие Пушкины любят играть роль дуэлянтов, то карьера землевладельца могла быть просто не по душе, сердце просило приключений, заодно и легче бремя трат для остального Рода.

— Татьяна Алексеевна очень любит цветы, отмечена Природной дланью Государя, в своем юном возрасте уже стала магистром Природы, — похоже, что и Владимир души не чаял в младшей сестре, поскольку рассказывал с гордостью. — В своем классе она — сильнейшая. Правда, есть еще Змеева Марина Ивановна! Помнится, когда вы напомнили мне про Наталью Ивановну, я сразу вспомнил и про нее. Неудивительно, ведь обе сестры весьма талантливы в кудесничестве, хорошие гены у сибиряков, иначе и не скажешь. Интересно, насколько же силен их брат.

Хитрец. Я чуть было не выдал себя, но все-таки удалось вежливо кивнуть, будто просто поддерживаю разговор.

— Приятно знать, что в Империи растет новое поколение одаренных кудесников.

— Согласен. Что ж, скоро увидимся снова, Пётр Константинович. Приятного вам аппетита, передайте мои наилучшие пожелания дамам.

— Обязательно передам, Владимир Алексеевич.

Распрощавшись, я вернулся к девчонкам. Степан отнес вещи к комнатам на второй этаж и ушел, отправился отгонять автомобиль в гараж, находящийся чуть в стороне от жилых построек. И раз вещи на месте, Машка уже бросилась все распределять по шкафам, тогда как Ириниэль просто поставила чемодан в угол комнаты и пошла помогать Маше.

— У нас и прислуга есть? — поинтересовалась Машка.

— Да, две эльфийки.

— Иронично, — Ириниэль усмехнулась.

— Тебе нравится получить в услужение двух лесных эльфиек? — поинтересовался я.

— Нет, каждый раз осознаю, что вся их борьба оказалась глупостью. Я — простая девушка из семьи воинов, а вот рабыни лесных — обычно из дворянства. Король просто продал всех, кто выступил против него.

— Хочешь сказать, что кухарят и занимаются хозяйством всякие графини эльфов?

— Могут и принцессы быть, господин, борьбу за трон никто не отменял, — Ириниэль пожала плечами. — Но здесь все равны.

Подозреваю, что у эльфов структура аристократии отличается… Мне это сейчас ни о чем не говорило, но представлять, что тебе готовит эльфийская принцесса — забавно. Хотя я бы предпочел, чтобы готовила не рабыня, а свободная девушка по собственному желанию, но предостережения вполне понятны. Пушкины вроде бы относились к рабам с уважением, поэтому ошейники лишь гарантия отсутствия проблем.

Правда, я не исключал варианта, что прислуга нужна примерно с той же целью, что и водитель — узнать обо мне побольше. Пока неясно, где эльфийки ночуют, но даже за время завтрака, обеда и ужина можно что-нибудь узнать. Осознавал, что это могло быть излишней предосторожностью, но не стоило и сбрасывать со счетов. Несмотря на положительный образ, Пушкины тоже являлись дворянами, и многие хотели бы прибрать их богатство к рукам, так что перестраховка с их стороны вполне ожидаема.

Не уточнил, нужно ли брать с собой девчат к главе Рода, но, полагаю, он хотел видеть именно меня. Поэтому не стал отвлекать Машку от обустройства на новом месте и подыскал себе костюм, проверил, чтобы не было складок, и торжественно повесил на дверцу шкафа.

Комнат в доме оказалось полно, мы заняли ближайшие друг к другу. Места немало, огромную кровать можно с легкостью назвать трехспальной, шкаф вместил бы даже все Машкины наряды, и еще бы место осталось, и это не говоря уже о столе с письменными принадлежностями, креслах и удобном балконе. Дом — выше всяких похвал! Стиль — без кричащего современного стекла и металла, много древесины и кожи, отчего все смотрелось пусть и немного старомодно, но основательно и дорого.

Вскоре мы спустились к столу. Золотце и Изумруд вкатили тележки с множеством блюд, расставили их на столе и даже начали накладывать нам, отчего Машкин хвост взволнованно шелестел, а сама девушка от смущения даже покраснела. Не привыкла к такому…

Ириниэль сидела ровно и делала вид, что каждый день вокруг суетятся горничные, лишь я поблагодарил девушек за хлопоты. Улыбнувшись, эльфийки почти одновременно покинули столовую, пожелав нам перед этим приятного аппетита.

— Ничего себе, Петя! Столько еды! Фыр! А ты говорил, что я много готовлю! — то ли возмутилась, то ли восхитилась Машка.

— Это приветственный ужин, полагаю. Завтра будет меньше, — предположил я.

— Вас очень ценят, господин, — добавила Ириниэль.

— Думаешь?

— Меня не пытались считать псимагией, хотя я наверняка не смогу выдержать натиск Магистра, — ответила эльфийка. — Попытаться узнать что-нибудь у соратницы могучего кудесника — вполне очевидное решение, но им не воспользовались.

— У Машки узнать проще, она ведь не почувствует псимагию, — улыбнулся я, а Машка навострила ушки.

— Петя!

— Я тебя учил.

— Помню. Да и меня больше волнует эта восхитительная рыбка с лимоном, мм! — Машка сглотнула слюну и принялась за еду, так что и я не стал отставать.

В девчонках я не сомневался. Есть куда расти, но оставить их на какое-то время одних можно без проблем. Конечно, в этом мире наверняка есть множество слишком опасных угроз, но и Машка с Ириниэль куда сильнее даже среднестатистических дворян. На крайний случай я оставил Машке шарик вербинита — в отличие от Лизы, которая не могла пользоваться магией до недавнего времени, Маша могла задействовать заклинание, и я бы почувствовал изменение в шарике, что говорило бы об опасности или служило предостережением. Сейчас я чувствовал принадлежащий мне вербинит уже гораздо дальше, чем раньше, но все равно главная опасность для меня — потерять кастет и остальные шарики. Без них я все равно смогу пользоваться вербами, и сейчас даже получше, чем в детстве, когда статуэтки у меня еще не было, но все-таки разрыв возможностей слишком силен, не хотелось бы такое допустить.

Приготовлено все было замечательно. Рыбешка, свежие овощи, десерт из фруктов и ягод, на закуску мясная нарезка, сыр, бутерброды. Одних только салатов поставили четыре штуки, мы даже не смогли столько съесть.

Объевшись, я направился в ванную, после чего высушил волосы, привел себя в порядок, нарядился в костюм и сверился с часами. Пора.

— О, выглядишь превосходно, Петенька! — Машка чуть ли не повисла на мне, увидев в костюме. — Такой статный, мне тоже надо поскорее нарядиться в платье!

— Думаешь, что платье — хорошая идея для Чертогов?

— Ты так реагировал, Петенька… Вряд ли там предстоит бой, — Машка стала весело покачивать хвостом. — Скорее всего в этих Чертогах живет какая-то раса, обладающая псионическим даром. Вроде русалок.

Что ж, звучало вполне логично.

— Тогда приготовь платье, ты должна выглядеть шикарно. Как и всегда, впрочем, — улыбнулся я и поцеловал Машку в губы, получил ответный поцелуй и со спокойной душой вышел на улицу.

Уже стемнело, но территория была украшена биолюминесценцией из сотен шариков, создававших таинственную атмосферу. Несколько эльфов заряжали потускневшие шары магией, шепча слова заклинаний, но за процессом я следил недолго — поспешил к главному зданию.

Владимир меня уже ждал. Посмотрел на часы, одобрительно кивнул, жестом пригласил внутрь.

— Как вам ужин, Пётр Константинович?

— Великолепен. Постарались на славу, девочки тоже в восторге.

— Отрадно слышать. Не стесняйтесь обновлять меню по мере необходимости, Золотце и Изумруд весьма смышленые и знают множество рецептов.

В холле усадьбы можно было увидеть огромные портреты Пушкиных. По центру — нынешний глава Рода, высокий и статный мужчина с кучеряшками. В принципе, почти все были с кучеряшками, разве что у Татьяны, которая была изображена здесь еще маленькой девочкой, оказались просто волнистые длинные волосы. Черного оттенка с зелеными прядями, как Владимир и рассказывал.

Коридоры, несмотря на ожидаемую роскошь, не выглядели слишком помпезными. Гостевой дом явно смотрелся куда вычурнее… Немного украшений, без излишеств в растениях и нагромождения мебели тоже не видать. Функционально, но приятно взгляду.

Вскоре мы оказались у двери в кабинет. Владимир постучал, послышалось приглашений войти. Похоже, что здесь не было обилия слуг, которые обычно служили прослойкой между дворянами и гостями. Бегали бы, спрашивали разрешения зайти или постучаться… Ближе к делу, да? Неплохой подход.

Кабинет не отличался по обстановке от других помещений. Хороший и явно дорогой стол, сувениры на полках, строгие тона обоев. Без броской и вульгарной дороговизны в виде самоцветов, несуразной лепнины и прочего. Алексей отличался от своего портрета не очень сильно — разве что выглядел немного уставшим.

— Отец. Я привел Петра Константиновича, как ты и просил. Пётр Константинович — это Алексей Александрович Пушкин.

— Добро пожаловать, — коротко сказал Алексей, оценивающе глянув на меня. — Присаживайтесь.

— Благодарю. Это честь — познакомиться с вами лично.

— А вы неплохо воспитаны. Есть над чем поработать, но когда Алексей рассказал мне о мальчишке с улицы, я ожидал несколько иного, — усмехнувшись, сказал Алексей. — Чего же вы добиваетесь, Пётр Константинович? — строго спросил мужчина, буквально сверля меня взглядом. Без псионики, но эффект не меньше. Я ради интереса уже оценил данные, конечно.

'Князь Пушкин Алексей Александрович

Возраст: 56

Уровень: 51

Сила: 7

Ловкость: 8

Выносливость: 5

Магический потенциал: 9

Величина истока: 5

Маг Пси, Магистр

Маг Воды, Магистр

Дар: Муза

Благодать: Цветущая осень'

'Внимание!

Обнаружено отклонение в структуре вербинита

Поиск соответствий… Предположительно, один из видов чуди…

Корректировка…

Помимо Дара и Благодати есть:

Причуда «Венец из перьев», связана со Светом и Огнем

Причуда «Песня родника», связана с Водой и Пси'

Такое я уже встречал, и речь не о причудах, полученных из-за родства с чудью. Подозреваю, что так отображались артефакты.

— Простите, я не совсем понимаю вопрос.

— Из рассказов сына я понял, что вы ищете возможность получить титул, избегая при этом простых путей, — продолжил Алексей, а Владимир кивнул. — Хотите основать свой Род, хотя чаще всего пожалованное дворянство не позволяет вашим детям перенять титул. Требуется очень весомый вклад, и, надеюсь, вы это осознаете.

— Отец, разрешите добавить, — склонил голову Владимир.

— Конечно, сын.

— Как преподаватель, я бы хотел отметить, что нередко в школу поступают дворяне, являющиеся детьми личных дворян. Получение титула вдохновляет на новые подвиги.

Ого, ради меня даже мотивационные речи с примерами решили сделать. Что ж, я благодарен. Они же не знали, сколько мне лет на самом деле, и на всякий случай хотели намекнуть, чтобы я не останавливался на достигнутом.

— Хорошее замечание. И все же — важна цель. В наше время многие стремятся за титулом ради мимолетных привилегий, престижа, денег. Создать Род — благодарная миссия, но является ли она единственной? — продолжил глава Рода.

Я почувствовал покалывание в висках. Вот оно что, решили оценить мою истинную цель. Не могу их винить, все-таки я действительно уже немало отличился, и понять мои цели — резонно, особенно перед тем, как обучать. А то можно и проблемы себе создать.

Алексей не мог пробить ментальный блок, но я подумал, что куда удобнее будет дать считать правду. Это будет куда действеннее в этой ситуации, чем сохранять ауру таинственности.

— Без титула я слишком ограничен в возможностях. Став дворянином, я смогу отыскать свою сестру-близнеца. Мы расстались больше десяти лет назад, и я ничего не знаю о том, что с ней произошло. Создав Род и прославившись, я тем самым дал бы ей понять о том, что я жив и со мной все в порядке, но даже если она и не услышит обо мне, открывшиеся возможности помогут ее отыскать.

В кабинете воцарилась тишина. Только напольные часы тихо отсчитывали секунды. Владимир был немало озадачен, поскольку его теория о том, что Наталья и Марина — мои сестры, разрушилась. Все-таки они не подходили под категорию моих близняшек, а я сказал истину. Необязательно же было уточнять, что речь о сестре из прошлой жизни.

— Как и ожидалось от вас, отец, ваши таланты в псимагии неоспоримы, — склонив голову, сказал Владимир.

— Достойная цель, Пётр Константинович. Прилежность в обучении — первый шаг на твоем пути, и в этом мы, Пушкины, тебе поможем, — по-отцовски, с теплотой произнес Алексей, перед этим поблагодарив сына кивком.

— Благодарю вас от всего сердца!

На этом встреча закончилась. Когда мы отошли подальше от кабинета, Владимир прошептал:

— Вы не говорили о сестре.

— Моих родителей, судя по всему, убили. Сестра сбежала или похищена. Так уж ли безопасно всем рассказывать, Владимир Алексеевич?

Опять море брехни, но куда правдоподобнее.

— Таинственная история. Это могла сделать чудь, не рассматривали такой вариант, Пётр Константинович?

— Рассматривал, но проверить проблематично. Для поездки в Сибирь нужны средства и возможности.

— Понимаю. Я подумаю над тем, как можно помочь с вашим делом, — Владимир улыбнулся. — Отец смог вас считать, но это не повод отменять тренировку в Чертогах, вы же понимаете?

— Да, я готов.

— И не забудьте взять с собой подушки и одеяла.

Удивление наверняка было легко прочитать на моем лице, я даже не пытался его скрыть.

— Это соревнование по сну?

— Вроде того, — Пушкин искренне рассмеялся. — Поверьте, я знаю, о чем говорю.

Глава 8

Тридцать три

Вновь ненадолго попрощавшись с Пушкиным, я вернулся в дом для гостей, заодно немного поразмыслив. Насчет Чертогов идей у меня не было, но полагаю, что Машка была права. Возможно, если бы я не вырос в той среде, где единственными диковинками являлись, по сути, Ириниэль, да подгнивший рыцарь в склепе, то также легко бы рассуждал о присутствии других мифических рас. Но для Машки и прочих представителей чуди подобные расклады — нечто обыденное, поэтому не вызывали удивления или даже восторга… Впрочем, восторг обычно у меня из-за, кхм, ксенофильского настроя, но тут уж куда деваться.

А вот Алексей Пушкин мне понравился, я ожидал каких-нибудь пустых разговоров, но тот вел себя прямолинейно. Сложно представить такое в аристократических кругах, где все стараются улыбаться друг другу, держа за спиной нож. Возможно, я просто относился к другой категории людей, и во мне видели потенциал. Все-таки Владимир, когда говорил о брате Змеевых, наверняка уже напрямую намекал на меня, и хотя я заставил его задуматься, сама суть не изменилась, полагаю. Слепо надеяться на безвозмездную помощь Рода не стоило, все-таки от меня потребуют что-то взамен, и кроме моих сил предложить нечего, понятное дело. Посмотрим, что из этого выйдет.

Добравшись до дома и открыв дверь, я улыбнулся, поскольку эльфийки встречали меня в гостиной, склонив головы. Ах… Нет, все-таки жизнь хороша! Конечно, я ничего не знал об их характере, но некрасивых эльфиек пока не встречал. И эти острые длинные ушки, необычный цвет волос… Замутить с рабыней Пушкиных — сомнительная идея, но просто наслаждаться обществом красавиц мне нравилось.

— Доброй ночи, господин, — прощебетала Золотце.

— Доброй ночи, Пётр Константинович, — с придыханием добавила Изумруд. — Приготовить вам ванную? Возможно, подготовить чаепитие? Мы готовы выполнить любой каприз, только скажите.

Так-так, поставленный голосок. Зеленовласка перевалила за сто лет и явно уже знала жизнь, мужчинам точно понравится такое общение. Вульгарно, конечно, но тембр и интонация подобраны идеально, чтобы потешить мужское эго. И не только эго. Правда, если она действительно выполняла любые капризы гостей, то я бы не спешил переходить к более тесному общению, поскольку мои знания Природы лечили далеко не все болезни… Надо бы потом оценить ее моим фирменным вербом, когда она не будет этого ожидать.

— Нет, ничего не требуется, — с улыбкой ответил я. — На сегодня вы можете быть свободны, благодарю.

— Вы очень добры, — прошептала Золотце.

— Ах, сладких вам снов, господин, — бросив на меня разочарованный взгляд, вздохнула Изумруд.

Кивнув в ответ, я проследил за тем, куда девушки направились дальше. Похоже, что жили они в главном здании, возможно, что вместе со всеми остальными эльфами. По крайней мере, направились именно туда, как и парочка увиденных мной из окна эльфов, закончивших с фонарями. Невольно я подумал о том, что рабы могли бы растить популяцию эльфов здесь, но вряд ли им это позволяли. Если вспомнить невольничий рынок, то расценки для дворян или богатых купцов не так уж кусались, и всяко дешевле, чем тратиться на воспитание ребенка чуди. Интересно, есть ли в Империи вообще большое количество рас из-за бугра, да чтобы еще и с Сорокой? Если оценивать количество встречаемых мной Причуд у незнакомцев, то полукровок немало, однако видимых признаков иной расы у таких людей я не замечал. Как, к примеру, в моей семье от змеев только Причуда. Гены людей сильнее? Я б поэкспериментировал! Ну, попозже…

«Интересные ты эксперименты там придумываешь, братик. Но я рада, что ты вообще подумываешь о детях!»

Ленка как-то слишком много переживала обо мне. Но вообще да, я сам удивлен, раньше и голову не забивал. Хотя в моем возрасте, да и при текущем положении в обществе, о детях точно думать рано.

— Петенька! Как прошло⁈ — услышав мои шаги на лестнице, Машка выбежала ко мне в новехоньком платье и крепко обняла. Я осторожно обнял ее в ответ, стараясь не помять ткань, но гладить по обнаженной спине очень даже приятно. Не дождавшись ответа, Машка принялась хихикать и вертеть хвостиком. — Щ-щекотно!

— Не слишком ли холодно будет в таком платье? — поинтересовался я. Хоть и знал ее способности, но все-таки еще помнил, как она мерзла даже летом в нашу первую встречу. — Встреча — неплохо, вроде я не ударил в грязь лицом.

— Это замечательно, фыр! — Машка отпустила меня, крутанулась на месте, активными движениями бровей намекая, что пора бы ее похвалить.

— Выглядишь потрясающе.

— Уф. Я довольна, хе-хе. И нет, не холодно, в самый раз!

— Правда, Пушкин предложил взять подушки и одеяло. Хотя я до сих пор думаю, не шутка ли это была…

— Даже если шутка, я все равно возьму, пусть посмеются, если что, — гордо задрав носик, девушка убежала, а я прошел в комнату к Ириниэль. Она тоже принарядилась. Непривычно видеть ее в платье, конечно, она до сих пор стояла перед зеркалом и как будто сомневалась. Поясок платья подчеркивал фигуру, а светлые колготки и перчатки придавали образу необычности, да и смотрелись красиво на фоне темной кожи Ириниэль.

— Не уверена, что будет удобно сражаться в такой одежде, господин, — вздохнула Ириниэль, глянув на меня через отражение. — И юбка слишком длинная, мне неудобно доставать плетку.

А, вот насчет чего она сомневалась.

— Ну-ка, правда неудобно?

Ириниэль задрала юбку платья, демонстрируя, как отцепляет плетку от ремешка на бедре. Хм, и с колготками носит стринги. Но вообще вид отличный.

— Оставляй здесь. Если что — призовешь клинки.

— Как скажете, Пётр Константинович.

Оставшееся время я провел, разбирая вещи. Их оказалось не так уж и много, и раз уж девчата готовы, я решил пойти на условленное место пораньше. Машка действительно взяла одеяло вместе с подушкой и надула щечки из-за того, что мы с Ириниэль ничего не прихватили, но отпускать свою любимую подушку не хотела, поэтому так и пришла — в вечернем платье и со всем необходимым для сна. Впрочем, я увидел, что это действительно не шутка.

У подножия дуба уже стоял Владимир, Степан и еще несколько незнакомых мне мужчин, которые держались в сторонке, но все являлись наемными работниками Рода. Рядом с Пушкиным — четыре девушки в вечерних платьях, позади которых стояли две эльфийки в униформе горничных, удерживая гору подушек и одеял. Их это не тяготило, судя по всему.

— Ах, Вова, это ведь тот мальчик, да⁈ — воскликнула девушка с яркими оранжевыми волосами. Причем это не рыжий оттенок, а именно влияние Длани — она оказалась Магистром Огня. У Владимира хороший вкус — жена симпатичная и веселая на первый взгляд, платье весьма броское и довольно открытое, с глубоким декольте, но я отыграл джентльменство и не пялился. В свои двадцать семь девушка обладала характеристиками, лишь немного уступающими супругу.

— Дорогая, прошу тебя! — слегка смутившись, сказал Владимир. — Александра Олеговна, это Пётр Константинович. Пётр Константинович, это Александра Олеговна, моя супруга.

— Очень рад знакомству, — я не был сведущ в порядках, но на всякий случай склонил голову, после чего представил своих спутниц.

— Приятно видеть теплые отношения с песцами и эльфами, такие союзы — будущее нашего общества, — звонким голоском прощебетала вторая девушка, придерживающая Пушкина за руку.

Владимир представил ее, как Даромилу, свою вторую жену. Длинные русые волосы напоминали перья… Хотя, подозреваю, это они и были, причем от них исходило легкое свечение. Глаза без зрачков тоже самую малость светились, однако я четко осознавал, что Даромила меня рассматривает весьма внимательно. Одета она немного непривычно — в легкий сарафан, украшенный перьями и поблескивающими сферами, вроде оберегов.

— Вы же птичка Сирин, да? Потрясающе! — радостно покачивая хвостом, улыбалась Машка.

— Все верно, — Даромила улыбнулась в ответ.

— Так это вы будете петь и усыплять нас? — продолжила неугомонная Машка.

Сирин искренне и весело рассмеялась, словно колокольчик прозвенел. Я ощутил легкое влияние псионики.

— Увы, но сегодня я такая же гостья, как и вы.

Уровень у птички при ее двадцати годах — пятидесятый, весьма сильна. Интригует… Ради приличий я старался не сильно глазеть, но Владимир, казалось, был доволен моей реакцией. Специально привел жен, покрасоваться? Или показать, как хорошо быть дворянином? На самом деле полезный урок — я и не знал, что в таком известном семействе без проблем могли взять в жены чудь.

Еще две симпатичные девушки с интересом наблюдали за нашим знакомством. Это оказались супруги Алексея: Надежда и Любовь. Он специально подбирал, что ли? Старшей из них оказалось всего тридцать с хвостиком, младшей, Надежде, двадцать пять. При своем возрасте Пушкин-старший молодцом! Хотя судя по тому, как Владимир их представил, это были четвертая и пятая жены. Столь обожаемая дочка Алексея, Татьяна — как раз от Любви, Магистра Природы и обладательницы шикарной зеленой косы, так что Владимиру стоило ожидать еще брата или сестру с таким раскладом, а то пятая жена обидится. Пятая, к слову, оказалась хоть и не магистром, но экспертом сразу в пяти школах и носила очки, а строгий взгляд делал ее похожей на учительницу.

В отличие от жен Владимира, Надежда и Любовь обошлись вежливыми приветствиями и прочими дежурными фразами, хоть и внимательно следили за нашей троицей. Уровни — около сорокового, но без изысков вроде артефактов или сомнительных данных в гамаюне.

Что и говорить, в таком прелестном обществе, да на природе — действительно легко черпать вдохновение для сотен томиков поэзии.

К двадцати трем часам к нам присоединился Алексей, к которому тотчас прилипли женушки. Машка, увидев все это, тоже схватила меня за руку и прижалась, а Ириниэль молча забрала себе подушку и одеяло.

— Пора, — объявил Владимир, направившись первым в обход толстенного дуба. Все весело переговаривались, о чем-то перешептывались, так что испытанием я бы это не назвал — похоже, что сюда заглядывали достаточно регулярно, и мой приезд здесь не при делах.

Толстенные корни в некоторых местах слишком торчали из земли, но дорога пролегала мимо таких участков. И с обратной стороны дуба, невидимой со стороны въезда в усадьбу, оказалось нечто вроде арки — древесина здесь оказалась зачищена, формируя основу для резных дверей, но исполинскому растению это будто бы и не навредило.

Двери открылись сами собой, позволяя рассмотреть освещенное тусклыми зелеными огнями помещение — сформированный из переплетающихся ветвей коридор, хотя ветви внутри ствола дерева — необычное явление.

Постепенно расширяясь, коридор вывел в зал. Весьма большой, а из-за установленной сцены и множества шикарных кожаных диванчиков, ассоциации с каким-нибудь престижным кинозалом напрашивались сами собой. Потолок в полумраке даже и не видно, отчего один вопрос не давал мне покоя: а это точно внутри дуба все расположено? Да и стены тонули в темноте, поскольку освещение давали только тусклые шары.

Степан и другие слуги заняли места на дальних диванах, за которыми, привыкнув к полумраку, я увидел еще и кровати, расставленные рядками. Алексей с супругами занял место на одном из диванов в первом ряду, поэтому и я решил тоже выпендриться, выделил Машке и Ириниэль место практически в центре первого ряда, раз уж глава Рода его не занял. А вот Владимир усадил своих жен чуть подальше, после чего подошел ко мне.

— Удивлены, Пётр Константинович.

— Весьма и весьма, Владимир Алексеевич.

— Конечно, далеко не все Чертоги выглядят так. Привыкайте к тому, что они внутри гораздо больше, чем снаружи. Почему — вопрос для мудрецов и ученых, пока что нет четкого объяснения, но даже здесь есть этажи, ведущие вниз, это далеко не весь объем, — с гордостью добавил мужчина, будто собственноручно смастерил этот Дуб.

— Впечатляюще… Но в чем суть испытания?

— Проверка ментальной устойчивости. Ничего вредного, поверьте, к нам приезжают гости издалека, чтобы излечить бессонницу или тревожность, — шепотом объяснил Владимир. — Но влияние может проявляться и вне расписания, поэтому мы заранее определяем устойчивость гостей, чтобы обеспечить безопасность.

Я молча кивнул.

— Подозреваю, что вы пройдете, а сударыни отлично выспятся, — с улыбкой продолжил Владимир. — Вы же пройдете испытание, если не заснете раньше меня или отца, — с долей озорства в голосе добавил мужчина и подмигнул мне.

— Тогда спокойной вам ночи, — усмехнулся я.

— Отличный настрой! Все, присаживайтесь!

Свет стал немного ярче. Послышались тихие шаги.

— Тысяча чертей, кого там принесло опять⁈ — гаркнул кто-то из-за пределов сцены, после чего грубиян вышел на свет. — Каналья, сколько людей опять приперлось!

Говоривший оказался… Котом! Котомужиком? Немолодой уже мужчина с поблескивающими седыми волосами среди густой черной шевелюры и пушистых кошачьих ушей. Хвост с темной шерстью — тоже в наличии. Шикарные усищи слегка завиты, в руках — литровая кружка с пивом, судя по всему, причем уже наполовину пустая. Одет котяра в старомодного вида камзол черных и белых оттенков, украшенный множеством мелких цепей из стали, на ногах — лихие алые сапоги со шпорами, на руках перчатки, снабженные изящными железными когтями. Но явно весьма смертоносными, если их каким-то образом выдвинуть, поскольку сейчас они находились на уровне запястья и служили, скорее, украшением.

'Неизвестно

Возраст: 425

Раса: кот-баюн

Уровень: 79

Сила: 13

Ловкость: 25

Выносливость: 7

Магический потенциал: 24

Величина истока: 10

Маг Пси, магистр

Маг Металла, магистр

Причуда неизвестна'.

«Обнаружена синхронизация Пыли с неизвестной школой магии».

— Доброй ночи, Котик, — громко сказал Владимир. — Не груби, у нас гости.

— Да чтоб их через коромысло… Кха! — котяра сплюнул на сцену, после чего припал к кружке.

— Котик!

— Понял, понял. Сейчас, — кряхтя, котяра качнул хвостом, взмахнул рукой, и часть сцены в виде отдельных металлических пластин поднялась, создавая своего рода столик, на который кот и поставил кружку. Шевельнув ухом, посмотрел на меня, Машку и Ириниэль, затем скользнул взглядом по остальным.

Владимир кивнул, прошел в зал и уселся между своими женами, которые сразу же устроились поудобнее, накрылись одеялом вместе с супругом и подождали, пока эльфийки положат подушки. После этого рабыни шустро заняли свободный диван и замерли в ожидании.

Котяра пошел налево, медленно меряя пол шагами и позвякивая обилием цепей.

— Так вот. Жили-были старик со старухой. Просит старый свою ненаглядную — сотвори мне чудо, голема из теста! Старуха подумала-подумала, пошла на поклон к чете Волковых, попросила у них муки побольше, да и начала думать, как тело-то мучное оживить. Хотела спросить у подруги своей, которая в лесу живет, да от той нет весточки — волки дикие там шастают, покоя не дают. Забеспокоилась бабонька, побежала на почту, заказала телеграмму на номер известной охотницы, Красной Шапочки…

Рассказ прервался, поскольку котяра дошел до края сцены, просунул руку в темноту и извлек гитару, облепленную наклейками, изображающими полуобнаженных барышень. После этого — пошел направо.

— Черный коооотик. Что ж ты вьёёёшься. Над мое-е-е-ею-ю-ю. Сметаной! — звучало не очень складно, но Котик бренчал весьма активно и пел так громко, что наверняка все отлично слышали, независимо от выбранного ряда.

Машка уже засопела, несмотря на крики. Ушки слегка смялись о мою щеку, и я, чтобы не потревожить, осторожно приобнял девушку, но перед этим накрыл одеялом. Судя по сопению, многие уже тоже вырубились. Я же ощущал легкое покалывание, доказывающее влияние псионики, но слишком слабое. Ментальный блок я все-таки тренировал пару десятков лет, если брать в расчет и прошлую жизнь, и по своей сути это не верб, а техника использования ноотики. Поэтому держать его можно очень долго без каких-либо трат выносливости, главное — самодисциплина и концентрация на поддержании.

Добравшись до другого края сцены, Котик прекратил бренчать на гитаре, прочистил горло и, навострив уши, улыбнулся, слыша сопение. После этого продолжил рассказ:

— Красная Шапочка, получив телеграмму, сразу же поняла, о каком месте речь. Заточив топоры, охотница тщательно проверила механизм винтовки и запас зачарованных пуль, после чего отправилась в путь. Взяв билеты первого класса, кстати, вы можете получить скидку по промокоду Котик-Баюн-Дубовый-хвост, она добралась до Волшебного леса. Уже собралась пройти по самой темной тропинке, как ее окликнули. Семья медведей прибежала к ней с просьбой заняться их делом: налицо нарушение, вторжение на частную территорию, причинение ущерба… Все улики указывали на Машу-беспредельщицу, но Красная Шапочка уже взяла на себя одно дело! Профессионализм не позволял ей обнадеживать клиентов зря, поэтому она набрала номер знакомого решалы по кличке Репка. Хоть его и посадили, у него много связей… Но если упомянуть любовницу — Мышку, из-за которой он готов выйти на волю, то согласится на любые условия!

Я с каменным лицом слушал все это безобразие, пытаясь понять, есть ли вообще какой-то смысл, или это методика усыпления такая у Котика. Характеристики впечатляли, но вместе с тем он не был рабом и действовал по своей воле. Интересно, чем Пушкины его заманили сюда? Или все-таки он относился к нейтральной чуди, которая нейтрально относится к людям? Вряд ли, он ведь не кот ученый, который фигурировал в книгах, а именно что баюн, весьма опасен.

Ириниэль зевала, зевала, да в итоге устроилась на моем плече, обняв руку при этом. Как обладательница таланта к псимагии, она пыталась сопротивляться, но это не помогло, а все, кто был далек от Пси, уснули еще раньше. Я бросил взгляд на Алексея и Владимира — они оставались единственными, кто еще не заснул, и тоже поглядывали на меня. Ага… Это что-то вроде соревнования в баньке? Кто дольше сможет просидеть при жарище?

— Говоряяят, не повезёт! Если черный кот дорогу перейдет! А пока наоборот! Тынц-тынц-тынц, каналья! — Котик уже совсем разошелся и начал приплясывать с гитарой, горланя песни. — Я кот Матвей! Мой метод прост! Я не люблю тянуть кота за хвост!

* * *

Спустя два часа, вновь взявшись за гитару, котяра коснулся струн, затем устало вздохнул и уставился уже только на меня:

— Чем шире рот, тем чешире кот! Паренек, ты чего?

— М? Ты мне?

— А кому еще? Ты один все не дрыхнешь, тысяча чертей! — Котик отложил гитару, подошел к столику и взял пиво.

Осмотревшись, я понял, что он прав. Владимир и Алексей посапывали в обнимку с супругами.

— Да вроде всего пара часов прошла, я не устал. Некоторые фильмы дольше твоего выступления идут, хотя попкорн бы не помешал, это да.

— Ах вот ты как, да? — котяра прищурился, поправил усы, вытер с них пену. — Мяу! Почему Баба-Яга перестала ходить в лес? Потому что Избушку на курьих ножках угнали!

— А поновее ничего нет?

— «ПАЗ Слеза» — ты будешь рыдать от счастья. Кожаный салон, плавный ход, высокая емкость батарей — только сегодня вы можете заказать в эксклюзивной сапфировой раскраске, — заявил Котик, бренча на фоне этого какую-то мелодию.

— Тебя и рекламные ролики записывать заставляют?

— Угу. И не только! Поэзия тоже в чести, знаете ли! Цветок засохший, безуханный, забытый в книге вижу я…

* * *

Четыре часа позади.

— Эй! Слушаешь? Баю-баюшки-баю… Каналья!

Я помассировал глаза, слегка размял шею.

— Неа, мне сколько лет, по-твоему, чтоб я под колыбельную засыпал? — возмутился я, а уши кота прижались к голове.

— Ясно, мяу. Тогда о чем рассказать? — вновь махнув рукой, Котик поднял над сценой еще одну металлическую пластину, на которую уселся. — Я так долго лет триста не выступал, уже отвык. Как звать-то?

— Пётр Константинович.

— Я запомню, — серьезным тоном ответил кот. — А меня — Матвей, это не совпадение, песня и впрямь про меня, тысяча чертей! — с гордостью заявил котяра, осушив кружку.

— В историях рассказано про тебя, но еще и про русалок… Да много чего упоминается, — сказал я. — Но отличается от реальности.

— Это только на первый взгляд, — Матвей качнул хвостом, с печалью в глазах смотря на пустую кружку. — Так это… Ты коль не из местных и не благородных, давай расскажу. Пушкиным нравятся эти истории, остальные не верят.

— Про русалок и прочее?

— Почти, — Матвей вскочил со «стула». — Сказка — ложь, да в ней намек. Ты явно одаренный, Пётр, слышал о тридцати трех? Или даже о тридцати… По-разному бывает, хе-хе, мяу.

— Тридцать три богатыря? Или витязя с Черномором? — напряг я память.

— Именно. Около трехсот лет назад многие получили благословения, может это действительно были витязи, а может и нет, — хитро усмехнувшись, заявил Матвей. — С тех пор много воды утекло, но наследие осталось. Тридцать три волшебных начала, и их носители рядом с нами. Сильнейшие из людей… Или не только людей.

— Волшебных начала? Разве школ магии не двенадцать? — закосил я под дурачка, а котяра опять принялся приглаживать усы.

— Привычных людям — да. Но в этом мире не одни лишь люди, не так ли, а, Пётр? Ты же и сам пришел с барышнями других народов. Может ты один из тридцати трех, но сам этого не знаешь?

Я пожал плечами.

— Сложновато в это поверить.

— Сказал паренек с седыми волосами, хе! — Матвей рассмеялся. — Зайдем с другой стороны. Гении и Эманации? Раз ты пришел с девочкой-песцом, то наверняка слышал о Вечной Льдинке. Она — не какое-то там божество, а вполне реальная сущность, эманация Льда. И одна из тридцати трех. Пушкиным я о ней не рассказывал, но ты добр к народу зверолюдов, поэтому пусть эти знания останутся при тебе, мяхаха, — Матвей откровенно веселился, и его считать я не мог. Правда или нет? После потока бреда верить опрометчиво, но кто знает.

— И в чем разница между гениями и эманациями?

— В природе их сил. Эманации — привычные людям школы кудесничества, тогда как Гении скрывают тайную для людей магию. Не слишком ли ты любопытен для тринадцатого уровня? Какая же у тебя реальная сила?

Матвей присмотрелся ко мне получше, его зрачки стали вертикальными. Показав клыки, он рассмеялся.

— Даже не дрогнул. А ты хорош. На этом рассказ закончен. Мне нужны и твои истории, если хочешь узнать больше.

— Благодарю. Правда… Еще один вопрос, не истории. Насколько это безопасно для Пушкиных? Им ведь могут навредить, пока они спят.

— Я здесь для безопасности, им ничто не угрожает, — Матвей показал когти на перчатках. — И нечего сравнивать с собой, тысяча чертей! Ты один здесь неугомонный, остальные засыпали раньше!

Оставалось только виновато улыбнуться. За это время я уже отнес Ириниэль и Машку на кровати, чтобы они спали в комфортных условиях. Можно было и другим помочь, но трогать жен Пушкиных без спроса — так себе перспектива.

— А зачем это другим гостям? Все ради лечения бессонницы?

— Не только. Заснул бы — узнал! Почувствуешь себя на утречко обновленным! — весело заявил котяра и начал потирать руки, радостно покачивая хвостом. — Ну как, уже зеваешь? Хочешь спать, а?

— Неа. А про результат у девчат спрошу утром.

— Кхм. Кхам, кхум, кхам! Каналья, урчало прочищу и начну мурлыкать, тогда ты точно заснешь!

Похоже, что мое выражение лица, красноречиво выражающее «Ты серьезно?» подействовало, и Матвей смутился. Уселся обратно на пластину и вздохнул, став громыхать пустой кружкой, как кот, который требует от хозяина насыпать в миску корм.

Я уже и сам не знал, когда это прекратится. Матвей не спешил рассказывать что-нибудь новое, но и сдаваться ему после четырех часов я не хотел, хотя уже глубокая ночь на дворе, и вообще-то пора спать и без всяких колыбельных от псионических котов. Истории можно было рассказать, но не настолько я ему доверял. Если только фильмы пересказывать?

Уши Матвея внезапно шевельнулись, да и я услышал шаги.

— Папа, что-то случилось? Ты сегодня долго! — прозвучал милый голосок, и затем я увидел его обладательницу.

Кошкодевушка. Боже мой! Это стоило каждой минуты, да хоть суток без сна! Длинные темно-русые волосы с множеством розовых прядей, пушистые кошачьи ушки с белым мехом внутри от волнения слегка подрагивали, а мягкий на вид кошачий хвост изящно покачивался в такт шагам его обладательницы. Кошечка нарядилась в подогнанное под женственную фигурку платье черного и белого оттенков, в волосы вплетен цветок. Изящность ножек подчеркнута гольфами, резинка слегка сдавливала бедра, намекая на их мягкость.

Незнакомка очень хороша собой. И когда посмотрела на меня, я увидел чарующие розовато-фиолетовые глаза. Бровки девушки поползли на лоб от удивления, ушки прижались к голове, ладони сами собой оказались на уровне рта.

— Мяа-а-а-а-а! — воскликнула девица. — Папа!

— Ну да, здесь бодрствующий человек. Но теперь уже поздно мяукать, доча, он тебя увидел, — проворчал Матвей. — Не принимайте на свой счет, Петр. Она у меня просто затворница.

— Может, представите нас? — вежливо предложил я.

— Боюсь, что вы увиделись в первый и последний раз, — Матвей развел руками, но почему-то подмигнул мне.

— Т-ты! Т-ты! Сейчас! — девчонка громко процокала каблучками по сцене, тоже схватила гитару, подбежала к краю. Руки от волнения дрожали. Темные волосы начали перекрашиваться в розовые, словно один оттенок перетекал в другой, и вскоре все стали нежно-розового оттенка, лишь ушки и хвост оставались прежними.

Я почувствовал, как псионическое давление усиливается, и дело даже не в том, что я слишком разволновался, впервые увидев кошкодевочку.

'Неизвестно

Возраст: 19

Раса: кошка-баюн

Уровень: 122

Сила: 5

Ловкость: 19

Выносливость: 5

Магический потенциал: 50

Величина истока: 8

Маг Пси, магистр

Маг Природы, магистр

Причуда неизвестна'.

«Обнаружена синхронизация Пыли с неизвестной школой магии»

«Аномально высокая концентрация синхронизированной Пыли. Предположительно — обнаружено благословение Эманации или Гения».

Ее показатели превышали все, что я встречал в этом мире. Мой расчет вербов отличался, поэтому я все-таки надеялся, что смог бы бороться с ней на равных, но у обычного человека, даже высокородного, против нее маловато шансов в честном бою.

Кошечка стала играть на гитаре, затем, не отрывая от меня взгляд, начала петь:

— Душа моя тоски полна, ах, сжалься, незнакомец милый. Я здесь одна, совсем одна… Прошу, спаси меня, помилуй! — с чувством спела кошечка, вкладывая всю душу в эти строки. Я слышал эту песню… Пока бывал на концертах в Липецке.

— От женщин кругом голова. Влюбись — хлопот не оберёшься! — спел я ей в ответ, отчего кошечка даже отступила на шаг.

Что-то потекло по губам. Кровь из носа? Наложив на себя верб Природы, я поднялся, подошел ближе, отчего девушка отступила еще на шаг.

— Я тебе не враг. Мяукни, если веришь, — протянув руку, сказал я.

Часто дыша, взволнованная девушка схватилась за хвост. Посмотрела на отца, то Матвей уже сам захрапел, свернувшись калачиком прямо на полу в обнимку с кружкой.

— Нет! — громко ответила девушка. Тело вдруг показалось мне неожиданно тяжелым, и, пошатнувшись, я нащупал спинку дивана, осторожно уселся и провалился в сон. Под конец определенно почувствовал рядом цветочный аромат и услышал мурлыканье совсем над ухом…

Глава 9

Вечная Льдинка

Обычно я спал чутко, но на этот раз даже не сразу пришел в себя. Открыв глаза, увидел… Не так уж и много увидел, если честно, весьма большая грудь загораживала обзор. И лежал я на бедрах Ириниэль, вместе с тем накрытый чем-то очень теплым и пушистым.

— Доброго утречка, Петенька! — обладательница хвоста заметила, что я проснулся, тогда как Ириниэль пока еще дремала, сидя на диване в первом ряду. Где я и вырубился, собственно.

— Утра, — улыбнувшись Машке, я проверил ноотикой ощущение вербинита.

Все на месте. Вообще я надеялся не доводить до подобных ситуаций, но проанализировать можно будет позже. На крайний случай я все-таки навешивал обереги на кастет и шарики, но если украсть их надумает какой-нибудь профи, то это не помогло бы, поэтому стопроцентной защиты от такого случая нет. Да и если обнаружить пропажу слишком поздно, то на поиски уйдет немало времени… Но это пока, мысли насчет исправления ситуации были, но реализовать все еще сложно.

— Ты выглядишь растерянным, — шепотом сказала Машка, присев рядом с диваном и навострив ушки. Хвост я все равно придерживал, чтобы он не соскользнул на пол, а то девчонка уже машинально хотела начать им шевелить, слишком заинтересовавшись. — Что-то произошло, да? Фыр! — уже громче добавила девушка, затем ойкнула, а Ириниэль проснулась и сладко зевнула.

— С пробуждением, господин, — слегка заспанным голосом сказала эльфийка, потянувшись. — Вы отнесли нас на постель, а сами остались на диване. Мы с Марией решили охранять ваш сон.

— Благодарю, мне понравилось, — я погладил Ириниэль по коленке, затем легонько почесал хвостик Маши, после чего поднялся и выудил из кармана умнофон. Всего восемь часов утра? Девчата-то, может, и выспались, а я занимался ерундой до поздней ночи, но все равно чувствовал необычайную бодрость. Коснувшись губы, украдкой глянул на палец — никаких следов крови. Да и девчата, увидев это, наверняка бы заволновались… Кто-то вытер. Остатки легкого цветочного аромата все еще преследовали меня, как бы намекая, но уверенности не было.

Сейчас в «зрительном зале» мы оставались только втроем. Огней стало меньше, отчего полумрак казался даже немного гнетущим, но это лишь общее впечатление.

— Тот котик быстро усыпил! — пожаловалась Машка. — Но спать после этого так приятно, и сновидения милые! Я будто оказалась в сказке, на цветочной полянке, бегала и насобирала целый букет, воть! А тебе, Ириниэль, что снилось?

— Много-много меда, целая ванная, — сглотнув слюну, сказала эльфийка.

Вот уж не подумал бы, что она такая сладкоежка.

— Остальные рано ушли?

— Минуток двадцать назад, наверное, — задумчиво сказала Машка, положив палец на подбородок. — Так что-то случилось, да? — опять попыталась выпытать у меня девушка.

— В соревновании я победил, полагаю, — поднявшись, я снял пиджак и хотел было уже немного размяться, когда Машка кончиком хвоста указала на диван. Усевшись боком, я расстегнул несколько пуговиц, чтобы рубашка была посвободнее, а Машка устроилась позади меня и стала легонько массировать мои плечи. — Но все равно вырубился, так что есть куда расти.

— Господин, даже так — это невероятный результат! — сказала Ириниэль, поднявшись, после чего подошла ко мне и встала так, чтобы видеть лицо. Весьма элегантно присела на подлокотник, словно хотела получше показать затянутые в колготки ножки. — Уровень этого кота слишком велик, его заклинания Пси свалили бы кого угодно. Сколько вы продержались, Пётр Константинович?

— Часа четыре, наверное.

Ириниэль замерла, уши слегка шевельнулись. Я улыбнулся, увидев ее замешательство.

— Вы… Вы же не шутите, да? Он ведь непрерывно воздействовал заклинаниями уровня магистра! Пётр Константинович! — во взгляде эльфийки промелькнула заинтересованность. Снова я смог ее удивить, приятно.

Про кошку я рассказывать пока не стал, надо все обмозговать, поэтому пусть все думают, что меня смог вырубить Матвей. Подозреваю, что о незнакомке с ушками вообще никто не знал, даже сами Пушкины, иначе бы она так себя не вела. Но, вместе с тем, она не воспринимала меня, как угрозу, и это отлично. Стоило признать — я слишком расслабился, и это могло стоить мне жизни. Зато теперь ясно, что на один лишь ментальный блок не стоит рассчитывать, нужно параллельно использовать псионическое противодействие… Подозреваю, что даже у Ириниэль должны быть заклинания, которые она использовала. Кстати!

— Не шучу. Но ты ведь тоже продержалась довольно долго, — похвалил я эльфийку. — Какое заклинание использовала?

Ириниэль была взбудоражена моими ответами, поэтому сразу и не ответила, но когда поняла, что я спрашиваю вполне серьезно, сказала:

— «Врата разума», экспертный уровень. При моих показателях получается слабенько, но все равно. Вы… Неужели вы готовы тренировать меня, господин? — Ириниэль даже подалась вперед, выпятив грудь.

— Пока нужно получше узнать твои базовые навыки. Это испытание — неплохое начало, так что расскажи в подробностях. Машка, все, спасибо! Солнышко ты мое.

— Хи-хи, я всегда рада помочь! Ты спал на такой неудобной постельке, это меньшее, что я могу сделать! — наклонившись ко мне, Маша чмокнула мое ухо, а я погладил ее по волосам, после чего девушка прильнула ко мне сзади и обняла, решив, видимо, так дальше и сидеть.

Ириниэль тем временем зачитала мне заклинание. Поблагодарив, я проанализировал составляющие и понял, что по факту это вариация внушения, только направленная на самого себя, чтобы блокировать влияние извне. Я игнорировал эту категорию заклинаний, поскольку они действовали грубо и оставляли негативное впечатление у цели, однако на себя обижаться не к чему… Если снизить потребление маны, отсеять лишнее и сосредоточиться вместо конкретной идеи на простом мыслеимпульсе, то получится неплохой верб для поддержки ментального блока. Надо только его постоянно использовать месяц-другой, чтобы довести до автоматизма и определить оптимальное соотношение «эффективность-затраты».

Возможно, стоило покопаться в этом типе воздействия получше, но подобрать универсальный и глобальный по своему влиянию верб для влияния на любого человека проблематично, в этом вопросе я почти не продвинулся. Но раз все равно собирался испытывать нечто подобное на Ириниэль, то все сложилось удачно.

— Благодарю, учтем в дальнейшем, — ответил я на старания эльфийки. — Можешь официально считать это началом твоего обучения, но не стоит пока что надеяться на долгие и частые тренировки. Определимся с местными порядками, тогда и решим.

Ириниэль улыбнулась, кивнула.

— Я приложу все усилия, господин!

— Иного и не жду, — ответил я. — Думаю, что пора отсюда уходить. Вещички помялись, да и себя нужно привести в порядок перед завтраком, как вы считаете?

— Тоже так думаю, Петенька! — Машка прекратила меня обнимать, вскочила с дивана и стала радостно покачивать хвостиком.

Ириниэль с готовностью кивнула, так что мы, прихватив драгоценную подушку Машки и одеяло, покинули дуб тем же путем, через который и пришли. Похоже, что как таковых ограничений на посещения Чертогов нет, но Матвей не готов постоянно выступать здесь. Было бы интересно изучить пространство за пределами зала, однако прямо сейчас делать это опрометчиво.

Нас встретило весьма прохладное утро, денек намечался дождливый, судя по нависающим тучам. Накинув на плечи Машки пиджак, я получил от нее благодарную улыбку, хотя это скорее знак внимания, чем реальная помощь, поскольку холод она даже любила. Ириниэль, похоже, тоже не особо мерзла, либо же только показывала безразличие.

Вернувшись домой, мы почти сразу натолкнулись на Золотце и Изумруд. Девушки выверенным движением поклонились.

— Доброе утро, господин, сударыни! — звонко сказали эльфийки в один голос. Машка даже замерла, Ириниэль с небывалым пафосом кивнула в ответ… Хотя, полагаю, она уже привыкла к такому за время, проведенное в усадьбе Светлова.

— Утречка.

— Скоро будет подан завтрак. Мы подготовили воду в ванных к вашему приходу, — отчиталась Золотце.

— А еще Его Сиятельство, князь Владимир Пушкин, сообщил, что хотел бы с вами встретиться после завтрака. Что мне ему передать? — сказала Изумруд, поглядывая на меня из-под ресничек.

Ничего себе, уже у меня время спрашивают. Похоже, что Владимир все-таки не ожидал, что я смогу перебороть в испытании даже главу Рода, но скорее в нем говорило любопытство.

— Я свободен сразу же после завтрака. В любое время, — улыбнулся я.

— Спасибо, Пётр Константинович, я передам, — с чувством ответила девушка, после чего обе эльфийки убежали наверх, готовить ванные. Здесь их вроде штук пять, не меньше… Из-за наличия магии можно не так уж и сильно переживать насчет подачи горячей воды, поэтому и температура подгонялась заклинаниями прямо перед купанием. Но вода здесь все-таки водопроводная, для повседневного потребления на одни только ванные гостей надо многовато маны, полагаю.

Поскольку Машка и Ириниэль убежали купаться первыми, до меня очередь дошла в последнюю очередь. Золотце подогрела воду заклинанием, аккуратно размешала, окунула термометр.

— Все готово, Пётр Константинович.

Вспомнив свою вчерашнюю идею, я скользнул по ней считыванием и использовал «фирменный» верб. Надо же, и она девственница. Все-таки эльфийки действительно никуда не спешат! Раз уж девушка не собиралась уходить, я второй раз за сегодня расстегнул пуговицы и снял рубашку. Стесняться мне нечего, тренировки давали свои плоды, но эльфийка будто старалась и не смотреть.

— Что-то еще? — поинтересовался я.

— Простите, я ожидала дальнейших указаний, — торопливо сказала Золотце и уставилась в пол.

— Например, мочалкой спину потереть? — как бы невзначай поинтересовался я.

— Д-да.

Золотце нервно облизнула губы, взгляд так и не подняла. Для нее это явно впервые, наверное, до этого она тоже садом занималась или, может, готовила иногда. Мог бы поверить в лицедейство, но тогда оно просто шикарное, раз девушка сама верила в свою неуверенность, как бы странно это не звучало.

Интересно, это план такой? Если представить, что я действительно примерно соответствую своему возрасту, да еще и весьма свободен в выборе, то гормоны давили бы изрядно. Если добавить к этому магическую силу — то давили бы вдвойне, а то и втройне. Такая милашка рядом — чем не повод? Вариант подтолкнуть меня к чувствам, а потом навязать рабыню — грубовато, но кто знает. Просто звать меня на службу в Род — без особых надежд, поскольку даже Алексей Пушкин поднял вопрос о том, что я хочу основать свой. А выдать за меня, видимо, некого.

Не узнавал, есть ли дочь у Владимира, вроде как он старший сын, но если таковая и существует, то от силы мне ровесница, а то и моложе. Сам Алексей вряд ли горел желанием отдавать обожаемую дочку за простолюдина, тем более, если Владимир сообщил все детально об Ольге… Политика политикой, но чтоб единственная дочь, да вдруг оказалась на вторых ролях после Светловой при их силе Рода — так себе расклад. Это они еще Машку не учитывали, скорее всего.

Впрочем, я мог себе надумать лишнего, однако давать волю гормонам с незнакомками не стоило при любом раскладе.

— Нет, спасибо. Ждем завтрак, — улыбнулся я, а Золотце, поклонившись еще раз, спешно покинула ванную.

Окунувшись в теплую воду, наконец-то расслабился. Терапия Чертогами весьма популярна — сон точно нормализует, но я подозревал, что есть еще и влияние Природы, одного только сна точно не хватит для возникших ощущений. Догадка легко подтверждалась и тем, что у меня исчезли ссадины и синяки, оставшиеся после недавних тренировок. Обычно из-за столь легких травм я не переживал и не ускорял заживление, зачастую из-за отсутствия боли вообще далеко не сразу замечал, но сейчас все исчезло. Интересное место, конечно, но вряд ли причина в самих Чертогах.

Матвей силен, но его дочурка — вообще нечто. Это нельзя назвать любовью с первого взгляда, но я заинтригован.

«Ничего себе, братик, какие мыслишки! Я очень довольна, хи-хи!»

Ленка мечтала подглядывать за моими романами, не иначе… Вот ведь! Но до романов тут далеко, конечно. Скорее мне интересно узнать побольше, откуда такие силы, хотя вполне очевидно, что чудь не так сильно ограничена в количестве Пыли, как люди. У нежити ведь тоже нереальные показатели, ну а суперкошка доказала, что и у живых существ есть чем ответить. Против магической силы пятидесятого уровня комбо ментального блока и «Врат разума» может даже хватит, но совсем уж идеальным раскладом было увеличение вербинита, чтобы я мог подстраховаться.

Неплохо было бы узнать, почему кошка вообще скрывалась. Неужели из-за застенчивости? Или все-таки слишком грубо было с моей стороны просить ее мяукать, хех. Приятным моментом стало то, что система подстроилась под новую информацию, так что силы кошечки действительно могли быть основаны на благословении.

Сама идея о «тридцати трех» могла быть правдой, а могла оказаться простым приукрашением событий прошлого. На самом деле моя точка зрения здесь даже не особо играла роль, куда важнее — точка зрения Пушкиных. На фоне остальных ровесников, да и многих кудесников, я действительно силен — раньше это было известно большей частью из рассказов Ольги, теперь Пушкины смогли убедиться и в моих способностях противостоять псионике, так что все это не простая болтовня. Одним Даром здесь не обойтись, поэтому оказаться в числе «тридцати трех» — неплохая идея, можно даже не слишком сдерживаться на людях, опираясь на эту легенду. Полагаю, Пушкины не захотят выпустить из рук такой ресурс, но если опираться на их образ и репутацию, то станут добиваться моей лояльности «приличными» способами. В общем, встреча с Владимиром наверняка прольет на это свет.

Но оставалось и еще кое-что, о чем можно узнать хоть сейчас.

Закончив плескаться, я привел себя в порядок. Высушил волосы, воспользовался ненавязчивым парфюмом и дезодорантом, надел свободную рубашку и неброские брюки, подходящие для неформального завтрака. Машка готовилась дольше, поскольку сейчас наверняка расчесывала хвостище, поэтому я заглянул к ней в комнату.

— О, приятный аромат, — Машка тотчас принюхалась и улыбнулась. Ее хвост сейчас напоминал огромное облако, да и волосы не отставали, даже ушки будто утопали в этом обилии мягкости и пушистости.

— Расчесать тебе хвост?

— Не откажусь, — игриво заявила Машка, повернувшись ко мне спиной. Несмотря на обилие одежды, она все равно нацепила мою футболку, но при ее длине и росте Машки вещь скорее напоминала короткое платье.

Уложив перед собой хвост, я взял гребешок и стал осторожно расчесывать мех, пока Машка в блаженстве закрыла глаза, лишь ушки слегка подрагивали от волнения.

— Кота, кстати, зовут Матвей.

— Он даже с тобой познакомился? — ахнула Машка. — Должно быть, ты произвел впечатление, Петенька.

— Наверное, — усмехнулся я. — Может, он просто был рад тому, что я путешествую вместе с девушкой-песцом.

— Хи-хи, возможно. Но я не знаю никого из котиков. Папа о них говорил пару раз, они одиночки. Только раз в сотни лет встречаются котик с кошечкой, чтобы, ну…

Я не видел, но Машка наверняка покраснела.

— Я понял.

— Фыр.

— Хоть и не пересекались, но он тоже немного знает о песцах, о Вечной Льдинке, например.

— Ого! — Машка даже обернулась ко мне, но я стал чуть активнее заниматься хвостом, и девушка опять прикрыла глаза. Пальчики впились в одеяло, лежащее на кровати. — Я и не знала, что кто-то о ней слышал в этих краях.

— Но она же божество?

— Мм. Как сказать? — Машка вздохнула и от смущения прижала ушки к голове. — Немножко стыдно, Петя. Я представитель племени песцов, но не самая, эм, сведущая…

— Ты очень даже сведущая. И умная.

— Ах, самцы коварны! Это я знаю, да, — Машка гордо вздернула носик. — Но Петеньке можно быть коварным и хитрым. А что насчет Вечной Льдинки, то про нее всё знают только шаманы. Все обращения к ней — только на нашем языке, но мы видели проявления ее силы, поэтому она — не выдумка, воть.

— Поэтому ты сравнивала меня с ней?

— Уф. Не уверена, что так правильно делать, но она не какая-то гордая богиня, а защитница, поэтому не обидится на правду. Наверное, фыр. Ой.

Машка разволновалась, поэтому я подумал, что лучше не поднимать религиозные вопросы. Да и вряд ли другие песцы отнеслись бы к подобному дружелюбно. Важнее, что она — реальна. То есть действительно могла существовать так называемая эманация Льда, своего рода средоточие силы этой школы. Если у этого существа много Пыли и синхронизация с заклинаниями высшего уровня, то все возможно. И раз Матвей назвал ее одной из «тридцати трех», то я действительно подхожу на эту роль. Вот только насколько это общеизвестная информация? И опасная ли? А то еще похитить меня захотят или на опыты забрать, не все же столь любопытны, как Пушкины, кто-то может опасаться. В прошлой жизни я уже на этом обжегся.

— Спасибо, это очень полезная информация.

— Так ведь и не за что, Петенька, — Машка улыбалась, пока я заканчивал с шерсткой. — Я слышала еще пару вещей. О том, что Вечная Льдинка защищает песцов и территорию… А еще у нее есть сестра. С этим связана легенда о том, как две сестры жили рядом и радовались, но одна из девушек слишком сильно подружилась с людьми, поэтому Вечная Льдинка ушла далеко на север, а от обиды ее сердце заледенело. Она считала, что ее предали, и стала защищать жителей тех суровых краев, как песцов, например, в противовес сестре, которая присматривала за людьми. Грустненько, фыр. Им просто нужно было обняться и поговорить!

— Согласен. Или пощекотать друг другу животы в знак примирения.

— Нет… Нееет! — Машка рассмеялась, когда я повалил ее на кровать и начал щекотать, все-таки она слишком близко к сердцу принимала истории из деревушки, поэтому я и решил отвлечь. — Петя, стоой! Ах-ха-ха!

Поцеловав вновь слегка разлохматившуюся девушку, я получил ответный поцелуй, после чего глянул на часы.

— О, уже пора на завтрак.

— Но как же я пойду! Петя! Злодеяк! — Машка бросилась к зеркалу и вновь начала причесываться, а я улыбнулся и вышел из комнаты.

Неясно лишь, к каким расам относились сестры-Льдинки. Песцы? Защищали всех, поэтому не факт, да и истории о могучей защитнице людей наверняка нашли бы отражение в фольклоре или хотя бы новостях. Это могло быть и обычной легендой, но в этом мире я уже ни в чем до конца не уверен.

Глава 10

Перспективы

Завтрак подали ровно в девять часов утра. На радость Машке — блинчики, да и Ириниэль сразу же повеселела, когда увидела мед. Я же был готов подкрепиться чем угодно, все-таки уже сутки без особых тренировок, если не считать за таковое ночное приключение, поэтому даже на сладкое особо не тянуло.

Эльфийки даже завтрак подавали так, словно мы заявились на какой-то торжественный прием: к блинчикам и масло, и мед, и сметана, сахар, джем… Из напитков на выбор кофе, чай, компот и свежевыжатый яблочный сок, причем чай подали в красивом стеклянном чайнике с подогревом в виде свечки с небольшим изящным подсвечником. Что ж, наверное, надо привыкать к шику даже в повседневных занятиях. Мне многое казалось излишним, Машка тоже немного терялась, но выглядела довольной, одна только Ириниэль восседала с невозмутимым видом. Наша медовая царица, чуть ли не обняла угощение!

Впрочем, если девчатам нравилось, то мне тем более жаловаться не на что. Даже когда я раздобыл деньги в начале своей сольной жизни, недолго я проходил по всяким кафешкам, и больше отдавал предпочтение домашней и скромной еде. Это уже потом Машка меня разбаловала!

— Я бы все-таки и сама попробовала готовить, — вздохнула Машка, словно прочитала мои мысли. — Здесь все вкусненько, но мне как будто нечем заняться!

Да уж, если так подумать, то без активных тренировок и работы в качестве «горничной» Машка действительно могла заскучать. Ириниэль, возможно, тоже скучала, поскольку это первые дни в ее жизни, когда она не обязана никого сопровождать или тренироваться, но эльфы явно к этому относились философски. Даже в те немногие часы отдыха, которые доводилось выкроить, Ириниэль обычно просто сидела где-нибудь молча и думала о своем.

Идеальным вариантом было бы отправить их тренироваться вместе, но по территории бегать — так себе идея, поскольку они обе провалили испытание в итоге, а найти место для спарринга… Можно, наверное. Здесь уже беда в другом: Машка слишком сильна в магии, а Ириниэль — во владении оружием. Они могли бы дополнить друг друга, если бы разрыв не был слишком большим.

— Если начнем обучение, то времени у вас будет не так много, — предположил я, и Машка навострила ушки.

— О? Я тоже буду изучать этикет⁈ Фыр!

— А ты как хотела? Если будешь меня сопровождать, то нужно разбираться во всем этом, — осторожно добавил я, поскольку и сам тонкостей особо не знал. — Даже в том, что касается домашних дел, тоже множество правил. Где должны сидеть гости, как, с кем, какие надо подать приборы и прочее.

— Ничего себе! — Машка ахнула и посмотрела на стол очень внимательно, словно пыталась прямо сейчас запомнить расположение тарелок и весь ассортимент блюд. — Ой-ей. Вообще да, это важно, Петенька. Я не подумала.

— Стоит ли мне тоже заняться обучением, господин? — безразличным тоном спросила Ириниэль.

— Полагаю, что до этого ты выполняла роль телохранителя, но всех тонкостей ты не знаешь, да? — уточнил я, и девушка кивнула. — Лишним не будет.

Конечно, вся эта игра в дворянство пока оставалась лишь баловством. Мне все-таки нужен титул и возможности, а вся прочая сопутствующая великосветская шелуха как-то не слишком волновала. Вместе с тем я понимал и обязательства, ведь дворяне — это необязательно зажравшиеся самодовольные мрази, большинство все же старается для своих людей. Достаточно было даже небольшой поездки по Империи, чтобы оценить это. Хотя на мой взгляд — просто каждый должен достойно выполнять свою работу, и этого будет достаточно, чтобы все жили вполне себе неплохо.

— Хорошо, господин. Я постараюсь изучить все досконально, чтобы соответствовать образу леди, — с легким кивком заявила Ириниэль.

— А я тоже постараюсь! Воть! Изучу все вилочки, и буду знать, как правильно кушать рыбку на банкетах! — взволнованно добавила Машка, став постукивать хвостом по спинке стула.

— Договорились, — улыбнулся я. — Но пока что воспользуйтесь возможностью немного отдохнуть.

— Уф. Ладненько, — Машка улыбнулась мне в ответ, а Ириниэль сдержанно кивнула.

После завтрака Изумруд сообщила мне, что Владимир сам заглянет в гости, поэтому я добавил к наряду жилетку и пиджак, а Машку попросил проконтролировать, чтобы эльфийки погладили помявшийся после Чертогов костюм.

В оговоренное время Владимир постучал в дверь, а Золотце побежала открывать. Дверные звонки не являлись каким-то чудом, но здесь всякие колотушки добавляли атмосферности, не иначе.

— Доброе утро, Пётр Константинович, — Пушкин снял цилиндр в знак приветствия.

— Доброе утро, Владимир Алексеевич, — улыбнулся я.

Пушкин нарядился в модный костюм-тройку, цилиндр, прихватил зонтик и вручил мне еще один почти такой же, с приятной деревянной рукоятью, покрытой лаком.

— Скромный подарок. Считайте моей долей за проигрыш в испытании, — Владимир усмехнулся. — Спорят только дураки и подлецы, поэтому официально заключать пари было бы опрометчиво или бесчестно, но я все же надеялся на победу.

— Это честь для меня — поучаствовать даже в таком негласном соревновании с магистрами Псимагии. Благодарю вас за возможность и подарок, — приняв зонт, я помахал Машке, чьи ушки показались из-за двери, и направился с Пушкиным на улицу.

— Как спалось на новом месте? Все ли вам нравится?

— Все отлично, не извольте беспокоиться, — вежливо ответил я, стараясь потихоньку перенимать настрой общения в местных кругах.

— Отрадно слышать, — Владимир еле заметно кивнул. — Вы не против недолгой прогулки? Я бы хотел поговорить по пути, и вместе с тем это крайне замечательная возможность показать вам территорию.

— Не против, даже за. Разве что погода немного волнует, — я глянул на пасмурное небо, но Владимир с таким восторгом улыбнулся, посмотрев на тучи, что я понял — осень ему очень даже по душе. Возможно, для гидромагов дождь является чем-то особенным, приятным сердцу. По крайней мере, колдовать действительно легче.

— И мглой волнистою покрыты небеса, Петр Константинович, — сказал Владимир. — На территории есть и другие постройки, поэтому в случае нежданного ненастья у нас будет возможность скрыться под крышей.

— Тогда не вижу причин отказываться.

Пушкин снова кивнул. Пройдясь по мощеной плиткой дорожке, мы вышли на асфальтированную дорогу, ведущую куда-то вглубь плодовых рощ. Дорога не была большой, скорее уж ее использовали для транспортировки фруктов и прочих даров природы, хотя тут и там встречались лавки и фонари с шарами биолюминесценции.

— Как вам вчерашнее испытание? — решился наконец-то Владимир, глянув на меня с любопытством.

— Неплохо, мне даже показалось, что Матвей несколько утомился развлекать столь настырную публику, как я.

Пушкин достал платок и элегантным движением протер лоб, после чего поправил цилиндр. Забавно, что цифры уровня было видно даже через столь массивный головной убор.

— Понимаю. Выходит, Матвей с вами познакомился. Ожидаемо, но все равно весьма волнующе! Понимаете, Пётр Константинович, Матвей давно сотрудничает с нашим Родом. Когда-то давно он был грозным представителем чуди, но наши предки смогли его успокоить и заключили нечто вроде договора. Матвей немного ленится, однако сильные кудесники могут произвести на него впечатление, тогда он и делится историями.

— Насколько мне удалось понять, он готов рассказывать свои истории в обмен на чужие, — осторожно добавил я.

— Да, и так тоже. Но вы не можете быть уверенным, рассказал он правду или нет. Многие сказочники готовы удивить Матвея фантастическими историями, но только истинный рассказ тронет его сердце. Однако редко кто может похвастаться десятками невыдуманных историй, причем достаточно увлекательных для столь умудренного слушателя, как котик, проживший не одну сотню лет.

— Получается, эманации и гении — выдумка? — добавил я.

Пушкин не подал виду, хотя легкая улыбка все-таки проскользнула.

— Нет, это подтвержденная информация, Пётр Константинович. Не все готовы ее принять, особенно когда речь о слишком самодовольных личностях, но с этим можно только смириться.

— На фоне Родов, Владимир Алексеевич, и их патриархов… Существование «тридцати трех» действительно прозвучит почти кощунственно.

Думаю, я не слишком сильно ошибался. Все-таки главы Родов чаще всего и являются сильнейшими кудесниками. Это и мощный Дар, и опыт, и доступ ко всей силе Благодати, а тут внезапно какие-то левые личности, обладающие большой силой.

— Радует, что вы это понимаете, — Владимир вздохнул.

— Полагаю, что речь не о трех десятках витязей?

— Да, это для красного словца, — Пушкин взмахнул зонтиком, будто шпагой. — Под определение витязей подошли бы разве что известные «Три богатыря». Но вы наверняка слышали об их родах и сейчас. Сама суть богатырей не изменилась, они все равно кажутся невероятно сильными, но это не идет ни в какое сравнение с их предками.

Слишком много дворян и Родов, чтобы я знал всех без подсказки умнофона, хех. Вроде бы мне попадались, но я не уверен, что потомки богатырей сейчас владели землями. Муромцевы и у Светлова в охране встречались, хотя могли быть и однофамильцами. А вот потомки Добрыни занимались охраной в столице, но я мог и ошибаться.

— А что еще известно об этом явлении? Встречаются ли они только в Российской Империи или…

Пушкин помрачнел, покачал головой.

— К несчастью — нет. Матвей не рассказывал подробностей, как и вам, полагаю, — Владимир глянул на меня.

— Нет, только в общих чертах.

— Тогда немного конкретизирую. Даже если принять за данность события прошлого, ситуация весьма удачная — я бы добавил эмоций и сказал, что дух наших людей не сломить, поэтому великие воители прошлого получили благословения эманаций и гениев. Второе — особенно удивительно, но далеко не все представители чуди враждебны, можно допустить удачное стечение обстоятельств. С тех пор кто-то из тридцати трех уже мог погибнуть, им пришли на смену другие, поэтому не стоит легкомысленно относиться к этой информации. Теперь это не уникальное для нашей страны явление.

— Наверняка же о ком-то точно знают, откуда легкомысленность? — сказал я, уже прикинув, что мы идем к большой постройке, напоминающей спортивный зал. Похоже, местная тренировочная площадка.

— Романовы знают об этом явлении, — Пушкин снова вздохнул. — Еще некоторые семьи… Я бы предположил, что не более половины сейчас осталось на территории Российской Империи, Пётр Константинович. Любая подозрительная активность других стран может быть вызвана с действием этих сил. Конечно, они не работают в одиночку, но это зачастую единственный шанс для иностранцев собрать достаточно мощный ответ Родам Империи. Недавние события в Липецкой губернии вполне могут быть связаны с этим.

— А разве были какие-то события? — невинным тоном сказал я.

— Да, вы правы. Для всех ничего и не было, — Владимир усмехнулся. — Однако, Пётр Константинович, я бы сделал неслыханное предположение. Вы ведь тоже можете быть одним из «тридцати трех».

Я попытался не отыгрывать роль хренового актера, лишь озадаченно смотрел перед собой.

— Даже не знаю. Со мной не связывались какие-то, эм, высшие сущности.

— Насколько мне известно, благословение — это не результат ритуала, хотя и такое вполне могло быть. Оно может быть получено и при рождении. По прихоти Эманации или же случайно… У нас слишком мало информации. Однако есть то, в чем я точно уверен: такой уровень пси сопротивления, который показали вы, Пётр Константинович, недоступен в вашем возрасте. Даже при идеальной родословной. Если сложить это с событиями, описанными Ольгой Сергеевной… Сами понимаете.

Пушкин остановился, посмотрел на меня. Я пригладил волосы на затылке.

— Если это действительно так, чем может грозить?

— О, на этот счет вам не стоит волноваться, официально «тридцати трех» не существует. Как только о ваших успехах узнает кто-то еще, догадки возникнут сами, но не более. Можете относиться к этому, как к таланту в кудесничестве, ведь суть именно в этом.

Несмотря на сдержанный тон, Владимир выглядел донельзя счастливым. Похоже, что теорию обо всех этих сущностях прохладно воспринимали в высшем свете, поэтому увидеть в моем лице поддержку или даже олицетворение всего этого — дорогого стоило. Даже жаль разочаровывать… Но если Романовы действительно приняли к сведению, то поддержка у Пушкиных в этом вопросе все равно весомая. Маловероятно, что правящий род просто подыграл, скорее уж они тщательно отслеживали любые странности. Или же среди них есть кто-то из «тридцати трех», поэтому и сомнений не возникало.

— И все же вы захотели меня отвести сюда и снова протестировать, не так ли? — вздохнул я.

— Вы очень проницательны, Петр Константинович. Но если вам будет приятнее услышать отговорку, могу сказать, будто это оценка возможностей для обещанного обучения. Это недалеко от истины, разве что входит в общий комплекс, а не является самостоятельной дисциплиной.

— Владимир Алексеевич, спешу заметить, что я несколько растерян после событий ночи, поэтому не уверен в возможности оправдать ваши ожидания.

— Не извольте волноваться, — Пушкин подвел меня к ранее замеченной постройке как раз к тому моменту, когда упали первые крупные капли дождя. — Видите?

— Уж не вы ли вызвали дождь? — улыбнулся я.

— Вы мне льстите. Даже магистры Воды не в состоянии сотворить подобное, — покачал головой Владимир, но все-таки ему было приятно услышать такое.

На самом деле вызвать дождь не так уж и сложно, если условия подходящие. Подобие дождя в виде огромной массы воды высоко в небе — еще проще, но можно попробовать и помочь естественным природным процессам.

Помещение действительно оказалось своего рода спортивной площадкой. Стены были покрыты зачарованием, так что вложились сюда Пушкины немало, поскольку отделку и металлические листы с заклинаниями наверняка придется довольно часто менять. Универсального антимагического экрана не существовало, но создать условия для снижения эффективности определенных элементов — можно. По этому же принципу работала и защитная экипировка, которой мы пользовались на уроках фехтования.

В остальном — раздевалки с аккуратными шкафчиками и скамьями, даже можно заметить подсобку со спортивным инвентарем, так что когда нет необходимости в магических дуэлях, могли и поддержать форму, уважаю.

— Не сочтите за наглость, Владимир Алексеевич, но я все же хотел бы хотя бы примерно знать… Скажем так, планы. Конечно, с Ольгой Сергеевной мы обсуждали некоторые моменты, но занимались большей частью фехтованием.

Пушкин повесил цилиндр на вешалку, поставил зонт в специальную подставку и обернулся ко мне. Задумался ненадолго, затем гостеприимным жестом позвал к еще одной двери. Там оказалась небольшая, но уютная комната со столом и стульями. То ли переговорная, то ли столовая, где можно перекусить после тренировки.

Приняв предложение, я расстегнул пиджак и уселся на стул, Пушкин занял место напротив.

— Полагаю, вы планируете поступить в Академию?

— Пока еще не могу сказать точно, — быстро ответил я.

Владимир взволнованно пригладил кучеряшки, будто я его немало удивил.

— Я бы все же рекомендовал вам поступить. Вы могли помнить мои утверждения и в пользу Академии, и против, однако без контактов с обществом вам будет довольно сложно вести дела, Петр Константинович.

— Дела?

— Именно. Собственный Род — весьма затратно. И если вы действительно хотите отправиться на поиски сестры, вам тем более понадобятся средства. Конечно, мы могли бы помочь вам с какими-то вопросами, но для вас же было бы привлекательнее получать это в виде инвестиций, а не помощи.

— Чтобы не становиться должником? Владимир Алексеевич, вы предоставили нам такой шикарный дом и питание, что я уже могу оказаться в долгах, право слово.

— Ах, что вы! — Пушкин замахал руками. — Это лишь проявление внимания к гостям. Поверьте, у нас часто бывают гости, и им даже в голову не пришли бы такие мысли. Как и обучение — знак нашей дружбы с родом Светловых.

Я ценил честность, однако все равно стоило быть настороже. На фоне такой любезности можно и обещать лишнее.

— Что ж, тогда мне действительно стоило бы предложить нечто особенное, достойное инвестирования, — улыбнулся я.

— Вы мыслите в верном направлении. Не считайте меня любителем собирать слухи, однако Ольга Сергеевна в прошлом оказалась под особым впечатлением от вашей харизмы, даже рассказала о том, что вы уже готовы придумать Благодать.

Пушкин выложил это очень осторожно. Ох и Ольга… Хотя что ее винить? После года заточения ей не с кем было поделиться восторгом от моей персоны, хех. Но и мне не надо было так уж сильно выпендриваться, хотя сейчас это даже на руку.

— Возможно. Однако нет уверенности, что ко мне побегут вместо мудрецов из Сколково ради возможности ее купить.

Пушкин хитро улыбнулся.

— Все-таки это правда?

— Мне нечего скрывать. Разве это не очевидное требование для нового Рода?

— Вы правы. Должен признать, отец, Алексей Александрович, считал это юношеским максимализмом, поэтому не стал акцентировать внимание. В таком случае, пока не будем поднимать этот вопрос. Действительно, никто не поверит в Благодать от неизвестного простолюдина, прошу прощения за такую подробность, однако все же держите такую мысль наготове.

— Конечно. Но если говорить о чем-то более приземленном, я бы хотел заняться зачарованием. Как вы знаете, Наталья Змеева — моя знакомая, — я не стал упираться, все-таки очевидно наше знакомство, раз уж Ольга растрепала. — Их семья занималась зачарованием, и это меня впечатлило.

— А, Причуда Змея. Конечно же! — Пушкин закивал. — Очень удобно для зачарования металлических изделий. Вы уже освоили необычное зачарование, Петр Константинович?

— Пока что учусь. Если можно, я хотел бы попросить у вас помощи с поиском материалов. Некоторые могут быть дорогостоящими, но я заплачу. Если изделие будет достаточно хорошим, вы наверняка смогли бы наладить производство.

— Признаться, я заинтригован. Но не буду портить себе сюрприз, — Владимир улыбнулся. Занятно, что он верил в меня. Хотя кто, как не он? Пушкин, видимо, неплохо знал Ольгу и оценивал, что она не будет фантазировать и врать. Правда, и мне нужно постараться, чтобы оправдать ожидания: мир хоть и отличается от прошлого, но весьма технологичен, пусть даже к некоторым вещам подход основан на магии. И я все-таки не инженер, чтобы революции в производственном процессе устраивать. Но зачарование — вполне подходящая сфера деятельности, благо я хоть что-то усвоил из детства.

— Тогда, если позволите, я составлю список.

— Конечно, буду ждать с нетерпением.

— Но это ведь не все планы?

— Ах, да. Фехтование, дуэли… Физическая подготовка. Но это вполне обыденно и ожидаемо, не так ли? — Владимир улыбнулся. — Позвольте, я сразу расскажу вам о ближайших мероприятиях, которые могли бы вас заинтересовать, — получив мой торопливый кивок, мужчина продолжил: — Традиционно в конце октября проходит Осенний бал. Это одно из главных событий года, и хотя ни в коем разе нельзя сравнить с балами у императорской семьи, без ложной скромности я бы назвал их весьма красочными и популярными, — Владимир говорил с гордостью. — В этом году тематика — бал-маскарад, поэтому вам должно понравиться. Ваших спутниц тоже можно смело звать.

— Звучит очень интересно, однако не уверен, насколько уместно будет присутствие простолюдина.

— Маскарад и ваш Дар отменно позволят выдать вас за дворянина. Нельзя упускать такую возможность повеселиться… То есть, конечно же, завести знакомства, — Пушкин весело рассмеялся, и я поддержал его. — Но перед этим мы проведем и регулярный бал невест. Традиция уходит в прошлое, но осень — пора любви, когда юные сердца тянутся друг к другу в надежде согреть теплом в холодные вечера…

— Простите, Владимир Алексеевич, но я пока что не готов к браку.

— Понимаю, — мужчина усмехнулся. — Не стоит воспринимать это как официальное сватовство, пусть даже и такие случаи нередки. Маскарад позволяет не только вам скрыть свою личность, но и многим другим. Вопреки ожиданиям глав Рода некоторые дамы прибегают на бал, чтобы оценить кандидатуры или даже почувствовать дыхание любви, хотя в обычных условиях им был бы обеспечен лишь политический брак.

— Занятно. И вам не высказывают претензии после такого подрыва политических игр других Родов? — я улыбнулся, чтобы было ясно — это шутка.

— Иногда даже благодарят. Счастье детей важнее.

— И все же… Я, пожалуй, слишком молод, хоть звучит и заманчиво.

Пушкин вздохнул.

— Петр Константинович, всего пару сотен лет назад каждый Род боролся за существование, закреплял Дар и свое место на этой земле. Юноши могли вступать в брак с пятнадцати лет, девушки — с тринадцати. Конечно, сейчас куда более спокойные времена, поэтому никто так не спешит, но к шестнадцати годам многие стараются подобрать партию и официально объявить о помолвке до поступления в Академию.

— А что, в Академии не поощряются романы?

— Влияние семей становится куда сильнее. Но насчет Ольги можете не переживать, она не из тех, кто даст себя в обиду, — добавил Пушкин, несколько иначе восприняв мое молчание. Я-то за сестер переживал.

Полагаю, что слабые кудесники спешили с женитьбой, поскольку в Академии их могут затмить более успешные парни. А сильные могли спешить, чтобы к ним не лезли толпами невесты. Наверное, это только на первый взгляд звучит заманчиво, а от некоторых обидчивых семей вполне можно ожидать подлянки, если их ненаглядную дочь отвергнут.

Для девушек же, полагаю, время до Академии — идеальная возможность хоть как-то влиять на выбор и забрать первенство, поскольку стать пятой женой все-таки не то же самое, что первой, даже если речь о богатом Роде. Но какие-нибудь девицы из влиятельных Семей могли и повременить, к ним на поклон женихи сами прибегали. Вернее, не к ним, а к их отцам, но это детали.

— Почти убедили, Владимир Алексеевич. Я так понимаю, вы предлагаете мне еще и танцам учиться?

— Верно. И можете заодно взять своих спутниц на занятия, так будет проще и веселее.

— Благодарю за прекрасную возможность.

— Не стоит, это просто часть обучения. А теперь — предлагаю оценить ваши магические способности, — сказал Пушкин, поднявшись.

— С удовольствием.

Глава 11

Проверка

После «переговорной» мы с Пушкиным зашли в раздевалку, где мужчина достал вешалки из шкафа, на которых мы оставили пиджаки, и затем можно было направляться в тренировочный зал. Вообще я предполагал, что мы переоденемся в спортивную форму или нечто подобное, однако Владимир задумал нечто вроде урока.

На полу зала и без того можно было приметить привычную для спортивных комплексов разметку, однако если присмотреться, то можно заметить и множество линий с обозначением расстояния. Судя по всему — не для спортивных дисциплин.

— Пётр Константинович. Стоит отметить, что дуэли весьма вариативны и разнообразны, — с явно читаемым в настроении воодушевлением начал говорить Пушкин, встав ровно на одной из линий. — Без сомнения, к тестированию магических способностей эта тема относится лишь косвенно, но не могу не поднять этот вопрос.

— Я не против, Владимир Алексеевич, даже очень интересно узнать, — сказал я после того, как прошелся по залу, осмотрел другие отметки и вернулся к Владимиру. — Не доводилось побывать свидетелем.

— Могу вас уверить, что большинство так называемых дуэлей — лишь пьяные драки подлецов. С официальными мероприятиями они не имеют ничего общего.

О, значит, я не ошибся в своем предположении.

— И как быть?

— Сперва — не очень-то афишировать дуэли, — Пушкин тихо рассмеялся. — Без сомнения, это та часть законодательства, на которую закрывают глаза до возникновения серьезных ситуаций. После появления практики отправлять в экспедиции наемных кудесников Рода, а не дворянских отпрысков, магически подкованной молодежи и их горячей крови банально негде найти выход. Но дуэль до смерти может возникнуть разве что при очень серьезном оскорблении. И даже так крайне желательно обратиться в судебные инстанции.

Судя по тому, с каким скучающим видом рассказывал это Пушкин, так мало кто поступал.

— Получается, что обычно все идет до первой крови?

— Зависит от условий, — Пушкин погладил подбородок. — Условно можно выделить магические дуэли, дуэли на шпагах и пистолях. Последние, несмотря на наличие у каждого дворянина пистоля, по негласным правилам допустимы только среди военнослужащих. В привычных же ситуациях дворяне используют шпаги или только магию. Выбор лежит на стороне пострадавшего. Конечно же, стоит добавить — речь именно о фехтовании с элементами магии.

— Получается, что низкоуровневые простолюдины изначально обречены? — на всякий случай поинтересовался я.

Пушкин усмехнулся.

— По этикету у нас буду занятия, Пётр Константинович. Среди дворян редки случаи совсем уж низких уровней, и отмечу важный момент — если некто соглашается на дуэль, он автоматически признает соперника равным себе. Простолюдин не в состоянии оскорбить того, кто выше его статусом, он может лишь нарушить его права, и это дело для судебного разбирательства, а не для защиты чести на дуэли.

— А… Я понимаю, — кивнув, я слабо улыбнулся.

Неплохо, так могли избежать слишком большой разницы в силах. Полагаю, что не все настолько чтут традиции, но даже с точки зрения логики, простолюдины — источник доходов, никто в здравом уме не будет дуэлиться со своим кошельком.

— Более того, дворянин может воспользоваться правом защитить слабых, если кто-то позволяет себе лишнее, — продолжил Пушкин. — Однако чаще всего в основе — личные оскорбления чести дворянина или всего Рода. И, конечно же, защита чести дам. Женщины не могут сами за себя постоять, и это наш долг, как мужчин.

Похоже, это самое важное для Пушкиных. Статьи в газетах подтверждаются.

— Часто возникают подобные ситуации?

— Весьма, — Владимир вздохнул. — Клевета на замужних женщин чаще всего возникает из-за желания решить спорные вопросы, и вы сами сможете определять наглых бретёров, готовых на любую подлость и ложь ради схватки.

— Прошу прощения, Владимир Алексеевич, но я не знаю, о ком речь…

— А, конечно. Бретёры — профессиональные дуэлянты. Конечно, и о нашем семействе есть такие разговоры, но это шепчут злые языки. Братья, без сомнения, любят показать удаль, но причина исключительно в недальновидности наших соперников, а не в том, что мы ищем приключений, — Владимир улыбнулся, и мне показалось, что здесь он все-таки немного лукавил. Даже если и так, то результат все равно говорил об одном. — Если вам нужен подходящий пример — это семья графа Януария Федоровича Толстого, побочная ветвь куда более известного Рода графа Николая Львовича Толстого, владельца «Курского цыпленка». Но собирать сплетни насчет его сомнительных «подвигов» подобного толка не вижу смысла.

— Да уж, все весьма сложно.

— Поэтому отталкивайтесь от зова сердца. Если с замужними женщинами все понятно, то с незамужними ситуация зачастую сложнее. Многие барышни старались бы избежать любых конфликтов, чтобы не оставить пятно на репутации, однако на балах случалось всякое. Даже если каждая страница агенда популярной дамы расписана наперед, что исключает конфликты, некоторые упертые юноши просто не принимают отказ.

Я прикрыл глаза. Очень уж много всего… Нет, конечно, суть я понимал, но пока что казалось, будто дворяне готовы бить рожу по любому поводу.

— Полагаю, что лучше разобраться в этом получше на тематическом занятии. Хотелось бы больше понять о самой дуэли.

— Я немного увлекся, — Владимир рассмеялся. — Дуэль на шпагах весьма проста. До первого ранения. Из-за зачарования проигравший чаще всего отправляется в больницу. Спорные вопросы помогают решить секунданты, у каждого из участников дуэли должен быть хотя бы один. Магические же дуэли традиционно делятся на три основных вида. С перемещением, на месте и битва кудесников. Последнее нашло отражение в специальной спортивной дисциплине, весьма популярной в Академии… Кудесники отправляются в лабиринт, где должны за условленное число использований чар поразить соперника.

— Почему же именно оно стало популярным?

— Заклинания уровня магистра в обычной дуэли использовать проблематично из-за долгого произношения, и это снижает зрелищность. Да, хотя изначально это способ защитить честь, все превратилось в зрелище, но увы — с этим сделать мы ничего не в силах.

Опять хитрая улыбка. Подозреваю, что при успешности Пушкиных на дуэлях они очень даже не против такой рекламы. Вряд ли кто-то всерьез готов выступить против них, когда известно о сильных кудесниках в Роду, успевших доказать свои возможности делом.

— Сейчас у нас будет обычная дуэль?

— Почти. Дуэли с перемещением предполагают активное использование разнообразных заклинаний, поэтому проводятся только в специально оборудованных помещениях или на пустырях. Формат, как вы понимаете, тоже не подходит для быстрого решения вопросов. Поэтому чаще всего небольшие разногласия решают дуэлью с такими правилами… Участники становятся друг от друга на расстоянии тридцати пяти метров. Разворачиваются спиной. Зачитывают защитные чары, после чего по команде оборачиваются и используют атакующие заклинания до тех пор, пока не пробьют защиту трижды. Пролив кровь трижды, либо обезвредив соперника до этого, будь то невозможность использовать заклинание или серьезное ранение, участник считается победителем. За ходом дуэли следят секунданты.

— В общих чертах ясно, но что означает «обезвредить»? Магией воды ведь можно банально лишить соперника доступа к воздуху.

— Вы уловили суть. У многих школ магии есть свои козыри, но дворяне дополнительно могут пользоваться Даром и Благодатью. Однако в случае возникновения споров обычно все знают суть сил соперника, на основе этого выстраивают стратегию поединка.

— Что-то мне подсказывает, Владимир Алексеевич, что вы знаете все популярные заклинания, но читаете их невербально, и это дает вам преимущество, как псимагу.

— Возможно, — Пушкин невинно улыбнулся и развел руками. — Вы готовы? Я буду использовать Пси или Воду, ориентируйтесь на это. Немного изменим правила — сперва я использую три заклинания, затем вы. Так я оценю ваши таланты в защитной и атакующей магии.

— Договорились.

— На исходные позиции. Здесь есть отметки.

Отметки располагались почти у стен, видимо, чтобы зачарование на защитных пластинах поглотило заклинания, угодившие мимо цели.

Подождав, пока я доберусь до противоположной части зала, Пушкин кивнул и крикнул:

— Спиной к спине! Я дам команду через тридцать секунд.

— Хорошо!

Отвернувшись, я сразу же наложил ноотический барьер по привычке, на отдалении от себя. Вода и Пси Пушкина покрывали довольно большое количество школ. Эффективной защитой мог выступать Хаос, который демонстрировать я не хотел. Энергия тоже поглощает псисилы и может противодействовать Воде, но если поток будет мощным, есть риск устроить шоковую терапию самому себе, пусть и ослабленную. Воздух являлся достаточно мощным, чтобы изменять и дробить атаки воды и нарушать структуру псиполей. Пожалуй, использую его, тем более что после создания оберегов-сигнализаций привык к этой школе.

Оставался еще вариант отдельных щитов под определенную стихию, благо я мог запихнуть их применение в «быстрые слоты», но посмотрим, как пойдет.

— Начали!

Развернувшись, я увидел, как Пушкин элегантно делает пассы руками. На самом деле это первый раз, когда я толком увидел боевого кудесника за работой, и Владимир действовал не совсем так, как указано в учебнике. Сам ли он дошел до этого, или наблюдал за моей сестрой, но число жестов куда меньше, чем требовалось, хотя если бы мужчина знал главное — вообще бы не махал руками. Около трех секунд на использование «Телекинетических тисков» — заклинание Пси пятого уровня, которое незримо давит сверху и снизу. Потоки воздуха всколыхнули мои волосы, делая меня похожим на пафосного героя фильма… Или мужика из рекламы шампуня, но результат отличный — тиски ослабели до того, как смогли хотя бы приблизиться.

«Кокон» — похожая техника, только восьмого уровня по местной классификации, давит уже со всех сторон и быстро. По факту это тот же верб телекинетики, но на него ушло уже четыре секунды жестикуляций Пушкина. Вслух читать пришлось бы гораздо дольше, поэтому Владимир приятно удивил, но сила все равно не впечатляла. Для вида я тоже покрутил руками, будто обновляю защиту, но псимагия рассеялась как бы не раньше, чем я успел закончить кривляния. Конечно, Владимир меня явно щадил, но на третий раз он явно серьезен.

Сведя руки вместе, Пушкин даже подлетел над полом. Кучеряшки и воротник рубашки — все пришло в движение от волн псионики, пока пальцы выписывали заклинание в воздухе. Семь или восемь секунд, он действовал наверняка! Мощный поток воды возник прямо перед руками, шустро расширяясь до полуметра в диаметре, и давления было достаточно, чтобы впечатать меня в стенку буквально через пару секунд полета струи — ее явно разогнали псионикой. Воздушный поток и ноотическая пластина, выставленная передо мной углом, рассекли струю на две части, которые тотчас ударили в начавшие мерцать стены. Всполохи чар, спешно испаряющие такие невероятные объемы жидкости, сделали воздух нестерпимо влажным, словно раскаленный асфальт оросило внезапным дождем. Потоки от воздушного щита еще и разогнали этот поток жары, но прохладным осенним утром это даже неплохо… Пока не даст о себе знать ставшая немного влажной одежда.

— Потрясающе, Петр Константинович! — в восторге воскликнула Владимир. — Подозреваю, что ваш Дар или благословение повышает эффективность заклинаний. По этой причине птица не видит реального успеха в ваших школах магии, раз уж они завязаны лишь на врожденных способностях.

— Вы уже сталкивались с таким? — я решил воспользоваться моментом и уточнить. Хотелось знать границы, в которых я не перейду из категории талантливого кудесника в подвид подопытного кролика.

— Можно и так сказать, — уклончиво ответил Владимир. — Ответил бы вам с радостью, но это не моя тайна.

— Такого рода ответ тоже полезен, — я тихо рассмеялся. — Благодарю вас. И… Я могу атаковать?

— Конечно. Готовы? — получив кивок, Владимир быстрыми жестами создал защиту. — Начали!

Полагаю, что защита лучше всего в выбранных школах, поэтому я решил не испытывать судьбу. Огонь слаб против воды, однако последствия пробития защиты будут незавидные. Я смогу быстро потушить пламя, но лишать Пушкина шевелюры было бы жестоко. Поэтому мой выбор пал на Лёд — не так уж и удивительно, что я его знаю, поскольку путешествую с Машкой. Вроде бы все или почти все песцы изучают эту школу, и вместе с подсказкой насчет копирования это будет смотреться логично.

Покрутив вокруг себя руками, собирая несколько мощных сосулек, крутящих пугающий хоровод за моей спиной, я поднял их над собой и швырнул. Псионический щит выдержал попадания примерно половины, но я ускорил оставшиеся, и они прошили незримый купол без особых проблем. Льдины чиркнули по запястьям Владимира и врезались в стену, где сперва стекли струйками воды, громко трескаясь, а затем испарились.

Результат вышел ожидаемым. Я потому и не стал использовать вербы сильнее, и пусть Пушкин поддавался, все равно тренировки давали о себе знать. Даже без пересчета на местные ориентиры моя магическая сила почти в четыре раза выше, чем у Владимира. И если учесть пониженную раза в два эффективность из-за неподходящей школы магии, я все равно пробил бы любой его щит. Или большую часть — все-таки не все школы я знал на уровне местных магистров, но альтернатив должно хватить.

— Четыре секунды на заклинание восьмого уровня. Полагаю, что нет смысла продолжать, — Пушкин слегка поклонился, и я ответил тем же. — Это отличный опыт, Петр Константинович.

— Что вы, для меня честь поучаствовать с вами в поединке. Вы не стали пользоваться Даром и Благодатью?

— Это излишне. Они применяются мгновенно, а наша цель — понять базовые возможности, а не победить друг друга.

Я улыбнулся. Хорошо, что не стал выпендриваться и запускать сосульки моментально. Если принять во внимание потенциально свободные слоты и отложенный запуск вербов, я бы мог выпустить пять ледяных залпов за это время. Но мне нужна помощь Пушкиных, поэтому главное, чтобы даже эта ограниченная демонстрация была воспринята верно.

Вообще-то я мог убить его, если бы направил сосульки иначе. Видимых причин для такого поступка не существовало, если только не представить невероятную многоходовочку от враждебных сил, но при таком раскладе возможности устранить Пушкина у меня были и раньше. Но это нечто вроде демонстрации доверия, поэтому мы здесь только вдвоем, и Владимир не стал использовать весь арсенал Рода. Судя по улыбке — я прошел проверку.

При должном внимании обычные заклинания почти не опасны, но Дар и Благодать используются моментально, поэтому к ним не стоило относиться легкомысленно. Даже Единорог Ольги, при не такой уж и большой силе Светловых, вполне мог выжечь во мне дыру лазером, если пропустить его появление и не поставить блок. А у более влиятельных Родов Благодать наверняка повеселее. Или даже поэффективнее, поскольку тот же рогатый конь сам по себе бесполезен — он больше для пафоса, как заведено у Светловых в семье, обычный выстрел лазера оказался бы и убойнее, и быстрее.

Мы вместе подошли к центру зала, после чего Пушкин жестом предложил идти за ним — обратно в «переговорную».

— Полагаю, что вам интереснее и полезнее будет теория магии. Но для тренировок можете без колебаний пользоваться этим зданием, не стесняйтесь приглашать и ваших спутниц, — объяснил Владимир. Он уже не улыбался, но веселые огоньки в глазах никуда не исчезли.

— Благодарю за возможность. Тренировки были бы очень кстати, однако я бы хотел узнать: есть ли нечто вроде расписания? Я ведь не один здесь нахожусь, не хотелось бы мешать тренироваться остальным, — скромно добавил я.

Вообще-то я не хотел перед всеми козырять способностями Машки и Ириниэль, особенно если сюда заявятся какие-нибудь левые гости.

— О, конечно, я пришлю вам график. Кстати… Сегодня у меня с одной из супруг запланирована поездка в город, поэтому если у вас есть желание, рекомендовал бы посетить вместе с нами торговый центр. Лучшего места для покупок не найдете во всей губернии, уверяю. Заодно это отличная возможность оценить, что именно вам понадобится для вашей идеи, Пётр Константинович.

— Думаю, стоит сразу добавить, что я заинтересован покупкой Пыли для экспериментов по зачарованию, — решил я не ходить вокруг да около, однако Владимир даже в лице не изменился.

— Вас интересует манаэнергетика? Тогда тем более было бы удачной идеей поступить в Академию, — будто на правах рекламы добавил Владимир и сдержанно рассмеялся. — Просто дружеский совет. Насчет Пыли — неплохо было бы знать качество и необходимые объемы. Классически на производстве используется три вида, и если не вдаваться в суть маркировки, то я бы распределил их так: наполнитель магдвижителей, сырье батарей и активаторная Пыль, используемая в узлах управления.

Пушкин здраво оценил, что я не разбираюсь в классификации. Не могу же я оценивать ее по свечению, верно? Для моих целей очевидней всего третий вариант, однако точно сказать можно только после оценки напрямую. И раз не упомянул чистый вербинит, то он мог не использоваться на производстве. Или же не проходил по классификации, как Пыль.

— Я бы взял все три, около ста грамм каждой для начала.

— Один момент. Прошу прощения, необходимо написать по этому вопросу.

Взяв умнофон, Владимир быстро напечатал что-то, получил ответ, затем еще пару раз отправил сообщения. Отложив гаджет, кивнул и посмотрел на меня.

— Представляете, Петр Константинович. Только что сам граф Светлов подарил нам три образца Пыли в знак сотрудничества между нашими организациями. Видимо, сегодня выпущен юбилейный «ПАЗ» из материалов металлургов Липецкой губернии. Мне кажется, что Сергей Валерьевич немного перепутал количество автомобилей, но отказываться от подарка, тем более подаренного от чистого сердца… Я не вправе. Раз вам нужна Пыль, то предлагаю воспользоваться подвернувшейся возможностью.

— Какое удачное совпадение, Владимир Алексеевич.

— Я тоже обескуражен, Петр Константинович. Забрать образцы нужно в городе, поэтому все равно предлагаю воспользоваться возможностью, — Пушкин слегка наклонился ко мне. — Еще одно забавное совпадение — мы посетим ювелирную лавку и портного. Понимаете, хотя дворянин и должен выглядеть отлично, нет пределов для блистательности сопровождающей его дамы. Мария Анатольевна — сударыня видная, и даже самые великолепные товары массового спроса померкнут на фоне ее красоты. Штучная продукция, будь то платье или украшение, подчеркнет индивидуальность, по этой причине дворянину неплохо бы заполучить подобные связи.

Весьма хитрый намек. Даже укол, но он прав. На фоне остальных мои девочки одеты простовато, и если затеваться с балами и прочим, необходимо их немного преобразить. Правда, я даже и не знаю, как Машка воспримет такой дорогой подарок. Ювелирное украшение… Машка все еще казалась мне юной и беззаботной! Вот Лиза точно была бы рада, только ей наглости не хватило бы попросить какое-нибудь золотое колье, однако подаренные серьги она носила до сих пор.

— Конечно, благодарю вас за напоминание, Владимир Алексеевич! — я всплеснул руками, а Пушкин хмыкнул. — Конечно же, я хотел подчеркнуть красоту моей прекрасной дамы, лишь не хотел утруждать вас подобными заботами.

— Я всегда рад помочь гостю, не извольте беспокоиться. И не думайте, что вещам придется пылиться месяц-другой в шкафу, нет-нет! Культурный отдых в городе на высшем уровне, и если появится желание заглянуть в театр или филармонию, у нас всегда есть билеты.

Похоже, это тоже часть обучения. Сложно назвать меня большим любителем такого рода культурной программы, но ради интереса можно было бы и сходить.

— Воспользуюсь этой привилегией при первой же возможности, Владимир Алексеевич. Полагаю, мне стоит обрадовать моих спутниц возможностью съездить в город?

— О да, конечно. До обеда мы как раз управимся. Поспешу и я предупредить ненаглядную, чтобы собиралась поскорее, — Владимир улыбнулся и поднялся из-за стола. Дождь уже кончился, поэтому можно забрать пиджак, зонт и без забот вернуться к гостевому дому.

Глава 12

Конкуренция

О недавнем дожде напоминал влажный ветер, то и дело проникающий в комнату через неплотно прикрытое окно, да журчание льющейся по водосточному желобу воды.

Алексей Пушкин, прекратив смотреть на хорошо видимый из окна дуб, макнул перьевую ручку в чернильницу и набросал несколько строк, когда услышал приближающиеся шаги и стук в дверь.

— Да-да.

— Доброе утро, отец, — как обычно поприветствовал главу Рода Владимир.

— Доброе утро, Владимир. Уже все? Весьма быстро. Присаживайся, — сказал мужчина, заканчивая тем временем строки. Владимир подошел ближе и уселся в мягкое кресло, стоящее рядом с деревянным столом.

— Дольше я бы не выдержал, — Владимир тихо рассмеялся. — У меня не так много маны, к сожалению.

Алексей вопросительно поднял бровь.

— Хочешь сказать, что у него еще и запасы маны высоки?

— Весьма. Очевидно, что с ровесниками ему скучно, поэтому он тренировался вместе с чудью… Ты же видел Марию Анатольевну, отец, — Владимир сделал небольшую паузу, но, в отличие от него, глава Рода куда меньше времени уделял изучению иных рас, поэтому Владимир поспешил продолжить: — Песцы ее возраста обладают куда меньшим уровнем. Не удивлюсь, если к двадцати годам у нее будет пятидесятый или выше.

Алексей откинулся на спинку кресла, задумчиво погладил подбородок.

— А сила?

— Полиэлемент, уровень магистра или даже выше, если учесть благословение. Думаю, что теперь можно сказать с полной уверенностью — Пётр действительно мог победить одержимого богатыря, — улыбнулся Владимир.

— Однако это расходится с официальными данными ИСБ. Не надо, — Алексей жестом остановил возмутившегося Владимира. — Не стоит афишировать. Показания испуганной девочки для «Нулевого» отдела — не доказательство. И у нас нет всей картины. Петра можно спросить, конечно, но это ни на что не повлияет.

— Раз у тебя, отец, есть эта информация, то может быть и у других Родов, — осторожно добавил Владимир.

— Думаешь, намеренно прикрыли Петра? — Алексей улыбнулся. — Тоже была такая мыслишка. Вариант с бастардом Романовых очень удачен, ведь Петр Константинович — «призрак». Нигде о нем нет никакой информации. Окончил вечернюю школу Липецка, до этого не существовал и после — испарился. Телефон оформлен на Орла, чужой номер, предположительно — дипломатический. Очень удобно.

Владимир пригладил кудряшки, раздумывая. Отец весьма спешил, пытаясь изучить все о госте, многие моменты озвучены впервые. Однако версия пусть и выглядела весьма логичной, казалась Владимиру несостоятельной, поскольку Матвей не стал бы говорить с Романовыми лишь из-за принадлежности к фамилии, их Благодать и Дар сильны, но это не личная заслуга конкретного кудесника. А вот владелец благословения, сумевший его реализовать — определенно хорошая кандидатура, на такого мага Матвей обратил мы внимание.

— Встряска для расслабившихся патриархов, отец? Такому не научат в магической школе, это навыки имперской спецшколы, — Владимир решил подыграть отцу, наверняка это проверка.

— Слишком удобная теория. Пусть далекие от всех этих событий так и считают, а мы не будем болтать почем зря. Полезнее и для нас, и для самого Петра, кем бы он ни был. Пока вы общались, мне уже прислали письмецо, — Алексей продемонстрировал конверт с разорванной печатью, на которой можно было увидеть следы магического оберега. — Еще и «Тридевятый отдел» подключился. Про Петра напрямую они не спрашивали, но намеки от Синеглазки всегда просты и понятны. Это не их человек.

— О, так сами Романовы почтили нас вниманием, — Владимир хмыкнул.

— Более того, она даже арендовала усадьбу в Чёрном, вряд ли ради отпуска, — Алексей слегка помрачнел и спрятал конверт.

— Если там только намеки, то о чем тогда письмо?

— Об эльфах. Предупреждение прислали всем, — Алексей прикрыл глаза. — В убийстве Николая Светлова замешаны эльфы, причем работали с помощью токсина.

— Но наши ведь не при делах, и у Ириниэль алиби, — осторожно добавил Владимир. — Зачем тогда нас предупредили?

— Причину Николай унес с собой в могилу. Ввоз эльфов осуществляли через неизвестные каналы, и все подозреваемые не числятся в рабах. Судя по молчанию Романовых, Королевство тоже не спешит сотрудничать. Высказали озабоченность, как они это любят делать, но очевидно, что после смерти дворянина никто не будет преступников экстрадировать в родные леса.

Владимир кивнул. Если все так, то на свободе остались убийцы, и найти их весьма проблематично, поскольку лесные эльфы — мастера маскировки. И из всех более или менее подходящих и ближайших территорий, Нижегородская губерния подходила им идеально. Множество лесов, никаких проблем с поиском пропитания, и все в том числе благодаря стараниям их сородичей.

— Синеглазка подозревает, что они могут прятаться на территории нашего Рода… Ясно.

— Не только нашего, — возразил Алексей. — Начинать проще всего со Светлова, однако времени прошло уже слишком много, можно добавить к списку Рязанскую губернию… Но время играет не только против нас, еще месяц-другой и они себя проявят, даже если их не смогут отыскать.

— Только в том случае, если никто не помогает извне, — Владимир сжал кулаки. — Подлецы.

— Вероятность остается. Николай на кого-то работал, могли быть замешаны и другие семьи. Стоит искать любые подозрительные случаи. Проклятые земли, одержимость, да что угодно. твоим братьям я уже сообщил, и ты будь начеку.

Владимир решительно кивнул, после чего спросил:

— Как поступим с мероприятиями, отец?

— Без изменений, — грозно ответил Алексей. — Любая паника на руку врагу. Сегодня ты боишься провести бал, завтра твои люди начинают верить, что Род не в состоянии их защитить. Будем бдительны и осторожны, не впервой. Наши эльфы могут постепенно завязывать с работой на улице, сезон подходит к концу, в этом ничего странного не будет.

Владимир снова кивнул.

— Хорошо, отец. А что насчет Петра?

— Сообщи о ситуации, он ведь все равно знает подробности, лишним не будет, — после пары секунд размышлений ответил Алексей. — Он силен, поэтому можно привлечь к работе, с соответствующей оплатой, разумеется. В обычной ситуации перекладывать охрану нашего дома на гостя непростительно, но нельзя не считаться с его способностями. Владимир, ты знаешь его лучше всех… Как долго он захочет оставаться здесь? — озадаченно спросил Алексей.

Владимир еле заметно улыбнулся. Петр смог создать положительное впечатление у главы Рода.

— Полагаю, что он все-таки отправится на поиски. Может быть, в следующем году. Не удивлюсь, если попытается навязаться в экспедицию, и нам бы стоило не упускать момент.

Алексей покачал головой от удивления.

— Слова дочери Светлова становятся все осмысленнее…Скорее всего, он и сам осознает, что в состоянии зачистить Чертоги.

— Да, подозреваю, что он размышлял о подарке Императору, — улыбнулся Владимир. — Отсюда и уверенность в получении заслуг перед Империей.

Алексей вздохнул. Ситуация не очень удачна — под рукой нет известных Чертогов. Сложились бы идеальные условия для сотрудничества, где все получили бы максимальную выгоду, а один из «тридцати трех» захотел бы и дальше сотрудничать с Пушкиными.

— Поищем зацепки, новые Чертоги могут всплыть в любой момент. А пока что — пусть оценит гостеприимство, в другой раз и сам захочет вернуться, — улыбнулся Алексей.

Владимир улыбнулся в ответ, не став поднимать тему Татьяны. Отец даже слушать бы не захотел о ее замужестве, не говоря уже о том, что девушка и сама выросла весьма своевольной. Даже знающий многое о романтике и отношениях Пушкин не был уверен, что в состоянии хоть кого-то из потенциальных женихов свести со своей сестрой…

* * *

Вернувшись в гостевой дом, я обрадовал девчат возможностью в очередной раз проехаться по магазинам. Машка тотчас принялась бегать по комнате и искать вещи для поездки в город с таким энтузиазмом, будто это не мы закупались всем необходимым совсем недавно. Хотя скорее девушка просто успела заскучать без дела. Ириниэль отнеслась ко всему куда более скромно, но оделась быстро, я же лишь сменил костюм.

Ситуация с Пылью меня обрадовала, решение действительно очень изящное. Стоимость у нее все-таки немаленькая, и отдавать за сомнительный результат кругленькую сумму не очень хотелось. Вместе с тем Светлов чувствовал себя должником за спасение Ольги, и пусть мы договорились на этот счет, небольшая помощь под видом подарка очень даже кстати. Оставалось только догадываться, надавил ли на графа Пушкин или тот согласился сам…

После изучения вариантов Пыли можно попробовать напроситься на экскурсию, чтобы воочию увидеть производство автомобилей. Я все-таки хотел узнать суть работы и понять, что делают местные с Пылью, и когда я смогу отличать один вариант от другого, проанализировать все это будет гораздо проще. Если даже это не приведет напрямую к вербиниту, понять работу местных технологий весьма важно — это то, что я мог бы использовать, будучи вербомантом, но в прошлом мире ничего подобного у нас просто не было. Можно сказать — апгрейд! Но только если получится во всем разобраться.

«У тебя все получится, братик!»

Ленка будто бы всегда рядом со мной, и это придавало мне мотивации. Конечно, с годами количество сообщений снизилось, поскольку триггеры для ее сообщений постепенно иссякали, но все же они не исчезли совсем. И это радовало. Хотя в некоторых ситуациях я бы точно не хотел услышать комментарии…

«Что, стыдно целоваться при сестренке, да?»

Не стыдно, но как-то странно. Впрочем, я все равно уже привык.

В назначенное время мы с девчатами вышли на улицу. Пасмурное небо не собиралось показывать ни единого солнечного луча, поэтому, видимо, эльфов сегодня почти не видно за работой. Или же их просто прогнал недавний дождь. Несмотря на положение рабов, по факту к ним все-таки не относились как к имуществу, вот и Пушкины вряд ли погнали бы их собирать фрукты и овощи по колено в грязи и под дождем.

«Ненаглядной» Владимира оказалась Александра Олеговна. Сегодня она оделась попроще, но свободное платье все равно отлично подчеркивало фигуру, а украшения сверкали так, что солнце сегодня могло и не появляться — освещения явно достаточно.

Поздоровавшись, мы направились к уже поданному прямо к дверям дома авто. Степан открыл дверь, приглашая внутрь. На этот раз в качестве личного транспорта выбрали длинный «ПАЗ» премиум класса. Не лимузин, но нечто промежуточное — внутри свободно помещались без толкучки человек шесть, не считая сидения рядом с водителем.

— А давайте посплетничаем! — шепотом заявила Александра, когда автомобиль плавно выскользнул за ворота усадьбы.

— Дорогая, держи себя в руках, — со вздохом сказал Владимир. — Петр Константинович, не слушайте, она начнет вас учить плохому.

— Уу, будем как плохой и хороший учитель, да? — захихикала Александра. — Слух номер один. Я буду вашим учителем танцев, о-ля-ля!

— Не такой уж и слух, Александра Олеговна. Вы решили так называть новости, которые я не успел рассказать, не правда ли? — с укором прошептал Владимир.

— Это большая честь, фыр! Ой! — Машка тоже тренировалась к жизни в высшем свете, но немного смущалась.

— Соглашусь, и очень ценю вашу помощь, — осторожно добавил я. — Но так уж ли удобно отнимать время у Александры Олеговны?

— Не извольте беспокоиться! — гордо вздернув носик, заявила дама. — Или вы переживаете из-за того, что я жена Владимира Алексеевича, а? — хитро улыбнувшись, добавила Александра.

Я хоть и переживал, но не подал виду. Ириниэль и Машка на этот счет вообще не волновались.

— Я буду вести себя достойно, — ответил я, и теперь уже Владимир улыбнулся.

— Право слово, Александра. Пётр Константинович — нет ничего зазорного в танце с другими. Если вы пришли с сопровождающей вас дамой, это уже знак благонадежности. Хозяин дома танцует с гостьями, хозяйка дома — с гостями, нюансов действительно много, но вы постепенно усвоите их.

Машка покраснела. Идея танцев с кем-то другим ей, похоже, не очень нравилась. Полагаю, что это из-за возможности коснуться хвоста, и хотя предполагал, что местные балы все-таки отличаются от школьных дискотек, где все танцуют, лапая партнершу за задницу, все равно это может быть некомфортно.

— Что ж, придется еще немало узнать, — я повесил на лицо дежурную улыбку и подмигнул Машке, чтобы она успокоилась.

— Ах, я ощущаю чувства! Влюбленность в этом возрасте невероятна! — продолжила Александра, а Пушкин кашлянул.

— Кхм. Не ставь наших гостей в неудобное положение. Давайте просто прокатимся и насладимся видами.

Александра явно была против таких раскладов, но согласилась. Поэтому оставшееся время Владимир рассказывал о том, как вели преобразование и озеленение прилегающих территорий. Работа титаническая, и самое главное — одной Природой все-таки не обходились. Питательные вещества, вода… Подбор необходимых условий, и только после этого подходящий вид заклинаний под выбранный сорт растений. В медицине все еще сложнее.

Выбранный торговый центр поражал размерами: похоже, что Пушкин специально направился в один из самых больших. Два десятка этажей, до которых добираться только на скоростных лифтах, если нет желания считать ступеньки эскалаторов; огромный дуб находился в центре и выступал главной достопримечательностью, а его рост сдерживали магией, не иначе. Водопады, фонтаны, множество другой зелени, и на фоне этого множество бутиков, гипермаркеты, рестораны и закусочные, детские площадки… Просто глаза разбегались.

Я не ожидал в таком месте увидеть портного или ювелира, но сперва мы все-таки направились в обычный гипермаркет. Похоже, что Владимир хотел похвалиться ассортиментом, заодно как бы напоминая купить что-нибудь для быта, если забыли привезти с собой.

Вместе с тем я оценивал товары в несколько ином ключе. Задуманное мной зачарование — это придуманная ранее идея с одеждой для холодных зим. Конечно, здесь в массовом производстве могли попасться куртки с обогревом, благо зарядка магбатарей обходилась весьма дешево, но для долгих путешествий такой вариант подходил уже не очень-то хорошо, не говоря уже об универсальности собственной маны каждого человека — ей пользоваться куда удобнее, чем зарядкой гаджетов. Но необходимо еще продумать все детали, поискать аналоги в продаже и запросить у Пушкина ткань, если меня все устроит.

В остальном же ассортимент казался расширенным из-за обилия товаров из Империи Небесного Дракона, но особых изысков я все-таки не обнаружил. Машка присмотрела себе всякие безделушки и немного вещей для быта, вроде новых зубных щеток и гребешка, а Ириниэль после долгих раздумий выбрала себе головоломки и даже настольную игру. Ага, все-таки домоседка, да?

Мне же хотелось прикупить бумагу и всякую мелочевку для рисования. Всё-всё я с собой тащить в Нижний Новгород не стал, но возобновлять работу уже пора. Правда, пока искал, я наткнулся на…

Комиксы? И не только! Очень яркая и сочная рисовка, барышни так и вовсе загляденье. И все бы ничего, но в том же Липецке я не встречал в открытой продаже хентайщину кроме своей. То есть, конечно, речь о журнале «Шалунъ», где мне выделяли место. А здесь — целые «танкобоны», то есть сборники одного автора под единой обложкой.

— Надо же, Пётр Константинович. Я никому не расскажу, — Владимир оказался рядом и сказал это шепотом.

— Я не… То есть да, стою здесь, конечно, но удивлен стилистике! Только и всего. Это разве не из Японии? Ох… — я аж забыл, как тут местная Япония-то называется. — Восточная Империя. У них же Пылевой шторм беснуется и все такое.

— Интересуетесь историей? Да, раньше они назывались Японией, — Пушкин улыбнулся. — Изоляция — политика их императрицы, не все согласны, поэтому товары иногда встречаются, но чаще всего купеческие гильдии если и привозят что-то, то только под заказ. А стилистика… Автор анонимный, но подданный Российской Империи. Издательство сперва отправило запрос нам, опасались последствий из-за непривычной подачи материала, но, в конце концов, все эти истории пронизаны тематикой любви.

— Так вы читали?

— Только в рамках ознакомления, — без намека на улыбку ответил Владимир. — Рекомендую «Отражение падающего лепестка сакуры» и «Эльфийка для сёгуна».

Я посмотрел на мужчину с подозрением, Пушкин лишь развел руками.

— Еще можно «Белое пламя — кровавый лёд», там и приключения есть.

— Благодарю за рекомендации, — я кивнул, и Пушкин решил меня больше не смущать, а я полистал страницы.

Использовали ли мою мысль насчет продвижения непривычной рисовки или пришли к тому же — неизвестно. Пока я оставался в рамках внештатного автора из-за нерешительности редакторов, здесь вложились в новичка и заработали. Судя по тиражам, пользуется спросом, так что мне нужно или повышать ставки, или глотать пыль. Что-то совсем уж извращенное мне не дадут выпускать, но сюжетное — почему бы и нет? Из увиденного — никаких знакомых сюжетов, скорее адаптация классических тем. Первая любовь, любовь между представителями разных сословий… Все это уже встречалось, но хуже от этого не стало.

— О, кто-то еще так рисует, да, Петенька? — спросила Машка, подойдя ко мне. — Надо же, и здесь большая грудь.

— Я же говорил, это популярно.

— Угусь, — надула щёчки Маша, после чего отвернулась и коснулась ладонями своей груди. После чего прошептала: «Блинский блинчик!»

— Господин? — Ириниэль тоже оказалась рядом. — Ах, кто-то посягнул на ваше творчество⁈

— Не стоит так реагировать, — успокоил я разволновавшуюся эльфийку, и она вместе со мной стала разглядывать развороты, затем и Машка подключилась.

— О. Со знанием дела, господин. Видите, сёгун получил себе в рабыни эльфийку, у нее медальон — это символика дома Элафир Аурэ. Королевской крови, вторая дочь не стала бороться за трон со своим братом и лишилась привилегий, однако у нее остались верные слуги. Какое внимание к деталям!

— Рад, что тебе понравилось, — хмыкнул я.

— Нет-нет, господин, ваше творчество тоже великолепно! — взволнованно шевельнув ушами, продолжила Ириниэль. — Для меня оно всегда на первом месте!

— Тихо, не стоит рассказывать, — шлепнув эльфийку по заднице скорее машинально, я увидел, как она замолчала и торопливо кивнула.

— Это не лесть, мы тебя всегда поддержим, фыр! — сказала и Машка, взяв меня за руку. — Но на нас уже смотрят…

Да уж, мы втроем листаем хентайщину, чуть ли не обнявшись, действительно необычно. Девчата просто уже привыкли к подобным рисункам, хотя вначале и смущались, конечно. Машка — из-за содержания, а Ириниэль — из-за того, что она оказалась прототипом.

Положив все на место, я отвел своих спутниц подальше. Пушкин в это время что-то выбирал вместе с супругой довольно далеко, так что мог и не слышать комментарий насчет моего творчества. Но символика взята от известных эльфиек — у Золотце эти обозначения в имени, а Ириниэль не могла считывать данные ошейника, как я, поэтому банально не знала, кто перед ней. Пушкин приложил руку к авторству? Или это хобби кого-то из гостей усадьбы, где они могли увидеть Золотце, и раз Пушкин знаком с этим человеком, то и поддержал автора?

Вряд ли мне это что-нибудь бы дало, но неплохой повод постараться, раз местной аудитории нравится такая рисовка.

Глава 13

Совпадения

Всякое-разное для рисования в итоге как бы купила для себя Ириниэль. Неплохо подошло для ее «домашнего» хобби, выбранного ранее, не говоря уже о том, что рисовать я все равно планировал в ее комнате. После всех событий и усиленных тренировок перед поездкой толком и не удалось уделить время творчеству, поэтому нужно наверстывать. И хотя я довольно опытен в рисовании по памяти, поскольку для использования вербов это очень важно, позирование все равно еще никому не мешало. Хе-хе.

Впрочем, Пушкин, казалось, не слишком обращал внимание на наши покупки. То ли из вежливости, раз уж я ошивался в отделе с «клубничкой», то ли ему было не так уж и интересно. Но мне же лучше.

Как только мы расплатились, Степан возник будто из ниоткуда и забрал все сумки, чтобы отнести в авто. Отличная возможность все-таки ознакомиться с покупками, однако настолько сильно параноить ни к чему. В конце концов, мы проживали в чужом доме, так что в полную конфиденциальность на чужой территории верить не стоило. Правда, и я за время моего нахождения в этом мире научился видеть следы Пыли или вербинита даже через тонкие препятствия, поэтому мог быть уверен — никаких секретных гаджетов в доме не устанавливали. Да и если бы что-то подобное обнаружили другие гости, это какой же в итоге скандал мог произойти…

Как оказалось, ателье находилось в этом же торговом центре, но весьма далеко от шумных закусочных, лифтов и зон отдыха. Спустившись в самый низ, на подвальный этаж, мы прошлись до освещенной приглушенным светом вывески «Ландышева». На первый взгляд в таком месте можно встретить разве что торговые точки, позарившиеся на дешевую аренду, однако даже дверь перед нами открыл дворецкий в очень стильно выглядящем смокинге.

— Ваше Сиятельство, — коротко заявил мужчина с уже седыми пышными усами, жестом приглашая нас войти. Короткое обращение, видимо, должно было все объяснить. Пушкин улыбнулся, кивнул, вошел вместе с супругой, и я последовал за ними. Машка схватила меня за руку, а Ириниэль держалась рядом. Вроде как при таком раскладе мы не выглядели, как проскользнувшие в неположенное место проходимцы. Хотя «дворецкий» не проявил и капли любопытства, лишь прикрыл дверь, оставшись снаружи.

Внутри оказалось множество манекенов, наряженных во всевозможные одеяния — здесь были как вечерние платья, так и легкие сарафаны, для мужчин — тоже широкий выбор. И деловые костюмы, и униформа для академии или иных целей, да и осенняя коллекция в виде всевозможных пальто тоже уже была представлена.

Множество кожаной мебели для ожидания, журнальный столик с угощением и какими-то изданиями о моде, напротив входной двери ярче всего выделялась лакированная деревянная стойка, будто для регистрации, как в каком-нибудь отеле.

Из-за бархатной занавески выпорхнула дама немного за тридцать, та самая «Ландышева» Анна. Графиня, но без особых изысков в характеристиках.

— Добрый день! — прощебетала дама. — Владимир Алексеевич, Александра Олеговна! Ах, а это…

Пушкин представил нас друг другу, и я постарался повесить на лицо самую теплую из возможных улыбок. Все вокруг выглядело дорого, может, хоть так скидка будет, ха…

— Голубушка, не сочтите за труд. Наш дорогой гость, Пётр Константинович, хотел бы подготовить своих прекрасных спутниц к предстоящим мероприятиям. Для обеих дам это первые платья на заказ, поэтому ожидаем идеальный результат, как и всегда, — с улыбкой сказал Пушкин.

Говорил он с Ландышевой немного иначе, чем обычно, да и она поглядывала как на очень близкого… Знакомого. Подозреваю, что «голубушкой» назвать графиню, даже если принять во внимание, что князи стоят выше — не совсем вежливо. Наверное, она фаворитка или любовница, и что занятно, супруга была не против. Видимо, сам факт того, что Александра в статусе жены, делал ее победительницей в этом раскладе. Но привыкнуть к такому непросто.

— Конечно — конечно, сейчас снимем мерочки! — всплеснула руками Анна. — А вы, Александра Олеговна, не хотите новенькое платье? Отличная ткань появилась, я уже вижу, как она подчеркнет ваши пламенные пряди! Ой — ей! Это будет шик!

— Не откажусь, — с заинтересованной улыбкой ответила Пушкина. — Владимир Алексеевич, вы же не против?

— Да-да. Затем и пришли.

— Петя? — Машка, увидев алгоритм действий, решила спросить у меня разрешения.

— Конечно, хочу увидеть тебя в невероятном платье, — улыбнулся я.

Машка шевельнула ушками, а ее хвост тотчас пришел в движение. Слегка покраснев, девушка поспешила подойти к зазывающей ее жестами Анне, после чего Ириниэль осторожно сделала шажок вперед.

— Господин, как ваша сопровождающая, я обязана соответствовать. Не могу позволить себе посрамить ваш облик неподобающим платьем… Готова умолять!

— Иди, Ириниэль, мне очень даже интересно, какое платье для тебя подберет профессионал, — шепотом ответил я и усмехнулся. Эльфийка положила руку на сердце, поклонилась и торопливо зашагала в сторону Анны, которая уже пропустила за занавеску Машку и Пушкину.

На самом деле интересно, я не врал. Обычно Ириниэль выбирала платья с большим трудом, хоть и носила спокойно. Правда, сейчас меня волновали расценки: с одной стороны, Пушкин мог осознавать, что я как бы простолюдин и вообще с улицы, согласно легенде. С другой стороны, он видел у меня автомобиль, умнофон, квартиру… Да и на свидания с дворянкой я ходил три месяца. Ударить в грязь лицом не хотелось, но переплатить — тоже.

Неплохой костюм в обычном магазине можно прикупить рублей за пятнадцать — двадцать. Всякие униформы для студентов и более шикарные костюмы уже переваливали за сотню, да и с платьями для богатых дам была примерно такая же история. Вроде бы не смертельно дорого, но если вспомнить заработок Ивана, то уже ощутимо. Впрочем, отдать гонорар за месяц или даже два ради памятного бала и похода в театры я все-таки был готов, слишком уж падок на красавиц, ничего не поделать.

— Могу вас уверить, Петр Константинович, в ногах правды нет. Замеры и обсуждения — занятие на ближайший час, если повезет, — рассмеялся Пушкин, предлагая присесть за столик. — Такая уж у нас мужская доля — тратить время и деньги на то, чтобы окружить себя красотой.

— Я не против, иначе зачем вообще жить?

— Хороший ответ, — Владимир улыбнулся и уселся в кресло, а я вольготно расположился на диване.

— Мне, полагаю, тоже придется заказать костюм?

— Да, но это гораздо проще. Мужская мода дольше держится в одной поре, здесь и я вам в состоянии подсказать. Можно даже прикупить уже готовый костюм, я так часто и поступаю! За пяток империалов Анна подберет вам идеал по фигуре.

Я незаметно вздохнул. Если на себя уложусь в сотню, то терпимо. Пассивные вербы я не отключал, питался по рациону, поэтому рост активно продолжался, и к какому-нибудь новогоднему балу придется опять новый костюм брать.

— Пожалуй, воспользуюсь вашим советом, — улыбнулся я в ответ. — Ювелир тоже неподалеку?

— Вы абсолютно правы. Не идеал, но очень достойно. На самом деле вам стоит поглядывать в сторону костромских ювелиров. Граф Воронцов — один из богатейших людей Империи, и хотя их Род много требует от своих людей, но и заботится о них образцово, — Владимир задумчиво погладил подбородок. — Ювелирные украшения их Рода — произведения искусства, особенно с тех пор, как они породнились с Фаберже. Их подарки — не просто золотые побрякушки, а сложные механизмы с зачарованиями, хотя это лучше один раз увидеть, чем слышать. Боюсь, что такие по карману разве что императорской семье, но и другие украшения на заказ пользуются огромным спросом. Ни одна дама не устоит, — усмехнулся Владимир, оценивающе глянув на мою реакцию.

— А… Стоимость? — подумал я, что хватит уже ходить вокруг да около.

— Простенькие брошки или легкое колье — в районе десяти тысяч. Но для более сложных украшений… Проще сказать, что ценник не ограничен. Цесаревич дарил своей возлюбленной ожерелье за четыреста пятьдесят тысяч, но я бы не рекомендовал вам настолько увлекаться сравнением цен. Главное — чувства, которые вы вложите в подарок, Петр Константинович. И уникальность — достаточное проявление внимания.

Хоть я и был озадачен, но не сравнением цен. Понятное дело, что императорская семья не бедствовала. Миниатюрные механизмы с зачарованием предполагали наличие батарей, поэтому мне интересно, мог ли там быть вербинит? Вряд ли его используют одни лишь волхвы, и вариант с тем, что самородки дробят на Пыль тоже мне казался несостоятельным. Учитывая стоимость на небольшие куски в десятки тысяч рублей, движущиеся побрякушки для высшего света действительно могли быть из вербинита в том числе. Но знали ли Романовы и Воронцовы о его истинной ценности? Внезапно захотелось на прием в императорский дворец, чтобы убедиться, но могу себе представить, какую масштабную за мной откроют охоту, если я свистну брошь у правящего Рода.

Пока что стоит сделать для себя заметки. Неплохо бы познакомиться с Воронцовыми, а еще держать в уме, что рудники с чистым вербинитом могут оказаться либо у самого богатого Рода, либо у правящего. Впрочем, Романовы вряд ли владеют меньшим богатством, но их деньги просто так активно не считают. Если расклад подтвердится, то идея искать собственное месторождение все более и более здравая… Однако как только выяснится, что именно я нашел, мне начнут вставлять палки в колеса. Может, идея с Академией действительно не так уж и плоха — там я смогу оказаться на виду, и вариант «известный студент занялся развитием земель» смотрится всяко безобиднее, чем «неизвестный хрен с горы что-то затеял в Сибири». Правда, это означало, что я должен заполучить титул до поступления, то есть подготовиться к поездке на север неплохо бы уже в следующем году.

— Ох, Пётр Константинович, задал я вам задачку, — Пушкин принял мое молчание за расстройство насчет расценок ювелирки. — У наших ювелиров вы можете заказать отличные украшения в пределах нескольких сотен рублей. И даже необязательно расплачиваться сразу, — на всякий случай добавил Владимир.

— Удобно, — я сдержанно улыбнулся. — Ради красоты Марии Анатольевны мне не жаль и всего золота мира, но, боюсь, владельцы всего золота мира не оценят мое рвение.

Мы с Пушкиным тихо рассмеялись, избежав щекотливой темы сравнения доходов. Конечно, Владимир не собирался кичиться перед подростком заработками Рода, но я видел, как ему приходится тщательно подбирать слова, чтобы я не почувствовал себя не в своей тарелке.

Вместо этого мужчина выудил из внутреннего кармана пиджака письмо и вручил мне. Я вопросительно поднял бровь, а Пушкин приложил палец к губам.

— Воспользуемся моментом. Это сообщение для вас, Пётр Константинович, строго между нами. Можете иносказательно сообщить спутницам, но только если все это не уйдет дальше.

Я кивнул. Похоже, что Владимир полностью доверял графине Ландышевой, раз не против устраивать нечто секретное в этих стенах.

Записка рассказывала весьма логичные вещи. Понятное дело, что Николая Светлова кокнули из-за его знаний, но подробности… Группа эльфов, воспользовавшихся токсином. На первый взгляд ничего особенного, почему бы и нет. Но странности напрашивались сами собой.

Вдобавок к этому на меня обратила внимание агент ИСБ. Похоже, что ловить меня и сажать в имперские подземелья не собирались, но излишняя таинственность моей личности вызвала определенные вопросы. Синеглазка… Она же Марья Моревна Романова. Очень ценная информация, поскольку вряд ли простые смертные знали ее личность вместе с прозвищем, но от внешности — лишь общие черты.

Такой расклад меня не пугал, разве что пока не совсем ясно, какой баланс у госпожи Синеглазки в голове. С одной стороны — левый кудесник, который замешан в странном деле. С другой — он же вроде как помог стране. На чаши весов можно накидать еще и мою роль одного из «тридцати трех», но прошлое, связанное с упырями, вряд ли можно назвать позитивной страницей в досье. В общем, многое сейчас зависело от того, что надумала себе эта девица и что она знала о моем прошлом, я же не в том положении, когда можно легко сбросить слежку агента ИСБ. Я мог сбежать и изменить личность, конечно, но это бессмысленно — в будущем вызовет только новые вопросы, когда служба опять на меня выйдет.

— Весьма странная история, — тихо сказал я, вернув записку Пушкину. Тот положил конверт в пустую пепельницу, стоящую на столе, прошептал заклинание огня и, когда осталось лишь немного пепла, затушил небольшим количеством воды.

— Думаете? — Пушкин показал предостерегающий жест и улыбнулся.

Ага, не стоит говорить совсем уж открыто.

— Недавно я читал газеты и задумался над тем, что Королевство эльфов хоть и сотрудничает с Российской Империей, но вместе с тем — не спешит решать вопросы с рабами. Мало того, экспансию от короля эльфов ждать не приходится в силу небольшой популяции и особенностей развития этой расы.

Пушкин одобряюще кивнул.

В самом деле, зачем эльфам чертежи кораблей? Пусть сами британцы наверняка были бы не против вернуть былое могущество, это все же вызвано жадностью и нетерпеливостью человека. Хоть и не все люди такие, но эльфы вообще никуда не спешили и просто сотнями лет могли спокойно жить-поживать в лесу.

— Возможно, «рабы» — инициатива прежней аристократии. Они могут быть достаточно сильны, — подсказал Пушкин.

Официально Николай пострадал в автокатастрофе, то есть убийц как бы и не существовало, так что и официально предъявить Королевству нечего. А если афишировать всю ситуацию, это подорвет доверие. А вот обиженной и недобитой британской аристократии весьма выгодна ситуация — падает тень на короля и отношения между Лондиниумом и Санкт-Петербургом, плюс убийство дворянина. Договориться с эльфами они могли весьма просто — нашли тех, кого текущий король вышвырнул вон. Выглядело вроде бы логично, но мне не хотелось ввязываться в разборки между странами.

— У нас ведь есть представители иностранных Родов?

— Да, но голословное обвинение не поможет разобраться, Пётр Константинович. Все представленные у нас в стране семьи сбежали от текущего Короля и поклялись в верности Императору. Если и существует нечто иное, это точно подойдет для какого-нибудь шпионского кино, — Владимир усмехнулся и показал на пепел.

А… Ну, Романовы явно знали больше. Видимо, не просто так Синеглазка приехала сюда, так что не стоило считать всю историю просто далекой страшилкой. Девчат одних отправлять никуда нельзя пока что, и хотя я уверен, что они справились бы с эльфом или даже двумя, проблема в способе убийства.

— Кстати говоря, Владимир Алексеевич, а вы когда-нибудь слышали о Причудах с созданием лекарств?

— Довольно часто, у эльфов такое определенно встречалось и не раз, — снова улыбнулся Владимир.

— И как они, полезные?

— Даже чересчур. В обычной аптеке такие и не встретишь. А что, вам нездоровится, Петр Константинович?

— Лишь хочу узнать о возможности приобрести заранее.

Пушкин развел руками. Понятно, он тоже не знал.

Яды очень опасны. Я о них начал думать давненько, еще когда Лизу за печеньками отправлял в нашу первую встречу в моей квартире. Основная проблема в том, что нет чудодейственного Верба с названием «Противоядие», поскольку в зависимости от вида отравляющего вещества требовалось подобрать необходимый способ нейтрализации. Если знать, что вокруг яд, то немного проще, к примеру, органическое можно просто нагреть. Или же максимально разбавить, но здесь все равно есть загвоздка в том, что можно не только не довести до необходимого минимума летальную дозу, но еще и облегчить проникновение в тело. Вербы Природы в этих случаях могли помочь только с замедлением метаболизма — так токсин медленнее разойдется по кровотоку.

В остальном же вариантов слишком много. Это и попытка нейтрализовать токсин, создав с помощью антидота неядовитое соединение, это и сорбенты… Устранение симптоматики, то есть лечение последствий… Чем больше я об этом думал, тем больше осознавал, что еще очень многого не знаю. На самом деле вербы способны и на это, но создавать конкретные вещества, особенно если речь о синтетических химических соединениях, а не о природных веществах — слишком сложно и затратно. Хотя какой-нибудь активированный уголь все-таки можно призвать, или этанол, если кто-то наглотался паленой самогонки, но не уверен, что при текущем количестве вербинита получится создать много. Впрочем, в таких случаях я хотя бы знал и понимал, что требуется прописать в вербе и как работать с ноотикой, но с незнакомыми веществами такое не провернешь. Да и некому анализировать токсины на ходу.

С созданием токсинов примерно такая же история, разве что выбирать для атаки проще, анализировать не придется. Но есть множество куда более простых и дешевых вербов для устранения противника, поэтому я даже и не задумывался над таким вариантом.

— Я буду начеку, — сказал я после раздумий.

— Правильно. Мы тоже не будем сидеть сложа руки, но все может произойти, — серьезным тоном ответил Пушкин.

* * *

Подвал в бане «Веселый вѣникъ» погрузился в интимный полумрак. Барная стойка будто бы служила единственным источником света, да и тот шел лишь от нескольких свечей. Обычная обстановка для ночных посиделок, особенно в те дни, когда не было клиентов, готовых арендовать парилку на всю ночь.

Маркус, пузатый упырь, стереотипными движениями тряпки протирал стаканы один за другим. Подумав немного, прихватил пару бутылок с полок позади себя, начал ими жонглировать весьма умело, даже сделал вид, что вот-вот разобьет, но все прошло гладко, однако шоу никого не впечатлило. Блестящий шейкер наполнился алкоголем и льдом, в тишине подвала звуки смешивания казались оглушительно громкими.

Яркая струйка напитка наполнила бокал.

— Прошу! — галантно заявил Маркус, смотря прямо на Стефанию. Девушка подбородком уперлась на стойку и продолжала так сидеть, смотря прямо перед собой. Скосив взгляд на бокал, будто бы нехотя взяла его, выпрямилась и пригубила. Ничего не сказала, лишь качнула хвостиками.

— Дочка, ты бы не налегала на алкоголь, — осторожно сказал Влад. Как и положено главе клана, он восседал во главе стола, но поскольку вместе с ним никто сейчас не сидел, атмосфера важности улетучилась сама собой.

— Пф. Все равно бесполезно, — буркнула Стеша, пока Маркус готовил новый коктейль.

Алексей в это время сидел рядом. Будто хотел побороть стереотипы, хрустел сухариками с чесноком и запивал темным элем. Лиза сидела с другой стороны. Положив ногу на ногу, девушка ковыряла десерт, то и дело бросая взгляды на «сестру».

— И долго это будет продолжаться? — грозно хрустнув сухариком, сказал Алексей.

— Лёша, вот тебя не спросила! Ик!

— Ты же не напилась, нечего устраивать концерты, — продолжил Алексей. — Мы должны продолжать работать как ни в чем не бывало, это лучшая благодарность за спокойные годы. Петр Константинович однажды вернется, и разве будет рад такому настрою?

— Пф. Да пофиг на него! — продолжила Стеша, надув щеки.

— А мне кажется, что нет, — мягко произнесла Лиза, на что Стеша подарила ей грозный взгляд.

— Вот уж от тебя… Не надо, спасибо!

— Прекращай ломать комедию, дочка, — вздохнул Влад. — Мы понимаем, тебе тяжело. Мы всегда тебя поддержим, весь клан. Но и ты должна осознавать!

— Именно! — Маркус тоже подал голос, поставив бокал. — Не, ну ты разнылась, жесть просто. У тебя было сколько? Годы! Втюрилась и втюрилась, чего бубнить-то теперь. Вздыхай дальше, но работать не прекращай.

— Это жестоко, Маркус, — Лиза ударила кулачком по стойке, отчего осталась легкая вмятина, которую девушка попыталась «сгладить», но ничего не получилось. — Слушай, у тебя есть все шансы. Ты красива. Просто немного смелости и все.

— У вас же что-то было, — проворчала Стеша, смотря на Лизу исподлобья. — Целовались, обнимались… Конечно, по глазам видно. В коротких юбках щеголяла…

— А тебе-то кто мешал! — повысив голос, сказала Лиза. — И дело не в этом! Пете все равно! Мы просто… А, да кому я рассказываю, ты не хочешь меня слушать! — Лиза поднялась и вышла из подвала, потому что Стеша просто отвернулась и принялась тихо всхлипывать.

— Довольны? — проворчал Маркус.

— Как будто ты не при делах, — парировал Алексей. — Но вообще Лиза права, достаточно немного смелости. Сейчас-то уже ни к чему слезы лить.

— Ей нужно побыть одной, — с теплотой сказал Влад, после чего поднялся и, подойдя к девушке, погладил ее по спине. — Поплачь, поплачь дочка. Легче станет.

Упыри молча разошлись, оставив девушку одну в подвале. И на следующий день…

— Смелости⁈ Какой нахрен смелости, Алексей⁈ — кричал Влад, отвесив подзатыльник «сыну». — Где ее теперь искать?

— Что? Кого? — парень хоть и склонил голову, получив оплеуху, ничего не понимал спросонья. Лиза и остальные выбежали на шум.

— Стеша сбежала! Прихватила пару сотен рублей и оставила записку, что ее можно не искать!

— Какого… Шайсе! — выругалась Лиза, затем прикрыла рот ладонью. — Я постараюсь дозвониться Пете.

— Вряд ли она сразу решится поехать к нему, — возразил Алексей. — Она могла направиться и в Тулу, чтобы найти кладбище и доказать свои слова.

Влад прекратил шагать взад-вперед и остановился. Парень прав. Это был бы отличный повод для Стеши отчитаться перед любимым и получить долю внимания… Но гарантий на это не было, а вот проблем, если девушку обнаружат — полно.

Глава 14

Кристаллит

Ждать возвращения девчат пришлось не так уж и долго.

— Петенька! — Машка тотчас бросилась ко мне, в ее глазах легко читался восторг, а ушки подрагивали от избытка чувств. Про хвост можно даже и не говорить, если бы я не отвел девушку чуть подальше, она точно смахнула бы все со стола. — Там такое! Платья просто невероятные! А-а-а!

— Одной твоей реакции уже достаточно, чтобы полностью довериться госпоже Ландышевой, — с улыбкой сказал я достаточно громко, чтобы и Пушкин услышал. — А когда будет готово?

— О. Недельку подождать? Но там классненько, фыр! — немного смутившись, Машка встала на цыпочки, чтобы подобраться поближе к моему уху. Положив руки на плечи, прошептала: — Только… Ч-четыреста рублей… Вместе с туфельками! Воть…

Понятна реакция Машки. Ей очень понравилось, но такие суммы я на нее еще никогда не тратил. Да и выпрашивать она на самом деле и не умела, просто искренне радовалась, если ей что-то приглянулось. С практической точки зрения бальные платья в любом случае почти что одноразовые, но смысла в этом направлении размышлять я не видел, поскольку хотел порадовать Машку независимо от других факторов.

— Никогда не видел тебя настолько взбудораженной от вида одежды, поэтому будем ждать результат.

— Петя… Петя! Спасибо-спасибо-спасибо! — Машка повисла на мне, издав перед этим что-то среднее между привычным фырканьем и радостным взвизгиванием, после чего принялась целовать мои щеки, губы, и лишь через минуту-другую вспомнила, где мы находимся. Покраснев, ахнула, но осталась рядом со мной, прижавшись к моей руке.

Пушкин в этом время обсудил детали нового наряда с супругой, но они вдвоем улыбались, хоть и старались не обращать внимания на эмоции Машки. Ириниэль же вышла позже всех. С привычно флегматичным выражением лица подошла ко мне, взяла за свободную руку и потянулась к уху. Они сговорились?

— Господин.

— Да?

— Три сотни рублей. Я не вправе требовать от вас подобного подарка, поэтому…

— Тебе понравилось платье-то? — перебил я эльфийку. Задумчиво моргнув белоснежными ресницами, Ириниэль шумно вдохнула и выдохнула.

— Да, Пётр Константинович.

— Будешь ли ты в нем смотреться достойно в роли моей спутницы?

— Без сомнения.

— Тогда берем.

Ириниэль склонила голову.

— Вы невероятно щедры, господин. Обещаю, вы не разочаруетесь.

Если бы Ириниэль не прижималась ко мне грудью, у меня бы не возникли двоякие пошлые мысли от таких фразочек. Полагаю, что эльфийка осознавала — на фоне моих отношений с Машкой такие траты на ее персону могут быть вызваны разве что необходимостью. Вроде как господин должен покупать слугам вещи, не могут же они ходить в чем попало… Большинство взрослых и опытных дам на ее месте уже бы давно осознали, что я запал на ее внешность, и пытались бы меня раскручивать на множество подарков, однако мне приходилось чуть ли не заставлять девицу хоть что-то купить себе.

— Петр Константинович! Полагаю, что нам тоже пора приодеться, — предложил Владимир, уже подойдя к занавеске.

— Пойду, — сказал я девчатам, которые будто бы нехотя отпустили меня, и последовал за Пушкиным.

Готовых костюмов действительно оказалось немало. За веяниями моды я не следил, но хотя бы в том, что касалось мужского гардероба, не было каких-то жестких перегибов. В итоге для повседневных посещений города — темно-синий сюртук и лаковые ботинки, а для бала — фрак с жилеткой и туфли. Видимо, немного повеяло стариной, раз обычные пиджаки приелись, но смотрелось неплохо.

Анна работала профессионально — даже без лишних измерений подобрала идеально сидящую по фигуре одежду, много не болтала, лишь стреляла глазками в сторону Владимира, пока тот почти что по-отечески смотрел на меня то в одном, то в другом наряде и высказывал вердикт. Подозреваю, что такое отношение не только ко мне, поэтому неудивительна его популярность в качестве преподавателя.

— Справились быстро, идеально, голубушка! — рассмеявшись, сказал Владимир под конец.

— Просто Петр Константинович хорошо сложен, на столь идеальную фигуру подбирать костюм — одно удовольствие! — с хитрецой заявила Анна. Я для порядка слегка смутился и отвел взгляд. Конечно, парню моего возраста должна быть приятна такая похвала от графини, так что нужно соответствовать.

— Что вы, все дело в вашем мастерстве!

— Вот и отличненько! — улыбнулась девушка в ответ.

— Я распоряжусь доставить все в усадьбу, когда будет готово, — перешел Пушкин на деловой тон. — Петр Константинович? Записать на ваш счет?

С важным видом я достал из внутреннего кармана пиджака депозитную металлическую квитанцию, как раз тысяча рублей. Мой гардероб обошелся аж в полторы сотни вместо запланированного, но все же.

— Подберите девочкам на оставшееся аксессуары, пожалуйста. Сумочки, вееры и прочее. Рассчитываю на ваш вкус, увы, мужская душа не в состоянии постигнуть все секреты дамской красоты, не хотелось бы выглядеть невеждой при выборе.

— О, Петр Константинович очень щедр, когда дело касается дамы сердца! — ахнула Анна. — Владимир Алексеевич… Где вы нашли такого прекрасного клиента?

— Все-то вам рассказать надо, голубушка! — Пушкин явно был рад тому, что я не чувствовал себя стесненным в средствах, хотя очевидно, что и здесь хотел открыть для меня рассрочку. Правда, если я так и дальше буду тратить по тысяче в день, то надолго меня не хватит, хех. Это мы еще к ювелирам не заглянули…

Костюмы доведут до ума и пришлют, да и закидывать в багажник такого плана вещи — не самая здравая идея, поэтому отдельная доставка — неплохой выход.

Девчата явно пытались услышать хоть что-нибудь из того, что происходило за шторкой: Машка шевельнула ушками и отвела взгляд, когда мы вышли.

— И как, Петенька? — шепнула мне девушка, когда мы уже направились на выход.

— Все отлично. Будем с тобой выглядеть просто идеально.

— Мм, я буду ждать этого денечка, фыр! Ой! — с волнением сказала Машка и снова взяла мою руку, пока Ириниэль шла чуть позади и сбоку.

Ювелир оказался на самом верхнем этаже, так что после головокружительной поездки на скоростном лифте, мы добрались до вершины торгового мира. Здесь оказалось не так уж и много людей, да и вообще мне казалось, что подобные магазины размещают на первых этажах, чтобы привлекать внимание. Но как оказалось, местная торговая точка «Золотая осень» принадлежала Пушкиным, и это — нечто вроде офиса вместе с мастерской, тогда как готовая продукция находилась где-то на первом этаже. Отделка под дерево и узоры создавали образ почти что сказочной избушки, будто очутившейся прямо внутри торгового центра.

— Добрый день, господин! — воскликнул немолодой мастер, увидев Пушкина. Он оказался одним из слуг Рода, кудесник Огня с причудой «Жар змея», как у моего местного отца. Вряд ли родственник, все-таки змеи не только с нашей семьей связаны, но кто знает.

— Добрый день, Миша. Заглянули к тебе за заказами, принимай и не оплошай.

— Никак нет, господин! Все будет в лучшем виде! — торопливо закивал мужчина, после чего улыбнулся и посмотрел на меня. — Чего изволите?

— Ч-что⁈ — Машка громко зашептала и принялась дергать меня за рукав, пока хвост от волнения шлепал по мне. — Петенька, еще и… Ох. Я не…

— Не переживай ты так, — я хорошенько погладил Машку по волосам, слегка примяв ее ушки, но старался не испортить прическу.

— Слушайте, девочки, нам надо посплетничать, пока мужчины заняты. Очень. Важным. Делом! — с нажимом сказала Александра Пушкина, подойдя к нам.

Ириниэль бросила на меня взгляд, спрашивая разрешения, получив кивок отошла вместе с Машкой и Пушкиной поближе к лифту.

Я в это время внимательно осмотрелся, поскольку заметил свечение, но старался не выдать свое волнение.

— Миша, тебе должны были передать, — напомнил Владимир, и ювелир тотчас хлопнул себя по лбу.

— Прошу простить! Сейчас-сейчас! — заторопился мужчина и вскоре поставил перед собой три небольших цилиндрических контейнера из металла. На каждом была указана маркировка, наклеены гербы Светловых и Пушкиных, обозначены дата упаковки — примерно в начале месяца. А символами указана принадлежность к определенному руднику. Видимо, Светлов закупил их для себя ранее, но доставить не успели, поэтому Пушкин распорядился привезти сюда, пока мы занимались подбором одежды. Контейнеры стандартизированные, находились в незаполненной до конца вторичной упаковке, так что, похоже, обычно возили по килограмму за раз. Да и расфасовка по сто грамм явно не единственная, но для мелкого оборудования или еще каких целей достаточно.

Других следов вербинита рядом не нашлось, так что если его и используют в создании драгоценностей, то не здесь — не тот размах.

— Благодарю, Владимир Алексеевич! — я склонил голову. — Так быстро — я и подумать не мог.

— Ну что вы, Петр Константинович, я и сам удивлен. Обычно Сергей Валерьевич не столь поспешен в решениях, будем надеяться, что это не первый и последний раз, — Пушкин тихо рассмеялся. — А теперь к главной цели. Миша, нам нужны украшения, а прекрасные дамы, которым предстоит их носить, стоят чуть поодаль, рядом с моей ненаглядной супругой.

— О! Я понял, понял. Есть какие-нибудь пожелания, господин? — Миша обратился ко мне, хотя я с трудом мог оторваться от созерцания Пыли. Слишком сложно осознать, что она вот здесь, рядом. И хотя я еще не был уверен в результатах, даже отрицательный будет шагом вперед.

— Полагаю, что-нибудь с тематикой льда для девушки с хвостом, — предложил я, переведя взгляд на ювелира. — Брошь? Колье будет сложно оформить в нужной стилистике, хотя, если медальон… А еще серьги тоже было бы крайне занятно увидеть, но есть ли у вас опыт в создании подобного рода украшений? — с нажимом добавил я, намекая на песцовые ушки, само собой.

— Опыта нет, признаюсь как на духу. Но я готов испытать себя! — добавил с воодушевлением Михаил. — Тематика понятна. А что насчет второй барышни?

Проблема. Когда рядом две девушки, дарить желательно тоже обеим, даже если отношения разное.

— Серьги-клипсы с тематикой ночи, темноты… Было бы идеально.

В этот момент я подумал, что неплохо бы набросать скетчи, но это как-то слишком меня выдаст в качестве художника. А вот на будущее для заказов я определенно буду так поступать.

Миша все старательно записал и даже что-то набросал в блокнот, тщательно вырисовывая карандашом, после чего улыбнулся и сказал:

— Все будет готово через пару недель.

— Отлично, — ответил Владимир. — И не забудь про мой заказ.

— Что вы, как можно, Владимир Алексеевич! — Миша чуть лбом не приложился о столешницу, на которой лежал блокнот и журналы для записи, настолько активно решил поклониться. — Еще два денька — и готово, Александра Олеговна будет приятно удивлена, я вам гарантирую!

— Посмотрим, посмотрим, — Пушкин усмехнулся. — Понесете так, Петр Константинович?

— Думаете, кто-то захочет умыкнуть? — уточнил я, уже раскидав контейнеры по карманам. — Не сочтите за бахвальство, но у меня они будут в большей безопасности, чем у Степана.

— И то верно, — Пушкин хмыкнул. — Самое время возвращаться к обеду, вы так не считаете?

Согласившись, мы попрощались с Мишей. Предоплату он не требовал, видимо из-за того, что и так работал на Пушкиных. Машка то и дело поглядывала на меня, борясь с желанием узнать, заказал я что-нибудь или нет, но раз сразу не купил — ей уже было немного спокойнее.

Поездка обратно прошла за выслушиванием впечатлений Александры, которая уже представляла, как затмит всех дам из других Родов на осеннем балу, все это сопровождалось перечислением каких-то модных аксессуаров, брендов косметики, и я окончательно потерял нить разговора, хотя девчонки слушали внимательно. Даже Ириниэль, что весьма удивительно.

Единственное, что я для себя выяснил, это необходимость еще и за модным парфюмом следить. Расценки тоже наверняка грабительские, но возможность подарить аромат сопровождающей тебя женщине весьма ценна, ведь после объятий и танца этот запах будет преследовать и меня.

Оказавшись на территории усадьбы, мы попрощались с Пушкиными. Судя по новым автомобилям на территории, кто-то заглянул в гости к главе Рода, поэтому Владимир и спешил присоединиться к отцу на совместном обеде. Слуги возле престижного «ПАЗика» принадлежали к роду князя Оболенского, но силуэт гамаюна на номере авто указывал на чиновника. Действительный статский советник… Маловероятно, что приехали торжественно вручить мне титул, скорее это связано с сообщением об эльфах. Мы отталкивались от того варианта, что они — просто беглая чудь, но если им прописали сороку, то есть некто помогал изнутри вместе с почившим Светловым, ситуация меняется. Хотя точно я знать и не мог, но умнофон подсказал, что Оболенские — из Тульской губернии. Далековато отсюда, а вот от Липецкой губернии — уже сравнительно недалеко. Что-то из недавнего еще связано с Тулой… Точно. Упыри? Если Стеше не почудилось, то и там могли обнаружить несанкционированное кладбище, которое могли организовать союзники Николая или тех, на кого он работал. Надеюсь, что Влад не бросился искать новых членов клана в первые же дни после моего отъезда.

Правда, сама суть махинаций волхвов от меня ускользала, да и Пушкин ни о чем не рассказал. Возможно, он и не знал всей схемы, раз речь шла только о передаче технологий и саботаже. Небольшой клан кровососов появился уже после моего вмешательства, но даже если представить, что я не при делах, то такого рода проблемы в масштабах Империи незначительны.

Да и ладно. С меня достаточно и защиты девчат, с политическими играми влиятельные семьи сами разберутся.

В доме нас снова встретили Золотце и Изумруд. На первую я взглянул немного иначе после прогулки, и совсем не потому, что ее прообраз творил разврат на страницах популярной клубнички. Если у меня в прислуге на данный момент эльфийская аристократка, это занятно, конечно, но толку от такого расклада немного.

— До обеда я буду занят, — предупредил я сразу и эльфиек, и моих девчонок.

— Тебя позвать, Петенька? — шепнула мне Машка, осторожно пощекотав мою руку хвостом.

— Да, было бы здорово, — улыбнулся я.

И пока девчонки разбирались с немногочисленными покупками, я закрылся в комнате и поставил контейнеры на стол.

Три вида Пыли. Без активации управлять вербинитом не удастся, но даже если ее провернуть, эффект будет куда менее впечатляющим, чем у чистого вербинита. По крайней мере, так все было в теории.

«Батарейная» пыль на первый взгляд казалась самой ёмкой и яркой. В принципе, логично, раз она в смеси с чем-то еще выступала в качестве хранилища маны. Однако прямое воздействие на батареи вызывало лишь биг-бада-бум, подозреваю, что жизненная энергия, являющаяся маной, слишком отличалась от итоговой Энергии, полученной в ходе создания Верба.

«Магдвижительная» Пыль казалась более тусклой, но вместе с тем в ней прослеживались следы синхронизации. Судя по всему, это сырье прогоняли через какое-то заклинание для оптимизации структуры, чтобы оно могло служить источником энергии для механизмов автомобиля или другой техники. Занятное различие… Напрашивается вопрос, почему напрямую не использовать батареи? Без понимания работы двигателей на мане сидеть и гадать не очень продуктивно, конечно, но будем иметь в виду первое впечатление.

«Активаторная» Пыль визуально не отличалась от магдвижительной, но выглядела нейтральной, без всяких перекосов в сторону какой-то школы магии.

Но это, конечно, если рассматривать через «вербинитовый» зрительный фильтр. Визуально вся Пыль напоминала мелкий порошок с легким фиолетовым оттенком и металлическим блеском.

Что ж, хотя я и предупредил всех насчет комнаты, эксперименты делать в помещении — не очень безопасно. Как минимум есть шанс повредить отделку… Но сперва мне нужны весы, причем весьма точные.

Отыграв роль капризного дворянина, который сам не знает, чего хочет, я прихватил из кухни небольшие весы для специй, причем удалось добыть старомодные, с небольшими грузиками. Подозреваю, что это аптечные, а не для взвешивания перца и кориандра какого-нибудь, но все равно.

Проверив правильность взвешивания, откупорил контейнеры и отвесил по пять грамм. Десятимиллиметровый шарик чистого вербинита весил чуть меньше, так что сделаем с запасом. Медленно создавая ледяной контейнер для Пыли, высыпал содержимое внутрь, запечатал, создал поверх глиняную оболочку, после чего открыл окно и глянул вниз. Растительности немало, после дождя она достаточно сырая, чтобы не бояться пожаров, да и мои манипуляции будут скрыты от любопытных глаз.

Из Камня — небольшая конструкция, внутрь которой поместил заготовку. Начал раскалять Огнем, добавляя Воздух… Возможно, если бы сделал более грамотную конструкцию самодельной печи или прикупил готовый вариант, не пришлось бы особо заморачиваться, но кривость рук компенсировал усилением Вербов, благо объемы крошечные, поэтому можно действовать точечно.

Пыль в итоге спеклась пусть и не в ровные шарики, но в единое целое, таким же образом поступил с остальными образцами, после чего убрал следы, разрушив конструкцию ноотикой — теперь с виду это просто обломки камней.

Оставалось только пропустить разряд. Энергия — затратная школа, но ждать грозу в этот раз мне не хотелось, а единичный разряд ценой выносливости можно создать и так. Правда, вряд ли сегодня получится протестировать больше одного образца, но уже неплохо.

Изолировав место будущего попадания верба, я положил один из шариков в центр. Выбор пал на «батарейную» Пыль, как самую яркую. Переделываем Верб на мгновенную длительность и максимальную силу, точечное применение…

Сверкнул разряд. В воздухе запахло озоном, а я сразу же ощутил вялость, настолько сильно это высасывало силы. Оперевшись на стоящий рядом стол, поднялся и подошел к шарику. И он…

Не активировался, но стал ярче, явно поглотил магию, оттенок стал слегка синеватым, а температура вокруг упала настолько, что на всех поверхностях рядом с шаром образовалась тонкая глазурь льда — видимо, сказывалась высокая влажность после дождя. Странная смесь… Хотя, конечно, мы с Ленкой называли вербинитом любое вещество, проявляющее активность на ноотику, но этот вариант не подходит для использования вербомантом. Банально не способен пропускать через себя энергию Источника и не откликается, как обычный вербинит… Однако свойства можно попробовать использовать иным способом, в состоянии ли я поглотить потраченную на него энергию? Пока я не понял, возможно ли это, да и без собственной Пыли в теле это маловероятно — банально некуда ее перекачивать, так что нужно экспериментировать с Машкой или Ириниэль. Чтобы не путаться, этот вариант я назвал кристаллитом и, зафиксировав сигнатуру, стал отделять его на зрительном фильтре от других видов Пыли.

Закончив с систематизацией, я понял, что пока никуда больше не уйду. Ноги просто не слушались, поэтому я кое-как дополз до стола и присел на край, радуясь внезапной возможности отдохнуть.

— Петя! Обед! — позвала Машка из-за двери.

— Я, пожалуй, не пойду, — выдавил я из себя. — Приятного аппетита.

— Тебе плохо? Я открою дверку!

Зная Машку, можно не противиться, все равно не отстанет. На дистанционный щелчок замком мне еще сил хватило.

— Какой ты бледный! Тебе плохо⁈ Фыр! — Машка подбежала ко мне, обняла лицо ладошками.

— Просто переборщил с магией.

— Уф, — девушка осмотрелась. — Ясненько. Это что-то важненькое, ну и пусть! Ты обязательно покушаешь. Вот, обопрись на меня! Сейчас на кроватку, и я принесу еду, понял? Всегда крутышка, а тут я могу за тобой поухаживать, хе-хе. Теперь ты не отвертишься, Петенька!

Ириниэль тенью прошла по коридору, явно услышав хотя бы часть из сказанного, и уже через пару минут вернулась с подносом и тарелками. Я тем временем действительно оперся на Машку и уселся на край кровати, коря себя за то, что не рассчитал с тратами… Хотя с вербами все четко. Траты стандартные, и более слабый разряд банально не провел бы активацию. Просто я слишком слаб пока, чтобы такое играючи устраивать, особенно после предшествующих трат.

— Господин, я принесла яства. Эльфийки не помешают нам остаться наедине, — отчеканила Ириниэль, захлопнув дверь позади себя телекинезом.

— Ай да Ириниэлька, блестяще сработано! Так кушать всяко лучше, чем чваниться за столом! Фыр! Смотри, тут супчик! Скажи «А-а-а»! — Машка набрала ложку угощения и протянула мне.

На самом деле я хоть и ослаб, но не до такой уж степени, однако отказываться от подобного как-то сложно.

— Я подам вам кусок хлеба, господин, — строго добавила Ириниэль. — Выбрала самый мягкий, — добавила девушка и уселась рядом со мной, обняв и придерживая за спину.

Хм, какой приятный бонус в моей лабораторной работе…

Глава 15

Открытие

Машке определенно нравилось меня кормить, хотя вряд ли я выглядел особо голодающим… Видимо, в этом желании проявлялась ее забота, и сопротивляться такому сложно, хотя я совсем обленюсь, если буду такое позволять каждый день. Так-то никто не мешал валяться на диване и ноотикой таскать вкусняшки из холодильника, конечно. Однако пренебрегать тренировками в мире, где практически любой человек или представитель иной расы владеет весьма смертоносной магией чревато проблемами в будущем. Хотя если хорошенько потренироваться, а потом позволить двум красавицам кормить себя… Хм. Есть над чем поразмыслить!

Машка в итоге тоже не стала стоять передо мной и уселась рядом, так что поднос удерживал я, пока меня с обеих сторон обнимали девчонки. Суп, кстати, неплохой — уха по заказу Машки, на второе же котлетки с гречкой. Я все-таки расценил, что осетрина, мраморная говядина и всякие прочие изыски может и хороши, однако привередливым гурманом я не был, да и перед Пушкиными все равно неудобно будет, если начнем каждый день употреблять деликатесы.

Ириниэль порезала котлету и давала мне понемногу, Маша занималась гарниром. Погладив обеих девчонок по спинам в конце трапезы, я благодарно улыбнулся.

— Спасибо, вы меня очень выручили. Я это ценю.

— Не за что, Петенька! Мне и самой хотелось тебя покормить, фыр! Ой! — Машка смущенно улыбнулась, сложив тарелки на поднос.

— Мария права, господин. Поддерживать вас в повседневных потребностях — меньшее, что я могу для вас сделать. Не стесняйтесь обращаться по любому поводу, я могу всегда стоять на коленях рядом и ожидать ваших распоряжений! — склонив голову, сказала эльфийка.

— Не надо на колени. Пока что, — на всякий случай добавил я, поскольку девушка уж очень часто поднимала этот момент. Вполне возможно, что это часть культуры темных эльфов, и после клятвы преданности Ириниэль таким образом хотела бы подчеркивать свой статус… Вряд ли это отголоски жизни в рабстве, поскольку я ни разу не видел, чтобы Ириниэль стояла на коленях в присутствии Светловых, будь то сам граф или Ольга.

Хотя такие желания — не единственное проявление. Обе мои девочки получили птиц, и для Нижнего Новгорода этого вполне достаточно — чудь здесь встречается чаще, скорее всего, заслуги и самих Пушкиных, которые набрали десятки эльфов. Поэтому никого не удивляло присутствие на улице Машки или Ириниэль. Маша пользовалась этим и не носила ошейник с момента приезда, а вот Ириниэль с ним не расставалась… Вряд ли чокер мешал, поэтому я как-то и не забивал голову — если ее устраивает, то мне какое дело? Но как символ — вполне возможно.

— Мы побудем с тобой! — заявила Машка, как только отставила в сторону поднос.

— Нет, вам тоже нужно покушать. Идите-идите, я все равно просто отдохну. Да! — последнее я уже добавил после того, как Машка хотела опять запротестовать.

— Уф. Хорошо, но мы быстро! — заявила девушка, легонько шлепнув меня хвостом по голове, когда поднималась.

— Не спешите, лучше насладитесь вкусом. Приятного аппетита! — пожелал я, и девчата ушли.

Это важно и по иной причине. Если посуду после гречки сразу не помыть… Боюсь, здесь даже Вербы окажутся бессильны!

Так быстро силы не восстановить, но я все равно чувствовал себя немного лучше. Подцепив ноотикой контейнеры, спрятал их пока что, остался только полученный мной кристаллит. Без трат маны тестировать его нет смысла, поэтому я подумывал над тем, чтобы отвести девчонок через час-другой в тренировочный зал. Других планов на сегодня особо не было, занятия начинались завтра, поэтому возможность неплохая.

А еще не мешало бы переодеться. Я так спешил поработать с Пылью, что в итоге не успел этого сделать к обеду, только пиджак-то и снял. Но в итоге просто улегся на кровать и смотрел на потолок. Надо бы в интерфейс добавить расчет трат. Не было какого-то четкого понятия для моей маны, поскольку Источник по своей сути бесконечен, а понятие «выносливости» слишком плавающее, ведь она расходуется не только на вербы, но и на любые действия… А вместе с тем есть ресурсы организма — тот самый прикол с вариантом «как бы из последних сил затащить», но это отрицательно скажется на здоровье. Хотя, когда речь о жизни или смерти, то рассуждать об этом не к чему.

В итоге я взял свое текущее состояние как отправную точку для минимума, стоимость Верба Энергии — как предел затрат. Это не совсем верно, но лучше с запасом. Если учитывать уровень прокачки всей школы Энергии, то можно примерно сравнивать «стоимость» других вербов и планировать свои действия. Конечно, нечто подобное напрашивалось с самого начала, но в детстве моя выносливость не выдерживала никакой критики. Да и вообще стоило бы дождаться окончания роста, но раз проблем все больше, то лучше иметь хоть что-то для оценки прямо сейчас.

Пока я прикидывал и тасовал пассивные Вербы в слотах для удобства, девушки уже успели вернуться. Молча разбежались по комнатам… Оказывается, переодевались. Для похода на обед предпочитали одеться поприличнее, раз уж у нас аж прислуга здесь, но ко мне Машка прибежала в завязанной на груди рубашке, чтобы живот оставался обнаженным, и простенькой юбке. Ириниэль нарядилась в джинсовые шорты и футболку, на которой лицо какого-то киногероя получилось весьма растянутым из-за размера округлостей.

— Петя! Ты почему не переоделся? Неужели и на это нет сил⁈ — ахнула Машка, а я как-то совсем уж неопределенно взмахнул рукой. — Сейчас!

Машка забралась на кровать и стала торопливо расстегивать мою рубашку, а Ириниэль занялась брюками. Что ж, я вроде как должен был отдохнуть… Но получилась тренировка самообладания, весьма полезно для Концентрации, стоило признать. Я даже надеялся, что хотя бы уровень получу, пока стараюсь никак не реагировать на то, как Ириниэль расстегивает мой ремень и быстро стягивает с меня штаны, а Маша обнимает, снимая рубашку.

Полагаю, что Ириниэль слишком далека от всего этого, а Машка чересчур невинна, чтобы всерьез понять ассоциации, которые нахлынули у меня по прошлому опыту. А так-то раздеть ослабевшего человека — вполне обычное дело, пусть даже я не настолько плохо себя чувствовал.

— Оденусь я все-таки сам, — поспешил добавить я и, вспомнив, где у меня валялись простые штаны и футболка в чемодане, медленно оделся. Прекрасно при этом понимая, что девчата все равно поглядывали на меня, особо не стесняясь. Несмотря на мое впечатление, Машка уже гораздо чаще засматривалась на мои мускулы, и это приятно. — Все. Можно отдыхать, — подытожил я и улегся на подушку. — Вечером уже наверняка буду чувствовать себя получше, так что отведу вас на тренировку.

— О, я уже в предвкушении! Но не перетруждайся, Петенька! — заявила Машка, как бы невзначай улегшись рядом. Хвост радостно покачивался и шелестел по постельному белью, пока девушка устраивалась на моей руке поудобнее.

— Как скажете, господин, — ответила Ириниэль.

— А сейчас… Ты же не просто так покупала настольную игру, верно?

Ушки эльфийки шевельнулись, после чего девушка улыбнулась.

— Нет, я надеялась…

— Неси, сыграем.

— Да! — тотчас ответила Ириниэль, порадовав меня видом обтянутой джинсовой тканью попки, пока убегала.

— Ты часто на нее так смотришь, мне стоит приподнимать хвостик при ходьбе? — шепнула мне Машка и усмехнулась. Ее зрачки стали хищными, вертикальными… Казалось, что любой неправильный ответ — и она меня съест. На самом деле нет, конечно, но взгляд очаровывал.

— Ну… Есть особый интерес в созерцании, когда хвост не позволяет толком рассмотреть, и ты ловишь каждое мгновение, пока он активно двигается из стороны в сторону, — нашелся я, а девушка даже ушки навострила.

— Вот как? Хе-хе. Я рада, Петя, — шепнула мне девушка на ухо и нежно чмокнула мочку, после чего я почувствовал касание клычков. — Блинский блинчик… Смущает-то как! Но… Меня тоже не стесняйся шлепнуть, если что, фыр. Ой.

Машка покраснела и уткнулась в мое плечо, хвост стал шелестеть активнее. Поцеловав девушку в ответ, вцепился губами в ухо и слегка потрепал, вместе с тем легонько пощекотав животик. Ушко пыталось выбраться из плена, пока я его удерживал, а Машка протестующе хихикала и не очень-то активно вырывалась, но было явно видно, насколько она рада.

— Договорились, — усмехнулся я.

Немного непривычно, но я не ожидал, что она будет обращать внимание на такие мелочи, как мои машинальные действия в отношении Ириниэль. Конечно, на фоне уже сформировавшейся эльфийки Машка выглядела «скромнее», но я уж точно не хотел, чтобы она вдруг подумала, будто менее привлекательна. Для взрослеющей девушки такое весьма важно. Да и переживать Маше не о чем: подобранный рацион и постоянный бег помогали сформировать отличную спортивную фигурку.

Ириниэль вернулась, поэтому обниматься и шептаться мы перестали, вместо этого втроем уселись на кровати. Машке было сперва не очень-то и интересно, но она постепенно втянулась, а вот эльфийка с неожиданным энтузиазмом изучила каждый пункт правил и прочие мелочи.

Игра оказалась весьма продуманной и красочной, нужно было взять под свое начало Род и захватывать земли, расчищая их от нечисти. В роли нечисти — разного рода нежить, и мне даже пришлось гадать, все ли эти монстры реальны, или просто являлись фантазией создателей игры. В кинотеатрах тоже нередко крутили фильмы про то, как группа кудесников превозмогает против полчищ скелетов и мертвых колдунов, но доля фантазии в таких развлечениях явно превышала реальность.

Чтобы совместить приятное с полезным, я решил воспользоваться опытом, полученным от Пушкина. Псимаги — это не просто кудесники, знающие заклинания определенной школы. Читать эмоции, оценивать реакцию — все это тоже входило в сферу применения, поэтому та же Ириниэль была не особо-то и сильным псимагом, ведь большинство людей, казалось, ей было абсолютно безразлично.

Так что я взял за основу уже придуманные мной вербы и стал складывать их с реакцией знакомых, вместе с этим направляя короткий образ или слово, которое могло бы помочь понять. К примеру, в игре присутствовали карточки, эффект которых ощутимо влиял на процесс. Машка, когда ей приходила хорошая карточка, не могла толком скрыть радость, да и хвост выдавал ее, а в случае отрицательного эффекта ушки сами собой прижимались к голове. Ириниэль же выглядела абсолютно невозмутимой при любых раскладах, но легкий мыслеимпульс приводил к небольшим изменениям в выражении лица.

Ранее мне такое не удавалось с ней! Эльфийка «отвечала» только на очень мощные эмоциональные отклики, вроде «правда или ложь», когда она была на грани гибели, или же пресловутый Верб проверки девственности…

Хотя даже в этом девушка отличалась, поскольку у дворянок это было сопряжено с волнением и смущением, раз это связано с их будущим, да и вообще весьма табуированная тема, а у Ириниэль — с недоумением. Эльфы не слишком спешили с любовной темой, да и Ириниэль не из аристократии, поэтому вопрос не очень волновал. А вот Машка при таком мыслеимпульсе бросала взгляд на меня, поскольку я ее избранник, и это напрямую связано именно со мной. Даже немного неудобно вот так влиять на близких мне людей, но я понимал, что в будущем это может пригодиться.

Вместе с тем для себя я создал основные триггеры, которые могли вызывать явные искажения в эмоциях, но без негатива, чтобы в будущем оценивать других людей. Или иные расы, хотя там универсальность может выйти боком.

— Господин снова выиграл. Иного и не ожидалось, — поклонилась мне Ириниэль, продолжая восседать на кровати.

— Петенька ведь собрался основывать свой клан, конечно же у него есть стратегия, и он ее придерживается! — отложив карточки, заявила Машка. — И вообще, я лучше буду с ним в одной команде, воть!

— Пётр Константинович, я тоже навсегда с вами в одной команде, — положив ладонь на область сердца, сказала Ириниэль и прикрыла глаза.

— Я не против, но это лишь игра. Здесь каждый может быть в своей, — тихо рассмеялся я. Навсегда? Наверное, из уст эльфийки это действительно сильные слова, хотя скорее уж здесь имеется в виду «до конца жизни господина». — Благодарю. И мне уже получше, предлагаю направиться на тренировку.

— Нужно надеть спортивную униформу? — склонив голову набок, уточнила Машка.

— Да, но можете прихватить с собой, там есть раздевалка.

— Тогда отличненько! — Машка убежала, а я помог Ириниэль собрать игру обратно в коробку.

Пока эльфийка складывала карточки, я как бы невзначай сказал:

— А вечерком я тебя нарисую.

Оценка… Ого. Искренняя радость.

— Конечно, господин. Мне нужно подыскать какой-нибудь подходящий образ? — быстро спросила девушка, неотрывно смотря на меня.

— Можешь взять классический, я уже привык. Облегающие штаны, куртка, вот это все.

— И плетка?

— И плетка, — усмехнулся я. — Да и не переживай, я же не срисовываю, просто беру за основу, поэтому необязательно искать всю необходимую одежду.

— Это важно для вашего творчества, Пётр Константинович! — упрямо сказала эльфийка. — Мы должны приложить все усилия, чтобы получить идеальный результат.

Кажется, возможность быть моделью волновала Ириниэль больше всего, ничто другое не вызывало столь бурную реакцию. Наверное, я ее очень впечатлил, когда внезапно подсунул колоду карт. Забавно.

— Согласен. Тогда будем по максимуму воссоздавать образы.

— Да! — Ириниэль даже сжала кулачки, и только потом вспомнила, что надо бы собираться. — Я сейчас! Простите за ожидание, господин!

Кивнув, я отпустил разволновавшуюся девушку, и сам тем временем собрался.

Пасмурная погода на время отступила, дав волю осеннему солнцу. Весьма тепло, хоть и сентябрь, поэтому не пришлось искать теплую одежду.

Выйдя на улицу, приметил, что автомобиль чиновника уже исчез. Быстро порешали! Хотя и так было ясно, что Пушкин уже освободился — у него нашлось время прислать график для зала. Судя по всему, Пушкины тренировались там в кудесничестве время от времени всей семьей, плюс могли тренироваться слуги, но деталей Владимир присылать не стал, это уже моя догадка.

Подождав, пока девчонки переоденутся, я первым прошел в зал. Зачарования наверняка обновляли за счет маны эльфов, и необходимо было выбрать пластины с нужным заклинанием. Полного ассортимента здесь не было, хотя бы потому, что не все заклинания способны бить по площади, большей частью стояла защита от Воды, поскольку это нечто вроде Родовой школы, которую старались изучать все Пушкины наравне с Пси. В принципе, логично, с ноотикой направлять потоки куда проще, чем создавать бесформенные всплески, и другим популярным элементальным школам Пси не давала такие преимущества. Разве что Камню, но только для полета отдельных снарядов.

Когда Машка с Ириниэль вышли в зал, я снова порадовался жизни. Как же хорошо сидят шортики, гольфы, топики! Гормоны меня доконают, это точно. Уверенно прокачиваем Концентрацию…

Возомнив себя тренером, я заставил девчонок немного побегать по залу, после чего приступили к уже привычным тренировкам. Машка потренировалась швыряться льдом в подсвеченные мной точки на стене — после каждого попадания стена шипела, а льдины трескались, весьма шустро испаряясь. После этого Ириниэль принялась оттачивать Тьму. Пока что я попросил ее выложить весь арсенал заклинаний, и она по очереди использовала каждое, начиная с общих — боевых там не было, так что защита и не требовалась, однако для повышения уровня и такой тренировки может быть достаточно.

Боевая Тьма предполагала весьма опасные атаки, вызывающие незаживающие раны, поглощение маны и нечто вроде ожогов. Ириниэль, оказывается, знала только «Теневую плеть» из подобного, для того и тренировалась со своим необычным оружием, для которого в иных условиях не так уж много применений. Заклинание же представляло из себя нечто вроде сотканной из тьмы тентакли с последующим манавампиризмом — эффективно, но требовалось правильно попасть и еще надеяться на то, что противник будет просто стоять и ждать результат.

Даже удивительно, насколько разговорчивее девушка стала в последние дни, ведь на тренировках никто не мешал ей выложить весь арсенал. Хотя, если уж на то пошло, я был больше занят Лизой и Машкой, поскольку до конца не доверял эльфийке, поэтому проблема в общении существовала с обеих сторон.

Идеи по переделке «Плети» у меня были, но проверять не на ком. Поэтому ограничились изучением маскировки. Чтобы не раскрывать возможным зрителям и слушателям суть заклинания, я обычно объяснял его только одной из моих девочек. Машка, к примеру, не в обиде — даже при упрощении, Тьма ей будет даваться хуже, поскольку практически вся Пыль в теле уже синхронизирована под Лед. Базовые заклинания еще ладно, а вот что-то серьезнее уже вызовет трудности и серьезный расход маны.

— Ириниэль. Произносишь вот так, и шар тьмы окутывает только твой силуэт, — тихо сказал я на ухо девушки. Оно снова шевельнулось, отчего я невольно коснулся его губами, и Ириниэль издала нечто вроде…

— Ах! Прошу прощения, господин! — в кои-то веки Ириниэль смутилась.

Так-так. Чувствительные уши, да?

— Ты хоть запомнила? — я сделал вид, будто ничего не заметил, хотя этот милый стон я отметил для себя во всех красках.

— Д-да! Сейчас! — Ириниэль выдохнула, вдохнула, закрыла глаза. Темнота окутала только ее тело, и из этой тени послышался полный радости вопль. — Господин!

— Ага. Пользуйся.

— Благодарю вас. Разрешите, умоляю! — развеяв заклинание, Ириниэль посмотрела на меня с восторгом, и я кивнул. Если уж ей так хочется…

Встав на колени, эльфийка сложила ладони на груди вместе в виде какого-то символа. Птица? Или паук? Я не силен в такого рода жестах.

— Теперь и Ириниэлька знает больше, — сказала Машка, подойдя ко мне. — Понимаешь, какой Петенька невероятный?

Эльфийка радостно закивала и вскоре поднялась, когда я подал ей руку.

— Так, и еще один эксперимент. Сможете ли вы поглотить отсюда ману? Сейчас вы обе потратили немало, — объяснил я, доставая кристаллит. — Встречали что-нибудь похожее?

— Отдаленно похоже на магический кристалл, — неуверенно сказала Ириниэль. — Они редко попадались в пещерах, но сама я не встречала, только видела издалека.

Интересно. Хотя я бы предположил, что речь об артефактах Чертогов или камнях-ключах. Там вполне могла быть и такого рода Пыль, необязательно следы обычного вербинита.

— Я не видела. И… Коснуться? — склонив голову набок, уточнила Машка, протянув указательный палец. — Ого. О-го-го! Прохладненько.

Машка прикрыла глаза, хвост пришел в движение. Образец слегка потускнел, а ушки девушки даже подрагивали от волнения.

— И как?

— Да! Чувствую себя бодренько! Ух, ух! — Машка настолько разошлась, что в итоге опять запустила сосульки в стену. — Да, я как будто только что проснулась, фыр! Ой…

Ириниэль взяла в руку образец, когда я протянул его ей. Там оставалось уже немного, но и эльфийка орудовала магией куда меньше, чем Машка.

— Она права, господин. Вы… Разрешите!

— Да не нужно на колени так часто, лучше обнимашки.

— Как скажете, господин! — Ириниэль сделала шаг ко мне и обняла, прижимаясь всем телом. Машка не стала стоять в стороне и тоже подбежала, так мы в итоге и стояли какое-то время, пока я нагло поглаживал разгоряченных после тренировки девушек.

— Ты невероятен, — с улыбкой сказала Машка. — Сколько еще сюрпризов ждать?

— Кто знает? — с наглой усмешкой заявил я, хотя по идее просто создал начинку от магбатарейки. Полагаю, что активацию сырье не проходит, поэтому люди от них подпитываться не могут.

Открытие очень даже неплохое, но перерасход ужасный. Без ложной скромности стоило отметить, что моя энергия была бы эффективнее, однако альтернатив пока что не было, если только пробовать поэкспериментировать дальше. Пыль не разрушилась, но деактивировалась, в отличие от обычного вербинита, поэтому заново заряжать придется только новой «молнией». Конечно, если брать в расчет возможность тренировок или боевую ситуацию, где требуется «второе дыхание», кристаллит сложно переоценить, но много создавать его я не смогу. Особенно при цене Пыли… И тратах выносливости. Пока остается опасность беглых эльфов и хрен знает кого еще, проводить дни без возможности толком колдовать — опасно. Хотя если бы у меня было больше вербинита, можно создать экипировку чисто под школу Энергии, чтобы «удешевить» верб достаточно сильно, но выносливость и возможности организма так просто не обмануть.

А еще было интересно, поможет ли это Лизе? Как минимум двум разным расам это помогло, пусть и несильно. Повысить эффективность можно, полагаю, если синхронизировать кристаллит под определенную школу магии, к примеру, Маше подошел бы «ледяной» кристаллит, но смогут ли упыри вообще поглотить эту ману?

Глава 16

Лорелея

Машка и Ириниэль после тренировки вернулись в приподнятом расположении духа, да и меня порадовал успешный эксперимент. В принципе, можно было бы разобраться с оставшимися двумя образцами, и заодно искать для Лизы возможность приехать. Пусть не в самом городе поселиться, но где-нибудь в губернии в получасе езды — не так уж и плохо, в Липецке у меня порой и побольше времени уходило на то, чтобы добраться домой.

Вроде бы и в зале была душевая, но идти недалеко, так что девушки отправились плескаться в комфортных условиях уже после возвращения, тогда как я подготовил все для рисования. Чувствовал я себя получше, да и в творчестве пора бы наверстывать упущенное, не говоря уже о том, что я пытался совмещать приятное с полезным. Рисование и само по себе помогало в использовании вербов, но я задумал еще тестирование взаимодействий. «Влияние Природы на состояние человека», примерно так бы называлась научная работа, если бы я затеял что-нибудь оформить официально на эту тему.

«Братик, я подозреваю, что это снова связано со всякими непотребствами».

Взяла и все проспойлерила себе! Полагаю, Ленка ориентировалась не только на определенные мысли, но и на мыслеобразы. Вообще-то я задумывался над тем, как использовать Природу не только для ускорения исцеления.

Если получше изучить механизм влияния, то можно и эффективнее лечить, конечно, воздействовать на работу определенных органов… Но, в целом, мне казалось забавным попробовать разбудить в Ириниэль интерес иного рода. Желание у девушек, как и итоговая разрядка, во многом завязана на психологии, а не только на прямой стимуляции. Но напрямую влиять на выработку эстрогенов для стимуляции полового влечения — можно и перестараться, как и не стоило влиять на мозг. Поэтому задача нетривиальная, но если не справиться даже с таким точечным воздействием, то как я смогу исцелять сильные повреждения?

Правда, все равно звучало как отговорка, поскольку все навеяно влиянием гормонов. Ну и пусть!

Машка после ванной пошла отдыхать, а Ириниэль, явно вспомнив о нашем коротком разговоре, уже нарядилась в привычную одежду, когда я постучал к ней в комнату.

— Да, господин! Вот, подойдет? — эльфийка продемонстрировала боди, облегающие штаны и плетку. На плечи накинула куртку.

— Конечно, об этом и договаривались. Так… Встань-ка около стены, сядь на стул, переверни его спинкой ко мне. Ноги шире. Ага.

Девушка слушалась меня, словно опытная фотомодель. Я же уселся напротив и начал тихонько рисовать, то и дело поглядывая на Ириниэль. Легкое внушение на основе полученных «Врат разума» было почти незаметным, замаскированным под мимолетную мысль. Верб Природы направлен на уши. Легкое увеличение кровообращения.

Ириниэль провела языком по губам, заморгала. Поправила прядки волос, будто они плохо легли, и вместе с тем коснулась ушей. Визуально покраснение заметить сложно, но я был уверен, что все работает отлично. Касание ноотикой — мимолетное.

— Можешь подняться?

— Д-да! — Ириниэль тотчас вскочила, с легким смущением внимательно посмотрела на меня, будто опасалась, что я замечу легкие изменения в ее настроении. Но я не собирался усердствовать.

— Обопрись на спинку и слегка выгнись. Да, грудь вперед, задница назад. Идеально, пойдет на первую страницу.

— Р-рада слышать! — сбивчиво прошептала девушка, закрыв глаза, поскольку сейчас ей не требовалось смотреть на меня. Природа волнами по ушкам, которыми Ириниэль шевельнула. Прекращаем воздействие. Пока я рисовал, кровообращение немного успокоилось.

— Поднимись, обопрись на стену, ноги чуть в стороны.

— Да, господин! — уже куда более спокойно заявила девушка, хотя созерцать ее позы — отдельное удовольствие. Я возобновил работу Природы, чтобы в дальнейшем подобные ситуации у Ириниэль ассоциировались с моим вниманием. Еще пара легких касаний — и я услышал сбивчивый стон, который девушка постаралась замаскировать легким покашливанием.

Я еле сдерживался, чтобы не стать настойчивее, однако… Звонок. Лиза?

— Отдохни пока что, — сказал я и ответил.

Судя по шепоту, Лиза звонила тайно. Своего умнофона у нее не было, поэтому она воспользовалась стационарным телефоном бани. Быстро рассказала о событиях…

Стефания сбежала. Нигде поблизости клан не смог ее обнаружить, поэтому Лиза посчитала, что не может и дальше надеяться на лучший исход, вот и позвонила, хотя Влад отправился в Тульскую губернию. Полагали, что Стеша захочет что-то мне доказать, отыщет или кладбище, или даже других упырей. Мне причина казалась слишком надуманной. Ну… Сложно всерьез воспринимать девушку, которая со мной за эти годы и парой предложений не обмолвилась. Даже если она по какой-то причине и влюбилась, то скорее уж в созданный в ее воображении образ, но я вообще в это как-то не верил. Скорее уж она завидовала Лизе, поэтому решила тоже выйти из-под опеки Влада, она ведь тоже взрослая девушка. Ей лет двадцать пять же сейчас? Конечно, после воскрешения в виде упыря ситуация отличается, но характер, привычки и прочее остаются прежними, поэтому совсем не факт, что ей нравилось торчать целыми днями рядом с назваными братьями, сестрами и отцом, при этом чувствуя себя птичкой в клетке.

Но это не столь важно, хотя вариант, при котором Стеша действительно отправится в Нижегородскую губернию, стоило рассматривать. Тем более что вполне очевидно, где именно меня искать. Судя по прошедшему времени, у нее уже было достаточно возможностей добраться до Тулы, хоть в полете, хоть на поезде, не связан ли приезд чиновника с ее появлением? Нужно попробовать ненавязчиво выяснить у Пушкина, поэтому я отправил ему иносказательное сообщение, пока Лиза все еще была на связи.

— Ты бы хотела ее отыскать?

— Скорее… Не хотела, чтобы у тебя были проблемы, — призналась Лиза.

Значит, ничего не изменилось. Клан для нее на втором месте.

— Не жалко ее?

— Немного. Может быть, это даже из-за меня, — Лиза невесело усмехнулась. — Буду грустить, если с ней что-то случиться, но я помню твои слова… И не хочу, чтобы грустил ты, поэтому рисковать ради нее не стану. Отец Влад направился по следам.

— Тогда ты потихоньку выдвигайся в мою сторону, но будь на связи. Есть и другие новости, но я пока до конца не уверен.

— Поняла, — голос Лизы стал звучать увереннее. — Буду останавливаться в городах и держать связь с тобой и Владом. Жди через недельку или полторы.

К этому моменту Стефания проголодается настолько, что ей придется действовать. Вряд ли она будет убивать, но если охота закончится неудачно, о случае растрезвонят.

Да уж, без мобильников у каждого искать кого-то крайне сложно. По сути можно надеяться только на поисковые возможности Лизы и Влада, но территории слишком большие, чтобы всерьез рассчитывать на успех. Да и ввязывался я в это большей частью из-за Лизы — несмотря на ее слова, девушка все равно расстроится, ведь она не раз и не два намекала на Стефанию. Насчет упырей на свободе я помнил, и мои предупреждения в силе, так что девица может не рассчитывать на снисхождение. Если из-за голода Стефании кто-то погибнет… Что ж, я говорил об итогах такого поступка.

Пушкин тем временем написал, что никаких новых новостей приезд чиновника не принес, если не считать «Прекрасные и тихие места для успокоительных прогулок, как в окрестностях Липецка». Намек понятен, но о Стеше — ни слова, о чем я и передал Лизе.

На этом мы попрощались. Ириниэль слушала меня внимательно, поскольку я не просил ее выйти.

— Господин, необходима помощь?

— «Родственница» знакомой тебе Елизаветы может направляться сюда. Неплохо бы перехватить, но средств для поиска у нас нет, поэтому просто ждем.

— Поняла. А…

— Закончу завтра, — ответил я. — Ты отличная модель, благодарю.

Ириниэль улыбнулась и кивнула, я улыбнулся ей в ответ. Настрой пропал, но у девушки все равно возникли приятные ассоциации… Начало положено.

* * *

Действительный статский советник покинул усадьбу Пушкиных. В кабинете главы Рода вновь воцарилась тишина, лишь методичный стук часов да тихий скрип перьевой ручки не позволяли полностью погрузиться в свои мысли.

Владимир задумчиво погладил подбородок, смотря на отца, прекратил выписывать фамилии и со скепсисом посмотрел на обширный список.

— Все доказали свою лояльность на деле, отец. Голословные обвинения…

— Знаю, — коротко ответил Алексей Пушкин, бросив взгляд на бумагу. — Но перед нами факты, а не догадки. Николай Светлов никогда не появлялся в Тульской губернии, ни с кем не был связан, однако кто-то организовал несанкционированные кладбища и навел порчу на землю Российской Империи. Удобно все свалить на убитого, так они наверняка и думали, когда все это устроили.

Владимир кивнул. Кладбище оказалось не единственным, их было несколько, причем на некоторых продолжали хоронить вплоть до событий лета. Раскрытие Николая и убийство смешало карты и вынудило подлецов затаиться.

Создание Порчи на родных землях — ужасающее преступление, ведь это скажется на простых людях, не говоря уже об угрозе появления нечисти. Им еще повезло, что не обнаружили никого из высокоуровневной нежити, вроде упырей… Однако Владимир догадывался, по какой причине некто со стороны так старался создать побольше Порчи, и дело здесь не в шансе на пробуждение кровососов или пожирателей плоти.

— Думаю, это связано с инфернальными источниками маны, отец. Кладбища — просто для отвода глаз.

— Я тоже так подумал, — Алексей вздохнул. — Противник оперировал одержимостью не просто так, не говоря уже об остальных бесах, которые появлялись в последние годы. Но остаткам британцев при разрушенной промышленности все это не поможет. Понимаешь, к чему я веду?

— Если замешаны и другие страны… — Владимир покачал головой. — Надо подключать остальных, отец!

— Романовы извещены. Синеглазка здесь в том числе и по этой причине, как представитель Рода, — ответил Алексей. — Но указать пальцем на предателя даже она не в состоянии. Если связать воедино сомнительные случаи, то рабами занимались Морозовы. Гостомысл погиб при странных обстоятельствах — его тело изрубила нежить, привезенная прямиком из окрестностей Лондиниума. И там же был Николай, с мощным кудесничеством школы Света. Морозовы настолько хитры, что выкрали партию ошейников у Светловых, пока Николай по неизвестной причине отошел от дел на какое-то время, поэтому он мог подставить конкурента.

— Но раз Морозовы смогли торговать под носом у Светловых, то… В Тульской губернии — тоже они? Разве они не должны быть заодно? Хотя… До сих пор неизвестен канал поставки рабов.

Владимир не стал продолжать и покачал головой. Самая главная загадка состояла именно в этом. Порты и воздушный транспорт находились под контролем, иных путей с островов не существовало. До падения метеоритов существовал проект тоннеля, однако после поражения в столкновении с эльфами беглая британская аристократия уже и не думала над столь масштабными проектами. А самих эльфов это тем более не интересовало.

— Это лишь предположения, — Алексей жестом остановил сына. — И Волковы, и мы, и Светловы… Многих можно записать в соперников Морозовых, но это ничего не доказывает. Делаем все, что в наших силах и даже больше. Охрану усилить. Позвони братьям, хватит им искать приключений, когда и у нас проблем выше крыши. В остальном — без изменений.

— Понял, отец.

* * *

Неделя прошла сумбурно, поскольку набралось сразу много всевозможных дел. Из-за начала занятий и подвешенного состояния по вопросу беглых эльфов и Стефании я не стал рисковать тратить силы все семь дней, но ничего глобального не произошло. Танцами мы занимались с Анной Пушкиной, причем гоняла она нас не хуже, чем на обычных спортивных тренировках — в первые дни мы упражнялись по шесть часов, но через неделю действительно уже начало получаться нечто похожее на танцы, хоть и бесконечно далекое от идеала. Я пытался схитрить и записывал движения в систему, как с фехтованием, но для идеального совпадения нужна опытная партнерша, так что Машка и Ириниэль тоже старались не топтаться по моим ногам. Получалось не всегда. Хотя сама идея танцев мне очень даже зашла, и мы иногда тренировались в гостевом доме уже после занятий.

Отпуск у Владимира был не бесконечным, поэтому уроками по этикету и прочим дворянским порядкам занялась Надежда Пушкина, недаром она походила на учительницу. От обилия надуманных правил и ограничений пухла голова, но я представлял, что это нужно будет для дела, и старался расширить кругозор.

Фехтованием же я занимался с Ириниэль, все-таки она могла не только давить стальным шквалом из двух шпаг, но и неплохо изучила обычные «дворянские приемы». Вообще мне хотелось бы потренироваться и с кем-нибудь из именитых дуэлянтов, но братья Владимира не спешили приезжать в родное гнездышко — подозреваю, что их отправили в разные места губернии для усиления контроля над территорией. А фехтовать с главой Рода — как-то чересчур, он и без того почти не покидал кабинет, судя по всему. Не считая тех дней, когда уезжал в город, так что человек он занятой, и это как бы дает возможность поразмыслить: а нужна ли такая головная боль? Ради вербинита — нужна. А там посмотрим.

От Лизы никаких свежих новостей, кроме того, что она пару дней провела в Москве и попробовала узнать о Наташке. Раз у нее все хорошо, то никаких проблем, но хотелось хотя бы сообщить о себе, поэтому я попросил оставить ей письмо — благодаря Пушкину я знал даже адрес общежития. Но выяснилось, что Наташка уехала на соревнования… Для сильных кудесников немало льгот, так что они могли заниматься своими делами, и это не сказывалось на учебе. Неплохая новость, конечно, раз Наташка так шикарно устроилась, но когда она в итоге прочтет письмецо?

Об этом же сообщила и Ольга, когда я с ней созвонился. Практика прошла, их распределили по группам, но когда Ольга хотела отыскать Наташку, раз уж я интересовался, то выяснила то же самое, что и Лиза. В остальном же у девушки все было неплохо — я прослушал весьма долгий рассказ о том, какая она молодец и как неплохо со всем справляется, после чего Ольга получила мою похвалу и украдкой чмокнула умнофон. Не совсем украдкой в итоге получилось, судя по радостным визгам соседок по комнате, но атмосфера у них там явно веселая — я ожидал немного другого от общества капризных дворянских деток.

Испытания сном Пушкины больше не проводили — судя по всему, кошкотерапия проходила не чаще, чем раз в пару недель, а то и раз в месяц, поэтому шансов на встречу с таинственной кошатиной не было. Но это не мешало мне оттачивать верб псионической защиты, конечно.

В итоге спустя неделю, когда в усадьбу прислали заказанную одежду, я решил, что пора бы немного развеяться. А то и я сам в напряженном ожидании непонятно чего зашиваюсь на ежедневных тренировках, и девчата толком не отдыхают. Распорядок в виде «урок первый, второй, третий, тренировка магии, фехтование, отработка сегодняшних уроков дома» может и полезен, но все же начинаешь терять связь с реальностью. Я так все детство провел, и в итоге чуть не забыл, как с людьми общаться.

Платья на девчонках действительно смотрелись шикарно. То ли сказочные, то ли бальные… И сидели идеально! Пышные юбки, декольте без особой вульгарщины, немного обнажена спина. Обувь тоже смотрелась крайне дорого, Золушке оставалось только завидовать при виде этого ослепительно блестящего великолепия. Подозреваю, что во время танцев можно лишить зрения конкуренток или скрыться от настырных кавалеров…

— Выглядишь шикарно, Маша, — искренне признался я, поскольку решил заглянуть к каждой из девчонок отдельно и похвалить. Хвост пришел в движение, и Машка, слегка смутившись, отвела взгляд.

— Твой костюм тоже очень красивый, фыр. Ой! — Машка оценила и мой наряд, хотя на фоне платья он смотрелся весьма обыденно. — Очень мужественным выглядишь… Хочется взяться за руку и идти рядышком, воть.

— Так и сделаем, — усмехнулся я.

А вот Ириниэль чувствовала себя не в своей тарелке. И хотя платье идеально сидело, эльфийка продолжала крутиться около зеркала в поисках недочетов.

— Господин! — сразу же сказала Ириниэль. — Я… Вот.

— Вижу, что ты здесь. Не обманула, действительно достойно, — добавил я и подмигнул, а эльфийка выдохнула с облегчением.

— Я рада, Петр Константинович! — с теплотой добавила девушка, а ушки шевельнулись.

Несмотря на ситуацию, я каждый день понемногу рисовал и продолжал эксперименты, так что уже сейчас эльфийка куда реже проявляла безразличие, это огромный шаг вперед.

Долго собираться мы не стали: девчата и без того часа два прихорашивались перед тем, как показаться мне, так что после завершающих штрихов Степан отвез нас в город.

Алексей Пушкин тоже намеревался отведать культурной пищи, но ему добираться гораздо проще — Нижегородская филармония находилась в кремле, где совсем рядом расположена резиденция Пушкина.

Историческая часть города впечатляла древней архитектурой, сохранившейся даже спустя сотни лет. Филармония хоть и построена не так давно, как сам кремль, но все равно смотрелась отлично: высоченные колонны казались исполинским при удачном освещении на фоне вечернего неба. Вокруг — ухоженный газон, до сих пор радующий сочной зеленью, и фигурно подстриженные кусты. Пусть и не очень броско, но выглядело отлично.

Зал в филармонии единственный, но присутствовали привилегированные ложи, куда Пушкин и выдал нам билеты. Разница в стоимости ощутимая: наши билеты по тридцать рублей, тогда как в первых рядах можно сесть за пять, а на галерке и вовсе за пятьдесят копеек. Я не был опытным в подобных вещах, поэтому думал, что слышно будет без проблем даже за дверями, но не буду лезть со своими неуместными мыслями к остальным.

Помогая Машке и Ириниэль не зацепиться нигде пышными юбками платьев, провел их на шикарные кресла. Нет, разница все-таки есть… Да и видно отлично. Устроившись поудобнее, я положил на столик цветы, которые предусмотрительно вручил мне Степан. Немного неудобно получилось, поскольку девчонкам я цветы обычно не дарил, но вроде как принято понравившемуся исполнителю вручать, так что спорить не стал.

— Так волнительно! Я буду слушать внимательно, — взволнованно прошептала мне Машка, которая с момента первого звонка перед концертом боялась громко разговаривать.

— Я слышала, что важнее всего успеть в буфет во время антракта, — заявила Ириниэль. — Это — важнее всего.

— Мне кажется, ты просто услышала шутку, — тихо рассмеялся я. — Но если проголодаетесь, можем заглянуть.

Раздались два звонка, скоро уже все начнется. Машка навострила ушки, а я поглядывал на программку. Ничего знакомого… Классика? Вроде бы да, так что я определенно слышал, но все эти названия симфоний и прочих произведений мне ничего не говорили.

Три звонка. Свет слегка приглушили, на сцене собрались музыканты, дирижер дал нечто вроде команды, и мы дружно похлопали, раз уже все посчитали это уместным. И… музыка!

Машка слегка покачивалась на месте, пока ее ушки подрагивали от волнения. Ириниэль замерла, словно боялась спугнуть прекрасную мелодию, а я даже прикрыл глаза. Незаметно прошла первая часть, затем вторая… В буфет мы даже не пошли, делились впечатлениями!

Во второй части, под конец — соло для скрипки. «Последняя роза лета» — исполнительница играла страстно, казалось, она вкладывала все чувства и пыталась заставить инструмент передать каждую нотку ее эмоций. Прекрасное платье, не менее красива и сама девушка, разве что куда-то исчезли уши и кошачий хвост.

Я подсветил показатели и был точно уверен, что это — виденная мной высокоуровневая кошка. В программке она упоминалась под псевдонимом «Лорелея», и многие, как и я, были полностью зачарованы ее игрой. Машка и Ириниэль не видели девушку раньше, поэтому и не могли знать, насколько она сильна, поскольку сейчас у нее была незаметная фиктивная Сорока в виде ободка на голове, и она подменяла реальный уровень. Я краем глаза посмотрел на Пушкина — тот просто сидел со своими женами и с той же непоколебимой внимательностью и серьезностью созерцал концерт, как и все предыдущие выступления. Знал ли он о Лорелее?

Закончилось. Девушка поклонилась, опустив перед этим скрипку. Многие желающие поспешили к ней с цветами, так что и я решил не отставать, благо из-за мест в ложе выйду как раз последним.

— Прости, если что было не так, — тихо сказал я и улыбнулся, передавая цветы.

Лорелея посмотрела на меня внимательно. Несмотря на отсутствие ушек, зрачки на миг изменились, а несколько прядок окрасилось в розовый оттенок, выдавая в ней нечеловеческие черты. — Не стоило просить тебя тогда.

— Ты никому не сказал. Поэтому… Л-ладно, — тихо шепнула девушка и, смутившись, добавила еле слышно: — М-мяу.

Я улыбнулся. То она избегает людей, а то выступает перед целым залом. И как ее понять?

Глава 17

Зачарователь

После окончания концерта мы с девчонками подождали, пока в коридорах не станет посвободнее. Да и отличная возможность поделиться впечатлениями.

— Я в восторге, — коротко сказала Ириниэль. — Музыка… Вызывает столько эмоций! Благодарю за возможность прикоснуться к прекрасному, господин, — эльфийка склонила голову, а я протестующе замахал руками.

— Нет-нет, ничего такого. Потом еще сходим, когда подвернется возможность. Мне тоже понравилось, — вполне искренне ответил я. Возможно, всех тонкостей я осознать и не мог, но музыка пробуждала воображение и подталкивала творить, да и посчастливилось встретить неуловимую жительницу дуба — несомненно, удачная поездка.

— Я тоже слушала с удовольствием, — аккуратно сложив хвостик на коленях, сказала Машка и улыбнулась. — Петя, тебе больше всего понравилось выступление девушки со скрипочкой? Или сама девушка понравилась? — вертикальные зрачки Машки будто позволяли ей видеть меня насквозь.

— Она красива, конечно, но не думаю, что дамы такого уровня обратят на меня внимание. Поэтому подарил цветы в знак благодарности за эмоциональную игру, — неприятно недоговаривать, но сперва лучше узнать о кошке побольше. Вряд ли Маша проговорится, конечно, но защиты от псимагии у нее практически нет, поэтому кто-то мог бы узнать и без ее ведома. Речь не о телепатии в привычном понимании, но насколько мне удалось узнать, опытные псимаги умело выдают жертве триггеры и мыслеобразы, что позволяет подтвердить догадки. Так что это в том числе и для безопасности самой Маши.

— Господин, не стоит умалять достоинства! — с легким недовольством в голосе сказала Ириниэль. — Как только она узнает вас получше, то…

— Благодарю за то, что настолько верите в меня, но мы сегодня здесь не за этим. Пришли культурно отдохнуть, дело сделано, на этом все, — подытожил я.

На обратном пути девчата рассказали, какие моменты понравились им больше всего, а я пока размышлял над встречей с Лорелей. Я на нее не запал до беспамятства, чтобы только о ней и думать, пусть даже кошечка весьма хороша собой. Да и вообще у меня нет других знакомых кошкодевочек, это само по себе ценно, если отталкиваться от информации об особых школах заклинаний. Как раз в этом и состоял основной интерес: в отличие даже от дворян, Лорелей пока что одна из немногих, кто действительно мог научить меня чему-то новому. И вместе с тем у нее могло быть благословение — об этом тоже узнать крайне любопытно. Кто знает, вдруг это вариация верба, о которой я и не думал? Я бы мог скопировать и использовать…

Да и с магией не все так просто. Пушкины хоть и были Псимагами, но все же не спешили выкладывать мне секреты. Сложно их обвинять, конечно, все-таки я просто хрен с горы. Даже если мы хотели бы сотрудничать в будущем, доверять жизненно важные секреты человеку, на которого нет рычагов воздействия, слишком наивно. В этом плане я тоже очень даже наивен, конечно, но в моем случае приходилось идти на компромисс. А вот Пушкины, несмотря на мои иносказательные намеки, столь же изящно отказывали. Да и результаты Пси-испытания отлично помогали в этом, ведь на взгляд любого стороннего наблюдателя я перешагнул отметку Магистра в Пси, и плевать, что я знаю лишь несколько заклинаний.

После всего этого даже я сам себе казался меркантильной сволочью, раз готов сблизиться с Лорелей ради выгоды, но это верно лишь отчасти. Все-таки она казалась несчастной. И кто бы я такой, чтобы играть в психоаналитика, но… Ее короткое мяуканье вместе со всей фразой вызвали легкий, еле заметный зуд в висках. Теперь я пользовался «Вратами» для защиты от Пси атак, поэтому эффект был еле заметен, но вряд ли кошка всерьез надеялась усыпить меня прямо посреди концертного зала. Я бы упал, начался переполох и все такое… Так что она могла просто не до конца контролировать свои силы, и с этим же связан эффект с перекрашиванием ее волос, подобно влиянию Длани Государя. Псевдоним наверняка выбирала исходя из этого, по этой же причине могла сторониться людей, ведь если верить преданиям, кот-баюн — не добренький мурлыка на цепи, а людоед. Голосом усыпляет, а там и кушать подано, но раз меня не сожрали, как и всех остальных посетителей дуба, можно не сильно переживать. Однако талант к Пси, наслоившийся на родные способности этой мяукающей расы, давал невероятный результат, поэтому такого рода кошек лучше держать в союзниках.

Правда, она еще была и магистром Природы, так что знакомство обещало быть плодотворным… Если состоится, конечно. Никаких посторонних машин Рода на стоянке не было, так что если Лорелей и добиралась домой, то вряд ли официальными путями. Сюда же можно отнести и Сороку. Сделана она была явно на заказ, со скрытыми показателями, чтобы походить на дворянский Гамаюн, так что в этом был замешан кто-то из высокоранговых чиновников. Очевидных вариантов два: или Род знает о кошке, поэтому помогли ей получить птицу, или же это Сорока Матвея. Если учесть разницу в силе котяры и Пушкиных, то между ними очевидная договоренность, вот никто в теории и не мешал Матвею выйти погулять при возможности, а тот на самом деле старался ради дочурки.

Фух. Тяжеловато из себя строить детектива, но картинка вроде бы складывалась логичная.

— Степан, а что же, больше никто из усадьбы не любит послушать музыку? — сделав вид, что до сих пор под впечатлением, спросил я на пути домой.

— Любят, конечно. Но работать тоже нужно, — водитель тихо рассмеялся. — Сезон почти закончился, вот и стараются изо всех сил. А вот зимой Алексей Александрович часто покупает билеты для всех слуг, особенно на новогодней неделе все любят ходить, да-да.

— Звучит интересно. Хотели бы сходить? — обратился я к девчонкам, которые и так уже еле сдерживались, чтобы не сказать об этом.

— Конечно! — в один голос ответили они и хихикнули. Да уж, Ириниэль преобразилась! Полагаю, что дело не только в моих экспериментах, но и в Машке. Она кого хочешь расшевелит.

Проверка пройдена — как я и ожидал, официально никто не уезжал. Алексей остался в резиденции после концерта, поэтому возможен хитрый ход: банально возить кошатину с собой. Но это только если он все же знал о Лорелей, однако не будем исключать и этот вариант. Правда, если она неофициально его дама сердца, то ситуация усложнится, и Лорелей я вряд ли мог бы с легкостью просканировать мимолетным Пси воздействием. А вот самого Алексея — куда вероятнее, но нужен хороший повод для разговора. На правах гостя я мог напроситься к нему, конечно, однако на нужный лад таким способом настроить проблематично, поэтому стоит продолжить работать над идеей, которую обговаривали с Владимиром — товар с зачарованием.

* * *

Еще три дня прошли в рабочей суете, но после небольшого отдыха тренировки и работа над собой были нашему трио в радость. Я держал связь с Лизой — она уже собиралась приехать в Нижегородскую губернию под видом дворянки, поэтому ничего лучше, чем аренда дома в Чёрном, мы не придумали. Я допускал, что приезжих могут проверять, однако это справедливо и для любых гостиниц в городе, да и никто не гарантировал, что какие-нибудь любезные риэлторы тоже не сливают информацию Пушкиным. Учитывая ситуацию, сложно переоценить подобное, но у Лизы хотя бы существовало какое-то прошлое в роли дворянки, поэтому совсем уж подозрительно она могла и не выглядеть. А в остальном — приезжих полно и без Лизы, поскольку многие планировали посетить организованные Пушкиными балы. Вряд ли речь о наследниках влиятельных Родов, но какие-нибудь третьи сыновья и дочери вполне могли сорваться с места и неделю-другую транжирить денежки в Нижнем Новгороде и окрестностях. Хотя особняком наверняка стояли купеческие дочки — возможностей у них хоть отбавляй, как и приданого, да и желание привлечь внимание дворян никуда не делось. В другие годы это наверняка приносило в регион нехилый бонусный доход, ведь денежки они могли бы потратить на территории проживания, но в погоне за успешным браком приезжали к Пушкиным.

Оценив время, мы с Лизой решили, что Стефания решила где-то осесть. Возможно, что она и вернется, но если чиновник из Тулы приехал ни с чем, и никакой скрытой информации не было, то миссия девушки провалилась. Да и в Нижний Новгород она уже давно могла приехать. В газетах — ничего нового, о случае с упырями жадные до сенсации журналюги сразу бы растрезвонили, поэтому оставалось только ждать. И поскольку Пушкины все сильнее работали над охраной, я решил все-таки дать слабину и провел эксперименты с оставшимися образцами пыли.

«Магдвижительная» пыль после активации приобрела серебристый оттенок с еле заметным свечением. Машка и Ириниэль не могли поглотить из нее ману, и я догадывался почему — всему виной изначальная синхронизация каким-то неизвестным мне заклинанием Энергии… Или даже комбинированным, точнее можно узнать только на производстве, либо если удастся найти учебник по манаэнергетике. Это, впрочем, не делало эту Пыль бесполезной — оценив, какую примерно она может выполнять роль в том же автомобиле, например, я попробовал создать простенькое зачарование в виде шара Света на пластинке из железа, начертил Верб и добавил в структуру надписи полученную Пыль. Для этого требовалось тщательно распределять Пыль по линиям, одновременно с этим зачитывая вслух начертанное, поскольку только так Пыль сливалась с ранее нанесенной надписью. Иван такими трюками при зачаровании пользовался неосознанно, поскольку все местные кудесники заклинания зачитывали вслух, но и Ленка при создании фигурки поступала так же. Принцип примерно похож на психологическую уловку, когда пишут слово «зеленый» красным цветом, и интуитивно можно прочитать неверно. Эффект Струпа.

«О, так ты слушал меня внимательно, братик!»

Ну конечно. Я хоть и не блистаю умом, но занятные вещи запоминаю

«Пф, не наговаривай! Мой близняшик не может быть глупым. А насчет эффекта — я хотела создать прибор для акустического нанесения зачарований, это очень сильно ускорило бы процесс. Ноотика при создании только мешает, да ты и сам знаешь, братик».

И она еще мне будет говорить, что я умный! Это ж гениально! Правда, для производства подобное внедрять мне не хотелось, но сам я мог бы производить вещи действительно быстро. Проблема-то действительно очевидна: при нанесении невольно читаешь Верб и можешь его активировать ненароком, а если делать паузы, то можно накосячить с итоговым результатом. Лишнее в чтении заклинания не мешает, а вот неправильное приведет к неожиданным результатам. Вернее, ожидаемым, конечно, но если речь об условном фонарике, не хотелось бы сделать из него боевой лазер. В лучшем случае маг вырубится от истощения, в худшем — пристрелит себя или еще кого-нибудь.

Так или иначе, первый тестовый образец готов. Железка с зашифрованным вербом и прилипшей намертво к надписи Пылью. В итоге оказалось достаточно влить минимальную энергию для активации, и зачарование заработало! Время работы зависело от активации, и хотя как и с кристаллитом затраты высоковаты, Верб светового шара работал в разы дольше, чем можно было себе позволить элементарным стартовым вливанием маны. Как у дворян, например: они после активации элемента на шпаге не бегали потом с огненной железкой весь день, она работала очень ограниченное время. Но там обходились и без Пыли, конечно.

В итоге я решил назвать этот вариант — артефакторит. Эту пыль можно использовать для создания элитных вещей на продажу, или же создать экипировку для себя. Если отточу синхронизацию, создам поддерживающие вербы для Энергии, то можно заряжать свою экипировку в те дни, когда выносливость мне не так сильно нужна, чтобы потом долгое время пользоваться созданными магическими вещами без проблем.

Для задуманного ранее мне оставалось только подобрать оптимальную температуру Огня, изолировать его и по возможности скомбинировать с другими вербами, все зависело от качеств ткани, которую я и попросил закупить Степана в виде небольшого рулона. Хотя немного шить я и научился за те годы, что присматривал за сестрой и жил один уже в этом мире, на создание целого комплекта одежды меня все-таки не хватит, поэтому в итоге я просто нанес пробное зашифрованное зачарование на кусок ткани и использовал активацию.

Тепло. Приятное, не обжигает — при желании можно сделать два — три контура под разные температуры, и вместе с тем Верб оптимизирован так, что мог работать без подзарядки пару часов. Для ночевки подойдет не очень хорошо, но это маркетинговая уловка, поскольку «премиумный» вариант с артефакторитом спокойно держал двенадцать часов с теми же изначальными затратами, а хватало его по моим расчетам — на неделю использования. В отличие от кристаллита, артефакторит не терял активацию и мог перезаряжаться магбатареями, пусть итоговая емкость и получилась как у спортивного авто, так что без стационарных станций не обойтись.

Но в целом я был доволен.

В принципе, мой вариант зачарования смотрелся выгоднее при любом раскладе, если учитывать все плюсы и минусы. В этом мире в зачарователи зачастую шли слабые кудесники, поскольку особых талантов в магии для создания зачарованных вещей не требовалось, нужны лишь усидчивость и знание нужных символов. Ну и прямые руки, само собой. На прочном материале вроде металла нанесение символов требовало усидчивости и мастерства, но в случае с Иваном или Наташкой достаточно использовать Причуду, чтобы выжечь необходимые знаки. А вот верно все разместить, не испортить заготовку, особенно если речь о штучном изделии, сделать все быстро — уже из этого складывалась стоимость работы, которая все же была не очень-то и высокой.

Разницу же легко понять, если оценить причины создания зачарований.

Во-первых, это скорость произнесения заклинания: когда есть основная часть на шпаге, например, достаточно секунды-другой на произнесение и активацию зачарования, и никаких дополнительных взмахов руками и прочих танцев с бубном вокруг не требуется. Для меня это плюсом не являлось, но в условиях местных обычаев использования магии это очень весомая разница.

Во-вторых, не требуется выбирать цель и тратить время еще и на это. Одна из причин, из-за которой местные кудесники так любили махать руками, это необходимость точно запустить заклинание. Соответственно, для того, чтобы повесить эффект на какой-нибудь предмет, в него надо еще попасть, но зачарование избавляло от этой необходимости — можно было точно знать, что лезвие загорится пламенем, например. Для меня небольшой плюс тоже присутствовал — не нужно учитывать расстояние в расчете верба, но преимущество очень уж небольшое, поскольку я привык автоматически использовать это в расчетах.

Плюсы очевидны, однако минусы тоже имелись. Важнее всего: необходимость постоянной траты маны и требования к нужной школе магии. Да, зачарования обычно недолгие, поскольку у людей редко встречается большой показатель «Величины истока», а вот материал ограничивал максимальный уровень заклинаний, которые мог нанести зачарователь. И, понятное дело, если у кудесника нет таланта к нужной школе (то есть, по сути, вся Пыль в теле синхронизирована под другую), то он не сможет активировать зачарование.

И вот на фоне всех минусов отлично смотрелся подобранный мной верб: я его специально подгонял так, чтобы было достаточно уровня Школяра, который есть если не у всех, то у большинства, поскольку изучается даже в обычных школах. А огненный верб по силе равен обычным пламенным зачарованиям, однако… Я подобрал оптимальную силу пламени и растянул ее по времени, отчего общие энергозатраты, по сути, не изменились, но эффект как раз идеально подошел.

«Элитарный» же вариант с Пылью расширял плюсы! Вместо подзарядки маной кудесника можно использовать магбатареи, что позволяет не только экономить силы, но и использовать автономно. И сам верб усилен без повышения требований к магу, поскольку разницу в энергопотреблении брала на себя активированная Пыль. Полагаю, что и с обычной Пылью эффект тоже будет лучше, чем без нее, но с активированной — вообще идеально. В теории можно создавать предметы, гораздо превышающие возможности кудесника в магии, и хотя с обычным материалом и полученной Пылью разница невелика, при определенных вложениях… Но тема опасная, надо хорошенько изучить ее. Хотя при виде автомобилей и воздушных кораблей я уверен, что нечто подобное уже используется, ведь при имеющихся в магбатареях ограниченных зарядах такая техника не справлялась бы с нагрузками, но нет, все работало отлично.

Впрочем, не стоило и излишне сгущать краски, ведь в быту все-таки ограничения никуда не делись, поэтому массового применения это не получило. Простой пример: дом, в котором я вырос. Что использовать для освещения? Брать пример со Светловых? В деревне нет зарядных станций, а Свет — продвинутая школа магии, которую слабые кудесники даже с уровнем Школяра не всегда могут освоить. У нас в семье таких не было, поэтому использовали простой вариант — светильники на основе биолюминесценции.

Третья пыль — «Активаторная» — после использования молнии почти не отличалась от чистого вербинита, поэтому я расценил, что это — самый дорогой вариант Пыли. Ноотическая активность присутствовала, но настолько ничтожная, что я даже не мог толком подцепить получившийся шар. В отсутствие аналогов тоже можно было бы использовать, конечно, но для эффективности наравне со статуэткой мне нужно килограмм десять такой пыли, и то, если я не ошибся в оценке, поскольку ориентировался лишь на крошечный кусок. А неактивированной — и все сто килограмм потребуется, все же чувствительность к заклинаниям у нее присутствовала даже без предварительного вмешательства.

Так мне стало ясно, откуда взялось использование в узлах управления. Эта пыль хорошо отзывалась даже на легкие скачки энергии, поэтому не удивлюсь, если во всех электронных платах используется именно она.

Последний эксперимент был не самым приятным: обеззаразив экспериментальную Пыль, лезвие из Металла и все, что только можно, я попробовал поместить полученный в ходе активации кусок под кожу. Птица еле заметно среагировала, но этого было недостаточно для выдачи мне первого уровня. Даже не рядом! Очевидно, что родная Пыль местных отличалась по структуре, а моя лишь имитировала присутствие заряженного маной истока.

Для реального повышения уровня требуется залить в себя килограммы металла, хотя в этом вообще нет смысла, поскольку реальная ценность такой Пыли в сравнении с обычным вербинитом на уровне погрешности.

Однако для Дара, Причуды и прочего не требуются особые показатели, нужна лишь Пыль, синхронизированная с определенным вербом. Поэтому в теории можно зачаровать эту податливую Пыль на нужный мне Дар, можно даже «вшить» название, и это для системы действительно будет выглядеть как реальный верб! Показатели птицы я мог менять и сам, понятное дело, однако при повторном сканировании я бессилен проконтролировать не зависящие от меня данные. Осталось придумать, как реализовать… Набить себе тату? Это выглядит всяко лучше, чем идея вшивать под кожу металл.

Выудив шар, я залечил рану Природой, но итоговое тестирование оставил на потом — пока что мне не перед кем проверки проходить. Для третьей Пыли я не стал менять название, все-таки теперь легко определить, где какая. Пора использовать более актуальный и полезный прямо сейчас образец.

С результатами зачарования и тестирования артефакторита я направился к Алексею. Принял он меня в тот же день, когда я закончил работать над тканью. В прошлой жизни мне доводилось присутствовать на всех презентациях Ленки, поэтому привык к ее уловкам по удержанию внимания и выгодной подаче продукта. Правда, в прежнем мире презентовать магию и произвести этим впечатление было куда проще, но и мне удалось.

— Занятно, Пётр Константинович, — Пушкин одобрительно хмыкнул. — Первый образец выгоднее уже имеющихся в продаже курток с обогревом, а второй… Неделя?

— Предположительно. Хотелось бы все же не на куске ткани пробовать, а на готовом изделии, — улыбнулся я. — Нательное белье можно оснастить и Воздухом, чтобы улучшить результат. Или даже решить проблемы с потом при физических нагрузках. Есть и другие мысли по улучшению, но не хотелось бы делать голословные заявления. Требуется тестирование.

Пушкин внимательно смотрел на меня. Идеальная возможность подсунуть свою мысль, пока он сосредоточен на другом… Нет, он не знал о Лорелей! Это меня обрадовало, и я немного изменился в лице, но для Алексея это выглядело так, будто я не выдержал его ауру. Ну, полагаю, будь я хоть одним из «тридцати трех» или еще кем, главе Рода все-таки могло быть неприятно осознавать, что он слабее подростка. И это — своего рода реванш, пусть и мнимый.

— Это очень интересно, на самом деле. У нас есть швейные фабрики, поэтому выделить под первую партию мощности не проблема, но как быстро ты сможешь зачаровать?

Не ожидал, что мы сразу перейдем к деловым вопросам. Я отвел взгляд.

Понятия не имею, насколько быстро зачаровывают опытные кудесники! Иван мог возиться довольно долго даже с Причудой, но небольшую железку зачаровать легко хоть за несколько секунд, как это делала Наташка с подаренным мне оберегом. Думаю, что штук двадцать в день — достаточно.

— Пара десятков в день для начала, — осторожно сказал я.

— Впечатляет.

Я что, переборщил⁈

— Благодарю, Алексей Александрович.

— А образец с Пылью?

Здесь уже сложнее из-за активации. Само зачарование-то делать легко, особенно если воспользоваться советом насчет акустического нанесения, но артефакторита при текущем уровне Молнии хватит от силы на один предмет. Я предполагал, что у Пушкиных наверняка есть оборудование для создания нужного заряда, однако делиться секретом активации вербинита не хотел. Даже если им попадалась случайно активированная Пыль, ценность ее без ноотики оценить сложно. Да и некому случайно такое устраивать, если подумать подольше.

— Пара образцов в неделю, возможно больше. На данный момент это кропотливая ручная работа.

— Понимаю, — Пушкин погладил подбородок. — Подумай над автоматизацией. Первую партию мы разошлем заинтересованным людям. Есть шанс, что заинтересуются даже в Имперском Разведывательном Корпусе, тогда стоит ждать заказ от Романовых.

— Ох, было бы неплохо…

— Но подвести их никак нельзя, — строго добавил Алексей.

— Я понимаю.

— Забегаем вперед. Сейчас план таков: после создания пробной партии займемся тестированием. Учитывая ручную работу и траты маны, хм… Десять тысяч за базовые и еще десять за две элитарные без учета стоимости Пыли. Подойдет?

По пять сотен за штуку и пять тысяч за апгрейд⁈ Я, конечно, видел, что простая униформа военной академии обходится в полторы сотни рублей, а с зимней экипировкой и все двести пятьдесят, но все же… Я ведь просто символы начертил. Но мне же лучше. Шифровку вряд ли смогут распознать, даже если захотят, поскольку там полно мусорных символов, и каждый из них будет казаться важным, ведь о коротких заклинаниях многие и не знали вовсе.

— Понимаю. У тебя впереди много трат на поиски сестры, — вздохнув, добавил Алексей, расценив мой шок как сомнение. — Двадцать две за комплект, в дальнейшем постараемся выбить лучшие условия.

— Хорошо, я согласен. Благодарю вас, Алексей Александрович.

— Пока не за что, Пётр Константинович. В наших общих интересах заработать на этом, поэтому бизнес ведем честно. Этого же ждем и от вас.

— Конечно.

Попрощавшись, я покинул кабинет. Радоваться пока рано, ведь товар не для всех, но целевая аудитория постоянно рыскает в поисках артефактов, так что может себе позволить лишние траты для удобства и эффективности. В обычных торговых центрах продаваться будет немного, скорее всего, поскольку зимы в этих краях довольно теплые, а богатые категории жителей предпочитают кататься на авто или красоваться мехами… Будь они неладны.

Но это же отличная возможность подумать над другой экипировкой, хе-хе. Хотя я и не забывал, зачем пришел к Алексею, и теперь планировал посетить еще одно место, где могла оказаться таинственная кошатина.

Глава 18

Прошлое и будущее

Перед тем, как узнавать о самой Лорелей, я поискал информацию о ее псевдониме, но никакой конкретики за пределами выступлений в филармонии не нашлось. Да и там она, судя по всему, стала выступать сравнительно недавно — точно отследить сложно, но не меньше трех лет уже, то есть начинала еще подростком. Однако действительно масштабных концертов за год набиралось не так много, поэтому можно сказать, что большую часть времени Лорелей все-таки где-то пропадала, да и особо сильно с предполагаемым мной страхом перед людьми это не помогало. Хотя скорее здесь все-таки страх навредить, а вот люди кошатине даже нравились, судя по всему, иначе бы она не играла с такой отдачей — никто не мешал этим заниматься дома, но она хотела донести свои эмоции до каждого в зале. Безразличный человек… То есть, кошка, конечно, играл бы иначе.

Но как бы там ни было, я решил отталкиваться от пары идей. Любовь к музыке, молодость и слова, которые я слышал в нашу первую встречу. Тогда Лорелей очень сильно растерялась и даже испугалась, поэтому зачитала мне строчки без раздумий о последствиях. Любовь к музыке же заключалась в том, что классика, конечно, хороша, но редко кто увлекается исключительно этим направлением. Да и зачем себя ограничивать?

На следующий день после разговора с Алексеем условия складывались идеальные: я договорился с Лизой о приезде, поэтому надеялся разобраться с двумя делами сразу. Степану ведь совсем необязательно знать, кто у меня в городе есть из знакомых, и где именно, поэтому пришлось вечером отправляться в Нижний Новгород без девчат, намекнув водителю на «особую встречу». Пусть думают обо мне, что хотят, может, собрался опыта набраться, чтобы перед избранницей не опростоволоситься в первую ночь.

— Лиза приезжает? — спросила Машка после того, как я кратко изложил свой план. — Уф. Секретное свидание! Весьма волнительно! — ушки девушки пришли в движение, а хвост Маша решила удерживать самостоятельно. Сидели мы в моей комнате — почему-то она стала местом для встреч.

— Чего это там может быть волнительного?

— Ну так… Н-не знаю! — Машка слегка покраснела. — Всякое. Фыр. Ой!

Фантазия у девчонки разыгралась, конечно. Наверное, сказывались эксперименты с Ириниэль — та порой не могла сдержать охи-вздохи, поэтому Машка аж пришла один раз подсмотреть, что же я такое делаю с эльфийкой. Но я лишь невинно рисовал, кто ж виноват, что эльфийка на самом деле такая эмоциональная и чересчур бурно реагирует на легкие касания ушек. Впрочем, Ириниэль это нравилось, но она ничего не говорила на этот счет.

— Проведаю и узнаю, все ли хорошо. Заодно в городе забегу по делам, так что нечего тут ревновать.

— Я не ревную! Блинский блинчик! Я же хочу все знать, чтобы соответствовать! — несмотря на признание, Машка покраснела еще сильнее, и я погладил ее по волосам, слегка приминая ушки. — А то буду первой, а на деле — как не первая, это ответственная роль, знаешь ли.

— Не волнуйся так. Лучше посерьезнее давай, расслабляться рано.

— И ты тоже, Петенька. Береги себя! — Машка чмокнула меня в щеку, и я ответил тем же.

Раз не предупреждала о том, что сердечку неспокойно, то можно идти. Меня назвать суеверным крайне сложно, но после предыдущих случаев… Даже уже и не знаю.

Ириниэль словно из ниоткуда возникла в коридоре, стоило мне открыть дверь. Практиковалась в использовании Тьмы, даже уровень подняла, да и смотрелось такое появление эффектно.

— Господин! Позвольте вас сопровождать. Я обязана защищать вашу жизнь, — склонив голову, прошептала эльфийка.

— Защищай Машу и себя пока что. Но я ценю это, спасибо, Ириниэль.

Раньше бы Ириниэль просто приняла все мои указания без вопросов, но теперь я видел, как она недовольна и готова уговаривать, но мое слово для нее все равно закон.

— Поняла. Хорошего вам вечера, Пётр Константинович. Пусть ваша нить никогда не прервется.

Девушка опять сложила на груди то ли птицу, то ли паука. Я кивнул и, одернув пиджак, направился к выходу из дома.

Приоделся я в более молодежный вариант, без акцентов на строгости. Разве что кепку не стал надевать, но костюм попроще, небрежно расстегнутый воротник и слегка мятая рубашка — все при мне. Снова образ школяра из училища.

Степан отвез меня в город, то и дело поглядывая с легкой улыбкой. Даром что презервативы не посоветовал купить или пару советов не дал, но это из-за моего образа дворянина, полагаю. Хотя многие в усадьбе и могли знать, что я простолюдин, моя птица работала как у дворянина, поэтому ее показателям многие доверяли куда больше.

Прикупив по дороге цветы, я попросил доехать до Нижневолжской набережной, где мы со Степаном и расстались. Очевидно, что кататься за мной во время «свидания» ему не с руки, поэтому я попросил просто подъехать после моего звонка.

Набережная выглядела шикарно, особенно длиннющая лестница, красиво смотрящаяся на фоне стен древнего кремля. Вокруг — ухоженный зеленый газон, не менее сочная зелень деревьев и обилие огней, разбавляющих вечерние сумерки. Вместе с тем они создавали чарующую, волшебную атмосферу, а если принять во внимание еще и множество летающих над водой Волги небольших светящихся фонариков, то место для прогулок идеальное. И для свиданий… Да здесь рядом и гостиницы были для тех, кто чересчур проникнется атмосферой, хех.

Так и было — по набережной прогуливалось немало парочек разных возрастов, были и простые любители прекрасного вида, туристы… Судя по данным птиц, здесь присутствовали и уже приехавшие на скорое мероприятие гости из других областей, но ничего интересного выцепить не удалось, так что задерживаться ни к чему. Путь мой лежал в концертный зал, построенный недалеко от набережной.

Зал со стеклянными стенами больше напоминал сцену под открытым небом, если не замечать блики на окнах от множества огней. Масштабы поменьше, чем на острове Зеленый в Липецке, но зато и атмосфера куда более дружелюбная и даже уютная.

Внутри — танцпол, на втором ярусе столики и мягкие кожаные диваны для тех, кто хочет посидеть компанией и просто послушать, а также есть бар. Прикупив билет на втором этаже за десять рублей, я взял себе сок и уселся за небольшой стол в ожидании. Людей набралось немало, скоро начнется!

На сцене собралась местная группа «Гроб Анакреона», состоящая из одних лишь девушек. Все — в весьма мрачных нарядах черных оттенков: платья с корсетами, украшенные цепями, чулки на подвязках, сапоги на высоких каблуках. Меня, собственно, больше всего интересовала скрипачка. Лорелей хоть и наложила макияж таким образом, что начинало казаться, будто она не высыпалась уже пару недель, все равно оставалась красоткой, и даже на этот раз не прятала уши и хвост, выдавая их за часть образа.

Держалась девушка особняком, и я не удивился, что по факту она временный участник, и выступает редко. Я и нашел ее по этому принципу, когда прошерстил группы, которые могли бы исполнить каверы известных исполнителей, и там присутствовала бы скрипка.

Однако несмотря на ожидания, у Лорелей и здесь была одна из главных партий, и песня звучала хоть и иначе, но не менее захватывающе, а солистка подхватила:

— На улице темнело, сидел я за столом. Лесник сидел напротив, болтал о том, о сём…

Девчата выдали несколько песен под дружные аплодисменты. На этом разогрев закончился, пригласили следующую группу, а я поспешил вниз, чтобы не упустить Лорелей и в этот раз. Неплохо было бы не походить на навязчивого сталкера, но девушки сами определяют, где грань между навязчивостью и заинтересованностью…

Прикрывшись тенями, чтобы не попадаться на глаза, я добрался до гримерок, а затем и до запасного выхода. Полагаю, что Лорелей не была совсем уж подружкой с другими участницами группы, поэтому не стоило ждать, будто они все вываляться дружной гурьбой и отправятся по своим делам. Получилось даже наоборот — вся группа уже ушла, обсуждая выступление и дальнейшие планы, а в гримерке осталась одна лишь Лорелей. Дверь оказалась закрыта, чтоб все подумали, будто никого внутри нет, но я весьма быстро подобрал ноотикой ключ. Да уж, точно не похож на преследователя, ага.

Девушка уже переоделась и смыла макияж, отчего теперь выглядела не так уж и грозно.

— Мяу! — Лорелей издала весьма забавный мявк, когда я открыл дверь. — Ох.

— Привет. Прошу прощения, если испугал, — я лучезарно улыбнулся. — Не успел отдать тебе цветы.

Девушка навострила ушки, хвост заинтересованно качнулся. В висках снова почувствовалось влияние Пси, но я заблаговременно использовал защиту.

— Спасибо, — сглотнув, Лорелей приняла цветы и шумно вздохнула. — Правильно срезаны, я смогу их посадить и растить дальше.

Хм, стоило подумать о том, что она все-таки магистр Природы. Наверное, сорванные цветы могут для кого-то из таких кудесников выглядеть варварством.

— Главное, чтобы радовали.

— Угусь.

Лорелей не смотрела на меня, но слегка прижала к себе букет и еле заметно улыбнулась.

— Очень понравился твой подход к песне. Я немало слушал их в оригинале, и твоя игра добавляет эмоциональности, история звучит даже трагичнее.

Лорелей шевельнула ушками, бросила на меня удивленный взгляд.

— Мне тоже так показалось. Мрр.

Я точно услышал мурлыканье. Правда, девушка замерла, словно пыталась избавиться от этого звука, но тихое урчание продолжалось. В итоге Лорелей покраснела и помахала ладошкой на лицо.

— Как-то жарко.

— И впрямь.

Я ожидал, что разговор будет немного иного рода, ведь наши встречи довольно необычные… Но напротив, говорили так, будто давно знали друг друга. Возможно, девушка просто заметила меня в зале, поэтому не слишком удивилась.

— Тебя проводить?

— Я жду папу, — поправив волосы, коротко сказала Лорелей. — Он забирает меня на машине.

Тот котяра? Ого. Я на самом деле пытался гулять возле дуба, даже внутрь заглянул, но никаких следов Матвея не обнаружил. Подозреваю, что без ключей, о которых рассказывала Машка, в местных данжах не погулять. В теории любую стену можно уничтожить, конечно, но так я точно не подружусь с обитателями Чертогов.

— Рад, что у тебя все хорошо. Тогда я тоже пойду, — улыбнулся я.

Самое время включать альфача и пытаться манипулировать, хотя здесь и есть опасность не дожать, тогда кошка просто не поймет, что это такое было вообще. Буду надеяться на то, что Лорелей наверняка привыкла знать, о чем думают другие, а со мной такое не прокатит.

— Подожди! — девушка даже руку протянула. — Но…

— Почему?

— Угусь.

Я присел на один из множества стульев, которыми была заставлена гримерка.

— Ты же пела про то, как тебя нужно освободить, — улыбнулся я.

— Ах, это… Из песни же, — нервно облизнув губы, ответила девушка и зыркнула на меня. В полумраке комнаты светящиеся глаза притягивали взгляд, да и вертикальные зрачки добавляли шарма.

— И все равно. Думаю, что я смогу защитить целый концертный зал от твоего воздействия.

Девушка отложила цветы и схватилась за хвост для уверенности. Издала забавный мявк, но в этот раз даже не смутилась, лишь подалась вперед.

— Не могу прочитать тебя. Пётр Константинович ведь, да?

— Можно просто Петя.

— Тогда — просто Анастасия. Ой. То есть — Настя, — девушка навострила ушки, но взгляд отвела. — Ты же шутишь? Или не шутишь… Так. Настя, сосредоточься. Взгляд серьезный, брови… Уголки губ…

— Не шучу, но прямо сейчас не обещаю. Да и поэкспериментировать надо.

— Понимяую! Ох, опять урчало не успокаивается! — послышалось мурлыканье, и Настя с горестным вздохом позволила сама себе тихо сидеть и вибрировать от мурлыканья.

— Может, погладить нужно?

— Так, гладить точно не надо! — протестующе выставила руки перед собой девушка. — Чтобы не… Усугублять, — еле слышно добавила Настя. — Ты первый человек, с которым я так долго говорю. Вот. Я могу немножко, э… Подтупливать, вот. Подходящее слово?

— Я впервые так долго говорю с кошкой, поэтому можно подтупливать вместе, — сказал я и тихо рассмеялся, а кошечка ответила тем же. Правда, на виски давило все сильнее, отчего пришлось перевести «Врата» из пассивного верба в активный и усилить расходы энергии Источника. Выносливости хватит, поскольку сегодня я не зачаровывал ничего, но все же пугающие показатели. Моих текущих способностей хватало на полную блокировку воздействия, но пятидесятый уровень Магического потенциала все-таки не шутки, поэтому защита медленно таяла.

— Мм. Папа хотел, чтобы я больше общалась с людьми.

Я кивнул, и девушка, убедившись, что урчание иссякло, продолжила:

— Даже уговорил пойти на бал невест… Очень страшно! — волосы Насти перекрасились в розовый.

— Я тоже пойду.

— О. Тогда не так страшно, мяу. Хватит уже меня подводить! — прошипела девушка на хвост, который начал стучать по спинке стула, стоило Насте его отпустить. — Там и увидимся?

— Но мы ведь живем рядом, — осторожно заметил я.

— Да, но обо мне никто не знает. Папа не хочет, чтобы я сотни лет оставалась в недрах дуба, поэтому лучше послушаться и осторожничать немножко.

Влезать в хитросплетения без понимания тонкостей я не хотел. Если я не оплошал в поисках, то наседать в своем решении Матвей стал не столь давно, хотя при лояльности Пушкиных к чуди вряд ли бы Насте отказали в школьном обучении и поступлении в Академию, например. Это я еще тактично про матушку не спрашивал, поскольку о ней никаких зацепок.

— Что ж, хорошо. Тогда увидимся уже на балу, получается?

— Угусь. Д-до встречи! — Настя помахала мне ладошкой, хотя мы сидели буквально в полуметре друг от друга.

— Береги себя.

— А… А хочешь, я мяукну. Вот. Мяаааау! — с чувством мяукнула Настя, аж ушки завибрировали от напряжения. — Ты же просил. Мне несложно. Мяу-мяу. Но немного смущает, — Настя схватилась за порозовевшие щеки.

— Звучит прелестно, спасибо, — искренне поблагодарил я. Не каждый день для меня персонально мяукают, знаете ли! Пусть даже это вызывало легкий дискомфорт в области висков, звучало все равно миленько. Помахав девушке, я вышел, чтобы не пересекаться с Матвеем. Полагаю, что если бы тот прямо хотел сделать акцент на моей кандидатуре, мог бы так и поступить, но зачем-то послал дочку на бал невест… При красоте Насти женихи-то найдутся, но что дальше? Она скрывала свою кошачью суть, да и способности вырубят жениха в первую минуту разговора. Но здесь уж мне сложно корить Матвея за желание обеспечить хорошее будущее для дочери.

До Чёрного из Нижнего Новгорода добираться пришлось довольно долго, но Степану я и не говорил, что справлюсь за пять минут.

Лиза арендовала одноэтажный дом с мансардой. Большие окна, неплохой двор, помещения с мебелью, разве что расположение не самое удачное — без вида на речку. Я оставил оформление на Лизу, так что госпожу Карштайн приняли без видимых проблем.

Таксиста я попросил высадить меня пораньше, поэтому оставшееся время пробежался, и вскоре уже стоял на пороге. Послышался стук каблучков.

Открылась дверь. Лиза ни капельки не изменилась с прошлой встречи. Я молча зашел в распахнутую дверь, закрыл ее за собой. Во взгляде девушки все и так читалось вполне ясно. Прижав Лизу к стенке, навязал жадный поцелуй, обнял и чувствовал, как руки девушки скользят по моей спине. Чуть наглее — навязал игры с языком, провел им по длинным клычкам, смакуя странное ощущение. Лиза ведь опасна, могла убить среднестатистического человека за мгновения, но здесь, со мной, она податливо отвечала на поцелуй, и это опьяняло.

— Мне этого не хватало, — прошептала девушка, поправив волосы. — Прекрасное приветствие.

— Рад, что тебе понравилось, — хмыкнул я. — Как ты? Как дом?

Лиза не изменяла образу, поэтому снова нарядилась для меня в платье с короткой юбкой и чулки на подвязках. Интересно, сколько чашек кофе она выпила, чтобы быть готовой к моменту моего приезда? Это подкупало.

— Я в порядке, домик неплохой, — девушка улыбнулась. — Какие планы на ближайшее время?

Несмотря на расслабленный настрой, я не забывал о планах. Стеша все-таки не глупенькая, поэтому могла просто ждать до бала невест. Охрана-то хоть и впечатляющая, но упыри весьма хороши в маскировке и проникновении, так что бал-маскарад — неплохая возможность для нее. Поэтому Лизе предстояло попытаться найти беглянку до того, как она навлечет на себя проблемы — Стеша ведь не знала об эльфах, из-за которых охрана усилена, так что могла попасть под горячую руку.

Заодно я притащил материалы для издательства, чтобы Лиза отнесла их на пробу к местным редакторам, и оставался только вопрос с образцами Пыли.

К сожалению, кристаллит девушка поглотить не могла. С остальными — ситуация не лучше. Я хоть и не надеялся на то, что все получится с первого раза, все равно немного разочаровался.

— Еще получится, Петя, — ласково шептала девушка, поглаживая меня по щеке. — Никому вообще в голову не приходило помочь упырям, я счастлива уже из-за этого.

— Конечно получится, — я улыбнулся и погладил Лизу в ответ. — Буду пробовать разные варианты, пока не сделаю нужный. Кстати… Здесь есть стационарный телефон? Или только на почте?

— Почта, — проворчала Лиза. — Я потому и выбирала поближе к ней.

— Моя ж ты умница.

— Стараюсь, — Лиза зажмурилась от удовольствия. — Хи-хи. А ты… Не останешься?

— Прости, но нет.

— Понимаю…

Чтобы не тратить время на долгие проводы, мы снова поцеловались, после чего предстоял долгий путь назад — сначала до набережной, где я встретился со Степаном, а потом и обратно к Пушкиным.

До бала невест всего несколько дней! Пора готовиться.

* * *

Стефания сидела на крыше многоэтажки и болтала ногами. Вокруг лишь темнота, где-то вдалеке шум города, ветер ночи порой налетал порывами и уносился вдаль, словно опасался поднимать шум в рабочем районе. Горели лишь редкие фонари, а многоэтажки дожидались раннего утра, чтоб вновь отправить простых работяг навстречу продуктивной рабочей смене.

Девушка не знала, кто она и откуда. Весь клан словно наслаждался новой жизнью, но для нее существование в виде упыря было в тягость. И дело даже не в голоде. Она вечно торчала взаперти, постоянно находилась в тени остальных и никак не могла взять в толк, откуда взялась ее практически патологическая застенчивость.

Фамилия в птице — испанская, но не было информации о дворянстве. Стефания не умела колдовать, была слаба и вообще не понимала, почему пробудилась, и уж тем более не могла понять, как погибла. Судя по характеру, о ней могли просто не знать. Кому способна помешать такая посредственность?

Стефания терзала семя самобичеванием, пытаясь унять голод. Чувства к Петру оказались неожиданными и странными, просто девушка осознавала силу этого человека. И такая мощь опьяняла… Стефании слишком стыдно признаться самой себе, что она готова на любое отношение, лишь бы он обращал на нее внимание. Пусть накричит, пошлет подальше… Убивало лишь безразличие. Это казалось чем-то ненормальным, смущение и сомнения переплетались в клубок недопониманий, и в итоге все закончилось, как только он уехал. Отличная возможность вздохнуть свободнее, но потерянное стало казаться еще ценнее, чем было раньше. Хотя бегство в Тулу Стефания считала проверкой для самой себя, даже здесь все обернулось крахом.

Теперь она сидела на крыше и голодала. Стыдно показаться клану, стыдно идти к Петру. Стыдно быть собой.

Внезапно девушка заметила фигурку прохожего. В этом районе ночью никого обычно не было, поскольку смена начиналась очень рано, и кто мог здесь появиться? Преступник? Больше некому! Придумав для себя оправдание, Стефания соскользнула с крыши в темноту. Быстрый полет, легкий стон бедолаги, когда клыки вонзились в плоть. Жаркая кровь вкусна и питательна, Стеша еле сдерживалась, чтобы не выпить больше необходимого. Наверняка бандита завтра найдут, поэтому… Все равно ему вещички не пригодятся.

Стефания быстро осмотрела карманы. Ее финансы практически иссякли, но куда больше, чем пара империалов, ее привлекла сфера. Жемчужина? Какой-то драгоценный камень? Или просто игрушечная сфера… Идеально ровная, но с символами, она блистала как путеводный маяк среди непроглядного мрака. И хотя упырям Свет немил, это свечение казалось теплым и манящим, оно пульсировало и звало к себе.

Неудовлетворенные желания, жалость к себе, жажда решить все одним наскоком без труда. Будто ответ на все вопросы! Это казалось Стефании очень знакомым, словно из прежней жизни. Она всегда надеялась на других, а не на себя. Вот и сейчас девушка и сама не осознала, зачем проглотила сферу, просто это казалось очевидным. Птица замерцала, в глазах потемнело, и Стефания медленно осела на тротуар рядом со своей недавней жертвой.

Глава 19

Бал

Прошло еще несколько дней без особых приключений, все шло своим чередом, тренировки и уроки продолжались.

Лиза выполнила мое поручение и отвезла материалы в издательство. Судя по всему, вдохновившаяся Пушкиными аристократия нередко обращалась туда ради издания нового шедевра, поэтому я приготовился к долгому ожиданию, но стилистика подкупила местных редакторов. Похоже, что другой автор пусть и пользовался популярностью, но не мог полностью покрыть спрос. Оно ведь как обычно происходит: при виде любого хоть немного известного произведения обычно лучше всего слышно отзывы о том, как вторичны идеи, а еще буквы и цвета использованы заезженные, однако ценнее другая аудитория… Те, кто ищут похожее! И хотя по факту я раньше начал выпуск комиксов в «анимешной» стилистике, для простого покупателя это вторично, ведь первыми они увидели местного автора. Но все равно это именно то, чего им не хватало. Полагаю, что любой умелый художник мог скопировать стиль, но уже устоявшийся все-таки заметнее, да и привнесение японской культуры все-таки добавляло таинственности, ведь местная Япония изолирована уже не одну сотню лет! Раз даже простые контрабандные товары из этой страны ценятся среди ценителей иностранной культуры, то и истории с непривычным колоритом тоже легко нашли отклик в душах читателей.

«Просто ты очень красиво рисуешь, братик!»

Ах, Ленке всегда нравилось, как я рисую, хех. Не мог сказать, что мои комиксы были супер-пупер оригинальными, но исполнение хорошее, особенно рисовка девчушек, это да. Таинственных худощавых юношей с десятками кубиков пресса тоже могу рисовать, но это не очень увлекательно.

Но местная аудитория вполне довольна обилием полуобнаженных девчонок, поэтому и выпуск моего комикса быстро одобрили, причем сразу же пообещали весьма щедрую выплату: четыре тысячи рублей! Для автора-новичка на местном переполненном рынке это очень немало, а если читателям понравится, то и роялти ежемесячно будет неплохим. Правда, готовить материалы сразу в два издательства весьма времязатратно, но после тренировок и появления конкурента меня распирало от вдохновения. Да и Ириниэль так страстно позировала, что с музой, кхм, проблем не было…

В будущем, полагаю, можно успешно освоить и столичные полки, однако из-за разного влияния Родов сбыт продукции местечковых издательств все-таки немного затруднялся, но если стать популярным, то люди сами захотят заказывать или даже оформят подписку на Почте Российской Империи, и вот она, слава. Липецкое издательство ведь уже продавало мою срамоту в Москве и Санкт-Петербурге, но раз они сами ограничили выпуски сборниками, то кто ж им виноват. Небольшой пассивный доход в любом случае не помешает, да и вообще это можно назвать «приятное с полезным», поскольку визуализация в мыслях будущих сцен немало помогала в использовании вербов, особенно в тех вариантах, где требовалось добавлять Космос для изменения формы готового заклинания.

Работа с зачарованием тоже началась: мне привезли не только ткань, но и готовые изделия — я сразу же попросил подготовить термобелье, раз уж у Пушкиных свое производство.

Нанесение вербов на заказанную партию заняло не так уж и много времени, проблема была только с «элитным» вариантом, поскольку мне пришлось тратить силы для активации Пыли. Ради небольшой партии я все-таки решил не заморачиваться с оборудованием и нанес вручную, так что и здесь оптимизировать процесс пока не получилось.

Когда все было готово — проверил на себе, работает! Для активации достаточно простейшего огненного верба, но есть простор для улучшений, даже в случае с простым образцом без всякой Пыли. К примеру, можно нанести рядом разные вербы. Та самая маркетинговая уловка, когда с каждым годом средство для мытья посуды в два раза пышнее, а ресницы гуще. Или наоборот?

Конечно, неплохо бы найти баланс, чтобы и заказчиков заинтересовать, и простор для улучшений оставить… Вряд ли Пушкин удивился просто из-за того, чтобы меня порадовать, да и деньги пусть по меркам главы Рода и небольшие, но все-таки объективно немалые, значит и базовая версия выглядит неплохо.

Все это богатство я торжественно передал Алексею, оплату мне сразу же отдала миловидная секретарша, а о результатах и дальнейших заказах мне сообщат позже. Так что, несмотря на траты ради соответствия образу богатея в окружении роскошных дам, заработал я куда больше! Да и бесценный опыт сложно переоценить, все-таки мне не доводилось до этого ни экспериментировать с Пылью, ни толком заниматься зачарованиями.

Насчет трат… Ювелир Пушкиных закончил работу над заказанными украшениями. Пока что девочкам вроде как и некуда отправляться в них, разве что снова заняться культурной программой, но я решил подарить сразу — слишком подсел на благодарные улыбки, так и разбаловать недолго.

«Но ты всегда таким был, братик».

Возможно, хех. Сообщения от Ленки стали появляться реже, чаще всего — когда требовался анализ какого-то неясного или неочевидного явления, но оставалось только догадываться, насколько сильно она ценила наше общение. Я об этом даже не задумывался, поскольку считал очевидным — у сестры кроме меня никого не было, как ж мне ее не баловать и не защищать?

Так что привычка сама собой перешла сначала на моих местных сестер, пусть даже я провел с ними совсем немного времени, а потом на Машку…

Брошка со снежинками получилась неплохой — смотрелась весьма дорого. Но вот аккуратные серьги с еле слышно позвякивающими «сосульками» из какого-то полудрагоценного минерала — действительно занятная работа.

Все это я вручил Машке как бы между делом, зайдя в комнату к ней вечерком. За время пребывания у Пушкиных Машка не очень старалась украшать свою комнату — не была она большой любительницей торчать дома, и это лишний раз доказывало мне ее привязанность, ведь ради меня она столько времени проторчала в квартире! Но даже так она просто умница — чистенько все, аккуратно, правда, если бы не сувениры из деревушки в виде амулетов и фигурок из древесины, да забитый вещами шкаф, вообще сложно было бы сказать, чья именно это комната.

— Петенька? — девушка навострила ушки.

Я заходил к ней редко, поскольку она все равно чаще всего прибегала в мою комнату сама, и сейчас я попал на тот редкий момент, когда Машка изучала книжку по этикету. Легко заметить, что от увлекательного учебника девушку клонило в сон, но она стойко держалась.

— Так, закрой-ка глаза.

— А… Хорошо! — Машка уже успела вскочить с кровати. Джинсы и светлый свитер добавляли ее образу «уюта», хотелось обнять и затискать. И теперь девушка беспомощно замерла передо мной, стараясь не подсматривать, хотя от движений хвоста в комнате уже поднялся ветер.

Аккуратно взяв сережку, я сперва немного погладил ушко, поскольку девчонка инстинктивно им шевельнула, и когда привыкла и перестала хихикать — осторожно закрепил с обеих сторон. У песцов все-таки не очень большие ушки, поэтому использовать громоздкие серьги на кончике уха — не вариант. А так изящное украшение будет легонько колыхаться от движений, главное, чтобы тихий перезвон на раздражал саму Машу.

Повторив манипуляции со вторым ушком, я поцеловал девушку в губы.

— Можешь открывать. Смотри в зеркало.

Машка пулей бросилась к шкафу, распахнула дверцу и ахнула. Сразу начала поворачиваться и так, и эдак, и пока занималась этим, я обнял ее сзади и показал брошку.

— Н-ничего себе, дорогущее! Петя, Петенька! Фыр! — Машка не успокоилась, пока не развернулась ко мне и не покрыла поцелуями если и не все лицо, то очень близко к этому результату.

— Похоже, что понравилось.

— Еще как!

— Звяканье не отвлекает?

— Очень тихое, но мне же лучше! Буду знать, когда ушки выдают все эмоции, хи-хи! Классненько! Я… Уф! Сердечко сейчас выпрыгнет! — Машка прижалась ко мне, и я действительно чувствовал, как она разволновалась. Обнимала меня крепко-крепко, а хвост никак не хотел успокаиваться.

Аккуратно погладив по волосам, стараясь не касаться украшенных ушек, я крепко обнял девушку в ответ.

— Ты у меня должна быть самой красивой. Так что привыкай блистать, — улыбнулся я.

— Уф. Хорошо! Как-то это непросто, но я буду соответствовать, воть! — сжав кулачки, Машка хитро усмехнулась, после чего осторожно прицепила брошку на свитер. — Все так здорово… Поскорей бы бал!

К сожалению или к счастью, но на бал невест Машку я не звал по очевидным причинам. Все-таки туда приходят одинокие молодые люди и девушки, если не считать организаторов и тех, кто сопровождает свое чадо. Вроде бы Пушкины настаивали на некоторой свободе для молодежи, но в иных случаях по правилам положено все-таки брать с собой матушку или даже отца. Не иначе, чтобы наставляли на путь истинный или подсказывали. А, может, и приданое обговаривать, кто знает? Но вроде как это почти сошло на нет, поэтому сопровождающие были только на менее, кхм, бракообразующих мероприятиях, вроде обычных праздничных балов.

— В конце октября. Но мы могли бы заглянуть в театр или еще куда-нибудь.

— Это уж как тебе захочется, Петенька. Я с тобой — куда угодно! — заявила Машка. — А какие Ириниэльке украшения? — нахально спросила девушка и хитро прищурилась, а самую малость успокоившийся хвост опять пришел в движение.

Ничего-то от нее не скроешь… Впрочем, это очевидно. Еще и Лизе теперь неплохо бы заказать, но поскольку официально мы не связаны, лучше это делать не у Пушкиных, понятное дело.

— Серьги. Предлагаю на ней и посмотреть попозже.

— Мм, ладненько, — хоть Машка так и сказала, любопытство никуда не делось.

— Не покажу, можешь так не смотреть на меня.

— Блинский блинчик! Все-все, не буду настаивать! — Машка тихо рассмеялась.

За нахальство я отвесил ей легкий шлепок, на что девушка игриво улыбнулась и убежала прятать сокровища.

Ириниэль в это время тоже находилась в своей комнате, бездельничала. В отличие от Машки Ириниэль украсила комнату оружием: повесила на стену шпаги, даже для плетки нашлось место, хоть каждый раз перед уходом эльфийка ее и забирала. На фоне этого весьма странно смотрелись стихийно разложенные вещи, кусочки ткани, ленты, белье, бумага и все прочее для рисования, но я уже привык. Эльфийка подбирала образы ради меня, даже начала учиться шитью, и это стало чем-то, что ее весьма заинтересовало. Того и гляди в косплей ударится, поскольку я часто делал фансервисные наряды для героинь! Даже сейчас девушка была одета в облегающие фигурку спортивный топ и леггинсы, хотя явно не собиралась сейчас тренироваться. Для дома у нее были варианты попроще и посвободнее.

— Господин? — Ириниэль изящно спрыгнула с кровати и вмиг оказалась рядом со мной, во взгляде и на личике читалось слишком знакомое мне выражение лица.

— Можно, — вздохнул я.

Очень уж она кайфовала от возможности показать свою преданность, приходилось немного подыгрывать, поэтому сейчас, наедине, Ириниэль встала передо мной на колени и склонила голову. От восторга ее ушки даже шевельнулись, поэтому пришлось немного подождать.

Приказав закрыть глаза, я повесил сережки на ушки Ириниэль, затем воспользовался моментом и немного погладил их. От этого Ириниэль даже губу закусила, чтобы не застонать — кажется, за все дни тренировок я немного перестарался, отчего подобное касание вызывало у Ириниэль очень приятные ощущения. Причем только мои, ради интереса я просил и Машку, но ее касания эльфийка воспринимала спокойнее, хотя и они были ей приятны.

Впрочем, это приятно в любом случае — не могу сказать насчет всех эльфиек, но у Ириниэль кожа была очень нежной и гладкой, и это без использования каких-либо особых кремов. Кажется, у этой расы вообще не росли волосы нигде, кроме головы, а тактильные ощущения куда ярче и богаче, чем у людей. Как еще малоизучен и богат на открытия мир эльфиек! На самом деле относится ко всем расам, хех.

— Можешь смотреть. И поднимись.

В отличие от Машки, Ириниэль вела себя куда более флегматично, но даже так украшение тронуло ее сердце. Обыграли тьму в виде небольших красивых черных камней, эффектно смотрящихся на золотой основе. Подарок отлично смотрелся на удлиненных ушках эльфийки и гармонировал с ее оттенком кожи.

Девушка поднялась с колен, медленно подошла к зеркалу. Долго смотрела на себя, не сдвигаясь с места, ничего не говоря и вообще внешне никак не реагируя, пока, наконец, ушки не шевельнулись. За время, проведенное вместе с эльфийкой, я уже научился отличать ее восторг и смущение, хотя на коже румянец практически никак визуально не проявлялся.

— Пётр Константинович.

— Да?

— Восторг, — коротко объявила девушка, развернувшись ко мне. — Так я смогу еще лучше выступать в роли…

— Погоди-ка, — я перебил Ириниэль, и она покорно замолчала. — Роль — понятно, но тебе ведь понравился подарок? Так и скажи. Если нет — тоже говори.

— Очень понравился. Я не знаю, как отплатить, моя преданность вам неоспорима, господин…

— Это просто подарок, а не желание получить что-нибудь взамен, — с улыбкой сказал я.

— Поняла. И все же, Пётр Константинович, я хоть и не рабыня, но вы вправе просить у меня что угодно. Я выполню любое указание без промедлений и в точности! — с чувством заявила девушка, положив руку на область сердца.

Черт, почему пошлости после такого в голову лезут? Ну, в любом случае, я склонен согласиться с автором книжки о долгожителях. Конечно, и обычная человеческая девушка может не воспылать чувствами даже после долгих ухаживаний, вот и мои… Весьма своеобразные методы не привели к нужным результатам. Ириниэль воспринимала свои изменившиеся эмоции и впечатления как уважение и безмерную преданность, не иначе.

— Сейчас ничего не требуется.

— Как скажете, господин.

На этом с подарками закончили. Неплохо было бы и парфюмом заняться, но у Машки очень чувствительное обоняние, поэтому лучше выбирать вместе с ней. Да и сложно сказать, какие духи лучше себя покажут, ведь зачастую аромат раскрывается благодаря смешиванию с теплом тела, а физиология иных рас могла в этом плане отличаться. Специальные духи искать в обычном торговом центре проблематично.

Вспомнили о подарках девчонки уже в день бала. Конечно, они были в курсе, что это за мероприятие, но все равно легкое недовольство Машки и волнения Ириниэль сложно было игнорировать. Да и я оделся шикарно, недаром же костюм готовили! Бал-маскарад не означал косплей-вечеринку, поэтому достаточно было нацепить небольшую маскарадную маску, скрывающую верхнюю половину лица.

— Петенька! И какую ты хочешь невесту подыскать? Может, я бы сидела вдалеке с театральным биноклем и подсказывала, а? — взволнованно шелестя хвостиком по постели, говорила Машка, пока я наряжался. — Вдруг она будет себя плохо вести?

— Мария права, господин. Я обязана быть рядом. Если вам станет скучно, я составлю вам компанию. Неужели телохранителям нельзя отправиться на бал? — необычно настойчиво говорила Ириниэль, стоя рядом со мной на коленях.

Похоже, что и эльфийка втянулась настолько, что хотела покрасоваться.

— Никаких исключений. Речь не о невесте — вот так запросто отыскать хорошую кандидатуру, особенно мне, простолюдину… Сложно. Не стоит забивать этим голову. Меня интересует информация — там наверняка будет множество молодежи из известных Родов.

— Как и ожидалось от господина, все продумано! — ахнула Ириниэль.

— Да и бесята с ними, с титулами! Подумаешь, фыр! Если красивая и добренькая, то надо идти на свидание! — осторожно добавила Машка, навострив ушки. — Или нет?

— Приму к сведению, давно с тобой не ходили, — усмехнулся я, а Машка покраснела.

— Блинский блинчик! Я не про это… Но сходила бы с радостью, фыр! Ой.

Я понимал Машку — это издержки поездки в усадьбу, я и раньше предполагал, что свободы здесь будет меньше. Но обилие информации, знакомства, обучение и средства стоили неудобств, хотя, конечно, для свободолюбивой Машки было бы куда приятнее бегать со мной на пробежки, а не заниматься вот этой вот всей аристократической возней. Поэтому бал выглядел хоть каким-то разнообразием, но увы.

— Главное — не скучайте. Насколько я понимаю, мероприятие не слишком долгое. В главной усадьбе есть телефон, если совсем грустно будет — звоните, — улыбнулся я.

Мы в главное здание заходили редко, но сегодня вряд ли стоило ожидать каких-то гостей, поэтому не думаю, что Пушкин будет против.

— Хорошо! — отозвалась Машка. — Но и ты, если скучно будет, звони и требуй позвать меня! Я всегда буду рада пошептать тебе всякие приятности, воть, — смущенно добавила девушка, взявшись за хвост, поскольку он уже слишком громко шелестел.

— Ого. Постараюсь воспользоваться предложением, — подмигнул я.

— Я тоже могу что-нибудь попробовать сказать, Пётр Константинович. — добавила Ириниэль. — К примеру, неплохо бы процитировать ваши произведения. Эпизод с обнаженной темной эльфийкой, которую пытают перышком, очень веселый — я запомнила все диалоги наизусть.

— А… Пожалуй, лучше оставим на потом, — пригладив волосы на затылке, сказал я и добродушно улыбнулся. Боюсь, что озвучивать хентай по телефону — немного чересчур, хотя идея для бизнеса неплохая, тем более после начала Пси-тренировок Ириниэль стала говорить куда эмоциональнее, а ее вкрадчивый шепот успешно задевал струнки мужской души… Даже чересчур успешно. — Так, девчонки. Уже пора. Не скучайте и берегите себя.

— И ты себя, Петенька! — Машка чмокнула меня в губы и, получив ответный поцелуй, заулыбалась. Ириниэль же после моего разрешения поднялась и скромно кивнула.

— Мы помним ваши наставления, господин. Пусть ваша нить никогда не прервется.

— Благодарю, — я искренне улыбнулся.

На самом деле — такая мелочь, но приятно, когда твоего возвращения домой ждут.

Территория усадьбы постепенно засыпала, если, конечно, не знать об охране. Но обычные слуги скорее всего работали в поте лица на сегодняшнем мероприятии, да и Золотце с Изумруд уже подали ужин и теперь отправились в главное здание. Там, в отдельном крыле, жили все эльфы после распоряжения главы Рода, разве что наши горничные выбирались хоть куда-то ради приготовления еды и уборки в гостевом доме.

Дуб тоже «пустовал». Матвею действительно разрешено пользоваться автомобилем и уезжать по своим делам, но делал он это крайне редко, видимо, удавалось еще и Анастасию скрывать каким-то образом. Хотя если они умудрялись прятать уши и хвосты, то кто знает, насколько далеко распространялись их способности. Может, Матвей не кот-баюн, а Чеширский котяра? Кто знает!

Выйдя из дома, я увидел, что автомобиль Алексея тоже уже подготовили. Похоже, что он решил принять участие в качестве организатора или же направляется еще куда-нибудь. Меня же ожидал Степан, и как только я помахал девчонкам и сел в авто, мы отправились в путь.

Бал решили проводить в Чёрном. На территории среди нескольких небольших озер раскинулся комплекс для отдыха проживающих в городе туристов и просто местных дворян. Находился он на окраине города и был довольно далеко от арендованного Лизой дома, но я на всякий случай ее предупредил. Пока что никаких новостей не поступало, но все же стоило перестраховаться — если Стефания действительно наведается сюда, то может сорваться при виде множества аппетитных кудесников. Сама Лиза этим не страдала и пока что не хотела кровушки, но и для нее стоило бы что-нибудь придумать в ближайшие неделю-две.

Городок, кстати, действительно шикарный — столько дорогущих домов в одном месте редко удавалось увидеть, да и автомобили чуть в пробке не застряли — концентрация богатеев впечатляла. Многие автомобили были украшены гербами Родов, другие же просто пытались произвести впечатление показным богатством. Ради интереса я пытался найти информацию об увиденных гербах, но проще было сразу предположить, что из каждой губернии приехала хотя бы пара семей. Конечно, зачастую речь не о правящем Роде, но и такие встречались — если у кого-то очень много детей, то искать себе партию таким юным джентльменам и леди стоило самостоятельно. Хотя многое зависело от мощи Рода, конечно, поскольку в случае реальной власти (как Романовы) или при наличии мощной Благодати и полезных Даров любые отпрыски были окружены вниманием.

Суть возникновения пробки стала понятна на подъезде к территории клуба «Сновидѣніе» — несмотря на красивую ограду, облагороженную цветущими кустарниками, охрана на входе была весьма серьезной. Здесь и слуги Рода, и мужчина со знакомыми кучеряшками. Похоже, что у Владимира снова отпуск — неплохо устроились преподаватели, ничего не скажешь!

Кивнув мне, Пушкин продолжил осыпать вежливыми словами очередную остановившуюся машину, отчего у пассажиров не было и шанса выразить неудовольствие задержкой. Но вообще меры здравые — хотя сам бал ожидался как «анонимный» из-за маскарада, гостей не мешало бы проверить. Отображаемые данные птицы мне было не видно, но, полагаю, Пушкин знал всех лично, скорее всего по этой причине и приехал. Судя по всему, глава Рода больше всех доверял именно Владимиру, поскольку остальные сыновья тоже были где-то в губернии, если верить обрывкам разговоров, но официальные функции выполнять не спешили. Хотя вполне возможно, что они сильнее Владимира в бою, поэтому это нечто вроде распределения обязанностей.

Территория клуба впечатляла не меньше земель вокруг усадьбы. Здесь так сильно не старались украсить все растительностью, но все же работа проведена впечатляющая: плодовые деревья, цветущие кустарники, даже аккуратный зеленый газон, окутывающий бархатным покрывалом все вокруг до горизонта, создавали образ сказочного заповедника, и невольно можно даже забыть, что скоро октябрь, а не самый разгар весны.

Из кустарников был сделан и модный лабиринт — не очень высокий и довольно скромный по размерам, но явно можно было укрыться там на прогулке с понравившейся барышней и… Главное — на других таких же хитрецов не нарваться.

До ближайшего озера от основного здания клуба довольно далеко, но обустроенные дороги, как автомобильные, так и выложенные плиткой прогулочные тропинки, явно помогали быстро добраться до любых достопримечательностей. Но поскольку уже вечер, гуляющих особо не было видно, да и все автомобили разместились на просторной парковке.

Главное здание клуба по высоте примерно соответствовало трехэтажному дому и выглядело современно, но вместе с тем дизайн включал в себя элементы старины, в виде специфически выглядящих колонн, арок, и все это смешано со стеклом и металлом, будто калейдоскоп эпох. Да и окружение играло на образ: фасад, увитый плющом и украшенный орнаментами, содержал в себе историю Пушкиных, изобилующую стилизованными сценками необычного стиля. А входные двери, массивные и украшенные золотыми ручками, напоминали врата во дворец.

В небольших «пристройках», соединенных крытыми переходами с основным корпусом клуба, можно было найти развлечения по вкусу, вроде бильярда, рулетки и остальной атрибутики для любителей испытать судьбу в азартных играх. Подозреваю, что из-за магии вариантов для обмана становилось еще больше, поэтому в газетах нередко писали о дуэлях по подобным причинам. Не уверен, впрочем, что во время бала невест так уж уместно бежать играть в карты, но это тоже неплохо характеризовала человека, с которым собираешься связать жизнь. Полагаю, что Пушкины просто не переделывали клуб ради мероприятия, вот и вся причина.

В окружении сочной зелени, на оборудованной площадке позади основного корпуса тоже находился танцпол, но на улице все-таки весьма прохладно, особенно для дам в открытых платьях, поэтому все дружно заходили через главный вход по ковровой дорожке и плавно вливались в общество приехавших пораньше гостей.

Попрощавшись со Степаном, я надел маску. Она не блистала оригинальностью, просто дань событию, да и многие мужчины были наряжены в похожие.

Пройдясь по дорожке, вежливо отказался от предложенного официантом свежевыжатого апельсинового сока и направился к столикам, сделать вид, что очень уж проголодался с дороги.

Насколько я понял, в главном корпусе находился танцевальный зал и смежные помещения, где стояли длиннющие столы со множеством угощений, были и отдельные столики у стен самого танцевального зала. Можно было подняться и на второй этаж, чтобы прогуляться или поглазеть на танцующих, или же выйти к большим панорамным окнам, где неплохо признаться в чувствах, купаясь в лучах лунного света…

На просторной сцене же находилось музыкантов чуть ли не больше, чем недавно в филармонии. Первое впечатление было именно таким, и Пушкины явно добивались такого впечатления, когда ставили зеркала в этой части зала.

Высокие потолки, отражающие свет кристальных люстр, создавали ощущение простора и величия. Зеркальные стены множили сверкающие огоньки светильников, тем самым создавая неповторимую атмосферу праздника, даже я уже проникся и ожидал чего-то невероятного, а стоило лишь глянуть издалека.

На столах обилие изящных закусок! Настоящее искусство кулинарии, как по учебнику. Создавалось впечатление, что каждое блюдо было тщательно создано с учетом не только вкусовых качеств, но и эстетики подачи. Фрукты, выложенные в форме пейзажей, напоминающие красочные картины, соседствовали с изысканными закусками из множества видов сыра, мяса… Я столько блюд-то и не знал даже.

Аромат свежих устриц, поданных на льду, смешивался с ароматом свежесрезанных цветов, создавая в воздухе неповторимый, но сомнительный букет запахов. А легкие закуски из паштетов, вроде фуа-гра, крупные креветки под соусом из трюфелей и прочие мелко нарезанные деликатесы на фарфоровых тарелках с позолотой заставляли сжаться не только мой желудок, но и кошелек, стоило только представить цену всех блюд. Рисковать все это великолепие пробовать я не стал, поэтому подошел к более привычным блюдам.

Напитки, как и ожидалось, были только безалкогольные, и хотя на балу присутствовали парни и девушки разных возрастов, большинство все-таки подходило под категорию школьников старших классов и студентов. Взрослых парней — больше, понятное дело. Были и демонстративно щеголяющие военной униформой женихи, и студенты Академии, но большинство все-таки составляли парни в обычных костюмах, пусть и нарядных. И, конечно, перчатки — на балу без перчатки подать руку даме неприлично. Да и девушки тоже носили перчатки, даже украшения надевали поверх них.

А вот дамы нарядились шикарно — столько вариантов бальных платьев я даже в кино не видел. Кто-то был посмелее — обнажали спину вплоть до попки или рисковали демонстрировать весьма глубокое декольте, но многие девчонки предпочитали заставить мужскую фантазию работать на всю катушку. Угадывать формы по идеально подогнанному платью даже интереснее… Но я все же не за этим приехал, а подмечал уровни и специализации дворян и прочих.

Пятнадцатый-двадцатый — большинство, это примерно соответствовало окончанию школы без особых отличий. У тех, кто талантливее, в среднем двадцать пятый уровень, но попадались вплоть до тридцатого. Конечно, это не предел, но стоило брать в расчет возраст: высокий уровень в тридцать-сорок лет это, в принципе, данность, если кудесник принадлежит к сильному Роду и не забывает тренироваться, а вот на бал невест все-таки пришли куда более юные маги, поэтому здесь это можно считать достижением.

Вместе с этим я отмечал для себя сигнатуры. Система примерно запоминала соответствие структуры вербинита определенному набору навыков, но как отпечатки пальцев это использовать получится лишь отчасти. Да, в ближайшее время я смог бы сразу определить издалека, кто передо мной, но структура Пыли в теле со временем меняется, поэтому через год-другой сопоставить уже будет сложно, здесь все зависит от усердия кудесника и времени «сканирования» — в период активного роста изменений явно больше, чем у взрослых людей, например.

По Школам большинство принадлежало к элементальным, что неудивительно, но немало и Металла, например. Похоже, что женихи из Тулы приехали? Трое парней кучковалось вместе, хотя могли уже взять барышень в оборот и хотя бы познакомились бы. По крайней мере, мне со стороны было заметнее, как на них зыркают.

На меня с моим скромным уровнем внимание обращали куда реже, да и, полагаю, даже догадок не было, из какого я Рода, поэтому можно было сосредоточиться на сборе информации. Наложив себе на тарелку закуски, я присел на свободное место и решил было уже подкрепиться, как тихая расслабляющая музыка затихла, а шушукающиеся ребята и девчата направились в основной зал, так что и я последовал за ними.

Уже собралось немало людей! Несколько сотен — точно, от мерцания Пыли у меня чуть голова не закружилась, поэтому пришлось пока что отключить вербинитовое зрение.

Показался Пушкин с Александрой, в масках, хотя все прекрасно знали, кто это такие, конечно.

— Добро пожаловать, наши дорогие гости! — объявил Владимир в микрофон. — Осень — пора чарующей, цветущей любви, так давайте же поможем распуститься столь прекрасным цветам в этот дивный вечер!

Весьма лаконично, но народу зашло. Послышались аплодисменты и восторженные вскрики, а затем началась суета.

Барышни расчехлили бальные книжки, они же назывались агендами. Даже на этом этапе уже начиналось соревнование, поскольку одни девчата притащили весьма простенькие на вид блокноты, другие — вычурные книженции с обложками из слоновой кости, украшенной серебром, золотом, самоцветами… Да чем только захочется. Были и в виде книжек, на манер веера с плотными крайними листами, у кого-то они выглядели совсем миниатюрными и являлись частью атрибутов платья, словно отдельное украшение. Разве что хвалиться количеством приглашений на танец было неприлично, но опытные девушки знали, как принизить конкуренток в рамках этикета, в этом я не сомневался.

Вполне ожидаемо, что интерес к барышням оказался разным, но Владимир контролировал ситуацию, и, шепча то одно, то другое явно знакомым по школе парням, просил их потанцевать с заскучавшими девчонками. Вернее, пока что только попросить о танце.

Когда самые смелые определились, начались позиционные гляделки. Девицы хихикали, смеялись, подыскивая поддержку в лице подруг, а более застенчивые парни не сразу решались подойти к даме, чтобы пригласить на танец в присутствии посторонних. Занятно, ничего не скажешь, я даже и сам проникся атмосферой! В прошлой жизни этот этап прошел мимо, но есть что-то волнующее в неуверенной подростковой влюбленности. Даже просто наблюдать со стороны уже занятно.

«Видишь, братик! А мог бы и раньше ходить на дискотеки. Обнимался бы там в темноте и переминался с ноги на ногу под медленную музыку, хи-хи».

Без знания танцев примерно так все и было бы, конечно. Хотя кого это останавливало? Важнее-то возможность пообниматься! Впрочем, иным важнее были сплетни, кто кого зачем позвал, но это уже на втором месте.

Искать себе дворянку в жены я не спешил. Если уж этим заниматься, то точно не вот так — методом ненаучного тыка. Да и Ольга как бы все еще оставалась вариантом, мы хоть и не очень часто переписывались, отчего я не слишком верил в отношения на расстоянии, но все же не забывали друг о друге.

Однако на мероприятии находились и представители чуди. Парни иных рас оказались представлены гномами, явно из числа богатых дельцов. Я пока не встречал случаев, когда чуди выдавали титул, так что и эти гномы не являлись дворянами, а принадлежали к купеческой гильдии. Вот только они в итоге направились в сторону местного казино, не особо-то и дожидаясь первых танцев, поэтому даже если кто-то из дам рассчитывал на такого рода кавалера, им придется изрядно постараться, чтобы привлечь их внимание.

Девушки иных рас присутствовали, но буквально единицы. Две птички-сирин явно были родственницами Даромилы, супруги Пушкина, слишком уж похожи, почти как близняшки. И обе с Сороками… Но вряд ли они всерьез искали себе мужей! Судя по их поведению, я так понял, что они выполняли ту же роль, что и знакомые Владимира, только на этот раз стреляли глазками в одиноких парней, которые не решались ни к кому подойти. Мне тоже намекали, что будут не против приглашения, правда, быть десятым в списке мне как-то не улыбалось. Да и вообще я бы для начала хотел узнать больше о Сирин, а не родниться внезапно с Пушкиными. Род хороший, конечно, но политика среди семей аристократии штука сложная, да и не отдадут за меня птичку, пока я титул не получу.

Но перышки бы погладил, хе-хе.

Полагаю, что представительницы чуди, тем более официально зарегистрированные в Российской Империи, составляли очень небольшой процент от всех жителей и подходили к вопросу замужества весьма тщательно, особенно если не готовы полностью отказаться от своего прошлого. А если учесть почти полное отсутствие информации о Сирин, кроме разве что данных о их врожденных пси-способностях, община у них не очень жаловала чужаков.

Отвлекшись от спонтанного желания все-таки потанцевать с одной из птичек, я решил активнее искать Настю. Конечно, оставалась вероятность, что она не приехала, тем более что сразу я ее и не увидел, но все же.

Обнаружилась девушка в зале с закусками, где налегала на мяско. Не она одна проголодалась, но большинство девушек все-таки если и наложили себе что-нибудь, то лишь для вида, а вот кошечка наслаждалась ужином. Подозреваю, что она просто слишком стеснялась идти в главный зал, да и к трапезничающей даме как-то неловко подходить и требовать идти на танцы.

Поскольку у Насти имелись способности по сокрытию кошачьих черт, сейчас она явно выступала здесь в роли «Лорелей». Это если кто-то ее узнает, конечно, но образ она создала похожий на тот, что использовала при игре на скрипке в филармонии.

— Привет!

— О! — девушка проглотила кусочек и смущенно отвела взгляд, после чего показала на рот. — Угу.

— Понял. Кушай-кушай, приятного аппетита, — усмехнулся я, пока Настя промычала что-то непонятное. Очевидно, что это еще одна причина ее нежелания показываться на подобных мероприятиях — при любом разговоре она задействовала пси-силы, так что старалась молчать, чтобы не вырубить гостей. — Рад, что ты пришла.

Девушка слегка смущенно кивнула, даже жевать перестала, но я для поддержки тоже взялся за еду, и кошечка еле слышно заурчала, а на щечках появился румянец.

Одета Анастасия в закрытое платье с очень пышной юбкой, в которой легко спрятать кошачий хвостик без всяческих ухищрений. Волосы сейчас были привычного оттенка, лишь несколько цветных прядок выдавало фиктивную «Длань Государя».

— Мяско идеальное, нежное… Отлично замариновали, соус подобран с умом, — комментировал я трапезу, пока Настя с трудно скрываемой улыбкой продолжала жевать и поглядывала на меня. — Кстати, я бы тебя пригласил на такое. Приготовлю не хуже, вот увидишь!

— Мням, — выдала девушка, что означало нечто вроде «Посмотрим», судя по выражению лица. — Ням? — это уже вроде бы «Когда?».

— Пока погодка позволяет. На кухне можно было бы приготовить, но это все-таки не то, а жечь костры на территории поместья не хотелось бы, так что можно куда-нибудь съездить.

Подумав, Настя закрыла глаза, затем быстро кивнула.

— Ням, — «Хорошо».

— Отлично. Но сегодня, может, потанцуем?

Девушка торопливо дожевала кусочек, промокнула губы салфеткой, посмотрела мне в глаза.

— Да, — еле слышно и шепотом с легкой улыбкой сказала кошечка.

Аж сердце чаще забилось. Нет, я точно слишком проникся атмосферой…

Музыка за стеной притихла, сменившись снова ненавязчивой веселой мелодией. Первый танец завершен, и музыканты дали время поболтать и пригласить кого-нибудь еще.

Анастасия открыла агенд — было видно, что крошечный блокнот совсем новый. Аккуратно вписав меня миниатюрным карандашиком, девушка кивнула сама себе. Я тоже закончил с едой и, подав руку, проводил Настю в танцевальный зал. Другие пары тоже уже собрались, и вскоре музыка сменилась снова.

Легкие касания. Жар тела. Внимательный, но слегка смущенный взгляд. Удерживая нежные пальчики Анастасии, я немного жалел о том, что мы в перчатках. Вел ее по танцполу, ориентируясь на подсказки системы, и получалось очень даже неплохо. Хотя это и не столь важно.

Есть только мы. Неважно, кто на нас смотрит, да и мы не глазеем по сторонам, не разговариваем. Настя будто пытается понять по одному взгляду, что я за человек, и вместе с тем послушно отзывается на все движения танца. Легкий перестук каблучков, шелест дорогой ткани, жаркое дыхание и будто бы биение сердца где-то совсем рядом, смешавшееся с тихим мурлыканьем, которое мог слышать лишь я.

Даже самый долгий танец однажды заканчивается… На последних нотах я понял, что многие любовались нами, и даже послышались аплодисменты. Настя явно тренировалась очень долго, но и я ее не подвел, уже от этого радостно на душе.

Поблагодарив, кошечка сделала книксен, но все же я отвел ее обратно в «буфет».

— Благодарю за танец. Пообещаете мне еще один? — улыбнулся я.

— Да, — коротко ответила девушка и улыбнулась в ответ. К ее прядкам добавились новые, и на миг я будто увидел кошачьи ушки — видимо, кошечка разволновалась, даже стала обмахиваться ловко выуженным из рукава веером.

Похоже, что ей очень даже понравилось… Но стоит дать возможность не волноваться, а посмаковать ощущения от недавнего танца. Да и мне неплохо бы проветрится, поэтому я решил немного пройтись. Правда, почти сразу наткнулся на Пушкина. Тот улыбнулся и жестом пригласил подойти к окну.

— Как вам мероприятие?

— Замечательное, Вл… Кхм.

— Именно, — Пушкин тихо засмеялся. — Без имен. Видеть все эти улыбки — бесценно, возможно, потому я и стал преподавателем. Мимо проходят судьбы, можно видеть, как мои воспитанники становятся мудрее, сильнее, находят свою любовь… Это вдохновляет.

— Я тоже прочувствовал настрой, теперь понимаю, почему все так спешат побывать здесь, — улыбнулся я, а Пушкин подмигнул из-под маски.

— Все так. Стоит отметить занятный факт: несмотря на ситуацию, гостей немало, так что мы поработали на славу. Странно лишь, что нет ожидаемой гостьи, при ее внимании к вашей персоне не думал, что она захочет пропустить бал, — озадаченно добавил Владимир.

Так, и о ком речь? Разве что… Синеглазка? Кроме нее не о ком говорить, но я, в отличие от Пушкина, и не ожидал, что Романовы захотят познакомиться со мной во время танцев.

— Возможно, я уже не так и интересен.

— На вашем месте не был бы столь уверен, но посмотрим, — тише добавил Владимир.

* * *

Осеннее настроение окончательно пленило девушку в ходе рабочей поездки, все-таки каждый день видеть, как юные девочки подбирают себе платья, шушукаются и мечтают о светлом будущем — прелестно и волнительно. Вот и Синеглазка поддалась настроению, и теперь долго подбирала подходящее платье. Обращаться в ателье она не хотела, поскольку все мало-мальски известные портные являются информаторами Пушкиных, а девушка собиралась удерживать интригу до последнего.

Марья была низенькой, поэтому в подходящей одежде всегда могла сойти за подростка, что куда удобнее в повседневной работе, нежели показная роскошь одной из Романовых. Однако в свои двадцать пять она была обладательницей весьма неплохой фигурки, и если правильно себя подать, подобрав подходящее платье, но никто не свяжет две ее личности вместе. Это не было такой уж большой тайной на самом деле, скорее уж самой Марье нравилось производить впечатление на других.

Ситуация в Нижегородской губернии складывалась странная. Марью подкупили новостями о Герцоге, но прямых доказательств найти так и не удалось. Более того, даже при ее способностях оказалось невероятно сложно отыскать беглых эльфов-убийц. Очевидно, что кто-то затягивал петлю, осторожно и нежно, так, чтобы жертва лишь в самый последний момент поняла суть и безысходность своего положения. Однако без доказательств она могла звать сколько угодно помощников, но на ход дела это никак не повлияло бы.

Эльфы скрывались и были вооружены токсинами неизвестного происхождения — опасность, для которой не было официальных доказательств, поскольку такой школы магии официально не существовало. Творение Гения Токсинов крайне опасно для людей, но за годы службы ИСБ не приблизилась и на шаг, чтобы понять, кто этот Гений или хотя бы осознать, к какой расе он относится.

Сама Марья предполагала, что Гений весьма флегматичен и совершенно не амбициозен. Почему-то покровительствует лесным эльфам и еще нескольким расам, однако это секрет, который королевская семья Лондиниума тщательно скрывает.

Такое количество тайн ограничивало возможности по поиску. Романовы не раскрывали суть работы Благодати, «Ока», посторонним, поэтому Марья не могла просто объяснить, что воспользовалась одной школой магии Чуди для обнаружения следов другой магии Чуди, и тем более не могла таким образом поделиться зацепками. Это не означало, что она сидела без дела, но настроение у девушки несколько испортилось, и теперь ей хотелось просто отдохнуть и отвлечься.

Предупредив главу Рода Пушкиных, что ему лучше переждать в Нижнем Новгороде, в Императорском павильоне, пока охрана главной резиденции ослаблена, Синеглазка планировала проверить все в Чёрном, а затем поехать на территорию усадьбы Пушкиных. С большой вероятностью эльфы рано или поздно проявят себя хотя бы в одном из мест, ведь если за всем этим стоял Герцог, то время играло против него. Российская Империя становится только сильнее, с каждым поколением талантливых магов все больше и больше, и вскоре даже благословение Тридцати Трех не поможет этому подлецу спастись от справедливой кары.

Взять, к примеру, Петра Константиновича. Девушка вспомнила его фотографии из собранного детективом досье. Парень силен не по возрасту, и Пушкины даже не позволили толком оценить, что он из себя представляет. Человек ли он? Или же избранник Эманации и Гения? Марья была уверена, что Герцог знает об этом препятствии, и наверняка захочет вывести из расклада Пушкиных как можно больше козырей перед финалом.

Но все эти тайны Петра ненадолго — редкий юноша устоит перед ее красотой и милой улыбкой, так что всего один танец — и она поймет, кто же это такой. Что он замышляет? Пока что он портил планы Герцога, однако Марья уже обжигалась на доверии другим, и не собиралась сразу записывать паренька-призрака без родословной и прошлого в союзники.

Синеглазка подошла к большому зеркалу. Весьма смелое платье оставляло плечи открытыми и подчеркивало пышную грудь, кажущуюся даже весьма большой на фоне роста Марьи. Аккуратный чокер темных оттенков подчеркивал аристократическую бледность шеи, а синева множества окрашенных прядок красиво переливалась в свете тусклых ламп. Поправив прическу и потрогав грудь, Марья улыбнулась своему отражению, когда уловила шум. Где-то внизу…

Грабители точно выбрали не тот дом. Такого рода преступления — одна из немногих возможностей украсть что-либо без лишнего риска, и вечер, когда все отправились на бал, действительно идеальная возможность для ворья. Уже предвкушая представление, Синеглазка сняла туфельки, чтобы не цокать каблучками, подошла к двери, тихонько открыла и выскользнула в коридор, а затем — к лестнице.

Опасность Марья почувствовала скорее интуитивно — в сферу деятельности «Тридевятого отдела» входили не только мероприятия по отслеживанию преступников из числа чуди, но и сражения с существами, превосходящими возможности человека во много раз. Вот только…

Огненный шар со свистом пролетел рядом и врезался в потолок, сразу поджигая отделочные материалы. Марья плеснула на источник огня водой, создав поток за секунду, но сразу целый ворох шаров буквально поглотил пламенем весь коридор.

Синеглазка рванула юбку платья, чтобы не мешала бежать. Соскользнула вниз, крутанулась на месте и небрежным ударом руки отправила вторженца в полет — тело поджигателя пролетело несколько метров за мгновения и с неприятным глухим звуком врезалось в холодильник, смяв дверцу.

Любой человек после такого удара — труп. Покушение на агента ИСБ — тяжкое преступление, поэтому никаких поблажек здесь быть не могло.

Однако существо не погибло.

Глава 20

Американец

Пушкин был рад возможности поговорить, либо новостей набралось немало за время его отсутствия. Я был бы рад услышать новости о сестре, но уже от Ольги знал, что Наташка до сих пор не вернулась.

— Кстати говоря, отец очень доволен образцами. Часть уже дошла до адресатов, нахваливают. Вы молодец! — последнее Владимир добавил чуть громче, но я не придал значения.

— Рад стараться. Уже в предвкушении, хотелось бы поскорее приступить к новой партии, — улыбнулся я.

— Уже? Я постараюсь помочь, — Владимир хмыкнул. Похвальная работоспособность, но не забывайте отдыхать, сегодня — отличная возможность.

На этом мы кивнули друг другу и направились по своим делам. Вот только я почти сразу услышал перешептывания от девушек…

— Видели, так он из известного Рода, да?

— С Пушкиным о делах говорил, интересненько!

— И танцует здорово, кто же он такой?

Так вот каков план, хитрюга! Правда, я не просил поднимать мою популярность, и теперь на белый танец меня явно попытаются пригласить. Конечно, здесь много миленьких девчонок, но второй раз играть роль фиктивного дворянина ради танца с богатой девчонкой просто нет смысла.

— Добрый вечер, — услышал я приятный, интеллигентный девичий голос.

— Добрый вечер, барышня, — ответил я, обернувшись.

Говорившей оказалась очень даже симпатичная девушка, причем примерно моего возраста. Волнистые волосы черного оттенка украшал белоснежный цветок, а зеленые пряди говорили о «Длани» Природы.

Проверив характеристики, я убедился в своей правоте.

— Вы так стараетесь произвести на всех впечатление, сударь, — убрав прядку за ухо, девушка заодно слегка поправила маску.

— Разве?

— Прошу прощения, если у меня создалось ложное впечатление, — слова звучали холодно. — И все же. Вы танцевали с известной исполнительницей, и каждая здесь видела химию между вами, сударь. Никто из юных дам не любит сердцеедов.

— Влюбчивость не порок, сударыня. И мы на маскараде, разве кто-то знает точно, кто прятался за маской?

— При вашем уровне, сударь, это порок, — настаивала на своем девица. — Или вы несерьезны в качестве кавалера той дамы, или несерьезны в качестве кавалера новой дамы.

— Звучит философски. Хотелось бы отметить, что Вы мной слишком заинтересованы для той, кому я неприятен, сударыня.

— Я такого не говорила. Вы не вызываете неприязни.

— Жаль, а я надеялся, что от ненависти до любви — один шаг…

Девица издала смешок, прикрыв рот ладошкой в элегантной перчатке, и можно было увидеть дорогие кольца. В том числе — артефактное, с небольшой драгоценностью из Чертогов, их сложно спутать с обычными камнями.

— Я лишь хочу видеть больше влюбленных улыбок, только и всего. Мне же потом сушить платье от слез моих брошенных подруг, сударь, — усмехнулась девушка, посмотрев на меня с укором.

— Очевидно, что это хитрый план заставить меня пригласить вас вместо ваших впечатлительных подруг, но увы. Я уже обещал танец другой, прошу простить, сударыня.

— Пф.

— Хорошего вечера.

Девушка сложила руки под грудью и проводила меня взглядом. Похоже, ее немного взбесило мое общение с Владимиром, слишком уж легкое и непринужденное, да еще и похвалили при всех.

У девицы была Благодать Пушкиных и двадцать пятый уровень. Если учесть возраст, то скорее всего это Татьяна Пушкина, но разве она не должна быть в школе? Мне казалось, что Алексей готовил сюрприз для нее как раз к выпуску…

Впрочем, ей могли пойти навстречу, тот же брат притащил сюда, например. Меня это не особо волновало, да и девчонка наглая, пусть даже и красотка. Кого-то это могло зацепить, но увы, поэтому я направился к Насте.

А она, хоть и сидела за столом и не проявляла желания идти танцевать, никак не могла спровадить навязчивого ухажера в деловом костюме. Малый тридцатого уровня, двадцать пять лет, Благодать и Дар незнакомы, обучен огню на уровне Магистра. Сложен неплохо, одет богато, модная прическа, легкая «брутальная» небритость. Полагаю, что многие дамы были бы не против составить ему компанию, но он пристал именно к Анастасии.

— Танец сейчас начнется, — сказал я и подал руку Насте.

— Погоди-ка. Уважаемый, ты никак чужую барышню увести надумал? — склонив голову, заявил парень, со смесью брезгливости и непомерного самомнения смотря на меня.

— Почему же чужую? Мне уже обещан этот танец.

— Извольте разрешить наш спор, сударыня, — неожиданно галантно обратился парень к Насте, и та побледнела. Сглотнув, дрожащими пальчиками открыла агенд и показала отсутствие кавалеров на следующий танец. После нашего первого танца она то ли забыла написать, то ли не подумала, что кто-то еще подойдет, не иначе.

— И все же я настаиваю, — коротко и с нажимом добавил я.

— Да вы никак возомнили себя лучше других, а? Уважаемый.

Конфликта можно было избежать, конечно. Не стоило Настю оставлять одну, хотя все-таки надежда на приличное общество оставалась. Или же можно позволить потанцевать, но я в своем праве и не собирался отдавать возможность какому-то хрену с горы, который ничего не знает об этой девушке.

— В некоторой степени так и есть. По крайней мере, не досаждаю дамам, когда они того не желают, — улыбнулся я.

— Вот как? — отточенным движением сняв перчатку, малый швырнул ее в меня. — Дуэль. Оскорбление моей чести!

Казалось, даже в соседнем зале притихли, услышав это. Зеваки осторожно прислушивались, кто-то даже пришел из танцевального зала на этот показной вскрик.

— Как вам будет угодно, — флегматично ответил я, жестом останавливая Анастасию. Девушка не на шутку разволновалась, но раскрывать ее природу из-за какого-то засранца я не собирался.

В подобном обществе я до этого не появлялся, но довольно очевидно, что причина не в Насте. Конечно, за красивую девушку могли и побороться, но в действиях «оскорбленного» читалась уверенность. Уровень-то на виду, плюс мы привлекли внимание во время танца, чем не причина выпендриться перед слабаком и демонстративно увести его девушку, да? Он или проиграет, или струсит — при любом раскладе отличная возможность потешить эго, а вот стресс для девушки в учет никто не брал… Хотя, возможно, несмотря на возможное пятно на репутации, кому-то из барышень действительно было бы приятно поглазеть на то, как парни проливают из-за нее кровь.

— Пф. Требуются секунданты! — будто собирался устраивать шоу, а не защищать честь, заявил малый, и к нему поспешил мужчина тридцати лет. Одинаковая с «оскорбленным» Благодать: «Перо Жар-птицы».

У меня со знакомыми в дворянских кругах негусто, да и не думал я, что многие захотят поучаствовать в непонятном действе, кроме разве что Владимира, однако…

— Я побуду вашим секундантом, сударь, если вы не против, — прозвучал уверенный голос. Глянув через плечо, я увидел знакомые кучеряшки и аккуратные бакенбарды, однако это оказался не Владимир, а другой Пушкин. Судя по возрасту в двадцать семь лет, и уровню Магистра в Пси и Льде, это Георгий Пушкин. Один из тех самых известных дуэлянтов, даже удивительно, как внезапно он оказался рядом, стоило только заикнуться о дуэли.

— Я только за.

— Отлично. Далее любые договоренности и детали дуэли — только через секундантов, — сообщил Георгий, на что секундант «оскорбленного» ответил кивком.

— Согласен.

— Предлагаю тебе пройтись на второй этаж и подышать воздухом на балконе, — шепнул я Насте. — Так будет спокойнее.

Сглотнув, девушка кивнула и торопливо ушла, чтобы хоть как-то скрыться с глаз слишком уж любопытных зевак.

Георгий жестом предложил пройти за ним, и через пару минут мы оказались на улице.

— Георгий Алексеевич Пушкин, — шепнул мне мужчина, приподняв маску.

— Пётр Константинович Седов.

— Владимир говорил о вас, — Пушкин усмехнулся. — Но ближе к делу. Учитывая условия, я мог бы выступить вместо вас.

— Не стоит. Он вызвал меня, значит, признал равным, не так ли? — склонил я голову набок, а Георгий усмехнулся. Да и как бы я выглядел, если даже не в состоянии отстоять свою девушку? Пусть так говорить в отношении Насти и поспешно, но после обещания защитить целый зал от ее мощной магии я бы выглядел треплом, если бы испугался какого-то наглого умника. На самом деле кошка и сама бы его размотала, при ее-то характеристиках, но все же.

— Хороший настрой, боевой! Я слышал о ваших способностях, поэтому отговаривать не стану, в ином случае это грозило бы даже… Смертью. Вас подловил бретёр, Толстой.

— Владимир Алексеевич обмолвился о нем, но без подробностей.

— Тем проще. Это Денис Януарьевич Толстой по прозвищу «Американец». По слухам бывал в Диких землях, отсюда и прозвище, однако куда более известен смертельными исходами дуэлей. Официально мы не могли запретить ему приехать, но не думали, что он струсит выступить против нас и выберет низкий уровень. Полагаю, это возможность поставить крест на балах — их Роду не нравится такая популярность Пушкиных, и если будет риск для чести или даже жизни, желающих приезжать явно убавится.

Георгий выкладывал все быстро, из чего я сделал вывод, что нечто подобное ожидали, однако Пушкины надеялись решить все сами. В принципе, я и так догадался, что влез в чужие разборки, но меня это мало волновало. Лучше уж поскорее разобраться и все.

В мире дворян надо жить где-нибудь в глуши, и то есть риск нарваться на конфликт Родов, так что нужно отстаивать свое право. Хотя бы для того, чтобы меня в эти конфликты хотелось посвящать все реже и реже, а если и происходило что-нибудь эдакое, то с прибылью для моей персоны.

— Прошу прощения, но я бы хотел поскорее провести дуэль и закончить с этим.

Пушкин с легким удивлением, но весьма легко читаемым одобрением глянул на меня и нацепил маску обратно.

— Сейчас все организуем.

Хотя говорили мы в стороне от любопытных глаз, все равно на нас поглядывали издалека. Обо мне ничего не знали, кроме лояльности, проявляемой Пушкиными, а вот Американец достаточно популярен, и маскарадом его личность не скрыть.

Параметры я уже оценил:

'Граф Толстой Денис Януарьевич

Возраст: 30

Уровень: 38

Сила: 7

Ловкость: 8

Выносливость: 7

Магический потенциал: 8

Величина истока: 1

Маг Огня, Магистр

Маг Камня, Эксперт

Дар: Лавовое копье

Благодать: Перо Жар-птицы '

Уровень у него был высок, этого не отнять, да и характеристики идеальны для дуэли — высокий магический потенциал позволял вложить все в одну мощную атаку и пробить щиты, тогда как сил на долгие бои банально не хватило бы. Но Георгий не переживал на этот счет, хотя мог и не знать всех характеристик, поскольку это секрет, однако даже разница в пару-тройку уровней не была критичной. Все зависело от правильно выбранных заклинаний, тактики, взаимодействия стихий и прочего, а не от конкретных циферок.

Вскоре Пушкин вернулся. Владимир, видимо, все-таки решил не выступать в роли секунданта, поскольку оказался слабее брата, да и не хотел бросать на себя тень в качестве дуэлянта, как мне показалось. Впрочем, я успел его увидеть среди зрителей — он, несмотря на таланты псимага, волновался и не мог это скрыть.

— Предлагают магическую дуэль. До первого попадания, с перемещением. Я же от себя выдвинул требование провести все сейчас, — отчитался Георгий.

Неудивительно, бретёры тем и хитры, что делают себя оскорбленной стороной, которая выбирает основу дуэли. На шпагах Американец мог и проиграть даже низкому уровню, поскольку должен полагаться на удачное попадание, которое я мог бы и отбить, окажись я вдруг хорошим фехтовальщиком, а вот в соревновании магии победа при перевесе уровней в двадцать пять единиц почти гарантирована.

— Отлично. Где все пройдет?

— Пойдемте, — позвал меня Пушкин, гостеприимным жестом предлагаю пройтись по тропинке к танцевальной площадке, которая использовалась по назначению при более теплой погоде.

Ровная большая площадка без укрытий, между противниками около тридцати метров. Если учесть, что местные маги обычно создавали заклинания около себя, то лететь копью Американца довольно далеко, по меркам магических зарядов, конечно. Почему же он выбрал именно «с перемещением»? Я бы предположил, что дело в понтах — добить бегущую в панике цель… Однако это могло быть и тактикой, так он оставлял и себе возможность для маневра на всякий случай.

Зрителям не разрешили подходить близко. Музыка затихла, поскольку все были слишком увлечены произошедшим, кто-то даже притащил театральные бинокли и пытался рассмотреть все с балконов. К сожалению, не было возможности прямо сейчас убедиться, что с Настей все хорошо, но достаточно победить, чтобы к ней уже не лез кто попало.

Американец разделся до свободно расстегнутой рубашки, я поступил так же. Пусть это и относилось больше к дуэлям с оружием, чтобы сразу заметить ранение, в магии ущерб тоже порой незаметен сразу, поэтому это своего рода перестраховка. По крайней мере, не приходилось убирать мелкие металлические предметы, как при других видах дуэлей, так что оберег Наташки, вербинит и даже умнофон оставались при мне. Конечно, я мог использовать вербинит и на расстоянии, но когда он рядом, как-то спокойнее.

Секунданты все проверили. Жеребьевка определила, что первый удар принадлежит Американцу, после чего возникли вопросы насчет руководителя дуэли, и вскоре присоединился Владимир Пушкин.

— Первым бьет оскорбленная сторона, — коротко объявил Владимир, говоря безэмоционально. Когда секунданты отошли на безопасное расстояние, шумно вдохнул и сказал: — Начали!

Американец взмахнул рукой, вызвав миниатюрное светящееся перо прямо в воздухе, подбросил его перед собой и немало удивился тому, что я просто расслабленно стою на месте. Достав из кармана ягоды, прихваченные со стола, развернул платок и начал их закидывать в рот, пока Американец торопливо выкруживал пассы руками.

Пламенная волна, похожая на птицу, метнулась в мою сторону и окутала огнем треть площадки — даже если бы я бежал, мне банально было бы некуда скрыться, если только сбежать вовсе, что приравнивалось к поражению. Однако я продолжал стоять и жевать ягоды, пока окружающий меня водный щит шипел паром.

— Жарковато сегодня. И не скажешь, что осень, — прокомментировал я атаку. — Хорошо, что пиджак снял, а то взопрел бы.

Американец судорожно накладывал на себя щит и начал двигаться, как вратарь на воротах, того и гляди готовый броситься в сторону мяча. Сформировав пару сосулек, я швырнул их в сторону Американца, ускорив достаточно, чтобы их было тяжело отследить, но демонстративно воткнул их в землю. Вид льда, чудом пробившего асфальт, не очень порадовал Американца, можно было прочитать мыслительный процесс и осознание, что он где-то просчитался, когда решил вызвать меня на дуэль. Он-то привык к своим «подвигам» и теперь опасался, что я его прикончу, это легко считывалось пси, однако такого рода слава мне как-то была ни к чему. Но чтобы посмаковать момент, я тоже демонстративно долго зачитывал заклинание, и кто-то может даже забудет, что щит я успел использовать мгновенно.

Однако отступать нельзя. На этот раз Американец продолжал двигаться — земля до сих пор горела, и я предположил, что Благодать их Рода позволяла весьма долго поддерживать горение даже без горючих материалов под рукой, чтобы последующие огненные заклинания было использовать легче, и они стали бы мощнее.

Копье полетело в мою сторону моментально, без зачитывания чар и пассов руками. Весьма быстро, закрученное — от такого увернуться непросто, но я и не пробовал. Огонь слаб не только против водных вербов, но и против световых, поэтому огненный сгусток исчез в яркой вспышке, и, мне кажется, я услышал немало дамских вскриков — слишком уж впечатлительные барышни собрались. Кто-то меня уже наверняка похоронил после такой атаки, и я невольно усмехнулся.

Забавно, что совпало со звонком умнофона — я достал его из кармана, пока рассеивание щита тушило пламенную землю, а Американец принялся бегать по своей половине чуть ли не зигзагами, ожидая смерти в любую секунду. Паника полностью охватила его разум, и он даже не представлял, как смехотворно сейчас выглядит со стороны.

— Петя. Стеша здесь, она… Одержима, — только и сказала Лиза, после чего назвала адрес.

Вот черт. Я ожидал, что Стефания может заявиться, но… Это в голове не укладывалось.

— Мне некогда, нужно уезжать, — сказал я и швырнул сосульку в Американца. Его пламенный щит лопнул с тихим хлопком, а лед даже не сразу окрасился в алые оттенки — угодил в плечо, и края раны хорошенько проморозились.

— Стоп! Конец дуэли, результат очевиден. Обвиняющая сторона проиграла. Любые претензии аннулированы! — объявил Пушкин, пока к Американцу бежали целители.

Американец осел на землю и шумно дышал, придерживая сосульку. Скорее уж пострадала его гордость, но мне некогда было с ними цацкаться. Я кивнул Пушкину и ушел, и как только скрылся с глаз большинства зевак, добрался до парковки. Степан, видимо, сейчас находился в здании вместе со всеми, но пустить энергию на управляющую панель не так уж сложно и без брелка запуска.

* * *

Марья быстро соображала. Кто-то вторгся на территорию агента ИСБ… Упырь? Изголодавшегося упыря сложно спутать с кем-либо еще — потерявшее человеческие черты существо с когтистыми лапами, разинутым клыкастым ртом и алыми глазами, жаждущими крови… Даже если тело принадлежало миниатюрной девушке с хвостиками, опасность нечисти не зависела от исходника. Хуже того — упырь могла колдовать, причем крайне успешно!

Взревев, кровососка подняла полутораметровый холодильник с такой легкостью, будто он весил не больше перышка, и швырнула в сторону Марьи, которая больше не тратила силы на создание воды. Свет и «Изгнание» — вот в чем ключ победы! Проскользнув под пролетевшей в ее сторону техникой, Марья создала сразу несколько источников Света, однако вторженка не корчилась от боли, напротив — она создала вокруг кольцо огня. Струи нестерпимо жаркого пламени взметнулись от пола до потолка, заключая Марью в испепеляющей темнице, и стоило ей только начать зачитывать заклинание Воды, как упырь рванула ей навстречу прямо сквозь пламя.

Синеглазка забыла, как дышать — мощный удар будто выбил весь воздух из легких, когда она телом выбила кирпичную кладку и вылетела на улицу. Приложившись головой о стену соседнего дома возле крыши, Марья шлепнулась на землю. Мимолетная боль, хруст костей, ушибы — все это слилось в одном ужасном мгновении.

Синеглазка сплюнула кровь, усмехнулась и с трудом встала на четвереньки. Напавшая на нее тварь сильна. Точно не обычный изголодавшийся кровосос. Однако… Она явно не подозревала, что Синеглазка окажется одной из Тридцати трех. А еще Романовой. Да и человеком Марья не являлась в прямом понимании.

— Око. Копирование эссенции Мощи. Активация. Сверхрегенерация. Око. Копирование эссенции Мистицизма. Активация. Убежище фей. Око. Благословение Воды. Колыбель моря.

Травмы медленно затягивались, пока мерцающая синевой кровь стекала по бледной коже, переливаясь в лунном свете, но упырь уже нашла ее и создала несколько огненных шаров — яркие сферы обрушились на лежащую девушку пылающим дождем, но туманная полусфера, наполняющаяся водой, скрывала Синеглазку и пока что сдерживала натиск. Однако вложенная в заклинание сила таяла с каждой секундой.

Страх. Впервые в жизни Марья осознала, что может умереть, несмотря на всю свою силу. Но эти мысли сразу же остались позади, поскольку девушка не собиралась сдаваться. Послышался резкий чавкающий звук и неприятные отголоски раздираемой плоти. Марья увидела, как кто-то еще напал на кровососку и отсек ей голову, после чего вонзил когти в тело.

— Кем ты стала? — со смесью боли и отчаяния произнесла незнакомка, однако новая волна огня вынудила ее отпрянуть от растерзанного тела. Которое тем временем уже начало собираться обратно.

Глава 21

Химера

Двигатель автомобиля тихо заурчал, отзываясь на команды, и вскоре я уже вырулил на дорогу, направляясь к выезду. Охрана меня благополучно пропустила, поскольку мою скромную персону уже видели при въезде, да и сочетание автомобиля Пушкиных вместе с моей седой шевелюрой довольно запоминающееся.

Выехав с территории клуба, я постарался как можно скорее сориентироваться на улицах городка. Чёрное — не такое уж и большое поселение, но в качестве отправной точки для меня все равно был лишь арендованный Лизой дом. Для звонка она пользовалась домашним телефоном, так что Стефанию обнаружили где-то не очень далеко.

Уже окончательно стемнело, лишь уличные фонари, да яркие украшения на некоторых домах освещали улицы, весь городок казался уже заснувшим, поскольку большинство жителей сейчас находилось на балу или где-нибудь в Нижнем Новгороде. Но как же тогда найти Стефанию? Лиза сказала, что направится в ее сторону, пока я спешу на подмогу, и очевидно, что девушка успела заметить изменения в ее поведении во время патруля — примерно этим Елизавета и занималась по ночам, когда ее сложнее было заметить в небе над городом.

Ответ стал очевиден, когда незамеченный до этого пожар разошелся не на шутку — отблески от ревущего пламени отражались на закрытом тучами небе, да и столб чернющего дыма сложновато не заметить. Горела одна из усадеб — какой-то весьма богато обустроенный двухэтажный дом, но пожар сейчас — самая меньшая из проблем жильцов. Да и моя — тоже.

Я впервые увидел «бесяток».

Вряд ли именно эти подходили под столь милое обозначение, поскольку замеченные мной демоны напоминали, скорее, нечто иноземное, да и вообще такие существа не должны существовать на Земле, подобного отвращения не вызывали даже гнилые ожившие мертвяки. Будто огромных собак вывернули наизнанку и нашпиговали то ли зубами, то ли костяными выростами, асимметричные мышцы пульсировали и пузырились, словно исчезали и появлялись в этой реальности каждую секунду… А цвета тел напоминали комок пластилина, после того как с ним поигрался маленький ребенок — грани оттенков смешивались и перетекали друг в друга, постоянно меняясь.

Количество ртов у этих существ впечатляло. Пасти в передней части, на спине, на мускулистых ножищах, даже кожистые хвосты — и те заканчивались набалдашником с щелкающей зубами пастью. На туше длиной метра в два с половиной умещались десятки!

Одержимый при всей чужеродности своего существования казался куда более логичным, чем настоящие демоны, это точно. Сложно говорить о логике, когда речь о живых существах, однако иных ассоциаций при виде этой формы существования у меня не было.

Оставив машину, я выскользнул из салона и скрыл себя тенями, хотя вряд ли против демонов это могло помочь. Сразу две псинки будто бы сторожили улицу, пока где-то неподалеку были отчетливо слышны звуки боя — что-то билось, ломалось, в воздух поднимались столбы пыли и осколков.

Припоминая живучесть одержимого, я решил постараться не лезть в ближний бой, так еще и желательно не тратить слишком уж много сил. Толкнув псинок друг к другу ноотикой, запер их в тонкостенной пирамиде из Камня и создал внутри Огонь вместе с Ветром. Ушей почти сразу достиг ужасающий вой, который наверняка предупредил всех тварей в округе, если таковые существовали… Искаженный, дисгармоничный, этот звук казался ужасающе мерзким, на фоне него даже скрип пенопласта по стеклу звучал подобно великолепной симфонии гениального композитора, однако осязаемого Пси-воздействия в этой какофонии не было. Лишь доказательство существования существ, слишком далеких от этого мира и противных самой человеческой природе.

Твари затихли, их тусклое свечение погасло, и я поспешил на звуки боя, повесив триггеры на дороги и себе за спину, чтобы еще какая-нибудь многоротая псинка не подкралась незамеченной.

Отыскать источник шума оказалось несложно, куда проблематичнее — догнать. Прыжком забравшись на ближайшую крышу, перескочил на соседний дом, подбросив себя ноотикой, поскольку в этом районе между домами бывало расстояние по пятнадцать метров и больше.

— Лиза! — крикнул я, когда знакомая мне девушка на ужасающей скорости врезалась в дом, пробила окно и с хрустом то ли дерева, то ли костей снесла стол и врезалась в стену. Нырнув в окно следом, закрыл его каменной стеной и добавил Псионический щит. Один лишь щит быстро начнет тратить мои силы, а камень может разлететься осколками, да и стены здесь все-таки довольно надежные… Хотелось бы верить, что моя подстраховка поможет.

Хоть я и знал, что Лиза обладает невероятной живучестью, все-таки окутал ее облаком Тени. Кряхтя, девушка поднялась, пока ее неестественно вывернутые конечности вставали обратно на место, а ссадины затягивались сами собой.

— Петя. Фух, — девушка выдохнула с облегчением и даже нашла возможность приобнять меня — похоже, что преследователь решил не биться в каменную стенку.

— Ты в порядке?

— Вроде того, — мрачно добавила Лиза. — Стеша владеет магией, да и стала гораздо сильнее! Не знаю, что она затеяла, но кто-то стал ее целью. Из-за голода или еще почему…

Это объясняло отсутствие преследования. Лиза просто мешала выполнять задание. Одержимые зациклены на выполнении задачи, если брать в расчет предыдущий случай, и, полагаю, до появления в городе Стефания даже ничем и не отличалась от себя прежней. А теперь демоническая душа полностью ей овладела, но как? В теле нежити ведь слишком мало маны, она вся получена из крови и не восполняется просто так, откуда тогда способности колдовать, да еще и в таких масштабах? Конечно, я слишком мало знал о сути одержимости, но все же даже при таком подходе ситуация слишком отличалась… И выглядела весьма опасной. Наверняка Пушкины вместе с экстренными службами уже извещены о пожарах, но всех деталей они не знали.

Отчасти в произошедшем моя вина, если брать в расчет мое сотрудничество с упырями, но главный виновник, очевидно, остался где-то в тени. Вряд ли так легко стать одержимым.

Мы с Лизой направились на улицу, как только она восстановилась. Убрав щит и разрушив стенку, я первым выскользнул в окно и сразу заметил, как крошечный силуэт высоко в небе поливает квартал огненными шарами.

— Я поймаю ее! — прошипела Лиза, преобразуя ноготки в длинные когти.

— Стой здесь. Поймаем внизу.

Так далеко я обычно заклинания не швырял — между нами не одна сотня метров. Если бы не огненный дождь, заметить Стефанию можно было разве что чудом. Однако вербинитовые шарики для атаки использовать довольно удобно.

Повесил триггер на шар, после чего кусок вербинита унесся ввысь, пока я его корректировал с учетом ветра. Не попал, но даже этого достаточно — полыхнула вспышка Света, сработавшая от таймера наложенного верба-оберега, и следом второй верб — разорвался призванный рядом с силуэтом камень, прошивая все вокруг осколками.

Силуэт рухнул вниз, пробив крышу чьей-то усадьбы — сил Света оказалось достаточно, чтобы подавить способности упыря, а раны от осколков добавили проблем. Мы с Лизой бросились следом, однако помощники у одержимой еще оставались: будто призванные своей хозяйкой, очередные глоткопсы весьма лихо взбежали по стенам шикарного дома и принялись скалиться с черепицы, как бы намекая, что если мы хотим добраться до Стефании, то придется иметь дело с ними. Дисгармоничный лай и рычание звучали угрожающе, однако колдовать существа, видимо, не умели.

— Слышу еще четверых, — сообщила Лиза. — Идут по одному, я их убью, Петя.

— Понял. Иди, — коротко сказал я, поймав вернувшийся вербинитовый шар.

Долго болтать некогда. Скинув трех псинок с крыши прямо в подготовленный каменный каркас, накрыл его крышкой и создал внутри очередное пламя для хорошей прожарки, а сам тем временем вскрыл ближайшее окно ноотикой и оказался внутри. Тишина, если не брать в расчет ужасающий искаженный вой где-то позади.

Богатое убранство было слишком усердно заставлено хрусталем — небо и без того ярко освещено из-за десятков пожаров вокруг, и все эти пляски пламени создавали апокалиптический узор на стенах, сбивая с толку. Пройдя одну комнату, я пытался представить планировку дома, постепенно приближаясь к месту падения Стефании.

Встретиться со сверхсильным упырем в закрытом пространстве? Офигенный план, конечно. Надежный, как… Однако в виде летающего огнемета Стеша мне нравилась еще меньше, так что жаловаться не к чему.

Осторожно открыл дверь. Петля предательски громко скрипнула, да вашу ж! Блинский блинчик, как сказала бы одна девчонка. И это они называют роскошным жилищем? Замер. Тишина. Мягкий ворсистый ковер позволяет идти бесшумно, очередная дверь совсем рядом.

Открывать ее самостоятельно я не стал — дернул от себя ноотикой, раз уж здесь так шикарно смазаны петли, и буквально через секунду после громоподобного скрипа петель навстречу полыхнула волна пламени, сжигающая обои, ковры, заставляющая сразу тлеть древесину и выжигающая кислород. Водный щит сразу же зашипел и заполнил пространство вокруг клубами пара, а я метнул сосульку в спину своей оптической иллюзии, в которую рывком бросилась Стеша. Лед пробил ее грудную клетку, но не заставил даже поморщиться, девушка просто впечаталась в стенку и почти сразу сообразила, где находится оригинал.

От скромной тихой девушки осталось лишь жаждущее крови существо. Лиза, похоже, немало ее потрепала, судя по обилию грубых шрамов, кое-где конечности и даже шея приросли не совсем ровно. Ужасающая сила заклинаний будто бы высасывала из тела все соки, и сейчас Стеша больше напоминала обтянутый кожей скелет, светящийся изнутри пурпурным оттенком, отчего ребра, грудина и прочие кости словно бы просвечивали через истончившуюся кожу.

— Опять этот мальчишка, тс-с-с. Как же ты надоел! — произнес голос изнутри тела, пока Стефания невпопад шлепала губами, рот даже не мог закрыться из-за безобразно длинных клыков и пугающего ряда острых зубов, которыми только мясо с костей сдирать.

— Так ты не приходи, куда не просят, вот пересекаться-то и перестанем! — торопливо сказал я, оттолкнув себя ноотикой в сторону, когда существо росчерком когтей попыталось располовинить меня. А ответ прилетел булыжник, которым я придавил все еще весьма миниатюрную Стефанию к полу, но здоровенный камень с небывалой легкостью полетел обратно, поэтому пришлось поднырнуть под него и откатиться в сторону, а на том месте, где я лежал, остались глубокие тлеющие борозды.

Дышать все сложнее, дым и пламя твари нипочем, так что лучше играть по своим правилам. Без тренировок с Лизой я вряд ли бы вообще был в состоянии уворачиваться от столь быстрых атак, но все равно в этом не было ничего легкого. Главное — подгадать момент. Рывок!

Ударив ноотикой навстречу Стефании, я сломал ей шею большей частью благодаря ее же импульсу, и недавняя рана дала о себе знать — с мерзким чавканьем голова соскользнула с тела и укатилась, а я слинял в соседнюю комнату.

Существо приладило головушку на место, побежало следом и угодило прямо в каменный капкан. Закрыв оставшуюся стенку, я создал внутри пару железяк и вонзил их в тушку завывшей от боли твари, прикрыл конструкцию сверху и создал внутри уже привычное пламя вместе с ветром, добавил Энергию и направил по созданным электродам.

Одержимая кровососка взвыла, начала барабанить по стенкам, однако удары не ослабевали. Один за другим, монотонно, и хотя я пытался придерживать конструкцию ноотикой, Стефания в итоге полыхнула пламенем, воспользовавшись моим вербом как основной для собственного огненного заклинания.

В доме вышибло окна и двери, меня отшвырнуло куда-то в сервант, зазвеневший бьющимся хрусталем, а скромно стоящее в углу пианино отозвалось оглушительным аккордом, когда каменные осколки пробили отделку и мебель. Обнаженная и частично обугленная Стефания с торчащими из тела кусками искрящегося металла рычала, капала слюной и создавала между когтями новые сгустки пламени, медленно переставляя ноги навстречу мне.

Что-то не так. Щиты меня хоть и уберегли от лишних отверстий в теле после нанизывания на куски мебели и стекло, но все тело ныло после ударов.

Изгнание. Свет вынудил Стешу замереть и тоненько поскуливать от боли, однако тело продолжало двигаться. Как упырь и одержимый одновременно, Стефания объединила в себе сильные стороны нечисти. Неизвестный демонолог создал ужасающую тварь, но слабые стороны… Тоже общие? Вспомнив бой с Лизой, я решил попробовать старую тактику — у Стефании нет той сверхрегенерации, как у Лизы, верно? Шарики вербинита, окутанные ноотикой, прошили суставы рук, ног и череп насквозь, забрызгав стены мозгами, ошметками черепной коробки и прочих костей, после чего я снова поместил существо в каменную пирамиду, огонь, воздух, энергия и напоследок… Концентрация Света до состояния лазерного луча, как у Единорога Светловых, пара секунд.

Бедро ощутило жар, и я торопливо вытащил из кармана оберег Наташки, который вновь раскалился, как только мигнула пурпурная вспышка, а по ушам ударил взрыв. Очередная волна каменных осколков дробью прошила все в комнате, и почти все затихло, если не считать треск горящей древесины.

Похоже, что победа. На полу внутри разломанной пирамиды лежал драгоценный камень, весьма похожий на тот, что я нашел в прошлом одержимом, если ориентироваться на надписи. Только в этот раз по форме напоминал нечто вроде здоровенной жемчужины, еле заметно светящейся.

После этого я увидел еще одно непривычное свечение — что-то новенькое. Молочно-белый свет формировал нечто вроде туманного покрова над полом, но это точно не дым от пожара. Пыль? Выглядело так, будто Пыль из тела Стефании смешалась с дымом, остатками влаги… Синхронизация и построение Пыли было мне незнакомо, это точно не огненная школа, что было бы очевидно после недавних пламенных фокусов, а нечто неизвестное. Пыль сложилась в символ, который можно было бы прочитать как «Извинение» или «Прощение», все зависело от контекста, однако какого рода верб составить с этим символом — я понятия не имел. Очевидней всего, что это часть сложного триггера «Если нет, то…», когда для оберега или проклятия прописывается не успешное условие, а наоборот, результат в случае отсутствия срабатывания. Для сложного ключа Чертогов — вполне возможный расклад, если двери нужно открывать в определенном порядке.

Второй мигнувший символ сбил с толку гораздо больше. Если не брать в расчет сам факт того, что зачарования срабатывали на пустом месте, конечно. Нет, в теории можно расчертить воздух вербом и активировать эффект, но проще колдовать напрямую. Новый символ оказался сложным заклинанием, да еще и зашифрованным, однако он определенно связан с школой Огня. Запомнив его в системе, решил разобраться позже. Раз даже у Ленки не было идей, я тем более в теории был подкован еще хуже.

Туман оказался поглощен жемчужиной, после чего свечение исчезло. Возможно, стоило что-нибудь сделать, а не просто тупо созерцать, однако у меня нет привычки хватать сразу же неизвестные зачарованные вещи. Теперь жемчужина выглядела безопаснее, поэтому, прикарманив находку, я забрал немного остывший оберег и выскочил на улицу.

Можно было услышать сирены экстренных служб, однако еще до прибытия пожарных расчетов явно кто-то из Пушкиных задействовал огромные потоки воды, поливая дождем отдельные участки города. Зарево постепенно затухало…

Лиза вскоре нашла меня — на когтях остались следы демонической плоти, которые девушка стала старательно стряхивать. Но в остальном выглядела невредимой.

— Петя, сейчас… Еще! — шумно выдохнув, объявила девушка.

Чертыхнувшись, я взял Лизу за руку и вместе с ней запрыгнул на целую пока что пристройку возле горящего дома. Так и оказалось — очередные три псинки торопливо бежали к нам, с ловкостью бывалых паркурщиков отталкиваясь от стен для ускорения перемещения.

Размашистым ударом когтей Лиза выпотрошила ближайшего демона, вынуждая невольно восхититься ужасающей мощью сверхупыряки. Я, правда, не пытался сражаться с демонами в ближнем бою, так что не знал их сил, но выглядело чертовски эффектно.

Сбивая псин с траектории ноотикой, я подставлял их под удары Лизы, после чего весьма ловко отфутболил тушки в полыхающее здание. Судя по вою, можно даже не добавлять от себя вербы, твари и так сгорят без проблем.

— Всё? — бросив взгляд в сторону слишком уж лихо полыхающего дома, девушка вздохнула.

— Всё.

Послу атак Стефании дом тушить уже поздно, там вряд ли осталось что-то целое. Разве что проследить, чтобы не перекинулось на другие участки.

— Она не хотела никому зла…

Лиза шумно всхлипнула и нашла поддержку на моем плече. Рубашка, впрочем, сейчас больше напоминала грязную и мокрую тряпку, но такие мелочи казались ерундой, так что Лиза просто уткнулась в ткань и содрогалась всем телом.

— Знаю, — поглаживая девушку по волосам, я видел, как подъезжал автомобиль Пушкиных. Слуги и сам Владимир принялись читать водные заклинания, пока я пытался ласковыми поглаживаниями хоть немного успокоить Лизу.

Она знакома со Стешей дольше меня, и хотя привязалась ко мне, клан все-таки оставался важен. По крайней мере, об убитом мной упыре Лиза так не переживала, тот был совсем новичком, тогда как Стефания была почти что реальной сестрой. Если так можно назвать отношения среди упырей, конечно.

Я же не печалился.

Злость.

Даже Лиза, хоть и подчеркивала влюбленность Стеши, и не думала делать меня виноватым, поскольку очевидно, что девчонку использовали. Кто-то весьма могущественный, раз способен создавать таких существ, и не удивлюсь, что он же работал со Светловым — слишком уж похожий почерк.

Как только удалось взять контроль над пламенем, мы с видом беспомощных потерпевших спустились на землю по лестнице, а Владимир подбежал ко мне. Его взгляд выражал крайне яркий калейдоскоп эмоций, но выражение лица — вопросительное.

— Как вы?

— В порядке, Владимир Алексеевич.

— Сейчас не до любезничаний, — отрезал Пушкин. — Ты первым бросился сюда, значит, что-то удалось узнать?

— Да, действовал одержимый и бесы, — сказал я, пытаясь прочитать Владимира.

Если так подумать, то я действительно вел себя подозрительно, но я и подумать не мог, что захотят устроить столь масштабную подлянку. Даже когда Лиза уже сказала об одержимости, сложно было представить, что полыхать будут целые улицы… С учетом небольших размеров городка, бедствие затронуло как бы ни меньше четверти всех зданий.

— Мы оцепили места с останками, — закивал Владимир. — Я отправил патрули на поиски, если кто-то из нечисти до сих пор рядом. А что насчет уже дохлых… Даже не буду удивляться тому, что ты сам убил их всех. Неприятно, но придется сказать, что мы все-таки помогали, иначе никто не поверит.

— Это как угодно, мне не жалко.

— Нет-нет, Пётр, дело не в присутствии бесов как таковых. Очевидцы говорят об одержимой с магией… Как бы это помягче сказать, — Владимир замешкался. — Со сверхМагистральной магией.

Очевидцы? Не очень-то хотелось, чтобы зеваки видели меня в бою, но после сражения в городе сложно гарантировать что-то.

— Имперский уровень опасности, такой назначают для смертельно опасных существ, способных уничтожить небольшой город, — продолжал Пушкин, внимательно смотря на меня. — Подобные противники редки и смертельно опасны даже для отряда из Магистров. Титанов и орудия воздушных кораблей используют как раз для подобных инцидентов!

— Оу.

Не сказал бы, что у Стеши были какие-то особые заклинания. Да, много, причем весьма мощных, но не более, куда опаснее сама скорость и сила гибрида нежити и демона, не говоря уже о живучести. Владение магией просто добавляло опасности в этот коктейль, но точно не являлось его основой.

Впрочем, явно лучше не повторять нечто подобное у всех на виду, а то еще жахнут по мне из пушки на всякий случай.

— ИСБ уже вызвали Нулевой отдел для противодействия демонам, но они прибудут в лучшем случае рано утром.

— Понял. Вместе справились, разве плохо? — я усмехнулся. — Меня интересует, все ли в порядке с… Лорелей, — осторожно произнес я, поскольку не знал точно, насколько хорошо знает Пушкин Настю. Уж в роли Лорелей — точно должен, иначе бы ее не пустили. Лиза вопросительно вскинула взгляд и чуть сильнее сжала мою руку украдкой. Ревнует.

— Я оставил Александру с ней, они наверняка пьют чай в комнатах отдыха клуба, — улыбнулся мужчина. — Достойный результат дуэли. Но что это я… Помощь нужна? Графиня, или вам? — Пушкин мягко намекнул на то, что знает личность Лизы, даже не стал здороваться при первой встрече. Похвально, конечно, но теперь уже поздно скрывать нашу связь.

— Нет, все в порядке. Пётр Константинович защитил меня, — прошептала Лиза, промокнув глаза платочком, который я чудом отыскал в кармане брюк. Платье девушки, правда, больше напоминало небрежно изрезанную скатерть, и отсутствие ссадин под разрезами могло удивить, однако никто не мешал мне быстренько использовать Природу, верно?

— Чудно. Предлагаю вернуться на территорию клуба, пока все здесь проверяем и устраняем последствия, — предложил Пушкин, и внезапно зазвонил его умнофон. Взяв гаджет, Владимир приложил его к уху и сразу же помрачнел. — Принято. Сейчас вернемся. Пётр, — это мужчина уже обратился ко мне. — Скоординированная атака против Рода. Не могу просто взять и попросить о помощи в сложившейся ситуации, но в качестве работы на Род? Твоя сила нам очень бы пригодилась… Группа эльфов захватила всех гостей в заложники.

Я непонимающе заморгал. Это что, какая-то шутка? Там же полно крутых кудесников и всякое такое. Безоружных захватить могли бы, но не людей, которым нужны лишь секунды, чтобы сотворить смертоносное заклинание.

— Как такое вообще могло случиться?

— Токсины. Неизвестная школа магии — секунда-другая, и все будут мертвы, если мы не выполним требования, — мрачно ответил Пушкин. — Атака на усадьбы вынудила нас распределить большую часть охраны, и хотя почти все члены Рода выведены из-под удара, пострадают гости.

И Настя? Сейчас она могла проявить свои таланты и усыпить эльфов, однако наверняка для этого нет никакой гарантии. Пусть это и не мое дело, но оно очевидно связано со Стешей и безопасностью бедной кошечки, которая, может, и не пошла бы на бал вовсе, если бы я не сказал о том же.

Если есть шанс выйти на выродка, который в итоге мешает и моей спокойной жизни, то уже неплохо. Сил у меня пока достаточно, для того и тренировались каждый день. Если в прошлое столкновение с Одержимым я чуть не вырубился от слабости, то сейчас бодрячком, разве что тело немного ноет от не слишком нежных столкновений с мебелью.

— Поехали. Лиза?

— Я буду только рада, — с хищным блеском в глазах прошептала девушка, украдкой обнажив клыки.

Минута на то, чтобы Владимир раздал указания остальным, и вот мы уже в авто едем обратно в клуб. Пушкину тем временем прислали какое-то видео, и после просмотра он покачал головой.

— Масштабно работают. Посмотрите, — сказав так, мужчина повернул к нам с Лизой экран.

Я сразу же узнал интерьер — снято было в усадьбе Светлова, причем в день инцидента с нападением. Кто-то из журналистов был неподалеку или же просто левый посетитель снял все на видео в подробностях после взрыва ошейников, смакуя изображения обезглавленных тел эльфов. Все это было объединено с короткой нарезкой, где изображены эльфы, работавшие на Пушкиных, после чего шло заявление аж самого короля из Лондиниума.

На видео он не засветился, но якобы это официальное обращение, где он предъявляет обвинения в целенаправленном уничтожении эльфов на территории Российской Империи. Фейковые новости, ничего себе.

— И зачем им это? Они же сами продают своих сограждан в рабство.

— Верно, однако королю пришлось реагировать. Видео появилось и в других странах, спланированная акция. Эльфы долго растут, у них небольшая рождаемость, поэтому даже такого рода новости могут пошатнуть позиции действующей власти, — предположил Пушкин, пока водитель, кто-то из слуг Рода, ловко вписывался в повороты. — Открытое столкновение они не выдержат, однако весь этот переполох пойдет на руку выжившим аристократам Британии. Скорее всего, они и устроили все в надежде под шумок вернуть себе страну.

— За ними должен стоять кто-то сильный.

— Да, полагаю, один из Тридцати Трех, — добавил Пушкин.

Если так подумать, то все неспроста. Тот же Николай так усердно ввозил именно эльфов, да и на других рынках их тоже, можно сказать, большинство. Им изначально была уготована одна судьба — умереть ради разжигания конфликта, только и всего, однако король просто поспешил отвести от себя все претензии, хотя любому очевидно, что с рабами далеко не все будут сюсюкаться и отстаивать их права.

— А что сами эльфы? Они же должны понимать, что идут на смерть. Им не простят такое, тем более они проникли в страну нелегально.

— Ими тоже манипулируют, — Пушкин покачал головой. — Ролик рассчитан не столько на короля и высший свет Лондиниума, сколько на этих беглецов. Они требуют выдать им эльфов, которые находятся под нашим контролем, хотят освободить их и убедиться, что все в порядке. Даже Ириниэль — и о ней знают, — добавил мужчина. — Брат ведет переговоры, снайперы на позициях, но если не устранить сразу всех — смертей среди гостей не избежать.

Нехорошие предчувствия… Наверное, именно так Машка и определяла приближающиеся неприятности.

— Связывались с усадьбой?

— Регулярно.

Мы уже вернулись на территорию клуба. Если бы не тишина, можно было бы даже сказать, что ничего не изменилось. Большинство помещений погрузились во тьму, и казалось, будто ничего не происходит.

Пушкин тем временем снова звонил домой. Гудки остались без ответа, он выбрал другой номер, и даже я услышал через динамик умнофона хрип и искаженный голос охранника.

— Напали…

Машка и Ириниэль! Да чтоб этого выродка, который вцепился в Пушкиных! Лиза взяла меня за руку, почувствовав, как я шумно выдохнул, успокаивая себя техниками, которыми обычно и поддерживал концентрацию.

Нет, сейчас не время поддаваться панике и думать о плохом. Я тренировал девчонок именно для таких ситуаций, они сильнее большинства людей. Даже если сорвусь с места, все равно прибуду на территорию лишь часа через полтора в лучшем случае — это они очень удачно спланировали, три отдельных нападения, причем так далеко друг от друга.

— Вряд ли это кто-то из эльфов. Если здесь большая группа, то второй отряд мог бы и не справиться, а вот если здесь устраивают шоу для отвлечения, тогда возможно, — выложил я свои мысли.

— Здраво. Скорее уж подослали убийц, чтобы гарантированно убить наших рабов, — мрачно ответил Пушкин. — Затем официально сообщат о срыве условий, и токсин распылят на гостей. Недоверие Роду, конфликт с Лондиниумом, гибель дворян.

Подозреваю, что с токсинами вопрос уже решен, возможность отравить стольких упускать не будут, а все держится на проблемах исполнителя. Эльфов потому и было сложно отыскать, что они действовали самостоятельно, без опоры на кого-то вроде продажной душонки из местных. Но это же не помогало сразу же привести приговор в исполнение… Хотя буду рад ошибиться.

— Тогда не будем мешкать.

Продержитесь, девчата, совсем немного! Если устранить токсичных эльфов, то все остальные действия станут бессмысленными — Лондиниум не сможет опираться на действия незаконно проникших на территорию другой страны убийц, а если ИСБ отыщут организатора и нанимателя Николая и прочих, то тем более конфликт будет исчерпан.

Пять минут — и я бегу домой, ждите меня.

Глава 22

Девичник

Вечера в гостевом доме на территории Пушкиных обычно проходили в спокойной обстановке. Горничные возвращались в главное здание, поэтому гости оставшееся время были предоставлены сами себе. Основанное на зачаровании освещение требовало своевременной замены батарей, однако даже при активном использовании лампочек заряжать требовалось довольно редко. Можно было воспользоваться и музыкальным автоматом, и видеопроигрывателем в отдельной комнате, но чаще всего гости отдыхали в своих комнатах. Машка обычно включала одну лишь небольшую бра, висящую недалеко от кровати, а Ириниэль использовала тусклый ночник, который в вечернее время напоминал ей о давних деньках в подземном поселении, где тоже было крайне мало света.

Но обе девушки, несмотря на то, что сейчас находились далеко от родных краев, были довольны комфортом и уютом, поэтому ностальгия если и накатывала иногда, то лишь в виде редких мимолетных мыслей.

Как только Пётр уехал на бал, Машка вернулась в комнату. Сперва немного почитала книгу, затем написала письмо родным — слуги были готовы отправлять почту хоть каждый день, но Маша немного стеснялась так часто беспокоить бедных эльфиек, да и новости для родни просто не успевали накапливаться. Матушка уже успела прислать ответную телеграмму на недавнее письмо, где Машка похвалилась подарками от Пети, и сейчас, бегло глянув на строчки, где матушка предлагала организовать свадьбу хоть на этой неделе, Машка покраснела и закрылась хвостиком. То ли от телеграммы, то ли от собственных мыслей.

— Глупости какие! Так быстро, фыр! — проворчала девушка, шумно выдохнув.

Она не была меркантильной, да и матушка не очень-то падка на богатство, однако ювелирные украшения для уровня жизни в деревушке казались чем-то невероятно дорогущим. Поэтому родным очевидно, что Петя очень серьезен в отношении ее кандидатуры, вот и предлагали…

На самом деле с браками в деревне действительно не церемонились, и к возрасту Машки зачастую все уже знали, кто станет чьим избранником, но поскольку сестра Маши была шаманкой, их семья стояла на ступеньку выше многих других, и до момента исчезновения девушка была избавлена от излишнего внимания самцов. Но и сплетни неоткуда узнавать! Пелагея, сестренка, точно ничего не могла посоветовать о том, как правильно себя вести с будущим мужем! И хотя Маша старательно изучала домоводство и теперь знакомилась с этикетом, это было не так волнительно, как ей хотелось бы. Есть ведь и другие темы… Только подумав об этом, девушка опять покраснела от смущения и принялась постукивать хвостиком по кровати.

— Так. Надо бы устроить небольшой девичник, раз Петя уехал на бал, хе-хе, — коварно усмехнувшись, Маша убежала к холодильнику.

Изумруд и Золотце готовили с запасом, оставляли даже закуски к чаю. Обнаружив пироженки и печенья, Машка, немного подумав, прихватила еще и мед, после чего заварила чай и все это богатство принесла наверх.

— Ириниэлька! Приходи ко мне! — тихонько постучав в комнату соседки, сказала Маша и ушла к себе.

Эльфийка в это время занималась любимым занятием — изучала комиксы, нарисованные господином. В том числе поглядывала на героиню, для которой являлась прообразом. Сложно было назвать Ириниэль самовлюбленной, напротив, она не думала о себе очень длительное время, но творчество, для которого она стала прототипом, натурщицей или даже музой… Что-то всколыхнуло в ее мировоззрении.

Ириниэль часто оставалась в тени других. Не самая лучшая кандидатура для жрицы. Не самая смелая для роли разведчицы. Везде далека от идеала, поэтому давно перестала стараться, и даже рабство прошло для нее словно один бесконечный и странный день до того момента, когда ее отдали Ольге.

Она впервые нашла себе подругу, человека, который от нее ничего не требовал. Не гнался за идеалом, был доволен ее талантами, не ставил других в пример и видел только ее, а не вымышленный образ, с которым ее можно было сравнить.

Проклятый ошейник лишил ее дружбы, однако Ириниэль понимала, что в итоге нашла нечто большее.

Господин стал примером, тем, кому она действительно готова подчиняться. Он воспевал ее образ в творчестве, и Ириниэль чувствовала странное волнение от всей этой ситуации. Будто она впервые стала выше других. Ей неважен тираж, популярность произведений, сам факт того, что она оказалась в центре внимания будоражил давно отвыкшее волноваться сердце.

И вместе с тем господин тренировал ее и помогал стать сильнее, он уже сделал для нее куда больше, чем все ее сородичи. Но все еще оставался загадкой, и прочитывая раз за разом тексты, эльфийка надеялась, что сможет лучше понять его.

Мария позвала. Ириниэль хорошо относилась к этой девушке, и если изначально воспринимала себя как телохранителя невесты господина, то постепенно они вроде бы подружились. По крайней мере, Ириниэль надеялась, что так оно и есть.

— Сейчас!

Отложив произведение господина, Ириниэль ласково погладила обложку и аккуратно спрятала его на полку. Поглядела издалека и, убедившись, что все в порядке, вышла из комнаты.

— Смотри-ка, что я принесла! Будем сплетничать и кушать вкусняшки, как тебе идея, а? — заявила Машка и даже принялась прыгать на месте.

— О. Буду рада присоединиться, Мария, — Ириниэль благодарно кивнула и, подойдя ближе, осторожно села на краешек кровати.

— Ну что ты как не родная, а? — Машка надула щечки. — Запрыгивай на кровать!

Ириниэль не стала спорить. Она снова нарядилась в облегающие лосины и спортивный топик. Одежда, подчеркивающая фигуру, отдаленно напоминала полуобнаженные наряды жрицы Тьмы, и Ириниэль нравилось осознавать, что она могла исполнять столь важную роль. Да и господину вроде бы нравилось видеть ее в такой одежде…

Машка же переоделась в футболку и просторные штаны, и теперь с подозрением смотрела на Ириниэль. Раз та обнажает животик, то очень доверяет, это хороший знак — Маше нужна такая близкая подруга!

— В честь чего пиршество, Мария? Неужели мы празднуем поездку Петра Константиновича? — осторожно поинтересовалась эльфийка, с интересом поглядывая на мед.

Маша в это время элегантно разливала чай по чашкам, после чего вручила одну Ириниэль.

— О? Нет-нет! Петя пусть повеселится, да и вместе с ним могли попить чаёчек, — рассмеялась девушка. — Будет секретничать о девчачьем!

— А… Хорошо! — согласилась Ириниэль, аккуратно намазывая мед на печенье толстым слоем и с выражением восторга на лице откусывая кусочек.

На самом деле эльфийка понятия не имела, чтобы это могло означать, но она была и не против чего-нибудь подобного. Секреты? У нее их вроде бы и нет.

— Хе. Тогда рассказывай, — наклонившись вперед и откусив пироженку, Машка прищурилась. — Что вы там делаете в комнате? А?

— Я позирую, а господин рисует, — склонив голову, Ириниэль непонимающе посмотрела на Машу, после чего вновь занялась печеньем. — Вроде бы и выделить нечего…

— А почему охаешь?

Эльфийка замерла на мгновение. Ушки шевельнулись, и она отвела взгляд.

— Сложно сказать… Мне просто хорошо рядом с господином.

— Мне тоже, но я не издаю всякие подозрительные звуки! Фыр! Ой, — Машка смущенно рассмеялась, после чего проглотила остатки пироженки. — Ладно, пойдем другим путем. Хотела бы стать его женой?

— Я? — у Ириниэль даже мед капнул в чай, поскольку она опять замерла. — Эм. Н-не знаю.

Машка украдкой вздохнула. Втайне она надеялась, что эльфийка гораздо опытнее во всех этих делах, однако надежда не оправдалась. Даже сама Маша видела, как Петя порой смотрит на Ириниэльку — это взгляд самца. Девушка предполагала, что отношения у них несколько иного рода, но любой стало бы сразу ясно, что Петя имеет виды на Ириниэль.

Хотя Маша предполагала, что всему виной могла быть и зрелая фигурка эльфийки, поскольку не только Петя на нее поглядывал. Маша тоже порой ловила на себя взгляды мужчин, но это больше раздражало, и девушка радовалась тому, что ее хвостик неплохо закрывает объект внимания самцов… Может быть иные расы и были рады оказаться в центре внимания, но в племени песцов важен только избранник.

— Ладненько. А целоваться?

— С господином⁈ — ахнула Ириниэль и торопливо хлебнула чай. — Но как я буду выглядеть, если вы рядом, а я… А он…

— А если он прикажет? — продолжала давить Машка, стараясь подавить смех.

— Ох. Я бы не смогла отказать.

— А жамкать начнет?

— То же самое… П-погодите, Мария! Это лишь знак моей преданности, я и не думала встать между…

— Да я и не против, но я все же буду первой женой, — заявила Маша, от волнения ее хвостик зашелестел по кровати. Девушка понимала, что в случае необходимости Петя мог бы сперва жениться на дворянке, но все же лишний раз напомнить о своем положении не мешало бы. Это порядки, которые заведены в деревне — ее мама была первой, и она всегда могла приструнить остальных жен отца, если те начинали считать себя важнее.

Ириниэль же растерялась. Темные эльфы малочисленны, жрицы сражались наравне с мужчинами, наравне и гибли в боях, поэтому не было большого перевеса в распределении мужчин и женщин. Наоборот, из-за особого положения Прядильщиц нити, стоящих во главе поселения, некоторые женщины создавали себе гарем из мужчин. Но, в целом, занимались этими вопросами обычно девушки постарше, успевшие добыть трофеи, прославиться и заработать золото, может быть лет в двести — триста действительно стоило начинать задумываться о замужестве, но сейчас Ириниэль чувствовала, что недостаточно ответственна для подобного. Да и ее статус на фоне статуса Марии относительно мужчины был ниже — иерархию силы стоило соблюдать.

Конечно, всегда можно было коварно обольстить понравившегося мужчину, но это удел подлых лесных эльфиек. У них нет чести, нет уважения…

— Ты слишком задумалась! — Машка помахала рукой, а Ириниэль шумно отхлебнула еще немного чая. — Если не хочешь, то ничего страшного ведь.

— А… Петр Константинович невероятно силен, я должна хорошенько поработать над собой, чтобы выглядеть на его фоне достойно.

— Согласна, однако он не из тех, кто выбирает супругу по силе, как мне кажется, — хмыкнула Маша. — А я придумала! Фыр! Давай позвоним и спросим, женится ли он на тебе!

— Погодите, что? Мария! Н-нет! Нельзя такое спрашивать! — если в обычной ситуации Ириниэль казалась хладнокровной и бессердечной воительницей, то когда речь зашла о господине, она смутилась и даже слегка запаниковала — ее щечки стали темнее.

— А чего это нельзя? Он на бал невест поехал, а дома ждет невеста, даже две! Надо напомнить, а то какие-нибудь развратные дворянки вмиг его закружат танцем соблазнения, фыр! — протараторила Машка.

— Неужели правда? Подло!

— Так я и говорю. Будешь звонить и выспрашивать теперь, да? — коварно усмехаясь, украдкой спросила Маша, приобняв Ириниэль.

— Да.

— Умничка. Он ведь тебе и серьги подарил, разве стал бы дарить ненужной девчонке?

— Вы абсолютно правы.

Девушки рассмеялись, Маша отставила в сторону поднос с вкусняшками, а Ириниэль залпом допила чай.

— Хм. Кажется, я что-то слышала, — Машка навострила ушки.

В комнате воцарилась тишина, обе девушки прислушивались.

— Кто-то осторожно идет по первому этажу, — прошептала Ириниэль.

Как и у Маши, у нее был хороший слух. В пещерах чаще всего некуда бежать, а видимость — нулевая, поэтому ориентироваться по звуку — жизненно важно.

— Вряд ли Петя вернулся. Золотце забыла что-то? — с надеждой предположила Маша.

— Проверим, — с ледяными нотками в голосе сказала Ириниэль.

Она обещала защищать Машу. И хотя господин просил их обеих поберечься, эльфийка не собиралась прятаться за подругой.

— Как?

— Гасим свет. Ко мне в комнату — она ближе к лестнице, там есть оружие. Только бесшумно, — еле слышно добавила Ириниэль, и Маша торопливо закивала.

На этаже воцарилась темнота. Маша не очень хорошо видела в таких условиях, но ушки подсказывали направление.

Оказавшись в комнате эльфийки, девушка спряталась за шкафом, а Ириниэль окутала себя тенями и выбрала другой угол комнаты.

Тишина. Маше казалось, что сердце бьется слишком громко, и даже если не оно, так участившееся дыхание точно выдаст ее укрытие.

Дверь бесшумно открылась. Ничего не происходило, затем послышалась возня и болезненный вздох. Машка выскользнула из укрытия по сигналу Ириниэль и зажгла крошечный шарик света, как учил ее Петя.

К ним вторгся незнакомец, закутанный в черные одежды. Ириниэль выжгла его ману теневым щупальцем, и теперь вторженец тихо скулил, поскольку его обгоревшая кожа ужасно болела из-за окутавшей запястье «Теневой плети». Эльфийка под руководством Пети отточила это заклинание до максимального уровня, поэтому если у попавшего под действие уровень маны меньше трех единиц, то большая часть маны рассеивается в течение десятка секунд. Для более продвинутых кудесников требуется уже значительно больше времени… Однако эльфийка не надеялась только на щупальце. Пока Маша выглядывала, Ириниэль не только активировала заклинание, связав руки и высасывая ману, но и подсечкой сбила мужчину на пол, после чего быстро заткнула ему рот платком и шлепнула по птице, чтобы активировать показ характеристик.

Тридцать пятый уровень, но без изысков и сюрпризов. Магистр Воздуха.

— Морозов? — шепнула Машка. — Это же дворяне.

— Именно. Обыщи его.

Мужчина продолжал скулить от жгучей боли, его кожа на запястьях истлела и сочилась кровью, пока разрастающийся ожог от Тьмы распространялся дальше.

Маша торопливо осмотрела карманы, пояс, ножны. Зачарованный кинжал или просто нож — девушка плохо разбиралась в холодном оружии. В небольшом контейнере — крошечные сферы для настройки ошейников. Маша вздрогнула, увидев их, и машинально коснулась шеи. Даже спустя годы она помнила то жуткое чувство, когда на нее нацепили рабский ошейник… И хотя с Петей она все равно носила чокер, эти ощущения не сравнить — полное лишение свободы пугало, а оказаться чьей-то по своей воле — совсем иное.

Последней значимой находкой оказалось устройство связи. Маша видела такие у разведчиков Имперского корпуса, но последняя ассоциация была связана с работорговцами, которые тоже активно пользовались чем-то похожим. Аналог умнофона для коротких дистанций, вроде бы называлось рацией.

— Где остальные? — Ириниэль спросила это ледяным тоном, прислушиваясь к происходящему в доме. Пока никаких признаков присутствия иных гостей, однако эльфийка понимала, что на территорию Пушкиных даже в такой день, когда охрана рассредоточена, точно не отправили бы лишь одного человека, да еще и не самого высокого уровня.

Сопротивления не ожидалось, иначе бы представитель дворянского Рода не шлялся бы там, где его могут поймать и опознать по Гамаюну. Годы работы на Светлова дали Ириниэль опыт и понимание базовых взаимодействий между Родами, в той сфере, которая касается непосредственно ее работы в качестве телохранителя. Такое откровенное вмешательство аукнется агрессорам, правящий Род не позволит открытые склоки и войну между Родами. Поэтому действовать Морозовы должны или с полной уверенностью, что их не раскроют по причине скрытности, или с уверенностью… Что раскрывать будет некому.

— Лучше говори, — мягко и ласково сказала Маша, решив попробовать иную тактику. Хотя впервые за эти годы рядом с Петей девушка ощутила нечто вроде жажды крови.

Морозовы слишком уж хорошо ей знакомы. Ведь именно этот род решил ее продать, однако что они забыли здесь? Вряд ли решили свести старые счеты.

— Не будет говорить, — вздохнула Ириниэль, считав настроение псимагией. — Он боится нанимателя больше, чем нас.

— И что будем делать?

Рация ожила. Обе девушки посмотрели на тихо зашипевшее устройство, прозвучал незнакомый язык. Ириниэль узнала несколько английских слов, однако остальные были произнесены на языке мертвых. Эльфийка не знала значений, лишь помнила обрывками упоминания, поскольку больше, чем с лесными эльфами, темные эльфы воевали лишь с мертвецами.

Фразы повторились, затем устройство отключилось.

— Теперь они знают, что он не придет, — проворчала Ириниэль.

— Надо сообщить Пе… господину, — шепнула Маша.

Ириниэль кивнула. Оттащив Морозова в коридор, вызвала теневой клинок и резко взмахнула, ударив в висок — кудесник тотчас затих и обмяк.

— Мы в своем праве, это нападение на территорию, — добавила Ириниэль.

— А я и не спорила, — тихо ответила Маша.

Ей, в отличие от Ириниэль, не доводилось убивать людей, но казалось странным, что она ничего не почувствовала. Сложно было сочувствовать тем, кто с радостью продал бы ее хвост живодерам.

Ириниэль взяла плетку и шпаги у Маши, закрепила на одежде. Сама Маша торопливо обулась, и хотя оставалась в домашнем наряде, холод ее сейчас мало волновал.

Девушки спустились на первый этаж, настороженно прислушиваясь. Выйдя через дверь, ведущую напрямую на кухню, спрятались в кустах, окружающих гостевой дом.

Где-то вдалеке полыхнули заклинания. До главной усадьбы не так уж и далеко, однако требовалось пробежаться без укрытий. И хотя Ириниэль могла окутать тенями не только себя, оставалась опасность попасть на чудь или владельца Дара, способного видеть даже в темноте.

С крыши главного здания с неприятным шлепком упало тело одного из охранников. На фоне тусклого освещения двора множеством биолюминесцентных шаров, девушки увидели еще одного кудесника в темных одеждах. Возможно, что именно он связывался с ныне погибшим товарищем, поскольку приложил к уху рацию и снова что-то прошептал.

Маша вздохнула, закрыла глаза на мгновение. Расчет расстояния, как учил Петя… Готово. Девушка быстро прошептала заклинание — над головой кудесника возникла глыба льда. Немного не там, где требовалось, однако во время падения кусок льда острым углом раскроил череп мага и вместе с телом рухнул на землю.

— Неплохо. Бежим, пока никого нет, — прошептала Ириниэль, окутав тенями и Машу.

Быстрая пробежка, проникновение через окно. Прислушиваясь, Ириниэль кивком направила Машку к телефону, однако устройство не работало.

— Ничего, — отозвалась Маша.

— Ожидаемо, но попытаться стоило. Вижу еще троих. Видимо, охрану устранили, раз так осмелели.

Маша судорожно соображала. Зачем все это? Ведь все уехали, не грабить же? Может, она чего-то не понимала во всех зтих запутанных дворянских отношениях? Или же…

— Здесь ведь слуги, они ни о чем не знают! — громко зашептала Маша, вспомнив о сферах для ошейников. — Эльфы.

Обычные люди не подвержены действию ошейников, а об их с Ириниэлькой присутствии могли просто не знать, оставались только эльфы.

— Но мы не должны рисковать из-за них, — возразила Ириниэль. — Господин требовал, чтобы мы поберегли себя.

Маша понимала, что так действительно будет лучше. Им дали кров, вкусную пищу и слуг, однако это не повод биться насмерть. И все же ей хотелось отомстить тем, кто посмел охотиться на песцов. Маловероятно, что охотники обнаружатся прямо здесь, но, даже вырубив одного или двух, они могли в будущем спасти многих.

— Хотя бы предупредим. Даже если ваши народы враждовали, это не повод оставить их без шанса на спасение. Вокруг леса, они смогут укрыться, — торопливо сказала Маша.

Ириниэль вздохнула и первой побежала по коридору, а Машка следом. В этом здании они не бывали, но и Маша, и Ириниэль примерно запомнили двери, через которые заходили Изумруд и Золотце.

Вскоре девушки оказались в крыле для прислуги, в широком коридоре, ведущем в основные помещения. Кто-то их опередил — в коридоре лежал один из охранников Пушкиных, сжимая разбитый умнофон в руке. Убийца скрывался в тенях, явно ожидая преследования, и как только Ириниэль почувствовала колебание тьмы, сразу же оттолкнула Машу в сторону, а сама с эльфийской ловкостью крутанулась в сторону, одновременно снимая с бедра плетку. Щелчок, дернув на себя плеть, девушка опрокинула кудесника на спину, пока тот торопливо шептал заклинание. Осколок камня со свистом пронесся рядом и выбил щепки из деревянной отделки, однако кудесник уже был мертв — он хрипел, пока вонзившаяся в шею сосулька окрашивалась в розовый из-за пульсирующей крови, щедро вытекающей из пробитой аорты.

Маша шумно дышала, но быстро поднялась. Невербальное заклинание в стрессовой ситуации у нее получилось куда легче, чем она думала. Мысленно поблагодарив Петю за развитие ее магического дара, девушка помахала Ириниэль.

Та кивнула и приложила палец к губам. Впереди был кто-то еще, и теперь с опаской возвращался на шум.

Ириниэль бесшумно разбежалась, скрывая себя в тенях, и запрыгнула на комод с цветком, оттуда на шкаф с вазами и подобралась ближе к арке, ведущей к развилке.

Струя пламени полыхнула через арку, а следом в коридор выскользнул еще один силуэт, вооруженный светящимся от ледяного зачарования коротким клинком. Увидев силуэт за таящей ледяной стенкой, кудесник проскользил по полу и чиркнул по ногам противника, однако слишком поздно понял, что за стенкой лишь снеговик, отдаленно напоминающий Машу.

Ириниэль тем временем спрыгнула на кудесника в капюшоне, и тот успел лишь вскрикнуть, когда теневые клинки отрезали ему руки. Пнув тело с болтающимися на обрывками ткани обрубками в сторону напарника, Ириниэль метнулась следом и окутала шею владельца ножа плеткой. Резкий рывок — и с неприятным хрустом шея сломалась, тогда как причитающий кудесник сквозь боль пытался сотворить новое огненное заклинание.

Маша прыгнула к нему и сжала руками голову, шепча верб. Лед быстро добрался до мозга и проморозил его насквозь, после чего тело грузно рухнуло на пол.

Ириниэль проверила птицы всех присутствовавших. Каждый принадлежал к Роду Морозовых.

Пробежав через арку, девушки остановились у открытой двери. Кто-то из эльфов решил лечь спать пораньше, и теперь его обезглавленное тело со сработавшим взрывным ошейником в неестественной позе лежало на кровати.

— Не успели? Блинский блинчик! — прошептала Маша.

— Вряд ли всех уже убили. Они отвлеклись на нас, — торопливо ответила Ириниэль. — Перенастройка ошейников занимает время, на этот раз даже без взрывчатки, — предположила девушка. — Так что шансы остались.

Кто-то из эльфов и эльфиек сам осторожно выглянул на шум, и после быстрых объяснений они босиком бросились в дальнюю часть крыла, туда, где находилось большинство занятых слугами комнат.

Их больше никто не преследовал, однако девчата не расслаблялись. Пока Маша бегала по комнатам вместе с эльфами, Ириниэль караулила около арки.

— Не мельтешить! — крикнула вышедшая в центр коридора Золотце так властно, что даже Маша с удивлением посмотрела на нее. За время пребывания у Пушкиных эта девушка вела себя очень скромно и тихо. — Слушайте их, как меня.

— Да, госпожа! — пронесся шепот по рядам эльфов.

— Где можно укрыться? Здесь слишком много окон, — быстро сказала Маша.

— В подвалах? Винном погребе? Из-за ошейников мы не сможем убежать далеко без указаний Пушкиных, — объяснила Золотце. — Однако подвалы здесь весьма просторные и прочные.

— Тогда используйте их, — бросила Ириниэль, но следом возникла неловкая пауза, а эльфы нерешительно переглядывались. — Не смотрите так на меня, я уже защитила ваши шкуры.

— Благодарю вас от лица всех лесных эльфов, — мягко произнесла Золотце и поклонилась. Несмотря на то, что на ней была надета лишь простенькая сорочка, сейчас в ее действия сквозила королевская грация и элегантность.

— Эй, вообще-то не до церемоний сейчас, блинский блинчик! — закричала Маша. — А ну быстро убежали все!

Входов в подвал оказалось несколько, и один — совсем рядом, в одной из кухонь. Здесь готовили для жильцов именно этого крыла, вот и эльфы пользовались этой кухней для своих нужд, поэтому хорошо знали расположение. Почти четыре десятка рабов по единственной лестнице спускались в темноту не очень быстро, поэтому остальные шепотом просили их поторопиться. Золотце и Изумруд контролировали процесс и явно решили уходить последними.

— Слишком тихо, — прошептала Маша, взявшись за хвостик.

— Согласна, — Ириниэль поглядывала на стакан воды, оставленный кем-то на столе. Троица с улицы скорее всего уже погибла, судя по разбитым окнам, именно они обогнали их с Марией. Но Ириниэль не верила, что Род рискнул атаковать столь небольшим отрядом.

Вода время от времени монотонно подрагивала. Чуть чаще. Еще чаще.

— Нехорошее предчувствие. И звук… — шепнула Маша.

— Кто не успел, убегайте! — рявкнула Ириниэль, вспомнив, где она слышала нечто подобное.

На грузовых платформах Липецкой губернии.

Десяток не успевших скрыться в подвале эльфов бросился к выходу из кухни, а Ириниэль схватила Машку и рывком отпрыгнула от стены, проскользив спиной по кафелю в столовую, когда стены, окна, мебель — все с грохотом рассыпалось, уступая мощи, созданной человеческим гением.

Механические клешни трехметрового человекоподобного механизма рывком обрушили еще одну стену, вынуждая второй этаж сыпаться на мерцающее энергетическое поле металлического гиганта, а яркие искры вокруг орудий поджигали накапливаемую пылевую смесь.

С переливчатой трелью разрядников и шипением охладителей Титан с наспех содранным гербом Морозовых на металлической спине оставил от помещения одни лишь угли. Кокпит развернулся в сторону истекающего струями талой воды ледяного куба, за которым в сторону коридора можно было увидеть множество влажных следов, и с оглушительным гулом гидравлики Титан бросился в погоню.

Глава 23

Токсин

Впервые с момента знакомства я видел Владимира встревоженным. Если принять во внимание, что он псимаг, причем весьма опытный, благодаря чему обычно контролировал проявление эмоций, ситуация складывалась скверная. Конечно, Пушкины ожидали чего-то подобного, однако масштабы слишком серьезны — это уже почти достигало уровня, при котором недруг покусился на само существование Рода, а не простая закулисная игра и тихое предательство.

Многие слуги и солдаты Пушкиных оказались в Нижнем Новгороде, поскольку существовала опасность устроить беспорядки и там, что могло принести еще больше проблем, однако противник скорее всего хорошо оценивал силы, ведь в городе охраны в разы больше, не говоря уже о людях других Родов, в том числе Романовых. Конечно, эльфы могли выбрать подходящую цель, сравнимую с балом, но скорость реагирования там была бы куда быстрее, да и Стефанию бы отправились ловить сразу же после появления.

Но все это лишь предположения. Неплохо попытаться понять, о чем думает противник, однако без конкретики от этого не так уж и много смысла.

Владимир быстро посвятил меня в известные детали: эльфы проникли на бал в момент пожарной тревоги, когда очевидцы заметили одержимую и демонов. Само собой, угроза такого уровня вынудила снять часть охраны, чем и воспользовался противник.

Известно о восьми эльфах. Поскольку все они проникли нелегально, об их уровнях и способностях нет информации, но можно брать за точку отсчета тридцатый-сороковой, а то и пятидесятый уровень — среди тех, кто подсказал данные, были люди, в которых Владимир уверен на все сто процентов. И они понимали в возрасте эльфов, судя по всему… Старшему было не меньше четырех сотен лет, младшим — около ста пятидесяти, и хотя возраст в случае эльфов не давал им ожидаемого неоспоримого преимущества, да и не говорил о магических способностях, стоило ожидать доведенную до предела ловкость и силу. Это никак не помогло бы в случае моментального нападения, поскольку маловероятно наличие универсальных магических щитов, но все же принять к сведению можно.

Медлить было нельзя при любом раскладе. Если эльфы блефуют, то основной удар придется на усадьбу, и я должен как можно скорее вернуться к девчонкам, поскольку бойцы Пушкиных, отправившиеся на помощь, не справятся. Если не блефуют, то мы не можем знать, когда они сорвутся. С учетом ситуации, возможность уйти живыми для них таяла с каждой минутой, поэтому стоило ожидать атаку токсинами при любом исходе.

Это основная проблема. Я и раньше рассуждал по поводу ядов, но универсального решения так и не нашлось. Единственный выход — уничтожить врага до использования заклинаний, а если активация произошла — как минимум выжечь воздух вокруг. Ноотика вообще и Пси в частности позволяли создавать непроницаемый барьер, но тестировать на мельчайших частицах мне не доводилось. Не говоря уже о том, что я не знал сути Школы эльфов — если они умудряются использовать не только отравляющие вещества, но и какие-нибудь вирусы, то опасность сразу и не оценить. Возможно, что все уже заражены. Но это уже в рамках паранойи — не стоит недооценивать противника, но и зацикливаться на опасностях тоже ни к чему.

— Каков план? — голос Пушкина слегка дрогнул, и он сам понимал, что требует слишком многого от своего ученика, если уж так разобраться.

Однако я действительно был единственным из Тридцати трех поблизости, поэтому что-то особое Владимир мог ждать только от меня.

— Двое на крыше — пусть контролируют снайперы. За ними мы пойдем в последнюю очередь, поскольку для вас это самые простые цели. Только не промахнитесь! — с нажимом сказал я.

— Там лучшие стрелки. Олег, еще один мой брат. Если кто и сможет убрать с одного выстрела, то только он, — торопливо объяснил Владимир.

Ага, от него лучше держаться подальше, как и от любых снайперов, собственно. Но сейчас не об этом.

— Трое в зале, контролируют дворян. Остальные — патрулируют.

— Все верно, — подтвердил мужчина.

— Тогда мы пошли. Главное — отвлекайте, как только можете. Не зря же Псимагией владеете.

Владимир с чувством кивнул и положил руку на сердце. Он встревожен не только из-за гостей — там ведь и его жена. Не знаю насчет Татьяны, знал ли он о ней, но мне кажется, что если бы глава рода узнал, что еще и дочка в руках террористов, он точно бы действовал активнее. Но кто знает?

Мы с Лизой отошли в сторону, после чего я окутал нас тенями. Это не панацея, поскольку я еще не оценил характеристики цели. Если удастся по виду Пыли понять, к какой школе принадлежат Причуды эльфов, и выяснится, что у них нет артефактов, то можно будет действовать немного наглее.

— Подмечай местоположение каждого выродка, — шепнул я Лизе.

— Поняла.

Девушка замечала богатую Пылью кровь издалека, но в главном зале это нам не поможет — вряд ли эльфы будут сильно ярче аристократии, собравшейся там. А я не сомневался, что троица не будет демонстративно торчать на сцене или топтаться на столах, а наверняка каждый смешался с толпой, чтобы не было соблазна попробовать пристрелить их через большие окна.

— Вижу. И на крыше двоих вижу. Один у задней двери, двое гуляют по коридорам, сейчас на втором этаже. Еще один — на парковке.

— Уверена? — я проследил за покрытым тенями пальчиком, указывающим на шикарный лимузин. Девятый участник? Его пропустили, если верить подсчетам, либо же они втихаря переместились.

Неужели думают улизнуть на автомобиле после всего? Модель выбрали не очень подходящую для побега, но все же стоит проверить.

— Умничка.

В идеале не мешало бы захватить одного и выспросить все, но это слишком рискованно. Неизвестно, держат ли они связь друг с другом, и захват одного может спровоцировать атаку остальных. И даже если нет, то в случае Псимага или владения Причудой может хватить всего нескольких секунд, чтобы использовать токсин. Конечно, любому другому кудеснику потребуется куда больше времени, а связывание рук и запихивание кляпа в рот обезоруживали даже Магистров, но сейчас надеяться на это не стоило.

На всякий случай я предупредил Владимира об изменениях в раскладе, а тот уже начал подготовку к переговорам. В паре сотен метров от главного здания за фургонами распределились слуги в униформе с огнестрелом, были среди них и кудесники, и парочка богатырей, вооруженных чем-то вроде зачарованных таранов, которые в их огромных ручищах казались игрушечными.

Присутствовали и целители, а вот пытающуюся проникнуть на территорию прессу отгоняли охранники, и там столкновение казалось ничуть не менее яростным, чем могло бы быть в поединке с эльфами.

От мерцания сирен аварийных служб темнота двора расступилась, делая Тьму менее эффективной, но это же и добавляло необходимую суету. Одетый в зачарованный жилет Владимир вышел вперед, взял в руки компактный мегафон и наложил заклинание Воздуха.

— Это Владимир Пушкин. Я действую от лица главы Рода. Мы рассмотрели ваши требования…

Особо я не вслушивался, было ясно, что мужчина действительно решил тянуть время. Добавляя канцеляризмы и щедро заворачивая предложения в витиеватые обороты, Пушкин зачитывал ответ на требования. Общались эльфы через умнофон — отобрали у кого-то из гостей.

Пользуясь возможностью, я попросил Лизу проследить за ранее обнаруженными эльфами, а сам сперва пробежался мимо кустов, оценивая характеристики ближайших эльфов, после чего отправился на парковку. Пригибаясь и прячась в тенях, скользил от машины к машине, постепенно приближаясь к цели. Готово.

В лимузине оказался эльф, как и ожидалось, и по личным параметрам ничего выдающегося, как и у остальных. Убить их можно за секунду, если распределить вербы, однако куда интереснее целых три момента…

Первое — в машине находился вербинит. Небольшое количество, куда меньше моей статуэтки, примерно пятая часть от объема, однако форма, судя по всему, такая же — фигурка непонятного типа в балахоне. Волхвы замешаны в происходящем, что не так уж и удивительно, раз и Николай их притащил для своих мутных делишек в окрестности Миролюбовки. На что влияли объемы вербинита в фигурке и играла ли статуэтка какую-то роль, кроме ритуальной, я не знал. Возможно, что просто не нашлось денег на большую.

Второй момент — примесь хаоса. Судя по отдельному свечению, у эльфа при себе был один или даже парочка ключей от Чертогов, тех самых самоцветов, которые оставляют после себя одержимые. По крайней мере, демонические собачонки не спешили ронять золото и бриллианты, так что ориентируемся только на такой расклад, из чего можно сделать вывод, что ушастый любитель леса готов превратиться в демоническую тварь, если что-то пойдет не так. А для меня сейчас важнее понять, не выдаст ли мое присутствие бесовская душонка, поскольку до этого потусторонняя сущность меня даже узнала.

И третий момент, который я легко упустил бы, если бы не скрючился возле автомобиля. Зачарование! Все днище украшено вербом, который наносили с особой тщательностью, и даже Пыль не пожалели. Не активировали ее, но все же для стабильности использовали.

Чтобы полностью прочитать зачарование, нужно лезть под машину, что я, конечно же, и сделал, благо магдвижители в выключенном состоянии поднимали помпезный лимузин весьма высоко. Под обычные массовые «ПАЗики» без поддомкрачивания разве что худой ребенок заберется.

Не самый лучший момент для любопытства, но если эльфы так заморочились и вбухали не одну тысячу рублей в создание руны на днище машины, то это важно. И суть не в желании неоновые огни поставить и выпендриваться на уличных гонках.

Огромная токсичная самодвижущаяся бомба. Явно на тот случай, если вдруг всех в клубе убьют. Похоже, что эльф торчал здесь чуть ли не с самого начала, значит, кто-то из знакомых Пушкина провез его сюда вместе с авто. Или же использовали кого-то втемную? Упускать нанимателя не хотелось, но важнее обезвредить.

Испортить чужое зачарование довольно легко, даже если оно нанесено пылью. Ноотикой я стер критические моменты, формирующие основу, а для себя выписал сам верб незнакомой школы. Теперь, если активируют зачарование, просто ничего не произойдет.

Токсин… Заклинание формировал больной, но гениальный ублюдок. Поэтому их называют Гениями? Если учесть уровень развития общедоступной магии, специфическая магия Чуди стоит на уровень выше, и нечто подобное точно создал кто-то особенно прошаренный.

Изменили структуру верба Природы, чтобы моментально выращивать необходимое растение во вполне определенном месте, прописаны даже координаты! Скорее всего это структура общая, и не использовалась последователями Гения, поскольку вряд ли у кого-то хватит маны на использование заклинаний хотя бы на расстоянии в сотню-другую метров, не говоря уже о точных координатах далеко отсюда.

Остальная суть состояла в экстрагировании конкретного вещества — это экономило затраты энергии и было куда проще, чем сотворение вещества с нуля, примерно как призыв Воды или управление уже готовой водой. А готовое вещество смешивалось с Воздухом для создания аэрозоля.

В параметрах эффективности указана концентрация и пути воздействия, поэтому лимузин должен был не только служить активатором огромного облака аэрозоля, но и перед этим вызвать взрыв осколков — при попадании в открытые раны интоксикация происходила куда быстрее и проще.

Вот только информации об антидоте в заклинании не было. Вполне возможно, что его не существовало, но в любом случае было бы глупо оставлять подсказку для тех, кто знает, как прочитать все детали заклинания.

Единственный плюс, если можно назвать его в подобной ситуации — смерть наступает не сразу, пара суток есть. Возможно, таковы ограничения растительного яда… Почему выбран именно растительный — вопрос, но создавать с нуля сложное вещество явно смог бы только сам Гений, и то не факт.

Все это — смертоноснее многих заклинаний. Почему же тогда эта ценная информация оказалась в руках каких-то левых эльфов, а не их нанимателя? Если прописать дальность применения, то любой кудесник вроде Николая смог бы использовать хотя бы в ограниченном масштабе, или же можно было натренировать кого-нибудь. Я определенно что-то упустил!

«Цена применения, братик!»

Ох, блин. Ленка… Спасибо, сестрица.

Пытаясь разобраться в сути применения, я даже не оценил предполагаемую стоимость использования. Источник кажется бездонным, поэтому суть в тратах выносливости — и они для этой школы магии выше, чем у Энергии. То есть, чтобы сотворить хотя бы минимальную летальную дозу в небольшом радиусе, уже можно с легкостью вырубиться от слабости, потому использовали зачарование с Пылью, но и там не все так просто.

Я торопливо сверил надпись — пока резал ключевые линии, действующие на саму суть заклинания, не прочитал затраты маны, которые здесь не были ничем ограничены. Первый встреченный случай, поскольку никто в здравом уме не будет пользоваться такими чарами.

Цена использования — смерть. Для живых существ, по крайней мере, поскольку подходящие значения выносливости мне попадались только у нежити. Что ж, это немного раскрывало личность заказчика, однако тяжело осознать, что всю эту ерунду организовал какой-нибудь скелет. Брр.

Знали ли эльфы о том, что их ждет? Мне кажется, нет. Николая убивали куда более простым заклинанием, и требования для крошечной капли токсина в разы меньше. Тоже сомнительное открытие, конечно, но в былые времена люди травили друг друга успешно и без всяких заклинаний, в этом вопросе всегда стоит быть осторожным, если за спиной власть и деньги, которые кому-то не дают покоя.

Суть ясна. Голову эльфа окутал водный шар, и пока я валялся под машиной, уже прикинул размеры тела, поэтому прижать эльфа к сидению ноотикой, чтобы не дергался, пока захлебывается, было несложно. Готово.

Открыв дверь, проскользнул внутрь. Сразу же поместил в каменную оболочку контейнер с камнем одержимости, однако ничего не происходило, пока я не сделал разрез в защите и поместил туда оберег.

Хаос, к сожалению, от меня весьма далек, поэтому я понятия не имел, почему оберег притягивает души демонов… Вот и сейчас контейнер качнулся от почти незаметного хлопка хаотической энергии, а оберег раскалился добела.

Быстро написав Пушкину новую информацию, прихватил новый самоцвет, фигурку из вербинита и слегка остывший оберег, после чего подобрался к прячущейся в кустах Лизе.

— Они заволновались, — шепнула мне девушка. — Заметили?

— Возможно. Тех, кто снаружи, можем убрать быстро. Но внутри…

— Они сидят среди гостей, я даже не могу заметить, где именно — все сливается, — пожаловалась девушка, и я понимал, сам бы вряд ли сразу бы нашел цели.

Проникнуть незамеченным и быстро уничтожить, а лучше — одновременно? Стоит замешкаться на секунду-другую — и все.

По моим прикидкам, толком блокирует токсин разве что Камень, но для заключения в каменную тюрьму требуется время и поиски, быстрее убить сразу.

Пришла в голову еще одна дикая мысль… Раз вопрос в дозировке и использование в качестве аэрозоля, то вода поможет снизить концентрацию или даже не позволит колдовать, если маги начнут захлебываться. Однако придется сразу использовать весьма большое количество воды! Я хоть еще в детстве мог удерживать объем воды равный обычной ванне, все-таки не был уверен, что получится. Благо рядом есть озера, так что не придется создавать с нуля.

Сообщив Пушкину, бросился к ближайшему озеру — небольшие домишки и причал было видно даже от главного здания, но все равно это еще пара ценных минут. Я и без того потратил слишком много времени, но отступать поздно. Кажется, Владимир был в шоке от моего предложения, но собирался помогать, все-таки все или большая часть Пушкиных владели магией Воды. Но еще в тот момент, когда я стоял на берегу и заканчивал расчеты, почувствовал присутствие еще кого-то.

— Я помогу, — прозвучал приятный голос, на который я обернулся.

— Не стоит подкрадываться в такой момент.

— Прошу прощения. Нет времени на разговоры. Ты осознаешь, что это опасно? — девушка с яркими синими глазами в потрепанном бальном платье подошла ко мне.

— Угу.

— Вот и ладненько. Тогда я в деле.

Синеглазка. Больше некому, да и характеристики говорили за нее.

'Ее Светлость, княжна Императорской крови Романова Марья Моревна

Возраст: 25

Раса: алконост

Уровень: 113

Сила: 36

Ловкость: 12

Выносливость: 15

Магический потенциал: 21

Величина истока: 0

Маг Воды, Магистр

Причуда: Песня Алконоста

Благодать: Око

«Обнаружена синхронизация Пыли с неизвестной школой магии»

«Аномально высокая концентрация синхронизированной Пыли. Предположительно — обнаружено ТРИ благословения Эманации или Гения».

«Аномальное количество Пыли в теле. Несоответствие Пыли и количества маны. Величина истока не определена»

— Хорошо, — только и оставалось мне ответить.

От такой помощи не отказываются. И хотя я уже понял, что сил мне должно хватить, неизвестно, что ждет дальше, поэтому глупо упираться, когда на кону жизни близких. Однако где Синеглазка была до этого?

Масса воды поднялась в воздух, а Марья весьма легко разделила со мной эту ношу, торопливо корректируя заклинание. Она не суетилась и колдовала не так, как это принято у местных магов, из чего я сделал вывод, что ее способности к магии основаны на имперской благодати. «Око» явно сохраняло в себе заранее заложенные настройки, однако саму суть заклинаний девушка все-таки не понимала и правила их грубовато, хоть и весьма действенно в этот момент. Это то немногое, что удалось понять за минуту, пока мы волочили водное «облако» по небу.

Лиза указала, где находятся эльфы, патрулирующие за пределами танцевального зала. Все готово, слоты пассивных вербов заполнены, очередь выстроена.

Начали.

Выдернув сгустки воды, окутал ими головы двоих патрулирующих эльфов и подготовил для остальных, если кто-то накосячит. Лиза метнулась вперед для подстраховки, раздались щелчки выстрелов — с глухим стуком тела на крыше соскользнули вниз, пока их мозги полетели в дальние дали. Лиза в это мгновение снесла голову третьему эльфу, возле задней двери и вне моей прямой видимости, но я даже услышал, как черепушка покатилась по асфальту. После этого мы с Марьей обрушили похищенную из озера воду на танцевальный зал.

Масса воды сбила с ног гостей, столы, стулья, инструменты, ударилась о стены и начала быстро утекать через выбитые окна и открывшиеся двери, но даже так суматоха поднялась изрядная, и большинство гостей плавало в толще воды, как во внезапно возникшем бассейне, истошно крича или просто булькая.

Первый — Лиза заметила его, подлетела и царапнула когтями, когда тот вынырнул, раскрыл рот и уже приготовился шептать. Вырванная с хрустом челюсть повисла на остатках плоти, после чего когти пробили висок.

Второй пытался отплыть, но Марья подлетела к нему с помощью внезапно возникших у нее из-за спины крыльев, усеянных переливающимися синевой перьями, и отбросила в стену. С тихим шлепком эльф упал в воду, оставляя на отделке кровавый след.

— Вы все равно сдохните! — завопил последний, явно надеявшийся на паренька с парковки, однако я его немного придушил и тем самым вырубил, пока девицы не уничтожили свидетеля.

Марья подхватила тело и, оторвав куски ткани от юбки платья, запихала их в рот эльфу, после чего быстро уволокла на улицу. Подбежавший к зданию Владимир вместе со слугами быстрыми приказами отправил целителей помогать травмированным, а охрану — контролировать периметр, после чего вместе со мной начал избавляться от излишков воды, с помощью заклинаний «отбрасывая» ее подальше от клуба. Однако я торопливо оценивал обстановку — не пропустили ли кого, и пытался найти знакомых.

Нашел.

— Вот и ты, — крепко обняв насквозь промокшую Настю, забившуюся в уголок, я обнял ее и начал растирать спину. — Хотел бы тебя подбодрить, но еще ничего не кончилось.

Мяукнув, девушка просто прижалась ко мне и тихо мурлыкала, уже не переживая насчет того, что ее промокшие ушки и показавшийся из-под юбки платья хвост кто-то увидит. Подозреваю, что после сегодняшнего вечера она долго не будет ходить на балы…

Александра тоже нашла Владимира, но действовала куда решительнее — сразу же бросилась помогать, отвлеклась лишь на короткий поцелуй. Татьяна — тоже в порядке, однако выглядела ошарашенной и, сидя на столе, просто наблюдала за тем, как кто-то кричит, другие не очень по-дворянски ругаются и звонят родным, а третьи пытаются делать свою работу.

Взяв Настю за руку и позвав Лизу, которая явно была готова растерзать тела эльфов, которые в том числе были причастны к случившемуся со Стефанией, я выбрался на улицу. Конечно, Пушкины отправили свои силы в усадьбу сразу после известий о нападении, однако при таком разбросе в уровне сил, которые мне доводилось видеть, я не доверял каким-то левым кудесникам.

— Я подвезу, — Синеглазка снова возникла будто бы из ниоткуда, бегло посмотрела на моих спутниц, но ничего не сказала. Крылья уже исчезли, а повязанный эльф сидел под охраной Георгия Пушкина и слуг Рода в одном из ближайших фургонов. — На моем авто доберемся за полчаса, гарантирую.

— Вы меня преследуете, Марья Моревна?

— Долг правящей семьи — защищать имперцев, такое устроит пока что? Или будем дальше языками чесать? — проворчала девушка, бегом направляясь к спортивному «ПАЗику». Судя по крыльям, это летающее авто? Похоже, что штучные экземпляры, или же доступны только Романовым.

— Устроит. Тапку в пол!

— А то, — усмехнулась девица, когда мы быстро разметились в салоне, и за мгновения вывела машину в ночное небо.

Глава 24

Помощь

Марья первой села в авто. Пётр устроился рядом, а его спутницы заняли заднее сидение. Двигатель послушно заурчал, стоило только коснуться панели брелком, магдвижители сперва плавно подняли машину над землей на полметра, метр, и по мере набора скорости авто взмыло в небеса. Зачарования на крыльях активировались благодаря работе общей контрольной панели, однако технология полноценных летающих автомобилей была ограничена — большей частью из-за дорогостоящего компонента. Воздушные корабли на фоне гражданских летающих автомобилей не казались диковинкой, однако небольшой корпус банально не позволял разместить достаточно мощный двигатель и батареи по тому же принципу, поэтому дорогущие и штучные автолеты — своего рода символ власти. Хотя, конечно, у экстренных служб в больших городах и присутствовали чем-то похожие транспортные средства, но они были привязаны к системе манапередатчиков и не обладали требуемой автономностью.

Синеглазка на самом деле не особо вдавалась в тонкости устройства, но даже несмотря на ситуацию, была рада произведенному впечатлению — хоть чем-то ей удалось удивить новых знакомых.

Совсем недавно она уже была готова распрощаться с жизнью. Конечно, она никогда не сдавалась, однако понимала, что получила слишком серьезные ранения в сражении с одержимой, и даже лучшее из ее защитных заклинаний не могло выдержать ужасающую мощь странного существа. Именно по этой причине Марью предостерегали от сольного расследования, но что она могла предоставить, кроме ничем не подкрепленных догадок?

Но ее спасли. Дали ей необходимое время, чтобы восстановиться, но когда Марья уже хотела присоединиться и отомстить, оказалось, что все завершилось. Паренек, который сейчас сидел рядом с ней, уничтожил демонов и угрозу имперского уровня опасности. Не в одиночку, графиня Карштайн тоже участвовала, но это в любом случае впечатляло. И суть даже не в атакующих возможностях, а именно в защите и запасах маны — Пётр и его спутница мало того, что выжили и практически не пострадали в бою, так после этого парень умудрялся еще и колдовать снова и снова.

Марья даже немного позавидовала, но по-доброму — поняла, что и ей нужно перестать кичиться собственными силами, раз они подвели ее в самый опасный момент. Обычные, рядовые кудесники были готовы бросаться на колени, стоило им услышать ее прозвище, ведь она в одиночку уничтожила немало угроз, но сейчас все они казались простой прогулкой и детскими страшилками.

Гамаюн Петра отражал, возможно, реальную ситуацию — вполне возможно занижение уровня для людей, еще не достигших пика силы — однако Марье стало интересно, что за Дар или Причуда у этого кудесника. Он выглядел человеком, но мог оказаться полукровкой, как сама Синеглазка. Будучи алконостом, девушка редко акцентировала внимание на своей расе, да и мало кто мог догадаться, поэтому подобное развитие событий ей казалось вполне возможным.

А вот управление водой — куда занятнее. Сама Синеглазка обладала благословением Воды с рождения, но даже с помощью него ей пришлось немало постараться, чтобы разделить с Петром озерную воду. Жаль, что он был еще и псимагом, Марья отдала бы многое, чтобы узнать, как именно он колдовал, однако это лишь из числа мыслей, которыми можно занять себя в пути.

Если хочешь узнать о парне лучше — стоит оценить его спутниц. Марья уже не думала о том, что сможет состроить глазки и выведать секреты необычного кудесника… Обычный паренек просто растаял бы, стоило бы фигуристой девушке мило поулыбаться ему и дать обнять себя во время танца, но Марья видела взгляд Петра. На такую ерунду он не клюнет.

И это очевидно при виде графини, которая явно влюблена в Петра и весьма хороша собой. Правда, Марья поняла, что Елизавета — упырь, поскольку много раз сталкивалась с одичавшими кровососами и побеждала их. Но эта девушка получила Орла, и лишь в общих чертах напоминала упыря. Сила, скорость с которой она двигалась, пульсирующая в ней мощь напоминали, скорее, высшего вампира, однако это лишь общее впечатление. Марья даже готова была предположить, что Елизавета при жизни получила благословение, и именно это после смерти позволило ей быть сильнее, чем другим упырям. Ни с чем похожим Марье встречаться не доводилось, однако если девушка так старалась на благо Российской Империи, то Синеглазка не видела причин для лишних вопросов. Тем более, что ей довелось навести справки, раз уж в досье фигурировали Карштайны. Этот Род вернулся в Германию, однако суть поступка была не в ностальгии или каких-нибудь разногласиях. Вероятно, Германия рассматривала какие-то планы по дестабилизации Российской Империи, и фамилия Карштайнов фигурировала среди главных противников. Однако назад они так и не вернулись, как и не было официальных сообщений о смерти, и теперь, видя Елизавету, Марья понимала, что ее и всех Карштайнов скорее всего устранили. Они были известны талантами в магии, поэтому неудивительно, что после смерти переродились в виде нежити.

Но это не столь важно. Марья теперь в долгу. Хотя Петр с Елизаветой вряд ли об этом догадывались, но раскрывать правду о Елизавете девушка не собиралась.

А вот кошка-баюн вызывала у Марьи куда больше вопросов, однако стоило только начать о ней думать, как мысли сразу же путались. С большой вероятностью тихая и молчаливая кошечка использовала модифицированный «Отвод глаз», однако Синеглазке становилось не по себе, стоило только представить уровень Псимагии этой пассажирки… В обычных условиях это заклинание вызывало легкий дискомфорт, когда смотришь в сторону кудесника, а Синеглазке начинало казаться, что ей выжгут мозг, если она задержит взгляд хоть на одну лишнюю секунду.

Поэтому Марья предпочла думать о деле.

Эльфы самостоятельно не смогли бы все это организовать. Одержимыми занимаются в Нулевом отделе, но Марья предполагала, что действовали две разные силы, некий союз — Герцог мог приложить руку, но демонами он не занимался. Однако известные демонологи весьма охотно предлагали свои услуги взамен на щедрую оплату. С большой вероятностью — иностранцы, хотя демонологи есть даже в качестве штатных сотрудников Нулевого отдела ИСБ, пусть даже многим это и не по душе. Оперативниками зачастую становились ветераны, не одно десятилетие воевавшие с демонами, как здесь спокойно воспринимать тех, кто водит с бесами дружбу?

Если задействован один из Родов — то на что они надеялись? Они же подписали себе приговор, и никакие преимущества от разорения или даже захвата Пушкиных не будут признаны Императором. Да, Романовы порой смотрели сквозь пальцы на передел сфер влияния между Родами, пока все это оставалось в разумных пределах, но вмешательство иной страны и сотрудничество с врагом Империи — смерть. Или они сошли с ума, или кто-то из тени пнул пешку под удар, ведь урон как минимум паре Родов нанесен в любом случае…

* * *

Усадьбы Пушкиных построена на совесть, однако любому зданию непросто выстоять перед тяжелой техникой, способной уничтожать даже самую опасную чудь.

Пилот Титана не собирался вести машину через коридоры — машина слишком высокая, пришлось бы рушить все перекрытия, а это рано или поздно обездвижит Титана или как минимум замедлит движение. Поэтому механизм двигался вдоль стены, выцеливая беглецов. После осенних дождей земля превратилась в грязь, и тяжелые металлические ступни погружались в вязкое месиво, ломали дорожки и вытаптывали растительность, окружающую дом. Орудия под воздействием охладителей быстро остывали, а новая порция маны заставила Пылевые сердечники зашипеть. Кокпит хищного вида с гудением гидравлики слегка изменил положение, размещенные на плечах световые копья с тихим звоном начали заряжаться — концентрировался заряд Света, а тяжелое автоматическое орудие с уханьем и лязгом выпустило очередь зарядов по коридору.

Увесистые пули прошили кладку, окна, стены и мебель, однако все равно застряли в кубе из многослойного льда, который служил своего рода щитом, закрывая коридор.

С трелью разрядников копье выпустило смертоносный луч — стена тотчас рухнула до самой крыши, и все новые и новые части здания осыпались под мощью атаки. Еще пара секунд — и пушка вновь ушла на перезарядку, а от внутренностей здания осталось лишь крошево кладки вместе с прочим мусором, да вспыхнувшие очаги пожара.

После первой атаки Титана Ириниэль повела Машу и эльфов по коридору, поставив перед этим псионический щит. Удар по нему лишил девушку немалого объема маны, но это небольшая цена за отсутствие ранений. Маша и вовсе раньше не видела механических гигантов, но все же инстинктивно поставила ледяную преграду, которую Ириниэль и укрепила.

Сейчас эльфийка корила себя за то, что не узнала об этих машинах побольше. Хотя как бы это пригодилось? Ясно лишь, что дела гораздо хуже, чем ожидалось, поскольку девушка успела приметить новых кудесников, и это вполне ожидаемо — при нападении такого уровня любой Род задействует небольшую армию. Но есть ли у Морозовых проблемы в логистике? Скрытно проникнуть небольшим отрядом — одно дело, но раз у них нашлась возможность привезти незамеченным целый Титан, то не стоило надеяться, будто все способные воевать кудесники уже погибли. Механизм сейчас выступал в роли пугалки и позволял диктовать правила: беглецам никак не выйти на улицу, поскольку защитная магия не поможет против атак орудий и клешней Титана, а дом рано или поздно все равно разрушат. Поэтому сейчас механический доспех загонял добычу в угол, пока остальные атакующие были готовы захлопнуть ловушку.

Как только нашелся коридор, ведущий как можно дальше от внешних стен, Ириниэль предложила свернуть туда, а Маша быстро создала ледяную защиту, оставалось только отыскать ближайший вход в подвал. Со слов эльфов, там разветвленная сеть тоннелей, да и Титану понадобится куда больше усилий, чтобы разрушить весь подвал. Однако если уже что-то обвалилось, то подвал может превратиться в захоронение.

— Кто-нибудь может колдовать? — шумно дыша, спросил Ириниэль, когда группа оказалась в одной из проходных комнат.

— Совсем немного, — ответила за всех Золотце, на что Ириниэль кивнула.

Ожидаемо. Она и сама помнила свое состояние до разрушения ошейника господином, сейчас ее возможности не сравнить с прежними, она стала во много раз сильнее… Но тренироваться стоило больше, столь насыщенный вечер уже ее изрядно измотал.

— У меня есть кристаллик от Пети, — сказала Маша. — Я пока держусь, но…

— Оставь у себя, — помахала головой Ириниэль. — Там еще с десяток человек идет за нами.

Среди эльфов послышался шум, а Изумруд вышла вперед.

— Они ищут нас. Вам не стоит рисковать, госпожа. И вам — вы уже спасли десятки наших сородичей. Пора и нам отплатить, останемся и задержим их! — с твердостью в голосе заявила зеленовласая эльфийка, на что Золотце покачала головой и быстро посмотрела на Машу и Ириниэль.

— Блинский блинчик! Лучше бегите, если отдохнули, а не вот это вот все, фыр! — у Маши даже хвост распушился. — Как можно сдаться! Где ваша гордость⁈

Ириниэль улыбнулась. Она была рада — ей казалось, что Маша растеряна и напугана, однако девушка только рассердилась. Сама же эльфийка не чувствовала страха — техники Пси помогали ей сохранять спокойствие, и в итоге она использовала воодушевление на эльфах. Четверо мужчин и пять девушек сжали кулаки и закричали победный эльфийский клич, от которого Ириниэль украдкой сморщилась, поскольку нередко ей приходилось слышать это во время обороны поселения…

Снова бег — в сторону комплекса купален, где находился еще один выход в подвал. Маша, как и Ириниэль, пыталась представить в голове общий план здания, и купальни находились угрожающе близко к внешним стенам. Если Титан их обнаружит, то у него вряд ли уйдет больше десятка секунд, чтобы пробиться внутрь.

Путь слишком свободен. Коридоры хоть и оставались хорошо украшены и заставлены мебелью, сейчас все равно казались слишком длинными и пустынными, и за каждым поворотом стоило поджидать опасность.

Очередной коридор с выходом в хозяйственные помещения по бокам ничем особым не отличался, но все же…

— Тихо! — Маша навострила ушки, жестом остановила ближайших, но один из эльфов не услышал и наступил на ловушку. Металлические стержни из магического круга прошили тело насквозь, словно на неудавшемся фокусе с глотанием шпаг, послышался визг, но Маша уже создала ледяной пол впереди, а покрытые преградой «Проклятья» сработали, прошивая потолок всевозможными зарядами.

Из подсобок выскочили четыре силуэта. Один кудесник и богатырь не ожидали внезапного появления льда на полу и тотчас неуклюже заскользили и упали, причем маг даже сбился с завершающей части заклинания. Изумруд оказалась к нему ближе всех — старательно прошептала заклинание и, взяв в руку появившийся увесистый каменный стержень, приложила по голове пытавшегося встать кудесника, затем била снова и снова, пока на лед не брызнула кровь и куски черепа, а белоснежная сорочка не окрасилась алым.

Маша понимала, насколько опасен здоровяк, и нельзя было упускать выигранные секунды. Под потолком возник увесистый куб и рухнул бы на голову, если бы бугай не отбил лед кулаком, пусть даже ценой суставов.

Еще двое одновременно с первой парочкой выскочили позади, один успел использовать облако Тьмы для полного сокрытия происходящего в узком коридоре, а второй создал водяной гейзер и выудил два зачарованных клинка, искрящих электричеством.

Две эльфийки упали на пол, подергиваясь от воздействия тока на мышцы, но Ириниэль щелкнула плеткой и рванула электрика на себя, выставив перед собой прихваченную шпагу. Шумно выдохнув, кудесник попытался достать эльфийку, однако Ириниэль уже отпустила свое оружие и создала теневые клинки, которыми отсекла запястья, и те шлепнулись на пол.

Не пострадавший толком бугай махал кулачищами, не рискуя подниматься со льда в созданной темноте. Маша же благодаря Пете знала, что необязательно создавать заклинания возле себя или на расстоянии. После водного гейзера все вокруг до сих пор было мокрым, и девушка быстро создала на лице бугая ледяную глазурь, а стоило ему попытаться содрать корку льда, как все новые и новые слои нарастали сверху, и в итоге Маша заключила голову вместе с руками в ледяной капкан, после чего смогла подобраться ближе, не рискуя попасть под удар, и легким касанием ладоней закончила начатое, проморозив мозг.

Оставшиеся эльфы после падения двоих сородичей от шока набросились на любителя темноты и схватили его. Возникающие из ниоткуда лезвия резали кричащих эльфов снова и снова, однако Золотце уже закончила заклинание и подскочила к зажатому магистру Тьмы и Металла, перехватив контроль над его же лезвиями. Оба вошли в глаза и удлинились, за счет чего пробили кость и добрались до мозга.

— Много раненых, — отчиталась Золотце, пытаясь вместе с остальным наложить Природу, но эффекта едва хватало, чтобы хоть немного остановить кровотечение. — Две в шоке и не смогут идти.

Тьма уже рассеялась, поэтому результаты были видны и так. Присутствие Титана и опасность попасть в окружение заставляли двигаться дальше без пауз, но это же привело к засаде. Ситуация плачевная.

— Оставьте их в подсобке, — коротко сказала Ириниэль. — Это не конец, о нападении наверняка известно, но если останемся с ними или возьмем с собой, то сгинем все вместе.

Маша была согласна, но не решилась сказать такое при виде страдальческого выражения на лице лидера эльфиек. Золотце стиснула зубы и кивнула, когда покрытая чужой кровью Изумруд положила ей руку на плечо.

— Прячьтесь.

— Вы слышали госпожу! — рявкнула Изумруд.

Среди тряпок, садового инвентаря и прочего хлама скрыться довольно легко, но маловероятно, что кудесники надеялись только на свое зрение. Проводив взглядом оставшихся, Золотце сама закрыла двери за пострадавшими и поспешила за Ириниэль и Машей. Готовых сражаться и почти невредимых эльфов осталось всего четверо.

Купальни представляли собой большой зал, вымощенный плиткой и орнаментом. Множество раковин, душевые, большая общая купальня и множество поменьше — целый комплекс только для прислуги. Далеко не все семьи так заботились о прислуге, но Пушкины показывали свою благодарность именно таким образом, поэтому даже находящиеся в статусе рабов эльфы никогда не задумывались о том, чтобы жаловаться на свою жизнь.

Ириниэль даже тихо присвистнула при виде такого великолепия, но вместе с тем внимательно осматривалась. Маша взволнованно прислушивалась, а Изумруд молча показала в направлении неприметной двери, ведущей в подвал.

— Быстро.

Где-то раздался грохот, весьма близко. Объяснять, что это значит, не требовалось — вновь издав боевой клич, эльфы и эльфийки бросились к двери, пока Маша прикрывала вход ледяным барьером.

Плитка взорвалась осколками, когда под сводчатый потолок ввалился Титан. Угодив одной ногой в пустую купальню, механизм потерял равновесие и качнулся, поливая из орудия со сбившимся прицеливанием область под потолком.

— Не в мою смену, каналья! — рычал Матвей, металлическими когтями с ужасным скрежетом впиваясь в поверхность кокпита. Будто консервным ножом, он криво и косо, но уверенно вскрывал толстенный металл, наплевав на мерцание защитного зачарования, и вскоре ударил разрядник — по телу кота пронеслись искры, шерсть вздыбилась, но громко мяукая и шипя, Матвей все равно не спрыгивал с покачивающейся машины.

Через пробитую стену хлынули атакующие. Три десятка разномастных бойцов, от кудесников до богатырей и вооруженных огнестрелом слуг.

— Беги, котик! — крикнула Маша, пока Ириниэль чуть ли не пинками загоняла эльфиек в дверь.

— Матвей еще ни от кого не убегал! Мяаа! — по броне отрикошетили пули, кто-то ударил огненным шаром, и шерстка кота загорелась, отчего он соскользнул с Титиана и укатился в одну из купален.

— Сейчас, — дрожащим голосом сказала Маша.

В воздухе возникли снежинки, волосы вторженцев всколыхнулись от внезапных порывов ветра. Слегка влажные стены с тихим скрипом и хрустом начали покрываться изморозью, к снежинкам добавлялись все новые и новые, а ветер становился все мощнее. Титан с пробитым кокпитом пытался навести орудия, однако острые куски льда снова и снова прошивали созданную в защите брешь.

Ветер ускорился, сбивая нескольких слишком худых вторженцев с ног. Снежинки превратились в бритвенно-острые лезвия льда, градины и сосульки. К нежно-белому оттенку внезапно возникшей стихии стали примешиваться розовые и алые, а к свисту ветра и звону льда — крики боли и страха от осознания, что купальня оказалась морозной ловушкой. Лед сдирал кожу, ветер срывал оружие, град бил по голове и оставлял без сознания, однако некоторым везло меньше, и спустя всего пару десятков секунд пол был усеян телами тех, кто не успел укрыться хотя бы в купальне.

Кокпит оказался проморожен изнутри — Титан слегка подрагивал от замершей на рукоятях управления окоченевшей руки, однако больше не шевелился. Кто-то успел скрыться обратно в проломе, однако большая часть вторженцев попала под «Буран». Облаченные в черные одежды тела оказались покрыты промороженной кровью, своей или соратников, кто-то смог выдержать и теперь надсадно кричал в надежде на помощь.

Дверь в подвал была прикрыта и завалена ледяным кубом.

* * *

Сидя в автомобиле, я не находил себе места, хоть и постоянно успокаивался благодаря техникам ноотики. В иной ситуации можно было впечатлиться чуду инженерной мысли, все-таки не каждый день доводилось летать на автомобиле, или же подумать о том, как теперь быть с Синеглазкой, когда она увидела мои возможности. Однако все это казалось слишком мелким и не стоящим сейчас внимания.

Переживал я за девчонок, оставшихся дома. И за тех, что со мной. Лиза вроде бы в порядке, все-таки живучести у нее хоть отбавляй, однако я не знал всех деталей сражения со Стефанией. Вполне возможно, что девушку пора отпаивать кровью после всех трат, но сейчас неподходящее время.

Настя молчала. Ей пришлось несладко, особенно тяжело после того, как она, по сути, впервые вышла на люди, все-таки на концертах ее общение с другими оставалось ограничено. Конечно, у меня был и чисто практический интерес в отношении ее персоны, но она мне все-таки понравилась и как девушка. Боюсь, что после атаки террористов и нападения на Пушкиных будет сложно уговорить ее выйти из Чертогов… Но это еще терпимо, главное, чтобы Машка и Ириниэль не пострадали. Да и вообще все не пострадали — Пушкины встретили меня добром, и теперь всё вылилось в беду для целого Рода.

Как минимум Владимир и Георгий остались в клубе — проблем еще полно, гости все еще могут быть в опасности, и приходилось выбирать между своими желаниями и долгом. Хотя, полагаю, Владимир был рад хотя бы тому, что жена невредима. А выжившему эльфу не позавидуешь.

На подлете к территории Пушкиных удалось увидеть фургоны и парящие платформы Рода, движущиеся на подмогу. Бронетехника была представлена колесным транспортом — как и с обычными грузовиками, магдвижители не выдерживали такой вес. Куда удивительнее, что массивные платформы, несущие на себе роботоподобные костюмы, все-таки могли парить в воздухе и двигались весьма шустро.

Раз Пушкины прихватили даже Титанов, то дела могут быть совсем плохи. Помимо этого можно было увидеть снаряженных солдат Рода — они были облачены в защитную экипировку со следами зачарования на ней.

Двигались войска куда медленней, чем хотелось бы, но и путь от города неблизкий. Полагаю, что все легковооруженные слуги, оказавшиеся рядом в момент нападения, уже мертвы, значит угроза серьезная. Черт.

Синеглазка гнала шустро, передала сообщение по умнофону, чтобы нас не приняли за помощь врагу, и вскоре удалось увидеть дома на территории. От главного здания осталась разве что половина, пылал пожар, лишь дубу все было нипочем.

— Готово. Работаем быстро, охраны Пушкиных не осталось, — прошептала Марья.

Машина была весьма приметной, но в ночи я скрыл ее тьмой, так что сели мы за гостевым домом — он пострадал меньше всего, поэтому у меня теплилась надежда, что с девчонками все в порядке.

— Вижу сволочей, — обнажив клыки, сказала Лиза, выпорхнув наружу. — Петя.

— Я с тобой, не мешкай.

Прыжок, еще один. С шелестом пикирующей ночной хищницы Лиза рухнула на затаившегося кудесника, свернула ему шею и припала к обнажившейся ране, жадно поглощая брызнувшую кровь. Пробежав мимо, я швырнул под ноги второму обломок, даже не пытаясь сдерживаться — колени мужика хрустнули и выгнулись в обратную сторону, и малый резко приземлился головой на любезно подставленный мной кастет, отчего лицо вмялось внутрь черепа.

Оттолкнув тело, уронил кусок кирпича на голову третьему, пытавшемуся колдовать. Винтовка четвертого выстрелила в Лизу, но пуля смялась о ноотическое поле, зато разозленная девушка метнулась в сторону горе-стрелка и вогнала когти под ребра, а затем просто разорвала его на две части, отшвырнув ошметки подальше друг от друга.

— Там еще несколько! — я услышал Марью, которая тоже снесла головы паре вторженцев, и теперь спешила к нам.

Настя же держалась позади. Оставаться одной в машине ей было страшно, но и атаковать Пси она опасалась — нас могло вырубить с той же легкостью, что и противника.

В доме еще до нашего прибытия пробили стену, внутрь зашло что-то большое. Или Титан, или какая-нибудь демоническая зверюга, но первое вернее — слишком уж много вокруг следов от попаданий крупного калибра. И теперь вторженцы были зажаты между улицей и внутренними помещениями, либо же просто готовили для нас засаду в проломе.

Но я не в том настроении. Жаль, даже небольшая найденная фигурка помогла бы действовать активнее, но активировать сейчас проблематично. Плевать, у всех здесь не особо впечатляющие уровни.

Прикрывшись щитом, я первый забрался на обломки. Просвистела пуля, ударила струя пламени, потухнув при попадании в щит, зато мой вербинитовый шарик пробил сердце и вернулся тем же путем, оставляя внутри удальца пустоту.

Я узнал, что у меня есть огромная семья.

Бугай-богатырь с огромным клинком бросился из-за стены, но поднырнув под удар, я запрыгнул ему на спину и пробил затылок кастетом.

И тропинка, и лесок. В поле каждый колосок.

Сразу трое — комбинированная атака воздуха с пламенем и разогретой каменной шрапнелью, однако на троих кудесников достаточно четырех вербинитовых шаров. Упали, обнявшись, пока из раскуроченных шей толчками вытекала жизнь.

Речка, небо голубое. Это все мое, родное.

Волна хаоса и множество рикошетящих багряных болтов усеяла коридор, пришлось окутать себя жаркой огненной сферой. Пробежавшись вперед, расширил ее, добавил Воздух — подожженные кудесники завизжали и принялись кататься по полу, но я запер их в тюрьме из камня и добавил огонька — заслужили.

Это Родина моя. Всех люблю на свете я!

Купальни? Я сразу узнал следы работы Машкиного «Бурана», и, оценивая по сигнатуре вербинита выживших, указал на них Лизе, убив только псимагов. Искореженный Титан тоже теперь необитаем, однако в нем заметно свечение вербинита… Будь сейчас иная ситуация, я бы сразу бросился разбирать проклятую машину, однако разберемся сперва с остальным. Но все же удалось сместить предмет ближе к пробоине, и это… Статуэтка⁈ Точно такая же, как была у волхвов в Миролюбовке, ничего себе!

Так, а что с остальными пятнами Пыли в зале? Лишь в одной купальне яркое свечение — под ледяной коркой оказался раненый котяра, Матвей.

— Девочки сбежали в подвал, мя, — хрипло ответил Матвей и улыбнулся. — Как там… Доча…

— Папа! — Настя заткнула рот ладошкой после крика и бросилась к отцу, на что тот ответил радостным мурлыканьем. — С-сейчас!

Вокруг рук кошечки возникло свечение Природы, причем настолько мощное, что многие кровоточащие раны Матвея сразу же стали затягиваться прямо на глазах. Оценив, что все не так просто, я осторожно выудил ноотикой видимые пули, чтобы Настя сразу же залечила раны, а сам поспешил к подвалу.

— Лиза, проверяй, нет ли кого, — попросил я, и покрытая чужой кровью девушка решительно кивнула, кровожадно улыбнувшись.

Хоть небольшое количество вражеской крови помогло унять боль в ее душе. Однако Лиза как-то странно и непонимающе посмотрела на Матвея, будто пыталась что-то вспомнить, но затем отмахнулась, как от наваждения. Марья тем временем проверяла выживших и раздавала указания по умнофону, но на всякий случай я поставил барьеры и прошел в подвал. От количества заклинаний чувствовалась усталость, но тренировки давали о себе знать. Или это адреналин? Кто знает.

В подвале темно. Это даже не подвал, а настоящее бомбоубежище, не меньше, хотя по количеству бочек с вином сложно сказать, чем больше дорожили Пушкины, выпивкой или же возможностью иметь под домом укрытие.

Послышались шаги.

— Петенька! Фыр!

Я бросился навстречу бегущей ко мне Машке, и мы даже столкнулись — не смогли остановиться. Обняв, осторожно гладил девушку по спине, пока она шумно целовала мое лицо.

— Ты не ранена?

— Все хорошо, только устала, — шумно шептала девушка, пока сзади подходили остальные. Золотце, Изумруд, еще много эльфов… Я не знал, сколько их всего, но подвал выглядел теперь весьма тесным, хотя все из-за того, что они собрались здесь всеми сразу.

Ириниэль протиснулась и тоже подошла ко мне, а затем удивленно охнула, когда я обнял и ее. Прижимая к себе девчонок, крепко-крепко, чувствовал, как они вцепились в меня, в мою одежду, словно боялись, что это лишь мираж, и стоит отпустить, как я вдруг испарюсь.

— Я так рада, господин…

Прижавшись ко мне, Ириниэль закрыла глаза и со счастливой улыбкой вздохнула.

— И я. Но нужно удостовериться, девчат. В подвалы точно никто не проник со стороны?

— Мы контролировали видимые направления, но очень уж запутанные тут подвалы, — ответила Ириниэль озадаченно.

— Скоро нужно уходить. Мы не знаем, сколько еще атакующих осталось в живых, скоро придут люди Пушкиных, тогда будет попроще.

— Петр! — услышал я крик снаружи.

Услышать паникующую Синеглазку — не к добру. Предупредив девчонок, чтобы были начеку, выскочил обратно в купальни.

На первый взгляд ничего не изменилось, однако Синеглазка указала на внезапно начавшие шевелиться тела. Что за…

«Обнаружены массовое изменение структуры вербинита в ближайших гамаюнах»

«Изменение структуры совпадает с показателями полученного благословения».

— Синеглазка, сколько лет, сколько зим! — прошепелявил ближайший труп, но как только девушка ударила его так, что голову снесло, начал говорить соседний. — Так ты встречаешь Герцога, да?

Судя по взбесившимся показателям системы… Благословения Гения получили все лежащие рядом трупы, и это их оживило.

Глава 25

Король немертвых

Ситуация так себе. И дело даже не в том, что я вымотался за сегодня, поэтому сражение с армией нежити как-то не входило в мои планы. Принцип превращения — вот что удивляло, хотя и было в этом нечто от одержимости. Они тоже находились под воздействием зачарованных артефактов? Вроде бы нет, хотя статуэтка определенно как-то со всем этим связана.

Единственное более или менее разумное решение, которое пришло мне в голову — это влияние напрямую на Пыль, содержащуюся в теле. Упыри поглощали содержащую ману кровь и за счет этого восполняли свои собственные запасы, однако на самих жертв вампиризма это вроде бы не сказывалось. Конечно, статистические исследования проводить было некому, чтобы реально оценить, не упало ли содержимое Пыли в теле, однако с возрастом объем пусть не очень значительно, но увеличивается при любом раскладе. Вырабатывается ли она в телах местных или усваивается из окружающего мира — это уже вопрос иной.

Сейчас же произошло воздействие на уже мертвые клетки — предупреждение было оформлено системой, однако я и сам видел, как возросла яркость и изменилась синхронизация содержащегося в телах вербинита — в трупы влили ману и смогли переконфигурировать на сродство с неизвестной мне школой магии. Думаю, если условно назову ее некромантией, не сильно ошибусь.

Некий Герцог или умел скрываться, или находился слишком далеко, раз его никто не обнаружил. Но вместе с тем он умел напрямую влиять на Пыль — впечатляющая способность. Возможно, что все благословения работали по такому же принципу, значит Гении и Эманации, о которых говорили Матвей и Пушкин, это существа, сумевшие достаточно развить свою чувствительность для влияния на мельчайшие частицы Пыли? Тяжело представить, но все же других идей пока нет.

К счастью, поток мыслей пронесся у меня буквально за пару мгновений, и я почти сразу отбросил варианты, как нерабочие — они сейчас не помогут выиграть. Насущная проблема — сохранялись ли у нежити привычные уязвимости, и… Главное, чтобы после повторного умерщвления тела снова не встали, а иначе придется придумывать или способ экранировать трупы от влияния Герцога, или же банально сделать так, что поднимать некромантией будет уже банально нечего.

— Синеглазка, он тебя знает, может, поделишься мыслями? — не видел причин церемониться с дворянкой в подобных условиях, так что лучше сразу на «ты».

— Он бессмертен, и вообще — лучше убивай поскорее! — протараторила девица.

— О, ну если бессмертен, это обнадеживает! — ответил я, используя вербинитовые шарики для атаки. Если попадать точно, то хватало для разрушения суставов и головы — раз ранения не излечились после благословения, то стоило надеяться на отсутствие регенерации. А оживший мертвец без конечностей и челюсти кажется не таким уж и опасным.

Лиза молча, но с явно читаемыми на лице омерзением, потрошила когтями мертвецов. При ее силе и выносливости разрывать нежить на части удавалось всего за пару размашистых ударов, поэтому пока что поводов для тревоги вроде бы не было. Вот только «пленников» не уберегли — они оставались возле пролома, дальше всего от подвала, и теперь мертвецы превратили их в своих собратьев. Сначала прикончили, а затем появилось «благословение», так что в какой-то степени это действительно почти как зомби-апокалипсис, а? Однако если бы Герцог действительно мог провернуть нечто подобное, то атаковал бы в густонаселенном городе, разве нет? Явно это нелегко ему давалось и требовало каких-то условий.

В зале оказалось не меньше пары десятков тел, и все они поднимались почти синхронно. С хрустом заледеневших конечностей, подволакивали ноги и шли, ползли или волочили обрубки тела в надежде добраться до человеческого тепла, однако целехоньких мертвяков оставалось все меньше и меньше.

Я вспомнил о пилоте Титана и поспешил заняться машиной, а то мало ли — вновь ожившая боевая техника нам здесь точно ни к чему. К счастью, там же находилась и статуэтка, и хотя вербинит не был активирован, проводимость ноотики у него очень даже неплохая. Так что вскоре фигурка наверняка окрасилась в алый цвет, все-таки основательно перемолола пилота множеством ударов.

Настя все еще занималась лечением, а на появление мертвецов отреагировала только испуганным мявком, но все-таки не отвлекалась и продолжала исцелять отца. Подозреваю, что Матвей даже после процедуры будет слишком слаб, поскольку регенерация Природы отнимала ресурсы организма, поэтому в качестве бойца на него можно не рассчитывать.

— Бессмертный Кощей — слышал о таком? Вот примерно о нем и речь, — объяснила Синеглазка.

— Как грубо. Я бы не стал запихивать свою смерть в тела животных, ах-ха-ха! — эхом рассмеялись сразу несколько мертвецов, внезапно сорвавшихся с места. Медленные движения оказались трюком!

Использовав Изгнание, я заставил тварей заверещать от боли и отпрянуть, однако даже несмотря на то, что подобное заставляло притихнуть упырей и целого Рыцаря смерти, существа лишь замедлились. Изолировать Лизу от влияния полностью я не мог, но она за годы рядом со мной стала гораздо сильнее, и лишь морщилась от вспышек Света, но надо еще подумать, что в итоге полезнее, поскольку преимуществ от Изгнания почти не видать.

Твари бежали напрямик по купальням, кто-то падал, ломал кости, но все равно спешил к нам с Синеглазкой. Настя и Матвей находились чуть в стороне, а Лизу твари будто бы и не замечали — возможно, принимали за одного из сородичей.

Покрыв пол льдом, легким отталкиванием ноотики заставил десяток мертвяков рухнуть и проскользить, этого времени оказалось достаточно, чтобы уничтожить еще пятерых: Лиза пикировала сверху и разрывала на части, Марья же на первый взгляд просто сражалась врукопашную, но от ее мощных ударов только и слышался хруст костей. Я же продолжал жонглировать вербинитом, отбив кастетом только самого наглого из мертвецов.

Вроде бы все затихло — оставшаяся нечисть сползалась с улицы, из пролома и коридоров дома, можно было слышать неприятное шуршание, топот и мерзкие хриплые подвывания мертвых легких.

— Девчонки, что в подвале? — крикнул я, и Маша почти сразу выскочила из-за двери, будто только и ждала возможности.

Оценив зрелище, девушка шумно сглотнула и помахала головой, словно пыталась отогнать от себя жуткое зрелище. Мертвые тела сами по себе наводили ужас на неподготовленного зрителя, однако после «воскрешения» и второй смерти все выглядело еще хуже. Про запахи и вовсе говорить не стоило.

— Кажется, кто-то пытается пробраться. Ириниэль будет охранять единственный выход сюда, — отчиталась Маша.

— Не нужно. Если прорвутся с этой стороны, вы окажетесь в ловушке, да и пожар уже мог накрыть какие-то из выходов. Идите сюда, прорвемся на улицу.

— Поняла, — быстро сказала девушка и убежала передавать мои указания.

Я подозревал, что не все так просто. Несмотря на то, что уже побежденные мертвецы затихли, я ожидал какой-нибудь подставы — слишком уж слабый противник, Герцог не стал бы размениваться на такую ерунду. Да, десятки зомби — неприятный враг, однако очевидно, что здесь есть не только кудесники, которые могли уже истощить ману, но и сильные бойцы, да и оружие у дворян тоже имелось. Зачарованные шпаги позволили бы отбиться не хуже, пусть и с ранениями.

Эльфы выбегали из подвала и направлялись под защиту медленно таявшей стены, оставшейся от вербов Маши. Ириниэль я отправил к Матвею и Насте, предупредить их и помочь выбраться к остальным.

Крушить тела неприятно, но стоило только подумать, что тактика дала свой результат, как появились новые мертвяки — как раз добрались с улицы и прочих мест, где вторженцы погибли.

— Сделай нас единым! — прошелестели останки, усеявшие пол купальни.

Не-не, я ж даже не инженер, давайте без этого!

— Он подпитывается от смертей, — прошептала Синеглазка. — Мана каждого погибшего становится его собственной! — добавила девушка, и я невольно заметил, как ярко светятся сейчас ее синие глаза в полумраке купальни, освещенной немногими уцелевшими лампами высоко под потолком.

Конечности, отдельные кости, даже сломанные обломки, куски черепов, оторванные пальцы — все это закружилось в ужасном вихре плоти и костей, чтобы сперва собраться в огромный ком, а затем обрушиться пугающим градом из ребер, зубов, осколков костей и ошметков чудом уцелевшей плоти. Кое-как успев создать барьеры, сразу же почувствовал слабость, но Маша и Ириниэль тоже поставили щиты, а Синеглазка наполнила воздух мерцающей пыльцой, быстро формирующей подобие шаровой молнии, вокруг которой закрутились словно захваченные гравитацией ошметки, после чего раздался взрыв — и хоть какую-то часть отбросило подальше от нас. Похоже, еще одна неизвестная школа магии… Но весьма действенная — взрывами зацепило в том числе и еще довольно целых мертвяков, прибежавших на подмогу, а остальных Лиза расчленяла, наплевав на попадания костяшек — легкие порезы на ней сразу же заживали, и девушка не успокоилась, пока последний из мертвяков не превратился в обломки. Хорошо хоть, что я успевал ей помогать атаками вербинита.

Кажется, я догадался, в чем суть. Герцог был не некромантом как таковым, выбранные им заклинания управляли костями. Как обычная школа Металла могла помочь управлять лезвиями в полете, или Вода — направлять потоки жидкости, так и эта экзотическая школа Чуди даровала управление костями.

Вполне логично. За время существования живых существ на Земле появлялось бессчётное количество разнообразных костяшек, скелеты прочно вошли в культуру и нашли отражение в мыслях разумных существ, поэтому готовые заклинания создать не так уж и сложно. Разве что мне это в голову не приходило… Да и ограничен Герцог явно только мертвой тканью, плюс не мог призывать костяшки из ниоткуда, видимо, слишком энергозатратно. Видимая ранее Пыль частично рассеялась после ударов, частично перешла в костную ткань, так что скорее всего я прав.

Если уничтожить кости или хотя бы сделать их хрупкими, то атака сойдет на нет. Сжечь такие объемы непросто, тем более сейчас, когда я уже устал, но и полностью заморозить тоже не получится, поэтому Маша может даже не пытаться.

Будто прочитав мои мысли, Машка подбежала ко мне и показала кристаллит.

— Петя, я еще не потратила! Может, бахнем буранчиком? — с надеждой спросила девушка, стараясь не обращать внимания на ударяющиеся в незримое поле кости. Из-за невидимости ноотики каждый раз казалось, что вот именно сейчас какое-нибудь ребро пролетит чуть дальше и вопьется в тело.

— Обязательно бахнем. Но потом. Боюсь, что проблему это не решит, уходим, — скомандовал я.

Многовато эльфов, конечно, приходилось делать большие щиты. Но и у Герцога пусть в запасе и были десятки тел в качестве доноров маны, однако и атаки он задействовал затратные.

Создавая по кругу нечто вроде навесов вместе со стенками, перебежками удалось дойти до пролома. Эльфы держались на удивление дружно, поддерживали друг друга и следили, чтобы никто не отстал, а Ириниэль помогала хромающему Матвею и Насте не отставать от остальных.

Как только все выбежали в пролом, мы с Машей создали большую ледяную стенку. Кости и прочее барабанили в лед подобно граду, однако спустя пару десятков секунд все затихло. Не к добру, и стало ясно, что мечта мертвяков исполнилась: они соединились в человекообразное месиво из плоти и костей, которое первым же ударом создало трещину на льду.

Судя по далекой стрельбе, подкрепление Пушкиных нарвалось либо на кудесников, либо на еще одну группу мертвяков. Охрана Пушкиных ведь тоже могла стать нежитью! Если тварь из купальни объединится с новыми погибшими, поглотится их мана, и это действительно перерастет в настоящую волну зомби… Или их подобие.

Сложно сказать, что мной двигало в этот момент. Фактически можно оставить все на тяжелую технику — вряд ли Титанам будет сложно сжечь всю эту хренотень. Всех, кого можно, мы вывели. Однако я все равно не хотел спускать Герцогу все это с рук — он поставил под угрозу и мою жизнь, и жизни дорогих мне людей. Да и интересно переиграть эту сволочь, возомнившую себя божком, не меньше — иначе откуда все эти понты про бессмертие?

— Собираю команду по спасению мира, — заявил я.

— Уверен? Очень уж серьезное заявление, — вздохнула Синеглазка.

Хоть она и старалась держаться молодцом, я видел, как тяжело она дышала. Даже если она одна из Тридцати Трех, ману она явно потратила уже практически всю.

— Я куда угодно за господином, — отозвалась Ириниэль и Машка тотчас фыркнула, встав рядом с ней.

Настя осторожно мяукнула и подошла к нам, после чего подобралась ко мне и встала на цыпочки, уткнувшись мне в ухо и приобняв. От ее жаркого дыхания аж мурашки по спине пробежали.

Смелое поведение кошатины вызвало смятение на лицах Машки и даже Ириниэль, поскольку они вообще не знали ничего о кошке, а Лиза вопросительно вскинула бровь. Она, кстати, сразу встала рядом со мной, не дожидаясь моего одобрения, для нее теперь все, что привело к гибели сестры — личное, слишком уж легко считывался ее настрой с помощью Пси.

— Я видела кусочек с Пылью, мяу, — шептала Настя, но даже так Маша и Ириниэль начали зевать, стоило ей хотя бы начать говорить. — Это восстановит ману, мяу?

— Да, но не мою.

— Ясно. Тогда я хочу. Я знаю, как переделать ее, мяу! Я уже лечила тебя тогда… Мяу, — хвостом девушка указала в сторону дуба.

Хотелось бы пообщаться подольше, но стена уже практически рухнула. Попросив кристаллит у Маши, я отдал его кошечке, но, вопреки ожиданиям, она поглотила его сама, а затем крепко обняла меня, мурлыкая так сильно, что от вибрации, кажется, все органы начали подрагивать. Но какая все-таки умиротворяющая процедура, я бы сейчас прилег на диване подремать, слушая мурлыканье Насти, а не вот это вот все.

Но… Действительно работало. Если примерно оценить, то затраты на активацию Пыли тратили около девяносто пяти процентов сил, а теперь Настя восстановила с помощью своих талантов зашкаливающей Природы около сорока или даже треть. Не очень эффективно, поскольку теперь и кошечка потратила ману, однако ценно!

— Спасибо!

— Отомсти за папину боль, мяу. За боль всех! — чуть ли не плача, но сжав кулачки, прошептала Настя, пока Матвей кивком тоже подбодрил меня.

— Погнали.

В команду брать всех не стал. Стена рухнула, Лиза и Синеглазка вместе со мной проникли внутрь, после чего Маша восстановила барьер. Вряд ли и она сможет еще что-нибудь наколдовать, поэтому сейчас все решится.

Сплавленное из костей и остатков плоти высоченное существо не стало разделяться, решило брать силой — одиночный удар костяной лапищи, разделившейся наподобие «когтей», собранных из обломков, явно принять на щит куда болезненнее, чем обычную мелочевку.

Проскользнув под выпадом, я бросился в сторону Титана, Синеглазка создала новые шары из пыльцы, а Лиза взмыла в воздух и спикировала на монстра, выбивая из его структуры костяшки, которые тотчас становились на место. Неуклюже отмахиваясь, тварь со свистом рассекала воздух, оступилась от взрыва пыльцы, и вроде бы полностью отвлеклась на Синеглазку — их, видимо, многое связывало, раз Герцог уделял такое внимание старой знакомой.

Вышвырнув из Титана обломки, расширил пробоину ноотикой и забрался внутрь, на всякий случай закрыл щель барьером.

— Так, Ленка, загружай схему управления Титаном.

«Братик, это так не работает. Поморгай глазками, вдруг поможет?»

Уф. Вредина, но такое помогало мне отвлечься. На самом деле часть приборной панели повреждена Бураном, да и в целой разобраться не так уж и просто, но я видел синхронизацию Пыли с Энергией, так что на борту есть мощный разрядник. А где мощный разрядник — там мощные батареи, логично? Логично!

Положив вербинитовый шарик на управляющую панель и наложив на него оберег, я забрал статуэтку и выскользнул из Титана, после чего забрался на кокпит. Так…

«Еще и кости, братик? Забавный верб, на Хэллоуин ты бы сорвал овации, пока гости маскарада не осознали бы, что перед ними настоящий оживший скелет, мдя уж…»

Филигранно управлять таким количеством костей я не мог, по крайней мере, нужно тренироваться, но когда примерно понимаешь, что нужно прописать в вербе, то уже гораздо проще. Плюс вид синхронизированной Пыли помогал определить момент, когда мой собственный Верб получит подходящую энергетику. Конечно, визуально это никак не проявлялось, если только не говорить о «Длани Государя» и неугомонных прядках Насти, но по оттенкам распределить проще для наглядности.

Пару костей удалось выдернуть из монстра, причем намертво — они даже не попытались вернуться на прежнее место. Можно было бы так разобрать весь поток, конечно, но работка на час, не меньше, поскольку унифицированного варианта заклинания у меня не было, а вручную отмечать каждую кость довольно долго.

— Эй, Герцогиня, зацени. Не ты одна умеешь такие выкрутасы делать! Чувствуешь себя неполноценной?

— Это кто там вообще рот раскрыл, что за щенок? — проворчало нечто откуда-то из недр существа. — Пф. Все вы, кожаные мешки, на одно лицо.

— Обидно, Синеглазку-то ты запомнил. Ладно, я еще себе заберу, — выдернув еще парочку костей, я начал крутить их над собой, сложив при этом руки на груди. — И чего сложного? Ты всерьез пытался этим сломить Пушкиных? Бедной обманутой девочкой, парой токсиков-дендрофилов… И вот этими фокусами? Ну да, когда будем на Новый год варить холодец, я тебя позову кости из кастрюли доставать, так уж и быть. Холодцемант, покажи личико, давай.

— Ты кем себя возомнил⁈ — взревела тварь.

Вполне ожидаемо. По типу общения с Синеглазкой читалось его непомерное чувство собственной важности, хотя сам лично Герцог здесь вряд ли присутствовал. Полагаю, что труп можно заставить говорить, если управлять его частями, но представлять это как-то не очень хотелось.

Синеглазка отбежала подальше от резко сорвавшегося с места монстра, Лиза тоже отскочила в сторону. Когтистая лапища ухнула по кокпиту, но я соскользнул за «спину» Титана, после чего монстр навалился на машину, изгибая конечности, только бы поскорее добраться до меня.

Пульс Энергии на шарике ударил в магбатареи, и те ожидаемо снова не захотели заряжаться, как у меня уже бывало. Правда, когда я это делал на кухне пятирублевой хаты, выбило окно и загорелись обои.

Но то были батарейки от люстры. Здесь же… Разрядник, похоже, и правда мощный.

Девчонки смылись через пробоину в ледяной стенке, которую создала Маша, а я нырнул в подвал. И только после того, как выбрался под водным щитом через пожар в другой части дома, увидел, что часть здания над купальнями полностью сложилась, а взрывом батарей большую часть костей просто испепелило.

Прямо как в кино через пять минут подъехали экстренные службы, пока войска Пушкиных патрулировали окрестности — сразу после взрыва костяной твари ожившие мертвецы рухнули на землю, так что воевать больше было не с кем. Начался локальный дождь, вызванный Пушкиными и пожарными командами, а я мечтал поскорее принять ванную и лечь спать. Хотя минута славы все равно приятная — девчонки до конца не знали, успел ли я сбежать.

Настороженно вглядываясь в обломки дома с безопасного расстояния, они стояли и смотрели, когда я подошел сзади.

— Чего там, он уже вышел?

— Еще нет, фыр! — с тревогой сказала Маша. — Погоди-ка. Петя! — покачивая хвостом, девушка обернулась и вцепилась в мою видавшую виды рубашку, которая еще теперь напоминала половую тряпку со стажем в десяток лет.

— Что такое?

— С тобой все хорошо? Нигде не болит, мяу? — начала говорить подскочившая ко мне Настя, отчего несколько эльфов и эльфиек сползли на землю и засопели.

— Господин! — Ириниэль поддалась эмоциям и впервые сама с чувством обняла меня, прижавшись всем телом.

— Петенька! — Лиза тоже обняла меня, да так, что косточки захрустели.

Синеглазка тихо хмыкнула и устало уселась прямо на землю, а Матвей показал мне «класс».

Золотце и Изумруд слишком разволновались, увидев упавших сородичей, но тоже поглядывали в сторону спасителей. Хотя я даже и не знал, всем ли удалось выйти, но хотя бы большинству — уже хорошо.

Зазвонил чудом уцелевший умнофон. Нажав кнопку на панели, я увидел, что это звонит Владимир.

— Один момент, — кое-как избежав дамского внимания, я услышал голос Пушкина.

— Мне передали все в общих чертах, Пётр. Боюсь, что у меня и слов подходящих не найдется, никто не ожидал такой масштаб.

— У меня тоже приличных слов не находится, Владимир Алексеевич. Даже всё великолепие русского мата не в состоянии передать мое эмоциональное состояние, оценку произошедшего и сочные эпитеты в адрес Герцога и его подпевал.

— Согласен, — Владимир усмехнулся. — Хотелось бы организовать для всех отдых, но надо закончить начатое, эльф раскололся. Поэтому приглашаю вас, Пётр, назад в клуб.

— Только вместе с остальными.

— Понимаю. Госпожа Синеглазка согласится еще раз вас подбросить?

Похоже, что Владимир параллельно написал и Марье, поскольку стоило мне взглянуть на нее, как она кивнула.

— Ладно, скоро будем.

— Я пойду в дуб, если ты не против, мяу, — Настя подошла ко мне и шепнула это на ухо, осторожно обвив мою руку хвостом. Приятная, теплая шерстка — этого сейчас очень не хватало. — Надо подлечить папу.

— Хорошо, но будете ли вы там в безопасности?

— Да.

Судя по твердости в голосе, кошечка была уверена. Хотя мне казалось, что она просто хочет поскорее скрыться с глаз, но все-таки Матвей действительно изранен. Мы с ним, правда, толком и не поговорили, но взгляда было достаточно, чтобы понять — он меня зауважал. Он хоть и раньше впечатлился после оценки моей псизащиты, но обладать силой и грамотно применять ее — разные вещи.

Эльфийки теперь были под охраной Пушкиных, так что в автомобиль набились Маша, Ириниэль и Лиза. Не знаю, как у таких машин с грузоподъемностью, но вроде бы даже смогли взлететь без проблем.

Клуб к этому моменту уже частично опустел. Многие поспешили покинуть территорию сразу после инцидента, но, полагаю, что Пушкины проводили проверку, по этой причине гостей все еще оставалось немало. Для них подготовили горячую еду, полотенца и сменную одежду, накрыли большие столы и поставили раскладную мебель, подготовили палатки. Хотя домики для отдыхающих и имелись, выделять никого явно не хотели.

Владимир выглядел уставшим, но, увидев меня, он постарался взбодриться, поскольку я, видимо, выглядел не особо живее недавних мертвецов. Допинг от Насти хоть и помог, но он задействовал и мои собственные ресурсы, как это обычно происходит в заклинаниях Природы.

— Пройдемте, полагаю, это касается всех, чтобы прояснить ситуацию, — сказал мужчина, посмотрев на Синеглазку, и та, кивнув, последовала за нами. Как-то уж очень скромно она себя вела для агента ИСБ, в кино они явно наглее изображены.

Усевшись возле доски с набросками и стола с десятками кружек из-под кофе, я бросил взгляд на карту губернии. Судя по ней, так и не поняли, откуда пришли эльфы, ясно только направление.

— Итак. В нападении помогали Морозовы, — объявил Пушкин.

Я мельком прочитал птицы нападавших, так что особой новостью это не стало.

— Автомобиль тоже их?

— Да. Младшая из дочерей Морозова прибыла на бал невест, но пока неизвестно, знала ли она о происходящем, или ее использовали, — добавил Пушкин. — Сами Морозовы занимались контрабандой рабов, заняв нишу Светлова, когда тот пытался отойти от дел, выкрали крупную партию ошейников, поэтому были официально не при делах. Гостомысл Морозов был убит в ходе инцидента на невольничем рынке, остальные участники бизнеса пытались скрыться.

Я старательно делал рожу кирпичом и не смотрел на Машу, но та просто закрыла глаза и слушала, делая вид, что слишком устала. Умничка моя, как я учил.

— Остальные фигуранты дела уничтожены на территории Рязанской губернии. На текущий момент неизвестно, кем именно.

— Люди Волковых были в своем праве. Эти преступники пытались дестабилизировать ситуацию за счет нелегальных и опасных рабов, — вмешалась Синеглазка. — Нежить была вывезена из Лондиниума по неизвестному каналу поставок, кроме этого за ними было множество иных нарушений.

— Благодарю, — Пушкин кивнул. — Морозовы работали на Герцога, теперь получены доказательства. В отличие от случая Светлова, здесь, вероятно, завязано все семейство.

— Наши люди уже взялись за дело, — добавила Марья.

— Вероятнее всего, их поставили перед выбором, иначе бы в любом случае до Морозовых добралась ИСБ, а при покровительстве Герцога они всерьез поверили в успешность авантюры, особенно после совершенного на Марью Моревну покушения. Эльфов же использовали как разменную монету, надеясь вызвать резонанс и создать конфликт между Санкт-Петербургом и Лондиниумом, которым могли бы воспользоваться британские аристократы для восстановления власти.

Синеглазка покачала головой.

— Позвольте внести ясность, сейчас это уже не секрет. Нет никакой британской аристократии, есть только Герцог.

— Вы серьезно? — Пушкин даже замер. — Но…

— Да, раньше все так и было. Но все они продали души монстру в надежде на победу, однако лишь напитали силой этого короля немертвых.

— Подтверждаю, — неожиданно сказала Ириниэль, и все даже глянули на нее, но девушка не смутилась. — Подземные поселения издавна сражались с его правлением.

— Король эльфов однажды обратился за помощью к морскому царю, раз уж они находятся на острове, — добавила Синеглазка, отстраненно смотря в сторону. — Благодаря помощи моей семьи они смогли избавиться от угнетения британской аристократии и взяли верх, но Герцог воспользовался конфликтом и набрался сил. Убил мою матушку, и с тех пор строит козни.

Все промолчали, хотя конкретики и немного. Понятно, почему Синеглазка так зацепилась за это дело — суть не в эльфах, а в мести. Герцог успел насолить многим, поскольку питался смертями, вернее, маной из тел. Неясно только, каким образом — вряд ли он мог поглощать вообще любую ману, иначе это сделало бы его крайне сильным, и не пришлось бы устраивать многоходовочки.

— Я продолжу, — кашлянув, сказал Пушкин. — В таком случае Герцог хотел воспользоваться возможностью подмять под себя всю страну, чтобы безраздельно владеть всеми ресурсами. Вместе с этим жаждал заполучить технологии, чтобы поддержать свою мертвую армию техникой, и старался ослабить военную машину Империи.

— Глобальные цели сейчас не столь важны, Владимир Алексеевич, — высказался я. — Может, насчет насущных проблем? Откуда эльфы попали в клуб?

— Мы пока не выяснили. Ментальный блок у захваченного эльфа привел к смерти, это воспоминание было привязано к проклятью хаоса. Очевидно, что на стороне противника талантливые демонологи. Ясно лишь, что они действовали в Тульской губернии — там Морозовы нашли для себя цель. Одержимости подвержены ослабленные ментально люди, заключенные в демонических сферах души питаются яркими эмоции и цепляются к ним, развивая успех и полностью подчиняя цель себе. В той же губернии находилось нелегальное захоронение со следами порчи, поэтому появление упыря было лишь вопросом времени, и в этот раз всем заведовали Морозовы. Совокупность факторов и привела к появлению одержимого упыря.

Лиза сжала кулаки, посмотрела на меня и закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Стеша была права, там правда было кладбище, но неудачи, голод и мое исчезновение ее, похоже, окончательно подкосили, вот она и стала целью мерзавцев.

— На территорию усадьбы проникли волхвы, в том числе занимавшиеся созданием порчи для формирования инфернальных источников маны. Такие батареи используются противником для управления энергоемкой техникой. Среди нападавших также числились рядовые слуги и немало дворян. Подходим к важному! — Пушкин снова кашлянул. — В Чёрном тоже нашли следы волхвов, которые контролировали прибытие одержимой на место и призыв демонов вида «Гончая Голода». Силы Рода и Имперских гвардейцев обыскивают местность, однако соблюдайте осторожность. Нулевой отдел прибудет утром, с их помощью, полагаю, решим все быстрее.

— Владимир Алексеевич, как вы думаете, адекватно ли воспримут способности Петра Константиновича в Нулевом отделе? — тихо сказала Синеглазка, смотря прямо на Пушкина. — В качестве благодарности вы могли бы не упоминать этот момент. Ситуацию примут в нужном ключе, раз вы сообщите о совместной обороне группой кудесников, однако нелегальный демонолог, уничтоживший основу одержимой и гончих, привлечет слишком много внимания.

— Так волхвы сами проконтролировали процесс, верно, Марья Моревна?

— Скорее всего, я не могла все видеть отчетливо, — улыбнулась девушка.

Это что за спектакль? Похоже, что «очевидцем», сообщившем о нападении демонов, и была Синеглазка, да и речь о покушении же была… Вот где она пропадала. Ну, я понятия не имел, что поглощать души демонов нельзя, да и вроде простой оберег хаоса с этим справляется, разве нет? Но лучше не задавать лишних вопросов, раз они не хотят знать ответы.

— Это будет несложно, — добавил Владимир. — По нашим прикидкам… Найдено девять магических сигнатур гончих, однако достоверно обнаружена останки лишь шести, их и опечатали.

Почему-то посмотрели на меня вдвоем, с одобрением, будто я специально сбил с толку этот так называемый Нулевой отдел. От псинок вроде вообще никаких душ не было, чего о них вообще говорить?

На этом собрание объявили законченным. Опасность еще оставалась, но гоняться среди ночи за волхвами по всей округе — сомнительное мероприятие, хотя, конечно, новые демоны были бы очень некстати. Но статуэтки вроде теперь все у меня, раз мутные типы в капюшонах любили ими пользоваться в своих колдунствах, придется им искать новые.

Но я даже немного рад. Принесли мне столько вербинита, что я и мечтать не мог заполучить такие объемы в ближайшее время. Лучше бы все это нашлось без нападения, конечно, но как итог — неплохо.

Выйдя из палатки, я направился к столу — надеялся найти хоть печеньку какую-нибудь или остывший кофе.

— Вот он! — завопил какой-то неприятный, но знакомый голос.

Сразу группа гостей подошла ближе, во главе оказался посвежевший Толстой.

— Он сбежал — и все началось! Он виноват!

— Ты в своем уме? — устало ответил я. — Проиграл — так прими это с честью.

Но судя по шушуканью, многие считали так же, хотелось ведь найти осязаемого крайнего. Во время потопа мою персону, спасающую их задницы, они не заметили, были слишком заняты остальными делами.

— Это не имеет отношения к делу! — не унимался малый, а я, отыскав грязную перчатку, швырнул ее в Толстого.

— Оскорбление клеветой, уважаемый.

— Не проведешь, простолюдин. Ты не вправе вызывать меня на дуэль, уже все выяснили! — торжествующе объявил Американец с таким видом, будто это не он до этого слился простолюдину.

Правда, объявленное во всеуслышание отсутствие титула все-таки было некстати. На Пушкиных это не бросало тень, поскольку никто и не объявлял официально, а я мог быть просто купеческим сынком, например. Но зато не придется играть в дворянина на балах, за сегодня мне танцулек хватило.

На шум тем временем прибежал Владимир и остальные.

— Как вам только не стыдно, — с ледяными нотками в голосе сказал Владимир.

— Раз уже была проведена дуэль, то господин Толстой считает меня достойным, несмотря на отсутствие титула, разве нет? — сказал я. — Мой статус не изменился с того момента, поэтому не вижу причин для отказа.

Маша, Ириниэль и Лиза вовсе потеряли дар речи. Ну да, у меня очень насыщенный вечер, я еще и дуэль успел провести. Правда, в моей силе девчонки не сомневались, либо были слишком шокированы, чтобы отговаривать.

— Пётр Константинович в своем праве, дуэль состоится, — добавила Синеглазка и, чтобы Американец не разевал рот, показала инсигнию ИСБ.

Кажется, это не совсем то, на что надеялся Американец, когда усиленно копал под меня в то время, пока я спасал в том числе и его душонку, но мой уставший вид все-таки внушал ему надежды на победу.

Объявили поиск секундантов.

Глава 26

Бретер

Хлеба и зрелищ всем подавай. Конечно, бал-то частично сорвался, стресс, неплохо бы и отыграться. Понятное дело, что хочется найти крайнего — не эльфов же винить, всем очевидно, что они самостоятельно такое не смогли бы провернуть, да и Пушкиных корить за недостаточную охрану тоже сложно. Полагаю, что многие дворяне осознавали свою слабость перед токсином, однако из-за отсутствия последствий все это осталось лишь страшилкой. Вроде как: «Ну да, страшновато, но никто же не пострадал, да и вообще я сразу не поверил», потом можно переобуться, так сохранить лицо кому-то даже проще.

Сам же Американец на меня точил зуб по понятным причинам — известный дуэлянт устроил сопляку ловушку, а тот его не просто победил, так еще и бегать в страхе заставил. Узнать правду об отсутствии у меня титула не так уж и сложно было, учитывая количество слуг Пушкиных, кто-то наверняка не удержал язык за зубами. И вот она — идеальная возможность перенести внимание на возможного злодея и не рисковать ответным вызовом за клевету, поскольку у простолюдинов как бы чести и нет — нечего отстаивать. А коль какие претензии есть, то надо обращаться в суд. Раз я часто оказывался в обществе Пушкиных, то оставался шанс на их вмешательство, конечно, они могли выступать в качестве защитников простолюдина, однако Американец явно не особо боялся дуэли с тем же Георгием, например, иначе бы вовсе не показался на мероприятии.

Но ситуация сложилась не совсем так, как ожидалось — вряд ли Американец догадывался о присутствии агента ИСБ, да и Синеглазка обладала весьма обманчивой внешностью. Правда, сейчас ее платье превратилось в грязные лохмотья, да и прическа оставляла желать лучшего, поэтому если бы не гордый взгляд и осанка леди из высшего света, ее могли принять вовсе за какую-нибудь бродяжку.

Честно говоря, я и сам не ожидал помощи от ИСБ. Дуэли ведь вообще старались официально не одобрять, но, видимо, личное отношение для Синеглазки выше долга, все-таки мы сражались вместе. Хотя всех нюансов я знать банально не мог.

Секундантов подыскали быстро, поскольку состав не изменился. Георгий снова оказался тут как тут, стоило только прозвучать словам о дуэли, ну а за Американца опять хлопотал его родственник. На этот раз как «обиженная» сторона, я выступал в роли инициатора условий, а Георгий пошел сообщать об этом секунданту Американца.

Бой прямо сейчас, магическая дуэль. Без перемещения или с ним для меня было не принципиально, так что выбрали снова второй вариант.

Зрителей осталось куда меньше, но обстановка, как мне казалось, накалилась, чувствовалась атмосфера напряженного ожидания. Возможно, кто-то всерьез поверил сплетням, которые Американец явно успел распустить, поэтому надеялись покарать меня за злодеяния, или же кто-то знал о моей роли, поэтому желали мне победы. Я так вымотался, что уже было как-то пофиг.

Георгий подыскал мне новую белоснежную рубашку, которую я неторопливо нацепил, припрятав перед этим статуэтку в старой одежде, она все-таки великовата для кармана брюк. Жаль только, что шарик, подорвавший Титан, остался где-то среди обломков — так легко вербинит не уничтожить, но доставать из-под груды строительного мусора крошечный шар не так уж и легко. Впрочем, я и до этого нередко пользовался ограниченным количеством, когда отдавал шар Лизе или Маше для подачи сигналов.

— Петр, ты как, нормально? — шепотом поинтересовался у меня Георгий, похлопав по плечу. Создавалось впечатление, что после сегодняшних событий он меня уже чуть ли не в младшие братья записал, именно такое отношение читалось во взгляде.

— Норм.

— Я видел тебя в деле, но есть предел. Помни, он убил не меньше восьми человек. Не дай себе стать девятым.

— Спасибо, — я улыбнулся. — Я ценю заботу, но сейчас интереснее — как он так быстро оклемался? Целители хорошие? А то, может, это он как раз завязан во всем этом деле, а не я? Вытащил меня из здания, все отвлеклись на дуэль, и пока эльфы удерживали всех в заложниках, успел залечить?

Георгий покачал головой.

— Мы проверили, он чист, хоть и подлец. А что до лечения — у него, по слухам, есть артефакт, привезенный из странствия, ускоряет регенерацию. Да и целителей мы ему предоставили. К сожалению, правила есть правила.

Хм, похоже, что артефакты действительно хороши. Полагаю, что это заранее зачарованные предметы? На самом деле ранение Американца действительно можно было исцелить за это время, я бы точно смог, но распространенные заклинания Природы, зачитанные каким-нибудь Магистром, все-таки потребовалось использовать дольше.

— Благодарю за информацию. Я готов.

Расстегнув воротник и размяв шею, я все-таки принялся хрумкать прихваченной со стола печенькой, пока Американец занимал свое место напротив. Ведущим дуэли вновь стал Владимир.

Второй этаж главного корпуса пострадал меньше всего, поэтому зрители сгрудились на балконах, и ближе всего находилась моя группа поддержки: Машка чуть ли не свесилась через перила, всматриваясь, пока Ириниэль удерживала ее за талию, тактично стараясь не касаться хвоста. Синеглазка находилась чуть в стороне и стояла с серьезным видом, а Лиза под шумок взлетела на крышу, где уселась на черепицу и, покачивая ногами, улыбалась мне.

Жребий опять не в мою пользу. Точно не стоит покупать лотерейные билеты с таким-то везением! Американец, похоже, окончательно расслабился: мало того, что я выглядел уставшим, так и условия теперь в его пользу. Раньше он боялся, поскольку считал меня равным, но сейчас ветер переменился. Простолюдин не мог просто взять и убить дворянина, даже если речь о дуэли, так что без страха нависшей над ним кары мужчина сразу же повеселел в надежде взять реванш.

Перо «Жар-птицы» снова упало, поджигая мою половину территории, и благодаря этому зрителям больше не требовалось всматриваться, стараясь увидеть все детали под лунным светом и скромным свечением биолюминесцентных сфер. Водная защита привычно шипела, и на этот раз Американец швырнул копье сразу.

Яркая вспышка, раздался коллективный вздох и женские визги, но это я лишь отразил Дар Американца Световым щитом. После выкрутасов Герцога это казалось слишком несерьезным, но хотя бы печенька вкусная — уже неплохо.

В ответ на копье с моей стороны вылетела сосулька и вяло зазвенела, упав перед ногами Американца, на что тот сразу осклабился и начал выписывать руками пассы, шепча заклинание… Инферно? Восьмой уровень школы Огня. В обычных условиях дуэли такое долгое заклинание задействовать — моветон, поскольку защищающийся успеет понять и поставить соответствующую защиту, но соперник уже полностью уверился в своей скорой победе.

Огненные всполохи взметнулись от горящей земли, прочертили несколько метров вверх, наверняка создавая просто чарующую картину со стороны — чарующие языки пламени освещали низко висящие облака, отбрасывали отблески на зрителей и заставляли тени причудливо выплясывать, словно победный танец всепожирающей стихии.

Несмотря на это, я сделал ответный удар — «Телекинетические тиски», как у Пушкиных, даже руками помахал секунды четыре, все равно печенек больше нет с собой. Слабенький удар Пси слегка всколыхнул воздух вокруг Американца, но тот успел поставить защиту.

Последний обмен ударами. «Коготь Феникса» — заклинание пятого уровня, но, несмотря на относительно низкий уровень, оно действовало быстро и било точечно. Тройной росчерк пламени метнулся от противника, ударил сверху и чуть сзади — видимо, Американец думал, что я буду действовать как по учебнику, создавать плотный барьер только перед собой для экономии маны.

Хоть противник и выглядел расстроенным, все равно улыбнулся. Нанести мне урон он не смог, но и я слишком слаб, чтобы пробить его защиту, так что дуэль будет считаться завершенной, прецедент исчерпанным.

Но я как раз закончил заносить последний верб в пассивные слоты. Защиту-то я бы пробил, но главная беда местных магов в том, что они считают, будто заклинания должны лететь от заклинателя к цели, а не создаваться прямо в нужном месте. Да, так чутка «дороже», но ведь эффективнее же. Были и минусы, конечно — нельзя просто создать булыжник внутри тела человека. Вернее, правильнее будет сказать «сложно» создать, поскольку когда речь касается Вербов, я не уверен, что разумно говорить «нельзя или невозможно». В случае с камнем или другими предметами требуется прописывать условия появления, учитывать расположение внутренних органов, полостей… Без идеального знания анатомии и отточенного глазомера, да и понимания индивидуальных особенностей конкретного организма лучше даже не начинать.

А вот ноотику и, как следствие, Пси, можно использовать довольно точно. Я как раз сохранил часть параметров после боя с тварью Герцога, и заодно припомнил, что тяжелее всего исцелять Природой, ведь сам с этим сталкивался.

Кости.

Взмахнув руками и делая вид, что шепчу снова «Тиски», я дождался, когда Американец встал, гордо выпятив грудь. Щелчок пальцами.

Он просто упал. Сначала даже толком не понял, но затем начал орать от боли, правда, ничего осмысленного не получилось, поскольку я раздробил ему челюсть, кости конечностей, повредил позвоночник. Жить будет, поскольку действовал я аккуратно, однако маловероятно, что он теперь хоть когда-то сможет говорить, над челюстью я поработал особенно тщательно.

А раз не можешь членораздельно говорить и слишком «стар» для смены специализации магии на Пси, то увы, кудесник из него теперь никакой. Карьера известного бретёра окончена.

— Конец дуэли! — объявил Владимир. — Честь защищена, граф Денис Януарьевич Толстой должен официально принести извинения за клевету… Когда физически сможет это сделать, — осторожно добавил Пушкин.

Целители сразу же бросились к проигравшему, однако крики это не слишком-то помогло успокоить, поэтому Американца вскоре унесли в одну из палаток. Его секундант явно хотел обсудить произошедшее, однако фактически правила не нарушены — никто не ограничивал выбор заклинаний, нечего пропускать телекинетику через щит, она может что-нибудь сломать.

Зеваки весьма громко перешептывались, но конкретику я не слышал, зато девчата уже бежали ко мне.

— Я хоть и знала, но… Волновалась, фыр! — Машка схватила меня за одну руку, Лиза за вторую.

— Петенька так просто не проиграет, — усмехнулась Лиза.

Скрывать отношения с Карштайнами уже поздно, надеюсь только, что не найдется тех, кто вспомнит, как мы отыгрывали семью. Я, конечно, смотрелся взрослее своих лет, а Лиза не изменилась, поэтому сейчас разница уже не так сильно заметна.

— Иного от господина и не ожидалось, — с легкой улыбкой сказала Ириниэль.

Кажется, она тоже хотела меня обнять, но в итоге просто осторожно коснулась и шевельнула ушками.

— И что теперь, Петя? — Маша склонила голову, продолжая прижимать руку к себе.

— Пойду переговорю с Пушкиными. Ждите здесь, можно и перекусить из запасов на столе.

Пушкины поступили предусмотрительно, когда привезли нечто вроде сухпайков. Конечно, на изысканный дворянский вкус после всяких устриц и трюфелей слабовато, но консервы и запечатанные печенья, которые я и прихватил, например, точно без токсина.

Владимир и Георгий уже меня ждали, пришлось снова возвращаться в палатку, где не столь давно мы обсуждали итоги.

— Да уж, — только и сказал Владимир.

— Досталось ему неслабо, — хмыкнул Георгий. — Все верно сделали, Петр, разве что лишнее внимание все равно ни к чему, особенно после всех событий.

— Согласен, — отозвался я.

Владимир молча поглаживал бакенбарды.

— Благодарю вас от всего сердца, Петр Константинович. Это сейчас меньшее, что я могу сделать, — Пушкин даже склонил голову, и я замахал руками. — Официальная часть будет позже, когда отец разберется с подлецами. Пусть он и не присутствовал, но координировал ответную атаку на Морозовых, поэтому сами понимаете…

— Вечер и без того затянулся, поэтому лучшее решение — отдохнуть. Хотя вам, полагаю, будет некогда, — покачал я головой, и Владимир коротко кивнул.

— Верно. Неприятно после всех обещаний говорить такое, но, Петр Константинович, пока что придется повременить с обучением. Не говоря уже о том, что мы не можем предоставить подходящее жилье: усадьба в плачевном состоянии, и во время ремонтных работ гостевой домик явно не самое подходящее место, в Чёрном аналогичная ситуация, а гостиницы Нижнего Новгорода вряд ли можно назвать достойным решением.

— Брат пытается сказать, что на время повышенного внимания Романовых и прочих любопытствующих особ вам лучше переждать где-нибудь еще, — усмехнулся Георгий. — Да и дуэль тоже сыграла свою роль. Толстой, тот, что глава основной семьи, вряд ли допустит преследование, даже негласное, но все же вы весьма ярко блистали. Возможно, это поможет вам в поисках сестры, но журналистов мы выгнали подальше, поэтому на обывателя вывалится лишь охапка сплетен разного толка.

Что ж, это и так было очевидно — сейчас Пушкиным не до меня, спокойные деньки были неплохи, да и получил я немало от этой поездки. Средства, знания, опыт, новые знакомства — сложно такое переоценить. После увиденного в кабинете Светлова я не сомневался, что Пушкины подыщут для меня подходящую награду, хотя в денежном эквиваленте сложно оценить все произошедшее, конечно. Сотрудничество и поддержка мне были бы очень кстати, поэтому размениваться на определенную сумму глупо, но сейчас о таком рассуждать излишне — надо хотя бы отдохнуть.

— Понимаю. Возможно, я вернусь в Липецк ненадолго, на недельку-другую, — сказал я.

По крайней мере, стоило бы вернуться к клану и сообщить о Стефании лично. Лизу я пока отпускать не хотел, а по телефону говорить про дочь Влада как-то нехорошо. Да и вообще мы их даже еще не предупредили из-за навалившихся проблем, Влад до сих пор мог искать! Не хватало, чтобы еще кто-нибудь нарвался на неприятности.

— Граф наверняка будет рад с вами встретиться, — улыбнулся Владимир. Я ответил такой же вежливой улыбкой. Не уверен насчет радости, но сын Светлова отмщен. Хоть он и выступил врагом Российской Империи, для Светлова Николай все равно был сыном, чье убийство осталось безнаказанным.

— Потом я с большой вероятностью отправлюсь в Сибирь, поэтому вместо шикарного номера в гостинице мне пригодились бы знакомства в тех краях.

— О, все-таки отправитесь на поиски сестры? — воодушевился Владимир. — Только не уезжайте сразу, думаю, что в течение недели мы могли бы обсудить детали в присутствии Алексея Александровича.

— Хорошо. А насчет ночевки — как вы считаете, насколько безопасно отправиться к дубу? — поинтересовался я. — Да и вещи заодно нужно собрать.

Судя по всему, Чертоги весьма хороши в качестве укрытия. Конечно, сейчас Матвей вряд ли мог оберегать сон гостей дуба, однако других поводов повидаться с Настей напоследок может и не быть. Наверняка ближайшие недели всё вокруг будет забито ищейками, и мне не очень хотелось отвечать на лишние вопросы. Да и Нижний Новгород сейчас не казался таким уж безопасным — мало ли, куда сбежали беглые волхвы. Я хоть и силен, но спать тоже нужно, и уж обратно к Пушкиным эти мутные личности вряд ли вернутся.

— Полагаю, что котик будет не против, даже за, — ответил Владимир, после чего переглянулся с Георгием. — Лорелей…

— Спасибо, что заступились за нее, — добавил Георгий. — Она весьма известная звезда, но кто бы мог подумать! Брат, ты-то и вовсе рядом жил.

— Да, пожалуй, мне даже стыдно, — пригладив кучеряшки, сказал Владимир. — Не знал о ней, но наверняка были причины, поэтому оставим эту тему, — торопливо закончил Пушкин, хотя по нему было заметно, как сильно он боролся с любопытством.

— Так бы поступил каждый, — пафосно ответил я.

После произошедшего такая непринужденная беседа помогала отвлечься, поэтому и я был не против. Занятно только, что о Татьяне не говорили, значит, она приехала тайно, наплевав на правила школы, либо же Владимир решил не афишировать. Впечатления у девчонки наверняка остались весьма яркие! Ну, набиваться в спасители еще одной дворянской дочки я не спешил, тем более, что мое участие постараются особо не афишировать, а Татьяна меня вряд ли толком заметила. Подозреваю, что акцент на этой теме способен вызвать конфликт в Роду Пушкиных, раз речь о любимой дочке, но без знания тонкостей можно получить только больше проблем.

— Итак, господа. Усталость сказывается, поэтому прошу простить, но я вынужден откланяться. Берегите себя.

— И вы себя, Пётр Константинович, — ответил Владимир и пожал мне руку, после чего Георгий поступил так же.

А добираться еще хрен знает сколько… Что-то мне подсказывало, что в третий раз Синеглазка нас не повезет. Да и батареи наверняка уже нужно перезаряжать.

Выйдя из палатки, я увидел девчат, рассказывающих друг другу недавние события, а Синеглазка стояла недалеко от палатки и пыталась расчесать влажные волосы — похоже, что уже умудрилась помыть их с помощью магии.

— Петр.

— Марья? — вопросительно сказал я, подойдя ближе.

— Хех. Для тебя все эти титулы — лишь игра, не так ли? — девушка улыбнулась.

— Почему ты так решила?

— Я немного слышала разговор. Не подслушивала, это профессиональное, — угрюмо посмотрев на меня, быстро добавила Марья, увидев укор в моем взгляде. — Ожидала, что попросишь титул.

— А дадут?

— Нет. Но не потому, что ты недостоин, — покачала головой Марья. — Есть правила и общество ленивых дворян, которые купаются в самолюбовании. Но есть и много истинных представителей дворянства, люди чести, готовые на все ради своих людей и страны. Для первых ты — чужак, пытающийся дотянуться до их фальшивого света. Для вторых ты — незнакомец, и далеко не все готовы довериться первому встречному простолюдину.

— Что-то я не готов к философствованию в ночи, Марья, — я потер лоб и сморщился.

— Я бы предложила тебе поступить в Академию, рекомендательное письмо от Романовых приструнит первых и успокоит вторых. А там и титул можно получить во время учебы.

Ох, все так рекламируют Академию… Но сейчас это уже казалось не такой уж плохой идеей и без привязки к знакомствам и прочей мишуре. Надо бы получить передовые знания. Я мог сколь угодно долго кичиться умением использовать Вербы, полученным от сестры, но все-таки в этом мире применяется немало готовых решений, которые банально нет смысла сидеть и делать с нуля. И в библиотечных книжках не спешат все это рассказывать.

— Ладно, я подумаю. Через год-другой может и поступлю, у меня пока еще много дел.

— Надеюсь, что они на благо Российской Империи. А то не хотелось бы с тобой сражаться, — вздохнула Синеглазка.

— Не переживай.

Девушка задумчиво посмотрела на меня. Ее глаза и отдельные пряди ярко светились синим, весьма красиво смотрелось в темноте. Хоть и непривычно…

— Я тебе чуть позже пришлю инсигнию почетного гражданина.

Здесь я даже не сразу вспомнил, что это значило. Вроде бы это права, примерно равные чиновникам. Губернскому секретарю, как минимум!

— Благодарю. Инсигния, а не изменения в Гамаюне?

— Да.

— Следить за мной хочешь?

— Не совсем, — Синеглазка усмехнулась. — Нам все равно теперь стоит общаться. Герцог не забудет оплеуху от тебя. Неизвестно, где захочет ударить снова, но пока не найдем местоположение его «смерти» — ничего не изменится.

— Могла бы просто попросить номер телефона.

— У тебя умнофон оформлен на Карштайн. Нет, я понимаю, что не похожа на агента, но хватит уже с таким укором смотреть! Я вообще-то свою работу делала! — девушка даже голос слегка подняла.

И чего это она передо мной оправдывается?

— Ладно, все равно спасибо.

— Право на покупку недвижимости без обязательной прописки, освобождение от части налогов, право на регистрацию номера умнофона. В общем, сам разберешься, — отмахнулась Синеглазка, хотя я и не спрашивал. — Могу подбросить до усадьбы, кстати. Все равно уже привыкла вас всех возить…

— Не откажусь, — улыбнулся я.

И все-таки полезную вещицу она предлагала. Не плюсы титула, конечно, но все равно немало.

Глава 27

Скелеты в шкафу

По возвращении на территорию усадьбы мы увидели, что пожары уже потушили, но завалы пока не разбирали. Гостевой дом явно заняли эльфы, судя по обилию света в окнах и длинноухим силуэтам, а возле главного корпуса находились палатки целителей и похоронная команда, которая наверняка пыталась собрать то, что осталось после вторженцев.

Синеглазка, похоже, решила переночевать в гостевом доме вместе с остальными — все-таки он был рассчитан на немалое число людей, поэтому припарковала автомобиль рядом с домом, пожелала всем спокойной ночи и ушла без лишних разговоров.

— А мы пойдем ночевать в дуб? — поинтересовалась Машка.

При ее чувствительном слухе я не удивился бы, что она тоже слышала немало, причем даже без прямого желания подслушивать.

— Ага. Но пока что предлагаю привести себя в порядок и собрать вещи, завтра с утреца пораньше поедем на вокзал.

— Как скажете, господин, — Ириниэль с готовностью отправилась в дом, не показывая и малейшего сожаления, да и Машка, казалось, была недовольна только тем, что опять придется возиться с вещами. Которых у нее, в отличие от эльфийки, было очень много.

Лизу я попросил помочь с этим, и она с улыбкой поспешила следом. Видимо, вспомнила деньки, когда для Маши сама подбирала платья… Конечно, и у самой Лизы оставались какие-то вещи в арендованной усадьбе, но с учетом масштабного пожара я бы не надеялся на то, что они уцелели.

Мне бы тоже не мешало принять ванную, но я осознавал, что в доме с парой десятков дам можно и не надеяться спокойно помыться. Да и вырублюсь я, скорее всего, еще в процессе отмокания, поэтому обойдусь простыми водными процедурами с помощью магии, а завтра уже шикану.

Пока девчонки собирались, я хотел сперва сам заглянуть в Чертоги, чтобы договориться, а то всей толпой приходить на ночевку без предупреждения не хотелось бы, мало ли что там за ситуация сейчас. Все-таки о данжах я знал слишком мало, могло ли нападение спровоцировать какие-либо изменения?

Однако до того, как я успел уйти, передо мной оказались Золотце и Изумруд. Обе девушки явно бежали через весь дом, когда заметили приземление летающего авто, но на встречу надеялись, поскольку нарядились в униформу горничных. После нападения и увиденных ужасов заснуть не так уж и просто.

— Петр Константинович, — мягко сказала Золотце, внимательно смотря на меня. — Мы не смогли вас должным образом отблагодарить.

— Меня-то и не за что. Маша и Ириниэль вас выручили, разве нет?

— Им мы тоже благодарны, и скажем об этом отдельно, — серьезным тоном продолжала эльфийка, пока Изумруд выступала в качестве моральной поддержки, не иначе. — Именно вы уничтожили исчадие Герцога. Нынешний король эльфов, мой брат, слишком труслив и мелочен, чтобы положить конец правлению противоестественного выродка. А у вас есть смелость и сила…

— Спасибо за комплименты, конечно, но боролся с Герцогом я не ради эльфов, а вот Маша и Ириниэль пришли спасать вас вполне осознанно. Если уж так хотите отблагодарить, расскажите, например, каким образом ваши сородичи проникли сюда. Откуда у них заклинания токсинов? Как сюда протащили Титан втихаря? Вот это была бы благодарность.

Возможно, прозвучало грубо, но ввязываться в их дела без видимой выгоды я не хотел, а от рабыни, пусть даже королевских кровей, сложно ожидать награду. Да, вероятно, Синеглазка права, и теперь злопамятный дохляк запишет меня в свой блокнот для мести, однако это все еще не повод мчаться к британцам.

Судя по растерянному выражению лица, Золотце ответов на мои вопросы не знала. Изумруд сделала шаг вперед и сказала:

— Мы постараемся все выяснить, господин. И все же знайте — мы вам благодарны, как и все лесные эльфы!

Обе девушки встали на колени и склонили головы. От особы королевской крови это сильный жест… Если не помнить о том, как они готовили для нас, убирали и предлагали потереть спинку, конечно.

— Встаньте. Спокойной ночи, жду информацию.

— Конечно. И вам сладких снов, нектарных сновидений, — прошептала Изумруд томным голоском, снова решив отыграть прожжённую барышню, но я уже ушел.

Дуб не изменился с прошлых посещений. Все тот же зал для выступлений котяры, будто тонущий в окружающей темноте, да и закулисье казалось бесконечно далекой мглой. Даже сложно представить, сколько здесь еще помещений, однако просто бежать в темноту не получится — по факту здесь скрытые стены. Вопросов к устройству многовато, но юных представительниц чуди опрашивать смысла не было — большинство, как Маша, выросли снаружи. А вот котяра наверняка мог рассказать немало.

— Кто-нибудь есть? — позвал я, медленно подойдя к диванам и присев на ближайший в первом ряду. — Матвей? Настя?

Пришлось подождать пару минут, и котяра вместе с дочкой вышли ко мне. Матвей выглядел уже получше, хоть и опирался на трость, а когтистые перчатки повесил на пояс, поскольку руки были тщательно перебинтованы. Видимо, сильно пострадал от разрядника Титана, даже мощная Природа Насти сразу не залечила.

Кошечка за время моего отсутствия успела переодеться в белое платье с весьма короткой юбкой и надела… Чулки на подвязках с ажурной резинкой. Правда, перманентно розовые щечки и попытки спустить юбку платья пониже говорили о том, что надела она подобное впервые, но смотрелось великолепно.

— Ах, это ты. Я уже думал, что кого-то еще неладная принесла. Тысяча чертей, мяу! — проворчал Матвей.

— Поэтому взял дочку с собой, да?

— Раскусил. Иди уже к нему, зря наряжалась чтоль? — добавил кот, а Настя закрыла лицо ладошками и мяукнула. — Чего такое? — навострив уши, Матвей опять обратился ко мне.

— Я пришел, чтобы попросить о ночлеге.

— Вот как? Я думал, что свататься пришел, сталбыть. Иди переодевайся, котенок, не мяукай мне там! — Матвей проследил за убежавшей дочкой, а затем подошел к краю сцены и уселся на нее, осторожно положив трость рядом. — Спать — это хорошо. Приходи, конечно, мяу. Глупый кот и подумать не мог, что все так обернется! — покачал головой Матвей. — Дуэль, а потом остальное…

— Хочешь отдать мне Настю?

— А кому еще? — философски ответил котяра. — Она теперь о тебе только и болтает, все уши мне промяукала. Но проблемка есть… Анастасия служит в дубе проводником Природы.

— И что это значит?

Матвей немного наклонился в мою сторону, пока его хвост заинтересованно покачивался.

— Дело давнее. Быстро не расскажешь, мяу. Но раз пришла сегодня за нами сама смерть, пора вытащить скелеты из шкафа, кхе. И даже история в качестве платы мне не нужна, ты дал гораздо больше, мяу.

— Буду рад послушать, но все же… Чем это чревато для Насти?

Матвей задумчиво покрутил трость, после чего сказал:

— Сначала я был рад. Дочка талантлива, идеальная кошечка-баюша! Сильная, пение очаровательное, дарование, как ни погляди! Может, даже чересчур талантлива, но какой отец будет сомневаться? А все потому, что вместе с Пси у Настьки благословение Природы, она буквально проводник Эманации, благодаря чему дуб обладает целительными свойствами, а земли Пушкиных процветают.

— Впечатляюще.

— Да, мяу. Вот только это поглощает ману и не дает ей восполняться иными путями, поэтому каждый день нужно возвращаться сюда. Меня устраивало такое положение вещей… Но несколько лет назад кое-что случилось, и я начал опасаться за будущее Насти. Я-то бывалый, тысяча чертей! Всё повидал, везде побывал. Но она ничего не видела, как я могу запереть ее здесь, мяу⁈ И тогда стало ясно, что отказаться от влияния Дуба не так уж и просто. Он усиливает все ее способности, но она не может нормально общаться с людьми, мяу. Дочка любит музыку, любит петь, но не может выступать… Даже я даю храпака, когда она долго говорит!

Представляю. Невероятный магический талант, но бесконечное одиночество по своей сути. Чем-то напоминало Ленку. Конечно, ее тоже не понимали, считали странной и даже боялись, но у нее хотя бы был я.

Однако ситуация с маной странная. Я мог представить такой вариант, конечно, это напоминало симбиоз — растение ведь не могло вырабатывать ману, но даровало свои силы живому существу, и вместе с тем развивало его потенциал. За все эти годы неудивительно, что Настя настолько прокачалась, раз каждый день сливала ману в ноль. Сразу много сказок становится логичными! Вроде тех историй, когда жена говорит Иванушке, чтобы он подождал до утра, а сама творит невероятные чудеса. На самом деле просто ману восстанавливает, ага.

Несостыковка же проста:

— И зачем бал невест, если уже узнал про меня? Да и не факт, что я или другой жених остались здесь жить как бы.

— Так если ты нашелся, может и другие такие есть, мяу⁈ — воскликнул котяра. — Тысяча чертей! Что ж я буду за отец, если за первого встречного дочу отдам, мяу! Но теперь вопросов никаких — достойнее во всем свете не сыскать, истинно так.

— Но с дубом все же проблема? — не отступал я.

— Да. Я попробую перенести на себя его влияние. Но Настя уже достигла невиданных высот, тысяча чертей! Это толком не повлияет, лишь поможет ей беспрепятственно уехать. Вот только эта древесная каналья будет привыкать ко мне не один день, так что ты уж не расстраивай Настьку-то. Приезжай проведать.

— Мяу. Как-то нехорошо, папенька. Как будто и моего мнения нет! — надула щечки появившаяся из-за стены девушка. Теперь она надела платье подлиннее, но чулки снимать все равно не стала. Похоже, что стиль Лизы очаровал кошечку, или же посчитала его самым беспроигрышным.

— А чего его спрашивать, коль ты просила чулки купить, мяу. Только для суженого можно ноги-то подчеркивать куда ярче, лучше бы щиколотки оголила!

В общем, Настя снова покраснела и опять уже собиралась уйти.

— Не нужно наряжаться, Насть. Боюсь, что я слишком вымотался, и не смогу сейчас в полной мере насладиться твоей красотой, просто поспать бы, да и все. Да и не один я, сегодня многие постарались…

— Мяу. Поняла, — девушка улыбнулась и шевельнула ушком.

— Я просто хотел убедиться, что у вас все хорошо.

— Да! — звонко сказала кошечка, и Матвей уже начал зевать. — Папенька…

— Я не сплю! Хр…

— А что за случай, кстати говоря? — вспомнил я. — Да и показать что-то собирался. Матвей, не отлынивай, ты же сам сказал, что время пришло.

Кот заворочался и открыл глаза, после чего, кряхтя, поднялся, Настя подала ему упавшую трость, и затем котик заковылял к стенке.

— Сейчас все подготовлю. Вы пока постели застилайте, мяу.

Воспользовавшись моментом, девушка осторожно подошла ко мне на цыпочках и быстро чмокнула в щеку. Уже это было для нее невероятно смелым поступком, поскольку она сразу же прижала ушки к голове, схватилась за хвост и густо покраснела.

Осторожно погладив по волосам, я ощутил теплоту и мягкость дрогнувших ушек, а затем даже услышал тихое мурлыканье.

— Так, молодежь, мурлыкать будете потом! — проворчал Матвей, но Настя все равно улыбнулась и, снова встав на цыпочки, прошептала мне на ухо:

— Спасибо. Мне было очень страшно, мяу.

Что ж, подвигов от Насти не стоило ожидать. Я сперва ориентировался только на ее силу, но она все-таки почти всю жизнь просто сидела дома. Конечно, сегодняшний день для нее был слишком шокирующим.

— Главное, что ты в порядке.

Пообещав скоро вернуться, я сходил за девчатами, и вскоре они заглянули в Чертоги. Я разве что не был уверен насчет Лизы, все-таки Природа на упырей действовала иначе, но попытаться стоило.

Сказав девчонкам встать в одном месте, я наложил на них воздушный барьер, частично рассеивающий Пси, после чего предложил Насте говорить.

— П-привет, мяу. Меня зовут Анастасия, но можно просто Настя, — почти что тараторила кошечка, держась за хвост. — Я… Ох. Неужели…

— Что-то не так? — Машка приложила пальчик к подбородку. — Нет ничего такого в том, что ты еще одна невеста Пети, поэтому не стесняйся.

— Н-невеста⁈ Мяу! — волосы Насти начали менять оттенок, и она смущенно потупила взгляд. Потом вспомнила, что новые знакомые уже должны заснуть и непонимающе посмотрела на них, потом на меня. — Это…

— Ага, не спят. Только все равно давайте не очень долго болтать, хорошо?

— Ты потрясающий, мяу! У меня появились первые подружки!

— Быстро, — Лиза улыбнулась. — Но я не против. Милая кошечка. Меня зовут Елизавета, можно просто Лиза.

— Господин удерживает мощный поток псиэнергии, будьте лаконичнее, — с укором сказала Ириниэль.

Машка ахнула, Лиза удивленно вскинула бровь — они даже ничего не заметили, а Настя страдальчески вздохнула.

— Простите, мяу.

— Ничего страшного, просто нужно отдохнуть, — примирительно сказал я.

Так что девчонки обошлись приветствиями без подробностей и девичьих сплетен, но Настя слишком втянулась и тихонько шепнула мне:

— Может, есть еще кристаллик? Я сделаю так, что ты сразу не заснешь, мяу.

— Ничего себе как вы близки, — Лиза даже присвистнула.

— Это не совсем то, о чем ты подумала, — улыбнулся я, после чего вспомнил кое о чем. — Кстати говоря… Я подумывал над тем, чтобы преобразовать этот кристалл в ману для упырей. Обычные кудесники могут поглотить ману из него, но с упырями не все так просто.

У меня оставался последний образец. И хотя Пыль еще имелась, я не успел сделать больше до бала.

— А, Лиза же упырь, да. Вот почему всё другое, мяу, — пробормотала кошечка, взяв у меня кристаллит. — Это можно, мяу. Надеюсь, что сработает.

— Серьезно?

Настя сказала это с такой легкостью, что я даже не поверил. Посмотрев на меня, девушка шевельнула ушком, непонимающе склонила голову и вернула кристаллит через несколько секунд. Я заметил, что на нем появились следы легкой синхронизации с Природой и даже Энергией, но теперь не только моей.

— Попробуй пососать, мяу, — заявила Настя, на что Лиза опять улыбнулась.

— Прямо сейчас?

— Да, мне же хочется увидеть, мяу, — осторожно добавила Настя, и я с укором посмотрел на веселящуюся Лизу.

Понимаю, ей тоже хотелось хоть как-то отвлечься от скверных мыслей, но откуда вдруг столько пошлостей? Или это я надумал себе пошлостей? Или это Лиза веселится, потому что знает, что я надумал себе пошлостей… Псимагию еще изучать и изучать!

— Просто положи под язык, — предложил я, но Лиза подошла и сама открыла рот, нагло показывая язычок и удлиненные клыки. — Готово, — проворчал я.

— К нам привозили тяжело пострадавших бойцов. Они попали под атаку теневых существ, мяу, — начала быстро объяснять Настя. — Обычно регенерация маны восстанавливалась постепенно, но в случае долгого и мощного воздействия человек терял способность восполнять запасы маны, мяу. Если активировать биопотенциалы и перелить немного донорской крови, то можно возобновить процесс, мяу!

Из-за долгого рассказа я уже не мог толком сдерживать псионику, поэтому Маша и Ириниэль начали зевать. Матвей вообще куда-то под шумок смылся! Зато Лиза вдруг внезапно ахнула и чуть не выплюнула кристаллит.

— Р-работает! Это… Чувствую особенный привкус Пети… И запах Насти… Но самое главное, что голода нет! — впервые за долгое время я видел Лизу настолько счастливой. Хотя начальные фразы я все-таки убрал бы, а то и кошечка смутилась, и на меня посмотрели с подозрением.

— Если мы вместе изобрели рецепт от вампиризма, то это нечто невероятное, — с улыбкой сказал я и подхватил Настю, слегка приподняв, отчего девушка изумленно замяукала.

— А⁈ Рецепт⁈ Мяу!

— Дай я ее тоже потискаю!

Лиза отняла у меня Настю, и в итоге растерянная, но вроде бы радостная кошечка так и ходила по рукам минут пять.

Ну, можно было подумать, что я взял на себя слишком много, однако активацию батарейной пыли до кристаллита если и делали, то распространяться об этом не спешили, поэтому я тоже считал себя первооткрывателем. И хотя рецепт довольно дорогой, требовал проверки на других упырях и оценки влияния на Лизу, все равно это впечатляло.

— Я пока что пойду готовить постель для господина, — Ириниэль не знала о проблемах Лизы, поэтому просто ушла к кроватям, которые стояли дальше всего от сцены, а Маша поспешила следом.

— Вот вы где. Ох, каналья! — Матвей схватился за поясницу. — Если готовы, то вперед. Дама… Елизавета, верно? — кот вздохнул, а Лиза задумчиво кивнула.

— Верно.

Значит, мне не показалось? Они явно знакомы. Матвей на всякий случай представился, после чего настойчиво позвал за собой. Предупредив Машу и Ириниэль, я с Лизой и Настей отправился следом за котярой. На самом деле, несмотря на усталость, все это слишком волнующе, чтобы отказываться. Неужели удастся увидеть секреты чертогов?

За кулисами оказался вполне себе обычный коридор, разве что весьма длинный. Как и общий зал, он утопал во мраке, отчего потолок и стены казались слишком далекими, однако Матвея это будто бы и не беспокоило.

Коридор вел к арке с распахнутыми дверями, с виду — деревянными, украшенными множеством витиеватых узоров, а рядом пустовала ниша, по размерам как раз примерно соответствующая ранее найденным у Одержимых самоцветам.

За дверью оказался весьма просторный зал, целая гостиная, с несколькими дверями и одной открытой аркой, аналогичной ранее увиденной. Гостиная обустроена весьма уютно: пушистые ковры на полу, элегантная деревянная мебель, явно заказанная у Пушкиных, поскольку примерно такой же стиль использовался при обустройстве усадьбы. Даже искусственный зачарованный камин имелся, для уюта и антуража, а мягкая на вид софа и кресла вокруг журнального столика были сейчас усыпаны остатками перевязочных материалов. В воздухе пахло антисептиками и травяными снадобьями, а еще какой-то едой — на столике осталась пустая посуда.

— Я не успела убрать, м-мяу! — смущенно прошептала Настя, закрыв лицо ладошками.

— Ну что ты, это мы просто нагрянули внезапно, — сказал я, снова легонько погладив Настю по голове и примяв при этом ушки, отчего девушка машинально замурлыкала, а Лиза хмыкнула.

— Так. В комнаты не зову, там не прибрано, — заявил Матвей. — Да и информация, которую узнаете… Не для всех. Но сказать надо, иначе кто знает, что дальше эти канальи натворят.

— Понял. Так куда же мы идем?

— Почти до центра, — добавил котяра. — Каждые Чертоги поделены на определенные зоны, отделенные друг от друга вратами, но внешний вид может отличаться. Наши похожи на большой особняк, например, мяу.

— Но как вы в них очутились?

— Хочешь верь, а хочешь нет, но и я не знаю, — котяра хохотнул. — Интересно, конечно. Кто-то считает это тюрьмами, кто-то — Ковчегами спасения, мяу. Дескать, падение метеоритов — это отголосок невероятной катастрофы, уничтожившей прежние миры чуди, как вы, люди, нас называете. Но далеко не все из нас жили в одних краях, вот ситуация-то и не складывается.

Пока котяра распинался, мы прошли еще через несколько дверей. Между ними можно было заметить другие большие залы, двери в комнаты поменьше, но эта часть Чертогов была заброшенной, хоть и открытой.

— Вроде Герцога? Я так понимаю, он чужероден даже по меркам других рас?

— А чего ж нормального в этой каналье? Да и бесы эти… Тьфу на них. Есть те, кто поболтать горазд, но из остальных публика прескверная. Тысяча чертей — это не от большой любви к этим канальям! — Матвей расхохотался, а Настя смущенно отвела взгляд. Шутки отца ей казались неуместными.

— Тогда что ты надумал? Ты ведь умный, кот-ученый.

— Я думаю, что это части поселений, а не крайняя мера ради спасения, мяу. Любой богатый Род скажет тебе, что неплохо держать при себе Чертоги, там могут появиться новые артефакты или даже жители. И дело не в… — котяра глянул на дочку, и та шевельнула ушком. — Не в семьях, сталбыть. Расширяются они постепенно, вот и вся причина.

Мы дошли до еще одной двери, на этот раз закрытой. Матвей достал из небольшого ларца самоцвет и поместил его в нишу, отчего двери сами собой медленно открылись, подняв облако пыли. За ними находился еще один зал, где действие повторилось, еще один… В конце концов, мы вышли к длинному коридору, в конце которого нашлась особенно большая комната, поделенная напополам чем-то вроде огромного зеркала, заполняющего помещение от пола до потолка.

— Вот и секрет некоторых Чертогов. Наши — старые, мяу, больше времени для изменений. И эта комната появилась всего лет двадцать назад. Пойдем? — заговорщицки прошептал Матвей.

— Точно стоит идти туда после ран и затяжного боя? — на всякий случай уточнил я.

— Да, я уже разведал, потому долго и шел, мяу.

Вздохнув, я переглянулся с Лизой. Знает ли она вообще, о чем речь? Похоже, что воспоминания не проснулись, но какие-то отголоски имелись.

— Пойдем.

Настя испуганно мяукнула и обвила мою руку хвостом, но стоило мне извернуться и слегка погладить мех, как от страха не осталось и следа. Громкое урчание, правда, не очень подходило атмосфере мрачного места. Зал с потолками метров под пятнадцать, утопающими в темноте, огромное зеркало, полумрак и темнота вокруг…

Как только Матвей подошел ближе, зеркальная поверхность подернулась дымкой и рассеялась, открывая вид на вторую половину. Множество колонн разной высоты, на навершиях — подобие мраморных тронов с высокими спинками. Колонны располагались симметрично вдоль стен, в центре находилась круглая площадка с шикарным черным роялем, украшенным позолотой. Инструмент хоть и казался уже немного потрепанным, покрыт пылью и паутиной, но наверняка до сих пор мог порадовать музыкой. На закрытой крышке набросаны бумаги, вокруг — истлевшие остатки цветов.

— Это еще одна сцена? — поинтересовался я.

— Да. Концертный зал для ценителей, — с легкой тоской в голосе сказал Матвей. — Мы обнаружили друг друга почти одновременно. Врата заперты с нашей стороны, но я оказался слишком любопытен. Это дом грифонов.

— Еще одни Чертоги?

— Именно, мяу! — вздохнул котяра. — Она, моя любимая, ценила искусство, я прекрасно пою, — не без гордости заявил Матвей, хотя на этот счет у меня все-таки были сомнения. — Так всё и закрутилось, а потом родилась Настя.

Выяснять насчет грифонов сейчас мне показалось неуместным, поскольку в моем понимании это здоровенные такие орлольвы… Львиноорлы? В общем, не стал я ставить котяру в неловкое положение и создавать в фантазии всяческие образы. Правда, матушку Насти знать все-таки стоило бы, но по тону повествования и так уже все ясно. Она погибла.

Пока мы говорили, Лиза подошла к роялю. Осторожно присела на пыльный стул, провела рукой по клавишам, неожиданно легко сыграла небольшую партию, и в огромном зале звуки быстро потонули, сменяясь безэмоциональной тишиной.

— Мать Елизаветы часто приглашали к себе играть, мяу, — дрогнувшим голосом сказал Матвей, пальцем указал на колонны с высоко расположенными «тронами». — Все племя грифонов слушало с наслаждением, и я приходил почти на каждый концерт, мяу. Хотя что вам брюзжание старика? Важнее, что однажды я обнаружил ужасное — разоренные Чертоги. В одночасье их всех, каждого грифончика, пришли и уничтожили, канальи! — Матвей покачал головой.

— Папа, — Настя погладила отца по плечу, обняла сзади.

Шмыгнув носом, кот продолжил:

— Стоило пойти и отомстить, но на кого бы я оставил дочку? Она тогда совсем малышкой была, да и ненаглядная моя наверняка подозревала что-то, вот и оставила со мной Настю. Как знала, мяу!

— Это то самое «кое-что», поэтому ты и передумал?

— Нет. Но я запер врата, чтобы враг не прошел на наши земли. Открыть их можно только с нашей стороны, мяу. Однако позже я все равно услышал стук, — Матвей посмотрел на Лизу. — Карштайн пытались найти убежище, но их смертельно ранили до того, как я решился помочь. Вот такая у меня тайна, мяу. Оставалось лишь похоронить по-человечески, но и здесь кто-то выследил и нашел могилы. Сегодня мне стало понятнее, кто это мог быть, но тогда я поступил слабохарактерно, мяу.

— Погоди-ка. Хочешь сказать, эти чертоги связаны с Чертогами в Германии? — на всякий случай уточнил я, чтобы окончательно удостовериться.

— Именно так, мяу. Можешь выйти и прогуляться, рядом есть деревушка, где готовят великолепные колбаски. Если и ее не разорили, мяу, — мрачно добавил кот.

Все сложилось. Понятно, почему Настя взяла себе прозвище Лорелей, наверняка была наслышана и без отца. И Лиза была права, когда говорила о Нижнем Новгороде! Однако здесь нет Порчи, поэтому волхвам хватило наглости выкопать ее и Влада, отвезти в Липецкую губернию.

— Тогда можно предположить, что эльфы пришли из чертогов, расположенных в Британии. Возможно, что даже в Тульской губернии, — высказался я.

Тула часто торговала с Липецком, поэтому протащить рабов явно не проблема, пока все пытались понять, как именно их доставляли через море. И это же объяснило бы необычную активность волхвов именно в тех краях, из-за чего они напоролись на Стефанию.

И Алексей Найт, неизвестным способом вернувшийся после контрабанды артефактов, тоже теперь нашелся.

Единственное, что выпадало из картины, это сама Стефания. Она не была из английской аристократии, да и вообще не получила титула, однако имела при себе такой же фиктивный гамаюн, как и у остальных, то есть не являлась простой жертвой волхвов. Однако из-за одного сомнения нельзя недооценивать остальное.

— Думаю, тебе стоит рассказать обо всем Пушкиным лично. Если таких чертогов уже немало, или же станет больше, то ничем хорошим не закончится. Ситуация, похожая на сегодняшнюю, будет повторяться вновь и вновь.

Конечно, это обоюдоострый меч, если найти больше Чертогов, то и иностранцы могут схлопотать от имперского вмешательства, но пока неизвестен масштаб проблемы.

— Да, мяу. Но ты должен был узнать, и Лиза тоже, мяу.

Хотя я как-то переволновался… Для меня напрямую это ничего не меняло на первый взгляд, но и полностью игнорировать подобное сложно. Я все-таки планировал отыскать и бесхозные Чертоги, чтобы увидеть ценность артефактов, и хотелось бы добывать вербинит не только в виде статуэтки раз в несколько лет. Вопрос безопасности теперь стоял еще более остро, однако и любопытно, черт возьми.

«Ого, братик заинтересовался. Я рада, что тебе интересно!»

Знала ли Ленка о том, что этот мир меняется? Молчит, хитрая. Но моя цель пока не изменилась, и новая поездка в этом определенно поможет, я в это верил.

— Спасибо вам, — Лиза склонила голову. — Кажется, я даже вспомнила… Может и придумала, но грифоны правда остались в памяти. Такие величественные, но справедливые.

— Похоже на них, мяу, — Матвей улыбнулся.

— Думаю, нам все же стоит уйти из чужих Чертогов на территории другой страны, — напомнил я.

Со мной все согласились — история о полностью уничтоженном поселении создавала гнетущую атмосферу. Хоть это и было еще до моего рождения, все равно как-то не по себе.

Тщательно закрыв все врата, Матвей в полном молчании проводил нас назад, пообещав все рассказать Пушкину, после чего мы попрощались с Настей и котом, и направились обратно в главный зал.

Маша и Ириниэль не выдержали долгого ожидания и уже сладко спали, поэтому мы с Лизой остались наедине.

— Кажется, королева грифонов даровала мне благословение, из-за чего я и стала гораздо более живучей, — неуверенно сказала девушка, усевшись вместе со мной на диван. — Но от смерти не убежишь.

— Как ты сейчас себя чувствуешь?

— Забавно. Словно ваше с Настей тепло меня согревает, — Лиза коснулась меня рукой. И хотя она была прохладной, все равно казалась чуть теплее обычного. — В общем, я могу выглядеть грустной, но не жалею. Не умерла бы — не встретила тебя, воть, — смущенно улыбнувшись, добавила девушка, и я погладил ее по бедру.

— Кто знает. Но я тоже рад, что мы встретились.

Лиза кокетливо убрала прядку за ухо, повернулась ко мне, приобняла. Короткий и нежный поцелуй — словно небольшое подтверждение слов.

— Я все-таки пойду спать. И ты отдохни, — добавил я, на что девушка отмахнулась.

— Обойдусь. Ты меня наполнил своей маной до краев, хи-хи.

— Лиза… Ладно, такой приятный настрой, но лучше сказать. Думаю, стоит позвонить Владу сейчас. Если держат связь, то он будет знать и вернется домой пораньше.

Девушка кивнула, с благодарностью посмотрев на меня. Не хотелось сбивать настрой, однако такой расклад Лизе тоже понравился. Раз я ценил ее клан, то ценил и ее. Подозреваю нечто подобное, но сейчас девушкой овладел такой яркий коктейль эмоций, что вычленить отдельные впечатления было сложно.

— Я это ценю, — с чувством ответила Лиза.

— Может, я сам позвоню?

Девушка упрямо замотала головой. Набрав номер, дождалась ответа.

— Отец?

— О! Лиза. Я уже боялся, что ты не позвонишь сегодня, — голос Влада звучал радостно. — Как вы там?

— Я с Петей. А Стеша… Она…

— Можно не искать, я уже понял. Ты бы с Петром поговорила, глядишь и с Алексеем разберется.

— Он тоже⁈ — Лиза окончательно растерялась. — Отец?

— К нам пришли гости попариться, позвони через часок, если будет удобно.

Лиза непонимающе посмотрела на меня после разговора. Голос Влада казался чересчур веселым, однако и подробности он вряд ли мог знать. Журналюги если что и выпустят, то только утром.

— Думаю, лучше еще раз позвонить завтра. Видимо, он слишком занят, поэтому толком не понял, но раз вернулся в Липецк, то уже хорошо.

— Знаешь, я сильна, поэтому почти не ощущаю изменений от клановой способности, — тихо начала Лиза и посмотрела на меня, положив руку на область сердца. — Но слабее она не стала, может, наоборот даже. Вдруг Стеша жива⁈

Я вздохнул и обнял Лизу. Принять такое тяжело, хотя напрямую я проверить и не мог, поскольку сила Благодати или кланового аналога у меня не отображалась, ведь для анализа требовались все носители. Доказательств у меня воообще не было: Лиза не присутствовала во время сражения, не могла видеть, поэтому надежда оставалась.

— Давай-ка отдохнем. Завтра оценим все с новыми силами.

— Пожалуй, ты прав…

* * *

С останками демонов работали по обычному алгоритму. Огородив место гибели существа, использовали спецсмесь, либо временно накрывали полупрозрачным куполом с пси-зачарованием до приезда специалистов.

Слуги Пушкиных шепотом обменялись фразами, жестами подавая команды водителям отогнать фургоны с дороги — все основные пути в Чёрное были перекрыты.

Приближающийся парящий над землей броневик поражал неподготовленного зрителя хищным оскалом, формируемым за счет узких фар и специфической формы охладителя. Рубленая форма корпуса и матовый черный цвет с инсигниями ИСБ и гербом «Нулевого отдела» в виде раскрытой книги над разломом в земле тоже смотрелись впечатляюще, недаром многие мальчишки и девчонки мечтали пойти служить в «Нулевой отдел», а фильмы и сериалы с участием этой службы всегда пользовались популярностью.

За броневиком следовала служебная машина, покрашенный в цвета отдела полицейский «ПАЗ» с дополнительным бронированием. Из машины вышла девушка, облаченная в «Кольчугу Черномора» — облегающий тело комбинезон с ярким силуэтом на груди, пронизанным множественным зачарованием. Взяв шлем и закрепив его на поясе, девушка захлопнула дверь. Голубоглазая блондинка с каре выглядела слегка легкомысленной, но очки на носу добавляли образу немного строгости. Как и у других сотрудниц «Нулевого отдела», подготовленных для полевой работы, у нее была идеальная спортивная фигура, что «Кольчер» отлично подчеркивал.

Из фургона появился здоровяк — угловатая броня на его теле издавала тихое гудение при движении, а громоздкие наплечники были увешаны оберегами разных типов и размеров. Антимагическая пылевая броня «Сварог ПБ-Б3» слегка блестела и светилась, что было особенно хорошо заметно ранним осенним утром. Могучие мышцы и внушительный торс прикрыты практически самой лучшей броней в распоряжении имперцев, выше классом только колдовские доспехи, поэтому носитель не пытался прятаться за укрытия и гордо вышагивал по асфальту.

— Ты уже проверила? — послышался бас из-под шлема.

— Да. Псовые, серебряный уровень. Тело. Голод. Надо идти в дом, там что-то занятное, — быстро отчеканила девушка.

— Так пойдем.

Из броневика появились кудесники габаритов поскромнее, но тоже облаченные в «Сварога». Останавливаясь возле полусфер, они активировали оборудование на запястье, после чего распыляли смесь из встроенного в броню ранца.

— Ты рапорт-то читала? — тихо, насколько это возможно, уточнил здоровяк.

— Да, — протянула девушка и зевнула. — Добрыня, только не надо лекций, пожалуйста. Не в пять утра.

— Хорошо, в пять ноль одну начну.

— Ха-ха. И так уже понятно, что никого нет.

Добрыня остановился возле почти полностью сгоревшего дома, ткнул пальцем в сторону шлема, и девушка, вздохнув, надела его.

— Молодец. Не цыкай там, Озорница.

— Да не цыкаю я. Волосы прищемила просто, — послышался приглушенный вздох, пока девушка быстро набирала комбинацию на анализаторе, затем меняла ее на другие. После этого начала читать заклинание — символ на Кольчере засветился, и перед девушкой из ниоткуда появился летающий глаз с крыльями, связанный тонкой энергетической нитью с символом на груди девушки.

— Считала. Дьявол. Изумрудный уровень. Разум. Зависть. Из триумвирата, сильная тварь была. Погоди-ка…

— Что еще?

— Следовое благо. Огонь?

— Мы на углях стоим, действительно огонь. Не зря ты на детектива пошла, Озорница! Горжусь тобой, — из-под шлема послышался очень громкий хохот.

— Хорош! — смущенно ответила девушка. — Я не об этом… Хотя лучше пока не буду торопиться с выводами. Души нет, поэтому поздравляю, у нас несанкционированный демонолог, который тянет даже Изумрудных дьяволов.

— А в прошлый раз?

— Тоже изумруд, но Тело, Похоть. Затейница занималась, я читала.

Добрыня осмотрелся, зашел внутрь и прошелся по дому.

— Почему тогда нам отдали?

— Кто ближе был, тому и отдали. Но вопрос… Три гончие исчезли. Следовое присутствие есть, а остатков тел — нет.

— Сожрали? — флегматично спросил здоровяк.

— Вряд ли. Прибор барахлит, пойду поменяю, проследи пока за Глазом.

— Угу.

Озорница непонимающе посмотрела на экран еще раз — там до сих пор красовалось:

'Око.

Анализ.

Школа Жизни (Ангелы — см. справку. Основной ареал обитания — Европейская Теократия, Испания)

Эманация Огня, следы благословения Огня

Неизвестная сигнатура

Неизвестная сигнатура

Неизвестный минерал

Ключевая сигнатура… Прощальное содержание заклинания или упоминание извинения на Ключах Чертогов.

Предположение: Заклинание «Возрождение».

* * *

Продолжение:

https://author.today/reader/308744/2835341

Content

Вербомант 2

Интерлюдия «Синеглазка»

Глава 1 Прощание

Глава 2 Красота

Глава 3 Совпадения

Глава 4 Стали ближе

Глава 5 Путешествие

Глава 6 Гостеприимство

Глава 7 Истинная цель

Глава 8 Тридцать три

Глава 9 Вечная Льдинка

Глава 10 Перспективы

Глава 11 Проверка

Глава 12 Конкуренция

Глава 13 Совпадения

Глава 14 Кристаллит

Глава 15 Открытие

Глава 16 Лорелея

Глава 17 Зачарователь

Глава 18 Прошлое и будущее

Глава 19 Бал

Глава 20 Американец

Глава 21 Химера

Глава 22 Девичник

Глава 23 Токсин

Глава 24 Помощь

Глава 25 Король немертвых

Глава 26 Бретер

Глава 27 Скелеты в шкафу