Анна Эберт, Анастасия Крот

Богатырша

© Эберт А., Крот А., текст, 2024

© Вдовина Н, иллюстрации, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Пролог

Тьма. Она окутывает, затягивает, не дает вдохнуть полной грудью. Она везде. Каждое ее прикосновение к коже оставляет могильный холод, пронизывающий до самых костей. Хочется съежиться, обнять себя руками, согреться. Но во тьме нет ничего, кроме незнакомого голоса, тянущего грустную песнь. Нет сил противиться ему. Нет никакой возможности закрыть уши, убежать, закричать.

Иногда тьму может пронзить луч надежды. Если ухватиться за него всем своим естеством, есть шанс выбраться из всепоглощающей пелены. И тогда тьма постепенно начинает рассеиваться, становится менее плотной. Могильный холод сменяется летней прохладой, а заунывный голос словно отдаляется все дальше и дальше, неспешно затихает. С отступлением тьмы приходит осознание. Где я? Что происходит? Хочется закричать, но из рта не вырывается и звука.

Глаза начинают различать белые силуэты. Вокруг знакомые и незнакомые деревенские. Их лица не выражают ничего, глаза закатываются. Какие-то сильные чары. Люди, будто сонные, плетутся вслед за человеком в черном одеянии. Он тенью идет по длинной тропе, пересекающей поле, ведет к огромному дереву. Это место знакомо каждому жителю близлежащих деревень. Высокое, с широким стволом и раскидистой кроной – его видно издали. Дети любят взбираться на его ветви наперекор родителям и страшным сказкам. Зовется оно Древом Жизни. Крона его – пристанище богов, Правь. Ствол – Явь, в котором живут люди. Корни – Навь, куда уходят души после смерти. Вот и желали ребятишки взобраться повыше, чтоб увидеть богов собственными глазами.

Сейчас все иначе. Освещенное полной луной, дерево кажется зловещим. Вереница людей, облаченных в белые рубахи, следует к нему, как завороженная. И нет сил свернуть с тропы, побежать прочь. Что-то удерживает, заставляет ноги двигаться. Чем ближе древо, тем больше оно становится, нависает, давит. Сейчас оно кажется источником тьмы и ужаса, будто сама Навь окутала его.

У основания древа собрались люди в таких же черных одеяниях, как ведущий. Их головы покрыты тканями, отчего не разглядеть лиц. Факелы в их руках бросают страшные тени. Незнакомцы бормочут слова, которых не разобрать. Звуки сливаются в единый шум, переплетаются с ветром и разносятся по округе. Страх все сильнее охватывает. Хочется обернуться, ведь где-то там, позади, остался дом, тепло, родные.

Незнакомцы бормочут все громче и громче, пока вереница зачарованных людей расходится, обступает ствол со всех сторон. Уже можно различить некоторые слова. Сердце замирает, когда слышится имя Мораны.

Эти люди поклоняются иным богам. Поклоняются тьме.

Ноги сами собой снова движутся, вынуждая приближаться к стволу. Сердце испуганно трепыхается в груди, будто хочет пробить ребра и упорхнуть прочь. Земля отчего-то начинает дрожать.

Когда имя Мораны послышалось второй раз, толстые корни дерева медленно поднимаются, открывая углубления, похожие на могилы. Из земли веет холодом. Страх сковывает тело. Слева старик в белом одеянии спускается в уготованную ему могилу и ложится в холодную землю. Корень тут же обвивает его и с отвратительным хрустом утягивает вглубь.

Один за другим, люди повторяют проделанное стариком. Они добровольно ложатся в землю, никто не плачет и не кричит. Слышится только отвратительный хруст костей и треск корней. Голоса людей становятся все громче, словно подталкивая к могиле.

– Еще один почти сбросил чары, – доносится голос позади.

Сильный удар в спину, и все еще безвольное тело падает в углубление. Слышится треск корней, земля осыпается на волосы. Сильная боль пронизывает тело, а затем наступает оглушающая темнота.

Глава 1

Болотный мор

Старград еще спал. Первые лучи солнца едва выглянули из-за деревьев, небо только начало светлеть. Закричали петухи вдали, объявляя начало дня. Ярослава так и не сомкнула глаз, всю ночь просидела у окна и вглядывалась вдаль. Приоткрытые деревянные ставни с резным рисунком поскрипывали от каждого дуновения ветерка. Девушка разглядывала светлеющую улицу, невысокие деревянные строения. По дороге с лаем пробежала собака, а за ней какой-то дружинник. Мужчина бранился, видимо, он пытался поймать животное. Голоса постепенно удалились, и Ярослава вернулась к размышлениям. Мысли не давали покоя. Девушка намеревалась во чтобы то ни стало обговорить с князем свое будущее.

Постепенно рассвело. На улицах Старграда появились первые прохожие. Вдали раздавались песни, челядь шла на поля подготавливать урожай к сбору. Богатые же люди еще не высунули своего носа на улицу. Должно быть, княжна Отрада тоже еще крепко спит, но не князь. Ярослава знала, что он ранним утром собирает совет, поэтому начала готовиться заранее.

Густые рыжие волосы она заплела в две тугие косы, подвязав на конце обрезками лент. Длинную белую рубаху до колен, искусно расшитую на подоле, рукавах и вороте красными нитями утянула широким поясом. Девушка надевала ее всего дважды – на самые важные праздники. Под низ натянула порты и легкие кожаные сапожки. Неприемлемый вид для девушки, что должна носить лишь платья, но Ярослава игнорировала этот обычай ради своей мечты.

Девушка распахнула большой расписной сундук, достала меч и любовно провела большим пальцем по резной рукояти. Его Ярослава тоже редко брала в руки. Это единственное, что ей осталось от отца. Князь множество раз рассказывал за трапезами о подвигах богатыря Пересвета. Ярослава не знала своих отца и мать, могла лишь по крупинкам собирать о них истории от бывалых витязей. Ей было лишь известно, что от своего родного отца она унаследовала немалый рост и редкий огненный цвет волос. Сестра же обидно обзывала Ярославу «рыжей кобылой» из-за схожести с лошадью, которая у них когда-то жила. Скорее всего, юная княжна имела в виду не только цвет волос, но и рост, которому могли позавидовать даже крепкие мужики. В сундуке также лежали кольчуга и черный длинный плащ, но она решила, что нет необходимости надевать это все прямо сейчас.

Девушка завела за ухо выбившуюся прядь и вышла из покоев. Как и ожидалось, князь Светозар отыскался в гриднице со своими самыми приближенными советниками. Он неодобрительно окинул взглядом Ярославу, когда та тихонько вошла, но промолчал. Девушка встала рядом с наставником позади дружинников и притихла. Игорь был единственным во дворце, за кем девушка могла бы спрятаться. Ярослава снова завела непослушную прядь за ухо.

Собрание уже началось, и, видимо, обсуждалось что-то важное, отчего появление княжны даже не заметили. В гриднице собралось больше десятка мужчин. Светлое небольшое помещение едва могло вместить всех советников. Люди сгрудились полукругом, перешептывались. Советники стояли плотно друг к другу, но на почтительном расстоянии от княжеского трона, и все бросали взгляды на посыльного в центре. Одежда мужчины была пропитана потом и пылью, кое-где даже виднелись капли засохшей крови, а сам он пытался отдышаться. Ярослава сразу догадалась, что это человек брата Идана.

– Вновь бью челом перед князем Светозаром! – Посыльный припал лбом к полу. Вероятно, мужчина уже не первый раз за сегодняшнее утро говорил об одном и том же, потому что князь тяжело вздохнул и покачал головой. – На востоке княжич Идан готовит наступление на кочевые племена. Кочевники расплодились в степи, как собаки. Нам нужна помощь. Прошу, услышьте глас Идана!

– Повторюсь, я приказал Идану оставить их. – Князь устало откинулся на спинку деревянного резного трона, прикрыл глаза ладонью и тише продолжил. – Если племена начнут объединяться, чтобы противостоять нападкам Идана, быть еще большей беде. Лучше отдать часть территорий.

– Княжич Идан не согласен с этим. Ярая орда не остановится и продолжит свое наступление, даже если мы уступим часть княжества Старгородского. Тем более там находится Межецк – крупный город с хорошими торговыми путями. После него на многие дали нет ни одного столь сильного опорного пункта. Нам придется отдать почти половину княжества! Поэтому княжич Идан намерен захватить кочевников. Это будет стоить жизни многих воинов, но избавит нас на долгие годы от напасти и защитит простых жителей…

– Ты чего так разоделась? – прошептал Игорь, отвлекая Ярославу от подслушивания важных новостей о старшем брате.

– Решила напроситься к Идану в подкрепление. Не могу боле сидеть во дворце!

Игорь кивнул и обратил свой взор к князю. Ярослава же принялась прокручивать в голове речь, которую она продумывала всю ночь. Сердце колотилось в груди, волнение и страх перед неизвестностью путали мысли.

Князь взмахнул рукой, давая понять послу, что боле не желает его слушать, но мужчина на свой страх и риск не подчинился приказу:

– Вы можете казнить меня прямо здесь, но я не уйду, пока не выполню приказ княжича!

– Да как ты с-смеешь! – вместо князя к послу обратился его советник, с недавних пор самый приближенный, придворный колдун Траян. Он расположился по левую сторону от трона и сверху вниз взирал на остальных. Мужчина был тощий, бледный, вечно сгорбленный, его темные волосы спадали на глаза грязными прядями. Он выступил вперед и ударил своей тощей ладонью по лицу посла. Шлепок разнесся по всей гриднице, заставив всех замолчать.

– Вот поганец, – процедил Игорь. Ярослава знала, что наставник, как и она, тоже терпеть не может придворного колдуна. Уж слишком много он себе позволяет.

Посол поднял взгляд и сурово уставился на Траяна. По гонцу было видно, что он не простой посланник. Идан не держал при себе незнающих людей. Весь в крови и дорожной пыли, возможно, он приехал прямиком с поля брани. Ярослава была уверена, что он один из приближенных дружинников брата. Будь иная ситуация, он мог и не стерпеть. Тогда не удержал бы на плечах голову мерзкий колдун. Но чего стоит какой-то удар по лицу, если это может спасти княжество и наследника трона. Скорее всего, именно так думал гонец Идана, и Ярослава была полностью на его стороне. Она бы на его месте тоже сделала бы все что угодно, лишь бы помочь.

– Стража, к-казнить его! – мрачно процедил Траян.

– Нет! – Ярослава выступила вперед и широкими шагами стремглав встала меж послом и Траяном.

Все взоры в гриднице обратились к девушке. Кто-то был удивлен, кто-то недобро посмотрел в сторону княжны, но все как один поклонились. Девушка вздрогнула, с силой сжала резную рукоять длинного меча, прикрепленного на поясе, с волнением посмотрела на своего приемного отца и опустилась перед ним на колено, игнорируя колдуна. Князь устало глядел из-под полуопущенных ресниц, но Ярослава знала это выражение лица. Ее готовы были выслушать.

– К-княжна Ярослава! – Траян был удивлен внезапному появлению девушки. – Ваше м-место с кухарками и вышивальщицами, а н-не на сове…

Ярослава не выдержала такой наглости. Она поднялась, придержала силу, но все же дала пощечину колдуну, как он недавно послу. Со своего высокого роста Траян ей казался еще меньше и отвратительнее. Он заскулил как собака, хватаясь за левую щеку.

– Ох… – разнеслось по гриднице. Даже князь был удивлен, но осуждений ни с чьей стороны не последовало. Многим Траян не нравился.

Девушке на мгновение, но лишь на самое короткое мгновение, стало совестно перед батюшкой за свое поведение.

– Твоя обязанность молчать и слушать приказы князя, а не указывать княжне, где ее место. К тому же только князь решает, кого казнить. Отец! – Ярослава вновь припала на колено. – Прошу, отправь меня на восток к брату Идану! Я смогу многому научиться у него! Много лет я осваивала военное дело, не уступлю в силе ни одному мужчине во дворце! На поле брани я больше пригожусь, чем при дворе!

– Н-негоже девке на войну х-ходить, – вместо князя вновь ответил Траян, но заметив взгляд Ярославы, запнулся. – Тебе н-не место на войне!

Кто-то советников начали перешептываться, соглашаясь со словами Траяна. Усыпанное веснушками лицо Ярославы исказилось от гнева. Ее щеки покраснели, густые рыжие брови сошлись на переносице. Ярослава всю свою жизнь посвятила военному делу, от рассвета до заката оттачивала мастерство владения мечом. Да она скорее зашьет мерзкий рот пришлого колдуна! Девушка ненавидела этого гадкого Траяна и не понимала, почему князь прислушивается к нему. Когда этот мерзавец несколько лет назад появился в Старграде, в княжеской семье стали случаться беды одна за другой. Сначала погибла княгиня Веселина при неясных обстоятельствах, затем князь захворал. Множество раз Ярослава желала зарубить подлого колдуна. Она чувствовала, что все беды от него.

Девушка бросила взгляд на отца, но князь лишь наблюдал, не вмешивался в конфликт. Он всегда так поступал, когда хотел оценить способности Идана или Олега. Теперь, видимо, он хочет посмотреть на Ярославу.

– Не помню, чтобы я разрешала обращаться к себе, как к девке из подворотни! – Ярослава не любила пользоваться своим положением, тем более данным ей не по праву рождения, но против Траяна она готова была использовать любое оружие. И даже уже успела пожалеть, что сдержала силу, авось уже каталась бы его голова по полу. – Батюшка, вели помочь братцу Идану! Ты же знаешь его, он бывает упрям, но никогда не сделает того, что может навредить княжеству. Если Идан говорит, что он сможет защитить границы, значит, он сделает это.

– Н-не забывай, что я с-советник князя, а не ч-челядь какая! – процедил Траян. Он смотрел исподлобья, через спадающую грязными прядями челку. Ярослава встретилась с колдуном взглядом и от этого стало немного не по себе. В его черных глазах было что-то такое, отчего нутро съеживалось.

Девушка вздрогнула, когда ей на плечо опустилась тяжелая рука. Игорь встал рядом. Недюжего роста, он достигал лишь кончика уха княжны.

– Ярослава права, мой князь. Не место ей при дворе. Если не хотите отправлять на войну, дайте другое поручение, дел немерено в нашем княжестве. Пусть Ярослава докажет, что достойна встать плечом к плечу с другими воинами. А в помощь Идану я соберу лучших воинов. Да, их у нас не так много осталось, но пару сотен мы можем предоставить под командование княжича.

Игорь был самым приближенным советником и одним из тех, к кому князь прислушивался. Его влияние на правителя было больше, чем у колдуна, ведь они прошли множество битв плечом к плечу. Поэтому девушка надеялась, что и в этот раз отец услышит его слова. Ярослава бросила короткий взгляд на наставника и закусила губу, чтобы не улыбнуться.

Она была рада, что мужчина вступился за нее, но чувствовала, что получит нагоняй за пощечину Траяну. Наставник всегда был строг и не любил подобного своеволия.

– Верно, – наконец заговорил князь Светозар, чуть помолчав. – Вчера донесли, что на юге, почти у самой границы Старгородского княжества, в деревне Болотово буйствует мор. Поезжайте туда с Ярославой и разберитесь, в чем дело. Как раз присмотришь за моей дочерью и расскажешь опосля, чему она научилась.

– Отец, я докажу, что женщина способна биться наравне с мужчиной и может быть полезной не только в хозяйстве!

– Я не сомневаюсь в тебе. – Князь еле заметно улыбнулся. Взгляд его стал ласковым и теплым. – Все не сидится тебе на месте, тянет к сражениям. Поберегла бы меня, не молод уже.

– Я с младых ногтей усердно тренировалась, чтобы научиться всему. Не могу сидеть во дворце! Хочу быть полезной тебе, батюшка! – Ярослава старалась сдерживать улыбку. Отец оценил ее умения и готов отпустить в бой. Пусть и не к Идану, но она сможет использовать свою силу во благо княжества Старгородского.

– Сердце мое болит за тебя, переживает, вдруг несчастье приключится с тобой. Слушайся Игоря, не лезь на рожон!

Ярослава смутилась и все же радостно улыбнулась. Наконец-то князь заметил ее старания! Она хотела бы кинуться отцу на шею, крепко обнять, как в детстве, но сдержалась. Не стоит вести себя опрометчиво перед советом. Девушка глубоко поклонилась и отошла назад вместе с наставником. Сердце все еще волнительно билось в груди, руки слегка дрожали. Ярослава глубоко вздохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться.

– Князь мой! – Траян поклонился перед Светозаром. – Если т-так хочет княжна, пускай п-по-езжает…

«Больно нужно мне твое одобрение», – Ярослава чуть было не закатила глаза. С другой стороны, колдун так легко переменился во мнении… Не к добру это.

– Но велите опосля наказать ее и запереть в покоях. Не смеет никто советников по лицу бить! – Траян показал свою распухшую щеку. На бледной коже красный след выделялся особенно ярко.

– Нет, княжна не будет наказана, – тихий голос звучал устало, но властно.

Траян в удивлении выпучил свои глаза и как рыбка открыл и тут же закрыл рот. Ярослава же ликовала. Так и надо этому мерзкому колдуну!

– Вместо этого ты, Траян, отстранен от решения вопросов в совете на двое суток. Княжна права, не тебе решать, кого бить, кого казнить и кому помогать. Твоя задача – советовать.

– Как пожелаете, – Траян стиснул зубы и исподлобья посмотрел на Ярославу. – Ты пожалеешь об этом, девка, – донесся до Ярославы тихий голос колдуна. Траян развернулся и вернулся на свое место подле князя.

Девушка хотела язвительно прошипеть в ответ, но почувствовала легкие похлопывания по кисти. Она повернулась. Игорь одобрительно улыбнулся. Как и княжна, наставник был рад такому повороту событий. Может, даже он похвалит, а не наругает за то, что ударила Траяна по лицу.

– Посол из империи Алтин, с чем пожаловал? – объявил князь.

Ярослава с Игорем вернулись на свои места, а вместо них вперед вышел смуглый мужчина, облаченный в необычную одежду. Такое в Старграде не носят. Ткани выглядели ярко и сразу выдавали в нем чужеземца. Мужчина глубоко поклонился, но вышло у него это немного неловко. С головы чуть было не упала крохотная шапочка малинового цвета. Он ее придержал и выпрямился.

– Князь Старгородский, позволь представиться. Зовут меня Назир. Я посол империи Алтин. – Мужчина еще раз поклонился, но на этот раз сразу придержал головной убор. Ярослава заинтересованно разглядывала чужака. Густые черные волосы и борода, хотя на вид довольно молод. Говорит с сильным акцентом. В Старграде бывают торговцы из Алтин, но посла княжна видела впервые.

– Что ж, Назир, мы уже обсудили с империей брачный союз и оговорили все, – устало сказал князь и постучал указательным пальцем по подлокотнику. Большой перстень чуть поблескивал в лучах восходящего солнца. Все в Старграде знали, что это не просто княжеское украшение, а самый настоящий символ власти. Окажись он не в тех руках, чужак сможет претендовать на трон.

– Я приехать… приехал, чтобы сообщить: принцесса прибудет в следующем месяце.

– Не поверю, что посол прибыл только из-за этого, – усмехнулся князь. Все собравшиеся зашептались.

– Верно. Союз пока что не заключен, но империя нуждается в помощи. Эйраты заходят с моря, Алтин может не выстоять от их нападков. Нижайше просим помощи от союзного государства. Пришлите воинов в империю, мы не останемся в долгу. Вот документ от императора.

Посол опустился на колени и приник лбом к полу в поклоне. Шапочка все же слетела с его головы и откатилась в сторону. Мужчина не обратил на нее ни малейшего внимания, вытащил из-за пазухи свиток и протянул его в сторону князя, не смея оторвать взгляда от собственных колен.

Не успел князь ответить, как вперед выступил Траян.

– Т-ты слышал, ч-что у наших г-границ т-тоже стоят кочевые п-племена. Наши с-силы не безг-граничны.

– Траян, ты на сегодня отстранен, – устало проговорил князь и поднял руку в предупреждающем жесте. Колдун сгорбился пуще прежнего и отступил назад.

– Князь Светозар! – пробасил советник Борис, грузный мужчина лет пятидесяти, и выступил вперед. – Не можем мы послать часть войска в Алтин, когда сами находимся в осаде. Как бы не потерять восточные земли!

– Да, да… – зашептались остальные советники.

Посол заозирался по сторонам, так и не поднявшись с колен. Видно было, что мужчина волновался. Он кусал губы. На висках выступил пот. Руки его дрожали от тяжести свитка и ответственности.

– Эйраты тоже не простой враг. Если они нападут, мы можем лишиться гораздо большего. Боюсь, тогда не будет идти речь о союзе, – отозвался кто-то из советников.

– Да, да… – вновь зашептались присутствующие, будто эхо.

Советники напоминали кусты, раскачивающиеся от сильного ветра то в одну сторону, то в другу. Князь свел брови к переносице и потер двумя пальцами глаза. В последнее время ему было все труднее присутствовать на заседаниях. Болезнь давала о себе знать.

– Мне нужно обдумать. Ответ дам завтра, – проговорил князь. Жестом он приказал Траяну принести свиток. Недовольный колун выхватил послание из протянутых рук и передал князю.

На этом совет был окончен. Девушка на прощанье одарила мерзкого колдуна предупреждающим взглядом. Ярослава пообещала себе, что когда-нибудь отрубит поганую голову Траяна и избавит княжество от его влияния.

Как только княжна вышла из гридницы, проблемы вдруг позабылись. Ей не терпелось пуститься в путь. Она сразу же направилась в сторону стойла к своему верному другу. Почти у дверей Игорь нагнал девушку и за локоть отвел в сторону, пропуская остальных советников. Те, в свою очередь, кланялись на прощание, но не все смотрели с одобрением, седлали коней и разъезжались по разным сторонам Старграда.

– Яська! Забыла все, чему я тебя учил? – мужчина недовольно покачал головой. – Ладно перед князем без предупреждения выступила, но куда ты стремглав к стойлу мчишься? Прежде, чем пускаться в путь, нужно подготовиться. До Болотово добираться дня два, на пути всего одна стоянка!

– Не забыла. Просто… Радостно мне, что батюшка разрешил покинуть Старград с мечом и Бураном, а не в кокошнике и рубахе, – замялась Ярослава.

– Степка, – Игорь окликнул невысокого мужичка. – Седлай Бурана и Лютого, к полудню с княжной в путь-дорогу отправимся!

Низкий раскатистый голос Игоря звучал словно гром в утренней тиши. Степан, придворный конюх, дремавший у конюшни, вскочил и бросился выполнять приказ. Два мужика поодаль принялись озираться и поспешили вернуться к работе, пока княжеский советник и их не прижучил.

– Яська! Ты чего мнешься? – наставник улыбнулся и похлопал княжну по плечу. – Пойдем собирать провиант? Иль ты уже передумала ехать в Болотово?

– И ничего я не мнусь! – Ярослава засуетилась. – Я же могу княжескую кухню использовать? Думаю, батюшка не против будет.

– Так и поступим, княжна.

Сборы проходили в суете. Княжне не терпелось пуститься в путь. Почувствовать, как гуляет ветер в волосах, как ножны бьются о бедро с каждым шагом Бурана, как кровь закипает с обнажением меча. Этот список Ярослава могла еще долго продолжать.

Девушка помогла подготовить пищу и воду, надежно привязать провиант к седлам. Затем она поспешила в свои покои, распахнула сундук и вынула кольчугу и плащ. Руки девушки подрагивали от волнения и предвкушения предстоящей поездки. Кольчуга была довольно тяжелая, искусно переплетенные мелкие колечки мелодично позвякивали при каждом движении. Ее редко доводилось надевать из-за того, что батюшка почти не пускал в походы. Ярослава с трепетом провела пальцами по железному одеянию, прикрывающему тело до середины бедра. Девушка накинула длинный черный плащ из плотной ткани и поспешила к наставнику.

Первое время Ярослава оглядывалась по сторонам, рассматривая цветущую долину, в которой располагался Старград. Девушка любила местные красоты, особенно нестись галопом на Буране вдоль быстрой речушки Змейки. Она своим неспешным потоком всегда указывала путь к выходу из долины.

Сперва путники выехали на хорошо протоптанную гонцами и торговцами дорогу, пролегающую через рощу, а затем поскакали по лугам. Очень быстро вид приелся, и Ярослава погрузилась в размышления. Князь в последнее время стал совсем плохим, захирел, осунулся. Несмотря на то, что он был девушке не родным отцом, Ярослава волновалась за его здоровье. Девушка относилась к мужчине с теплом и почтением. Князь вырастил ее как свою, признал дочерью и княжной.

– Это точно все влияние или колдовство пришлого мага, – прошептала Ярослава Бурану, своему скакуну и другу. В ответ конь недовольно фыркнул. – Вот-вот! Ты тоже согласен со мной!

– О чем шепчешься с конем? – внезапно заговорил наставник.

Ярослава резко выпрямилась, кольчуга мелодично звякнула от движения. Наставник ехал чуть впереди, и княжна была уверена, что он не видел ее глупого поступка.

– Почему ты встал на мою сторону? – Ярослава решила перевести тему и выжидающе посмотрела на наставника.

– Разве мог я оставить тебя на растерзание совета? – усмехнулся Игорь. – Как бы ты усердно ни упражнялась на тренировочной площадке, это никогда не заменит настоящего опыта. Да и не привык люд, чтоб баба в руки меч брала. Все считают, что ваше дело детей растить да за хозяйством следить. Но некоторые вполне себе могут и с оружием обращаться. Как ты, например. Так же как не всем мужикам дано в руках меч держать.

Ярослава крепче сжала вожжи.

– Почему ты тогда первым не предложил отцу отправить меня к Идану?

Игорь некоторое время молчал. Тишину прерывали мерные шаги коней.

– Как я сказал, тренировочная площадка не заменит реального опыта. Не думаю, что ты готова к войне. А вот мелкие поручения сможешь выполнить, заодно и опыта наберешься. Тем более… – Игорь обернулся и серьезно посмотрел на Ярославу, но от нее не ускользнул доброжелательный взгляд наставника. – Ежели я все буду решать за тебя, чего ты сможешь тогда добиться? Ты все жаждешь показать князю и совету, что не только мужчина может встать на защиту княжества. Я лишь помогу и направлю, но ты должна сама доказать это делом.

Ярослава не смогла сдержать улыбки. Она и не мечтала услышать такое от наставника. Он всегда был строг и не многословен. Обучал ее наравне с мужчинами и не давал спуску. А тут вдруг хвалит.

– Помнишь, несколько лет назад зимой мы тренировались у реки? – вдруг спросил Игорь.

Ярослава кивнула и потупила взгляд.

– Лед тогда был тонок, но несколько глупцов решили покататься на санях. Их быстро затянуло течением. Ты, не страшась, полезла в ледяную воду и принялась одного за другим вытаскивать на берег.

– И не спасла Вячко. – Эта история больно била в самое сердце и неприятно подковыривала воспоминания. Ярослава до сих пор чувствовала вину, что не смогла спасти юного дружинника. Ее еще и отчитали тогда за безрассудное поведение и заперли в покоях на неделю.

– Не вини себя. – Игорь поровнял коня и похлопал Ярославу по плечу. – Если бы не ты, то все трое глупцов кормили бы сейчас рыб на дне. Пусть Светозар и отругал тебя, но он был горд тобой. Рассказывал потом на совете, какая ты храбрая. Как спасла с того света мужиков взрослых, пока девицы верещали вокруг и не знали, что делать. Тогда впервые он признал, что ты на многое способна.

Ярослава удивленно посмотрела на наставника. Она и не знала, что отец испытал гордость за ее поступок. Она думала, что разгневала его. На сердце отчего-то стало теплее, будто оттаяла огромная глыба вины и растеклась горячим потоком, отчего даже щеки зарделись.

– Я непременно докажу отцу, что могу не меньше, чем ты!

– Ну-ну, прибереги силы для дела, – засмеялся Игорь.

Поля сменялись степями, рощи – долами. Все смешалось, виды стали одинаковыми. Даже лица людей в редких деревнях, которые попадались на пути, казались похожими.

Иногда на пути встречались идолы, вырезанные из дерева или камня. Некоторые образы Ярослава знала, другие видела впервые. Чаще всего идолы богов ставили на развилках или на небольших полянках, где, судя по размерам кострищ, делали привалы путники и торговцы. Рядом с ними несколько раз отдыхали и Ярослава с наставником.

Дорога то исчезала, из-за чего приходилось вести коня под уздцы и всматриваться под ноги, то снова появлялась. Ярослава успела промочить ноги, когда они переходили через ручей, а от мошки чесалось все тело. К вечеру княжна почувствовала невероятную усталость, спина и плечи нещадно болели. Казалось, кольчуга и меч на боку тянут к земле. Чтобы отвлечься, девушка думала о всяком: о прошлом, когда она только взялась за меч и как ее тогда высмеивала Отрада и дружинники; о том, каково сейчас Идану; как скоро вернется брат Олег, чтобы жениться на заморской принцессе; почему князь так доверяет Траяну. Но каждое из размышлений заканчивалось ворохом вопросов, ответы на которые могут дать только будущие дни.

К ночи деревни остались позади. Теперь лишь поля да степи простирались на версты вперед. Поселения обычно жались к крупным городам да рекам. Чем ближе к границе, тем реже встречались деревни. Кто захочет жить на отшибе, вдалеке от соседей?

Следующим днем, когда уже вечерело, Ярослава заметила вдали избы. Небо нахмурилось, морось пробиралась даже под рубаху. Княжна замерзла, но не подавала вида. Болотово встречало гостей недружелюбно, но юная княжна была полна решимости.

Подойдя ближе, Ярослава оценила размеры деревни как «совсем крохотная», особенно в сравнении со Старградом. Не более десяти домов стояли вплотную к березовому лесу. Покосившиеся избы мало чем отличались от тех, что они видели в других селениях. Путники спешились, оставили коней у редкого частокола у ближайшей избы.

– Тихо что-то, – проговорил Игорь и обнажил меч. – И запах далеко не свежий.

– Так может все по домам сидят? Погода вон какая гадкая! – Ярослава попыталась пошутить, но нутро говорило, что дело точно не в погоде. Не зря же батюшка о море говорил.

Княжна обнажила меч вслед за наставником.

Ставни домов были закрыты, где-то даже заколочены. Игорь постучал в дверь ближайшей избы, но никто не открыл. Тишина порождала неприятное предчувствие. Кажется, даже птиц не было слышно.

– Там женщина, – указала Ярослава направо. Между домов, привалившись к одной из стен, стояла фигура в потрепанной накидке. Длинные растрепанные волосы спадали на лицо, скрывая его.

– Где ваш старейшина? – окликнул ее Игорь, но не стал подходить ближе.

Женщина не ответила. Подалась вперед и, покачиваясь, вышла из тени.

– Где ваш старейшина? – повторил вопрос мужчина и чуть отступил, показывая жестом Ярославе отойти назад.

Женщина подняла голову и захрипела. Глаза ее были белыми, безжизненными. Она сделала шаг, и рваная накидка совсем свалилась с плеч.

– Ах… – Ярослава только и смогла, что втянуть воздух от неожиданности. – Это что еще такое?..

Вид незнакомки не внушал доверия. Кожа ее была покрыта гниющими ранами. Она волочила сломанную ногу, сквозь запекшуюся рану торчала кость. Неожиданно женщина зарычала, будто зверь какой, из ее рта потекла черная густая жижа. Она посмотрела сперва на Игоря, затем остановила пустой взгляд на Ярославе. Широко открыв рот, то ли с рычанием, то ли с хрипением, она бросилась к княжне.

– Выбрала дичь покрупнее? Я тебе не по зубам! – Ярослава сделала несколько шагов назад и поудобнее перехватила меч, примеряясь, куда лучше ударить. Раньше она намертво рубила только дичь всякую в лесу, но не людей, отчего было как-то не по себе.

Игорь не стал ждать, взмахнул мечом и одним сильным ударом рубанул по шее еще до того, как женщина успела приблизиться к Ярославе. Голова покатилась по земле, оставляя за собой темный след. Тело рухнуло на дорогу, так и не добравшись до княжны. Мужчина присел, рассматривая его.

– Эй, вообще-то я хотела это сделать! – Ярослава недовольно посмотрела на наставника. Но в душе Ярослава была рада, что Игорь сделал все за нее. Руки все еще подрагивали от напряжения. Тяжело убить человека.

– Еще успеешь, Яська. Хмм… Похоже, мертва несколько дней уже. Посмотри, гнить начала.

Ярослава толкнула носком сапога голову, чтобы та перекатилась. Лицо женщины было перекошено, кожа почернела, глаза закатились, но рот продолжал вяло шевелиться. Юная княжна не боялась мертвецов, но это зрелище тревожило.

– Как же она может быть мертва несколько дней? Только что кинулась на нас!

– Разрази вас Перун! – взволнованный скрипучий голос раздался позади княжны.

Ярослава вздрогнула и обернулась. Девушка не услышала приближения пожилого мужчины.

– Что ж вы с хворой-то делаете? – Старик схватился за голову.

– Нас послал князь Светозар разобраться с мором в вашей деревни. Со старейшиной бы поговорить. – Игорь обтер меч об обрывки одежды убиенной и убрал в ножны.

– Старейшина я, Миколой кличут. – Старик присел около отрубленной головы, но тут же отпрянул и упал в лужу, когда рот зашевелился. Игорь подхватил жителя деревни под мышки и помог подняться.

– Олеську надо перенести, нельзя бросать здесь. Ох, беда…

– Олеську? – Ярослава перевела взгляд на тело женщины. Очевидно, что это была жительница деревни, раз старейшина ее узнал.

Игорь схватил за ногу убитую и поволок за стариком.

– Вечно мне достается все самое гадкое! – Ярослава присела, подобрала короткую веточку, лежавшую на дороге, и потыкала ею несколько раз в щеку отрубленной головы. И действительно! Глаза дернулись, рот снова вяло зашевелился с хрипом, выдавая новую порцию черной жижи.

– Ну и гадость! – Девушка ухватила голову за волосы и поспешила за наставником. Ярослава всеми силами боролась с отвращением, старалась держать ношу на расстоянии вытянутой руки и не вдыхать неприятный запах гнили. Старейшина подошел к одному из домов, окна и дверь которого были наглухо заколочены.

– Полезай на крышу и брось Олеську внутрь. Там дыра есть, соломой ее прикрыли. Да смотри сам не упади.

Игорь взобрался на крышу, изба покачивалась и скрипела под его весом, отодвинул солому и разошелся кашлем.

– Ну и смрад! – поморщился мужчина и прикрыл лицо. – Вы чего их не сожгли, а только заперли? Они же гниют!

– Ходят вон, значит, не померли еще! Хворь просто какая, авось вылечатся. Да и как же сжечь их, даже если мучаются! Все родные, знакомые… – старик смахнул слезу, притаившуюся в морщинках у глаз. – Только Олеська теперь без головы точно жить не сможет.

– Мертвы все, да еще как, но об этом чуть позже. Так, Яська, давай сюда.

Ярослава с радостью вручила отрубленную голову наставнику. Держать подобную мерзость не хотелось ни на мгновение дольше. Но княжна рано обрадовалась.

– И с этим, ну-ка, помоги, – Игорь указал на убиенную.

Ярослава поморщилась, но взяла тело за грудки. Труп оказался очень легким, будто не женщину, а ребенка поднимала. Игорь сбросил мертвеца внутрь и спустился.

– Может, оно и к лучшему. Олеська хоть упокоится теперь, не будет мучиться, – старейшина чуть сгорбился. – Идем, бабка моя ужин сготовила.

В избе старейшины, что косо стояла на другом конце селения, оказалось несколько человек. Любава, жена старика, суетилась, накрывала стол. Их внук Алешка, мальчишка лет пяти, крутился у нее под ногами. На печи похрапывал Тихон, младший брат старейшины. Дверь подперли лавкой, на которую и присел Игорь.

Ярославе еще не приходилось бывать в избах деревенских жителей. Девушка заинтересованно осматривалась. Маленькая, тесная – не развернешься, особенно с ростом княжны. Выпрямиться девушка не могла. С ее покоями даже сравнивать не стоило.

Она привыкла к высоким потолкам да богатому убранству. Здесь же, в маленьком помещении, умудрились вместить стол, лавки у стен, всякую утварь, да печь, на которой спали и готовили. Никакой красивой резьбы, сундуков с росписями, мягкого ложа. Несмотря на бедно обставленное жилище, деревенские, кажется, не были несчастны. Алешка заинтересованно поглядывал на Ярославу, прячась за юбкой бабушки. Скорее всего, для него гости казались такими же необычными, как и изба для княжны.

– Это все, кто остался? – спросил Игорь и вытянул длинные ноги.

– Нет, в соседней избе еще четверо. Одни старики остались. – Старейшина снова не сдержал слез. – Только Алешка, да Златка из юнцов. Всех молодых мор скосил.

– Когда это началось? – спросила Ярослава и присела на лавку рядом с наставником.

– Чуть больше седмицы назад, – проговорила Любава, разделывая куриную тушку. – Сперва пропала Мила. Всей деревней пошли ее искать на болото, думали, сгинула. Так на следующий день сама воротилась. Да только не похожей на Милку! Глаза белые, кидалась на всех, вместо слов хрипела. Троих мужиков покусала, так те слегли в тот же день, а на следующий померли. Заперли Милу, да только беды на этом не кончились! – Любава устало опустилась на лавку. – Стали уходить на болото один за другим девки да юноши. Как завороженные! Опосля воротились все обезумевшие. Мы их и заперли.

– Мертвяки это. Точно мертвяки, – протянул Игорь.

– Больны они хворью какой или зачарованы, – воспротивился старейшина. – А мертвяки твои только в сказках и бывают.

– Прав воин, мертвяки это. Тьфу, гадость. – С печи чуть высунулся Тихон. Он был такой же морщинистый, как и его брат, да и на лицо похожи. – Видывал я таких в молодости.

– Что ж ты видывал такого, чего я не видел?! – возмутился старейшина.

– Дак ты дальше юбок деревенских девок ничего разглядеть и не мог! А я с младых ногтей по болоту хожу. Чего я там только не видывал!

– Дык не могут же мертвые ходить, ты, старый дурень! – старейшина всплеснул руками, а старик лишь махнул на него рукой и отвернулся на печи.

Ярослава тоже в навьих тварей не сильно верила. Она считала, что это лишь сказки, призванные напугать глупых детей. Скажешь, что в полдень в поле появляется полудница и убивает каждого, кому не посчастливится там оказаться, – убережешь ребенка от солнечного удара. Но наставник врать не будет. Если уж он убежден, что это мертвяки, значит, так оно и есть. Не зря же дружинники чаще остальных рассказывают о тварях.

– Чужие приходили в деревню? – задумчиво спросил Игорь.

Микола поскреб лысую макушку.

– Не видали чужих, кроме вас.

– Да как же не видали! – воскликнула Любава. – А юноша тот! У него еще глаза были необычно светлые! Я подумала еще тогда, что слепой, наверное.

– Какой юноша? – спросил Игорь. Мужчина явно заинтересовался. – Где он сейчас?

– Дык не знаем мы. – Старейшина пожал плечами. – Расспрашивал у меня всякое про Потапа, узнавал, что с ним стало. Я ему и рассказал все, что помнил, так больше юнца этого не видывал.

– Так он на болото пошел, я сам видел, – прохрипел Тихон на печи. – Искать его не стали, чужак все-таки. Мы его предупредили, что на болоте смерть только. Так не послушал.

– А что за Потап и где его найти? – спросил Игорь.

– Так лет шестьдесят назад, когда я зеленым юнцом ходил, Потап старейшиной в деревне был. Засуха невиданная случилась в тот год, урожай погибал. В то время на краю деревни жил пришлый колдун и в учениках у него ходил мальчишка один. Не упомню имени уже… – Старик задумчиво поскреб свою лысую макушку и потеребил длинную седую бороду. – Так Потап решил, что виной всему колдовство, да приказал умертвить и колдуна того, и ученика его. Вся деревня ополчилась на них. Вот только засуха никуда не делась. Деревенские стали обвинять старейшину в том, что приказал невинных умертвить, боялись все кары колдовской. Решил Потап уйти на болото отшельником, чтобы отвести беду, с тех пор его никто не видел. Откуда юнец этот про Потапа знает… – Старик пожал плечами.

– А вас двое только пришло? – вдруг спросил Микола.

– Да, меня Игорем звать, а это Ярослава, – представился наставник.

– Мы-то надеялись, что князь пришлет больше людей на подмогу, знахарей каких. А тут один мужик да девка рослая. Плечистая, вот только совсем юная! – Старейшина ткнул пальцем сперва в сторону Игоря, затем в Ярославу и к ней же обратился. – По тебе видно – воин. А девка-то кто? Знахарка, небось?

– Не знахарка я. В дружине княжеской обучаюсь военному делу. Это наставник мой. – Ярослава кивнула на Игоря.

– Да какой из девки может получиться дружинник? – скрипуче засмеялся Микола. – Тебе бы муженька да рожать, а не мечом махать.

Ярослава возмущенно сжала ножны. Кидаться на старика с мечом воспитание не позволит, но вот оплеуху очень хотелось ему влепить. Девушка ненавидела, когда ее принижали. Игорь молча положил большую ладонь на плечо девушки, отчего кольчуга звякнула. Это немного остудило пыл княжны. Она снова облокотилась на стену и перевела взгляд на Алешку, чтобы отвлечься от противного старика. Пусть Игорь сам с ним разговаривает.

– Видывал я таких баб, возомнят о себе невесть что…

– Старый дурак! – Любава ударила тряпкой по лысой макушке. – Ты зачем гостей обижаешь? Всегда говоришь не думая! Ты погляди сперва на ее меч, а потом уже рот открывай! Договоришься, когда-нибудь не сможешь удержать свою пустую голову на плечах! С каждым годом становишься все глупее…

Старейшина, похоже, смекнул, что сболтнул лишнего и пересел подальше от недовольной гостьи.

– Утром надо бы осмотреть округу и болото. Есть проводник?

– Я провожу вас, – ответил Тихон. – Надо бы поскорее заразу выгнать из нашей деревни. Я путь-дорогу покажу.

Микола открыл было рот, вероятно, чтобы возразить брату, но тут же осекся. Любава сурово посмотрела на мужа, уткнув руки с полотенцем в бок. Ярослава подивилась, почему старейшиной выбрали Миколу, а не Тихона. Старик казался более благоразумным.

За дверью послышались шаги и хрипение. Алешка захныкал и спрятался за спиной у Любавы. В дверь кто-то настойчиво скребся. Незваный гость рычал, намереваясь войти, да только не сдвинуть ему было лавку с сидевшими на ней Игорем и Ярославой.

Гостей накормили, напоили, спать на лавки уложили. Да вот только после перины жутко неудобно было на узкой деревяшке лежать. Ярослава ворочалась-ворочалась, в итоге спустилась на пол. Всю ночь за дверью слышались хрипы и скрежет. Лишь под утро стало тихо и Ярослава смогла задремать.

Петухи с восходом солнца не кричали в Болотово. Казалось, в этой деревне все замерло и затихло. Проснулась княжна от шуршания рядом.

– Игорь? – Ярослава сонно открыла глаза, заметив, что наставник собирается уйти.

– Не выходите из избы. – Наказал мужчина и повторил, строго глядя на княжну. – Не. Выходить. Ясно? Никому.

– Да как-то не сильно хочется, – тихо отозвалась Любава спросонья.

Игорь вышел из избы с мечом наперевес. Ярослава быстро закрыла за ним дверь и подперла лавкой. В избе повисла напряженная тишина. Алешка с любопытством выглядывал в окно, надеясь что-то рассмотреть через мутный бычий пузырь. Любава держала его за руку, взволнованно теребила поневу. Старейшина и Тихон сидели за столом и молча смотрели на закрытую дверь.

Примерно через четверть лучины раздалось два удара в дверь. Деревенские ахнули и запричитали. Лишь Ярослава не поддалась общему волнению. Она знала, что это условный сигнал от Игоря, поэтому отодвинула скамью, открыла дверь и вышла на улицу. Неприятная морось прекратилась, но густые белые облака все еще надежно прятали солнце. Ярослава потянулась всем телом.

– Тихон, собирайся. Выдвигаемся сейчас. – Игорь был непривычно мрачен, как показалось девушке. Мужчина обтирал меч о какую-то ткань. Кровь была яркая, не похожая на ту, что текла из мертвяка, которого зарубили вечером. У того она напоминала смолу: почти черная, тягучая и густая.

– Кого ты убил? – спросила Ярослава прежде, чем успела подумать. Она позабыла очередной урок Игоря – не задавать лишних вопросов.

– Пришлось зарубить Лютого. Мертвяки покусали его ночью.

Что-то кольнуло в груди от этой новости. Неужели ее любимого коня постигла та же участь?

– А с Бураном что? – настороженно спросила девушка, пытаясь скрыть волнение.

– Не знаю, – пожал плечами Игорь, – похоже, он порвал веревку и убежал.

Ярослава с силой сжала рукоять меча, пытаясь успокоить бурю, что поднималась внутри. К горлу подступил ком, глаза начало щипать от непрошенных слез. Девушка одернула себя, резкими движениями поправила одежду. Не время плакаться по коню. Девушка взглянула на наставника. Мужчина задумчиво обтирал лезвие длинного меча. Он только что зарубил своего коня, но оставался спокоен. Ярослава привыкла брать пример с наставника, старалась во всем походить на него. Вот и сейчас она решила поступить так же.

– Идем. – Игорь закончил и убрал меч в ножны. – Тихон, веди нас!

Они прошли между домами, где вчера на них кинулась мертвая девка. Ярослава старалась не наступать на подсохшую кровь на земле. Девушка опасалась, что могла также стать мертвяком, попади хоть капля на ее тело.

Как известно, свои имена поселения получают не случайно. Деревня, в которой происходили злосчастья, называлась так из-за того, что стояла рядом с болотом. Поначалу местность показалась обычным лесом. Березы окружали их со всех сторон, густая трава щекотала ноги, широкие кустарники то и дело мешали пройти. Но с каждым шагом Ярослава начала замечать, что становится темнее. Туман становился все гуще и вскоре стало сложно что-то разглядеть вокруг.

– Идите за мной след в след.

Тихон тщательно прощупывал путь длинной палкой. Ярослава старалась ступать точно по его следам. Земля стала будто бы мягче, под ногами хлюпала вода. Княжна так увлеклась ходьбой по следам, что перестала следить за обстановкой вокруг. Неожиданно что-то схватило девушку за ногу. Ярослава вскрикнула, когда резкая боль пронзила щиколотку. Девушка попятилась, почва стала совсем мягкой. Ярослава провалилась по колено в воду, ноги стали быстро утопать. Игорь схватил княжну за руку, удерживая. Что-то с силой утягивало вниз, от боли в ноге потемнело в глазах.

– Тихон! – как через пелену услышала княжна голос наставника. – Держи Ярославу!

Очнулась Ярослава резко, будто ее с силой выдернули из глубокого сна. Девушка села и заозиралась. Все то же болото, густой туман, сырость и холод. Игорь перевязывал раненую ногу княжны. Порванный сапог лежал рядом, на нем выделялись длинные неровные порезы, будто кто-то разодрал когтями.

– Болотница – гадина, – заключил Тихон. – Сколько по болоту хожу – ни разу не встречал, только слышал вой где-то далеко.

Ярослава оглянулась и заметила серое тело, наполовину лежащее в воде. На спине виднелся длинный порез, видимо, от меча Игоря. Существо походило на пожилую женщину. Длинные седые волосы были спутаны и покрыты тиной, будто рыбацкие сети запутались и не принесли улова. Морщинистая серая кожа вздута, словно впитала болотной воды. Тихон подцепил руку существа палкой и поднял, рассматривая.

– Тварь эта похожа чем-то на бабку Неждану, – продолжил Тихон, – Та утопла прошлой весной, тело так и не нашли. А ты это ловко ее мечом рубанул!

Ярослава перевела взгляд на свою ногу. Щиколотку немного саднило. Девушка вдруг подумала о мерзких желтых скрюченных ногтях болотницы.

– Я тоже теперь стану болотницей? – c дрожью в голосе спросила юная княжна. Слезы уже застилали глаза, и Ярослава боялась моргнуть, чтобы не зареветь. Девушка с ужасом уставилась на Игоря, ожидая ответа-приговора.

– Да, – коротко ответил мужчина. Ярослава шумно втянула воздух, готовая разразиться плачем и вдруг услышала смех наставника. – Я сколько раз тебе говорил не переживать из-за пустяков? Рана не страшная, она слегка тебя поцарапала.

– Да ты только погляди на ее ногти! – воскликнула Ярослава. – А вдруг я начну становиться такой же?!

Игорь снова посмеялся, натянул сапог на ногу княжне и встал.

– Я рану тебе промыл, волноваться не стоит. – Игорь похлопал по мешочку с водой на поясе. – Идем дальше, пока еще кто-нибудь не напал. Следи за обстановкой, как я тебя учил.

Идти пришлось долго. Тихон что-то рассказывал, но княжне совсем не хотелось слушать. Ярослава думала о ране, что отзывалась при каждом шаге болью. Перед глазами то и дело возникала мертвая болотница. Чем больше княжна думала об этом, тем сильнее болела нога. Если Ярослава станет навьей тварью и позабудет своих близких, тогда точно уже не сможет присоединиться к брату в его походе.

– А как становятся болотницами? – не выдержала Ярослава.

– Так знамо как! Как и русалками – утопнуть надо! – ответил Тихон, не прекращая прощупывать землю перед собой.

Ярослава немного успокоилась, облегченно вздохнула.

– А мертвяками?

– Этого не знаю, красавица. – Тихон пожал плечами. – Не было такого раньше.

– Я думала болотницы, мертвяки, полудницы – все это сказки, придуманные, чтобы пугать детишек, – протянула девушка, ступая след в след за Тихоном.

– Сказки не берутся с пустого места, – хохотнул проводник.

– Игорь, много ты повидал навьих тварей в походах? – чуть повернула голову Ярослава. Она не решилась оборачиваться. Вдруг наступит не туда или снова пропустит опасность.

– Бывало… – протянул мужчина. Ярослава не стала приставать с расспросами. Она знала, что, если наставник не желает говорить, не вытянешь и клещами.

Через какое-то время в тумане показались очертания избы. Чем ближе они подходили, тем больше можно было разглядеть. Грубо сложенная, покосившаяся на один бок она тихо поскрипывала. Доски давно сгнили и покрылись мхом. Изба казалось мрачной и давно брошенной. В вырубленных бревнах зияли черные окна. Жутковато смотреть на них. Казалось, вот-вот кто-нибудь резко высунется и напугает.

– Вот изба Потапа, да только давно его никто не видел. Помер, наверное.

– Стойте здесь, – приказал Игорь и направился к дому.

Ярослава перехватила удобнее меч, прислушиваясь.

– А ты в кого такая высокая и плечистая? Не видывал таких девиц! Выше любого мужика в нашей деревне будешь!

Ярослава не ожидала такого вопроса. Девушка посмотрела сверху вниз на мужичка, что дышал ей чуть выше пупка, и не нашла, что ответить.

– Мужики любят фигуристых, низеньких, – продолжил размышлять Тихон, вырисовывая руками в воздухе плавные линии. – Ты хоть и красивая на лицо, да только крупная очень. Такие мужикам не нравятся.

– Я что-то не вижу здесь мужика! – Ярослава сгребла Тихона за грудки, от чего тому пришлось встать на мыски. – Да мне одного удара хватит, чтобы ты больше не поднялся. Тогда тебе никакая девка не будет надобна!

Княжна оттолкнула Тихона, и тот отступил на пару шагов. Зря она подумала, что Тихон был бы лучшим старейшиной, чем его брат. Как говорится, яблочки от яблоньки…

– Да, страшная ты баба, – заключил мужчина и на всякий случай отступил еще на несколько шагов назад. – Таких мужики точно не любят!

Ярослава угрожающе подняла кулак, но тут же обернулась, прислушиваясь. Шаги. Девушка вглядывалась в туман, но так и не смогла заметить никакого движения. Справа раздалось рычание. Ярослава обернулась на звук и наконец увидела, как к ней идет мертвяк. Молодой парень ковылял, волоча за собой сломанную ногу. Девушка на миг растерялась, но тут же взяла себя в руки. Она должна всем доказать, что на нее можно положиться. Ярослава вытащила меч, замахнулась и ударила мертвяка. Раздался хруст. Голову не получилось отрубить за раз, и она повисла на сломанной шее. Меч застрял в плече. Из раны потекла густая жижа. Мертвяк продолжал тянуть руки к княжне и кряхтеть. Неожиданно слева тоже раздалось рычание.

– Это же Василий! – ахнул Тихон, заприметив еще один ходячий труп.

Ярослава с силой выдернула меч и тут же замахнулась им снова. На этот раз, отрубила голову мертвяку. Тело мешком упало у самых ног княжны.

– Сзади! – взвизгнул Тихон.

Ярослава не успела замахнуться. Рослый мертвяк, не меньше, чем Игорь, повалил княжну на землю и навалился сверху. Он клацал зубами у самой шеи девушки, черная жидкость стекала из его рта. От вони, исходящей от трупа, закружилась голова. Ярослава упиралась что было сил в широкую грудь, но никак не удавалось его скинуть. Девушка зажмурилась. Разлагающаяся плоть, белые безжизненные глаза и черные зубы пугали больше всего.

– Да чтоб тебя! – в отчаянии закричала юная княжна, всеми силами пытаясь оттолкнуть от себя мертвяка. Ни в коем случае нельзя позволить себя укусить. Судя по рассказам деревенских жителей, все покусанные померли на следующий день. Ярослава еще не успела доказать князю свою надежность. Она не могла так умереть! Девушка повернула голову вбок, мертвяк клацал зубами рядом с ее шеей. Княжна изо всех сил старалась удержать тяжелое тело, но они постепенно заканчивались. Руки начали дрожать от давления и страха.

– Помогите же, кто-нибудь! – взмолилась девушка.

Неожиданно хватка мертвяка ослабла, одежду Ярославы вдруг залило холодной жижей. Девушка открыла глаза и не смогла сдержать приступ тошноты. Живот скручивало от спазмов, отчего слезы потекли по щекам. Княжна отползла назад и дала волю чувствам, рвущимся из желудка, а после вытерла рот рукавом, размазывая все по щекам. Княжна посмотрела туда, где ее чуть не убили, и удивилась. Из-под земли торчали толстые корни, которые обвивали разорванного надвое мертвяка. Кровь и внутренности были повсюду.

– Что… что произошло? – растерянно спросила Ярослава.

– Чудно… – Тихон выглядывал из-за березки с открытым ртом, разглядывая развернувшуюся сцену. Ближе подходить он не стал. – Мне привиделось, что из-под земли как змеи, вылезли корни, схватили мертвяка за ноги и грудь и потянули в разные стороны, пока не разорвали. Ты ведьма, что ли?

– Вот те раз! – удивленно проговорил Игорь, выходя из избы. В одной руке он сжимал окровавленный меч, а другой волочил за собой незнакомого юношу. – Не думал, что увижу такое снова.

Ярослава не понимала, о чем говорит наставник, но не стала переспрашивать.

– Пусти! – юноша вдруг укусил Игоря за руку, пытаясь вырваться.

Наставник поморщился, замахнулся и ударил незнакомца по голове. Тот обмяк в руках мужчины.

– Этот гаденыш ваш или чужак?

– Не, точно не наш, – тут же ответил Тихон. – Это тот самый парнишка, что спрашивал про Потапа.

– Хорошо, значит, мы с делами на сегодня закончили. Надо успеть вернуться до заката, – заключил Игорь и взвалил юношу себе на плечо, будто мешок какой.

Путь обратно в деревню занял больше времени, как показалось Ярославе. День пролетел незаметно. Казалось, они только недавно вышли на поиски, а сейчас уже возвращаются.

Ярослава постоянно оттягивала ворот и с отвращением отдергивала руку. Одежда неприятно липла к телу и смердела. То и дело девушка боролась с накатывающей тошнотой. Ярослава даже позабыла, что у нее была ранена нога.

Туман постепенно рассеялся, можно было рассмотреть все вокруг. Густые белые облака разошлись, приоткрыв заходящее солнце, которое теперь блестело среди деревьев. По возвращении девушка издалека заметила своего любимого коня Бурана. Он спокойно щипал травку рядом с одним из домов. Завидев хозяйку, Буран заржал и прискакал к Ярославе.

– Буранушка! – Девушка радостно погладила длинную морду. – Я тоже тебя рада видеть. Испугался, да?

В ответ конь фыркнул и мотнул головой, словно понял каждое слово.

– Вот и славно. Не сгинул твой Буран. – Игорь печально улыбнулся княжне и пошел дальше со своей поклажей в виде юноши.

– Крупной девице – крупный конь. – Тихон пару раз хлопнул Бурана по бедру, чему друг княжны не очень обрадовался и с недовольным фырканьем отошел.

Вдали послышался топот копыт и голоса. Приглядевшись, Ярослава заметила около шести дружинников на конях. Деревенские жители вышли из домов и что-то с ними обсуждали. Слышался гомон голосов. Видимо, выйдя из березовой рощи, Игорь, Тихон и княжна привлекли к себе внимание, потому что один из дружинников повернул к ним коня.

– Мы прибыли по поручению князя! – громко отчитался молодой юноша, спешившись и вытянувшись, как струна. Его веснушчатое лицо раскраснелось, горело ярче заходящего солнца.

– Ну наконец-то! Князь услышал нас. – Тихомир поднял руки к небу, будто оно было тем самым князем.

– Это вы вовремя прибыли, закончите все дела. – Голос Игоря вдруг стал властным, низким. – В этой деревне нашествие мертвяков. Вон ту избу, – Игорь указал на дом с мертвяками, – нужно сжечь прямо сейчас. Там мертвяки. Вели собирать сухую траву.

Лицо юноши в недоверии вытянулось при упоминаниях навьих тварей, но задавать вопросов он не стал. Недоумение не ускользнуло от наставника. Ярослава даже подумала, что ее лицо, наверное, выглядело так же, когда сама впервые услышала мертвяках.

– А, новенький, да? – Игорь почесал свою густую щетину и всмотрелся на прибывших дружинников, будто кого-то искал. Когда нужный человек был найден. наставник указал на него рукой, – Мирослав знает о мертвяках, он подскажет, как с ними бороться. Эй, Мирослав!

Голос Игоря разнесся по округе, и все как один повернули головы в его сторону.

– Поди сюда, – Игорь махнул рукой товарищу.

Дружинник стремглав прискакал на зов. Ярослава помнила его лицо. Когда-то ей даже довелось тренироваться с ним на мечах. Хороший воин. Сильный.

– Гой еси, Игорь, и… – Мирослав подивился, завидев княжну, и поспешил спешиться, чтобы приветствовать ее в поклоне. Игорь остановил его, покачав головой.

Мирослав еще некоторое время смотрел на девушку и все же легонько поклонился.

– И вам гой еси, – ответила княжна.

Тихон в подозрении уставился на них.

– Тут мертвяки в округе, часть из них вон в той избе. Избавьтесь от них. Ты знаешь, Мирослав, что делать. Новеньким и деревенским всем объясни, – наставник перешел сразу к делу. – И нужно прочесать болото, убить и сжечь всех тварей. Не хватало, чтобы мор по всей округе начался от мертвых тел.

Пока Игорь раздавал указания, дружинники морщились. Видимо, смрад, исходящий от Ярославы, пришелся им не по вкусу.

– А это кто? Деревенский?

Юноша на плече наставника так и висел тряпичной куклой.

– Этого я с собой заберу. Подайте коня.

– А Лютый где? – поинтересовался Мирослав.

– Мертвяки сожрали.

Дружинник понимающе кивнул. Оба воина поклонились и отправились выполнять приказ.

– И как я в таком виде поеду? – недовольно проговорила Ярослава. Теперь точно все будут судачить в Старграде о том, как княжна вымазалась в крови, и как сильно от нее смердело. А Отрада так всю оставшуюся жизнь будет это припоминать и насмехаться.

– Так с этим мы сейчас быстро подсобим! – Любава, не побрезговав, схватила под руку княжну и потянула за собой. Ярославе помогли снять пропитанную кровью одежду, обтерли, омыли кожу и волосы чистой водой. Женская одежда не подошла по размеру, поэтому предложили облачиться в мужскую да вот и она оказалась почти впритык. Ярослава натянула льняную рубаху и затянула поясом на талии, подпоясала штаны. Чистая одежда немного подняла настроение. Кольчугу девушка омыла самостоятельно, но не стала надевать, так как от нее все еще разило.

Игорь распорядился подготовить провиант в дорогу. Солнце еще не успело скрыться за горизонтом, когда путники были уже далеко от деревни Болотово. Незнакомый юноша недовольно мычал, сидя перед Игорем. Рот ему предусмотрительно заткнули кляпом, а руки связали за спиной. Ярославе не нравилось решение отправляться в ночь, но она не стала спорить. Игорь хотел скорее доставить пленника в Старград.

Глава 2

Мамуна

Полная луна, точно спелый фрукт, в тот день была непривычно крупная. Казалось, протяни руку – ухватишь, сожмешь в руке – польется сок. Все вокруг заливал мягкий свет, освещая бескрайние поля, луга, рощи, леса. Ночь выдалась необычайно светлая, но прохладная. Тонкая холщовая рубаха с чужого плеча ничуть не согревала. Ярослава едва сдерживала дрожь, но не подавала виду. Ей не хотелось тревожить Игоря по пустякам.

По мере отдаления от деревни Болотово, Ярослава начала приходить в себя. Все произошедшее казалось дурным сном. Если бы она собственными глазами не видела мертвяков, то ни за что не поверила в их существование.

Ярослава любила украдкой слушать истории вернувшихся из походов дружинников. Мужчины собирались в тесные кружки вокруг рассказчика. Ярослава обычно вставала неподалеку, отрабатывала на чучеле удары мечом и навостряла слух, ловя каждое слово. Интереснее всех рассказывал Казимир.

Его истории всегда пестрили различными чудищами да тварями, с которыми он якобы сражался во время похода, а рассказывал он так, что любой музыкант или сказитель позавидовал бы. Иногда даже местные детишки собирались тихонько рядом, чтобы послушать Казимира. Некоторые дружинники тоже говорили, что встречали навьих тварей, но слова их не звучали правдиво. Игорь лишь иногда кивал, но сам о подобном никогда не говорил. Княжна думала, что все истории о леших, русалках, полудницах и других сказочных существах придуманы только затем, чтобы оградить людей от беды. Девушка и подумать не могла, что сама столкнется с чем-то подобным. Кажется, она взглянула на мир по-другому. Если есть мертвяки, значит, по земле бродят и другие подобные существа.

Ярослава посмотрела на наставника, представляя, о чем он может думать в этот момент. Быть может, он тоже размышлял о разных навьих тварях, что могут прямо сейчас находиться где-то неподалеку, желая напасть на путников. Игорь был молчалив и задумчив. С того момента, как они отправились в путь, он не проронил ни слова. Иногда мужчина оборачивался и долго смотрел на Ярославу, но ничего не говорил.

Юноша, которого наставник нашел в избе на болоте, сидел перед Игорем на седле, покачиваясь от мерных шагов коня. Ярослава украдкой рассматривала незнакомца. Высокий, гибкий, как прутик. Он держался прямо и уверенно, будто не его связали, засунули кляп в рот и куда-то насильно везли. Его каштановые волосы были длинные, как у девицы, собраны в высокий растрепанный хвост. Ярослава не сдержала смешок. Уж очень сильно его прическа напоминала хвост Бурана. Юноша в очередной раз замычал и заерзал, кидая обеспокоенные взгляды через плечо то на Игоря, то на Ярославу. Глаза незнакомца и правда были удивительно светлыми, это трудно было не заметить даже в ночи. Взгляд юноши немного пугал, отчего княжна в очередной раз подумала о разных навьих тварях из историй Казимира. Если поразмыслить, какой нормальный человек будет разгуливать по болоту в одиночку, да еще и в окружении мертвяков? С этим юношей точно что-то было не так. Может, это он наколдовал те корни?

– Игорь, то, что произошло на болоте, – неуверенно начала Ярослава, – ты уже видел подобное?

– Мертвяки? Ну так, вроде. – Мужчина в очередной раз посмотрел на княжну, размышляя, стоит ли отвечать. Юноша тоже заинтересованно обернулся вполуха.

– Не, я о корнях, которые спасли меня.

– Не забивай голову. Видать, то было чье-то колдовство. – Мужчина чуть пихнул сидящего перед ним юношу, что слушал их разговор. Незнакомец недовольно замычал и задергался, отчего получил подзатыльник. – Тпру! Стой, я сказал.

Наставник потянул за поводья, останавливая непослушного коня. Животное нетерпеливо зафыркало и затрясло большой головой.

– Привал? – в надежде спросила княжна.

– Короткий.

Ярослава остановила Бурана. Девушке хотелось размять ноги, раз уж удалось ненадолго остановиться. Да и замерзла она сидеть недвижимо так долго. Ярослава спешилась и потянулась, сперва в одну сторону, потом в другую, чувствуя, как затекшие мышцы расслабляются.

Юноша снова протяжно замычал и обернулся так сильно, что стал заваливаться на бок. Если бы наставник не придерживал его, то он непременно свалился с коня.

– Что? – недовольно спросил Игорь и вынул кляп изо рта юноши.

– Спасибо… Спасибо! – запричитал юноша. – Не могу я больше сидеть в таком положении! Рук и спины не чувствую! Да и нужду справить давно охота! Прошу, давайте немного отдохнем! И я хочу сбегать до того куста! – незнакомец махнул связанными руками в сторону маленькой рощицы.

Ярослава с сомнением посмотрела на юношу. Судя по тому, как он уверенно сидел на коне даже со связанными руками, точно не впервые ехал верхом. Да и за указанным кустом он мог бесследно исчезнуть.

– Место для ночного привала еще далеко. Кончай плакаться, как баба.

Ярослава недовольно взглянула на наставника, но промолчала. Каждый раз ее настолько раздражали подобные сравнения, что скулы сводило. Девушка понимала, что Игорь не имел в виду именно ее, когда говорил о бабах, но злость все равно прорывалась наружу. Ярослава ненавидела, когда стригут всех под одну гребенку.

– У меня от холода уже зубы сводит! – юноша не унимался. – Да и вы поглядите на ту рослую деваху, она тоже аж посинела! Если меня не жалко, то ее пожалейте!

Ярослава удивленно вскинула взгляд на незнакомца.

– Ничего я не посинела! – девушка сложила руки на груди, а затем все же бросила взгляд на свои ладони. В лунном свете они действительно казались синими. – О, Перун! Неужто он говорит правду? Игорь, погляди, у меня еще не появились пятна? Вдруг я уже становлюсь мертвяком или болотницей!

– Мертвяком? Это так называются те люди на болоте? Они меня чуть не сожрали! Как вспомню черную жижу, вытекающую из их рта, меня аж в дрожь бросает! Еле ноги унес!

– Ты погляди только! Моя кожа и правда посинела! – Ярослава подошла вплотную к коню Игоря и продемонстрировала руки наставнику. – Если я стану мертвяком, передай… Передай князю…

– Кажется, еще немного и вам придется чистить спину коня. Я больше не могу терпеть! – почти одновременно с Ярославой захныкал юноша.

Игорь недовольно потер переносицу и прикрыл глаза. По его виду Ярослава поняла, что этот разговор его утомил, а терпение и вовсе иссякло.

– Твоя кожа не синяя, это свет луны так падает, – начал мужчина, стараясь сдержать гнев. – Если обделаешься на коне, я заставлю тебя языком все вылизывать.

Ярослава с сомнением посмотрела на наставника и усердно потерла ладони. Девушка открыла было рот, чтобы поделиться своими переживаниями, но мужчина опередил ее:

– Кончай дурью маяться! – Игорь закатил глаза и спустился с коня.

Ярослава обиженно сложила руки на груди.

– И ты тоже, а то опять кляп в рот воткну. – Наставник за шкирку стащил юношу с седла и отвесил ему подзатыльник. Тот айкнул и принялся переминаться с ноги на ногу, нетерпеливо оглядываясь. Мужчины скрылись за ближайшими кустами, откуда то и дело доносились недовольные вопли юноши: «Развяжи мне руки, я даже штаны спустить не могу!», «Я не могу, когда смотрят, отвернись!», «Гляди, там свет. Похоже, деревня!».

Ярослава все еще разглядывала свои руки, подставляя их свету полной луны. Кожа и правда казалась другого цвета из-за холодного освещения. Тем не менее девушка немного успокоилась. Теперь ее мучили мысли, что из-за этой глупой выходки князь может навеки запереть ее во дворце. Кто захочет довериться воину, который то и дело паникует? Ярослава ненавидела в себе эту черту – поддаваться страху из-за того, что еще не произошло или вовсе не случится. Вместе с тем она даже не представляла, как побороть это. Девушка лелеяла надежду, что Игорь давно привык к подобным выходкам Ярославы и не станет доносить об этом отцу.

– Отдохнем в деревне, которую я видел за теми деревьями? – Юноша ткнул пальцем в сторону. Игорь все же освободил руки незнакомца. Он выглядел довольным, будто своими причитаниями только и добивался этого.

Решили до деревни идти пешком. Полная луна хорошо освещала все вокруг: степь, лес, небольшую деревню. Недалеко от поселения расположилось широкое поле с высокой пшеницей, к которому путники приближались с каждым шагом. Скоро наступит время жатвы. На поле выйдут местные жители и примутся собирать урожай.

От движения становилось теплее. Взяв под уздцы Бурана, Ярослава шла рядом с Игорем. Незнакомец плелся чуть позади, наставник привязал его руки к седлу.

– Нет нужды меня связывать. Я никуда не сбегу!

– Да, все так говорят, – улыбнулась Ярослава.

– Кажись, в этой деревне поклоняются Макоши, – сменил тему юноша.

Ярослава обернулась и посмотрела на незнакомца. Он был высоким, но все же уступал ростом княжне почти на голову. Лицо его необычайно красивое, не часто таких встретишь даже в Старграде. Ярослава старалась не смотреть в его глаза. Ей иногда казалось, будто они светятся в темноте. Это нагоняло жуть. Точно колдун, не иначе.

– Почему ты так решил? – не удержалась Ярослава.

– Вон, – юноша указал на деревянный идол, который почти был почти незаметен в высоких колосьях.

Ярослава не сильно верила в богов. Они казались такими же далекими и не настоящими, как и навьи твари. Но все это было до вчерашнего дня. Девушка поняла, что больше не сможет отмахиваться от подобного. Если землю топчут навьи твари, то нельзя отрицать и существование богов.

До деревни было рукой подать. Княжна не припоминала, чтобы в такой близи от Болотово по пути были еще поселения. Видимо, шли обратно немного другой дорогой.

В ближайшей избе их приняли с радостью, завидев обмундирование дружинника: накормили, на печи и на лавках спать уложили.

– Ты обманул меня! – Ярослава ткнула пальцем в юношу и недовольно нахмурила рыжие густые брови. – Моя кожа совершенно нормального цвета!

– Зато мы, наконец, можем передохнуть. – Юноша лениво лежал на печи и беззастенчиво рассматривал княжну.

Под взором светлых глаз было не уютно, и девушка придвинулась к печи, протянула руки ближе к пожирающему дерево пламеню.

– К тому же, я и не рассчитывал, что ты настолько глупа, раз переживаешь о таких пустяках.

– Это я-то глупа? – Ярослава поднялась во весь свой немалый рост, подперев плечами потолок, и нависла над незнакомцем. – Мне хватит ума снести голову тебе одним ударом!

– Это только подтверждает твою глупость. Сила есть – ума не надо, – произнес юноша, но все-равно отодвинулся к стене от беды подальше.

– Пока что позволю тебе лясы точить, но не забывай, что ты пленник. Как только окажемся в Старграде, я попрошусь участвовать в твоем допросе. Вот тогда и посмотрим, кто будет выглядеть глупее!

Ярослава бросила грозный взгляд на юношу и вышла из избы, громко хлопнув дверью. На рыжую голову посыпались опилки, и девушка недовольно стряхнула их. Ярослава отыскала наставника неподалеку. Игорь остался на улице, чтобы позаботиться о конях.

– Я же попросил приглядеть за мальчишкой, – голос мужчины звучал устало.

– Никуда он не денется, выход из дома всего один, и я за ним слежу. Да и зачем мы его взяли с собой? Не лучше было бы допросить его в Болотово? На вид ничего примечательного. Кроме глаз. Вот они у него жутковатые. – Ярослава поежилась и обняла себя руками.

– Яська, когда ты уже начнешь смотреть дальше собственного носа? Думаешь, болотный мор возник случайно сразу после того, как в деревне появился этот мальчишка?

Ярослава пожала плечами.

– Ничего не бывает просто так, – продолжил наставник. – Если он колдун, стоит сразу доставить его в Старград и обо всем расспросить.

В Старграде не жаловали колдунов. Кто-то не верил им, кто-то боялся. Оттого появление Траяна несколько лет назад восприняли нелестно. Еще больше подозрений на него пало, когда через сезон скончалась княгиня Веселина. Траян сказал, что это кара богов за поступки княжеской семьи. Видать, колдун пообещал эти самые грехи искупить, раз князь оставил его при себе. С того момента Траян крепко вцепился в место советника, отодвинув других доверенных людей. Многие его за это невзлюбили, но сказать что-либо не решались. За несколько лет он, подобно сорняку, пустил свои корни глубоко в политические дела княжества и оказывал все более сильное влияние на князя. Пусть действия пришлого мага действительно иногда приносили пользу, но Ярослава не доверяла Траяну ни на мгновение.

Несмотря на позднюю ночь, в деревне было шумно. Люди суетились, спешили куда-то. Местные бабы бегали от дома к дому, к колодцу за водой, развешивали простыни на ставни или на крыльцо. Хозяин дома добродушно предоставил ночлег, но ушел вместе со своей женой так быстро, что Ярослава даже не успела запомнить их лица. На самом деле, княжна и не пыталась это сделать. Все деревенские жители выглядели на одно лицо: загорелые, курносые, со светлыми волосами.

– Что-то случилось? – Игорь перегородил путь молодой девице, которая бежала с полным ведром от колодца, расплескивая воду в разные стороны.

– Агафья рожает, подруга моя! Тяжело роды проходят, нужна помощь, – курносая девушка говорила бойко и сильно окала. – Некогда мне сейчас с вами разговаривать!

Девушка побежала по своим делам, все также расплескивая воду на ходу. Ярослава проводила ее взглядом и подумала, что донесет девица в лучшем случае полведра.

– Из-за родов вся деревня на ушах? Наверное, дочь какого-нибудь старосты рожает, раз все так переполошились, – сделала предположение Ярослава, пытаясь подражать говору девушки, и засмеялась.

Путники натаскали воды коням и отправились в дом. Чужие роды не их забота. Ярослава лежала на скамье и долго не могла заснуть. Разные мысли роились в ее голове, тревожили душу. То и дело мимо маленького окна с натянутым бычьим пузырем пробегали люди с факелами, заливая избу ярким светом. Хозяева так и не воротились.

Девушка проворочалась почти всю ночь, пытаясь удобнее устроиться на узкой лавке. Она с завистью смотрела в темноту, где на печи спокойно посапывал юноша. Княжна все больше скучала по своим покоям, по мягкой перине. Успокаивало то, что не ей одной приходилось непросто. В противоположном углу на такой же узкой лавке шумно вздыхал Игорь.

Ярослава провалилась в беспокойный сон, когда закричали первые петухи.

– Эй! – девушку кто-то толкнул в плечо. – Вставай!

Княжна села на лавке и растеряно заозиралась. Кажется, ей приснился дурной сон про мертвяков. Перед глазами все еще стояли отвратительные образы. Ярослава проморгалась, отгоняя наваждение, и стерла с щек непрошенные слезы.

– Ты слишком пуглива для воина. Ростом с медведя, носишь такой длинный меч, но плачешь от страха во сне, как дитя малое.

– Ах ты… Не твоего ума дело!

Юноша без страха присел на край лавки и лениво вертел в руках меч Ярославы.

– А ну верни! – Княжна дернулась, но тут же охнула от прострелившей поясницу боли. Все-таки сон на неудобной лавке не пошел на пользу. Девушка потянулась еще раз, уже более осторожно, и рывком отобрала меч, вернув его на законное место на поясе.

– Кто позволил тебе свободно разгуливать и брать чужие вещи?!

– А кто мне запретил?

Ярослава подавилась воздухом от негодования и закашлялась. Юноша вытянул ноги, сложил руки на груди, облокотился спиной о побеленную стену и прикрыл глаза. По всей видимости, он ничуть не опасался разъяренной княжны рядом, что раздражало девушку еще сильнее. Ярослава встала и, схватив дерзкого поганца за грудки, поставила на ноги. Самой девушке приходилось чуть пригибаться: потолки избы не позволяли выпрямиться во весь рост.

– Чего ты такая буйная с утра? – Юноша взирал снизу-вверх на девушку каким-то скучающим взглядом. – Ой, у тебя какое-то пятно на щеке! Кажется, я такое видел у мертвя…

Девушка не стала дослушивать. Кровь в миг отхлынула от ее лица. Ярослава оттолкнула юношу и выбежала из избы. В два шага она оказалась у большой бочки, наполненной питьевой водой, отбросила крышку и заглянула внутрь. В отражении она увидела свое обычное, но очень испуганное лицо без намека на какие-либо пятна. Ярослава зло сжала края бочки, отчего дерево затрещало, а по глади воды пошла рябь. На всякий случай Ярослава проверила рану на ноге и вздохнула с облегчением. Похоже, болотницей или мертвяком она точно не станет.

– Или мне все же показалось… – Юноша вышел из избы, привалился к косяку и с ухмылкой смотрел на княжну.

– Тебе не жить. – Девушка обнажила меч и двинулась на юношу. У завалинки лежала толстая хозяйская веревка, которую девушка подобрала.

– Знаешь, я ошибся, прости. – Юноша попятился. – На самом деле пятно не на щеке, а на руке.

– Я больше не попадусь на твою ложь!

Ярослава схватила юношу за грудки и притянула к себе. Девушке не составило труда ловко связать руки юноши. К тому же пленник сопротивлялся вяло, скучающе поглядывая по сторонам. Мимо сновали деревенские жители и бросали на них заинтересованные взгляды. Девушка резанула мечом край рубахи юноши и заткнула его лживый рот лоскутом.

– Так-то лучше. – Ярослава убрала меч в ножны, схватила длинный конец веревки, который специально оставила, и потащила юношу за собой. Княжна решила скорее найти Игоря и передать ему надоедливого и болтливого пленника.

Деревня оказалась гораздо больше, чем показалось ночью. Дома вытянулись вереницей вдоль узкой речки с одной стороны и вплотную жались к ржаному полю с другой. Каждая изба походила на другую, но непременно чем-то выделялась. Бросались в глаза то красивые резные ставни с причудливым рисунком; то завалинка, выкрашенная в яркий цвет; то необычной формы охлупень в виде головы коня. Сразу видно, в деревне жили мастера на все руки.

Ярослава вышла к реке, надеясь отыскать Игоря. Княжна решила обойти деревню, прежде чем стучаться в дома. К тому же утро в деревне начиналось рано, с криком первых петухов. Каждый был занят с самого рассвета: кто-то работал в поле, кто-то кормил и пас скот, кто-то ушел в лес по ягоды и грибы. У реки княжна обнаружила несколько девиц, занятых стиркой. Девушки весело переговаривались и игриво брызгали друг друга водой.

– Не видали мужчину ростом почти с меня? Не местный. Дружинник княжеский. Мы вместе пришли, – громко спросила Ярослава и дернула за веревку, вынуждая юношу подойти ближе.

Девушки прекратили смеяться и обернулись. Ярослава в очередной раз подивилась, насколько они все похожи. Фигуристые, невысокие, с собранными в косы светлыми волосами.

– Видывали, как не видывать. – Зычно заговорила одна из них и выпрямилась, выпятив пышную грудь. – А чего это ты его за собой на привязи таскаешь? Неужто боишься, что жениха твоего отобьем?

Девушки засмеялись, заинтересованно поглядывая на юношу. Княжна понимала, с чем связан их интерес. Местные молодые мужчины не были наделены хоть толикой красоты. Они, словно деревянные заготовки, были грубо сложены. У всех как у одного тяжелые подбородки, густые бороды, кустистые брови. Таких красавцев, как пленник княжны, они, наверное, никогда и не видели. Ярослава снова дернула за веревку, вынуждая встать присевшего на корточки пленника.

– Не вашего ума дело! Где вы видели моего наставника?

– У старосты он. Это в противоположной стороне деревни. Избу узнаешь по медведю.

Ярослава не поняла, что имела в виду девка с зычным голосом, но и переспрашивать не стала. Девушки как-то странно рассматривали княжну, перешептывались и хихикали. Ярослава развернулась и пошла прочь. Княжна не сделала и десяти шагов, как девушки за ее спиной стали громко переговариваться и смеяться:

– Похоже и правда жениха на привязи водит!

– Да вы видали, как она высока и нескладна! Кто на такую посмотрит!

– И не говори! Выше всех наших мужиков. Страшная да еще и конопатая!

– Но вы видали какой красавец с ней? Глаз не оторвать!

Ярослава не стала обращать внимание на глупых девок, хотя их слова расстроили девушку. Княжна с детства слышала обидные оскорбления из-за своей внешности. Поначалу она каждый раз бросалась с кулаками на обидчиков. Тогда добавлялось еще больше оскорблений и прозвищ. Постепенно девушка научилась не обращать внимания на колкие слова. Да, она выше любого из деревенских мужиков и не такая фигуристая, как местные бабы. Но кто из них может похвастаться статусом княжны или умением владеть мечом? Кто из них не станет в случае опасности истошно вопить и звать мужика на помощь? Как бы челядь не бросалась оскорблениями, она навсегда останется челядью. Их удел – всю жизнь работать в поле под зноем, рожать, спиться или прожить всю жизнь с пьяницей.

Ярослава неспешно брела по деревне, рассматривая то интересные ставни, то резные двери, как вдруг веревка в руке задергалась. Позади раздалось настойчивое мычание.

– Чего тебе? Опять по нужде приспичило? Я не пойду с тобой никуда, терпи! – Ярослава даже не повернулась в сторону юноши, продолжая разглядывать местные красоты. В Старграде так дома украшали только знатные люди да богатые торговцы. Но ни одна местная изба не шла в сравнение с княжеским дворцом.

Юноша не сдавался. Он уперся ногами в землю, как осел, и потянул веревку на себя, вынуждая девушку остановиться. Княжна вытащила свой меч и приставила к горлу наглеца. Проходящие мимо бабы испуганно заохали да разбежались в стороны.

– Еще раз так сделаешь и не сносить тебе головы!

Юноша активно закивал куда-то в сторону между домами. Туда же он потянул и веревку. Ярослава нехотя глянула в указанном направлении. В просвете между двумя избами, чуть поодаль, виднелась еще одна. Ее дверь украшал резной медведь, искусно вырезанный чьими-то умелыми руками.

«Избу узнаешь по медведю», – вспомнились Ярославе слова неприятной девицы. Княжна убрала меч, но не стала благодарить юношу. Обойдется. Девушка итак уже оказала ему достаточно любезностей.

Ярослава в очередной раз дернула за веревку и направилась в сторону запримеченной избы. Строение стояло вплотную к золотистому полю и оказалось несколько больше остальных. Крыша немного возвышалась над соседними избами.

Чем ближе необычная пара подходила к дому старосты, тем отчетливее можно было разглядеть медведя на двери. Каждый зуб в широко открытой пасти, мех, длинные когти выглядели почти как настоящие. Подойдя ближе, Ярослава услышала несколько голосов. Особо громко причитала какая-то женщина. Врываться в разгар спора княжна не решилась, поэтому встала у крыльца, делая вид, что ожидает наставника. На самом же деле она прислушивалась к разговору. Уж больно интересно было узнать, что так сильно отвлекло Игоря, что они до сих пор не выдвинулись в Старград.

– Мой малыш! Он стал уродливым… – донеслось до ушей Ярославы. – Его точно подменили ночью! Покажите мне ребенка Агафьи! Я уверена, что это сделала она!

– Не мели чепуху, Святослава! Моя дочь еще не отошла после родов! Я лично видел, как ребенок вышел из утробы живым и здоровым! Полдеревни видели это! Убирайся, иначе выпорю за клевету при всех, – раздался грубый и хриплый голос мужчины.

– Мой сыночек не мог стать уродцем за одну ночь! Покажите мне ребенка Агафьи! Я поверю только собственным глазам! – не унималась женщина, надрывно крича и иногда всхлипывая.

«Неужели кто-то решился подменить ребенка?» – подумала княжна и невольно вздрогнула. Что-то позади Ярославы со звоном упало. Княжна обернулась и увидела, как рабочие инструменты, прислоненные к крепкому забору, лежали разбросанными на зеленой густой траве. Рядом с ними, будто бы ни при чем, со скучающим видом стоял юноша и разглядывал облака. Ярослава слишком увлеклась подслушиванием чужих разговоров и совсем позабыла о надоедливом светлоглазом навьем прихвостне.

– Ах ты, засра…

– Что тут происходит? – Дверь резко открылась, на шум из дома вышел довольно высокий мужчина с густой светлой бородой. Ярослава сразу поняла, что это и есть староста деревни. За ним показался Игорь.

– Что ты здесь делаешь? – устало спросил наставник, переводя грозный взгляд с Ярославы на связанного юношу и обратно.

– Тебя искала. Еще немного, и я умерщвлю его, – девушка кивнула на своего пленника. – Когда мы выдвигаемся в Старград?

– Когда скажу, тогда и выдвинемся, – отрезал Игорь. – Сейчас у меня есть некоторые дела, которые…

Юноша рядом громко замычал, указывая за спину мужчинам. Он даже кинулся в ту сторону, но крепкая веревка в сильных руках Ярославы одернула его обратно. Пока староста и наставник отвлеклись на Ярославу, всклокоченная женщина выскочила из дома и, завернув за угол, побежала в поле, прижимая к груди небольшой сверток. Из глубины дома послышался приглушенный женский крик.

– Ловите ее! Ловите эту умалишенную! – Староста схватил вилы, по вине юноши лежащие на траве, и бросился в погоню. Игорь среагировал быстрее. Наставник уже преследовал воровку, быстро обнажив меч. Ярослава тоже бросилась вдогонку, практически волоча за собой на привязи юношу, но, достигнув поля, бросила эту затею.

– Тц, к бесам это все! С такой обузой далеко не уйдешь, – бросила она укоризненный взгляд на юношу. – Наставник быстрее меня. Он справится.

Ярослава стала наблюдать издалека за развернувшейся погоней. По пояс, среди колосьев, виднелись Игорь и староста. Впереди них в сторону леса с удивительной прытью бежала женщина. Видимо, та самая Святослава решила скрыться в чаще. Но что-то не давало покоя княжне. Как женщина с ношей на руках смогла так быстро оторваться от двух взрослых мужчин? К тому же Игорь, как и другие княжеские воины, проводил достаточно времени на тренировках, чтобы настичь такую легкую добычу.

Солнце мешало разглядеть порядком удалившуюся погоню, поэтому Ярослава приставила ко лбу ладонь ребром, создавая хоть какую-то тень. Вскоре ситуация изменилась. Наставник почти нагнал беглянку, она споткнулась и упала в колосья. Ярослава вздохнула с облегчением, но тут же удивленно подняла брови, заметив, как женщина выпрыгнула и резвее припустила к лесу. Княжна решила, что собственные глаза обманывают ее. Тело воровки выглядело странно, будто бы распухло, конечности удлинились, и передвигаться она стала длинными прыжками. Не успела Ярослава моргнуть, чтобы понять, кажется ей это или нет, как женщина скрылась в лесной чаще. Игорь последовал за ней, но вскоре показался ни с чем.

Ярослава нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, желая поскорее расспросить наставника о воровке. Неужели ей всего лишь померещились странные изменения в женщине?

Староста вернулся первый, где-то потеряв вилы. Мужчина тяжело дышал, его глаза раскраснелись, а лицо перекосило от злости. Он решительно подошел к Ярославе и схватил ее за грудки. Мужчина оказался сильным, несмотря на почтительный возраст. Староста дернул княжну за рубаху, заставляя нагнуться и посмотрел в глаза. Княжна смешалась. Она не понимала, почему мужчина так груб с ней, что она ему сделала. По его щекам скатывались крупные слезы, но он не отводил взгляда.

– Это все ты! Ты отвлекла нас и дала сбежать ведьме! – Староста тряс княжну за плечи, слезы исчезали в густой бороде. – Эта тварь украла моего внука. Мою кровинушку! Ты с ней в сговоре? Ответь же мне!

Ярослава безмолвно смотрела на мужчину и не знала, что сказать. Она чувствовала вину. Может, и правда все случилось из-за нее? Девушка растерянно посмотрела на наставника, но тот шел еще далеко в поле. Обида змеей оплела шею, не давая сделать и вдоха.

– Не спускай на нее всех собак, – позади раздался спокойный знакомый голос. – Не она похитила твоего внука. Да и воровка так или иначе сделала бы задуманное. Ты и сам это понимаешь. – Юноша вытащил кляп изо рта и не отрываясь смотрел на лесную чащу, туда, где скрылась женщина.

– Что мне до этого понимания? Моего внука это не вернет! – выпалил мужчина и оттолкнул княжну. Девушка отступила на пару шагов. Она и подумать не могла, что за нее вступится засранец, учинивший столько неприятностей.

– Мы поможем разыскать младенца. Поможем вернуть, – произнес юноша и медленно подошел к старосте. – Посмотрите внимательнее, это не обычные проходимцы, а умелые воины.

Мужчина опустился на землю и закрыл лицо загорелыми ладонями. Его плечи сотрясались от рыданий.

– Верно. – Игорь, наконец, вернулся и встал рядом с княжной. – Возможно, только мы и сможем помочь вернуть твоего внука.

Староста посмотрел долгим взглядом на собравшихся. Наконец он кивнул и медленно побрел домой. Ярослава чуть отошла в сторону, уступая дорогу мужчине.

– Ясь, не принимай это на свой счет. – Тяжелая рука Игоря опустилась на плечо. – Не из-за тебя младенца похитили. Ты просто попала под горячую руку.

– Тело женщины изменилось, или мне это только померещилось? – тихо спросила девушка.

– Не знаю, что это за тварь, но она точно не человек. – Игорь пожал плечами. – Я слышал хруст, с которым изменилось ее тело. Она убежала так быстро, что я не успел как следует разглядеть.

– Судя по всему, староста хорошо знал эту женщину. Неужто это тоже какая-то зараза, которая меняет людей? Как та, что буйствовала в Болотной. – Ярослава поморщилась. Ей совершенно не хотелось сталкиваться снова с чем-то заразным.

– Вполне возможно, – кивнул наставник.

– Узнаем наверняка, когда отловим тварь. Нужно пройтись по домам и опросить жителей. Возможно, еще кого-то похитили, – заключила княжна и направилась к ближайшей избе, привычно дернув за веревочку.

– Ярослава. – Девушка остановилась и обернулась на голос Игоря. – Расспросим жителей позже. Сейчас важнее собрать людей и прочесать окрестности. Эта тварь не могла далеко уйти. И… развяжи его, не позорьтесь.

– Тогда он сбежит.

– Если бы я хотел, то давно сбежал. – Юноша в подтверждение своим словам скинул с запястий веревку, будто бы вовсе не был связан.

Ярослава удивилась, схватила упавшую веревку и вновь связала руки пленника. Для уверенности несколько раз подергала, чтоб точно не развязал.

– И я тебе не позволяла вынимать кляп изо рта! Засунь обратно! К тому же так все беглецы и говорят. Ты просто выжидаешь нужного момента.

Игорь лишь недовольно покачал головой.

– Я предлагаю первым делом осмотреть дом этой… Женщины? – предложил юноша, игнорируя Ярославу. – Она же что-то кричала про подмену ребенка.

– Дело говорит мальчишка. Так и поступим, – согласился Игорь и громко обратился к успевшему добрести до дома старосте. – Где жила эта Святослава?

Мужчина обернулся и лишь махнул рукой, показывая, чтобы следовали за ним. Казалось, староста постарел на несколько лет, ссутулился, отчего выглядел несчастным. По пути он попросил какую-то женщину последить за Агафьей, пока они отсутствуют. Проходящие мимо люди бросали удивленные взгляды. Видимо, они не привыкли видеть своего старосту настолько подавленным.

Через три дома они оказались у избы с ярко голубыми резными ставнями и низеньким заборчиком. Из дома доносился визг и истошный плач младенца. Староста закрыл уши, слезы снова показались в уголках его глаз.

– Вадим, держи себя в руках, – обратился Игорь к старосте и похлопал его по плечу. – Собери крепких мужиков да начните прочесывать лес. Эта тварь не могла далеко уйти.

Староста кивнул, вытер слезы рукавом рубахи и бодрым шагом направился вверх по улице. Кажется, он наконец решил действовать, а не лить слезы зря. Ярослава перешагнула через низкий заборчик и привязала к нему веревку.

– Я тебе скотина, что ли? Или собака? – недовольно спросил юноша. – Если захочу сбежать, то мне никакого труда не составит отвязать веревку.

– Скотина и та меньше хлопот доставляет, чем ты.

Юноша выпучил глаза от удивления. Ярослава улыбнулась. На такую реакцию она и рассчитывала. Девушку раздражало это вечно спокойное лицо прихвостня Нави. Только она намеревалась войти в дом, как ей на плечо опустилась тяжелая ладонь наставника:

– Я сам зайду и все проверю. Жди здесь, – скомандовал Игорь и скрылся в избе, держа руку на рукояти меча.

Ярослава, как и велели, осталась ждать снаружи, прислушиваясь к тому, что происходит внутри. Младенец по-прежнему верещал. Звук был настолько неприятный, что девушка невольно поморщилась и отошла к забору.

– Как тебя звать хоть? – спросила девушка, даже взглядом не одарив юношу.

– О-о-о, – протянул юноша и Ярослава ощутила кожей его лукавую улыбку. – Неужто я заинтересовал такого отважного воина?

Ярослава потрясенно обернулась и воззрилась в светлые глаза. К чему ведет этот навий прихвостень?

– Разве как скотина может заинтересовать мясника. Не забывай, что я обещала напроситься на допрос. Как бы ты не юлил и не изворачивался, тебе не заколдовать ни меня, ни Игоря. Как только прибудем в Старград, отправишься прямиком в темницу. Так что либо сейчас назови свое имя, либо из тебя его выбьют.

– Ох, страшная ты женщина, – юноша ехидно улыбнулся. – Буду ждать момента, когда ты начнешь выбивать его из меня.

Стало постепенно темнеть, поднялся ветер. Пол-лучины назад на небе плыли редкие облачка, вовсю припекало солнце. Теперь же густые черные тучи висели низко над головой. Солнце отчаянно пробивалось через них, даря теплые лучи, но проигрывало схватку.

– Кажись, скоро дождь начнется, – негромко отметила княжна.

Игорь долго не выходил, ребенок не переставал кричать. Ярослава оглянулась по сторонам и заметила, что стягивается все больше деревенских жителей. В основном подходили женщины. Они стояли неподалеку мелкими группами по двое или трое и о чем-то негромко переговаривались.

– Ох, милая, что же он так плачет? Где Святка-то?

Ярослава удивленно опустила взгляд, обернувшись на голос. Низенькая старушка, почти вдвое ниже княжны, аккуратно дергала за край рубахи. Если бы пожилая женщина не задала вопрос, Ярослава и вовсе не заметила бы ее.

– Бабушка, не тревожьтесь. – Девушка присела на корточки, чтобы не смотреть на старушку сверху-вниз, и улыбнулась. – Мой наставник как раз сейчас в доме. Он непременно со всем разберется.

– Тц-тц-тц-тц-тц.

Пожилая женщина покачала головой и отошла к своим знакомым. Среди них оказалась горластая девица, что больше всех поливала Ярославу грязью у реки. Она бросила брезгливый взгляд на княжну, а затем уставилась на юношу рядом с ней. Ярослава усмехнулась и отвернулась. Девка с зычным голосом, видать, положила глаз на пленника княжны. Даже щеки натерла свеклой, от чего те стали сильно выделяться на лице. Что не сделаешь, чтобы привлечь внимание мужчины.

– Как-то он долго, – Ярослава опустилась на землю и привалилась спиной к заборчику. Девушка немного тревожилась из-за происходящего. Вдруг эта тварь пожрет или принесет в жертву младенца? Из-за слов старосты, сказанных сгоряча, княжна чувствовала вину за произошедшее. Ярослава потрясла головой, отгоняя мрачные мысли. Сейчас не время для этого. Игорь точно сможет со всем разобраться!

Княжна обернулась и снова взглянула на размалеванную девицу. Вот что может отвлечь от тягостных дум.

– Может, пеленки меняет? – предположил юноша. – Ты чего ржешь? На коня своего похожа!

– А ты на бледный труп. – Ярослава ничуть не обиделась на слова юноши. – Но даже на такого, как ты, сыщется женушка.

– Тебе солнце голову напекло? – фыркнул юноша.

– Взгляни вон, – княжна кивнула в сторону краснощекой девки, – запал в душу той красавице, у нее любовь аж пятнами на лице проступила.

Юноша посмотрел в указанном направлении и вдруг расплылся в улыбке.

– Ну а что, девка-то не дурна собой. Фигурка точеная, все при ней. Да и я первый красавец на деревне. – Юноша посмотрел на княжну сверху-вниз и ехидно улыбнулся. – Ты-то и рядом не стояла. На тебя глаз положит разве что отшельник, век баб не видавший.

– Еще слово – и я снова заткну твой поганый рот!

Время шло. Солнце совсем скрылось за тучами. Как только с неба сорвались первые капли, бабы засуетились, попрятались под навесами крылец соседних домов. Только Ярослава со своим пленником остались на месте. Терпение княжны почти иссякло. Она встала и подошла к крыльцу. Девушка была готова нарушить приказ наставника и войти в дом. Ярослава невольно представила страшное чудище, обгладывающее кости мужчины, от чего стало не по себе.

Изнутри все также доносился плач и визг ребенка. Девушка обнажила меч и протянула руку к двери, как та вдруг отворилась и перед княжной предстал Игорь. Наставник прижимал к своей широкой груди верещащий сверток. Ярослава не смогла разгадать мысли Игоря по выражению его лица. То ли он о чем-то сильно задумался, то ли был чем-то обеспокоен или озадачен. Княжна убрала меч и отступила в сторону, пропуская наставника.

– Игорь, ну что там с ребенком Святославы? Я собрал людей, мы сейчас же отправляемся прочесывать лес!

Староста запыхался и раскраснелся. Он собрал более дюжины крепких мужчин. Люди вооружились вилами и топорами.

Вадим подошел к Игорю, заглянул в сверток и недоуменно открыл рот и тут же закрыл. Остальные жители столпились вокруг плотным кольцом. Они не обращали внимания на срывающийся дождь, но прикрывали уши от неприятного плача. Всем не терпелось узнать, что же так сильно удивило старосту. Игорь молча распахнул тряпки, прикрывающие тело младенца, и представил его на всеобщее обозрение.

– Ох! – как один вздохнули присутствующие. Некоторые бабы запричитали, а девица с ярко размалеванными щеками и вовсе рухнула без чувств.

Кожа и губы младенца были белые, словно ранний снег. Голова непомерно большая по сравнению с крохотным тельцем и короткими тонкими конечностями. Его уши были оттопырены, а на пальцах рук и ног чернели длинные когти. Этот странный младенец на секунду замолчал, осматривая всех собравшихся своими огромными мутными глазищами, а потом взревел пуще прежнего. Маленькое несуразное тельце издавало столь громкий высокий звук, что Ярослава поспешила заткнуть посильнее уши, боясь оглохнуть.

Игорь молча накрыл тканью странное дитя и унес обратно в дом. На крик уродливого младенца сбежались почти все жители деревни и теперь бурно обсуждали увиденное.

– Что же это за чертовщина такая? – раздался мужской голос из толпы.

– Это точно не тот ребенок, которого родила Святослава, – сказала крупная баба и вышла вперед. – Я была повитухой у нее и приняла младенца. Ее ребенок выглядел здоровеньким.

– Ты сестрой ей приходишься, пусть и двоюродной! Да и роды одна принимала, можешь что угодно сказать, чтобы кровь родную защитить! – воскликнула какая-то женщина.

– Успокойтесь! Святослава говорила, что дитя подменили. Возможно, что это правда, – задумчиво проговорил староста.

– Верно! Да! – вторили ему из толпы.

Но через мгновение густые брови мужчины сдвинулись к переносице, а в глазах заиграли огоньки злости:

– Нет, не поверю! – он вскочил с завалинки, на которую только что присел для раздумий. – Если бы ее ребенок был уродцем изначально, то и не ходила бы она по деревне с воплями! Не своровала бы моего дорого внучка!

– Верно! Да! – вновь вторила ему толпа.

– Она делала что-то непривычное в последние дни? – громко задала вопрос Ярослава, пытаясь перекричать толпу.

– Ходила от избы к избе да жаловалась, что ее дитя подменили, – донеслось справа.

– Да это итак все знают! – воскликнула повитуха и уперла руки в бока. – Сестра моя долго ребеночка не могла заиметь, ходила все к знахарке одной прошлой осенью. Та ей какой-то отвар дала, так ровно через седмицу она понесла! – Женщины заохали и зашептались в толпе. – Не могли нарадоваться они с Завидом. Только вот недавно несчастье приключилось с ее муженьком. Завида бык затоптал. Овдовела сестра моя, да тут и роды подоспели. Неделю Святка отходила, а вчера стала сама не своя! Стала говорить, что дитятко ее подменили. Я-то думала, она от горя умом повредилась, а оказалось…

С каждым словом лицо женщины краснело все сильнее, она с трудом сдерживала слезы. Затем не выдержала и зарыдала.

– Да кто смог подменить ребенка? Брешешь, Любка! – Вперед вышла другая женщина и ткнула пальцем в повитуху. – Поди он таким уродился, вот Святка и сбрендила!

– Я же сказала, что была повитухой. Ребенок был здоров! – вскрикнула женщина, давясь слезами.

– Брехня!

– Что за знахарка и где ее найти? – из избы вышел Игорь и прикрыл за собой скрипучую дверь, прерывая завязавшийся спор. Из дома все еще доносились крики младенца.

– Так… – Повитуха всхлипнула. – Так в лесу за полем избушка стоит ветхая. Там и живет знахарка.

Ярослава удивленно вскинула брови. Именно туда и побежала Святослава! Княжна задумалась, что виной необычного поведения женщины могла стать знахарка. Кто знает, чем она опоила ее иль какое колдовство наложила. Ярослава невольно вспомнила о Траяне, и гнев поднялся в ней, заклокотал в груди. Все ведьмы и колдуны одинаковые! Только и могут, что причинять беды простым людям!

– Вадим, идите с мужиками прочесывать лес. Мы наведаемся к этой знахарке.

Деревенские жители закивали. Мужики наперевес с вилами и топорами направились к полю. Впереди всех бежал староста. Бабы причитали, не спешили расходиться по домам. Старушка пыталась привести в чувства краснощекую девку.

– У кого-нибудь еще есть жалобы на переменах в детях? – громко спросил Игорь.

– Мой Федька совсем распоясался! К девкам ночами стал бегать! – выкрикнула женщина с широкими бедрами.

Женщины стали выкрикивать жалобы на своих детей, но все они сводились к непослушанию. Никто из присутствующих не сетовал на подмену ребенка.

Стало темно, как вечером, и душно. Густые тучи, пригнанные ветром подобно стаду овец, будто затаились, выжидая чего-то. Все вокруг замерло, затихло. Даже ветер где-то спрятался и не смел показать и носа. Неожиданно среди туч показалась длинная кривая вспышка. За ней последовал раскат грома.

– Перун гневается, – сказал Игорь, тоже смотрящий на темные тучи, – нужно поспешить.

Ярослава повела юношу за веревку вслед за наставником. В ней все еще бурлил гнев. Подвернись сейчас княжне какой колдун или ведьма – не сносить им головы!

– Может, развяжешь уже, а? – без особого интереса спросил юноша.

– Зачем? Ты же мой послушный пес. Так как я до сих пор не знаю твоего имени, то назову тебя… Буян!

– Если я Буян, то ты будешь Буренкой у меня. Хотя нет, мелковата для Буренки. Бурениха? – юноша призадумался, едва сдерживая смех.

– Ах ты, черт! Да я тебя сейчас… – Ярослава обнажила меч и грозно стала надвигаться на болтливого пленника.

– Не черт я. И не Буян. Дареном звать.

– А меня Ярославой!

– Да это я уже понял, – юноша усмехнулся. – Буренка Ярослава – хорошо звучит!

– Точи лясы, пока можешь, – зло бросила девушка. – В Старграде будешь молить меня о пощаде.

– Раз уж теперь мы как следует познакомились, развяжешь веревку? У меня уже запястья болят.

– Псу самое место на привязи! – сказала Ярослава и дернула за веревку.

– А корове в стойле, – буркнул Дарен.

Девушка открыла было рот, чтобы продолжить бросаться колкостями, но наставник опередил ее:

– Помолчите хоть немного, голова от вас пухнет! – не выдержал Игорь. – Собачитесь, как муж с женой.

Ярослава удивленно посмотрела на спину наставника и отчего-то покраснела.

Они подошли к полю. Девушка вздрогнула, когда над головой раскатисто загрохотало. Вместе с раскатом грома поднялся ветер. Колосья переливисто зашептались. Ярослава посмотрела в небо, заметив очередную длинную молнию.

– Не стоит идти через поле в грозу, – предостерег Дарен. – Перун может разгневаться сильнее. Стоит обождать или обойти.

Ярослава понимала опасения юноши. Она множество раз слышала рассказы о том, как путников настигали молнии посреди поля.

– Нельзя больше ждать. Похитили младенца и нам нужно его найти, – Игорь был непреклонен. – Будем двигаться быстро и молиться Перуну.

– Тогда оставьте меня здесь. Можете даже привязать к забору!

– Прекрати ныть, – проговорила Ярослава и, дернув за веревку, пошла за наставником.

Они шли быстро, почти бежали через поле, приближаясь к лесу. Длинные колосья шелестели на каждом шагу. Ветер становился все сильнее, будто старался помешать путникам, игрался с длинными косами Ярославы как шкодливый мальчишка. Снова начал накрапывать дождь. Крупные капли, разгоняемые ветром, попадали в глаза, неприятно стекали по щекам. Княжна мысленно возносила мольбу к Перуну, чтобы защитил ее и наставника. Неожиданно девушка почувствовала, как веревка ослабла, больше ничего не тянуло назад. Ярослава обернулась на бегу и увидела, как Дарен убегает в противоположном направлении.

– Вот же зараза! – выругалась девушка.

Нельзя упустить навьего прихвостня. Они не успели его допросить. Ярослава собиралась побежать следом, но замерла на месте. Сверкнула яркая вспышка, а затем раздался оглушительный хлопок. Длинная яркая молния в мгновение вырвалась из густых туч и ударила в Дарена. Словно сам Перун метнул ее. Раздался протяжный раскат грома и княжне почудилось, что она услышала низкий раскатистый смех. Юноша упал, исчез среди колосьев. У девушки сердце ухнуло вниз.

– Игорь! Дарен… Он…

Ярослава подбежала к юноше, раздвигая рожь обеими руками. Тот лежал навзничь, недвижимый. Земля и колосья вокруг него оплавились, почернели. Одежда юноши дымилась. На правой руке, от плеча и до кончиков пальцев, появился витиеватый узор. Будто молния, ударив юношу, решила поселиться в его теле.

– Дарен? – Княжна присела рядом с юношей и несколько раз легонько толкнула его в плечо.

Глаза Дарена резко распахнулись, и он сел, потирая голову. Его волосы буквально встали дыбом и шевелились, словно живые.

– А я говорил… Девка ты дурная, как и твой наставник. Перун гневается! Обождали бы, пока распогодится, и спокойно прочесали лес. Но нет, вам надо в грозу искать какого-то младенца и знахарку в темной лесной чаще, преследуя мамуну, а я из-за этого страдать должен!

– Ма… Кого? – Ярослава схватила за грудки юношу и подняла на ноги, тот закряхтел, хватаясь за раненую руку. – Ты знаешь, что это за тварь?!

– Я только сейчас понял.

– А ну выкладывай все!

– Сначала вернемся в деревню, Перун гневается, – юноша указал на небо, где в подтверждение его слов сверкнула молния, а за ней раздался раскат грома. Дождь все также срывался мелкими каплями.

– Ну уж нет!

Ярослава схватила юношу за здоровую руку и почти бегом поволокла к лесу.

– Да ты сбрендила! Куда ты меня тащишь?! В меня только что попала молния!

– Не помер же! – Ярослава старалась перекричать ветер. – К тому же кто тебе поможет лучше, чем знахарка!

Игорь не стал ждать Ярославу и Дарена, не последовал за княжной. То ли ему не было дела до жизни пленника, то ли он позволил девушке самой разобраться с проблемой. Княжна забежала под пышную крону дуба и только тогда отпустила руку Дарена. Юноша присел на корточки, тяжело дышал и сжимал пострадавшую конечность. В этот момент еще одна молния ударила в землю неподалеку от него, отчего Ярослава вздрогнула.

– Чем ты так прогневал Перуна? – спросила девушка, пытаясь отдышаться.

Юноша смерил княжну недовольным взглядом и не проронил ни слова.

Ярослава больше спрашивать не стала. Одни только странные белесые глаза парня явно говорили, что он не так прост.

– Не вижу наставника. Куда же он запропастился? – девушка огляделась по сторонам, надеясь увидеть Игоря или деревенских мужчин среди деревьев. – Ты как?

Дарен выглядел бледнее обычного. Он исподлобья смотрел на княжну. Тонкие темные брови сошлись на переносице. Юноша даже не вздрогнул, когда очередная молния ударила в землю позади него.

– Чего ты на меня волком смотришь? Если бы я не вернулась, от тебя одни угольки остались!

– Если бы ты не вернулась, я бы давно сидел в теплой избе на печи, а не прятался под кроной дуба с обожженной рукой.

– Нужно отыскать дом знахарки, она поможет тебе. А ты мне пока расскажешь про эту… Как ты там ее назвал?

– Мамуна, – бросил Дарен. – Но я не ручаюсь, что это именно она. Сам с ней до этого не сталкивался, только слышал истории всякие.

– И что это за тварь? – Ярослава не переставала искать глазами наставника или кого-то из деревни, а когда увидела тени среди деревьев, поволокла туда Дарена. – Пойдем. И не молчи!

– Слыхал, что если баба беременная умрет от нечистых сил, то непременно вернется из Нави злобной тварью. Ее будет привлекать плач младенцев. В сказаниях говорится, что ноги и руки у нее тонкие, живот вспухший, будто она взаправду беременна, а на лицо ужасна, – кратко пояснил Дарен. – Та тварь, скакавшая по полю от твоего наставника, напомнила мне эти сказания. И она своровала ребенка, чем обычно и занимается мамуна.

– И зачем ей ребенок? – поинтересовалась Ярослава.

– Как зачем? – подивился Дарен, будто услышал какую-то глупость. – Чтобы сожрать, конечно! Так она надеется соединиться с духом своего нерожденного дитя.

Ярослава удивленно открыла рот и даже остановилась, не веря своим ушам. Почему такие страшные твари вообще топчут землю? Разве им не место в Нави? Девушка вынула из ножен меч и крепче сжала его в ладони. Мамуна вполне могла жрать не только младенцев, но и взрослых людей, а Ярослава умирать не хотела. К тому же в этом лесу могли быть и другие навьи твари, желающие ей смерти. Другой рукой девушка поддерживала под руку раненого юношу.

«Вчера мертвецы и болотница, сегодня мамуна. Что будет завтра?» – дивилась Ярослава собственной неудаче. Рана на ноге неприятно заныла. Пока девушка была в столице, то и подумать не могла, что всякие чудища существуют. Теперь рассказы Казимира не казались ей сказками. Ярослава решила, что по приезде в Старград более подробно расспросит дружинника о его путешествиях. Лучше даже перенести все на бересту.

Они быстро передвигались по чаще. Над головой грохотало. Княжна вздрагивала от каждого шороха и тут же оборачивалась на звук, готовая разрубить противника. Однако вокруг не было ни души. Разве только мелкие зверьки, птицы да букашки. Ярославе то и дело мерещились тени среди деревьев, она направлялась в их сторону, но никого не находила. Не было слышно даже голосов деревенских мужиков. Как далеко они успели зайти в лес? Или, может, это княжна заблудилась?

Раскидистый куст с крупными черными ягодами, преградивший им путь, зашуршал и на дорогу выскочил белый заяц. Красные глаза-бусинки неотрывно смотрели на девушку.

– Тьфу, надоели! Кыш отсюда! – Ярослава громко топнула ногой, сделав шаг в сторону животного, и оно быстро нырнуло обратно в кусты.

– Эй, – Дарен вдруг выдернул руку из хватки княжны. – Я что-то неважно себя чувствую. Я побуду здесь, а потом тебя догоню. Но учти, если будет смеркаться, я тут же пойду в деревню.

– Никуда ты не…

Но тут над чащей леса, тишину которой до этого нарушали только крики животных, птиц да не частые капли дождя, раздались голоса мужчин. Будто бы они внезапно возникли все вместе где-то неподалеку. Среди них Ярослава различила и голос наставника.

– Иди уже, я никуда отсюда не денусь. Обещаю. – Дарен подтолкнул княжну. Ярослава бросила на него внимательно-подозрительный взгляд. Не доверяла она этому ушлому прихвостню Нави, но юноша и правда был очень бледен, часто моргал и тяжело дышал. Ожог от молнии раскраснелся на руке, безвольно висевшей вдоль туловища, местами выступила кровь.

– Я из-под земли тебя достану, если посмеешь сбежать. Я приведу наставника, и мы отведем тебя к знахарке.

С этими словами Ярослава понеслась сквозь чащу на гул голосов. Без обузы в виде пленника передвигаться было в разы легче. Однако Ярослава еще некоторое время бросала взгляды через плечо, поглядывая на Дарена. Юноша присел у невысокого дуба и запрокинул голову.

Какое-то время Ярослава слышала приближающиеся голоса, но те вдруг смолкли. Девушка остановилась и огляделась по сторонам. Ей точно не могло это почудиться. Сердце колотилось в груди ни то от бега, ни то от волнения. Ярослава присела и внимательно осмотрела землю. Едва заметная тропа была усеяна поломанными ветками и следами. Все вели в одну сторону. Княжна, довольная своей сообразительностью, заулыбалась. Она всегда внимательно слушала наставника, когда он давал ей ценные уроки. Ярослава пошла по следам. Они привели ее к небольшой круглой поляне. Деревья обступили ее со всех сторон, будто оберегая от чужаков. На поляне стояла маленькая покосившаяся избушка, рядом с которой сгрудились деревенские мужики.

Княжна подошла к собравшимся и протиснулась к наставнику. Мужчины молчали и недовольно взирали на что-то. Ярослава проследила за их взглядами. Перед низенькой покосившейся хижиной стояла миловидная старушка. Женщина была невысокой, одета в чистую рубаху с незамысловатой вышивкой. На узкие плечи накинута меховая жилетка из лисицы, на ногах лапти. В правой руке она сжимала резную палочку-трость, на которую и опиралась. Седые пышные волосы аккуратно собраны в косу, украшенную разными бусинами и перьями местных птиц. Лицо, покрытое многочисленными морщинами, было красивым и добродушным. Женщина что-то высыпала из тканевого мешочка в кормушку на подоконнике. Вокруг в нетерпении вились птицы и несколько рыжих белок. Старушка совершенно не обращала внимание на стоящих вокруг людей.

– Чего вы ждете? – тихонько спросила Ярослава наставника, боясь нарушить возникшую тишину.

– Кончай тянуть кота за хвост! – не выдержал один из мужчин.

– Да! Мы сюда не на прогулку вышли!

– Добры молодцы… и девица, – заговорила старушка мягким голосом наконец обратив внимание на незваных гостей. – С чем пожаловали?

Ярослава не смогла сдержать улыбку, когда знахарка обратилась к ней. Женщина не смотрела с пренебрежением, как другие. От нее исходило какое-то еле уловимое тепло, отчего на душе стало спокойно.

Светло-голубые глаза, подернутые морщинами, смотрели по-доброму, даже с заботой.

– Вы знахарка? – спросил Игорь.

– Верно. Голубой меня кличут. Живу в этой избе уже очень давно. Подкармливаю и выхаживаю зверюшек да птичек… Иногда ко мне приходят местные, просят подсобить.

– И чем им помогаешь?

– Так знамо чем. Готовлю настои разные. Кому любви охота, кому дитятко никак не удается понести, кому здоровье подправить.

Ярослава не ожидала, что знахарка окажется такой. Она уже напридумывала себе злобный образ ведьмы, желающей всем бед. Траян именно так и выглядел. Княжна и представить не могла, чтобы он стал кого-то лечить. Скорее у мерзкого колдуна всегда припрятан яд да не один.

– Брешет она все! – воскликнул староста и сплюнул. – Знамо, какие ты отвары варишь, ведьма! Когда я еще ребенком был, она жила в нашей деревне. Так одурманила всех местных мужиков, те семьи-то и побросали свои. Потом, когда колдовские чары ее спали, один за другим вздернулись. Ее за это и погнали прочь из деревни. Я и не знал, что она здесь поселилася.

– Ты махонький был тогда, Вадимка, много не знаешь, – женщина добродушно улыбнулась. – Не умею я колдовать и никогда не могла. Это все злые языки. Разве же была моя вина в том, что мужики бросали семьи? Завидовали бабы, что на меня засматриваются их муженьки, вот и судачили про меня всякое. Я по своей воле ушла в лес жить, не стерпела вранья и обиды. Да и отвары-то научилась варить много позже.

Ярослава не могла поверить, глядя на дружелюбную старушку с добрыми глазами, что та могла кому-то учинять беды. Княжне стало жаль ее. Ярослава и на себе не раз ощущала ненависть и злобу, исходящую от окружающих. Будь то деревенские жители или княжеская семья – везде найдутся завистники и недоброжелатели.

– Святослава, говорят, к тебе захаживала, – зло проговорил староста. – Ты ее какими-то снадобьями опаивала. Опосля у нее урод родился, да и сама стала каким-то чудищем! Это тоже не твоя вина? Может, всей деревне это только почудилось?

Все выжидающе уставились на знахарку. Тишину прерывал веселый щебет птиц, кружащих над кормушкой. Старушка окинула присутствующих спокойным взглядом и негромко заговорила:

– Святославу видела я в том году. Она все понести хотела, вот я и давала ей настой из разных травок. Через седмицу она перестала захаживать, видать, снадобья мои помогли.

Женщина отошла чуть в сторону и присела на низкую лавочку, которую Ярослава не заметила из-за травы. Хижина и прилегающая территория выглядели запущенными. Стены и крышу сплошь покрывал вьюн с ярко синими цветами, высокая трава была почти по колено. Деревянная изба поскрипывала, будто живая. Ярослава подумала, что именно так и должен выглядеть лесной домик знахарки.

– Как же я могла околдовать Святославу, если не встречалась с ней даже? Да и накой мне это?

– Она украла моего внука и направилась в сторону твоей избы! – закричал староста. – Говори, где прячешь эту тварь!

Мужчина замахнулся и вонзил топор в низенькую лавочку, совсем близко от знахарки. Женщина испуганно отшатнулась, не удержалась и упала на землю.

– Не знаю я ничего! Зайди и осмотри избу, раз мне не веришь!

Староста бросился внутрь дома, за ним последовали еще несколько мужиков. Никто из них, проходя мимо, не удосужился помочь женщине подняться. Ярослава подошла к старушке и подала руку.

– Вот так делаешь добро, а потом приходят и пальцем тычут. Когда ж вы поймете, что не все по вине знахарей да колдунов случается… – ворчала негромко женщина. – Спасибо тебе, девица. – Голуба потерла ушибленное при падении место и поморщилась.

– Что-нибудь знаешь про мамуну? – негромко спросила княжна.

Старушка удивленно посмотрела на девушку.

– Откуда ты узнала про мамуну?

– Слышала где-то…

– Мамуна?

К ним подошел Игорь и строго посмотрел на княжну. Ярослава потупила взгляд. Она должна была поделиться своей догадкой с Игорем.

– Знаю кое-что. Совсем недавно видела странное существо. Оно рыскало неподалеку, но не приближалось к моей хижине. Высокое, с большим животом. Сперва я решила, что заблудилась девица какая. Вот только, когда я подошла ближе, увидела, что лица-то у нее нет!

– Без лица? – недоуменно переспросила девушка. – Но у Святославы было лицо!

– Видать, эта тварь сожрала сердце Святославы, – сделал предположение Игорь.

– Сожрала сердце? Ты тоже что-то знаешь про мамуну?

Игорь кивнул.

– Сталкивался однажды с такой. Я догадывался, что это может быть она. Если это мамуна, то Святослава уже мертва, как и ее дитя.

– А что же за младенец тогда в ее доме? И что с внуком старосты? – Ярослава не могла поверить своим ушам. Это чудище мало того, что жрет младенцев, так еще и сердца их матерей! Девушка сглотнула и прижала руку к груди.

– Подменыш, – вместо Игоря ответила знахарка. – Мамуна немного умеет колдовать. Вот и зачаровала, видать, глиняную куклу.

– Внук Вадима еще может быть жив. Я знаю, как можно выманить ее. Она приведет нас в свое логово.

Эта тварь оказалась куда опаснее и страшнее, чем княжна могла себе представить. Тревога и дурное предчувствие разрастались внутри, подобно огню, что пожирает сухую траву. С такой опасно сталкиваться в одиночку.

– Вот черт! Я совсем позабыла про Дарена! Он остался один неподалеку!

– Что у вас опять стряслось? – недовольно спросил наставник. – Вы вдвоем так сильно отстали. Опять поцапались?

– В него ударила молния. Мы искали с ним хижину знахарки, но ему стало хуже, поэтому я оставила его там. – Ярослава указала в направлении леса. – Что, если его сердце тоже сожрет мамуна?

– Не переживай, девица, мамуну интересуют только младенцы и их матери, иногда девицы молодые. Если твой Дарен не дитя, то и тревожиться не стоит.

Из хижины вышел староста в сопровождении нескольких мужиков. На их лицах отражалось разочарование.

– В избе никого. И я услышал ваш разговор. Говоришь, тварь можно выманить и мой внук еще жив? – Вадим с надеждой посмотрел на Игоря.

Завидев старосту, женщина испуганно отшатнулась.

– Да, мамуна сначала создает глиняного дитя. Подменыш еще некоторое время учится повадкам младенца, находясь с ним рядом, – успокоила его старушка.

Наставник кивнул. Ярослава поняла, что мужчины не выходили из избы, подслушивая разговор.

– Для этого нам понадобиться приманка. – Игорь странно посмотрел на Ярославу, отчего дурное предчувствие только усилилось. – Тебе нужно…

– Я приведу Дарена! – перебила наставника девушка и побежала в сторону, откуда пришла.

Сердце бешено колотилось в груди, в горле встал ком, отчего было тяжело дышать. Зная, что мамуна вырывает и пожирает сердца женщин, неужели Игорь решил сделать ее приманкой? Ярослава отбежала довольно далеко от избы, не разбирая дороги, остановилась и без сил опустилась на колени. Ножны со звоном ударили по камушкам на земле. Ее тело сковал такой сильный страх, что никак не удавалось с ним справиться. Воображение выдавало все больше ужасающих образов, как мамуна вырывает ее собственное сердце и с чавканьем пожирает.

– Что с тобой? – Ярослава не заметила, как подошел Дарен. – Сделай глубокий вдох. Да, вот так. Продолжай дышать.

Ярослава со свистом втягивала воздух, чувствуя, как прохладная рука гладит ее по голове. Она вздыхала снова и снова, пока не почувствовала, что страх начал отступать. Княжна ненавидела это состояние. Оно приходило всегда неожиданно и его никак не удавалось подавить. Оно сдавливало горло и разгоняло сердце.

– С-спасибо. – Выдавила княжна, когда немного успокоилась. – Тебе лучше?

– Да, не переживай. – Юноша продолжал гладить девушку по голове.

– Кажется, наставник решил сделать меня приманкой.

– Если хочешь, сбежим. В деревне полно баб, кто-нибудь да сойдет за приманку.

Ярослава покачала головой. Нельзя отступать, поддаваясь минутному страху. Если она сбежит сейчас, то князь точно никогда не отпустит к брату, а остальные дружинники, и в особенности наставник, станут ее презирать. Девушка должна доказать, что на нее можно положиться, что, как княжна, она может позаботиться о людях на ее земле. Как она это делала всегда. Каждый день, миг ей приходилось что-то доказывать окружающим, идя наперекор своим страхам. Ярослава должна взять себя в руки и помочь поймать навью тварь, пока та не убила еще больше женщин и младенцев.

Ярослава сделала еще несколько глубоких вдохов и поднялась. Ноги все еще дрожали:

– Пойдем, знахарка поможет тебе. Обопрись на меня, я помогу тебе идти.

– Все хорошо. Я отдохнул, и мне стало лучше.

Дарен и правда выглядел не так болезненно, как раньше. Бледность ушла с его лица, даже щеки порозовели. Ярослава перевела взгляд ниже. Длинная ветвистая молния по-прежнему алела на его правой руке. На белой рубахе Дарена засохли несколько капель крови. Наверное, рана кровоточила.

– Тогда идем.

Ярослава кивнула и глубоко вздохнула, наслаждаясь запахом дождя. Перун, похоже, умерил свой гнев. Так и не ливануло. Небо начало разъясниваться, но солнце уже спряталось где-то за деревьями. Вечерело.

Они шли по лесу в сторону избушки знахарки. Ярослава удивленно заметила что-то белое впереди. Подойдя ближе, девушка увидела тушку белого зайца. На его белоснежной шерсти ярко выделялась кровь.

– Странно. Я не заметила его, когда бежала сюда.

– Ты и меня не заметила. Пронеслась мимо как ураган, мне пришлось идти за тобой.

– Ничего, не переломился же, – бросила девушка и переступила через тушку. – Жалко, конечно. Не часто можно встретить белых зайцев. Наверное, его дикий зверь загрыз. Но почему тогда тушку не доели?

– Может, ты его спугнула, когда неслась, не разбирая дороги?

Они пошли дальше, продолжая перекидываться колкостями. Вскоре им навстречу вышли мужчины. Они держали свой путь обратно в деревню.

– Вы возвращаетесь? – поинтересовалась Ярослава.

– Да, мы будем готовить ловушку для этой мамуны, пока твой наставник прочесывает лес с несколькими молодцами, – ответил староста. – А вы куда? Вечереет уже.

– К знахарке. Дарену нужна помощь.

Юноша показался из-за Ярославы. Его рука действительно не выглядела здоровой.

– Нечего ходить к этой ведьме! – бросил староста и пошел дальше. – И нечего слоняться девице незамужней с юношей. Замуж потом никто не возьмет.

Ярослава закипела то ли от злости, то ли от стыда, то ли от обиды. Какая вообще разница этому мужику, чем занимается княжна?! Пусть он и не знал, какое она занимает положение.

– Пойдем. – Ярослава резко развернулась и пошла дальше в сторону хижины, пытаясь скрыть рвущиеся наружу чувства.

Они продолжили свой путь, пока не показалась уже знакомая полянка с покосившейся избой. Никого вокруг не было. Видимо, Игорь и несколько других мужчин уже ушли глубоко в лес. Ярослава подошла к двери и постучала.

– Милая, ты вернулась! – старушка добродушно улыбнулась. – Игорь сказал, что ты непременно вернешься. Какой прозорливый мужчина! А это…

Знахарка перевела взгляд на юношу, и ее лицо заметно переменилось. Улыбка исчезла, а в глазах появилась растерянность. Ярослава посмотрела на Дарена, надеясь разгадать, с чем связана перемена настроения старушки. Юноша выглядел, как обычно, непринужденно.

– Чур меня! – закричала женщина и захлопнула дверь.

– Кажись, сбрендила твоя знахарка, – спокойным голосом заключил юноша.

– Может, ты и правда навий прихвостень? – Ярослава сощурила глаза и с подозрением посмотрела на Дарена.

Юноша закатил глаза и сложил руки на груди.

– Да, и я сожру твое сердце, потому что в голове поживиться нечем!

– Смотри не подавись, – улыбнулась девушка.

Ярослава снова постучала в дверь.

– Я, пожалуй, здесь подожду, – сказал юноша и отошел от крыльца. – Вряд ли мне поможет эта умалишенная старуха.

Дверь приоткрылась, в щелочку выглянула знахарка.

– Он ушел? – спросила женщина.

– Ожидает меня неподалеку, чтобы вас не беспокоить.

Старушка удовлетворительно кивнула и открыла дверь, пропуская княжну в хижину, а затем быстро захлопнула. Она будто опасалась, что кто-то может просочиться в ее дом.

Ярославу обдало сильным ароматом трав, отчего в носу зачесалось. Княжна несколько раз сдержанно чихнула. В избе оказалось тихо и темно. Под потолком были подвешены пучки разнообразных трав и цветов. Через маленькие окошки едва проходил свет. Хижина оказалась ниже других, отчего пришлось наклониться сильнее обычного. Девушка выцепила взглядом лавочку и присела.

– Этот Дарен… Опасный он! Остерегайся его! – женщина говорила вполголоса, как будто боялась, что он может услышать.

– Опасный? Дарен-то? – усмехнулась княжна. – Я с ним почти два дня неразлучно провела. Жива-здорова.

Старушка приблизилась к Ярославе и зачем-то понюхала.

– Ты вся провоняла навьим запахом.

– Правда? – Девушка оттянула ворот и принюхалась. Похоже, кровь мертвяков так просто не отмыть. Или же такой запах источала рана на ее ноге, оставленная болотницей? Стоило подумать о ней, и та снова начала неприятно болеть.

– У меня нога болит. Несколько дней назад меня поранила болотница, – пожаловалась девушка.

– Где ты нашла болотницу-то? Показывай свою ногу.

– О, не только болотницу, еще и с мертвяками сражалась – вся в их крови вымазалась. Наверное, поэтому и провоняла.

Ярослава сняла сапог и убрала повязку. Пять неровных длинных царапин теперь украшали ее голень. Знахарка наклонилась, осмотрела и ощупала повреждения. Затем ушла в противоположный угол хижины, порылась в темноте и принесла небольшой глиняный горшок. Только старушка открыла его, как помещение наполнил сильный неприятный запах.

– Рана выглядит неплохо, но лучше промыть и травы наложить, чтобы точно вытянуть всю гадость, – пояснила знахарка.

Женщина подцепила пальцами черную, дурно пахнущую густую жижу и нанесла на ногу. Ярослава морщилась, но героически терпела вонь. Удивительно, но от мази было совсем не больно. Примерно через пол-лучины старушка аккуратно стерла черную жижу, нанесла светло-зеленое снадобье. На этот раз оно приятно пахло цветами. Старушка перевязала ногу княжны чистой тканью и помогла надеть порванный сапог.

– Ну вот, до свадьбы заживет, – женщина мягко улыбнулась и погладила Ярославу по голове. – Твой наставник, судя по разговорам, решил изловить мамуну сегодня ночью. Он хочет, чтобы ты стала приманкой.

– Да, я уже догадалась, – Ярослава грустно улыбнулась.

– Что ж, удачи тебе в этом страшном деле, юная девица.

– Спасибо. Может, все-таки осмотрите Дарена? В него ударила молния.

Старушка после недолгого размышления кивнула и вышла на улицу, прихватив несколько глиняных горшков. Сумерки медленно опускались на чащу. Дарен нашелся недалеко от дома. Юноша непринужденно лежал на траве и пожевывал длинную травинку.

– Показывай свои раны, – вполне дружелюбно сказала женщина.

Дарен открыл глаза и лениво перекатился на бок.

– Вы же меня за нечисть приняли, а теперь лечить решили?

– Я учуяла навий запах и подумала, что от тебя несет, – пояснила женщина.

Старушка присела рядом с юношей и осмотрела его руку. Княжна подметила, что женщина едва заметно принюхивалась к Дарену, на что тот бросал недовольные взгляды. На поврежденную руку она нанесла какое-то снадобье.

– Скоро заживет, а теперь уходите.

Старушка поспешно ушла в дом и захлопнула дверь. Странные перемены в ее настроении Ярослава списала на возраст. Ярослава и Дарен переглянулись.

– Куда нам нужно идти? – спросил юноша.

– Если Игорь отправился прочесывать лес, а деревенские готовят ловушку в деревне, значит, там и будут отлавливать тварь. Только вот я даже не представляю, в какой стороне деревня.

– Давай пойдем в сторону, где встретили деревенских мужиков.

На том и порешили. Смеркалось. Небо разъяснилось и медленно темнело. Казалось, сумерки сгущались с каждым шагом. Приходилось прикладывать все больше усилий, чтобы разобрать дорогу под ногами и не споткнуться о подвернувшийся сук. Путники уже по привычке обменивались колкостями.

– Постой! – Ярослава подняла руку, призывая остановиться и прислушалась. – Мне кажется, или…

– Нет, не кажется. Я тоже слышу плач детей.

Они, не сговариваясь, двинулись на звук. Поначалу плач был едва различимый, но с каждым шагом становился все отчетливее и громче. Путники сошли с тропы, приходилось двигаться медленно, прощупывая дорогу. Ярославе показалось, что лес стал гуще, деревья стояли плотнее друг к другу, отчего стало еще темнее.

Теперь можно было с уверенностью сказать, что плачут два ребенка. Ярослава в любой момент готова была ринуться в атаку, хоть и не без страха. Дарен же в любое мгновение готов был сорваться с места и бежать так, чтобы пятки сверкали. По крайней мере, он так выглядел. Звук становился все громче, младенцы кричали почти в унисон. Неужто мамуна украла еще одного ребенка, пока они бродили по лесу? Ярослава ступала осторожно, стараясь не шуметь. Дарен, как ни странно, тоже. Кусты несколько расступились и впереди предстала весьма жуткая картина. Мамуна! Сгорбленное пузатое существо с тонкими длинными непропорциональными конечностями, редкими длинными грязными волосами и серой кожей на корточках сидело перед небольшой лужей и ковырялось в ней. Ярослава и Дарен одновременно присели у раскидистого куста, скрывающего их от навьей твари.

Девушка аккуратно выглянула. Присмотревшись, Ярослава заметила, что мамуна купала и постоянно ощупывала крохотное несуразное тельце. Подменыш. Рядом, наполовину погруженным в лужу, лежал тот самый сверток с малышом, которого Святослава вынесла из дома старосты. Младенец рыдал и визжал, а подменыш вторил ему, будто копируя.

– Может, вернемся в деревню и расскажем об увиденном? – прошептал юноша на ухо княжне.

– Пока мы с тобой будем добираться до деревни, она сожрет младенца, – вторила ему Ярослава.

– Эти младенцы каждый день рождаются. Не стоит это наших жизней! К тому же ты лучину назад боялась стать приманкой, а теперь хочешь без всякой поддержки влезть в логово твари.

– Любая жизнь стоит того, чтобы за нее бороться! – недовольно проговорила девушка, чуть повысив голос, а затем уже тише продолжила. – Разве что, кроме твоей.

– Глупость и отвага, – заключил юноша с непроницаемым лицом. – Хорошо. Ты протыкаешь мамуну мечом, а я хватаю младенца и бегу в деревню, – прошептал свой план Дарен на ухо княжне.

Ярослава сглотнула, представив, что может с ней случиться, если их план провалится на подходе к противнику. По ее спине пробежали мурашки, к горлу снова подступил ком. Что, если мамуна схватит ее и вырвет еще бьющееся сердце? В груди неприятно закололо.

– Знаешь, план вернуться в деревню не кажется таким уж глупым, – Ярослава с трудом скрывала дрожь в голосе.

– Ты же только что готова была ринуться в бой, а теперь пошла на попятную?

– Боюсь, у нас ничего не получится. Я ни разу не сражалась с такими монстрами. Да меня чуть мертвяки и болотница не сожрали! Эта же тварь больше меня! Игорь обязательно со всем разберется!

– Так теперь воспитывают воинов в Старграде? А сколько бравады было!

От нескрываемой Дареном укоризны стало совсем тошно. Ярославе хотелось плакать от беспомощности и бесполезности.

– Ты чего это нюни развесила? Буренкам не пристало рыдать! Посмотри на себя, вымахала размером с медведя, а ревешь как маленькая!

– Не реву я! Мне ветка в глаз попала!

– Мамуна и правда может сожрать младенца, пока мы будем добираться до деревни. – Дарен зачем-то схватил руку Ярославы и сжал ее. Приятная прохлада стала медленно расходиться от ладони по телу. – Я верю, что у нас все получится. Я помогу тебе.

Ярослава с сомнением посмотрела на светлоглазого юношу, но кивнула. Если она будет всегда полагаться на Игоря, то не стать ей настоящим воином. Княжна сделала несколько глубоких вздохов, покрепче перехватила меч и выбралась из кустов, стараясь не шуметь. Кажется, крик младенца и подменыша оглушали не только Ярославу. Мамуна не слышала приближение девушки.

Шаг. Еще шаг.

Княжна медленно подходила к отвратительному чудовищу. Мысленно возносила мольбы Сварогу, Перуну и другим богам, которых смогла вспомнить в тот момент, чтобы младенец и подменыш не замолкали.

Только так она могла скрыть свои шаги и бешеный стук собственного сердца.

Шаг. Два. Три. Ярослава медленно подобралась к чудищу и встала со спины. Кажется, оно было слишком увлечено своим занятием. Мамуна даже что-то нашептывала подменышу и иногда прижимала его к груди, будто бы мать родное дитя. Девушка медленно занесла меч, еле унимая дрожь в руках. Ярослава изо всех сил сжимала рукоять двумя руками, боясь, что может выронить единственное оружие. Княжна примерилась и резко опустила меч отработанным движением, насквозь пронзив отвратительное тело. Мамуна взревела и с разворота ударила длинной рукой Ярославу. Удар вышел столь сильным, что княжна отлетела на несколько саженей и покатилась по земле, пока не уперлась спиной в дерево. Девушка потрясла головой, отгоняя головокружение и поднялась. На тренировках ей и не так доставалось. К сожалению и удивлению княжны, удар не убил чудище.

Мамуна завозилась, не с первой попытки дотянулась и вытащила меч из спины, взглянула на него, заверещала и откинула в сторону. Княжна едва успела увернуться от собственного клинка, ставшего вдруг снарядом. Ярослава подобрала меч и встала в стойку, еле сдерживая дрожь в теле от страха.

На одного верещащего младенца стало меньше, чудище от неожиданности или боли раздавило своего подменыша, и тот бесформенными кусками лежал в луже. Мамуна посмотрела на свою руку, с которой свисали грязные лохмотья и земляные остатки и снова взревела.

– БЕГИ! – закричал Дарен, прячась за ближайшим деревом.

Мамуна устремилась к Ярославе. Огромная, непропорциональная, с пугающе человечным лицом Святославы. Ярослава что есть мочи припустила от настигающего ее чудища. Оно в два прыжка оказалось рядом с княжной и сильным ударом сбило с ног девушку. Меч выпал из руки и со звоном отлетел в сторону. Мамуна нависла над Ярославой и приставила когтистую руку к ее груди.

– Сейчас я вырву твое сердечко и с большим аппетитом пожру его за то, что ты погубила моего малыша.

Девушка пораженно уставилась на противника. Мамуна говорила! И голос ее был человечным, мелодичным, совсем не под стать отвратительной внешности. Мамуна провела длинным когтем по груди княжны, будто примеряясь, куда его воткнуть.

– А потом я стану тобой, – продолжила Мамуна и отвратительно захохотала.

– Поди прочь от меня! – закричала Ярослава и ударила по длинной когтистой руке.

Княжна с ужасом наблюдала, как взбешенное чудище занесло руку. Вот-вот и длинные когти пронзят ее грудь, разорвут плоть, сломают кости и вырвут сердце. Ярослава почувствовала, как оно колотится у нее в горле. Девушка зажмурилась и закрыла голову руками. Послышался странный треск, а затем тяжелое тело навалилось на княжну. Ярослава распахнула глаза и недоуменно заморгала.

– Тебе придется как следует поблагодарить меня.

Рядом стоял Дарен и сжимал меч. С длинного лезвия стекала черная густая жижа, напоминающая кровь.

– Обязательно поблагодарю, только помоги мне выбраться! Дышать нечем! – закряхтела девушка.

Дарен помог княжне выбраться из-под тяжелого тела чудища, голова которого лежала неподалеку.

– Что это с ней стало? – удивленно спросила девушка, вытирая лицо рукавом, залитое тягучей жижей.

– Как что? Я снес ее отвратительную голову твоим замечательным мечом.

– Я не про это. Ее правая рука обвита корнями.

– А, ты про это. Когда она замахнулась, прямо из-под земли вырвались корни и перехватили удар. Если бы не это, я не успел бы снести голову мамуне. Считай, тебе повезло.

– Второй раз уже, не похоже на везение, – задумчиво проговорила Ярослава. – И второй раз я уделалась в крови навьей твари. Не твоих рук дело эти корни?

– Что? Конечно нет! – фыркнул Дарен.

Ярослава не стала спорить, подняла голову твари за редкие волосы и подошла к юноше.

– Фу! Ты зачем ее взяла? – поморщился Дарен и протянул меч княжне.

– Как это зачем! Кто нам поверит, если мы не принесем доказательства?!

Юноша пожал плечами и направился к луже, откуда вытащил плачущего младенца. На всякий случай он несколько раз проверил, что это не очередной подменыш.

– Как бы то ни было, мамуна повержена. Ребенок спасен. Мы с тобой герои, и о нас теперь можно слагать былины. Только, чур, я главный герой! Я же снес голову этой твари.

– Только если в твоих мечтах, – ответила девушка и направилась к деревне.

Сумерки быстро уступали свое место ночи. Младенец вскоре успокоился на руках Дарена и заснул. Дитя устало, было голодным и, возможно, захворало от долгого лежания в луже.

– Мамуна! Там мамуна! – неожиданно раздался мужской крик из-за деревьев, когда Ярослава с Дареном почти вышли к полю. В дерево рядом с княжной что-то вонзилось. Девушка инстинктивно пригнулась и удивленно уставилась на стрелу, плотно засевшую в коре дуба. Дарен с ребенком на руках спрятался за соседнее дерево.

– Вы чего это делаете? Убить меня решили?! – закричала Ярослава что было мочи и подняла повыше голову мамуны, привлекая внимание. – Мамуна мертва! Мы отрубили ей голову!

Колосья рядом зашевелились.

– Я же говорил, что девицу твою сожрали! – услышала Ярослава голос старосты, разносящийся неподалеку в поле. – Не упустите эту тварь!

– Да жива я! Вот ее голова. – Ярослава метнула голову туда, откуда раздавались голоса.

– А-а-а! Что это?! – закричал какой-то мужик, вскочил и побежал прочь по полю.

– Голова! Староста, здесь отрубленная голова! На вид Святославы!

Из-за дерева вышел Дарен с младенцем на руках.

– А вот и ваш внук, – торжественно объявил он, будто только и ждал подходящего момента.

Над полем нерешительно одна за другой показались любопытные головы. Вскоре все мужчины столпились вокруг Ярославы и Дарена. Староста расцеловал обоих в щеки, не обращая внимания на тягучую жижу на лице княжны, и слезно прижал внука к груди. Игорь так и остался стоять в стороне, не прерывая почести новоявленным героям.

Вскоре Ярославу с Дареном отвели в деревню. Пожилые хозяева дома, любезно пустившие переночевать путников, растопили баньку. Княжна скинула одежду и растянулась на деревянной скамье. Вскоре зашла и хозяйка избы с веником из березовых молодых ветвей. Ярослава еще не получала столь сильного удовольствия от простой бани. Она чувствовала, как с нее сходит не только кровь мамуны, но и мертвяков. Да и вообще вся грязь и усталость, которая успела накопиться за несколько дней путешествия. И столь яркого вкуса простой еды не ощущала давно. Простая похлебка и каша оказались вкуснее, чем еда в княжеском дворце. И не спала так сладко на узкой лавочке. Пожалуй, Ярослава сочла эту ночь самой прекрасной и умиротворенной.

Деревенские жители устроили праздник, сжигая тело мамуны, которое отыскали и приволокли из леса, но у княжны не осталось сил и времени, чтобы участвовать в нем.

Утром они наконец выдвинулись в Старград.

Глава 3

Заморская девица

Близился полдень. Солнце стояло высоко, нещадно припекало голову. Пот струился по спине, рубаха прилипла к телу, отчего хотелось то и дело почесаться. Ярослава угрюмо посмотрела на наставника. Игорь отверг все предложения остановиться где-нибудь в тени и передохнуть, мол, они слишком задержались. Юная княжна пребывала в крайне скверном настроении. Ярослава устала не то чтобы от дороги или долгой езды на коне, но от внезапного соседа-наездника в лице Дарена. Игорь наотрез отказался везти пленника, скинув эту «ношу» на бедную княжну. Юноша сидел перед Ярославой, постоянно ерзал, то и дело резко оглядывался по сторонам, из-за чего его длинные волосы неприятно хлестали девушку по лицу. В какой-то момент этот навий прихвостень даже уснул, завалившись на княжну, как на мягкую перину. Ярослава чувствовала, как пальцы неприятно саднит от крепкой хватки на уздечках, тяжесть на груди от спящего юноши, вздымающиеся бока Бурана от ноши, и настроение ее становилось все сквернее и сквернее.

Когда путники вышли на дорогу, ведущую в долину, Ярослава не почувствовала и толики радости от знакомых видов. Она недовольно взирала на спину наставника, нервно подергивала узду и боролась с желанием столкнуть сладко спящего навьего прихвостня с коня.

– Смотри-ка! На дороге кто-то остановился. Может, им помощь нужна? – сонно проговорил Дарен, все также облокачиваясь на княжну.

Ярослава наклонилась и негромко произнесла в самое ухо своему попутчику:

– Если ты не отодвинешься, богами клянусь, я сброшу тебя с коня. Пересчитаешь своим смазливым личиком все камушки и доложишь об их количестве!

– Тю! – разочарованно протянул Дарен, но тут же поднялся и сел ровно. – С тебя станется!

Игорь поровнял своего коня с Бураном, молча посмотрел в указанном направлении и переменился в лице.

– Похоже, помощь им уже не понадобится, – мрачно произнес мужчина и направил коня к телеге.

Княжна пригляделась. Посреди широкой накатанной дороги стояла богато украшенная крытая телега, набитая шкурами каких-то животных. Передние колеса отломились и лежали неподалеку. Телега завалилась вперед и пропахала землю, оставив длинную рытвину на дороге. Видимо колеса отвалились во время движения. Вокруг украшенной телеги лежало около десятка тел, облаченные в необычные черные ткани с ног до головы. Рядом с каждым блестели изогнутые мечи. Чуть поодаль Ярослава насчитала четыре лошади, которые также не подавали признаков жизни. Животные будто бежали от кого-то, но их настигли.

Игорь спешился. Ярослава последовала его примеру. Княжна грубо дернула наглого пленника за руку, призывая слезть с коня.

– Ой! – Юноша вскрикнул и неловко соскользнул в объятия девушки. Ярослава желала отомстить Дарену и правда скинуть того с Бурана, но все же поддержала у самой земли. Не хватало еще, чтобы юноша скулил и жаловался из-за ушибленной задницы весь оставшийся путь. Дарен отчего-то показался тонким и хрупким, сожми сильнее и сломаешь.

Осознав неловкость своего положения, он одернул руки.

– Чего это ты ко мне прижалась? Меня не интересуют медведицы, я девушек люблю!

– И это сказал тот, кто все время использовал меня в качестве перины, а сейчас повис на моей шее!

– Ох! – Ярослава отпустила Дарена и тот неуклюже упал на спину.

– Присмотри за конями. – Бросил Игорь, кому – не понятно, и двинулся к телеге, обошел вокруг, осматривая тела. Мужчина присел рядом с одним из убитых, отодвинул черную ткань на спине, рассматривая рваные раны.

Ярослава сгорала от любопытства. Девушка сочла, что приказ был отдан не ей, а Дарену, пусть он и был пленником. Стараясь не привлекать взор наставника, подошла к одному из тел и внимательно оглядела. Одежда на груди убитого была изорвана, виднелись следы зубов, в некоторых местах плоть вырвана кусками. Ярослава даже не могла представить, кто мог оставить такие повреждения. Судя по мечам, мужчины были опытными воинами. К тому же в Старграде так никто не одевался, а значит, пришлые. От какого врага они не смогли отбиться? Дарен окинул взглядом место бойни и отвернулся. Похоже, в отличии от Ярославы, он не привык видеть мертвецов.

– Видать, под утро с ними разделались, кровь еще свежая. – Игорь растирал между пальцев алую жидкость.

– Кто же мог такое сделать? Никогда не видала таких ран.

– Трудно сказать. Может, под Старградом завелись разбойники, а может, проделки навьих тварей. На упырей похоже. Несколько тел без крови, глубокие следы от зубов.

Упыри? Ярослава припомнила, что слышала про этих существ только в сказках, что рассказывала ей на ночь нянька. Там они представлялись как страшные, похожие на людей твари. Только вот людского в них не осталось ничего.

– А эти могут стать упырями? – девушка кивнула на мертвые тела.

– Не знаю, – мужчина пожал плечами, – на всякий случай лучше сжечь. Авось восстанут, тогда и нам несдобровать. Подсоби перенести тела к коням.

– Дарен, помоги мне, – тут же нашла себе помощника княжна.

– Меня молнией вчера ударило, если твоя пустая голова позабыла об этом. Не могу я тяжести таскать! – фыркнул юноша, сложил руки на груди и присел на траве у дороги.

Ярослава недовольно отвернулась. Толку с этого навьего прихвостня как с козла молока! Княжна поморщилась. Ей совершенно не хотелось прикасаться к мертвым. Все еще были свежи воспоминания о разорванном на две части мертвяке, об отрубленной голове мамуны и как она вымазалась в их черной тягучей крови. Мурашки пробежали по спине, к горлу подступил ком. К тому же вдруг один из них обратится упырем и накинется? А там недалеко и самой стать мерзкой тварью.

– Может, я пока присмотрю за пленником? – предложила девушка, натянуто улыбаясь.

– Пленник никуда не денется. Решит сбежать и достанется упырям иль каким другим тварям. Тащи тела в одну кучу.

Ярослава вздохнула и принялась выполнять приказ. Девушка нагнулась, схватила за ноги чужеземца, которого ранее разглядывала, и потащила к коням. Игорь успел уже отнести несколько тел. Ярослава подошла к телеге и наклонилась к очередному убитому. Из повозки вдруг раздался шорох. Ярослава испуганно взвизгнула и отскочила.

– Ты чего визжишь как девка? – спросил мужчина и подошел.

– Я и есть девка, вообще-то, – обиженно проговорила княжна. – Там что-то зашуршало. – Ярослава указала на телегу. – Вдруг не все упыри ушли?

– Яська! Когда ты сама научишься уже решать проблемы? Я-то думал, что охота на мамуну хоть немного тебя вразумила, – недовольно проговорил мужчина и обнажил меч. Острием своего длинного клинка он откинул верхнюю шкуру. Ярослава заглянула в телегу и воскликнула:

– Это же девица! Потрогай ее. Жива? Не упырь? – Девушка отошла на пару шагов, опасаясь, что девка может накинуться.

Игорь убрал меч в ножны и нагнулся, осматривая незнакомку.

– Жива, но потеряла много крови.

Ярослава подошла ближе, заинтересованно разглядывая девушку. Та оказалась черноволоса и черноброва, кожа смуглая, черты лица тонкие, но приятные, миловидные. Одета она была в заморские шелковые ткани, пестрящие разнообразием цветов. От правого плеча до груди алели длинные царапины. У тонкой длинной шеи жалась маленькая птичка, перемазанная кровью.

Игорь запрыгнул в телегу, вытащил девушку и понес к дороге, где сидел Дарен. На руках у наставника она выглядела особенно хрупкой и беззащитной. Ярослава вдруг подумала, что ее саму вряд ли кто-то сможет также легко взять на руки и уж точно она не будет смотреться беззащитной.

Маленькая птичка с тихим стуком упала вниз и осталась лежать недвижимая на тканях. Княжна запрыгнула в повозку и аккуратно подняла крохотное тельце. Птица тяжело дышала.

– Бедняжка, – княжна аккуратно погладила птичку по голове большим пальцем. – Возьму тебя с собой, а пока…

Ярослава разворошила шкуры свободной рукой. Под ними оказалось несколько сундуков, набитых пестрыми тканями и сверкающими камнями. Все это не заинтересовало девушку. Открыв последний, Ярослава довольно заулыбалась. Он до верху оказался набит какими-то оранжевыми фруктами. Князь иногда баловал заморскими угощениями своих детей, но девушке редко перепадало из-за козней Отрады. Ярослава вытерла руки о рубаху и с нетерпением достала один из фруктов. Его тоже потерла о рубаху и откусила. Корка была толстой и невкусной. Княжна выплюнула ее и попробовал сок, что потек по рукам. Он оказался сладким и необычным на вкус.

– Не успел я отвернуться, а ты уже припасы истребляешь? И ведь даже мертвецы вокруг не смущают.

Ярослава вздрогнула, когда голос наставника раздался у нее за спиной, и закашлялась.

– А фто такого? – девушка шумно сглотнула, – Я не ела с утра, а дорога утомляет! Да и к тому же я птичку хотела покормить!

Пока не успели отобрать, Ярослава схватила еще один сочный фрукт и надкусила. Игорь захлопнул сундук и отнес к краю дороги.

– Оставлять припасы незнакомцам и пленникам ненадежно. – Недовольно проговорила девушка, доедая фрукт. Ярослава попыталась покормить птицу, но та лишь поворотила клювом.

– Оставлять припасы с тобой еще хуже, – засмеялся наставник и отвесил княжне шуточный подзатыльник. – Перетащи все трупы в одну кучу рядом с дорогой, а я пока починю повозку.

Игорь тем временем принялся осматривать другие сундуки, где хранились заморские фрукты, пестрые ткани, либо драгоценности. Не найдя ничего стоящего, наставник приступил к починке повозки.

Ярослава вытерла сладкий от сока рот и подбородок рукавом, спрыгнула с повозки и подошла к Дарену. Юноша отодвинулся от заморской незнакомки и как-то недружелюбно поглядывал на нее.

– Держи, – Ярослава протянула птицу Дарену. – Если она умрет, то и тебе не жить!

– Ты только что приравняла мою жизнь к полудохлой птице? – недовольно вопросил юноша, но бережно принял птицу.

– Любая жизнь ценна, помнишь? – Ярослава улыбнулась. – Поэтому позаботься о ней.

Солнце стало медленно опускаться, жара наконец спала. Ярослава управилась с порученной работой, обливаясь потом. Обыск и перетаскивание мертвых в одну кучу заняли больше времени, чем рассчитывала княжна. К тому же наставник приказал натаскать валежник из леса у дороги. Рубаха прилипла к спине. Выбившиеся пряди из кос липли к лицу, пот заливал глаза. Близился месяц ревун, а солнце все еще нещадно пекло.

При обыске тел Ярослава не обнаружила чего-то особо интересного, что могло бы поведать о чужеземцах и причине их пребывания в Великом княжестве Старгородском. У кого-то были съестные припасы в карманах в виде орешков или ягод. У других в легких кожаных сапогах были припрятаны короткие кинжалы, украшенные разноцветными камнями. У некоторых в ушах блестели золотые круглые серьги. Ясно как солнечный день было одно – качество одежды, оружие и украшения не из дешевых. Воины сопровождали какую-то важную особу, которой, в чем не сомневалась Ярослава, была та девица без сознания.

Игорь не сразу кое-как приладил колеса на место и запряг лошадей в телегу. Буран фыркал и нетерпеливо топтался, не привыкший к работе в упряжке. Заморскую девицу, все еще пребывающую без чувств, наставник перевязал, перенес в повозку на шкуры. Туда же уложил плотными рядами ранее вытащенные сундуки. Дарен присел рядом с девицей, но выглядел крайне недовольным.

– Яся, подсоби.

Не с первой попытки наставник раздобыл огонь и поджег тела убитых заморских воинов.

Крада – обряд сжигания умерших, обычно проводился за пределами Старграда, поэтому Ярославе редко доводилось участвовать в нем, только если княжеская семья не должна была почтить память погибших воинов. В этом случае костер и похороны устраивали на главной площади города. В такие моменты запах смерти и плоти с пеплом разносился по всем улицам, а ставни домов не открывались еще несколько дней.

Игорь постарался сложить мелкие бревна и ветки аккуратно, насколько была возможность, будто закладывал основу для дома. В центре оказались кони. Вокруг них поместил тела умерших, рядом сложил их оружие. С другой стороны высыпал часть заморских фруктов. Почти все верили, что после смерти эти вещи помогут людям очиститься перед попаданием в Навь, а затем переродиться.

Если раньше Ярослава не знала, верить в это или нет, то сейчас, встретившись с навьими тварями воочию, что-то внутри изменилось. Если есть монстры, то есть и жизнь за пределами мира, к которому все привыкли? Верно, и боги существуют?

– Да очистит Сварог их души, – проговорил Игорь, когда огонь объял все тела.

– Да очистит Сварог их души, – повторила Ярослава.

Огонь занялся быстро. Вскоре кучу тел жадно пожирало пламя. Ярослава постояла немного и отошла к повозке. Стало слишком жарко, щеки пылали. Было тяжело находиться у огня. Девушка издали смотрела, как юркие языки пламени охватывают одежды, перекидываются от одного мертвеца к другому. Княжна не раз видела мертвых, но за последние три дня их было больше, чем за все время.

Огромный костер полыхал долго и догорел, когда начало смеркаться. Игорь и Ярослава забросали тлеющие угольки песком и наконец отправились домой. Княжна без сил лежала в повозке, борясь со сном. Игорь занял место возничего и погонял лошадей.

– Не боишься, что я сбегу? – Дарен толкнул княжну в плечо.

– Отстань, иначе свяжу по рукам и ногам и кляп в рот воткну, – отмахнулась девушка и перевернулась на бок. Веки казались неподъемными, будто какой-то кузнец отлил их из железа. Но интерес к незнакомке пересиливал сон. Княжна принялась разглядывать ее. Внешность заморской девицы была необычна и непривычна. Красива, статна, смугла, хрупка и тонка, как березка. Множество украшений и тяжелые золотые браслеты выглядели слишком громоздкими. Девица была жива, но не приходила в себя даже от тряски повозки. Птичка снова жалась к шее незнакомки, зарываясь в длинные черные волосы. Ярослава протянула было руку, как птица заливисто закричала и забилась в локоны еще сильнее.

– Свиристель, – негромко сказал Дарен. – Никогда не видел, чтобы они были так привязаны к человеку. Тем более птица местная, чего не скажешь об этой красавице.

Красавица… Ярослава грустно вздохнула и поспешила отвести взгляд на пролегающую неподалеку полосу леса. В свою сторону она такое слышала лишь изредка и только от отца, но никогда от других мужчин.

– Не верится, что она единственная выжила по случайности, – продолжил Дарен. – Упыри чуют людей даже на большом расстоянии и обычно не оставляют никого в живых.

– Согласен, малец, – ответил ему Игорь. – И это очень странно.

– С нами столько странностей произошло за последние пару дней, что меня уже ничего не удивит, – покривила душой Ярослава. Она прекрасно понимала, что не готова к новым странностям, например, встретить упырей или других навьих тварей, но не хотела вновь проявлять слабину перед наставником и Дареном.

Когда стемнело и в небе зажглись звезды, на горизонте показался Старград. Город, обнесенный частоколом и охраняемый дружиной князя, все также возвышался над быстрой речкой Змейкой. Он расположился у одного из ее крутых поворотов и озарял округу теплым светом факелов. Змейка, будто лента, вилась вокруг столицы, оберегая ее и даря пропитание. Рыбаки уже закинули сети и весело переговаривались между собой.

По мере приближения к городским воротам становилось все оживленнее. Вокруг частокола обосновались селяне. Они выстроили множество низеньких изб, взращивали различные культуры на близлежащих полях. Приближалось время проводов лета, праздник урожая. Бабы воспевали мольбы богам, чтобы вдруг какое бедствие не настигло. Мужики таскали деревянные ящики с рано созревшими плодами и тут же часть их выставляли на обочине дороги на продажу, авось и купит что проголодавшийся путник. Торговцы, расположившиеся со своими товарами у ворот, только-только собирались.

Сонливость сняло как рукой. Ярослава действительно была рада вернуться домой. Девушка не сдерживала улыбку, оглядывалась по сторонам. Вот они пересекли знакомые ворота, где стражники взволнованно приветствовали наставника и княжну, но косо поглядывали на Дарена и заморскую девицу. Прохожие расступались и заинтересованно вытягивали шеи, разглядывая богато украшенную, но потрепанную телегу и путников – будет о чем посплетничать за ужином.

Они ехали по неширокой дороге еще некоторое время. Город был большим. Множество улочек тянулись лучами к возвышающемуся дворцу в центре. Дома не походили на деревенские избы. Чем ближе к княжескому дворцу, тем они были богаче и выше. Резные ставни украшали каждое окно. Перед домом обязательно располагались палисадник с цветами или овощами и скамеечка.

– Вот мы и дома, – провозгласил Игорь и потянул за вожжи, когда телега въехала на территорию дворца.

– Приветствуем вас, Игорь Владимирович! Приветствуем княжну! – хором произнесли стражники у дверей. Один из дружинников поспешил к повозке и протянул руку Ярославе.

– Княжна, значит? – негромко произнес Дарен.

Ярослава улыбнулась и ухватилась за крепкую руку дружинника, хотя толку от этого почти не было. Девушка спустилась с телеги и сверху-вниз посмотрела на него. Княжна не припомнила этого круглолицего паренька ростом ниже на голову, хотя почти каждый день тренировалась с дружиной. Наверное, новенький. Другие княжеские воины скорее отвесили бы ей дружеский подзатыльник, чем подали руку.

– Это… гости? – поинтересовался второй стражник, взирая на хилого паренька, который не шел ни в какое сравнение с дружиной князя, и раненую смуглую девицу в необычных одеждах.

– Хороший вопрос, Елисей. Проводи их в пустую комнату на втором этаже и запри. Поставь двух крепких дружинников у двери и обязательно кого-то, кто будет следить за окном. И позовите лечца.

– Эй! Я думал, что уже доказал вам, что не сбегу! Если бы хотел, давно бы уже это сделал! Ауч, да больно же! – Дарен начал недовольно брыкаться, когда один из стражников потянул его за больную руку с повозки.

– Чур меня! Чем ты Перуна прогневал? – Елисей отпрянул от Дарена, увидев в свете факелов отметины молнии, выглядывающие из-под рукава рубахи.

Юноша воспользовался моментом и самостоятельно спрыгнул с повозки.

– И вообще, мы не знаем, что это за девица, – обратился он к Игорю. – Вдруг она и не человек вовсе. Да и не пристало девице незамужней с мужчиной жить. Посели меня в отдельную комнату.

– Мужчина? Ты? – Ярослава расхохоталась. – Тебя за мужчину тяжело принять. Тоненький, как тростиночка.

– Зато ты вполне на мужика смахиваешь.

Ярослава потянулась к мечу, а стражники наставили копья на Дарена, хотя и допустили несколько смешков. Юноша фыркнул и поднял руки. Игорь лишь закатил глаза. Мужчина слишком устал от этих двоих за последние дни.

– Делайте что хотите, только дайте мне отдохнуть. – Он вошел во дворец.

– Отлично! – Ярослава убрала меч и довольно улыбнулась. – В кандалы его да в темницу. Еду, не помои, приносить два раза в день.

Дарен стал похож на рыбку, глаза его расширились, он глупо открывал и закрывал рот. Настолько был удивлен. Через секунду его лицо исказила злобная гримаса.

– И вот так ты меня благодаришь за твое спасение, княжна?!

Ярослава почувствовала укол совести.

– Не бить его и не допрашивать. Я сама буду этим заниматься. Просто проследите, чтобы он не сбежал. Кандалы за решеткой можете снять. И постелите поболе сена.

– Ах ты!..

Дарена увели. Заморскую девицу унесли на второй этаж по приказу Игоря. Ярослава приказала конюху позаботиться о багаже и Буране, погладила коня между ушей и направилась в гридницу, где обычно восседал князь. Она чувствовала легкий трепет перед встречей с отцом. Князь обычно до поздней ночи пребывал в гриднице. Княжна знала, что первым делом Игорь отправится к нему с докладом, поэтому мысленно возносила молитвы Перуну, чтобы наставник хорошо отозвался о ней.

– Когда это произошло? – еще на подходе к гриднице Ярослава услышала взволнованный голос наставника. Игорь был крайне недоволен. Княжна перешла на бег и ворвалась в главный зал дворца.

Ярослава быстро обвела взглядом гридницу и тут же заметила, что князя нет на месте. Тревога червем заерзала в груди. Княжна недоуменно посмотрела сперва на наставника, затем на Траяна. Неужто случилось что-то дурное, пока их не было?

– К-князь захворал пуще п-прежнего, – проговорил Траян. Ярослава встретилась взглядом с его черными очами, надеясь распознать в них ложь. – К-князь захворал и со вче-вчерашнего вечера н-не встает с п-постели.

– Что? – Ярослава не могла поверить своим ушам. Князь болел уже долгое время, но еще ни разу ему не становилось настолько плохо. Что такого могло случиться за их отсутствие, что князь слег? – Что ты сказал? – Ярослава обнажила меч и направила на колдуна. – Это все твое мерзкое колдовство! Князь излечится, если я снесу твою ядовитую голову?

Несколько советников, все еще решающие вопросы княжества, и стражники зашептались. Ярослава знала, что они обсуждают ее выходку, но не могла совладать со своими эмоциями. С того самого дня, как мерзкий колдун появился в Старграде, все пошло наперекосяк. Ярослава чувствовала, нет, точно знала, что во всех бедах повинен Траян. Вот и теперь, стоило Игорю, одному из самых приближенных к князю людей, уехать из столицы, как произошло очередное несчастье. Для княжны было очевидно, кому нужно вменить обвинение. Но не для других. Многие советники, представители знатных дворов, одобряли действия Траяна. При этом не признавали Ярославу княжной и были недовольны ее желанием участвовать в советах. Для них обвинения девушки, вероятно, казались надуманными и глупыми. Ярослава почувствовала себя в змеином логове – так ощущались все эти перешептывания в гриднице.

– Яся, опусти меч, – сухо проговорил наставник и поднял руку.

Ярослава понимала, что своим детским, импульсивным поступком, она подставляет не только себя, но и Игоря.

– Ярослава! Сейчас же опусти меч!

Ярослава обернулась, заслышав высокий голос сестры, и недовольно окинула ее взглядом. Все такая же бестолковая. Отраде досталось красивое личико и ладная фигурка, что так сильно походили на княгиню Веселину, но не ум. Светловолосая девушка, невысокая, стройная, в искусно расшитом платье подбежала к Ярославе и оттолкнула ее, насколько ей позволяло ее слабенькое тело. Отрада встала перед колдуном и раскинула руки в стороны.

– Не смей даже пальцем тронуть Траяна, ты, рыжая кобыла! – высокомерно произнесла девушка и высоко задрала голову.

Колдун сгорбился пуще прежнего и отступил за младшую княжну, словно за щит. Он стал что-то негромко бормотать в своей обычной манере и теребить край рубахи. Траян всегда вел себя чересчур странно. Ярослава часто слышала, как он негромко ведет беседы сам с собой, при этом перестает заикаться и, кажется, говорит разными голосами. Каждый раз, видя подобные сцены, мурашки бежали по спине княжны. Но, казалось, что больше никто не обращал на это внимания.

Ярослава была благодарна князю за то, что принял ее в семью, воспитывал, как родную. Брат Идан также прекрасно относился к княжне. Он никогда не оскорблял и не называл подкидышем. Чего нельзя было сказать о старшем княжиче, первенце Олеге. Он будто невзлюбил Ярославу с самого начала. Всегда держался с ней надменно и с раздражением. Ярослава была рада, когда отец отправил его в Новиград. Но больше всего раздражала Отрада. Не столько своей недалекостью и глупостью, сколько высокомерием и наглостью. Отрада, будучи младшей в семье, в любой ситуации была меньше поругана, получала больше внимания и ласки. Она частенько перекидывала вину на Ярославу, настраивала против девушки нянек, но при этом ей всегда все сходило с рук, доставалось больше подарков от отца и братьев. Отраду все лелеяли и оберегали, как прекрасный цветок. И юная княжна не брезговала пользоваться этим.

– Открой, наконец, глаза! – выпалила Ярослава. – Как только колдун появился в Старграде, начались беды! Почему ты защищаешь его?

– Это все вранье! Не стал бы он вредить батюшке! Он же помог одолеть Славское княжество! Только ты видишь в нем врага!

– Пусть так! Я готова понести наказание после того, как умерщвлю колдуна!

– Если не отступишься я… – Отрада взволнованно сжала кулачки, ее глаза забегали, – я прикажу бросить тебя в темницу!

Ярослава лишь нервно засмеялась на эту нелепую угрозу. У нее не меньше власти, чем у Отрады, пусть даже их с князем не связывают кровные узы.

– Яся, остынь. Вы тоже, княжна Отрада. – Игорь встал между девушками. – Мы позовем лечца и выясним, ворожба стала причиной хвори князя иль другое что. В конце концов, он хворал уже долгое время.

– Не ворожба, з-знахари уже были у князя, – тихонько отозвался Траян из-за спины Отрады.

Ярослава убрала меч в ножны, развернулась и вышла из гридницы, громко захлопнув дверь. Эта глупая дура вечно сует нос куда не следует и вставляет палки в колеса! Ярослава зло пнула вставшую на ее путь дверь и направилась в покои князя. Она хотела лично убедиться, что это все проделки мерзкого колдуна.

– Князь серьезно болен, велено никого не впускать! – Двое незнакомых дружинников перегородили копьями двери в покои князя.

– Вы шутите?! Я княжна! И пришла проведать своего отца! – Ярослава скрестила руки на груди и злобно уставилась на дружинников с высоты своего роста. – И кто же велел не пускать дочь к отцу?

Дружинники переглянулись, но копья не опустили.

– Советник Траян, – тут же отчитался один из дружинников.

– Ах советник Траян, значит. То есть вы ставите его приказы выше приказов княжны?

– Велено пускать только княжичей, лечцей и советника Траяна, – не сразу ответил все тот же мужчина, в очередной раз переглянувшись со своим напарником.

– Что ж, насколько мне известно, власть княжеского рода стоит выше чьей-либо другой власти. И я приказываю пропустить меня.

Замешкавшись, дружинники все же убрали копья и расступились.

– Ах да, впредь сообщайте мне или Игорю, моему наставнику, все приказы Траяна. Пока князь захворал, а братья отсутствуют, я здесь самая старшая, – напоследок скомандовала Ярослава.

– Как прикажите, княжна! – тут же раздалось в ответ.

– А ведь она даже не родная дочь государя нашего, – послышалось шушуканье мужчин, хотя Ярослава даже не успела закрыть за собой высокие резные двери. Столь бессовестное поведение водилось среди новеньких дружинников, не познавших еще местных порядков. Как правило, это были деревенские юноши и мужчины, поступившие на службу недавно. Они не гнушались перемывать кости и сплетничать, думая, что раз им посчастливилось попасть в услужение самому князю, то все сойдет с рук. Ярослава зло сжала кулаки. Ей хотелось проучить наглецов, не знающих своего места. Девушка шумно выдохнула, стараясь успокоиться. Не стоит тратить время на глупцов.

В покоях князя было темно и душно. В нос ударил сильный запах перегоревшей масляной лампы и трав. Мужчина лежал посреди большой перины под легким одеялом. Его тяжелое дыхание Ярослава услышала даже у двери.

– Отец, мы с Игорем вернулись, – девушка почти шепотом обратилась к князю, ступая к кровати как можно тише.

Мужчина выглядел очень болезненно. За пару дней, пока княжна отсутствовала, он, кажется, постарел и осунулся. Капли пота стекали по его вискам и исчезали в подернутых сединой волосах. Он постоянно хмурился, то и дело вздрагивал, будто видел страшный сон. Рядом с головой лежала скомканная высохшая ткань. Ярослава смочила ее в деревянном ведре у кровати и осторожно положила на лоб мужчины. Видимо, слуги или лечец не так часто заходили, чтобы сменить повязку. Кто-то очень плохо заботился о главе княжества. Кто-то, кому это было выгодно. Злость с новой силой заклокотала в Ярославе.

Княжна присела на край кровати и взяла мужчину за руку. Большая ладонь оказалась горячей и влажной. На столике рядом стояли какие-то отвары, отдающие цветами и ягодами, но, видя состояние мужчины, можно было с уверенностью сказать, что они не помогали.

– Отец, – шепотом произнесла Ярослава, чуть наклонившись к нему, – поправляйтесь скорее. Я преподнесу дары богам за ваше здравие. Я многое хотела бы вам поведать о своем коротком путешествии, но, думаю, сейчас не время. Вам придется быстрее поправить свое здоровье, иначе не услышите ничего. А ведь со мной столько всего произошло!

Каждое слово давалось с трудом. Глаза щипало от непрошенных слез, ком встал в горле. Ярослава едва сдерживалась, чтобы не заплакать. Князь хворал последнее время. Зараза была столь сильной, что крепкий духом и телом Светозар оказался бессилен против нее. Ярослава была уверена, как никогда, что здесь не обошлось без колдовства. Девушка наклонилась и поцеловала отца во влажный от испарины лоб.

– Я зайду к вам позже, батюшка.

Девушка встала, собираясь уходить, но рука мужчины вдруг сжала ее ладонь. Князь с усилием открыл глаза и взглянул на Ярославу мутным взором.

– Мой перстень, – хрипло произнес мужчина, а затем закашлялся. Ярослава поспешила налить воды в кубок и дать отпить князю. Спустя несколько тяжелых вздохов он продолжил. – Мой перстень не просто так считается символом правителя. Он… открывает княжескую сокровищницу. Передай его Идану. Только истинный преемник и князь могут войти туда.

– Отец, не прощайтесь с нами! Вы обязательно поправитесь и сами отдадите Идану этот перстень! – Ярослава больше не могла сдерживаться, переполняющие ее эмоции взяли верх. Княжна давилась слезами и с трудом произносила каждое слово. Ей не хотелось терять отца второй раз. – Я недавно встретила знахарку, она обязательно поможет! Я приведу ее, только подождите!

Но князь медленно покачал головой и продолжил:

– Если Идан умрет, то оставь перстень себе. Не отдавай Олегу или Отраде. – Его дыхание было тяжелым, голос тихим и хриплым, срывающимся. – Никто не должен знать об этой просьбе, даже Игорь. Поняла?

– Но, отец, как же…

– Ты поняла? – строго спросил князь, чуть повысив голос, и тут же закашлялся. Несмотря на болезнь, даже сейчас он еще мог говорить властно.

Ярослава лишь закивала в ответ, глотая слезы. Князь снял перстень с большим зеленым камнем с безымянного пальца левой руки и вложил в ладонь Ярославы.

– А теперь иди. Добрых снов, моя красавица!

– И вам доброй ночи, отец! Выздоравливайте обязательно. – Ярослава бережно прижала к груди перстень, как самую дорогую вещь в этом мире, легонько поклонилась и покинула княжеские покои.

* * *

Зенина открыла глаза и не узнала места, в котором оказалась. Темно, лишь тусклый свет луны освещал огромное помещение. Чей-то дом. Убранство в меру богатое, но отчего-то громадное. Зенина лежала на чем-то мягком. Стоило пошевелиться, и тело пронзила острая боль. Зенина некоторое время пыталась отдышаться, но сердце никак не успокаивалось. Огромная гора тканей рядом вдруг зашевелилась. Зенина вздрогнула и стала вглядываться в темноту.

– Наконец пришла в себя? – услышала она мелодичный женский голос, столь знакомый и незнакомый одновременно. Зенина неплохо знала местный язык, но ей потребовалось некоторое время, чтобы понять сказанное. Перина скрипнула, видимо, женщина встала, в кромешной тьме было не разобрать. Послышались легкие шаги. Женщина что-то негромко произнесла, и на ее ладони вспыхнуло голубое пламя, которым она зажгла масляный светильник. Зенина зажмурилась, свет болью отозвался в глазах и голове. Когда она снова посмотрела, огромное помещение заливал тусклый свет, а перед глазами предстало невероятных размеров лицо. Голова закружилась, глаза не могли поверить в происходящее. Ей еще не доводилось видеть столь гигантских людей, словно великанов из сказок, и огромные покои.

– Как такое возможно?! – воскликнула Зенина, но вместо голоса по комнате разнеслась птичья трель.

У деревянного стола стояла высокая смуглая девушка. Ее длинные черные волосы волнами спадали по спине и груди. Темные миндалевидные глаза спокойно взирали свысока. Зенина смотрела на саму себя, но со стороны.

– Ведьма! Что ты со мной сотворила?! – воскликнула она, но по комнате вновь разнеслось птичье пение.

– Ты разве позабыла? Я спасла тебя от смерти, – девушка усмехнулась и взяла со стола блестящее блюдце. – Посмотри. Это новая ты.

Ведьма протянула блюдце. Зенина с ужасом уставилась на свое отражение. На нее взирала маленькая птичка с серо-бурым оперением, перемазанным в крови. Крохотные черные глаза-бусинки, хохолок, пестрые крылья и хвост. Такого не может быть! Это сон! Зенина смотрела на свое тело и не могла поверить в происходящее. Как это возможно? Разве может кто-то украсть чужое обличье?

– Ты украла мое тело! – вновь защебетала Зенина.

– Ты сама согласилась мне его отдать, – возразила ведьма.

Зенина защебетала и принялась размахивать крыльями. Она чувствовала, как сильно сердце колотится в груди от ужаса. Ее, дочь императора Закария, дочь правителя великой империи Алтин, превратили в какую-то жалкую птицу! Ее, невесту княжича Олега, посмели так изуродовать, а верноподданных убить! Зенина не сомневалась, что те твари, что напали на них, были посланы ведьмой, что стоит перед ней. Нестерпимо захотелось расплакаться от безысходности и ужаса. Все мечты рассыпались сотнями осколков подобно разбитому зеркалу. А как же Али? Он не сможет вызволить ее, как обещал, не узнает в этом тщедушном теле! Зенина заметалась, то и дело спотыкаясь о собственные неуклюжие ноги, пытаясь подобрать хоть на шажок ближе к обидчице. Она кричала трелью, щелкала клювом.

– Успокойся, иначе я найду клетку под стать твоему высочеству! – резко бросила ведьма. – Ты добровольно отдала свое тело, чтобы я спасла его.

Ведьма красовалась у зеркала и что-то помешивала в маленькой ступочке. Когда она закончила, то приблизилась к Зенине. Содержимое оказалось дурно пахнущими травами, которые женщина с ярым упорством решила зачем-то скормить принцессе. Императорская дочь сопротивлялась изо всех сил, клевала руку, щипала, отворачивалась, но что может сделать столь маленькое тельце? Ведьма затолкала травы в маленький клювик, не давая их сплюнуть, а когда закончила свое дело, оставила пленницу на кровати, а сама легла рядом и быстро уснула.

Зенина плевалась от вкуса отвратительных трав, но никак не могла избавиться от этого. Только с прошествием времени с языка исчез мерзкий вкус. Тогда принцесса попыталась сделать несколько шагов по перине, но это простое действие теперь отнимало слишком много сил. Ее маленькая головка закружилась, тельце отяжелело. Она осела на перину и, не в силах совладать со своим новым телом, завалилась на бок.

– Папенька! Али! Кто-нибудь, спасите меня, – разнеслась слабенькая трель в темной комнате.

Время шло. Зенина лежала на перине, не в силах пошевелиться и даже заплакать от безысходности. В новом тельце и после отвратительных трав это было невозможно. Она, любимая дочь императора Закария, никогда не делала ничего против отца и матушки, а обитатели дворца и горожане души в ней не чаяли. Теперь она просто безымянная птица, на которую и прохожий внимания не обратит. Это очень угнетало императорскую дочь, что всегда была под присмотром, лаской и защитой.

Когда странное наваждение и бессилие прошло, Зенина с тяжестью на сердце смирилась со своим жалкими положением и решила во чтобы то ни стало сбежать. Но тоненькие лапки были непослушными и неудобными. Принцесса постоянно спотыкалась о ткань и падала. Встать обратно также было тяжелой задачей. Рук теперь не было. Сколько бы Зенина ни махала крыльями, она не могла взлететь даже на пядь. Отчаяние и страх стали той ночью для нее верными спутниками.

Постепенно светало. К утру дочь императора забилась между разбросанными подушками, чтобы погоревать. Но в этом тельце Зенина не могла даже наплакаться вдоволь. Слез просто не было.

Вскоре ведьма проснулась, а еще через некоторое время послышались шаги за дверью, аккуратный стук. Затем кто-то вошел в комнату. Зенина с трудом поднялась и заковыляла на холмик из одеяла, чтобы разглядеть вошедшего.

– Пришла в себя? Как ваше самочувствие? – мужчина был очень высоким. Зенине он и вовсе показался великаном. Широкоплечий, темноволосый, с густой бородой, длинный кривой шрам пересекал его щеку и нос. На вид мужчина был немолод, светло-серые глаза смотрели устало. Он вошел, положил на сундук свернутую одежду, а рядом поставил красные сапожки.

– Я хорошо себя чувствую и отдохнула после дороги. Благодарю за спасение, – отозвалась ведьма и слегка поклонилась. – Меня зовут Зенина. Я дочь правителя великой империи Алтин, императора Закария. Отец мой отправил меня на сватовство с княжичем Олегом. К сожалению, сам император не смог прибыть. А вы кем будете? Неужто самим князем? Или же вы мой будущий муж?

Зенине потребовалось какое-то время, чтобы понять услышанное. Она не знала чужой язык в совершенстве, как ведьма. Зенина мысленно фыркнула. Ведьма ничуть не походила на принцессу. Говорила она торопливо, хотя и старалась подбирать слова.

– Игорь меня звать. Я советник князя Светозара. Вижу, что ты не здешняя, но есть ли подтверждение твоим словам?

– Конечно! – ведьма сняла с шеи подвеску с тяжелым амулетом и протянула мужчине. – Это герб нашей империи. Только членам императорской семьи дозволено им обладать. У Элиа должен быть свиток с посланием от моего отца.

– Кто этот Элиа? – недоверчиво спросил мужчина.

– Элиа – один из подчиненных моего отца. Он и другие защищали меня по дороге сюда.

– Она лжет! Не верьте ей! Не было никакого Элиа, она все выдумала! Эта ведьма украла мое тело!

По комнате прокатилась мелодичная трель, но мужчина не понял сказанного Зениной и лишь кинул мимолетный взгляд на птицу. Ведьма обернулась и зло посмотрела на принцессу, а затем вернулась к разговору.

– Если не верите мне, спросите у своего князя! Мой портрет был выслан ранее вместе с послом.

Игорь повертел в руках подвеску, а затем сжал в руке.

– Хорошо, принцесса Зенина В соседней комнате для вас приготовили теплую воду. Служанки уже там. После произошедшего и долгой дороги, думаю, вы будете этому рады. После – наденьте это. – Мужчина указал на сундук, где лежала принесенная им одежда. – Я представлю вас совету. Буду ждать за дверью.

– На сегодня я справлюсь сама, Игорь. Отошлите служанок.

Игорь призадумался:

– Вероятно, вам не стоит отказываться от помощи…

– Я сказала, что справлюсь сама. Ступайте! – строго произнесла ведьма.

– Не слушай ее. Не уходи. Помоги мне, прошу! – Зенина вновь трелью разлилась по комнате.

Игорь не обратил внимания, лишь кивнул и вышел. Зенина с ужасом осознала, что никто не понимает ее, не может разобрать ни слова в птичьей трели. Надежды стремительно рушились. Ведьма подскочила и, схватив Зенину, зло процедила:

– Помалкивай, если хочешь жить.

Зенина и пискнуть не успела, как ее маленькое тельце оказалось в небольшом полупрозрачном мешочке, который вдруг возник в руках ведьмы. Девушка затянула веревочки. Птичка оказалась в ловушке.

– Что ты задумала? Выпусти сейчас же! – Зенина принялась что есть сил вырываться, стараться разорвать ткань клювом. Но все было тщетно.

– Даже не пытайся выбраться. Я наложила чары на этот мешочек. Его и мечом не разрубить. И никто не услышит, что ты трепыхаешься там.

Ведьма быстро прошла в соседнюю комнату, откуда Игорь как раз выгонял служанок. Те с поклоном удалились. Как только дверь захлопнулась, девушка скинула пестрое одеяние, разорванное на груди, не спеша омыла себя водой в огромной деревянной ванной. Зенина такие видела в Алтин только у служанок или простых людей. Купальни во дворце Алтин были просторными, мраморными, с водой из источника.

На теле девушки растянулась широкая рана на груди. Ведьма приложила к ней руку и задумалась.

– Нет, исцелять нельзя, иначе что-то заподозрят.

После ведьма надела белое длинное платье с угловатой золотой и красной вышивкой на подоле, рукавах и вороте. Такой в Алтине не было. В империи узоры были плавными, изящными, будто плыли по тканям. Подвязала платье широким красным поясом с такой же вышивкой. Одеяние больше походило на ночное платье, чем на одежду для выхода. Но, в другой культуре другие обычаи. А отец всегда говорил с уважением относиться к иным традициям. Возможно, в княжестве такие одежды носят богатые женщины.

Ведьма расчесалась гребнем, который оставили служанки на небольшом столике, и легкой походкой направилась к двери, где ее ожидал Игорь. Девушка лихо размахивала мешочком. Мир завертелся перед глазами Зенины.

– Куда мы направляемся? – услышала принцесса голос ведьмы. – Неужели знакомиться с князем и моим женихом?

Голос ее сделался сладким. Зенине стало тошно то ли от фальшивой игры ведьмы, то ли от кружащегося перед глазами мира.

* * *

Советники собрались по обыкновению ранним утром, когда небо начало светлеть, а петухи провозгласили начало дня. Даже хворь князя не изменила их привычек. Ярослава тоже встала пораньше, чтобы присутствовать на собрании. Княжна стояла рядом с троном и окидывала гридницу скучающим взором. Сегодня княжеские советники восседали за двумя длинными дубовыми столами, уставленными всевозможными яствами. Иногда советы становились более торжественными, вино лилось рекой. Такое случалось в преддверии праздников или в честь приезда важных людей. Сейчас близился праздник урожая. Следующую неделю гридница обещала ломиться от яств. К тому же слухи уже распространили весть о том, что спасенной девицей оказалась принцесса из Алтин, невеста княжича Олега. Мужчины в совете были как на подбор: немолодые, с густой бородой и большим пузом. Если не приглядываться, можно было подумать, что они все братья. Советники делились на два типа: первые из них – выходцы из знатных семей, чье влияние было неопровержимым; вторые – воины, заслужившие потом и кровью место подле князя, самые доверенные лица. Сказывали, что они когда-то бились наравне со Светозаром, покоряли племена и захватывали территории. Теперь же они постарели, обрюзгли и годились лишь советы давать. С другой стороны от пустующего трона стоял Траян. Ярослава даже смотреть не хотела в его сторону, но и руку с меча не убирала. Никто не решился занять место князя.

Двери гридницы отворились и в помещение вошли Игорь и та девица, принцесса, которую обнаружили по дороге в Старград. Девушка двигалась бодро, улыбалась, высоко вздернув подбородок, словно не она вчера лежала при смерти в повозке. Изорванные одежды заменили расшитым белым платьем, которое сильно контрастировало с ее смуглой кожей. На ножках сверкали красные низенькие сапожки. Многочисленные восточные украшения позвякивали на каждом шагу, выглядели нелепо.

Советники не без любопытства принялись рассматривать красивую девушку. Некоторые начали перешептываться между собой, бросая сальные взгляды; другие были недовольны, что на совет пустили еще одну женщину, да еще и чужестранку. Впрочем, все советники встали поприветствовать вошедших, невзирая на свое мнение. Игорь встал перед пустующим троном и поклонился.

– Разрешите начать сегодняшнее собрание! – наставник наполнил кубок вином и высоко поднял его. – За здравие князя и Великое княжество Старгородское!

– За здравие князя и Великое княжество! – раздался хор советников. Каждый, кроме принцессы и Ярославы, отпил по глотку и вернул чашу на стол. Женщинам не полагалось.

– Сегодня мы вынуждены проводить совет без князя, государя нашего. Но дела не требуют отлагательств, – начал Игорь. Голос наставника звучал властно, уверенно. Становилось понятно, почему он уже много лет является самым приближенным советником. Будь такое возможно, Игорь непременно стал бы князем, ничуть не уступающим Светозару. Но этому не суждено было случиться. В случае смерти князя трон перейдет его старшему сыну, Олегу. Траян лишь цыкнул и недовольно отвел взор. Если бы не правая рука князя, то советом руководил бы он.

Ярослава отбросила глупые мысли. Отец непременно поправится и снова взойдет на трон. А княжна пока что сохранит вверенный ей перстень.

– Вести в этот раз недобрые. Вчера, возвращаясь с выполненным поручением, наткнулись на бойню. Кто-то напал на делегацию Алтин и перебил всех сопровождающих принцессы Зенины, – продолжил Игорь и жестом указал на заморскую девицу, что стояла перед троном и заинтересованно разглядывала гридницу и собравшихся. – Только ей одной и удалось выжить. Принцесса Зенина прибыла из империи Алтин, чтобы стать женой княжича Олега, когда он вернется в Старград.

Советники, как сигналу встали и поклонились принцессе, как они это делали перед княжеской семьей и важными людьми.

Зенина осмотрела всех присутствующих властным взглядом, будто бы она уже стала княгиней. Ярослава подумала, что пока девушка спала, то выглядела более приятной и приветливой.

– Помним-помним о принцессе, – пробасил советник Борис, перебирая густую черную бороду, и поднял кубок, – Хороший союз будет.

Вслед за Борисом подняли бокалы все советники. Женитьба Олега, старшего сына князя, и принцессы заморского государства сулила новые возможности не только в военном деле, но и торговле. Ярослава с любопытством взглянула на девицу, но внезапно обнаружила, что та с не меньшим интересом смотрит на нее. Зенина приветливо улыбнулась и отвела взгляд.

– С чего вы решили, что перед нами принцесса Зенина? – спросил Чеслав. В его сторону тут же зашикали, сказали быть тише, ведь подобным вопросом можно испортить не только свадьбу между княжичем и принцессой, но и столкнуть два государства в войне.

Все в тишине уставились на Зенину. Как она отреагирует. К счастью совета, девушка рассмеялась и вытащила крупный кулон из-под ворота платья.

– Это герб императорской семьи. Как и планировалось, я прибыла как раз перед праздником урожая. Давайте позовем посла, уж он непременно узнает дочь императора и свою принцессу, – предложила Зенина.

Совет погрузился в молчаливое раздумье. Ярослава удивленно посмотрела на принцессу. Только послы, и то не все, могли так хорошо говорить на языке Старгородского княжества.

– Б-боюсь, п-посол уже отбыл из Старграда с обещанной п-подмогой, – проговорил Траян, разбивая тишину. – Но это точно принцесса. Посол передавал ее портрет.

– Я представил вам принцессу Зенину. Стража! – позвал Игорь и повернулся к девушке. – Вы можете присесть вот здесь. – Мужчина взглядом приказал советникам, сидящим ближе к трону, потесниться. – Если что-то приглянется на столе, отведайте. Вам после долгой дороги стоит восстановить силы.

– Хорошо.

Ближайшие советники тут же принялись накладывать разнообразные блюда на тарелку, чтобы угодить девушке. Довольная принцесса, а в будущем княгиня, могла заметить их. Вдруг будущих княжичей выдаст за их дочерей или одарит чем.

– На княжество наше надвигается беда, прогневали мы чем-то богов, – отозвался советник Казимир, прерывая молчание совета еще до того, как принцесса заняла свое место. Он поглядывал на девушку, будто размышляя, стоит говорить о делах княжества при незнакомке или нет. Игорь кивнул. – Князь наш слег с хворью, а лечцы ничем не могут помочь.

– Князя д-должен кто-то з-заменить, пока он не оправится от х-х-хвори, – снова подал голос Траян. – Я предлагаю п-п-передать полномочия к-княжичу Олегу. Он следующий п-правитель, который скоро обз-заведется ж-женой и наследниками.

Советники согласно закивали. Ярослава вспомнила слова отца и призадумалась. Князь не хочет передать перстень Олегу несмотря на то, что он был старшим сыном и уже правил небольшим городом Новиградом, да и советники хорошо отзывались о нем. Отец сильно болен, а Олег скоро женится, значит, на трон может сесть новый князь. Однако слова отца никак не выходили из головы княжны. Он понимал, что трон не стоит передавать Олегу, но почему на советах не настаивал на Идане, как приемнике?

– Но княжич в Новиграде, – возразил Чеслав.

– Он д-должен вернуться на д-д-днях. Вчера сокол п-принес в-весточку от него. – Траян еле заметно ухмыльнулся, отчего Ярославе стало противно. – А д-до тех пор я ос-смелюсь взять н-на себя дела княжества.

– Я против! – громко произнесла Ярослава и выступила вперед, перепугав заморскую принцессу. – Пришлый колдун не может править княжеством! Дело колдуна – читать послания богов и отводить ненастья. А делами княжества должен заниматься смыслящий в этом человек из числа совета!

– И в-вы считаете себя с-с-смыслящим в этих д-делах челов-веком, княжна? – тут же спросил Траян, все также запинаясь в своей привычной манере. Ярослава встретилась со взглядом черных глаз, и ей стало не по себе. Не дожидаясь ответа, он заговорил еще громче, переменившись в лице и даже как будто выпрямившись из своего привычного положения. – Вчера мне доложили дружинники, что вы поставили себя на место князя и велели докладывать обо всех делах княжеских. Еще они сообщили, что вы чем-то опоили князя нашего, а сегодня ему сделалось еще хуже! Может, это из-за вас боги гневаются? Из-за пригретой на груди змеи, которая даже не носит кровь князя!

Ярослава растерялась и не сразу нашлась, что ответить. Обвинения Траяна казались неожиданными и необоснованными. Более того, пропало его привычное заикание. Казалось, будто другой человек сейчас выступал перед советом, а никак не Траян. С чего он решил, что княжна предлагает свою кандидатуру? Она думала об Игоре, что лучше всех других подходил на эту роль. К тому же как он посмел заявить, что Ярослава чем-то опоила отца? Следовало вырезать лживые языки. Но советники даже не подумали усомниться в словах Траяна.

– Да где это видано, чтобы девка безродная на княжеском троне сидела? – басовито воскликнул советник Борис.

– Да как ты, змеюка подлая, посмела князя опоить?! – кто-то выкрикнул справа.

– Пригрел князь-батюшка паршивку!

– Не позволим бабе княжить! Твой удел рожать да вышивать!

Обвинения стали доноситься со всех сторон. Ярослава растерянно посмотрела на наставника, но не нашла поддержки. Мужчина о чем-то размышлял и даже не глядел на княжну.

Неужели мерзкий колдун столь глубоко пустил корни, что многие советники встали на его сторону? Ярослава знала, что не всем по душе решение князя сделать ее дочерью и княжной, но никто не говорил об этом настолько открыто. Видимо, осложнившаяся болезнь Светозара развязала гнилые языки. Люди в совете будто переменились.

– Я не… Это все вранье! – Ярослава попятилась, но от осуждающих взглядов уже нельзя было скрыться. – Я хотела предложить Игоря, либо передать дела княжеские всему совету… – проговорила девушка, но ее никто не услышал. Советники громко переговаривались, тыча в нее пальцами.

– Еще д-дружинники д-доложили, что княжна с-сговорилась с ч-чужаком, – продолжил колдун. – П-приведите его!

Двери гридницы отворились и в помещение ввели закованного в цепи Дарена. Лицо юноши выглядело, как всегда, скучающим и безразличным. Дарен лениво оглядел присутствующих, задержал взгляд на заморской принцессе и Траяне и отчего-то криво улыбнулся Ярославе.

– Кто он и п-почему вы решили лично его допрашивать? – колдун ткнул пальцем в сторону Дарена.

– Этого мальца мы подобрали в деревне Болотная, где разгулялась хворь, – вместо Ярославы ответил Игорь. – Привезли в Старград, чтобы допросить.

– Д-дружинники слышали, что к-княжна об-б-бговаривала с ним п-план п-побега. – Траян вновь начал запинаться, сгорбился у трона. Под сальными волосами Ярослава заметила ехидную улыбку.

– Ничего я с ним не обговаривала! – возразила Ярослава. – Я к нему даже не заходила с момента, как приказала бросить в темницу!

Но Ярославу снова никто не услышал. Гул толпы было не перекричать. Советники, отъевшиеся на княжеских харчах, уже все решили для себя. Юная княжна не могла их переубедить, как бы ни старалась.

– В-вы п-приволокли в столицу б-беду! П-п-посмотрите! – Траян подошел к Дарену и рывком задрал рукав рубахи, выставляя на всеобщее обозрение ветвистый ожог, оставленный молнией. – Его п-покарал Перун!

Советники вновь возмущенно загудели, подскочили со своих мест.

– В-взгляните на его г-г-глаза! Он м-может быть н-навьей т-тварью и служить самому Ч-чернобогу!

Дарен поднял светлые глаза и посмотрел на Траяна. Уголки рта юноши были слегка подняты вверх, а взгляд спокоен, как гладь воды. Так смотрят на несмышленых детей.

– Вам не тесно там? – снисходительно спросил Дарен и улыбнулся.

Ярослава не поняла, к кому обратился юноша и что он имел в виду, но Траян отреагировал слишком бурно. Мужчина отшатнулся, на его лице отразилось удивление, которое тут же сменилось на обеспокоенность, а затем на гнев. На бледных щеках появились крупные красные пятна. Раздался шлепок. На лице Дарена расцвело красное пятно от пощечины.

– Т-ты… ты! – колдун подавился воздухом и закашлялся. – Казнить его! К-казнить, пока он не н-накликал еще б-большую беду!

– Это тебя казнить надо, грязный колдун! Все сказанное им – ложь! Прислушайтесь же! – Ярослава выступила вперед.

– Бабе слова не давали! – пробасил Борис. – Согласен. Лучше умертвить мальчишку от беды подальше. Не хватало, чтобы еще и боги отвернулись от нас!

Совет снова загудел подобно рою пчел. Некоторые выкрикивали «Казнить!». Те, кто не хотел делать поспешных выводов и просил придержать коней, можно было пересчитать по пальцам.

– Никто не казнит мальца, пока мы тщательно его не допросим! – громко произнес Игорь. Советники притихли. – А в защиту княжны Ярославы скажу, что она слишком честная, чтобы козни такие строить. Обещаю, что буду в оба глаза следить за ней, дабы развеять ваши сомнения.

Гридница погрузилась в тишину. Все-таки не только князь прислушивался к мнению Игоря. Другие советники тоже не часто перечили ему.

– Пока не приедет княжич Олег, никто из нас не имеет права занимать княжеский трон, поэтому решения принимать будет совет всеобщим голосованием, – продолжил наставник. – Поднимите руки, кто согласен.

Не говоря ни слова, советники один за другим стали поднимать руки. Траян, конечно же, был против такого предложения. Он всплеснул руками и пошел на свое место у трона, что-то бормоча себе под нос.

– Девять против троих. Так и поступим. На этом и закончим. Уведите пленника обратно в темницу, – приказал Игорь.

Советники засуетились, выбираясь из-за длинных дубовых столов, что-то обсуждая при этом между собой. Ярослава проводила взглядом Дарена. Два широкоплечих дружинника повели его под руки к выходу. Юноша обернулся и улыбнулся, отчего княжна вдруг ощутила тепло на щеках. Неожиданно двери распахнулись, в гридницу ворвался раскрасневшийся дружинник, который ночью дежурил у покоев князя.

– Милостивые советники! – мужчина ворвался в гридницу и рухнул на колени, обхватил голову руками. – Беда! Князь-батюшка, кажись, покинул нас!

Глава 4

Темница

Гридница погрузилась в тишину. Сердце Ярославы пропустило удар. Княжна не поверила своим ушам. Быть может, это злая шутка? Девушка сделала несколько неловких шагов назад, пока не уперлась спиной в стену. В ногах вдруг возникла слабость, они подкосились, Ярослава осела на пол. Княжна позабыла, что следует дышать, шумно втянула воздух, когда в груди начало жечь. Как же теперь жить дальше? Девушке показалось, что вместе с отцом умерло что-то и в ней самой. Она ведь даже не успела поведать ему о своих приключениях…

– Лечца звали? Что он сказал?

Ярослава словно в тумане видела, как к дружиннику подскочил Игорь и, схватив того за грудки, рывком поднял на ноги.

– Не… не звали. Я заглянул проведать князя, а он лежит холодный.

Игорь оттолкнул дружинника и выбежал из гридницы, попутно раздавая указания.

– Это… это она что-то дала ночью князю! – воскликнул дружинник и ткнул пальцем в сторону Ярославы.

Юная княжна не стала отнекиваться или оправдываться. В тот момент она была не в силах вымолвить и слова. Даже дыхание давалось с трудом. Горло словно сжали чьи-то сильные руки, не давая вздохнуть. Ярослава не сопротивлялась, когда к ней подошли дружинники. Не препятствовала она, когда ее взяли под руки и куда-то потащили. Девушка без сил рухнула на холодный влажный пол темницы, когда ее грубо толкнули. Ярослава сжалась в комочек и тихо заплакала.

* * *

Зенина притихла в своем крохотном мешочке, в ужасе взирая на происходящее. Она припомнила момент, когда впервые услышала о Великом княжестве Старгородском, что раскинулось по другую сторону моря. В тот день Зенина снова пробралась в тронный зал, выведав у служанок, что вернулись послы. Принцессе всегда было интересно слушать истории о дальних землях, о быте людей, что так сильно отличается от их. Зенина спряталась за огромным гербом императорской семьи. Алтинские мастера постарались на славу. Полотно было столь впечатляющих размеров, что, будучи подвешенным у потолка, спадало у стены и стелилось по полу до самого трона императора. Герб выткали золотыми нитями, отчего он блестел в солнечных лучах. Там, где полотно не полотно прилегало к стене и соприкасалось с полом, обычно пряталась принцесса, это было ее тайным местечком.

В тот день она чуть не попалась. Слезы обиды текли по щекам, принцесса с трудом сдерживала всхлипы. Пришлось даже закрыть рот руками. Императору доложили, что князь какого-то Великого княжества согласен создать альянс. Зенину решили выдать замуж за княжича Олега, как гарантию мира. Послы также с восхищением рассказывали о могучем князе Светозаре, что силен, как медведь, и пышет здоровьем.

Теперь же этот великий князь умер всего за несколько дней. Что же за хворь могла столь быстро унести жизнь такого сильного мужчины?

Зенина видела, как обвинили какую-то высокую девицу и выволокли из тронного зала. Глядя на эту девушку с копной рыжих волос, нельзя было и на миг предположить, что она могла отравить князя. Зенина не раз видела людей, совершивших убийство или попавшихся на воровстве. Каждый из них по-разному реагировал на обвинения, но у всех прослеживалась фальшь во взгляде и словах. Эмоции же рыжеволосой девицы подделать практически нельзя. Она впала в ступор и даже не сопротивлялась, когда ее куда-то повели. Было видно, что она не верила собственным ушам.

– Мы все з-знали, что этот д-день рано или п-поздно настанет, – вперед вышел сгорбленный мужчина. Зенине стало не по себе, глядя на него.

Мерзкая улыбка то и дело появлялась на его устах, он с трудом ее сдерживал. Мужчина ссутулился еще сильнее и опустил голову, чтобы скрыть за черными волосами искаженное ехидством лицо. Он ничуть не был расстроен вестью. Напротив, был слишком рад. – Нам нужно в-выбрать нового князя. Да и н-наказать не-нерадивую княжну Ярославу н-надобно.

– Не гони коней, Траян! Кончина Светозара еще не подтверждена, – пробасил высокий мужчина с густой бородой.

– Верно. Игорь пошел за лечцом, чтобы подтвердить или опровергнуть это, – проговорил другой советник.

– В-верно, – заговорил Траян. – Т-тогда я п-провожу п-принцессу Зенину в ее покои.

– Как же теперь Великое княжество будет без Светозара… – гнусаво проговорил еще один советник и зашелся в рыданиях.

Черноволосый мужчина вышел из гридницы, ведьма последовала за ним. Она снова начала размахивать мешочком, отчего мир закружился, и Зенина не сразу услышала перешептывания. Ведьма и колдун о чем-то тихо переговаривались. Зенина, в силу плохой слышимости и недостаточного знания местного языка, смогла уловить лишь несколько отдельных слов: «избавиться», «новым князем», «ребенок». Как бы принцесса ни старалась понять, каким образом, но ясно было одно – эти двое давно знали друг друга и вынашивали какой-то план, а Зенина, как и княжна Ярослава, попались в их ловушку.

* * *

Ярослава лежала на холодном влажном полу и невидящим взором смотрела перед собой. Монотонно капала вода где-то в углу. Все эмоции и переживания исчезли, будто их стерли какой-то неведомой ворожбой или они растворились в темноте. Ярослава не чувствовала ничего, пустота разлилась внутри как ведро помоев, во рту горчило. Словно пустая оболочка, княжна лежала и не обращала ни на что внимание. Мимо пробежала упитанная крыса. Она быстро перебирала лапками, громко шлепая по влажному полу. Крыса чуть было не хлестнула девушку по лицу длинным хвостом, но та даже не обратила внимания на незваную гостью. В спину вдруг что-то несильно врезалось. Затем еще и еще.

– Яся… – кто-то звал ее, голос раздавался легким эхом, блуждающим во тьме. – Ярослава! Рыжая ты Буренка! Ты там помереть удумала?

В спину снова и снова что-то врезалось, а затем гулко откатилось в сторону. Ярослава без особого интереса перевернулась на другой бок и вдруг ощутила, как в ее лоб что-то с силой угодило. Больно. Княжна просто подумала, не ощутив при этом и толики боли. Кажется, кто-то кидал в нее маленькие камушки.

– Неужто решила так просто сдаться? Разве тебе не хочется узнать, кто и зачем погубил князя? – вновь раздалось эхо.

Ярослава моргнула. Моргнула еще раз и мерзкое чувство пустоты и безразличия стало постепенно отступать. Княжна зашарила пальцами по груди. Под перепачканной рубахой она нащупала перстень и тихонько вздохнула. Верно. Нужно выполнить приказ отца во чтобы то ни стало.

Неожиданно о грудь ударился небольшой камушек и с эхом отскочил на пол.

– Кто посмел швырять в княжну камни? – недовольно проговорила Ярослава и села. Места, куда угодили камни, саднили. Ярослава завертела головой, пытаясь понять, где она очутилась. Было слишком темно и сыро, совсем как в княжеской темнице. Нос раздражал отвратный сладковатый запах, словно что-то гнило прямо рядом с ней. Княжна старалась не обращать на него внимание и не задумываться о том, что может быть его источником. Вполне возможно, что сосед по темнице распрощался с этим миром и отошел в Навь. В этом месте всегда стояли отвратные ароматы, от которых никто не собирался избавляться. Ярослава нащупала на полу камень и метнула его во мрак.

– Промазала! – раздалось насмешливо в ответ.

Ярослава нахмурилась и принялась выискивать камни в темноте. Вдруг позади послышались быстрые мелкие шажки. Они стремительно приближались. Княжна обернулась и пригляделась. Темнота зашевелилась.

– Это что, Навь тебя задери, такое?! – воскликнула девушка и отшатнулась.

Из темноты вынырнула большая крыса, размером чуть уступая кошке. Ярослава и раньше видела их, когда спускалась в темницу, и давно уже перестала пугаться. Вот только эта тварь была не обычная. Самое странное, что сразу бросалось в глаза даже в полумраке – крыса совершенно точно была дохлая, и довольно давно. Морда успела разложиться, шкура свисала в некоторых местах, виднелся череп, длинный хвост был сломан и почти оторван чуть ниже центра, его конец волочился.

– Кто-нибудь, помогите! – закричала девушка, неловко пятясь, пока не уперлась спиной в решетку. И эта тварь вилась все это время вокруг нее?

– Чего ты разоралась? Только что лежала без чувств, а теперь голосишь.

По голосу Ярослава узнала Дарена.

– Тут огромная крыса!

– Хм… Не думал, что воин, да что там, княжна Великого княжества Старгородского, боится крыс, – произнес юноша. В его голосе ясно слышался смех.

– Стала бы я бояться обычную крысу! Это мертвяк! – Крыса чуть повернула голову, будто прислушиваясь к словам девушки и сделала несколько маленьких шагов к княжне. Девушка вскочила и вжалась спиной в решетку еще сильнее. – Вдруг я заражусь!

Крыса издевательски медленно надвигалась, словно загоняя дичь.

– Пошла прочь! – Ярослава пнула ногой приближающееся существо. Тварь то ли с писком, то ли с хрипом, то ли с бульканьем отлетела на несколько локтей, глухо ударилась о пол, резво вскочила и быстро скрылась в противоположном углу темницы. – Как болотный мор мог добраться до Старграда? Нужно как можно скорее доложить об этом Игорю!

Ярослава обернулась, вцепилась в холодную решетку и закричала:

– Кто-нибудь! Выпустите меня! Мне нужно донести важную весть!

В ответ раздался лишь мужской смех где-то вдалеке, он эхом прокатился по темнице. Бесполезно. Те, кто попадал в темницу, частенько кричали и просили их выпустить. У каждого вдруг появлялась важная причина или влиятельные знакомые. Но все было пустозвонством. Стража давно уже привыкла к такому и перестала реагировать. Ярослава готова была поспорить, что прямо сейчас надзиратели пьют пиво и травят байки, и им нет никакого дела до тех, кто сидит в темнице. Даже если кто-то отдаст душу Нави, они и пальцем не пошевелят.

– А, да, я тоже ее заприметил. Я про крысу. Еще вчера, – скучающе сказал Дарен. – Сначала тоже испугался, а сейчас уже привык. Она просто бегает туда-сюда и ничего боле не делает.

– Но она мертвая!

Вновь послышались мелкие быстрые шажки. Крыса шлепала лапами по влажному полу, ее шаги эхом разносились в темноте. Она почти врезалась в Ярославу, пробежав совсем рядом, задела прутья темницы, отчего на них остался висеть большой кусок шерсти, и выбежала в коридор. Княжна только и успела, что неловко поднять ногу, чтобы не соприкоснуться с мерзкой тварью. Вдруг эта мертвая крыса уже успела откусить кусочек от девушки? Ярослава сглотнула подступивший к горлу ком. У нее даже нет меча, чтобы защититься или, на худой конец, прикончить себя. Вдруг крыса покусала других пленников или стражников? Что, если где-то рядом уже бродят свирепые мертвяки, готовые разорвать любого? Старград не шел ни в какое сравнение с деревней Болотово. Если здесь начнется болотный мор, то он унесет гораздо больше невинных жизней!

– И как же княжна оказалась там, куда еще вчера сама сажала других людей? – отвлек от тревожных мыслей юноша. Голос Дарена доносился из темницы напротив, но чуть правее. Княжна прикинула, где именно она оказалась и как далеко сидел юноша. Он оказался совсем рядом. Они находились в самом дальнем углу темницы и их двери буквально примыкали друг к другу в углу. Если рассчитать, можно попробовать метнуть камень в гаденыша! Ну или дотянуться сквозь прутья и потрясти как следует.

– Князь… отец умер. – Но весь энтузиазм пропал в один миг, нахлынули воспоминания, а вместе с ними боль потери. Ярослава думала, что будет плакать, но слез не было. – Траян и его прихвостни обвинили во всем меня.

– Траян? Это тот, которому слишком тесно? – раздался спокойный голос Дарена.

– Тесно? Мне сейчас не до твоих загадок! – резко ответила Ярослава. Ее вдруг стал раздражать слишком безразличный голос Дарена, словно не произошло ничего страшного. Княжна с силой сжала решетку, пока не ощутила боль в ладони, по запястью потекло что-то теплое. Кажется, она порезала руку. Боль не отрезвила. Ярослава злилась. Злилась на Траяна, на Дарена, на собственное бессилие и бесполезность, на тех, кто так легко отвернулся от нее. – Этот колдун строит какие-то козни! И даже Игорь ничего не сказал против его слов! А ведь я верила ему больше всех!

– Чего почем зря гневаешься? Даже руку поранила, – все также спокойно произнес Дарен. Он подвинулся вплотную к решетке, так, что его светлые глаза, можно было легко разглядеть в полумраке. – Криком ты никак не поможешь. А у окружающих голова болеть будет. Если действительно хочешь доказать, что ты ни при чем, то надо действовать.

– Как действовать?! Мы в темнице, если ты все еще не заметил! – Ярослава раздраженно потерла руку о рубаху, а затем с силой сжала ткань. – Весь совет против меня! Многие дружинники ни во что не ставят, потому что я не родная дочь князя и… Не знаю, почему! Они никогда так категорично меня не осуждали, а сейчас будто с цепи сорвались. Наверное, из-за того, что один из немногих, кто относился ко мне с теплотой, умер!

– Для начала прекрати стенать и возьми себя в руки. Траян этот не выпустит тебя. Бежать тебе надо.

Ярослава снова прикоснулась к перстню на груди. Княжна утром долго выбирала цепочку, да поплотнее, чтобы случайно не порвать ее и не потерять драгоценность. Нужно выполнить последний наказ отца, отправиться к Идану и передать ему волю князя. В то же время Ярослава размышляла о том, чтобы просто отдать перстень Олегу. Он законный наследник и непременно взойдет на трон как следующий князь. К тому же прибыла заморская принцесса, чтобы заключить с ним брачный союз.

Послышались чьи-то шаги. Они эхом разносились по темнице. Ярослава прильнула к решетке и, насколько позволяло ее положение, всмотрелась в темный узкий проход. Вместе с шагами приближался свет. Сперва тусклый, он разгорался все ярче, освещая все вокруг. Причудливые тени плясали на влажных стенах, неотступно сопровождали визитера. Застонали пленники, не привыкшие к свету. Те, кто провел в темнице не одну зиму, болезненно реагировали даже на тусклое свечение масляной лампы.

– Погляди, Марфуша! Я же говорила, что рыжая кобыла теперь в стойле закрыта! – провозгласила Отрада своим писклявым голоском и захихикала.

– Все как вы и говорите, княжна Отрада! – поддакнула сопровождающая юной княжны.

Младшая дочь князя остановилась напротив и высокомерно взглянула на пленницу. Ярослава скользнула взглядом по сестре и ее служанке и посмотрела в сторону. Отрада, как всегда, была облачена в богато украшенный летник. Светло-голубая парча, расшитая золотыми нитями, облегала статную фигурку. На плотной ткани были вышиты разнообразные цветы, летник был украшен жемчугом и мелкими разноцветными камушками, сверкающими в свете факела. Отрада придерживала подол, чтобы не запачкаться о грязный пол темницы. Младшая княжна выглядела как драгоценный камень, упавший в грязь. Отрада гордилась своими нарядами, коих у нее было столь много, что порой Ярослава думала, что сестра носит каждый день новый. Князь и Ясе привозил дорогие одеяния из походов, но все они пылились в сундуке. Ярослава предпочитала носить простую одежду, которая не стесняет движений и позволяет тренироваться с дружиной.

Невысокая полноватая Марфа, служанка Отрады, также носила ярко расшитые сарафаны. Она зазналась, переняла повадки своей хозяйки, поэтому также высокомерно смотрела на Ярославу. Яся знала, что Отрада держит ее подле себя лишь затем, чтобы все взгляды мужчин были обращены на нее одну. Ведь на фоне чего-то некрасивого даже простая вещь станет краше, а прекрасная расцветет еще больше. Знала это и Марфа, но не стеснялась пользоваться своим возросшим положением перед другими. Девушка сжимала факел и поддакивала младшей княжне при каждом удобном случае.

– Я всегда знала, что ты неблагодарная гадина! Отец пригрел тебя, и вот как ты ему отплатила!

Ярослава молчала. Ей больших трудов стоило сохранять на лице маску безразличия, когда внутри полыхала буря. Ярослава отлично усвоила самое главное правило. Правило, которому непременно нужно было следовать. Нельзя. Ни в коем случае нельзя показывать Отраде свои эмоции. Она только этого и ждет.

Ярослава сжала кулаки и смотрела в сторону. Слова, вылетающие из маленького рта, больно ранили. И самым обидным было то, что княжна не знала, как доказать свою невиновность.

– Красавица, – раздался из соседней темницы хриплый голос, – подойди ближе.

Отрада поморщилась.

– Я с бабой не был уже три зимы, – не унимался пленник. – Отдай хотя бы свою подругу, я не обижу!

– Закрой свой поганый рот или я велю отрубить твою голову! – прокричала младшая княжна и недовольно дернула головой, отчего височные кольца мелодично зазвенели. – Чего молчишь, кобыла?! Может, мне и твою голову приказать отрубить? Вывесим ее на воротах в назидание другим! Да и куда ты там вылупилась?!

Отрада посмотрела в том же направлении, что и Ярослава, и заметила Дарена.

– Ох, это же тот пленник, которого кобыла приволокла с собой? – Отрада приблизилась к темнице Дарена, Марфуша поспешила поднести факел ближе к решетке. – Красив-красив, хотя и несколько тощий.

Пламя плясало, отчего на стенах играли причудливые тени. Дарен сидел на сваленном в кучу сене около решетки, подперев голову рукой, и лениво пожевывал соломинку. Выглядел он как обычно, будто не провел и дня в темнице. Только волосы немного растрепались, теперь не были собраны в высокий хвост, спадали на плечи.

– Вот и Ярослава также сказала. Она настолько влюбилась в меня, что всюду таскала на привязи, а потом и вовсе решила спрятать от чужих взглядов. Не придумала ничего лучше, как посадить меня в эту сырую темницу. – Дарен провел рукой по волосам, зачесав назад, и томно заглянул в глаза Отраде. – Если бы вы знали, княжна, как эта злобная девица боялась, что вы увидите меня, а я вас. И теперь я понимаю, почему. Вы столь прекрасны, что в вас невозможно не влюбиться!

У Ярославы глаза на лоб полезли от столь наглого вранья. Она даже не могла решить, чему удивляться сильнее: тому, что она якобы влюбилась в навьего прихвостня или тому, что спрятала от чужих глаз. Дарен посмотрел на Ярославу и весело улыбнулся.

Отрада довольно заулыбалась, услышав сладкую ложь. Она наклонилась, просунула руку сквозь решетку и приподняла лицо Дарена за подбородок. Повертев его туда-сюда, младшая княжна нежно погладила парня по щеке и выпрямилась.

– Марфуша, прикажи Елисею умыть его, одеть и привести ко мне в покои вечером для допроса. И дай один золотой, чтобы молчал. Никто не должен знать об этом, поняла?

– Как прикажете! – тут же отозвалась служанка и поклонилась. – Целый золотой за молчание… – негромко проговорила девушка себе под нос, но Ярослава расслышала.

– Я бы устроила допрос прямо перед тобой, кобыла, но здесь слишком грязно. – Отрада победоносно улыбнулась и задрала подбородок пуще прежнего. Такое выражение лица эта несносная девица делала всегда, когда получала то, что должно было достаться Ярославе. – Пойдем отсюда, Марфуша.

Обида кольнула тупой иглой в самое сердце. Ярослава загрустила, провожая взглядом удаляющиеся фигуры. Вот так всегда. Отраде достается все, чтобы она ни пожелала, а Ярослава подбирает остатки, подобно бродяжке. Не то чтобы девушка сильно расстроилась из-за того, что Дарен предпочел сестру ей. Обидно было от того, что Отраде достается все легко, к ней будто все само плывет в руки. В то время как Ярославе приходится потрудиться, чтобы что-то заполучить. Отрада и Марфа удалялись, их шаги и голоса возвращались эхом. Света становилось все меньше.

– Ну конечно, она ведь красивее ме… – пробормотала в темноту Ярослава.

– Молчи, дура! – коротко бросил Дарен, когда за Отрадой захлопнулась дверь. Ярослава открыла было рот, чтобы высказать свое недовольство и пожаловаться на сестру, но тут же его закрыла. Юноша продолжил шепотом: – Я вытащу нас отсюда. Даже несмотря на то, что я попал в это грязное место из-за тебя.

– С чего это вдруг? – с сомнением спросила девушка. Ярослава посмотрела вниз, туда где должен быть пол темницы. Глаза еще не привыкли к темноте.

Дарен был пойман при странных обстоятельствах, и ему не следует доверять. Но он не раз спас жизнь княжны, хотя они знакомы всего несколько дней. Отец умер, Игорь от нее отвернулся, Траян и совет заперли ее в темнице. Не осталось знакомых, которым стоило доверять. Поэтому Ярославе отчаянно хотелось поверить хотя бы Дарену.

– И меня! Меня вытащите! – снова раздался хриплый голос из соседней темницы.

– Нравится мне Буренкам помогать, – произнес юноша, не обращая внимания на говорливого соседа, и Ярослава не сдержала улыбки.

– Возможно, уже поздно, но я сожалею о том, что приказала посадить тебя сюда, Дарен. – Ярославе действительно было стыдно. Было глупо с ее стороны так себя показать. Но Дарен так удивился, когда узнал о ее статусе, что Яся не удержалась показать свою власть. Она собиралась подержать пару дней в темнице, сегодня или завтра выпустить Дарена, но судьба распорядилась иначе. Теперь оставалось только корить себя за глупые решения.

– Никогда не поздно осознать свои ошибки.

Темница погрузилась в тишину. Где-то капала вода, кто-то кашлял вдали. Иногда доносились шаги Дарена, расхаживающего из стороны в сторону. Ярослава села и облокотилась спиной о решетку. То и дело эхом доносились приглушенные быстрые шаги – крыса сновала неподалеку. Девушка прислушивалась, готовая в любой момент вскочить.

Время тянулось подобно меду – тягуче медленно, неторопливо. В темнице не было даже крохотного окошка, чтобы понять, день на дворе или ночь. Ярослава прикрыла глаза. Непроглядная темнота вдруг сменилась перед глазами яркой картинкой из прошлого.

Ту пору княжна помнила смутно, но это событие надежно отпечаталось в памяти. Зима в тот год выдалась холодная, снежная. Солнце садилось быстро, а ночи были темными и беззвездными. Ярослава только приступила к обучению боя на мечах, с интересом отрабатывала новый удар на соломенном несуразном чучеле. Яся хорошо помнила, как сильно кусал мороз щеки, как болели пальцы от холода, мышцы ныли от перенапряжения. Но она не хотела останавливаться. Ярослава желала показать новый прием князю. Солнце закатилось за горизонт, как яблоко, выпавшее из рук. Тренировочная площадка быстро опустела.

«Рыжая кобыла чучело любила!

С мечом обнималась, в дураках осталась!» – хором пропели дети служанок во главе с Отрадой. Ярослава лишь бросила на них короткий взгляд и продолжила тренироваться. Отец сказал, что не стоит принимать близко к сердцу высказывания других детей. Лица девчонок все еще украшали синяки. Князь провел с Ярославой серьезную беседу после того, как она полезла в драку с обидчиками в прошлый раз. Отец сказал, что воин Великого княжества не должен бросаться с кулаками из-за пустой болтовни. Ярослава решила, что впредь не подведет батюшку, поэтому старательно оттачивала новый прием.

Неожиданно раздался крик, а за ним детский плач. Ярослава побежала на звук, сжимая в руке деревянный меч. Рядом с конюшней в снегу лежала Неждана – дочь стряпухи. Ее обступили дети со всех сторон. Темная густая кровь огромной лужей растекалась, окрашивая снег. Неждана не двигалась, пустой взгляд устремился в беззвездное небо.

К ним подбежал Алешка, младший конюх, и тут же припустил за стряпухой. Женщина явилась быстро, стала трясти, звать свое дитя, но Неждана не откликалась. Отрада, а за ней и остальные дети вдруг указали пальцами на Ярославу и сказали, что это она ударила их подругу по голове деревянным мечом. Стрепуха не стала разбираться, принялась кричать и обвинять во всем Ясю. На шум сбежались другие слуги и дружинники.

В тот день Ярослава много плакала, рассказывая отцу, как все было на самом деле. Она была уверена, что Неждана поскользнулась и ударилась головой о деревянную стену, но не могла это доказать. Ярослава больше всего боялась, что отец не поверит ей, наругает или вовсе выгонит со двора. Все же князь приходился ей не родным отцом, а значит, и не станет заступаться. Так думала Ярослава. Но отец вдруг посадил Ясю к себе на колени, погладил по голове и сказал, что верит ей.

Игорь, по приказу отца, занялся этим делом. Кто был виноватым и как упала Неждана, так и не выяснили. Дети все, как один, обвиняли Ясю. Но дружинники, которые в тот день еще не ушли с тренировочной площадки и лениво чистили мечи, подтвердили, что княжна с мечом и на локоть не отходила от чучела, а бросилась куда-то в сторону конюшни уже после крика.

Ярославу резко выдернуло из сна, когда вдруг послышался протяжный скрип двери темницы и чьи-то шаги. Это оказался Елисей – видать, наступил вечер. Он вызвался разносить пищу пленникам. В одной руке держал поднос с мисками, а в другой – догорающий факел. Когда дело дошло до Ярославы, он подтолкнул княжне тарелку с огрызками, как какой-то вшивой псине. Он с отвращением сплюнул в ее сторону и обтер руку о рубаху, будто бы только что прикасался к чему-то омерзительному. Обида снова кольнула в самое сердце. Они с Елисеем часто вместе тренировались, но совсем редко общались. Мужчина был молчалив, но и не высказывался против Ярославы никогда. Все переменилось в один момент.

– Следуй за мной. И без глупостей!

Елисей отпер темницу и вывел Дарена. Юноша подмигнул Ярославе, проходя мимо. Девушка проводила удаляющихся мужчин взглядом и присела над миской. Навалилось столько бед, что аппетита не было. Да и в миске еда выглядела паршиво. Видимо, это действительно объедки с чьего-то стола.

* * *

Зенина сидела в большой клетке в покоях княжны Отрады.

– Она точно меня не цапнет? – спросила княжеская дочь, заинтересованно заглядывая внутрь. Под пристальным взором Зенина чувствовала себя неуютно. Наверное, так ощущают себя бедные зверушки на рынке, выставленные на продажу нерадивыми торговцами. Впрочем, она себя постоянно ощущала не в своей тарелке из-за обращения в птицу.

– Не цапнет. Она очень смышленая… для птицы. Знает, что, если посмеет навредить прекрасной княжне Отраде, поплатится жизнью, – ведьма мерзко улыбнулась и завела прядь за ухо. Сразу по возвращении в покои она попросила найти «новый домик для ее птички». Слуги довольно быстро выполнили приказ и принесли высокую клетку с красивой щеколдой в виде веточки яблони с пышными цветами. Эту злосчастную задвижку Зенина пыталась поддеть коротким клювом, но у нее ничего не получалось.

Княжна оказалась довольно красивой. Миловидное лицо, волосы цвета пшеницы, голубые глаза. Девица долго разглядывала птицу, затем открыла щеколду и просунула руку в клетку, намереваясь схватить Зенину. Принцесса трепыхалась, отчаянно забила крыльями, пискнула, когда княжна выщипала одно перо из хвоста.

– Не такая уж она и смышленая, – фыркнула Отрада и закрыла клетку.

– Глупая! Бестолковая! Да если бы ты знала, кого пытаешься схватить! Будь я собой, ты бы так не посмела себя вести!

– Но поет она красиво. Подарите мне эту птицу? – Отрада, конечно, не поняла ни слова из того, что сказала Зенина.

– Боюсь, я должна отказать. Эту птичку подарил мне папенька перед отъездом, и я не могу с ней расстаться. Она дорога мне как память о доме, – легко соврала ведьма накинула плотную ткань на клетку.

Зенина долго билась внутри, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы заполучить возможность видеть ведьму. Императорская дочь сильнее напрягла крылышки, сжала покрепче клюв и потянула ткань вниз всем своим маленьким весом. Не с первой попытки, но ей все-таки удалось осуществить задуманное. Ткань слегка сползла с одной стороны, открывая пусть маленькую, но очень важную возможность наблюдать за происходящим. Зенина решила, что нужно постоянно следить за действиями ведьмы. Рано или поздно она допустит ошибку или даст подсказку, как снять чары.

Вокруг клетки лежало множество украшений, рядом стояла масляная лампа, освещавшая часть убранства. Собравшись с силами, Зенина снова потянула за ткань. Пространство для наблюдения расширилось. Украшения на столике были разбросаны. Этот беспорядок сильно контрастировал с идеально заправленной периной, на которой возвышалась башенка из подушек, накрытая полупрозрачной тканью. На другом конце богато обставленной опочивальни за резным дубовым столом и такой же масляной лампой, Зенина увидела Отраду и ведьму. Иногда они тихонько перешептывались, иногда звонко смеялись. Теперь императорская дочь могла лучше слышать разговор, который, к сожалению, все равно недостаточно хорошо понимала. Зенина слышала, что умер князь, но молодая княжна ни капельки не выглядела расстроенной. Она то и дело поглядывала на дверь и нетерпеливо дергала ногой. Зенина заметила, что приехавшая принцесса, которая в будущем станет княгиней, ей явно не нравилась, но она старалась не перечить. Ведьме тоже компания Отрады была не по душе, но обе девушки наигранно улыбались и терпели друг друга, обмениваясь лестными словами.

– Расскажите о вашем братце, Отрада! – Ведьма сделала наигранно-восторженное лицо. – Я так хочу больше узнать о будущем муже! И о вас я тоже хочу знать больше, мы же скоро станем сестрами!

– Мой братец в меру красив, но зато очень богат! Он управляет целым городом – Новиградом! Еще с ним интересно вести разговор, хотя иногда он слишком много болтает, – Отрада рассмеялась. – Ох, я буду рада иметь такую сестрицу! Вы гораздо лучше той кобылы, которую пригрел мой отец! А она за это… Она…

– Не расстраивайтесь, Отрада. Велите ее замучить самым ужасным способом, как поступает с предателями мой отец!

– И вовсе мой отец так не делает! – тихонько защебетала Зенина, разобрав часть разговора.

В дверь легонько постучали.

– Княжна, это Елисей!

Отрада радостно заулыбалась поспешила к двери, подбирая подол платья. На пороге стояли высокий мужчина, дружинник с редкими светлыми усиками, и человек в плотном хлопковом плаще, чье лицо было скрыто глубоким капюшоном. Стражи не было. Видимо Отрада заранее отослала их.

– Вас кто-нибудь видел? – строго спросила девушка.

– Нет, только пленники в темнице, – отозвался дружинник.

– Выколи им глаза, потрави, отрежь языки или умертви. В общем, сделай так, чтобы они молчали. – Княжна осмотрела комнату, схватила с прикроватного столика украшенный драгоценными камнями гребень и протянула Елисею. Мужчина трясущимися руками принял дорогой подарок и зарделся.

– Благодарю вас, благодарю! – он пал на колени, готовый расцеловать сапожки княжны, но та лишь с омерзением отодвинула ногу. – А княж… Ярослава? Что делать с ней?

– Пока ничего, ее в любом случае казнят, словам ее никто не поверит. Ты, – Отрада взглянула на человека в плаще, – проходи, да побыстрее. С глаз долой, Елисей. Явись ранним утром и постучись секретным кодом, как договаривались, уведешь пленника обратно.

Девушка втащила за рукав человека в плаще и захлопнула дверь перед стоящим на коленях подданным.

– Кто же это? – ведьма с неподдельным интересом уставилась на внезапного гостя, но тот лишь посильнее натянул плащ на лицо.

– Это… Кое-что, что мерзкая Ярослава прятала от меня. Но теперь это принадлежит мне. К сожалению, дорогая Зенина, на сегодня мы вынуждены закончить нашу беседу.

– Я буду рада прогуляться с вами завтра в полдень. – Ведьма встала, поправляя дорогие одеяния, подаренные императором. Дружинники принесли сундуки принцессы, пока ведьма была на собрании. С самого утра ведьма только и делала, что примеряла пестрые наряды.

– Да, я тоже. К сожалению, у меня сейчас появились срочные дела.

– Я все понимаю, только заберу свою птицу!

Ведьма сделала шаг в сторону Зенины, заинтересованно приглядываясь к человеку в плаще. Отрада заметила это, перегородив ведьме путь, и приоткрыла входную дверь.

– Времени не так много, не стоит за зря возиться с птицей. Тем более я буду рада, если вы оставите это прелестное создание здесь, хочу услышать ее утреннюю трель. Не беспокойтесь, с ней ничего не случится. Я обязательно верну ее завтра в полдень!

Взгляд Отрады, так и говорил, чтобы гостья убиралась побыстрее восвояси из ее покоев.

– Ни в коем случае не выпускайте ее из клетки и не кормите. Она ест только специальную пищу, без которой умрет. И не подходите близко. И не открывайте щеколду. – Ведьма стиснула зубы и нерешительно вышла, несколько раз бросив тревожный взгляд на клетку. Только сейчас ведьма заметила, что ткань сползла. Зенина проводила ее немигающим взглядом черных глаз-бусинок.

– Не беспокойся, ведьма, я не упущу такую удачу! – как только дверь захлопнулась, Зенина быстро подскочила к ткани и с большим упорством принялась тянуть ее, пока она не сползла с щеколды.

– Сними плащ, – приказала тем временем Отрада.

Ткань упала на пол. Зенина смогла, наконец, разглядеть тайного посетителя княжны. Это оказался довольно красивый юноша с длинными каштановыми волосами. Они были еще влажные, рассыпались прядями по плечам. Видимо он только вышел из купальни. Юноша был одет в легкие холщовые штаны и белую рубаху. Отрада медленно обошла пленника вокруг, словно оценивая дорогой товар.

– И где же эта кобыла нашла такую красоту? – Княжна приблизилась к лицу Дарена, внимательно вглядываясь в его необычные глаза. – Раздевайся!

Юноша был выше на голову. Он не отвел взгляд, а лишь озадаченно улыбнулся, глядя сверху вниз:

– Вот так сразу? Без ненавязчивой беседы? Без вина? И даже имени не спросишь? Не, я к такому не привык.

Раздался звук шлепка, который испугал Зенину. Она оторвалась от безуспешного поддевания щеколды слишком коротким клювом, и уставилась на пару. Юноша удивленно прикоснулся к своей левой щеке, а Отрада самодовольно принялась расхаживать вокруг пленника.

– Я княжна Великого княжества Старгородского. У тебя нет права отказывать мне, как и задавать вопросы. На колени! – Девушка остановилась и указала рукой на пол перед собой. Она взирала свысока на юношу, что был гораздо выше нее. – Тебе придется просить у меня прощения.

Вместо исполнения приказа юноша рассмеялся и принялся осматривать комнату, двигаясь от одного предмета к другому. Иногда он бросал мимолетные взгляды на девушку. Осмотрел тяжелый резной сундук, стол, плавно провел пальцем по краешку серебряной чаши, из которой недавно пила княжна, а затем прикоснулся к своим губам, будто смакуя неповторимый вкус. Зенина залюбовалась на плавные движения юноши, но тут же опомнилась и продолжила ковырять щеколду.

– Как ты смеешь?! – Отрада тяжело задышала от возмущения. – Я приказываю тебе пасть на колени передо мной! Сейчас же!

– А что, если я сделаю по-своему? – юноша вплотную приблизился к княжне. Она попятилась, делая неуверенные шаги. Видать, девушка не привыкла, когда ослушиваются ее приказов. Она отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в тот самый столик, на котором стояла клетка с Зениной. Юноша приблизился вплотную, прижался носом к ее шее, втягивая аромат княжны.

– Не смей так…

Отрада замахнулась для еще одного удара, но юноша успел перехватить тонкую ручку и завел ее за спину девушки, немного задев клетку. Ткань окончательно свалилась. Тоже самое он проделал и со второй рукой княжны.

– Встречал я уже таких девиц, встречал. – Красавец наклонился к ее уху и насмешливо прошептал. – И я знаю, чего тебе хочется. Спорю на полкняжества, что ты никогда меня не забудешь, станешь молить меня прийти к тебе еще.

Зенина снова позабыла про щеколду, короткий клювик приоткрылся от удивления. Все обернулось интересно и интригующе. Княжна сдалась под напором и уже не сопротивлялась. В душе Зенины вдруг стал разрастаться стыд. Подобное не для чужих глаз, принцесса чувствовала себя неуютно. Зенина хотела отвести взгляд, но отчего-то продолжала наблюдать за развернувшейся сценой.

Юноша завел прядь Отрады за раскрасневшееся ухо и, еле касаясь, провел по нему языком. Княжна застонала, пытаясь вырвать свои ручки из крепкой хватки. Юноша не останавливался. Он вдохнул аромат волос, легкими поцелуями спустился к светлой шее княжны, прикусил нежную кожу, оставив едва заметные следы. В этот момент взгляд парня встретился с Зениной. Глаза его были необычными, почти бесцветными, но ни капли не пугали. А лицо вблизи в свете лампы было еще более красивым и завораживающим. Юноша удивленно приподнял брови и даже позабыл на несколько секунд о шее княжны. Он совершенно точно понял, что перед ним не обычная птица!

– Спаси меня! – Зенина запрыгала, забила крылышками и защебетала. Сейчас или никогда. – Спаси! Я принцесса империи Алтин!

Юноша еще секунду смотрел на Зенину, а потом вновь вернулся к шее княжны, будто вмиг потерял интерес. Зенина беспомощно опустилась на дно клетки. На что она только надеялась? Разве может кто-то, кроме ведьмы, понять ее? Неужто ее судьба – навсегда остаться в теле птицы?

Через несколько десятков горячих поцелуев пара переместилась к перине, разрушив башенку из подушек. Зенина была удивлена, когда юноша снял с себя рубаху, оставшись в легких штанах, и прижал собой княжну. На его правой руке будто отпечаталась молния. След выглядел свежим и пугающе огромным. Юноша медленно провел по ноге княжны, чуть задирая подол. Зенина не выдержала и отвернулась. Служанки рассказывали ей, что между мужем и женой в первую брачную ночь должно произойти что-то подобное, но подробностей она не знала. Как бы Зенина не расспрашивала, ответа от них так и не добилась, девки краснели и отмахивались, мол, муж сам всему научит. Но этот юноша и княжна Отрада не были мужем и женой, иначе не встречались бы тайно под покровом ночи!

Крохотный огонек в масляной лампе то и дело дергался, будто боялся упасть в масло и потухнуть.

Зенина хотела бы оказаться в императорском дворце, в своих покоях, слушать пение цикад и любоваться луной, отражающейся в морской глади. Она жалела, что нет рук, чтобы закрыть уши. Вместо цикад ей приходилось слушать стоны княжны. Было похоже на то, будто бы ее мучают или ей больно, но Зенина не решилась посмотреть. Она с грустью уставилась на закрытые ставни, за которыми, должно быть, виднелась луна, и углубилась в размышления. Где-то там ее Али. Может, он уже спешит ей на помощь? Или он уже позабыл о ней?

Решив отвлечься от происходящего и тяжелых мыслей, Зенина вновь занялась щеколдой. Она пыталась раз за разом поддеть ее клювом, но все попытки заканчивались неудачей. Зенина нахохлилась и в отчаянии посмотрела на щеколду. Похоже, удача все-таки отвернулась и не удастся выбраться.

Лампа рядом с клеткой догорала, огонек сделал несколько последних движений и потух. Покои княжны погрузились во тьму, стоны звучали все тише, а затем стихли. Зенина прислушалась. Юноша что-то негромко проговорил, но принцесса не смогла разобрать ни слова.

– Что ж, это было весьма занятно, – уже громче сказал он. Зашелестела ткань. Кажется, юноша одевался. – Возможно, некоторым не пристало это видеть, но без этого у меня ничего не вышло бы.

Отрада ему не отвечала. Со стороны перины доносилось лишь медленное дыхание. Княжна заснула.

– Надеюсь, ты никому об этом не скажешь, особенно Буренке.

Голос вдруг раздался совсем рядом с Зениной. Принцесса вздрогнула, а затем чуть было не упала, когда клетку подняли и развернули. Маленькое сердечко забилось в бешенном ритме. Неужели ей все же удалось докричаться до этого юноши? Необычно светлые глаза будто светились в темноте и Зенина не могла отвести взгляда. Они не мигая смотрели друг на друга в полумраке, словно изучая. Зенина хотела снова попросить о помощи, но юноша опередил ее:

– Что ж, – он с легкостью отодвинул щеколду клетки. – Путь я тебе открыл, а дальше действуй сама.

Юноша поставил клетку на столик и вышел за дверь, оставив удивленную Зенину сидеть на дне клетки. До принцессы донесся легкий запах крови. Неужели он убил княжну? Зенина прислушалась. Нет, жива Отрада. В темноте было слышно ее мерное дыхание.

Зенина посидела некоторое время, а затем в два прыжка оказалась у приоткрытой дверцы. Принцесса неуклюже спрыгнула на столик и осмотрелась. Глаза уже привыкли к темноте. У окна она заметила тонкую полосу света луны. Ставни закрыты не до конца, а значит, есть шанс выбраться из покоев! Зенина приблизилась к краю стола и посмотрела вниз. В ответ на нее взирала непроглядная тьма, даже пола не было видно. Но он точно где-то там. У нее есть крылья, но сколько бы раз она не пробовала взлететь, так ничего и не получилось. Если Зенина упадет с такой высоты, сможет ли остаться невредима?

– Лучше уж попытаться, чем снова попасться ведьме! – решила принцесса и расправила крылья. Нужно лишь оттолкнуться и полететь. Ничего сложного, так ведь? Зенина все вглядывалась в темноту, не решаясь сделать прыжок. За дверью послышались шаги. Неужели ведьма пришла за ней? Сердце быстрее забилось в груди. Дверь со скрипом начала открываться. Сейчас или никогда! Она прыгнула и отчаянно замахала крыльями. Смотрела только на тонкую полосу света луны, проникающего между незакрытыми ставнями. Взмах, еще один и еще. Она летит! Окно приближалось. Зенина радостно махала крыльями, стараясь не обращать внимание на боль. Оставалось совсем немного, лунная дорожка была совсем рядом! Крыло вдруг пронзила боль, принцесса врезалась в стену рядом с окном, упала на пол. В этот момент дверь открылась. Неужели это конец?

Глава 5

Казнь

Ярослава не знала, сколько прошло времени с тех пор, как Дарена увели. Тревога за него, кажется, начала проникать под кожу и сжимать душу вместе с печалью. Казалось бы, с чего ей переживать о незнакомце. К сожалению или к счастью, этот незнакомец оказался единственным, кто поддержал княжну после смерти князя. Монотонно капающая вода раздражала. Говорливый сосед что-то без умолку бубнил себе под нос. Глаза давно привыкли к темноте, девушка начала различать очертания окружающей обстановки. Не четко, но достаточно для того, чтобы ориентироваться в тесной темнице и ненавидеть сложившуюся ситуацию еще больше. В углу лежало сено, но Ярослава не решилась к нему подойти. Чувство, что на нем кто-то когда-то помер, не отпускало. Рядом с ним лежала лопнувшая грязная деревянная миска с объедками. В противоположном углу стояло ведро, от которого дурно пахло испражнениями. Стражники не стремились избавиться от источников зловония, из-за чего смрад по всей темнице стоял тошнотворный. Однако Ярослава с удивлением обнаружила, что через некоторое время запахи стали менее выраженными, хотя все равно вызывали тошноту. Возможно, если закрыть нос тканью и дышать через рот, зловоние и вовсе исчезнет, прикидывала княжна. На каменном полу то тут, то там валялись какие-то объедки, а главным узором были пятна различных форм и размеров. Вот и вся обстановка ее темницы.

Княжна собрала мелкие камушки, которыми бросался Дарен и присела в уголке, подальше от ведра. Ей нужно было все обдумать. Ярослава облокотилась спиной о решетку и принялась перебирать камушки, раскладывать их перед собой. Первый камень – князь. Кому выгодна его смерть? Кто хочет избавиться и от нее самой? Второй – Дарен. Что он задумал? Почему решил сблизиться с ней? Третий камень – Траян. Мерзкий колдун точно является причиной всех бед! Но Ярослава не могла его убить, и каких-то весомых доказательств против него не было. По крайней мере, сейчас. Четвертый – Игорь. Ярослава взвесила камушек в ладони и швырнула его в темноту коридора. Ей было обидно, что наставник так и не пришел ее навестить.

– Эй! Кто швыряется камнями?! – раздался голос соседа из темницы напротив, но княжна даже не обратила внимания. Не до этого ей сейчас было.

Пятый камень – перстень. Ярослава в очередной раз нащупала на груди отцовское украшение. Как ей поступить? Передать Олегу или все-таки Идану, как завещал отец? Почему это бремя пало именно на нее? Ярослава тихонько вздохнула. Мысли неумолимо возвращались то к отцу, то к Дарену. Но если первого уже невозможно было вернуть, то второй все еще был жив. Княжна слишком хорошо знала сестру и не сомневалась в ее намерениях. Почему-то обида все сильнее сжимала сердце.

Ярослава вытряхнула содержимое миски и сложила в нее камушки. Вода все также монотонно капала где-то в коридоре. Сосед напротив что-то бормотал. И больше никаких звуков. Даже крысу давно не слыхать. Быть может, эта тварь выбралась наружу? Ярослава тяжело вздохнула и уткнулась лицом в колени. Гнетущая обстановка словно обволакивала мысли, заставляла их устремляться в пучины тьмы, пресекая всякое желание бороться.

Неожиданно раздался протяжный скрип. Он эхом прокатился по темнице. Дверь отворилась, послышались шаги. Ярослава прильнула к решетке, желая убедиться, что это Дарен. Кто-то продвигался без факела, на ощупь.

– Тьфу ты! – за отвратительным писком, или хрипом, крысы, послышалось ругательство. – Вот и бегай теперь без хвоста, нечего под ноги лезть!

– Дарен? – Ярослава почти вжалась в решетку, вглядываясь в темноту, и тихонько позвала.

– Ага, кто же еще. – Он приблизился к темнице Ярославы и протянул через решетку сверток, размером как две ладони Ярославы. – Бери, Буренка, а то совсем истощаешь.

Княжна, не задумываясь, протянула руки и приняла внезапный подарок. Он оказался увесистым. Ярослава сжала сверток, почувствовав приятный, сладковатый запах, прямо как у младшей княжны, что тянулся за юношей. Больше ничего не сказав, Дарен прошел дальше к своей темнице, зазвенел ключами.

«Все-таки он был у Отрады», – Ярослава стиснула зубы от боли и обиды, расползающейся где-то внутри, позабыв поблагодарить юношу.

Послышался скрип решетки, тихие шаги и вновь звон ключей.

– Почему ты один? – девушка постаралась проглотить крупный ком досады, но голос предательски дрожал. – А как же Елисей? И… Ты запер сам себя?

– О чем ты? Елисей привел меня и посадил в темницу, как и приказала княжна Отрада, – лукаво ответил юноша. Ярослава была уверена, что навий прихвостень ухмыляется.

– Эй, парень, – позвал пленник с соседней темницы. – У тебя ключи от моей решетки есть?

– И даже от двери в темницу, – Дарен позвенел ключами.

– Возьмите меня с собой, когда сбегать будете. Я много чего умею, – принялся канючить пленник.

– Ага, нужен ты нам, – отозвался Дарен.

– Тогда я всем расскажу, что вы задумали, – не унимался незнакомец.

– Дерзай и встретишься с Навью раньше, чем успеешь рот разинуть.

На этот раз Дарен говорил серьезно. Ярослава не слышала в его словах и толики привычного озорства.

– За что ты здесь оказался? – спросила княжна, прерывая перепалку между пленниками. Ей была мало интересна судьба мужика, по его словам, три зимы не видавшего бабы, но хотелось отвлечься от гнетущих мыслей. Ярослава развернула сверток, который дал Дарен. В плотную ткань юноша завернул два крупных яблока, кусок свежего хлеба и даже сочного мяса. Княжна совсем не хотела есть, и даже прекрасный аромат еды не возбуждал аппетит. Но без сил далеко не уйдешь. Об этом всегда говорили дружинники и постоянно напоминал Игорь.

– Торговец я. Просто продавал товары слишком дорого по мнению некоторых толстосумов. Хотя у них деньжищ видимо-невидимо! Могли бы и переплатить!

– За слишком высокие цены не сажают в темницу, – отметила княжна и откусила большой кусок мяса. – Врешь ты.

Мужчина затих, видимо, обдумывая, как лучше ответить.

– Какой прок нам от лжеца? Ты же предашь нас, не моргнув глазом.

– Слышь, девица, – недовольно прошипел пленник, – шибко умная сыскалась? Ты и сама врешь, что княжна. Разве княжну заперли бы вместе с таким лжецом, как я?

– Всякое бывает, – без интереса отозвалась Ярослава и продолжила жевать сочное мясо с хлебом. Не стоит им брать с собой обузу, да еще и такую болтливую. В княжескую темницу не бросают за слишком высокие цены. Возможно, он кого-то убил, а может, и не одного. К тому же Ярослава все еще не знала, как Дарен планирует осуществить их побег. Но учитывая, что он раздобыл ключи, будет это под покровом ночи.

– Парень, ты хоть послушай! – голос пленника снова стал ласковым. – От меня точно будет прок! Когда вы соберетесь бежать, я не подниму тревогу, а, наоборот, подсоблю. У меня есть план, послушай! Можно будет сделать заранее свертки из сена и тканей, вон там, по углам. Стражники подумают, что мы просто спим, это отвлечет их. И можно будет засунуть что-нибудь в замки, чтобы они не сразу их открыли, если что-то заподозрят. И… Эй, вы вообще меня слушаете? Я могу быть очень полезен!

Послышался тяжелый недовольный вздох со стороны темницы Дарена.

– Так и быть, но будешь держаться подле меня. Помяни мое слово, если решишь предать и сбежать – помрешь в муках.

Ярослава не стала спорить с решением Дарена. Все же у него ключи и, видимо, заготовлен какой-то план. Княжна долго жевала свой завтрак, а может быть, и ужин. Девушка старалась не думать о том, что навий прихвостень делал в покоях Отрады, но мысли то и дело возвращались к этому. Это терзало Ярославу. В какой-то момент раздумья о Дарене и Отраде даже вытеснили собой переживания о смерти князя и о том, что княжна находится в темнице. Ярослава не выдержала повисшей тишины и тихонько позвала:

– Дарен.

Ответа не последовало.

– Дарен!

– Чего тебе? – отозвался недовольный голос, в котором не было ни намека на сон.

– Зачем тебя звала Отрада?

– Да так, побеседовали с ней, пирогов поели.

– Я знаю, что ты врешь!

– Слушай, отстань, Буренка, я занят.

Ярослава стиснула зубы. Юноша уходил от ответа и даже не пытался скрыть этого.

– И чем же ты занят, сидя в грязной темнице, а? И я знаю, что ты врешь.

– В отличие от тебя, Буренка, я думаю о том, как нам выбраться. Советую тебе заняться тем же. Все, отстань от меня, отвлекаешь.

– Вот доберусь до тебя и наподдам как следует! И Ярослава меня зовут.

– Жду не дождусь, Буренка. Выберись только сначала, – Дарен бросил это, но все же отодвинулся от решетки вглубь темницы.

Ярослава еще несколько раз попыталась выведать у юноши хоть что-то, но ответов на вопросы не дождалась. Княжна раздосадовано уткнулась лбом в колени, оставшись один на один со своими мыслями. Пытаясь сдержать слезы, она теребила кольцо на шее и кусала губу, пока на почувствовала вкус крови во рту. За последние несколько дней ее жизнь полностью переменилась. Она не знала, что будет завтра, не знала, как долго ей придется сидеть в грязной сырой темнице рядом с ворами, убийцами. Теперь встреча с мертвецами на болоте или даже с мамуной казалась ей каким-то далеким приятным воспоминанием. Тогда Ярослава, по крайней мере, сама могла решать, как ей поступать и что делать.

Княжна не заметила, как провалилась в тяжелый сон. Ей виделись мертвяки с вытекающей черной жижей из ртов. Они то и дело пытались впиться зубами ей в шею, а она из последних сил удерживала их руками. Мертвяков становилось все больше, они толкались, все теснее прижимались к ее телу. Ярослава очнулась в холодном поту, глядя в темноту невидящим взором. Сон все не отпускал. Она ощущала, что ее продолжают толкать то в бок, то в ноги. Вокруг происходил какой-то хаос. Окончательно очнулась Ярослава, когда что-то мокрое и мерзко пахнущее коснулось ее щеки.

– А-а-а-а! – Княжне потребовалось лишь несколько мгновений, чтобы осознать всю картину. Вокруг ее тела столпились не одна и даже не две крысы. Мертвые крысы! Ярослава не могла сказать точно, сколько их. Они шныряли туда-сюда по всей темнице, разнося с собой грязь, кусочки разлагающейся плоти и тошнотворный запах. Ярослава вскочила и схватилась за ржавые прутья, пытаясь взобраться на решетку.

– Ты чего опять голо… – сонный голос Дарена оборвался.

– Дарен, Дарен! Я же не сплю? Откуда они все взялись?! Фу, убирайтесь! – Княжна пнула нескольких крыс, но их не стало меньше. Земля под ее ногами будто пришла в движение, шевелилась и пищала. Княжна перебежала в другой угол темницы, где, как ей казалось, крыс было меньше.

– Нет, не спишь. И другим спать не даешь, – отозвался Дарен уже бодрее.

– Да как тут спать можно?!

– Теперь я и правда поверил, что ты из княжеской семьи. Изнежилась в своих хоромах. – Пленник как обычно влез в чужой разговор. – Крысы жирные бегают, с мяском. Их можно съесть.

– Есть… Мертвечину? – Ярослава с трудом подавила приступ тошноты. Она всякое в своей жизни видела, но подобную картину даже представлять не хотела.

– Говорят, что слугой Нави станешь, если мертвечину съешь, – предостерег Дарен. – Буренка, надо подумать, когда стоит выбраться отсюда.

– Ярослава я! – взорвалась княжна. – Я. Р. О. С. Л. А. В. А! Запомни уже мое имя!

Княжна принялась с усилием пинать крыс в сторону темницы Дарена, прикрывая нос рукой от омерзительного запаха. Некоторые тушки с отвратным хлюпаньем разбивались о ее сапоги, ошметки их тел разлетались в разные стороны. Хоть так она сможет достать раздражающего навьего прихвостня, который весело провел время с Отрадой.

Неожиданно протяжный скрежет засова темницы, топот тяжелых башмаков и огни факелов прервали хаос, что творился вокруг княжны. Несколько человек быстро приближались к темницам Ярославы и Дарена. Крысы стремительно разбежались от света, оставляя за собой следы из крови и плоти. Стражники не обратили на крыс и толики внимания.

– Ты, – один из стражников, чье имя Ярослава не помнила, но чье лицо казалось знакомым, зазвенел ключами и отворил темницу княжны, – идешь с нами. Малейшее сопротивление, и мы лишим тебя ноги.

Планы побега рухнули в тот же миг.

– Погодите, что происходит? – Ярослава попятилась. Конечно, стражники были не такими крупными, как княжна, но во всеоружии.

– Молчать! Свяжите ее!

Один из стражников ударил Ярославу под колено древком копья, второй грубо схватил девушку за руки, вытянул их вперед и быстро обмотал толстой веревкой. Так же быстро он убрал руки от княжны, будто от прокаженной.

– Следуй за нами.

Веревку дернули. Запястья отозвались болью от врезавшейся в них веревки, заставляя княжну подчиниться и встать. Пока никто не видел, Ярослава спрятала выпавший перстень обратно под рубаху и с мольбой уставилась на Дарена. Тот немигающим взглядом смотрел на спину командующего стражника. Юноша о чем-то очень глубоко задумался, не обратив никакого внимания на княжну. Ярославу это задело. Отчего-то внутри разрасталось чувство, что ее предали. Снова.

Ярослава едва успевала смотреть по сторонам. Ее вели очень быстро, будто они куда-то опаздывали. Тяжелая дверь темницы заскрипела и яркие солнечные лучи пронзили темноту. Княжну выволокли под яркое солнце. Стоял полдень. Глаза больно обожгло, а в нос ударил свежий воздух. Голова закружилась от внезапных изменений, но Ярославе даже не дали прийти в себя. В бок ткнули острием копья, подгоняя пленницу. Она почувствовала, как к выступившей крови начала прилипать одежда.

На свежем воздухе оказалось прохладнее, чем в затхлой темнице. Осень пришла в этом году раньше. Зубы у княжны застучали то ли от холода, то ли от невесть откуда взявшегося страха, руки дрожали, ноги подкашивались. Ярослава споткнулась, точно носильщик под непосильным грузом, но смогла удержаться на ногах. Запястья снова пронзила боль.

«Меня вывели из темницы, – начала размышлять Ярослава, пытаясь унять дрожь и хаос даже в мыслях, – и мое чутье подсказывает, что я туда уже скорее всего не вернусь. Сбежать… Сбежать уже не получится. Или же получится? Рвануть прямо сейчас?»

Ярослава подняла голову, щурясь от яркого света. Небо было голубое, редкие облака медленно безмятежно плыли. Теплые солнечные лучи ласкали кожу. Несмотря на ветер и прохладу, погода действительно была прекрасная. Прекрасная для прогулки в цветущем поле, но не под надзором тюремщиков.

Ярославу провели по одной улочке, другой, третьей, пока не вывели на главную улицу. Гомон толпы, запахи торговых лавок ударили в уши и нос. Ей стало не по себе. Люди с любопытством и недовольством взирали на пленницу. Многочисленные взгляды пронзали ее тело. Ярослава обернулась и увидела, что толпа двинулась за ними. Кто-то плакал, кто-то что-то бурно обсуждал, но одно оставалось неизменным, презрение и осуждение впились в Ярославу, окутали ее, словно воды глубокого и склизкого болота.

Княжне хотелось уменьшиться до размеров птицы, вспорхнуть в ясное небо, улететь как можно дальше от столь знакомых улиц, которые теперь казались вражеским логовом. Ярослава не сразу поняла, почему на нее так смотрят, за что в нее бросаются проклятиями.

– Убийца! Неблагодарная тварь, убившая нашего князя-батюшку! – крикнул кто-то.

Толпа, точно воронье над жертвой, подхватила.

– Казнить ее!

– Казнить!

– Отрубить голову!

– Ай! – Из толпы вылетел камень и угодил в ухо княжне. Ярослава закусила губу, чтобы не расплакаться от боли и обиды. Девушка не убивала князя. Любила, ведь он стал для нее отцом. А ради княжества готова была пойти воевать вместе с братом. Но все думают иначе. Кто-то уже распространил ужасный слух, который не смоет с репутации Ярославы даже самый стремительный поток реки.

«О, нет-нет-нет! Что мне делать?!»

Непрошенные слезы обиды и страха покатились по щекам. Их становилось все больше с каждым шагом, с каждым новым камнем, прилетающим в ее тело. Слезы застилали глаза. Княжна всхлипывала на потеху другим.

«Ярослава, хватит плакать, – пыталась сама себя утешить княжна, – ты воин, а воины не плачут!»

Это были слова Игоря, которые он постоянно повторял княжне. Мысль о наставнике, который ничего не сделал, чтобы помочь, пронзила Ярославу как копье. Это стало последней каплей. Девушка горько разрыдалась, больше не сдерживая эмоции.

– А ну, прекратите! Из-за ваших действий и мы страдаем! – крикнул главный стражник и в назидание другим ударил древком копья одного из зевак с камнем.

Ярослава перевела наполненный слезами взор поверх голов, презрительных взглядов горожан. Княжна проморгалась, надеясь сбросить пелену слез. Ярославу бросило в холодный пот, когда она осознала, куда ее вели. Главная площадь. Самое счастливое и в то же время самое мрачное и кровавое место города. Место праздников и казней, венчания и прощания. Ее вели туда, где еще совсем недавно Ярослава вместе с князем и Отрадой поздравляли народ с хорошим урожаем и благодарили богов.

Настроение горожан предвещало точно не празднество.

Еще не дойдя до площади, Ярослава увидела то, что пожелала бы никогда не видеть. В самом центре главной площади возвышался сруб. Толстые бревна были аккуратно сложены в своеобразное ложе. На нем лежал князь. Такой же красивый, прекрасно одетый, как и всегда. Такой родной. Казалось, будто он просто спит.

Сердце пропустило удар. Ярослава, как завороженная, неотрывно смотрела на отца. Она все еще не могла поверить в то, что князь умер. Наваждение спало, когда ее грубо толкнули, вынуждая пасть на колени.

Ярославу вытолкали на площадь. Она почувствовала, как надежда растаяла окончательно и холодными каплями пробежала вниз по спине. Княжне не нужно было объяснять, зачем ее сюда привели. Князь мертв, она связана, перед срубом стоит пень с воткнутым в него топором, а за ним палач.

Всегда был суд. Каким бы ни был проступок, князь всегда проводил суд, где осужденный мог оправдать себя. Или сильнее зарыть в обвинениях. В этот раз тоже должны были следовать традиции.

Должны были… Эта мысль в голове отдалась блуждающим эхом.

Княжна перевела взгляд на навес, стоящий чуть в стороне. Она надеялась увидеть Игоря, советников.

Любого, кто был бы на ее стороне. Любого, кто мог бы ей помочь.

Но ни советников, ни Игоря там не было. Приговор уже был вынесен. Под небольшим навесом в окружении дружинников стояли лишь Отрада и заморская девица. Младшая княжна рыдала в объятиях новоиспеченной подруги, а слуги вокруг суетились, вытирали ей слезы. Отрада рыдала по отцу и до Ярославы ей не было никакого дела.

Палач, тот самый, кого в народе прозвали «мясником», еще недавно выполнял приказы лежащего позади него князя, кажется, не был взволнован тем, что собирался убить княжну. Завидя ее, он принялся разминать руки для удара.

От взгляда на топор резкая мнимая боль сковала шею. Ярослава с трудом сглотнула подкативший к горлу ком.

– Я не виновна, – слабый шепот даже не был похож на внятные слова. Скорее на выдох, который приобрел очертания слов.

– Пошла! – тщетную попытку протестовать быстро пресекли, грубо толкнув в спину.

– Вот она! Вот! Выходит! Наконец-то! – завопила толпа.

Ярославу подвели к пню перед срубом и заставили встать перед ним на колени. Рядом стоял палач, его лицо скрывал черный капюшон. Крупный мужчина с легкостью вынул торчащий из пня огромный топор. Запачканное засохшей кровью лезвие не сверкнуло в солнечных лучах.

Ярослава потеряла ощущение собственного тела. Мысли испарились. Единственное, что осталось, это пень, палач с топором и отец перед ее взором, от которого она не могла отвести взгляда. Княжна не могла поверить, что больше никогда не услышит голоса князя, не почувствует его объятий. Она забыла о толпе, которая хором кричала «Казнить!». Она забыла о Дарене, Отраде, Игоре. Сейчас в ее мире остались только она, палач и мертвый отец. В голове воцарилась тишина, какой еще не случалось.

Безмолвно поникнув у пня, Ярослава прикрыла глаза. Под веками извивалась страшная картина. Княжна на мгновение представила, как ее голова слетает с плеч, а следом за ней падает дорогое украшение. Завещание отца смешается с кровью и грязью, а затем его водрузят на палец мерзкого палача или же, еще хуже, Траяна, который всегда был жаден до денег и власти. Скажи ей кто месяц назад, что она будет казнена за убийство князя, Ярослава рассмеялась бы. Вообще многое теперь казалось смешным и глупым.

Прошла, как казалось, вечность, прежде чем Ярослава заметила перед собой ноги в потертой обуви из заморской темной ткани и такой же плащ. Кто-то будто на мгновение навис над ней, оценивая, а затем направился к толпе шаркающими шагами. Не стоило даже прилагать усилий и поднимать голову, чтобы взглянуть на лицо. Это мог быть только один человек.

– П-прошу тишины! – разнесся голос Траяна над площадью. Ярослава невидящим взором повернулась на звук. Вероятно, колдун усилил свой голос каким-то заклинанием. Толпа притихла. – Княжна Ярослава, принятая в к-княжескую семью, совершила с-страшное злодеяние. Она отравила нашего князя-батюшку, как з-змея, которую он п-пригрел на своей груди! Единогласным решением совета с-сегодня был вынесен п-приговор – лишить княжну Ярославу всех титулов и п-привилегий и незамедлительно к-казнить!

Толпа снова загудела.

Значит, суд все-таки состоялся, но без нее.

Ярослава перевела взгляд на палача, что возвышался перед ней как скала, затем на топор, который он перекладывал из руки в руку, будто примеряясь. Тело забила дрожь, да такая, что зуб на зуб не попадал. Все еще хотелось верить, что это лишь сон. Сейчас Ярослава очнется в своих покоях или где-нибудь на лугу недалеко от города, придет во дворец, обнимет отца, по обыденности поругается с Отрадой, а затем пойдет на поиски Игоря, чтобы просить о тренировке. Или же возьмет Бурана из стойла и понесется по полю, да так, что ветер слезы из глаз будет выбивать. Все это лишь сон. Просто сон. Зажмурившись, Ярослава мечтала лишь об этом.

– Казнить убийцу!

– Поделом ей!

– Снести ей голову!

Толпа не унималась.

– Я не виновата… – губы Ярославы дрогнули.

Она словно шагнула в другой мир. Какая-то ее часть вопила, что нужно бежать, что есть силы, спасаться без оглядки, прорываться. Другая же часть предлагала смириться и поскорее покончить с этим. Мысли беспорядочно вертелись в голове, сменяя одна другую, и не задерживаясь ни на мгновение. Дышать стало почти невозможно. Ярослава никогда сильно не задумывалась о том, что чувствуют люди перед смертью. И, будь оно все проклято, лучше бы никогда не знала.

Какие-то мгновения между оглашением приговора и его исполнением будто замедлились. В окружающем шуме Ярослава уже не отличала возгласов жалости от возгласов злорадства, слов – от плача и криков. Все слилось в общий гул, от которого голова болела и разрывалась. Палач двигался словно нарочито медленно. Он вновь перехватил топор поудобнее в правой руке, не спеша, встал сбоку. Стражники подтолкнули девушку в спину, вынуждая лечь грудью на пень. Он оказался прохладным и шершавым. Ярославе было все равно, что пень был запачкан темной засохшей кровью, что на нем неудобно. Перстень больно впился в грудь. Казалось, что даже место казни в виде деревяшки начало трястись вместе с Ярославой. Девушка окинула взглядом толпу, надеясь увидеть хоть кого-то, кто будет против казни. Но встретила лишь десятки перекошенных злобой лиц, из которых лицо Отрады было самым гневным.

Неужто все так закончится?

Люди кричали, требовали ее смерти, слепо доверившись слухам, скорее всего, распущенным мерзким колдуном. Почему ей не дали шанса высказаться? Траян все ловко спланировал, решил избавиться от князя и нее одним махом.

– К сожалению, – вновь заговорил Траян, да так уверенно, будто вовсе не его голос звучал, – наш князь почил. Но эта девка будет казнена, чтобы никто другой из княжеской семьи больше не пострадал! Привести казнь в исполнение!

Ярославу словно оглушили. Толпа кричала. Лезвие топора медленно поднималось вверх. Бывшая княжна зажмурилась, боясь посмотреть смерти в лицо, однако слезы так и хлынули наружу.

Это конец.

Она задыхалась, задыхалась от собственного биения сердца и эмоций. Ярослава не хотела вот так умирать, но не могла ничего сделать. Совершенно ничего! Она никогда не задумывалась о том, насколько сильно хочет жить. И сейчас она понимала, что это желание было слишком сильным. До отчаяния сильным и разрывающим.

– Это не я… Я не… Я НЕ УБИВАЛА КНЯЗЯ! – закричала Ярослава.

Но палач уже занес топор.

Глава 6

Мавка

Хмурые облака лениво ползли по небу. Казалось, вот-вот пойдет дождь, превратит и без того непроходимые тропы в грязевое месиво. Но шел уже четвертый день ненастной погоды, а ни одной капли так и не сорвалось. Осень нагрянула быстро, начав наряжать природу в желтые, рыжие, красные, коричневые тона. Однако не было ощущения действительно золотой поры. Все цвета как будто побледнели, выцвели, пожухли.

Ветер пробирал до костей. Даже конь иногда подрагивал и фыркал.

– Ты нам очень помог, добрый молодец!

Женщина, чье лицо, шея, руки были покрыты глубокими морщинами, а волосы посеребрило время, никак не хотела отпускать своего спасителя. А ведь стоило всего лишь помочь донести ведра от реки. Она вцепилась в плащ незнакомца, хотя тот уже оседлал коня. Женщина то и дело пыталась заглянуть под глубокий капюшон, надеясь рассмотреть лицо.

В какой-то момент ей даже удалось мельком увидеть его. Несмотря на крупное телосложение, лицо путника было чистым, без щетины, как у совсем молодого юноши. Глаза яркого зеленого цвета, как сочная весенняя трава, густые рыжие брови и такая же прядь вьющихся волос, выбившаяся из-под капюшона.

– У меня дочь, самая младшенькая, Василисой звать, в подходящем возрасте, чтобы понести дитятко. Она у меня красавица! Светлые волосы, голубые глаза. А как она вышивает! Просто загляденье! Хотела бы я, чтобы у нее появился такой же сильный и красивый муженек. Стал бы опорой моей Васе. Отдохни у нас, а завтра двинешься в путь-дорогу. Но лучше у нас оставайся насовсем. Обогреем, накормим, свадебку сыграем.

Путник лишь покачал головой. Женщина всплеснула руками, наконец, выпустив плащ.

– Да что ж это такое! Какой настырный. Ну хоть ужин с собой прихвати, доченька как раз должна была его приготовить.

На радость женщине путник кивнул, посильнее натянул капюшон на лицо и отвернулся. Она убежала в ближайший аккуратно сложенный домик и вскоре возвратилась с юной девицей. Женщина почти тащила ее за руку. Девушка упиралась, бросала недовольные взгляды то на мать, то на путника. Видимо, женщина не первый раз пытается сосватать дочь с проезжающими через деревню мужчинами.

– Погляди, как хороша Василиса! Моя доченька первая красавица на деревне!

Девушка хмыкнула, откинула за спину длинную светлую косу, сложила руки на груди и горделиво задрала подбородок. Видать, надоело ей слышать одно и тоже от матери.

– Времена нынче неспокойные… Слыхала, что в деревню Заречную мор пришел. Мол, мертвяки там теперь обосновались. Нужен моей Васюшке защитник. Неужто она тебе не по нраву?

Василиса принялась переступать с ноги на ногу. Пышная грудь заманчиво покачивалась при каждом движении. Девушка неуверенно посмотрела на путника, а завидев, пусть и мельком, яркие зеленые глаза, зарумянилась. Все еще с горделивым лицом, но раскрасневшаяся, она принялась теребить ленту на конце. Красива девка. Странно, что никто до сих пор на ней не женился. Видать, нрав тяжелый.

Женщина подтолкнула свою дочь, та взяла сверток, встала на мыски и протянула его незнакомцу. Путник наклонился и принял подношение, пряча лицо. Василиса, будто случайно зацепила плащ и легонько потянула на себя. Незнакомец тут же одернул одеяние да посильнее натянул. В благодарность за ужин кивнул, убрал сверток в пыльную седельную сумку, дернул поводья и молча двинулся по дороге.

– Дурная ты девка, Вася! Чего ты молчала, как будто язык проглотила?! Мы так тебе никогда мужа не сыщем! Будешь в девках ходить!

– Я тебя не просила мне мужа подыскивать! Сама как-нибудь разберусь! Замучала ты меня уже!

– Неблагодарная! Пара зим, и ты станешь никому не нужной!

Путник не стал слушать перепалку между женщинами. Это был уже не первый раз, когда его пытались сосватать за последние несколько дней.

Путник двинулся прочь. Вскоре их голоса и вовсе стихли, вновь стали слышны лишь топот копыт, да шорох седельных сумок и меча, скрытых под плотной тканью плаща. Рукоять клинка неприятно давила в живот. Но путник уже привык к этому. Он покинул очередную деревню, название которой даже не запомнил, и двинулся дальше на северо-восток.

Прошло две седмицы со смерти князя. Весть о его кончине разошлась по ближайшим городам и деревням также быстро, как и мор. В смерти князя обвиняли старшую княжну Ярославу. Народ качал головой и негодовал, как это могло произойти. Кто-то утверждал, что княжна невиновна, ее оклеветали, но большинство сошлись на мнении, что Ярослава стала навьим прихвостнем. А как иначе объяснить нашествие гниющих крыс, восстание из мертвых князя и мор, который медленно начал поглощать княжество? Только ведьма могла такое сделать, никак иначе. И народ стал бояться, ведь виновница происшествия смогла сбежать. Подстроила все это, чтобы спасти свою шкуру и потом отомстить. На улицах стало меньше людей, путники и торговцы тоже стали реже появляться на дороге. Всех путниц стали опасаться. Однако так было только в ближайших землях к столице. В седмице же пути от нее слухам верили уже меньше, а люди все еще были приветливыми.

Деревня осталась далеко позади. Путник остановился на развилке. Хорошо утоптанная дорога уходила резко вправо и терялась за горизонтом. Судя по всему, тракт вел в какой-то большой город на востоке. Другая, менее заметная дорога вела в сторону леса. В ее центре стоял грубо выточенный из сруба дерева идол. Фигура была невысокой, едва достигала колена. По грубым линиям путник все же узнал Дажьбога, но не понял, кто и зачем его установил в этом месте. Неужто кто-то захотел сделать это место плодородным? Путник дернул поводья и повел коня прямо, обойдя странного идола. Его путь лежал на северо-восток, к самой границе княжества. Прочь от мора, страданий и боли. Возможно, там было решение всех проблем. Путник решил для себя не сворачивать с выбранного пути, хотя еле заметная, покрытая жухлой травой тропа упиралась в лес.

Сперва лес казался обычным. Птицы весело щебетали, порхали между кронами деревьев. Рыжая белочка испугалась коня и взметнулась по стволу, где путник заметил небольшое дупло. Пушистый рыжий хвост мелькнул в нем и исчез. «Ку-ку, ку-ку», – эхом разносилось вокруг. Но путник старался не обращать внимание на назойливую птицу. Ему совсем не хотелось знать, сколько осталось топтать землю.

Чем дальше путник углублялся в лес, тем сильнее сгущалась вокруг темнота. Приходилось вытягивать шею, чтобы рассмотреть еле заметную тропу. В народе поговаривают, если свернуть с тропинки в чаще – сгинешь. Вскоре стало совсем темно, будто ночь стремительно опустилась на лес, хотя солнце вот-вот должно было коснуться зенита. Конь взволнованно зафыркал. Путник спустился и повел его под уздцы, все еще придерживаясь еле заметной утоптанной тропы. Приходилось ступать медленно, вглядываясь под ноги. Путник не сразу заметил, что в лесу вдруг стало слишком тихо. Больше не слышался щебет птиц. Не мелькали животные. Слишком тихо и темно. Кажись, сошел-таки с тропы и угодил в чью-то ворожбу.

Путник остановился, нащупал под плащом рукоять меча и сжал ее. Откуда на этот раз нападет тварь? И кто это будет? Путник перестал вести счет убитым навьим созданиям, слишком много их встречалось ему на пути за последние седмицы. Каждый раз сражаться с ними у него выходило все лучше. Он даже начал отмечать особенности борьбы с той или иной нечистью. Одних обжигали некоторые виды трав, другие терпеть не могли воду, третьи – солнечный свет, но абсолютно всех можно было одолеть серебряным мечом. Обычный клинок не годился. Путник даже выкупил у кузнеца в одной деревне простой железные меч, желая проверить свою догадку, и чуть было не отдал душу Нави, отбиваясь им от упырей. Лишь серебряный клинок позволял умертвить тварь раз и навсегда. Трупы же путник всегда сжигал. Чтоб наверняка больше не встали.

В накрывшей лес, как полотно, тишине, раздался звук. Эхо его напоминало тихий женский голос.

– Надеюсь, почудилось, – тихо проговорил путник, но крепче сжал рукоять меча, готовый в любой момент обнажить его.

– Помоги… – раздалось неподалеку. Голос был слабый, едва различимый, но все же реальный.

– Жаль, не почудилось. – Путник сразу понял, что это ловушка какой-то навьей твари, но, чтобы ее выманить, нужно было подыграть. Он привязал к суку поводья, чтобы не искать потом по лесу коня, если вдруг его что испугает, и двинулся на звук.

– Помоги мне… – на этот раз голос был громче и отчетливее, значит путник двигался в верном направлении.

– Где ты? Как я могу тебе помочь? – путник старался спрятать дрожь в голосе, не показывать страх. Несколько недель назад он бы непременно ушел прочь, не оглядываясь. Сейчас же дороги назад не было. Больше нельзя быть столь легкомысленным. Если не избавиться от твари, то она заберет не одну невинную жизнь.

– Помоги мне… Так холодно…

Из-за деревьев показалось тусклое голубое свечение. Путник остановился всего на миг, а затем снова пошел вперед. Сердце бешено колотилось в груди. Он с трудом сглотнул подступивший к горлу ком и решительно вышел из-за деревьев. Посреди леса оказалось небольшое чистое озеро. По его глади стелился едва заметный туман. Множество светлячков летали то здесь, то там. Но самым необычным оказалось голубое свечение, исходящие из его глубины.

– Так холодно… – слабый голос отвлек путника от созерцания красивого вида. Страх, на мгновение отступивший, вновь вернулся вместе с осознанием происходящего. Все это чья-то ворожба. Он осмотрелся и заметил совсем еще юную девушку. Она была наполовину погружена в воду, ее руки привязаны над головой к ветви дерева. Кожа девушки была бледна. Мокрые спутанные светлые волосы необычно короткие, едва достигали плечей. С них срывались капли воды и медленно стекали по обнаженной груди.

Во многих деревнях было распространено такое явление. Некоторые семьи, не в силах прокормить детей, отводили их в лес и оставляли на съедение животным. Особо прытких привязывали, чтобы не смогли воротиться домой. Видать, и юную девицу не обошла эта участь. Путник с трудом сдерживал гнев. Он ненавидел таких людей, которые с легкостью обрекали других на смерть, но ближе подходить к девице пока не решался.

– Помоги… пожалуйста, – простонала она.

Это точно был не упырь и не мертвяк, хотя кожа также бледна. И точно не мамуна или ведьма. В воде рождалось крайне мало тварей. И сейчас на ум приходила только одна из них. Уж лучше бы эта девица была мертвяком. Его проще убить, и путник делал это десятки раз.

– Ты как здесь оказалась? – медленно, готовый в любой момент отпрянуть путник осторожно приблизился и присел рядом с девушкой. Нужно было проверить догадку. Голос его был мягким, но достаточно высоким и не совсем естественным.

Девушка не ответила. Ее дыхание разносилось медленно, тяжелым тихим хрипом, словно она боролась за каждый вздох. Путник обнажил меч и перерезал веревки. Девушка тут же ушла с головой под воду. Пришлось окунуть руки по самые локти, чтобы вытащить ее. Путник положил ее на землю и замер, рассматривая грудь. Кожа казалась почти прозрачной, а под ней, между ребер виднелось сердце. Оно не билось. Подозрения подтвердились. Все-таки девушка уже обратилась в мавку. Путник с силой сжал рукоять меча, да так, что костяшки побелели.

– Не притрагивайся ко мне! – вдруг завопила девица и отползла к дереву, будто бы не она только что была привязана к дереву, борясь за каждый вздох. Кожу на ее ногах раздуло от воды, вены взбухли, а цвет мог бы слиться с хмурым небом. Конечности плохо слушались новоиспеченную мавку. Но ее, кажется, больше волновала оголенная грудь. Девушка неловко прикрыла ее руками, а затем разошлась кашлем, отхаркивая воду.

– Как ты здесь очутилась? – спросил путник и убрал меч в ножны.

Девица вытерла рот и недоверчиво взглянула на путника. Раздумья ее не были долгими. Она тихо ответила:

– Мы с подружкой пошли в лес по грибы, да так и не встретили ни одного грибочка. Она все выспрашивала, нет ли у меня возлюбленного. Да откуда у меня он взялся бы? Все хвостом бегают за ней! Я на фоне своей подруженьки замухрышкой кажусь. – Говорила она медленно, с надрывом, но уже не так тихо.

– К дереву тебя она привязала?

– Не знаю, – девица повернулась бочком к путнику, пряча грудь. – Вася закричала, будто бы саму смерть увидела, и куда-то бросилась бежать, а потом я почувствовала боль в голове. Очнулась уже привязанная к ветви. Долго звала на помощь, пока ты не явился.

– Вася… Василиса, значит? Да?

– Василиса, Василиса. Которая помладше будет. – Мавка схватила подвернувшуюся под руки ветку и швырнула ее в воду. – Мерзавка, бросила меня тут на произвол судьбы, а сама убежала.

Путник нахмурил брови:

– Помладше?

– У нас две Василисы на деревне. Старшей мать все муженька найти не может, а младшая – дочь мельника, вот с ней мы были. Волосы у нее еще темные-темные, видать, в роду кровь чужая примешалась когда-то.

Путник призадумался. Казалось, будто бы какое-то проклятие преследует. Что ни человек, так у него проблемы с нечистью. Прошло две седмицы, а на руках путника уже была кровь далеко не одной навьей твари. И вот перед ним еще одна, но еще не потерявшая человечности. Уж лучше бы был ничего не соображающий упырь. Их не так совестно убивать.

Другой проблемой было то, что по поверьям и рассказам обратиться в мавку могли только весной, как водоемы оттают. Сейчас же пробиралась под одежду не приятной моросью промозглая осень. Возможно, влияние возникшего мора было гораздо сильнее, чем можно было предположить. С другой стороны, путник ранее не встречал мавок, а поверья и россказни чаще всего отражают истину лишь на часть.

– Я… я хочу домой, – произнесла девушка дрожащим голосом и заплакала. Она попыталась встать, но разбухшие ноги совсем не двигались. От бессилия она всхлипывала пуще прежнего. Ноги уже слиплись между собой, а значит, обращение шло полным ходом. Еще день или два и на их месте появится самый настоящий рыбий хвост, если верить историям. Сквозь слезы молодая мавка бросала умоляющие взгляды на путника.

Послышался тяжелых вздох:

– Домой тебе уже не попасть.

– Прошу! Прошу, донеси меня! – взмолилась девица. – Хочу матушку с отцом повидать. И мерзавке Василисе все высказать!

– Не могу. Тебе там больше не место.

– Тогда останься со мной! Ты же останешься, верно? Я не смогу без тебя… – взмолилась девица и подняла на путника полные слез глаза.

Путник лишь покачал головой.

– Оставайся, – требовательно произнесла мавка. – Оставайся!

Последнее слово она прорычала. Глаза мавки широко распахнулись, глазницы налились чернотой, напоминая бездонную дыру, вены на лице взбухли и расползлись паутиной по телу. Девица с небывалой силой на одних руках стремительно подползла к путнику и дернула за плащ, да так сильно, что стянула его.

– Дак ты девица! – новорожденная мавка была столь удивлена, что отпрянула назад. И вовремя. Серебряный клинок, который рыжеволосая скрывала под плащом, просвистел совсем рядом с шеей мавки. Крупная девица, что могла сравниться телосложением с богатырями, прерывисто дышала, будто подавляя в себе внезапные эмоции, сжимала до побеления костяшек рукоять. Ее вьющиеся рыжие волосы еле достигали подбородка. Мавка с удивлением разглядывала красивый кожаный доспех, сильно утягивающий довольно пышную грудь незнакомки. Удивление быстро сменилось страхом. Чернота исчезла и вновь показались мутные серые глаза.

– Ох, прости… Я не знаю, что на меня нашло. Прошу тебя, прости! – мавка зарыдала, руками подтягивая непослушные ноги к себе.

– Не переживай. Я… Я помогу тебе. – Рыжеволосая убрала меч в ножны, отряхнула и накинула плащ, не сводя глаз с мавки. Та также не упускала из вида ни одного движения гостьи, продолжая вытирать слезы. Обе опасались друг друга, но не знали, как поступить дальше.

– Ты же из деревни у леса? – спросила девушка, глядя на навью тварь со своего немалого роста.

Мавка кивнула и всхлипнула. Слезы текли из ее глаз, но она изо всех сил старалась даже не моргать, наблюдая за руками рыжеволосой.

– Зачем ты подходишь? – вдруг взвизгнула мавка, когда расстояния между ней и незнакомкой стало достаточным, чтобы блестящее лезвие распороло горло.

– Мой конь стоит неподалеку. Я хотела поднять тебя и донести до него. На коне будет легче добраться до деревни.

– Врешь же! – недоверчиво шмыгнула носом мавка.

– Нет, – рыжеволосая подняла руки вверх, демонстрируя свои намерения. Она сделала аккуратный шаг к мавке. Затем еще один. И еще, пока не приблизилась почти вплотную. – Сейчас я возьму тебя под руки и помогу встать. Попробуешь устоять на ногах, хорошо?

Мавка недоверчиво взирала на путницу, но все же кивнула. Рыжеволосая не соврала. Она осторожно взяла мавку под руки и помогла ей подняться. Ростом мавка не доходила и до груди спасительницы. Мертвая девушка еле удерживала равновесие. Ступни уже потеряли свою форму, расплющились, выглядели уродливо. Мавка закусила губу и отвела взгляд, стесняясь собственного тела.

– Больно… Больно стоять.

– Не переживай, я тебя донесу.

И тут девушка не соврала. Она аккуратно подняла мавку на руки. Та казалась совсем легкой, как пушинка.

– Мой конь находится вон там, – она кивнула в сторону зарослей. – Идти не далеко.

Мавка хотела обвить руками шею спасительницы, чтобы крепче держаться, но та оказалась слишком высоко, поэтому она просто прижала их к своей груди, будто замерзла. Рыжеволосая девушка шла аккуратно в указанную сторону. Иногда успокаивала словами и предупреждала о следующих своих действиях. Вскоре, как она и говорила, показалась бурая грива. Конь был под стать спасительнице. Крупный, мощный, с густой гривой и хвостом. При виде хозяйки с мавкой он настороженно фыркнул.

– Это Буран.

– Красивый, – восторженно протянула мавка. – Я никогда не каталась на таких конях. У отца была только кобыла, да и то хилая. А на нем и вдвоем не тесно будет!

Она улыбнулась и посмотрела в яркие зеленые глаза спасительницы. В сравнении с угрюмой осенью их цвет казался еще более насыщенным, освежающим. Но в этих глазах стояли слезы.

– Прости, – девушка печально улыбнулась в ответ.

Мавка запоздало осознала, что произошло. Спину ее пронзил кинжал, припрятанный в кожаном кармашке на предплечье. Тело ее вздрогнуло несколько раз и обмякло.

– Прости. Но так всем будет спокойнее.

Вокруг стало светлее, над головой прошмыгнула крохотная птичка с веселым щебетом. Все-таки ворожбу навела эта несчастная девица, видать, неосознанно. Ярослава положила тело на землю и села рядом, бесшумно всхлипывая. Только что она убила мавку. Если не избавиться от твари, то она заберет не одну невинную жизнь. Но уж слишком человечной была она. Еще даже не до конца обращенной. Казалось, будто бы только что убили обычную молодую девушку.

Конь топтался на месте, недовольно поглядывая на навью тварь. Ярослава же, сдерживая слезы и закусывая губу до крови, принялась за уже привычные действия: на всякий случай еще раз вонзила кинжал в сердце мавки, выбрала место попросторнее, собрала хворост и сожгла тело. Ярослава еще некоторое время стояла перед затухающим костром. На душе было тяжело. Все-таки одна навья тварь другой рознь. И душе тяжелее всего оказалось справиться с новообращенной. Этот груз лег тяжелым бременем на сердце.

– Пойдем, Буран. – Когда потух костер, Ярослава вновь оседлала коня. – Надо бы быстрее пройти чащу. Негоже ночью по лесу ходить.

Ярослава направила Бурана на северо-восток, но тут же потянула вожжи, останавливая верного друга.

– Навь вас всех подери! – Девушка хлопнула себя по ноге и развернула коня. Нельзя все так оставлять. Кто-то убил несчастную девушку и привязал ее нагую к дереву по пояс в воде. Мавка сказала, что пришла в лес с подругой, значит и с ней могло произойти несчастье. Либо она могла быть виновницей. Ярослава направилась обратно в деревню. Княжна решила для себя, что удостоверится в том, что с Василисой все хорошо, переночует в деревне и отправится завтра снова в путь.

Оказалось, что Ярослава совсем немного проехала по лесу. Почти сразу она попала в ворожбу мавки и некоторое время плутала. Когда княжна выехала на дорогу, она посмотрела в небо. Хмурые тучи чуть рассеялись, неторопливо расползались, то и дело выглядывал месяц. Пока Ярослава возилась с мавкой, наступил поздний вечер. В окнах деревенских домов дрожали тусклые огни. Княжна неторопливо ехала по узкой улочке, высматривая дом мельника. Именно там, по рассказу мавки, жила ее подруга.

– Добрый молодец! – Ярослава вздрогнула, заслышав позади голос женщины, и натянула посильнее капюшон. – Ты все же раздумал? Пришлась по нраву моя доченька?

Ярослава вздохнула и остановила Бурана. Конь нетерпеливо зафыркал.

– Так что же? Возьмешь Василисушку в жены? – женщина запыхалась и раскраснелась. Видать, некоторое время бежала за конем.

– Слыхал, что в вашей деревне живет еще одна Василиса…

– Тьфу ты! Да что же все к этой бляди-то липнут? Как с ума посходили! Приворожила всех, не иначе! А ведь я говорю всем, ведьмы у нее в роду есть. Ведьмы! – женщина всплеснула руками, а затем уперла их в бока и недовольно посмотрела на Ярославу. – Моя доченька красавица, умница, на все руки мастерица! А вам всем Ваську, мельникову дочь, подавай!

Ярослава чувствовала себя не уютно. Ее будто обвинили в чужих деяниях, облили помоями с ног до головы.

– Так не подскажите, где найти Василису?

Женщина вздохнула и сплюнула в сторону.

– По дороге езжай, в мельницу и упрешься. – Она развернулась на пятках и пошла прочь, бранясь себе под нос.

Ярослава отправилась в указанном направлении. Вскоре дома стали редеть. Дорога петляла, уводила все дальше от деревни. По обе стороны от протоптанной тропы расположились поля. Земля была рыхлая, видать, перекопали к зиме. Ярослава увидела идол Дажьбога. На этот раз он выглядел величественно, аккуратно. У подножья идола лежали свежие фрукты, овощи, колосья. Так люди отдавали дань своему богу-покровителю и молились о хорошем урожае. Вскоре дорога вывела к узкой речке, у которой стояла небольшая мельница, а рядом с ней – крохотная изба. В окнах виднелся свет, значит, хозяева дома. Ярослава спешилась и привязала поводья к частоколу. Девушка некоторое время мялась на крыльце, затем все же настойчиво постучала в дверь.

– Кого там еще недобрая принесла? – послышался недовольный мужской голос.

Дверь со скрипом отворилась и на пороге предстал низенький седой старик. Он окинул Ярославу внимательным взором с ног до головы, будто оценивая шансы.

– Ты кто такой будешь?

– Мир вашему дому! Мне бы с Василисой переговорить о…

– Всем надо с моей внученькой переговорить, – перебил мужчина. – Да только она ни с кем не желает говорить. Ступай туда, откуда пришел, пока я… – Он снова оценивающе оглядел Ярославу. – Ну, ты понял!

Старик шмыгнул в дом и захлопнул дверь. Ярослава снова постучала. На этот раз громче. Она была готова примириться с плохим гостеприимством, но не собиралась уходить ни с чем.

– Чего долбишь, окаянный?! – старик снова открыл дверь. На этот раз он сжимал в руке кочергу.

– Я же сказал, что мне нужно переговорить с Василисой, – настойчиво произнесла Ярослава, стараясь говорить низким голосом. Нельзя, чтобы кто-то проболтался, что здесь видели девицу рыжую да небывалого роста. Дружинники из Старграда сразу узнают, что речь о княжне-беглянке.

– Не ищем мы для нее жениха! И ничего она не знает о Миле. Убирайся!

– Не свататься я пришел, а поговорить.

В глазах старика заблестели слезы, рука с кочергой задрожала.

– Не говорит она ни с кем. С седмицу молчит, почти не ест. Как вернулась из лесу, так слова из нее не вытянешь. Милку потеряла там, подружку свою сердешную. Девицу так и не нашли, а винят Васю мою. Если и ты за этим же пришел, то убирайся, чтоб я тебя не видывал больше.

– Я действительно пришел из-за Милы, но обвинять Васю ни в чем не собираюсь. Скорее наоборот.

Старик тяжело вздохнул:

– Проходи, настырный. А коль наврал мне, то выдворю сразу же.

В подтверждение своих слов он сурово потряс кочергой перед лицом Ярославы.

Девушке пришлось пригнуться, чтобы войти в избу. Убранство было простеньким: печь, обеденный стол да пара лавок. Впрочем, так было в большинстве деревень. На одной из лавок она сразу заметила свернувшуюся девицу. Длинная темная коса свисала до полу. Ярослава присела рядом на корточки.

– Василиса, ты меня слышишь? – негромко спросила княжна.

Девица на лавке даже не пошевелилась.

– Я встретил в лесу твою подругу, она и рассказала, что с тобой была.

– Мила жива? С ней все хорошо? – девушка встрепенулась, села на лавке и вцепилась тонкими пальцами в руку Ярославы. Василиса и правда оказалась красавицей, несмотря на то что под ее глазами залегли тени, а лицо исхудало.

– Нет, мертва, – с горечью ответила княжна.

Лицо девушки вытянулось в удивлении.

– Тогда как же ты с ней говорил?

– Мавкой она стала, а я попал в ее ворожбу.

– Мавкой? – удивленно повторила девица. Вдали от Старграда люди меньше удивлялись навьим тварям. Видать, в менее населенных территориях твари меньше боялись показываться на глаза.

– Она сказала, что в лесу на вас кто-то напал. Расскажи подробнее, кто это был?

Василиса некоторое время молчала, не мигая глядя на Ярославу. Глаза деревенской красавицы заблестели от наполнивших их слез.

– Я… я ее бросила! – девушка зарыдала, слезы градом покатились по ее щекам. Старик, что присел в углу на лавку, встал, все также сжимая в руке кочергу.

– Почему ты решила, что бросила ее?

– Я оставила ее одну с тем чудищем! Одну! В лесу! – Василиса громко всхлипывала, вытирала слезы рукавом.

– С каким чудищем? Расскажи, как все было.

– Мы… – девушка в очередной раз всхлипнула, – мы пошли в лес по грибы. Все было как всегда. Мы ходили только по знакомым тропам, далеко в лес не уходили. Сперва… – она вытерла рукавом слезы с раскрасневшихся щек, – сперва я заметила странную тень. Потом мне начало казаться, что за нами кто-то наблюдает. Я сказала об этом Миле, но она не поверила. Только рукой махнула!

Девушка снова зарыдала.

– Что было дальше?

– Потом… потом из-за дерева вдруг выпрыгнул отвратительный старик. Он был одет в рваное тряпье. Оно свисало лоскутами до самой земли. Леший это был, говорю вам! – девушка громко втянула воздух. – Я его первая заметила, испугалась и побежала в деревню. Только когда выбежала из лесу, поняла, что Мила за мной не идет. Я решила поискать ее и пошла другой тропой к тому месту.

Девушка замолчала, ее била мелкая дрожь.

– Мне нужно было бежать в деревню и звать на помощь!

– Ты вернулась за Милой? – Ярослава старалась говорить ровно, не показывать своих эмоций. Но ей это давалась с трудом.

– Д-да. Я спряталась за кустами, боялась даже дышать. Мила лежала на том самом месте, где я ее бросила. – Василиса громко всхлипнула. – Он… он раздел ее, трогал везде и… – Девушка свесилась с лавки, ее вырвало. – Ее тело содрогалось при каждом толчке. Она выглядела как тряпичная кукла. Я не могла сделать и шагу, не могла отвести от нее глаз! А потом леший неожиданно сказал: «Ты следующая», и посмотрел в мою сторону. Я так сильно испугалась, что бросилась бежать. Не помню, как оказалась дома.

– Так вот что сталось с Милой! Все думали, что она сбежала из-за своего женишка! – прохрипел старик и бросил кочергу на пол, а мгновение погодя, кинулся за ведром и тряпками, чтобы прибрать за внучкой.

Ярослава призадумалась, без интереса наблюдая, как старик вытирает пол. Она не встречала леших, но и не слышала, чтобы они насиловали юных девиц. В народе сказывают, что лесные хозяева и правда могут принимать облик человеческий, чаще всего предстают как немощные старики. Поговаривают, что они заманивают в гущу леса беспечных людей, да так глубоко, что те не могут уже отыскать обратной тропы. Пожирают лешие их иль в услужение берут – никто не знает, покуда никто еще после встречи с лешим не воротился, чтобы поведать истину.

– Как ты выбралась из леса? – спросила Ярослава.

– Сказала же уже, кинулась прочь, да так, что лапти растеряла. До самой избы неслась без оглядки.

– И почему ты мне, своему родному дедушке, не рассказала, а какому-то незнакомцу сразу поведала? – Старик поджал губы, обиженный недоверием любимой внучки, но ругать не стал. Убрал грязные тряпки на улицу, вылил там же воду, и тихонько подошел к Василисе, да принялся нежно поглаживать ее по голове.

– Боялась, что ты сочтешь это россказнями! Иль же что целомудрие потеряла и так оправдать себя пытаюсь! А путник сказал, что Милу видел.

Дедуля, мне так страшно! Я боюсь выходить из дому! Мне кажется, что этот леший следит за мной! – Василиса кинулась в объятия старика и снова заплакала.

– Надо к старосте бежать, поднять мужиков да поймать тварь! – ярость в словах старика так и кипела.

– Утром. Время позднее. Негоже по ночам по лесу темному ходить.

– Прав ты, юноша, прав. Да вот сердце болит, что не могу прям сейчас пойти за помощью. – Старик приобнял внучку покрепче и взглянул на путника. – Как звать-то тебя, добрый молодец? Смотрю, юн ты еще совсем, щетина не тронула лица, хотя ростом как настоящий богатырь.

– Яр… Ярослав, – неуверенно ответил путник. – А вас как величать?

– Иван Мельник я. Отец мой тоже Иваном Мельником был, – представился старик. – Что ж, Ярослав, оставайся на ночь у нас. Вдруг леший нагрянет, как обещал. Тут-то мы его с тобой и схватим. За помощь заплачу. Монет не так много, но вот зерном поделиться смогу вдоволь.

– Не нужно мне платы за это дело, но от еды для меня и коня моего не откажусь.

– Спасибо тебе, добрый молодец! Можешь на лавке плащ оставить, да лишние вещи. Отдохни, пока я ужин состряпаю.

– Простите, но плащ мне как вторая кожа, а меч, как рука. Не сочтите за грубость, но все оставлю при себе. – Ярослава хотела помочь, но не желала раскрывать свою личность. Будет спокойнее, если никто не догадается, что она скрывает.

– Как знаешь, твоя на то воля.

На том и порешили. Старик принялся за ужин. Василиса прислонилась к руке Ярославы и уснула крепким сном. Устала девица, вымотал ее страх.

После ужина, укутавшись в плащ, Ярослава прилегла на лавку, что стояла ближе всего к двери. Она долгое время лежала, вглядываясь в темноту, почти не смыкала глаз. Мысли о смерти мавки не давали покоя. Совесть, будто червь, вилась где-то глубоко, вгрызаясь в самую душу. Мила уже была не человеком, но это не уменьшало терзаний. Из-за рассказа Василисы перед взором Ярославы стояла пренеприятная картина. Что-то подобное она как-то раз видела в покоях Отрады, когда зашла к сестре поздно вечером с княжеским поручением. Но там хотя бы никто не умирал, да и не принуждал их никто. Здесь же тошнота наворачивалась от одной мысли о содеянном этим гадом. То, что это был вовсе не леший, Ярослава почти не сомневалась. Не смыкала глаз девушка еще по той причине, что насильник заприметил следующей Василису. Рыжеволосая девушка вслушивалась в каждый шорох, каждый скрежет за окном. Глубокой ночью она вышла из избы на фырканье встревоженного Бурана, но никого не обнаружила. В этом же заверила и проснувшегося старика. С восходом солнца Ярослава устала от беспокойного сна и встала окончательно.

К утру нагрянула недобрая весть. Как только прокричали петухи где-то вдали, старик ушел в деревню, поговорить со старостой, а вскоре с громким возгласом ввалился в избу:

– Василиса пропала!

– Василиса? – рука Ярославы сразу легла на рукоять меча. Девушка тут же поднялась с лавочки, так и не донеся ложку завтра до рта. – Та, что сватают всем?

– Да. С матерью поругалась, да сбежала средь ночи. Не первый раз уже, но то, что случилось с Милой…

– Ох! Это он! Это точно леший ее забрал! – девица, едва продрав глаза от сна, залилась слезами. – Я Василиса, и она тоже. Видать спутал нас. Вновь из-за меня кто-то пострадает!

– Ну же, ну же, не плачь, дитя. Ты не виновата. – Старик погладил внучку по волосам и поцеловал в макушку.

– Вы рассказали о Миле жителям деревни? – Ярослава проверила ножны, перстень на цепочке, надела избитые долгой дорогой сапоги и вышла из избы. Вслед за ней выбежал старик. Василиса же осталась внутри, приоткрыв дверь на щелочку.

– Да, рассказал. Жители негодуют. Родители Василисы в печали теперь, а бабка ее вовсе без чувств свалилась. О! Вот и староста с остальными к нам спешат. – Старик указал на группу приближающихся мужчин.

Деревня была небольшой, но мужчин собралось больше десятка. Пришли все, кто мог держать оружие в руках: и мал, и стар. Вооружились они вилами и топорами. Некоторые взяли с собой собак. Общий галдеж слился в проклятия и ругательства, от которых Ярославе стало дурно. Совсем недавно так же обругали ее, обвиняя в смерти князя.

– Иваныч рассказал, мол, ты Милу нашел в лесу. Правда ль это? – вдруг спросил один из мужиков, перекрикивая общий галдеж. Все тут же притихли и устремили любопытные взоры на Ярославу.

– Правда, – коротко ответила Ярослава и натянула капюшон посильнее. Старик уже обратил внимание на отсутствие щетины, но, видимо, списал все на возраст. Другие же могут заподозрить обман.

– Она жива?

– Не привел путник Милу в деревню. Значит, нет ее в живых уже! – воскликнул один из мужиков.

– Замолчи, еще есть надежда, что…

– К сожалению, нет. Ничто не могло ее спасти. – Ярослава решила пресечь надежды на корню. Лучше знать суровую правду, чем греть душу ложными надеждами.

– Василиса, расскажи нам, как выглядел этот уб… леший! – один из молодых мужчин хотел было выругаться, но не посмел перед девицей, что считалась первой красавицей на деревне. Видимо, не только Ярослава поразмыслила и решила, что не лешего рук это дело.

Василиса поджала губы, все также выглядывая в щелочку, но все же заговорила. Голос ее звучал тихо, приглушенно. Мужики затихли, прислушиваясь. Поведала Василиса о лешем, Миле, подробно описала место, где все произошло. Видимо, вечером, из-за нахлынувших эмоций, некоторые факты она упустила. Теперь же рассказ ее выдался подробным, вплоть до мельчайших деталей.

Еще некоторое время после того, как Василиса закончила говорить, перед домом мельника стояла тишина, даже собаки не лаяли. Никто не решался сказать что-то или спросить, но каждый с трудом сдерживал гнев. Это было видно по их лицам.

– Значит, нужно искать старика, у которого на левой руке нет двух пальцев. Такого у нас точно в деревне нет, – подвел итог староста, а затем повернулся к Ярославе. – Веди нас, путник, туда, где ты видел Милу последний раз.

Некоторые остались охранять деревню, в том числе мельник, но большинство двинулись на охоту. Пешком путь оказался неблизким. Ярослава долго вела за собой по чаще леса мужчин и даже успела подумать, что заблудилась. Однако псы помогли обнаружить кострище. Ветер разнес часть пепла, укрыв им маленький холмик неподалеку.

– Это… Мила? – к Ярославе подошел мужчина. По мутным серым глазам княжна-беглянка догадалась, что это отец девушки, и кивнула ему в ответ. Тот рухнул перед пеплом на колени и зашелся слезами.

– Убью! Я убью этого выродка! Порублю на мелкие куски и скормлю своим псам!

Мужчина зарыдал, выкрикивая проклятья. Староста присел рядом и похлопал друга по плечу, а затем раздал указания:

– Всем разойтись по парам! Найдем эту тварь, кем бы он ни был!

Ярослава решила искать одна. Ей так было спокойнее. За несколько недель странствий она свыклась с одиночеством, с необходимостью справляться с трудностями самостоятельно. Не было нянек, не было наставника, не было никого, кто мог бы ей помочь, направить на верный путь. Она заработала немало ран, борясь с навьими тварями, но каждый раз выходила победителем, каждый раз становилась более опытной и самостоятельной. К тому же не хотелось, чтобы деревенский случайно попал под удар меча. Легче сражаться, когда не на что отвлекаться.

Поначалу никаких следов не было, кроме ее собственных. Но стоило пройти чуть дальше от того места, где Ярослава встретила мавку, она почти сразу обнаружила несколько сломанных веток и примятую жухлую траву. Ярослава присела и внимательно осмотрела находку. След был длинным, уходил глубже в лес. Кого-то волочили по тропинке.

– Вот балда! – Ярослава хлопнула себя по лбу. – Нужно было сразу осмотреть место. Авось и нашла бы насильника.

Ярослава пошла по следу. Она старалась ступать тихо. Голоса мужиков постепенно стихли. Среди деревьев больше не мелькали деревенские. Спустя некоторое время неподалеку послышался шорох и едва различимое бормотание. Ярослава притаилась за раскидистым кустом смородины.

– Оставил красавицу на сладенькое, так ее и след простыл! Надо было ее первой хватать. Теперь придется довольствоваться этой девахой. Тьфу! Развелось Василис!

На небольшой полянке, окруженной деревьями и кустарниками, сидел мужчина. Он был облачен в грязное рваное тряпье, свисающее лоскутами до самой земли. Длинная спутанная борода, как и его волосы, свисала комками. Из-за всей этой грязи было сложно определить возраст мужчины. Видать, поэтому Василиса назвала его стариком, лешим.

– Та красивше была! Эта ни рыба ни мясо! – перед стариком лежала Василиса. Она не сопротивлялась, не реагировала на его слова и действия. Ярослава сперва подумала, что та померла, но потом заметила вздымающуюся грудь.

– Хоть бидоны что надо! – старик положил руки на грудь Василисы и принялся медленно ощупывать, запрокинув голову.

Ярослава поморщилась. Было противно наблюдать за тем, как старик раз за разом сжимает грудь Василисы, приспустив лямки сарафана. Все было в точности, как описывала внучка мельника. Ярослава присмотрелась. На левой руке старика не хватало двух пальцев.

Неожиданно насильник вынул из-за пазухи короткий нож. Сердце Ярославы на миг сжалось, а рука тут же метнулась к рукояти меча. Неужели он ее собрался убить? Нужно было что-то предпринять. Но старик принялся ловко разрезать сарафан лежащей перед ним девушки. Послышался треск ткани, за ним еще и еще. Он разрезал одеяние Василисы на лоскуты, примерно такие же, в какие был облачен он сам. Ярослава пригляделась получше к его одеянию и в ужасе осознала, что оно полностью состояло из ткани различных цветов, пусть и сильно испачканные грязью и пылью. Старик разрезал одежду Василисы, пока та не осталась лежать нагая на влажной жухлой траве. Затем он выбрал несколько лоскутов и добавил их к своему одеянию. Это был своеобразный ритуал. Ярослава не могла и представить, сколько девиц он погубил, чтобы почти полностью облачиться.

– Да, бидоны что надо! Но хочу другую Василису. Хочу. Хочу! – не прекращая причитать, он устроился поудобнее между ног бесчувственной девушки.

Больше медлить было нельзя. Ярослава перехватила поудобнее меч и выскочила из своего укрытия. Она в два шага оказалась рядом со стариком и замахнулась. Меч просвистел рядом, удалось лишь немного обрезать кончики волос старика. Мужчина с визгом вскочил и побежал. Ярослава припустила следом. Никто из них боле не произнес ни слова. Старик несся с прытью, не свойственной его возрасту. Ярослава с трудом поспевала за ним на своих длинных ногах.

– Стой, гад! – закричала девушка и в очередной раз ее меч просвистел рядом с головой старика.

Ярослава цыкнула, недовольная очередным промахом. Сколько бы раз не пыталась она задеть старика, тот то и дело увиливал от меча, убегая вглубь леса.

– Я нашел его! Он здесь! – Ярослава закричала, что было силы. Возможно, получится окружить насильника вместе с деревенскими.

Погоня продолжалась совсем недолго. Насильник скрылся в густых кустах. Со своим маленьким ростом он юрко протискивался сквозь ветки, отдаляясь от Ярославы. Девушка же рубила кусты мечом, практически не продвигаясь дальше.

– Ярослав, где ты? – среди деревьев замелькали деревенские. Послышался лай собак.

– Черт тебя дери, потеряла! – изрыгнула проклятия Ярослава, обыскивая каждый куст в округе. – Здесь я! Он скрылся в кустах! Ищите его!

Неподалеку деревенские начали прочесывать кусты, но безрезультатно. Даже собаки, кажись, потеряли след. Поиски продолжались долго. Никто даже не присел для отдыха.

В это же время Ярослава показала юноше и мужику дорогу к Василисе. Девушка уже пришла в себя и тихонько рыдала на том же месте, где ее бросил старик.

Тощий паренек, что вызвался пойти к Василисе вместе с Ярославой, завидев девушку, стянул с себя широкую рубаху и тут же протянул девице. Та с коленями закуталась в нее и уткнулась в плечо юноши.

– Прости! Прости меня, Глебушка! Я лишь хотела припугнуть матушку, чтобы разрешила мне женушкой твоей стать, а не сватала всем подряд.

– Тсс, все хорошо, моя милая. Главное, что ты в порядке. – Юноша крепко обнял Василису, целуя ее то в щеку, то в макушку. Он постоянно поглаживал ее по спине и что-то тихонько шептал.

У Василисы был возлюбленный, но родители его не одобрили. И Ярослава могла понять, почему. Юноша был совсем худеньким. Казалось, что он даже вилы поднять не в состоянии, не говоря о возможности тяжело трудиться и защищать. Но сейчас, сидя без рубахи, было хорошо видно его подтянутое тело. Конечно, оно было далеко не такое развитое, как у дружинников, но все же выглядело крепким.

«На Дарена похож, хотя и более худощавый», – промелькнуло в мыслях Ярославы.

– Ну и перепугала же ты нас всех, Василиса! – мужик, что пришел вместе с Ярославой и Глебом, вздохнул с облегчением. – Ярослав, продолжай поиски, а я присмотрю за ними.

Ярослава кивнула и вернулась в лес.

Вечер стремительно опускался. Казалось, деревенские прочесали каждый куст на несколько верст вокруг, но поиски не давали результата. Несколько раз старик мелькал где-то среди деревьев, но стоило за ним погнаться, как он тут же куда-то исчезал. В какой-то момент Ярослава даже почти поверила в то, что имеет дело с лешим. Уж слишком юрким был насильник.

В конце концов озлобленные и раздосадованные жители деревни выдвинулись в обратный путь. Было принято решение продолжить поиски с восходом солнца.

Ярослава брела позади деревенских, постоянно оглядывалась в надежде, что все-таки заметит старика, погонится за ним и схватит. Но его не было. Ярослава корила себя пуще прежнего. У нее была возможность поймать насильника. Он был прямо на острие ее меча, но она промахнулась, упустила его. Эта ошибка теперь могла стоить еще одной жизни. Утешало лишь то, что Василису успели спасти. Она куталась в выделенную ей рубаху и прижималась к своему Глебу. Он гладил ее по волосам и утешал. Понятно было, что и Василиса неравнодушна к нему. Видать, мать считает, что он не сможет уберечь ее доченьку, поэтому и сватает другим мужчинам.

– Не его ли ищите? – на подступе к деревне, когда развилка с идолом осталась далеко позади, кто-то окликнул растянувшуюся толпу.

Все разом обернулись. Ярослава прищурилась, всматриваясь в темноту. Кто-то на коне приблизился к ним и спешился, стянув за собой мешок. Упав на землю, мешок заверещал ругательствами. Собаки тут же зашлись лаем, норовя сорваться с поводков.

Путник в плаще, более плотном, чем у Ярославы, снял капюшон и слегка поклонился. На вид мужчине было около середины третьего десятка. Густая темная щетина аккуратно обрамляла лицо, а волосы были собраны в тугой пучок на затылке. Путник развязал мешок и за шкирку выволок старика без двух пальцев на левой руке.

Не успел никто и глазом моргнуть, как Василий, отец Милы, с хрустом пронзил вилами голову насильника. От неожиданности путник выпустил одежду мертвеца и отступил на шаг. К Василию присоединились еще несколько мужиков. Звук ломающихся костей и чвакающей плоти еще некоторое время разносились над тихой дорогой.

– Что ж, буду считать, что я не ошибся.

– О, путник, прошу, скажи мне имя свое и чего желаешь! – Василий кинулся в ноги мужчине.

– Ох, да не нужно мне ничего. – Путник подхватил Василия под руки и поставил на ноги. – Звать меня Александром. Воин я, что заприметил деревню вашу для ночлега. Что же совершил этот человек, что его настигла такая смерть?

– Насильник он! Насильник! Погубил мою дочь и чуть еще одной девушке жизнь не сломал.

В ответ Василиса захныкала и прижалась к любимому.

– Значит, не зря он мне показался больно подозрительным. Поделом ему досталось.

– Где же ты поймал его, добрый молодец? – поинтересовался Василий. – Мы весь день его сегодня по лесу гоняли, да так и не смогли поймать. Все ноги истоптали.

– Шел я не по тропе, а через лес. Там местность болотистая. Старик этот обеими ногами застрял и выбраться не мог. Все ругался да проклятия изрыгал. Я помог ему. Да вот только одежда у него странная была, из лоскутов вся, что в женских одеждах используется.

– И ты решил его схватить?

– Сперва я думал помочь ему дойти до окраины леса и там дальше двинуться своим путем, но он кинулся на меня с ножом. Вот я его и схватил.

– Александр, спас ты деревеньку не только нашу, но и все соседние! – Староста поклонился в ноги путнику. – Вон сколько лоскутов у него! Скока ж девиц пострадало! Надо будет рассказать соседним деревням, что опасность миновала.

Толпа восторженно закричала. Героя схватили под руки и потащили в деревню. Ярослава взяла под узды коня Александра и повела его вслед за толпой. Несмотря на позднее время, староста приказал вынести столы, дабы отметить удачную охоту. Жители принесли все, на что были горазды: кто еду, кто питье. Они восхваляли Александра, позабыв о другом госте. Ярослава была этому рада. Внезапный спаситель отвадил от нее лишние взоры. Лишь Глеб среди пиршества подошел к Ярославе и поблагодарил, что возлюбленная его жива осталась.

Родители встретили Василису со слезами. Сперва мать ее недовольно посмотрела на Глеба, но потом смягчилась. Василиса поведала, как возлюбленный спас ее, как позаботился. Недолго думая, юноша при всей деревне попросил отдать Василису ему в жены. Родители согласились, хоть и потребовалось еще время на уговоры.

Пиршество продолжилось со счастливыми улыбками на лицах. Ярослава смотрела на все это со стороны. Она плотно поела и вскоре вернулась к дому мельника, где оставила Бурана.

– Что ж, друг мой, завтра вновь двинемся в путь.

Ярослава расчесывала гриву коня, хвост, не зная, куда еще себя деть. Неприятный осадок от смерти мавки теперь был приправлен неудачным преследованием насильника. Он был у нее в руках, но она не смогла его поймать. А ведь старик, как она и думала, оказался самым обычным человеком. Буран, чувствуя, что хозяйка расстроена, уткнулся своей мордой в ее плечо.

– И все же, почему Мила вдруг стала мавкой? И почему этот выродок подвесил ее именно к дереву в озере, а не бросил на месте?

От бесконечных мыслей и шума у Ярославы разболелась голова. Поспать не удалось. Гуляния продолжались до самого утра, поэтому с первыми лучами солнца, попрощавшись с мельником и Василисой, Ярослава двинулась дальше на поиски Идана.

Глава 7

Побег

Зенина притаилась в тени, всем своим крошечным тельцем вжалась в стену. Дверь отворилась. Сперва появилась тонкая полоса света, затем она расширилась и на пороге возникла тень. Кто-то тихо вошел. Отрада, видимо, крепко спала и не обратила ни малейшего внимания на незваного гостя. Послышались тихие шаги, а затем недовольное ворчание:

– Навь тебя задери! Знала, что не следует оставлять ее здесь! Куда делась эта мерзавка?

По голосу Зенина сразу распознала ведьму. Крохотное сердечко пустилось вскачь. Зенина испугалась, что ведьма может услышать его стук.

– Что? Кто там? – раздался сонный голос Отрады.

Ведьма замерла. Отрада что-то еще глухо проговорила и засопела.

– Глупая тварь, а не княжна! Если бы не была нужна Траяну – превратила бы в жабу. И то больше проку было бы. – Ведьма сплюнула и вышла, закрыв за собой дверь.

Зенина тихонько выдохнула, не веря своей удаче. Ведьма ее не заметила. Это означает, что у нее появился еще шанс. Сердце все еще колотилось в груди, крыло отзывалось болью. Ставни призывно поскрипывали, будто напоминая о себе. Зенина нахохлилась. Сомнения и страх одолевали ее. Что, если она не сможет взлететь? Что, если ведьма вернется и схватит ее? Что ее ждет там, за окном? Зенина не бывала еще в этом городе, не довелось ей прогуляться по шумным улицам, узнать местный народ и их быт. Размышляя о том, что ждет ее за пределами покоев Отрады, Зенина немного расслабилась, страх начал отступать. На его место вновь пришла решимость.

Сейчас или никогда!

Зенина расправила крылья. Взмахнула ими. Еще и еще, чувствуя, как воздух струится между перьев.

– Кажется, получается! – раздалась мелодичная трель.

Зенину будто окатили ледяной водой. Она снова прижалась к стене и притаилась. Слышал ли кто-нибудь ее голос? Вдруг ведьма затаилась за дверью и ждет подходящего момента, чтобы напасть? Зенина прислушалась.

Ничего.

Тишину нарушало лишь мерное сопение княжны. Зенина сделала несколько прыжков, одновременно взмахивая крыльями. Ее сердце волнительно затрепетало, когда принцесса не ощутила пола под ногами. Она старалась не смотреть вниз, сделала небольшой кружок по покоям и полетела к окну. На этот раз обязательно все получится!

Неожиданно дверь распахнулась, теплый свет залил комнату. Зенина испуганно посмотрела на возникшую на ее пути девушку, укравшую ее облик.

– Стой! Приказываю тебе остановиться! – закричала ведьма и бросилась наперерез принцессе. Зенина в ужасе принялась размахивать крыльями с большим усердием. Она старалась смотреть только на окно, на маленькую щель неплотно закрытых ставень. Неожиданно перед ее взором возникла огромная рука. Зенина испуганно метнулась в сторону. Казалось, окно приближается мучительно медленно. Было страшно. Страшно попасться именно сейчас, когда свобода на расстоянии вытянутой руки.

– Пусть демоны тебя заберут, мерзкая ведьма! – закричала девушка и выпорхнула в окно. Холодный воздух и ветер ударили крохотное тельце, но Зенина смогла удержаться.

– Я найду тебя, гадина! Найду и обдеру все перья! – кричала вслед ведьма, высунувшись из окна.

Зенина не знала ничего в Старграде, не знала, где можно укрыться. Внизу проплывали причудливые деревянные дома. В них дрожали тусклые огоньки, словно сотни светлячков. Где можно спрятаться? Чувство, что ведьма гонится за ней, не отпускало. Зенина решила, что самым верным решением будет убраться как можно дальше от дворца. А там пусть ведьма попробует ее отыскать!

Вскоре дома расступились, открывая большое пространство среди построек. Центральная площадь, как поняла Зенина. Двухэтажные строения словно обступили ее по кругу, а неширокие дороги расходились, словно лучи солнца, прямо как на гербах в ее родном городе. С высоты птичьего полета Старград казался удивительным.

Зенина аккуратно спустилась ниже и села на ветку одного из деревьев с раскидистой кроной. Невероятной удачей оказалось то, что на соседней ветви принцесса обнаружила брошенное гнездышко. Она тут же поспешила его занять. Всяко лучше, чем пытаться удержаться на ветке. Желтые листья отлично защищали от ветра, пусть их и срывало порывами то там, то тут. Зенина устроилась поудобнее и прикрыла глаза. Она не знала, что делать дальше. Ей удалось сбежать от мерзкой ведьмы, но как же вернуть собственный облик? К тому же Зенина не знала, как скоро ее отыщут, что тогда ее ждет? На сердце стало тоскливо. Если бы она могла, давно разразилась рыданиями.

Тосковало ее сердце и по Али. Как-то раз Зенина в очередной раз сбежала из дворца, чтобы прогуляться под луной по персиковому саду. Она давно обнаружила местечко, скрытое от посторонних глаз. Ветвь одного из деревьев склонилась под весом душистых плодов. Там и пряталась принцесса, часами глядя на усыпанное звездами небо. В тот день она обнаружила в своем потайном местечке постороннего. Высокий смуглый юноша с копной густых кудрявых волос лежал на спине, пожевывая травинку. Зенина притаилась, боясь быть обнаруженной. Вдруг это один из слуг, тогда он быстро доложит отцу на ее проделки. Но юноша не обратил на нее ни малейшего внимания. На следующий день он снова был там. Зенина тайком наблюдала за ним, разглядывая красивое лицо, стройное тело. Звезды все меньше привлекали ее внимание. Зенина не заметила, как все ее мысли стали крутиться вокруг него. Однажды она не обнаружила юношу на привычном месте. Принцесса присела на примятую траву, расстроенная неудачей, но вдруг ощутила чью-то теплую руку на своем плече. Она испуганно обернулась, и ее сердце пустилось вскачь. Это был он. Юноша улыбался. Его глаза напоминали темную ночь. Зенина не могла оторвать от него взгляда. Вблизи он казался еще красивее. С тех пор они каждую ночь вместе наблюдали за звездами и разговаривали, кажется, обо всем на свете.

– Мой милый Али… – вздохнула принцесса. Теплые воспоминания согревали. Но Али, наверное, уже позабыл о ней… Мысли еще долго гуляли в ее голове, порождая бурю самых разнообразных эмоций. За размышлениями она не заметила, как забылась сном.

Проснулась Зенина от нарастающего шума. Она нехотя открыла глаза и несколько раз моргнула. Вся площадь и ближайшие улицы оказались заполнены людьми. Они что-то кричали и размахивали руками. Зенина проследила за их взорами. В центре площади на возвышении были аккуратно сложены толстые бревна. На них, как на постели, лежало тело. Мужчина был в дорогом расшитом золотом наряде, а на его груди покоилась корона. Принцесса сразу догадалась, что это князь. Рядом с бревнами стоял широкий пень, бурый от засохшей крови.

– Царский двор везде одинаков, – грустно вздохнула Зенина. Ей была знакома эта картина. При дворце всегда были те, кто строили козни и пытались захватить власть. В Старграде, видимо, произошло тоже самое.

Толпа внезапно оживилась. Все устремили свои взгляды в одну сторону. Зенина проследила за ними. На площадь ввели рослую девушку – княжну Ярославу.

– Неужели ее решили казнить? Она правда убила князя?

Зенина видела княжну лишь однажды, но за это время она создала впечатление сильной и честной девушки. Тяжело было поверить в то, что она убила своего отца.

Княжну подвели к окровавленному пню и грубо толкнули, вынуждая встать на колени перед ним.

– Нет, это точно не Ярослава убила князя. – Зенина всмотрелась в лицо княжны. Княжна как завороженная смотрела на отца. Тоскливо. Со слезами на глазах. И будто бы отрицая все, что происходит. Убийцы не смотрят так. Зенина перевела взгляд под навес, где сразу заметила ведьму в компании Отрады.

– Нельзя попасться ей на глаза! – Зенина перебралась по веточке вглубь кроны и еще раз взглянула на ведьму. Та обмахивала платочком княжну Отраду и вытирала ее слезы. Ведьма постоянно поднимала глаза и осматривалась, будто бы искала кого-то.

Вскоре на площади появился неприятной внешности мужчина, тощий, сгорбленный. «Траян», – тут же пронеслось в толпе. От него так и веяло чем-то неприятным. Ведьма, завидев мужчину, улыбнулась и расслабилась. Взгляд же Ярославы с ненавистью и презрением устремился на этого мужчину.

– Это они хотят погубить княжну! – Кусочки картины начали стремительно складываться в голове Зенины. Она заморская принцесса, которая должна выйти замуж за старшего сына князя, но ее тело отбирает какая-то ведьма. Князь внезапно умирает, а в его смерти обвиняют Ярославу – княжну, которая ненавидит Траяна и, видимо, знает правду или может как-то помешать.

Толпа скандировала: «Казнить!» На возвышенность поднялся Траян и сказал несколько слов. Зенина не смогла их понять в полной мере, но догадывалась, о чем говорил мужчина. После его слов княжну Ярославу толкнули, вынуждая лечь грудью на пропитанный кровью пень. Рядом встал палач и занес топор. Крохотное сердечко Зенины забилось быстрее. Как можно казнить невиновного человека! Принцесса подалась вперед и чуть было не соскользнула с ветки. Палач замахнулся. Неужели княжне никто не поможет?

Неожиданно по земле прошла дрожь, да такая, что Зенина еле удержалась на дереве. Люди закричали и бросились бежать прочь от площади. Она выглянула из своего гнезда, но тут же чуть было не свалилась вниз, когда заметила, что князь поднялся.

– Правитель не умер? – разнеслась удивленная трель.

Она перевела взгляд на Ярославу. Топор так и не достиг ее шеи. Из-под земли с грохотом вырвались толстые корни и обняли княжну со всех сторон. Топор с глухим звуком воткнулся в них. Палач удивленно отступил и тут же взвыл от боли. Князь подошел сзади и вонзился зубами в его плечо, вырывая большой кусок плоти. Жители Старграда кричали от ужаса. Они побежали прочь от восставшего из мертвых князя, толкались, топтали упавших. Те, в свою очередь, покалеченные, с разбитыми головами, вставали и с рычанием кидались на пробегающих мимо. Зенина не понимала, что происходит. О таком ей даже не доводилось слышать. В толпе она отыскала ведьму. Та была удивлена и напугана не меньше остальных, а значит, это не ее проделки. Дружина расталкивала людей, мертвецов, огромных крыс и пыталась увести княжну Отраду вместе с ведьмой с площади. Толпа двигалась прочь с площади, которую теперь заполонили отвратительный запах крови и трупы. Зенина не верила своим глазам. Она взмахнула крыльями и взлетела. С высоты птичьего полета картина казалась еще ужаснее. По дорогам, что так сильно напоминали лучи солнца на ее гербе, в панике бежали люди, продолжая толкать и топтать друг друга. Их преследовали мертвецы и огромные крысы. Улетая прочь от площади, она бросила взгляд туда, где находилась Ярослава. К ней подбежали несколько мужчин, облаченных в кольчугу и латы, и принялись рубить мечами корни. Княжна лежала без чувств. Ее подняли и куда-то понесли. Зенина хотела последовать за ними, но заметила неподалеку того самого юношу, который ночью был у Отрады и отворил клетку. Он никуда не спешил, с усмешкой наблюдал за беспорядками.

– Нужно снова попробовать поговорить с ним! – Зенина тут же развернулась и устремилась к юноше.

* * *

Две почти бессонные ночи подряд давали о себе знать. Солнце еще даже не стояло в зените, а глаза Ярославы слипались, норовя погрузить в сон. Покачивания от легкого шага Бурана были похожи на колыбель. Пожухлая опавшая листва казалась мягкой периной. Несколько раз Ярослава останавливалась и пыталась поспать на траве, но холод пробирал до костей. Приходилось возвращаться в седло и терпеть дальше. Вскоре лес постепенно стал редеть, а затем и вовсе остался позади. Степь быстро взяла бразды правления. В какую сторону ни глянь – просторы, уходящие за горизонт. Разводить костер и пристраиваться на ночлег в степи, где у ветра раздолье, не хотелось. А без костра от холода помереть не долго. Ярослава решила двигаться вперед, пока хватает сил у нее и Бурана, ведь Идан на войне, и каждый день для него может быть последним. Оставалось лишь терпеть и идти дальше до самой темноты. Авось и попадется хорошее место для ночлега.

– Вздремнуть на коне я тоже люблю, но еще немного, и ты свалишься с него, – строгий низкий голос заставил Ярославу вздрогнуть и обернуться, а сердце пропустить несколько ударов.

Знакомая накидка и плотный пучок на голове. Несмотря на то, что лица Александра при первой встрече Ярослава не разглядела, она сразу узнала мужчину. Воин нагнал княжну, а ведь она прошла через лес, куда обычно не суются путники. И из всех троп на развилках он выбрал именно те, по которым шла она. Ярослава натянула капюшон и сжала рукоять меча.

– Можешь считать, что я преследую тебя, но это не так, – вновь заговорил Александр.

Ярослава напряглась и крепче ухватилась за меч. Грабители на дорогах также успокаивают своих жертв, заговаривают зубы, выжидают подходящий момент и… Хотя Александр больше сошел бы за убийцу. Не зря же он так легко схватил насильника, когда его целой деревней поймать не могли.

Возможно, мужчина почувствовал настороженность со стороны Ярославы. Он заговорил мягче:

– Выдвинулись мы из деревни почти в одно время. Думаю, нам по пути. Считай, что я просто присматриваю за тобой. А то валишься с ног, не привыкла к таким нагрузкам.

«Не привыкла», – повторила про себя Ярослава и стиснула зубы. С Александром она почти не пересекалась, не разговаривала, но он как-то прознал о том, что перед ним девушка. Неужели он знает и о том, что она княжна?

Сон как рукой сняло. Ярослава хлопнула Бурана по бокам. Конь перешел на галоп и понесся по степи. Бока Бурана тяжело вздымались – все же и ему не помешал бы отдых. Ярослава обернулась, надеясь увидеть преследователя далеко позади, но тот мчался на своем скакуне совсем рядом с ней. Топот копыт сзади не отставал, но и не приближался. Преследователь держался на одном и том же расстоянии, даже если Ярослава ускоряла Бурана.

«Да чтоб тебя!» – мысленно выругалась девушка и с силой сжала поводья. Александр словно клещ вцепился в нее и не отпускал.

«Дзинь-дзинь», – услышала вдруг княжна знакомый звук. Точно так же звучали Игорь и дружинники. Глухой звон тяжелых ножен и кольчуги о бок коня. Мельком Ярослава обернулась и посмотрела на обувь мужчины. Кожаные сапоги с железными вставками. Александр был в полном обмундировании не простого воина, а дружинника князя или княжича.

Ярослава закусила губу до крови. Она столько времени потратила, чтобы отдалиться от столицы, даже притворялась юношей, но ее с легкостью раскусили и выследили.

«Вступать в бой опасно, я не сильна настолько, чтобы стоять наравне с опытным воином», – размышляла Ярослава. А Александр именно таковым и выглядел. К тому же он не встречался ей ранее. Кто знает, какой силой он обладает. Девушка прикидывала, сможет ли внезапной атакой хотя бы обездвижить противника на некоторое время, но чутье подсказывало, что у нее это не получится. В итоге Ярослава приняла решение сбежать. Хотя и это казалось бессмысленным, раз Александр смог выследить ее в такой дали от столицы.

Все же, чтобы проверить свои догадки, еще несколько раз Ярослава попыталась оторваться от дружинника, но тот не отпускал ее. Он все время держался на одинаковом расстоянии немного позади. И ни о чем не спрашивал до самого вечера даже после того, как Буран выдохся от долгого галопа и остановился, чтобы напиться в ручье. Александр просто преследовал, словно проверяя девушку на прочность. В какой-то момент Ярослава начала чувствовать мерзкое, скользкое и неприятное чувство.

«Наверное, именно так чувствует себя добыча, когда ее загоняют», – подумала она.

– Темнеет, а на десятки верст ни одной деревни не предвидится. Нужно разбить лагерь. Здесь, у ручья, хорошее место. А в степи можно поймать куропаток или фазанов, – заявил Александр и спешился, чтобы умыться холодной водой.

Ярослава проигнорировала его слова и повернула Бурана дальше на северо-восток. Пока Александр не на коне, был шанс немного оторваться.

– Все, хватит! – Александр вскочил и в несколько шагов настиг княжну. Ярослава не успела даже как следует дернуть за поводья, как ее схватили за руку и рывком потянули вниз. Если бы дружинник ее не поддержал, девушка непременно бы рухнула головой вниз, да так и осталась лежать.

– Отойди! – княжна оттолкнула дружинника и обнажила меч.

Александр лишь отступил на несколько шагов и поднял руки:

– Да не собираюсь я ничего с тобой делать. Лишь пытаюсь оградить тебя от опасных решений. Идти дальше, когда на носу уже сумерки, опасно. И коня пожалей, весь выбился из сил. Поешь и выспись, а завтра двинемся дальше.

– Кто ты? – Ярослава не опустила меч, а лишь сильнее его сжала. Голос срывался, выдавая беспокойство и страх. Сердце колотилось в груди. Что, если его подослали схватить княжну, вернуть в столицу и наконец казнить?

– Меня зовут Александр. Воин из дружины. Выполняю поручение. – Мужчина медленно опустил руки, стянул седельную сумку и принялся искать что-то. Он действительно не выглядел так, будто собирается навредить Ярославе. Однако из головы княжны не уходила мысль о том, как она обманула мавку. Так же заручилась ее доверием, а затем убила. К тому же ростом Александр был почти с Ярославу. Это не Дарен, которого бывшая княжна смогла бы уложить одной левой.

– Из чьей ты дружины?

– Служу княжичу Идану. Спешу к нему с новостями из столицы.

Решение пришло быстро. Ярослава убрала меч в ножны и бросилась к Бурану. Нужно оседлать его и сбежать подальше. Если этот Александр из столицы, значит, он уже знает о смерти князя, мертвецах и побеге Ярославы. Нужно добраться до Идана, да побыстрее.

Ярослава ловко запрыгнула в седло, схватила поводья и собиралась уже погнать коня навстречу ветру, как сильные руки схватили ее за плащ и потянули вниз. Побег не удался. Снова Александр стянул Ярославу с коня, но в этот раз не стал ловить, а повалил на землю, прижимая своим телом. Девушка ойкнула, обескураженная происходящим. Она заметила, что Буран собирался лягнуть обидчика, но конь воина встал на защиту хозяина.

Ярослава брыкалась, кусалась, пыталась дотянуться до меча или ножа на предплечье, но все оказалось бессмысленным. Они несколько раз перевернулись, намокли в ручье, попали под копыта Бурана. Но все, чего смогла достигнуть Ярослава в безмолвной перепалке, это шишки на лбу, да крови из носа Александра. Выбившись из сил, она лежала, прижатая к земле. Ветер сковывал тело морозом, продувая намокшую одежду.

– Успокоилась? – Мужчина по-прежнему нависал, держал обе руки Ярославы, ни на секунду не ослабляя хватку, даже когда девушка совсем сдалась и обмякла. От уверенности и ярости остались лишь дрожь от холода и слезы обиды, которые она пыталась сдерживать изо всех сил. Кровь из носа Александра капала на ее щеки и скатывалась куда-то за шиворот.

– Пусти, – прошипела Ярослава.

– Если ты пообещаешь, что больше не будешь совершать глупостей, поешь и спокойно поговоришь со мной, – мужчина улыбнулся.

Ярослава недовольно зыркнула на дружинника, но кивнула. Мужчина ослабил хватку и слез с Ярославы, но вдруг получил тяжелым кулаком по макушке.

Утром Ярослава чувствовала себя лучше. Да, ночью было холодно и часто приходилось просыпаться, чтобы проверить пленника, но даже такой сон и легкая каша с вяленым мясом на завтрак придали сил.

Ярослава сидела у ручья, мыла в ледяной воде деревянную мисочку и наблюдала за восходом, когда позади послышался недовольной хриплый голос:

– Ну что, довольна?

Девушка обернулась и бросила ехидный взгляд на пленника. Александр был связан по рукам и ногам толстой веревкой, которую Ярослава обычно использовала для Бурана. Чтобы пленник не мог даже подняться, девушка перевернула его на живот, стянула тяжелые сапоги и обмотала веревку сначала вокруг щиколоток, а потом вокруг небольшого куста рядом. Тоже самое она проделала и с руками, привязав веревку к противоположному кустику. Картина напоминала один и видов казней, но казнить Александра она точно не собиралась. По крайней мере, пока не выяснится, что он как-то связан с Траяном.

На удивление, как отметила Ярослава, пока связывала воина, был он не только высок, но и имел крупное телосложение. Наверное, поэтому девушка так и не смогла скинуть его с себя.

Его длинный бронзовый меч, два коротких ножа и щит Ярослава положила рядом с собой, куда пленник не смог бы дотянуться или доползти. Кольчугу девушка стягивать не стала. Совесть не позволила оставить человека в легкой рубахе на холодной земле.

– Очнулся? Вот теперь поговорим. Зачем ты меня преследовал? – Ярослава домыла миску, умылась и вытерла краем плаща лицо.

– Игорь попросил присмотреть за тобой.

Сердце Ярославы сжалось. Если это правда, то наставник не оставил попыток доказать невиновность княжны. Но доверять незнакомцу девушка не спешила.

– И кто же это такой, твой Игорь?

– Не стоит притворяться глупой, княжна Ярослава. Все в столице знают, что он твой наставник, – усмехнулся Александр и закатил глаза. – Однако молодец, что скрываешь правду до конца, когда-нибудь это может спасти жизнь.

Голос его звучал весело, но по лицу было видно, что вся ситуация ему уже изрядно поднадоела, а неудобное положение и холодная ночь вымотали.

– Прости, но я не могу тебе доверять. Сначала ты преследуешь меня и ничего не говоришь. Потом утверждаешь, что дружинник княжича Идана. Теперь же вдруг стал посланцем Игоря.

– Я действительно дружинник Идана. На моей шее висит медальон. Можешь проверить.

Ярослава подошла и присела рядом с пленником. Недолго думая, она запустила руку под кольчугу и нижнюю рубаху мужчины. Щекам отчего-то стало тепло, а сердце вдруг ускорило свой ход. Горячая кожа мужчины обожгла замерзшую ладонь. Терпя необычные чувства, Ярослава вытащила медальон. На нем красовалась голова волка. Некрупная бронзовая вещица действительно была в форме герба княжича Идана.

– Я знаю, что тебя обвинили в смерти князя, но не верится мне, что столь преданная девица с сильным чувством ответственности совершила что-то подобное. Княжич Идан много рассказывал о тебе. Он не стал бы врать. А еще княжич Идан постоянно хвалил твою косу. К сожалению, я ее не вижу.

Ярослава отшатнулась от неожиданных слов и чуть не порвала цепочку медальона. Александр скривился. Кажется, цепочка врезалась ему в кожу. Девушка выпустила подвеску.

«Он… похвалил мои волосы?» – Ярослава невольно притронулась к коротким, едва доходящим до подбородка локонам. Отчего-то вспомнилось, как Отрада называла их безобразными и постоянно сравнивала с хвостом кобылы.

– Не хочу смущать княжну, но попрошу развязать меня. Мне надобно по нужде.

– Хах, все мужчины используют этот способ, когда не могут выбраться из оков? – Ярослава ухмыльнулась. Кажется, она уже второй раз попадает в одну и ту же ситуацию. Мимолетная мысль о Дарене вдруг отдалась в душе легкой грустью. Ярослава была знакома с юношей с седмицу, но от чего-то он засел глубоко в ее голове.

– Видимо, да, раз княжна говорит подобное, – отозвался Александр и на мгновение улыбнулся.

С тяжелым вздохом Ярослава все же развязала пленника. Мужчина удалился в редкие кусты неподалеку и вскоре вернулся. На завтрак на затухающем костре он подогрел себе такое же вяленое мясо и запил его теплой водой из ручья.

– Ты двигаешься к Идану? – спросил он. Быстро перекусив, Александр еще некоторое время разминал тело после неудобной ночи, пока кони резвились в степи. На запястьях дружинника из-под кольчуги то и дело показывалась растертая от веревок кожа.

– Возможно.

– Смею предположить, что именно к Идану, иначе бы не шла этой дорогой. Здесь почти нет деревень и мало рек и озер. Неподготовленный путник сыщет здесь только погибель. Мы с княжичем Ида-ном здесь проходили и…

«Александр красив», – отметила для себя Ярослава. На левой щеке у него красовался еле заметный шрам. Если не всматриваться, то и не приметишь сразу за темной густой щетиной. Скорее всего, заработал его в одном из боев на границе. Густые брови и ресницы подчеркивали миндального цвета глаза. Волосы были собраны в высокий пучок, который растрепался из-за нелепого поединка. Даже кольчуга не могла скрыть развитое тяжелыми тренировками тело. Александр был полной противоположностью Дарена, но оба были по-своему красивы.

– Ты меня слушаешь? – Александр присел прямо перед Ярославой и заглянул ей в глаза.

– А? Да, – ответила Ярослава и отвела взгляд. – Эм, Александр, раз ты был в столице и разговаривал с Игорем, возможно, ты что-то знаешь о другом пленнике по имени Дарен? Это худощавый юноша со шрамом от молнии на правой руке. И глаза у него необычайно светлые, почти белые.

Александр хмыкнул и присел рядом с княжной.

– Крутился подобный рядом с княжной Отрадой.

Ярослава поникла. Отрада редко проводила время в компании одного и того же мужчины. И тем более никогда не таскала их с собой. Значит, Дарен пришелся ей по вкусу.

– Я могу рассказать тебе вести из столицы, – Александр заметил переменившееся настроение княжны и поспешил сменить тему.

– Выбрали нового князя?

– Еще нет. Княжич Олег еще не прибыл. Хотя княжич Идан подошел бы на это место гораздо больше. Сейчас всем заправляет этот Траян. – Александр сплюнул от негодования. – Он же допустил в совет принцессу заморскую, невесту княжича Олега. Она еще никак не связана с княжеским родом, но уже ведет себя как княгиня.

– И никто из Совета ему не возразил? – Ярослава сжала кулаки и нахмурилась. Такого труда стоило уговорить Совет, чтобы они допустили ее к обсуждению проблем насущных. Даже противились словам князя. А тут запросто разрешили войти заморской девице.

– Любой, кто пытается возразить, объявляется врагом княжества и отправляется на казнь. Митрофана так сразу же казнили. Он усомнился в том, что ты, княжна, причастна к убийству князя. И был против заморской принцессы при Совете.

Митрофан был близким другом князя и часто присматривал за Ярославой с детства. Больно было слышать, что доброго и отважного человека казнили.

Ярослава всегда знала, что Траян не приведет к добру княжество. Злость обуяла ее. Захотелось вернуться и лично приложить руку к смерти мерзкого мага.

– А мор? Все ли хорошо с жителями столицы?

– Удивительно, но мор прошел быстро. Лишь три дня бушевал, а потом будто испарился. Многие ранены и есть погибшие. Но большинство просто напуганы и считают, что это случилось из-за… – Александр покосился на Ярославу и промолчал, не желая ранить ее чувства.

– Из-за меня, – закончила за него Ярослава. – Потому что Траян всем соврал.

– Да. Ты была у князя в покоях накануне его смерти? – поинтересовался Александр.

– Да, я была в покоях отца. Он был очень слаб и еле говорил. Я провела с ним совсем немного времени и покинула покои, чтобы батюшка мог отдохнуть. Тяжелые воспоминания отозвались болью в сердце: – А что же случилось с батюшкой?

– Предали огню его, как и подобает. Но когда он стал мертвяком ходячим, до смерти весь люд на площади перепугал. Говаривали, что даже корни деревьев заставил вырасти, чтобы ловить бегущих. Сам я не верил, пока не увидел их собственными глазами.

Ярослава тяжело вздохнула и быстро смахнула с щеки слезу. На душе было тяжко. Она так и не смогла попрощаться с отцом, не поведала ему о своих приключениях.

Ярослава вздрогнула, когда тяжелая рука вдруг опустилась на ее плечо. Александр хотел было что-то сказать, но вдруг замер, нахмурился и уставился за спину княжны. Девушка в растерянности последовала за его взглядом. За небольшим кустом кто-то прятался.

Глава 8

Найденыш

Ярослава медленно взялась за рукоять меча. Александр обнажил клинок. Они направились к кусту, за которым кто-то прятался. Существо было чем-то увлеченно, не замечая приближающихся людей. Ярослава ступала осторожно, чтобы не выдать ни себя, ни мужчину. Девушка перебирала в уме варианты, какая тварь может там прятаться: для упыря слишком маленький куст, домовые в лесах не водятся. Может, какая зверюшка? Когда до куста оставалась всего пара шагов, Александр подал знак остановиться. Ярослава выжидающе посмотрела на него. Он тихо убрал меч в ножны, сделал два быстрых шага и рывком схватил неизвестного. Раздался крик, да такой высокий, что ушам сделалось больно, а затем плач. Александр за шкирку вытащил из куста мальчика лет пяти на вид.

– Это еще что такое? – удивленно произнесла Ярослава, разглядывая рыдающего ребенка.

Мальчик был щупленький, чернявый, одет лишь в легкую рубаху. Он дергался и пинался тонкими, как щепки, босыми ногами. Но не это удивило княжну. Все лицо мальца было испачкано кровью. В руках он сжимал тушку какого-то зверька. Мальчик рыдал взахлеб, размазывая по щекам кровь и грязь.

– Откуда здесь дитя? Ты же говорил, что вблизи нет деревень. Весь в крови. Да и одет легко.

– Много ли ты видела детей, которые в его возрасте способны поймать и выпотрошить кролика? – Александр улыбнулся и опустил мальчика на землю, но руку с его рубахи не убрал.

– Ты кто такой будешь? Где твоя матушка? – Ярослава присела на корточки, но все равно оказалась гораздо выше ребенка.

Мальчик ничего не ответил, продолжая плакать и размазывать по лицу кровь.

– Что же нам с ним делать? – задумчиво проговорила Ярослава. Девушка не знала, как ребенок забрел так далеко в поле через леса. Она даже не могла представить, что ему довелось пережить, раз он научился ловить животных голыми руками. – Может, где-то неподалеку все же есть поселение?

– Как я говорил, в этих краях, сколько раз бы я не проходил, отродясь не было деревень, – пожал плечами Александр.

Ярослава быстро сходила к седельным сумкам и отыскала там небольшой кусочек вяленого мяса. Все же лучше, чем есть сырое. Девушка снова присела рядом с ребенком и протянула ему аппетитно пахнущий кусочек. Мальчик перестал плакать и заинтересованно посмотрел на лакомство, но с места не сдвинулся. Он крепче сжал крохотными пальчиками окровавленную тушку.

– Возьмем его с собой? Может, путников каких встретим. Кто знает, ребенок мог просто потеряться по пути.

– Хорошо. Только мальчишка поедет со мной. Так будет вернее, – проговорил мужчина и потащил всхлипывающего мальчика к ручью. Крик стоял еще долго. Ярослава начала опасаться, как бы какие лесные твари не услышали их. Мальчик кричал – не хотел отдавать кролика. Он вырывался, старался пнуть и укусить мужчину – не хотел приближаться к холодной воде. Александр же пытался вымыть ему лицо от крови. В конце концов, ему это удалось, хотя оба вымокли в ручье.

Путники быстро собрались и выдвинулись в путь. Дорога все также лежала через степи, но на горизонте замаячил лес. А благодаря собеседнику она не казалась Ярославе такой изнуряющей, скучной и долгой. Мужчина значительно скрасил одиночество, а также принялся рассказывать, что еще происходило в столице. Александр поведал о событиях, произошедших после несостоявшейся казни. Княжну без сознания принесли на конюшню, кое-как усадили на заранее снаряженного Бурана и вывезли за пределы Старграда. Некоторое время самые приближенные дружинники почившего князя сопровождали ее, а затем оставили под раскидистым дубом. Как бы Ярослава ни выпрашивала, ей так и не удалось выяснить, кто еще, кроме Игоря, помогал.

Ярослава припомнила, как очнулась тогда под тем дубом. Буран настойчиво бодал княжну своей большой головой и недовольно фыркал. Вечерело, ночь медленно опускалась на княжество. Ярослава долгое время не могла понять, что произошло и где она оказалась. Все время казалось, что шею что-то сжимает, что она болит, а перед глазами то и дело мелькало воспоминание о топоре. Но сколько бы девушка не терла горло, ничего, кроме цепочки с кольцом, там не было. Воспоминания о казни, о восставшем из мертвых отце нахлынули подобно огромной волне. Голова от всего этого пошла кругом. Немного погодя, переведя дух, княжна огляделась и прислушалась. Откуда-то доносился шум воды. Ярослава взяла под уздцы коня и повела его в сторону звука, а спустя пару десятков шагов вышла к быстрой реке. Там же девушка и умылась в надежде, что холодная вода прояснит голову. Было страшно и в то же время пусто, будто кто-то вынул часть души. Как бы ни старалась, Ярослава не могла сдерживать слезы. Крупные капли стекали по щекам и падали в воду. Буран же взволнованно ходил рядом с хозяйкой, иногда бодая княжну в плечо.

Той ночью Ярослава так и не сомкнула глаз. Она плакала и плакала, совсем не жалея на это сил. Если бы эту картину увидела Отрада, то она заплясала бы от радости, что смогла так точно подобрать обидное «рева-корова» для сводной сестры. Княжна и сама думала, что такое поведение недостойно воина, но не могла унять слезы.

Когда утренние сумерки рассеялись и первые теплые лучи ласково приобняли девушку, она, наконец, выбилась из сил от бесконечного плача, уставилась на свое отражение в реке. Из воды на нее смотрел не воин, не княжна, а всего лишь слабая девка, не способная защитить ни себя, ни родных. Глаза и губы распухли от слез. И только приглядевшись, Ярослава заметила, что с правой стороны волосы неровно отрубили, отчего они топорщились и щекотали лицо. С левой все еще свисала растрепанная коса. Княжна всмотрелась в собственное отражение.

– А ведь я действительно ни капли не похожа на красавицу, – невольно сказала Ярослава сама себе и в очередной раз подумала, что правду говорила Отрада.

Тяжелый подбородок, густые брови, высокий рост. Раньше княжна ненавидела даже думать о своей внешности, старалась проводить как можно больше времени на тренировках в обществе мужчин. Она хотела, чтобы люди видели в ней такого же воина, а не девицу. Теперь, когда обвиняемую в смерти князя будут искать повсюду, это могло спасти. Девушка вынула из ножен меч, схватила растрепанную косу, мирно лежащую на левом плече, и одним движением отрезала ее. Теперь в отражении на княжну смотрел совсем другой человек. С короткими волосами она стала совсем похожа на рыжеволосого крупного юношу.

– Ярослав… Вполне обычное имя для молодого путника-воина, – решила княжна.

Девушка постаралась взять себя в руки и тут же нащупала перстень на груди – единственное, что осталось от отца. Непременно нужно отыскать Идана и передать ему завещание князя. И не важно, как она будет выглядеть и кем называться. Девушка сжала в руке косу, да так сильно, что костяшки побелели.

– Я передам перстень, несмотря ни на что, – дала она сама себе обещание.

Княжна быстро собрала ветки, развела костер и бросила косу в огонь. Тепло неожиданно распространилось и по телу, и в душе. Сожженная коса стала для Ярославы началом нового пути.

В первые сутки княжна долго скакала на Буране мимо деревень, боясь, что гонцы разнесут весть о смерти князя и сбежавшей убийце быстрее, чем она доберется до брата. На вторые сутки, заметив посланников в характерных одеждах, девушка свернула с дороги и с трудом пробиралась с конем через густую чащу. В тот вечер Ярослава впервые столкнулась с навьей тварью один на один. Она встретилась с аукой. По преданиям это был лишь маленький проказливый дух, заманивающий путников в лес и бросающий их там. На деле же это оказалось уродливое пузатое существо с огромным ртом на этом самом пузе, которое так и норовило сожрать княжну.

К концу первой седмицы девушка привыкла представляться Ярославом и уже не так боялась быть узнанной. Многие деревеньки и не слыхивали о новостях, произошедших в столице даже десятки дней назад. И чем дальше путь лежал от Старграда, тем меньше люди знали.

Княжна расслабилась, а зря.

Теперь же, спустя всего две седмицы, ее личность была раскрыта Александром. К счастью для девушки, дружинник не высмеял княжну и даже словом не обмолвился о том, что негоже девке притворяться мужчиной. Лишь продолжал поддерживать беседу и делиться новостями.

После небольшого привала они двинулись вдоль леса, который утром лишь виднелся на горизонте.

– Знаешь, княжна, для чего твой брат был отправлен на границу? – спросил внезапно Александр.

– Охранять княжество от набегов степных кочевников.

Александр покачал головой:

– Чтобы умереть, княжна.

– Не неси чепу… – Ярослава поджала губы. Последние события показали, что многие вещи не делаются по совести. И, возможно, Александр говорил чистейшую правду. – Батюшка со слезами провожал Идана в путь. Я этот день помню так, будто все произошло вчера. Не мог отец отправить своего любимого сына на смерть.

«Тем более что батюшка попросил отдать перстень наследника Идану», – добавила в мыслях Ярослава.

– Князь, возможно, не мог, а вот совет – очень даже, – тут же ответил Александр.

Найденыш уже не плакал, не вырывался из седла и с интересом вслушивался в слова незнакомцев.

– Наверное, ты прав.

Ярослава помнила, какие ожесточенные споры иногда возникали в Совете. И князь был вынужден идти на уступки, чтобы не потерять поддержку и воинов.

– И-и-и, как там Идан? – неуверенно спросила княжна.

Александр потемнел в лице и уставился куда-то вдаль.

– Брат жив? – Ярослава почувствовала, как у нее задрожали руки от волнения. Она покрепче перехватила уздцы. Если Идан погиб, то к кому она едет через все княжество, чтобы передать последнюю волю отца?

– Жив. Сперва мы держались очень успешно, одерживали одну победу за другой, даже завоевали новые территории еще четыре сезона назад.

– Это знаю. В честь успехов Идана тогда устроили гуляния в Старграде. Но это было давно. А меня интересует, как обстоят дела сейчас.

Мужчина тяжело вздохнул.

– Зима выдалась холодной. И так мелкие посевы в ближайших к границе редких деревушках перемерзли, а лето оказалось слишком засушливым. Голод стал большой проблемой для нас. Княжич Идан принял решение немного отступить, пустить на бесплодную землю врагов, а самому запросить помощь в Старграде у князя.

– И брат послал тебя?

– Верно, княжна. Но князь так и не успел услышать последние вести с границы и оказать помощь.

А просить поддержки у Траяна бесполезно. Он был тем, кто больше всех настаивал на отправке Идана к границе. Я решил не тратить время зря и вернуться обратно.

Найденыш – так пока что назвала для себя ребенка княжна – в седле Александра заозирался, начал крутиться, когда где-то вдали послышался волчий вой.

– Воу-воу, малец, не дергайся ты так! – Александр перехватил ребенка и крепче прижал к себе. – Упадешь же!

– И решил последовать за мной?

– Да. Я знаю, что ты не стала бы убивать князя. В том, что ты невиновна, я абсолютно уверен, иначе бы Траян не устроил такое представление в центре Старграда. И мне стало интересно, почему ты двигаешься в сторону границ.

Княжна поникла от таких новостей. Она уставилась на гриву Бурана, пытаясь унять волнение в груди. Не только в Старграде все плохо, но и у брата Идана. Отчего-то во всем хотелось обвинить Траяна, даже в плохой погоде, неурожае или в любых других бедах. Княжна ясно чувствовала, что все проблемы идут от колдуна. По крайней мере, ей очень хотелось верить в то, что смерть одного человека спасет княжество. Эта мысль стала утешением для Ярославы.

– Мне обязательно нужно встретиться с Ида-ном. И… Спасибо за твое доверие, Александр, – только и смогла она выдавить из себя.

– Княжна, не стоит думать об этом так усердно. Этим ты только расстроишь себя, но делу никак не поможешь.

Легкое прикосновение к плечу выдернуло девушку из мыслей. Александр вел коня совсем рядом и сочувствующе смотрел на Ярославу. Найденыш вновь смирно сидел перед мужчиной, покачиваясь из стороны в сторону, но постоянно бегал глазами по округе, будто бы кого-то высматривал.

– Я понимаю, что ты прав, но…

– Ярослава, вот говорят, что девицы слишком слабы и эмоциональны, не умеют в себе все держать, а оттого на поле боя лишь мешаются. Но вранье все это. Знал я баб, что сильнее любого мужика будут. Одна из них сейчас прямо передо мной.

Ярослава отвела взгляд и уставилась куда-то за горизонт. Сердце отчего-то поскакало галопом, а внутри разлилось приятное тепло. Редко кто говорил княжне такие слова.

– Княжич Идан не меньше тебя думает о делах насущных. Боюсь, он ринется в Старград сразу же, как узнает о смерти его отца. И… – Александр ускорился и перегородил дорогу, отчего Буран тут же встал как вкопанный. Ярослава чуть подалась вперед от неожиданной остановки и удивленно бросила взгляд на Александра. Мужчина продолжил:

– Я наблюдал за тобой каждый день последние две седмицы. Ты удивительна, Ярослава. Я о навьих тварях лишь слышал, но никогда не видел собственными глазами. Мне, как опытному воину, было страшно приблизиться к ним, а ты… Ты не побоялась взять в руки меч и ринуться в бой, понимая, что можешь не выйти из него победителем. Ты помогала нуждающимся и не брала за это ничего. Ты сильна и целеустремленна, сдержана и умна. Твоя стойкость и поддержка помогут княжичу здраво оценить ситуацию, а войску воспрять духом. Я не рассказал тебе всего о ситуации на границе, но дела там плохи. Будь готова к этому.

Княжна закусила губу и, не найдя слов, быстро кивнула и поспешила обогнать Александра. Она ощущала, как печет щеки, а сердце бьется отчего-то в горле. Еще и суток не прошло, как она встретилась с этим мужчиной, а он сказал ей добрых слов больше, чем кто-либо другой за всю жизнь. Девушка также заметила странную особенность. От его голоса бросало в дрожь. Приятный, тихий, но в тоже время сильный, твердый. Он обволакивал и проникал куда-то глубоко в душу княжны, казался близким, родным.

«Ох, если Александр с самого начала шел за мной, то он видел, как я выла в слезах всю ночь после смерти батюшки!»

Ярослава готова была сгореть со стыда. Это ощущение столь сильно поглотило ее, что девушка не сразу поняла, отчего Буран занервничал и ускорил ход.

– Тпру, – княжна натянула уздцы, конь остановился. – Что такое?

Княжна вслушалась. Позади не было слышно шагов коня мужчины.

«Может Александр остановился в какой-нибудь канавке по нужде, а я этого не заметила?» – промелькнуло в ее голове.

Ярослава выждала чуток и развернула Бурана, когда тишина вокруг стала какой-то совсем неестественной.

Позади не было никого. Только чистое поле да лес неподалеку.

Внутри сжался неприятный ледяной комок. Девушка повела коня обратно и спешилась там, где последний раз разговаривала с мужчиной.

– Как-то много следов. Это копыта Бурана, это… Коня Александра. Странно, как будто кто-то веником помахал. – Ярослава изучала следы, пока взглядом не наткнулась на примятую жухлую траву. Свежая тропинка уходила в сторону леса.

Буран взволнованно задышал и затоптался на месте.

– Тихо-тихо, мой друг. Стой здесь, я скоро приду. – Ярослава оставила Бурана на опушке леса. Привязывать не стала, чтобы в случае чего у него был шанс сбежать. – Стой здесь, Буран!

Конь сделал несколько шагов в направлении хозяйки, но послушно остановился. Он не скрывал своего волнения. Ярославу это насторожило. Буран даже на болотника реагировал не так остро, как сейчас. Вечерело, а, как показала практика, ночное время и леса очень любимы навьими тварями.

Княжна вынула из ножен меч. Девушка пошла по следу, аккуратно ступая рядом, и с ужасом обнаружила неподалеку большую лужу крови. От нее тянулся длинный кровавый след в сторону леса. Волочили кого-то большого. У княжны похолодело внутри. Неужели Александра настигла какая-то тварь, пока девушка пребывала в смущении? Растерянность, тревога и чувство вины захлестнули. Глазам стало больно от непрошенных слез. Ярослава боялась моргнуть, чтобы не заплакать. Девушка остановилась и шумно втянула воздух. Не время рыдать и поддаваться панике. Нужно взять себя в руки и найти Александра. Возможно, ему нужна помощь.

Девушка накинула на голову плащ и пошла по следу. Она старалась ступать как можно тише, чтобы не выдать своего присутствия. Кровавый след петлял среди деревьев, уводя княжну все глубже в лес.

«Какая навья тварь могла забраться так глубоко с тяжелым мужчиной в латах наперевес?» – задавалась Ярослава одним и тем же вопросом.

Лес был густым, почти непроходимым, но все же тропки звериные имелись. По одной из таких как раз и вел кровавый след. Он уводил все дальше и дальше. Запах золотых берез и дубов сменился запахом сосен, приятным, свежим, но каким-то холодным и чуждым.

Идти пришлось долго, прежде чем вдалеке послышался гомон. Так звучало поселение.

– Но Александр утверждал, что в округе нет деревень, – удивилась Ярослава.

Приблизившись, она прошмыгнула через кусты и присела за широким деревом. На просторной поляне расположились небольшие хижины, видимо, сложенные из срубленных здесь же деревьев. По узким дорожкам сновали жители, у маленького озера играли дети, эхом доносился стук молота о наковальню. Это была бы обычная деревня, если бы не одно но. Почти все жители, которых удалось увидеть из укрытия Ярославе, имели нечеловеческий вид. Длинные лохматые ноги, волчья голова, массивные лапы с когтями, хвосты.

– Волколаки, – сразу же пришло на ум Ярославе. – Практически ни дня без навьей твари.

Княжне еще не доводилось их встречать, но слышала разные истории – одна страшнее другой. Твари передвигались исключительно на задних лапах и носили одежду. Все в их быту было как у обычных людей, на коих она вдоволь насмотрелась за последние две недели.

– Это еще что такое?!

Совсем рядом, буквально над головой, раздался недовольный низкий женский голос. Ярослава вздрогнула и вжалась в дерево спиной. Неужели ее заметили? Она подобрала удачное место, скрытое со всех сторон кустарниками. Послышался хруст веток, кто-то прошел рядом с княжной.

– Я тебе сколько раз говорила, что нужно подчищать следы?! Неужто ты думаешь, что этого кровавого следа никто не заметит?!

Рядом с Ярославой стояла высокая волчица, облаченная в кольчугу и латы. Она с размаху дала подзатыльник своей огромной лапой волколаку, меньше ее вдвое, отчего тот жалобно заскулил.

– Чтобы через лучину этого не было! Не хватало, чтобы наше поселение нашли чужаки. Довольно того, которого вы приволокли только что! Ты понял меня?

Волколак принялся усердно кивать. Волчица развернулась и прошла обратно в деревню. Оставленный волк почесал ушибленный затылок, опустился на четыре лапы и припустил по следу. Ярослава вздохнула с облегчением. Кажется, в этот раз удача на ее стороне. Наверное, кровь на траве перебила ее собственный запах.

– Не думала, что у нас завелись крысы!

Неожиданно перед ее лицом возникла огромная лапа. Ярославу за грудки вытащили из укрытия. Та самая волчица прижала ее к дереву. Ярослава даже испугаться не успела, уставилась в большие желтые глаза. Меч выбили из рук, а морда волколака оказалась на уровне с ее лицом. Не часто княжна встречала равных по росту себе людей, а тут навья тварь.

– Где ты тут крысу увидела? – огрызнулась княжна прежде, чем опомнилась. Игорь постоянно твердил, что не стоит злить врага, особенно если оказалась у него в плену.

– Девица? – удивленно спросила волчица и принюхалась. – Тебя в детстве на убой кормили, что ли?

Вокруг собралось уже с десяток волколаков. Они зашлись смехом.

– Отвечай, где мой спутник? – твердо выдала Ярослава, стараясь унять дрожь внутри тела.

– Ты же сказал, что там никого не было! – волчица дала подзатыльник еще одному волколаку.

– Простите, вожак, но там и правда был только он. Мы никого там не видели больше!

– Где мой спутник?! – настойчивее спросила княжна, а у самой уже руки дрожали от волнения. Если на нее накинутся все волколаки разом, она не сможет уйти живой. Да что там, если нападет волчица, нельзя сказать наверняка, что Ярославе удастся победить. Со столь крупными противниками ей еще не доводилось биться, а у этой к тому же есть когти и клыки.

– Расскажи, зачем похитили нашего детеныша, и, может быть, я тебя убью быстро.

Ярослава растерянно посмотрела на волколака.

– Похитили? Никого мы не похищали!

– Путята, ну-ка подойди! – приказала вожак.

К ней тут же подбежал чернявый мальчишка.

«Найденыш!» – поняла Ярослава.

– Они тебя схватили? – волчица указала на княжну. Мальчик кивнул.

– Не похищали мы его! Нашли в поле примерно в дне пути отсюда, зайца ел сырого. Мы запереживали и решили довезти до ближайшей деревни. Думали, что убежал откуда. Где мой спутник? Вы его убили?

– Если и так, то что же? Заплачешь? – засмеялась волчица, ей вторили остальные волколаки. Ярослава отчего-то не поверила ее словам.

– Ладно, жив твой ненаглядный. Пока что. Коль хочешь его выручить, будешь участвовать в полночь в боях. Сегодня полнолуние, священное время. Согласна? А пока что разберемся, правду говоришь иль нет. Мы все-таки не безмозглые болотники али еще кто, просто так убивать не будем.

Ярослава утвердительно кивнула. Двое довольно крупных волколаков по приказу вожака подхватили Ярославу под руки и потащили к жилым постройкам. Княжна вертела головой, старалась запомнить как можно больше, вдруг удастся сбежать. Поселение волколаков походило на самую обычную деревушку, коих девушка насмотрелась вдоволь за время своего похода. Небольшие дома были аккуратно выложены из бревен, их окружали невысокие заборчики да узкие тропинки. Волколаки – и взрослые, и дети – заинтересованно разглядывали Ярославу, отчего ей стало не по себе. Ее провели мимо небольшой кузни, где крупный волк огромным молотом ковал доспехи. Яркие искры разлетались во все стороны. Ярославу привели к большой яме, поверх которой лежали связанные толстые ветки в виде решетки. Один из волколаков поднял ее:

– Полезай.

«Снова темница…» – вздохнула девушка и молча спрыгнула вниз. Тяжелая решетка с грохотом упала, перекрывая путь к свободе.

Внутри было темно, лишь свет, пробивающийся сквозь вход в темницу, тускло освещал небольшую яму. В нос ударил сильный запах елей, ветви которых лежали настилом на сырой земле. Сбоку послышалось шуршание и тяжелый вздох.

– Ярослава? – раздался знакомый голос, от которого мурашки побежали по спине и сердце затрепетало. У дальней стены сидел Александр, связанный по ногам и рукам. Ярослава бросилась к нему и осмотрела.

– С тобой все в порядке? Там было столько крови! Я пошла по следу, думала, что с тобой серьезная беда приключилась и в живых тебя уже не увижу! – Девушка вынула кинжал из наручей и разрезала путы.

– Ну-ну, не нужно так сильно переживать, со мной все хорошо. Хмурому повезло меньше… – Александр грустно улыбнулся и потер руки, которые уже второй раз за сутки успели побывать в оковах. – Я думал, что тебе удалось сбежать.

– Да я даже не заметила, как они уволокли тебя! И нет, я бы не бросила тебя одного, даже если бы заметила. Ни за что! – быстро проговорила Ярослава, словно пыталась оправдаться, а затем подняла удивленный взгляд. – Постой. Ты назвал своего коня Хмурым?

– Что будем делать, княжна? – Александр не стал отвечать на ее вопрос. – Надеюсь у тебя был план прежде, чем ты решила сунуться в логово волколаков?

Ярослава смутилась, в щеках снова разлилось тепло. Девушка была рада тому, что в полутьме ее лицо еле различимо. Она даже и не думала о последствиях, когда пошла по кровавому следу. Отчего-то было слишком страшно потерять нового знакомого.

– Вожак их сказала, чтобы я участвовала в боях вечерних. Если одолею их, то нас отпустят.

– И ты веришь им? – Александр слишком громко усмехнулся, а затем слабо застонал. Все-таки достаточно потрепали его волколаки, как бы не пытался он этого скрыть.

– Наверное. Это все Пута… Путя… В общем, тот мальчишка, которого мы нашли в поле. Он сказал, что мы его украли и силой удерживали! Маленький поганец!

Александр лишь вновь тяжело вздохнул.

– Давай… Давай я осмотрю твои раны. Лекарственных трав с собой нет, а камешки целебные в сумке седельной остались, но я что-нибудь придумаю.

– Со мной правда все хорошо, – его голос звучал неубедительно, мужчина пытался скрыть боль.

– Возражения не принимаются. – Ярослава принялась стягивать с него перчатки. Александр шумно втянул воздух, когда девушка дотронулась до его левой руки. Ярослава сняла с Александра кольчугу, затем и рубаху. Девушка замерла на некоторое время, разглядывая обнаженный торс мужчины. Глаза привыкли к темноте и мягкие линии его груди, крепких мышц отчего-то казались самым прекрасным, что видели ее глаза. Ярослава опомнилась и продолжила осматривать повреждения. Девушка молилась всем богам, чтобы Александр не заметил этой заминки, как она пялилась на его тело. Щеки пылали от смущения. Княжна не понимала, почему так реагирует, ведь она уже не раз видела, как дружина отца чистила латы в реке и там же стирала одежду, как некоторые воины тренировались лишь в одних подвязанных штанах.

«Негоже незамужней девушке касаться оголенного тела мужчины, – всегда твердила няня. – Даже смотреть нельзя. Муж будет – насмотришься и на-трогаешься вдоволь!»

Смущение пропало в тот же момент, когда Ярослава взглянула на раненую руку Александра. Большой синяк красовался на плече, а там, где ранее заканчивался рукав кольчуги, начинались следы от укусов. Они кровоточили, но повезло, что грязи не было. На кисти также виднелось несколько следов зубов.

– На самом деле раны несерьезные. – Александр несколько раз сжал и разжал левую ладонь. – Пару дней поболит и перестанет. Обычное дело для воина. Скорее больше плечо беспокоит. С Хмурого меня сорвали, и я на землю как раз на этот бок упал. Как бы не было сломано.

– Сейчас посмотрю. – Ярослава разорвала рубаху мужчины. Частью лоскутов вытерла кровь, другими же обмотала раны. Затем ощупала плечо, как учил Игорь, – подвигала руку вверх-вниз, пощупала все от шеи до лопатки. Александр иногда тихо стонал или цокал языком, но не более. Рука не была опухшей. Это хороший знак. Затем княжна опустила ладонь на ключицу и… тут же одернула.

«Негоже незамужней девушке касаться оголенного тела мужчины», – опять всплыли слова няни.

Кожа Александра была гладкой и теплой. Кажется, это тепло через руку дошло до лица, отчего щеки снова начали пылать.

– Я… я перевязала раны. Плечо вроде не сломано.

От накатившего смущения было тяжело вымолвить и слово. Девушка отстранилась и хотела подняться, как сильная рука перехватила ее запястье и потянула. Ярослава удивленно обнаружила, что сидит на коленях Александра. Его лицо оказалось совсем близко, девушка чувствовала горячее дыхание на своих губах. На напряженную поясницу легла теплая рука.

– Что ты… – княжна уперлась ладонями в его грудь. Она не знала, как себя следует вести. Растерянность и смущение переполняли, отчего руки начали дрожать.

– Спасибо за перевязанные раны. – Александр, видимо, почувствовал смущение княжны и отстранился. С поясницы пропала теплая рука и девушка слезла с колен мужчины. – Я в порядке, к рассвету буду здоров как бык. Дальше справлюсь сам.

Ярослава отодвинулась и уставилась вверх. В яме повисло неловкое молчание. Сердце девушки бешено колотилось, и его не получалось унять. Стало совсем темно. Луна, круглая, как каравай, стояла уже высоко. Пышные редкие белые облака медленно проплывали мимо нее, на короткие миги скрывая россыпь звезд. Грузный волколак прошелся по решетке с факелом в лапе, отчего на голову посыпалась грязь.

Звук кузницы и топоров вскоре стих, а вместо него послышался резковатый звук барабанов. Кажется, наступило то самое священное время, о котором говорила вожак. Вскоре решетка темницы отворилась и в яме показалась волчья морда.

– Вылезайте. Бои скоро начнутся.

В яму скинули толстую веревку толщиной с запястье. Ярослава поспешила вылезти, желая поскорее выбраться из наполнившей яму неловкости. Девушка хотела было помочь Александру, но даже с раненой рукой он без проблем выбрался наружу без чьей-либо помощи.

Дальше церемониться никто не стал. Александра грубо схватили и куда-то увели. Ярославу же потащили в другую сторону. Привели ее к кузне, где на деревянном столе лежали кинжалы, ножи, топоры, мечи, щиты, булавы.

– Выбирай, – рявкнул волколак.

Ярослава удивилась. Слишком щедрое отношение к пленнику. Княжна осмотрела оружие, но оно были либо слишком коротким, либо слишком увесистым. Выбрав меч, наиболее похожий на ее собственный, княжна несколько раз попробовала сделать выпады с ним.

Не то. Оружие хоть и большое, но слишком легкое и хрупкое. Один неудачный удар о ствол дерева, и от лезвия останутся лишь осколки. Булавы же оказались слишком тяжелыми. Ярослава повернулась к сопровождающим:

– Могу ли я сражаться со своим мечом?

Просьба, учитывая ситуацию Ярославы, весьма наглая, но девушка решила рискнуть.

Волколак призадумался и бросил вопросительный взгляд на своего напарника. Тот что-то прорычал и куда-то умчался. Вернулся он вскоре с мечом Ярославы.

– Коли желает со своим оружием биться – пусть будет так. Таковы слова вожака. – Волколак протянул меч княжне.

– Спасибо. – Девушка обрадованно сжала столь удобную рукоять, насладилась знакомым весом в руке. Привычными движениями она сделала пару взмахов. Волколаки испуганно отскочили на пару шагов и зарычали.

– Не размахивай мечом раньше битвы!

Девушка промолчала, оглядела еще раз представленное оружие и взяла большой круглый щит с красиво вырезанной по центру волчьей мордой. Сопровождающие не стали возражать.

«Удивительно, но они слишком легко позволяют брать мне оружие в руки», – подумала Ярослава. Наверное, уверены, что она не пойдет в одиночку против целой стали. А ведь они даже не представляют, сколько навьих тварей сразил этот меч. Хотя идти против целой стаи действительно глупо.

Меч княжна убрала в ножны, которые у нее никто так и не отобрал ранее. В наручах надежно был спрятан кинжал. Девушка была во всеоружии, но страх все равно не отпускал. Слишком много тварей вокруг сновало туда-сюда. И даже сражаясь спина к спине с Александром, они не смогут одолеть всех. Нужно было придумать, как сбежать, а пока – просто оттянуть время.

Княжну также молча повели по деревне. Волколаки расступались и провожали девушку то раздраженными, то удивленными взглядами.

«По крайней мере, меня не проклинают и не бранят», – Ярослава вспомнила свое шествие на казнь, но неприятные мысли поспешила отогнать от себя.

Звук барабанов становился громче. Он был резкий, неровный. Сердце будто начало колотиться в такт, волнение нарастало. Привели ее на поляну. Волколаки от мала до велика уже давно расселись вокруг пылающего огромного костра. Все были заняты делом. Одни переговаривались между собой и бросали на княжну странные взгляды, другие рисовали на мордах чем-то белым узоры, третьи ели и пили.

Ярославу грубо втолкнули в круг. Волколаки тут же оживились. Одни взвыли, другие вскочили со своих мест и стали что-то выкрикивать. В общем гомоне было сложно разобрать и слова.

– Братья и сестры! – разнесся над поляной рык с противоположного конца круга. Стая тут же затихла, смолкли и барабаны. Вожак встала со своего места. Рядом с ней сидел Александр.

– Отведите ее к остальным смельчакам, а вы, – она глянула куда-то в сторону и кивнула, – начинайте!

Раздался грохот барабанов. Несколько волколаков завыли, создавая необычную и пробирающую до самых костей мелодию. Княжну усадили к волкам с разрисованными мордами, а на поляну тем временем выбежали семь волколаков и принялись танцевать. По длинным косам с бусинами Ярослава поняла, что это женщины. Они были облачены в пестрые одежды, на их мордах красовались странные узоры. Волколаки ритмично двигались, били ногами о землю, поднимая пыль. Они то падали на четыре лапы, то снова поднимались на две. С сильными ударами барабанов они в такт прижимали уши или, наоборот, ставили их торчком, распушали хвост или поджимали его. Иногда размахивали лапами, выставив когти, иногда бегали по кругу. Действо было столь невероятно, что Ярославе почудилось, будто она спит.

Это был танец, но он не шел ни в какое сравнение с тем, что княжна видела до этого. Даже заморские певцы и музыканты не стояли рядом. На княжеских пиршествах все было изящно, выверено до мельчайшего движения, продумано, это даже иногда наводило тоску и скуку, несмотря на всю красоту. Здесь же царили дикость, сила и свобода.

С последними ударами барабанов, что практически оглушали, волколаки завыли всем поселением, а Ярославу пробило дрожью, сердце бешено забилось. На мгновение княжна сама захотела вскочить и завыть вместе с волками и неважно, что она лишь чужак.

Когда все стихло, танцоры убежали с поляны и в центр вышла вожак. Медленно и важно она осмотрела всех, пока не остановила взгляд на Ярославе и рядом сидящих волколаках.

– Каждый сезон, в священное полнолуние, любой из вас может бросить вызов вожаку и занять его место, – начала она, а все вокруг смолкли, слышалось лишь дыхание да дуновение ветра. – Кто-то из вас делает это из-за недовольства, кто-то – из жадности, а кто-то, чтобы найти себе пару. Но неважно, какие причины заставляют вас так поступить. Закон и традиции предков – наша жизнь!

Волколаки взвыли. Вожак подождала, пока толпа успокоится и продолжила:

– Но сегодня у нас необычный день. Сегодня в боях будет участвовать человек. – Все взгляды устремились на Ярославу. Кто-то недовольно зарычал, кто-то взвыл. – Но не стоит беспокоиться, на место вожака она не претендует, всего лишь поборется за своего спутника. Итак, начнем. Кто первый желает сразиться со мной.

Ярослава почувствовала, как ее жестко толкнули в спину, а над ней промелькнула тень. Один из волколаков выскочил на поляну и выпрямился во весь рост. Толпа завыла первому претенденту. Барабаны заиграли и тут же резко смолки.

– Где же твое оружие, Вук. – Вожак начала ходить по кругу, медленно, присматриваясь к сопернику.

– Зубы и когти – вот мое оружие! – волколак оскалился.

– Похвально. Что ж, начнем!

Барабаны загудели, а два волколака сошлись в бою. Несколько раз они то кидались друг на друга, то отскакивали, пока Вук не заскулил. Вожак схватила его зубами за шкирку да так, что кровь хлынула на землю. С невероятной силой она размахнулась и отшвырнула соперника в ствол дерева неподалеку. Вук упал, да так и не смог подняться. Первый бой закончился, не успев начаться.

Стая приветствовала вожака, пока на поляну выходил следующий смельчак. Второй бой также был коротким и закончился смертью волколака.

Третий бой имел такой же исход, несмотря на то что волколак вышел с булавой в руках против когтей и зубов и продержался гораздо дольше.

Ярослава невольно почувствовала, как внутри все сжимается от страха. Вожак действовала непредсказуемо и до ужаса точно, будто рассчитывала каждый удар. Ее зубы и когти всегда находили самые слабые места противника, не оставляли ему и шанса. Княжна стиснула рукоять меча.

– Дитя, я чувствую, как ты трясешься от страха, – услышала Ярослава протяжное рычанием у самого уха. Волколак-воин заглянул ей в глаза и облизнулся. – Трусы должны умереть до того, как вступят в бой.

– Я не боюсь, – уверенно сказала Ярослава, крепче сжимая рукоять. От волколака веяло ледяной опасностью.

– Человеку будешь говорить такое, а я чувствую, как ты дрожишь, – он зашелся в смехе. – А теперь смотри, щенок, возможно следующий бой ты проведешь со мной. И поверь, ты и твой дружок останетесь здесь только в качестве ужина.

Волколак поднялся со своего места и вышел в центр. Вожак была крупной в сравнении с соплеменниками, но этот волк оказался еще больше. Огни костра угрожающе плясали ярким отблеском на его черном мехе.

– Ферр, а я все ждала, когда же этот день настанет. – Вожак подошла почти вплотную к сопернику и насмешливо зарычала. – Почему же не вышел самым первым? Ждал, когда я устану сражаться с остальными?

– Я позволил размяться тебе со слабаками. Пусть присутствующие и сам Чернобог станут свидетелями твоего падения!

Не дожидаясь ответа Ферр замахнулся лапой и почти зацепил грудь вожака, но та ускользнула в последний момент. Волколаки взвыли, барабаны ускорили ритм. Вожак и Ферр почти одновременно опустились на четыре лапы и принялись двигаться по кругу, держа друг друга на расстоянии. Некоторое время ничего не происходило. Они будто выжидали момента, чтобы напасть. Противники рванули навстречу друг другу, подняв клубы пыли. Два мощных тела столкнулись, раздался звон лат, громко клацнули зубы. Ярослава завороженно следила за действом. Ферр нападал без устали, вожаку приходилось отступать. Острые когти вспороли бочину предводителя, кровь хлынула из раны и окропила землю. Вожак не обратила на это никакого внимания. Она медленно отступала, не сводила со своего противника пристального взгляда.

– Пора с этим кончать! – взревел Ферр и бросился в очередную атаку.

Барабаны стихли. Поляна погрузилась в тишину и только костер продолжал исполнять свою песнь. Ярослава встала, желая лучше рассмотреть происходящее. Вожак сидела на Ферре, ее когтистая лапа сжимала в тисках шею волколака. Волк хрипел, но не мог пошевелить конечностями. Ярослава не успела разглядеть как это произошло. Вот Ферр бросается на раненого вожака и в следующий миг он лежит на земле обездвиженный.

– Признай поражение, Ферр, – прорычала вожак.

– Ты бы не победила в честном бою, – прохрипел волколак.

– Признай. Поражение, – приказала вожак, обнажив длинные белые клыки прямо перед его мордой.

– Признаю…

Вожак разжала лапу и встала с проигравшего противника.

– Это был достойный бой. Пусть Ферр и не нравится многим из нас, но он силен, и все мы это видим и уважаем. Оставайся и дальше на страже нашей стаи. – Вожак тяжело дышала, но не теряла своего достоинства, держалась ровно и горделиво, пока проигравшего Ферра оттащили сородичи, приводя его в чувство. Кровь пропитала его длинную шерсть на лапах и груди, отчего та слиплась. Не менее побитой выглядела и вожак. Она уставилась на Ярославу:

– Ты последняя. Выходи. – Вожак указала раненой лапой на княжну.

Ярослава сжала челюсть и уверенно вышла в центр круга. В первых боях казалось, что вожак действует непредсказуемо, но, приглядевшись, княжна заметила, что некоторые удары можно предсказать. К тому же волколак уже была ранена. Сейчас княжна не была полностью уверена в своей победе, но уже не так страшилась боя.

– Назови свое имя! – прорычала вожак.

– Ярослава, княжна Старгородская.

– Княжна, значит… – Задумчиво протянула вожак. – Мое имя Фенриса, как ты поняла, я вожак этой стаи.

Барабаны снова зазвучали. Ярослава слегка поклонилась сопернику. Волколак сделала тоже самое, но как только она выпрямилась, сразу же кинулась на девушку. Княжна только и успела, что щитом прикрыться. Мощный удар повалил ее с ног. Следующий мог стать последним, но Ярослава швырнула щит в Фенрису, пока та в прыжке накинулась на нее. Вожак оттолкнула препятствие, но княжна уже перебежала на другую сторону круга. Сколько бы Ярослава не тренировалась с щитом, держать в руках только меч ей было гораздо удобнее и надежнее, поэтому не сильно расстроилась потере защиты.

– Хватит бегать, сражайся! – прорычала вожак.

Ярослава встала в защитную стойку, внимательно наблюдая за соперником. Фенриса медленно приближалась, передвигаясь на всех четырех лапах. При каждом ее шаге позвякивала броня. Кровь все еще сочилась из раны на боку, оставляя след на земле. Неожиданно Фенриса бросилась вперед, сильным ударом лапы отбросила Ярославу. Девушка пролетела несколько локтей и врезалась в дерево, едва не выронив оружие. Она быстро поднялась и едва успела отбить мечом очередной выпад. Длинные когти со звоном ударились о лезвие. Ярослава тут же сделала ответный выпад. Вожак едва успела пригнуться. Одна из мелких косичек отлетела в сторону. Княжна замахнулась снова и на этот раз меч резанул плечо противника. Фенриса отпрыгнула назад, а затем снова бросилась в атаку. На этот раз Ярослава была готова. Она замахнулась, примеряясь в живот волколака, но меч разрезал лишь воздух. Вожак исчезла за миг до встречи с лезвием. Сильный удар пришелся со спины, отбросив княжну. Ярослава не понимала, как такое возможно. Неужели вожак владеет колдовством? Вот как Ферр проиграл.

Она не сразу заметила кровь на бедре, на ногу стало больно опираться. Защитная стойка стала не такой уверенной, как раньше. Фенриса снова бросилась в атаку. Удар. Еще удар. Ярослава только и успевала, что отбивать быстрые выпады когтистых лап. Настал тот самый момент, которого все это время ждала княжна. Фенриса открылась, без защиты остался живот. Ярослава замахнулась и ударила мечом в открывшуюся брешь. Вожак заскулила. Лезвие пронзило бок и вышло с другой стороны. Фенриса отступила и оскалилась. Но лишь на мгновение. Прыжок. Волколак растворилась в воздухе. Ярослава обернулась, но не успела отбить удар. Тяжелая лапа ударила по голове.

Ярослава с трудом поднялась. Она чувствовала, как глаза заливает кровью. Голова ныла, как и левое бедро. Зрение помутилось. Фенриса свирепо бежала на нее, словно все нанесенные ей раны были всего лишь царапинами. Верно говорил Игорь, что даже смертельно раненое животное будет биться до конца. Княжна покрепче сжала меч и приготовилась. В глазах стало темнеть.

«Один удар решит все», – подумала Ярослава.

Но удара не последовало. Девушка моргнула несколько раз и поняла, что лежит на траве, а вокруг разносится звук барабанов и вой волколаков.

– Очнулась, княжна? – послышался знакомый рык.

Ярослава протерла глаза и привстала на локте. В центре танцевали волколаки, втаптывая бурые пятна в землю, будто бы и не было никакой битвы. Только кровь на земле и траве, да раны по всему телу доказывали, что все случившееся не было сном.

– Давай помогу, садись. – Ярослава почувствовала, как кто-то подхватил ее под спину и помог сесть. Это был Александр. Он взволнованно уставился на девушку и несколько раз похлопал по щеке, помогая очнуться. Княжна смущенно отвернулась.

– Ты свалилась перед тем, как я тебя добила, – насмешливо прорычала вожак. – Неужто от страха ноги не удержали?

Фенриса выглядела уставшей, но довольной. Множество ран на ее теле лишь изредка проступали сквозь густой вычищенный мех.

– Почему не добили? – поинтересовалась девушка, все еще не понимая, почему она жива и спокойно сидит рядом с Александром и пирующими волколаками.

– Ты свалилась без чувств, а значит, не могла дальше сражаться. На этом бой окончился.

– Значит, я проиграла… – Ярослава поджала губы. Что теперь будет с ней и Александром? Сейчас они должны набить животы, чтобы волколаки потом насытились не тощими жертвами?

– Я знаю, о чем ты думаешь, дитя гор. Мы не монстры, пусть и близки к Нави. Отоспитесь, а завтра выведем вас обратно на тропу, – спокойно прорычала Фенриса и добавила: – Скажите спасибо Путятке, он сознался, что наврал.

– Спасибо, – только и вымолвила с облегчением Ярослава. Все закончилось лучше, чем она предполагала. На душе стало легко и спокойно.

– Вы назвали княжну «дитя гор», – вдруг заговорил Александр. – Но Старград – это степи и леса. До ближайших гор много дней пути даже отсюда.

– Мне лучше знать, чье она дитя, человек, – ухмыльнулась вожак. – Ты далек от Нави, а оттого глуп, как и весь род человеческий.

– Попрошу без оскорблений, – взгляд Александра переменился, стал более жестким.

– Это не оскорбление, а лишь факт, человек. Вы думаете, что самые сильные и умные на земле, что вам подвластно все на пути. Вы думаете, что неурожай, непогода или мор появляются оттого, что боги гневаются, и достаточно просто принести жертву им. Но все гораздо сложнее, а то, что вы делаете, – лишь жалкие попытки приблизиться к Нави. Когда-нибудь вы это поймете. Ярослава, я чувствую в тебе древнюю, пока что дремлющую силу. Думаю, ты и сама ее ощущаешь. Тебе следует отправиться в горы, там найдешь ответы.

Фенриса встала, тщательно скрывая боль от приобретенных ран, и направилась на свое место в центре поляны. Ярослава пыталась понять, что имела в виду вожак, но мысли разбегались как испуганные звери. Голова гудела, хотелось закрыть глаза и провалиться в сон. Ярослава хотела отстраниться из теплых объятий Александра, но силы будто покинули ее.

– Отдохни, красавица, – услышала княжна шепот у самого уха, прежде чем погрузиться в темноту. Ей показалось, что что-то теплое прикоснулось к ее щеке.

Глава 9

Принцесса

Небольшой домик на окраине Старграда не выделялся ничем примечательным: деревянный сруб да резные ставни, кои у многих в городе были в разы лучше и богаче. В нем обитали одинокий старичок и толстый рыжий кот. Под крышей этого дома одно из бревен рассохлось от старости, образовав небольшое углубление. Зенина временно нашла там себе пристанище. Разочарованная девушка не могла плакать в своем новом проклятом обличии, а оттого злилась больше обычного. Ей так и не удалось переговорить с тем юношей, который освободил ее из клетки. В тот день, во время хаоса, творящегося на улицах Старграда, Зенина намеревалась встретиться с ним, напомнить о себе, постараться рассказать ему обо всем. Но ничего не вышло. Только принцесса хотела подлететь к юноше, как из толпы вынырнули несколько дружинников и уволокли его прочь.

Со своего укрытия она бросала недовольные и опасливые взгляды в сторону княжеского дворца, который едва ли можно разглядеть. Шел уже четвертый день, как она покинула его стены. Несколько раз Зенина чувствовала, будто сами тени в ночи пытаются связать ее и куда-то утащить. Каждый раз она взмывала вверх и махала своими крылышками как можно сильнее, чтобы улететь от опасности. Были ли это злые игры воображения, или ведьма действительно пыталась ее поймать – девушка не знала, но чувства страха и опасности постоянно преследовали ее.

Будь воля Зенины, она бы давно покинула эти края и улетела к своему дорогому Али, но как же он узнает ее в облике птицы? Как примет заколдованную принцессу? Нужно было сначала снять проклятие, а помочь в этом мог только юноша, что спас девушку из клетки. По крайней мере, Зенина верила в это всем своим сердцем. Но подобраться к нему не представлялось возможным. С того дня, когда пытались казнить княжну Ярославу, принцесса не видела своего спасителя.

Время близилось к обеду, когда Зенина услышала топот копыт и звон металла. За несколько улиц от укрытия в воздух поднялась пыль. Зенина взмахнула крыльями и понеслась в сторону шума. Приметив издали красивый резной конек, украшавший крышу, она приземлилась на него.

– Так княжна вышла просто прогуляться, – прощебетала Зенина, когда среди пятнадцати дружинников разглядела Отраду и ведьму, которые с интересом рассматривали товары на рынке. Торговцы снимали шапки и чуть ли не ниц падали перед дорогими посетителями, сразу старались показать припрятанные на важный случай заморские диковинки. Со дня казни Ярославы многое поменялось в столице. Улицы теперь были немноголюдны, дружинники то и дело вторгались в дома, разыскивали сбежавшую княжну. Совет объявил награду за ее голову и смерть тем, кто ее укрывает. Жители боялись лишний раз выйти на улицу. Продажи у торговцев не шли, поэтому они были особенно рады Отраде и ее свите.

– Прекрасные девицы, приглядитесь к великолепным тканям, привезенным из самой империи Алтин! – запел соловьем смуглый торговец, привлекая внимание.

– Зенина, там же твой дом? В Алтин? – спросила Отрада и улыбнулась. – Сказывали, что там всегда тепло, фрукты всегда спелые и сочные, все цветет круглый год.

– Все верно вам рассказывали, княжна, – проговорила ведьма, жадно разглядывая ткани.

Зенина недовольно взирала на лгунью. Принцесса слышала, что за пределами Алтин люди плохо представляют жизнь в империи. Им кажется, что ее богатство и процветание строится на теплых зимах и сладких фруктах. Это лишний раз подтверждало, что ведьма никогда не бывала в Алтин. Торговец улыбнулся, но не стал переубеждать.

– А я слышал, что там зимы еще более суровые, чем в Старграде. Воздух колючий и соленый. – Откуда-то из-за спин дружинников появился юноша с длинными волосами, собранными в высокий хвост.

Он улыбался и щурил свои странные, удивительно светлые глаза.

– Неужели он бывал в Алтин? – прощебетала принцесса и быстро спряталась за конек. Ведьма, кажется, услышала знакомую трель и принялась оглядываться.

Зенина одним глазком выглянула из своего укрытия. Ей хотелось присмотреться к своему спасителю.

– Как же, суровые зимы? – засмеялась княжна. – Алтинской принцессе должно быть лучше известно, какие там зимы. Правда ведь?

Ведьма наконец прекратила рассматривать крыши и пышные золотые кроны Старграда и улыбнулась.

– Конечно, княжна. Всем известно, что в империи Алтин мягкие зимы, отчего деревья могут плодоносить круглый год. Море никогда не замерзает, поэтому сладкие фрукты приезжают скупать торговцы отовсюду.

– Не знаю, где такие зимы видела принцесса, но я слышал, что Алтин промышляет в основном рыболовством. Море не замерзает, этим они и кормятся круглый год, – не отступал Дарен.

Только человек, побывавший в Алтине мог знать это. Торговцы любят петь песни о сказочной и загадочной империи, что растянулась по всему южному берегу. В Алтине и правда растут деревья со сладкими плодами, только вот плодят они ранней осенью.

– Откуда слуге известно о том, какие зимы в Алтине? Я лучше знаю, где родилась! – Недовольство ведьмы можно было разрезать ножом. – Еще слово, и я прикажу казнить его!

Зенина заметила, что торговец усмехнулся в пышные усы, но снова промолчал. Похоже, он не хотел портить сказку о прекрасной заморской стране, что так сильно нравилась местным.

– Сделаю тебе подарок, дорогая Зенина. Думаю, ты скучаешь по своему дому.

Княжна выбрала пеструю ткань. Торговец радостно продал ее втрое дороже, чем она стоила на самом деле. Княжна, ведьма и юноша медленно направились обратно во дворец вместе со своей охраной. Проклятая принцесса решила, что сегодня обязательно добьется своего и поговорит со спасителем. Нужно было лишь дождаться подходящего момента. На полпути ведьма посерела в лице и под каким-то глупым предлогом быстро ушла. Зенина перелетала с конька на конек, преследуя своего спасителя. В тот момент самым большим страхом стало потерять юношу из виду. Она молилась всем известным ей богам, даже тем, которым поклонялись местные, чтобы судьба сжалилась над принцессой и дала шанс переговорить с Дареном.

У входа во дворец княжна приказала сопровождающим остаться на улице, не следовать за ней. Зенина едва успела проскочить в узкую щель и тут же метнулась под потолок. Ей казалось, что повсюду снуют сторонники ведьмы.

– Дарен, зайдешь ко мне сегодня ночью? – прижалась Отрада к плечу юноши, когда они остались наедине.

– Тебе следует думать о скорой женитьбе, а не обо мне.

Юноша произнес это спокойным, ровным тоном. Все в его ответе указывало на то, что ему не интересна княжна. Она же восприняла его слова как недовольство.

– Тю! Так это ж вилами на воде написано! Олег приедет и встанет на мою сторону! – Девушка взяла ладонь юноши и положила себе на бедра. – Ты так давно не заходил! Я же скучаю.

– Ступайте в свои покои, княжна. – Юноша отнял руку, поклонился и пошел в сторону гридницы.

– Ну и пойду! – княжна покраснела и громко топнула ногой.

«Вот он! Тот самый шанс!» – обрадовалась Зенина и поспешила за юношей. Она еще не заходила так далеко. Прилететь во дворец, когда ее разыскивает ведьма, сродни залезть в берлогу к медведю и сказать «приятного аппетита».

Крохотное сердечко колотилось от волнения. Как подлететь к юноше? Как донести то, что хочется сказать? Зенина приземлилась на толстую балку под потолком. Покои, перед которыми он остановился, были слишком знакомы. Дверь неожиданно распахнулась и в объятия Дарена упала ведьма. Он нежно прижал ее к себе.

«Так они заодно!» – в ужасе осознала принцесса.

– Почему ты так долго?! – возмущенно спросила ведьма и подняла недовольный взгляд на юношу.

– Давай зайдем внутрь, иль ты хочешь, чтобы все во дворце узнали?

Пара проследовала в покои. Зенина не знала, как отреагировать на такое. С одной стороны, она испытала облегчение, что ведьма не заметила ее. С другой – единственный, на кого она надеялась, оказался врагом. Неужели ей суждено навсегда остаться в обличии птицы? Принцесса не сразу заметила, что дверь в покои ведьмы закрыта неплотно, были слышны голоса. Зенина вспорхнула со своего насеста и приземлилась на пол. В несколько прыжков она оказалась у щели и беззвучно прошмыгнула внутрь. Крохотное сердечко колотилось настолько сильно, что принцесса боялась, что ведьма его услышит. Зенина мельком осмотрелась. На широком ложе сидели двое. Принцесса спряталась в узкой щели за большим сундуком и притихла.

– Как ты посмел спорить со мной на рынке! Если княжна узнает, что я не настоящая принцесса, Траян убьет всех нас! – недовольно произнесла ведьма.

– Не стоит об этом беспокоиться, красавица. Отрада слишком глупа, чтобы что-то понять. Она даже не поняла, зачем Траян решил взять ее в жены. К тому же ты ничем не отличаешься от принцессы.

– Но чары! Чары не будут действовать вечно вдали от настоящей принцессы! Я больше не могу поддерживать этот образ. Есть какие-то новости о ней?

– Нет. Последний раз я видел ее во время казни Ярославы.

– Еще несколько дней, и она обретет истинный облик. Нельзя больше тянуть, нужно как можно скорее отыскать мерзавку! – Ведьма вскочила с кровати и принялась расхаживать по комнате.

Зенина отпрянула от двери. Нельзя, чтобы ее заметили, но и улетать не стоило. Слишком много интересного происходило в княжеском дворце. Пусть Зенина и не все слова понимала хорошо, но общая суть ей была понятна. Но… Кто же мог подумать, что от проклятья так просто избавиться?

– Успокойся и присядь, успеешь еще найти свою принцессу, – донесся тихий голос Дарена.

– Но, Дарен, у меня мало времени! Я не должна подводить госпожу. – Послышался скрип кровати. Кажется, ведьма села рядом с юношей.

– То, что ты мельтешишь перед моими глазами, никак тебе не поможет. Нужно сесть и подумать, чем ее можно завлечь. А пока ты думаешь, я утешу тебя.

Дальше Зенина слушать не стала. Она выбралась из своего укрытия и выпорхнула из покоев. Ведьма не заметила ту, за которой охотилась все это время. Принцесса была готова щебетать от радости. Оказывается, всего-то и нужно, что потерпеть. Еще немного, и она снова станет собой! Зенина быстро полетела к дому, в котором нашла себе пристанище на время.

День сменялся ночью, затем прошли еще сутки, но ничего так и не произошло. Был полдень, но на улице стоял полумрак из-за плотных грозовых туч. За окном лило так, будто с крыши срывался водопад. Зенина вздрагивала от каждого раската грома. Принцесса ждала, когда же спадет ведьмино проклятие, но время, будто назло, замедлилось. Пока она ожидала возвращения своего истинного облика, успела подружиться с хозяином дома. С началом дождей оставаться в прежнем укрытии стало небезопасно и холодно, оттого заколдованная девушка пробралась в дом. Старичок заметил свою новую соседку и стал подкармливать, а заодно делился новостями. За эти дни Зенина ни разу не вылетала из дома, боялась быть пойманной или попросту убитой тяжелыми каплями дождя.

– Лапушка моя, ты послухай, шо в городе учудили-то! – позвал старичок Зенину. Она по привычке спархнула с печи и уселась на столе перед дедушкой. – Княжич Олег прибыл, так дружинники согнали почти всех жителей его встречать. О-хо-ох-ох… – покачал головой старик, – шо делается-то. Не было еще такого, чтобы всех насильно сгоняли встречать княжича. Видать, новым князем хотят его сделать.

Зенину не заботил приезд Олега, хотя именно за него хотели ее выдать. Все мысли сейчас неугомонным роем кружили только вокруг того, что проклятие все не спадает. Принцесса изо дня в день представляла, как встанет в полный рост, прогуляется по городу, поговорит с людьми. Либо же сбежит прочь из Старграда, прильнет к своему любимому Али. Но чем дольше она размышляла, тем тяжелее казалась грусть, что легла на ее крохотное сердечко неподъемным камнем.

– Что мне до Олега. Видать он прекрасен, раз уж ведьма решила занять мое место, – прощебетала Зенина.

– Тебе интересно, как выглядит наш княжич Олег? – неожиданно улыбнулся дедушка своей добродушной и теплой улыбкой. – Толстый, несуразный. Видал я, шо целая повозка была набита едой. Я столько мяса не видывал за всю жизнь, а пойдет в одну морду.

Старик недовольно ударил кулаком по столу.

– Ты же меня понимаешь? – оживилась Зенина и принялась прыгать рядом с худой, обтянутой морщинистой кожей рукой дедушки. – Снова отвечаешь мне!

– Ну-ну. Шо-то ты сегодня резвая, – старик улыбнулся и погладил принцессу по голове. – Смирная сидела с самого утра и вдруг оживилась.

Зенина снова расстроилась. Она не могла понять, понимает ее старик или нет. Такое происходило уже несколько раз. Старик неожиданно отвечал на ее вопрос, но, когда она принималась спрашивать о чем-то еще, начинал говорить о своем. Ей казалось, что он зачем-то скрывает это. Быть может, это всего лишь ее фантазии, потому что он точно также разговаривал и с толстым рыжим котом, которому было лень лишний раз пошевелиться. Сперва Зенине было страшно до дрожи приближаться к четвероногому лентяю. Она никогда не думала, что кот может вызывать такой ужас. Но тому, кажется, совсем не было дела до крохотной птички. Он лишь вяло потягивался, да спал на печи, изредка слезая перекусить.

– Вот, крошка, поклюй! – Старик поставил перед Зениной маленькое блюдце с рисовой кашей на молоке. В Алтин не готовили такого, а оттого для принцессы вкус казался необычным, но приятным. Она с радостью пообедала, выпила несколько капель воды и уселась к старику на плечо, когда тот вновь занялся починкой сапог для одного зажиточного соседа. Он аккуратно снимал каждый шов, несколько раз отмерял что-то на ткани, прежде чем вырезать. Иногда старик случайно прокалывал подушечки пальцев толстой иглой, но даже не обращал на это внимания. Грубые мозоли говорили о том, что мужчина занимается починкой обуви уже не первое десятилетие. Принцессе в новинку было наблюдать за жизнью обычных людей. В императорском дворце все сияло, слуги постоянно убирали, а от поломанных вещей тут же избавлялись. Старик же, как и многие другие жители Старграда, бережно относился ко всему, что заработал непосильным трудом. Оттого Зенине захотелось по приезде домой изучить жизнь жителей империи. Возможно, как принцесса, она сможет в будущем сделать их жизнь лучше.

Зенина не заметила, как задремала на плече старика и резко очнулась только тогда, когда дверь дома внезапно распахнулась. Принцесса сперва подумала, что ей чудится, но пришлось поверить собственным глазам, когда ее крепко схватили двумя руками.

Дарен, весь промокший, поднес заложницу к лицу, будто разглядывая.

– Спасите меня! Спасите! – Зенина громко защебетала, пытаясь вырваться из рук.

– Шо ты себе позволяешь, юноша! – Старик поднял сапог, который уронил из-за внезапного появления гостя и сурово уставился на незнакомца.

– Прошу меня простить, – юноша слегка поклонился, все еще держа в руках трепыхающуюся Зенину. – Увидел в окошко, что моя птичка у вас спряталась, вот и пришел забрать.

– Я не его птичка! Я умру, если он меня заберет!

– То-то я думал, шо слишком она легко к людям приближается. И все же негоже врываться без стука в чужой дом. За такое и в тюрьму недолго отправиться.

Зенина не прекращала вертеться, клевать схватившую ее руку. Она не намеревалась сдаваться так просто. Пока она не попала в мерзкие лапы ведьмы, у нее все еще есть шанс! Старик подозрительно уставился на Дарена, затем на его пленницу, но не успел и слова сказать, как юноша поклонился, сунул птицу за пазуху и шмыгнул прочь из дома.

Непроглядная тьма окружила принцессу. Она чувствовала каждый шаг юноши, и все ее нутро сжималось от страха. Скоро он передаст Зенину ведьме и больше точно не будет и шанса на спасение.

Юноша все шел и шел. Его одежда промокла и все сильнее сдавливала крохотное тельце птички. Принцессе показалось, что прошла вечность, когда неожиданно все стихло. Дарен остановился.

«Вот и дворец… – раздосадовано подумала Зенина. – Еще немного и цепкие пальцы ведьмы вцепятся в меня!»

Дарен аккуратно вытащил птицу, но ладонь не разжал. Зенина боялась открыть глаза. Она все еще была не готова встретиться со своей участью.

– Испугалась? – раздался спокойный голос.

Принцесса не поняла, к кому он обращается и приоткрыла глаза. Место, в котором она оказалась, было мрачным и сырым, будто заброшенный подвал дома. Оно никак не походило на княжеский дворец Старграда. Было тяжело дышать, в воздухе кружила пыль. Зенина удивленно уставилась на юношу.

– Ты же слышала слова этой ведьмы. Чем дальше ты находишься от нее, тем слабее чары. Она и так с трудом удерживает твой облик. – Дарен аккуратно усадил принцессу на стол. Тоненькие лапки утонули в слое пыли.

Если бы Зенина могла говорить, она бы все равно не нашла, что ответить. Принцесса была уверена, что этот юноша заодно с ведьмой. С чего он не отнес ее во дворец?

– Если я правильно рассчитал, колдовство должно рассеяться…

Зенина вдруг ощутила невыносимую боль во всем теле. Ее кости будто принялись разом изгибаться и ломаться. Она не сдержала крика. Сперва ее голос звучал тонко, пискляво, но затем стал понижаться. Зенина чувствовала, словно ее кожу снимают заживо.

– …прямо сейчас, – закончил юноша.

Принцесса потеряла счет времени. Боль словно окутала, обволокла, всецело охватила ее тело. Пытка тянулась подобно смоле, ей будто не было конца. Казалось, ее тело терзали целую вечность, пока не наступило неожиданное облегчение. Боль исчезла так же стремительно, как и возникла. Ее словно и не было. Лишь тяжелое дыхание и бешено колотящееся сердце напоминали о ней. Неожиданно стало холодно. Зенина медленно открыла глаза и часто заморгала, стараясь смахнуть слезы. Она опустила взгляд. Крылья заменили тонкие руки с длинными изящными пальцами. Темные волосы щекотали спину. Она уже успела позабыть это чувство. Больше не было перьев, только смуглая гладкая кожа. Зенина не могла поверить своим глазам. Для уверенности, девушка несколько раз ощупала руки, ноги, пощипала себя за щеки. Старый стол не выдержал неожиданной перемены и затрещал под весом принцессы.

– Да, обращаться всегда неприятно, – отметил юноша и холодными руками подхватил принцессу, спустил на пол. Та не удержалась, сил в теле не было совсем, и осела на одеяло пыли. Дарен лишь хмыкнул и присел на корточки рядом. С его одежды срывались крупные капли, прибивая каждым падением пыль на полу, отчего запах сырости становился сильнее.

Зенина подняла все еще затуманенный взгляд. Юноша без какого-либо стеснения разглядывал ее тело. Растерянность тут же сменило смущение. Девушка вскрикнула и поспешила прикрыть обнаженную кожу ладонями. Щеки запылали румянцем.

«Да как он смеет! – Зенина сжала от злости кулаки. – Еще ни один мужчина не видел меня без одеяний. Да еще и так нагло смотрит!»

Дарен улыбнулся и отвернулся. Позади него стоял большой сундук, покрытый, как и все вокруг, вековой пылью. Скрипнула крышка с характерным трескающимся звуком. Зенина дважды чихнула и растерянно огляделась. Ей еще не доводилось сидеть в столь грязном помещении. Можно было с уверенностью сказать, что оно было давно заброшено. Стены и потолок покосились. Всюду были паутина, да старые предметы быта: несуразный стол, покореженная лавка, какие-то инструменты в углу и деревянный рассохшийся сундук, в котором рылся юноша. Под самым потолком расположилось крохотное окошко, которое едва освещало помещение. С него то и дело монотонно падали капли дождя, что и не думал прекращаться.

– Прикройся. Больше ничего не нашел. – Юноша протянул темную, поеденную молью грубую шаль. Выбирать не приходилось. Девушка выхватила ее и быстро накинула на плечи. Стало теплее лишь самую малость.

– Ты… – слова давались с трудом, – ты с ведьмой…

– Что я с ведьмой? – юноша вздернул брови и улыбнулся, наматывая на палец прядь своих волос.

– Ты помогать ведьме, – выдохнула девушка. Во рту все пересохло. Отвратительный запах пыли и грязи забился в нос. Ко всему прочему, приходилось говорить на чужом языке, который принцесса пусть и стала более-менее понимать, но слова все еще давались с трудом.

– Нет-нет-нет. В их делах я не помощник. Иногда для того, чтобы разузнать больше приходится… притворяться. – Дарен вновь присел около принцессы и протянул ей руку.

– Притворяться? – Зенина не сразу вспомнила значение слова.

«Он хочет сказать, что обманывает ведьму и Отраду? Но почему?» – принцесса опасливо посмотрела на ладонь, но все-таки ухватилась за нее. Рывком девушка оказалась на ногах. Все еще ослабевшее тело предательски не слушалось, Зенина завалилась прямо на юношу.

– Обопрись на меня пока что. – Дарен поддержал принцессу и повел ее в сторону лавки. Говорил он медленно, видимо, чтобы девушка могла разобрать все слова. – Да. Мне нужно было побольше разузнать, поэтому я притворился их сторонником. Теперь же тебе придется взять на себя эту роль.

Зенина прикладывала все силы сразу на две вещи: чтобы устоять на ногах, и чтобы сформулировать ответ. За время, проведенное в Старграде, она стала лучше понимать местный язык, но говорить на нем все еще было очень тяжело.

– Но я не хотеть! Хотеть домой, в Алтин. – Принцесса присела на лавку, чуть не упав с нее, когда та хрустнула и накренилась, и крепче укуталась в ткань. К сожалению девушки, теплее не стало. Старая шаль пропиталась водой от одежды Дарена.

Юноша хитро улыбнулся и навис над Зениной, насмешливо глядя ей в глаза. Принцесса попыталась отодвинуться, но уткнулась спиной в стол. Дарен не выглядел сильным, но веяло от него чем-то неприятным, даже жутким. Зенине захотелось оказаться от него как можно дальше.

– Я тебя держать не стану, но просто на всякий случай скажу, ведьма умрет, хочет она этого или нет. Ты же понимаешь, о чем я?

Зенина сглотнула подступивший к горлу ком и посмотрела на Дарена. Даже к пророку идти не нужно, чтобы понять, к чему все это приведет. Если ведьма умрет, а Зенина не встанет на ее место, то пропадет не просто невеста княжича, а принцесса империи Алтин. Император этого так просто не оставит и начнет войну.

Девушка шумно выдохнула и кивнула.

– Вот и договорились. – Дарен отстранился и уставился в крохотное окошко под потолком. – На улице ливень, закончится не скоро. Сейчас самое время, чтобы передвигаться по городу. Не встретим никого лишнего. Следуй за мной.

Дарен отворил дверь. В узком помещении в темноте показалась деревянная стремянка, сколоченная из кривых толстых веток. Она вела куда-то наверх. Юноша ловко вскарабкался по ней.

– Залезай! – крикнул он.

Зенина взглянула наверх. Лестница крутая, но короткая, выглядела прочно. Ее сюда точно принесли не так давно. Принцесса кое-как обмоталась тканью и завязала ее на плече, прежде чем начать взбираться. Первая ступенька. Вторая. Тело все еще плохо слушалось. Принцесса прикладывала все возможные усилия, чтобы удержаться. Ноги и руки дрожали, но девушка продолжала упрямо подниматься. Под кожу постоянно забивались занозы и мелкие сучки, отчего ладони неприятно саднило.

Дарен подхватил принцессу под руки и буквально вытащил ее из лаза, стоило ее голове показаться над полом. Дом практически ничем не отличался от подвала: все старое и пыльное. Сквозь дыры в потолке непрерывно стекали струйки дождя.

– Сразу видно, не сбегала из своего дворца! – усмехнулся Дарен. – Медлительная даже на таких простых лестницах.

Зенина недовольно поджала губы. Знал бы этот юноша, сколько раз она слезала по простыням, чтобы увидеться с Али… А сколько раз ей приходилось прятаться в кустах и на деревьях от стражников и нянь. Зенина мысленно пожелала ему стать птицей на долгое время, вот тогда бы она посмотрела, как он вскарабкался по этой лестнице после возвращения в человеческий облик.

– Мое тело… Не мочь нормально двигаться.

Зенина дрожала, зубы выбивали быстрый ритм. Все же наступила уже поздняя осень, а принцесса была закутана в тонкую шаль, ничуть не согревающую. Девушка ощущала сильную слабость, очень хотелось спать. После обращения даже небольшая нагрузка казалась непосильным трудом.

– Я знаю человека, который скорее всего поверит в твою историю, – Дарен проигнорировал жалобу принцессы и выглянул в щелку сквозь дверь. – Я уже выяснил, где он живет. Нужно добраться до его дома как можно быстрее, пока не закончился дождь.

Зенина кивнула. И не сразу, но только сейчас принцесса поняла, что Дарен, зная о ее происхождении, всячески игнорирует правила приличия и обращения. Девушка не могла понять, оскорбляет ее это или нет. С одной стороны, она дочь самого императора, никто не смеет обращаться к ней неуважительно. С другой, иногда очень раздражало, когда все носились с ней, как с драгоценностью, и не давали и шагу самостоятельно сделать, самой познать мир. Было необычно чувствовать себя простой девушкой. Отчего-то это придало сил. Ей захотелось довериться Дарену. Кажется, он и правда желает ей помочь.

– Ты готова? – Дарен открыл дверь и вдруг сделал то, чего девушка совсем не ожидала.

– Что ты делать?! Пусти!

Парень подхватил Зенину и закинул себе на плечо, будто бы какой-то мешок с зерном.

– Если ты промочишь ноги, заболеешь и умрешь, то никому от этого лучше не станет. – Парень поудобнее перехватил девицу и выглянул за дверь. – Держись, сейчас немного потрясет.

Недлинная дорога оказалась хуже, чем путешествие в самой отвратительной карете. Зенине казалось, что ее внутренности вылезут через рот, так сильно давило худощавое плечо Дарена ей в живот. Но больше всего ее удивляло то, как тощий юноша так легко и ловкой бежал по лужам, будто бы на плече у него лежала легкая поклажа. Оказалось, что они не покидали Старград, лишь оказались в самом бедном районе. Через несколько переулков, где расположились уже более аккуратные дома, Дарен вбежал в один из дворов и спрятался в небольшой конюшне.

– Жди здесь. Если кто-то придет, – он спустил Зенину на пол и указал на кучу сена в самом углу, – спрячься там. Только поглубже, а то вдруг кто-то захочет вилами поорудовать.

Дарен накинул на голову упавший было капюшон, и быстро выбежал, скрывшись среди капель дождя.

Зенина подошла на дрожащих ногах к сену и легла, схватившись за живот. Тело нещадно ломило. К горлу то и дело подкатывал тошнотворный ком. Когда немного полегчало, принцесса осмотрелась. Обычная конюшня на два коня. У правой стены в одном стойле стоял конь, второе пустовало. На левой же стороне покоилась всякая утварь и конские доспехи.

– Значит, мы в доме у какого-то воина, – сделала вывод Зенина.

Девушка встала и подошла к коню.

– Как тебя зовут, красавец? – она протянула руку. Конь без страха приблизился, понюхал и склонил голову. – Хорошенький, крепкий. Хозяин хорошо за тобой смотрит.

Зенина погладила крупную морду. Забытые было ощущения от прикосновений, казались невероятно приятными. Все же руки гораздо лучше пары крыльев. Дверь в конюшню скрипнула. Принцесса на мгновение обернулась и тут же бросилась к стогу сена. Сердце поскакало галопом.

– Это я, – послышался голос Дарена. – Вылезай!

Не успела Зенина и наполовину спрятаться, как столкнулась взглядом с Дареном и крупным мужчиной лет сорока, тем самым, что нашел ее вместе с Ярославой после нападения ведьмы. Густая аккуратная борода с несколькими косичками обрамляла массивную челюсть, волнистые волосы были туго собраны на затылке в короткий хвостик. Рука его покоилась на мече, но при виде принцессы тут же убрал ее. На лице застыло удивление. Дарен же рассмеялся, видимо, очень забавно ему было смотреть на девушку, обернутую дырявой тканью и с травой в волосах.

– Прекращай, – мужчина сурово рыкнул раскатистым голосом на юношу, а тот лишь недовольно скривился, мол, что тут такого. – Приветствую Ее Высочество принцессу Зенину. Меня зовут Игорь, я дружинник князя и наставник княжны… Ярославы. – Игорь глубоко поклонился и протянул девушке руку. – Позвольте помочь вам.

Глава 10

Подсадная утка

Ярослава с трудом разлепила веки. Ослепительно яркий свет бил прямо в глаза. Монотонно и громко звучала трель какой-то назойливой птицы. Княжна долго выбиралась из сонного состояния, словно из тягучей массы. Ярослава прислушалась к ощущениям. Тело ломило так, будто по ней пробежал табун лошадей, перемолов каждую косточку своими копытами. Болело абсолютно все. Кажется, столь сильных увечий ей еще не довелось получить ни на тренировках, ни в битве с многочисленными навьими тварями. Боль окутывала ее как кокон, перетягивая на себя все внимание. Не сразу Ярослава заметила чье-то ровное теплое дыхание, щекочущее лицо, да ласковые прикосновения к волосам. Девушка завозилась и приподнялась на локтях. Ярослава заметила, что лежит у кого-то на коленях, отчего стало не по себе.

– Поспи еще, – раздался ласковый шепот, теплая рука легла на ее плечо.

Александр улыбался и смотрел на нее красивыми светлыми глазами. Он снова опустил руку и вытащил из волос Ярославы запутавшуюся веточку. Девушка почувствовала, как на щеках затеплился румянец и отвернулась. Княжна приложила немало усилий, чтобы полностью сесть.

Ярослава огляделась, стараясь отвлечься от боли в теле и смущающих мыслей об Александре. Она пребывала все там же, на большой поляне. По центру тлел огромный кострище. Вокруг него лежало множество волколаков. Видимо, было раннее утро, и большая часть местных жителей все еще спали после насыщенной ночи.

– Нам нужно поскорее попасть к Идану. – Ярослава не узнала собственный голос – слишком хриплый. Девушка прокашлялась.

– Не торопись. Вождь хотела с тобой о чем-то переговорить.

Александр снова улыбнулся, поднялся и протянул Ярославе руку. Девушка некоторое время рассматривала его лицо, но, заметив взгляд мужчины, направленный на нее, засуетилась и отвернулась.

– Давай помогу, – мужчина поддержал княжну под руку, помогая встать.

Вождь оказалась в кузне. Пришлось спросить нескольких бегущих по своим делам волколаков, прежде чем они отыскали Фенрису. Она ловко орудовала огромным молотом, высекая из раскаленного металла яркие искры. Сама кузня была небольшая, да еще и огромное количество инструментов съедали почти все пространство. Свободно передвигаться можно было только у наковальни.

– Ярослава, я как раз хотела послать за тобой. – Фенриса отложила молот, взяла щипцами заготовку и окунула в тару с водой. Пар с шипением заполнил кузню.

Княжна засмотрелась на сильное тело волколака. Все еще не укладывалось в голове, что совсем рядом, по соседству, живут столь необычные существа. Поначалу девушка думала, что это волки, приспособившиеся передвигаться на задних лапах и освоившие человеческий язык, затем, что это навьи твари. Но они не были ни тем, ни другим. Это оказался самостоятельный народ, имеющий свои традиции и жизненные устои. Но как появлялись волколаки, девушка не знала.

Вождь сняла плотный передник и подошла к девушке, аккуратно обогнув несколько сваленных в кучу щитов:

– Нам нужно переговорить, – она перевела взгляд на дружинника, который привалился плечом к косяку, – наедине.

Александр улыбнулся, пожал плечами и молча вышел из кузни.

– Присаживайся. – Фенриса указала на чурбан около входа. – Есть ли что-то, что беспокоит тебя в последнее время?

Ярослава вздернула брови, не понимая вопроса. Ее много что беспокоило. Траян, который явно замешан в смерти князя. Навьи твари, о которых она и помыслить не могла несколько седмиц назад. Состояние Идана на границе. Дарен и Александр, постоянно мелькающие в мыслях.

– Вижу замешательство на твоем лице. Видать, жизнь у тебя не сладкая, княжна-беглянка. Не удивляйся. Александр рассказал про то, что произошло в Старграде, кто ты и куда путь держите.

Ярослава в мыслях возбранилась на спутника. Стоило ли говорить о таких вещах первым встречным? Дружинник казался более благоразумным.

Вожак рассмеялась:

– У тебя все на лице написано, Ярослава! Разве княжеских особ не учат держать лицо и скрывать эмоции? Не серчай на Александра. Мы долго с ним говорили и пришли к некоторым умозаключениям. Не враги мы с вами. Но сперва все-таки ответь на вопрос, беспокоило ли тебя что-нибудь в последнее время? Что-то необычное, что помогало тебе? Девица ты не маленькая и силушки предостаточно, а оттого появились у меня кой-какие мысли.

Ярослава призадумалась.

– Навьи твари, но это точно не то, что мне помогало. Мор тоже можно исключить, – княжна начала перебирать события. – Необычные надоедливые спутники считаются?

– Это ты про Александра? – удивилась вожак. – Он не похож на надоеду.

– Нет, был еще один, который… – Ярослава почувствовала укол совести. Она бросила Дарена там, в темнице, сбежала и даже не попыталась вернуться. Он надоедливый, язвительный, хитрый, никогда не знаешь, что от него ожидать. Но все же он пытался помочь. Ярослава провела с ним всего несколько дней, так отчего он занял в ее сердце столько места? – Не важно, – бросила Ярослава, но тут ее осенило. – Корни!

– Корни? – переспросила Фенриса. В ее глазах читалось недоумение.

– Да… Не уверена, но такое было дважды. Первый раз на болотах. Когда мне угрожала смертельная опасность, откуда ни возьмись появились корни, словно живые, и спасли меня. Второй раз было во время… в Старграде, – Ярослава запнулась, вспоминая князя, лежащего на бревнах, и лезвие топора палача, запачканное запекшейся кровью. – Там меня тоже спасли корни, которые не понятно откуда взялись.

– То-то я сразу подумала, что деваха ты не обычная. Уж не знаю, кем ты являешься на самом деле, возможно, просто боги тебя оберегают, но наведайся в Пропащие горы, что недалеко от границы княжества. Вы все равно в ту сторону с Александром путь держите.

– Смерти моей желаешь?! И что мне там искать? – Ярослава лишь подивилась. Не зря горы называли Пропащими. Ходили про это место разные слухи. Простой люд, торговцы, даже княжеские воины предпочитали обходить их стороной. Если и находились глупцы, решившие пересечь их, так не каждый из них возвращался. Каждый рассказывал свою историю, от которых слухи полнились, а горы обрастали все более невероятными легендами. Кто-то сказывал о живых скалах, разбросанных костях на всех тропах и о гигантских головах. Другие же молвили об огромных тенях в облаках, да ужасающем реве неведомых тварей. Нет, туда Ярослава точно не хотела. И уж тем более она не собиралась сворачивать с пути. Идан может погибнуть в любой момент.

– Детей гор. Народ, скрывающийся среди вершин. Конечно, по сравнению с ними ты будешь мелковата, но учитывая то, что ты рассказала о корнях, может, откроешь что-то новое о себе.

Ярослава смутно помнила происходящее во время поединка, но, кажется, что-то похожее Фенриса говорила ночью.

– И зачем ты это мне говоришь? – спросила Ярослава. – Няньки рассказывали сказку о них в детстве. – Княжна снизила голос и попыталась спародировать старуху Авсинью: – Поговаривают, давным-давно высоко в горах жил необычный народ. Они вели обособленный образ жизни, редко покидали пределы своей общины. Называли они себя Дети гор. То было племя великанов, поклоняющееся Мокоши. Говорят, что они умели черпать силу из земли. И якобы от Детей гор произошли богатыри.

– Все верно, – Фенриса кивнула. – Вот только это не сказки.

– Глупости это все. Даже если Дети гор и правда существуют, с чего мне к ним идти? Да и с чего ты взяла, что они находятся именно там? В Пропащих горах только пустошь да трупы.

– Не первый день я топчу землю, многое повидала на своем веку. Дети гор, как никто другой, связаны с землей, черпают из нее силу. Если желаешь разобраться в себе, узнать о корнях, тебе придется поверить мне на слово.

Огромной когтистой лапой вождь ловко завела за торчащее ухо выбившуюся косичку, не отводя от княжны спокойного взгляда желтых глаз.

– Но Пропащие горы… Что, если я не смогу справиться с чудищами, что обитают там?

Фенриса рассмеялась, но звук, исходящий из ее пасти, больше напоминал прерывистое рычание.

– Я дам тебе два совета, княжна. Первый – никогда не сомневайся в своих силах. Если ты твердо решишь для себя, что сможешь преодолеть все невзгоды, то так оно и будет. Второй совет – не верь всему, что говорят люди. Я уже давно поняла, что они любят все приукрашивать. – Фенриса почесала голову большой лапой, будто пытаясь собраться с мыслями или что-то вспомнить. – И еще кое-что. Запомни, Дети гор непременно помогут нуждающемуся, но не стоит пренебрегать их добротой.

– Хорошо, если будет возможность, загляну к ним. Поищу этих Детей гор. Правда, не вижу в этом особого смысла.

– Смысл есть во всем, что происходит в мире, Ярослава. – Фенриса накинула на себя передник и взялась за молот. – Все должно идти своим чередом и приносить плоды. Если что-то нарушается, то в это вмешиваются боги. А теперь иди. Твой спутник сказал, что вы торопитесь.

Ярослава поднялась и уже на выходе обернулась к вожаку:

– Спасибо.

– За то, что потрепала тебя и твоего спутника? – Фенриса засмеялась своим низким гортанным рыком. Ее косички затряслись в такт. – Если понадобится помощь, приходи ко мне, княжна. Но взамен никто больше не должен знать о нас и этом поселении. Я приказала Авдею проводить вас, показать короткую тропу. Доброй вам дороги.

Ярослава кивнула и покинула кузню. Неподалеку она нашла скучающего Александра. Мужчина пристроился на одном из пней и чистил меч, глубоко погрузившись в собственные мысли. Он не сразу заметил, как к нему подошла княжна.

– Вы закончили? – поинтересовался он.

– Да. Фенриса сказала, что нас проводят до тропы.

Ярослава принялась оглядываться, пока не заметила бегущего к ним волка.

– Утром она сообщила мне тоже самое. – Александр поднялся и ловко убрал меч в ножны. – Идем.

– Не могу.

Александр удивленно обернулся.

– Буран все еще ждет меня на той тропе. Я не могу его бросить.

– Об этом не беспокойся, – к ним подошел волколак. Ярослава не была уверена, видела она его уже или нет. – Поймали мы твоего коня и привели сюда. Второго съели ночью.

Ярослава удивилась и лишь на секунду представила, что на его месте мог оказаться Буран, как к горлу подступил ком. Потерять коня для любого дружинника было равносильно утрате верного друга. Княжна бросила взгляд сожаления на Александра, но мужчина даже бровью не повел, а лишь ответил:

– Я уже поговорил с Фенрисой и узнал, что в нескольких верстах отсюда есть деревня. Там куплю нового коня.

Девушка подавилась воздухом. Мужчина вот так просто принял смерть своего скакуна? С другой стороны, за время путешествия с Александром княжна не заметила какой-то сильной привязанности между ним и конем. Вероятно, дружиннику часто приходится менять скакунов.

Утро было раннее, оттого по пути им почти никто из волколаков не встретился. Многие еще спали. Ярослава смогла рассмотреть дома в лучах раннего солнца. Где-то это были полуземлянки, как в южных районах княжества. Они наполовину уходили в землю, а стены скрывала растительность. Иногда встречались редкие дома с крохотным хлевом и пристройкой, как у западных жителей. У некоторых построек на ставнях воедино слились деревянные узоры разных богов, будто северные и южные традиции объединились. Все это смотрелось чудно и одновременно красиво. Сразу можно было понять, что здесь собрались волколаки совершенно разные, но ведомые одной целью. По пути Ярослава обогнула и не без интереса заглянула сквозь решетки в подземные темницы, в одной из которых ей пришлось провести время с Александром. В некоторых сидели волколаки, но никто из них не просил помощи. Они лишь усталым взглядом провожали путников.

– Некоторые добровольно садятся в темницу, если провинились, – провожатый заметил интерес княжны. – Других туда сажают насильно, чтобы умерили свой пыл. Ничего необычного.

Поселение было небольшое, поэтому преодолели его быстро. На его окраине Ярослава увидела своего Бурана. Конь недовольно пыхтел и топтался на месте, обеспокоенно качал головой. Его привязали к одному из деревьев. Завидев волколака, Буран принялся фыркать и ходить из стороны в сторону с большим волнением.

– Ну что ты, успокойся. – Ярослава подошла ближе, обняла большую голову, погладила по морде.

Буран не сразу признал хозяйку, но быстро успокоился и прижался к ее лбу. Знакомое и приятное тепло верного друга согрело княжну в холодное утро.

– Пойдете этой тропой и к полудню выйдете из леса, а там до деревни рукой подать, – прорычал волколак, указав на еле заметную тропинку, уходящую вправо за бугор, и быстро убежал по своим делам.

Ярослава повела Бурана за поводья. Александр шел рядом. Они некоторое время молчали. Напряженная тишина давила.

– Кто вообще эти волколаки? Почему тот мальчик выглядел не как волчонок? – наконец спросила Ярослава, не в силах больше молчать. Ей нравилось разговаривать с мужчиной, хотелось слушать его красивый голос снова и снова. Девушка почувствовала, как затеплился румянец на щеках и поспешила оборвать глупые мысли.

– Точно не могу сказать, – отозвался Александр. – Слышал, что когда-то все волколаки были людьми, некоторые колдунами и ведьмами. В какой-то момент они решили отбросить свою человечность, провели обряд и стали волколаками. Пусть они выглядят как звери, но таковыми не являются изначально по своей природе, поэтому и несут в потомстве человеческих детенышей. Как только подрастет, сможет обратиться в волка.

– Вот оно как… – проговорила Ярослава.

И снова между ними повисла эта ненавистная тишина. Княжна украдкой поглядывала на Александра, думая, как бы завести разговор, но мужчина настолько погрузился в свои мысли, что, казалось, не замечал ничего вокруг. Он смотрел куда-то перед собой, брови нахмурились, губы поджались. Ярослава никак не решалась прервать глубокие думы. Оставалось лишь гадать, не обидела ли она чем мужчину.

Солнце поднималось все выше и выше. Тропа петляла от дерева к дереву. Растительность здесь уже была негустой, пожухлой, с желтоватым оттенком. Только сейчас княжна приметила деревья и кусты, которые ранее практически не встречала в округе Старграда. На земле все чаще стали появляться необычные каменные наросты, покрытые пушистым мхом. Где-то на горизонте сквозь редкие деревья замаячили пока что крохотные вершины гор, перед которыми стелился темный, едва заметный туман. В воздухе чувствовался странный, едва уловимый запах гари.

«Так пахнет поле битвы», – всплыло в голове у княжны. Ярослава никогда не была на реальной войне, но именно такой запах приносили с собой воины после походов.

Ярослава начала беспокоиться, ускорила шаг. Где-то совсем близко, буквально в дне или двух пути, должен был находиться Идан. Оставалось надеяться, что он еще жив. При мыслях о брате она машинально нащупала перстень на груди. Княжна решила поторопить Александра, что так и не проронил ни слова за полдня.

– Алек… – стоило ей открыть рот, как вдруг его накрыли теплые губы. Мужчина грубо потянул княжну за руку, обнял за талию и прижал к себе. Ярослава растерялась и встала как вкопанная, ощущая, как ее губы мягко целуют. От изумления она распахнула глаза, уставившись на подрагивающие веки мужчины. Девушка не знала, что нужно делать в подобной ситуации. Сердце провалилось куда-то в пятки, в глазах внезапно потемнело, мысли будто испарились. Было одновременно столь необычно, приятно и страшно. Ярослава лишь украдкой видела такое. Чаще она слышала рассказы дружинников про пылких деревенских девок, они всегда казались Ярославе смущающими, от подробностей даже горели уши, но они совсем не передавали тех чувств, которые она ощущала сейчас.

– Спасибо, что пришла спасти меня, – прошептал мужчина своим низким голосом и вновь приник к губам девушки.

Ярослава чуть не подавилась воздухом. Глаза отчего-то заслезились. В голове заметались разные мысли. Страх и смущение воевали между собой. Это неправильно. Девушке с детства твердили о том, что негоже девице до свадьбы непотребствами заниматься. Но Ярослава не могла противиться Александру. Теперь она понимала Отраду, ее подружек, что прятались ото всех с юношами в комнатах, а после говорили о незабываемых ощущениях. За время своего путешествия Ярослава успела посмотреть на жизнь простых людей и видела девиц, просыпающихся в стоге сена с мужчинами. Видела, как забавляются юноши и девушки ранним утром у ручейка в лесу. Когда-то они уже пересекли эту черту запретного, что произошло сейчас и с Ярославой. И теперь княжна наплевала на наказы нянек. Губы Александра были мягкими и нежными, что на миг Ярослава забылась и ответила на поцелуй. Ее губы разошлись в шумном вздохе. Неловко, неумело, но она чуть наклонила голову и подалась вперед. Медленный и нежный поцелуй стремительно перерос во что-то бесконтрольное. Ярослава не заметила, как оказалась прижата к дереву, как рука Александра начала изучать ее бедра, как сбилось дыхание. Очнулась княжна только с внезапным раскатом грома на горизонте. Она вдруг отодвинула мужчину на расстояние вытянутой руки и пыталась осознать случившееся, но мысли продолжали метаться, никак не хотели подчиняться.

– Я… Я не… Мне…

– Все в порядке, – Александр обхватил запястье Ярославы и поднес ладонь к своим губам, проведя ими от основания указательного пальца и до его кончика. – Нужно идти.

Мужчина подхватил поводья Бурана и двинулся дальше, словно не произошло ничего значимого. Княжна же пыталась хоть как-то совладать с собственными эмоциями.

* * *

У Игоря отыскалась лишь длинная застиранная рубаха, которая была не по плечу Зенине. Ткань хорошо скрывала нагое тело, но оказалась слишком длинной и неудобной, а широкий ворот то и дело оголял плечи. Принцесса чувствовала, будто тонет в рубахе, но не обмолвилась об этом ни словом. Ей помогали, этого уже было достаточно. Принцесса понимала, что Игорь не знает, как вести себя с ней, отчего постоянно суетился.

– Вот, эта настойка поможет согреться. – Перед Зениной поставили простенькую деревянную чашу, наполненную темной ароматной жидкостью. Принцесса принюхалась, на миг ей почудилось, будто вокруг вдруг появился лес. Девушка попробовала горячий напиток. От трав немного закружилась голова. Настойка и правда согревала.

Игорь снова ушел в соседнюю комнату, но быстро вернулся с пушистой шкурой какого-то огромного зверя. Мужчина аккуратно накинул ее на плечи девушке, та лишь охнула от навалившейся на нее тяжести, и снова принялся суетиться вокруг принцессы. Зенина огляделась, потягивая ароматную настойку. Дом воина был обставлен просто, не хватало женской руки. Большой стол, лавка, да печь. Из соседней комнаты мужчина, видимо, сделал хранилище. Игорь что-то задел, проходя мимо, и в проем вывалился огромный меч. По ставням барабанил дождь, словно желал проникнуть внутрь и подслушать разговор.

– Хватит суетиться, сядь, – рявкнул Дарен.

Игорь одарил юношу долгим взглядом, но молча пододвинул к столу огромный сундук и сел.

– Как вы здесь оказались? – спросил мужчина и бросил строгий взгляд на Дарена.

– Нет необходимости посылать мне убийственные взгляды, – дерзко улыбнулся юноша. – Не крал я принцессу. Беда в том, что под самым носом у доблестного первого советника князя, колдуны начали плести козни.

– Ты это о Траяне? – Игорь стал более серьезным.

– Не только. Он сговорился с ведьмой, умеющей принимать чужие обличья. Все это время по княжескому дворцу разгуливала не принцесса Зенина, а колдунья.

– Он говорит правду? – Игорь повернулся к Зенине. Девушка некоторое время молчала, пытаясь уловить суть разговора, затем быстро кивнула.

– Как ты можешь быть уверен, что с нами сейчас настоящая принцесса, а не та самая ведьма?

– Помнишь, мы нашли около принцессы крохотную птичку, с которой та не расставалась? – Игорь молча кивнул, подтверждая слова юноши. – Так вот, этой птицей и была Зенина. Ей удалось сбежать, поэтому колдовство постепенно начало ослабевать. Мне, между прочим, пришлось приложить немало усилий, чтобы все разузнать и выяснить, где настоящая принцесса. – Дарен недовольно фыркнул и горделиво задрал подбородок.

– У тебя есть какой-то план?

Дарен кивнул.

– Пусть я и узнал многое о планах Траяна от ведьмы, но не полностью уверен. Он готовит какой-то обряд. Нужно выяснить, что они задумали. Для этого мы заменим поддельную принцессу настоящей. Я подсыпал ведьме сонную траву, поэтому она сейчас должна крепко спать. Наша задача проникнуть во дворец и заменить принцессу.

– Ведьму я возьму себе. Мне она больше скажет, – перебил юношу Игорь.

– Как пожелаешь. Только смотри, очаровать может, – Дарен улыбнулся и махнул рукой. – Зенина займет место ведьмы и разузнает все о планах Траяна.

– Пусть докладывает мне. Нет сомнений, что в смерти Светозара повинен Траян. Если мне удастся это доказать, мы сможем быстро убрать его. – Игорь нахмурился и ударил по столу кулаком. – Тогда я собственными руками обезглавлю мерзкого колдуна.

Зенина слушала разговор внимательно, пытаясь понять каждое слово. И чем дальше заходили их рассуждения, тем сильнее она расстраивалась.

– Я не понимать. Как я стать ведьмой, я говорить по-вашему не так хорошо! Траян все поймет! – помимо плохого произношения Зенину выдавал восточный акцент.

Игорь задумался, а затем с досадой протянул:

– И то верно. Траян поймет, что что-то не так.

Дарен встал и принялся мерить шагами комнату. Видимо, и он не учел такую важную деталь в их плане. С его длинных волос, собранных в высокий хвост, срывались капли.

Зенина поежилась и закуталась посильнее в шкуру неизвестного ей зверя. Игорь и Дарен пытались ей помочь. Пусть это и исходило из желания спасти княжество, а не принцессу, девушка была рада такому повороту ее судьбы. Теперь она не одна.

– Судя по тому, что мне рассказывала ведьма, Траян не сильно интересуется Зениной. Ему достаточно того, что она играет свою роль принцессы. За все время, пока я был во дворце, он ни разу не зашел в покои ведьмы. Также я подслушал, что он вскоре собирается куда-то уехать. – Дарен остановился и посмотрел на Зенину. От его взгляда девушке сделалось не по себе. – Тебе нужно просто быть собой и стараться как можно реже показываться Траяну на глаза.

– Отрада, – выпалила Зенина. – Она много говорить с ведьмой!

– Значит, сделаем так, что ты захворала и охрипла, а тем временем будешь учиться произносить слова правильно. Я или Игорь поможем тебе, – сказал Дарен. Это не было предложением. У Зенины оставался только один выбор – это сделать так, как ей говорят. Девушка не была уверена в своих силах, но кивнула.

– Я приставлю к вам своих дружинников, если что, они помогут, – пробасил Игорь.

– Да, я как раз хотел попросить! – Дарен развернулся на пятках, отчего с его волос снова сорвалось несколько капель. – Пусть среди твоих дружинников будет мой приближенный.

– Ишь чего захотел! – недовольно проворчал Игорь и встал. Мужчина подошел к Дарену и воззрился на него сверху вниз. Юноше пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть в лицо первого советника. Дарен упрямо сложил руки на груди. – А мамку твою в дружинники не взять? В моей дружине только верные мне люди, кого попало не беру!

– Можешь тогда сам разбираться с Траяном без моей помощи. Если бы не я, ты бы ничего не смог узнать сам.

Игорь цокнул языком и недовольно проговорил:

– Твоя помощь, что корове седло. Ты почти ничего не рассказал. Если хочешь, чтобы я поставил твоего человека, расскажи еще что-нибудь.

Зенина молча наблюдала за тем, как мужчины ведут безмолвную борьбу. Они недовольно смотрели друг другу в глаза, сложив руки на груди. Игорь чуть ли не нависал над Дареном, но тот не уступал.

– Упертый баран, – процедил юноша, а затем уже громче заговорил. – Так уж и быть. Траян ваш необычный колдун, коих пруд пруди в Старгородском княжестве. Он заполучил огромную силу, с которой не в силах совладать. Я еще при первой нашей с ним встрече это заметил. В лоб его нельзя атаковать, он просто уничтожит все препятствия на своем пути. Нужно действовать иначе. Для этого и нужен мой человек.

Игорь некоторое время продолжал молча смотреть на юношу.

– Ладно. Так уж и быть. Кто он?

Дарен улыбнулся:

– Скоро он должен быть здесь.

– Это еще что такое! – Недовольство в голосе Игоря так и сквозило. Не прошло и лучины, как дверь отворилась и на пороге возник человек, чье лицо на миг скрыла молния, разрезавшая небо за его спиной.

Зенина с недоумением уставилась на неожиданного гостя. На пороге стоял невысокий мужчина.

Он выглядел неряшливо, будто его псы за ноги волокли по земле. С длинного черного плаща, почти полностью скрывающего его тело, струйками стекала вода. Густая спутанная борода доходила до груди; черные волосы вились от влаги, небрежно разметались по плечам. Лицо было подернуто морщинами, но светлые глаза блестели озорством и жизнью. Незнакомец оглядел комнату и присутствующих, пока его взор не остановился на принцессе.

– Ты меня не предупреждал, что здесь будет такая красавица! – мужчина широко улыбнулся и принялся играть бровями. Зенина чуть было не подавилась настойкой.

Игорь в два шага оказался на пороге, схватил незнакомца за шиворот и затащил внутрь.

– И вот этого ты навязываешь ко мне в дружинники?

– Все верно, – Дарен улыбнулся, но в его взгляде было неприкрытое веселье.

– Можешь убираться. И без тебя справлюсь с Траяном, – безоговорочно бросил Игорь и указал на дверь.

– У меня есть еще очень полезная информация, но раз тебе это не нужно, тогда мы пойдем. – Юноша развернулся на пятках и спокойно зашагал к выходу.

Зенина удивленно наблюдала за происходящим и в то же время старалась не смотреть в сторону незнакомца. Она и без того чувствовала на себе его липкий и неприятный взгляд. Девушка поставила чашу и теснее накинула на плечи шкуру.

– Да ты посмотри, какой из него дружинник?! Да из него дружинник как из меня кухарка! Он слишком низок и стар. Меч, поди, в руках никогда не держал. Да и лицо его мне кажется знакомым. – Тут Игорь изумленно вздохнул. – Ты случаем не в темнице себе друга подобрал?!

Игорь внимательнее всмотрелся в лицо незнакомца, тот, в свою очередь, поспешил прикрыться рукавом.

– Даже если и так, то что? Иногда драгоценные камни можно отыскать в навозе. Он лучше твоих дружинников сможет позаботиться о принцессе, поможет ей освоиться.

Игорь глубоко вздохнул и потер переносицу.

– Пропажу пленника обнаружат сегодня же. Как ты предлагаешь мне его в дружину княжескую отправить?

– До сих пор не обнаружили, а прошло уже больше седмицы, – захохотал незнакомец, довольно уставившись на Игоря. – Нечасто тамошние стражники к пленникам захаживают. Стоило сделать свертки из сена и ткани, никто и не заметил.

Игорь только и смог, что схватиться за голову да осесть на сундук.

– Боги, сколько же вы мне головной боли прибавили, – вымолвил он через некоторое время. Пока мужчина что-то обдумывал, сбежавший пленник успел приблизиться почти вплотную к Зенине и теперь, облокотившись на стол локтями, заигрывая заглядывал принцессе в глаза. Девушка всячески пыталась отвернуться, но, казалось, мужчину это только больше раззадорило.

– Не трогать меня! – не выдержала девушка и попыталась отодвинуться.

– Прекрати! – Игорь резко вскочил и схватил пленника за руку, заломив ее, когда тот решил дотронуться до шеи принцессы. – Перед тобой Ее Высочество принцесса Зенина, дочь самого императора империи Алтин. Приблизишься к ней, и это может привести к войне! Наше счастье, что Ее Высочество оказалась столь благоразумной девушкой, что до сих пор тебя терпит!

– Принцесса Зенина, значит… – Пленник вырвал руку и в задумчивости потер кисть. – А меня Богданом звать! Для своих Бодя! Принцессе я помогу без вопросов. Аль перепадет потом что-нибудь, – захихикал мужчина и наигранно поклонился девушке.

Игорь недовольно потер виски:

– Иди помойся и в порядок волосы с бородой приведи. И нужно одежды приличной раздобыть, чтобы в тебе никто бывшего пленника не заприметил. С пропажей пленника я как-нибудь разберусь, – приказал мужчина, а затем негромко проворчал себе под нос: – Надо бы взяться за этих оболтусов, совсем распоясались.

Дарен победоносно улыбнулся:

– Значит, быть ему дружинником княжеским?

– Нет, не дружинником, а детским[1]. Самое то. Будет возможность уходить с тренировочного поля. И ни у кого не возникнет вопросов, почему он то тут, то там слоняется.

– Точно! Как я до этого не додумался? – Дарен хлопнул себя по лбу. – Значит, Бодя у нас внедряется в дружину, а я тем временем буду послушной собачкой Отрады. Она часто бывает у Траяна, так что мне многое удается услышать.

– Хорошо, общаться будем через Бодю. Сам со мной не заговаривай никогда, только в крайних случаях. Никто не должен догадаться, что мы действуем вместе.

Мужчины посмотрели на Зенину. Девушка поежилась от внимательных взглядов. Ей захотелось стать частью накинутой на нее шкуры.

– Завтра у нашей принцессы заболит горло? – спросил Дарен.

– Да, – Игорь кивнул и обратился к Зенине, медленно произнося слова. – Ваше Высочество, вы сможете притвориться, будто больны? Чтобы ни с кем не разговаривать. Горло болит. – Игорь покашлял.

Зенина хитро улыбнулась и кивнула. Ей много раз доводилось подобное разыгрывать, лишь бы выкроить время на встречу с Али, пока няни думали, что она мирно спит в своих покоях.

– Господа, в вашем плане кой-чего не предусмотрено, – вдруг отозвался Бодя. – Как мы принцессу в княжеский двор проведем, да еще и в таком виде?

– А ты нам на кой черт? – отозвался Игорь. – Приведешь себя в порядок и сразу пойдешь со мной к дружине. Познакомлю тебя и брошу там на растерзание. Пока будешь отвлекать, Дарен с принцессой проникнут во дворец, а я подойду чуть позже под каким-нибудь предлогом.

– В порядок приводить принцессу нам не нужно будет, главное – добраться до покоев и платье нацепить покрасивше. Даже если к ней придут, то, глядя на нее, всю промокшую, завтра утром ни у кого не возникнет вопросов, отчего она вдруг закашлялась. Скажет, что решила ночью прогуляться, верно? – Юноша посмотрел на Зенину. Та кивнула.

– И то правда, – протянул дружинник. – Все, я сейчас принесу воды. Дарен, смотри, чтобы этот и носа в сторону Ее Высочества не поворачивал.

После водных процедур Бодю было не узнать. Он оказался немного младше Игоря и даже не настолько уродливым, как сначала думала Зенина. Но все равно взгляд бывшего пленника настораживал и вызывал отвращение. Именно про таких людей, улыбчивых, болтливых, надоедливых говорили у нее в Алтине «скользкий, как змей». У принцессы не было сомнений, что в темнице этот Бодя оказался за кражу или обман.

– Ваше Высочество, поспешим. – Игорь поднялся и протянул руку Зенине. Девушка взялась за нее, думая, что ей помогают встать, но мужчина ловко подхватил ее. Принцесса даже испугаться не успела. В могучих объятиях Игоря оказалось неожиданно уютно, не то что острое плечо Дарена. – Негоже в дождь ходить босой, я вас понесу на руках. Прикройте голову мехом.

Зенина ничего не ответила, лишь сильнее зарылась в теплую шкуру.

Дождь неприятно бил по лицу, вода стекала за шиворот. Хотя Игорь старался идти быстрее и кое-как прикрывать принцессу, от холодных капель это не спасало.

Они двигались по пустым темным улочкам Старграда, следовали за Богданом. Мужчина, кажется, знал город как свои пять пальцев. На пути, если они кого-то встречали, старались спрятаться за углом дома и ступать дальше только тогда, когда житель оказывался далеко. Зенина только и успевала смотреть на темные дома, да тусклый свет в окнах. Она и не заметила, как они оказались в княжеской конюшне.

– Я пойду представлю Бодю дружинникам, а вы идите во дворец. Я скоро подойду. – Игорь опустил Зенину. Ее ноги коснулись прохладной, но сухой земли под крышей конюшни. Пальцам стало совсем неприятно. Казалось, что холод прожигал их насквозь.

Мужчина и бывший пленник вышли на улицу и скрылись где-то за углом.

– Хэй, добры молодцы, – раздался голос Игоря. – Принимайте новичка. До дружинника ему еще далеко, но пускай пока помогает, чем может…

Дарен выглянул в сторону голосов и вдруг потянул Зенину на себя:

– Все, идем, пока никто не видит.

Крепко держа девушку за руку, они выскочили из конюшни и направились на задний двор, ко входу, которым пользовалась только прислуга. Аккуратно приоткрыв дверь, Дарен заглянул в щелочку. Зенина тоже постаралась разглядеть внутри темного коридора хоть что-то.

– Никого. – Юноша открыл дверь и прошмыгнул внутрь. Принцесса юркнула за ним.

Бам! Дверь от порыва ветра резко захлопнулась, оглушительный звук разнесся эхом по всему коридору. Зенина затаила дыхание, вжалась в стену и вслушалась. Где-то скрипнула половица, но в их сторону шагов так и не раздалось.

Рядом в полумраке шумно выдохнул Дарен:

– Теперь все двери мы будем придерживать, ясно?

Принцесса кивнула. К счастью, оставшийся путь они преодолели почти без происшествий. Дружинники, что попадались по пути, либо спали, либо отвлекались на шум, который устраивал Дарен. Только разок они наткнулись на слишком добросовестного воина.

– Ты чаво здесь шастаешь?! – прошипел юноша, на вид чуть старше Дарена. – Я тебя как сейчас насажу на копье!

– Новенький, да? – Дарен недовольно сложил руки на груди, пока Зенина пыталась всем своим телом вжаться в стену где-то позади него и слиться с тенью. – Не знаешь, что княжна Отрада души во мне не чает и везде меня с собой берет? Пожалуюсь я ей на тебя, тут же сместят.

– Враки все это, не видел я тебя с княжной. Она у нас девушка незамужняя и порядочная, не водится с такими, как ты. – Дружинник наставил копье на грудь юноши.

Дарен готов был разойтись хохотом, но сдержался:

– Ты ведь хочешь спать?

– Поди прочь, а то на копье насажу! – Дружинник предупреждающе направил на юношу острие.

– Ишь какой добросовестный сыскался!

Зенина заметила, как Дарен медленно завел за спину руку и что-то нащупал под поясом. В следующий миг он резко раскрыл ладонь и дунул в сторону дружинника. В воздухе повисло облако какой-то странной зеленоватой пыли.

– Шо та… – промямлил дружинник, а затем рухнул на пол.

– Пошли, быстро! И задержи дыхание! – скомандовал Дарен.

Зенина втянула воздух и побежала следом за Дареном, боясь вдохнуть хоть немного странного облака.

– Я знала! – тихо выпалила Зенина, когда они отошли подальше и завернули за угол. Не зря ей сразу показалось, что юноша уж слишком необычен. – Ты тоже колдун!

– Тсс, ты этого не видела. Да и это всего лишь сон-трава, – прошипел Дарен и быстро протиснулся в покои принцессы, не забыв аккуратно прикрыть дверь за Зениной.

В покоях царили тишина и темнота, сложно было что-то разглядеть. Но было тепло. Зенина с удовольствием ощутила под ногами мягкий согревающий ворс.

Дарен спокойно подошел к столу и зажег лучину. Тусклый свет немного разогнал тьму, и девушка начала различать обстановку. Все казалось незнакомым и чуждым, хотя она много дней провела в этих покоях. Пол был устлан всевозможными шкурами, оттого ногам так быстро стало тепло. На перине лежала женщина. Зенина сгорала от любопытства, как же на самом деле выглядит ведьма, но боялась подойти. Вдруг она снова обратится в птицу, если окажется слишком близко?

– Так вот какая ты… – негромко проговорил Дарен, глядя на женщину.

Дверь скрипнула. Дарен резко обернулся, а Зенина почувствовала, как сердце ушло в пятки. Она даже шелохнуться не успела, как кто-то быстро вошел в комнату.

– И как ей удавалось так ловко всех обманывать? – это был Игорь. Не без интереса он присел на корточки у перины и стал разглядывать ведьму.

От сердца отлегло. Зенина аккуратно сняла с себя промокшую шкуру и положила рядом с сундуком, затем нерешительно подошла ближе, борясь со страхом. Любопытство оказалось сильнее. Девушка заглянула через плечо мужчины. На перине лежала немолодая женщина с короткими тонкими седыми волосами. Время оставило на ее лице глубокие следы, а солнце – темные пятна. Она казалась совершенно непривлекательной. Молодость давно ушла, оставив худое слабое тело. Зенина вспомнила, как ведьма любила любоваться своим отражением, оглаживать кожу и волосы. Ее стало немного жаль.

– Я забираю ведьму, – сказал Игорь и закинул безвольное тело себе на плечо как куль. – Сколько она еще пробудет во сне?

– Кто знает, – пожал плечами юноша, – может, к утру проснется. Будь осторожен, раз она смогла навести чары, что меняют внешность, значит, очень сильна. – А затем добавил: – Давай условимся, что в начале каждого разговора будем задавать какой-нибудь вопрос, неважно какой, а ответом будет «Свиристель». Боде тоже скажу об этом. Зенина, и ты запомни это правило. Если ведьма обратится в кого-то из нас и ответит неправильно, мы сразу поймем, что нужна помощь.

Игорь кивнул и вышел из покоев.

– А тебе нужно переодеться и поработать над произношением, – Дарен повернулся к принцессе. – Повторяй за мной…

Глава 11

Межецк

К утру Зенина сидела у окна, подперев голову рукой, и устало смотрела на город. Разнообразные дома обступили дворец со всех сторон, словно лес, не так уж много можно было рассмотреть. Солнце лениво выплывало из-за крыш. Некоторые жители уже неспешно шли по улице по своим делам. Во дворе дружинники осматривали территорию. Вид из окна уже наскучил. Когда Зенина была птицей, с высоты собственного полета она множество раз видела город. Девушка поняла, что немного скучает по этой свободе.

Зенина подняла руку и принялась с удовольствием рассматривать изящные пальчики. Утренние солнечные лучи ласкали кожу. Все же крыльям никогда не заменить руки. С одной стороны, теперь нет необходимости прятаться от ведьмы, бояться каждой тени. Холодные ветер и дождь больше не пугают. Не нужно в страхе искать укрытие и думать о невозможности вернуть прежнюю жизнь. С другой стороны, теперь нельзя просто взять и упорхнуть в окно. Может, стоило улететь далеко-далеко, где нет ведьм, князей, навязанных родителями браков? Может, стоило разыскать Али и сбежать с ним туда, где никто не отыщет? Зенина покачала головой. Так нельзя. Алтин нужен сильный союзник, чтобы выжить.

Голова болела, но спать почему-то совсем не хотелось. Дарен ушел под самое утро, когда пропели петухи. Всю ночь он изводил девушку, заставляя учить правильное произношение слов. Перед уходом юноша наказал Зенине поспать, но ей совершенно не хотелось ложиться в постель, в которой до этого лежала ненавистная ведьма.

В дверь негромко постучали. Зенина вздрогнула. Сердце пропустило удар, а затем сорвалось вскачь. Кто мог прийти так рано? Вдруг ведьме удалось сбежать? Или это Траян пришел навестить свою сообщницу? А может, Дарен или Игорь? Зенина боялась пошевелиться. В голове пронеслась нелепая мысль, что если она не будет двигаться, то незваный гость уйдет. Однако стук повторился, на этот раз более громкий и настойчивый.

– Принцесса, вы проснулись? – раздался незнакомый женский голос. – Это я, Малуша!

Что за Малуша? Сообщница ведьмы? Зенина не знала, что ей делать.

– Я вхожу.

Принцесса вскочила и, в два шага преодолев покои, нырнула под ворох тканей на перину. Стук сердца отдавался в ушах. Девушка услышала, как отворилась дверь, тихие шаги, что-то поставили на стол. Принцесса лежала под светлыми тканями и прислушивалась. Сейчас ее не смущали мысли о том, что некогда на этой перине лежала мерзкая ведьма. Девушка думала только о том, что ей следует делать в сложившейся ситуации. Зенина с трудом поборола страх и высунула голову из вороха тканей. Рядом с периной стояла невысокая молодая девица, круглолицая, краснощекая, две светлые косы лежали на пышной груди. Девушка терпеливо ожидала, пока Зенина соизволит обратить на нее внимание.

– Ваше Высочество, вы захворали? – спросила Малуша и в ее глазах отразилось неподдельное беспокойство, когда она заметила бледное лицо принцессы и растрепанные грязные волосы. Отчего-то Зенине подумалось, что девица с таким добрым лицом никак не может быть в сговоре с мерзкой ведьмой. Принцесса села на перине и кивнула. Она сделала вид, что хочет что-то сказать, но из горла вырвался лишь хрип.

– Да шо ж это такое?! Богам помолиться надо да подношение принести. – Покачала головой белокурая девица. – Шо ж делать-то? Княжич Олег пожелал познакомиться с Вашим Высочеством. Весь дворец на ушах стоит. Передать, что вы захворали?

Зенина кивнула. Она еще не была готова предстать перед Олегом, Траяном и советом. Нужно было лучше подготовиться.

– Хорошо. Схожу за лечцом. – Малуша поклонилась и вышла из покоев принцессы.

Зенина откинулась обратно на перину и потерла лицо ладонями. Ничего нельзя было предсказать заранее. Ей нужно подробнее расспросить Дарена про планы ведьмы, ее обычное поведение, про Малушу, да и о жизни в княжеском дворце в целом. В Старграде все слишком разительно отличалось от Алтин.

Через некоторое время в дверь снова постучали. Малуша пришла в сопровождении высокого худощавого пожилого мужчины.

– От… Откройте рот, Ваше Высочество, – пробормотал старик. Видно было, как тряслись его руки то ли от волнения, то ли от старости, когда он осматривал принцессу и заглядывал в ее горло. Покачав головой и простонав «как же вовремя», лечец достал из своего мешка какую-то баночку и протянул отвар Зенине.

То, что находилось в стакане, выглядело мерзко. Трава плавала слипшимися комками, где-то даже виднелись мелкие трупы букашек! Но, к удивлению девушки, отвар пах не дурно. Сладко-медовый аромат кружил голову.

– Ну же, пейте, принцесса. Вам станет легче к вечеру. – Старик все сложил в свой мешок и теперь, стоя у двери, смотрел на Зенину.

Под пристальными взглядами принцессе пришлось залпом выпить отвар. Зенина старалась не думать про мерзких жучков и необычную консистенцию. Она представляла перед собой всю самую вкусную еду Алтина, лишь бы не думать о том, что текло сейчас в ее желудок. Лечец одобрительно кивнул и тут же покинул покои. Не успели его шаги стихнуть, как Зенина почувствовала, что ее веки потяжелели, а в голове помутнело. Девушка откинулась на перине и быстро заснула. Во сне принцесса увидела ее Али. Она звала возлюбленного, кричала что было сил, но из горла не вырвалось ни звука. Зенина тянулась всем телом, пыталась ухватить любимого за руку, но юноша каждый раз оказывался вне досягаемости. Так и не обратив внимания на девушку, он ушел, растворившись в темноте.

– Принцесса, проснись.

Кто-то тормошил девушку за плечо. Она с трудом открыла глаза, не в силах отпустить сон, где был ее Али. Щеки были мокрые от слез.

– Что случиться? – спросила растерянная девушка.

– Свиристель.

– Что? – удивилась все еще сонная принцесса и посмотрела на ухмыляющегося Дарена.

Юноша прищурился. Ухмылка тут же сошла с лица.

– Свиристель! Птица. Наш договор. Я вспомнить! – Девушка резко села на кровати и схватила за руку Дарена.

Ухмылка вновь вернулась на его лицо. Юноша довольно кивнул.

– Сегодня приходить Малуша. Это враг?

– Обычная прислуга, не бери в голову, – отмахнулся Дарена. – Нечасто видел ее рядом с ведьмой.

Зенине стало немного легче, но подозрения не ушли полностью. Девушка решила быть осторожнее с Малушей.

– Малуша привести ле… Лечец.

Дарен принюхался.

– Да, я с порога учуял сон-траву. Понаберут проходимцев… – проворчал юноша, а затем добавил. – Не беспокойся, она не вредная. Хорошо выспишься. Еще есть вопросы?

Зенина кивнула.

– Расскажи больше про ведьма. Как она говорить и как себя вести? Я видеть ее, но не часто.

– М-м-м… – Дарен призадумался и сел на перину рядом с принцессой. Зенина удивилась столь вольготному поведению, но промолчала, лишь отодвинулась подальше.

– Что ж, расскажу. А потом будем дальше учить язык.

Следующие несколько дней прошли как в тумане. Днем приходил лечец, давал травяные настои, от которых сильно клонило в сон. Несколько раз их удавалось вылить за окно, но почти всегда Малуша или старик внимательно следили за тем, чтобы принцесса приняла лекарство. Вечером в ее покои пробирался Дарен и учил Зенину правильной речи до рассвета. Принцесса стала лучше произносить слова, но этого все еще было недостаточно. Все же за седмицу нельзя полностью освоить чужой язык.

– Княжич Олег гневается. Придется вам все же выйти к нему, – со слезами на глазах проговорила Малуша на седьмой день пребывания Зенины в своем теле.

Зенина растерянно уставилась на девицу. С одной стороны, принцессе не хотелось покидать покои. Здесь она хоть немного чувствовала себя в безопасности. С другой – она прибыла в Старгородское княжество только потому, что ее решили выдать замуж за княжича Олега. Если она не познакомится со своим будущим мужем и станет его всячески избегать, это может навредить отношениям между империей и княжеством. Зенина не могла этого допустить.

– Хорошо, – прохрипела Зенина.

– Фух! От сердца аж отлегло! – обрадовалась Малуша, а затем чуть тише добавила. – Не то меня выпороли бы за непослушание…

– Что? – прохрипела Зенина и недоуменно посмотрела на девушку.

– Я сказала, что помогу вам одеться, Ваше Высочество! Княжич Олег пожелал видеть вас в одеждах империи, откуда вы прибыли.

Зенина кивнула и немного расслабилась. Малуша, очевидно, как и сказал Дарен, была обычной служанкой. Нельзя отбрасывать, что она может быть в сговоре с ведьмой или Траяном, но угрозы от нее принцесса не чувствовала. Малуша радостно принялась рыться в огромном сундуке.

– Поднимайтесь, я помогу вам! – служанка указала на полупрозрачные шаровары. – В этом княжич тут же вас полюбит!

Зенина не выдержала и встала с перины. Она подошла к Малуше и вырвала из ее рук шелковую ткань. Как эта невежда могла такое сказать! В империи Алтин такие ткани носят исключительно перед мужем в ночи – постыдно разгуливать в таком по дворцу. Зенина подошла к сундуку и сама заглянула внутрь. Некоторые ткани показались ей незнакомыми, видать, ведьма накупила их по незнанию. Все те дни, когда принцесса следила за ней, поражалась выбору нарядов. Ведьма так же, как и Малуша, ни капли не смыслила в Алтинских обычаях. Пришлось потратить немало времени, перебирая ткани.

– Да где же он?! – Зенина начала расстраиваться, сама не заметила, как перешла на родной язык. Она не могла найти торжественный наряд, который брала как раз для такого случая. Наконец на самом дне она нащупала знакомую ткань. Принцесса радостно улыбнулась и сунула наряд в руки служанки. Девушка удивленно посмотрела сперва на белую ткань в своих руках, затем на Зенину, но ничего не сказала.

Малуша помогла принцессе одеться. Длинное белое платье отлично подчеркивало фигуру. В разрезах, идущих от бедер, виднелись штаны такого же цвета. наряд был искусно расшит золотыми нитями и драгоценными камнями.

Затем пришло время позаботиться о волосах. Зенина с трудом смогла объяснить служанке, что нужно сделать. Малуша долго расчесывала темные кудри деревянным гребнем. По лицу девушки струился пот от напряжения. Малуша кое-как закрепила золотую заколку. Зенина была недовольна прической, но выбирать не приходилось. Все слуги погибли в ту ночь, и некому было позаботиться о принцессе как следует.

Малуша повела Зенину через многочисленные коридоры, пока они не оказались в тронном зале. Кажется, здесь его называют гридницей. Принцесса уже бывала в этом месте, но раньше все казалось другим. Гридница полнилась людьми. Стоило Зенине войти, как она почувствовала на себе множество взглядов. Девушка старалась держаться статно, как учили в Алтин, но увидев княжича Олега, не смогла сдержать разочарованный вздох. Когда отец показывал ей крохотный портрет, а послы рассказывали многочисленные истории о подвигах, сын князя представлялся совершенно другим. На деревянном троне с трудом помещался тучный мужчина. Его щеки были красными, лоб покрывала испарина. Он раздирал желтыми зубами мясо, жир стекал по подбородку и исчезал в густой черной бороде. И вот за это чудовище ей предстоит выйти замуж? От обиды и разочарования к глазам подступили слезы, с которыми Зенина с трудом смогла справиться. А ведь дедушка, приютивший ее под своей крышей, когда она была птицей, уже описывал его. Стоило прислушаться к его словам еще тогда. Быть может, участь провести остаток жизни в виде птицы не так уж и плоха, по сравнению с замужеством за столь отвратным мужчиной.

– Княжич Олег, при-прибыла в-ваша невеста, п-принцесса Зенина.

Траян вышел из тени трона и, не спеша, подошел к девушке. Разочарование тут же сменилось ужасом. Мужчина положил руку на ее плечо и чуть надавил вниз. Тихо, сквозь зубы он процедил:

– Поклонись же.

Зенина почувствовала, как дрожат ноги. Что, если Траян уже почувствовал неладное и узнал, что перед ним стоит не ведьма? Девушка растерянно посмотрела на окружающих, надеясь найти Игоря или Дарена, но не увидела ни одного знакомого лица. Некому было ей помочь. Зенина посмотрела на Траяна и встретилась с недовольным взглядом черных глаз, скрывающимся за длинными черными волосами. Еще более жуткое чувство объяло ее, по спине прокатилась капля пота. В его глазах было что-то, что вызывало ужас, заставляло сердце биться чаще. Там, в глубине, словно что-то затаилось и ждет подходящего случая, чтобы напасть. Принцесса отвела взгляд, медленно поклонилась и лишь тогда с ее плеча пропала тяжесть чужой руки.

– О, а она не уродина! – рассмеялся Олег, из его рта разлетелись слюни и кусочки еды. – Я было подумал, что все просят украсить себя на портретах. Стоит заплатить или пригрозить смертью ремесленнику, и станешь красавцем.

Собравшиеся тоже засмеялись, вторя будущему правителю.

– А как же я? – Зенина сперва не обратила внимания на девушку, стоящую рядом с троном, пока та не вышла вперед. – Разве я не краше ее?

Княжич схватил девицу за руку и потянул, вынуждая сесть себе на колени.

– Краше-краше, Любавушка! – засмеялся Олег и поцеловал ее. Темноволосая девушка заерзала и недовольно поджала пухлые губы. Василькового цвета глаза вперились в Зенину.

– Тогда женись не на ней, а на мне! – канючила Любава.

– Этот брак ничего не значит для меня, но жениться придется! – усмехнулся княжич и принялся зацеловывать девицу. Любава залилась смехом, подставляясь под поцелуи. Зенина чувствовала себя некомфортно, пока все остальные в гриднице делали вид, что не замечают непотребств. Ей доводилось бывать на советах отца и там не происходило ничего подобного. Как правило, император и его советники обсуждали важные вопросы и новости с границ. На этом же совете все казалось глупым представлением. Олег ничуть не походил на того, кто должен стать главой княжества. Зенина неожиданно поймала на себе заинтересованный взгляд княжича. Он оглядывал ее так, словно оценивал лошадь на рынке. Зенина не знала, как ей спрятаться от этого отвратительного липкого взгляда.

– К-княжич Олег, с-свадьб-ба должна состояться через седмицу. П-прибудет с-сам император Алтин…

– Да-да, – отмахнулся мужчина. – Усадите принцессу где-нибудь и говорите, что еще хотели обсудить.

– При-принцесса, садитесь рядом с княжичем. Принесите лавку! – крикнул Траян и тут же покорно согнулся перед мужчиной на троне. – С в-вами, княжич Олег, н-нам нужно рассмотреть еще нескольк-ко важных в-вопросов… – начал было советник, как двери в гридницу распахнулись. Все посмотрели на вошедшего.

– Да, крайне важных. – Игорь уверенным шагом прошел в гридницу, остановился перед троном и низко поклонился. Зенина почувствовала себя немного лучше. Девушка незаметно отступила от Траяна, придвинувшись ближе к дружиннику. Ей хотелось верить, что этот мужчина способен защитить ее, не даст сесть рядом с княжичем и его девицей, а уведет из этого ужасного места.

– И что же такого ты хочешь обсудить, Игорь? – Олег зевнул, пока Любава подливала ему вино в кубок.

– От княжича Идана давно не было вестей. Нужно послать ему помощь.

Олег хохотнул и махнул рукой:

– Мой дорогой братец справится своими силами. – Княжич даже не удостоил Игоря взглядом. – Ты мне лучше вот что скажи, Траян. Вчера ты упомянул про бродячих музыкантов. Где они сейчас?

Любава соскочила с коленей княжича и радостно захлопала в ладоши.

– Да, давайте съездим посмотреть на музыкантов! Во дворце сидеть – скука смертная!

– Мне передали, что на границе обострилась ситуация, – настаивал на своем Игорь. – Сражение сместилось уже к Межецку. Нужно направить княжичу подмогу.

– Траян, где сейчас музыканты? – Олег продолжал игнорировать дружинника.

Колдун вышел вперед и поклонился.

– Му-музыканты в Заречинске. Через несколько дней прибудут в Старград, как раз к вашей свадьбе.

– Долго! – Любава состроила расстроенную гримасу и кинулась на колени к княжичу. – Давайте поедем навстречу им! Сами проведем время вдали от всяких советников, да и люди княжества увидят, какой вы у нас великолепный! Каждый должен знать, как выглядит будущий князь, и восхвалять вас!

– А ведь правда. Тогда решено, отправляемся завтра же. Заодно познакомимся ближе с принцессой Зениной.

– Она едет с нами?! – Любава аж воздухом подавилась и злобно зыркнула на соперницу.

– Да, надо же будет императору показать, что я забочусь о принцессе.

Княжич улыбнулся, обнажив желтые зубы и скользнул липким взглядом по Зенине. Принцесса с трудом смогла сдержать эмоции и не поморщиться.

– П-предлагаю пе-перенести свадебный обряд в За-заречинск. Че-через седмицу прибудет и-император Алтин. Нужно п-послать гонцов и сообщить о пе-переносе места п-празднования.

– Отлично! – Олег хохотнул и откусил большой кусок мяса, отчего жир потек с его бороды на грудь. – О, а где перстень моего дорогого батюшки?

– П-перстень?

– Да-да, перстень с выточенным на нем мордой какой-то твари. Когда я стану князем, мне следует носить символ правящей семьи.

Траян прокашлялся.

– П-при к-князе не б-было такого перстня. Я л-лично ос-сматривал его.

– Как не было? – Олег подался вперед, улыбка медленно сползла с его лица. – Без него любой может усомниться в моем праве на трон. Если перстень попадет в руки Идана, Ярославы, Отрады, да кого угодно, любой сможет сместить меня!

Последнюю фразу Олег проорал. Мужчина сжал в кулаке мясо, жир потек по его руке. Княжич размахнулся и швырнул объедки в Траяна. Глаза Олега покраснели, он тяжело дышал, отчего его ноздри то сужались, то расширялись. Пот выступил на его лице. Зенина с отвращением отвела взгляд. По гриднице прошла волна шепотков.

– К-как пе-перстень может д-дать п-право сместить князя? – голос Траяна дрожал не то от волнения, не то от предвкушения. – Н-нужно п-позвать ремесленника и п-повторить перстень?

– Не выйдет, – голос Игоря прозвучал подобно раскату грома в тихом поле. – Давным-давно, жил первый князь Храбр. Он был высок, как гора, и силен, как медведь. Храбр объединил племена и, дабы никто не усомнился в его силе, в одиночку пошел на самого опасного зверя. Он сразил тварь, голыми руками вырвал клык из ее пасти и приказал выточить кольцо. С тех пор перстень передавался из поколения в поколение, от князя к князю. Любой, кто завладеет им, может сразиться за трон в честном бою.

– Куда мог пропасть перстень? – Зенина удивленно посмотрела на Траяна, который вдруг перестал заикаться, а в его голосе была неприкрытая злоба.

– Отправить всех дружинников на поиски перстня! – грозно проговорил княжич. В этот момент он был похож на настоящего правителя. – Пусть проверят каждый дом, каждую собаку! Чтоб через седмицу перстень был у меня. Иначе не сносить всем в совете голов!

* * *

Ярослава сидела на завалинке возле дома старосты деревни и все еще не могла успокоить свои мысли. Все казалось нереальным. Мимо сновали местные жители, заинтересованно рассматривали рослого странника. Княжна не обращала на них ни малейшего внимания. Разве могли очередная деревня и ее жители затмить мысли о неожиданном – самом первом – поцелуе! Ярослава почувствовала, как щеки снова пылают огнем. Она закрыла лицо руками и уткнулась в колени, стараясь сдержать крик от переполняющих чувств.

– Не серчай, мил человек, нет у нас в деревне лошадей. – Дверь скрипнула и на крыльцо из избы вышли староста и Александр. – Две седмицы назад война дошла до Межецка, так тамошние воины пришли в нашу деревню, да забрали зерно, скот и лошадей. Не знаю, как нам теперь зимушку перетерпеть.

Александр похлопал седовласого старосту по плечу и подошел к Ярославе.

– Слышала? Идан, видимо, решил отступить дальше от границы. Отсюда до Межецка рукой подать, за полдня доберемся.

Услышав имя брата, Ярослава, наконец, пришла в себя. Рука невольно потянулась к кольцу на шее. Передать волю отца – сейчас это самое важное. Княжна кивнула и встала. Но проходу им не дали. Местные жители, особенно молоденькие девицы, не сводили глаз с нее и Александра. Одна, особо смелая, перегородила дорогу и сложила руки на груди, выпятив свою пышную грудь.

– Куда направляетесь, молодчики?

Видимо, девушка решила, что Ярослава парень из-за ее роста и телосложения.

– Не ваше дело, – отмахнулся Александр и попытался обойти навязчивую девицу, но та сделала шаг и вновь перегородила ему путь. К ней подошли еще несколько девушек.

– По одежке сразу видать, что воины князя. Потрепанные, но все же.

– Так ежели поняла, убирайся с дороги, – голос Александра сделался властным. За все время пути, с момента знакомства, мужчина ни с кем так не говорил. Со всеми он был дружелюбен и улыбчив. Ярослава даже подумать не могла, что он может с кем-то говорить таким грубым тоном.

– А вот и не уберусь! Такие же воины, как и вы, давеча украли наш скот. Вы должны уплатить за него!

– Лада! А ну закрой рот и отойди! – с крыльца сбежал староста и возбранился на девушку, схватив ее за руку. Та хмыкнула, вырвалась и еще выше задрала нос.

– Ежели все спускать им, так потом явятся по наши души! Коль взяли – пусть уплотят!

Девушка была молода, русая длинная коса лежала на плече. С лица все еще не сошел загар – видно, много времени провела в поле под палящим солнцем. Она не стремилась скрывать свой буйный нрав. Несмотря на стоящих перед ней воинов, глядела свысока и недовольно, будто на провинившихся детей. Позади нее стояли еще несколько девиц. Те не обладали такой же смелостью, глядели себе под ноги и теребили рубахи, но не отходили от подруги.

– Раз такая смелая – ступай в столицу и попроси князя заплатить за скот, – Александр улыбнулся. Брови больше не смыкались на переносице, а в глазах появился огонек. Его настроение внезапно переменилось, это не укрылось от Ярославы. Наглая девица словно разбудила в нем интерес.

Девушка топнула ногой и уперла руки в боки.

– Да что мне князь! Он там, далеко! А вы здесь – вот с вас и спрос! Или думаете, что можно грабить простой люд?! – не дожидаясь ответа, Лада схватила Александра за руку.

Огонек интереса в глазах мужчины тут же потух. Он сморщился, будто к нему прикоснулось что-то омерзительное.

– Тц. Мы спешим. – Александр оттолкнул девушку, да так, что та споткнулась и чуть не упала. Подружки ее тут же заохали и кинулись ловить девицу. Сам мужчина прошел мимо толпы и направился к Бурану. Ярослава удивилась и было хотела помочь девушке, как та сама вскочила, гордо выпрямившись, и перегородила ей путь. Казалось, поступок Александра ни капли ее не задел.

– А ты чего молчишь?! Посмотри на себя, вымахал лоб, макушкой облака разгоняешь! Думаешь, я тебя боюсь? – она протянула руку. – А ну, плати за скот!

– Лада! – снова закричал старик, а затем закашлялся. Кто-то из девиц застонал и кинулся к старосте.

– Деда, помолчи! – Лада же даже глазом не повела и лишь рявкнула в ответ. – Так что? Нечем платить? Тогда в жены меня возьми, твое жалование станет оплатой!

Ярослава не выдержала и засмеялась. За все время странствий княжны под видом юноши, столь напористых девиц она еще не встречала. Вот и явилась истинная цель деревенской девки. Если не добиться оплаты за скот, так выйти замуж за княжеского воина. Почти во всех деревнях, в которых довелось побывать Ярославе, всех юных девиц стремились сосватать с кем-то, кто был ближе к столице. Неужто в Старгородском княжестве дела идут настолько плохо, что единственным путем в хорошую жизнь становится женитьба на княжеском воине?

– Чего гогочешь?! – девица замахнулась и несильно ударила по руке княжну, отчего Ярослава удивилась.

– Лада, хватит… – запричитали ее подруги.

– И правда, перестань. Не нужно обижать княжеских воинов. Да и старосте надо бы отдохнуть. Пойдем.

– А я не боюсь княжеских воинов! Не собираюсь подыхать от голода зимой! Если так хотите, проваливайте!

– Прости, но я не в силах тебе помочь, – улыбнулась княжна, сделав свой голос ниже. – По крайней мере, сейчас.

– И что же, замуж даже не можешь взять? – не унималась девушка.

Ярослава призадумалась, размышляя, как бы ответить наглой девке.

– Есть у меня уже невеста, – улыбнулась Ярослава и украдкой посмотрела на Александра.

– Чай не бревно, подвинется, – не унималась девица. – Авось разродится да помрет в поле. Постоянно такое случается. И тут я тебе пригожусь. Да и по хозяйству хороша.

– Хватит бредни деревенской бабы слушать, – крикнул Александр. – Твой брат не будет ждать вечно.

– Поищи себе суженого в другом месте. – Ярослава недовольно хмыкнула, отодвинула упирающуюся девушку и направилась к Александру, который уже ждал ее около Бурана. В его лице читалось недовольство. Неожиданно кто-то схватил ее за плащ и легонько подергал. Ярослава остановилась и обернулась, готовясь прикрикнуть на надоедливую девицу, но позади оказалась невысокая темноволосая девушка, одна из подруг Лады. Она переминалась с ноги на ногу, поджимая губы.

– Чего тебе? – спросила княжна.

– Прости Ладу, она не хотела тебя обидеть, – негромко проговорила девушка, глядя на собственные лапти. Ярославе пришлось прислушаться, чтобы разобрать слова.

– Ничего. – Княжна развернулась, намереваясь уйти.

– Постой. Я хотела… – девушка, вновь переступила с ноги на ногу, не прекращая теребить кончик косы. – Говорят, в Межецк пришла Морана собирать урожай.

Не объясняя ничего более, девушка убежала прочь.

– Идем же! – окликнул ее Александр. – Нужно успеть добраться в Межецк до темноты.

Путь к Межецку пролегал через холмистую местность. Постоянные изнуряющие подъемы сменялись короткими, дарящими сладостную передышку спусками. Трудностей добавлял песок, который забивался под одежду, щипал глаза, затруднял дыхание. Чем дольше они шли, тем меньше деревьев становилось вокруг и тем скуднее была растительность. Пожухлая трава была местами вытоптана, а там, где достигала колен, неприятно покалывала кожу сквозь штаны.

Ярослава решила вести коня под уздцы. Она не хотела ехать верхом, пока мужчина будет идти рядом. Первое время Александр молчал, устремив взор к горизонту. Ярослава не могла понять, о чем он думает. Не могла понять она и то, что испытывает к мужчине. С одной стороны, княжна знала его всего пару дней. С другой – Александр был очень заботлив, чего не хватало все эти годы. Ярослава чувствовала, как в ее сердце зарождается что-то к этому человеку. Но все же отчего-то мыслям было неспокойно.

– Надеюсь, ты думаешь обо мне? – улыбнулся Александр, тем самым выдернув княжну из глубокой задумчивости.

– Еще чего! – соврала Ярослава и тоже улыбнулась.

– О чем вы говорили с той деревенской девицей?

– Ни о чем таком, она пыталась заставить меня жениться на ней, – рассмеялась Ярослава.

– Ты посмотри, какая глазастая. Видать, подметила, что ты из княжеского рода, – со смехом проговорил мужчина. – Но я не про ту наглую девку, а про вторую, которая остановила тебя и что-то сказала.

– А, да. Она сказала, что в Межецк пришла Мо-рана собирать урожай. Не понимаю, что она имела в виду. Для урожая уже поздновато, холодно становится. Да и при чем тут Морана? В Межецке поклоняются этой богине?

Александр призадумался и через некоторое время ответил:

– Не забивай голову, девки любят болтать почем зря.

Они снова некоторое время молчали. Напряженную тишину прерывали лишь их собственные шаги да сбившееся дыхание. Ярослава начала думать, что тот поцелуй встал клином между ними. Возможно, что-то она сделала не так, и теперь Александр сторонится ее. Как она могла на что-то надеяться? Разве такая дылда может кому-то понравится?

– Какие думы терзают тебя?

Княжна вздрогнула, когда почувствовала, как ее пальцы сжала чужая рука. Девушка удивленно посмотрела на Александра. Мужчина лишь улыбнулся в ответ. Княжне показалось, что он слышит, о чем тревожится ее сердце.

– Да вот… Расскажи о себе, – неуверенно заговорила девушка.

– Что княжна желает узнать? – улыбнулся мужчина.

– Во сколько лет ты попал в дружину?

– В десять, кажись.

– И-и-и… Как ты туда попал? Сам захотел аль батюшка отправил? – Ярослава не ожидала столь короткого ответа. Она надеялась, что мужчина ударится в воспоминания и поведает о своем детстве.

– Я и не вспомню уже. Давно это было. Наверное, как и вся остальная ребятня, хотел защищать князя. В первый поход пошел лет в пятнадцать. С того момента дома толком не бывал.

– А с Иданом как познакомился?

– Тренировались вместе. Нужно чуть поспешить, а то так к Межецку не доберемся к вечеру. – Александр прибавил шаг.

– Брат в свой первый поход пошел в десять лет отроду. С того момента вот уже четырнадцать лет он защищает границу и лишь иногда возвращается домой. Судя по всему, вы вместе в свои первые походы отправились. Спасибо, что помогаешь Идану.

– Это мой долг как дружинника.

– Раз брат отправил тебя со столь важной просьбой в Старград, значит, он очень доверяет тебе. Насколько я знаю Идана, его доверие тяжело заслужить. Как вы подружились?

– Княжна крайне любопытна сегодня. С чего так много вопросов?

– Хочу узнать больше о тебе, ведь у нас… – Ярослава замолчала. Было слишком смущающе говорить, что у них есть чувства друг к другу. Но щеки предательски начали гореть. Александр улыбнулся, видимо, догадавшись, к чему ведет княжна.

– Не сказал бы, что княжич Идан настолько мне доверяет, что считает другом. Скорее, я просто один из дружинников, который подвернулся под руку, когда нужно было отправить послание в Старград.

– А Федор. С ним все в порядке?

– Федор? – переспросил Александр.

– Первый помощник Идана. Федя всегда приезжал в качестве гонца в Старград. Мы иногда с ним играли вместе на тренировочной площадке. Он же меня научил из лука стрелять. Няньки долго потом ругались на него за это. Просто… В этот раз гонцом стал ты. Вот я и подумала, что с Федей беда приключилась.

Александр лишь плечами пожал.

– В этот раз княжич решил отправить меня. Видать, Федька ему надобнее на поле брани.

Их беседа снова бежала как ручеек, что так сильно нравилось девушке. За разговором княжна не заметила, как наступили сумерки. Путь до Межецка занял больше времени, чем думал Александр.

За очередным поворотом, когда солнце перевалило к горизонту, взору предстала странная картина. Межецк, как оказалось, находился в горной степи. Пропащие горы возвышались позади него неприступной стеной, нависали, будто норовили поглотить. Видимо, в городе бушевали пожары. Черный густой дым столбами поднимался в небо. Зелень было практически не видать. Оранжевые, желтые, коричневые грязные цвета нагоняли неприятное чувство опустошенности.

Александр сложил руки козырьком и всмотрелся. Княжна последовала тому же.

– Снаружи Межецка воинов не видать, ни живых, ни мертвых, а значит, бой не идет, – сделал заключение Александр.

– Но вид весьма плачевный. Точно ли Идан там? – Ярослава почувствовала, как сердце пропустило несколько ударов от волнения. В горле застрял комок слез.

– Не сомневайся в этом. Идем.

Но не успели они и пары шагов сделать, как Буран зафырчал и затоптался на месте.

– Спокойно, друг, спокойно. – Ярослава погладила коня по морде, а сама осмотрелась. Рука невольно потянулась к мечу. Александр же был спокоен, будто бы не стоило ничего опасаться.

– Что это там? – княжна указала в сторону. Неподалеку на холме стояла корова. В опустившихся на княжество сумерках она выглядела необычно. Рой мух кружил вокруг нее, а та даже ухом не повела.

– Корова, что же еще, – пожал плечами Александр, не проявив и толики интереса.

Ярослава пригляделась. С коровой точно что-то было не так. Она не ела траву и даже не обмахивала себя хвостом, просто стояла на месте подобно выточенному из древа идолу. Ярослава даже подумала, что кто-то поставил в поле чучело.

– Ты чего встала? Идем. – Мужчина легонько сжал ладонь девушки и потянул.

Ярослава еще некоторое время рассматривала необычную корову, затем отбросила эту затею и последовала за Александром.

– Чего ты в ней увидела интересного?

Не успела Ярослава ответить на вопрос, как позади раздался грохот. Княжна обернулась и увидела, как животное завалилось на бок. Девушка схватилась за рукоять меча. Корова не двигалась, не издавала никаких звуков. Подойдя ближе, Ярослава поморщилась и поспешила прикрыть лицо. Стоял отвратительный смрад. Все тело коровы было глубокими язвами. Где-то зияли кости, которые облюбовали сотни червей. Животное точно было мертво не первый день, но как оно могло стоять?

– Обычная корова, говоришь? – спросила Ярослава, когда Александр подошел к ней. На душе стало очень неспокойно. Корова разбередила воспоминания о мертвяках и «дохлых» крысах в темнице.

Недолго думая, княжна вскочила на Бурана и протянула руку Александру.

– Залезай. Не уверена, что Буран весь путь сможет везти нас, но хотя бы сколько-нибудь.

Дружинник даже не успел усесться как следует, Ярослава дернула поводья. Удар ногами, и они помчались вперед да так, что ветер оглушал свистом, а глаза слезились от пыли.

– Побереги коня, иначе он быстро выдохнется, – слова мужчины над самым ухом сейчас не будоражили, не вызывали трепета. Ярославе казалось, что она их даже не слышит, будто они где-то там, далеко. В груди ломило, дыхание сбилось. Княжна не щадила коня и гнала его во весь опор, пока мужчина обнимал ее сзади за талию.

Спешиться пришлось раньше, чем они достигли ворот города. По выжженному солнцем полю девушка практически бежала, ведя за собой запыхавшегося коня.

– Ярослава!

Чем ближе они подходили к городу, тем отчетливее княжна различала запах тухлого мяса. А ведь Идан был где-то там!

– Ярослава!

Девушка чуть не упала от того, как ее дернули за руку и развернули. Александр грубо схватил ее за подбородок и приблизил к себе, глядя в глаза.

– Посмотри на меня и успокойся! От того, что ты сейчас так ломишься в город, лучше не станет!

– Мой брат где-то там! Если и он… Если и Идан умер, я…

Ярослава захлебнулась слезами. Она столько дней стремилась к брату, ей столько пришлось пережить. И все ради того, чтобы помочь ему. Чтобы передать последнюю волю отца. В голове роились мысли: «Вдруг она опоздала? Вдруг все было зря?»

– Не вой как корова, а то аж тошно!

Мысли исчезли, будто рой обкурили дымом. Ярослава в мгновение перестала плакать и с округленными глазами уставилась на мужчину. Такой грубости к себе она не ожидала. И в очередной раз княжна подумала, что, видимо, Отрада была права, когда сравнивала ее с коровой.

– Я не хотел. – Александр виновато поджал губы. – Но я рад, что ты теперь хотя бы слушаешь меня. Вдохни глубоко и медленно выдохни. Еще раз. А теперь пошли.

Межецк встретил княжну молчанием. Едкий тошнотворный запах гари забивался глубоко в нос. Холодный, пронизывающий до самых костей ветер гулял по пустым улицам. Поначалу Ярослава подумала, что город бросили. Казалось, в нем не было жизни. Даже собаки не лаяли во дворах. Конечно, Межецк уступает Старграду и размером, и числом жителей, но в этом месте было слишком тихо. Ярослава и Александр медленно шли по опустевшей улице.

– Где все жители? – негромко спросила княжна.

– Помимо жителей, здесь должно располагаться войско княжича Идана, – добавил Александр. – Но вокруг никого.

Буран взволнованно зафыркал и затряс большой головой, упрямо попятился назад к воротам. Казалось, конь позабыл о своей усталости и готов был тут же сорваться, чтобы унестись прочь из этого места.

– Тихо-тихо, – княжна погладила своего верного друга. Ей и самой было не по себе. Буран так реагировал на приближение навьих тварей, а значит, в городе может кто-то скрываться. В конце концов, Ярослава отпустила поводья. Буран умчался, но княжна знала, что он отыщет ее, когда она выйдет из Межецка. Они всегда находили друг друга.

– Помогите… – неожиданно раздался чей-то хриплый голос в одном из дворов, – помогите…

Ярослава сжала рукоять меча и двинулась на звук. Сердце взволнованно колотилось в груди, его бой отдавался в висках. Девушка гадала, кто может скрываться за низеньким частоколом. Человек это или навья тварь, заманивающая очередную жертву?

– Помогите… – снова раздалось в тишине, прерываемой лишь гулом ветра. За словами последовал сильный хриплый кашель. У частокола, привалившись к нему спиной, сидел дружинник. Он покачивался и, кажется, с трудом держал голову поднятой.

– Погоди. – Ярослава хотела броситься на помощь дружиннику, но Александр ее остановил. Мужчина обнажил меч и подошел ближе к незнакомцу. – Смотри. – Александр отодвинул ворот концом лезвия.

Ярослава присела и присмотрелась. Под рубахой у дружинника скрывались глубокие язвы. Если принюхаться, можно было уловить еще легкий запах гниения. Из язв сочился гной, который уже пропитал рубаху под кольчугой.

– Не стоит к нему прикасаться, это может быть заразно, – заключил Александр и отошел.

Ярослава тоже поспешила отойти подальше. Не хватало еще подхватить неизвестную хворь.

– Помогите… – снова прохрипел мужчина и протянул к княжне руку. Кожа на кисти и предплечье сплошь была испещрена глубокими язвами, из которых сочился гной. Княжна заметила, что некоторые из ран углубились настолько сильно, что виднелась кость. Прямо как у коровы недалеко от города.

Княжна дрожащими руками засучила рукава. Ее объял ужас, стоило представить, что она уже могла заразиться. К счастью, руки выглядели как обычно, не было даже крохотного пятнышка. Ярослава развернула ткань и натянула почти до самых пальцев, надеясь, что хворь не проявится.

– Идем. – Александр взял Ярославу за руку и повел за собой.

Девушка немного успокоилась только когда они снова вышли на дорогу.

– Эти язвы… Они такие же, как у той коровы?

– Похоже на то, – согласился Александр и с треском оторвал лоскут от низа своей рубахи. – Возьми. Зараза может передаваться по воздуху. Не будем рисковать.

Ярослава быстро завязала ткань на затылке. В голове промелькнула глупая мысль, что ей теперь ничего не мешает вдыхать запах Александра. Девушка покачала головой и постаралась сосредоточиться.

– Что будем делать с дружинником? – спросила княжна.

– Ничего. Если боги пощадят его, протянет еще пару дней, а там, может, хворь уйдет. Сейчас нужно отыскать Идана.

Ярослава и Александр двинулись дальше по улице. Выложенная из мелкого круглого камня дорога начала постепенно расширяться. Невысокие, красивые, но будто заброшенные дома стали расступаться стороны. Отвратительный запах гари с каждым шагом становился все сильнее. Ярослава почувствовала тошноту и с трудом сглотнула возникший в горле ком. Спустя пол-лучины они прошли через низенькую арку, соединяющую дома, и вышли на городскую площадь. Ярослава остановилась и прикрыла лицо рукой. Глаза княжны расширились от ужаса.

– Так вот откуда запах… – Коротко бросил Александр и тоже прикрыл лицо тыльной стороной руки.

В центре большой круглой площади тлел огромный кострище. Дым от него тянулся вверх и расстилался над городом. Но не это испугало княжну. Костер был сложен из груды человеческих тел. Куда не переводи взгляд – упрешься в черную от копоти кость, руку, ногу или и вовсе в искаженное ужасом лицо. Иногда встречалась кольчуга или наручи. Вероятно, в этом кострище нашли свой конец многие жители Межецка и часть княжеского войска.

Глава 12

Хворь

– Не двигаться! – с разных сторон к костру выбежали дружинники, наставили на путников копья и мечи. – Вы кто такие?

Ярослава огляделась. Их окружило около десяти человек. Все лица дружинников были закрыты тканями. Девушка сделала шаг по направлению к говорящему и громко произнесла:

– Я княжна Старгородская, Ярослава.

Дружинники переглянулись. Один из воинов убрал меч в ножны и подбежал к девушке, склонившись:

– Неужто князь наконец прислал нам подмогу? – по голосу Ярослава узнала Вятко.

Видимо, новости еще не добрались до границы. Не успела девушка открыть рта, как ее перебил какой-то незнакомый юноша:

– Княжна Ярослава? А точно ли ты – княжна?

– Не мели чепуху! – прикрикнул на дружинника Вятко. – Высокий рост, рыжие волосы, меч из княжеской дружины. Много ли ты повидал таких рослых девиц? Да кто угодно скажет, что княжна Ярослава перед тобой! Склонитесь все!

Воины снова переглянулись, решая, верить словам мужчины или нет, но все же убрали оружие и поклонились. Ярослава решила не принимать подобное отношение близко к сердцу. Неудивительно, что ее не признали. Игорь рассказывал, что Идан часто набирает в свое войско мужей из деревень. Многие из них не то чтобы княжну в лицо никогда не видели, мало кто в Старграде успел побывать.

– Подмоги нет, – с горечью проговорила Ярослава и с силой сжала кулаки. – Мне нужно увидеться с Иданом и передать ему важные вести из столицы.

– Как нет подмоги? – негромко произнес один из дружинников.

– Мы же посылали за подмогой еще в месяц Червен[2]…

– Я же говорил, что сгинем мы в этом забытом всеми богами Межецке.

– Говорила мне матушка, оставайся, Горазд, в Пупках, по хозяйству подсоби. Тьфу…

– Идем, княжна. Надеюсь, ты не опоздала, – проговорил Вятко и махнул рукой.

Ярославе стало тревожно от последних слов мужчины. С Иданом что-то случилось? Не просто так по остаткам войска гуляют упаднические настроения. Брат славился на все княжество своей твердой рукой и прямым нравом. Разве стали бы дружинники впадать в уныние, если бы с княжичем все было хорошо?

Они направились прочь от тлеющей горы тел по одной из улиц. Ярослава не запомнила дороги. Все ее мысли нескончаемым роем вертелись вокруг Идана. Что, если ее брат при смерти? Что тогда делать с перстнем отца? Кто должен стать следующим князем? Олег? Но отец не желал этого… Сможет ли она вернуться в столицу, где ее поджидают предатели и палач с топором?

Они остановились у бревенчатого дома с красивыми узорами, вырезанными на ставнях и двери.

– Войти может только княжна. – Александру перегородили дорогу. – Посторонним нельзя.

Внутри оказалось тесно и душно, в нос ударил сильный аромат различных трав.

– Так же как в покоях отца… – прошептала девушка и к ее глазам подступили слезы. Этот запах прочно врезался в ее память, порождая печальные воспоминания. Неужели вслед за отцом она потеряет еще и брата?

Они прошли вглубь дома, отчего аромат трав стал только сильнее. На небольшой перине лежал Идан. Ярослава подошла ближе и присела на корточки рядом с братом. Видно было, что не первый день княжич лежал в таком состоянии. Его лицо было бледное, осунувшееся, брови сошлись на переносице, длинные ресницы чуть подрагивали. Всегда сильные руки как будто исхудали. Отросшие русые волосы разметались по тонкой подушке. Бороды и усов практически не было, отчего брат казался моложе обычного. Присмотревшись, девушка заметила на шее мелкие язвы.

– Княжич, – негромко произнес дружинник и слегка потеребил мужчину за рукав, – прибыла княжна Ярослава.

Идан шумно втянул воздух и медленно открыл глаза. Его взор некоторое время блуждал по комнате, прежде чем отыскал Ярославу.

– Брат, я прибыла тебе на выручку, – твердо произнесла девушка, хотя и сама не поверила своим словам. Как она могла помочь? Отчаяние стремительно захватывало ее разум. Ярослава прилагала все силы, чтобы не разреветься.

– Яся… – слабым голосом произнес мужчина. Казалось, от его могучей силы не осталось и следа.

– Я здесь, брат.

– Княжество падет. Если не от племен степняков, то от хвори. – Идан зашелся в кашле. – Батюшка обязательно должен это знать. Передай ему.

– Батюшка… Отец… Он… – Ярослава поджала губы, лишь бы не заплакать, и сняла с шеи перстень, что так долго хранила у себя на груди. Она поднесла драгоценность к лицу Идана, чтобы он смог лучше рассмотреть. Тяжкое бремя должно было упасть с плеч, ведь она выполнила то, что обещала князю, но отчего-то стало только тяжелее на душе.

Глаза Идана расширились. Мужчина тяжело выдохнул и отвернулся. Ему не требовалось объяснять, что произошло.

Дружинник, увидевший перстень, охнул.

– Мы пропали! Князь мертв! – Он схватился за голову.

– Замолчи! – прикрикнул Идан, насколько позволяло его состояние, а затем зашелся кашлем. Собравшись с силами, мужчина сел на перине, опершись локтями в колени. Ярослава поддержала брата, когда тот начал заваливаться на бок.

– Идан, приляг.

– Нет, – твердо произнес он. Идан спрятал лицо в ладони. Ярославе показалось, что брат плачет, но прислушавшись, не услышала всхлипов. Нет, княжич не был так слаб духом, как она. Девушка это поняла, когда брат поднял голову после долгого молчания. В голубых потускневших глазах горел огонек решительности.

– Значит, батюшка все-таки решил не отдавать княжество в руки Олега. Мудрое решение. Мирослав, неси мое снаряжение, потом отдай приказ собираться. Только проследите, чтобы больные и здоровые были порознь. Больные останутся здесь со мной, а остальные отступают в Старград вместе с Федором.

– Вы хотите бросить часть войска на произвол судьбы?! – Мирослав, кажется, был недоволен решением.

– Если здоровые останутся здесь, то и они умрут. Пока вы будете отступать и восстанавливаться, мы сделаем все возможное, чтобы задержать врагов. Прекрати пререкаться и принеси, наконец, мое снаряжение. Войско должно знать, что теперь у Старгородского княжества новый князь. Даже если мне осталось жить несколько дней.

Дружинник ушел в соседнюю комнату, но быстро воротился, держа в руках меч и красный плащ, тот самый, в котором Идан отправлялся в этот поход. Ткань выцвела, в некоторых местах была порвана. Она словно отражала состояние владельца. Мужчина, не без помощи Ярославы, закрепил на груди плащ и взял в руки меч, однако подняться на ноги с первого раза так и не смог.

– Я сам, – Идан оттолкнул руку княжны, когда та попыталась помочь.

– Нет, не сам. – Яся закинула руку брата на плечо и помогла ему подняться. Так напрягаться больному княжна никогда не позволила бы. Но Идан был горд и умен. Она понимала, что он хотел взбодрить войско, решить проблемы и сделать княжество лучше даже на смертном одре. И мужчина не оставил бы попыток. Проще было ему помочь, чтобы сохранить хоть каплю его здоровья.

– Заразишься, Яська.

– Продержись еще немного. Я обязательно отыщу способ тебе помочь. Тебе и всему войску. Только продержитесь. – Ярослава проигнорировала предупреждение и покрепче подхватила брата. Сейчас нисколько не тревожили мысли о заразе, вызывающие язвы на коже. Все это отошло на второй план.

Идан лишь усмехнулся. Кажется, он не верил, что хоть что-то может их спасти.

Ярослава направилась к выходу. Идан казался пушинкой, настолько он исхудал. Сил у него не хватало, чтобы поднять меч, отчего острие волочилось по полу, издавая неприятный звук.

Когда они вышли из избы, множество глаз уставилось на них. Среди стоящих на площади пронесся вздох.

– Княжич… – долгим эхом разнеслось по толпе.

– Княжич, вам нельзя в таком состоянии выходить!

– Отлежитесь, иначе только хуже станет.

Игнорируя возгласы, Идан выпрямился. Ярослава видела, как тяжело ему это далось, но он изо всех сил старался это скрыть. Княжна встала немного позади, поддерживая брата под спину.

– Где перстень? – Идан чуть повернулся к Ярославе. Княжна тут же протянула символ власти.

Мужчина набрал воздух в легкие и хотел что-то сказать, как зашелся в кашле.

– Я сама. – Ярослава чуть показалась из-за брата и стянула с лица ткань. – Я, княжна Ярослава, прибыла из Старграда, чтобы сообщить о важных новостях. Князь Светозар мертв.

– Как мертв?

Некоторые дружинники схватились за головы, кто-то выронил меч из рук.

– Я прибыла сюда, чтобы донести его последнюю волю. Отец наказал передать свой перстень княжичу Идану и назначить его следующим князем.

Мужчина в подтверждение словам вытянул перед собой руку. Перстень покачивался на веревочке.

Войско молчало. В любое другое время каждый дружинник радовался бы за своего княжича, как за себя, но сейчас обстоятельства были слишком печальны.

– Да помогут Перун, Сварог и все остальные боги нашему князю Идану. Просим вас жить долго и мудро править нами. – Один из дружинников, в котором Ярослава узнала Федора, опустился на колено перед Иданом и прижал свою правую руку к груди. Остальные последовали его примеру.

– Каков будет ваш первый приказ, князь?

– Принесите лавку князю, – Ярослава опередила брата, не дав ему сказать и слова. Удивился не только новый князь, но и все дружинники. – Пока брат не озвучил свой первый приказ, выслушайте меня.

Перечить никто не стал. Идану быстро принесли лавку, накрытую бурым мехом. Ярослава чувствовала, как сердце в груди бешено колотится, а любопытные взгляды только усиливали тревогу. То, что она собиралась сказать, могло сильно повлиять на нее. Оставалось лишь надеяться, что ее словам поверят. В противном случае, княжество может вовсе перестать существовать. Ярослава твердо решила, что скажет правду, даже если ей не поверят. Лучше быть беглянкой, но знать, что это цена за спасение княжества, чем видеть, как все рушится на глазах.

– Я принесла еще вести из столицы. Не знаю, с чего начать, но лучше вам всем знать то, что происходит в Старграде. Игорь, советник почившего князя, множество раз поднимал вопрос об отправке помощи на границу. Я и еще часть совета были согласны с этим. Однако на тот момент батюшка уже слег с болезнью, и решение вопросов на себя взял Траян. Он не думает отправлять сюда кого-либо в помощь.

– Этот мерзкий прохвост! Это он настоял на отправке княжича… Князя Идана на границу, – возмутился Федор.

– К ведьме не ходи, это он убил князя! – крикнул Вятко.

– Вероятнее всего, князя отравили. Так как батюшку перед смертью навещала я, – проговорила Ярослава, сдерживая дрожь в голосе, – то в его гибели Траян обвинил меня. В день сожжения батюшки, – Ярослава всхлипнула, но, закусив губу, кое-как сдержала слезы, – меня пытались казнить, как убийцу. Но во время казни начался мор.

– Мор? – переспросили в толпе. Воинов становилось все больше, они подтягивались со всех сторон. Кто-то с трудом шел, другим помогали идти сослуживцы. Вести разлетелись по Межецку быстрее пламени, охватившего сухостой. Многие желали услышать новости из столицы.

– Неужто хворь уже добралась и до столицы?

– Как же мои родные? – пронеслось по толпе.

– Нет, то другая зараза. Не так давно мы с Игорем посетили одну деревушку у окраины княжества, где буйствовал мор. Зараза быстро распространилась и выкосила почти всю деревню.

– Тю! Деревня! Здесь почти весь город мертв. Чем же отличается этот мор от хвори?

Ярослава обвела собравшихся долгим взглядом.

– Мор забирал жизнь несчастных за несколько часов. Только им было не сыскать покоя. Как только человек умирал, он тут же восставал из мертвых и бросался на других. Даже если это его родные.

– Врешь! Как могут мертвецы нападать?!

– Подобное произошло и в Старграде. Во время казни вдруг появилось множество мертвых крыс и принялось кидаться на людей. Несчастные быстро становились мертвяками и пытались убить всех вокруг. – Ярослава нервно теребила рукоять меча. – Мне помогли сбежать во время всей этой суматохи. И вот я здесь, чтобы передать последнюю волю батюшки. Для Старграда и совета я беглая убийца, а не княжна. Когда будете возвращаться в столицу, вам следует знать об этом. Скорее всего, прямо сейчас княжича Олега собираются сделать новым князем, женив его на принцессе Зенине из империи Алтин. – Ярослава выпалила все это на одном дыхании и, пару раз всхлипнув, продолжила. – В смерти батюшки я невиновна, наоборот, он лично отдал мне перстень и отправил к брату, зная, что не продержится долго! Это все. Верить мне или нет – это ваше решение. Но в Старгородском княжестве неспокойно. И пока внутренние проблемы не будут решены, врагов на границе мы одолеть не сможем.

Повисла давящая тишина. Идан сцепил руки в замок и положил на них подбородок, глубоко задумавшись. В толпе дружинников то тут, то там кто-то перешептывался, кто-то всплескивал руками или вовсе ругался на новости.

– Мы поступим следующим образом, – через некоторое время новый князь поднял глаза на дружинников, те сразу смолкли. – Как я и сказал ранее, войско будет поделено на две части. Федька, ты будешь руководить походом. Поведешь здоровых в Старград, но в столицу не заходите. И постарайтесь не показываться никому на глаза по пути. Траян не должен узнать о нашем передвижении. Не заходите в деревни для избегания распространения болезни. Если выяснится, что не все оказались здоровы, больных отправляйте назад. Расположитесь неподалеку от города, в лесах, и дожидайтесь дальнейших указаний. Если к середине зимы вестей от меня или княжны Ярославы не будет, присягните на верность княжичу Олегу. Так вы сможете спасти свои семьи.

Ярослава благодарно посмотрела на брата. Он назвал ее княжной. Наконец-то в Старгородском княжестве появился тот, кто верит ей и может противостоять Траяну.

– Больные останутся со мной, – продолжил Идан. Мужчина несколько раз откашлялся. Он говорил негромко, но твердо. – Мы выйдем в ближайший лес от Межецка и подождем, пока враги зайдут в город. Врата закроем, а город сожжем. Также нужно отправить несколько больных человек во вражеские ряды и распространить там слух о болезни в княжестве и припугнуть их. Если их предводители не глупы, то они не станут соваться на территорию, охваченную чумой, так как сами погибнут. Больные лазутчики станут подтверждением, что хворь опасна. Этим мы выиграем пару сезонов для отдыха. Но те, кто отправятся во вражеский лагерь, не смогут вернуться оттуда живыми, поэтому мне нужны добровольцы.

– Я… Пойду, – один из дружинников, что сидел у забора и еле держал голову, откликнулся. – Мне осталось недолго. Сыновья дома смогут продолжить род и позаботиться о хозяйстве.

– Хорошо, но я не уверен, что ты сможешь продержаться до прихода во вражеский лагерь.

– Я помогу ему.

– И я.

Еще несколько дружинников вызвались отдать свои жизни ради княжества.

Идан раскашлялся. Мужчина свалился бы с лавки, если бы не Ярослава.

– Брат, нужно вернуться в дом.

Идан не стал сопротивляться. В кровати он никак не мог прийти в себя, тяжело дышал, на лбу выступила испарина, тело разгорячилось. Мокрая ткань никак не могла остудить голову. Вскоре Идан уснул.

Ярослава встала и направилась к выходу. Ей было тяжело находиться в этой гнетущей обстановке. Девушка в несколько шагов преодолела расстояние до двери и выбежала на улицу. Травяной запах остался позади, но ткань, повязанная на лицо, все еще хранила его. Ярослава шумно втянула воздух, будто не могла надышаться. А затем еще, и еще. Княжна не могла успокоиться. Страх и тревога всецело захватили ее ум. Девушка забежала за дом, привалилась спиной к дровам для печи да так и сползла на землю. Из глаз хлынули слезы, которые она не могла больше сдерживать. Ярослава громко всхлипывала. Ей хотелось громко кричать и топать ногами, как когда-то в детстве.

– Ну-ну, тише. – Чьи-то сильные руки притянули девушку. Она не сразу поняла, что очутилась в теплых объятиях. Ярослава в очередной раз глубоко втянула воздух и на этот раз вместо отвратного аромата трав, почувствовала знакомый запах.

Александр…

– Успокойся, еще не все потеряно.

– Не правда! Я не знаю, как помочь Идану! Я не ведьма, чтобы по щелчку пальцев излечить брата и его войско!

– Я знаю, что ты можешь все. Но для начала тебе нужно взять себя в руки, – тихие слова обдали ухо теплом и, кажется, достигли сердца. Мужчина ласково поглаживал княжну по волосам. Ярослава почувствовала, как тревога и отчаяние постепенно начали отступать. Дышать стало легче.

– Спасибо… – пробормотала девушка и отстранилась.

Дружинники, бродившие по улице позади дома, молча следили за развернувшейся сценой. От всех этих взглядов Ярославе стало не по себе. Она никогда не позволяла себе такого поведения при незнакомцах, не позволяла себе проявить и толику слабости.

Только Игорь, Идан, отец и еще парочка человек удостоились такой чести. Видимо, события последних нескольких седмиц сильно измотали ее. Не время впадать в отчаяние. Нужно собраться и сделать все, чтобы спасти Идана. Ярослава глубоко вздохнула, вытерла рукавом слезы, встала и подошла к дружинникам, окинув взглядом присутствующих.

– В городе есть лечец или знахарь? – в голосе княжны теперь звучала сталь.

Дружинники переглянулись, один из них вышел вперед и поклонился.

– Была одна знахарка, но хворь забрала ее. Мы сжигаем трупы, чтобы зараза не распространялась, но сдерживать ее тяжко.

– Когда началась хворь?

– Дак седмицы две назад, – отозвался другой дружинник. – Только мы в город-то вошли, как братья наши начали жаловаться на сыпь и зуд. Опосля пятна на коже разрастались и начинали гноиться. – Мужчина задумчиво почесал густую бороду, торчащую из-под повязанной на его лицо ткани. – Коль язвы до глаз дойдут – так то верная смерть.

– Когда захворал Идан? Сколько длится хворь? – Ярослава боялась, что у Идана осталось слишком мало времени.

– Дня два прошло, как слег княжич, – снова отозвался первый дружинник. – Не знамо, когда подхватил заразу, скрывал. До последнего раздавал приказы, разослал по соседним деревням и городам дружинников, чтобы нашли знахаря какого или даже ведьму. Наказал, чтобы к людям не подходили близко, дабы хворь не пошла гулять по землям Старгородским.

– И где эти дружинники? – спросил Александр.

– Многие не вернулись, видать, хворь забрала их. Те, что воротились, вестей не принесли.

– Знахарка не сказала, как излечить хворь? – спросила Ярослава, догадываясь, какой будет ответ.

– Так ежели она знала, померла бы тогда от заразы этой? – хрипло засмеялся дружинник, остальные подхватили его не веселый смех.

– А ну, убрал руки! – раздался недовольный женский крик. Спустя пару мгновений к ним вышли еще несколько стражников. Мужчины подталкивали древками копий двух уже знакомых девок.

– Они крались по улицам. Точно не местные, – доложил один из дружинников.

– Ничего мы не крались! – возразила Лада и горделиво задрала нос, уперла руки в бока и выпятила грудь. Из-за ее плеча выглядывала темноволосая девица, чьего имени Ярослава не знала. – Пришли в Межецк на ярмарку!

Княжна не поверила ни единому слову наглой девки. Александр подошел к деревенским жительницам и грубо схватил за косу темноволосую подругу Лады. Девушка взвизгнула.

– Ты сказала, что Морана пришла собирать урожай, значит, знала, что в Межецке буйствует хворь. – Александр приподнял руку, отчего коса натянулась и девушке пришлось встать на цыпочки. Из ее глаз уже текли слезы.

– А ну, убери от Веры свои гадкие руки! – закричала Лада и бросилась на обидчика с кулаками.

Александр ловко схватил русую косу и также натянул. Девушка застонала от боли, но не прекратила размахивать кулаками, пыталась дотянуться до мужчины.

– Были мы у них в деревне. Эта дурная девка нас взашей погнала, дескать, пока не уплотим за скот, не видать нам знахаря, – хохотнул один из дружинников и указал на Ладу.

Ярослава подошла к деревенским жительницам.

– Так у вас есть знахарь в деревне?

– Нет у нас никакого знахаря! – закричала Лада. – А если бы и был, так не скажем! Приходят к нам в деревню, скот уводят, а потом еще смеют что-то просить! Тьфу! – девушка плюнула под ноги Александра.

Терпение Ярославы стремительно заканчивалось. Княжна подошла ближе, перехватила русую косу и заглянула испуганной девке в глаза.

– Хочешь, чтобы вам заплатили за скот – скажи, кто знахарь. Ежели спасете от хвори княжеское войско, вашу деревню озолотят!

– Да как можно девицу за косу таскать! – вместо ответа выкрикнула Лада. – Какой после этого из тебя мужик!

Ярослава отпустила русую косу и отвернулась.

– Бросить их в один дом с зараженными! Пусть вместе с остальными медленно помирают от хвори.

– Слушаемся, княжна! – отозвались хором дружинники и направились к девицам.

– Княжна?! – Лицо Лады вытянулось от удивления, как морда у ослицы.

– Нет! – закричала Вера. – Я не знахарка, но знаю, как с хворью справиться!

Ярослава украдкой улыбнулась. Эта тактика всегда срабатывала. Александр отпустил темноволосую девицу, та упала на колени. Из ее глаз текли слезы.

– Откуда деревенской девке знать, как с хворью справиться? Если соврала – не сносить тебе головы, – холодно спросил Александр.

Вера подняла заплаканный взгляд и почему-то посмотрела на Ярославу.

– …ученица, – девушка сказала что-то настолько тихо, что никто не расслышал.

Ярослава подошла ближе и присела рядом с девушкой.

– Повтори.

– Ученица волхва я, – негромко произнесла девица.

– Как спасти княжича и жителей города от хвори? Что тебе нужно?

– В Пропащих горах нужно собрать целебные травы, успеть воротиться и в полнолуние провести обряд. Если не отвадить Морану, хворь не уйдет.

Ярослава подняла взор к небу, где медленно поднималась круглая, как блин, луна.

– Выходим сейчас. – Княжна встала, но Вера вновь схватила ее за плащ, как тогда в деревне.

– В Пропащие горы нельзя ходить, особенно на ночь глядя. Не знающего троп ждет гибель. Я пойду одна.

– Еще чего! Мы идем с тобой, – отрезала княжна и обратилась к дружинникам. – Кто из вас не подхватил хворь?

Воины переглянулись и потупили взгляд.

– Так тому и быть. В Пропащие горы пойдем мы с Александром да деревенские девки.

– Я не хочу в Пропащие горы! – возразила Лада. – Говорят, там чудища водятся!

– Хочешь остаться в городе с хворью? – улыбнулся Александр.

Русая девица покосилась на дружинников и ничего не ответила.

– Вера, можешь осмотреть князя Идана? Нужно, чтобы он смог продержаться до нашего возвращения, – спросила Ярослава.

Темноволосая девушка смахнула слезы, кивнула и направилась вслед за княжной. Ярослава не хотела снова входить в дом, пропитавшийся отвратным ароматом трав. Еще сильнее княжна боялась обнаружить брата мертвым. Но не время было идти на поводу у глупых мыслей. Нужно поторопиться.

– Александр? Что за Александр? – уходя, услышала девушка.

– Не знаю такого, да и имя нездешнее, – негромко обсуждали между собой дружинники спутника Ярославы.

Княжна незаметно бросила взгляд на мужчину. Как могут дружинники Идана не знать одного из своих? Может, Александр все же соврал? Что, если его послал Траян? Ярослава встревожилась, но времени обдумать не было. Сперва Идан и войско, потом остальные проблемы. Но с Александра она теперь точно не будет спускать глаз.

Княжна вновь нацепила на лицо ткань. Они прошли в дом. Ярослава старалась не вдыхать слишком глубоко, от отвратного запаха трав уже подташнивало. Идан все также лежал с прикрытыми веками. Девушка мысленно молилась всем богам, чтобы брат был еще жив.

– Посторонним нельзя, я же говорил! – За ними вбежал Мирослав и грубо схватил темноволосую девицу за локоть. – Пшла прочь!

Девушка негромко вскрикнула, но не стала вырываться. Все же характером она совершенно отличалась от своей подруги.

– Мирослав, отпусти ее. Она поможет справиться с хворью.

Дружинник недоверчиво посмотрел на княжну, но пальцы разжал.

Вера присела около перины и принялась голыми руками ощупывать язвы на шее Идана. Кажется, зараза ее совершенно не страшила. Ярослава же старалась не думать о том, что могла подхватить хворь. Ей не хотелось лишний раз смотреть на свое тело.

– Жить будет, хоть и не долго, – едва слышно проговорила девушка и принялась рыться в своей поясной сумке. – Нужно поскорее идти в горы. Я дам княжичу сон-траву, пусть поднакопит силы.

Ярослава кивнула и почувствовала, словно камень упал с души. Вера достала из сумки крохотный глиняный сосуд и зачерпнула пальцем немного кашицы.

– Если это отрава и князь умрет, я саморучно снесу тебе голову, – предупредил Мирослав и чуть высунул из ножен меч.

Вера не отреагировала на его слова. Девушка аккуратно приоткрыла рот Идану и положила в него собранную на пальце кашицу. Мужчина шумно вздохнул и приоткрыл глаза.

– Это сон, или я умер? – только и произнес Идан, затем его веки сомкнулись, а дыхание стало размеренным.

Небо сплошь усыпали звезды. Они, словно стадо овец, собрались вокруг своего пастуха – луны. Было непривычно светло, хотя ночь уже давно опустилась на Старгородское княжество. Полная луна освещала путь. Тропа была узкая, крутая, вилась, словно лента в девичьей косе. Приходилось идти друг за другом. Ярослава замыкала строй. Княжна обернулась и посмотрела на Межецк, оставшийся вдалеке. Его едва ли можно было разглядеть, хотя путники поднялись уже довольно высоко. Лишь редкие тусклые огни указывали на скрытый в ночи город. Ярослава мысленно воздавала мольбы всем известным ей богам, чтобы уберегли Идана до их возвращения.

– Не верю, что ты княжна! – нарушила ночную тишину Лада своим звонким голосом. – Разве бывают такие княжны?!

– Что не так? – улыбнулась Ярослава.

– Все не так! – воскликнула русоволосая девица. – Княжна должна быть кроткой, гибкой, как молодая березка. Ты же выше всех мужиков в нашей деревне. Да что там! Выше всех мужиков во всем княжестве, поди! Носишь одежку княжеских воинов, волосы коротко острижены.

Лада то и дело оборачивалась, разглядывала Ярославу и недовольно хмурилась.

– Не всем княжнам быть такими, как ты описала, – пожала плечами девушка.

– Ой! – Лада открыла было рот, чтобы еще что-то сказать, как вдруг врезалась в спину идущего перед ней Александра. – Что такое?

– Тише, – негромко проговорила Вера. – Здесь начинаются Пропащие горы. Помалкивайте, если не хотите привлечь нежеланных гостей.

– Мамочки! – протянула Лада и прикрыла рот рукой. Кажется, девушка и правда верила тому, что в этих горах водятся чудища.

Теперь путники шли в полной тишине. Вера неведомым образом находила тропу. Изредка девушка отбегала и срывала какие-то травы. Большие плетеные корзины в руках Лады и Александра постепенно наполнялись. Чем выше они поднимались в горы, тем тяжелее становилось дышать. Ярославе казалось, что ее кольчуга стала неподъемной.

– Осталось найти плакун-траву, – произнесла Вера и остановилась. – Она обычно растет у озер. – Девица принялась оглядываться по сторонам. – Видно, придется спуститься.

Ярослава тоже огляделась и чуть в стороне от тропы заметила блеск воды.

– А там что? Не озеро? – княжна указала в нужном направлении.

– Нельзя сходить с тропы, – напомнила Вера.

– Оно же совсем рядом, рукой подать. Я схожу и проверю. – Не дожидаясь разрешения ученицы волхва, Ярослава сошла с тропы и направилась к поблескивающему в свете полной луны водоему. Чем ближе подходила княжна, тем четче выделялись берега и мерцающая вода. Зрелище завораживало. Казалось, в водной глади блестят сами звезды. Ярослава остановилась и обернулась. Позади не оказалось ее спутников.

– Навь тебя задери! Опять угодила в ворожбу! – выругалась девушка и обнажила меч. Теперь княжна двигалась медленно, аккуратно ступала и навострила слух. Какая тварь поджидает ее? В чьи колдовские сети она угодила? Идти назад не было никакого смысла. Если ворожба сильная, она снова вернется в это же место. Было необычно тихо и от этого сердце тревожно колотилось в груди. Ярослава подошла к воде. Горное озеро оказалось большим, возможно, из-за наложенных на него чар. Неожиданно край плаща княжны натянулся, будто зацепился за что-то.

– Чтоб тебя!.. – Ярослава замахнулась было мечом, но вовремя остановилась. Рядом с ней стояла Вера и испуганно взирала на острие. Девушка подняла дрожащую руку и указала в сторону озера. Ярослава проследила за жестом. По воде пошла легкая, едва заметная рябь.

– Нужно уходить… – прошептала темноволосая девица.

Но уходить уже было поздно. Рябь усилилась, два больших желтых глаза показались из воды и уставились на девушек.

– Это что такое? – шепотом спросила Ярослава, стараясь не шевелиться.

Желтые глаза моргнули. Огромная змееподобная голова принялась подниматься над водой. Черная крупная чешуя блестела в свете луны. Вслед за первой головой из воды стали подниматься еще и еще. Ветер подхватил стекающую с них воду и обдал путниц неприятной моросью. Ярослава насчитала двенадцать голов. Они качались на длинных шеях. Желтые глаза не мигая наблюдали за незваными гостями. Вдруг головы ощерились и зашипели.

* * *

Зенина сидела в своих покоях и не могла справиться с охватившей ее тревогой. С одной стороны, свадебный обряд решили перенести в Заречинск, а это означает, что ей придется всю дорогу быть подле Олега. Принцесса не могла справиться с отвращением, даже просто думая о будущем муже. С другой стороны, весь дворец стоял на ушах, искали потерянный княжеский перстень.

Принцесса выглянула в окно. Полная луна стояла уже высоко, освещая все вокруг холодным светом. По темному небу медленно плыли тонкие, точно самые дорогие ткани, облака. Скоро должен прийти Дарен, и наступит очередная бессонная ночь.

В дверь негромко постучали. Зенина вздрогнула и обернулась. Дарен никогда не стучался. Он передвигался бесшумно, словно тень. Порой принцесса не замечала, как он проникал в ее покои. Стук повторился. Зенина замерла и затаила дыхание. Видимо, незваному гостю надоело ждать ответа, дверь медленно, с отвратительным скрипом отворилась. На пороге стоял высокий мужчина. Принцесса немного расслабилась и улыбнулась.

– Игорь? Проходи. – Зенина была довольна собой, произношение некоторых слов ей стали даваться гораздо лучше. Ей хотелось показать Игорю, как она продвинулась в изучении языка. Однако мужчина не спешил входить. Он просто стоял в дверях и безмолвно наблюдал за девушкой.

– Игорь, зайдешь? – Улыбка медленно сошла с лица девушки. Она чувствовала, что-то не так.

Мужчина чуть пригнулся, проходя внутрь, и подошел к Зенине. Она не могла разглядеть его глаз, тусклая лучина горела за его спиной.

– Тебя что-то беспокоить? – задала очередной вопрос девушка, ее голос дрожал.

Неожиданно сильная рука сжалась на волосах принцессы и с силой натянула их. Зенина с ужасом уставилась в черные глаза. Кожа на лице мужчины была дряблая, свисала как маска.

– Ты думала, что я тебя не найду, маленькая гадина? – вместо ответа по покоям прокатился женский голос. В очертаниях лица угадывался Игорь, но голос и глаза принадлежали кому-то другому. Словно кто-то натянул его кожу поверх своей.

– Ведьма… – только и смогла выдохнуть принцесса.

– Запомни мои слова, маленькая гадина. – Ведьма притянула Зенину за волосы и проговорила ей в самое ухо: – Скоро я приду за тобой и снова заберу твою жизнь себе.

Кожа на ее лице начала стекать, как густая смола, являя истинный облик ведьмы.

Зенина с криком села на перине, тяжело дыша. Она в ужасе оглядывалась по сторонам, ища глазами ведьму.

– Что тебе приснилось? – раздался голос у самого уха.

Зенина вскрикнула, схватила подушку и наотмашь ударила. Перья взметнулись в воздух и стали медленно разлетаться по покоям. Зенина проморгалась и наконец пришла в себя. Рядом с периной сидел озадаченный Дарен. Из его волос торчали перья.

– Понял. Видимо, что-то не самое приятное.

Глава 13 удо-юдо

Зенина все еще не могла прийти в себя после сна. Он казался настолько же реальным, как ее собственное отражение. Сердце скакало галопом, на лице выступила испарина. Принцесса ощупала голову, волосы, все еще чувствуя боль от цепких рук ведьмы.

– С-свиристель, – проговорила девушка, не в силах сдерживать дрожь в голосе.

– Так что тебе приснилось? – не унимался Дарен. Юноша присел на край перины и внимательным взором посмотрел на принцессу.

Мрачные картины все еще стояли перед ее взором.

– Ведьма… Она явиться сюда в виде Игоря. – Зенина обняла себя за плечи, ее руки дрожали. – Она сказать, что скоро придет за мной и заберет мою жизнь себе.

– Ведьма, говоришь? – задумчиво протянул Дарен. Он принялся наматывать длинные локоны на указательный палец.

– Что, если ведьма сбежать?

Зенина с ужасом посмотрела на юношу, но его лицо даже не переменилось. В задумчивом взгляде необычайно светлых глаз не промелькнуло и толики беспокойства.

– Если бы такое случилось, ведьма не заявилась бы во сне, – наконец проговорил юноша. – Но проверить все равно нужно. Отложим обучение.

Дарен встал и хлопнул себя пару раз по коленям, расправляя складки на одежде.

– Постой! – Зенина схватила юношу за руку. – Не бросать меня!

– Не бойся, прикажу Боде сторожить твои покои этой ночью. А завтра мы отправимся в Заречинск, там ведьме даже во сне тебя не достать.

– Нет! Я пойти с тобой!

Дарен одарил девушку долгим взглядом. Зенине стало не по себе. Не просто так говорят, что «глаза – зеркало души». Если во взгляде Траяна таилось что-то страшное, что заставляло сердце испуганно трепыхаться в груди, зеркало Дарена не показывало ничего. В этих светлых, почти белых глазах словно не было чувств, не было жизни. Зенине пришлось приложить все силы, чтобы не отвести взгляд. Ей нужно узнать, не сбежала ли ведьма, и она намеревалась сделать это во чтобы то ни стало.

– Хорошо, – сдался юноша. – Держи.

Дарен вынул из запазухи небольшое серебряное блюдце и протянул его девушке. Зенина удивленно приняла предмет. Блюдце было старое, потертое, исцарапанное.

– Что это?

– В его отражении ты сможешь увидеть то же, что и я, – пояснил Дарен.

– Но я даже свое лицо не могу разглядеть, – возмутилась девушка на родном языке, но быстро опомнилась. – Я не видеть даже себя!

– Конечно, нужно пробудить чары, – Дарен закатил глаза. Зенина почувствовала себя маленьким ребенком, которому все приходится разъяснять. – Для начала подумай о том, кого желаешь увидеть.

Зенина больше всего на свете желала снова увидеть любимого Али. Сердце радостно пустилось вскачь.

– Даже не думай о ком-то из империи. Слишком далеко, чары не сработают.

Зенина с грустью посмотрела на юношу и сжала серебряное блюдце. Даже колдовство не позволяет ей и на короткий миг снова увидеть возлюбленного. О ком же тогда подумать? Девушка почти никого не знала в Страгородском княжестве. Неожиданно на ум пришла княжна Ярослава. После несостоявшейся казни ее неустанно продолжают искать, но все безуспешно. Где же она спряталась? Зенина посмотрела на Дарена и кивнула. Юноша продолжил:

– Теперь запоминай. Положи палец на блюдо, – юноша взял кисть девушки и поднес к потертой поверхности, – и повторяй движения и слова за мной. В конце назови имя того, кого желаешь увидеть. Не забудь представить облик этого человека.

Дарен принялся выводить на поверхности блюдца необычные символы, одновременно произнося слова. Зенина повторяла за ним.

– Сквозь Явь и Навь заворожи, Ярославу покажи.

Дарен удивленно посмотрел на принцессу. Видимо, он не ожидал, что она выберет княжну. Поверхность серебряного блюдца вдруг пошла рябью.

– Что за чудеса! – подивилась Зенина.

В блюдце стало отчетливо видно деревянный пол. Такой же, как был под ногами принцессы. Словно не было никакого потертого блюдца в ее руках. Затем девушка увидела дворец, Старград с высоты птичьего полета, долину, в которой он находился. С невероятной быстротой стали сменяться поля, луга, леса, деревни, освещенные лунным светом. Они мелькали так стремительно, что девушка не успевала ничего толком разглядеть, а голова на мгновение закружилась. Неожиданно блюдце погрузилось в темноту. Девушка пригляделась, но ничего не смогла рассмотреть. Неужели княжна мертва? Или она находится слишком далеко, куда чары не могут дотянуться? Зенина вздрогнула, когда юноша заглянул через плечо и вдруг выдернул из ее рук блюдце. Дарен встал и принялся поворачиваться вокруг своей оси, внимательно вглядываясь в зачарованный предмет в своих руках. Наконец он замер. Его лицо вытянулось от удивления, а в глазах промелькнула тревога. Зенина встала, подошла к юноше и заглянула в блюдце. В свете полной луны отчетливо виднелся знакомый образ.

Девушка с короткими волосами стояла наперевес с мечом. На ее лице можно было заметить страх. Дарен повернулся и медленно поднял руки над головой.

– Что это? – пробормотала принцесса, с ужасом вглядываясь в чары. В ответ на нее смотрело несколько пар огромных желтых глаз. Одна из голов зашипела и начала стремительно приближаться, открыв свою огромную клыкастую пасть. Зенина взвизгнула и упала на пол. Дарен же взмахнул рукой с блюдцем, будто что-то стряхивая, и ужасный монстр, как и чары, развеялся темным туманом по покоям.

– Навь тебя задери, Буренка! Где ты умудрилась отыскать Чудо-юдо? – выругался Дарен и бросил блюдце на перину. – Все запомнила? Через лучину повторишь чары и увидишь свою ведьму.

Дарен развернулся на пятках и быстро вышел из покоев.

* * *

Ярослава с силой сжимала рукоять меча. Княжна старалась следить за всеми змеиными головами и не поддаваться панике. С настолько крупным и устрашающим противником она столкнулась впервые. Огромные головы извивались на длинных шеях. Черная чешуя переливалась в свете полной луны. Ярослава даже представить не могла, как ей справиться с таким противником. Сердце испуганно колотилось в груди. Княжна посмотрела на деревенскую девушку. Та с ужасом взирала на чудище.

– Здесь есть плакун-трава? – шепотом спросила княжна. Вера еле заметно кивнула.

Княжна сглотнула, проталкивая неприятный ком в горле. Сейчас не время бояться. Она должна защитить Веру, должна спасти брата и его войско. Да и просто сбежать не удастся. Почему-то Ярослава была уверена, что стоит начать убегать, чудище непременно схватит их. Не просто так у него такие длинные шеи.

– Я отвлеку его, а ты хватай траву и беги! – проговорила княжна и крепче сжала рукоять меча.

Вера вдруг посмотрела Ярославе прямо в глаза и твердо кивнула. Такой решимости княжна не ожидала от деревенской девицы. Верно, неспроста она стала ученицей волхва. Неожиданно темноволосая девушка сделала жест руками и в мгновение ока обратилась вороном. Ярослава лишь подивилась. Ворон взмыл в небеса.

– Эй! Я здесь! – закричала княжна, привлекая внимание. Змей зашипел. Одна из голов с грохотом упала рядом с Ярославой, девушка не успела даже испугаться. Только княжна решила отрубить змеиную голову, как длинная шея быстро подтянула ее обратно.

В ночи едва ли можно было разглядеть черного ворона. Птица бесстрашно летала совсем рядом со змеиными головами, ловко уворачивалась от острых зубов. Ярослава успела отпрыгнуть в сторону прежде, чем голова с грохотом ударилась о земную твердь. На этот раз девушка была готова. Перехватив меч покрепче, она одним ударом снесла змеиную голову. Из длинной шеи хлынула кровь, конечность задергалась в судороге. Все головы разом зашипели и посмотрели на княжну. Их больше не интересовал ворон. Теперь княжна только и успевала, что уворачиваться. Одна за другой головы обрушивались на нее, намереваясь вколотить в землю по самую шею. Ярослава окинула быстрым взглядом округу, выискивая ученицу волхва. Ворон камнем полетел к земле, в самый последний миг обратившись серым зайцем. Змей этого даже не заметил, увлеченный княжной. Заяц быстро пробежал к берегу и зубами сорвал несколько стеблей с розовыми цветками.

«Не смей отвлекаться ни на что во время битвы. Есть только ты и твой противник», – вспомнила Ярослава слова, которые Игорь твердил чуть ли не на каждой тренировке. Княжна отвлеклась на ученицу волхва, голова змея ударила ее по спине. Девушка шумно выдохнула, но устояла. Неожиданно по земле прошла дрожь. Затем еще и еще. Змей перестал атаковать, все головы обернулись назад и зашипели. Казалось, навью тварь больше не интересовала Ярослава. Тем временем дрожь становилась все сильнее.

– Идем! – за спиной княжны возникла Вера и потянула за плащ.

– Это что, шаги? – удивилась Ярослава.

– Да! Шаги! Нужно бежать, если тебе жизнь дорога!

Деревья за озером отогнулись в стороны, словно кустики. Высокое существо, в несколько косых саженей, походило на человека. Ярослава изумленно разглядывала великана. Она думала, что это всего лишь сказки, которыми любят пугать няньки непослушных детей. Великан вошел в озеро, вода оказалась ему по пояс. Он принялся хватать голыми руками змеиные шеи. Головы шипели и молотили по спине противника. Противостояние длилось недолго. Непойманные головы нырнули под воду. Великан отпустил остальные и те попадали в пучину.

– Помереть охота – это без меня! – Вера в мгновение ока обратилась зайцем и убежала прочь.

Когда последняя голова навьей твари скрылась в воде, великан осмотрелся. Ярослава попятилась. Меньше всего ей хотелось, чтобы гигант заметил ее. Сердце рухнуло в пятки, когда под ногой хрустнула ветка. Великан сперва всмотрелся на берег реки, а затем ринулся к княжне, разбрызгивая во все стороны воду.

Ярослава не смогла сдержать крик. Ноги перестали слушаться княжну. Все ее естество вопило о том, что нужно бежать прочь, но неописуемый страх не позволял сделать и шагу. Когда нога великана коснулась берега озера, Ярослава, наконец пересилив себя, побежала прочь. Она все еще не видела путников и тропы, значит, ворожба никуда не исчезла. Княжна неслась по лесу что было мочи. Ветки хлестали по лицу, а корни деревьев словно нарочно преграждали ей путь, отчего девушка то и дело спотыкалась. Звуки шагов позади стремительно приближались. Неподалеку княжна заметила небольшой валун и спряталась за ним. Сердце колотилось в груди и в ушах, отчего все звуки вокруг словно приглушились. Ярослава шумно вздохнула, затем еще и еще. Княжна боялась, что великан услышит ее дыхание. Девушка закрыла рот ладонями, пытаясь то ли отдышаться, то ли успокоиться.

Шаги прекратились слишком внезапно. Княжна не сразу, но решила выглянуть из своего укрытия, но тут же пожалела об этом и в ужасе теснее прижалась к валуну. Великан стоял совсем близко, настолько, что девушка могла рассмотреть его в мельчайших деталях. На первый взгляд – обычный человек, только выше более чем в два раза. Хорошо развитое тело устрашало. Казалось, он может переломить голыми руками ствол дерева. Великан окидывал взглядом округу, видимо выискивая княжну. Ярослава сидела за валуном, мечтая слиться с ним воедино и молясь всем богам, которых знала. Видимо, мольбы княжны услышали. Великан что-то шумно уронил, а затем пошел к озеру. Ярослава вздохнула с облегчением, прислушиваясь. Шаги постепенно отдалились, а затем и вовсе стихли.

– Ступай за мной, – княжна вздрогнула, когда рядом с ней раздался шепот. Вера, приняв свое обличие, сидела рядом с девушкой.

Ярослава снова выглянула из своего укрытия, выискивая глазами великана. Ей казалось, что она убежала достаточно далеко в лес. Но стоило выглянуть из-за валуна, как перед глазами снова предстало озеро. Навь задери эту ворожбу! Как ни беги – все равно вернешься в то же место. К счастью, ни великана, ни змеиных голов видно не было. По озеру шла легкая рябь из-за ветра, заставляя отражение полной луны дрожать.

– Пойдем же, – Вера дернула княжну за рукав.

Ярослава поднялась и постаралась идти след в след юной ученицы волхва. Хотелось быстрее убраться из этого зачарованного места.

– Где вы так долго пропадали? – раздался голос Александра, и сердце Ярославы радостно сжалось. Она не заметила, когда они вышли из ворожбы. – И чего это ты вся в крови?

– Мы добыли плакун-траву, – проговорила Вера и бросила в корзину Лады несколько стеблей с яркими розовыми цветками. – Нужно возвращаться.

– Этого хватит, чтобы избавить все войско от хвори? – спросила Ярослава.

– Нет, – проговорила ученица волхва и покачала головой. – Этого хватит, чтобы помочь тем, кого еще можно исцелить. Нужно успеть до рассвета изготовить снадобье.

Вера пошла вниз по тропе. Лада побежала следом, прижимая к груди плетеную корзину. Ярослава тоже сделала несколько шагов, когда ее остановил Александр. Мужчина сжал запястье княжны и потянул на себя.

– Ты так и не ответила ни на один вопрос. – Александр притянул Ярославу к себе и обнял за талию. Девушка почувствовала, как ее щеки снова пылают. – Что произошло?

– В том озере скрывался огромный змей с множеством голов. Пока он пытался меня убить, Вера нарвала плакун-травы, – протараторила Ярослава и отвела взгляд.

– Он тебя поранил? – Александр внимательно осмотрел пятна крови на одежде княжны.

Ярослава покачала головой.

– Больше без меня никуда не ходи. Поняла? – последнее слово мужчина прошептал в самое ухо, отчего Ярослава чуть было не подавилась воздухом. Теплое дыхание обдало щеку, затем княжна ощутила вкус знакомых губ. Девушке почудилось, словно все беды и беспокойства растворились в ночи.

* * *

Зенина сидела на перине и напряженно сжимала пальцами серебряное блюдце. Казалось, лучина горит дольше обычного. Принцессе не терпелось вывести символы и произнести слова на зачарованном предмете. Девушка понимала, что сможет успокоиться только тогда, когда собственными глазами увидит надежно прикованную мерзкую ведьму.

Неожиданно в дверь постучали. Принцесса вздрогнула. Неужели тот ужасный сон станет реальностью? Зенина со страхом взирала на дверь и боялась пошевелиться. Стук повторился.

– Зенина, открой, это я, Отрада! – раздался знакомый голос.

Принцесса сидела недвижимая, боясь выдать себя. Зная, как хорошо ведьма умеет перенимать чужое обличие и даже голос, Зенина не могла никому доверять. Сердце испуганно отплясывало в груди.

– Может, спит уже… – донеслись еле слышимые слова. Послышались удаляющиеся шаги.

Зенина выдохнула с облегчением. Пока она собственными глазами не увидит ведьму, никому не может доверять. Лучина погасла. Принцесса зажгла новую, тут же схватила блюдце и принялась выводить на нем символы. Она надеялась, что все запомнила верно.

– Сквозь Явь и Навь заворожи, Дарена покажи.

Принцесса представила облик юноши, особенно его необычные глаза. Сквозь блюдце снова стало видно пол. Затем чары пошли рябью и сразу окрасились черным. Зенина встала и подняла блюдце перед лицом. Чернота сменилась тусклым дрожащим светом далекого факела. Принцесса принялась оборачиваться вокруг своей оси, как это делал Дарен, внимательно вглядывалась в чары. Она увидела длинный мрачный коридор. Девушка находилась в своих покоях, но отчего-то явственно почувствовала холод и сырость, которые источали влажные каменные стены. Она даже заметила, как огромная крыса юркнула в щель. Повернувшись еще немного, принцесса увидела Дарена. Даже в полумраке было заметно недовольство на его лице.

– Не туда смотришь. – Недовольно проворчал юноша и ткнул в сторону Зенины пальцем.

Девушке стало не по себе. Неужели и Ярослава видела чары? Но почему она никак не отреагировала? Зенина повернулась, куда указал юноша. У дальней стены стоял Игорь. Мужчина сложил руки на груди. Видимо, он ожидал, пока Дарен подойдет ближе. Рядом с Игорем пылал факел, освещая все вокруг, отчего длинные тени танцевали на стенах.

– Как поживает наша ведьмочка? – усмехнулся Дарен.

Игорь сперва ничего не ответил, лишь беззвучно шевелил губами. Зенина смогла разобрать слово «Свиристель» и была очень горда собой.

– Толком ничего не рассказала, – фыркнул мужчина.

– Так это потому, что просишь невежливо, – хохотнул юноша и хлопнул мужчину по плечу, как старого знакомого.

– Еще одно такое движение, и я тебя прикую рядом с ней, – пригрозил Игорь.

– Ладно-ладно.

Зенина повернула блюдце правее и заметила в стене узкий проход. Там, в глубине, виднелся чей-то силуэт. Видимо, Дарен поспешил войти, так как чары задрожали, и принцесса увидела лицо ведьмы вблизи. Изможденное, осунувшееся, оно казалось уродливее, чем было прежде. Тонкие редкие седые волосы спадали на глаза, скрывая их. Голова покоилась на груди, когда сама ведьма была прикована по рукам и ногам к стене. На ее теле виднелись следы побоев. Скорее всего, ее пытали.

– Дарен, милый, ты пришел освободить меня? – послышался хриплый, скрежещущий голос ведьмы. – Меня схватили… Я заснула в своих покоях, а проснулась прикованная к стене. Меня постоянно избивают.

Женщина всхлипывала, но не поднимала головы.

– С чего ты решила, что я пришел тебя освободить?

– Как же! – Она подняла голову и Зенина с ужасом воззрилась в желтые глаза ведьмы. – Я же так предана тебе! Я… я люблю тебя!

Разве у людей бывают глаза такого цвета? Может, ведьма и не человек вовсе?

– Траяну ты тоже говорила эти слова? – даже через чары Зенина почувствовала холод в словах Дарена.

– Ты же знаешь, что это не так!

– Тогда зачем ты ему помогаешь? Зачем украла личину принцессы?

Зенина затаила дыхание.

– Я… – ведьма опустила голову, – он заставил меня.

– Да-да, – прицокнул Дарен, – по тебе сразу видно, что ты невинная овечка. Скажи еще, что не приходила во сне к принцессе и не грозилась снова забрать ее жизнь.

Ведьма резко подняла голову и воззрилась на Дарена. Ее лицо исказилось злостью. Зенине показалось, что она смотрит прямо на нее. Девушка испуганно отбросила блюдце, и оно со звоном покатилось по полу.

– Ты поэтому прибежал? – донесся крик ведьмы из блюдца. – Быстро ты променял меня на эту девку! Все слова, что ты мне говорил, были ложью?

Зенина медленно подошла к блюдцу и присела рядышком. С одной стороны, было страшно смотреть ведьме в глаза. Казалось, что она видит принцессу через чары. Вдруг она сможет снова превратить ее в птицу? С другой стороны, было ужасно любопытно узнать, что говорил Дарен ведьме, какие между ними сложились отношения.

Принцесса подняла блюдце и направила его в сторону, где находилась прикованная ведьма. На этот раз Зенина сделала несколько шагов назад. Чары задрожали и показали темницу с новой стороны. Теперь принцесса наблюдала за всей картиной откуда-то сбоку. Можно было рассмотреть Дарена, стоящего подле ведьмы, и Игоря, возвышающегося позади юноши.

– Рад, что ты наконец все поняла. С чего ты решила, что мне есть дело до такой твари, как ты? – Дарен протянул руку и ткнул ведьму указательным пальцем в лоб. – Да я на дух не переношу тех, кто, как ты или Траян, гонится за силой, которую не в силах обуздать.

Ведьма покраснела, ее глаза налились кровью. Видно, слова сильно задели ее.

– И это я-то тварь? Я не могу обуздать силу?! – проревела ведьма. – Может, расскажешь, кем ты являешься на самом деле?

– И кем же? Поведай, коль поняла чего, – рассмеялся юноша.

Ведьма потупила взгляд и заскрежетала зубами. Ей нечего было ответить. Зенина поднесла блюдце ближе к лицу и пригляделась. Только сейчас она заметила, что ведьма шевелит пальцами.

– Тогда умри! А я пойду и снова стану принцессой! – прорычала ведьма.

– Дарен, сзади! – закричала Зенина, но было слишком поздно.

Игорь размахнулся и ударил юношу мечом со спины. Лезвие с огромной силой и скоростью врезалось в шею, распарывая тело, и остановилось в грудине. Ведьма истерично засмеялась, словно это было самое забавное, что ей удалось увидеть за всю жизнь. Дарен обернулся и посмотрел на Игоря. Во взгляде юноши было неподдельное удивление. Дарен рухнул на колени, из его рта хлынула кровь. Мужчина дернул за рукоять меча, затем еще и еще, пока лезвие с отвратительным хрустом не высвободилось. Зенина выронила блюдце и не смогла сдержать тошноту.

Глава 14

Ритуал

– Нужно скорее возвращаться. – Ярослава отстранилась и пошла по тропе за Верой и Ладой. Щеки пылали, а сердце колотилось в груди.

– Ты чего красная? Хворь подхватила, что ли? – спросила Лада, когда княжна догнала деревенских девиц.

Ярослава пожала плечами и отвела взгляд.

– Поторопимся. Нужно успеть до рассвета. – Ученица волхва прибавила шаг в сторону города.

Путь до Межецка занял гораздо меньше времени. Все же с горы спускаться легче, чем подниматься. Ярослава не могла успокоить мысли. Перед глазами все еще стоял образ двенадцатиголовой твари. Княжна не слышала о ней даже в рассказах. Неудивительно, что все стараются избегать Пропащие горы. Никто не ведает, какие еще опасности могут там таиться. Да и мысли о великане не покидали Ярославу. Как она может пойти к этим Детям гор, если один из них чуть было не прибил ее.

Ярослава с облегчением вздохнула, когда они достигли ворот города. Однако запах мертвечины напомнил об ужасах, которые поджидали их в Межецке. Сердце Ярославы сжалось от тревоги. Все ли в порядке с ее братом? Княжна более всего боялась, что не успела.

Город встретил путников тревожной тишиной и зловонием. Все казалось пустынным и заброшенным. По дороге к дому, в котором лежал брат, они встретили всего несколько дружинников.

– Княжна все-таки принесла травы с горы? – послышался шепот воинов. Их голоса казались громче в тишине опустевшей улицы.

– Если это спасет нас всех от погибели, то я готов буду всю свою оставшуюся жизнь княжне посвятить.

Ярослава не смогла сдержать легкую улыбку, услышав слова дружинников. Она всем сердцем надеялась, что снадобье Веры поможет.

– Слишком пустынно. – Лада обняла себя за плечи, выглядела она крайне усталой. Видать, в деревне ее постоянно окружали люди, вот и стало девке теперь непривычно.

– Возможно, выжившие собираются у противоположных ворот, – Ярослава попыталась успокоить больше сама себя, чем девушку.

– Верка, а твоя трава правда поможет всех исцелить? – Лада вдруг тревожно заговорила, что было необычно для нее.

– Если успею до рассвета все подготовить и провести обряд, то шанс велик.

Путники подошли к дому княжича. Мирослав посапывал на крыльце, но как только услышал звук шагов, тут же поднял глаза и потянулся рукой к мечу. Несмотря на усталость, движения его были быстры.

– Это вы, княжна. Доброй вам ночи, – мужчина поспешил убрать оружие и склонил голову.

– Поднимись. Как брат?

– Спит себе, – пожал плечами мужчина. – Не просыпался с того момента, как вы ушли.

– Хорошо, – Ярослава вздохнула с облегчением. – Что тебе нужно? – княжна посмотрела на ученицу волхва.

– Нужно найти обширное место, чтобы дома не мешали, – негромко проговорила Вера, но ее услышали.

– Площадь? – предположила Лада.

– Нет, точно не на площади, – отозвался Александр.

– Мужик прав. Городская площадь могла бы подойти, да только трупов там целая гора сейчас, – выкрикнул один из подошедших дружинников, патрулирующих улицу. Присмотревшись, Ярослава заметила в сумерках, что вокруг дома собирались воины. Видимо, заметили их возвращение с травами.

Вера покачала головой. Ярослава и сама понимала, что из-за контакта с мертвыми может вспыхнуть новая зараза.

– Есть старая площадь, – слабым голосом проговорил старик, наверное, местный житель, и указал пальцем в сторону гор. – Раньше Межецк был маленький, стоял себе у подножья скал. Когда стал разрастаться, так и площадь новую пришлось сделать. Не будешь же строить дома на горе.

– Хорошо. Что еще нужно, Вера? – спросила Ярослава.

– Принесите немного сена в центр площади и поставьте кипятить воду. Много воды, – сказала девушка и принялась теребить темную косу. Ее взгляд забегал по толпе, а потом устремился куда-то под ноги. Кажись, непривычно было ей говорить перед таким большим количеством людей.

– Ты, – Ярослава ткнула пальцем в первого попавшегося дружинника, – принеси сена, да побольше. Вы двое, найдите, в чем можно вскипятить воды, – приказала княжна. – Веди, старик, к площади.

Старик выглядел немощным, на его руках виднелись небольшие язвы. Мужчина опирался на кривую палку, кряхтел, но шел довольно быстро. Путь к площади лежал через многочисленные улочки. Идти пришлось довольно долго. Межецк, конечно, уступал Старграду размером, но все же оставался одним из крупнейших городов княжества.

Чем дольше они шли, тем выше казались горы. Ярослава завороженно смотрела на них. Они были необъятными, от них исходила невероятная сила. Человек казался крохотным муравьем рядом с их величием.

Старая площадь была совсем небольшая, поросла жухлой травой. Со всех сторон ее обступили старые покосившиеся дома, пряча от чужих глаз. Пришлось протискиваться в узкий проход. Приказы княжны выполнили быстро. По центру, куда указала Вера, соорудили костер и установили над ним большой котел. Его наполнили водой до краев. Зажженный костер стремительно разгорелся и обволок языками пламени дно котла. Рядом поставили плетеные корзины с различными травами, собранными в горах, и положили сено.

– Тебе нужно помочь? – Ярослава присела около ученицы волхва и тихонько спросила.

Вера покачала головой.

– Лучше приведи князя. – Ярослава хотела было встать, как почувствовала, что ученица волхва по обыкновению схватила край ее плаща и легонько дернула. – Нужно, чтобы собрались все больные. Пущай каждый осмотрит себя, если у кого-то есть хотя бы несколько язв, ступают на площадь.

Ярослава кивнула и громко объявила:

– Пусть соберутся все, у кого есть язвы, да поскорее. Помогите тем, кто не может передвигаться.

Княжна почти бегом направилась обратно к дому, где спал брат.

– Яся.

Девушка не поняла, послышалось ей или нет, но не остановилась.

– Яся, чего ты от меня бегаешь сегодня? – Александр догнал девушку и улыбнулся.

– Ночь не станет ждать, нужно поскорее провести ритуал.

– А если он не поможет? Если здоровые заразятся тоже? – Александр преградил дорогу и взял Ярославу за руку. – Я давно хотел спросить, почему бы тебе не стать княгиней? Вряд ли Идана что-то может спасти.

Княжна не ожидала таких слов от Александра и изумленно уставилась в его красивые светлые глаза.

– Да как ты смеешь так говорить?! – девушка выдернула руку. – Где твоя верность князю?

– Я думаю… нет, я уверен, что ты станешь лучшим правителем, нежели Идан. Я видел, как на тебя смотрят воины. Может, не стоит его спасать?

Ярослава возмущенно воззрилась на Александра. Ей не хватало слов, чтобы высказать все, о чем она думала в тот момент. Княжна оттолкнула мужчину и пошла к дому, в котором спал Идан. Ярослава не могла обуздать эмоции. Как Александр посмел такое сказать?! Нет. Как он мог даже допустить такую мысль?! Разве он не служил Идану многие годы? Как можно предать своего княжича?

– Ярослава, подожди!

Княжна перешла на бег, игнорируя возгласы мужчины позади. Ей было страшно. Что, если ритуал и правда не сработает? Что будет с княжеством, если Идан умрет? Стоит ли ей тогда занять его место? Может, есть доля правды в словах Александра? Ярослава покачала головой. Нужно отбросить глупые мысли и скорее привести брата к старой площади.

Девушка бежала по узким улочкам, высматривая нужный дом. Она плохо ориентировалась в Межецке и боялась пойти не той дорогой. Наконец, она увидела Мирослава. Мужчина ходил из стороны в сторону около крыльца. Завидев княжну, он бросился к ней.

– Все в городе говорят, что нужно скорее идти к старой площади.

– Да, Вера собирается провести ритуал, нужно поторопиться и привести Идана.

Перед тем, как пройти в дом, Ярослава бросила беглый взгляд на улицу. Александра не было видно. Обида перемешалась со злостью. Возможно, ей хотелось, чтобы он пошел за ней?

– Сейчас не до этого. – Ярослава уверенным шагом прошла в дом, стараясь глубоко не вдыхать. Она ненавидела отвратный аромат трав, которым, кажется, пропитались даже бревна. Брат по-прежнему спал, его светлые волосы разметались по подушке. Княжна осторожно потеребила Идана за рукав. Мужчина медленно открыл глаза.

– Что такое?.. Яся? – голос брата, казалось, стал слабее.

– Идан, нужно идти, ученица волхва собирается провести ритуал.

– Идти? Куда? – брат, словно не мог собраться с мыслями. Он то и дело сводил густые брови к переносице и хмурился.

Ярослава посмотрела на Мирослава и приказала:

– Найди дружинников, да покрепче, и соорудите носилки.

– Носилки? – Идан сжал руку Ярославы. – Я пойду сам!

– Но…

– Никаких но! Какой из меня князь, если я не могу даже сам идти!

Ярослава одарила брата долгим взглядом, но быстро сдалась. С самого детства Идан был упертый как баран. Однажды отец отказался его брать в очередной поход, наказав сидеть во дворце. Так он сбежал и примкнул к концу колонны, затерявшись среди дружинников. Князь обнаружил его лишь через несколько суток. Вот и теперь Идан решительно взирал на княжну, и она поняла, что препирания ни к чему не приведут.

– Хорошо. Но я все равно помогу тебе.

Ярослава помогла брату подняться, поддерживая его под руку. Мирослав быстро принес плащ, меч не стал передавать. Сейчас князю не хватало сил, чтобы держать оружие. Ярослава заметила, что пятен на шее Идана стало больше, несколько появилось на подбородке.

Идан шел медленно, но решительно. Ярослава видела, как ему тяжело дается каждый шаг, но не могла ничего сделать. Новый князь не желал представать перед своим войском слабым и немощным. Люди должны равняться на него, чувствовать уверенность. Видя решимость Идана, Ярослава поняла, почему отец выбрал именно его преемником, а не Олега.

Площадь оказалась заполнена людьми. Здесь были не только дружинники, но и местные жители. Мирославу пришлось разгонять толпу, чтобы провести князя к ученице волхва. Тут же принесли скамью, на которую усадили Идана.

По площади распространялся приятный запах трав, совсем не такой, какой исходил от брата. В котле бурлила зеленоватая жидкость. Вера осторожно помешивала варево. Ученица волхва подняла взор и посмотрела на Ярославу.

– Нужно начинать, больше тянуть нельзя.

Ярослава кивнула и встала позади брата, чтобы тот мог облокотиться на нее. Вера подняла с земли маленькую куклу, сплетенную из соломы. Девушка окинула присутствующих взглядом, ненадолго задержавшись на Идане. Ученица волхва закрыла глаза и выдохнула. Стоило Вере начать что-то негромко говорить, как толпа затихла.

К удивлению княжны, голос девушки звучал уверенно, громко, совсем не так, как обычно. Девица крепче сжала соломенную куклу и поднесла ее к огню. Та вспыхнула зеленым пламенем. Толпа ахнула. Вера говорила все громче и громче, но княжна не могла разобрать ни слова. Это был непонятный, возможно, древний язык. Зеленое пламя все сильнее разгоралось, быстро поглощало соломенную куклу. Пепел осыпался в котел с бурлящей жидкостью.

– …Морана! – Ярослава смогла понять только последнее слово. Это было имя богини.

Вера бросила в горшок догорающую солому и быстро перемешала варево. Зачерпнув миской травяной отвар, она подошла к Идану и поклонилась.

– Выпейте, князь. – Вера отвела взгляд, ее щеки зарделись, что было заметно даже в темноте, разбавленной лишь подрагивающим светом костра.

Идан отпил прямо из рук девушки. Он сделал пару глотков и отодвинулся.

– Когда подействует отвар? – спросила Ярослава.

Вера пожала плечами.

– Возможно, через день-два, если обряд сработал и Морана ослабила свою власть в этом городе.

– Разве не нужно всех напоить твоим отваром? И больных, и здоровых. Что, если язвы возникнут позже? – голос Идана казался слабее, чем до этого.

Вера вздрогнула и посмотрела себе под ноги.

– Сейчас важно излечить всех больных. Позже я сварю еще. Будет лучше, если каждый в Межецке станет пить отвар на протяжении трех дней утром и вечером. – Вера вдруг замялась. – Могу ли я обратиться с просьбой к князю?

Идан кивнул.

– Я не управлюсь сама с приготовлением снадобья. Да и собранных трав хватит на сегодня-завтра. Мне нужны… люди.

– Все, слушайте сюда, – Идан поднялся с места, опираясь на руку Ярославы, и посмотрел на воинов, – если завтра Вера подойдет к вам и скажет, что ей нужна помощь – бросайте все свои дела и выполняете ее приказы. Отказ будет расцениваться как предательство! Этот приказ не касается только тяжелобольных и тех, кто не может передвигаться из-за ранее полученных ранений в битве.

– Спасибо за помощь, – тихо отозвалась Вера.

– Это мы все должны благодарить тебя за то, что дала надежду. Если снадобья сработают, я, как князь, не останусь в стороне, озолочу тебя и выполню три любых желания.

Вера поклонилась и отошла к котелку. Толпа, пораженная увиденным, гудела.

– Подходите по одному. Каждый должен сделать глоток, – неуверенно проговорила ученица волхва, ее голос дрожал. Никто не услышал ее слов. Девушка попыталась сказать еще раз, но гомон заглушал ее. Только Ярослава открыла рот, чтобы попросить всех послушать Веру, как ее перебил зычный голос рядом:

– А ну, закрыли рты, коли жить охота! – рявкнула Лада и оттолкнула двух притихших дружинников. – По одному проходите к Вере! Первыми пусть подходят те, кто чувствует себя хуже всего.

Лада прошла через толпу, люди перед ней отчего-то расступались, и на собственном примере показала, что следует делать. Ярослава заметила, что девушка выглядит непривычно бледной, ее лицо осунулось. Неужто подхватила хворь?

– Такую бабу надо ставить во главе отряда, – рассмеялся Идан, а затем закашлялся.

Толпа с площади разошлась только тогда, когда солнце поднялось над горизонтом. Вера выглядела изможденной, под большими глазами залегли тени. Она сидела на лавочке и клевала носом.

– Этого достаточно, теперь поспите. – Ярослава проводила последнего воина взглядом и присела рядом. В голове гудело, глаза слипались. Она повернулась к девушке. – Ты хорошо справилась. Если брат и войско вылечатся, проси у меня, что хочешь, я постараюсь помочь тебе, чем смогу.

Вера, укуталась в лоскутное одеяло, принесенное ранее благодарными дружинниками, и помотала головой:

– Князь Идан уже предложил мне больше, чем я заслуживаю, – девушка устало прислонилась к плечу Ярославы.

– Если все вылечатся, то воины смогут вернуться к охране границ, а князь будет жить. Это спасение целого княжества. Неужели ты вправду считаешь, что не можешь требовать большего?

Вера ничего не ответила. Присмотревшись, Ярослава поняла, что девушка заснула. Княжна сделала знак рукой подойти одному из дружинников, что охранял площадь.

– Отнеси Веру в ближайший хороший дом на перину, пускай отоспится, – прошептала девушка и сама поднялась.

Ярослава решила проведать Идана, а после найти Александра. Вчерашний разговор так и остался неразрешенным, а внутри от него до сих пор неприятно саднило. Княжна не увидела мужчину во время ритуала, хотя то и дело высматривала его в толпе.

У дома Идана дежурил неизвестный Ярославе дружинник. Он поклонился княжне и открыл перед ней дверь. Девушка пригнулась и вошла. Отвратительный запах трав стал слабее, но все еще сильно бил в нос. К нему добавился тонкий освежающий аромат снадобья ученицы волхва.

– Кто пришел? – раздался голос Идана из спальни.

– Это я, брат, как ты себя чувствуешь? – Ярослава вошла в комнату.

Идан сидел на кровати. Ноги его были укрыты одеялом. Ярослава заметила, что князь быстро свернул потертую карту и убрал к подушке, как только девушка показалась в проеме. Мужчина слегка улыбнулся.

– Ты правда себя чувствуешь лучше или просто притворяешься? – Ярослава присела на перину и приложила руку ко лбу брата. Жара не было.

– Разве князь может врать, особенно своей сестре? – улыбнулся мужчина.

– Еще как может! Забота о княжестве – это хорошо, но кто будет это делать, если с князем приключится беда? – Ярослава сложила руки на груди и недовольно уставилась на брата. – Ты всегда так делал, когда речь шла о твоем здоровье. Как только тебе чуть полегчало, ты схватился за дела. Хочешь опять слечь?

Идан лишь рассмеялся и на мгновение виновато уставился на лоскутное одеяло, будто провинившийся ребенок. Ярослава присела рядом и обняла брата. Никто никогда не давал ему поблажек с самого детства, оттого вырос он сильным, суровым, непобедимым и крайне упертым. Но только княжна знала, сколько усилий он прилагает для этого образа, и как Идану бывало тяжело. В детстве они вместе сбегали, пока никто не видел, игрались, скакали по полям на конях и звонко смеялись, сейчас же он не позволял себе ни одного необдуманного действия.

Пока брат замешкался, девушка подхватила карту и развернула ее. Идан не стал забирать. Но будь это кто-то чужой, то уже оказался бы без головы на плечах.

Ярослава внимательно взглянула на карту. Положение действительно было плачевным. Судя по всему, кочевники обогнули горы и расположилась в долине. Они стремились взять Межецк в кольцо.

– Хм, перевал в горах и вы, и кочевники игнорируете, хотя это самый близкий путь. – Ярослава поежилась, вспоминая двенадцатиголовую тварь и великана. – Я бы тоже туда не пошла еще раз, но Вере нужны травы. Как много дней у нас есть в запасе перед нападением?

– Вчера десяток добровольцев отправились во вражеский лагерь. Хворь распространяется стремительно. Если заразу заметят, то мы выиграем несколько дней. Лазутчики уже доложили, что с каждым днем кочевники подходят к городу все ближе вот здесь и вот здесь. – Идан провел пальцами по карте. Создавалось впечатление, что в Межецк хотят войти с двух сторон.

– Когда вы планируете покинуть город?

– Самое позднее – завтра вечером. Мне стало лучше после снадобья. Думаю, что другим воинам тоже. Пока одна часть дружинников будут помогать Вере с поиском трав и готовкой, другая вместе с оставшимися местными жителями, будет готовить костры около стен и в ближайших к ним домах. Нам нужно, чтобы огонь разгорелся стремительно, иначе план провалится. – Идан замолчал, а затем тяжело выдохнул. – Нам придется спалить целый город и пожертвовать множеством жизней, чтобы предотвратить дальнейшее распространение войны. Ты бы знала, скольких мы уже потеряли. Если это не поможет, то Старгородское княжество обречено.

– Я уверена, что мы справимся. – Ярослава приобняла брата за плечи.

– К сожалению, нам остается только молиться Стрибогу и Перуну, чтобы они не наслали непогоду, иначе этот план рухнет, а другого у нас нет.

Раздался громкий стук в дверь, затем кто-то вошел.

– Князь, есть новости от лазутчиков. Разрешите доложить! – в спальне показался Митрофан. – Доброго утра, княжна Ярослава, – пробасил мужчина и глубоко поклонился.

– И тебе доброго утра. Идан, я пойду, не буду вас отвлекать.

– Я бы предпочел, чтобы ты осталась, Яся.

Ярослава была удивлена словам брата. Она вопросительно на него посмотрела.

– У тебя свежий взгляд на сложившуюся обстановку. Может, появятся еще кой-какие идеи. И если ты доверяешь своему спутнику, Александру, кажется, то мы могли бы выслушать и его.

– А разве… – Ярослава прикусила язык. Еще вчера ей показалось, что Александр выглядит чужим среди дружинников. Никто с ним не здоровался, и он никого не приветствовал. Теперь Идан говорит так, будто не знает его, хотя Александр сказал, что его послал в Старград сам княжич. – Давай я обсужу это с Александром, а позже зайду к тебе?

– Как пожелаешь, сестра. Ступай.

Митрофан склонил голову, когда Ярослава выходила из спальни. Стоило ей ступить за порог, как она понеслась к ближайшим дружинникам:

– Вы видели Александра?

– Доброго утра, княжна. Александр… Который сын кузнеца? Или тот, что из ближайшей деревни к нам недавно присоединился? – дружинники переглянулись между собой.

– Нет, мужчина, что прибыл со мной. Вы видели его?

– А-а-а, тот крупный молодец, – дружинник, что постарше, почесал бороду в раздумьях, а затем распахнул глаза, будто на него озарение снизошло. – Он утром коня вашего кормил, а затем я видел, как он с девкой деревенской разговаривал, которая вместе с Верой пришла. Это было вон там, в двух улицах отсюда, а там, как направо повернете, выйдете к дому с накренившимся крыльцом. Куда пошел дальше, мне неведомо.

– Благодарю.

Ярослава побежала в указанном направлении. В ее голове роилось множество мыслей. Если никто из дружины не знает Александра, откуда он тогда взялся? Откуда он столько знает о событиях, происходивших у границы? Почему на нем надета кольчуга дружинника? Что из того, что говорил мужчина, правда? Ярослава почувствовала, как ей словно открыли глаза на происходящее. Она слепо пошла за незнакомцем, доверившись ему. Сколько бы ни думала, она не могла понять намерений Александра.

* * *

Зенина сидела на полу и не могла успокоиться. Слезы катились по ее щекам, девушка то и дело всхлипывала. Она осознала, что больше никому нельзя доверять. Ведьма, даже будучи прикованной, сумела навести чары на Игоря. Если он зарубил Дарена, значит, скоро придет и за ней. Принцесса не сомневалась, что в этот раз ведьма не отпустит ее. Зенина старалась переключить внимание на что-то другое, но каждый раз вспоминала отвратную картину, как лезвие разрубает тело юноши. Столь ужасающего зрелища ей не доводилось видеть прежде. Даже в тот день, когда она прибыла в Старград. Судя по словам Дарена, именно тогда ведьма заняла ее место. Принцесса всхлипнула и припомнила темную ночь, перед прибытием в Старград.

Поначалу дорога была скучной и однообразной. Все казалось одинаковым: поля, леса, степи. То ли дело море в Алтин. Бескрайнее, синее, манящее.

Когда солнце склонилось к закату, что-то изменилось. Зенина почувствовала чей-то пристальный взор.

– Ты слышал? – спросил один всадник другого.

Услышала и Зенина. Вдоль бесконечно тянущейся дороги пролегал лес. Там, за деревьями, то и дело что-то трещало. Принцессе казалось, что она может разобрать чьи-то глухие шаги. Неожиданно раздался вой. Всадники переглянулись и ускорили коней.

– Если не ошибаюсь, Старград находится в той долине. – Мужчина указал пальцем перед собой. Он был прав, до города оставалось несколько верст. Всадники не жалели коней, то и дело оборачивались. Повозка поскрипывала, попадала на камни и подскакивала. Зенина вцепилась в деревянные борта, боясь вылететь. Казалось, вот-вот и колеса не выдержат погони. Так и произошло. Подскочив на очередном камне, дерево хрустнуло, надломилось, повозка завалилась вперед и пропахала несколько саженей прежде, чем остановилась. Всадники беспокойно закружили вокруг. Несколько человек спешились и принялись осматривать принцессу и повозку, другие вынули изогнутые мечи и осматривались по сторонам. Один из мужчин подобрал откатившееся колесо и подтащил ближе. Другой кинулся к Зенине. Девушка выглянула из повозки и заозиралась, не обращая внимания на боль в плече. Страх был сильнее. Если бы не тяжелые шкуры и приданое, надежно привязанные к повозке, девушка бы уже лежала на земле.

– Принцесса, счастье, что вы в порядке. – Воин подбежал к Зенине и помог сесть.

Неожиданно в кустах справа что-то хрустнуло. Из леса раздался отвратительный вой, столь высокий, что заложило в ушах. Кони заржали и нетерпеливо стали переступать на месте.

– Поедем верхом на конях! – Зенина хотела было встать, но воин толкнул ее в ткани и накинул сверху тяжелую шкуру.

– Прошу, спрячьтесь и не показывайтесь, чтобы вы ни услышали.

Принцесса замерла, в груди галопом скакало сердце. Прислушавшись, Зенина не услышала ничего. Тишина казалась всепоглощающей. Девушка лежала под шкурами и боялась пошевелиться. Она не понимала, что происходит и надеялась, что воины отца смогут ее защитить от любой опасности. Она не смогла сдержаться, содрогнулась, когда мужчины стали кричать. Она слышала быстрые шаги, крики своих людей, лязг мечей. Что-то билось о повозку, кони ржали в ужасе. Все прошло настолько быстро, будто померещилось.

Тишина снова заволокла все вокруг.

Повозка дернулась, кто-то запрыгнул. Девушка затаила дыхание, крепче сжала мягкую шкуру. Кто-то шумно втягивал воздух, со свистом. Шкуры рядом начали ворошить, и девушка отчаянно впилась в ту, что укрывала ее от нападавшего. Сердце колотилось в груди, чужеземка боялась вздохнуть. Разбился какой-то горшок. Внезапно острые когти прошлись от плеча до груди девушки, раздирая вместе с толстой шкурой нежную кожу. Девушка с трудом сдержала крик. Боль была невыносимой. Больше она ничего не помнила. В следующий раз она очнулась уже крохотной птицей.

Зенина притронулась к своему плечу, но не обнаружила ни следа. Кожа была гладкая, не было ни царапинки. Она точно помнила, что ее поранила какая-то тварь с длинными когтями. Но какой зверь мог перебить лучших воинов императора? К этому точно приложила руку ведьма.

Принцесса оглянулась по сторонам, ища блюдце. Зачарованная вещица закатилась за сундук. Девушка посмотрела на потертую и расцарапанную поверхность. Чары рассеялись. Зенина дрожащей рукой принялась выводить символы на блюдце.

– Сквозь Явь и Навь заворожи, Игоря покажи.

На этот раз пол под ее ногами лишь немного изменился. Доски быстро двигались, мужчина шел. Девушка подняла руки и увидела сквозь стену, как Игорь идет по дворцу. В руке он сжимал окровавленный меч. Он шел к ее покоям!

Девушка вскочила, подбежала и прижалась спиной к двери. Но разве это могло остановить мужчину? Конечно нет. Зенина в панике оглядела комнату, ища, где спрятаться. Ее взгляд упал на большой сундук. Принцесса подбежала и откинула крышку. Внутри лежало слишком много различных вещей. Она взяла в охапку столько, сколько было возможно и побежала к перине, бросила ткани и накрыла одеялом. Девушка залезла в сундук и закрыла крышку. В этот момент она услышала, как дверь открылась и с грохотом ударилась о стену. Зенина сидела в неудобной позе и боялась пошевелиться. Она тихонько подняла зеркало и посмотрела в сторону двери. Мужчина стоял в проходе и тяжело дышал. Его взгляд блуждал по комнате. Он был не в себе. С его меча стекала густая кровь.

– О, чего это вы пришли так поздно? – в коридоре появился Бодя. Мужчина улыбнулся и заглянул в покои. – К принцессе пожаловали?

Игорь прошел быстрым шагом к перине и откинул одеяло.

– Где она? – вместо оговоренного «свиристель» прорычал мужчина и направился к Боде.

Мужчина пожал плечами.

– Выбежала как ужаленная только что и побежала вниз, – как ни в чем не бывало сказал дружинник и улыбнулся.

Игорь прошел мимо и вышел из покоев. Бодя некоторое время стоял у двери, затем юркнул внутрь.

– Принцесса, вы здесь? – шепотом спросил Богдан. – Не бойтесь, он ушел.

Зенина не спешила вылезать из своего укрытия. Вдруг это какая-то уловка и Бодю тоже подчинила ведьма. Девушка посмотрела в блюдце и увидела, как Игорь выбежал из дворца.

Мужчина почесал затылок.

– Не бойтесь, выходите… Свиристель!

Услышав последнее слово, принцесса почувствовала, словно камень упал с плеч. Ведьма не знала их тайного слова, иначе Игорь бы проговорил его. Девушка медленно приподняла крышку сундука.

– Ах вот вы где! – засмеялся мужчина. – Чем не удружили Игорю?

Бодя помог выбраться из сундука.

– Ведьма… она навела чары. – Слезы снова защипали глаза. – Игорь убить Дарена!

Девушка заплакала. Ей было безумно страшно. Принцесса не знала, что ей следует делать. Что, если Игорь вернется и убьет ее?

– Ну-ну, не плачьте! Значится, Дарен мертв… – едва заметно губы мужчины дрогнули в улыбке.

На лестнице послышались быстрые шаги.

– Он идет за мной! – взвизгнула Зенина и сжалась в комочек. Бодя выступил вперед, вынул из-за пояса длинный нож.

– Принцесса! Принцесса! Откройте! – раздался голос запыхавшейся служанки. – Я вхожу!

Дверь распахнулась. Зенина зажала себе рот руками, чтобы не закричать. В комнату ворвалась служанка, которую принцесса еще не видела.

– Что здесь… Ты! – полненькая миловидная девушка уперла руки в бока и злобно уставилась на Бодю. – Я сейчас же доложу, что…

– Нет-нет-нет, не доложишь, потому что я здесь по приказу. – Мужчина спрятал за спиной нож и улыбнулся девушке. – Мне сказали проведать принцессу и проверить, что с ней все в порядке.

– Проверка окончена, уходи. – Девушка, не стесняясь, подошла к шкатулке с украшениями на столе и начала в ней что-то искать. Зенина недовольно посмотрела на наглую девку. В Старграде, видно, слуги неотесанные.

Топот ног по лестнице заставил Зенину вздрогнуть и забыть о шкатулке, а сердце забиться еще быстрее. Но вместо Игоря в комнату вбежали Малуша и еще какая-то незнакомая служанка.

– Быстрее, принцесса, у нас нет времени! Княжич Олег желает ранним утром выехать в Заречинск. – Малуша подлетела к Зенине и протянула ей руку. – Нужно вас умыть, причесать и одеть, как подобает. К утру как раз успеем все сделать. Аленка, подготовь тот наряд заморский, о котором я говорила. Злата, погрей воду. А ты, мужлан, проваливай из комнаты, пока не донесли на тебя.

Алена бросила рыться в шкатулке и кинулась к сундуку с одеждой, а Злата вылетела из комнаты. Бодя под шумок тоже вышел. Напоследок он что-то прошептал принцессе. К сожалению, Зенина не смогла понять слова по губам.

– Ой! А сундук-то почти пустой! – воскликнула Алена.

Малуша огляделась и указала на перину, где лежала гора вещей. Алена без промедления оставила в покое сундук и поспешила к перине. Откинув несколько нарядов, она вытащила полупрозрачную ткань и показала всем, вопросительно глядя. Светло-голубое одеяние выглядело невесомым. Несмотря на то, что шаровары и топ с пышными рукавами были расшиты тонким золотым узором, сквозь ткань можно было подробно рассмотреть детали комнаты.

– Да, этот. Принцесса поедет в нем.

– Я не поеду в нем! – Зенина подлетела к служанке, вырвала наряд из ее рук и спрятала за спиной. Злость и страх одолевали принцессу. Сначала Игорь пытается найти и убить ее. Теперь глупые люди роются в ее вещах и собираются прокатить по городам в непотребном виде.

Кажется, на мгновение служанки были удивлены внезапному крику принцессы, которая до этого и слова сказать не могла.

– Этот наряд подойдет по вкусу княжичу Олегу, – отозвалась Алена.

– Это одежда для сна! – крикнула Зенина, еле сдерживая слезы. Ей хотелось сбежать к своему любимому Али. Он бы утешил ее, не дал бы никому издеваться над ней, защитил. Но Али рядом не было. – Вы не опозорить меня перед всеми в этом.

– Мы рассказывали княжичу Олегу обо всех ваших нарядах, и он приказал одеть вас в эту одежду.

Зенина сжала кулаки до такой степени, что костяшки побелели. Она не привыкла использовать свою власть во вред. В императорском дворце не было в этом необходимости, все любили и уважали ее. Но здесь…

– Я прикажу снять с вас одежда и провести по городу от дворца до ворот. От ворот до дворца. Снова и снова. И скажу императору, что Олег унижать меня, принцессу Алтин. Делать, как я говорю, или быть война!

– Простите нас, Ваше Высочество! – Служанки в испуге упали на колени и припали лбами к полу с глухим стуком.

В этот момент вернулась Злата. Она застыла в проходе с ведром воды, не зная, преклонить ей колени или продолжить заниматься своим делом.

– Алена, умой принцессу, Злата, собери все украшения, а я подберу одежду. Ваше Высочество, какой наряд вы желаете надеть?

Зенина уставилась на Малушу, голос которой теперь стал еще более противный и писклявый. Дураку понятно, что она начала лебезить. Лишь несколько слов могут так сильно изменить отношения людей.

– Отвратительно.

– Простите, Ваше Высочество, я… Я не понимаю ваш язык.

– Темно-красный наряд с золотом.

Отвратительную лужу рвоты на полу и вовсе заметили не сразу, никто даже не поинтересовался, все ли с принцессой хорошо. Малуша лишь коротко приказала убрать. Зенина стойко терпела, пока ее кожу терли до красна. Затем долго прочесывали гребнем волосы. Неумелые служанки то и дело вырывали целые клоки. Одеваться и вовсе принцессе пришлось самой, так как девки не смогли разобраться, как надевать наряд.

К счастью, Игорь так и не пришел. Приходилось прислушиваться к каждому шороху. Зенине не терпелось снова взять в руки блюдце и узнать, где находится околдованный мужчина.

Сборы завершились раньше, чем небо стало светлеть. Принцессу схватили за руки и потащили прочь из покоев. Девушка только и успела, что подхватить блюдце. Зенина озиралась, пока ее вели по дворцу, искала глазами Бодю или Игоря. Но мужчин видно не было. Перед дворцом суетилось множество людей. Кто-то седлал коней, кто-то готовил повозки, кто-то руководил процессом. Все были заняты делом. Судя по внезапным сборам, Олег совершенно не умел бороться со своими желаниями. К такому принцесса не привыкла.

– Я не хочу, чтобы она ехала с нами! – заверещала Любава, когда служанки привели Зенину к богато украшенной закрытой повозке. Девицу князя разодели в безвкусный темно-синий наряд, увешанный сотнями драгоценных камней, на голову надели конусовидный головной убор, который принцесса видела только в Старграде. Вроде бы местные называли его кокошник. На нем расшитых драгоценностей было больше, чем ткани. Удивительно, как такую тяжесть можно носить на голове. В Алтин головные уборы утонченные, не громоздкие. В толстые косы Любаве вплели красные и золотые ленты.

– Помолчи и подвинься. – Олег дернул девушку за руку, отчего та ойкнула. – Почему принцесса не надела тот наряд, о котором говорили служанки?

Зенина поежилась от отвратного липкого взгляда на себе, но сдержала эмоции.

– Ох, а этот наряд мне не к лицу? – принцесса опередила служанок, показательно прикрыла рот рукой и удивленно подняла брови. Эту фразу она отточила с Дареном. Стоило подумать о юноше, как перед внутренним взором вновь предстала отвратная картина разрубаемого тела. Принцесса с трудом смогла сглотнуть подступивший к горлу ком.

– Очень даже к лицу. – Олег изучающе окинул Зенину взглядом, а потом вновь обратился к служанкам: – На этот раз забуду о том, что вы не выполнили мой приказ. Забирайся. – Он протянул руку Зенине.

– В империя Алтин нельзя до свадьбы быть вместе. Я поехать отдельно, – принцесса отступила и улыбнулась.

– А в Старгородском княжестве все подчиняются приказам князя. Так что полезай в повозку. – Мужчина обнял Любаву за талию и теснее прижал к себе, освобождая больше места Зенине.

– Не забывайте, я все еще не относиться к Старгородскому княжеству. Отец обязательно спросит, уважать княжич Олег традиции Алтин или нет. Вам стоит выделить мне отдельную повозку.

Олег раздраженно свел брови к переносице и приблизился к принцессе. Зенина почувствовала себя птичкой, загнанной хищником в ловушку.

Девушка поежилась, но постаралась не показывать страха.

– Заруби себе на носу, я князь, а не княжич! Подать принцессе коня, – громко проговорил Олег. – Она желает ехать верхом.

Зенина не ожидала такого. Она с детства училась верховой езде, но в поездках всегда путешествовала в повозке. Ей не доводилось отправляться в долгое путешествие верхом на коне. В любом случае она была согласна и на это, лишь бы не ехать вместе с Олегом и поскорее убраться подальше от Старграда, чтобы не попасться Игорю.

– Князь, но до Заречинска с утра и до полудня ехать. Принцесса устанет. – Зенина вздрогнула, когда из-за ее спины вдруг выглянул Бодя. Мужчина улыбнулся и поклонился князю.

– Я сказал, что принцесса едет на коне! – прорычал Олег, и все вокруг затихли, вжали головы в плечи. – А этого болтуна, ты, – Олег тыкнул в первого попавшегося дружинника, – бросить в темницу. Мне не нужны те, кто не слышит меня.

Дружинники в удивлении раскрыли рты и переглянулись. Все остальные лишь с сочувствием глянули на товарища. Богдан чуть помедлил, но все же опустился на колени и поклонился до самой земли.

– Челом бью, князь! Я лишь переживаю о том, что подумает император, если принцессе станет плохо в дороге.

Олег нахмурился, но затем удовлетворенно усмехнулся. Видать, ему нравилось такое поведение подданных. Он хотел, чтобы все чувствовали его новообретенную власть.

– Раз так считаешь, то будешь ее личным охранником и слугой. Будешь следить, чтоб ей не стало дурно. Отвечаешь за нее головой, – рассмеялся Олег. – Усадите девку на коня. Мы выдвигаемся!

Любава бросила на Зенину победоносный взгляд.

– И как боги позволили стать князем такому, как ты… – тихо проговорила принцесса и с отвращением поморщилась, игнорируя девку. – Почему мне нужно выйти замуж именно за Олега. Он мне совершенно не нравится.

Богдан поднялся с земли и улыбнулся девушке. Мужчина все еще оставался загадкой. Зенина не могла понять, что это за человек, можно ли ему доверять. В его взгляде не было и капли страха перед князем. Он выглядел так, словно все идет по его заранее продуманному плану.

Глава 15 заречинск

Старград давно остался позади, в живописной долине. Столько цветов осенней листвы Зенина никогда не видела. Желтые, красные, реже зеленые тона перекликались между собой. Принцессе захотелось спешиться и прогуляться вдоль быстрой речушки по усыпанной листвой траве. Но стоило выехать из пестрящей яркими красками долины, где располагался Старград, как пейзаж стал унылым. Впереди маячили лишь бесконечные поля, степи, да края лесов. Было по-своему красиво, но однообразный вид наскучил быстро. Зенина в очередной раз подумала о красоте бескрайнего моря, которое ей не суждено увидеть снова. Мысли об Алтин одновременно грели душу и расстраивали, ведь где-то там остался ее Али и семья.

Чем дальше становился Старград, тем сильнее Зенина чувствовала, как ломит поясницу и бедра. Костяшки рук натерлись от поводий. Дорогая ткань одеяния пропиталась потом. Холодный ветер устремлялся прямо в лицо, продувал до костей. В Алтин тоже были суровые осень и зима, но там принцессе не приходилось подолгу находиться на улице. Она могла сколько душе угодно сидеть у окна в своей опочивальне и смотреть на море. Вид всегда был один, но Зенина каждый раз замечала что-то новое. Казалось, море не бывает одинаковым. Оно было ее другом, со своим характером и переменчивым настроением.

Сидя на коне, негде было укрыться от пронизывающего ветра. Зенина уже множество раз успела пожалеть о своей упертости. Может, стоило бы потерпеть компанию Олега и его девицы?..

Бодя ехал рядом, но за всю дорогу не проронил ни слова, лишь иногда улыбался принцессе. Он всегда держался рядом, готовый прийти на помощь. Так хотелось думать Зенине, чтобы успокоить себя. А причины для волнения были. Через некоторое время, как делегация выдвинулась, ее нагнал Игорь. Мужчина следовал рядом с повозкой князя, позади принцессы. Зенина чувствовала на себе его пронзительный взгляд. При виде дружинника девушку одолевала тошнота, то и дело подкатывающая волнами к горлу. Яркими картинами перед глазами возникали образы разрубаемого юношеского тела и стекающая с меча густая кровь. Несколько раз мужчина вел коня по правую руку от принцессы и смотрел на девушку, будто хотел что-то сказать, но Зенина нервно отводила взгляд и теснила коня к Боде. И каждый раз сердце почти останавливалось от страха.

– Принцесса, может, попросим привал? – Бодя спросил намеренно громко, так, чтобы и дружинники, и князь услышали. Мужчины бросили сожалеющие взгляды на Зенину, кто-то закивал. Олег же даже не выглянул из повозки.

– Нет, я в порядке, – пробормотала Зенина и покосилась на Игоря, ведущего своего огромного коня позади. Принцесса мечтала спуститься, согреться и отдохнуть, но страх был сильнее. Если Игорь поехал с ними, значит, и ведьма может быть где-то рядом. Эти мысли не давали покоя. Зенина не желала вновь примерять птичье обличье. Лучше уж и дальше терпеть холодный ветер да боль в пояснице. Вряд ли ведьма что-то сделает на глазах у дружинников.

Или все же сделает?

Страх пробрал до самых костей, пробежавшись мурашками по телу от осознания. Казалось, на девушку вылили ведро ледяной воды. Если не ведьма, то кто уничтожил всю делегацию Алтин по пути в Старград?

Зенина на мгновение почувствовала, как в глазах потемнело, то ли от страха, то ли от усталости.

– Принцесса, держитесь, – девушка услышала громкий возглас Боди прежде, чем пелена с глаз пропала. Зенина стиснула покрепче поводья и села, как ни в чем не бывало. Нужно терпеть. Нельзя оставаться рядом с Игорем.

Остановиться все же вскоре пришлось, когда из повозки донесся женский плач. Видать, Любава услышала очередное предложение Боди отдохнуть и решила воспользоваться случаем, чтобы размять ноги. Процессия остановилась.

– Моя спина… – хныкала Любава, вылезая из повозки. – Она так болит… Как можно так отвратительно вести повозку?!

Олег в тот же момент назначил другого дружинника, а предыдущего приказал бросить в темницу по прибытии в Заречинск. Зенина недовольно посмотрела на новоявленного князя и отвернулась. Олег казался не новым правителем, а глупцом, не умеющим ничего, кроме как поесть да потискать девок. Девушка нехотя остановила коня и позволила Богдану помочь ей спуститься. Ноги подкосились, стоило им коснуться земли. Если бы не мужчина, то девушка бы с позором грохнулась оземь.

Зенина вздрогнула, когда Игорь громко спрыгнул на землю совсем рядом.

– Идем, – сказала сквозь зубы принцесса и дернула Бодю за рукав рубахи.

Они отошли подальше от Игоря.

– Оу, другие могут неправильно вас понять, принцесса, если будете меня так за рукав таскать. Хотя я не против, – мужчина хитро улыбнулся, но тут же получил суровый взгляд Зенины.

– Я думать, что ведьма где-то рядом. – Принцесса оглядела людей. Все были заняты делом. Было видно, что для дружинников это рутинное дело. Пока один разводил костер, другие уже подготовили небольшой навес для князя и Любавы по приказу Олега.

Кто-то отправился на охоту, вооружившись луком. К счастью, Игорь не последовал за принцессой, остался в лагере раздавать приказы подчиненным. Но Зенина то и дело ловила на себе его взгляд.

– Не видел здесь никого, похожего на ведьму, – Бодя пожал плечами и хитро улыбнулся. – Разве что ваша красота накладывает на меня сильные чары…

Зенина возмущенно посмотрела на дружинника и закрыла ему рот ладонью.

– Не сметь со мной так говорить!

Богдан поднял руки над головой. Зенина убрала ладонь. Мужчина наклонился и заговорил более серьезно:

– Я правда не заметил никого, кто мог бы походить на ведьму. Помимо дружинников, князя, его девки и вас, никто не поехал в Заречинск. Даже Траян и Отрада прибудут чуть позже.

– А что насчет Игоря? – Зенина сложила руки на груди и недовольно посмотрела на Бодю. Этот мужчина ничуть не походил на человека, способного защитить ее. Казалось, он только и умеет, что языком чесать.

– Может, стоит с ним поговорить? Вдруг чары ведьмы спали, – предложил Богдан.

– Нет, – отрезала Зенина. – Я ему не доверять.

– А я все равно поговорю. Чутье подсказывает мне, что не просто так он сверлил вас всю дорогу сожалеющим взглядом. – Мужчина тут же развернулся и направился к Игорю, пока Зенина открывала и закрывала рот, словно рыбка. Девушка пыталась подобрать слова, чтобы высказать свое возмущение, но так ничего и не смогла сказать. Оставалось лишь безмолвно наблюдать за удаляющимся дружинником.

Разговор выдался длинным. Принцесса присела в стороне на плотной ткани под деревом, искоса наблюдая за мужчинами. Игорь и Бодя отошли от лагеря, из-за чего невозможно было разобрать слов. Оставалось только наблюдать. К ее сожалению, Богдан так ни разу и не сменил свою ухмылку. Девушка вынула припрятанное в кармане платья блюдце и принялась выводить пальцем символы на его поверхности.

– Сквозь Явь и Навь заворожи, ведьму покажи.

Поверхность блюдца даже не дрогнула. Наверное, нужно знать имя человека, чтобы увидеть его. Зенина вздохнула и убрала блюдце. Мужчины все еще разговаривали. Игорь стоял спиной, его лица рассмотреть было невозможно. Богдан же все также активно жестикулировал. На его лице застыла ухмылка. Это напомнило о масках, которые она как-то раз видела на представлении бродячих скоморохов. Казалось, Бодя мастерски примеряет на себе различные эмоции, но при этом они никогда не бывают искренними. Зенина не знала, что скрывается за его ухмылкой.

– Почему перстень все еще не нашли?! – Зенина обернулась на крик Олега. – Я приказал перевернуть все княжество, но отыскать перстень!

Лицо мужчины побагровело от злости.

– Да что ты так злишься из-за какой-то безделушки? – захныкала Любава. – Никто не сможет занять твое место!

– Молчи, дура, раз ни в чем не смыслишь! – прорычал князь и влепил девке звонкую пощечину.

Странные местные обычаи. Как может от перстня зависеть судьба целого княжества? Зенина не понимала этого. На ее родине, в Алтин, правителя выбирал народ. Да, принцы и принцессы тоже могут стать императорами, но если их считают недостойными, то никто бразды правлениям им не передаст. С другой стороны, принцесса надеялась, что перстень достанется мудрому и сильному человеку, способному сместить Олега с его новообретенного места.

Вскоре, когда Богдан вернулся, он не проронил ни слова.

– О чем вы говорить? – поинтересовалась Зенина, не скрывая любопытства.

– О том, о сем. Вам не холодно? Мне принести шкуры?

– Говори! – Зенина сложила руки на груди, не желая слушать отговорки Боди.

– Вам не о чем беспокоиться принцесса, просто тихонько езжайте в Заречинск на свадьбу.

– Говори!

Но Бодя проигнорировал это требование, потом еще и еще. Зенина почувствовала, как внутри закипает злость. Богдан не желал ничего рассказывать. Верно, он принял сторону ведьмы, раз не желает ничего говорить. Или же все-таки есть причина, почему он молчит?

Когда делегация двинулась дальше, Бодя переменился. Он говорил без умолку. Рассказывал, как называются деревья или одежда воинов, о богах княжества, об обычаях. Зенина не стала больше расспрашивать про разговор с Игорем. Она чувствовала, что у нее больше не осталось союзников, на которых можно было бы положиться. Обдуваемая пронизывающем ветром, она ощущала еще больший холод одиночества, в котором очутилась на чуждой земле.

Чем выше поднималось солнце, тем чаще стали попадаться деревни. Поначалу Зенина с интересом рассматривала необычные дома и загорелых людей. Они с не меньшим любопытством смотрели на проезжающую мимо процессию. Дети бежали следом и что-то выкрикивали. Вскоре и это приелось. Принцесса была уверена, что ехать осталось совсем немного. Города всегда были центром торговых путей. И действительно, взойдя на очередной холм, вдали они увидели деревянную крепость. Прямо перед ней текла стройная речушка. Оттого, видимо, и назвали город Заречинском.

Ехать было еще прилично, крепость казалась крохотной. Зенина не могла даже рассмотреть, стоят ли стражники у ворот. Приложив ладонь козырьком ко лбу, девушка пригляделась. Неожиданно она увидела то, отчего все остальное вдруг стало неважным.

Принцесса, не раздумывая, погнала коня вперед, оставив позади удивленные возгласы дружинников.

Ветер свистел в ушах, а из глаз выбивались слезы. Боль в пояснице и руках будто бы исчезла. Зенина впервые за все время в Старгородском княжестве почувствовала себя счастливой.

– Папенька! – закричала девушка, перекрикивая ветер.

Совсем недалеко им навстречу двигалась делегация, которую Зенина не могла не узнать. Закрытая повозка алого цвета, украшенные красными тканями кони, необычная одежда воинов, что так выбивались на фоне жухлой травы. Принцесса гнала коня, желая как можно быстрее достигнуть цели. Воины, как один, обернулись на крик и вынули из ножен изогнутые мечи. Завидев принцессу, они тут же убрали оружие и спешились. Зенина дернула поводья, вынуждая коня остановиться. Растрепанные волосы упали на глаза, но девушка даже не обратила на это внимание. Не обратила она внимания и на протянутые руки воинов. Принцесса спрыгнула на землю, будто боли в пояснице не было вовсе, и бросилась к повозке отца.

– Зенина! Ты снова ведешь себя неподобающе! – проворчал император, но улыбка на его лице говорила о том, что он ничуть не злится. – Как же я соскучился!

Объятия императора всегда были уютными и теплыми. Густая борода и длинные волнистые волосы мужчины щекотали лицо, когда он одаривал свою дочь родительскими поцелуями. Теплые большие руки согревали лучше, чем любой костер.

С самого детства Зенина любила проводить время с отцом. Он не чурался брать ее с собой на прогулки, к воинам или на важные политические собрания, не стеснялся сажать к себе на колени или рассказывать истории на ночь вместо нянек.

В суровой чуждой стране, вдали от Алтин девушка чувствовала себя одиноко, а сейчас будто бы вновь очутилась дома.

– Приветствуем принцессу Зенину! – как один крикнули воины и припали в поклоне на одно колено.

– Принцесса, зачем же вы так? – к делегации прискакал еще один конь. Бодя задыхался от пыли, которую поднял скакун Зенины. Мужчина неуклюже слез с коня и тут же поднял руки, когда воины Алтин наставили на него мечи.

Зенина обернулась и посмотрела на дружинника. Он не выглядел растерянным или напуганным. На его лице красовалась обычная легкая улыбка.

– Я защищаю принцессу и помогаю ей в пути, – Богдан проговорил это медленно и четко, видимо надеясь, что его поймут. – Хайрете, Ваше Императорское Величество! Рады вас встречать в Старгородском княжестве. – Мужчина подошел ближе к императору, встал на колени и, приложив правую руку к сердцу, поклонился до земли, почти целуя ее. Чуть погодя он выпрямился, но с колен так и не встал.

– Кто этот мужчина? – император Алтин обратился к дочери, подозрительно глядя на дружинника.

– Это Богдан. Бодя. Он помогает мне и охраняет. – Зенина была удивлена. Не каждый знает, как приветствуют императорскую семью в Алтине. Бодя же сделал это так естественно, будто бывал в империи.

– Он больше походит на торговца. Это такую охрану князь приставил к моей дорогой дочери? – брови императора сошлись на переносице, но все же он повел своей рукой вверх, разрешая Богдану встать.

– Гой еси, Ваше Императорское Величество. Рады вас встречать в Старгородском княжестве, – топот копыт перемешался с громким, как гром, голосом Игоря. Дружинник спешился и поклонился до земли, как он обычно делает это перед князем.

– А этот уже больше похож на воина. – Император оценивающе посмотрел на Игоря.

Зенина грозно уставилась на дружинника. Находясь рядом с отцом, она словно почувствовала силу, обрела уверенность, что с ней ничего не случится. Казалось, император сможет защитить от любой напасти.

– Я ехать в Заречинск с отцом. Передайте князю. – Не дожидаясь ответа Зенина ловко забралась в повозку Алтин и поудобнее устроилась на мягких шкурах. Поясница и ноги наконец почувствовали облегчение.

– Мы не можем оставить вас, принцесса, – проговорил Игорь. – Если что-то случится, будет беда во всем княжестве.

– Брось это, – хохотнул император, – мои воины лучше твоей дружины справятся с любой напастью!

Зенина изумленно посмотрела на отца. Она и не знала, что он так хорошо говорит на местном языке. Не просто так он все время сидел за книгами и свитками. Принцесса с содроганием вспомнила, как ей и самой постоянно приходилось учиться.

Богдан и Игорь поклонились, без возражений оседлали коней и направились в сторону делегации князя, оставляя за собой облако пыли.

– Папенька, мне сказали, что вы прибудете только через несколько дней в Заречинск. Как же так вышло, что вы здесь оказались раньше нас? – Зенина опустила голову на плечо отца и обняла его руку.

– В Заречинск? Мы направлялись в Старград, – задумчиво проговорил мужчина и почесал бороду. – Я очень хотел увидеть свою кровинку, сердце мое болело за тебя. Я благодарен богам, что они соединили наши дороги. – Император погладил принцессу по голове и вдруг с ужасом посмотрел на нее. – Ох, моя дорогая Зенина, твои волосы совсем спутались. Эразм, подай гребень, что я приготовил дочери в качестве подарка.

В повозку заглянул крупный статный мужчина. Зенина знала его с детства. Воин всегда находился рядом с отцом, защищал его, командовал императорскими воинами. Как обычно, его волосы были коротко острижены, где-то проглядывала седина, а глаза прищурены, будто бы он кого-то высматривает. На правой щеке неровной линией расположился шрам, тот самый, который он получил из-за неосторожности Зенины. Если бы они только знали, почему Зенина в тот день покинула стены дворца…

Сердце ускорило ритм. Принцесса вылезла из повозки и принялась осматривать воинов делегации, пока не встретилась взглядом с яркими карими глазами. Юноша еле заметно обворожительно улыбнулся.

– Али… – лишь одними губами Зенина произнесла это приятное сердцу имя, как почувствовала, что щеки будто горят. – Мой дорогой Али…

Сын Эразма отвел взгляд и уставился куда-то на гриву коня, пытаясь скрыть улыбку. Кончики его ушей покраснели, что было заметно даже на его смуглой коже. Он все же решил пойти по стопам отца и стал воином, хотя противился этому.

– Принцесса, вернитесь в повозку. Мы отправляемся в… Как называется этот город? – проговорил Эразм и протянул императору гребень.

– Заречинск. Вон та крепость, – Зенина улыбнулась мужчине, указала своей тонкой рукой на город за речкой и вернулась на свое место в повозке. На Али она больше не смотрела, хотя желание бросить все и обнять его билось мощными волнами где-то в груди, словно бушующее море. Но никто не должен знать о них, особенно Эразм. И до сих пор им всегда удавалось скрывать эти тайные, но волнующие отношения.

Повозка тронулась. Отец принялся расчесывать волосы Зенине. Сама принцесса сгорала от предвкушения, как под покровом ночи встретится с Али.

Больше всего на свете она мечтала сбежать далеко-далеко, где нет ведьмы, князей и императоров. Где каждый выбирает, кем ему стать. Но на одной чаше весов находилась мысль о побеге с любимым, на другой – взаимоотношения двух государств. Если их с Али увидят вместе, если кто-то хотя бы подумает о том, что у них есть чувства друг к другу и расскажет об этом императору или князю, то быть большой беде, которая может уничтожить множество невинных жизней.

С этими мыслями Зенина вовсе поникла, пока отец мягко расчесывал ей волосы, а повозка монотонно качалась, приближая девушку к неизвестному.

Ярославе пришлось долго плутать по улицам и опрашивать людей в поисках Александра. Стоило прийти к месту, в котором мужчину видели последний раз, как его там уже не было, а прохожие отправляли в другое. Нашелся Александр на окраине Межецка. Мужчина собирал по округе траву, ветки и утварь, что легко воспламенялась, и заносил в ближайшие к стенам дома. Видимо, он выполнял приказ Идана, как и большинство.

– Александр! – Ярослава проглотила комок обиды и подозрений, подошла к мужчине с легкой улыбкой.

– Ты все же пришла ко мне. – Александр забросил в дом через окно все, что успел собрать, отряхнул одежду, развернулся к княжне и развел руки в стороны для объятий. Лицо его было грустным. Ярослава не проронила ни слова, но прильнула к мужчине. Она не знала, спрашивать его в открытую обо всем или сперва понаблюдать. Но Александр заговорил первым:

– Последний наш разговор… Я сожалею, что сказал такое о твоем брате. Моя любовь к тебе слишком велика. Ты для меня больше, чем княжна или княгиня, оттого я желаю видеть тебя на вершине.

– Если я стану княгиней, то ты не сможешь быть со мной. Ты ведь не высших чинов, не княжич и не принц другого государства. – Ярослава отодвинулась, посмотрела в глаза мужчины и произнесла на одном дыхании, почти шепотом: – Кто ты? Прошу, скажи мне правду.

Повисло долгое молчание. Александр переменился в лице. Теперь невозможно было понять, о чем он думает. Он все также смотрел в глаза Ярославе, но будто был не здесь, а где-то глубоко в мыслях. Спустя некоторое время он заговорил:

– Я не приближенный Идана. И даже не дружинник. – Мужчина отвел взгляд, полный сожаления, и уткнулся носом в плечо княжны.

Сердце Ярославы рухнуло куда-то вниз. Как она не замечала этого? Он все это время обманывал ее, а она и рада была обмануться. Словно пелена спала с ее глаз.

– Алек…

– Я просто обычный странник, – мужчина перебил ее на полуслове и потянул в дом, подальше от любопытных глаз. – Я знаю, что ты уже не будешь доверять мне, но, поверь, я здесь только ради тебя. И нет, я не вражеский воин. Я всегда жил в Старгородском княжестве, скитаясь от города к деревне и изучая жизнь людей. Я, как никто другой, люблю эту землю и людей, живущих на ней. Оттого не пожелаю ему бедственного будущего. Наоборот… Когда я только увидел тебя, рыдающую у реки, то подумал о том, что могу сослужить службу почившему князю, а заодно утешить княжну. Олег не годится в князья, оттого я решил помочь тебе добраться до Идана, но в пути… Кто же знал, что мое сердце когда-то сможет дрогнуть от девичьей красоты, пуститься в пляс от одного только взгляда в твои глаза.

– Слишком сладко звучат твои слова. – Ярослава вырвала руку и отошла от мужчины на несколько шагов. Половицы дома заскрипели под ее ногами, а макушка неприятно собрала неровный потолок. Но Ярослава даже не обратила внимания на саднящую боль. В груди было гораздо больнее. Тело тряслось от злости и обиды.

– Присядь, – Александр указал на лавку. – Давай поговорим.

– Ну давай, – девушка присела и скрестила руки на груди, сверля мужчину взглядом. – Как тебя зовут?

– Александр.

– Действительно ли это твое имя? – Ярослава подалась вперед и пристально посмотрела в глаза собеседника. – Как я могу тебе поверить?

– Родных у меня не осталось, кто мог бы подтвердить мое имя, – Александр грустно улыбнулся. – Я готов тебе рассказать все, что пожелаешь.

– Лжец, – бросила княжна и отвернулась. Она чувствовала, что Александр обязательно придумает новую ложь, найдет способ обмануть, вскружить голову. И от того становилось только больнее. Как она могла полюбить такого человека…

– Яся, послушай, ты бы доверилась мне, если бы я представился обычным странником? Позволила бы следовать за собой?

Ярослава не ответила. Конечно нет. В тот момент ее искали по всему княжеству, она никому не могла доверять.

– Откуда ты знал про события, произошедшие в Старграде? И про ситуацию на границе?

– Я долго странствовал, многое повидал. Я был на границе, потом приехал в Старград, как раз за несколько дней до того, как почил князь. А потом просто следовал за тобой.

И снова Ярослава не поверила. Александр знал слишком много для обычного странника. Перед глазами все расплылось. Княжна моргнула и крупные слезы упали на ее щеки и покатились к шее. Как же больно, когда предает человек, которого любишь. Теперь княжна понимала, почему подружки Отрады рыдали взахлеб, когда говорили о предательстве мужчин. Ярослава считала это глупым, но теперь сама еле сдерживала слезы.

– Яся, не плачь. Вот, – мужчина снял мешочек с водой с пояса и протянул Ярославе, – обещаю, я больше никогда не солгу.

– Но ведь каждый раз, когда ты мне что-то говоришь, из твоих уст не исходит ничего, кроме лжи! – княжна выхватила мешочек и залпом его опустошила. Внутри оказался легкий и приятный травяной отвар.

Мужчина встал на колени перед девушкой и попытался взять за руки, но Ярослава одернула ладони, будто от огня.

– Я думаю, тебе стоит уйти, – твердо произнесла девушка. Ярослава смахнула скатившуюся по щеке слезу. Хватит плакать! Не воспитывали ее плаксой, но почему-то со смерти отца она только и делает, что поддается слабостям.

Обида медленно сменялась то на злость, то на сожаление.

– Нет, – Александр ответил не раздумывая. – Я останусь рядом, хотя бы до тех пор, пока твой брат не сядет на трон.

– Тогда уйду я. – Девушка попыталась встать, но Александр ей не позволил.

Мужчина мягко коснулся колена княжны. Ярослава не сразу поняла, что за чувство стало расползаться, заглушая собой злость и обиду. Ощущения в груди и в животе отдаленно, но напоминали первый поцелуй с Александром. От каждого его движения, прикосновения, словно растекалось тепло. Девушка смахнула руку, будто испугавшись чего-то.

– Яся…

– За твою ложь я больше не хочу тебя видеть. Уходи отсюда. Убирайся подальше от меня!

– Яся, прошу… – Мужчина обхватил княжну за талию, уткнувшись лицом в ее колени. Объятия были крепкими, будто оковы.

Дыхание Александра, неровное, но глубокое, чувствовалось даже сквозь одежду. Оно обжигало, как ласковые лучи летнего солнца в студеную зиму. Тело отреагировало на нежеланные прикосновения так, как Ярославе совсем не хотелось.

– Нет, я не…

Александр встал, обхватил ладонями лицо девушки и прильнул к ее губам. Княжна задохнулась от нахлынувших на нее чувств. С одной стороны, она понимала, что все происходящее неправильно, нужно остановиться. С другой – поцелуй становился все глубже, прикосновения все горячее, мысли туманнее. Вдруг тело одолела слабость, будто разом она лишилась сил, стала немощной. Ей все сильнее хотелось прильнуть к Александру. И чем дольше был поцелуй, тем сложнее княжне было сопротивляться. Вскоре она пожелала забыться, расслабиться и плыть по бушующему течению быстрой реки, несмотря на всю боль. Неприятные чувства будто бы заглушились. С каждым новым поцелуем словно исчезали проблемы одна за другой. Вскоре Ярослава задыхалась от всеобъемлющего удовольствия и страсти, совсем позабыв, для чего пришла к Александру.

Ярослава проснулась, когда за окном уже сгущался вечер. Голова раскалывалась, перед глазами плыло, словно она весь день просидела на пиршестве и выпивала вино. Тело ломило, как после тренировки с Игорем.

Девушка долго смотрела в потолок и не могла собраться с мыслями. Где она? Что произошло? Ей снился странный, страстный сон, в котором они с Александром…

– Это был не сон? – Ярослава резко села на перине. Толстый мех соскользнул с ее плеч, оголяя тело. Княжна была нагая. Присмотревшись, на руках, груди, животе она заметила красные следы. Ярослава с ужасом осознала, что произошло. А ведь она пришла поговорить с Александром и разорвать все связи с ним.

– Что же мне делать?!

Княжна не знала, куда себя деть. Ужас от осознания накрыл ее волной, а внутри пылала злость на себя и Алесандра. И что же теперь делать? Няньки всегда твердили, что девица должна быть непорочной до свадьбы, иначе так и останется без мужа или будет опозорена им же перед всеми. Ярослава же отдалась мужчине, который мало того, что не был ее мужем, так еще и лгал обо всем. Княжне захотелось, чтобы в дом, наполненный сухими ветками, угодила горящая стрела и спалила его вместе с ней и с позором, которым она себя покрыла.

Из этих мыслей девушку вывел тихий скрип двери и чьи-то аккуратные шаги.

– Ты проснулась?

Александр вошел в дом, прикрыв за собой дверь. Мужчина принес с собой кувшин и что-то аппетитно пахнущее в глубокой тарелке.

Он поставил еду на небольшой стол, присел на перину и поцеловал княжну в лоб.

– Я подумал, что ты проголодаешься, когда проснешься, – он ласково провел рукой по волосам Ярославы, прошелся пальцами по подбородку, шее и остановился на ключице, рассматривая оставленные им яркие следы. – Как ты себя чувствуешь?

– Что произошло? – Ярослава не узнала собственного голоса. Хриплый, он казался чужим. Нет, она знала, что произошло. Чувствовала это всем своим телом. Но признавать это не хотелось.

– Как это что? – удивился мужчина, – Неужто ты ничего не помнишь?

Ярослава натянула повыше шкуру, скрывая наготу. Хотя и понимала, что мужчина уже успел все рассмотреть. Сейчас ей хотелось оказаться как можно дальше.

– Мне… Мне нужно идти, – пробормотала девушка и поднялась. Александр не стал ее останавливать. Ярослава чувствовала обжигающий взгляд мужчины, когда одевалась. Она старалась не смотреть на Александра, а в голове перебирала мысли, что ей теперь делать. Следовало все как следует обдумать. Княжна схватила меч, вышла из дома и, не разбирая дороги, пошла по петляющим улочкам.

– Княжна Ярослава! – кто-то окликнул ее, но девушка даже не обернулась.

Все казалось ненастоящим. Не так она представляла это. Ярослава всегда думала, что когда-нибудь встретит мужчину, которого полюбит всем сердцем, выйдет за него за муж, а уж потом… Потом бы все обязательно произошло. Отчего же мысли и россказни нянек не сходятся с реальностью?

Ярослава не знала, сколько она блуждала, не заметила, как вышла из города. Солнце давно село, а небо постепенно чернело. С каждым шагом тропа под ногами становилась все незаметнее. Остановилась девушка лишь тогда, когда оказалась в небольшом леске с редкими деревьями. Девушка облокотилась на ствол и осела наземь. Все казалось сном, словно случилось вовсе не с ней. Как такое могло произойти? Ярослава, как сама думала, обладала отличным самообладанием. Она никогда бы так не поступила бы… Не поступила? Княжна закрыла лицо руками. Кто возьмет ее такую испорченную в жены? Стоило и дальше держать мужчин на расстоянии, не поддаваться эмоциям, не влюбляться.

Ярослава давилась слезами, громко всхлипывала. Княжна не понимала, как с такой легкостью отдалась мужчине, который лгал обо всем с их первой встречи. Она ненавидела Александра, но еще большее презрение испытывала к самой себе. Девушка сидела среди деревьев и плакала. Одни и те же мысли роились в ее голове, отчего она все сильнее расстраивалась.

Княжна не знала, сколько прошло времени. Она посмотрела в небо, усыпанное яркими точками. Но звезды расплывались перед ее взором, наполненном горькими слезами. Девушка вытерла щеки руками, но они не были мокрыми. Наверное, она выплакала все слезы. Что же теперь делать? Может стоит попросить Идана о свадьбе с Александром, чтобы скрыть свой позор и позор княжеской семьи? В груди все еще теплилась надежда, что там, в доме, он все же был искренен, когда шептал о своих чувствах. Может он и правда странник? Он был так ласков утром. И в дороге помогал.

– Нет, эту ситуацию точно нельзя оставлять на самотек! – княжна подобрала меч и уверенно поднялась, подбадривая сама себя. Хватит плакать. Пора решать проблемы. – Я поговорю с Александром. Точно поговорю. Не так, как сегодня утром…

Зря она сбежала. Следовало обсудить случившееся с ним. И княжна видела лишь один выход – свадьба. Так ни она, ни княжеская семья не будут покрыты позором.

Ярослава пошла к городу, тускло освещенному вдали, но вдруг ее внимание привлекли странные звуки. Неужто опять навья тварь? Кто-то вздыхал и стонал.

– Снова мавка? Или какое другое чудовище? – Ярослава крепко обхватила ладонью рукоять меча и пошла на звук. Может, кому-то нужна помощь.

Глава 16

Сжигая мосты

– Может, я ошиблась…

Ярослава спряталась за широким дубом. Тело пробил неприятный озноб, будто в него кто-то воткнул сотни игл. Сердце больно сжалось.

– Может, я действительно ошиблась… – Девушка затаила дыхание и выглянула из-за дерева еще раз, не в силах поверить собственным глазам.

Но нет, ошибки быть не могло. Это оказалась не навья тварь и не путник, стонущий от боли. Лада мерно покачивалась вверх-вниз, еле сдерживая стоны. Рубаха повисла на поясе, обнажив упругую крупную грудь. Коса растрепалась и двигалась в такт движениям девицы. Засунув под подол одеяний руки, Александр помогал девушке двигаться, пока вдруг не обхватил ее, прижал к себе, впился губами в грудь.

– Быстрее… – простонала Лада.

Александр подхватил девушку и уложил на землю, жадно толкаясь.

В этот момент их глаза встретились. Александр, казалось, даже бровью не повел, глядя на Ярославу.

В его светло-зеленых глазах не отразилось и толики страха или волнения. Он спокойно опустил взгляд, намотал косу на кулак, запрокинул голову Лады и поцеловал ее губы.

Ярослава закрыла рот руками и отпрянула за ствол дуба. Девушка не могла поверить собственным глазам и своей же наивности.

– Дура! Какая же я дура! – прошептала она.

В голове княжны крутились все бранные слова, которые она только слышала от дружинников. Девушка почувствовала металлический вкус. От злости она не заметила, как прокусила губу в кровь. И полдня не прошло, как они с Александром расстались. Все его сладкие речи в очередной раз оказались ложью. «Сердце дрогнуло, пустилось в пляс» – как же! Видать, он это говорил каждой девке, с которой хотел провести время. Все эти слова о любви были многократно отточенной ложью, которой поверила и Ярослава. Он ловко воспользовался ее неопытностью и наивностью, чтобы получить желаемое.

– Александр! – девушка не могла сдержать гнева.

Она устала плакать. Плакать по отцу, от предательства и собственной никчемности. Устала убегать от опасности и своих страхов. Ярослава вышла из-за дуба и направилась к паре любовников.

Лада, услышав голос княжны, негромко вскрикнула, но Александр грубо прижал ее за шею к земле и не дал подняться.

– Здравствуй, Ярос…

Княжна вложила в удар все свои эмоции. Всю ту боль, что скопилась в ней.

Девушка все еще сжимала кулак. Щека Александра покраснела от удара, из носа и губы пошла кровь, но, казалось, мужчине нет никакого дела до этого. Он не то чтобы не изобразил чувство вины, он даже не удосужился отстраниться от Лады, когда увидел Ярославу.

– Ясечка, тебе следует успокоиться. Я не обещал, что буду верен тебе.

– Я сейчас тебя упокою. Отправлю гнить в сырой земле. И вот тогда я буду спокойна, – процедила девушка и обнажила меч.

– Не стоит, княжна. – Александр наконец отстранился от деревенской девки, подвязал штаны и поднялся. Лада даже не шелохнулась, видя над собой острие меча. Весь ее гонор куда-то пропал, стоило оказаться в действительно опасной ситуации. Ярослава заметила, что лицо девицы выглядит осунувшимся. Она словно была больна, хотя еще вчера по струнке гоняла дружинников. Но княжна быстро отбросила эти мысли. Она не собиралась причинять вред Ладе. Скорее всего, они оказались в одинаковой ситуации, стали жертвами речей Александра.

Ярослава сделала резкий взмах мечом, но мужчина отпрянул назад. Лезвие просвистело рядом с его телом. Лада взвизгнула и наконец отползла сторону, боясь попасть под горячую руку.

– Ты зла и расстроена, твои движения очень легко предугадать, как и твои мысли. – Ярослава слышала голос Александра, но казалось, что говорил совсем другой человек. Холодный надменный тон. Ярослава больше не слышала привычного тепла в его словах. – Ты слишком наивна, плаксива и действуешь до того, как подумаешь.

– Замолчи! – Ярослава снова взмахнула мечом. Она и правда не могла собраться с мыслями. Да и не хотела бороться с гневом. Княжна была готова выпустить предателю кишки или отрезать язык, лишь бы он прекратил говорить. – Я прикажу казнить тебя, – процедила девушка. – А лучше прикончу собственными руками.

Она чувствовала себя использованной. Александр словно получил свое, а затем выбросил. Такого она не могла простить.

– Иди, расскажи своему брату про то, что была со мной! – рассмеялся мужчина, словно перед ним не было острия меча.

– Я сказала замолчать!!!

Девушка топнула, вложив в это всю накопившуюся злость. Вдруг из-под земли вырвались корни и с ужасающей скоростью двинулись к Александру. Мужчина даже не удивился. Он ловко отскочил назад и, вынув меч, едва успел разрубить корни.

Зато удивилась Ярослава. Уже не раз корни спасали ей жизнь, появлялись из-под земли и защищали от врагов. Что за сила таится в ней и можно ли ею управлять?

«Дети гор», – всплыл у Ярославы в голове голос Фенрисы.

– Неплохо. Но это все, на что ты способна? – усмехнулся мужчина. – В тебе пробуждается сила, а ты слишком глупа, чтобы ее укротить.

Ярослава в очередной раз убедилась, что его слова про странствия были ложью. Зато они подтвердили мысли княжны о самой себе. Девушка прерывисто дышала. Тело переполнял гнев. И, казалось, что корни двигались в такт этому бушующему чувству.

– Зачем тебе все это? – громко спросила девушка. – Ты решил подобраться к Идану, чтобы убить его? Ты в сговоре с Траяном?

Александр засмеялся и ничего не ответил. Девушка крепче сжала меч и бросилась к предателю. Что бы там ни было, Александра нельзя оставлять в живых.

Поляну пронзил лязг мечей. Мужчина ловко парировал удары. Княжна чувствовала, что ее умения сильно уступают. Александр словно предугадывал каждое ее движение. И даже корни, появляющиеся то тут, то там, не могли достичь изменника.

Бой прервал то ли вой, то ли хрип, раздавшийся откуда-то из густых кустов у края полянки. Княжна остановилась и прислушалась, держа противника в поле зрения. Корни упали, будто бы из них иссякла жизнь.

– Вот теперь это точно навьи твари, – процедила Ярослава.

Из кустов выпрыгнуло несколько чудовищ размером с человека, но скрюченных и безволосых. Кожа их казалась темной в сумерках.

– Помогите! – завизжала Лада. Твари бросились к ней и впились острыми зубами в шею. За деревьями показалось еще несколько. Они в один прыжок оказались около Лады, вгрызлись в ее оголенную грудь и живот. Деревенская девка больше не кричала. Лишь булькающие звуки исходили от нее, а тело то и дело содрогалось.

Ярослава посмотрела на Александра. Мужчина даже не пошевелился, чтобы помочь той, с которой был только что. Он лишь на мгновение бросил скучающий взгляд на умирающую девушку. Княжна снова убедилась в том, что и Лада, и она сама, да боги знают кто еще для него ничего не значат. Стало жаль девушку, которую так обесчестили, а затем отдали на съедение заживо.

Ярослава впервые была рада появлению навьих тварей. Так даже лучше. Нужно позволить им убить предателя, чтобы самой не марать руки. Княжна приготовилась отбиваться.

– Я не враг тебе, Яся, – вдруг заговорил мужчина. – Но ты глупа и слаба сейчас, чтобы понять хоть что-то. На этом я с тобой попрощаюсь. Надеюсь, скоро свидимся.

Александр щелкнул пальцами и твари разом посмотрели на него. Даже те, доедающие Ладу. В несколько прыжков они оказались рядом с мужчиной и окружили, но не трогали его, а наоборот, будто защищали.

– Кто ты, Навь тебя задери, такой?

Ярослава крепче сжала рукоять. Стало страшно. Гораздо страшнее, чем когда на нее напала мамуна.

Девушке казалось, будто на шее должен вот-вот сойтись топор, как тогда на казни. И это чувство вызвал лишь один вид мужчины, окруженного тварями.

– Ты оказалась интересной. Жаль, что с тобой удалось недолго поиграть. Но я чувствую, что и этого достаточно. А теперь возвращайся к своему брату, – проговорил Александр, а затем вновь щелкнул пальцами.

Твари пригнулись и захрипели пуще прежнего. Ярослава множество раз видела подобное. Собаки перед тем как напасть, подбираются всем телом, готовясь к прыжку. Ярослава сжала рукоять меча. Первая тварь кинулась справа. Княжна замахнулась. Острие пробило тощее тельце. Темная кровь, или что-то похожее на нее, плеснула на одежду. Девушка поморщилась, учуяв смрад, такой же, какой исходил от мертвяков. Вторая тварь чуть было не впилась острыми зубами в левую руку. Ярослава в последний момент успела отрубить уродливую голову. Навьи твари все нападали и нападали, не давая вздохнуть, но, казалось, не пытались убить ее. Ярослава начала уставать, не успевала уследить за всеми. Теперь они не бросались по одной, нападали по несколько.

– Я сказал тебе возвращаться. Что ж ты такая упертая! – донесся голос Александра. На мгновение отвлекшись, княжна пропустила удар в грудь. Воздух разом выбило из легких. Ярослава упала навзничь и прокатилась по жухлой влажной траве. В глазах потемнело. Дышать от удара стало практически невозможно. Ярослава пыталась глотнуть хоть каплю воздуха, но из рта вырывался только хрип. В голове промелькнула мысль, что это ее последние мгновения жизни. Она больше не могла сражаться. Ее постигнет та же судьба, что и Ладу. Но твари так и не напали. Ярослава услышала щелчок. Все стихло.

Когда вдохнуть все-таки удалось, боль медленно начала отступать. Княжна так пролежала некоторое время, а когда мир перестал плыть, не обнаружила Александра и тварей. Остались только обглоданный труп Лады да иссохшие корни.

Ярослава перевернулась на спину и уставилась в ночное небо. Безоблачное. Такое красивое и недосягаемое. Оно успокаивало своим видом. Но в нем, к сожалению, нельзя было найти ответы на вопросы. А с момента смерти отца их только прибавлялось и прибавлялось.

Кем является Александр? Как он управляет навьими тварями? Ярослава не сомневалась, что он именно это и делал. Ему даже не приходилось приказывать, достаточно щелкнуть пальцами и чудища, как хорошо обученные псы, выполняли приказы. Княжна даже помыслить о таком не могла. Она не знала, откуда берутся все эти чудища, но была уверена, что они точно не часть этого мира. Стоит только учуять, как воняет их кровь. Траян – колдун. Значит, и Александр тоже? Не зря же говорят, что много отступников есть, скрывающихся по лесам. А вдруг Траян с самого начала послал Александра следить за ней?

– Навь тебя дери!

Ярослава села на траве. Голова гудела, перед глазами все закружилось.

Сейчас она была еще более растерянной, чем после казни. В груди не осталось ничего, кроме боли от удара. Чувства затерялись где-то внутри, приглушились. Но она знала точно, что кто-то, словно паук, плел паутину из смертей, чтобы достичь собственных целей. И она уже угодила в эту ловушку.

Ярослава осознала, что слишком слаба. Сколько бы она ни сражалась с навьими тварями, сколько бы ни тренировалась орудовать мечом, этого не хватало, чтобы одолеть по-настоящему сильных врагов. Не только не хватало опыта и силы, но и насмотренности. Александр водил ее за нос, и она охотно шла на поводу. Княжне все время приходится играть по чужим правилам. У нее попросту не хватает сил поставить свои.

И кто способен вызывать корни, как она? Фенриса говорила, что она может получить ответы на многие свои вопросы у Детей гор. Но как к ним попасть? В прошлый раз ее чуть было не прибили. Что, если они даже слушать не станут?

– Нужно идти. – Ярослава потрясла головой и тяжело выдохнула. Бесполезно сейчас думать над всем этим. Простые раздумья ни к чему не приведут. Как показывает жизнь раз за разом, если просто сидеть и ничего не делать, то проблемы не решатся сами собой. Оттого Ярослава, превозмогая боль, поднялась и побрела в сторону Межецка.

– Траян далеко. Искать Александра нет смысла, по крайней мере, сейчас. Но брат рядом и нуждается в помощи… Поэтому… – Ярослава бубнила себе под нос. В какой-то момент она усмехнулась, представив, что выглядит со стороны как умалишенная. Может, так оно и было.

Вскоре лес остался позади. Девушка с трудом поднялась на холм.

– Разве Идан собирался сделать это сегодня? – Ярослава с ужасом взглянула на Межецк.

Город полыхал, словно огромный костер. Черный дым плотным облаком уносило куда-то в горы. Вместо осеннего листопада на землю медленно падал пепел. Ярославе казалось, что даже на таком расстоянии она слышит стоны и крики людей, чувствует запах гари от человеческих тел.

– Только не это! – Ярослава ринулась вперед.

Идан, Вера, княжеское войско – все ли успели выйти? И где Буран? Несколько дней он гулял по степи. Вдруг он обеспокоился и кинулся в город?

У ворот Межецка собралось множество людей. Среди знакомых лат дружинников княжна заметила неизвестную ей одежду. Словно балахоны, утянутые на поясе, она скрывала тела людей до самых стоп. Из-под шлемов, как у восточных народов, также свисала ткань, скрывая лица.

Крики воинов и звон клинков было слышно даже отсюда. Ярослава бежала что было сил. Идан и его войско еще не оправились от хвори. Что, если брат в центре сражения? Девушка не хотела даже думать о том, что он мог погибнуть. Но что-то точно пошло не по плану, раз жгут город сейчас. Неужели степняки напали раньше, и теперь дружинники пытаются их сдержать, не выпустить из Межецка?

Идан и правда сражался у ворот. Ярослава заметила его плащ, когда подошла ближе. Девушка, не раздумывая, бросилась в толпу, вынув меч.

– Что ты здесь делаешь! Девке на поле брани не место! – закричал Идан.

– Тебе помогаю, разве не заметно? – крикнула в ответ княжна. Ярослава отбивала выпады то одного, то другого степняка.

Ее задели слова брата. Он все еще не доверял ее силе в полной мере. С другой стороны, опасения были обоснованные, ведь Александр оказался непосильным противником, рядом с которым она выглядела словно необученное дитя. Но здесь не было Александра и тварей. Обычные воины, сильные и не очень, коих везде полно.

Один из кочевников сумел подобраться к Идану сзади, но в момент, когда брат спохватился и занес меч, Ярослава уже отрубила противнику голову.

– Навь тебя задери, Яся! – казалось, Идан был напуган и в тоже время удивлен. – Благодарю, конечно, но я не хочу видеть, как тебя убьют! Уходи прочь!

Ярослава ничего не ответила на это. Она не собиралась никуда уходить. Если ей суждено умереть под Межецком, так тому и быть. Как она может стать сильнее, если все время будет прятаться за чужими спинами?

Княжна рубила направо и налево. После сражения с навьими тварями сил совсем не осталось. Усталость брала свое, но Ярослава упорно сжимала меч, как и дружинники рядом. Кто-то из них, заметив княжну, придвинулся ближе, защищая. Кто-то, пораженный силе девушки, восхищенно подбадривал ее меж делом.

В один из таких моментов, когда Ярослава на мгновение расслабилась, короткий клинок степняка порезал руку. Ткань быстро напиталась кровью и прилипла к руке. Девушка постаралась не обращать внимание на боль, продолжала сражаться.

– Закрывай! Закрывай ворота! – закричал кто-то, когда почти не осталось сил ни у Ярославы, ни у воинов вокруг.

Эта заветная фраза прошлась словно гром среди войска князя. Раз настал черед закрыть ворота, значит кочевников загнали в город. Победа была близка.

– Неужели! – Идан тяжело дышал рядом. – Воины, все к воротам!

– Все к воротам! – закричал дружинник рядом.

– Князь приказал бежать к воротам! – раздалось немного дальше.

Словно пожар, приказ разлетелся по войску в мгновение ока. И вот, преодолевая усталость, все как один ринулись к городу.

Ворота уже были закрыты наполовину, когда Ярослава подоспела. Живые спотыкались о мертвых.

Сложно было разобрать, где чей труп. Ноги, руки, головы валялись отдельно от тел вперемешку с мертвыми скакунами. Ярослава сглотнула подступивший ком тошноты и продолжила бежать, пробираясь все ближе.

Но дела обстояли не так, как надеялась княжна. Ворота действительно закрывали, но пока что почти безуспешно. Стоило створкам сойтись на середине, как с другой стороны их тут же выталкивали обратно. Лучники на стенах не давали покоя. Они, борясь с огнем, продолжали обстреливать дружинников. Кто-то из них спрыгивал на воинов прямо, но заканчивал в большинстве случае плачевно, насаживаясь на копья или мечи.

– Ты! – Ярослава остановила бегущего дружинника. – Хватай лук и целься в тех, кто на стенах.

– Как прикажете, княжна! – и мужчина заорал во весь голос. – Кто может стрелять, убирайте лучников!

Девушка сама медлить не стала. Подобрала ближайший лук и колчан со стрелами. Стреляла она достаточно хорошо для того, чтобы попасть по таким крупным целям, но натягивать тетиву раненой рукой оказалось той еще задачей.

Ярослава не знала, сколько прошло времени. Пальцы уже давно были изрезаны и онемели от боли. Перед глазами все плыло от пота и крови. Запах гари, горелого мяса и трупов стал уже привычным. В сторону стены был выпущен уже не один десяток стрел, когда ворота с глухим звуком захлопнулись.

– Держать ворота! Остальные проверьте все стены Межецка, – приказал князь, перекрикивая толпу. Он не выглядел радостным. – Нужно проследить, чтобы не было брешей. Если степняки снова вырвутся, нам придется непросто.

И вновь приказ разошелся, словно пожар. Дружинники вскочили на коней и помчались в разные стороны вдоль стен города.

Идан подобрал вытянутый щит, воткнул его в землю, отгородившись от стены, и сел под него отдышаться. Левой рукой он уже не двигал. С кашлем то и дело вырывалась кровь. Мужчина тяжело дышал. Ярослава пристроилась рядом. Вдруг кто-то подберется к брату, а он не сможет защититься.

Идан откашлялся и недовольно посмотрел на Ярославу.

– Ты смеешь не выполнять мои приказы. – Брат схватил девушку за окровавленный рукав. Ярослава выдернула руку и недовольно зыркнула в ответ.

– Когда ты уже примешь, что я тоже могу сражаться? Я не Отрада, я сама могу за себя постоять!

– Я знаю, что ты можешь. – Идан опустил голову и потом повторил уже тише: – Знаю… Но ты могла умереть.

– Но не умерла же. – Ярослава пригнулась сильнее, прячась от редких стрел. – Каждый рано или поздно умрет. И о тебе я волнуюсь не меньше, чем ты обо мне. Но, брат, отец мертв, Траян подмял под себя совет, Олег не видит ничего, кроме власти и денег. Если умру я, то княжество потеряет княжну с клеймом убийцы, но если умрешь ты, то Старгородское княжество может вовсе перестать существовать.

– Не ставь свою жизнь ниже чьей-то другой. Каждый из нас важен. Но это обсудим потом.

– Верно, потом. А сейчас снимай латы, надо перевязать рану и остановить кровь.

– Вот княжна, выпейте. – Федор и несколько дружинников подоспели как нельзя кстати. Мужчина протянул ей мешочек с водой, пока два других воина помогали Идану снять доспех.

– Мы сами поможем с ранами, княжна, – проговорил один из них.

– Хорошо. – Ярослава бросила обеспокоенный взгляд на брата, но не стала лишний раз донимать его вопросами о самочувствии. Идану было тяжело, но, как всегда, он старался не подавать вида. – Почему город сожгли раньше, чем планировалось?

– Кочевники напали на нас до того… как мы успели все подготовить. – Идан поморщился, когда дружинники приподняли его левую руку, чтобы полить водой и перевязать. – Но я предусматривал такое развитие событий. Войско сработало слаженно, как и нужно было. Мы дали степнякам войти в город, а сами выбрались через тайные лазы. Хорошо хоть, что большую часть коней и местных жителей заранее вывели к горам. Остается надеяться, что потери среди нас не такие большие. Ступай в лес, вон туда, – Идан указал на деревья по правую сторону от гор, которые еле просматривались сквозь дым от пожара. Присмотревшись, Ярослава заметила по степи движения, кто-то шел туда. – Воины разбивают на окраине лагерь. Туда же отправляем раненых. Как разберемся здесь с оставшимися кочевниками, тоже придем.

– Но…

– Прошу, ступай, там тоже нужна помощь.

– Хорошо. – Ярослава поклонилась и пошла в указанном направлении. Может, Идан и прав. Ей нужно стать сильнее, чтобы на нее можно было положиться.

Чем дальше девушка отходила от ворот, тем меньше трупов и стонов становилось вокруг. Княжна старалась не смотреть лишний раз под ноги. Боялась увидеть знакомое лицо. Но этого делать не получалось.

– П… моги…

Ярослава повернулась в сторону хрипа. Дружинник истекал кровью, левая его рука отсутствовала, но сам он еще мог двигаться.

– Сюда! Здесь раненный! – закричала девушка и замаха рукой, чтобы привлечь внимание. – Сюда!

– Тишка, держись! – один из пробегающих дружинников признал в раненом своего друга. – Спасибо, княжна, мы позаботимся о нем.

Ярослава лишь кивнула и пошла дальше. Где могла, она звала на помощь, но были ситуации, когда лучшим лекарством становился меч, чтобы прекратить страдания.

Когда поле битвы осталось позади, Ярослава не оглядывалась. Она шла прочь от пылающего города, стараясь оставить все страшные воспоминания там же. И как только воины могут жить после такого? Стоит закрыть глаза и все ужасы битвы проявляются яркими четкими картинами.

Достигнув леса, Ярослава не знала точно, куда нужно идти, но, присмотревшись, увидела среди деревьев костры. Видимо, там и был лагерь. Но отчего-то идти туда совсем не хотелось, несмотря на ранения. Девушка решила отдохнуть немного в стороне, но не успела и шагу сделать, как ее напугал тихий голос.

– Ярослава, что с тобой?

Позади стояла Вера и держала в руках корзину с травами. Девушка была одна. Видать, не решилась попросить кого-то о помощи. Она чуть слышно сказала:

– Нужно перевязать тебя.

Ярослава устало кивнула и присела около дерева. Вера поставила корзину, опустилась рядом на колени и принялась развязывать латы.

Где-то вдали все еще был слышен шум от воинов. С противоположной стороны доносились болезненные стоны раненых из лагеря. С неба падали хлопья пепла, устилая собой землю, отчего казалось, что все окрашивается в черный.

– Битва… окончена? – тихонько спросила Вера.

– Нет. Идан велел мне идти в лагерь. Мол, на поле битвы я не пригожусь.

– Зря он так, – девушка улыбнулась. – Я видела, как лихо ты отрубила голову тому чудищу у озера! И руки у тебя такие же крепкие, как у воинов.

Вера принялась рыться в поясной сумке.

– Нужно оголить плечо, чтобы обработать, – ученица волхва покраснела от своих слов.

Ярослава приспустила рубаху.

– Ай! – княжна вздрогнула и посмотрела на рану, когда руку обожгла жидкость. Вера сосредоточенно промывала рану, поливая ее каким-то отваром. Княжна зарделась и отвернулась. Она забыла, что ее тело украшала россыпь следов, оставленных Александром. Ярослава не сомневалась, что Вера заметила их. Однако ученица волхва не стала задавать лишних вопросов.

То ли от воспоминаний, то ли от накопившейся усталости и эмоций княжну вновь начали одолевать гнев, обида, непонимание. Александр выбросил ее, ушел, но все еще напоминал о себе. Пройдет несколько дней, прежде чем эти следы пропадут. Сама того не ожидая, княжна шепотом спросила:

– Тебя когда-нибудь предавали?

Вера подняла взгляд:

– Что сделал Александр?

Глаза снова защипало. Княжна посмотрела в небо, надеясь, что слезы отступят. Ярослава все еще не могла думать спокойно о случившемся. Тем более кому-то рассказать об этом. Но ученица волхва не стала настаивать и спустя некоторое время проговорила:

– От тебя исходит необычный аромат.

– Я была на поле битвы.

– Нет, совсем другой аромат. Дедушка однажды рассказывал мне про волшебную траву, туманящую разум. Ее очень сложно заполучить. Называется, вроде, Слезы любви.

Ярослава вздрогнула, изумленно посмотрела на ученицу волхва и на всякий случай понюхала себя. Действительно, сквозь запах крови и гари от кожи пробивался слабый сладкий аромат. Ярослава не мылась с травами и не пила никаких отваров, кроме того, что давала ей Вера. Или же…

Княжна вспомнила, как выпила принесенную Александром воду.

– Что будет, если выпить отвар из нее? – Ярослава уже знала, какой услышит ответ.

– Дедушка рассказывал, что выпивший хоть глоток, быстро теряет волю и делает все, что ему прикажут. Также иногда ее применяют для… – ученица волхва посмотрела на красные пятна на плече Ярославы и с сожалением отвела взгляд. – Я никому не скажу.

Вдруг все стало понятно. Ярослава сжала челюсти до скрежета зубов. Причина, по которой Александр так легко заполучил ее. Все из-за какой-то травы!

– Но я могу ошибаться! – чуть громче сказала девушка. – Я ж всего раз ее видела. Да и по рассказам дедушки, заполучить даже самый маленький цветочек почти невозможно. По легендам, трава эта растет только в Нави. Я даже представить не могу, как можно туда попасть и тем более что-то вынести.

Но Ярослава не сомневалась, что это была та самая трава. Все встало на свои места. Не будь у мужчины этой травы, ничего бы не случилось. Он посмел обмануть, опозорить, вдребезги разбить сердце.

Ярослава сжала кулаки. Она обязана стать сильнее, найти Александра и отомстить ему за все обиды. Она должна убить его, чтобы ни одна живая душа больше не страдала от его деяний. Но перед этим нужно стать сильнее, чтобы избавиться от Траяна, отравившего отца, и помочь Идану сесть на трон. Сперва княжество, потом уже личные проблемы.

– Ты не видела Ладу? – спросила Вера. – Я весь город оббегала, не смогла ее найти. Как бы она с дурости не погорела вместе со степняками!

– Ее задрали какие-то навьи твари, – Ярослава ответила сразу, даже не думая скрывать правду.

Вера вздрогнула, ее ладони замерли над порезом. Ярослава думала, что девушка заплачет, но та лишь опустила взгляд и промолчала. Спустя пару мгновений она продолжила обрабатывать рану. Никто из них больше не проронил ни слова. Ученица волхва помогла княжне одеться, как закончила перевязку. Вместе они направились в лагерь.

Раненые находились на склоне гор. Воины развели костры и сидели группами. Кто-то отдыхал, кто-то все еще восстанавливался от хвори, кто-то залечивал полученные в бою раны. Некоторые успокаивали уцелевших коней.

– Буранушка!

Среди них Ярослава заметила своего верного друга. Она отпустила его у ворот, но он все еще здесь, а значит, ждал ее.

– Мне нужно сварить еще снадобья, я пойду, – Вера поклонилась и быстро скрылась за деревьями.

Княжна подошла к Бурану. Конь недоверчиво принюхался к девушке, но через мгновение заржал и начал бодаться головой. Он был похож на радостного ребенка, который увидел друга после долгой разлуки. Его радостное настроение передалось другим скакунам.

– Мой Буранушка, – Ярослава обняла коня, уткнулась лицом в густую гриву. – Мой любимый друг. Как же я рада тебя видеть.

Княжна постояла так некоторое время, скрывая слезы в гриве коня, а когда успокоилась, поняла, что сил не осталось совсем. Нужно было поесть и отдохнуть.

В поиске еды Ярослава вышла в центр лагеря. Идан уже был здесь. Значит, битва позади. Стоило бы порадоваться, но счастливых лиц вокруг не было. Все понимали, какой ценой обошлась эта победа для княжества. Да, в Старграде проведут пир, цветами и возгласами встретят героев, но это будет где-то там, далеко, среди людей, которые никогда не бывали на поле битвы. Или же не будет никакого пира. Вдруг Траян состроит козни и вместо почестей решит устроить брату казнь. Ярослава отбросила эти мысли. Нечего строить догадки. Пусть все идет своим чередом.

Идан и его приближенные воины склонились над картой и что-то обсуждали, рассевшись вокруг нее прямо на земле. Княжна решила не мешать им. Отойдя в сторону, она посмотрела на пылающий Межецк и откусила большой кусок хлеба. Страшно представить, сколько жизней обрывается в городе. Какие страдания испытывают люди в этот момент. Степняки такие же люди, как и жители Старгородского княжества. Пусть у них другие взгляды, но это слишком ужасный конец для любого.

– Такое пламя и за сотни верст будет видно. – Идан коснулся плеча Ярославы и мягко похлопал. Брат выглядел лучше, чем у ворот города. Его левую руку закрепили тканью. – Я вижу этот взгляд. Мне тоже жаль людей, что гибнут сейчас там из-за моего решения и из-за упертости вождя кочевников. Но если этого не сделать сейчас, то дальше может погибнуть еще больше. Стоит выдернуть сорняк в начале… До того, как он разрастется.

– Ты прав, брат… А ведь верно, ты прав!

Ярослава будто очнулась ото сна. Это пламя словно отражало ее чувства, рвущиеся изнутри. Игорь предупреждал ее, что за излишнюю доверчивость когда-нибудь придется поплатиться. Видимо, это тот самый момент. Возможно, стоит сжечь свои чувства, как Идан – Межецк?

– Брат, куда ты двинешься дальше?

– Пойдем в сторону Старграда лесами, обходя деревни и торговые пути. Отец мертв, а значит, в городе сейчас беспорядки. Скорее всего, Олег забрал власть себе. Не хочу, чтобы остатки армии были обнаружены его приспешниками и были убиты. Брат слишком жаден, чтобы легко отдать трон.

– Мне нужна карта. – Ярослава развернулась на пятках и почти подбежала к дружинникам. Они удивились княжне, но расступились. – Вот здесь, – Ярослава указала в место на карте, где, по ее предположению она наткнулась на волколаков, – густой лес. С виду безопасный и плодородный, но не заходите в него ни в коем случае. Там много болот. Мне одной было тяжело там пройти, а вас целое войско. Лучше обойдите вот здесь.

Княжна пальцем провела дугу на достаточном расстоянии от места обитания волколаков.

– Послушаю совета, но твои слова звучат так, будто ты не пойдешь с нами.

– Не пойду, – кивнула Ярослава. – У моих ног лежит собственный путь, которым я должна идти. Надеюсь, боги сведут наши дороги и мы вскоре встретимся.

Идан лишь выдохнул и обнял сестру.

– Мы впервые встретились спустя столько времени, но придется снова расстаться. Я не попрошу тебя идти с нами, знаю, тебя не отговорить. Но хотя бы подлечись и отдохни перед дорогой. Вон тот костер, – Идан указал на соседнюю полянку, – там воины сейчас раздают еду.

– Так и сделаю, – Ярослава покрепче обняла брата и отстранилась. – Доброй ночи.

Идан кивнул, дружинники, кто мог, встали и с поклоном проводили княжну. Ярослава побрела на соседнюю поляну, где ее сразу поприветствовали воины.

– Возьмите, княжна, – дружинник у костра отрезал хороший кусок мяса коня и протянул девушке, затем снял с пояса мешочек с водой. – Питья почти не осталось, поэтому примите мое, я уже сыт и жажду хорошо утолил.

– Благодарю.

Ярослава не стала отказываться. Голод давал о себе знать. Княжне казалось, будто в животе образовалась дыра.

Есть со всеми на поляне девушка не стала, слишком печальное настроение там блуждало от разговора к разговору. Она отошла в сторону, где ранее встретила Веру, и расположилась под одним из деревьев. Мясо было вкусным, сочным, но девушку не покидала мысль, что это чей-то верный скакун. Неужели когда-то Бурана ждет такая же участь?

Открыла Ярослава глаза от слепящего солнца.

– Ох…

Боль в ранах и теле давали о себе знать. Княжне казалось, что по ней пробежался табун лошадей, да не один раз.

Лагерь уже не спал. Как только глаза привыкли к свету, Ярослава увидела картину побоища во всей ее красе. От Межецка почти ничего не осталось, но пожар до сих пор не потух полностью. Поле брани выглядело ужасно. Присмотревшись, девушка заметила там движение, видимо, дружинники собирали тела для костра, чтобы отправить души погибших в Навь и остановить распространение болезней.

– Проснулась, княжна?

К ней подошел Федор. Левый глаз его был прикрыт тканью, почерневшей от засохшей крови. От него, пересекая щеку, шел длинный рваный порез, заканчивающийся где-то на подбородке.

– И вам доброго утра. Ох… – Ярослава попыталась подняться на ноги, но тело будто бы защемило.

Федор подхватил княжну под руки и помог встать:

– Если бы это утро было добрым, княжна. Пойдемте к Идану.

Девушка думала, что дружинник был опечален исходом битвы и сожжением города, но все оказалось гораздо страшнее. По дороге то тут, то там, встречали трупы. Кого-то уносили, кого-то оплакивали.

Идан и несколько дружинников вновь стояли над картой и что-то обсуждали. Брат прихрамывал, его левая рука скрывалась под остатками плаща, лицо осунулось, а под глазами залегли тени. Он, видимо, так и не сомкнул глаз ночью.

– Утра, Яся, – устало сказал мужчина, когда увидел Ярославу.

– Хворь опять дает о себе знать, брат? Столько людей…

– Нет, это исход битвы. Кто-то умирает на поле брани. Еще столько же – в течении седмицы после.

Не каждому суждено пережить ранения. У некоторых чернеет кровь, и они умирают в адских муках. Если бы не Вера, то мертвых было бы еще больше. Всего одна девица, а способна стольких поставить на ноги.

– Почти все готово к прощанию.

Словно по зову Вера отозвалась откуда-то из-за спины Ярославы и подошла к Идану.

– Хорошо. Федор, передай приказ. Кто может передвигаться, пусть выдвигается к кострищу проститься с друзьями, родственниками и воинами. Вера, – мужчина повернулся к девушке, – оставляю на тебя больных и раненых.

До кострища добирались пешком. В степи, в удалении от разбитого лагеря, тела дружинников и степняков сложили в большую кучу. После смерти все равны. Идан подал знак рукой и несколько воинов подожгли сухие ветки. Огонь занялся быстро, хватая языками пламени все больше трупов. Идан опустился на колено и опустил голову. Собравшиеся вторили ему.

– Да очистит Сварог их души, – громко сказал князь.

– Да очистит Сварог их души, – эхом повторили остальные.

Сожжение проходило в молчании, лишь изредка Идан отдавал приказы. Ярослава не первый и не последний раз участвовала в таком обряде. Чтобы души не заблудились по дороге к Нави, их очищали огнем. Много раз, после каждого похода, в Старграде поминали павших на поле брани и сжигали коня самого отличившегося воина. Но всегда это проходило быстро, а позже был пир в честь победы. Сейчас же до пира никому не было дела. Княжна осознала, насколько в разных мирах живут дружинники и простые люди. Жители живут спокойно и счастливо только благодаря тем, кто защищает княжество. Идан же большую часть жизни видел только смерти своих друзей и подчиненных.

Кто-то из дружинников вскочил и бросился к костру.

– Остановить его! – крикнул Идан.

Федор и несколько воинов поймали дружинника у самого костра и оттащили к князю, остальные же даже не пошевелились.

– Так иногда бывает, княжна, – тихонько сказал мужчина справа. – Я понимаю его, мой сын тоже среди погибших.

Ярослава посмотрела в его глаза. Крепкий мужчина беззвучно плакал. Слезы скатывались по его щекам и терялись в бороде.

Ярослава и сама не заметила, как заплакала. Вот почему брат никогда не показывал слабость. Страх от боя разгоняет кровь, отчего сражаешься пуще прежнего. Там лишь пытаешься выжить. Самое страшное происходит после боя, когда нужно найти силы на то, чтобы смириться со смертью товарищей, друзей, родных. И Идан, потерявший воинов, страдал больше всех, ведь он нес ответственность за каждого жителя княжества, как за свою семью.

К обеду все вернулись в лагерь. Аппетита не было, хотя голод давал о себе знать.

– Яся, – Идан присел рядом с княжной, когда та пыталась хоть что-то перекусить. – То, что ты видела в последние дни, – это не самое страшное. Кочевники хоть и нападают на нас, но у них есть свои традиции и обычаи, которые они чтят на поле боя. Варвары обходятся гораздо хуже. У них нет чести, и они жестоко пытают всех без разбору. Насилуют. Еще хуже, когда понимаешь, что ответственность за каждую смерть лежит на твоих плечах. Это путь воина. Это путь, на который ты пытаешься встать и от которого тебя так упорно все отговаривали, – Идан замолчал, что-то обдумывая, и вскоре продолжил. – Дальше придется сражаться с Траяном и… Возможно, с Олегом. Я не хочу быть братоубийцей, но между жизнью княжества и жизнью брата я выберу княжество, которое Олег может погубить из-за жадности. Готова ли ты встать на этот путь?

– Я…

Ярославе было страшно. Она всегда думала, что воин просто сражается и защищает княжество. Девушка не задумывалась о чувствах, а ведь они были у каждого сидящего здесь мужчины.

«Глупая. Я была опечалена предательством какого-то мужчины, когда вокруг дела обстоят гораздо сложнее. Сейчас я даже не воин, а княжна, которая может только держать оружие, но еще не может сражаться», – Ярослава ругала саму себя.

Через некоторое время девушка нарушила молчание:

– Я готова, брат. Я пойду туда, где постараюсь обрести силу, чтобы стоять рядом с тобой плечом к плечу.

Идан внимательно посмотрел в глаза Ярославе, а затем отдал приказ:

– Ведите.

Вскоре к Ярославе подвели Бурана. На коне закрепили седло, по обе стороны от него висели мешки с пожитками, мелкое оружие. Один из дружинников держал начищенную кольчугу и одежду. Ярослава понимала, что в текущей ситуации было сложно все это раздобыть. Воинам не хватало пищи и воды. Но также княжна понимала, что с Иданом спорить бесполезно. Он не отпустил бы ее с пустыми руками.

– Благодарю тебя, брат. И каждого из вас.

Ярослава с поклоном приняла дары и взяла Бурана под уздцы.

– Береги себя, Яся. – Идан улыбнулся и обнял девушку.

Ярослава обняла брата, попрощалась с воинами, Верой. Вскоре лагерь скрылся за деревьями, а склон под ногами становился все круче, ведя на заснеженные вершины, туда, где живут Дети гор. Буран ступал рядом, довольно фыркал и тряс головой, то и дело поглядывал на хозяйку. Девушка не знала, что ждет ее, но точно была уверена в том, что в пути она снова встретит множество опасностей. Сейчас она хорошо понимала, что слаба, чтобы бороться с такими врагами, как Траян или Александр. Поэтому нужно стать сильнее и научиться управлять своей силой прежде, чем вернуться в Старград.

* * *

Зенина желала, чтобы дорога до Заречинска заняла как можно больше времени. Девушка то и дело незаметно поглядывала на Али. Юноша гордо восседал на своем скакуне и был таким же красивым, как в их первую встречу. Вот бы не было этой пропасти между ними…

К неудовольствию принцессы, деревянная крепость стремительно приближалась. Вот они уже пересекли узкий мост, перекинутый через речушку. Стражники у входа поклонились и отворили ворота. Зенина разглядывала город. Зареченск оказался не таким оживленным, как Старград. Улочки были узкие, а дома низкие. Люди недовольно косились на делегацию, только дети все также во все глаза разглядывали гостей, бежали за повозкой и что-то выкрикивали. Быстро делегация оказалась у дворца. Повозка остановилась перед двухэтажным домом, почти ничем не отличающимся от прочих. Разве что вырезано чуть больше на ставнях узоров и украшений. Али спрыгнул с коня и подошел к повозке:

– Позвольте помочь вам спуститься, – он протянул руку Зенине.

Принцесса с радостью ухватилась за протянутую ладонь. Девушка приложила все силы, чтобы сдержать улыбку. Тепло руки любимого заставляло сердце взволнованно биться в груди. Али быстро отстранился, но Зенина почувствовала, как в ее ладони оказался маленький сверток. Принцесса сжала кулак и засунула в карман. Али передал ей послание. Как же не терпелось его прочесть!

– Я смотрю, твой сын уже вовсю проявляет инициативу. – Император похлопал по плечу своего подчиненного и друга. – Смотри, Эразм, отберет твое место начальника!

– Я и рад буду. А то все рвался в путешествия на корабле. Так хоть достойным человеком станет, возмужает. – Эразм ловко соскочил с коня и сделал знак рукой воинам. Те выстроились в стройные линии, будто коридор, ведущий к двери дома. Али также поспешил занять свое место.

– Партию подберу хорошую для сына, – продолжил он, следуя позади императора. – Я же говорил вам, Ваше Величество, что дочь Саида как раз вступила в брачный возраст? Вот ее присматриваю, хотя женихов для нее, хоть отбавляй.

– Если что, по старой дружбе посодействую, – император произнес это шепотом, но слова не ускользнули от Зенины. Девушка побледнела, представив, как Али держит за руку другую. А ведь ему предстоит совсем скоро увидеть тоже самое. Принцесса закусила губу и часто заморгала, чтобы не расплакаться.

– Да-а-а, гостеприимный народ, ничего не скажешь… – проговорил отец и стер пальцем с щеки Зенины сорвавшуюся слезу. – Не расстраивайся так из-за этого. Порой невежество лучше стерпеть.

Главное, чтобы свадьба прошла хорошо. Это нужно и империи и княжеству.

Зенина всхлипнула. Она понимала, что отец пытается утешить ее, но от этих слов стало только хуже, ведь не знал император о том, что тревожит сердце принцессы.

Девушка заметила обеспокоенный взгляд Али и постаралась успокоиться. Нечего выставлять себя в дурном свете. Сперва стоит поговорить с Али, обдумать дальнейший план.

Дверь распахнулась и на крыльцо выбежал раскрасневшийся толстый мужчина.

– Гой еси, Ваше Императорское Величество! – закричал он и неловко поклонился. – Ох, надеюсь, я правильно все сказал… – Пробормотал себе под нос мужчина, но Зенина услышала. – Звать меня Вячко. Вячеслав! Я местный посадник.

– Что ж, веди, посадник, – приказал император.

– Сюда, пожалуйста, – мужчина вздрогнул и поспешил внутрь.

Покои принцессе выделили небольшие. Но ей большего и не хотелось. За время, пока она пребывала в образе птицы, привыкла тесниться в крохотных местах. Будь то брошенное гнездо или щель между досками – девушка привыкла к тесноте. Зенина легла на перину. Тело все еще болело после изнурительной дороги. Служанки бегали туда-сюда, носили вещи, готовили воду для омовения. Девушке не терпелось смыть дорожную пыль. Но еще больше она хотела остаться в одиночестве и посмотреть, что ей передал Али. Девушка положила руку на карман, чувствуя крохотный сверток через ткань.

– Принцесса, мы поможем вам раздеться. – Зенина вздрогнула, не заметила, как рядом оказалась Малуша.

– Нет, нет. Я сама раздеться и искупаться, – проговорила принцесса.

– Хорошо. Сложите грязные вещи рядом с сундуком, – служанки поклонились и вышли из покоев. Теперь они были более кроткими и послушными, какими и должны быть слуги. Принцесса довольно улыбнулась. Нужно было сразу поставить их на место.

Зенина села на перине и нащупала в кармане заветный сверток. Сердце взволнованно колотилось в груди. Дрожащими руками она развернула бумагу.

«Луна моя, я так мечтал о встрече с тобой! Приходи к конюшне после захода солнца».

Широкая улыбка появилась на лице девушки. Она вскочила с перины, прижала к груди записку и закружилась по покоям. Такой счастливой она не была уже давно. Девушка подбежала к окну. Солнце уже катилось к горизонту, но до захода еще было время.

– Так, где же конюшня?

Долго искать низенькое длинное здание не пришлось, рядом с ним как раз стояли воины империи. Всмотревшись, Зенина встретилась со взглядом Али. Он украдкой рассматривал дом, в который поселили принцессу. Девушка помахала рукой. Несколько воинов, заметив принцессу, поклонились ей, видать подумали, что она так здоровается с ними. Но главное, что Али увидел ее.

Зенина бросила взгляд на стену под окном. Ни деревца. Ни забора. Ни единого лишнего сучка, по которому можно было забраться на второй этаж. Но ничего. Принцесса уже не раз вязала ткани меж собой, чтобы спускаться по ним, как по канату.

– Бросить в темницу предателя!

Размышления прервал голос князя. Делегация чуть показалась из-за угла дома. Олег и его любовница вылезли из повозки. Не без помощи дружинника, которому князь успел дать пощечину, когда тот протянул руку Любаве. Девушка повисла на руке Олега, прижимаясь всем телом. Мужчина бранился и раздавал приказы. Тем временем Зенина заметила Игоря. Он неотрывно смотрел прямо на нее.

– Ой…

Мурашки пробежали по ее спине. Девушка закрыла ставни и отбежала на другую часть покоев. Нужно рассказать обо всем Али. Он поверит ей. Принцесса думала о том, чтобы поведать обо всем случившемся отцу, но решила, что он не воспримет всерьез ее слова. Зенина подошла к лучине и сожгла послание.

Солнце стремительно опускалось, приближалось самое заветное время. Принцесса быстро искупалась, кое-как промыла сама волосы. Все же она не привыкла управляться самостоятельно. Как же не хватало опытной служанки из Алтин, а лучше нескольких. Надеть Зенина решила темное одеяние, чтобы не привлекать лишнего внимания. С каждым мгновением волнение нарастало. Все же она была не в императорском дворце, который успела изучить вдоль и поперек. Как незаметно добраться до конюшен? Если ее кто-то заметит, могут возникнуть лишние вопросы.

Зенина сидела у окна и нервно постукивала пальцем по дереву. Может, не стоит вязать из тканей канат? Вдруг кто-то заметит. Лучше постараться спуститься на первый этаж и найти там подходящее окно или тихонько выйти через дверь, если будет смена стражи.

Луна плыла по безоблачному небу, поднимаясь все выше. На улице становилось все меньше людей. В окнах домов гасли лучины одна за другой. Заречинск медленно погружался в сон. Вскоре затих и дворец.

– Пора.

Зенина встала и на цыпочках подкралась к двери. Тишина. Девушка подошла к сундуку, схватила свои многочисленные наряды в охапку и понесла к перине. Это всегда работало. Стоит накрыть одеялом, и никто не задастся вопросом, где принцесса. Зенина задула лучину и пошла к выходу. Приоткрыв дверь, она прислушалась. Тихо. Дворец уже спал. Девушка проскользнула в коридор и аккуратно прикрыла дверь. Было темно. Прошло некоторое время, прежде чем глаза привыкли и стали различать детали. Зенина почти на ощупь дошла до лестницы. Сердце ушло в пятки, когда ступенька предательски скрипнула. Казалось, этот звук прокатился по всему дому. Но никто не явился, чтобы проверить, кто ходит во тьме.

Принцесса закусила губу и пошла вниз. В животе сжимался ком каждый раз, когда она наступала. К счастью, скрипящих ступеней более не попалось. Сердце билось так быстро и громко, что Зенине казалось, будто она может его услышать. Побег всегда вызывал бурю чувств.

Девушка подкралась к одному из окон. Ставни оказались заперты снаружи. У другого окна было тоже самое. К двери идти даже не было смысла. В Старграде их всегда запирали на ночь, Зенина была уверена, что здесь тоже. Все окна, через которые она рассчитывала выбраться, оказались заперты. Обида и отчаяние становились все сильнее. К глазам подступили слезы. Неужели у нее не получится выбраться и встретиться с любимым?

Зенина уже собиралась идти обратно и вязать из тканей веревку, когда заметила приоткрытую дверь в чьи-то покои. Из комнаты доносился громкий храп. На первом этаже жили слуги и с ними не хотелось столкнуться. Но вдруг там окно не заперто деревянными ставнями? Девушка стояла около лестницы и размышляла, как лучше поступить.

– Нужно рискнуть и проверить, – прошептала принцесса и сжала кулачки.

Зенина подкралась к покоям и приоткрыла дверь. Храп стал в разы громче. В комнате было холодно из-за открытого настежь окна. Девушка чуть не подпрыгнула от радости. Она прошла внутрь и прикрыла за собой дверь. Комната оказалась небольшой, гораздо меньше ее покоев. На перине лежал грузный мужчина. В темноте не различить лица. Зенина подошла к окну и выглянула. Внизу разросся раскидистый кустарник. Какая удача. Зенина начала взбираться, как вдруг храп резко оборвался. Девушка замерла. Мужчина на перине заворочался.

– Какой чудесный сон! – сонно проговорил он, и принцесса узнала голос посадника. Занина замерла. Даже сердце остановилось на мгновение. Неужто ее поймали? – Красавица, иди ко мне и сними эти тряпки! – выкрикнул Вячко и… снова захрапел.

Зенина некоторое время сидела на окне, недвижимая. Неужели он снова уснул? Проверять это не хотелось. Девушка свесилась и спрыгнула вниз, скрывшись в раскидистом кусте. Сердце колотилось в груди, его ритм отдавался в ушах. Куда дальше?

– А она мне и говорит, мол, ступай, Степка, к князю и проси больше жалование. Представляешь! Видите ли, ей шубку новую охота примерить! Совсем дура, ничего не понимает! – мимо прошли стражники. Зенина затаила дыхание.

– Пущай сама идет к князю и просит шубку! Не мужик же. Авось не казнит, так озолотит! Заживешь тогда!

– Чтоб князь увел мою бабу?! Да ты шо! Кому она сдалась, кроме меня?!

Мужчины рассмеялись. Их голоса постепенно отдалялись. Зенина высунулась из куста. Стражники завернули за дом. На улице никого не было. Луна освещала все вокруг холодным светом. Принцесса приметила следующий куст на пути к конюшне и поспешила к нему. Девушка старалась ступать тихо, но быстро. Она боялась, что в любой момент из-за угла кто-то выйдет и увидит ее.

Вдруг за домом раздался шорох. Зенина вздрогнула и прильнула спиной к стене. Неужто попалась! Шорох повторился. Девушке послышались шаги. Она почти не дышала. Принцесса желала слиться со стеной, стать с ней единым целым. Если ее сейчас поймают, то придется объясняться не только перед отцом, но и перед князем. Снова раздался шорох, затем еще и еще. Кто-то приближался.

– Ой! – Неожиданно из-за угла выскочила кошка, увидела Зенину, выгнулась дугой и зашипела. Кажется, она тоже испугалась. Кошка побежала обратно за угол, а принцесса юркнула за куст. Что, если ее возглас услышали? Девушка некоторое время сидела, не двигалась, вслушивалась в каждый звук, но никого так и не заметила на ночной улице.

Конюшня оказалась дальше, чем казалось из окна. Зенина уже продрогла. Кусты ничуть не спасали от холодного ветра. Девушка бежала от укрытия к укрытию, а когда добралась до конюшни, замерзла настолько, что не чувствовала пальцев на ногах. Тишина прерывалась редким фырканьем коней. Голосов слышно не было. Принцесса посидела некоторое время, прижимаясь ухом к холодной стене. Вдруг донесется храп или разговоры. Но все было тихо.

Зенина сделала глубокий вдох. От холода стало больно в груди. Девушка выдохнула и побежала ко входу в конюшню.

Дверь скрипнула, когда принцесса проскользнула внутрь. Внутри оказалось тепло. Здание не сильно продувалось ветром, а животные прогрели его своим дыханием. Зенина проморгалась, пытаясь различить хоть что-то. Слишком темно.

– Али? – шепнула принцесса, надеясь, что любимый уже пришел.

Ответа не последовало. Девушка развела руки в стороны, пытаясь нащупать стойла, но не успела сделать и шагу. Неожиданно дверь со скрипом отворилась. Да так резко, что ударилась с обратной стороны о стену.

– А-а-а! – закричала Зенина, но крепкая ладонь в тот же миг приникла к ее губам и приглушила крик. Принцесса чуть было не отдала богам душу. Это был не Али.

Озаренный светом факела, перед ней стоял высокий юноша с длинными каштановыми волосами и светлыми глазами. Он был бледный, как труп. Кем и должен был быть теперь. Зенина отбросила чужую руку и, не веря своим глазам, воскликнула:

– Дарен?!

Примечания

1

Детские – младшие члены дружины, исполняли различные поручения (здесь и далее – примеч. авт.)

2

Месяц Червен – июль.

Content

Анна Эберт, Анастасия Крот
Богатырша

Пролог

Глава 1 Болотный мор

Глава 2 Мамуна

Глава 3 Заморская девица

Глава 4 Темница

Глава 5 Казнь

Глава 6 Мавка

Глава 7 Побег

Глава 8 Найденыш

Глава 9 Принцесса

Глава 10 Подсадная утка

Глава 11 Межецк

Глава 12 Хворь

Глава 13 удо-юдо

Глава 14 Ритуал

Глава 15 заречинск

Глава 16 Сжигая мосты

Примечания