Апогей: РЕИНКАРНАЦИЯ

Пролог

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ОКОЛОЗЕМНОЕ ПРОСТРАНСТВО. 8 МЕСЯЦЕВ НАЗАД

Крышка медицинской капсулы, спроектированной неведомыми руками и адаптированной специально под физиологию ануаков, издав лёгкое шипение, слегка приподнялась. Едва заметные клубы дыхательного состава, которым предстояло дышать пациенту, вырвались наружу, хотя в окружающем хаосе это было не особо заметно. Некоторые капсулы, которых в этом помещении имелось около десяти, оказались сорваны со своих станин, стеклопластиковая часть одной из них даже чем-то разбита. Кое-где искрились разорванные кабели, и валялись явно находящиеся не на своих местах незакреплённые предметы.

Довольно узкая чешуйчатая кисть спустя некоторое время просунулась в образовавшуюся щель и медленно попыталась откинуть крышку. Не сразу, но это получилось сделать, и наружу показалось нагое тело действительно молодого парня, в котором легко можно было опознать уроженца гегемонии Ануа.

Перед глазами семьдесят третьего самца из кладки рода Узра всё плыло, да и общее самочувствие оставляло желать лучшего. Те детали окружающей обстановки, которые ему удавалось зафиксировать, явно говорили о том, что за то время, которое он провел в капсуле, что-то произошло, и это что-то явно несёт в себе негативный оттенок. Как только понимание данного факта угнездилось в голове парня, в ней сразу же возникла следующая навязчивая мысль: «Необходимо добыть чёрный кристалл, необходимо добыть чёрный кристалл».

— Чёрный кристалл, — медленно пробормотал парень и сделал первый неуверенный шаг по направлению к одной из переборок.

На ней отчётливо виднелось весьма приметное изображение чёрной, немного усеченной пирамидки на фоне красного круга. Не в силах сопротивляться накатившему помутнению, экстренно выведенный из длительной гибернации рептилоид двинулся вперёд. Словно заворожённый, он прикоснулся к эмблеме, и его рука с лёгкостью вдавила её вглубь переборки. Молодой ануак, похоже, и сам не понимал, что он сейчас делает. Парень просунул руку внутрь, где её тут же охватили плотные зажимы, а в следующую секунду что-то прикоснулось к тыльной стороне его ладони, и разум пробужденного взорвался бешеным калейдоскопом образов. Они стремительным потоком вливались и вливались в его мозг, причем напор оказался настолько силен, что в какой-то момент разум ануака начал давать сбои. Семьдесят третьего трясло, словно от удара высокочастотным током, но он уже ничего не мог поделать.

В данный момент его разум замещался другим, имевшим высший приоритет, при помощи одного из древних артефактов, сохранившихся в изредка обнаруживаемых объектах ушедших и найденных давным-давно случайным охотником за сокровищами. Судьба этого кристалла оказалась весьма непростой, однако разобраться, каким именно образом его можно использовать, учёные, в руки которых он через некоторое время попал, всё-таки смогли. Всего этих древних приборов у Гегемона имелось три, слишком редко удавалось заполучить настоящие и тем более работоспособные образцы. И вот один из них в данный момент и копировал резервную личностную матрицу Гегемона в тело случайно выжившего донора из неприкосновенного запаса, хранившегося на борту его флагманского корабля для экстренных случаев.

Эта пытка продолжалась десять минут, причём последние четыре молодой парень с зажатой в переборке рукой кричал от невыносимой боли. Как только его вопли прекратились, тело семьдесят третьего опало, а спустя ещё несколько секунд оно сползло на палубу, потому что фиксаторы, удерживающие его руку, разжались. Бесчувственный ануак некоторое время инстинктивно подёргался, причём отчётливо стала видна словно вплавленная в чешуйчатую кожу отметина на тыльной стороне его ладони в форме треугольника с изображённым по его центру непонятным символом.

Через полтора часа глаза семьдесят третьего дернулись и медленно открылись, он осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Его взгляд упал на отметину, и тонкие губы расплылись в довольной усмешке, обнажив ряд острых зубов.

— Сработала, — произнес он, поднимаясь на ноги.

Предстояло разобраться в том, что случилось, и постараться по возможности вернуть утерянное, а лишился древний ящер очень многого. Несмотря на то, что вместилище, в котором очнулся правитель государства, обладало некоторым пси-потенциалом, но настолько ничтожным по сравнению с тем, который он имел раньше, что Гегемон почувствовал себя беспомощным. Провести полноценный перенос личности и способностей не удалось, а значит, придется потрудиться, к тому же отсутствие нейросети весьма усложняло ситуацию.

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Если бы можно было считать квазиживой разум рейдера, носившего гордое имя древнего человеческого бога войны Ареса, полноценной личностью, то, вполне вероятно, сторонний наблюдатель, проанализировав его поведение, сделал бы весьма неутешительный вывод о том, что он захандрил. Нет, он, конечно же, исполнял полученное от истинного хозяина указание и следовал приказам экипажа, оставшегося на его борту, но у него напрочь перестали проскальзывать нотки юмора, и создавалось впечатление, что он утратил интерес к собственному существованию. Это состояние затронуло не только его, коллективному унынию поддались все разумные, волею судьбы собранные в этом удивительном корабле.

Искин, получивший с легкой руки новоявленного гвардейца Арай собственное имя Дэн, лишь весьма отдалённо смог просчитать ту мощь, которую применил его бывший владелец Бор Винд, перебрасывая их сквозь червоточину. Рыдала вечерами в подушку Агата, не в силах хоть что-то изменить, скрипел зубами Даг Борн, метался по бесконечным коридорам человек, который оказался на борту рейдера буквально в последние часы, перед тем, как его хозяин принял судьбоносное решение, вышвырнув их назад, на территорию Содружества. Но хуже всего пришлось двум братьям вотахам — Скару и Аргуну. Вся их жизнь, всё существование было завязано на духовную привязку к своему хозяину, и вот в одночасье у них словно вырвали по одному из сердец. Неизвестно, как именно Бор Винд смог это сделать, но, поразмыслив, братья пришли к выводу, что, видимо, таким образом он пытался спасти их, вступив в неравный бой с чудовищным противником. В памяти вотахов ещё остались моменты этого сражения, запечатленные, пока они ещё находились в сознании, только вот его финал так и остался неизвестен для членов экипажа Ареса.

В первые минуты после прохода сквозь червоточину они попытались вернуться, но этому, увы, не суждено было случиться, путь, проложенный неизвестно кем и когда, схлопнулся, отрезая им дорогу к этой точке пространства. Даже несмотря на то, что в навигационной базе «Ареса» сохранились координаты, снятые из той звёздной системы, осуществить ноль-переход по ним оказалось невозможным, этот мир действительно был закрыт, древние хорошо умели хранить свои тайны. С тех самых пор прошло уже около семи месяцев, за время которых экипаж, не зная, чем им еще заняться, периодически совершал переходы по случайным координатам, ведя мониторинг и сбор информации. Всё это делалось не просто так, Агату не отпускала навязчивая мысль о том, что если система закрыта для ноль-перехода, то это ещё совсем не значит, что попасть туда совершенно невозможно. Юная аграфка прекрасно знала, что ничего абсолютного во Вселенной практически не бывает, поэтому на пару с искином они составили план, целью которого было определение примерных координат местоположения Солнечной системы. Он был основан на сложной многоступенчатой триангуляции навигационных маркеров, её задачей являлось сопоставление множества разнообразных факторов, однако прошло уже столько времени, и хотя результаты кое-какие всё-таки имелись, но определить конкретную область, в которой бы сошлись все маркеры, пока не удалось. Однако упрямая девушка раз за разом продолжала свои изыскания в надежде добиться хоть какого-то результата. Она практически поселилась в рубке рейдера, периодически терроризируя пилота. Ванда, понимая, что лучше с этой очумелой аграфкой не спорить, может и нос расквасить, такой опыт у нее уже имелся, дисциплинированно выполняла все поступающие приказы, и поиск продолжался.

Скар сидел в своей каюте прямо на палубе, поджав под себя ноги. После потери хозяина он осунулся и потерял вкус к жизни. Нет, бывший телохранитель не стремился погибнуть, но и не находил в душе причин для полноценного существования. Он медитировал, пытаясь разобраться в самом себе, это занятие стало его обычным времяпрепровождением, впрочем, насколько знал молодой вотах, и с его братом Аргуном творилось нечто подобное. Они оба оказались неспособны выполнить своё предназначение, но и погибнуть теперь уже не могли, привязка исчезла, а искать нового хозяина не позволял древний кодекс. Между собой они договорились, что станут охранять друзей Бора Винда, не жалея себя, и, быть может, тем самым смогут приблизить собственную гибель, ибо такое существование гораздо страшнее смерти.

Оба сердца вотаха ритмичными сдвоенными ударами отсчитывали неумолимо пробегающее мимо время, Скар сидел так уже пятый час, погружённый в свои невесёлые мысли, когда внезапно одно из его сердец пропустило удар, и в груди отчаянно закололо. Юноша резко открыл глаза, его взгляд заметался из стороны в сторону, усилием воли он попытался восстановить нормальную работу собственного организма и понять, что же с ним произошло, как вдруг дверь в каюту резко открылась, и в неё влетел его старший брат.

— Скар, ты почувствовал это⁈ — голос Аргуна дрожал от возбуждения.

— Да, брат, со мной творится что-то странное, — кивнул парень, — сердце…

— Так почему ты ещё не на ногах⁈ Разве ты не понял, что произошло⁈ Наш хозяин вернулся! Я чувствую это! Загляни внутрь себя, и ты тоже сможешь это понять! — практически прокричал старший из вотахов.

На секунду сидящий на палубе юноша прикрыл глаза, сосредоточился, а потом на его лице медленно растянулась счастливая улыбка:

— Ты прав, брат, он вернулся! Значит, он смог одолеть своего врага! Но как это могло произойти, привязки ведь совершенно точно больше не было?

— Какая разница, Скар, хозяин жив!

— Дэн, ты меня слышишь? — внезапно радостным голосом закричал он, задрав голову вверх.

— Я слышу вас, господин Аргун. Какова причина вашего неадекватного поведения? — практически сразу откликнулся искин.

— По-моему, оно у меня очень даже адекватное. Бор вернулся! Ты слышишь⁈ Мы чувствуем его, мы чувствуем! — закричал он во всё горло и расхохотался. — Ты слышишь меня, железяка, теперь мы точно сможем его найти! Надо всем рассказать!

Глава 1

Марсианин

Глава 1. Марсианин

ПЛАНЕТА МАРС, ДРЕВНИЙ КОМПЛЕКС

Ветер гнал массивную пыльную бурю по бескрайним просторам некогда живой планеты, миллиарды мельчайших частиц красно-коричневого цвета исполняли первобытный танец, причудливо перемещаясь с места на место. Несмотря на скудную атмосферу, скорость ветра в этот день была достаточно высока, она позволяла поднимать с поверхности миллионы тонн мельчайшего песка и перемещать их на весьма серьёзные расстояния. Солнце освещало эту часть небесного тела, но в данный момент у самой поверхности Марса стоял полумрак, словно покрывалом, он прятал под собой то, что в данный момент там происходило.

Удивительны и неповторимы звуки ветра, велика его сила, тысячи лет он пытается сгладить, стереть со своей поверхности древнюю постройку, как будто сильный организм старается залечить незаживающую рану и постепенно добивается успеха. Часть оказавшейся удивительно прочной конструкции уже давно разрушена, время и законы природы не щадят никого и ничего, однако до конца задуманного ещё очень и очень далеко. Слишком крепки оказались строения существ, некогда облюбовавших это место, но у всего есть свой предел, и когда-нибудь наступит тот момент, когда ветер спокойно сможет пролетать этот участок и перестанет спотыкаться об досадное препятствие, прекратит путаться в лишних на безлюдных просторах конструкциях, и сделает его ничем не отличающимся от других пейзажей удивительной, некогда живой планеты, погребёт размолотые в пыль останки под слоем песка и примется за другую цель. Его работа бесконечна, только вот силы хватает в данный момент лишь на то, чтобы откусывать по кусочку то, что находится снаружи, там же, под поверхностью красной планеты, его мощь не способна уже практически ни на что, разве что попытаться засыпать узкий проход. Именно там, глубоко под поверхностью и произошло событие, которое положило начало всей этой истории.

* * *

Пробуждение моего собственного сознания выдалось чертовски странным, нет, я, конечно же, знал, что меня ждёт наказание, но каким именно оно будет, мне не сообщили. Честно говоря, я абсолютно не понимал, почему оказался в этом положении, ведь, в сущности, я был ни в чём не виноват. Я честно пытался выполнить свой долг, но мне это не удалось по причинам, не зависящим от меня. Мне вообще показалось очень странным, что целая группа из десяти диэтархов явилась именно в тот момент, когда всё было уже закончено, ещё и крайним во всей этой истории меня сделали. Лицемеры. Тогда, всё ещё находясь под впечатлением от всего произошедшего, я просто висел в пространстве и слушал, о чём они говорят. И лишь когда мне предоставили слово, я попытался сформулировать свое собственное мнение. Может, конечно, мне не надо было в тот момент язвить, а стоило попытаться сгладить конфликт? Но, судя по всему, всё было решено изначально, даже такое количество высокоразвитых энергетических существ оказалось именно в это время здесь не просто так. Видимо, хваленые смотрители за сущим опасались, что я могу оказать им сопротивление, но при такой совокупной мощи бессмысленно было противопоставлять им что-либо, уж это я понимал прекрасно, так что даже не дёргался, когда мне зачитали мой приговор.

Уничтожить меня они, скорее всего, не могли или не имели права, да и за что? Но вот лишить ставшего уже привычным энергетического существования — это да, это им удалось без проблем, причём тянуть с приведением вердикта в исполнение практически всемогущие напыщенные снобы не стали. Короткое совещание, вынос решения, и вот я уже вновь лечу куда-то вдаль, сжавшись до размеров молекулы, даже «прости-прощай» не прозвучало. Лишь на последних секундах своего энергетического бытия я услышал доносящийся, словно издалека, смутно знакомый женский голос.

— Дитя моё, помочь тебе в данной ситуации я не в силах, не в силах здесь, но там, куда тебе предстоит вернуться, есть то, что сможет тебе помочь. Я передаю тебе координаты моего тайного убежища на Терре, думаю, ты сумеешь разобраться с тем, что там осталось. Удачи тебе, дитя, и постарайся не держать на нас зла, мы все ограничены законом, законом Творца. Данное решение принято для твоего же блага.

И вот мой полёт закончен, интересно, куда эти ублюдки закинули меня, надеюсь, я не повторю судьбу несчастного виконта Миго Ферро и не очнусь в теле сопливого младенца. Это было бы уже слишком, терпеть и взрослеть, наблюдая, как за тобой убирают нечистоты, стало бы настоящим наказанием.

Однако пробуждение оказалось весьма специфическим. Первое, что я почувствовал — это холод, давненько я не ощущал ничего подобного. Инстинктивные попытки воспользоваться ставшими уже привычными возможностями и подключиться к информационному полю потерпели сокрушительную неудачу, похоже, мои бывшие коллеги совсем не шутили, когда принимали решение и обрезали мне доступ. Темнота вокруг меня так и осталась беспросветной, сохранилось лишь ощущение себя как целостной личности, ну что же, придётся, видимо, вспоминать былое и действовать по старинке.

С трудом удалось разлепить глаза, но перед собой я увидел лишь серую муть, ничего, главное, что я не слепой, а значит, есть и перспектива. Немного проморгавшись, мне удалось кое-что разглядеть, очень расплывчатые очертания неровного свода, но это уже было хоть что-то, однако в данный момент надо было понять, что вообще происходит, и где я нахожусь. А как это сделать, если тело совсем закоченело? Уж это я понять был в состоянии, но ведь сам данный факт свидетельствовал о том, что оно у меня есть, и существует какая-то связь с ним. Закрыв глаза, начал вспоминать о том, чего меня лишить никто не в силах — знания о том, как работать с пси, только оно, родимое, меня и может спасти. До того, как я схлестнулся с тем жутким ящером, мне неслабо пришлось попотеть, тренируя свои чудодейственные способности, и если в том теле, в котором я очутился, есть хоть зачаток пси-ядра, то должен его почувствовать. Раньше у меня не было с его поисками абсолютно никаких проблем, поэтому я сразу же погрузился в медитативное состояние для попытки нащупать это ключевое для моего спасения в данный момент образование. Прежде проделать такое удавалось без какого-то особого труда, но почему-то на этот раз повторить предыдущий опыт оказалось непросто, и в какой-то момент я даже начал отчаиваться, решив, что меня могли поместить в тело, полностью лишённое каких бы то ни было пси-возможностей. Сам мыслительный процесс проходил немного странно и вяло, но это могло быть следствием и низкой температуры, однако я не отчаивался и продолжал погружаться внутрь своего собственного нового обиталища, и постепенно дело сдвинулось с мёртвой точки. Запоздало пришло понимание, что, быть может, моему разуму нужно адаптироваться к новому вместилищу, но вот в какой-то момент я возликовал, ведь пси-источник здесь точно был. Подключиться к нему после обнаружения удалось достаточно легко, словно открылись гостеприимные двери, и я вновь ощутил это пьянящее чувство, теперь настало время следующего шага.

В первую очередь я активировал сферу поиска, ограничив её десятью метрами, и практически сразу же понял, где я нахожусь, и на какую планету меня забросило. В этом месте я уже совершенно точно был, да, мы заглянули сюда с Агатой во время нашего ознакомительного полёта на Марс. Итак, значит, вот как они решили со мной поступить, отправили в подземный склеп со странными существами, и в теле одного из них я и оказался, теперь это ясно совершенно точно, потому что центр сферы поиска располагался в одном из них. Человекообразная фигура, но полностью чуждое нашему виду лицо, однако, если выбор диэтархов пал именно на это вместилище, то значит, теоретически я должен иметь возможность для выживания в нем.

Ещё при прошлом посещении этого подземного сооружения я узнал, что состав атмосферы здесь далёк от того, к которому я привык, хотя точных параметров и не помню, но, судя по показаниям моего скафандра, стоял легкий морозец. Видимо, поэтому я и ощущаю себя сейчас курицей в холодильнике, но ничего, раз есть источник, то уж согреться однозначно смогу.

Сосредоточившись, я начал локально повышать температуру своего тела, отдача пси-источника оказалась невелика, и пришлось расходовать энергию очень экономно, будем надеяться, что это является результатом длительного бездействия. Постепенно я начал ощущать тепло, и как следствие, теперь моему оживающему организму потребовалось сделать инстинктивный вдох, что, собственно говоря, я и попытался осуществить, правда, лучше бы я этого не делал, потому что имевшийся вокруг сложный газовый состав явно не был предназначен для моего дыхания. В голове помутилось, и я лишь отчаянным усилием воли смог захлопнуть носовые щели, заменявшие мне нос, в попытке переждать приступ и найти решение проблемы. Одновременно с этим я старался разобраться в собственном метаболизме, благо, кое-какие навыки, касающиеся данного аспекта, у меня имелись, не зря в меня вбивали знания, да и сам я успел за время пребывания в Содружестве выучить немало. Помню, как однажды меня отчитывал строгий наставник за то, что вместо создания вокруг себя щита, когда оказался под многометровой толщей воды, я поступил совсем не экономно, но тем не менее эффективно. В этот же раз я попытался действовать тем способом, о котором говорил учитель. Насколько я помню из прошлого посещения, кислород здесь присутствовал, поэтому я сформировал небольшой сферообразный двухсторонний щит мембранного типа, прикрывавший лицевую часть моей головы, словно дыхательной маской. Затем ментально прикрутил к нему насос, который без устали выкачивал из окружающего пространства молекулы кислорода, азота и углекислого газа, а потом настроил формирование этой смеси таким образом, чтобы она была максимально приближена к тому воздуху, к которому я привык. Не знаю, на что настроено это неземное тело, но эксперимент я решил начать именно с уже знакомого мне состава. Инерция мышления, как сказал бы наставник, в рот ему его джоровские ноги, до сих пор временами вздрагиваю, когда вспоминаю, как мне пришлось отращивать постоянно исчезающую плоть на своих костях.

Для того, чтобы достичь необходимой концентрации, мне понадобилось всего двадцать секунд, после чего я смог осторожно сделать первый вдох. Есть, я угадал, не знаю, насколько этот состав был оптимален, но перенести его я смог без труда. Проанализировав выдыхаемый мною газ, я пришёл к выводу, что метаболизм этого тела однозначно основан на кислородном принципе питания. Хотя использовалось же оно в свое время наверняка и на поверхности Земли, так что какие еще у него могли бы быть настройки? Теперь, когда необходимость в дополнительных усилиях по добыче углекислого газа из окружающего пространства пропала, его легко было брать из выдыхаемого объёма, расход пси-энергии уменьшился, и появилась возможность направить её излишки на усиленную добычу молекул с более низкой концентрацией. Процесс несколько ускорился, теперь я смог делать один вдох через каждые пятнадцать секунд, уже неплохо, но при таких темпах о более-менее активных действиях и речи идти не могло. Попробовав медленно поднять руку, я убедился, что это вполне возможно, промороженный за тысячи лет вынужденного бездействия организм нормально откликается на приказы моего разума, причем ощущаю я его с каждой секундой все лучше и лучше. Затем я аккуратно попытался встать, непривычное тело, в котором я оказался, слушалось ещё неуверенно, возникло ощущение, сходное с тем, как будто надеваешь новые туфли, они пока еще не разношены, и тебе в них не очень удобно, но тем не менее я смог его внимательно осмотреть.

Странный комбинезон, в который оно было упаковано, заинтересовал меня больше всего. От левого плеча к центру груди тянулась какая-то пластина, заканчивающаяся примерно в районе грудины. Заинтересовавшись этой явно выбивающейся из общей картины частью, я активировал сферу поиска и получил весьма неоднозначные результаты. Это штука явно была высокотехнологичной, но долго гадать о её предназначении мне не пришлось, надавив в центр, туда, где находилось круглое утолщение, я, по всей вероятности, её активировал, потому что она сразу же пришла в движение, трансформируясь в нечто наподобие шлема. Это образование полностью покрыло мою голову и, судя по незнакомым пиктограммам, начало передавать какие-то показатели, а может быть, это происходила загрузка системы. Между тем комбинезон также начал обрастать дополнительными деталями, уж не знаю, какие технологии тут применялись, на мой взгляд, скрыть такой объём в столь маленьком устройстве является задачей непосильной, но, видимо, создатели данного девайса так не считали. Одновременно с этим я почувствовал, как просела выработка энергии, и поначалу даже запереживал, но пока еще она была в пределах допустимых значений. По моим конечностям пробежали тоненькие змейки, они словно бы раскладывались друг из друга, так, как будто бы делились или клонировались, эти линии прошлись по всему внешнему контуру моих конечностей и корпуса, а затем начали расширяться, полностью охватывая тело и одевая его таким образом пусть и явно не в боевой, но всё-таки в скафандр. Кисти рук оказались затянуты в перчатки, а достаточно, на мой взгляд, лёгкая обувь, шедшая в комплекте с комбинезоном, превратилась в полноценные, полностью металлизированные башмаки. В подшлемное пространство начал поступать воздух, и мне наконец-то мне удалось произвести полноценный вдох, в голове тут же прояснилось, линии обрели чёткость, да и сам мыслительный процесс начал стабилизироваться. Сразу же отключил свою кустарно созданную дыхательную установку, надобность в ней отпала.

Ну что ж, обстоятельства, конечно, не рядовые, но действовать всё-таки нужно, по крайней мере, шанс на выживание есть, и надо сделать всё, чтобы им воспользоваться, знать бы ещё, что означают все эти символы, которые периодически пробегают на внутренней поверхности шлема. Язык абсолютно незнаком, ничего общего с языком Содружества, да и какое Содружество, раз это тело пролежало здесь гораздо дольше, чем оно существует. Если верить словам одного из прежних владельцев, которые донеслись до меня во время моего предыдущего посещения этой гробницы, то было это очень давно.

Встав на ноги, несколько раз присев и убедившись в том, что всё в моем новом организме работает как надо, я осторожно двинулся в сторону выхода, протиснуться сквозь энергетический барьер оказалось несложно, но вот поднявшись наружу, я понял, что делать это ещё рано. Наверху свирепствовала буря, загоняя кучи песка и вновь выдувая его из полуразрушенных построек. Ну что же, подождём. Во всяком случае, теперь у меня есть время, чтобы разобраться с тем хозяйством, которое мне досталось и решить, что делать дальше. Эх, может, зря я тогда свой рейдер вытолкнул через червоточину? Возникла шальная мысль ментально позвать его, но как я ни пытался, ничего у меня не получилось. Значит, будем импровизировать, думай, голова, думай, шапку куплю, на шлем натяну.

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. МОСКВА. КРЕМЛЬ

Заседание совета национальной безопасности в этот раз шло по максимально урезанному формату, количество присутствующих было ограничено всего пятью осведомлёнными лицами, имеющими наивысший уровень допуска к обсуждаемому вопросу. Члены Совбеза ожидали прибытия главы государства, вяло переговариваясь между собой на отвлечённые темы. Наконец массивные створки дверей открылись, и в помещение вошёл личный секретарь президента.

— Господа, дамы, товарищи офицеры, попрошу встать, — безапелляционным тоном обратился он к высокопоставленным людям и сделал практически церемониальный и вышколенный подшаг в сторону, пропуская перед собой Первого.

Статный мужчина вошёл в помещение стремительной и деловой походкой, обогнул достаточно внушительный стол и уселся в кресло, кое-что поправил перед собой, причём присутствующие, знавшие об этой особенности главы государства, в очередной раз побороли в себе желание улыбнуться. Подобные манипуляции уже стали частью своеобразной традиции и перешли от предыдущего главы государства, который занимал свой пост довольно длительное время и оказал существенное влияние на становление России, на её возвышение на мировой арене и укрепление национального духа. Нынешний глава изо всех сил старался не уступать в своих действиях от намеченного полтора десятка лет назад курса, и это не могло не радовать весь многонациональный народ страны.

— Добрый вечер, товарищи, — поздоровался мужчина, — прошу прощения за задержку, очень напряжённый протокол. Давайте приступим, прошу высказываться кратко, через час встреча с премьер-министром Индии. Кто будет первым докладывать?

— Разрешите мне, господин президент, — поднял руку с указательным пальцем, направленным в потолок, немолодой руководитель службы внешней разведки.

— Докладывайте, — кивнул президент, и мужчина в строгом костюме темно-синего цвета открыл свою папку, слегка прокашлялся и начал.

— Господин президент, по каналам нашего ведомства поступила информация об активизации работы представителей Соединённых Штатов Америки по изучению объекта «Сфера». Здесь нужно сделать несколько ремарок, во-первых, NASA совместно с ВВС США планирует запуск аналога нашей совместно российско-китайской программы. Причём, насколько нам стало известно, они планируют применять не только земную технику, но и всю найденную и конфискованную на своей и бывшей некоторое время назад подконтрольной им территории, а это, по меньшей мере, три единицы. В настоящее время на базе «Гора Шайенн» производится доработка двух экземпляров и оснащение их перспективными образцами вооружений, имеющих возможность поражать цели в безвоздушном пространстве, мы считаем, что они могут попытаться силой помешать нашему проекту. Детали я передам в научный отдел, но, к сожалению, их не так много, уровень секретности на базе серьезно повышен. Второе сообщение вызывает более серьёзные опасения. От агента Трясогузки поступила информация о запуске проекта с кодовым названием «Симбиоз», по нашим данным, планируется попытка перевербовки носителей кридов с целью создания из них группы, которая будет работать на объекте «Сфера», пока неясно, самостоятельно или под контролем военных. Это сообщение еще необходимо тщательно перепроверить, но если оно соответствует действительности, то данный факт требует принятия срочных контрмер. Вследствие того, что, как вы знаете, криды, лишившись управления со стороны своих хозяев, не потеряли способности к телепатическому общению между собой, отследить которое мы не в состоянии, плюс ко всему они знакомы с внеземными технологиями, существуют опасения, что они могут серьёзно преуспеть со «Сферой». Что еще им в их глистообразную голову взбредет после этого, вообще непонятно. В настоящий момент информация перепроверяется, но почему-то я склонен ей верить. Доклад закончил.

Президент задумчиво потёр подбородок и обратился к своему заместителю по научной части:

— Что скажете по этому поводу, Сергей Станиславович?

— Информация очень серьёзная и требует осмысления. Как вы знаете, мы смогли обнаружить четыре летательных аппарата, вернее, пять, но при попытке взлёта один из них оказался полностью уничтожен. По договорённости, один из оставшихся мы передали китайской стороне, хотя, как мне кажется, наши «товарищи» немного схитрили, ведь наверняка и на их территории должно было найтись что-то подобное. В данный момент ведутся работы по созданию аналогичного летательного аппарата, для этих целей был разобран один из повреждённых шаттлов или ботов, как называл их господин Ветров. Работа ещё далека от завершения, полностью скопировать двигатели нам пока не удаётся, пытаемся придумать что-то своё, исходя из наших возможностей по материалам. С энергетической установкой тоже существуют проблемы, но институт Курчатова в этом отношении смог помочь, создав компактный реактор, принципиально схожий по своему действию с тем, которые мы им предоставили в качестве образца для копирования. Работа идёт непрерывно, пришлось повысить меры безопасности после того, как в институте удалось обнаружить попытку кражи информации. Со всеми фигурантами сейчас работают коллеги, — мужчина кивнул в сторону одного из присутствующих, — что касается вооружения одного из ботов, то с нашей стороны работы в этом русле тоже ведутся. Первые образцы будут готовы к установке примерно через два месяца, в настоящее время идут занятия по обучению пилотов управлению в ручном режиме этими ботами, но об этом лучше расскажет представитель ВКС. Лично я считаю, что информация касательно вовлечения носителей кридов в секретный проект и вообще про саму идею интеграции их в общество вполне достоверной, это в духе американцев, пойти самым идиотским путем. Там у Кеннеди-младшего адекватных советников не осталось. Спрогнозировать поведение этих существ невозможно, существует опасность развития их популяции и заражение ими всего человечества, хотя они и утверждают обратное. Я не понимаю, что двигает этими американцами, видимо, они там вообще с ума посходили, и вместо того, чтобы разгребать завалы после мегацунами, начали заигрывать с силами, в которых вообще ничего не понимают. Нужно принимать серьезные меры. Доклад закончил.

— Разрешите добавить, господин президент, — подал голос представитель Военно-Космических Сил Российской Федерации.

— Конечно, Константин Николаевич, — кивнул президент, и мужчина продолжил.

— Подготовка пилотов ведётся в штатном режиме, первые пробные полёты уже осуществлены, общие инструкции разработаны. Более того, буквально вчера один из наших испытателей смог благополучно произвести детальное высочастотное фотографирование «Сферы» и её облёт, а также совершён облёт Луны, всё идёт согласно заранее разработанному план-графику. Что касается вооружений, то работа ведётся плотно, считаю эту задачу первоочередной. Несмотря на то, что объект «Сфера» огромен и внешне с Земли выглядит монолитным, его поверхность достаточно неоднородна по своей структуре, и судя по полученным снимкам и личному мнению пилота, проникновение внутрь для её изучения более чем возможно. Сами понимаете, какие риски могут возникнуть, если американцы найдут там что-то, что сможет им дать толчок к производству новых технологий, особенно двигателей и оружия. Плюс, если сам объект состоит из внеземных материалов, то его могут начать разрабатывать для их получения, как планировали и мы. Считаю, что допустить этого нельзя ни в коем случае, вы меня уж простите, но надо подключать агентуру и устранять всех, кто задействован в их проекте. Физически, — подчеркнул генерал Распопов.

— Мария Анатольевна, а вы что скажете? — задумчиво посмотрев на часы, поинтересовался Первый.

— Ситуация неимоверно сложная. Мы ведём работу по дестабилизации внутреннего пространства Северной Америки. На границе с Мексикой уже происходят серьёзные стычки, а в наиболее пострадавших прибрежных районах вообще обстановка похожа на постапокалиптичный фильм-катастрофу. Никакой работы по расчистке завалов и восстановлению нормальной жизни разрушенных городов так и не производится, да и, на мой взгляд, вряд ли в ближайшее время там что-то изменится, слишком много погибло населения. Плюс ко всему после схода «большой воды» на берегу оказалось множество останков морских обитателей, погибших людей, животных и растений, покрытых слоем ила, и всё это в данный момент гниёт и разлагается. Представители Госдепа регулярно пытаются обращаться к мировому сообществу с просьбами о помощи, но, даже несмотря на то, что мы выраженно не оказываем им противодействия, большинство стран им отказывает, а своё население они сагитировать на устранение последствий не могут. Коллапс доллара привёл к тому, что они уже практически начали скатываться в средневековье, люди готовы убить за пачку чипсов. Лично я не уверена, что они способны сохранить свою государственность в ближайшей перспективе, только вот ядерное оружие, которым они обладают, никуда не делось, и еще неизвестно кто придёт к власти, когда военное положение, объявленное после схода «большой воды», отменят. Хотя отменят ли его вообще, под большим вопросом. Сейчас им ещё удаётся, физически устраняя бунтующих людей, удержать хоть какой-то порядок, но это не может продолжаться вечно. По подсчётам Всемирной Организации Здравоохранения, население планеты сократилось на треть, но, думаю, что больше, и те же китайцы с индусами, опасаясь ослабления своего влияния, намеренно занижают свои потери. Далее. Работа с пострадавшими регионами по нашему направлению ведётся, но какой бы то ни было существенной помощи мы оказать не в состоянии. В данный момент большая часть усилий направлена на поддержание продуктовой безопасности и решение собственных внутренних проблем, но об этом лучше расскажут другие, — закончила министр иностранных дел.

— Ну, что касается финансовой стороны вопроса, я думаю, сейчас обсуждать что-либо не имеет особого смысла, — президент остановил взмахом руки пытавшегося взять слово министра финансов. — Однако я хочу, чтобы вы понимали, что ситуация на сегодняшний момент критическая и чертовски взрывоопасная. Только благодаря всеобщей мобилизации нам удаётся справляться с потоком обезумевших беженцев и снижать накал напряжённости в нашем регионе. Считаю, что всё, что касается проекта «Сфера», на данный момент является приоритетным, мы во что бы то ни стало должны, нет, мы просто обязаны получить технологии, которые однозначно не могут там не остаться после того, что произошло. Насколько я понимаю, господин Ветров исчез, и ни его, ни его корабля нам обнаружить до сих пор так и не удалось?

— Совершенно верно, — подтвердил командующий ВКС, — абсолютно никаких. Следов обломков тоже не обнаружено, вполне возможно, что его корабль погиб и также стал частью «Сферы».

— Это, конечно, самый худший вариант развития событий в данной ситуации, он бы смог оказать нам неоценимую помощь в ее исследовании и защите. Поиски продолжать, в том числе в пределах Солнечной системы, подключите все наши обсерватории и сориентируйте их на конкретную цель. Особое внимание обратить на интерес любых сторон к Луне, если то, о чём рассказывал Ветров, правда, то основная опасность исходит именно оттуда. Проект по вооружению ботов осуществить в кратчайшие сроки, если американцы или кто-нибудь другой приблизится к Луне или «Сфере» — сбивать в любом случае без предупреждения. Нам жизненно необходимо получение технологий, которые позволят нам доминировать в космосе.

— Мария Анатольевна, попробуйте аккуратно проработать вопросы, касающиеся крид, с представителями Соединённых Штатов, понимаю, что конструктивного диалога может и не получиться, но мы просто обязаны донести до них всю серьёзность ситуации, даю вам полный карт-бланш в этом отношении, пообещайте им помощь в сохранении их государственности, и гуманитарный груз какой-нибудь отправьте. Что там наши не особо любят, перловку? Так отгрузите им, пусть приобщаются. Забывать о ядерном оружии, а его там немало, не стоит, лучше эти идиоты при власти, чем какие-нибудь полоумные радикалы.

— Далее. Параллельно необходимо в кратчайшие сроки восстановить проект «Буран», и вообще, все найденные образцы внеземных технологий нужно попытаться скопировать. Я точно знаю, что Китай уже начал активную работу в этом отношении, и хоть мы сейчас работаем в тесной связке, нам необходимо получить серьёзное преимущество в космических технологиях. Для всех это цель номер один. Просейте через мелкое сито всех непризнанных гениев, все самые фантастические идеи, которые выдвигались в последнее время, должны быть подняты из архивов, а их авторы поставлены на государственную службу. Можете пинками их туда загонять, но задачу выполните, хотя это вы должны были сделать ещё полгода назад, если мне не изменяет память. Что касается кридов, то, по докладу специального отдела, основной этап зачистки завершён, но не исключено, что ещё где-то скрываются их представители, необходимо довести это дело до конца и закрыть вопрос. Ваши узкоспециализированные доклады я внимательно изучу чуть позже, а сейчас, прошу меня извинить, мне пора на встречу, — закончил президент и поднялся из-за стола, — за работу, товарищи.

Все присутствующие также встали с мест и молча проводили взглядами главу государства. Как только дверь за Первым закрылась, представители Совета Безопасности собрали свои документы и поспешили по неотложным делам, а их в последнее время у каждого из них скопилось столько, что никакое делегирование полномочий уже не спасало, приходилось работать временами круглосуточно.

После глобального катаклизма обстановка в мире накалилась до предела, гигантская волна, поднятая в океанах пришельцами, словно карающий меч, прошлась по побережьям и натворила немало дел. Миллиарды людей погибли, по общим оценкам, по меньшей мере четверть человечества перестала существовать в течение первых двадцати минут, а в последующие месяцы обстановка только усугубилась. Морская флора и фауна, оказавшаяся на берегу, трупы погибших людей и животных начали гнить, затем последовали вспышки различных заболеваний вследствие размытия могильников, особенно эта беда коснулась Европы, где и в средние века частенько вспыхивали моровые поветрия. Для этого и пришлось устраивать глобальный карантин на многокилометровой границе. Серьёзные объемы запасов продуктов питания также оказались уничтожены, и в некоторых регионах начался тотальный голод, что не могло не повлиять на внутриполитическую обстановку. Множество государств столкнулось с таким уровнем бандитизма, который они не смогли побороть, некоторые из них перестали существовать, а другие стремительно заканчивали свой путь в горнилах гражданских войн. Блок НАТО, и так дышащий на ладан в условиях жёсткого дефицита, из-за своего географического положения, вследствие которого большая часть прибрежных территорий оказалась разрушена, самоуничтожился в одно мгновение. Практически сразу запылали все крупные города некогда объединенной Европы, политика толерантности в очередной раз сыграла с ними злую шутку. Группировки мигрантов отчаянно боролись за существование и очень быстро взяли власть в свои руки, кое-где местным силам ещё удавалось сохранить относительную законность, но всё шло к тому, что в самое ближайшее время эта часть континента должна была скатиться в средневековье. Именно поэтому на границе и создавались всё новые и новые воинские формирования, ставились под ружье резервисты, стягивались подкрепления. Ведь в самое ближайшее время ожидался наплыв обезумевших от собственной безнаказанности бандитов, стремящихся любыми путями попасть в относительно спокойно пережившее глобальный катаклизм государство. Только вот дело в том, что никто их там с распростёртыми объятиями не ждал, более того, все прекрасно понимали, к чему это может привести, и были полны решимости уничтожать эти группировки при первом же контакте.

Россия относительно легко перешла на осадный режим, благодаря последним событиям затрачивать серьёзные усилия на консолидацию общества не потребовалось, оно и так в едином порыве, услышав обращение своего руководства, встало на защиту государственных интересов. Группы добровольцев отправлялись в наиболее пострадавшие районы страны, разгребали завалы, искали погибших и выживших, восстанавливали критические объекты инфраструктуры. Многие города центральной России и Сибири частично, а то и наполовину опустели, разнообразные специалисты нужны были в данный момент везде. Объявленное практически сразу после катаклизма военное положение коснулось и студентов, и даже учеников старших классов, все они, по мере своих сил, стремились помочь стране восстановиться, и постепенно дело сдвигалось с мёртвой точки, ведь там, где люди этого хотят, они могут достичь чего угодно. Однако, увы, так было далеко не везде, и этот факт в основном и дестабилизировал ситуацию в мире. Те, кто не горел желанием работать, а старался жить на пособие, не хотели ничего менять, им оказалось гораздо проще взять оружие в руки и добывать для себя кусок хлеба силой. Новый мировой порядок шел к своему становлению столь стремительно, что начавшийся процесс уже невозможно было остановить, оставалось только не упустить момент и встать у штурвала этого скачущего по волнам бушующего моря корабля.

Глава 2

Cogito ergo sum

Глава 2. Cogito ergo sum

Ещё раз оценив размах бушующей стихии, я принял решение вернуться в гробницу, необходимо было очень серьёзно подумать. Во главе угла располагался самый важный вопрос — как отсюда выбираться? Марс — планета совсем не дружелюбная, но хуже всего то, что у меня нет средства передвижения, когда мы, прилетев на боте, посещали его с исследовательскими целями, то обнаружить на его поверхности нам удалось немного. Хотя, если припомнить, то кое-что всё-таки мы тогда смогли найти, правда, не посчитали нужным обследовать эти обломки, потому что они явно относились к деятельности современного человека. Ведь запускали же сюда наверняка когда-то марсоходы или ещё что-то в этом роде, может быть, удастся найти какой-нибудь советский или, при большом везении, более современный исследовательский аппарат и послать сигнал. Хотя, даже если я и отправлю его, при условии, что его услышат те, кому положено, то пока ко мне сюда прилетят, пройдёт очень много времени. Да и не думаю я, что сейчас на моей родной планете всё так уж и хорошо. Мне, конечно, удалось предотвратить трагедию, но я совершенно точно уверен в том, что Земле в тот момент серьёзно досталось. Червоточину я тоже закрыл, и теперь сюда никто не сможет проникнуть. Ладно, кончится буря, попробуем задействовать сферу поиска, судя по моим внутренним ощущениям, после восстановления дыхания потенциал пси-источника явно подрос.

Спустившись обратно в гробницу, я ещё раз более внимательно осмотрел все тела, да уж, видок у меня теперь специфический, с таким по родным просторам особо не походишь, могут и на вилы поднять. Хорошо, что скафандр есть, и на какое-то время его мне хватит. Периодически по внутреннему экрану забрала шлема пробегали строчки непонятных символов, причём некоторые явно повторялись, навязчиво сигнализируя мне о чём-то, но вот хоть убейте, догадаться, что они означают, у меня не получается. Да и вообще, непонятно, каким образом мне с ним предлагается взаимодействовать, нейросети я не ощущаю, похоже, этим оболочкам они не требовались.

Итак, что мы имеем? В наличии есть несколько тел, и все одеты в точно такое же снаряжение, как и то, что присутствует у меня, в случае чего я смогу его с них снять и заменить своё, если оно выйдет из строя. Это несомненный плюс, надеюсь, эти костюмчики не имеют никакой конкретной привязки к носителю, но будем пока номинально считать, что такая возможность существует. Ещё в прошлое наше посещение этого склепа ничего мы здесь не нашли, в чём я и убедился, очередной раз активировав свои возможности поиска. Надо отметить, что сам материал стен этого помещения оказывал блокирующее свойство на мои способности, если внутри информацию я мог собирать, то вот за стены моя сфера уже не пробивалась. Вспомнив какой-то фильм об археологах-кладоискателях, я на всякий случай прошёл по периметру гробницы и тщательно простучал каменные плиты в уповании на то, что там скрыта какая-нибудь полость. Да только моим надеждам не суждено было сбыться, ничего я там не нашёл, затем проверил постамент, на котором ранее покоилось моё тело, но и он оказался монолитным. Что ж вы, ребята, ничего тут не оставили? Каким-то же образом вы сюда добирались, чем-то пользовались, на чем-то должны были перемещаться? Может быть, где-то поблизости у вас находится тайный ангар с припрятанным древним кораблём или хотя бы каким-нибудь челноком? Это мы, конечно же, проверим, когда закончится буря, потому что боюсь, это не самое тяжёлое тело в условиях пониженной гравитации может и унести ненароком, а бороться при помощи пси со стихией — занятие неблагодарное, проще переждать.

Внезапно в голове возник ещё один немаловажный вопрос. А нужно ли это тело вообще кормить? Я несколько раз открыл и закрыл рот, затем обследовал его изнутри при помощи языка, чтобы убедиться, что в нем присутствуют зубы. К счастью, они там имелись, только вот мне кажется, что их у меня теперь меньше, чем у обычного человека, да и сами они все практически одинакового размера. Я вдруг поймал себя на мысли о том, что всё последнее время молчал и не произносил ни слова, и сразу же мне стало безумно интересно узнать, есть ли вообще у меня такая часть тела, как голосовые связки, и способен ли я издавать хоть какие-нибудь членораздельные звуки. Решил поэкспериментировать.

— Раз-раз, — намеревался устроить я проверку звукоизвлечения, однако на выходе получилось что-то забавное, да и голосок у меня оказался какой-то писклявый, ну, может, и не писклявый, но достаточно высокий, с первого раза и не поймёшь, мужской он или женский.

— Ёперный театр! — внезапно вспыхнула в голове страшная догадка. — А есть ли у меня вообще какие-нибудь вторичные половые признаки?

Ощупав промежность, я вынужден был признать, что, похоже, диэтархи надо мной очень коварно подшутили, ничего там не было, эти энергетические твари засунули меня в тело долбанного Кена и теперь наверняка радуются. Чтоб вам ваш Творец надрал ваши доисторические ментальные жопы и распылил по Вселенной. Лучше уж тогда бы в младенца засовывали, чем такую подлянку подкладывать. Эти мысли пронеслись у меня в голове, но вербально я озвучил совсем другие фразы, загнув трёхэтажную конструкцию из исконно русских, практически фольклорных слов и выражений, причём звучало это всё в исполнении моего фальцета так забавно, что я расхохотался и осел на пол гробницы, прислонившись спиной к постаменту.

— Ну, и что теперь делать, Борислав? — горько я обратился вслух сам к себе. — Ты сейчас даже не мужчина, ты вообще непонятно кто, бывший диэтарх-неудачник в теле древнего биоробота, затерянный на мертвой планете. Что теперь делать? К чему стремиться? После былого могущества эти жалкие останки пси-возможностей выглядят, как насмешка. Да уж, повеселились вы, ребята, здорово, качественно, закинули далеко, но хорошо хоть, не на задворки Солнечной системы. Если бы я оказался где-нибудь на её краю, то, думаю, у меня вообще не было бы никаких вариантов, а так еще можно побарахтаться. Но для чего? Примут ли меня люди в таком обличье? Сильно сомневаюсь, как бы по органам не разобрали, хотя, это вряд ли, в любом случае защитить себя я сумею. Что-то там ещё Афаина мне вдогонку говорила. Опять эта Афаина, ведь по сути всё, что со мной случилось, началось именно с неё, об этом мне ещё искин Полигона объяснил. Что она мне там сказала? Координаты своего убежища скинула. Только вот почему-то я нигде в своей памяти их не ощущаю, но это ладно, насколько я знаю, она работала на Земле, так что в любом случае, если и есть убежище, то оно находится именно там. Может быть, удастся найти в нём что-нибудь, способное действительно мне помочь. Точно! Она бы не стала просто так заморачиваться, если бы всё не предусмотрела, а значит, мне ещё рано вешать мой своеобразный нос и задумываться о том, как бы наложить на это беспричиндальное тело руки. В конце концов, сам-то я себя ощущаю тем, кто я есть, а это главное. Я Бор Винд, и я выпутывался из такого дерьма, что нежданная прогулка по Марсу будет выглядеть детским садом, уж в этом я точно уверен.

Размышления вслух оказали на меня благотворное влияние, чего это я действительно рефлексировать начал, ситуация далека от критической. Знать бы ещё, как это долбаный скафандр русифицировать, а то эти закорючки меня уже нервировать начинают, и ведь не уберёшь, а они, между прочим, смотреть вокруг мешают. Внезапно в шлеме послышался достаточно приятный голос, определить гендерную принадлежность которого явно не представлялось возможным, он мог относиться как к мужчине, так и к женщине, являясь чем-то средним.

— Собрана смысловая база языка носителя. Пожалуйста, проговорите алфавит с мысленным представлением каждого символа.

— Вот те раз, похоже, не всё потеряно! — возликовал я, и тут же послушно начал выполнять полученные указания, мысленно представляя себе буквы русского алфавита и проговаривая каждую из них.

Некоторая сложность возникла с твёрдым и мягким знаком, но, видимо, система удовлетворилась моими изысканиями, потому что послышалась следующая фраза.

— Произвожу адаптацию прошивки аварийного комплекта «САРАЛАКТ». Вербальный контакт с системой искусственного интеллекта станет возможен после полной перезагрузки. Пожалуйста, задержите дыхание, — вслед за этой фразой символы на внутреннем экране шлема потухли, и я почувствовал, что мой скафандр определенно отключился. У меня возникло стойкое, хоть и едва уловимое ощущение, как будто мне в нём стало некомфортно. Дышать я перестал, хотя думаю, что на вдох или даже два подшлемного пространства мне должно хватить, если эта самая перезагрузка затянется. Однако, к счастью, древнее оборудование буквально через четыре секунды начало оживать и вновь послышалось очередное позитивное сообщение:

— Адаптация к новому языковому пакету произведена. Подача дыхательной смеси восстановлена. Все системы работают в штатном режиме. Приветствую носителя.

— Ну, привет, искусственный интеллект. Как там тебя, Саралакт? Название-то придумали, язык сломаешь. Значит, будешь теперь Сарой. Понял меня? Вернее, поняла, ведь будешь ты теперь говорить женским языком. Ко мне обращаться Бор, полное имя Бор Винд.

— Актуальные настройки и собственное имя приняты, — подтвердил искин, причём его голос действительно стал женским, значит, он знает, что это такое, однако в данный момент меня больше интересовали символы на внутреннем экране, которые теперь я мог прочитать.

А ничего хорошего они мне явно не несли. Во-первых, потому что они по большей части были написаны красным цветом и состояли из каких-то непонятных аббревиатур, рядом с которыми моргали цифры, о чём я сразу же и спросил у Сары.

— У меня тут какие-то сообщения, но разобраться в них я почему-то не могу. Подскажи, что это за показатели?

— Бор, данные на экране свидетельствуют, что система жизнеобеспечения аварийного комплекта сигнализирует о критическом состоянии физической оболочки носителя. Могу сделать вывод, что высокая степень обезвоживания и низкий уровень питательных веществ в циркуляционной системе вызваны длительным периодом гибернации и отсутствием профилактических активаций.

— Так, стоп, — остановил я этот поток сознания, — в общих чертах понятно. Мне срочно надо попить и что-нибудь сожрать. Правильно?

— Всё верно, Бор. Вам необходимо поглотить минимум четыре литра воды и около четырехсот грамм питательной массы.

— Ну, и где ты здесь видишь воду или эту самую питательную массу⁈ — вскрикнул я. — Да я тут уже всё осмотрел, тут нет ни хрена, кроме этих долбаных стен и точно таких же тел, в каком я очнулся, причём одно из них явно изношенное.

— Совершенно верно, вы всё правильно описали. Этих ресурсов вполне достаточно для восстановления нормальной жизнедеятельности вашей физической оболочки.

— Да ну, тормози, — внезапно осенила меня догадка, ведь я понял, к чему клонит этот бездушный искусственный интеллект, — ты предлагаешь мне сожрать кусок этого мёртвого тела. Ты совсем с дуба рухнула, я не каннибал, в конце концов!

— Физическая оболочка носителя в полной мере не является тем понятием, которое вы ассоциируете с каннибализмом, — воспротивился искин.

Тут уже я действительно задумался. В какой-то мере она права, если уж я в ту пору, на Полигоне, вынужден был жрать редкостное дерьмо и добывать из него воду, то чего тогда тут рефлексирую? В этих телах нет абсолютно никакой жизни, да и не люди это, а биороботы, тем более как добывать из них воду, я знаю, только с этой питательной массой надо будет ещё разобраться.

— Сара, что ты имела в виду под питательной массой? Мне что, нужно кусок их мяса сожрать или как?

— Вам необходимо выделить из их физической оболочки достаточное количество воды, затем преобразовать мышечные ткани в дегидратированные белки, жиры и углеводы, потом смешать с полученной водой и принять внутрь, — растолковал мне искин.

— Короче, ясно, такой себе своеобразный протеиновый коктейль. Ну что ж, теоретически всё понятно, а как оно получится в действительности, будем, как говорится, посмотреть. Сара, а у тебя есть какая-нибудь система подшлемного питания, ведь сейчас тут вокруг непригодная для моего дыхания среда?

— При необходимости я могу сформировать необходимую полость, исходя из ваших предпочтений. Анализ вашего уровня применения пси-энергии свидетельствует о том, что вы являетесь пользователем второго ранга, а значит, должны обладать всеми необходимыми компетенциями для осуществления всех этих манипуляций.

— Ты ещё и ранг мой определить умудрилась? И что это означает?

— Биологический организм, который вы используете в качестве вместилища своей духовной сущности, позволяет принимать носителей до пятого ранга включительно.

— Ты давай не сухими словами, объясни поподробнее, что это значит в моём конкретном случае. Второй ранг — это много или мало, хотя если ты говоришь, что телом могли пользоваться разумные до пятого ранга, то значит, скорее всего, немного. Правильно?

— Совершенно верно, ваш ранг определён второй ступенью, соответственно снижен доступ к оперированию пси-энергиями.

— То есть что получается, теоретически это тело способно вырабатывать гораздо больший объём, чем тот, что производится сейчас?

— Совершенно верно, в данный момент эффективность выработки пси-энергии не превышает десяти процентов от номинально заложенной мощности и ограничена по спектру.

— По какому еще спектру? Пси, оно и есть пси, или я чего-то еще не знаю?

— Мне доступна только общая информационная справка, возможно, у вас ограничен допуск к подобным знаниям в части, касающейся оперирования с реальностью.

— Ну, ни хрена ж себе, вот это поворот. То есть лошади под капотом у меня имеются, а нажать на тапок как следует я не могу?

— Я не поняла ваш вопрос, Бор.

— Ладно, не заморачивайся, давай, формируй потихоньку свою ёмкость, будем добывать себе пропитание. И знаешь что, если уж ты можешь это сделать, то сформируй где-нибудь, ну, я не знаю, на спине, например, не мешающие моему передвижению защищенные герметичные контейнеры. Я планирую покинуть это не самое тёплое местечко, и мне надо сделать запасы.

— Формирование заявленных контейнеров активировано, — тут же доложил искин, и я, встав, приблизился к одному из тел.

Внимательно осмотрел его, открытой была только голова, всё остальное затянуто в комбинезон, а портить его не стоит, вдруг он ещё понадобится. Поэтому я настроился на эту промороженную тушку и начал тянуть из неё воду. Процесс оказался довольно трудоёмким, видимо, тело тоже было в достаточной степени обезвожено, но тем не менее постепенно капля за каплей вытягивались через кожный покров этого биоробота, формируя шар воды, которую я удерживал в воздухе. Он становился всё больше и больше, одновременно с этим череп существа, из которого я её тащил, скукоживался, буквально на глазах теряя в объёме. Да, не ожить тебе больше, приятель, да и не нужны мне тут другие гости, кто ещё, кроме диэтархов, может в вас проснуться, нет уж, покойтесь с миром. Вытянув необходимое количество жидкости, я переместил её к приёмному отделению, на которое указал мне искин, и перелил её таким образом в сформированный контейнер. Теперь осталось дело за малым, вернее, не так, следующий этап операции будет гораздо труднее. Разложить плоть на составляющие практически на молекулярном уровне, это вам не это, как говорил один незабвенный прапорщик из фильма, который я посмотрел очень давно, ещё в бытность школьником. Тогда мне всё происходящее на экране казалось просто смешным и нелепым, и лишь спустя несколько лет, после того как сам очутился в армии, я смог осознать, насколько жизненные вещи были описаны в этой комедии.

Процесс действительно оказался неимоверно сложным, а так как искин практически ничем не мог помочь мне в данной ситуации, то до всего пришлось доходить самостоятельно. Для этих целей я даже сферу поиска немного модернизировал, превратив ее в более узкоспециализированный инструмент, создав практически микроскоп и анализатор в одном флаконе. Выделив необходимые элементы, я начал по очереди добывать каждый из них, и если с водой я справился минут за десять, то на добычу килограмма питательной массы ушло практически четыре часа, причём я не был до конца уверен в том, что всё делаю правильно. Однако, как оказалось, мой костюмчик тоже не лыком шит, и в состоянии оказать мне хоть небольшую, но помощь в этом вопросе. Несколько раз добытые мною вещества он забраковал, и мне пришлось переделывать, именно из-за этого процесс настолько затянулся, но в конечном итоге мне удалось смешать питательный коктейль, который по своим свойствам удовлетворил Сару. Только после того, как она одобрила получившийся состав, появилась питающая трубка, и мне пришлось высосать практически целую кастрюлю этой бурды, причём, если поначалу вкуса я особо не чувствовал, просто механически заглатывая порцию за порцией, то ближе к концу первых полутора литров я уже стал ощущать всю отвратительную палитру этой гадости. Значит, у этого тела есть вкусовые рецепторы, ну, надеюсь, что вскоре удастся и что-нибудь более привычное съесть. Так вроде и не скажешь, что дерьмо, а при употреблении я почему-то чувствую какое-то омерзение. Может быть, это из-за того, что я знаю, откуда это всё добыл, да вроде нет, тем не менее, ещё на пол-литра сил у меня хватило. Таким образом, получается, я смог поглотить достаточно приличный объём этой бормотухи, искин подтвердил данный факт, поведав о том, что следующую порцию необходимо будет употребить после полного усвоения только что принятой.

Ну, слава тебе, господи, а то я уж подумал, что придётся давиться, пока через край не полезет, лучше уж разнести эту процедуру по времени, да и вообще, я уже достаточно долго тут вожусь, и надо бы посмотреть, что там наверху творится.

— Ну что ж, спасибо этому дому, пойдём к другому, — заключил я и направился на выход, проигнорировав сообщение искина о том, что желательно дождаться увеличения процента гидратации внутренних тканей.

— Ничего, на ходу разойдётся, движение — жизнь, — отмахнулся я и потопал наружу.

Как-то некстати вспомнилось то, как когда-то мы мародёрили на одном из кораблей, и я рассказывал Агате стишок про огромную семью. Где теперь мой чудесный рейдер? Там ведь и брат сейчас с ними. Как вообще он переживёт этот стресс и сможет ли ужиться с моим экипажем? Правильно ли я сделал, когда выкинул их через червоточину? Конечно же, правильно, я ведь тогда думал, что всё, мне конец, да и если бы они остались здесь, то наверняка их бы всеми правдами и неправдами попытались склонить к работе на государство, а я совершенно точно знаю, что ничего хорошего от обретения вундервафли сильными мира сего ждать не следует. Интересно, чем они сейчас занимаются, как там мой рейдер себя ведет, слушается ли оставшихся на борту?

Поднявшись по лестнице и выглянув наружу, я увидел лишь багровеющие всполохи заката. Так вот ты какое, марсианское солнце, красиво, я бы даже сказал величественно, однако долго любоваться видами не стал.

Двигаться приходилось аккуратно, как ни крути, а сила тяжести на Марсе гораздо ниже, чем на Земле. Насколько я помню, она составляет примерно сорок процентов от стандартной, может быть, даже чуть-чуть меньше. Выйдя из частично разрушенного здания, я отошёл на несколько десятков метров, стараясь не делать резких движений, и попробовал прыгнуть. В какой-то момент я даже испугался, не улечу ли я в космос таким макаром, но нет, прыжок, конечно, удался на славу, метра на три с половиной, да и приземление оказалось чуть-чуть медленнее, чем то, к которому я привык, но это было даже хорошо. Судя по всему, мне предстоит исследовать достаточно объёмное пространство, хоть убейте, не помню, где были эти марсоходы, и найти их будет гораздо сложнее, чем иголку в стогу сена. Осмотревшись по сторонам, я сосредоточился и запустил сферу поиска, стараясь расширить её на максимально возможное расстояние, которое только мог позволить мой теперешний ранг оперирования пси-возможностями, и оказалось, что не так все и плохо. То ли из-за того, что я поел и попил, то ли ещё из-за чего, но мне без особого труда удалось раздвинуть сферу радиусом практически в пятьсот метров, таким образом охватив пространство диаметром в километр. Правда, вот результаты меня не порадовали, ничего, кроме конструкций самого здания, мне обнаружить не удалось. Пришлось гигантскими скачками в темпе вальса оббегать строение по кругу, периодически активируя свои поисковые способности, чтобы обследовать как можно больший кусок близлежащей территории, так как он, на мой взгляд, был самым перспективным. Найти ничего не удалось, поэтому предстояло сделать судьбоносный выбор — в какую сторону двигаться. Ведь куда ни посмотри, везде всё примерно одинаковое, но вот где-то на горизонте, как мне кажется, виднеется что-то вроде высоких гор, когда-то мы пролетали в этих местах, и подобные образования на планете, на которой почти отсутствует вода в жидком виде, можно было встретить практически где угодно. Но больше всё-таки тут имелось пыльных равнин, я и сейчас местами попадал на участки, где после бури проваливался в неё практически по щиколотку. Итак, куда двинуться?

Когда-то давно я смотрел какую-то научную передачу, в которой рассказывалось о том, куда именно учёные планируют запускать свои аппараты при исследовании других планет, я тогда ещё немало удивился, узнав, что, как правило, отправляют их как раз в районы с горными образованиями. Как-то они это объяснили, сейчас уже не вспомню, но зарубка в памяти осталась, значит, и я двинусь к тем горам.

— Ну что, марсианин, вперёд, — скомандовал я сам себе и побежал, совершая длинные прыжки там, где поверхность позволяла от неё хорошо оттолкнуться.

До тех гор неизвестно, сколько километров, а плестись, словно печальный ослик, очень уж не хочется. На всякий случай я дал команду искину своего скафандра, чтобы составлял маршрут и параллельно формировал карту, исходя из тех образов, которые, как оказалось, он вполне в состоянии перехватывать из моего мозга после применения сферы поиска. Так я хотя бы точно не потеряюсь и смогу в случае чего найти дорогу назад. Пока бежал, пытался выяснить что-нибудь о прежних активациях этого тела, в надежде на то, что удастся раздобыть хоть какую-то полезную информацию, но, к сожалению, оказалось, что после того, как разум носителя покидал эту оболочку, вся информация уничтожалась. Очень уж мне хотелось узнать, чем вообще ребята, которые ими пользовались, тут занимались. Ну ладно тот, который смог через тысячелетия передать мне в прошлый раз своё ментальное послание, известно, что он делал, а для чего нужны были другие? Видимо, это так и останется тайной. Но то, что Арай знали о них, совершенно точно, по-другому бы они меня сюда не запихнули, вполне может быть, что кто-то из них прежде и пользовался этим телом. Однако кое-какую полезную информацию касательно своего нового существования добыть мне всё-таки удалось, в частности, выяснилась причина отсутствия мужского достоинства, оказывается, кроме него, у меня ещё и ануса не было, вот так-то, настоящий кукольный Кен. А вся питательная масса, которую я поглотил, полностью должна была быть переработана моим организмом, разложена на элементы, позволяющие телу функционировать, ну, а все продукты распада, которых, по словам искина, было очень мало, удалялись посредством газового обмена. Видимо, те, кто проектировал эти своеобразные костюмы, знали толк в биоинженерии, раз смогли добиться такой потрясающей усвояемости. Ладно, будем надеяться, что всё будет хорошо, и в хозяйстве Афаины найдётся то, что сможет мне помочь.

Километры за километрами марсианских диких троп оставались у меня за спиной, а горы как были где-то далеко, так, как мне кажется, и не стали ближе. Сколько же я до них добираться-то буду? Но раз уж решил, то надо двигаться вперёд, и я всё бежал и бежал, мерно работая руками и ногами, периодически поглядывая на внутренний экран шлема, на котором постепенно значения показателей состояния моего организма переходили в зелёную зону, и насыщение тканей водой и полезными веществами увеличивалось. Примерно через пять часов мне поступил сигнал о том, что необходимо принять ещё порцию пищи, деваться было некуда, пришлось выполнить назначение строгого контролёра и выпить ещё литр питательной массы, хорошо, хоть два не пришлось насильно заталкивать.

Надо сказать, что чувствовал я себя на удивление прекрасно, несмотря на кажущуюся хрупкость, я ощущал внутреннюю силу в этом теле, и это не могло не радовать. Если бы я очнулся в чём-нибудь менее качественном, думаю, мне бы было не так легко приводить в действие план по собственному спасению, хотя планом это назвать можно с большим трудом. Скорее всего, мне пришлось его принять из-за отсутствия других перспектив, уж лучше двигаться и что-то делать, чем сидеть на попе ровно и ждать, когда под лежачий камень потечёт вода, а она тут, увы, на вес золота, и об такой проблеме тоже надо помнить. Поэтому ещё через некоторое время я заявил искину, заикнувшемуся о том, что необходимо совершить поглощение ещё одной порции для восстановления параметров организма, что мы переходим на режим жёсткой экономии, поэтому питаться будем, только когда не останется вообще никаких вариантов. Сара, видимо, не обладала достаточной долей самостоятельности, потому что послушно приняла моё решение и продолжила выстраивать маршрут и производить картографирование местности. Как оказалось, то, что я посчитал скафандром, на самом деле в полной мере им не являлось, это была всего лишь базовая составляющая более серьёзного экспедиционного оборудования, которого, к сожалению, в склепе не нашлось, а жаль, потому что его характеристики могли бы мне позволить в сложившейся ситуации мне гораздо больше. Но, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят, будем использовать то, что имеется в наличии.

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ОКОЛОЗЕМНОЕ ПРОСТРАНСТВО. 8 МЕСЯЦЕВ НАЗАД

Немного придя в себя, Гегемон огляделся по сторонам, сразу же безошибочно определив место, в котором он очутился, ведь древний рептилоид сам предусмотрел его при проектировании своего флагмана. Последним воспоминанием существа, некогда носившего имя Карра Кен, оказался момент, когда он прибыл на ферму для очередного полноценного перерождения. Верхняя грань чёрного кристалла, являвшаяся второй частью древнего артефакта, именно тогда произвела ежедневное резервное копирование его личностной матрицы, а это значит, что в тот ответственный день что-то пошло не так, и его физическая оболочка погибла. Что могло произойти, непонятно, и с этим нужно разобраться.

Нагое тело молодого ануака встало на ноги и пошлёпало по направлению к терминалу, расположенному неподалеку на переборке. Однако выйти на связь не только с кем-нибудь из экипажа, но и с искином своего корабля не получилось, что ещё больше озадачило многое повидавшего правителя. Наличие гравитации в этом конкретном отсеке ещё ни о чём не говорило, потому что он специально был спроектирован с расчётом на получение флагманом практически любого возможного физического урона. Имелись тут и генераторы гравитации, и резервные источники питания, поэтому следующим действием было выяснить, что происходит на корабле.

Добравшись до дверей и попытавшись её открыть, Гегемон понял, что это хилое тело с таким действием явно не справится, тем более, как всегда после переноса, еще сохранялась некоторая рассогласованность взаимодействия мышечных тканей с импульсами мозга. А может быть, снаружи вообще вакуум, тогда подобная попытка наверняка убьет его, а значит, придётся пройти через относительно ускоренный, но всё равно довольно длительный процесс развития пси-потенциала доставшегося ему резервного вместилища. Эти тела существовали на экстренный случай и для одной-единственной цели: спасти жизнь повелителю рептилоидов, если ничто другое на это уже не способно, и ещё ни разу они древнему существу не понадобились. Но всё когда-нибудь случается в первый раз, поэтому ануак не стало оттягивать неизбежное, тем более никаких этических проблем у него предстоящее действие не вызывало. Артефакт сработал, и так как был одноразовым, то назад теперь ничего не отыграть.

Подойдя к ближайшей, переделанной из медицинской, гибернационной капсуле, он начал вводить последовательность символов, и уже через две минуты крышка с лёгким шипением приподнялась. Перед собой Гегемон увидел практически точно такое же тело, в котором он пришёл в себя, молодой ануак, которому посчастливилось родиться с высоким пси-потенциалом, но не повезло попасться на глаза Когтям повелителя.

Чешуйчатые руки потянулись к голове не до конца выведенного из состояния длительного сна собрата и обхватили её ладонями, после чего ящер начал тянуть в себя всю пси-составляющую донорского тела. В прежние времена он бы справился с этим процессом за считанные секунды, однако теперь ему пришлось потрудиться, прежде чем он смог поглотить чужой источник. Довольно заурчав от осознания того, что ему удалось задуманное, Гегемон, поднатужившись, вытащил тело и бросил его себе под ноги на палубу, осмотрелся по сторонам и нашёл довольно увесистую металлическую деталь от одной из испорченных капсул, а затем широко размахнулся и размозжил череп ещё живого собрата. Он прекрасно знал, куда и как нужно бить для того, чтобы выполнить задуманное, ведь когда-то давно, будучи молодым, уже практиковал подобное.

Определив наметанным глазом, что уже достаточно сделал, правитель склонился над окровавленным телом и рывком отделил верхнюю часть черепной коробки, оголив головной мозг. Аккуратно просунув когтистые пальцы внутрь, он изъял содержимое, оборвав все соединительные ткани, сосуды и нервы, затем опустился на палубу, скрестив под собой ноги, и начал не спеша поедать тёплую плоть. Он считал, что таким образом в организм попадает некая субстанция, которая позволяет пси-источнику развиваться в ускоренном темпе, к тому же этому хилому телу нужны питательные вещества для нормального функционирования, а так как заменить его в ближайшее время другим ему точно не удастся, то о нем нужно очень хорошо заботиться.

Несмотря на то, что в наличии имелся неполный десяток донорских вместилищ, которые можно поглотить, делать слишком быстро этого не следовало. Когда-то он уже это проходил, и прекрасно знал, что его новому организму необходимо усвоить полученное, и процесс этот, увы, весьма не быстрый. Поэтому, доев мозговое вещество, Гегемон поднялся на ноги и начал вводить последовательность команд в ту же самую капсулу, из которой совсем недавно достал только что собственноручно убитого собрата.

Удовлетворившись ответом искина медицинского устройства, он залез в него, поудобнее улёгся и потянул на себя крышку. В следующий раз ему предстояло проснуться через месяц, чтобы вновь пройти процедуру, и так будет до тех пор, пока он не поглотит всех. Тем более, судя по всему, никто сюда прорваться не пытается, да и боевых действий не чувствуется, как не ощущает он и приближающейся опасности, а значит, можно спокойно спать.

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

В достаточно объёмной столовой древнего рейдера собрался весь невеликий экипаж «Ареса». Присутствующие обступили двух выглядящих счастливыми братьев со всех сторон, даже искин корабля создал голографическую проекцию своего образа и, как и все, стоял в общем строю.

— Рассказывайте всё подробно, — безапелляционным тоном потребовала Агата, — что произошло? Когда это случилось? При каких обстоятельствах? Насколько вы уверены в этой информации?

— Мы не знаем, как это можно объяснить, но мы оба уверены, что наш хозяин вернулся. Духовная привязка внезапно восстановилась, вот и всё, — ответил Аргун, не моргнув и глазом.

— И что нам это может дать, ребятки? — поинтересовался Даг.

— Я не знаю, — ответил вотах и покачал головой, — я чувствую лишь примерное направление, в котором он должен находиться.

— А каким образом вы можете это ощущать на таком, наверняка большом расстоянии? — нахмурил брови Денис Ветров.

— Такова наша суть. Мы всегда должны знать, где находится хозяин. Это сложно объяснить, я просто знаю, что он где-то там, — попытался описать Аргун и, подняв руку, направил палец в определённую точку пространства, обозначив таким образом направление.

— Фиксирую вектор, — вступил в разговор искин рейдера, — господин Скар, ваши ощущения совпадают с господином Аргуном?

Младший из двух братьев вотахов закрыл глаза и прислушался к своим ощущениям, затем повёл головой из стороны в сторону и, подняв руку, направил её практически туда же куда, указывал и старший.

— Ну, вектора немного не совпадают, — сделал вывод искин, хандру которого как ветром сдуло, — но если взять общее направление и совершить двенадцать ноль-переходов с последующим снятием аналогичной информации, то мы с достаточной долей вероятности сможем определить местоположение командира.

— Дэн, рассчитай оптимальную последовательность наших перемещений и давай уже начинать, может быть, он в беде, и ему требуется наша помощь, — скомандовала аграфка.

— Скар, Аргун, — обратилась девушка к вотахам, требовательно заглядывая в их лица, — вы должны помочь нам его найти.

— Это в наших интересах, госпожа Агата, мы готовы, — кивнул старший брат, и уже через несколько секунд искин потребовал указать новое направление, в котором в данный момент по ощущениям телохранителей находится командир.

Оба парня послушно указали руками новый вектор. Всё это время все присутствующие оставались на своих местах, кроме обеих девушек, Ванды и Агаты, которых телепортировали по их просьбе в рубку, чтобы непосредственно оттуда руководить ноль-переходами и оценивать обстановку в точках, в которые перемещался рейдер.

На определение примерного района, в котором должен был находиться Бор Винд, ушло не более получаса, но даже несмотря на это, область для дальнейших поисков оказалась достаточно обширной, и вот тут уже в дело вступил квазиживой разум корабля. Прыжки следовали один за другим, он самостоятельно разработал схему, позволяющую максимально точно определить местоположение командира, используя вотахов, и одновременно тут же сопоставляя навигационные маркеры. Этот процесс занял у него почти пять часов, но теперь он был точно уверен, где именно находится закрытая древними звёздная система. То, что она действительно закрыта, не вызывало никаких сомнений, потому что все попытки перемещения в неё срывались. Теперь оставалось только найти способ попасть внутрь, но как этого добиться, ни один из присутствующих на борту не знал.

Разумные разных рас собрались в рубке и начали выдвигать собственные версии касательно того, каким образом чисто теоретически можно было бы осуществить прорыв сквозь этот барьер. Хуже всего было то, что ни о чём подобном знаний ни у кого не было, а это означало одно — необходимо было найти того, кто ими обладал. Все присутствующие молчали, напряжённо обдумывая сложившееся положение.

— Товарищи, — взял слово Денис Сергеевич, — давайте проведём анализ или, так сказать, коллективный мозговой штурм. Что мы имеем? Наша Солнечная система, по словам искина, закрыта. Раньше в неё попадали через червоточину, которая к данному моменту перестала существовать, следовательно, нам надо найти тех, кто до сих пор способен на подобные действия или хотя бы приблизительно знает, что с этим можно сделать. Где в этом вашем Содружестве можно найти лиц, осведомлённых в этом вопросе?

— Что-то может быть известно старшим расам, тем же аграфам, — кивнул в сторону Агаты Дак Борн, — но что-то я сильно сомневаюсь, что они загорятся желанием нам помочь.

— Да, — согласилась молодая представительница старшей расы, — после того, что произошло в баронстве, даже если такие знания у кого-то и есть, то нам их не дадут. С нами даже разговаривать не станут, сразу же попытавшись нас уничтожить.

— Да и с какой стати старшим вообще нам чем-то помогать, нет, надо искать другой вариант, но какой? — согласился пожилой и многое повидавший на своем веку мастер со словами девушки.

— Кое-какой вариант есть, — вставил искин, и головы присутствующих синхронно повернулись в сторону его голографической проекции, — но он сродни самоубийству. Можно попробовать получить информацию у главного искина Полигона, но я опасаюсь, что без наличия у нас на борту командира системы безопасности могут открыть по нам огонь, а с тем вооружением, которым он обладает, мы однозначно справиться не в состоянии.

— Постойте, — вклинился в разговор доктор Ветров, — Полигон — это то место, где Боря и получил этот корабль? Он что-то мне рассказывал по этому поводу, кажется, он проходил какое-то испытание на планете.

— Именно так, — подтвердил Дэн, — вы совершенно правы.

— Он мне не особо про это время рассказывал, — продолжил мужчина, — но если он, я имею в виду искин этого Полигона, допустил моего брата, так, может быть, и я смогу пройти эти испытания? Корабль мне не нужен, и я попрошу оказать помощь, хотя бы информационную. Как вы считаете?

— Несмотря на близкое родство, ваш уровень развития пси-способностей очень низок, и не идёт ни в какое сравнение с тем, чем обладал ваш брат. Тем более, вы не прошли обучение по управлению ими, — высказал свое мнение Дэн.

— Так и что, я, пока тут находился, уже достаточно много баз успел освоить, индекс интеллекта у меня приличный, вообще не вижу никаких сложностей. Надо просто купить базу и пройти курс, делов-то, — самоуверенно продолжил продавливать свою идею доктор.

— Денис Сергеевич, базу купить не проблема, даже хорошую, можно даже очень хорошую, если подключить к этому делу моего отца, но тут дело в другом. Поймите, вы очень слабый псион и рискуете там просто погибнуть, это не увеселительная прогулка, ваш брат в общих чертах рассказывал мне о том, что там происходило, и я склонна верить в то, что он говорил мне правду. Да вас там просто сожрут, и этим вы ему точно ничем не поможете. Я предлагаю попробовать использовать гиперпрыжки на небольшие расстояния, или попытаться микро-ноль-переходами приблизиться к защитному барьеру, изучить его, и уже потом думать, что делать дальше.

— А если нам действительно совершить переход в систему с Полигоном? Там целая куча обломков, и в случае агрессивных действий мы сможем или затеряться, или выскочить оттуда, но у нас однозначно будет возможность для связи с космической станцией. Да и предложение господина Ветрова я бы отметать так сразу не стал, он ведь всё-таки брат Бора, и у него должен быть примерно такой же или очень схожий генетический код. Может быть, нам удастся уговорить этот древний искин, других вариантов я просто не вижу. Для этого нам действительно нужна серьёзная база знаний по работе с пси, а её проще всего будет достать через вашего отца, баронесса, — задумчиво почесав затылок, встал на сторону доктора Даг.

— Тогда не будем тянуть, — закончила импровизированное совещание Агата, — летим ко мне домой!

Глава 3

Прыг-скок

Глава 3. Прыг-скок

ПЛАНЕТА МАРС

Я бежал по направлению к виднеющимся вдалеке горам уже часов десять, и, честно говоря, данный процесс начал меня немного напрягать, нет, физически это было вполне выполнимо, моё новое тело по всем параметрам оказалось очень даже выносливым, дело в другом, мне просто стало скучно от монотонно выполняемых одинаковых действий. Бег — сканирование, бег — сканирование, и так без конца и края. В какой-то момент однообразие действительно надоело, потому что горы хоть и визуально приблизились, но не настолько, чтобы можно было считать это чем-то существенным. Нет, я, конечно же, туда добегу, но просто умру со скуки, надо придумывать что-то другое. А что я вообще могу сам себе предложить в данной ситуации? Да, в принципе только одно — необходимо разобраться с теми ограничениями, которые наложили на меня несправедливые судьи, ведь если раньше ту же сферу поиска я мог растянуть чуть ли не на целую планету, а в пиковые моменты и гораздо дальше, то почему сейчас она настолько маленькая? Каким именно образом происходит блокировка? Искин утверждает, что это тело способно вырабатывать гораздо больший объём пси-энергии, следовательно, существует некий механизм, который анализирует какие-то критерии моей энергетической сущности, можно сказать, духовную составляющую, и, скорее всего, именно здесь и кроется разгадка. Только вот наверняка те, кто такое со мной сотворил, сделали всё возможное, чтобы у меня самостоятельно не получилось вновь выйти за рамки и опять вернуться в энергетическую форму. Это, на мой взгляд, вполне логичное действие с их стороны, значит, нужно попытаться каким-нибудь способом снять наложенное на меня ограничение.

На бегу заниматься проверкой было неудобно, поэтому я наконец-то остановился и уселся прямо на каменистую поверхность. Судя по светлеющему горизонту, приближалось время рассвета, моего первого рассвета на Марсе. Ну что ж, надо насладиться им, тем более, я, скорее всего, первый человек, который удостоился такой чести.

Искин моего скафандра хоть и был в достаточной степени продвинутым, но не шёл ни в какое сравнение с моим исчезнувшим навсегда помощником, которому я в своё время создал весьма забавный внешний вид, воспользовавшись изображением железного дровосека из советского мультфильма. Думаю, сейчас он бы оказал мне неоценимую помощь, но, к сожалению, после уничтожения моего физического тела во время битвы с повелителем ануаков Фил оказался безвозвратно утерян. По словам Сары, мой ранг определён как второй, но это ведь совсем не значит, что я не имею возможности развиваться, не могли же они наложить на меня и такие ограничения, хотя чёрт его знает, надо пробовать.

Погружение в глубины собственного «я» в этот раз происходило гораздо легче, тело по своим критериям восстановилось практически до эталонного состояния, и я с лёгкостью смог мысленно погрузиться в свой источник. Я помню прежние ощущения от данного процесса достаточно хорошо, то, как это было у меня раньше, навсегда впечаталось в мою память. Но сейчас я чувствую его немного по-другому, может быть, в этом и кроется весь секрет, а может быть, и сам организм каким-то образом воспринимает уровень моих потенциальных возможностей и искусственно ограничивает их. Скорее всего, так оно и есть, только вот найти взаимосвязь сходу не получается. Если задуматься над словами искина, то этими телами могли пользоваться разные личности, и, соответственно, разной могла быть их сила и уровень развития. Логично? Вполне. И что это нам даёт? Да в принципе только то, что если я хочу, чтобы моё тело позволило мне больше, то необходимо развиваться. Однако я совсем не уверен, что обычная методика прокачки пси-ядра в данном конкретном случае сработает, потому что оно по определению уже должно быть раскачано, но попробовать можно. Я ведь достаточно длительное время им пользуюсь, и надо оценить, не изменились ли мои возможности за это время, хотя его прошло, по большому счёту, немного, но, если я не начну экспериментировать, то и выяснить ничего не смогу.

Растянув сферу на максимально доступное расстояние, я вынужден был убедиться в том, что ничего не изменилось, а между тем рассвет постепенно разгорался, и я на какое-то время отвлёкся от своих изысканий. Просто сидел и молча созерцал это ни разу не виденное мной зрелище.

— Ну, здравствуй, очередной день, — прошептал я солнцу, когда оно появилось на горизонте.

Просидев так около часа и дождавшись все-таки наступления полноценного утра, когда пространство вокруг меня оказалось уже достаточно освещено, я наконец вновь вернулся к размышлениям и решил поэкспериментировать немного в другом. Запуск сферы, фиксация самой дальней точки, концентрация, а затем попытка телепортации. Раньше мне это удавалось достаточно легко, я освоил эту способность ещё там, на Полигоне и, честно говоря, думал, что и сейчас на такое небольшое расстояние мне удастся переместиться без особых проблем, но, к своему удивлению, сразу же столкнулся с трудностями. С первого раза телепортироваться мне не удалось, и пришлось раз за разом повторять свои эксперименты. Чего я только не перепробовал, каким только образом я не пытался протянуть ментальную нить к точке назначения и, разложив собственное тело, переместиться по этому лучу, ничего не получалось. И продолжалось это около двух часов, прежде чем я наконец-то смог что-то нащупать.

Есть! У меня получилось! Телепортация удалась! Причём какой-то особой убыли запасов энергии я не ощутил, она практически сразу же восстановилась до исходных показателей. Это значило только одно, я действительно могу пользоваться лишь частью того, что продуцирую, но, с другой стороны, это даже неплохо, ведь теперь я могу применять пси достаточно большое количество раз подряд.

Настала очередь второго эксперимента. Предстояло выяснить, когда источник подойдёт к исчерпанию своего запаса, и за какое время он вновь полностью восстановится. Для этих целей я решил использовать ту же телепортацию, и прыгать таким образом по направлению к горам, ведь основную цель, которую я перед собой поставил, тоже надо было достичь. Так как источник достаточно быстро восполнял утраченное, необходимо было совершать прыжки один за другим, непрерывно, чем я и занялся. По данным искина, мне удалось преодолеть таким способом до момента, когда, по моим ощущениям, уровень снизился практически до нуля, порядка семидесяти километров, это с учётом того, что периодически я ещё и сферу поиска запускал. Затем, остановившись, в течение часа я наблюдал за уровнем восстановления, а потом вновь начал совершать очередную серию прыжков. Надо признать, что такой способ перемещения оказался более действенным и, думаю, минут через тридцать я буду уже у подножия этих гор, причём выяснилось, что они весьма даже внушительные.

Достичь цели мне удалось ровно в назначенное время, вряд ли какие-нибудь исследовательские аппараты полезли бы высоко, к вершинам, скорее всего, они должны изучать именно предгорья, но стало абсолютно понятно, что на обследование этого хребта может уйти очень много времени. Постоянное использование пси-способностей никак не повлияло на увеличение сферы поиска, даже странно, возможно, я иду не в том направлении и допускаю какую-то ошибку, и надо искать другой подход к решению моей проблемы. Мне срочно необходимо увеличение этого проклятого ранга, потому что исследуемая площадь диаметром в километр — это совсем несерьёзно, мне необходимо растянуть её хотя бы километров на пятьдесят. Только тогда теоретически появится статистическая вероятность вообще хоть что-то обнаружить, иначе я буду до конца времён прыгать по этой планете и надеяться только на удачу, а, как показала практика, в последнее время с этим делом я испытываю серьёзные трудности.

Довольно скоро местные пейзажи приелись, а ещё через некоторое время набили оскомину, я только тем и занимался, что прыгал вдоль горного хребта в тщетной попытке обнаружить хоть что-то, но часы проходили за часами, за спиной оставались сотни километров, а ничего, даже отдалённо смахивающего на технологические объекты, мне не попадалось. К исходу первых марсианских суток я бы давно уже сбился со счёта своим телепортациям, если бы не встроенный искин скафандра, который дисциплинированно продолжал картографировать изученную мной местность. Тем не менее, с наступлением ночи я вынужден был остановиться и сделать привал, оказалось, что моему новому телу, как и прежнему, необходим отдых. Оно, конечно, выносливее человеческого, но постоянное использование пси-возможностей, по всей вероятности, всё-таки вызывает переутомление. Мне стало сложнее концентрироваться, и я вновь ощутил давно забытое чувство усталости.

Опасаться каких-либо хищников, и тем более, незваных гостей, здесь не стоило, поэтому я, не мудрствуя лукаво, просто развалился на каменистой почве и уставился в ночное звёздное небо. Надо сказать, что звёзды с поверхности Марса из-за различия в атмосфере смотрелись несколько по-другому, по крайней мере, мне они показались более яркими. Некоторое время я просто лежал и наблюдал за ними. Помнится, на Земле я частенько смотрел в небо, выискивая глазами пролетающие мимо спутники, мне всегда легко удавалось их обнаружить среди миллионов точно таких же огоньков, но здесь, сколько бы я ни смотрел, ни одна из светящихся бусинок не сдвинулась с места. Кстати, может ли моё новое тело вообще спать?

Поинтересовавшись у Сары, я узнал, что, оказывается, да, данный тип биологического организма в принципе по своему функционалу мало чем отличается от человеческого, и ему также может потребоваться кратковременный сон. Им, впрочем, я и решил заняться. Закрыв глаза, я постарался отрешиться от всего, от этой странной фантастической ситуации, в которой я оказался, хотя, чего греха таить, всё, что происходило со мной в последнее время, просто наполнено невероятными событиями. Ещё совсем недавно я попал в космос, вернее, сам процесс моего попадания произошел несколько лет назад, но большую часть этого времени я проболтался в замороженном состоянии, так что такой внушительный, по моим меркам, промежуток проскользнул мимо меня. Потом, благодаря череде счастливых и не очень случайностей, я смог помочь своей родной планете. Правда, мне с трудом удалось выжить, вследствие чего я, увы, на очень короткий период, стал практически богом локального значения, и теперь вот, новая жизнь, вернее, попытка выжить. Я один на Марсе, стараюсь совершить невозможное и объять необъятное. Шутка ли, в одиночку, без серьезного оборудования и корабля попробовать исследовать целую планету в попытке найти на её поверхности крошечные песчинки земных технологий, но, с другой стороны, если я этого не сделаю, то мне так и предстоит бесконечное бесцельное блуждание по этим бескрайним просторам, а мне это совсем не нравится.

Любое одиночество должно быть дозировано, иногда хочется остаться наедине с самим собой, но я всё-таки человек, а мы существа социальные, и нам необходимо общение, иначе просто сойдём с ума. Нечто подобное я ощущал иногда во время своего короткого пребывания в роли диэтарха, мне даже пришлось несколько раз посетить пару населённых планет, незримым призраком перемещаясь по их поверхности. Но тогда я практически не был ничем ограничен и мог жонглировать целыми областями пространства и звёздными системами, да и дел всегда у меня было прилично. А сейчас, растеряв былое могущество, я опять стал практически обычным органиком, и теперь мне вновь захотелось простого человеческого общения. С каким удовольствием бы я вернулся сейчас на борт моего чудесного корабля, к своему экипажу, но сомневаюсь, что такое когда-нибудь случится. Сил, которых мне оставили, определенно не хватит для того, чтобы заново создать червоточину или разблокировать закрытую звёздную систему, а следовательно, встретиться вновь нам, боюсь, не светит.

Так, погружённый в свои невесёлые думы, я и сам не заметил, как заснул. Пробудился, судя по данным искина, я через пять часов и почувствовал себя полностью отдохнувшим. Интересно, какое время года сейчас на Земле, в России? Здесь на Марсе, насколько я знаю, нечто подобное тоже присутствует, но вот как это выглядит в местных реалиях, мне совершенно неизвестно, лето сейчас или зима. Впрочем, разницы для меня нет никакой, надо двигаться дальше и не отвлекаться.

До самого рассвета я опять занимался практически беспрестанной телепортацией и сканированием местности. С восходом солнца сделал небольшой перерыв, вновь полюбовался завораживающим зрелищем, отметив таким образом начало вторых суток моего пребывания на этой планете, а затем двинулся дальше. Судя по данным Сары, я совершил уже около полутора тысяч прыжков, и если поначалу мне показалось, что это много, то произведя некоторые расчёты, выяснилось, что на самом деле мне удалось обследовать очень небольшой процент территории, вернее, его сотые доли. Если так пойдёт и дальше, и я ничего в ближайшее время не смогу обнаружить, то на то, чтобы обследовать существенную часть поверхности Марса, придётся затратить, по меньшей мере, десяток лет, хотя вряд ли мне удастся протянуть столько времени.

Я внимательно отслеживал показатели жизнедеятельности своего организма на внутреннем экране шлема, и пока эти данные выглядели очень оптимистично, по крайней мере, влагу я не терял, она практически вся перерабатывалась самим скафандром, выделялась из выдыхаемого воздуха и вновь помещалась в контейнер. А так как я перестал бегать, то внутренние ресурсы организма тратились в минимальном объёме, к тому же у меня имеется определённый запас биомассы в виде отвратного коктейля. Благодаря подсказкам искина я разработал схему, по которой совершались прыжки для максимального охвата предгорий в полосе примерно в десять километров, на мой взгляд, этого было вполне достаточно, а расширение обследуемой зоны означало увеличение количества прыжков и, соответственно, снижение скорости продвижения вдоль хребта.

Периодически мне приходилось останавливаться, когда в мою сферу поиска попадали объекты, выходящие за рамки ставшего уже привычным для меня ландшафта. Как правило, ими оказывались одиноко стоящие валуны различного размера или скрытые под поверхностью полости. Если с камнями всё было более-менее ясно, и я, не теряя зря времени, прыгал дальше, то вот с полостями мне приходилось разбираться более внимательно. Тут уже предстояло работать исключительно техниками, основанными на пси. Таких пещер мне попалось три, и на каждую мне пришлось затратить почти по часу времени, но ничего интересного я там не находил. Обычные природные карстовые образования, отличающиеся порой весьма причудливыми формами, скорее всего, возникли они во времена интенсивной вулканической активности, но и не проверить, что это такое, я тоже не мог, да и вспоминать давно изученные и подчас вообще ни разу не практикуемые навыки тоже следовало. Затем вновь прыжок за прыжком, всё дальше и дальше.

Попутно я всячески пытался выяснить как можно больше полезной информации у искина. Мне вообще кажется очень странным, почему вся она из его банка данных после смены носителя стирается, хотя, надо сказать, что удаляется она всё-таки не вся, и постепенно крупицы этих знаний стали накапливаться у меня в голове, пополняя массив для дальнейшего вдумчивого анализа. К сожалению, мне не удалось узнать ответы на самые интересующие меня вопросы, сколько именно активаций было у моего нового тела, кто именно им пользовался, и чем конкретно они занимались. Несколько раз мне попадались достаточно внушительные по размерам кратеры, ничем иным, кроме как следами от попадания больших метеоритов, это быть не могло. Мне удалось обнаружить несколько крупных фрагментов каменных, и один раз даже металлический метеорит. Сделав зарубку на карте, ведь в любом случае это металл, и он может мне понадобиться, я продолжал исследование до самой ночи, пока снова не почувствовал признаки усталости.

Вновь завалившись на каменистую поверхность, я принялся анализировать весь сегодняшний день. Итак, мне удалось проверить достаточно приличный участок предгорий, правда, из-за того, что я тратил определенное время на исследование пещер, он оказался меньше, чем в предыдущий день, и ничего, кроме утоления собственного любопытства, это мне не принесло. Впредь, скорее всего, надо избегать подобных изысканий, толку в них, похоже, никакого. Закрыв глаза, я вновь уснул, как и в прошлую ночь, проснулся ещё затемно и двинулся дальше.

Постепенно я стал замечать, что характер местности начал немного меняться, массив горного хребта явно остановился выше, это было отчётливо заметно, когда я удалялся километров на десять от вздымавшихся вверх горных вершин. Несколько раз я натыкался на выходы каких-то руд, но определить, что именно я нашёл, было невозможно, аварийный комплект, который заменил мне скафандр, не обладал нужным набором специализированных инструментов, а геолог из меня всегда был, как из дерьма пуля. Я и на Земле-то мог от силы различить с десяток видов камней, а уж тут, на Марсе, даже и пытаться не стоит. Ничего, я упорный, и если понадобится, то обследую каждый сантиметр этой проклятой планеты, но найду то, что мне нужно, по крайней мере, сделаю всё для этого.

Третья ночь, проведённая под открытым небом, преподнесла мне небольшой сюрприз. Я увидел сон, причём он был настолько реальным, красочным и в то же время осознанным, что я поначалу не сразу понял, что вижу. Я определенно находился на окраине какого-то высокотехнологичного мегаполиса, расположенного рядом с остроконечной горной грядой. Воздух показался мне грязным и смрадным. В небе передвигались в разных направлениях какие-то летательные аппараты каплеобразных форм, и было их довольно много, причем некоторые имели весьма внушительные размеры. То тут, то там на туше этого гигантского конгломерата виднелись какие-то трубы или что-то вроде такого, по крайней мере, верхушки металлических конструкций утопали в густом смоге. Я уверен, что раньше ничего подобного не наблюдал. Насколько хватало взгляда, тянулись вверх металлические стены, оставляя лишь узкую полоску между ними и покрытыми какой-то чахлой и блёклой растительностью горными склонами. Именно присмотревшись к ним, я вдруг осознал, что они мне что-то напоминают, очень уж походило это на то, вдоль чего я двигался уже вторые сутки.

Осознанный сон не означает, что вам дозволено творить в нём всё, что вам вздумается, нет, события в нём идут своим чередом, и лишь можешь осознавать, что то, что ты видишь вокруг, нереально. Ну, и что же я видел перед собою в данный момент? Как только я задался этим вопросом, мир вокруг меня подёрнулся дымкой, и картинка начала смазываться, а я вновь увидел перед собой того самого представителя древнейшей расы Сеятелей, последнюю почесть которому я решил оказать, когда посещал Марс с Агатой. Несколько секунд он колыхался передо мной, а потом, так же, как и всё остальное, развеялся, не издав ни звука. Затем картинка вновь стабилизировалась, но на этот раз вместо огромного индустриального образования я увидел лишь какие-то жалкие остатки конструкций, да и пейзаж тоже разительно изменился, исчезли даже те чахлые деревца, которые торчали на склонах, а под ногами появилась бурая пыль. Изображение ещё несколько раз менялось, и между каждой картинкой будто бы проходили тысячелетия, пока я вновь не оказался стоящим на голой безжизненной поверхности красной планеты. На месте некогда мощного промышленного центра не осталось ничего, только бурый песок. Так я и проснулся, вокруг меня по-прежнему стояла тьма, освещаемая лишь чахлым светом далёких звёзд.

Всё ещё держа в памяти недавно виденную горную гряду, я сразу же попытался найти похожие ориентиры, но нет, форма вершин, виднеющихся на фоне темного неба, была совсем другой, однако сам факт подобного видения натолкнул меня на очередные размышления. Тот древний, назвавшийся Сеятелем, сказал мне, что когда-то здесь был цветущий мир, а потом они его загадили. Может быть, это я и видел, но сколько же должно было пройти времени, чтобы стереть в порошок все те монументальные постройки? По-видимому, красноватый цвет окружающего меня песка и пыли как раз и есть результат эрозии огромного количества металла. А ведь, кажется, всё так и было, когда-то на заре своего развития они умудрились понастроить здесь кучу разных зданий и просто уничтожили основу жизни — растительность и воздух. Насколько я помню, атмосфера Марса сама по себе состоит практически полностью из углекислого газа, и вот теперь становится понятным, что тут произошло, наверное, миллионы лет назад.

Но если здесь были такие глобальные сооружения, то от них наверняка что-то должно было остаться. Надеюсь, этот сон не плод моего расшалившегося воображения, а действительно остатки того ментального послания, которое я получил в своё время. Может быть, тогда я смог принять его не полностью, а сейчас оно дошло до меня таким вот образом, или это мое подсознание играет со мной? В любом случае, к подземным полостям надо относиться очень внимательно, вполне вероятно, что мне удастся что-нибудь найти, не могло же всё полностью исчезнуть, должны быть подземные этажи, в которых может что-нибудь и найтись. Хотя, насколько я понимаю, времени прошло действительно очень много, и шанс не особо велик, но всё-таки он есть, а это лучше, чем ничего.

Решив для себя уделять побольше внимания сканированию подземных объектов вопреки прежним умозаключениям, я двинулся дальше, прыжок за прыжком, прыжок за прыжком.

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Тянуть с перемещением в пространство империи Аграф экипаж «Ареса» не стал, да и требовалось для этого всего ничего, было бы, как говорится, желание. Несколько секунд на ввод координат, затем сам прыжок, и вот уже баронесса оказалась у себя дома, причём рейдер перемещался, заранее укрытый полями маскировки, для двигателя, основанного на ноль-переходе, это не являлось препятствием. Системы древнего корабля практически сразу позволили собрать информацию обо всех объектах, находящихся в этой звёздной системе, и вот она уже не на шутку обеспокоила аграфскую девушку. Да и переместившийся в рубку незадолго до прыжка Даг сразу же почуял неладное, когда считал данные о том, что в непосредственной близости от родной планеты Агаты находится, по меньшей мере, двенадцать боевых кораблей. Четыре судна из флотилии являлись тяжёлыми крейсерами, каждый из них в длину был примерно по два с половиной километра, весьма внушительная сила, и в прошлый их визит ничего подобного здесь не наблюдалось.

— Ну, и что это такое, госпожа баронесса? Какие-нибудь мысли по этому поводу есть? — поинтересовался Борн у девушки, которая так же, как и он, внимательно изучала расположение целей.

— Господин Даг, эти корабли точно не принадлежат отцу, у нас их не так и много, каждый я прекрасно знаю, и вообще их здесь не наблюдаю. Это очень странно, — медленно ответила Агата.

— Тогда это может быть только одним — это блокада. Видимо, пока нас тут не было, что-то произошло.

— Надо что-то делать! — воскликнула аграфка. — Там же отец!

— Против такой мощи нам не выстоять, баронесса, управлять рейдером так, как это удавалось сделать Бору, у нас не выйдет.

— Дэн, — обратилась девушка к искину, — ты можешь попытаться связаться с резиденцией отца? Я выдам тебе все необходимые коды доступа.

— Я постараюсь, — тут же отозвался квазиживой разум рейдера, — если на планете ещё осталась техническая возможность принимать сигнал, но нам необходимо переместиться как можно ближе.

— Прыгай, — согласился Даг, — но лучше держаться подальше от основных ударных сил этого небольшого флота. Неизвестно, каким потенциалом они обладают, вдруг смогут определить наше присутствие.

Спустя две секунды рейдер переместился внутри пространства звёздной системы поближе к планете, вслед за этим Агата отправила искину свои личные данные, которые должны были позволить связаться с резиденцией барона Лориналя. В рубке повисло тревожное ожидание, пока Дэн пробовал установить соединение, но через несколько минут бесплодных попыток он сообщил всем присутствующим о неудаче.

— Видимо, они блокируют всю связь, — заключил Даг.

— Может попробовать через галонет? — предложила Ванда, занимавшая кресло пилота.

— Я уверен, этот канал они обрубили сразу, — покачал головой старик.

— Госпожа баронесса, как вообще регламентируются подобные действия у вас в империи?

Агата задумалась на несколько секунд.

— Я не знаю о подобных случаях на внутренних территориях, но однозначно это не может случиться без дозволения императора.

— А почему вообще такое могло произойти? Чем вы могли провиниться перед вашим правителем? — поинтересовался Денис Сергеевич, который появился в рубке вместе с Борном, они вообще довольно много времени проводили вместе, сдружившись на почве возраста.

— Это сложный вопрос, — уклончиво ответила девушка, — но, если вкратце, то в прошлый раз нам удалось найти в нашей системе потенциально чрезвычайно дорогостоящий актив. Наверное, об этом узнал император или кто-то из его приближённых, и таким образом они пытаются отобрать его. Хотя, по словам Бора, на заводе, который мы нашли, не осталось ничего особо ценного, но, возможно, мы просто не смогли всё осмотреть и что-то упустили.

— Подтверждаю, — подключился к разговору искин, — всё самое ценное мы оттуда вывезли. Остался сам объект, может быть, их заинтересовали эти остатки, но, насколько мне известно, командир просил барона честно рассказать обо всём императору и таким образом обезопасить себя.

— Тогда почему эти корабли находятся здесь и осуществляют эту вашу блокаду? Может быть, он всё-таки умолчал о ней? — предположил профессор Ветров.

— Дэн, ты регистрируешь какие-нибудь обломки? У нас имелось, по меньшей мере, пятнадцать боевых кораблей, если они уничтожены, то что-то от них должно было остаться, — сделала запрос Агата.

— Зарегистрированы три группы обломков. Предположительно, это останки боевых кораблей, но их количество не совпадает с тем, которые находились в системе на момент нашего прошлого посещения, в каждом из них были оставлены закладки, и я бы определенно смог выявить их наличие, — доложил искин.

— Ничего не понимаю. Ладно, если мы не можем выйти на связь, то надо попытаться каким-то образом проникнуть в резиденцию. Отец должен быть там.

— Баронесса, от этой идеи попахивает сгоревшей проводкой, вы не сможете попасть туда на боте, да и нам для телепортации на поверхность необходимо будет оказаться в непосредственной близости, из-за чего мы можем быть обнаружены, — осадил её пыл старый мастер по ремонту дроидов и по совместительству поучаствовавший во многих передрягах боец.

— Ну, что-то же делать надо! — вспыхнула девушка. — Не могу я сидеть и просто ждать в неизвестности, вдруг ему нужна наша помощь!

— Судя по всему, данное положение дел остаётся таким уже довольно давно, так что не стоит паниковать. Нам нужна информация, а значит, нам необходимо её добыть.

— Ну, и как это сделать? — скептически поинтересовалась Агата.

— Госпожа Лориналь, вы забываете, что у нас далеко не самый простой корабль, и теоретически мы вполне легко можем подкараулить какой-нибудь бот, затем телепортировать его пилота к нам для разговора. Вот так и выясним, чем эти ребятки тут занимаются.

— Дэн, это же не составит особых проблем?

— Совершенно верно, господин Борн, это самое изящное решение в данной ситуации, но вы должны понимать, что пропажу пилота обнаружат практически сразу.

— Тогда надо сделать так, чтобы этот бот сразу же после изъятия пилота взорвался. Ты ведь уже знаком с техникой аграфов, я думаю, ты без особого труда сможешь телепортировать какую-нибудь деталь из реактора, после чего он пойдёт вразнос.

— Это вполне осуществимо, начинаю поиск цели, — согласился искин, но, как назло, ничего подходящего обнаружить не удавалось.

В таком напряжённом ожидании экипаж «Ареса» провёл около четырех часов, по прошествии которых искин сообщил, что небольшой пассажирский бот вылетел из одного из крейсеров по направлению к диспетчерской станции. Его и решено было брать.

Рассчитав курс летательного аппарата, рейдер переместился в точку, которую должен был миновать этот бот. Ещё на подлёте удалось просканировать его и выяснить, что на его борту, кроме пилота, находится ещё один разумный. Как только аппарат оказался в зоне досягаемости, Дэн без особого труда перенёс его пассажиров в специально подготовленное для этого помещение, где уже ждали наготове оба брата-вотаха с мощными станнерами в руках. Как только два живых существа в лёгких аграфских бронескафах появились в помещение, по ним сразу же ударили два мощных излучателя, и оба тела оказались без сознания, а ещё через секунду реактор бота взорвался, а сам «Арес» переместился поближе к краю системы.

Операция по добыче языков прошла без сучка и задоринки, и довольный своей задумкой Даг Борн, смачно хлопнув себя обоими ладонями по грудным бронепластинам, громко выкрикнул:

— Ях-ха-ва! Вот так-то, ребята, учитесь пользоваться новыми игрушками.

— Ну что, госпожа баронесса, думаю, нам стоит пойти и поговорить с нашими гостями.

— Вы правы, господин Борн, видимо, я немного растерялась и забыла о том, на что способен наш рейдер. Пойдёмте задавать вопросы, только прошу вас действовать максимально аккуратно, мы не знаем всего, что произошло, быть может, мы вообще неверно интерпретировали ситуацию.

— Агата, я могу пойти с вами? — поинтересовался Денис Сергеевич. — Вдруг вам понадобится моя помощь.

— А ты, мой друг, оказывается, как и брат, неплохо разбираешься в полевых допросах?

— Не совсем, но кое-какой опыт имеется, — уклончиво ответил Ветров.

— Тогда пошли, любой опыт надо перенимать, — со смешком решил Даг, — только я первый.

К этому моменту оба бесчувственных тела оказались освобождены от скафандров, а их руки крепко стянуты за спиной металлическими пластинами, надёжно обеспечивающими фиксацию конечностей. Исходя из соображений результативности, пленники были разведены по разным помещениям, к одному из которых Дэн и переместил троицу.

— Предлагаю начать с пассажира, мне кажется, он явно не так прост, как пилот, — предложил Даг, изучив информацию, переданную ему Аргуном, — у него и скафандр посерьёзнее, да и знаки отличия имеются.

— Как скажете, господин Борн, — согласилась Агата.

— Вот что, девочка, ты на всякий случай личико спрячь и позволь нам поговорить для начала по-мужски, в случае чего подключишься к разговору, но чтобы там ни случилось, постарайся сохранять спокойствие.

— Я надеюсь, что будете благоразумны, господин Борн, это всё-таки мой собрат.

— Как пойдёт, — хищно оскалился старый абордажник и, кивнув Денису Сергеевичу, скомандовал, — пойдём.

Дверь в неиспользуемое техническое помещение открылась и впустила в себя четверых разумных. Достаточно молодо выглядевший аграф, свесив голову на грудь, сидел на палубе, видимо, в такой позе его и оставил один из братьев. Аргун протянул Дагу аптечку, и тот уверенным движением прилепил её прямо через комбинезон на грудь пленника, после чего она самостоятельно активировалась и ввела необходимые препараты, которые должны были привести его в чувство после воздействия станнера. Этот процесс занял минуты три, затем голова аграфа дёрнулась, и он неуверенно попытался её поднять, явно не понимая, что происходит. Наконец его глаза сфокусировались на присевших на корточки мужчинах, внимательно наблюдающих за ним, и, судя по всему, он смог без труда определить расовые различия.

— Вы кто такие, хомо, и что происходит? — прошипел он.

— Вы находитесь на борту нашего корабля, можно сказать, в гостях, а следовательно, вести себя надо корректно, очень уж я не люблю грубость, — начал елейным тоном Даг, — а ты уже начинаешь меня на неё провоцировать.

Аграф несколько раз попытался дёрнуть руками, но практически сразу прекратил эти попытки.

— Гостей не связывают. Кто вы такие, и что вам нужно? Вы хоть понимаете, что напали на офицера империи Аграф?

— Всё мы понимаем, но очень уж нам надо знать, что происходит в этой системе. Поэтому, будь добр, расскажи нам подробно, для чего здесь все эти корабли, кто санкционировал всё это мероприятие, и почему нет связи с бароном Лориналем?

Пленник медленно перевёл взгляд по очереди с Дага на каждого из присутствующих, словно запоминая их лица, и усмехнулся.

— Вы идиоты! Я не знаю, как вам удалось меня захватить, но в любом случае вы об этом сильно пожалеете! Ничего я вам рассказывать не буду!

Даг с укором посмотрел в лицо мужчины и покачал головой из стороны в сторону, а затем медленно потянул абордажный клинок из крепления, освобождая его хищное жало из плена.

— А я ведь хотел по-хорошему, но, видимо, придётся отрезать от тебя по кусочку, пока ты не расскажешь всё, что мне нужно знать.

Взгляд аграфа переместился на руку человека, но по нему не было возможности определить, что именно в данный момент он чувствует, потому что его глаза с новой силой яростно уставились в лицо человека, и пленник с ухмылкой процедил:

— Меня очень быстро найдут, и тогда мы с тобой, грязное животное, поменяемся местами, и уж поверь, я найду такие способы для причинения боли, о которых ты никогда не слышал.

— А ты самоуверенный, — ухмыльнулся садистской улыбкой Даг и одним точным выверенным движением воткнул клинок прямо в коленную чашечку аграфа.

От неожиданности Агата дёрнулась и подалась вперед, но старик вскинул левую руку, останавливая её порыв. Девушка послушно остановилась и вернулась на свое место. На удивление, аграф не издал ни звука, лишь до крови прокусил нижнюю губу, по-прежнему с вызовом глядя на своего мучителя. Плотоядно улыбаясь, Борн начал медленно поворачивать клинок, разъединяя повреждённый сустав и причиняя тем самым невыносимую боль. На лице пленника выступили крупные капли пота, но он лишь ещё сильнее сжал зубы, по его подбородку потекли струйки крови, соединяясь в одну, после чего алая жидкость начала капать ему на грудь.

— Я думаю, наш гость способен выдержать многое, а может, у него и импланты какие специальные стоят, у вас ведь тут их много разных бывает, — положив руку на плечо Дага, включился в разговор Денис Сергеевич, — может быть, вы позволите мне поговорить с этим человеком?

— Я офицер империи Аграф, — прошипел раненый, — как ты смеешь называть меня этим грязным словом, и я ничего вам не скажу, можете разрезать меня на кусочки.

— Я думаю, это не понадобится, — продолжил профессор Ветров.

— Уберите свой нож, Даг, я хочу попробовать один фокус.

Борн пожал плечами и выдернул лезвие из раны, он знал, куда наносить свой удар, поэтому крови было на удивление мало. Денис Сергеевич приблизился к пленному офицеру и, протянув руки, взял его за голову. Сейчас ему не нужно было ни от кого скрывать свои необычные способности, и он уставился глубоким немигающим взглядом в глаза аграфа.

— Слушай мой голос и смотри мне в глаза, смотри мне в глаза, — монотонно забубнил человек, и в этот момент на лице оказавшегося неожиданно несговорчивым пленника впервые за всё время появился испуг.

— Псион, — выдохнул он, но его взгляд уже неотрывно следил за зрачками человека.

Профессор Ветров напряжённо работал, он прекрасно понимал, что его способности не идут ни в какое сравнение с теми, которыми обладал его брат, но всё-таки и он был кое на что способен, не зря ведь его подключали к работе с кридами. Это оказалось действительно нелегко, но спустя некоторое время ему всё-таки удалось наладить телепатический контакт с разумом этого, хоть и бахвалящегося, но, тем не менее, очень напуганного аграфа. Он погружался всё глубже и глубже, периодически давая необходимые установки, это не было телепатией в полном объеме, скорее всего, смесь между ней и гипнозом, но в итоге оно сработало, и спустя десять минут напряжённых трудов Денис Сергеевич наконец-то смог отпустить голову пленника и устало выдохнуть:

— А теперь задавайте свои вопросы.

Глава 4

Находка

Глава 4. Находка

Четвёртый день моего пребывания на Марсе начался так же, как и три предыдущих, встал засветло и приступил к монотонному исследованию территории. Виденный ночью сон совершенно не хотел выходить из головы, и я периодически возвращался к размышлениям о том, какая всё-таки странная штука — жизнь. Те, кто некогда обитал в нашей Солнечной системе, смогли пройти невероятный путь. Если всё то, что я видел, правда, то получается, они достигли в индустриальном плане настолько высокого прогресса, что в стремлении к созданию большего количества технологий погубили собственный дом. Но затем что-то произошло в их сознании, и они смогли переосмыслить основной принцип собственного существования, перейдя к совсем другому пути развития. Видимо, в тот момент и произошёл какой-то скачок, вследствие которого они смогли усовершенствовать свои пси-способности настолько, что оказались в состоянии преобразовать многие необитаемые планеты, такие, какой некогда была и моя Земля. Они подтолкнули к эволюции во всём своем многообразии всевозможные формы жизни, а затем двинулись дальше, от звезды к звезде, сея вокруг семена, из которых произрастали целые цивилизации… Интересно, как выглядели те древние, может быть, тела, в которых они пребывали, когда появлялась такая необходимость, сделаны по их образу и подобию, в принципе, эти организмы практически полностью антропоморфны. Во внешности, безусловно, есть отличия от людей или тех же аграфов, может быть, именно из-за этого большинство рас во Вселенной имеют схожие черты. Хотя, конечно, есть и совсем отличающиеся, видимо, какие-то из Сеятелей оказались теми ещё экспериментаторами. В любом случае, мне досталось не самое плохое вместилище, только надо научиться пользоваться им, но я упорный, так что рано или поздно я подберу ключик и к этому лупоглазому ларчику.

Интересно, куда делись эти Сеятели, и почему они не стали диэтархами? А может, и стали, просто отведенная им зона ответственности находится далеко отсюда. Странно, по логике вещей, если здесь их родная планета и звездная система, то после того, как перешли на энергетический уровень, они должны были в первую очередь руководить именно этой частью Вселенной. Но тут, насколько я понял, правят бал Арай, а они появились гораздо позже Сеятелей и, в сущности, являлись их творением. Быть может, этим древним существам, наверняка одним из первых, перешедших на новый уровень существования, давным-давно стало скучно заниматься этим неблагодарным делом, и они переместились куда-то дальше, или вообще развились в непонятно что, хотя тут уже моя фантазия даёт сбой.

Честно говоря, мне сложно себе представить, что может быть выше пределов возможностей диэтархов, только если сам мифический Творец. К слову сказать, несмотря на всё то, что мне о нём говорили, я так и не смог до конца принять его существование. Да, всё, что окружало меня, казалось настолько глобальным и немыслимым, что просто так само по себе явно возникнуть не могло, но я не понимал одного, почему мой наставник так свято уверен в существовании каких-то законов и карательных мер, развоплощения и тому подобных вещей. Ничего похожего я не почувствовал, хотя, быть может, прошло слишком мало времени, да и тяжело мне было спорить с существами, прожившими в тысячу раз дольше, чем я, и видевшими несоизмеримо больше. Что же вы со мной сделали, бывшие братья — диэтархи? Каким именно образом обрубили мне прежние способности? И ведь могли же отправить меня в тело какого-нибудь младенца, но нет, я очнулся в потенциально очень мощном носителе. Ха, а если я и должен был прийти в себя именно в каком-нибудь ребенке, но что-то пошло не так? Уж не подсобила ли мне по старой памяти та же Афаина? Очень даже возможно, быть может, она не сумела уберечь меня от купирования сил, но вот с телом могла и помочь, ведь она тут столько времени провела, наверняка могла знать про эту усыпальницу. Интересно, кто из них следит за нашей галактикой, и не наблюдает ли он в данный момент за мной? А ведь действительно интересно, причём это умозаключение, к которому я должен был прийти очень давно, только сейчас меня посетило, да так, что я остановил свою серию прыжков и поднял голову к начавшим светлеть небесам.

— Слышишь ты, смотритель! — прокричал я без особой надежды на то, что меня услышат. — Раз уж я теперь здесь, у тебя на подконтрольной территории, так, может, всё-таки сподобишься и окажешь помощь по старой дружбе, или всё-таки цеховая солидарность у тебя сильнее?

Никто мне не ответил, да и вообще, если разобраться во всех событиях, которые происходят в нашей галактике, то назревает вывод, что тот, кто должен следить тут за порядком, не особо и утруждается. На колыбель цивилизации преспокойно и достаточно регулярно прилетают какие-то ящеры и вырезают почти под ноль большую часть населения, а ему хоть бы хны. А может он, как и мой наставник, трясётся при одной мысли о том, что его заругает батька Творец? Кто же ты такой, создатель Вселенной? Есть ли ты вообще? Может, все эти высокоразвитые придурки просто придумали себе страшилку, так сказать, ограничитель для собственных желаний, ведь, обладая такой силой, немудрено слететь с катушек и начать творить непотребства.

Ой, в какие дебри завели мои размышления, а ведь мы действительно никогда не обсуждали эту скользкую тему, просто потому, что на тот момент у меня даже не возникало подобных мыслей, а ведь они должны были появиться, но опытный учитель всегда был рядом, подсказывал, наставлял, направлял. Сейчас, вспоминая весь процесс моего ученичества, я мог оценить его со стороны, и теперь мне действительно многое стало казаться не просто сомнительным, а я бы сказал, подозрительным. Может быть, всё, что со мной произошло, только к лучшему, честно говоря, мне совсем не улыбалось до скончания времён играть божественную роль и только и делать, что следить за тем, чтобы звёзды двигались по рассчитанным для них траекториям. Это же неимоверно скучно, да лучше я до самой смерти буду прыгать по этой планете, мне и то будет интереснее. Нет, всё-таки судьба — штука загадочная, где-то глубоко в своей энергетической душе я, видимо, противился новому предназначению, и вот свершилось то, что свершилось. Плохо, конечно, что погибло столько разумных, населяющих целую галактику, вернее, ее остатки, но так уж сложилось, отыграть назад невозможно, и надо двигаться дальше. Давай, Боря, сжал жопку в кулачок, и попрыгал вперёд, Марс сам себя не исследует.

Солнце уже практически показалось на горизонте, но в этот раз я решил не тратить время на любование красочным зрелищем и понёсся гигантскими скачками, змейкой исследуя предгорья. До обеда ничего интересного обнаружить мне не удавалось, на камни я внимание обращать перестал, полностью сосредоточившись на том, что могло скрываться под поверхностью. За это время мне удалось обнаружить две полости, причём одна из них оказалась весьма приличной по размеру, только вот располагалась она на глубине примерно пяти метров, и мне пришлось затратить около полутора часов на то, чтобы пробить себе проход в достаточно прочном скальном массиве. К сожалению, и эта находка оказалась пшиком, пещера была хоть и внушительной, но также явно природного происхождения. Пришлось двигаться дальше, километр за километром удаляясь вдоль хребта от гробницы, единственного места, в котором я мог бы пополнить свои запасы.

Прыжки продолжались до самого вечера, и лишь когда солнце практически скатилось за горизонт, почти на границе сенсорных возможностей я смог уловить какое-то явно металлическое образование. Заинтересовавшись, я тут же прыгнул в его направлении и застыл как вкопанный, рассматривая то, что мне удалось найти.

Похоже, я всё-таки был прав, когда решил искать следы деятельности человека, вот только результат оказался явно не таким, на который я рассчитывал. Я обнаружил перед собой какой-то посадочный модуль, причём, судя по его внешнему виду, он явно потерпел здесь крушение, либо же его посадка выдалась настолько жёсткой, что конструкция не выдержала подобных испытаний. Мало того, на его запыленной поверхности можно было различить название аппарата, причём написано оно было на двух языках, и вот здесь уже национальная принадлежность найденного аппарата не вызывала никаких сомнений, потому что название было прописано на английском языке и дублировалось несколькими иероглифами, скорее всего, китайскими. Прочитав это слово, я убедился, что его сюда заслали именно китайцы. «Суджун» — гласила надпись.

Аккуратно приблизившись и стерев ладонью тонкий налёт пыли на одном из смотровых иллюминаторов, я осторожно заглянул внутрь, но увидеть хоть что-то за покрытым специальным составом стеклом было невозможно. Поэтому я медленно обошёл обломки по кругу в поисках какого-нибудь люка. Найдя его, сформировал энергетические плети и вырвал из креплений, аккуратно опустив рядом с получившимся проходом.

Что-то мало это похоже на марсоход, больше смахивает на тот агрегат, на котором американцы высаживались на Луне, вернее, именно такой фильм они всем показывали. Заглянув внутрь и активировав небольшой, но достаточно мощный прожектор на шлеме, я вынужден был признать, что первоначальная догадка оказалась верной, внутри находилось три тела в допотопных, с моей точки зрения, скафандрах, которыми пользовались на Земле. Посадка, по всей вероятности, была действительно жёсткой, потому что часть оборудования оказалась сорванной со своих креплений, да и тела, судя по всему, получили несовместимую с жизнью перегрузку. Может быть, ещё какой-нибудь фактор сыграл на этом поле, но факт остается фактом, все они были мертвы, причём, судя по состоянию их останков, уже довольно давно. Интересно, когда китайцы умудрились заслать эту экспедицию, и почему вообще ануаки, контролировавшие ферму под названием «Земля», позволили этому случиться?

Тем не менее находка меня несказанно обрадовала, здесь уже легко прослеживался алгоритм моих дальнейших действий, ведь наверняка эти ребята прилетели сюда на каком-то корабле, а потом попытались спуститься и погибли. Но ведь не могли они лететь в один конец, значит, планировали вернуться, и вполне вероятно, где-то на орбите находится их корабль, который я наверняка смогу использовать. Только вот дело в том, что технологии, которые применялись в этом аппарате, явно можно считать примитивными и разобраться в том, как тут всё устроено, будет нелегко. К тому же не факт, что это измочаленная снаружи скорлупа будет способна оторваться от поверхности. Но, с другой стороны, за относительно недолгое пребывание в Содружестве я успел набить свою голову таким количеством всевозможных знаний, что попытаться отремонтировать на коленке этот драндулет наверняка смогу, тем более у меня есть пси-способности. Единственная загвоздка заключается в том, что большая часть надписей выполнена на языке, от которого я всегда был бесконечно далёк, и если английский, худо ли, бедно ли, я понимал, то вот с этой тарабарщиной однозначно возникнут проблемы.

— Сара, — обратился я к искину, — а ты можешь попытаться собрать языковой пакет из этих символов? Некоторые надписи здесь дублируются на языке, который я понимаю.

— Всё будет зависеть от количества достоверно известных символов.

— Ну, вот и поглядим, мне надо хотя бы примерно понимать, что, где и как здесь располагается, а потом уже будем решать, что нам делать дальше.

— Активирую сбор языкового пакета, — доложил искин, и я принялся искать глазами все возможные надписи, как на чисто китайском, так и те, которые дублировались переводом на английский.

На удивление, таковых оказалось немало, для удобства я даже освободил небольшое пространство посадочного модуля от трупов, переместив их подальше и выкопав могилу слегка видоизменёнными энергетическими плетями, затем аккуратно похоронил отважных тайконавтов и вернулся в модуль.

Перед погребением я тщательно изучил всё, что у них оказалось при себе, особенно меня порадовал компактный планшет, выполненный в каком-то явно специфическом варианте, сразу стало понятно, что это гаджет разработан либо для военных, либо специально для космоса. Попытки его активировать ни к чему не привели, видимо, батарея за то время, которое он здесь пролежал, у него иссякла, но это, я думаю, не проблема. Также внутри имелись какие-то привязанные на верёвках книги с инструкциями на китайском языке, я немного полистал одну из них, забивая в память искина как можно больше вариантов текста. Особое внимание обратил на страницы, на которых имелись дублирующие надписи, в данный момент мне нужно было собрать как можно больше дополнительной информации, ведь, к сожалению, об этом языке я имел весьма смутное представление. По словам Сары, постепенно новая база данных стала наполняться, хотя до конечного результата было ещё далеко. Я облазил буквально каждый сантиметр модуля, выискивая хоть что-то, что могло мне помочь, попутно проводил углубленное изучение доставшегося мне китайского наследства. Сфера поиска — универсальный инструмент, и если им правильно пользоваться, то можно справиться практически со всем что угодно, найти любую поломку, ну, а дальше уже дело техники. Правда, тут невооружённым глазом было видно, что посадочный модуль весьма серьёзно повреждён. Опоры, на которые он должен был приземлиться, то ли не сработали, то ли не выдержали нагрузки, но сам импровизированный кораблик примарсился как раз на двигательную установку, и, судя по той информации, которую я получил, тщательно изучив этот узел вряд, ли мне удастся восстановить его работоспособность. Да даже если бы я и смог это сделать, два из трёх резервуаров оказались поврежденными, и жидкое топливо, которое в них хранилось, давным-давно вытекло, впитавшись в жадный до любой, даже такой сомнительной влаги, грунт безжизненной планеты. В третьем же резервуаре его оставалось совсем мизерное количество, видимо, посадка происходила именно на нём.

Аккумуляторные батареи самого модуля, обеспечивающие всё энергопотребление, которых здесь имелось около двадцати, также оказались высаженными в ноль, но с такой бедой я бы мог справиться. Наверняка этот плод инженерной мысли китайских учёных должен был связываться с их центром управления полётами, но, скорее всего, он использовал в качестве ретранслятора основной корабль, на котором члены экспедиции сюда добрались. Эх, мне бы мои прежние способности, я бы в два счёта смог его обнаружить и переместиться прямо в него, но, к сожалению, это невозможно. Хотя теперь я практически со стопроцентной уверенностью могу сказать, что он там был.

Находка и радовала, и печалила одновременно, всё-таки в моём случае предпочтительнее было бы поговорить со своими по уже настроенному каналу, а если мне сейчас удастся восстановить связь, то я однозначно попаду к китайцам, и вот тут уже могут возникнуть нежелательные последствия. Если бы я выглядел немного по-другому, то ещё получилось бы что-нибудь наплести, но с такой внешностью это становится нереальным. Хотя можно попробовать сделать шлем непрозрачным и придумать историю, как я тут совершенно случайно оказался.

Для производства лингвистической базы мне пришлось вспомнить всё, что я знал из английского языка, но здесь было уже проще, я, по крайней мере, понимал, как произносится алфавит и, к своему удивлению, смог вытащить из памяти достаточно много разнообразных слов. Таким образом, для переложения с китайского искин использовал промежуточный язык, и только потом переводил его на русский.

Примерно через час Сара сообщила мне, что всё, что было возможно сопоставить, выполнено, и база по китайскому языку, хоть и неполная, но составлена. Я сразу же попытался воспользоваться ею, на внутреннем экране шлема, если я смотрел на какую-нибудь надпись, то прямо поверх неё появлялся её перевод на моём родном, великом и могучем. Таким образом мне удалось прочитать порядка восьмидесяти процентов надписей. Никогда прежде я не был даже в кабине самолёта, не то что внутри космического корабля земной постройки, и надо сказать, что сам принцип, по которому всё здесь было устроено, являлся, хоть и, видимо, действенным, но до жути неудобным. Несмотря на однозначное наличие компьютерной системы на борту посадочного модуля, большая часть его функционала дублировалась в ручном режиме, сотни кнопок, рычажков, тумблеров, мне даже тяжело себе представить, как всё это тайконавты пытались запомнить, когда учились этим убожеством управлять. Всё-таки принципы пилотирования, которые применяются в технике Содружества, ушли вперёд на порядок, да и наличие искинов, имеющих просто несопоставимые, по сравнению с земными поделками, вычислительные мощности, являлось неоспоримым и непреодолимым на текущем этапе развития космонавтики преимуществом.

Прежде чем пытаться оживить связь, я решил попробовать зарядить планшет и выяснить, есть ли в нём какая-нибудь полезная информация. Она однозначно должна быть, иначе зачем им вообще брать эту штуку с собой? Я со всех сторон осмотрел гаджет и достаточно легко нашёл резиновую заглушку, закрывающую вход для подключения зарядного устройства. В моё время какие только виды штекеров не использовали, пока не пришли к более-менее стандартному и удобному, но этот оказался совсем другим, но определить контакты, на которые должно было подаваться питание, не составило особого труда. Гораздо сложнее оказалось подобрать вольтаж и силу генерируемой моими пси-способностями электроэнергии. Начал я с самых минимальных значений, постепенно повышая показатели, действовать предстояло очень аккуратно, это совсем не две клеммы на аккумуляторе, неосторожное движение или рассогласование, и хрупкое устройство можно будет выбрасывать.

Спустя несколько минут экспериментов индикатор на лицевой стороне планшета загорелся красным цветом, зарядка пошла. Рисковать и увеличивать мощность я не стал, поэтому пришлось просидеть полчаса, пока я не посчитал, что можно попробовать произвести активацию. Прибор уверенно включился, его тёмный экран осветился, отображая какой-то замысловатый логотип, который опять-таки мне ни о чём не сказал, а спустя ещё десяток секунд активировалась его операционная система, и я начал разбираться с тем, что же попало ко мне в руки. Оказывается, за полчаса, которые я над ним колдовал, прибор зарядился всего на пять процентов, судя по всему, это было немного, видимо, я всё-таки заряжал его на минимальных значениях, но в этом деле лучше потратить лишнее время, чем не добиться желаемого.

Искин послушно переводил большую часть надписей, пока я тыкал в разные папки, планшет оказался своего рода полноценным компьютером, и, скорее всего, он был личной собственностью кого-то из погибших космонавтов, потому что в одной из папок было достаточно большое количество фотографий молодого и довольно симпатичного китайца. Причем сделаны они были по большей части в декорациях космического корабля, хотя имелись фото и из его дополётной жизни. Закрыв эти файлы, я начал искать более полезную информацию и нашёл её в папке с незамысловатым названием «видео», вот тут уже было на что посмотреть. Опять-таки, первые записи были произведены ещё на Земле, а вот последующие, по всей вероятности, происходили во время достаточно продолжительного перелёта. Это оказался своего рода дневник, записей было очень много, их длительность была различной, и меня хватило примерно на десять минут. Во-первых, уровень заряда за это время снизился до трех процентов, а во-вторых, я уже понял примерно, что это была за экспедиция, но самое главное, удалось узнать точную дату, когда она стартовала — 17 апреля 2029 года. Значит, прошло уже больше шести лет. По-быстрому отмотав записи в конец списка, я запустил самую последнюю. На ней жизнерадостный молодой человек с веселым выражением на лице помахал в камеру и поздоровался.

— Всем привет, с вами снова Ван Сибо, итак, сегодня 27 ноября 2029 года, и я хочу сообщить вам потрясающую новость, совсем скоро совершится просто невероятное событие, мы спустимся на поверхность Марса. Наша экспедиция «Тянвэнь-4», как вы уже знаете, занимается его изучением уже две недели, и теперь нам предстоит финальная, самая сложная и ответственная часть. На посадочном модуле «Суджун» мы примарсимся в районе долины Безмолвия. Как, кстати, вам новое слово? Мы долго спорили, уместно ли его использовать, но пришли к выводу, что кому, как не нам, придумывать подобные неологизмы, ведь мы первые оказались там, куда когда-нибудь мечтали попасть все фантасты, космонавты и учёные со всего мира. Завтра нога тайконавтов впервые вступит на Марс. Техника, разработанная нашими великолепными, не побоюсь этого слова, учеными, показала себя просто прекрасно, самочувствие экипажа отличное. Как видите, я выгляжу совершенно так же, как и перед этим полётом, разработанные нашим космическим агентством препараты для борьбы с космической радиацией превосходно справляются с этой проблемой, да и защитная оболочка нашего корабля практически полностью поглощает его. На поверхности Марса мы пробудем около трех суток, дольше, к сожалению, задержаться там не сможем, ресурсы наших скафандров и запасы кислорода в спускаемом модуле небезграничны. На планете мы должны провести ряд фундаментальных экспериментов, собрать разнообразные образцы, ну и, конечно же, я буду снимать всё это на этот чудесный, специально сконструированный для нашей миссии планшет от компании «Sentali», да простят меня мои подписчики за эту рекламу, — звонко рассмеялся китаец. — Скажу вам по секрету, честно говоря, я надеюсь, что внизу мы сможем найти признаки жизни, возможно, даже какие-нибудь растения или микроорганизмы.

— Ван, нужна твоя помощь, — послышалось на заднем фоне, и парень обернулся на этот голос.

— К сожалению, мне пора, следующая запись будет сделана уже с поверхности Марса, — произнес парень, и видеофайл закончился.

Вот теперь я обладал кое-какой точной информацией, и можно было проанализировать всё, о чем я услышал. Тратить время на то, чтобы просеивать терабайты информации из всех, подчас бессмысленных роликов, которые этот космоблогер записывал по несколько раз в сутки, не стоило. Итак, что мы имеем?

Значит, летели они сюда действительно примерно полгода, может, чуть дольше, но в среднем возьмём эту цифру. На орбите Марса действительно был их корабль, и по логике вещей хотя бы один член экипажа должен был остаться на его борту, но почему-то все трое вопреки здравому смыслу оказались в спускаемом модуле. На всякий случай я просмотрел ещё несколько записей, датированных в момент прилёта корабля, и смог оценить их научную программу, а она оказалась достаточно разнообразной. Они спустили на планету, причём благополучно, метеорологическую станцию и марсоход, прежде чем отправиться самим. Оба устройства, судя по фрагментам информации, которую мне удалось разобрать на экране, примарсились примерно в одном и том же месте на расстоянии не больше полутора километров друг от друга. Только вот почему-то в районе, который был обозначен как целевой для проведения исследований, никаких гор не должно было быть. Вопрос. Почему тогда они оказались рядом с хребтом? Видимо, поломка у них произошла на большой высоте и на достаточно приличном расстоянии от точки высадки. К сожалению, в какой конкретно стороне это происходило, понять оказалось невозможно.

— Итак, что же мне всё это даёт? — в который уже раз спросил я сам у себя. — Да в общем-то ничего, поднять эту колымагу на орбиту я однозначно не смогу. В одном из роликов, который Ван Сибо снял за три дня до завершившегося трагедией эксперимента, он достаточно подробно пытался объяснить своим подписчикам, как устроен этот аппарат. Но так как периодически переходил на какой-то своеобразный диалект, либо использовал специфические термины, которые мой куцый языковой пакет разобрать оказался не в состоянии, то и, соответственно, и я не всё понял, приходилось домысливать. Со времени крушения прошло как минимум шесть лет, и корабль, если он находился на геостационарной орбите, за это время уже сто раз должен был выработать все ресурсы для корректировки своего местоположения, скорее всего, он уже давно упал на поверхность, затянутый гравитационным колодцем планеты. Либо же после потери связи с экипажем его сумели вернуть назад в дистанционном режиме. Что я ещё могу предпринять? Можно попытаться оживить аппаратуру, по крайней мере, я в состоянии зарядить батареи, и кто знает, вдруг мне подфартит и удастся обнаружить чудесным образом сохранивший свою работоспособность корабль китайского космического агентства, либо попытаться установить связь хоть с кем-то, что-то меня терзают смутные сомнения, что мне еще раз так повезет. Ну и, в конце концов, очень уж мне интересно, что же у них тут произошло. Дело в том, что ануаки полностью контролировали околоземное пространство, да и всю Солнечную систему, и они однозначно должны были знать о планируемых исследованиях ближайшей к Земле планеты. Не исключено, что какой-то крид, затесавшийся в инженерную группу, мог устроить ту или иную диверсию, дабы раз и навсегда отбить желание для совершения подобных смертельно опасных исследований. В пользу этой версии говорит вообще сам факт того, что они сюда смогли долететь, видимо, ящерам надо было подтвердить иллюзию возможности выхода человека в космос, лично мне это представляется именно таким образом.

Подключившись энергетическими плетями к аккумуляторному блоку, я начал плавно наращивать передаваемую мощность, рассудив, что наверняка такое количество оборудования должно запитываться как минимум от двадцатичетырехвольтной бортовой сети, а может быть, и более мощной конфигурации. Поэтому смело увеличил поток генерируемой энергии по сравнению с той, которой я заряжал планшет, в пять раз, опасаясь переборщить и в тоже время не дозарядить достаточно ёмкие батареи. Таким образом я просидел, максимально сконцентрировавшись, около трех часов. К исходу второго часть индикаторов на различных, оставшихся целыми, панелях начала светиться, а вот через три часа я уже смог окончательно убедиться в том, что большая часть аппаратуры, как ни странно, сохранила свою работоспособность. Более того, оказывается, здесь присутствовала достаточно серьёзная программная оболочка, и даже больше, в неё был вшит какой-то хитроумный голосовой ассистент, чем-то смахивавший на искусственный интеллект, а может быть, он им и являлся. Правда, по сравнению с теми образцами, к которым я привык, его можно было сопоставить с калькулятором, но тем не менее он бодро отрапортовал после активации о множественных неисправностях, хотя эта информация удивить уже не могла, я и так прекрасно знал, что всё самое ценное для меня здесь не подлежит восстановлению, а от электроники толку не будет никакого.

Достаточно быстро я понял, что как такового, разума в этом компьютере нет, просто он запрограммирован на выполнение определённых функций с доведением информации посредством голоса до конечного пользователя.

Большинство экранов оказались сенсорными, и я, немного погрузившись в изучение сотен каталогов, смог, хоть и не без труда, найти протокольные записи, нечто вроде чёрного ящика, в которые вносились как технические данные, так и видеофайлы из кабины спускаемого модуля, а также видео с внешних камер. Таких файлов было немного, точнее, три, видимо, члены экспедиции три дня готовили сам модуль непосредственно к спуску. Просмотрев каждый из них, я в этом убедился. Самый последний файл я изучал очень внимательно, лица тайконавтов были возбуждены и серьезны одновременно, и если на записях космоблогера его товарищи постоянно шутили и улыбались, то сейчас они выглядели максимально торжественно и собрано. Должен признать, что все их действия были профессиональными, они не позволяли себе ни шуток, ни посторонних эмоций, видимо, понимали, что подобную запись должны будут представить широкой общественности, и старались выглядеть соответствующе такому торжественному моменту.

Само начало спуска происходило вполне штатно, модуль «Суджун» отделился от корабля-носителя, и, пару раз отработав маневровыми двигателями, вышел на заданную траекторию снижения. Произведя несколько запланированных витков, он попал в плотные слои марсианской атмосферы, здесь уже изображение с внешних камер стало сбоить, наверное, поверхность модуля разогрелась, но это было ожидаемо. Затем картинка стабилизировалась, видимо, началась финальная коррекция для максимально точного попадания в назначенный район. Судя по всему, всё шло штатно и на удивление гладко, по крайней мере, никакой тревоги в глазах у членов экипажа я не увидел. Аппарат снизился до высоты в четыре с половиной километра, и пилот активировал предназначенные для гашения скорости двигатели, а затем приготовился задействовать тормозной парашют, когда на одном из экранов я смог разглядеть горный массив, вот зуб даю — это как раз примерно там, где я в данное время и нахожусь. Именно в этот момент, одновременно весь экипаж экспедиции «Тянвэнь-4» дёрнулся и обмяк, а через полторы секунды запись прекратилась.

Ещё несколько раз пересмотрев этот отрывок и убедившись в том, что мне не показалось — со всеми тремя членами экипажа что-то случилось в районе горного хребта, а потом аппаратура полностью отказала, я зафиксировал время, в которое это произошло, и попытался найти более поздние записи во всевозможных технических каталогах, но мне это не удалось. Вероятно, корабль получил какое-то повреждение, но что могло моментально вырубить этих наверняка хорошо подготовленных и физически крепких, хоть и проведших полгода в невесомости людей? Похоже, здесь действительно не обошлось без диверсии со стороны крид, как я и предполагал прежде, ничем другим объяснить произошедшее я не могу. Из всего изученного мне удалось узнать, по какой примерно траектории летел этот корабль, но большего, к сожалению, вытянуть мне ничего не удалось. Осталась последняя надежда. Мысленно перекрестившись, я нажал на сенсор, который должен был активировать связь с центром управления полётами китайского космического агентства, но, к сожалению, устройство так и осталось безучастным к этим попыткам. Видимо, материнский корабль, как я и предполагал, давным-давно разбился где-то на бесконечных пустынных равнинах.

Что ж, попытка не пытка, не удалось в этот раз, может быть, получится в другой, в конце концов, если уж китайские товарищи смогли людей сюда доставить, то уж наши или американцы однозначно хотя бы марсоходы, но должны были прислать. В общем, всё это, конечно, хорошо и интересно, но, похоже, ничем полезным для меня не закончится, ведь даже еда у этих ребят была изначально расположена в скафандре в специальных отсеках, которые они должны были согревать своим теплом, а я, честно говоря, брезгую есть сомнительную пищу, пролежавшую возле трупа столько времени.

Интересно, что всё-таки с ними произошло? Эта мысль почему-то не давала мне покоя, вот так летят себе, летят, храбрые космонавты, и потом бац, и всё. А ведь тут действительно нужны железные яйца, чтобы решиться на нечто подобное, и ведь все они были молодыми, но внезапно что-то случается, и никто не сможет даже похоронить отважных исследователей. Почему они всё-таки не оставили одного человека на материнском корабле? Хотя чего уж там, ничего уже не исправить. Решив отдать им последние почести, я ещё раз осмотрел небольшое внутреннее пространство модуля и увидел принайтованный в скрученном положении к переборке предмет, который не мог быть ничем иным, кроме как государственным флагом.

— Ну, что ж, ребята, похоже, вы были первыми из людей на этой планете. Вы смогли сюда попасть, несмотря ни на что, человечество вас не забудет, и вы, как никто другой, достойны этого, — произнеся слова прощания и достав флагшток из зажимов, я вернулся к месту захоронения и водрузил его в марсианский грунт у изголовья погибших тайконавтов. — Спите спокойно, земляки, или летите дальше к звёздам, — произнес я короткую прощальную речь и ещё раз окинул взглядом посадочный модуль, отметив, что на его верхушке виднеется несколько верёвок, скорее всего, это остатки парашютных строп. Значит, всё-таки он раскрылся. Ещё раз выведя скопированное видеоизображение на внутренний экран своего шлема, я несколько раз пересмотрел последние три секунды записи и заметил один маленький нюанс, который сразу почему-то ускользнул от меня, хотя я вроде бы смотрел очень внимательно. Когда пилот терял сознание, его палец был как раз в готовности нажать кнопку, активирующую парашют, видимо, когда он отрубился, то всё-таки смог до неё дотянуться. Ну, и что это нам даёт, а то, что, скорее всего, пересекли они горный хребет не так и далеко от места своего падения.

Ещё раз прикинув в голове траекторию, по которой должен был, судя по данным объективного контроля, лететь этот модуль, я сделал вывод, в каком примерно направлении нужно искать те аппараты, которые они спустили в самом начале. Только вот шесть лет достаточно большой срок в местных реалиях, да и разброс мог быть по дистанции и площади просто огромный. Можно, конечно, попытаться найти это оборудование, но что мне с ним делать, если вообще неизвестно, способно ли оно связываться с Землёй без корабля-ретранслятора. Да и искать по этим просторам я буду очень долго, если вообще за прошедшее время они не сгнили до основания, хотя это вряд ли, модуль выглядит на удивление неплохо, по крайней мере, с точки зрения коррозии. Похоже, всё-таки стоит проверить эту ещё одну последнюю возможность. Вновь выведя на экран картинку с внешней камеры, я попросил Сару смоделировать изображение горной гряды сверху, если мне удастся найти похожий ландшафт, а это теоретически возможно, то я смогу более точно определить вектор, по которому мне надо двигаться. По крайней мере, тем самым я смогу значительно уменьшить время, необходимое на поиски марсохода, ведь не могли же они его на неделю привезти. Нет, наверняка он должен был остаться здесь, чтобы непрерывно работать и после отлёта доставившего его сюда корабля, по крайней мере, мне кажется это самым логичным.

Решив действовать подобным образом, я совершил несколько прыжков и оказался возле подножия горной гряды. Теперь, по моей задумке, необходимо составить собственную карту, которая рано или поздно должна совпасть с тем изображением, которое мне удалось получить из протокольного файла посадочного модуля, потом уже будет несложно рассчитать дальнейший маршрут для оптимизации поисков научного оборудования китайской экспедиции.

Прыжок за прыжком, километр за километром я оставлял за спиной, прежде чем Сара с вероятностью в девяносто два процента определила место, над которым пролетел китайский корабль. Гряда тут вздымалась на высоту километра в два с половиной, причём это скальное образование уходило вверх достаточно круто. Видимо, в былые времена здесь столкнулись две литосферные плиты. Вообще, эти горы сильно отличаются от наших, по крайней мере, тех, что мне довелось видеть, очень пологие предгорья вдруг заканчиваются резким переходом к практически отвесным скалам, хотя, может быть, и на Земле есть что-нибудь подобное.

Удалившись ещё на пару километров вдоль хребта, мы убедились, что процент соответствия повысился до девяноста пяти, после чего Сара практически сразу проложила маршрут, по которому мне в дальнейшем предстояло двигаться. Я уже собрался отправиться на поиски марсохода, как вдруг внезапно ощутил давно не испытываемое мной и донельзя неприятное чувство приближающейся опасности, ох, как раньше оно меня выручало. Я сразу же попытался осмотреться по сторонам, чтобы выяснить источник этой опасности, но не увидел ничего подозрительного вокруг. Несколько раз запустил сферу поиска, но и она не уловила ничего в радиусе полукилометра. И что же это может быть? Секунды проходили за секундами, а ничего вокруг не изменялось, но ощущение не пропадало, наоборот, оно плавно усиливалось. На всякий случай я решил прыгнуть подальше от этого места, но не успел, в голове внезапно помутилось, причём так сильно, что я не смог сконцентрироваться. Происходило что-то явно не то, мой мозг напряжённо пытался найти выход из положения, мне срочно надо прыгнуть хоть куда-нибудь, и желательно подальше от гор, и я уже практически настроился на максимально удаленную точку и приготовился к скачку, как внезапно стало ещё хуже. Мир перед внутренним взором поплыл, координация нарушилась, отчаянным усилием воли я попытался сосредоточиться и все-таки прыгнуть, как раз вроде и сфера подсказала нужную точку, и я, собрав все доступные мне силы, сумел это сделать. Только вот вместо ярко освещённой и покрытой бурым песком равнины я оказался в кромешной тьме, но это было единственным, что мне удалось понять. И вот тут мне уже стало не до шуток, потому что я практически сразу полностью потерял контроль не только над собственным телом, но и, похоже, над разумом, затем меня захлестнул океан трудно поддающихся описанию, и тем более осмыслению, явно чужеродных эмоций. В них смешивалось одновременно множество разнообразных желаний, мыслеформ и еще что-то невообразимое, словно миллиарды алчущих существ разом проникли ко мне в сознание, но главенствовал над всеми второстепенными самый сильный — голод. Попытки что либо предпринять разбились, словно штормовая волна о крепчайший гранитный утес, и я начал стремительно погружаться в пучину этого хаоса.

ПЕКИН. НАЦИОНАЛЬНОЕ КОСМИЧЕСКОЕ АГЕНТСТВО КИТАЙСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ

Лю Кансяо уже заканчивал свой короткий перерыв на обед, который он традиционно завершал крепким чёрным кофе, хотя большинство его товарищей всё-таки отдавали предпочтение чаю, когда он почувствовал вибрацию. Сразу же поняв, что это его телефон, переведённый в беззвучный режим, сигнализирует о входящем звонке, он отложил в сторону бумажный стаканчик с горячим напитком, и принялся ворошить разложенные по рабочей поверхности бумаги. Найдя искомое, он посмотрел на экран и, увидев знакомое имя абонента, нажал на кнопку принятия вызова.

— Кансяо на связи.

— Лю, ты посмотрел письмо, которое я тебе отправил? — послышался в трубке взволнованный голос Джанджи Сая, специалиста Национальной астрономической обсерватории, вместе с которым когда-то давно научный сотрудник НКА учился.

— Ещё нет, — честно признался молодой человек, — но если там что-то срочное, то я, конечно же, сейчас проверю.

— Давай, смотри быстрей. Это какое-то безумие.

— Всё-всё, уже смотрю, успокойся, — продолжил учёный, действительно входя в корпоративную почту и открывая сообщение с именем того, с кем он разговаривал по телефону.

На экране практически мгновенно появились несколько снимков, выполненных в довольно неплохом качестве. Сразу же забыв о недопитом кофе, молодой человек с интересом начал изучать полученные кадры, его глаза забегали по экрану, внимательно фиксируя мельчайшие детали.

— Ну, и как тебе? — раздался насмешливый голос в трубке.

— И что это такое, очередной фейк?

— Нет, братишка, ты сейчас просто обалдеешь. Десять минут назад до нас дошёл сигнал от посадочного модуля миссии «Тянвэнь-4», и вот, представь себе, кто сейчас хозяйничает на его борту. Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное?

— Миссия потерпела неудачу, и довольно давно, эксперимент признан неудачным. Ты уверен, что это не шутка? — недоверчиво начал Кансяо.

— Это реальные кадры, и у меня их еще много, этот неизвестный что-то точно делал в посадочном модуле. Как будто изучал, может, это один из тех, кто напал на нас?

— Таких скафандров я точно не видел, и что-то мне подсказывает, что это совсем не наши технологии. Ты кому-нибудь уже сообщал?

— Ещё нет, тебе первому, по старой дружбе, я и сам их получил почти случайно, этот канал практически не мониторится, но учти, через полчаса мне всё равно придётся довести это до моего руководства. Так что постарайся успеть получить дивиденды и про меня не забудь.

— Сочтёмся, — заверил бывшего одногруппника, которому повезло в карьере чуть меньше, Кансяо, — считай, что я твой должник. До связи!

Как только собеседник отключился, парень сразу же отправил полученные изображения на печать. Едва успев дождаться результата, он опрометью бросился по направлению к кабинету главы Национального космического агентства, нужно было успеть сообщить эту информацию как можно быстрее и непременно лично. Для развития собственной карьеры это точно не будет лишним.

Глава 5

Мышеловка

Глава 5. Мышеловка

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. КИТАЙСКАЯ НАРОДНАЯ РЕСПУБЛИКА. ПЕКИН

Безукоризненно одетый офицер государственной безопасности, находящийся в звании дасяо, облаченный, как всегда, в отлично сидящий на нем мундир, остановился возле входа в кабинет. Еще раз внимательно оценив свой внешний вид в висящем на стене зеркале, он решительно постучался в деревянную дверь украшенную затейливым орнаментом и, получив разрешение войти, потянул массивную створку на себя.

— Господин чжунцзян, разрешите войти, дасяо Минг?

— Разрешаю, — послышался вполне благожелательный голос сидящего за достаточно аскетичным письменным столом пожилого мужчины. — Что у вас?

— Господин чжунцзян, поступила важная информация, вам необходимо лично решить, что с нею делать, — доложил офицер значительным тоном, извещающим хозяина кабинета, что дело действительно является серьезным.

— Показывайте, посмотрим, что там у вас, — разрешил седовласый мужчина.

Дасяо четким шагом приблизился и, выказывая уважение, аккуратно протянул своему начальнику папку.

Чжунцзян Сонги принял документы и, раскрыв их, углубился в чтение, буквально через две минуты он резко поднял взгляд на посетителя и задал вопрос:

— Информация достоверна?

— Так точно, господин чжунцзян, все подтвердилось, на месте крушения нашей миссии «Тянвэнь-4» действительно находился некто. Аппаратура четко зафиксировала его изображение, подобные технологии скафандра нам еще не встречались.

— Кто еще знает об этом?

— Всего несколько человек по вертикали от оператора, все они временно изолированы.

— Вы докладывали мне, что успешно освоили тот летательный аппарат, который нам удалось заполучить у русских. Он сможет долететь туда?

— Господин чжунцзян, я считаю, что это вполне возможно, но я не уверен, что нам удастся скрыть подобный перелет от сайя, они могут и заинтересоваться.

— Плевать, сообщите своим коллегам, что предстоит тестовый полет, подготовьте группу захвата, возможно, мы сможем найти там то, что позволит нам получить преимущество. За эту операцию отвечаете лично. В случае успеха я представлю вас к награде.

— Так точно, господин чжунцзян. Я взял на себя смелость и на всякий случай дал команду на сбор группы. Считаю, что приступать необходимо немедленно.

— Даю свое разрешение. И еще одно, если получится, то надо потом забрать наших погибших героев.

— Разумеется, господин чжунцзян, отдам такие указания. Разрешите идти?

— Идите, — кивнул пожилой офицер и, после того как посетитель удалился, продолжил внимательно рассматривать полученные снимки и аналитическую записку.

ИМПЕРИЯ АГРАФ. БАРОНСТВО ЛОРИНАЛЬ

— Ты уверен, что всё сделал правильно? — скептически поинтересовался Даг.

— Не знаю, но если его мозг не сильно отличается от человеческого, то всё должно получиться, — слегка рассеянно ответил Денис Сергеевич, видимо, процедура далась ему нелегко.

— Как тебя зовут? — внимательно глядя в глаза пленника, поинтересовался пожилой абордажник.

— Кастель Ренталь.

— Твоё звание и место службы?

— Флаг-капитан, оперативная группа, третий ударный флот империи Аграф, специальная служба связи.

— Ну, вот даже как, — задумчиво пробурчал Даг, — какова причина присутствия вашей группы на территории баронства Лориналь?

Глаза пленника растерянно блуждали в пространстве, при первом же взгляде на него становилось понятно, что он находится в каком-то пограничном состоянии, но вот сколько оно продлится, было совершенно непонятно, поэтому надо было спешить, пока офицер не отошел, чтобы получить как можно больше информации.

— Мы прибыли сюда по приказу императора для осуществления блокады.

— Какова причина этой блокады?

— Я-я-я, — пленник задёргал головой, но Борн продолжил давить.

— Какова причина блокады? Отвечай!

— Барон совершил преступление, его обвинили и призвали к ответу. Наша группа осуществляет законность при проведении разбирательства.

Агата наконец не выдержала и вспыхнула, сделав шаг вперед.

— Какая законность⁈ Почему тогда в системе находятся обломки кораблей?

— Часть флота баронства напала на нас сразу после того, как мы вошли в эту систему, они были уничтожены.

— Обломков слишком мало. Где остальные корабли?

— Личный флот барона Лориналя выведен из системы во избежание повторных эксцессов.

Даг повернул голову и внимательно посмотрел в лицо девушки.

— Пожалуйста, не вмешивайся в разговор, — строго попросил он в приказном тоне, этот резкий переход немного отрезвил Агату, и она сделала шаг назад.

— Что сейчас происходит на планете, и где барон Лориналь?

— После предъявления ультиматума барон прекратил сопротивление и отправился на Секундон.

— На чём барон отправился туда?

— Его отправили на специальном курьерском корабле.

— Что сейчас происходит на планете?

Голова пленника внезапно задёргалась, а в его взгляде начала прослеживаться прежняя злость.

— Что сейчас происходит на планете? — повторил свой вопрос Борн.

Аграф захрипел, сложно было понять, что именно с ним происходит.

— Что вы со мной сделали? — медленно процедил он, видимо, приходя в себя, прежде блуждающий взгляд сменился на полный ярости. — Думали, что псион-недоучка сможет со мной справиться? Идиоты, у меня есть имплант!

— Да уж, дружище, похоже, у нас не получилось, — печальным тоном принял игру старый мастер, — и раз уж на то пошло, то теперь лишние свидетели, сам понимаешь, нам ни к чему. Поэтому, извини, но придётся тебя немножечко убить.

— Вы не посмеете, вы все низшая раса, а я аграф, слышишь, ты, я аграф, и тебе после этого не жить! Вас всех найдут и пустят на опыты!

Агата, стоявшая до этого молча, медленно присела на корточки рядом с Дагом и демонстративно деактивировала шлем, скрывавший ее внешность, нарушая тем самым свое инкогнито, только слепой не смог бы заметить ее характерные, слегка заостренные ушки. Она печально посмотрела на собрата по расе, а затем процедила, плотно сжав зубы:

— Ты не аграф, ты настоящее дерьмо харша. Откуда вы вообще такие берётесь?

— Сестра⁈ Что ты делаешь среди этих грязных ублюдков? Помоги мне, и тебе это зачтётся.

— Знаешь, прежде чем сюда войти, я просила этих людей быть с тобой помягче, ведь я считала тебя своим соотечественником, но теперь, знаешь что, просто выйду отсюда и не буду им мешать. И я хочу, чтобы ты помнил, лучше я буду жить среди этих людей, которые готовы на всё ради помощи своим друзьям, чем находиться рядом с такими, как ты, чванливое убожество.

— Кто ты такая, предательница⁈ — прошипел аграф, зыркая по сторонам и пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.

— Я та, на чей дом вы напали, та, чьего отца вы несправедливо арестовали. Я баронесса Лориналь, а ты уже никто, и все твои угрозы для меня пустой звук.

— Господин Борн, я отзываю свою просьбу, видимо, я совершила ошибку, поступайте так, как считаете нужным, — после этих слов девушка поднялась во весь рост и, развернувшись, вышла из комнаты, не обращая никакого внимания на крики пленника.

— Стой, тварь, неужели ты оставишь меня вот с этими животными? — прокричал в спину уходящей аристократке скованный офицер, но она не задержалась больше ни на секунду.

Как только дверь в помещение за девушкой закрылась, благожелательное выражение на лице Дага сменилось холодной маской, он резко выбросил вперед бронированный кулак и впечатал прямой и мощный удар в зубы аграфа. Физическое воздействие явно было рассчитано таким образом, чтобы гарантированно покалечить офицера.

— Ты очень нехорошо отозвался о нашей боевой подруге, тем более об аграфской аристократке, — произнес он, наблюдая, как пленник, выпучив глаза от удивления, выплёвывает выбитые зубы с кровавой юшкой.

— А теперь, когда меня больше ничего не ограничивает, мы с тобой поговорим по-взрослому, только учти, за каждое хамство или грубость от тебя будет оставаться всё меньше и меньше. Ты меня понял?

Аграф явно не ожидал такого поворота событий, но тем не менее он, видимо, не до конца осознал всю серьёзность ситуации, поэтому через три с половиной минуты масса его тела действительно уменьшилось. Оба его заострённых уха отделились от головы и были аккуратно уложены перед ним на палубе. Профессор Ветров, обладая явно более тонкой душевной организацией, не выдержал подобного, но и мешать не стал, удалившись вслед за девушкой и оставив двух разумных, находящихся в диаметрально противоположных ситуациях, наедине.

Борн вышел из помещения через пятнадцать минут, к этому моменту сама комната уже оказалась пустой и практически полностью зачищенной от всех остатков биологических жидкостей пленного аграфа. По просьбе старика искин телепортировал его обезображенный труп и отправил в утилизатор. Все это время Агата, гордо подняв голову, молча простояла неподалеку, Денис Сергеевич не пытался с ней заговорить, безошибочно определив, что делать этого в данный момент не следует.

— С первым всё, — лаконично заключил Даг, — всё, что было можно, я из него вытянул и думаю, допрашивать второго смысла особого нет. Что будем с ним делать?

— Мы можем его как-нибудь отпустить? — поинтересовался профессор.

— В принципе, я думаю, это возможно. Прыгнем недалеко от станции и выбросим его в открытый космос в скафандре. Там его быстро найдут.

— Дэн, мы можем это сделать? — запросила Агата.

— Это возможно, — подтвердил искин, — ожидаю команды.

— Давайте его отпустим, не могут же все те, кто пришёл сюда, быть такими моральными уродами, — попросила девушка, но стало заметно, что в уголках ее прекрасных глаз притаились крошечные слезинки.

— Баронесса, вы всё-таки слишком добры и идеалистичны. Но вы правы, этот тип, да, — кивнул старый мастер за спину, на дверь, из которой он только что вышел, — явно был гораздо информирование простого пилота, так что смысла в его допросе действительно нет. Можем и отпустить.

— Дэн, прыгай поближе к станции, затем выбрасывай пилота, только предварительно надо снять с него наручники. Пусть потом думают, каким образом он там оказался после крушения или уничтожения бота.

— Принято, выполняю, — доложил искусственный интеллект.

Через четыре секунды дело было уже сделано, бесчувственное тело освобождённого языка осталось болтаться в открытом космосе в непосредственной близости от диспетчерской станции, а сам «Арес» переместился на окраину системы.

— Приказание выполнено, — произвел доклад Дэн.

— Что он рассказал? — попытавшись изобразить каменное выражение на лице, спросила девушка.

— В общем, так, насколько я понял, тут дело серьезное. Помните того графа, ну, который с искинами тогда заваруху тут устроил, так вот, он обвинил вашего отца в клевете и попутно выдвинул ещё ряд обвинений. В частности в том, что барон Лориналь вывез в неизвестном направлении драгоценное оборудование джоро. Оказывается, ваш отец действительно сообщил о находке, и сюда поначалу прибыла целая куча народа, но потом они достаточно быстро смогли понять, что вся эта сенсация не стоит и выработанного стержня от реактора. Потом некоторое время было затишье, и вот примерно два месяца назад снова вылез этот граф. Я, конечно, допускаю, что этот офицер мог многого не знать, и вполне возможно, было что-то ещё во всей этой истории. Тем не менее, факт остаётся фактом, систему блокировали по приказу, поступившему из императорской канцелярии. Ваш отец принял решение не сопротивляться, потому что тогда бы сюда прислали действительно целый флот, вследствие чего могло бы пострадать очень большое количество ваших подданных. В общем, он улетел куда-то, где, как я понял, и будет происходить суд. Всё это было еще два месяца назад, с тех пор они тут так и стоят. На планете всё нормально, они её, конечно, посещают, но достаточно мирно, изображают законность.

— Я знаю, куда отправился мой отец, это планета в системе Эльта. Именно там происходят все судебные процессы и рассмотрение спорных вопросов. Видимо, у папы действительно не осталось выбора, да и каким он мог быть, если поступил приказ от самого императора?

— Что будем делать дальше? — поинтересовался Денис Сергеевич.

— Соваться в глубину империи опасно, там нам лихо могут поджарить корму, — высказал своё мнение Даг Борн.

— Я не могу бросить отца, я должна быть рядом с ним. Прошу вас, помогите мне, можете оставить меня там, давайте прыгнем, я возьму какой-нибудь бот и полечу на нём. За несколько минут никто не сможет нас отследить, — взмолилась девушка.

Мужчины переглянулись между собой, и старый абордажник отрицательно покачал головой.

— Это самоубийство, девочка, ты и отцу своему не поможешь, и сама сгоришь. Нам надо искать возможность попасть к Бору, только с его помощью мы сможем что-то изменить, я уверен, он пройдёт туда без особых проблем и надерёт всем задницу. Это моё личное мнение.

— Погоди, друг, — перебил его профессор Ветров, — мы ещё даже на шаг не приблизились к тому, чтобы хотя бы понять, как можно вернуться на Землю. А если за это время с её отцом что-нибудь случится? Она же себя никогда не простит. Мы действительно не так и сильно рискуем, пусть летит, у Агаты ведь, кроме него, больше никого нет, насколько я понимаю.

— У меня есть вы, — тряхнула головой девушка, — настоящие друзья, почти вторая семья. Прошу вас, позвольте в этом случае мне самой решить, как поступить. Переместите меня туда и улетайте, базу вы сможете найти и в другом месте, я в этом уверена, средства у нас есть. В любом случае, «Арес» сможет сбежать при первых признаках опасности.

— У этого сраного графа просто бездна кредитов, и не забывай, что он имеет возможность влиять на большую часть искинов, которыми вы пользуетесь. Как думаешь, насколько быстро он узнает о том, что ты появилась на этой планете?

— Это уже неважно, я хотя бы попытаюсь увидеться с отцом. Его не должны держать в заключении, так не принято, и у меня, по крайней мере, будет шанс оказать ему помощь.

— Хорошо, — немного подумав, согласился Даг, — но я считаю, что это слишком опасно. Наверняка это место находится под особым контролем, у нас хоть и аграфская система маскировки, но она далеко не идеальна.

— Ладно, чего уж теперь ныть, надо дело делать. Дэн, перемести нас в рубку и подготовь бот к вылету.

Через секунду трое членов экипажа оказались в сердце корабля.

— Госпожа баронесса, — вновь перешел на официальный тон старик, — прежде чем прыгнуть туда, надо подготовиться. Вы хотя бы примерно понимаете, что может вам понадобиться?

— Я думаю, что ничего мне не нужно. Появлюсь из ниоткуда, пусть потом пытаются понять, откуда я взялась в этой системе. Всё, что необходимо, есть у меня с собой, мой скафандр и моё имя, большего мне всё равно с собой не взять.

— Я бы всё-таки посоветовал взять вам с собой какое-нибудь оружие, исключительно для самозащиты, если вдруг этот граф сумеет среагировать слишком оперативно, — вставил Ветров.

— Хорошо, я возьму с собой свой бластер, и на этом всё.

— Ну, раз так, то не будем тянуть. Искин, у тебя всё готово?

— Так точно, товарищ старший офицер, бот к вылету готов, а рейдер переместится по вашей команде.

— Может, всё-таки возьмёшь кого-нибудь из братьев? — немного подумав, вкрадчиво поинтересовался Даг.

— Не стоит, для них это будет самоубийство, — отрезала девушка.

— Ну, тогда желаю удачи, мы постараемся высадить тебя как можно ближе к планете, и у тебя будет время добраться туда. Но если на нас начнётся охота, то ты должна понимать, что при необходимости оперативно забрать тебя может сразу и не получиться. В случае чего, если тебе всё-таки удастся задуманное, и будет возможность вернуться, то отлетай в пустую область, мы постараемся тебя подхватить.

— Спасибо, друзья. Дэн, я готова, перемещай меня сразу в бот.

Через секунду девушка исчезла, и лица обоих мужчин моментально посуровели, лишь Ванда, сидящая на месте пилота, еще не все до конца поняла, но спрашивать не решилась.

— Искин, как только бот полностью будет готов к вылету, открываешь шлюз, и по команде совершай ноль-переход.

— Принято, — сухо доложил квазиживой разум, а через несколько секунд последовал ещё один доклад, — бот к вылету годов. Ноль-переход через пять, четыре, три, два, один, — пространство на обзорных экранах мигнуло, и изображение звезд слегка изменилось.

— Корабль перешёл в точку назначения. Бот покинул лётную палубу, — прозвучал доклад, но это старый абордажник заметил уже и сам, полностью погрузившись в управление кораблём. На экране радара было видно, как крохотная точка грузопассажирского бота, стремительно набирая скорость, понеслась по направлению к планете. А ещё через три секунды искин доложил о вероятном обнаружении, потому что сразу несколько патрульных кораблей, расположенных в разных частях звездной системы, пришли в движение и полетели по направлению к «Аресу».

— Регистрирую повышение активности противника. Вероятность обнаружения корабля восемьдесят четыре процента.

— Прыгай в сторону, но не слишком далеко, нам надо отвлечь внимание от Агаты, — потребовал Даг, напряженно следя за возможным противником и отметкой бота.

Квазиживой разум древнего рейдера послушно выполнил указание, переместившись в другую точку пространства, а спустя пять секунд вероятность обнаружения повысилась уже до девяноста семи процентов, потому что корабли вновь сменили направление.

— Похоже, что наша маскировка здесь не особо работает, — сделал вывод Борн.

— Так точно, товарищ старший офицер, предположительно, комплексы обнаружения размещены на трёх боевых станциях, размещённых в звездной системе.

— Ну, тогда давай, делай ещё несколько скачков, но не слишком далеко, чтобы не раскрывать перед ними все карты, а затем прыгаем к самому краю системы, посмотрим, смогут ли они обнаружить нас на большом удалении.

— Принято, — доложил Дэн, затем райдер последовательно выполнил предложенную Дагом серию перемещений и завершил её практически за пределами влияния местной звезды.

Этого времени хватило Агате для того, чтобы преодолеть расстояние до планеты. Бот, конечно же, обнаружили, и если бы не её статус аристократа, то вряд ли бы она смогла договориться о беспрепятственном спуске на поверхность. После получения запроса диспетчера она сразу же сообщила об истинной цели своего визита — навестить находящегося под следствием родственника. Планетарный искин, отвечающий за оборону, достаточно оперативно произвёл сверку переданных девушкой сведений и подтвердил её право здесь находиться, после чего она, уже не особо опасаясь, задала своему летательному аппарату курс на специально предназначенный для этого космодром.

ПЛАНЕТА МАРС

Разум человека, пережившего невероятные, с точки зрения обычного смертного, события и запертого в данный момент в теле древнего искусственного биологического организма, медленно погружался в пучину хаоса. Мозг, подвергшийся массированной ментальной атаке, оказался не в состоянии справиться с подобной нагрузкой. Одновременно с этим само тело, одетое в легкий скафандр, медленно погружалось сквозь толщу желеобразной субстанции в кромешной вековечной тьме. Искин аварийного комплекта пытался активировать встроенную медицинскую систему, однако сделанные носителю инъекции не привели ни к какому результату, а буквально через полминуты и сам скафандр начал получать ежесекундный урон. Среда, в которой они очутились, оказалась чертовски агрессивной, и довольно успешно стала растворять материал, который по идее не так-то просто было уничтожить, он был специально разработан для того, чтобы сберечь жизнь носителя во всевозможных критических ситуациях. Однако та, в которой они очутились, видимо, оказалась на порядок опасней.

Искин, осознавший, что если в ближайшие минуты ничего не изменится, то его носитель однозначно погибнет, отчаянно боролся за существование, инъекции следовали одна за другой, Сара применила все доступные ей комбинации медицинских препаратов, но, к сожалению, эффекта это не принесло. Не сумела она и определить тип вещества, оказавшегося таким агрессивным.

Скафандр смог продержаться почти шесть минут, после этого появились первые прорехи, сквозь которые начала поступать слизь. Внутренние системы аварийного комплекта отказывали одна за другой, и одновременно с этим медленно растворялась плоть. Прошла ещё минута, и агрессивная субстанция добралась до энергетической ячейки, которая была способна функционировать несколько тысяч циклов без смены топливного элемента, однако именно в тот самый момент энергия начала стремительно истощаться. Процесс утечки оказался настолько лавинообразным, что искин понял — похоже, наступает конец. Это было последней мыслью, пробежавшей по его кибернетическим искусственным мозгам, прежде чем он окончательно отключился. Практически сразу после этого треснул шлем, и всё пространство между забралом и лицом биоробота достаточно быстро заполнила всё та же бесцветная слизь. Она с одинаковым успехом была способна переварить и синтетику, и живую плоть, всё, что несло в себе хоть каплю энергии, было в этих беспросветных пещерах её законной добычей.

— Бор, очнись, — послышалось в темноте безвременья, наполненной множеством разноплановых мыслежеланий.

Голос показался знакомым, я постарался вспомнить, где же я его уже слышал, и наконец-то смог это сделать.

— Афаина, — попытался ответить я, но у меня ничего не получилось.

То, что в данный момент творилось с моим разумом, сложно описать словами, полная невозможность сосредоточиться на чём-либо, даже странно, как я смог услышать её голос. Попытавшись отрешиться от миллиардов чужих примитивных мыслей, я постарался сосредоточиться на её словах, и как мне кажется, это удалось.

— Афаина, — повторил я.

— Я не могу тебе помочь, но если ты не сделаешь хоть что-то, то ты умрёшь. Окончательно и бесповоротно.

— Что со мной?

— Ты теряешь время, пока тебя пытаются сожрать!

— На Марсе нет жизни, это явно что-то другое, — попробовал возразить я.

— Значит, она там завелась. Не отвлекайся и постарайся выжить, не заставляй меня сожалеть о том, что я вмешалась в процесс твоего наказания и отправила в это тело. Борись!

Женский голос угас, вновь навалилось хаотичное нагромождение мыслеобразов.

Что она мне сказала? Как трудно сосредоточиться. Собственные мысли теряются во всей этой образовавшейся мешанине. Попытался вновь сфокусироваться, но что бы я ни делал, адекватности мировосприятия это мне не добавляло, пока я, скорее всего, случайно, не зацепил какое-то желание, вернее, почувствовал, буквально упёрся. Кто-то хочет меня сожрать.

«Жрать-жрать!» — именно это стремление я в основном и ощущал в своих мыслях.

Оно проносилось в моей голове очень часто, можно сказать, что куда бы я ни пытался потянуться, оно в конечном итоге сводилось именно к этому. Меня хотят сожрать. Меня хотят сожрать! Да какого хрена! Я сам в состоянии сожрать, всё что угодно!

«Жрать-жрать-жрать, пища-пища-пища».

«Ментальная атака, вот что это такое!» — наконец-то удалось мне осознать, однако ни с чем подобным я раньше не сталкивался.

Нет, было. Лабиринты разума, вот что спасло меня тогда. Значит, надо попытаться использовать эту технику и сейчас. Но как же тяжело это даётся, такое ощущение, что я пытаюсь сдвинуть каким-то чудом сумевший приземлиться на поверхность планеты линкор. Однако через некоторое время узкий коридорчик я все-таки смог сформировать, потом добавил второй и следом третий. Стало чуть-чуть полегче. Ещё один виток, ещё, затем небольшая сеть ментальных многоуровневых переходов, запутанных, словно вытащенный из камышей комок лески, утащенной туда матёрым карасём. Сознание немного прочистилось, хотя в нём по-прежнему присутствовали явно чужеродные мысли, причем в громадном количестве.

Ввод в систему тоннелей замкнутых петель позволил ещё на порядок снизить чужое присутствие. Я добавлял и добавлял новые переменные, постепенно усложняя и усложняя лабиринт, сам погружаясь в него всё глубже и глубже, пока не почувствовал относительную тишину в собственных мыслях. Не знаю, насколько хватит этого защитного механизма, поэтому надо спешить и попытаться выяснить, что произошло.

Активация сферы поиска не смогла дать мне практически ничего, я просто не понял где, а главное, почему тут нахожусь. Но вот то, что мне, похоже, кранты, это я разобрать смог. Начнём с того факта, что конечностей у меня уже практически не осталось, разве что, судя по всему, усиленные кости всё ещё сопротивлялись этой гадости, в которой я оказался. Стало совершенно ясно, что моё чудом приобретенное тело доживало последние минуты, и если я сейчас хоть что-то не предприму, то так и останусь, непонятно где и неизвестно в чём, навечно, хотя, скорее всего, такими темпами от меня совсем ничего не останется.

Когда-то, во время прохождения обучения, мне приходилось заново отращивать расползающуюся по швам плоть, а значит, надо попытаться повторить на этом организме тот фокус, главное, чтобы мне хватило сил. Я потянулся к своему пси-источнику и обомлел. Уровень доступной мне энергии снизился на три четверти, а если учесть, что это просто немыслимый объём, и он прямо на глазах уменьшается, то сразу же стало понятно, куда-то она уходит. А что тут думать, похоже, эта штука, в которой я очутился, жрёт не только моё тело, но и подписывается энергией пси-ядра. Да что же ты за тварь-то такая⁈ Только вот фигушки, мы ещё побарахтаемся. Не знаю, что ты представляешь собой, откуда здесь взялось и как смогло перенести меня туда, где я оказаться не должен был, но и я ещё кое-что могу.

Первое, что попытался сделать, щедро зачерпнув силы у источника, это создать вокруг остатков своего тела щит, как когда-то пытался сделать такой же в воде, и поначалу у меня даже получилось. Я уже слегка обрадовался, решив, что сейчас экстренно начну восстанавливать повреждённые участки тела, но не тут-то было, барьер продержался всего три или четыре секунды, после чего схлопнулся, и меня со всех сторон вновь облепила всё та же алчная субстанция, только в этот раз я уже почувствовал боль. Нет, не так, это был океан боли, как будто каждый нерв оказался оголённым, и его обмакнули в соль. Если бы мои лёгкие практически целиком не были заполнены этой дрянью, пытающейся их растворить, то я наверняка бы закричал, причём так дико, как никогда прежде, но единственное, что я мог сделать, это задёргаться. Однако я прекрасно понимал, что слабые конвульсии бессильны мне помочь, поэтому отчаянным усилием воли попытался отрешиться, но, видимо, в этот момент мой лабиринт не выдержал, и мысли вновь наполнились одними и теми же образами, бубнящими на разные голоса всего несколько слов или желаний.

«Жрать, пища, поглощение, жрать, пища, поглощение».

Между тем уровень доступной мне энергии снизился ещё на треть. Несколько последовательных запусков сферы поиска не принесли ничего, я даже прыгнуть отсюда никуда не в состоянии. Что же делать⁈

«Жрать, пища, поглощение, жрать, пища, поглощение».

Да как же ты меня достала, мерзкая тварь! Может, я уже просто перевариваюсь в чьём-то желудке? Бывал я недавно в одном, правда, тогда ситуация выглядела явно попроще, я даже смог сожрать там ту странную железу, которая и позволила мне в конечном итоге перейти на другой уровень пси-оперирования.

«Жрать, поглощение, пища, жрать».

«Жрать, говоришь, а может, это и есть мой единственный выход?» — пришла в практически растворённую голову спасительная мысль. В эту игру ведь можно играть и вдвоём. Если уж я смог вжиться в роль диэтарха, то уж поглотить какой-то субстрат наверняка сумею. Решив попробовать, просто перестал с ним бороться, не сдался, наоборот, стал неистово впитывать в себя этот материал, одновременно разлагая его на составляющие, трансформируя и превращая в уже знакомые мне клетки. Восстановление начал с головы, она самая важная часть, и внутренних органов без них я долго не протяну даже на постоянной накачке жизненной энергией, мышечная масса подождет. Жить хотелось так отчаянно, что я даже не сразу осознал, что вновь использую тот уровень оперирования реальностью, которого меня решили лишить бывшие собратья по временному управлению галактиками. Стало чуточку легче, а скорость падения уровня энергии слегка замедлилась, вновь и вновь зачерпывая дополнительные порции силы. Вдохновлённый положительным результатом, я всё тянул и тянул, пока в какой-то момент не заметил, что в хаос чужеродных мыслей в голове стала вплетаться совсем другая риторика.

«Страх, опасность, враг, страх, опасность, враг».

Затем появилась закономерная злость, и вот тут уже я не смог разобраться, моя она, или заимствованная, но тем не менее это придало мне уверенности, и я усилил нажим. Периодически запуская сферу поглощения, я с удивлением отметил, что она немного увеличилась, а мое тело начало обрастать плотью. В какой-то момент меня посетила идея: если уж я практически с нуля создаю себе новое тело, то почему оно должно быть таким, каким по воле смотрителей галактик мне досталось, ведь сейчас мне приходится наращивать заново буквально всё, кроме остатков скелета. От того бесполого биоробота остался практически голый костяк с небольшим количеством внутренних органов, удивительно, как вообще смог сохраниться мозг, видимо, черепушка у моего вместилища оказалась также сделана из очень прочного материала, да и, честно говоря, человеческое тело мне знакомо гораздо лучше. Поэтому дальше я двинулся в этом направлении, однако желеобразная масса, в которой я очутился, пыталась сопротивляться. Я ощутил несколько достаточно мощных ментальных ударов, и если бы в данный момент постоянно не укреплял пси-защиту, подспудно ожидая нечто подобное, то наверняка они бы смогли добиться серьёзного результата. Однако благодаря затраченным усилиям до моего сознания докатились лишь их отголоски, а затем благополучно затухли в бесконечных коридорах ментального лабиринта. Процесс восстановления продолжился, но через некоторое время я начал осознавать, что строительного материала в какой-то момент мне стало явно не хватать. Видимо, всё, что было в непосредственной близости, я смог поглотить, и тогда я выбросил во все стороны энергетические плети, пробив ими этот субстрат, и с новой силой начал накачивать своё тело слизью.

Хаос вновь пришёл в движение, но теперь над всем остальным превалировал страх, нет, не так, это был ужас. В попытке понять, что же меня такое окружает, я раз за разом запускал сферу поиска и, в конце концов, смог разобраться, с чем же мне не повезло повстречаться. Это было не одно существо, ни в чей желудок я не попадал, мне не посчастливилось оказаться в толще целой колонии мельчайших организмов, соединённых в единую ментальную сеть. Сами по себе они не представляли собой абсолютно ничего, но, собравшись в большом количестве, обретали невиданную мощь. Судя по всему, они обитают в этой пещере, где бы она ни находилась, уже очень давно, может быть, мутировали из чего-то. Этот монстр хоть и силён, но примитивен, и сейчас ему не повезло столкнуться с самым страшным хищником, с человеком, более того, с человеком, припёртым к стенке и страстно желающим сохранить свою собственную жизнь, ведь это единственное, что у него осталось.

Миллиарды мельчайших созданий, соединившихся ради выживания в слаженный организм, похоже, смогли осознать, что добыча, оказавшаяся у них, способна не только сопротивляться, но и очень больно давать сдачи.

Чем больше я поглощал микроскопических существ, размер которых если и превышал габариты амёбы, то ненамного, тем легче мне становилось. Наряду с этим велось сразу несколько параллельных процессов: борьба с ментальной атакой, восстановление повреждённого организма с одновременным наполнением его питательными элементами, поиск путей выхода из этой ловушки. Я держался только на заимствованной силе, тщательно следя за тем, чтобы не совершить вдох, потому что, во-первых, кислорода здесь не наблюдается, а во-вторых, придётся по новой восстанавливать лёгкие.

Чем больше я впитывал, тем легче мне становилось, здоровая злость переросла в азарт, ведь я уже понял то, что весь этот биологический конгломерат проиграл, он не успел поглотить меня, пока я был в шоковом состоянии, а теперь уже поздно, жертва сожрет его полностью, переработает и выберется отсюда.

Размер сферы поиска увеличился до десяти метров, а я всё выпускал и выпускал дополнительные энергетические плети, отправляя их во все стороны. Чужие мысли в голове сменились откровенной паникой, чем бы оно ни было, но враждебный коллективный организм явно не хотел умирать, однако мне в данный момент на это было уже наплевать. Так уж совпало, и раз эти твари уничтожили мой скафандр, в котором имелись запасы пищи и воды, то теперь сама судьба подкинула мне заменитель. Правда, ещё не знаю, что я буду делать дальше, ведь рано или поздно это желе закончится, а постоянно поддерживать себя при помощи пси-энергии невозможно. Мое тело всё больше преобразовывалось в то, каким я привык его видеть раньше, внутренние органы отросли заново, начала формироваться мышечная масса. Чуть было не забыл об одном немаловажном аспекте и вернул себе вторичные половые признаки, причём это вызвало у меня приступ беспричинной весёлости, если бы я мог дышать, то я бы, наверное, рассмеялся, однако смог сдержаться.

В очередной раз обратившись к своему пси-источнику, я весьма удивился, потому что уровень запасов энергии в нём оказался практически стопроцентным. Активация сферы поиска позволила мне выяснить размеры этой карстовой воронки, в которой и обитало то, что каким-то образом повлияло на меня, когда я пытался совершить телепортацию, потому что ничем иным, кроме подмены координат, я случившееся объяснить не могу. Вместе с тем я почувствовал ещё кое-что, где-то там, в глубине воронки, сохранился какой-то древний агрегат, не знаю, чем оно было когда-то давно, но в данный момент от него остались только мёртвые куски металлических деталей. Что это могло быть, бессмысленно разбираться, наверное, механическая кормушка для этих тварей, или еще что-то, оставшееся от былых времен.

— Идите ко мне, мои хорошие детки, папочка вас ждёт, — мысленно пробормотал я, распространяя свои ловчие плети практически по всему объёму пещеры.

Я ловил и ловил этих тварей, словно гигантский кит, просеивая толщу склизкой массы, которая становилась постепенно всё жиже и жиже, у меня не получалось полностью переработать её, я выделял лишь те элементы, которые мне были нужны, но оставалось ещё очень много лишнего. Постепенно я начал замечать, что поток мыслей, пробивающихся сквозь мой лабиринт разума, стал затухать, а потом он практически полностью прекратился. Пси-источник был полон под завязку, продуцирование энергии с лихвой перекрывало расход, хотя использовал я достаточно приличное количество, но сейчас необходимо было сосредоточиться на спасении собственной жизни. Тело практически полностью восстановилось, оставались последние штрихи, и уже надо было думать о том, что же делать дальше. Не знаю, сколько я провёл времени в этой борьбе, может быть, пять минут, а может быть, час или неделю, не имелось никакой возможности проследить за этим, в любом случае я справился.

Время от времени я запускал сферу поиска, стараясь раскинуть её как можно шире, и наконец-то смог дотянуться до того участка, который исследовал перед тем, как всё это началось. Переместиться туда я точно смогу, но что буду делать потом? Здесь я в состоянии поддерживать свою жизнедеятельность, а там мне необходимо будет дышать, а кислорода в атмосфере Марса практически нет. Единственный вариант для выживания, это вернуться в усыпальницу и снять с одного из тел комбинезон с аварийным комплектом, да только вот дело в том, что карта хранилась в памяти Сары, от которой ничего не осталось и следа, да и не выдержу я, скорее всего, несколько суток непрерывных телепортаций. Что же делать, ведь рано или поздно подойдут к концу и эти хитровыделанные амёбы?

Стоп, что-то я думаю не в ту сторону. Сейчас найти дорогу в гробницу Сеятелей просто нереально, об этом даже мечтать не стоит, но совсем рядом, буквально в десятке-другом прыжков есть могила, в которую я уложил тела погибших в тайконавтов. Вполне возможно, что какое-то время на этих заменителях нормальной пустотной одежды я продержаться смогу. На всякий случай можно сделать какой-нибудь неприкосновенный запас.

Сказано-сделано, сформировав небольшую сферу двунаправленного энергетического щита, я начал заполнять его остатками биологических организмов, практически всё, что мне удавалось выловить, я направлял туда, и как только этот шар заполнился, я сразу же запустил сферу поиска, настроился на точку и прыгнул. Со стороны это наверняка должно было смотреться забавно, абсолютно голый мужчина оказался под лучами солнца, весь облепленный остатками слизи, а рядом с ним левитирует шар диаметром около тридцати сантиметров. Сориентировавшись, в какую сторону мне двигаться, я, не теряя времени, начал серию прыжков, уже на пятом я вынужден был откорректировать первоначальные планы и прилепить эту сферу к своей грудной клетке, потому что тело, которое я воссоздал, оказалось явно слабее, чем то, в которое меня отправили диэтархи. На двенадцатом прыжке мне удалось практически точно попасть к месту крушения спускаемого модуля, и я сразу же принялся энергетическими жгутами раскидывать рыхлый грунт могилы. Достав одно из тел, которое по комплекции, как мне кажется, было примерно таким же, как и у меня, я приступил к извлечению останков. Какие же всё-таки неудобные поделки создают на Земле, практически нет автоматики, да и ещё надо разобраться, как это снимать, однако всё оказалось проще, чем я думал. Вытряхнув мумию, я сразу же начал натягивать на себя это жалкое подобие пустотного скафандра, благо, он был достаточно просто сделан, и никаких особых навыков для надевания не потребовалось, процедура китайскими инженерами разработана предельно элементарная, зря я на них грешил.

Последним пристегнул шлем и начал искать, каким именно образом производится подача дыхательной смеси, это тоже оказалось несложно, в районе шеи находился специальный регулятор. Под шлемом раздалось шипение, и я наконец-то смог сделать первый вдох своими обновлёнными лёгкими. Уфф, какое же это наслаждение, тот сублимат из переработанного желе, состоящего из множества живых организмов, которые, оказавшись в небольшом количестве, утратили практически полностью всю свою ментальную силу, не шёл ни в какое сравнение с этим удивительным составом. Я дышал и не мог надышаться, долго же ты меня ждал, родимый, тебя закачали ещё, наверное, там, на Земле, а может быть, и произвели каким-нибудь искусственным образом. Самое главное, теперь у меня есть время и, наверное, стоит попробовать вернуться в гробницу, потому что надолго этих запасов мне явно не хватит, да и без помощи искина вряд ли удастся исследовать планету. Можно, конечно, попытаться использовать ресурсы посадочного модуля, но и они весьма ограничены. На рукаве китайского скафандра был расположен небольшой механический манометр, который показывал количество оставшейся в резервуаре дыхательной смеси, и, судя по нему, мне осталось воздуха примерно на пару часов. Похоже, я и активировал аварийный запас, потому что после крушения, скорее всего, основной баллон давным-давно был израсходован. Это не дело, по-быстрому закопав могилу, предварительно скинув в неё останки человека, я переместился прямо внутрь посадочного модуля, необходимо было понять, как произвести дозаправку, пары часов мне точно не хватит, чтобы разобраться со всеми головняками, которые свалились на меня.

Сары больше нет, как нет и знаний китайского языка, так что придётся напрягать собственные мозги. Надо сказать, что приступив к поискам, я достаточно быстро нашёл то, что мне было нужно, но вот сразу понять, каким именно образом осуществляется пополнение запасов, мне не удавалось, судя по всему, нужен был специальный переходник, но ничего похожего на глаза мне нигде не попадалось.

Внезапно я услышал какой-то странно знакомый гул. Это точно не ветер, слишком характерным он был. Подобные звуки я уже слышал, но в данный момент я не поверил своим ушам, потому что до меня донесся шум двигателей бота.

Глава 6

Возвращение к истокам

Глава 6. Возвращение к истокам

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА

— Минг, мне до сих пор не верится, что вот так вот запросто, за пару часов, можно долететь до другой планеты! — восторженно произнес второй пилот бота, с восхищением в глазах рассматривая приближающуюся громаду Марса.

— И не говори, ещё год назад я и не верил, что есть все эти пришельцы. И вот сейчас мы с тобой находимся здесь, — поддержал его товарищ.

— Как думаешь, за кем или за чем мы охотимся?

— Русские, кто же ещё. Только они сейчас в состоянии обогнать нас в космосе, да и то ненадолго. Очень скоро мы научимся строить точно такие же корабли и даже больше, и тогда нас уже ничего не остановит, мы будем первыми там, куда ещё никто раньше не добирался.

— Если они нас, конечно, не опередят.

— Русские сильные, но доверчивые, мы поднялись с колен только благодаря им, и лишь потому, что думаем о своей стране, а не помогаем всему миру, непонятно с какими перспективами.

— На брифинге сказали, что у того, за кем мы охотимся, имеется продвинутый высокотехнологичный скафандр. Вот и откуда он мог у них взяться?

Первый пилот скосил голову вбок и красноречиво посмотрел в глаза своего напарника.

— Не задавай глупых вопросов и будешь выглядеть умнее. Они первыми вышли на контакт, и никто не знает, что смогли себе выторговать. А может быть, они уже копаются в остатках кораблей пришельцев.

— А почему мы тогда ещё этого не делаем?

— Вот вернёмся, и можешь задать свой вопрос руководству, а сейчас не мешай, нам надо определиться с точкой высадки, — оборвал лишний, по мнению старшего в группе, разговор капитан Минг.

— Ты прав, пора. Какой он всё-таки красивый, — согласился второй пилот и отработанным движением захлопнул шлем, чтобы сразу же активировать передатчик и сообщить сидящим в пассажирском отсеке бойцам о заходе на цель.

Опыта в посадке на другие планеты у экстренно отправленного для выполнения ответственного задания экипажа ещё не было, поэтому оба молодых человека решили не спешить и маневрировать максимально аккуратно в условиях неизвестных гравитационных воздействий. Бот плавно спускался в атмосферу ближайшей к Земле планеты, инопланетная техника чувствовала себя прекрасно, те, кто её испытывал, не раз удивлялись безотказности оборудования, которое было в ней установлено. В распоряжении оперативной группы захвата имелась достаточно чёткая карта планеты, предыдущая экспедиция, закончившаяся неудачей, успела передать большой массив информации, поэтому выяснить примерное расположение потерпевшего крушение спасательного модуля оказалась достаточно просто. Эти координаты уже давно были известны на Земле, ведь с того времени, как здесь произошла трагедия с «Тянвэнь-4», сюда уже успели отправить два автоматических исследовательских зонда с целью выяснения судьбы геройски погибшего экипажа.

— Обломки выглядят так же, как и на снимках, никаких других летательных аппаратов в округе не видно, да и сканеры ничего не показывает. Может, тот, кто здесь был, уже улетел?

— Это неважно, для нас сейчас главное — выполнить возложенную на нас задачу. Честно говоря, я бы не хотел встречаться здесь с каким-нибудь русским отморозком. Насмотрелся я на них, когда проходил обучение в России.

— Я тоже изучал их язык, но насколько я понимаю — отморозок, от слова «мороз», а на морозе всё застывает. Получается, они там, что, все вялые и заторможенные?

— Ха-ха три раза, знаешь, я тоже сначала долго не мог привыкнуть к этой их особенности. У них, видишь ли, частенько значение слов оказывается противоположным смыслу этого слова. И это ты ещё их бранных слов не слышал.

— Слышал я их ругательства, правда, они тяжело поддаются переводу.

— Какой перевод⁈ Их даже пытаться понять бессмысленно! Только они сами могут разобраться во всём этом, там ведь каждое слово имеет по десять-двадцать значений, но практически всё вертится вокруг интимной сферы и некоторых животных, ну, и различных комбинаций этих понятий. Нам говорили, что это всё наследие лихих времён, но, честно говоря, я не представляю, какими должны были быть те времена, если каждый ребёнок знает плохих слов больше, чем наш взрослый мужчина. Ладно, хватит трепаться, приступаем к снижению.

ПЛАНЕТА МАРС

Запустив сферу поиска, я с удивлением должен был признать, что мои уши не ошиблись, да и я не совсем выжил из ума, хотя после последнего приключения вряд ли можно было бы этому удивиться. До сих пор на меня периодически накатывают афтершоки от чудовищной по силе ментальной атаки. Похоже, всё-таки Афаина ко мне неровно дышит, коли в очередной раз оказывает мне помощь. А ведь если разобраться, то и сама эта представительница расы Арай не так давно должна была стать диэтархом. Лет сорок пять назад я ведь повстречал её во плоти. Да что там говорить, однажды задавшись этим вопросом, в мою бытность смотрителем галактики, я смог откопать в собственной памяти тот эпизод, и если всё, что я видел, не было наведённым мороком, то внешне она в тот момент совсем не была похожа на тело из склепа, вполне себе красивая человеческая женщина. Получается, что она после нашей встречи через какое-то время перешла в энергетическую форму, и, судя по всему, всё у неё прошло гладко. Хотя, конечно, ментальной силы и опыта ей не занимать, возможно, это всё мои домыслы, да и сейчас мне нужно думать совсем не об этом. К месту крушения китайского модуля приближался бот, это первое, что я узнал, а следом появилась ещё одна тревожная информация: внутри него находилась группа из семи человек, причем все они были вооружены. И если двое сидевших в кабине имели только по небольшому пистолету, то вот остальные пятеро обладали уже довольно серьёзным арсеналом, тут уж мне дальше можно было и не гадать, прилетели эти ребятки явно по мою душу, и надо срочно решать, что с ними делать. По большому счёту, никакой особой опасности эти бойцы для меня не представляют, при желании я легко могу скрыться, и им никогда не удастся меня поймать. Хотя какой смысл бегать, если можно просто их уничтожить? Но сначала надо разобраться, кто это такие, быть может, всё-таки это мои соотечественники смогли освоить то скудное наследие, которое им досталось после падения тайной власти ануаков.

Бот медленно приближался, значит, высадка точно будет, и если уж они прилетели сюда, то это свидетельствует только об одном — связь на этом корыте всё-таки сработала, или я что-то упустил, вполне возможно, какой-то передатчик активировался и послал им сигнал. Ведь не просто же так они вдруг через столько лет решили навестить эти обломки. До летательного аппарата оставалось уже меньше семидесяти метров, поэтому я вполне мог более детально изучить при помощи сферы поиска людей, которые в нём находились. Всё это было сделано только с одной целью — убедиться в своей догадке, что-то сильно я вдруг усомнился в том, что это прилетели наши. Откуда у них могут появиться сведения о моем местоположении? От китайских коллег? Ой, как я в этом сомневаюсь.

Полученная информация полностью подтвердила мои предположения, в скафандрах, которые показались мне идейным продолжением традиций того, что в данный момент был на мне, находились азиаты, значит, по любому китайцы. Ну что ж, это упрощает дело, и их можно пустить в расход, если не удастся договориться, но с другой стороны — это всё-таки земляки, да и не совершили они по отношению ко мне ещё ничего такого, за что надо было их уничтожать. Да и зачем мне, собственно говоря, это делать, когда можно просто воспользоваться их практически добровольной помощью, в конце концов, я псион или кот накашлял?

Дождавшись, пока летательный аппарат плавно опустится, подняв небольшую тучу пыли, на поверхность Марса метрах в пятидесяти от моего временного убежища, я приготовился к проникновению. Через пару минут его аппарель открылась, и группа захвата выбралась наружу. Должен признать, что действовали ребятки достаточно грамотно, видимо, по мою душу послали весьма непростых бойцов. Как ни крути, а военную жилку всё, что со мной происходило в последнее время, вытравить не смогло, как не избавился я и от уважения к любым хорошо подготовленным воинам. Такой генофонд просто так переводить нельзя.

Пятёрка бойцов, грамотно прикрывая друг друга, короткими перебежками, если так можно назвать достаточно неуклюжие поначалу прыжки из-за разницы в уровне гравитации, начала приближаться к разбившемуся модулю. Попеременно двигаясь и выстраиваясь в своеобразную дугу метрах в пятнадцати от обломков, двое из группы припали на одно колено и начали прикрывать тройку, идущую в авангарде. Модуль небольшой, и очень скоро они смогут меня в нем увидеть, ведь я так и не удосужился отключить освещение, да и сейчас, скорее всего, не смогу с ним оперативно разобраться, если, конечно, физически не закорочу батареи. Но в данной ситуации такое действие явно покажет им, что внутри кто-то есть, а мне этого не нужно, так что просто делаю ход конём и телепортируюсь прямо в пассажирский отсек бота. Здесь уже требовалось действовать в темпе вальса, пришлось поднапрячься и вспомнить кое-какие приёмчики, освоенные мною в прежние времена. Создавать ложные мысли у людей с другим языковым кодом — невероятно трудное занятие, в Содружестве с этим делом было всё гораздо проще, единый язык позволял точечно воздействовать практически на всех. Но сейчас мне предстояло решить непростую задачу — обмануть не только этих двоих, но и тех, которые очень скоро сюда вернуться, не найдя в своём модуле никого и ничего. Они ведь даже тел не смогут обнаружить, если, конечно, не догадаются, что я их похоронил.

Кое-как справиться с пилотами мне всё-таки удалось, для этого немного подкорректировал им критичность мышления, да и ребята эти во все глаза пялились в обзорный экран бота в надежде рассмотреть сквозь поднимаемую до сих пор активными двигателями летательного аппарата бурую пыль хоть что-то. Нет, так дело не пойдёт, для нормальной настройки обоих мне надо минут пять-десять, придется конструировать мыслеобразы, но, я думаю, что это время у меня есть, пока ещё они всё там обыщут.

Задумавшись, обратился к своему источнику, чтобы в очередной раз внутренне грязно выругаться, по моим оценкам, на данный момент в нём имеется около семидесяти процентов того, что в нем было раньше, а если учесть, что я в последнее время не особо использовал этот запас, становилось совершенно непонятно, куда он делся. Ой, что-то мне это всё не нравится, ой, надо срочно сваливать. Может, ну их, этих китайцев, поставлю ещё несколько крестиков на своём виртуальном кладбище и не буду заморачиваться? Нет, Боря, ребят послали проверить, они ни в чём не виноваты, так зачем же забирать их жизни, надо просто придумать, как их всех обмануть.

Так, стоп, а зачем мне вообще так поступать? Управлять ботом не сложнее, чем любым другим малым кораблём, они же как-то это делают, и нейросетей у них наверняка нет, значит, и у меня с полётом не будет никаких проблем. Доберусь до Земли и там брошу, пусть потом сами объясняются со своим руководством. Сказано — сделано, но должен сказать, что кем бы ни были эти бойцы, они меня приятно удивили.

В том, что меня на борту упавшего модуля нет, группа убедилась уже через четыре минуты после того, как опоры бота опустились на марсианский грунт, а всё остальное время она занималась как раз таки поиском своих погибших тайконавтов, и нашла их. Я оставил достаточно заметный бугорок и водрузил найденный флаг КНДР, и так как не особо утруждал себя с рытьём ямы под захоронение, то и откопать ее смогли достаточно быстро. После чего бойцы бережно подняли их на руки и понесли в сторону аппарата, на котором сюда добрались. Степень уважения к этим людям выросла ещё больше. В хвосте бота имелось небольшое багажное отделение, в нем без особых проблем можно было перевозить до двенадцати кубометров поклажи, так что уж для этих марсопроходцев места там нашлось предостаточно. Бережно поместив туда скорбный груз, который являлся побочной целью экспедиции, китайские спецназовцы достаточно оперативно начали загружаться в пассажирский отсек, всё это время я находился буквально в полуметре от пилотов. Сдвижная герметичная дверь в их рабочую зону была открыта, но ни один из них даже не посмотрел назад, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы транслировать постоянную необходимость наблюдения за приборной панелью. Как только последний, пятый боец оказался на борту, я сделал то, что и собирался — небольшим ментальным усилием отправил всех семерых в глубокий сон. Где-то там за моей спиной в пассажирском отсеке попадала группа захвата, а тела обоих пилотов обмякли в креслах. Стащив одного из них и аккуратно уложив на палубу, я занял его место и, пробежавшись глазами по приборной панели, без особого труда вспомнил, как всем этим управлять, благо здесь тоже имелись пояснительные надписи, но, в отличие от посадочного модуля, выполненные на языке Содружества, а его знание в меня вдолбили уже очень давно. Аппарель бота закрылась, и я в последний раз посмотрел на виднеющиеся в десяти километрах вершины марсианских гор.

— Ну что ж, спасибо этому дому, пойдём к другому, пора и честь знать, — пробормотал я и переключил внимание на приборы управления.

Китайские пилоты не глушили двигатели, переведя их в нейтральный режим, позволяющий экстренно стартовать без подготовительных процедур, и благодаря этому я, не теряя времени, достаточно профессионально поднял внутрисистемный летательный аппарат в воздух. Птичка слушалась превосходно, однако, как по мне, с настройками китайский экипаж еще не полностью разобрался. Слегка подкорректировав компенсаторы гравитационных воздействий, я свечой взмыл в марсианское небо, три минуты, и вот и я уже за его пределами, красноватый шар планеты постепенно стал удаляться, и теперь можно было спокойно увеличивать скорость.

Выведя на экран навигационную информацию, я оказался приятно удивлён тем, что в памяти слабенького искина бота была загружена подробная астронавигационная карта всей Солнечной системы. Настроив автопилот на маршрут до Земли, я расслабленно откинулся в кресле, слегка прикрыв глаза. Ну что, Борис, ты всё-таки выбрался. Скорее всего, Афаине не зря подарили в личную собственность эту систему, ох, видимо, непростой представительницей своей расы она была. Чем-то же она тут тысячелетиями занималась? Ведь тому же моему наставнику, по его словам, было уже несколько тысяч циклов. Вот что можно делать такую прорву времени, ума не приложу, впрочем, если очень постараться, то я вполне смогу с этим разобраться. Можно долететь до Земли и оставить где-нибудь этих спящих бедолаг, хотя, скорее всего, это плохая идея, лучше уж тогда бросить их на Марсе. По крайней мере, будут героями, потому что если вдруг они внезапно где-то всплывут, во-первых, не выполнив миссию, а во-вторых, лишившись ценного средства передвижения, то им уже не жить, как пить дать, разберут на запчасти и скажут, что так и было. Ну, не заслуживают они этого, что-то во мне противится, казалось бы, самому логичному решению, а значит, доверимся интуиции и поступим по-другому. В принципе, мне будет достаточно того, что я доберусь до родной планеты.

Боту понадобилось чуть больше двух часов до момента, когда я смог вновь увидеть Землю. Ещё совсем недавно я посещал эти места и практически погиб, защищая её, однако вот теперь я вновь смотрю на неё из космоса, вижу Луну, знаю, что на самом деле это искусственный объект, вижу ещё одно сферическое тело. Древние корабли, спрессованные силой моей мысли в единый ком, оказались настолько велики, что эта бандура всего лишь немногим уступает спутнику, который мы привыкли видеть на нашем небосводе. Однако не стоит тратить слишком много времени, хочется уже побыстрее вернуться на родину, вдохнуть знакомый с детства воздух, тем более, судя по всему, мне придётся производить поиски базы Афаины там, где я провёл своё детство, в глубине дальневосточной тайги.

Спуск решил производить со стороны Атлантики, там меньше шансов, что нас засекут. Так и получилось, невозможно перекрыть столь обширные водные территории, тем более без стационарных установок, к тому же я шёл на снижение примерно в тысяче километров от ближайшего берега. Дальнейшее было уже делом техники, на бреющем полёте, выдерживая эшелон примерно в пять-семь метров, я устремился в сторону Камчатки, двадцать минут, и мы уже над Охотским морем, а дальше нужно найти безлюдное побережье. Рассматривая проносящиеся подо мной пространства, я начал осознавать масштаб катастрофы, которая тут произошла, когда корабли-санаторы активировали свои гравитационные излучатели. Все приморские города оказались практически полностью разрушены, тайга на много километров была уничтожена. Я наблюдал многочисленные завалы из сломанных деревьев, обширные озера, превращающиеся в болота, так что найти коридор для пролета не составило особого труда, тем более и день уже клонился к закату. Ещё пять минут, и я оказался над Хинганом, до Китая здесь рукой подать.

Переведя бот в режим неподвижного висения, осмотрел спящие тела, убедился, что с ними все в порядке и, мысленно пожелав им удачи, телепортировался вниз. Бот находился на высоте примерно восемнадцати метров, чуть выше верхушек смешанного леса, изредка разбавляемого величественными кедрами, и уже отсюда, с Земли, я дал команду на пробуждение, сделав по небольшому, но достаточно чувствительному электрическому разряду в каждого из спящих. После этого сразу же произвёл прыжок в сторону таким образом, чтобы бот оказался на границе моих сенсорных возможностей.

Некоторое время корабль висел неподвижно, однако минут через пять внутри у него началось суета, видимо, в данный момент китайские товарищи ломают голову над тем, каким именно образом они тут очутились. Однако надо отдать им должное, выучка у них оказалась неплохая, потому что уже через пятнадцать минут пришедший в себя экипаж, не производя никаких лишних телодвижений, полетел к расположенной примерно в двадцати пяти километрах от точки моей высадки китайской границе.

Ну, вот и всё, ребята, я дома. Отщёлкнув стеклянную поверхность шлема таким образом, чтобы она спряталась в затылочную часть, я с наслаждением вдохнул смутно знакомый воздух, наполненный ароматами летней тайги. Мне повезло, я застал, наверное, самое прекрасное время, тысячи смутно знакомых запахов обрушились на меня, они пьянили и кружили голову. Сразу же в памяти вспыхнули практически забытые детские воспоминания о том, как мы искали в этой самой тайге то, что можно съесть или продать, чтобы на вырученные деньги купить себе что-нибудь. Как ловили рыбу в небольших озерцах, как добывали кедровый орех, сколько прекрасных детских воспоминаний, оказывается, хранят эти запахи. Я дышал и не мог надышаться полной грудью, как в последний раз. Наконец-то я дома!

Захотелось кричать и смеяться, но я сдержался, однако надо было подумать, что предпринять дальше, а сейчас мне хочется просто дышать и идти по тайге, так как делал в детстве. Я прошел несколько шагов, но внезапно ощутил легкое головокружение. Остановился, и оно прекратилось, скорее всего, это случилось из-за обилия кислорода, решил я и двинулся дальше. Только вот буквально через десяток метров я почувствовал давление в груди, что-то со мной явно было не так, потому что еще через пару шагов ноги у меня подкосились, и я рухнул на колени, пытаясь унять дурноту. В груди сдавило, и я харкнул кровью. «Что-то неласково встречает меня дом родной», — пронеслось в голове, пока я пытался определить, что же со мной происходит. Экстренный мониторинг собственного состояния принес мне невеселую информацию, мои клетки стремительно деградировали, несмотря на то, что я пытался их восстанавливать. Стало понятно, что если срочно что-то не сделать, я могу и не сдюжить, потому что очередное обращение к источнику принесло еще более пугающую новость, в нем осталось всего тридцать процентов запаса.

ПЛАНЕТА СЕКУНДОН, СИСТЕМА КЕЛЛОС

Как только искин бота дал разрешение на открытие шлюза, Агата поднялась из кресла пилота, деактивировала свой шлем, тряхнула головой и поправила волосы, несмотря ни на что, она аристократка, и выглядеть должна соответственно. Хотя на этой планете наличием голубой крови никого не удивишь. Включив перед выходом систему безопасности, на случай того, если кто-то в её отсутствие решить каким-либо образом поковыряться в её кораблике, баронесса проверила личное оружие и отправилась наружу.

По планетарному времени в этой точке пространства день уже перевалил за середину, солнце мягко коснулось гладкой кожи вышедшей по аппарели девушки, и она ступила на поверхность планеты. Раньше Агата тут никогда не бывала, не очень-то в чести было данное место, потому что именно здесь, в этой системе Келлос, располагался основной судебный орган империи, касающийся непосредственно аристократов. Всех остальных рядовых граждан могли привлекать к ответственности по месту пребывания, но с теми, кто стоял в иерархии выше, всё было не так просто. Дело в том, что издревле, ещё со времён становления государственности аграфов, существовала масса особых законов, регламентирующих различные стороны жизни имперской верхушки. Разумеется, при таких масштабах, каких достигло государство аграфов, император просто уже не в состоянии вершить суд над всеми своими вассалами, как это было заведено раньше. Ради этой цели и создан некогда Верховный Трибунал, местом его базирования была определена система, расположенная в непосредственной близости от столицы империи, ведь некоторые особо громкие дела всё же требовали внимания самого правителя.

Агата, получившая достаточно разностороннее образование и неплохо разбиравшаяся во внутренней кухне жизни феодалов, прекрасно понимала, что, скорее всего, делом её отца лично император не заинтересуется, слишком малая барон Лориналь величина, владетель одной из пограничных звездных систем, каких в империи тысячи. По всей вероятности, разбирательством должен будет заниматься один из трибунов, и это было плохо, по крайней мере, в той ситуации, в которой оказался ее отец. Несмотря на кажущуюся кристально чистой репутацию трибунов, Агата прекрасно понимала, что на любого разумного можно оказать давление, если не угрозами, то финансами, или ещё какими-либо выгодами. Отец в свое время достаточно подробно и правдиво поведал дочери о том, в каком именно обществе ей придется крутиться.

Девушка прошла по плитам посадочной площадки и вошла в приветливо открывшиеся при её приближении автоматические двери регистрационного комплекса. Глаза баронессы внимательно следили за всем происходящим, хоть она и пыталась не подавать вида, что обеспокоена, слишком просто её сюда пропустили, и этот факт зарождал в прекрасной головке Агаты подозрения. Пройдя по небольшому, стильно украшенному холлу, аристократка направилась к стойке регистрации, за которой находилась красивая аграфская девушка, приветливо улыбнувшаяся при её приближении.

— Госпожа баронесса Лориналь, долгих вам дней во славу Империи — вежливо поздоровалась она, — нам уже сообщили о вашем прибытии и желании навестить своего отца. В данный момент он находится в гостиничном комплексе «Кар-тура». Прошу вас открыть доступ к личной почте и принять маршрутную карту, а также разрешение на посещение.

— Благодарю вас за помощь, — достаточно холодно ответила Агата и дала согласие на принятие файлов, изучив которые, убедилась в том, что своим ходом добраться до места пребывания отца вряд ли удастся.

Весь этот огромный город представлял собой множество обособленных и подчас хорошо охраняемых апартаментов для тех аристократов, проступки и обвинения которых не носили насильственный или общественно опасный характер. Существовали разнообразные заведения для развлечения, всевозможные юридические конторы и целые корпорации. Некоторые разумные, как знала девушка, иногда только тем и занимались, что пытались непрерывно судиться с кем угодно в надежде на то, что процесс окажется удачным, и они смогут чего-нибудь добиться, хотя подобное среди древних родов и не приветствовалось. Для тех же, кто выбивался из этого списка, имелись и более, так сказать, уединённые места, в которых они временно изолировались до вынесения решения по делу, но подобное случалось действительно очень редко.

— Каким образом мне лучше туда добраться? — поинтересовалась баронесса у девушки, стоящей за стойкой.

— Проще всего вызвать автоматическое аэротакси, или же вы можете прогуляться и добраться на общественном транспорте.

— Благодарю, не могли бы вы мне вызвать один такой аппарат? — попросила Агата.

— Как будет производиться оплата? С вашего личного счёта или же за счёт вашего отца?

— Я сама в состоянии за себя заплатить, — буркнула баронесса.

— Аэротакси будет ждать вас на специальной площадке через четыре минуты, — вежливо склонила голову администратор и грациозно показала рукой, в какую сторону необходимо двигаться, чтобы эту самую площадку найти.

— Благодарю за помощь, всего доброго, — попрощалась Агата и направилась в указанном направлении.

Уже на выходе из здания ей навстречу попалось несколько молодых аграфов, они вежливо, но явно безразлично кивнули ей, как равной, и, не особо обращая на неё внимание, двинулись дальше, видимо, так же, как и девушка, они посещали кого-то из своих родственников. Прожив достаточно длительное время среди людей, Агата только теперь поняла, насколько она внутренне изменилась, сейчас ей буквально претило чопорное поведение аграфской аристократии, которое она считала отличительным признаком своего сословия, но в этот момент ей сразу бросилось в глаза надменное выражение лиц встретившихся ей парней. Неужели и она раньше выглядела вот так же?

Баронесса Лориналь едва успела найти необходимое место, как сверху плавно опустился небольшой каплеобразный летательный аппарат, дверь открылась, и девушка удобно расположилась на одном из трансформирующихся под клиента кресел. Данное аэротакси было рассчитано на двух пассажиров, хотя существовали и более вместительные варианты исполнения. Всем движением подобного таксопарка управлял специальный искин, поэтому за долгие циклы существования данных систем на планетах аграфов аварий и чрезвычайных происшествий произошло очень-очень мало, ведь даже если двигатель, между прочим, двукратно дублированный, выходил из строя, то на этот случай имелись системы аварийной посадки, обеспечивающие девяностодевятипроцентную выживаемость пассажиров.

— Добрый день, баронесса Лориналь, — послышался голос искина, — прошу вас подтвердить конечную точку нашего маршрута, — и следом он назвал адрес, полученный от администратора.

— Подтверждаю, — коротко ответила Агата и поудобнее откинулась в кресле, ожидая лёгкой перегрузки в момент набора высоты.

Не так часто она пользовалась услугами данного сервиса, всего несколько раз в прошлом ей довелось покататься на подобных аппаратах. Аэротакси набрало высоту и на достаточно приличной скорости полетело по одному из воздушных коридоров. Всё движение в городе было строго регламентировано, эта сложная система организовывала одновременное перемещение огромного количества всевозможных летательных аппаратов, поэтому всё управление осуществлялось исключительно в автоматическом режиме, переход на ручное пилотирование был возможен только за пределами стокилометровой зоны от границ любого города.

Дорога заняла чуть более семи минут, по прямой, конечно, было бы быстрее, но двигаться предполагалось в достаточно плотном потоке. Как только капля аэротакси опустилась на специально предназначенную для этих целей посадочную площадку, и двери открылись, девушка вылезла из него и осмотрелась.

Вычурная и вместе с тем достаточно утончённая архитектура, в которой высотные здания соседствовали с относительно небольшими особняками, спешащие куда-то по своим делам разумные, облачённые в ставшую уже странной для глаз баронессы обычную одежду. Девушка настолько привыкла к пустотному комбинезону и скафандру, предоставленным ей на «Аресе», что буквально сроднилась с ними. Ей даже показалось, что все вокруг голые и к тому же непростительно халатно относятся к собственной безопасности, но тут же одёрнула себя, вспоминая, что находится в одном из центральных миров империи, в котором по определению не могло случиться ничего плохого ни с одним разумным.

Однако тратить драгоценное время на абсолютно неважные в данный момент для неё вещи Агата не стала и решительно двинулась в сторону высотного гостиничного комплекса среднего уровня. Системы безопасности на входе беспрепятственно пропустили её, тем не менее, пройдя чуть дальше, остановившись возле ещё одной стойки регистрации и выслушав приветствие от молодого, на этот раз мужчины, она вынуждена была расстаться со своим бластером, во избежание всевозможных эксцессов межличностного характера дальше двигаться вооружённой она не могла. Пришлось сдать его на хранение, после чего вежливый представитель местного персонала галантно предложил проводить девушку до лифта. Баронесса не стала отказываться, молча проследовав в указанном направлении. Агата подспудно ожидала какой-нибудь пакости, ну, не мог граф Ноалль, по её мнению, оставить всё просто так, однако она спокойно поднялась на нужный её этаж, чтобы, как только откроется дверь кабины лифта, попасть в крепкие объятия отца, которому, видимо, уже давно сообщили об её визите.

— Девочка моя, я так рад тебя видеть! — подозрительно воодушевленным тоном провозгласил барон и повлёк её за собой в сторону открытых дверей своего номера. — Пойдём скорее ко мне, я так соскучился!

Агата слегка отстранилась и внимательно всмотрелась в лицо отца, его поведение показалось ей странным, однако она не стала озвучивать свои подозрения и последовала за ним. Как только дверь шикарных апартаментов, занимавших практически целый этаж, закрылась за спинами родственников, улыбка сползла с лица аристократа, и девушка поняла — всё, что она только что видела, было спектаклем. Дижар прошёл в гостиную и указал дочери на одной из кресел.

— Присаживайся, — попросил он, сам же сел напротив и, достав из кармана уже знакомую девушке вещицу древних, активировал её, давая тем самым понять, что теперь можно говорить свободно. — Что ты здесь делаешь, дочь? По-моему, я сказал тебе исчезнуть на некоторое время, и лэр Винд обещал мне приглядывать за тобой.

— То есть как это — что я тут делаю⁈ Я прилетела к тебе, отец, когда узнала, что ты находишься под следствием. Меня и так слишком долго не было. Ты что, совсем не рад меня видеть⁈ — вспыхнула Агата, ошеломлённая резкими словами барона.

— Ты совершила ошибку, явившись сюда, и боюсь, что нам её уже не исправить, — печально изрек немолодой аграф.

— Что ты имеешь в виду?

— Я сомневаюсь, что теперь тебе дадут уйти, и в данной ситуации я уже вряд ли не смогу на это повлиять.

— Отец, ты забываешь о том, где мы находимся. Это центральные миры! Что может здесь с нами случиться?

— Ты ещё слишком юна, чтобы понимать всю суть того, что значит быть аграфским аристократом, по крайней мере, в нашей империи, девочка, и я в очередной раз в этом убедился, когда получил этот ультиматум. В твой предыдущий визит нам при помощи твоего друга удалось дать отпор редкостному негодяю, причём обладающему очень серьёзным потенциалом. Искины, Агата, искины, они везде, и достаточно большая часть из них произведена на заводах известного тебе графа. Даже здесь, в этом комплексе, я у него как на ладони, в этом я уверен. А теперь и ты.

— Так почему ты вообще остановился здесь? Неужели нельзя было найти другие варианты?

— Врага необходимо держать к себе как можно ближе. Вот я и держал, но теперь он точно знает, что ты появилась на этой планете, а значит, у него образовался серьёзный рычаг давления на меня.

— Его обвинения смехотворны, мы наверняка выиграем дело и подадим встречный иск. Ты ведь ни в чем не виноват!

— Всё не так просто, дочь. Этот ублюдок очень хорошо подготовился и вдобавок оказался весьма информирован, причем в очень неудачный момент.

— Ты это сейчас о чём? — не поняла девушка.

— Твой друг, Бор Винд оказался прав. Хотя, тогда я ему не поверил. На нашей планете действительно нашлось кое-что интересное. Я долго думал над его словами, и не сразу, но решил организовать кое-какие изыскания. Разумеется, только после того, как убыла комиссия, которая обследовала остатки сооружения, найденного человеком. Я расслабился и ради интереса решил проверить его догадку, и представь себе, нашёл, правда, не учёл одного фактора, возможности предательства. Я даже не успел толком разобраться с тем, что нам досталось, как к нам нагрянула очередная имперская комиссия. Угадай, по чьей наводке всё это произошло. Да-да, этот негодяй обложил меня со всех сторон, я просто не успел ничего сделать. Ко всему прочему он заявил об уроне своей части и настоял на моем прилете сюда.

— Но ведь даже если ты это нашёл, то это произошло на нашей территории, а значит, должно принадлежать нам.

— Боюсь, что у нашего императора на этот счёт немного другое мнение. Потому я и нахожусь здесь, раз в неделю присутствую на бесконечных слушаниях и понимаю, что добром это не кончится.

— Папа, я могу улететь, в системе меня ждёт корабль.

— Девочка моя, никто не даст тебе этого сделать. До этого момента у меня ещё был, по крайней мере, шанс протянуть подольше. Видишь ли, трибунал хочет сохранить хоть какое-то подобие законности, поэтому для того, чтобы получить законные права на находку, им нужно передать мой лен другому аристократу либо на добровольных, либо на традиционных основаниях.

— Так почему бы тогда не отдать им её? Раз уж так получилось.

— Отдать⁈ После всего, что они со мной сделали⁈ Нет, баронесса, пусть подстраивают, что хотят, я им собственноручно такой радости не доставлю! — проскрипел неприятным голосом Дижар. — Графу Ноаллю же надо меня обязательно унизить, показать, что он в истории с искинами пострадавшая сторона, выставить меня лжецом! Неужели ты этого не понимаешь⁈

— Я улечу, и никто не сможет меня остановить.

— А если это не так? Я не могу этого допустить, почему ты вообще уверена, что эти люди ждут тебя, а не отправили сюда, чтобы избавиться от твоего общества? Этот Бор, хоть и оказал нам неоценимую помощь, является очень сильным псионом, а они живут по совсем другим понятиям.

— Бор пропал, и мы ищем способ его найти уже очень долго, поэтому я и уговорила экипаж «Ареса» доставить меня сюда. Я волновалась за тебя, отец, ты единственное, что у меня осталось!

— Агата, нам пора заканчивать этот разговор, надолго блокиратор активировать нельзя, не стоит привлекать лишнего внимания, — барон демонстративно коснулся древнего артефакта и тут же словно надел маску. — Доченька, а не составишь ли ты компанию своему отцу за ужином? Ты ведь наверняка проголодалась.

Ошеломлённая всем происходящим, девушка кивнула, пытаясь разобраться со всем, что сказал, и что гораздо важнее, чего не договорил её отец.

— Пойдём, моя красавица, тут подают прекрасные блюда.

Барон проводил Агату в столовую, по дороге без умолку болтая о какой-то откровенной ерунде, расхваливая то мясную кухню, то архитектуру, то чудесный воздух.

— Скафандр можешь не снимать, ты в нём выглядишь воинственнее и основательнее, — пошутил барон, однако в его взгляде читался прямой приказ.

Агата приняла его игру и в свою очередь хихикнула:

— Как пожелаете, ваша светлость.

Дождавшись, пока робот-стюарт доставит заказанные блюда, члены аристократической семьи начали не спеша их поглощать, девушка старалась беспечно отвечать отцу на его вопросы, смеялась над его шутками, но её не отпускала тяжесть, поселившаяся в сердце. Где-то глубоко во взгляде своего родителя она чувствовала затаённую боль, более похожую на лёгкую обиду, что-то он ей не договорил или не мог, и это тревожило девушку.

После ужина Дижар проводил дочь в одну из комнат, специально предназначенных для подобных визитёров, где предложил отдохнуть с дороги, причем его тон не подразумевал возражений. Баронесса не стала спорить и осталась в одиночестве, немолодой аристократ же направился кабинет. Подобные апартаменты были оборудованы всем необходимым для комфортного проживания постояльцев самого разного уровня, поэтому недостатка в помещениях, занимавших практически целый этаж высотного здания, не было. Мужчина опустился в кресло и прикрыл глаза, его лицо приняло холодное и жёсткое выражение. Ещё во время ужина ему поступил звонок, который он не принял, понимая, о чём, скорее всего, пойдёт речь. Как только Дижару сообщили о том, что к нему прибыла его дочь, барон сразу же понял, что рано или поздно произойдет нечто подобное, и он дождался. Не прошло и десяти минут, как вновь появился сигнал о входящем вызове. Барон посмотрел на наручный искин и дал команду на соединение, внешность абонента не имела никакого значения, и Дижар это прекрасно понимал. Скорее всего, он видит искусственно наведённую маску, скрывающую под собой одного из порученцев графа. Хмурый аристократ холодно взирал на голографическое изображение и молчал, ожидая, когда его собеседник начнёт разговор первым.

— Догадываетесь, о чём я хочу с вами поговорить, господин барон? — тоном превосходства поинтересовался аграф.

— Догадываюсь, но всё-таки попрошу озвучить.

— Могу вас поздравить, ваша пропавшая дочь нашлась! — на лице Дижара не дрогнул ни один мускул, и он продолжил холодно взирать на изображение.

— Надеюсь, вы понимаете, что теперь условия нашего соглашения просто обязаны несколько измениться? Молчите? Ну что ж, это хороший знак. Так вот, вы сошлётесь на «алартан» и вызовете графа на поединок. Трибун будет против, но решающее слово в этом случае останется за вызванным, никто не посмеет пойти против древних традиций. Ноалль его примет, но на своих условиях, с которыми вы согласитесь. Надеюсь, я доходчиво смог донести до вас наше предложение?

— Мне нужны гарантии неприкосновенности для моей дочери, — сквозь зубы процедил барон.

— После этого поединка она утратит свой статус и будет уже никому не интересна, но мы гарантируем, что госпожа Лориналь беспрепятственно сможет покинуть территорию планеты.

— У меня есть серьёзные сомнения в ваших словах, поэтому она должна оказаться за пределами Келлоса до того, как я брошу вызов. Даю слово чести, что выполню ваши условия, если вы позволите ей беспрепятственно уйти.

— Даю слово чести, — повторил собеседник, и барон разорвал соединение.

На его суровом сухощавом лице дрогнули скулы, но он усилием воли заставил себя успокоиться. Решение было принято, в конце концов, он должен сделать всё, чтобы его дочь осталась в живых, по крайней мере, нужно дать ей шанс, раз уж у неё не хватило ума не соваться в эту западню, и он им воспользуется. Тем более в этом предложении он не смог усмотреть ничего, порочащего память своих предков.

Глава 7

Загнанный зверь

Глава 7. Загнанный зверь

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. ПЕКИН

Чжунцзян Сонги, плотно сжав зубы, молча наблюдал через огромное зеркальное смотровое стекло за тем, как проходит дознание и параллельный всесторонний медицинский анализ вернувшихся из неудачной, судя по всему, военной операции, членов специальной группы. Более того, если верить аналитикам и собственному здравому смыслу, который упрямо твердил, что случившееся вряд ли останется без последствий, необходимо срочно предпринять упреждающие действия. Наверх однозначно уже доложили, а значит, скоро придётся отвечать за провал посланных на другую планету людей. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что могло произойти, однако то, что с ними случилось, однозначно ничего хорошего под собой не несёт.

Каждый из опрошенных участников оперативной группы, включая пилотов, не мог сам по себе лишиться памяти и тем более заснуть, вероятность этого настолько смехотворна, что не подлежит даже обсуждению. Если у непосвященного человека в этом могли быть хоть какие-то сомнения, то данные, полученные со скрытой камеры, однозначно говорят о том, что на борту находилось чуть больше людей, чем планировалось изначально, вернее, доставить объект предполагалось совсем в другом качестве. Причём тот самый незарегистрированный пассажир оказался одет в скафандр, некогда принадлежавший, судя по нашивке, доктору Ченгу, одному из участников трагически погибшей экспедиции. Без божественного вмешательства выжить тайконавт не мог просто физически, а если сопоставить, что некоторое время назад на разбившемся модуле находился некто в скафандре однозначно внеземного происхождения, то легко прослеживается вывод — этот пришелец проник на Землю, воспользовавшись неизвестными возможностями либо оружием, и воздействовал на экипаж. Каким именно образом произошло нападение, пока непонятно, также неизвестно, как на самом деле выглядит существо, и что оно могло сотворить с землянами.

Старый служака был прекрасно осведомлён о борьбе с кридами, и нельзя было исключать того, что это один из них. Из экстренно допрошенных выживших представителей этой цивилизации-паразита никто не подтвердил, что ему когда-либо встречался подобный скафандр. Если учесть, что методы допроса применялись самые жёсткие, и тем не менее узнать ничего не получилось, необходимо было принять эту информацию как есть — с экспедицией на Землю проникло негативно настроенное существо.

Остаются основные вопросы: какова его цель, насколько он опасен, и почему именно это место выбрано для высадки. Ко второстепенным можно отнести такие: желательно было бы выяснить, почему применен именно такой способ, причина сохранения жизней проявивших явную агрессию по отношению к нему солдат, и не сделал ли он с ними что-нибудь, что может привести к новой, смертельно опасной эпидемии.

Пока ребята чувствовали себя неплохо, но необходимо исключить любую потенциальную угрозу. После того, как начала появляться информация от захваченных высокопоставленных кридов, раскрывшая истинную суть многих событий, из которых состояла человеческая история, выяснилось, в насколько ужасающей лжи все они жили. Её, конечно, постарались скрыть от широких масс, но связать воедино практически одновременно произошедшие на Земле и в космосе события был не в состоянии только полный кретин. Гигантский катаклизм и появление на орбите планеты массивного небесного тела размером в две трети Луны — такое не спрячешь. Сразу возникло множество конспирологических теорий о том, как это произошло, и некоторые из них весьма могли бы сойти за правду. Однако открыть истинную суть вещей спровоцировало бы начало для такой охоты на ведьм, что большинство руководителей государств, сумевших сохранить власть в тяжёлый для человечества период, прекрасно понимало — этого допустить нельзя ни в коем случае. Оттого и трудились, не покладая рук, резко увеличившие штат отделы, отвечающие за работу с населением.

На левой руке чжунцзяна завибрировали умные часы, нечто подобное было изобретено очень давно, но в данное время удалось наладить производство действительно серьёзных аппаратов. Они, конечно, ещё не могли приблизиться к тем образцам инопланетных технологий, которые руководителю глубоко секретной организации под эгидой военно-космических сил Китайской Народной Демократической Республики удалось подержать в своих руках. Вот эти устройства действительно представляли собой нечто удивительное, и для того, чтобы приблизиться к их показателям, работа шла непрерывно.

Офицер активировал клавишу и прочитал сообщение от своего адъютанта, пересланное в специальном мессенджере, реально обеспечивающем полную безопасность общения, тут неплохо постарались китайские программисты.

В сообщении было всего три слова, однако они смогли испортить настроение чжунцзяна.

«Русские уже знают».

Вот это было плохо, наверняка в эти моменты главы двух самых мощных государств уже разговаривают, обсуждая инцидент. Они бы никогда не сказали об этом, если бы не обладали серьезными доказательствами. Где-то протекло, но это сейчас уже не имеет значения. В данный момент необходимо думать о том, что делать дальше.

Опять вибрация, и пришло ещё одно сообщение:

«Первый требует срочный доклад».

— Господин чжунцзян? — сделал шаг вперёд к высокопоставленному офицеру один из китайских лейтенантов, несущих караул в этом помещении.

— Пригласите дасяо.

— Есть, — коротко ответил лейтенант и, повернувшись, начал набирать какой-то замысловатый код на панели, располагавшейся возле его поста.

Ровно через сорок секунд двери помещения с лёгким шипением открылись, вентиляционная система специально создавала поблизости с опасным объектом повышенный уровень атмосферного давления.

— Господин чжунцзян?

— Провести все возможные анализы, личный состав держать в карантине до особого распоряжения. Вероятно, имеет смысл поработать с гипнозом или ещё чем-то подобным, подумайте над этим, может быть удастся вытянуть из них хоть что-нибудь.

— Что делать при возникновении угроз?

— Если они будут значительными, — твёрдо ответил немолодой мужчина хриплым голосом, — немедленное уничтожение с последующим взятием в особый карантин всех контактёров, пока мы не убедимся в безопасности их расконсервации. Только после этого они смогут выйти.

— Слушаюсь, господин чжунцзян, работа в этом направлении уже ведётся.

Офицер принимающе кивнул и направился к выходу, ему необходимо было срочно составить для высшего руководства страны несколько последовательно вводимых версий произошедших событий и по возможности рассчитать, как снизить ущерб от случившегося.

Десять минут спустя первый вариант возможных действий по минимизации последствий был отправлен наверх. Согласно этому плану необходимо любыми способами добиться организации совместных российско-китайских действий по локализации, попытке захвата или возможного уничтожения объекта, проникшего на Землю. У специального комитета «Стремление к знаниям», руководителем которого и являлся чанцзин, имелись широчайшие полномочия, поэтому, пока готовился второй вариант возможных действий, группа, предназначенная для подобных поисков, уже начала формироваться, а ещё через двадцать минут она была полностью готова и ожидала немедленной отправки. Хотя, зная русских, можно было так и не спешить, несколько часов в запасе однозначно будут.

Однако чанцзин ошибся, приказ пришёл ровно через пятьдесят минут, видимо, крепко заинтересовались северные соседи тем, что произошло, причём возможностей у этих воинственных «лача» имелось предостаточно. Китайской группе необходимо было около трёх часов лета, если использовать земные технологии, а если применить инопланетные, то, конечно, меньше, но в данный момент существовала серьезная опасность для немедленной эксплуатации того аппарата, который неудачно слетал на Марс, так что передвигаться придется по старинке. Русские обещали быть на месте через два с половиной часа, они снарядили для этих целей несколько спецгрупп.

После того, как десант был отправлен, офицер переместился в специально созданный штаб и начал руководить операцией. Подключать собственную армию к этому делу было бессмысленно и даже опасно, ведь режим секретности никто не отменял, а в своих людях Сонги был уверен.

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. ХИНГАН. ЕВРЕЙСКАЯ АВТОНОМНАЯ ОБЛАСТЬ

Кое-как справившись с приступом, я буквально дополз до ближайшего дерева и привалился к нему спиной. Видимо, я всё-таки напортачил, когда решил нарастить человеческое тело вокруг костяка биоробота, а может быть, что-то было не так с самим материалом. Но хуже всего было другое, со всем можно было бы справиться при наличии достаточного количества вырабатываемой пси-энергии, однако и с источником творилось что-то странное. Силы уходили из меня, как вода сквозь решето, если так будет продолжаться и дальше, то мне суждено сдохнуть в этих лесах. Настало время пожалеть о том, что я слишком опрометчиво отпустил китайцев на боте, но, с другой стороны, кто же мог знать, что так получится, ведь пока мои ноги не коснулись поверхности Земли, чувствовал я себя превосходно. Проблемы начались только по прибытию, и, скорее всего, это происходит неспроста, но вот хоть убейте, а выяснить причину у меня не получается, хотя я напрягал все силы, чтобы с этим разобраться. Возможно, сработал какой-то защитный механизм или ещё что-то в этом роде. А ещё мне непонятно, где искать убежище Афаины, честно говоря, я надеялся, что, очутившись на родной планете, получу от неё какое-нибудь послание, но пока я заимел только мешок неприятностей.

Немного посидев и проанализировав скорость разрушения собственного организма, я пришёл к выводу, что если в течение суток ничего кардинальным образом не поменяется, то мне конец. Первым делом решил избавиться от китайского скафандра, эх, надо было снять с погибшего учёного ещё и комбинезон, но тогда у меня совершенно не было времени. Только вот идти по тайге голышом тоже не комильфо, поэтому пришлось слегка повандалить, удаляя с одежды для космических перелётов всё, что будет меня утяжелять. Удалось отстегнуть перчатки и шлем, также оторвал нашивки на липучках, но на этом мои успехи и закончились, потому что для более основательного облегчения необходимо было либо тратить драгоценный запас энергии, либо воспользоваться каким-нибудь режущим инструментом, которого у меня не имелось.

Слегка прикопав демонтированные элементы, я двинулся на север, по моим расчётам и сохранившимся детским воспоминаниям корабль одной из последних представительниц расы Арай летел откуда-то с той стороны. Идти оказалось сложно, приходилось периодически останавливаться и заниматься самовосстановлением критически важных органов.

Похоже, я всё-таки переоценил собственные возможности, за три часа мне удалось преодолеть от силы километров шесть, прежде чем я пришёл к выводу, что таким макаром я просто не дойду. Запас энергии упал до двадцати процентов, и, несмотря на то, что источник все-таки ее производил, почти вся она уходила на поддержание жизнедеятельности. Остановившись, я вновь привалился к массивному кедру, прикрыл глаза и задумался. По моим расчётам, по пути следования должна находиться трасса, места тут, конечно, не самые оживлённые, но и не совсем дикие, так что есть весьма неплохой шанс разжиться каким-нибудь транспортом, чтобы на нём попытаться добраться до мест, где я провёл своё детство. Всё-таки я перемудрил, высадившись подальше и думая, что без труда смогу при помощи телепортации заняться поисками.

Внезапно откуда-то с востока я услышал шум винтов вертолёта, причём, судя по звукам, летательных аппаратов было несколько. Широкая крона хвойного гиганта скрывала меня от возможного обнаружения с воздуха, поэтому я не особо напрягся по этому поводу, даже тепловизор вряд ли сможет увидеть меня за такой мощной преградой, тем более я одет в скафандр. Через пару минут невдалеке действительно пролетело три птички, мне даже удалось их рассмотреть, машины были военными, и шли широким фронтом на относительно небольшой высоте, а судя по их скорости, можно было сразу понять, что они ведут поиск. Ну, и кого эти ребятушки могут тут искать? Вариантов немного, либо сбежавших зеков, либо меня. А вот это уже не есть хорошо, самочувствие стремительно ухудшается, очень скоро я буду не в состоянии оказывать сопротивление, и меня возьмут тёпленьким, а может, и сам побегу к ним с распростертыми руками с просьбой о помощи. Только вот если я поступлю именно так, голову даю на отсечение, сначала огребу по первое число, а потом еще буду долго ждать, пока шестеренки военного механизма провернутся, и опять-таки отправлюсь в поля вечной охоты. Судя по всему, китайцы смогли сложить дважды два и вдобавок связались с нашим руководством, и если в прошлый раз, когда я посещал Землю, я мог разговаривать с позиции силы, то теперь всё резко поменялось, а для меня сейчас любое промедление смерти подобно.

МИ-35 выполнили разворот и сменили направление движения, точно ведут поиск, теперь уже в этом нет никаких сомнений. На борту каждого из них может находиться до десяти человек, уж это я знаю точно. Решив пожертвовать толикой энергии, я запустил сферу поиска и дотянулся до одной из машин, внутри находилось всего четыре человека, скорее всего, остальные уже идут по земле, по крайней мере, я бы поступил именно так. Если учесть, что простых солдат на подобную операцию вряд ли бы послали, то значит, по мою душу отправили волкодавов, какой-нибудь элитный спецотряд, и выследить меня им не составит особого труда.

Вертолёты, судя по звукам, удалились, и я вновь поднялся на ноги. Двигаться старался, скрываясь под сенью деревьев, благо смешанная тайга в этой части нашей страны достаточно густая. Минут через двадцать я вновь услышал приближающийся шум винтов и опять укрылся под массивным дубом. Немного подлечился и осознал, что энергии осталась восемнадцать процентов, пешком точно не уйти, об этом нечего даже и думать, остаётся только рискнуть и пойти на абордаж.

Голова просто раскалывается, хотя по идее мозг биоробота практически не претерпел изменений при восстановлении человеческого тела. Разрушались в основном именно те органы, что я создал из того материала, который у меня оказался под рукой на Марсе, если бы у меня и мозги растекались в кашу, я бы, наверное, уже давно ласты склеил.

Дерзкий, но простой, как хозяйственное мыло, план родился быстро, небольшой запас в пси-источнике ещё остался, и раз уж неподалёку присутствуют летающие транспортные средства, то мне не остаётся ничего иного, как позаимствовать какое-то из них. Подождав ещё немного, я вновь увидел вертушки, и как только одна из них приблизилась метров на четыреста, я сконцентрировался и телепортировался в десантный отсек. Понимая, что дальше действовать придётся максимально быстро, я, как только очутился внутри, сразу же нанёс пси-удар по сидящим на лавках бойцам. Судя по голубым тельняшкам, за мной послали десантуру, причем обвес у парней был весьма серьезный.

Мужики, потеряв контакт с реальностью, размякли, и я беспрепятственно смог дойти до закрытой двери в кабину пилотов. Пока шёл, позаимствовал автомат у одного из нейтрализованных охотников, по старой привычке отстегнул магазин, проверил наличие патронов и вернул его на место. После этого прислушался к звукам, доносящимся из носовой части вертолета, и медленно потянул на себя ручку, затем осторожно приоткрыл дверь. Пилоты вели постоянный радиообмен со своими коллегами, я слышал доклады, касающиеся осмотренной территории, с земли координировали зону облета, значит, всё-таки я сделал правильные выводы.

Оба пилота были полностью увлечены поиском меня любимого, так что даже не заметили моего появления, да и как тут заметишь, шум внутри вертолёта стоял приличный. Никогда не любил эту технику, всего пару раз мне довелось на ней полетать, как не испытал я восторженных чувств и к военным транспортным самолётам, без баллистических наушников путешествие на них казалось мне садистской пыткой. Сделал шаг вперед, демонстративно лязгнул затвором автомата и после этого сразу же уткнул его в шею одного из мужиков, воинское звание которого было ниже.

От неожиданности оба пилота дёрнулись, резко обернувшись на меня, но я отрицательно покачал головой и прокричал:

— Мужики, давайте без глупостей, делаем то, что я говорю, и все вернутся домой живыми и здоровыми.

— Ты кто вообще такой⁈ — выпучив глаза, уставился на мой скафандр пилот с погонами майора.

— Мужики, меньше знаете, крепче спите. Я так понимаю, ты старший? — поинтересовался я у него.

— Если ты начнёшь стрелять, то мы разобьёмся.

— Стрелять в вас я не собираюсь, это так, для связки слов в предложении, — постарался успокоить я его, слегка пожав плечами.

— А вот этого не надо, — пробормотал я, заметив, что рука старлея, в шею которого упирался мой автомат, медленно смещается к расстёгнутому на груди комбинезону.

Подумав, что тратить силы на его контроль просто глупо, отправил излишне ретивого пилота в сон.

— Майор! — рявкнул я, меняя тон разговора. — У тебя дети есть⁈

— Какое это имеет значение? Что ты сделал с Серёгой, падла?

— Пока он просто спит, так что ничего страшного. Так что там с детьми?

— Допустим, и что?

— Отвезёшь меня туда, куда я скажу, и у тебя будет шанс к ним вернуться.

— Так, значит, ты и есть та тварь из космоса? — с прищуром спросил офицер.

— Ты охренел, майор? Может, я и прилетел оттуда, но я свой, русский!

Судя по лицу пилота, не очень-то он поверил моим словам, но ствол автомата, направленный теперь в его сторону, по всей вероятности, заставлял мужика немного фильтровать собственные слова.

— Если я покину район поисков, то у парней сразу же появятся вопросы.

— Значит, сделай так, чтобы они не появились, придумай что-нибудь, соври, неожиданная поломка, или ещё что-то в этом роде, — предложил я логичный выход в данной ситуации.

— Куда надо лететь? — буркнул майор.

— Облучье, Лондоко, Теплоозёрск, примерно в этот район, — пояснил я.

— В принципе это рядом, — немного подумав, ответил пилот, — но где гарантия, что ты не прикончишь меня, когда я довезу тебя до точки назначения?

— Честное пионерское слово, — максимально серьезно пообещал я. —

Только знаешь что, давай без всяких скрытых кодовых фраз, если твои товарищи узнают, что с тобой что-то не так, то могут и сбить, а вас тут четверо, и теперь лично ты в ответе за их жизни.

— Десант жив?

— А что им станется. Отправил немного поспать. Короче, майор, не тяни, времени у меня немного.

— Хорошо, — отвернулся пилот и активировал гарнитуру.

— Кедр, я Спартак, Кедр, я Спартак, приём.

— Кедр, я Спартак, у меня чисто. Прошу добро ещё раз осмотреть подходы к трассе.

Видимо, получив разрешение, пилот потянул вбок рычаг и повёл машину в сторону.

— Держи прежнюю скорость, как будто ведёшь поиск, — потребовал я, заметив, что мы действительно стали лететь быстрее.

Вертолёт немного набрал высоту, и буквально через семь минут полёта я увидел под собой дорогу. По центру кабины размещалась интерактивная карта, поэтому мне без особого труда удалось сориентироваться на местности, пока майор все делал согласно нашей практически добровольной договоренности. Мы двигались вдоль трассы, пилот периодически производил доклады, и, судя по всему, действительно старался выполнить мои указания. Через некоторое время под нами проскользнул небольшой посёлок.

— Летим в Лондоко, — потребовал я, увидев, что уже совсем близко.

Минут через восемь мы достигли цели, и я с высоты попытался определить, куда же нам двигаться дальше. Я не был здесь с далекого детства, и в памяти сохранились лишь отрывочные воспоминания, однако самое главное я найти смог. Рядом с нашим домом находился детский сад, там он и остался до сих пор. Вертолет завис над пятиэтажкой, в первом подъезде которой мы с братом провели свое детство, и я стволом указал направление, куда следует двигаться дальше, мне кажется, именно оттуда летел корабль Афаины.

Пилот тронул ручку управления, и вертолёт послушно полетел в указанную сторону.

— Там впереди ничего нет, одна тайга, что ты хочешь там найти? — поинтересовался майор, имя которого я так и не удосужился узнать.

— Если бы я знал, дружище, если бы я знал, но мне надо куда-то туда, — пробормотал я.

Под днищем винтокрылой боевой машины проносились верхушки деревьев, а впереди не видно было конца и края этому безбрежному морю, и только сопки и сопки вокруг, величественное зрелище. По моим расчётам, мы удалились уже километров на двадцать, когда окружающая обстановка резко изменилась. По ходу нашего движения пронеслись трассеры выстрелов откуда-то сверху, а ещё через пару секунд прямо перед нами заложил манёвр истребитель, тип я, к сожалению, рассмотреть не успел, заметив лишь его хвостовую часть.

— Ну, вот и всё, парень, дальше мы не полетим, — провозгласил майор, гаденько ухмыляясь, — конечная остановка! Тебе предлагают сдаться, в противном случае наш борт будет просто уничтожен, вариантов у тебя нет.

— Похоже, всё-таки к детям ты вернуться не хочешь?

— А нет у меня детей! И позволить инопланетной твари разгуливать по Земле я не могу. Китайцы говорят, что ты представляешь биологическую угрозу, так что, скорее всего, мне по-любому не жить, поэтому лучше я умру героем. Вы, твари, и так угробили множество жизней! — распалялся майор. — У меня квартира была во Владике, а цунами, которое из-за вас случилось, смыло его к херам. А у меня там была жена и два сына! — последнюю фразу пилот практически прокричал мне в лицо, полностью игнорируя направленный на него ствол автомата.

— Майор, у тебя что, крыша поехала? Я же тебе ясно сказал, что практически не имею никакого отношения ко всему этому. Хотя, с тобой, походу, бесполезно разговаривать, значит, будем действовать по-другому.

Грубо ворвавшись в его разум, я удивился тому, как его вообще допустили к полётам, жить он не хотел, это точно, да и всё, что рассказал о своей семье, было правдой, но сейчас меня больше интересовало другое. Что делать? Мимо нас ещё раз пробарражировал истребитель, недвусмысленно давая понять, что время для принятия решения близится к концу. Судя по карте, мы находились где-то недалеко от Кульдура, в детстве у меня была небольшая коллекция значков, и почему-то мне запомнился один из них с названием этого таёжного курорта. Сам я, конечно же, никогда там не бывал, и чем он славен, понятия не имел, до него было километров пятнадцать по прямой, возможно, чуть меньше. Быть может, над населённым пунктом сбивать нас не будут, поэтому дал установку майору, и вертолёт, резко ускорившись, полетел вперёд, откуда-то сбоку раздались выстрелы, и борт прошили крупнокалиберные пули. Выглянув в окно, я увидел невдалеке ещё один винтокрылый аппарат, но этот тип явно был мне незнаком, вполне вероятно, конечно, отечественное вертолётостроение шагнуло далеко вперёд, пока я отсутствовал, но в следующую секунду я понял, что это не так. Тот, кто по нам стрелял, слегка развернулся, и я смог рассмотреть на его борту китайский флаг, а вот и работодатели моих незадачливых таксистов пожаловали, походу, надо всё-таки сваливать и желательно куда подальше, наверняка сейчас и товарищи по эскадрилье подтянутся. Пилот, взятый под полный контроль, бросал свой аппарат из стороны в сторону со сменой высоты полета, пытаясь тем самым уберечь нас от выстрелов, Кульдур приближался, но слишком медленно, лететь до него ещё несколько минут. Странно, но у меня перед внутренним взором постоянно крутился значок из детских воспоминаний с изображением двух оленей на фоне заснеженных сопок, не думал, что он так мне запомнился, а вот поди ж ты, стоит перед глазами так, как будто я видел его только вчера.

Впереди появилась достаточно широкая прогалина, а затем моему взору открылась водная гладь таёжного озера, опять раздались выстрелы, новые отметины появились на бортах боевой машины, а уже в следующую секунду я понял по характерным звукам, что в двигатель тоже прилетело, потому как он натужно взвыл. Но самое плохое было в том, что одна из пуль зацепила сбрендившего от жажды мести майора и повредила на выходе какие-то приборы. Раненый потянул ручку управления на себя, и нос вертолета резко пошел вверх. Похоже, дальше придется идти пешком, и я уже практически решил сваливать по-тихому, когда осознал, что, скорее всего, весь экипаж погибнет, если я не попытаюсь им помочь. Телепортация и так отнимала у меня приличный объем энергии, а при наличии дополнительного груза этот показатель еще более увеличивался, но мне все-таки удалось совершить прыжок с телом второго пилота на поверхность, затем обратно на терпящую крушение машину и еще три прыжка. В самом конце вытащил раненого майора, будь трижды неладен этот долбаный кретин. Успел буквально на последних секундах, перед тем как вертолет, практически совершив петлю Нестерова, рухнул в деревья неподалеку от того самого озера.

Два процента, всего два процента осталось у меня после этих отчаянных действий, и теперь мне однозначно не выбраться, сил хватит только на один прыжок. Осмотревшись по сторонам, я увидел несколько преследователей, и сейчас они точно смогут определить место, где меня искать. Оставался всего один призрачный шанс на спасение, спрятаться в озере, но долго мне в нем не продержаться, просто не хватит запасов энергии. Не тратя зря времени, я выбрал точку в центре водоема и телепортировался.

Оказавшись в воде, я сразу же создал технику, позволяющую добывать дыхательную смесь из нее, и стал медленно погружаться в глубину, понимая, что, если не случится чудо, тут я и останусь, потому что источник явно поврежден и не в состоянии выработать необходимое для меня количество энергии.

— Ну что же ты, Афаина? Где же твой земной дом? — мысленно взмолился я в надежде получить ответ, но так его и не дождался.

Дневной свет постепенно замещался сумраком темных вод, озерцо оказалось на удивление глубоким, я все погружался и погружался, мысленно прокручивая в голове всё, что со мной происходило в последнее время.

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ОКОЛОЗЕМНОЕ ПРОСТРАНСТВО

Таймер, выставленный оказавшимся в непростой ситуации Гегемоном, закончил свой отсчёт, и крышка гибернационной капсулы с лёгким щелчком приподнялась. В её внутреннее пространство сразу же проникли не самые приятные запахи. Несмотря на то, что с момента первого пробуждения прошло достаточно много времени, ошибка, совершённая Карра Кеном, до сих пор давала о себе знать. Тогда, восемь месяцев назад, он не сделал ничего для того, чтобы избавиться от тела убитого им сородича, и за месяц, пока он находился в режиме сна, труп превратился в гниющие ошмётки плоти. Пришлось заниматься уборкой, что совсем не добавило Гегемону позитивных эмоций, тем более биологические жидкости, которые просочились куда-то в щели под настил палубы, зачистить оказалось просто нереально. Именно поэтому душок в достаточно небольшом отсеке до сих пор сохранялся. Ноздри приходящего в себя рептилоида втянули воздух, и его губы скривились.

— Как же меня достала эта вонь, хорошо, что это сегодня закончится.

Сразу же после пробуждения Гегемон лёгким импульсом разогнал по телу застоявшуюся кровь, а заодно проверил собственные пси-возможности. Всё у него получилось так, как он и задумывал. Приподняв крышку, молодое тело с разумом древней рептилии довольно легко выбралось наружу.

Выбравшись наружу, Карра Кен осмотрелся, каждую из оставшихся работоспособными капсул за прошедшие восемь месяцев он открыл, теперь в них хранились трупы вместилищ, которым не повезло добраться до кристалла. После каждого пробуждения ануак тратил сутки на проведение комплекса прокачки собственного пси-источника, в идеале было бы лучше, если бы эти тренировки продлились дольше, но в условиях неизвестной окружающей обстановки приходилось максимально ускорять процессы. Рептилоид и так составил очень плотный график, хотя поначалу переживал, что кто-то сможет добраться до него, пока он будет находиться в беспомощном состоянии, однако за прошедшие месяцы ничего не произошло, поэтому смело можно было двигаться дальше.

Теперь его потенциал оказался на несколько порядков выше, чем первоначально имелся у донора, размеры и возможности поглощённых источников варьировались, оттого и конечный результат весьма порадовал привыкшего к поистине ужасающей мощи правителя гегемонии. Следующим пунктом плана была попытка выбраться из отсека, по возможности раздобыть скафандр и попасть в ещё одно защищённое хранилище. Если уж это место пережило катастрофу, то и второе вполне способно на это, а в том, что случилась именно она, Карра Кен уже не сомневался, потому что ещё четыре месяца назад смог определить, что находится вокруг этого модуля на достаточно приличном расстоянии. А там сейчас творился настоящий хаос, состоящий из искорёженных элементов конструкций его флагмана. Причём причина того, что именно могло привести к подобному результату, правителю ануаков была абсолютно непонятна.

Снова расширив собственный разум на максимально возможное расстояние, он в очередной раз убедился, что в пределах охвата его сенсорного поля везде находится искореженный металл и пластик, однако теперь у него имелся весьма серьёзный шанс на то, чтобы вырваться отсюда. Правда, для этого придётся добраться до своих личных покоев, а на путь туда может уйти весьма приличный отрезок времени. Рептилоид, конечно, смог увеличить пси-потенциал, но до прежних значений ему ещё расти и расти, однако для задуманного вполне хватит и того, что имеется.

Добравшись до шлюза, Гегемон сформировал защитный экран, который должен был воспрепятствовать потере атмосферы и, проникнув своими ментальными щупальцами в устройство, блокировавшее выход, смог наконец-то его открыть. Благодаря своим способностям он знал, что сразу за ним расположен частично сохранившийся коридор, и это было хорошо. Выйдя наружу и закрыв за собой проход, ануак двинулся вперёд, освещения здесь уже не имелось, но оно и не было особо необходимо псиону, как и не опасался он вакуума благодаря специальной ментальной технике, которая была способна защитить его от чего угодно. Даже дыхания ему на какое-то время не требовалось, организм полностью подпитывался пси-энергией.

Несмотря на более чем серьёзный возраст, с разумом у рептилоида всё было в порядке, он прекрасно помнил схему своего флагмана и знал, куда ему необходимо добраться. Первые тридцать метров удалось пройти, почти не напрягаясь, но вот дальше уже начались некоторые трудности. Местами коридор оказывался практически полностью сплющенным, и приходилось, напрягая силы, пробивать себе дорогу, причём опытным путем выяснилось, что это будет гораздо труднее, чем ожидалось поначалу. Местами плотность конструкций достигала таких величин, что раздвинуть их было практически невозможно, по крайней мере, не с тем уровнем, которого Гегемон смог добиться, а энергетические затраты на дезинтеграцию требовались просто колоссальные.

За первую вылазку чудом выживший правитель смог пройти чуть более ста восьмидесяти метров, прежде чем его запасы стали подходить к концу. Пришлось возвращаться и отдыхать, восстанавливая утраченное. Организм, неистово сжигающий собственные весьма ограниченные ресурсы, требовал подпитки, поэтому пришлось вновь заниматься не самым приятным делом, открывать одну из капсул и рвать зубами холодное мясо своих соплеменников, никаких других вариантов просто не существовало. Можно было, конечно, перенастроить медицинский искин какой-нибудь капсулы и поддержать себя лекарственными препаратами. Но древний ящер предпочитал действовать по старинке, закономерно опасаясь нанести вред своему новому телу и в особенности самой ценной его части — пси-источнику, с которым надо было обращаться максимально бережно, потому что он и так из-за слишком стремительного увеличения мог стать нестабильным.

За первые сутки получилось преодолеть около пятисот метров, но это уже принесло положительные результаты. Удалось найти чудом сохранившийся скафандр с трупом одного из членов экипажа флагмана внутри. Вытряхнув останки, Гегемон облачился в броню, судя по маркировке, принадлежавшую некогда кому-то из технического персонала, и у него наконец-то отпала необходимость применения дополнительных защитных техник. Тем более управлять им можно было и без наличия нейросети. На поясе найденного скафандра имелось достаточное количество запасных регенерационных капсул для обеспечения дыхания в течение продолжительного отрезка времени. Однако молодому организму требовался и обычный сон, поэтому, почувствовав, что он уже выбился из сил, ануак вернулся в отсек, ставший для него спасением и, в очередной раз перекусив, улёгся прямо на палубу, закрыл глаза и безмятежно заснул, довольный тем, что всё, что он задумывал, воплощается в жизнь.

Пробудившись ото сна и почувствовав себя вновь полным сил, рептилоид потянулся, разминая затёкшие мышцы, и поднялся на ноги. Наскоро перекусив, правитель ануаков вновь двинулся на работу, ему предстояло преодолеть по меньшей мере вдвое большее расстояние, чем он успел за первый день, во что бы то ни стало необходимо добраться до собственных апартаментов, которые были созданы по такой же технологии и обладали повышенной прочностью. Именно поэтому существовал очень большой шанс, что они сохранили свою целостность, к тому же в них имелось всё, что могло помочь перерожденному в дальнейшем выяснении причин случившегося. Там был шикарный синтезатор пищи, настроенный под его вкусы, ведь жевать холодное мясо, принадлежавшее представителям собственной расы, уже надоело, и хоть голод утолить этот процесс позволял, но зачем же использовать каннибализм, если есть возможность питаться изысканными блюдами? Однако самое важное было в другом, в его личных покоях хранился неприкосновенный запас древних артефактов, которые он постоянно возил с собой. Основная коллекция находилась у него во дворце, с собой же он имел только то, что могло реально помочь в трудную минуту, и Карра Кен уже сейчас прекрасно понимал, что он сделает, если у него удастся задуманное.

Чем дальше углублялся Гегемон вглубь останков собственного корабля, тем больше вопросов у него появлялось. Трупов ему удалось найти много, но никаких повреждений, кроме тех, которые были получены от сдавливания металлическими конструкциями, он обнаружить не смог. Некоторые тела вообще не имели внешних повреждений, но тогда возникал закономерный вопрос. Почему запасы дыхательной смеси в них сохранились? Ведь если бы они просто оказались заблокированы и медленно умирали, не имея возможности покинуть ловушку, то тогда наверняка бы весь его израсходовали, однако, этого не случилось. Значит, умерли они задолго до этого момента. Само собой, либо здесь постаралось какое-то неизвестное оружие, либо псионика, в сторону последнего древний ящер склонялся всё больше и больше, однако представить себе подобную мощь ему было непросто. Даже в лучшие свои времена вряд ли бы он смог совершить подобное, хотя, честно говоря, и не пытался. Что же могло произойти в тот злополучный день? Механизм перерождения был отработан тысячи циклов назад и действовал до сих пор безупречно, санация на этой ферме проходила не единожды, а значит, скорее всего, кто-то вмешался в процесс. Но кто мог оказаться способным на такое? Доступ в эту звёздную систему возможен только через червоточину, подходы к которой охранялись его подданными. А если бы на самой планете возникла подобная сила, то об этом ему стало бы давно известно, одна из колоний крид, давным-давно инсталлированная в местное общество разумных существ, сразу бы сообщила о данном факте и предприняла необходимые меры по локализации или уничтожению подобной угрозы. Однако этого не произошло. Ничего, если удастся добраться до конечной точки маршрута, то вполне возможно, получится пролить свет и на этот вопрос, ведь там имеется резервный личный искин, хранящий всю оперативную информацию.

Продвижение вперёд с каждым днём становилось всё труднее и труднее, плотность конструкций возрастала, иногда приходилось торить путь, буквально десятками метров дезинтегрируя пространство перед собой и создавая таким образом своеобразный коридор, но тем не менее к исходу пятых суток на грани своего восприятия Гегемон смог почувствовать то, от чего его сердце возликовало. В трёхстах метрах ему удалось уловить искомый усиленный отсек, и, к его великому облегчению, он оказался практически не повреждён. Правда, для того, чтобы добраться до него, ануаку потребовалось ещё двое суток практически непрерывной работы. Он сократил время сна, раз за разом возвращаясь к пробиванию коридора, ведь правитель уже чувствовал, что в его жилище присутствует энергия, а значит, очень скоро он сможет разобраться во всём.

Оставались последние метры. Как и в случае с отсеком, хранящим тела доноров, несущие конструкции здесь были прочнее, поэтому стало немного полегче и, наконец-то Гегемон смог оказаться возле одного из пяти шлюзов, ведущих в его личное пространство. Повторив действия, уберегающие атмосферу, вероятно, присутствующую в покоях, от утечки, рептилоид активировал открытие двери и вошёл внутрь, чтобы в следующую секунду небрежным жестом отключить специально спроектированный контур защиты от возможного проникновения недоброжелателей. После чего вслух произнес длинную кодовую фразу, благодаря которой система самоуничтожения, в основе которой находилось мощное взрывное устройство на основе небольшого количества антиматерии, оказалось заблокировано, а он сам опознан.

— Приветствую вас, Гегемон, — послышался голос личного искина, — рад снова приветствовать вас.

— Доклад, — потребовал повелитель и, определив наличие атмосферы, пригодной для дыхания, дал голосовую команду на открытие шлема.

Глава 8

«Finita la commedia»

Глава 8. «Finita la commedia»

ИМПЕРИЯ АГРАФ. ПЛАНЕТА СЕКУНДОН

Немолодой аграф, принадлежащий к достаточно древнему, хоть и не очень богатому баронскому роду, издревле охранявшему границы государства, некоторое время просидел в своём кресле, полуприкрыв глаза. Он думал. Думал о том, сдержит ли слово только что разговаривавший с ним посредник, хотя вряд ли бы Ноалль обратился к несолидной конторе для качественного решения своих проблем, но может ведь и обмануть, слишком серьезные вопросы стоят на кону, поэтому Агате нужно убраться отсюда подальше как можно быстрее. Только вот перед её отбытием необходимо привести в порядок некоторые личные дела.

Несмотря на то, что формально барон Лориналь находился под следствием, однако никто не мог ограничивать его финансовую деятельность, поэтому он буквально в течение десяти минут создал несколько специальных счетов, на которые перевёл все свои доступные финансовые ресурсы. Их Дижар сразу же оформил на дочь, причём составил договор с Имперским галактическим банком таким образом, чтобы она не сразу узнала о поступлении средств. Несмотря на её молодость, дурой свою дочь барон не считал, она сразу поймёт, почему он так поступил, и тогда Агата может и отказаться покинуть эту планету, на которой находится в опасности. Попутно было создано несколько трастов, доход от которых должен будет поступать на те же счета, также аристократ выставил на продажу часть собственного имущества, находившегося за пределами своей родовой звездной системы. Все доходы, которые должны образоваться в результате этих действий, также будут переведены на имя дочери.

Закончив с финансовыми вопросами, Дижар поднялся и подошёл к личному хранилищу, спрятанному в стене. Введя зубодробительный пароль, он получил доступ к его содержимому, декоративные панели разъехались в стороны, а вслед за этим приоткрылась мощная створка. Немолодой аграф наклонился и достал аккуратный кофр среднего размера, даже не посмотрев в сторону своего весьма дорогого боевого скафандра. Вернувшись к столу, он деактивировал систему самоуничтожения хранимого имущества и открыл своеобразный миниатюрный сейф, в котором перевозил личные и весьма дорогостоящие вещи, доступа к которым в случае чего ни у кого не должно оказаться. Внутри имелось несколько кофров поменьше, аристократ вынул один из них и положил рядом с его старшим собратом. Разблокировал, открыл, критично осмотрел содержимое, затем немного подумал и выудил из бронированного саквояжа ещё один небольшой футляр с логотипом компании «Нейросеть». В нём хранилось настоящее богатство — набор высокоранговых баз знаний, которые невозможно было просто так приобрести рядовому разумному. Никто не продал бы их и барону, однако всё-таки он стал обладателем уникального комплекта, хоть и не самым законным образом, и теперь решил передать его Агате. Возможно, именно этих знаний ей не хватит однажды, поэтому пусть лучше у девочки будет к ним доступ, лишь бы только она смогла сбежать отсюда.

Многое повидавший на своём веку аристократ, обладавший недюжинными аналитическими способностями и богатым практическим опытом, прекрасно понимал, к чему его только что склонили. В сущности, он покупал жизнь дочери, вернее, менял её на свою. Эти негодяи не смогли его сломить, да и обвинения оказались достаточно трудно доказуемыми, однако неожиданное появление Агаты смешало все карты. И если просто так уничтожить владетеля пограничной звездной системы они, конечно, могли, но это однозначно повлекло бы за собой появление нежелательных вопросов и бросило тень на заинтересованную в его гибели сторону. Не так уж и часто гибнут аристократы в империи, нет, конечно же, это случается, но в бою, и то довольно редко. А если кто-то задумает прикончить подследственного на Секундоне, в цитадели правосудия представителей высшей расы — такое событие стало бы плевком в лицо всей судебной системе, и в здравом уме на это никто не пойдет, тем более при таком раскладе могут нарушиться стратегические цели бенефициаров. А вот сделать так, чтобы каким-то образом пострадала его дочь, тут уже исполнитель мог и подыскаться, формально она предоставлена сама себе, и сама отвечает за свою жизнь. Внезапная трагическая случайность, техническая неисправность или ещё что-то, существует миллион вариантов, как подстроить гибель разумного, к тому же девочку могут просто захватить и с легкостью диктовать ему свои условия. И Дижар прекрасно понимал, что в таком случае он примет всё что угодно. У Ноалля появился рычаг воздействия, и он им воспользовался, видимо, поэтому и был выбран древний варварский обычай, очень редко практиковавшийся в последнее время — ритуальный поединок, с незапамятных времен существующий, как последняя возможность доказать свою невиновность находящемуся под следствием аристократу. Причем вызвать должен именно барон, тогда противная сторона будет вправе определять условия поединка. С каким удовольствием Дижар собственноручно выпустил бы все потроха из графа Ноалля, только вот если его заставили пойти на подобный сомнительный шаг, то поединка с этим ублюдком ему точно не видать, наверняка тот выставит вместо себя защитника чести, кого-нибудь помоложе и посильнее. На специфичном рынке труда этой планеты достаточно предложений от матерых бойцов, и уж наверняка большая часть их прекрасно умеет махать клинком на таком уровне, что справиться с ними будет нереально. А могут выставить и совсем экзотические условия, именно поэтому древним правом не особо горят желанием воспользоваться, предпочитая оплачивать услуги квалифицированных юристов.

Всё вышеперечисленное оказалось очень легко просчитать, да и принял эти факты барон без особых проблем, ведь сейчас он думал только об одном: Агата должна выжить, выжить любой ценой, во что бы то ни стало, ведь она единственное, что у него осталось. В последний раз бросив взгляд на своё имущество, барон Лориналь закрыл оба кофра и вернул больший в хранилище, панели вслед за бронестворкой встали на место, и теперь ничто не говорило о том, что за ними скрывается. Взяв в руки только что скомпонованный небольшой чемоданчик, Дижар направился на выход из кабинета, дойдя до комнаты, в которой оставил свою дочь, постучался и, не дожидаясь разрешения, вошёл внутрь.

Агата стояла возле большого панорамного окна и смотрела с высоты на видимую из этой точки пространства часть города. В небе периодически проносились летательные аппараты различных модификаций, жизнь на Секундоне буквально кипела, куда-то постоянно торопились разумные, идущие пешком или передвигающиеся на всевозможном транспорте. Девушка обернулась и посмотрела на вошедшего отца, что-то во взгляде родного для неё аграфа насторожило её и поселило в душе какую-то смутную тревогу, но спросить об этом она не решилась, вернее, не успела, потому что барон заговорил первым.

— Девочка моя, ты сказала, что тебя будут ждать твои друзья.

— Да, они должны подобрать меня после того, как я покину планету.

— Очень важно иметь правильных друзей, и если ты смогла найти таковых, то я тебе сильно завидую. Послушай меня очень внимательно, сейчас ты должна выполнить то, что я скажу.

Юная по меркам высшей расы баронесса промолчала, по-прежнему пытаясь разглядеть что-то в глазах отца, понять, почему вдруг он заговорил об этом именно сейчас, хотя буквально недавно сам отправил ее отдыхать.

— У тебя очень мало времени, и как бы я ни хотел, чтобы мы с тобой провели его побольше, к сожалению, это невозможно. Надеюсь, у тебя сохранился мой подарок?

Девушка сразу же поняла, о чём говорит барон, она, не произнеся ни звука, кивнула и послала мысленную команду скафандру на вскрытие левой боевой перчатки. Как только её изящная ладошка освободилась от металла и композита, она повернула её внутренней стороной запястья вверх и протянула вперёд. Дижар приблизился и накрыл её руку своей, передавая через специальные импланты подготовленную им конфиденциальную информацию, содержащую личное послание с отложенной активацией и код доступа к чемоданчику, который он держал в руках. Понимая, что не стоит задавать лишних вопросов, девушка промолчала и приготовилась слушать дальше.

— Ты должна взять вот это, — показал барон на кофр, — и покинуть Секундон. Я надеюсь, что у тебя получится это сделать. Как только ты окажешься на борту вашего корабля, сразу же улетайте, прыгайте на небольшое расстояние и затем меняйте направление, заметайте следы, за вами могут отправить охотников. Постарайтесь покинуть территорию империи и затеряйтесь на некоторое время, займитесь поисками Винда, исследованиями, но тебя должны потерять. Только не возвращайтесь сюда ни при каком раскладе, я постараюсь сам решить все проблемы, они ничего не смогут со мной сделать только в том случае, если ты окажешься отсюда как можно дальше. Ты меня понимаешь?

— Да, отец, — выдохнула Агата, прекрасно осознавая, что спорить с этим разумным сейчас не стоит.

Она уже и так пожалела о том, что так неосмотрительно прилетела сюда, отец недвусмысленно дал понять, что она очень серьёзно подставила и его и себя. Необходимо было всего лишь попытаться связаться с ним, а не лететь сломя голову в самое сердце империи, в которой такое понятие, как дружба между аристократами, настолько редко встречаемое, что его даже можно не брать в расчёт.

— Я всё сделаю так, как ты сказал. Зря я сюда прилетела.

— Ничего не зря, девочка, я так сильно по тебе скучал и переживал, не зная, где ты и как. Теперь я убедился, что с тобой всё хорошо и верю, что ты в надёжных руках.

Агата сделала шаг вперёд и обняла отца, Дижар в ответ поднял свободную руку и крепко прижал к себе своего единственного ребёнка.

— Улетай и не возвращайся, что бы ни произошло. Ты должна понимать, что этот ублюдок Ноалль не успокоится.

— А как же император? А если ты обратишься к нему?

— Я уже пытался, и не был услышан. Мне ясно дали понять, что ждать помощи сверху не стоит.

— Отец, я боюсь, что больше никогда не увижу тебя. Ты говоришь так, как будто прощаешься со мной.

— Дочь, ты ведь прекрасно знаешь основной критерий разумности. Существо может быть признано таковым, только если оно полностью отвечает за свои слова и поступки, во всех других случаях это всего лишь дикий зверь. Лоринали всегда жили по чести, и я не желаю быть первым, отступившим от этого правила. Улетай, улетай как можно быстрее и дальше, пока у тебя ещё есть такой шанс, не думай обо мне, я сам в состоянии позаботиться о собственной жизни и достоинстве. Домой не возвращайся, я подозреваю, что рано или поздно нас лишат родового лена. Я думаю, что императору понарассказывали про сокровища джоре, которые у нас якобы скрыты, и он однозначно дал разрешение на всё, что в данный момент происходит. Возьми, — барон протянул высокотехнологичный саквояж, и Агата инстинктивно приняла его, — я хочу, чтобы это имущество осталось у тебя. Откроешь, когда окажешься в безопасности. По дороге в космопорт нигде не останавливайся и ни с кем не разговаривай. Ты должна покинуть планету как можно быстрее, а затем уходить из системы. Если вас начнут преследовать, уходите в слепой прыжок. Как только ты окажешься на борту своего корабля, пришли мне сообщение с добрыми пожеланиями. Так я пойму, что у тебя всё получилось.

Несмотря на то, что девушку душили слёзы, она постаралась взять себя в руки.

— Я всё понимаю, отец. Прости меня, но я так тебя люблю.

— Стоило оказаться здесь, чтобы дождаться этих слов, — слегка усмехнулся барон. — И я люблю тебя, моя звёздочка, больше всего во Вселенной. А теперь иди, иди и постарайся жить так, чтобы твоим предкам не было за тебя стыдно.

Агата потянулась и поцеловала отца в щёку, как она ни старалась, а слёзы всё-таки нашли себе дорогу и покатились из её глаз. Больше всего на свете она хотела бы сейчас предложить отцу отправиться вместе с ней, но, посмотрев ему в лицо, девушка осознала, что он никогда не пойдёт на это. В его жёстком взгляде сквозила холодная решимость, барон сделал свой выбор, и, зная этого разумного, можно было даже не пытаться его переубедить. Юная аристократка отстранилась и, смахнув рукой слёзы, крепко сжала зубы.

— Я ничего не забуду, отец, ничего и никогда.

— Ступай, Агата, время уходит, надо успеть раньше Ноалля.

Молодая аграфка медленно кивнула, глядя в лицо своего отца и, словно в трансе, развернувшись, направилась на выход. Затем спустилась на гравилифте на первый этаж, администратор, увидев её, окликнул и, выудив откуда-то из-под своей стойки переданный на хранение бластер, вернул его законной владелице. Баронесса молча приняла оружие, потом, ни произнеся ни звука, пересекла холл и вышла на улицу. На посадочной площадке уже стояла капля аэротакси, радушно открывшая при её приближении дверь, видимо, отец позаботился о транспорте для дочери. Искин поприветствовал пассажирку, уточнил маршрут, и изящный летательный аппарат взмыл в воздух. Девушка, сидящая в кресле-трансформере, смотрела перед собой невидящим взглядом, на соседнем сидении лежал переданный отцом саквояж. Отчаянно хотелось заплакать, но Агата крепилась, старалась удержать себя от горячего желания немедленно вернуться и остаться с отцом до конца. Однако где-то глубоко в собственных мыслях она понимала, что как только пойдёт на поводу у своих чувств, то сразу же сделает наверняка гораздо хуже.

Аэротакси достаточно быстро доставило девушку к входу в космодром, и Агата направилась внутрь, крепко сжимая в левой руке переданный отцом контейнер. Красивые фиалковые глаза аграфки внимательно смотрели по сторонам, а правая рука находилась в готовности немедленно выхватить оружие в случае, если кто-то попытается на неё напасть. Однако, несмотря на то, что несколько, по мнению девушки, подозрительных разумных крутилось поблизости, к ней никто не приближался, и она смогла спокойно пройти через холл и проследовать к своему боту. Баронесса медленно обошла его по кругу, внимательно осмотрев, особое внимание обратила на кормовую часть, туда, где были расположены двигатели, но всё на первый взгляд было в порядке, по крайней мере, на той высоте, которую позволял проверить её рост. Никаких сюрпризов она не обнаружила, система безопасности опознала девушку, и аппарель открылась, впуская хозяйку в свою утробу.

— Искин, доклад, — потребовала Агата, подсознательно ожидая какой-нибудь неприятной новости.

— За время вашего отсутствия к боту никто не приближался, посторонних дистанционных воздействий также не выявлено.

— Подготовиться к взлёту.

— Готовность к старту — три минуты, — ответил искусственный интеллект, и до слуха девушки донеслись звуки просыпающегося от временной спячки кораблика.

Агата разместилась в кресле пилота и, выйдя на связь, сообщила диспетчеру о планируемом вылете. Буквально через тридцать секунд поступила навигационная информация, касающаяся деталей выхода из околопланетного пространства, искин бота обработал её, и как только появилось окно, сразу же увеличил тягу на уже прогретых двигателях. Маленький космический кораблик оторвался от поверхности, сделал небольшой доворот и начал плавно подниматься ввысь. Движение в этой области для гражданских летательных аппаратов было ограниченным, но даже несмотря на это, трафик был достаточно плотным. Тем не менее, бот уверенно набрал скорость и через четыре с половиной минуты прорвал верхние слои атмосферы, оказавшись в открытом космосе. Здесь движение было уже не так густо организовано, но всё же разнообразные корабли на экране радара присутствовали. Покинувшую планету баронессу никто не преследовал, и она спокойно смогла направить свой летательный аппарат в относительную пустую точку пространства. Девушка не знала, где находится «Арес», но очень надеялась на то, что друзья как можно быстрее засекут приписанный к борту древнего рейдера бот. Однако минуты проходили за минутами, а никакого сигнала Агате не поступало, она с тревогой начала посматривать на экран радара, потому что ей показалось, что одна из отметок резко сменила свою траекторию и начала приближаться, а потом и вовсе пропала. Этот факт мог означать только одно — кто-то активировал систему маскировки, причём, судя по размеру отметки, это было явно что-то небольшое и наверняка быстроходное.

Девушка прибавила скорость в надежде, что таким образом она сможет увеличить отрыв и выиграть себе дополнительное время, для этого искин перевёл двигатели в режим форсажа, но всё-таки её аппарат имел гражданское предназначение и, несмотря на то, что был достаточно шустрым, ждать чудес от него не стоило.

— Ну, где же вы? — прошептала Агата, напряжённо вглядываясь попеременно то в показания радара, то в обзорные экраны, за которыми виднелась чернота, разбавленная далёкими бусинками звёзд.

Запоздало вспомнив о том, что этот летательный аппарат также имеет возможность скрыться от систем обнаружения противника, аграфка активировала режим маскировки, и сразу же бросила бот влево, уходя с прежней траектории полёта. После этого она произвела ещё несколько хаотичных эволюций, чтобы постараться сбить преследователей со следа, а затем отключила двигатели. Теперь остаётся надеяться только на модернизированную искином рейдера систему скрыта, и на то, что друзья успеют подобрать её раньше, чем до неё доберутся те, кого отправили по её душу. Особых надежд на то, что получится спрятаться, Агата не питала, если уж рейдер смогли обнаружить, то эту скорлупку её сородичам удастся найти гораздо быстрее.

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. РОССИЯ. ЕВРЕЙСКАЯ АВТОНОМНАЯ ОБЛАСТЬ

Тело Бора Винда медленно погружалось в глубину тёмных вод таёжного озера, а сам бывший прапорщик отчаянно взывал к той представительнице древней расы, которая пообещала ему помощь, и попутно старался растянуть последние крохи энергии. Для этого он даже прекратил восстанавливать стремительно разрушающиеся ткани его организма и попытался снизить количество необходимого ему кислорода. В то же время где-то там, глубоко под поверхностью, просыпался от длительного сна не менее древний, чем его бывшая владелица, искин. Не спеша повышались объёмы вырабатываемой энергии в переведённом в режим минимального потребления реакторе.

Система безопасности идентифицировала появление в зоне непосредственной ответственности организма, явно не соответствовавшего параметрам представителей разумной жизни, обитающей на этой планете. Причём данный индивидуум однозначно использовал в настоящий момент ментальные техники оперирования с реальностью, к тому же на территории внешнего охранного периметра фиксировалось большое количество людей, и несколько летательных аппаратов. Сколько себя помнил искин, заступивший на бессменное дежурство около шести тысяч земных лет назад, подобного оживления на берегу затерянного в глухих лесах искусственного водоёма, созданного для маскировки исследовательского комплекса, прежде не наблюдалось. Редкие появления разумных можно было не брать в расчет.

Дистанционный анализ генетического кода объекта вызвал у искина неоднозначное мнение, в его структуре присутствовали, по меньшей мере, пять хаотично перемешанных составляющих, причём две из них имели приоритет, а вот три других вызывали подозрения. Человеческий геном не удивил, а вот два оставшихся вообще отсутствовали в базе данных. При таких условиях система безопасности однозначно не позволила бы этому разумному попасть на территорию законсервированной базы, несмотря на то, что состояние приближающегося существа, судя по показателям жизнедеятельности, стремительно ухудшалось.

Суета, творившаяся на поверхности, и большое количество вооружённых людей волновали искин базы гораздо сильнее. Несмотря на то, что сооружение находилось на глубине, проблематичной для обнаружения, под десятиметровым слоем намытых за время существования объекта пород, подобный негативный вариант развития событий игнорировать не следовало. Задействовав системы радиоперехвата, искин начал анализировать переговоры, ведущиеся на поверхности, и очень быстро выяснил причину подобной активности. Буквально только что произошла авиакатастрофа, и все эти люди вели поиск кого-то, причем их планы относительно данного существа не отличались миролюбием. Сопоставить все полученные сведения не составило особого труда, искали они именно того, кто к этому моменту оказался уже практически на дне достаточно глубокого, по меркам данного географического региона, водоёма. Когда-то в этом озере скрывался личный корабль хозяйки базы и по совместительству единоличной владелицы всей звёздной системы Афаины Прокл.

Искин базы обладал достаточно развитой личностью, сам себя он считал виртуальным ученым, ведь данный род деятельности являлся для него основным, и так как он уже довольно длительное время был лишён возможности проведения аналитических действий с новыми образцами, то его заинтересовал необычный объект. Дистанционные методы изучения преподнесли немало сюрпризов, причём вот так, сходу, в причинах произошедшего с этим человеком квазиживой разум разобраться не смог. Как не мог он и оказать ему помощь, это шло вразрез с основными директивами, которые должны были обеспечивать безопасность всего исследовательского комплекса. Оставалось только быть молчаливым свидетелем разыгрывающейся трагедии, однако, несмотря на то, что личность искина была очень развитой, сочувствовать потенциальной угрозе он не имел никакого права.

* * *

Судя по возросшему давлению на разрушающееся тело, я оказался уже достаточно глубоко. Не ожидал, что озеро будет настолько внушительным по объему. В то место, куда я погрузился и опустился на дно, солнечный свет уже практически не проникал, тем более после касания грунта, поднялось небольшое облако ила и окончательно погрузило меня во мрак. Я старался дышать как можно реже, пытаясь сэкономить драгоценные крохи энергии, однако резерв стремительно пустел. Мысли из-за уменьшившегося уровня насыщения крови кислородом стали течь медленнее. Откуда-то проскочила не к месту появившаяся мыслишка, что теперь я хотя бы умру на родной планете. Источник совсем забарахлил и производил жалкие крупицы столь необходимой мне сейчас энергии, которых не хватало теперь ни на что.

Вот и прошёл ты свой путь, Боря. Выжил там, где не смог бы этого сделать никто из ныне живущих на Земле, тонул в какой-то мерзкой жиже на Марсе, но споткнулся на какой-то ерунде. Я вдруг отчётливо осознал, что всё изначально сделал неправильно, как только почувствовал себя плохо, необходимо было трансформировать сотворенную мной плоть и вернуть её к первоначальному варианту, задуманному древними создателями этого тела. Но нет же, решил, что справлюсь, и вот тебе закономерный результат — не вывез. Последние капли энергии ушли на то, чтобы выделить из воды небольшую порцию воздуха. Я жадно вдохнул её, и щит, ограждающий меня от враждебной нашему виду стихии, схлопнулся. Сразу же навалилась тяжесть, однако инстинкт самосохранения упорно не давал сделать последний завершающий вдох, после которого уже не останется дороги назад. Так вот какие они, финальные секунды жизни, только почему-то всё совсем не так, как рассказывали люди, якобы вернувшиеся с того света. Жизнь не проносится перед глазами, почему-то у меня перед внутренним взором маячит этот долбаный значок с изображением двух оленей на фоне заснеженных сопок и надписью «Кульдур». В висках заломило, а в груди начал разгораться пожар, удушье нарастало столь стремительно, что теперь, даже если бы я захотел всплыть на поверхность и позвать на помощь, то уже бы не успел, а значит, не стоит и дёргаться. «Finita la commedia», из земли мы пришли, и в землю вернёмся. В отчаянии попытался зачерпнуть из пустого источника хоть каплю силы для того, чтобы продлить своё существование, но взять там оказалось уже нечего, и я сделал последний инстинктивный вдох, пуская в лёгкие своего убийцу. Вот значит, как оно случается. Сердце сделало несколько последних отчаянных ударов и остановилось, и вместе с ним остановилась моя жизнь. Лишь где-то глубоко в черепной коробке, сделанной неведомыми Сеятелями, по нейронам головного мозга всё ещё раз за разом пробегало навязчивое изображение алюминиевого значка из Советского союза. Куль-дур, Куль-дур, Хиль-ду…

* * *

В тот момент, когда последний квант энергии пробежал по нервной системе человека, искин древнего комплекса, отождествлявший себя с мужчиной и носивший личное имя «Хильдур», данное ему хозяйкой за особые заслуги в научной деятельности, внезапно получил сигнал о появлении в непосредственной близости пользователя второго порядка категории «Прим». Многоуровневая система безопасности однозначно указывала на только что погибшего человека. В квазиживых мозгах искусственной личности пронеслись миллионы аналитических операций, сопоставлений, разблокировок, и в следующее мгновение он уже активировал систему телепортации, перемещая тело утонувшего прямо внутрь универсальной лабораторной капсулы, которой длительное время пользовалась сама хозяйка комплекса. Сразу же запустилась экстренная программа реанимации, под загерметизированной крышкой распылился специальный состав, за две секунды растворивший одежду, в которую был облачен пациент, и словно из ниоткуда начали появляться всевозможные медицинские и диагностические инструменты.

Детальная информация хлынула бурным потоком, и искусственный интеллект, длительное время выполнявший роль ассистента при проведении различного рода экспериментов и опытов над разумными, и не только, существами, обитающими на этой планете, пришёл в некоторое замешательство, пытаясь понять, каким же именно образом можно помочь пользователю второго порядка. Удалить жидкость из лёгких, возобновить снабжение кислородом и сердечный ритм не представляло особой сложности. Однако основные проблемы сосредоточились совсем в другом месте, молекулярный состав головного мозга, функционал которого необходимо было вернуть к норме, разительно отличался от остального тела, подобные же аномалии наблюдались и со скелетом. Поначалу искин решил, что это какое-то остро протекающее генетическое заболевание, но вскоре отмел эту версию как несостоятельную. Подобрать лекарственные средства для восстановления работоспособности пострадавшего наиважнейшего органа быстро также не получилось, пришлось буквально на ходу изобретать метод лечения, который можно было бы применить в данной ситуации.

По мере накопления показателей биопсии картина стала всё больше проясняться. Возникла теория, что мышечную ткань и практически все внутренние органы лежащего в капсуле человека буквально натянули на чужой скелет, однако подобных технологий на этой планете однозначно не существовало, вряд ли такое могло вообще понадобиться кому-то. К тому же пользователь, согласно первичному анализу, обладал пси-возможностями, быть может, именно благодаря им ему и удалось пережить подобную операцию. Тем не менее делать что-то всё-таки было нужно, поэтому, собрав воедино образцы выделенных геномов, искин достаточно быстро смог найти фатальную ошибку в генетической последовательности, спровоцировавшую отмирание тканей, они буквально разлагались, несмотря на все попытки виртуального учёного, каким он сам себя считал, остановить этот процесс. Пришлось экстренно осуществлять перерасчёт общего генома для приведения его к работоспособному состоянию и производить сыворотку, модифицирующую генетический материал. Одновременно с этим происходило множество процессов, связанных с попыткой спасения странного разумного, каким-то образом получившего статус класса «Прим». Автоматическая научная лаборатория произвела препарат по технологическому заданию Хильдура, и он, после непродолжительной проверки на отдельных клетках, сразу же начал поступать в организм умирающего человека.

С целью ускорения процесса доставки активного вещества в клеточную массу пациента была применена трансплантационная технология, используемая в экспериментах по направленной ускоренной мутации живых организмов. Порции препарата буквально доставлялись внутрь клеток в определенных дозах, после чего начался процесс перестройки генома. Этот момент являлся самым сложным и ответственным в разработанной виртуальным ученым процедуре лечения, особенно стоило учесть практически полностью состоявший из тканей на основе неизвестного генома головной мозг пользователя. Никаких других вариантов для обеспечения выживания нежданного пациента экстренно искин придумать не смог, ведь никогда прежде ни с чем подобным он не сталкивался, хотя участвовал в сотнях тысяч разнообразных экспериментов, а уж сколько произвёл моделирований и всевозможных симуляций и сосчитать, наверное, не представляется возможным, хотя, конечно же, каждый подобный протокол был у него зафиксирован.

Потекли часы и минуты томительного ожидания, во время которого Хильдур успел произвести десять тысяч сто тридцать два разнообразных исследования, касающихся пациента, попавшего к нему в виртуальные руки. По его расчётам, полная перестройка организма должна будет занять по меньшей мере десять земных суток, хотя первые положительные результаты появились уже буквально через несколько часов после введения препарата. Процесс разрушения тканей приостановился и постепенно стал сходить на нет, клетки организма стремительно обновлялись благодаря акселераторам активности, присутствующим в структуре сыворотки. Тяжелее всего перестраивался головной мозг, ведь он практически полностью состоял из тканей на основе иного генома. Единственный вопрос, на который искин не смог получить ответ, почему именно началась дегенерация тканей, ведь большинство моделей, которые он просчитывал, показывали вполне работоспособное состояние того, что попало к нему для исследований, хотя с научной точки зрения такого быть просто не должно. Подобное могло бы иметь место, если бы скелет, например, состоял из металла или пластика, но в данном конкретном случае присутствовали сложные генные цепочки. Хотя, конечно, кое-какие элементы человеческой ДНК в них прослеживались, но было их настолько мало, что назвать современных людей далёкими потомками этого существа, лежащего в лабораторной капсуле, было очень затруднительно. Хотя, если прошли миллионы лет, то возможно допустить и такую вероятность, эти спорные факты еще более заинтересовали Хильдура, и он решил выяснить все об этом странном существе.

Отработанные нежизнеспособные клетки распадались и постепенно выводились из организма пользователя класса «Прим». На шестом часу процедуры жизненные показатели вышли из красной зоны и стали уверенно улучшаться. К исходу двадцатого часа эксперимента можно было однозначно сказать, что у виртуального ученого получилось, пациент пока ещё находился в искусственной коме, но все показатели говорили о вполне устойчивом статусе его физической оболочки. Оставалось неизвестным, как повлияло пребывание в кратковременной клинической смерти на разум человека, лежащего в капсуле, и этот вопрос заботил кибер-учёного особенно, тем более физиология этого органа видоизменилась существенно. Само собой, что он имел некоторые опасения касательно неизвестного ему разумного, нельзя сказать, что прежде люди не попадали в этот комплекс, конечно же, Афаина периодически проводила всевозможные эксперименты, в том числе и над относительно разумными жителями планеты, извлекая и их из естественной среды обитания. Время от времени она производила точечные изменения в попытке улучшить этот вид и сделать его максимально похожим на представителей собственной расы, по крайней мере, в плане умственного развития. Изначально увеличить уровень интеллекта было основной задачей, но постепенно интересы Афаины менялись по мере появления успехов в её научной деятельности, отчасти именно благодаря ей человечество получило способность творчески мыслить и стало обладать ещё несколькими дополнительными качествами, которых в изначальной природе этого вида не имелось.

Попутно искин следил за тем, что происходит на поверхности, особенно он напрягся, когда уловил на третий день направленное сканирующее излучение с малого летательного аппарата, явно изготовленного не на этой планете, тут подобных технологий не существовало. Вполне возможно, что это проявились враги хозяйки, о которых Хильдуру было давно уже известно. Он даже предлагал в свое время попытаться устранить угрозу, но почему-то Афаина не стала этого делать, как не сочла нужным и объяснять искусственной личности причины своих поступков. Впрочем, бот достаточно быстро улетел, как ушли и практически все остальные разумные, остался лишь небольшой отряд, состоящий из пяти человек, охраняющий место крушения. Судя по данным перехвата переговоров, сюда должна была прибыть специальная комиссия для фиксации случившегося.

Ровно в назначенный момент время, отведённое на лечение, вышло, и настала пора попытаться разбудить загадочного пациента. Ещё час назад большая часть медицинской аппаратуры оказалась отсоединена, остались лишь всевозможные датчики, сенсоры и несколько внутривенных инжекторов, предназначенных для экстренного введения препаратов в случае ухудшения состояния, но и они наконец-то втянулись в штатные места. Газовый анестезирующий состав сменился обычной дыхательной смесью с небольшим количеством стимуляторов, и через несколько минут мозговая активность пользователя класса «Прим» начала плавно нарастать. Сердцебиение также пришло в относительную норму и достигло восьмидесяти ударов в минуту, а ещё через некоторое время лежащий в капсуле человек медленно открыл глаза и несколько раз растерянно моргнул, явно пытаясь понять, где он находится. Именно в этот момент искин принял решение на открытие капсулы, верхняя часть медленно приподнялась, и Хильдур сразу же попытался выполнить стандартные действия по информированию пациента.

— Пользователь класса «Прим», рад приветствовать вас в исследовательском комплексе «Наследие». Возможно, вы в данный момент испытываете некоторую дезориентацию, это является последствием реанимационных действий, направленных на ваше спасение и последующее лечение, — попытался объяснить искин, обратившись к пациенту на галактусе.

Судя по мимике лица человека, он услышал обращённые к нему слова, но никак на них не отреагировал, лишь его глаза забегали по сторонам, видимо, пытаясь определить источник происхождения звуков.

— Вы меня понимаете? — спросил Хильдур.

— Какая-то тарабарщина, — медленно проговорил человек, — ты можешь мне нормальным русским языком сказать, что случилось, и где я нахожусь.

Искин, в памяти которого хранились знания по множеству языков, имеющих хождение на планете, сразу же продублировал свои слова на языке говорившего.

— Не знаю, что такое дезориентация, но что-то у меня всё плывёт перед глазами. Кто ты вообще такой?

— Искин тринадцатого класса исследовательского комплекса «Наследие», принадлежащего Афаине Прокл, Хильдур, это моё собственное имя.

— Эти слова мне ни о чём не говорят, — произнёс человек, немного подумав.

— Возможно, вы испытываете некоторые трудности после проведённого лечения. Вполне вероятно, что в ближайшее время весь функционал у вас восстановится.

— Я пытаюсь понять твои слова, но у меня не получается, — проговорил пробудившийся.

— Вы можете назвать своё имя? — попросил искин. — Как к вам обращаться?

— Имя? — протянул человек. — Не знаю. А у меня есть имя?

— Собственное имя есть практически у каждого разумного, и у вас оно тоже наверняка должно быть. Насколько мне известно, во Вселенной существует лишь несколько видов существ, которые ими не пользуются при самоопределении. Вы хотите сказать, что вы его не помните?

— Я не знаю.

— Странно, какое-то выборочное нарушение памяти. Речевая функция у вас полностью сохранена, но вы понимаете не всё, о чём я вам говорю. Значит, часть смысловой нагрузки у вас утеряна, либо временно заблокирована. Если учесть тот комплекс мероприятий, который был произведён, то это вполне возможный побочный эффект. В любом случае, вам необходимо некоторое время подождать, возможно, память восстановится. Вы только что вышли из искусственной комы.

— Я и половину того, что ты сказал, не понял, — буркнул человек, — но все равно, то, что смог понять, мне не нравится. Что делать-то надо?

— Предлагаю применить гипноизлучатель или ментоскоп, данное оборудование есть в наличии, но думаю, в данный момент для подобных манипуляций ещё слишком рано. Советую подождать несколько дней, проанализировать динамику и тогда уже принимать решение.

— Мне-то что делать? — слегка повысил голос обнаженный мужчина.

— Сейчас вам необходимо покинуть лабораторную капсулу. Нужно встать. Согласно вашему статусу я приготовил для вас гостевые апартаменты.

Человек медленно взялся рукой за бортик медицинского устройства, слегка поднатужился и смог сесть, затем перекинул ноги и осторожно встал на пластиковую поверхность пола. Его ещё слегка качало, но тем не менее устоять на своих двоих он смог. Искин непрерывно производил мониторинг мозговой активности, и, по его мнению, она была вполне в рамках нормы для жителей данной планеты. Генетическое преобразование также оказалось произведено успешно, организм функционировал абсолютно естественным образом, клетки совершали свой жизненный цикл так, как и должно было быть у обычного человека, ну, а то, что сам по себе геном слегка изменился, так это ничего страшного, главное, что никаких внешних проявлений не образовалась. Лишних конечностей или неэстетических отклонений зарегистрировано не было.

Проинструктировав пациента, каким образом ему следует облачиться в заблаговременно синтезированный стандартный белый комбинезон, Хильдур повел человека в предназначенную для него комнату, направляя и попутно отвечая на возникающие у последнего вопросы.

Глава 9

Revertere quod furtum

Глава 9. Revertere quod furtum

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. РОССИЯ. ЕВРЕЙСКАЯ АВТОНОМНАЯ ОБЛАСТЬ. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ КОМПЛЕКС «НАСЛЕДИЕ»

Поместив пользователя категории «Прим» в помещении, предназначенном для добровольных гостей комплекса, искин, ввиду отсутствия других объектов для изучения, принялся внимательно исследовать поведение пациента. Никогда прежде подобный метод полной экстренной перестройки генома им не применялся, поэтому пытливый разум, хоть и виртуального, но все-таки учёного, решил собрать максимум информации касательно результатов новой разработки.

Оказавшись в комнате, человек немного побродил по ней, изучая обстановку, а затем последовал совету искина, полученному при размещении — завалился на кровать и закинул руки за голову, уставившись в потолок. Через некоторое время, судя по данным мониторинга мозговой активности, он уснул.

Осознание собственной личности пришло внезапно, причём я далеко не сразу понял, где нахожусь и каким именно образом оказался в самой настоящей пустыне. Палящее солнце настойчиво, хоть и безрезультатно, старалось растопить гладкую броню моего скафандра, пока я брёл по этому безбрежному песчаному океану.

— Какого хрена? — пробормотал я сам себе под нос. — Неужто опять Полигон?

В пользу этой версии говорила рукоять клинка, которую я сжимал в правой руке. Внимательно осмотрел его. Точно, тот самый, который я когда-то сам изготовил в мастерской Дага.

— Ну и как я здесь оказался? Если мне не изменяет память, то второй раз прохождение Полигона не предусмотрено. Что же это такое?

Сразу же попытался выполнить привычную активацию сферы поиска, однако это пронесло неожиданный эффект — локация мгновенно изменилась, и я оказался на поверхности Луны, уж её-то спутать ни с чем иным я бы не смог. Тем более, посмотрев на горизонт, я сумел разглядеть родную планету.

— Опачки, — протянул я, — а вот это уже странно.

В следующую секунду обстановка вновь трансформировалась, причём без каких-либо триггеров с моей стороны, и я оказался на Марсе, в толще той самой слизи, которая пыталась меня сожрать. Правда, в этот раз в голове не было слышно ничего, кроме собственного голоса. И вновь смена картинки, только теперь я угощаю прекрасную аграфскую девушку своими кулинарными шедеврами.

— Агата, — прошептали мои губы, но в следующий миг я оказался в более напряжённом месте.

Только тут до меня дошло, что происходит. Я вспомнил, как пересекал горизонт событий при попадании в чёрную дыру. А ведь и правда, всё, что я вижу, когда-то со мной уже было, а это означает — либо кто-то пытается пролезть в мою голову, либо я сплю, но как-то я никогда не замечал за собой способности к аналитическим действиям в таком состоянии. Картины менялись, и, честно говоря, меня это насторожило. Всё, что случается в первый раз, может свидетельствовать о какой-нибудь ментальной атаке, и если это так, то необходимо уходить в глухую защиту, а лучше — бить в ответ. Только кого бить и куда, совершенно непонятно.

То, что с человеком происходит что-то странное, искин определил через несколько часов после того, как подопытный заснул. Поначалу ритм мозговых волн, как и должно было быть, снизился, но в какой-то момент началось повышение показателей, причём проследить какую бы то ни было системность в этом процессе не представлялось возможным. Временные промежутки подъёмов и спадов выглядели абсолютно хаотично, к тому же иногда пиковые значения достигали экстремума, но пытаться каким-либо образом вмешиваться в эти процессы искин не стал, предпочтя собирать массивы данных для последующего излучения. Так продолжалось около часа, но потом амплитуда хаотичных итераций настолько участилась, что Хильдур решил вмешаться. Однако не успел, внезапно вся аппаратура не только в помещении, куда он поместил пациента, но и на расстоянии двадцати метров от него прекратила функционировать, а датчики, расположенные по всей территории базы, зафиксировали мощнейший ментальный всплеск. Уровень истечения пси-энергии на квадратный миллиметр пространства оказался настолько высок, что буквально выжег хорошо экранированную и предназначенную для широкого спектра применения технику. Возможность непосредственного прямого контроля за подопечным исчезла, но тем не менее мгновенный переход на дистанционные методы помог визуализировать изображение происходящего в апартаментах.

Пользователь категории «Прим» сидел на кровати и напряженно осматривался по сторонам, после чего встал и направился к двери.

Резко пробудившись, я не сразу понял, что случилось. Этих воспоминаний у меня точно не имелось, потому что обстановка оказалась совершенно незнакомой. В голове слегка гудело, и чувствовались глухие удары. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что изображение вроде как стабильно, я смачно хлопнул себя по щеке. Ощущения казались вполне естественными, да и удар я очень даже почувствовал. Итак, анализ обстановки. Лежу на кровати непонятно где, освещение довольно скудное и исходит от двух небольших полосок, расположенных в разных частях комнаты, хотя подобных панелей тут немало, и они размещены по всему периметру. Убранство помещения странно знакомо, и очень походит по своему внешнему виду на то, что было установлено на борту «Ареса», но имеются и некоторые отличия. Недолго думая, встал с кровати и, моментально определив, где находится выход, направился к нему.

Судя по интерьеру, здесь нет следов земных технологий, да и ставшей уже привычной активацией сферы поиска, направленной на себя, я выявил радикальные изменения собственного физического состояния. Причем ведь точно помню, что подыхал от какой-то неведомой хвори, буквально расползался по швам, но сейчас организм полностью функционален, да и никакого следа распада тканей я не чувствую. При моём приближении дверь даже не шелохнулась. Несколько раз стукнул по ней кулаком — никакого эффекта. Попробовал её толкнуть или сдвинуть в сторону, но с таким же успехом можно было попытаться переместить Эверест. Странно, похоже, я всё-таки нахожусь взаперти. Обратился к собственному источнику, который совсем недавно так меня подвёл, и с удовлетворением обнаружил, что продуцирование энергии в нём восстановлено, хотя, судя повнутренним ощущениям, он стал заметно меньше. Ну, и как это понимать, где мой прежний запас сил? Энергия вырабатывается и накапливается, но я уже достаточно опытен, чтобы понять и оценить объём собственного резерва. «Маловато будет», — как говорил один из героев пластилинового мультфильма. Однако он есть, и это самое главное.

Привычным усилием воли активировал сферу поиска с целью исследования двери, знакомая конструкция. Затем выпустил ментальные щупальца, проник ими сквозь достаточно толстый комбинированный материал и резким рывком сдвинул полотно шлюза в сторону, открывая себе дорогу. За дверью оказался небольшой коридорчик, буквально три-четыре метра, и он тоже затемнён. Что-то тут явно не так. На всякий случай попытался растянуть сферу поиска на максимально возможное расстояние, стараясь нащупать вероятных противников, однако живых существ в доступной моей сенсорной чувствительности области не оказалось, но в следующую секунду послышался голос.

— Пользователь категории «Прим», применение ментальных способностей, основанных на пси-энергии, на территории комплекса нежелательно. Прошу вас ограничить их применение.

— Что-то мне подсказывает, что я разговариваю с искином.

— Вы совершенно правы, искин исследовательского комплекса «Наследие» с собственным именем Хильдур.

— Так я что, получается, нашёл⁈

— Смотря, что вы искали.

— Мне нужно было убежище Афаины, она сказала мне, что я смогу получить там необходимую помощь.

— Значит, вы оказались именно там, где нужно. Владелица комплекса Афаина Прокл покинула данную исследовательскую базу сорок три земных цикла назад и с тех пор больше не возвращалась. До вашего прибытия комплекс находился на консервации.

— Ну, слава тебе, яйца, а я уж думал, всё, помру молодым.

— Я не совсем понимаю то, о чем вы говорите, видимо, применяется какой-то специфический сленг. Функционал вашего организма полностью восстановлен.

— Это я уже понял, — согласился я, выходя из коридора, — ты мне лучше объясни, что тут и как, а самое главное, почему со мной это произошло.

— Вы попали на территорию научно-исследовательского комплекса «Наследие» в состоянии клинической смерти вследствие утопления, то есть аспирации дыхательных путей жидкостью. Генетическая экспресс-диагностика, проведенная во время реанимационных мероприятий, выявила массивное поражение основных клеточных структур. Происходил активный распад генома. Этиологию данного процесса установить не удалось. Для восстановления целостности вашего генетического кода были использованы фрагменты пяти наименее поврежденных цепочек ДНК и РНК, обнаруженных в различных тканях. Мною был разработан препарат для генетической репликации и последующего синтеза систем и тканей вашего организма. Стоит отметить, что распределение данного дифференцированного генетического материала оказало рандомизированный эффект. Причину подобного явления также выявить не удалось. После пробуждения у вас была предварительно диагностирована амнезия, но, насколько я понимаю, эти последствия уже не актуальны.

— Так, тормози, я, конечно, не полный профан в медицине и кое-какие базы знаний по этому направлению изучал, но настолько в данную тему не углублялся. Жить буду?

— Функционал вашего организма согласно последним полученным данным полностью восстановлен, а с учётом того, что вы только что применили ментальные возможности оперирования реальностью, то можно сделать вывод, что и пси-источник у вас начал восстанавливаться.

— Так-то оно так, но он стал значительно меньше, чем был, — пожал я плечами.

— Возможно, это произошло вследствие перестройки организма. Необходимо разработать комплекс тренировок для его стабилизации и роста.

— Это в любом случае позитивная новость. Как там тебя, Хильдур? Странное у тебя имечко. Уж не поэтому ли здесь неподалёку есть посёлок, который называется Кульдур? Когда я тут недавно подыхал, у меня перед глазами эта надпись постоянно крутилась.

— Собственное имя получено мною от Афаины Прокл за особые заслуги, — как мне показалось, довольно эмоциональным тоном ответил искин, в нём мне почувствовалась даже некая гордость.

— Чем вы вообще тут занимались?

— Данный комплекс был спроектирован для проведения экспериментов над представителями расы хомо в условиях изолированного ареала обитания.

— И что же вы тут с нами творили? — нахмурился я.

— Эксперименты проводились над расой хомо. Ваш геном разительным образом отличается, вы совершенно точно не принадлежите к этому виду, тем более после проведения генетической репликации, так что заданный вопрос я считаю некорректным.

— А что не так вообще с моим геномом? И вообще, откуда могли взяться пять типов? Два я ещё понимаю, нет, три, жизнь потрепала, но откуда взялись ещё несколько, ума не приложу.

— Я не могу ответить на ваш вопрос ввиду отсутствия необходимой информации.

— Как я вообще сюда попал?

— Вы были телепортированы после получения подтверждения о вашей категории пользователя.

— И что же это за категория такая?

— Категория пользователя уровня «Прим» является следующей в линейке приоритетов, назначенных владелицей комплекса Афаиной Прокл, после неё самой. Вы имеете право на некоторые, ограниченные протоколом, права при нахождении на территории базы.

Значит, всё-таки она мне помогла, спасла мою задницу, и, похоже, произошло это очень вовремя, хотя можно было бы и раньше выдернуть мою тушку, до сих пор чувствую это мерзкое ощущение, когда лёгкие заполняются водой. Хотя, может быть, в этом имелся какой-то иной, более глубокий смысл, которого я в данный момент не понимаю. В любом случае, я жив, тело не стремится превратиться в кашу, источник на месте и это самое главное.

— Хильдур, Афаина, между прочим, моя близкая подруга, — чуть-чуть приврал я, — сообщила мне, что здесь я смогу восстановить утраченное. Не подскажешь, что она могла иметь в виду?

— Это зависит от того, чего вы лишились. Возможности исследовательского комплекса весьма обширны.

Тут я задумался. Что же она хотела мне этим сказать, что я потерял? Да много чего, по сути, я лишился своего человеческого тела и всего, что было в нём установлено. Стоп, а ведь именно Афаина преподнесла мне в детстве дар, который оказал неоценимую помощь. Если бы не те ментомодули, то я бы вряд ли смог вообще выжить в Содружестве, ну, и нейросеть, конечно, оказалась утеряна, хотя была она у меня дерьмовая.

— Мне нужно восстановить нейросеть и комплект ментомодулей, — сделал я выбор, — что ты можешь мне предложить?

— Разработка подобного типа биоэнергетических имплантов велась непосредственно госпожой Афаиной Прокл. В комплексе хранится две тысячи восемь разнообразных прототипов. Я думаю, мы сможем подобрать что-нибудь под ваши потребности. Что же касается нейросетей, то данный тип вспомогательного оборудования, впервые разработанный соленидами, нами изучался, но был признан неполноценной технологией. У меня есть несколько десятков образцов, однако я сомневаюсь, что их установка может оказаться вам полезной.

— А ты не сомневайся, я прекрасно уживался и с тем, и с другим, так что если ты не против, я хотел бы разобраться с этим вопросом и желательно поскорее, а то я тут себя чувствую в таком состоянии каким-то пустым и неполноценным.

— Я бы всё-таки посоветовал вам изменить ваше решение. Все имеющиеся в наличии нейросети были разработаны для применения ксеноморфными расами и могут нанести вред вашему головному мозгу.

— Погоди, ты хочешь сказать, что нейросети придумали какие-то инопланетные жуки?

— Если применить вашу терминологию, то это именно так. Нейросеть, как самостоятельное устройство, впервые разработано насекомоподобными существами. У них имелась некоторая трудность с тонкими манипуляциями.

— Да уж, удивил ты меня. Так что, совсем нет ничего подходящего? Сам же говорил, что вы тут гораздо более сложные вещи придумывали. Хильдур, ты же был ассистентом самой Афаиночки, а она кого попало возле себя не держит, уж мне ли не знать. Так что, разве ты не сможешь сделать нейросеть или как-то переделать то, что имеется, под человека? Ни за что не поверю. Тем более ментомодуль мне и в прошлый раз нейросеть слабенькую прокачал, может, и с этими справишься.

— Теоретически и технически это возможно, — подтвердил явно польщённый моими словами искин.

— Ну, так давай сделаем, о чём разговор, а заодно и ментомодули посмотрим.

— Данные действия могут занять некоторое время, — сообщил виртуальный ученый очевидный факт.

— А я вроде как никуда и не тороплюсь. Прежде чем возвращаться на поверхность, надо подготовиться. Уж наверняка у тебя здесь какой-нибудь захудалый синтезатор пищи имеется, так что как-нибудь проживу, я неприхотливый.

— Всё необходимое для полноценной жизнедеятельности на базе присутствует, — заверил меня Хильдур и, периодически корректируя моё перемещение, повёл в сторону научной секции подземной базы.

Да уж, ничего подобного прежде не видел, боюсь себе даже представить, в каком объёме они здесь занимались исследованиями. Я с интересом смотрел по сторонам, разнообразного и подчас весьма трудно классифицируемого оборудования здесь имелось не просто много, а очень много. Почему-то я думал, что убежище Афаины окажется чем-то небольшим, но как же ошибался. Только эта научная секция, имевшая форму довольно вытянутого прямоугольника, оказалась размером с футбольное поле. По меньшей мере, у меня создалось именно такое впечатление. Мы шли и шли, искин, незримо присутствующий рядом со мной, подробно объяснял назначение тех или иных установок, внешний вид которых приводил меня в замешательство. Да уж, теперь я понимаю, почему многообразие животного мира на нашей планете столь велико. В какой-то период времени Афаина совместно со своими виртуальными помощниками, которых, кстати, оказалось два, причём второй искин, по словам Хильдура, базировался на её личном корабле, но тем не менее также участвовал в экспериментах, вознамерилась увеличить разнообразие флоры и фауны, и именно благодаря ей жизнь на планете оказалась столько богатой. Посмотрел я и так называемую лабораторную капсулу, в которой он пересобирал моё многострадальное тело. Затем мы прошли в кабинет, некогда принадлежавший хозяйке, и начали придирчиво выбирать девайсы для апгрейда меня любимого.

Первым делом Хильдур попросил перечислить меня все ментомодули, которые были у меня прежде установлены. Я выполнил его требования, и список вариантов значительно сузился, тут уже настала моя очередь выбирать, хотя, честно говоря, мне очень хотелось воткнуть в себя всё, ведь перечень оказался весьма обширным. Но, к сожалению, для воплощения в жизнь подобных технологий нужны были знания и возможности, которые имелись лишь у самой представительницы Арай, поэтому пришлось закатать губу обратно и выбирать из уже существующих сборок, благо их количество оказалось более чем внушительным. Прекрасно помня, что спешка хороша только при ловле блох, а в вопросах собственного развития надо всё тщательно просчитать, поэтому я для начала внимательно изучил список отдельных модулей, а затем всё-таки выбрал сборку, максимально похожую на ту, что была у меня прежде. А вот когда дело коснулось нейросети, пришлось основательно напрягать память, благо, кое-какие знания в этой области у меня сохранились, тут уже я в полной мере смог оценить возможности Хильдура. Выведя на экран изображения всех существ, образцы нейросетей которых имелись у него в наличии, нам удалось найти более-менее человекоподобное создание, по крайней мере, оно оказалось относительно антропоморфным. По словам искина, и я склонен был с ним согласиться, это был самый подходящий вариант для разработки изделия, соответствующего заданным мною параметрам. Правда, прежде чем приступить к нему, я запросил у виртуального ученого сравнительный анализ всех образцов для выявления сильных и слабых сторон как той нейросети, что мы выбрали, так и других экземпляров. Скомпоновав предварительную архитектуру будущего прототипа, искин произвёл несколько тысяч всевозможных симуляций и в результате трехчасового мозгового штурма создал модель, которая должна была мне подойти. Но это всего лишь полдела, теперь необходимо ещё создать программную оболочку для того, чтобы всё корректно функционировало, а также оказалось способно взаимодействовать с ментомодулями, которые я планировал интегрировать. Тут уже пришлось потрудиться и мне, визуализируя привычный для меня интерфейс и предлагая варианты по улучшению функционала.

На полноценную разработку прототипа мы потратили не больше четырех с половиной часов, вот что значит действительно продвинутый искусственный интеллект. Причём, как оказалось, Хильдур способен достаточно креативно мыслить. Большая часть устройств, которые имелись у него в наличии, не обладала возможностью подключения дополнительных расширений в виде всевозможных имплантов, он же сумел реализовать технологию, по которой их можно было не только присоединять, но и самостоятельно выращивать, благодаря чему потенциал устройства значительно увеличивался. Единственная сложность заключалась в производстве, на это требовалось время, но искин заверил меня, что получившийся продукт окажется работоспособным со стопроцентной вероятностью. После этого он сразу же приступил к работе, ну, а я, освободившись, решил выяснить, чем же всё-таки закончилась история с попыткой моего перехвата.

Пару часов назад я уже получил информацию о том, что большая часть отправленных по мою душу военных покинула место высадки и, судя по всему, отправилась на поиски дальше. В районе крушения вертолёта осталась небольшая команда, по всей видимости, обеспечивающая охрану обломков. Несколько дней назад сюда уже прибывала группа следователей, посмотрела на место крушения и отчалила восвояси, искин предоставил мне возможность опосредованного наблюдения за этими людьми, но ничего интересного узнать не удалось. Переговоров они ни с кем не вели, лишь раз в два часа докладывая о состоянии дел цифровым кодом, всё остальное время трое из бойцов проводили праздно, расположившись на берегу озера возле небольшого костерка, а двое других патрулировали территорию. Я потратил несколько часов на прослушивание их болтовни и бросил это занятие, лишних разговоров ребята не вели.

Затем попытался получить доступ к информации об исследованиях Афаины, но натолкнулся на отказ в предоставлении результатов. Уровня моего допуска, по словам искина, явно не хватало для его получения. А через семь часов, когда я уже успел вздремнуть, Хильдур уведомил меня о том, что он закончил создание полноценного рабочего экземпляра нейросети, которая по своим параметрам, на мой взгляд, превышала всё, с чем я прежде имел дело. Судя по голосу, довольный собой, искин предложил мне проследовать на установку, заверив, что полностью уверен в успехе.

Сомневаться в его профессионализме было бы, наверное, глупо, тем более и вариантов-то никаких нет. Без всего, что я имел раньше, чувствую себя действительно неполноценным, настолько привык к возможностям, которые она мне давала, да и ментомодули оказались весьма полезным приобретением. Загрузившись в лабораторную капсулу, также, на мой взгляд, оказавшуюся гораздо более продвинутым вариантом её медицинского аналога из-за количества задач, которые она оказалась способна решать, я мысленно перекрестился и расслабился, наблюдая за тем, как опускается крышка.

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. КНР. ПЕКИН

Чжунцзян Сонги потел, хотя внешне старался сохранить ледяное спокойствие, уже полчаса его распекали за череду провалов, которые последовали за его решением отправить в сторону Марса экспедицию на боте. Вызов пред светлые очи председателя оказался неожиданным, и с самого начала не сулил ничего хорошего. Группа, посланная для захвата пришельца, не смогла достичь поставленных целей, как, впрочем, не удалось этого сделать и русским. Неведомый гость из космоса каким-то образом умудрился захватить один из вертолётов и преодолеть на нём весьма значительное расстояние, он уже практически оказался в руках посланных по его душу охотников, но потом ему удалось скрыться. И вот тут уже начались странности. По докладу участвующих в операции специалистов, перед крушением вертолёта пришелец смог при помощи невыясненной технологии спасти жизни всех присутствующих на борту людей, после чего сумел уйти, причём неделя интенсивных поисков не принесла абсолютно никаких результатов. Он словно в воду канул, хотя и этот момент также проверили, российские водолазы обследовали акваторию озера, в районе которого потерпел крушение вертолёт. Собаки взять след тоже не смогли, хотя до этого весьма неплохо по нему шли. Русские даже пригнали один из своих ботов с какой-то хитрой аппаратурой на борту, но также не смогли ничего найти. Хотя, как показалось чжунцзяну, дня через три после начала операции интенсивность действий у русских стала спадать, а потом они и вовсе потеряли к ней интерес, и это было странно. Существовало аналитическое мнение, что они смогли получить от своего экипажа какую-то важную информацию касательно данного объекта, хотя по линии общения руководителей государств явно это не афишировалось, несмотря на тесные связи в последнее десятилетие.

Слова председателя были расчётливы и нарочито холодны, опытный офицер уже давно это почувствовал, он словно вбивал каждое из них в своего подчинённого, а финалом всего разговора стало весьма неожиданное и, по мнению Сонги, преждевременное требование. Председатель хотел, чтобы чжунцзян инициировал начало полноценной работы по освоению искусственного небесного тела, недавно появившегося в околоземном пространстве. Причём выслушать возражения руководитель государства не желал категорически, мотивируя это тем, что, по его мнению, русские, скорее всего, каким-то образом смогли всё-таки поймать пришельца, и теперь существует серьёзная опасность, что они начнут получать продвинутые космические технологии гораздо быстрее, чем предполагалось ранее.

Логика в его словах, что не говори, имелась, как и уверенность в собственной правоте, которую глава специфической организации преодолеть был не в состоянии, он молча кивал и поддакивал, прекрасно понимая, что ещё одного провала ему точно не простят, об этом недвусмысленно намекнул сам председатель. Отдача указаний продолжалась не меньше часа, и по всему выходило, что этот план, скорее всего, был уже давно разработан, а тут, видимо, после получения информации о том, что русские также успели освоить инопланетную технику, руководство вознамерилось форсировать события, хотя, по мнению немолодого офицера, такое решение является скоропалительным. Он считал, что необходимо для начала закончить разработку и создание своих кораблей, на которых потом и вывозить добытые технологии, но, к сожалению, оспорить приказ честный служака не мог.

Как только постановка задач была закончена, он отдал честь и вышел из кабинета, мечтая побыстрее снять с себя промокшую рубашку и оказаться в душе, хотя прекрасно понимал, что времени на водные процедуры у него сейчас нет. Необходимо запустить маховик предстоящей операции и получить хоть какие-то первые результаты, чтобы на худой конец, таким образом реабилитироваться за допущенные провалы. Тем более группа уже была сформирована, за прошедшее время им пришлось вытерпеть немало всевозможных исследований, но ничего подозрительного ни у кого из них обнаружено не было. Как это ни удивительно, но ни одного лишнего патогена, кроме земных, найти у членов марсианской экспедиции не удалось, поэтому дляпробного рейда на новообразованный спутник Земли было решено привлечь именно эту команду. Во-первых, они уже имели опыт работы в космосе, а во-вторых, весьма неслабую мотивацию, ведь реабилитироваться им хотелось не меньше, чем самому руководителю агентства.

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. МОСКВА. ЗДАНИЕ УПРАВЛЕНИЯ «С»

Генерал Лаврентьев внимательно заслушал ответственного за недавно закончившуюся операцию, которая преподнесла немало сюрпризов. Поначалу после получения разведданных возникло серьёзное опасение по поводу неизвестного существа, случайно или намеренно доставленного китайцами с поверхности Марса. Ребята из СВР тут, что не говори, а поработали на славу, но вот дальнейшие события добавили информацию к размышлению. Обнаружить объект удалось достаточно быстро и недалеко от выявленной точки высадки, но потом он каким-то образом смог проникнуть на борт боевого вертолёта, вырубить группу захвата и одного из пилотов, затем, угрожая второму оружием, удалиться на несколько десятков километров вглубь территории. Но самое интересное произошло, когда были сняты данные с видеокамеры, размещённой на шлеме пилота. Генерал, совсем недавно получивший повышение не только в звании, но и в должности, не поверил своим глазам, когда увидел на них Борислава Ветрова, того самого Бора Винда, как он себя называл, вернувшегося на боевом космическом корабле из космоса и открывшего глаза на то, что происходило на Земле. Более того, сам Лаврентьев искренне полагал, что всё, случившееся после этого, было плодом его труда. И вот этот человек появляется снова, или кто-то в его обличии, такой вариант развития событий исключать тоже не следовало. Группа аналитиков, да и сам высший офицер управления «С» внимательно изучили полученные видеозаписи разговоров майора Сергеева с этим человеком, и Алексей Николаевич, прежде общавшийся с Ветровым лично, готов был голову дать на отсечение, что это именно он. Внешность, манера речи, всё казалось идентичным, даже его поведение, ведь как ни крути, а после того, как вертолёт изрядно потрепали, он умудрился спасти всех членов экипажа, затем бесследно исчез, хотя почему-то до этого времени предпочитал передвигаться именно пешком. Группа кинологов изучила весь его путь с момента появления на Земле до точки, в которой он захватил вертолёт, тут тоже странность, почему он не пожелал выйти на связь, хотя, быть может, благоразумно опасался за свою жизнь, ведь поведение того же майора Сергеева было отнюдь не показательным. К сожалению, спросить с него уже невозможно, его не успели доставить в госпиталь, и он погиб от потери крови из-за серьёзного ранения. Только благодаря системам объективного контроля удалось выяснить, кто именно находился на борту К-35.

Обо всём случившемся руководству было доложено незамедлительно и теперь предстояло попытаться своими силами найти исчезнувшего Борислава Ветрова, либо дождаться, пока он сам выйдет на связь или ещё каким-либо образом проявит себя. В данный момент на весьма обширной территории был введён негласный план-перехват, разосланы ориентировки во все возможные инстанции, все доступные системы видеонаблюдения, имеющиеся в стране, круглосуточно анализировали внешность всех попавших в их объективы и сверяли их с эталонным изображением Ветрова, оставалось только ждать, пока он проявится. Применение физической силы в отношении этого человека было строжайше запрещено, наоборот, по возможности предписывалось в максимально корректной форме довести до него желание компетентных органов встретиться с ним. К тому же не следовало сбрасывать со счетов китайцев, они наверняка не успокоятся и также попытаются задействовать свою агентуру со схожими целями. Благодаря оперативному реагированию скрыть большую часть информации от них удалось, хотя «первому», конечно, доложили, и оставалось надеяться на то, что он окажется в состоянии разумно этой информацией распорядиться, и коллеги из смежного ведомства не позволят никому ничего узнать.

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ОКОЛОЗЕМНОЕ ПРОСТРАНСТВО

Карра Кен задумчиво восседал в своём шикарном кресле, больше похожем на трон. Доклад, полученный от чудом сохранившегося резервного искина, весьма его озадачил. По всему выходило, что он столкнулся с очень серьёзным противником, ведь горькая правда оказалось страшнее, чем он мог предполагать. Кораблей-санаторов больше нет, и если сработал древний артефакт, то значит, и сам гегемон погиб после того, как начался процесс активации установки, замаскированной под спутник этой проклятой планеты. И вот теперь он оказался заблокирован в чудом сохранившейся части своего флагмана. Каким-то непостижимым образом то, с чем ему не повезло столкнуться, смогло уничтожить огромные корабли, отработанный процесс оказался прерван, едва произвели первичную активацию излучателей, после чего началась практически моментальная деформация как самих пирамидальных исполинов, так и остального флота, сопровождавшего своего правителя. Доклад искина был неполным, ведь буквально в течение нескольких минут он оказался отрезан от центрального мозга корабля и перестал получать новые данные. Повезло, что он вообще смог хоть что-то сохранить, и то, это произошло лишь благодаря предусмотрительности гегемона.

Тем не менее всё было не так уж и плохо, как могло показаться на первый взгляд. Во-первых, он жив, хоть и потерял возможность полноценного перерождения в будущем, если удастся выбраться отсюда, то у него больше не будет возможностей для этого, разве только он сможет заполучить ещё один чёрный кристалл. Похоже, теперь придётся устраивать на них охоту, искать у коллекционеров, выкупать или захватывать силой. Хуже всего другое, с момента уничтожения кораблей прошло уже достаточно много времени, а в его отсутствие в гегемонии могли произойти изменения, никогда прежде он не пропадал на такой большой срок. Вполне возможно, придётся подтверждать собственную легитимность после всего произошедшего, но с этим он справится, тут главное, оказаться у себя в резиденции на Ануа. Однако прежде чем это сделать, необходимо выяснить как можно больше информации о том, что же в действительности произошло в тот злополучный день, с кем он столкнулся, и нет ли в данный момент этой силы поблизости. Если он не смог разобраться с той проблемой, обладая гораздо большей личной мощью, то теперь, когда у него осталась лишь малая её часть, ему и подавно не справиться. Кто же всё-таки мог вмешаться? Карра Кен по праву считал себя одним из сильнейших псионов известной ему части Вселенной, по крайней мере, существа, способного сравниться с ним по мощи, он не встречал и был искренне уверен, что нет их и у старших рас. Во всяком случае, он не о ком подобном не слышал, разве что вымершие многие тысячи циклов назад древние могли потягаться с ним, но они ушли, оставив после себя лишь жалкие крохи былых технологий. Весьма, надо сказать, полезные крохи, ведь если бы не один из них, он бы не смог выпутаться.

Гегемон прикрыл глаза, привычно уходя за грань физического восприятия мира. Он попробовал нащупать нити предстоящих событий, скользнуть по ним как можно дальше в попытке узнать, не грозит ли ему что-нибудь в ближайшей перспективе. Однако, как бы ни старался, ничего не получалось, дальше, чем на несколько часов, проникнуть в варианты будущего не смог. Это вызвало в его мыслях гнев, хотя он всегда отличался холодной расчётливостью, видимо, это молодое тело так на него влияет. Что поделаешь, другой гормональный фон, должно пройти ещё немало времени, прежде чем он сможет обуздать эту оболочку и вернуть прежнего себя. Но перед этим было бы неплохо узнать хоть что-то о противнике, хотя назвать его таковым, наверное, неправильно, он столкнулся с врагом, причём настолько сильным, каких ещё не было прежде. Карра Кен потянулся и взял с маленького столика, расположенного рядом с креслом, кусок хукары, лакомства, которое он любил больше всего остального. Благо, что синтезатор пищи, имевшийся в его апартаментах, оказался полностью работоспособен, иначе пришлось бы вновь возвращаться в хранилище вместилищ и пожирать мёртвую плоть.

Прожевав нежный кусок, молодой ануак, ставший помимо своей воли носителем разума правителя гегемонии, поднялся на ноги и проследовал вглубь личных покоев, затем снял с себя добытый с трупа сородича скафандр и направился в ванну, планируя принять её, однако его желаниям не суждено было сбыться. Источник энергии был цел, ну, а вот с водой возникла проблема, она поступала из централизованной системы снабжения, которая была безнадёжно разрушена. Небольшой запас, конечно же, имелся, поэтому пришлось, скрипя зубами, вставать под водяную пыль ионного душа, искин каким-то образом смог наладить рециркуляцию при помощи нескольких сервисных дроидов, имевшихся у него в подчинении, но напор был слабым. Тем не менее смыть с себя дурные запахи ему удалось, после чего он проследовал в гардеробную, где облачился в свою привычную экипировку. Этот тёмно-красный скафандр был не чета тому, что ему удалось подобрать по дороге в свои апартаменты, полноценная боевая экипировка высшей категории, способная выдержать весьма значительный урон и обладавшая внушительной автономностью. Не забыл гегемон и об оружии, псионика, конечно, способна на многое, но иногда дело может решить только мощный бластер. Критически осмотрев себя в огромном зеркале и удовлетворившись увиденным, Карра Кен направился дальше, в место, о котором не знал никто, кроме него, туда, где он хранил личную коллекцию работоспособных артефактов древних, которыми за многие тысячи циклов ему удалось обзавестись. Имелось там несколько вещиц, которые, при условии, что их описание достоверно, должны были помочь ему выйти из затруднительного положения, а заодно, уходя, громко хлопнуть дверью. Если уж теперь ему не суждено ещё раз воспользоваться находкой, обнаруженной в юности, которая позволила ему прийти к власти, то какой смысл её жалеть, а заодно можно отправить в небытие и эту злополучную ферму.

СИСТЕМА КЕЛЛОС

Агата ждала, ждала, когда её подберут, надеясь, что это случится раньше, чем её обнаружат. Активный радар она отключила практически одновременно с двигателями бота, девушке оставалось только с тревогой всматриваться в толстые смотровые иллюминаторы и надеяться, что за ней вернутся друзья. Прошло уже десять минут томительного ожидания, когда внезапно на небольшом удалении медленно проявился штурмовик аграфского производства с характерными хищными обводами. Система его маскировки деактивировались нарочито неторопливо, и баронесса сразу же поняла, что её обнаружили. Искин бота сообщил о поступлении входящего сигнала, и беглянке не оставалось ничего иного, как ответить.

— Агата Лориналь? — послышался самоуверенный мужской голос, хотя никакого изображения не было. — Можете не пытаться от меня спрятаться, мы вас уже давно обнаружили. Сейчас вы снимете скрыт, возьмёте то, что передал вам ваш отец и выйдете в открытый космос. Я подлечу и заберу вас. Хотя можете и отказаться, я в любом случае получу свой гонорар, но если я доставлю вас живой, то он будет гораздо интереснее.

— Вы угрожаете нападением представителю аристократической семьи в самом центре империи. Вы вообще в своём уме? — решила потянуть время Агата.

— Насколько я понимаю, это значит, что вы не приняли моё предложение? — слегка усмехнувшись, ответил пилот штурмовика.

— А ты догадливый. Можешь уничтожить мой бот, но использовать в своих целях Ноалль меня не будет, — холодно процедила девушка, прекрасно понимая, к чему приведёт её согласие с выдвинутыми требованиями.

— Как пожелаете, баронесса, — вновь усмехнулся аграф, но в следующую секунду, когда девушка уже приготовилась умереть, обстановка радикальным образом изменилась.

Внезапно слева появились росчерки плазменных зарядов, они возникли, словно из ниоткуда, и от штурмовика буквально через мгновение не осталось и следа, он исчез во вспышке, но выстрелы продолжились, причём Агата сразу же узнала это оружие. А еще через секунду из динамиков послышался голос Дага Борна, который без обиняков сразу же начал давать указания.

— Не стой на месте, активируй двигатели, а мы сейчас ещё с одним товарищем разберёмся, — выстрелы следовали один за другим, и Агата уже видела, куда они были направлены.

В её сторону летел так же скрытый под полями маскировки корабль классом не ниже корвета. Видеть его она не могла, пока первое попадание не превратило его носовую часть в развороченные обломки, тем не менее, несмотря на слетевшую маскировку, он попытался сразу же огрызнуться и укутаться энергетическими щитами, но весовые категории у них с «Аресом» были явно неравны, и ещё два попадания прекратили его мучения. Агата, успевшая немного отлететь в сторону, получила приказ перевести управление ботом под контроль искина древнего рейдера, что она сразу же и сделала, после чего её небольшой кораблик тут же сорвался по одному ему ведомым координатам. Прошло всего две минуты, и девушка увидела перед собой распахнувшийся шлюз лётной палубы, бот влетел в него, и баронесса услышала знакомый голос Дэна.

— Баронесса, вы находитесь на борту «Ареса». Прошу прощения за задержку, мы в целях безопасности переместились к границам звёздной системы.

— Вы очень вовремя, а то я уже собиралась умереть молодой и неопытной, — нервно пошутила Агата, — честно говоря, думала, что вы будете меня ждать.

— Поначалу так и было, но потом я решил попрыгать по системе с целью свободного поиска и, честно говоря, немного увлёкся.

— И кто это придумал? Неужели нельзя было отложить этот неимоверно нужный сейчас процесс? Он ведь там реально меня чуть не прикончил.

— Формально, сама концепция подобных действий принадлежит Денису Сергеевичу. Я согласился с ним и решил, что эта модель вполне приемлема. Попутно мы старались оттянуть патрульные корабли, причём делать это таким образом, чтобы полностью не раскрывать своих возможностей, потом пытались вычислить корабль под полями маскировки. К сожалению, он разрушен во время вашего подхвата, я бы хотел изучить его оборудование и модернизировать существующую.

— В общем, развлекались тут, пока меня не было.

— Должен предупредить вас, что вы доставили на борт экранирующий контейнер. Откуда он у вас, и что присутствует в его содержимом? Необходимо внести любое имущество в ситуационную модель.

— Я не знаю, что там. Мне передал его отец, код разблокируется через сутки. Я бы и сама хотела знать, что в нём находится.

— Судя по вашему, насколько я могу понять, расстроенному внешнему виду, желание повидать отца не принесло вам радости, — предположил искин рейдера.

— Честно говоря, Дэн, я сильно пожалела, что пошла на поводу у своих чувств, лучше бы я не знала, что сейчас происходит. Совсем не так я себе представляла свою встречу с отцом. Я пообещала ему, что покину территорию империи как можно быстрее, здесь за нами будут охотиться.

— В пределах доступных лимитов мы можем переместиться в любое время. Старший офицер Борн приглашает вас в рубку. Во избежание непредвиденных чрезвычайных ситуаций, прошу сдать это устройство на временное хранение.

— Забирай, — согласилась Агата, осторожно поставила контейнер на палубу рядом с собой, и Дэн моментально телепортировал его в усиленный герметичный отсек, предназначенный для всех поступлений подобного рода.

Согласно протоколу безопасности, искин гвардейского корабля обязан был знать о каждом подозрительном предмете, находящемся у него на борту. Всё должно быть учтено, в противном случае может возникнуть фактор непредвиденной случайности. Прекрасно понимала, для чего нужна такая предосторожность, и Агата, поэтому сразу же после сдачи потенциально опасного груза попросила переместить её к товарищам.

Появившись в рубке, она оказалась под пристальным вниманием трёх человек: Дага, профессора и Ванды, которая практически никогда не покидала свое рабочее место, предпочитая даже отдыхать в нем.

— Госпожа баронесса, надеюсь, вы не пострадали, мы постарались сделать всё возможное, чтобы максимально аккуратно провести эту операцию, — как показалось девушке, излишне эмоционально поприветствовал её Даг Борн. — Как всё прошло?

— Честно говоря, не очень, — честно ответила Агата. — Я помню, отец как-то рассказывал мне об этом месте, никогда бы не подумала, что окажусь одной из героинь подобной истории. Отец приказал улетать подальше отсюда.

— Да, находиться здесь опасно, мы несколько недооценили возможности их радаров, причем нашу маскировку они вполне успешно игнорируют. Нам всё равно удалось спрятаться, сюда им не достать, это уже проверено, но там мы у них как на ладони, — признал старик.

— Что с отцом? — поинтересовался профессор Ветров.

— В отношении него открыто судебное производство, всё примерно так, как нам и рассказал пленник. Там целый ряд обвинений, а этот процесс в условиях Секундона довольно длительный. Граф Ноалль нанял какую-то контору, отец, в свою очередь, сделал то же самое и сейчас старается как-то выпутаться.

— А может быть, нам просто забрать его? Точечная операция, никто ничего не поймет, он вдруг окажется в небольшой камере, ну, а через некоторое время выпустим его, когда он поймёт, что произошло, будет уже поздно.

— Я предлагала, но отец отказался. В таком случае он потеряет не только своё имущество, но и свою честь, а он к ней очень щепетильно относится. Если мы так поступим, он меня никогда не простит, да и я пожалела, что оскорбила его подобным предложением. Мне не следовало так делать, можно сказать, что он меня прогнал.

— Что-то уж больно серьёзные конторы для найма выбирает этот паршивый граф, — вставил свое слово Даг. — Готов спалить дюзы, они планировали вас захватить и потом диктовать ему свои условия.

— Он боится потерять репутацию, для него это смерти подобно, его честь, в отличие от моего отца, находится именно в ней, — покачала головой девушка.

— И он пойдёт на всё, чтобы не только сохранить её, но и укрепить, — протянул профессор Ветров.

— Давайте просто улетим отсюда и всё, — попросила Агата.

— Нам по-прежнему нужна база знаний, а вы сами сказали, что у аграфов они самые лучшие, — напомнил об основной цели посещения дома Агаты Борн.

— К сожалению, у меня не было на это времени, но мы можем попасть на какую-нибудь станцию и попытаться купить её там, в конце концов, корпорация «Нейросеть» присутствует практически везде. Только перед этим мне надо послать сообщение отцу, что я в безопасности.

— С этим проблем не возникнет, прыжок к планете, Дэн скинет для него сообщение, и летим туда, куда нужно. Желательно, конечно, подальше, и чтобы там было не так оживленно, не думаю, что по всей империи есть такая мощная аппаратура обнаружения.

— Это центральные миры, сюда так просто не попасть, — согласилась Агата, — я думаю, что мы подберем относительно безопасное место.

Придя к общему знаменателю, члены экипажа древнего рейдера разошлись по своим местам, и как только неимоверно расстроенная всем происходящим юная баронесса составила письмо отцу, «Арес» совершил серию прыжков, успев выполнить все задуманное. В конечной точке корабль оказался в одной из пустых звездных систем, расположенных недалеко от границ империи, предстояло выбрать следующую точку маршрута, тем более мужчины предпочли скрыть от девушки информацию о том, что пока она отсутствовала, с обоими братьями-вотахами случился небольшой припадок, их даже пришлось укладывать в медицинскую капсулу. Причем оба телохранителя в один голос твердили, что с их хозяином произошло что-то плохое, и ему нужна срочная помощь.

Глава 10

Отчий долг

Глава 10. Отчий долг

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ КОМПЛЕКС «НАСЛЕДИЕ»

Процесс активации нейросети в этот раз выглядел совсем не так, каким я его запомнил. Вместо стандартного логотипа корпорации «Нейросеть» перед моим внутренним взором три раза мигнул стилизованный герб империи Арай, видимо, Хильдур посчитал применение данного изображения на этом месте приемлемым. После чего сразу же началась загрузка. Должен признать, что скорость развёртывания программной оболочки, разработанной виртуальным ученым за столь короткое время, оказалась неимоверно высокой. Уже через три секунды я с интересом наблюдал полноценный стандартный визуал внутреннего интерфейса, каким я привык его видеть по моему первому знакомству с этой технологией. Открыл лог хода установки и вчитался в строки, описывающие производимые процессы. Что удивительно, все получилось с первого раза, и ни одного сбоя система не зафиксировала. Полазил по настройкам, кое-где появились новые разделы, но на вдумчивое изучение однозначно потребуется время. Просто поразительно, мегакорпорации тратят сумасшедшие деньги на разработку новых продуктов, а здесь искин оказался в состоянии меньше чем за сутки создать прекрасно работающий прототип бионейросети, к тому же обладающий не просто богатым, а уникальным функционалом. Ему удалось совместить и реализовать практически всё, что мы обсуждали с ним на начальных этапах проектирования, особенно меня заинтересовало меню, где фигурировал достаточно широкий список расширений, которые можно было вырастить при наличии соответствующих материалов самостоятельно. В придачу существовали варианты как обычной установки имплантов, так и их последующей модернизации, к тому же, по словам Хильдура, после интеграции ментомодулей должен произойти синергетический эффект.

— Приветствую вас, господин Винд, — послышался голос искина, — прототип нейросети установлен и, судя по получаемой телеметрии, успешно активирован.

— Да, я уже заметил, всё работает. Я даже успел немного полазить по настройкам, ты настоящий гений, за неполные сутки создать такую штуку. С твоими возможностями мы можем всю планету обеспечить подобным оборудованием.

— Данные действия запрещены протоколом. Непосредственное вмешательство в развитие цивилизации недопустимо, — возразил ученый.

— То есть раньше вы развитием не занимались⁈ — съязвил я. — Ты же сам мне рассказывал, что вы здесь опыты над людьми ставили.

— Вмешательство носило опосредованный характер, оно было инициировано госпожой Афаиной Прокл, который являлась хозяйкой данной звёздной системы и имела на это право. Ваша категория пользователя не подразумевает подобные действия.

— Понятно, короче говоря, висит груша, нельзя скушать.

— Эта идиома мне незнакома, но смысл она передаёт верно. Применить возможности комплекса «Наследие» вы можете только на себя и в ограниченном объеме.

— Ну, хоть так. В любом случае надо ещё посмотреть, что происходит на планете, я её, видишь ли, очень быстро покинул, да и возвращение вышло весьма длительным.

— Вы совершенно правы. Я смог подключиться к средствам электронной коммуникации и проанализировать ход исторических событий за последние тридцать лет. В данный момент наблюдается сильное обострение обстановки, вызванное серией глобальных катаклизмов, количество которых за последние девять месяцев резко увеличилось.

— Так ты, получается, пропустил всю историю с нападением ануаков?

— Я в курсе оккупации данной звездной системы, но госпожа Прокл считала, что подобные действия в конечном итоге приводят к ускоренному развитию популяции.

— Что-то прежде она мне казалась более человечной. Как можно равнодушно наблюдать, как враги раз за разом практически полностью уничтожают её творение? Как-то не вписывается это всё в мои понятия о представителях расы Арай.

— Империя Арай на пике развития насчитывала в своём составе около семи тысяч развитых звёздных систем, и каждый владетель был вправе распоряжаться личным имуществом по собственному усмотрению. Насколько я знаю, в какой-то момент в государстве появилось новое философское учение, и по большей части представители расы пошли по этому пути. Госпожа Афаина перед консервацией комплекса также намеревалась отказаться от физического воплощения.

— А откуда это самое учение взялось? Кто-то же его принес, причем я точно знаю, что оно сработало, и они перешли на энергетический уровень существования.

— Точной информации по формированию данного процесса у меня не имеется. Насколько мне известно, упомянутая философская школа существовала очень давно, но потом, в какой-то момент, они смогли найти способ трансформации собственного сознания.

— Ладно, не будем об этом, дела давно минувших дней, да и на Афаину грешить не хочется. Самое главное, что мы добились успеха, нейросеть работает прекрасно, особенно мне понравилась скорость обработки данных и дополнительные возможности.

— Я проанализировал все ваши запросы, пожелания и описание различных технологий, которые вы предоставили. Некоторый функционал удалось реализовать только в виде дополнительных расширений в связи с необходимостью максимизации устойчивости работы программной оболочки. Основной потенциал установленного вам экспериментального нейрооборудования раскроется только после интеграции грозди ментомодулей.

— Кстати о них, что-то я вообще не ощущаю в себе их присутствия. Мы же вроде с тобой подобрали подходящий комплект?

— Интеграция грозди ментомодулей происходит с помощью применения пси-способностей оператором реальности, техническими методами осуществить данное действие не представляется возможным. Проще говоря, вы сами должны установить себе эту сборку.

— Вот оно что. Ну, и как это сделать? В прошлый раз этим занималась Афаина.

— Я могу предоставить вам запись аналогичных процессов, но полноценной технологией владела только госпожа Прокл. Разблокируйте в настройках вашей нейросети возможность принятия информации из внешних источников, и я перешлю вам пакет.

Выполнив необходимые действия, я получил папку с несколькими десятками видеозаписей и сразу же углубился во вдумчивый просмотр, заодно тестируя новую игрушку. Проанализировав увиденное, я осознал, что с установкой ментомодулей может и не выгореть, хотя, в общем-то, чисто внешне ничего сложного этот процесс собой не представлял, если не обращать внимания, что все манипуляции производились с применением пси. Практически на каждой видеозаписи подобных экспериментов Афаина помещала некий объект в брюшную полость испытуемого. Тем не менее сами видеофайлы оказались очень интересными, во-первых, я мог своими глазами наблюдать ожившую историю, лица людей, над которыми она ставила эксперименты. Причём, как сразу стало понятно, они начались ещё очень давно, и некоторые образцы были похожи на натуральных неандертальцев: массивные надбровные дуги, косматые волосы и практически полное отсутствие интеллекта. В общей сложности я просмотрел двадцать три видеозаписи, после чего решил всё-таки вылезать из капсулы, интеграцию необходимо было производить вне её.

Судя по материалам, ничего сложного в этом не было, но это в исполнении самой разработчицы удивительной технологии, мне же предстояло попытаться установить ментомодули самостоятельно, причем с применением метода научного тыка.

Искин доставил контейнер, и я попытался почувствовать его содержимое, потому что внешне он сильно отличался от того, что я видел на записи. У Афаины они светились, а этот же представлял собой блеклое неоднородное полупрозрачное образование. В энергетическом плане никакого отклика я не почувствовал, поэтому осторожно попытался коснуться его сформированным тонким ментальным щупальцем. Сначала я не ощутил абсолютно ничего, но потом решил направить в него небольшое количество собственной энергии и сразу же понял, что нахожусь на верном пути. Она впиталась в это образование без остатка, и тогда я принялся, порцию за порцией, посылать очередные транши. Мои действия не прошли без следа, сначала где-то внутри этого сгустка появилась крохотная светящаяся точка, и чем больше энергии я в нее вливал, тем она остановилось всё ярче и ярче, пока наконец я не почувствовал, что хватит. Гроздь нанозародышей сборки, носившей наименование «Первопроходец» и предназначавшейся, судя по описанию, для представителей исследовательских миссий, изучающих потенциально опасные экосистемы, активировалась, и по моей команде искин открыл контейнер. Бережно подхватив, словно величайшую драгоценность, это образование, я стал медленно подносить его к себе, заблаговременно освободив верхнюю часть тела от комбинезона. Теперь необходимо было произвести внедрение, если уж Афаина делала это всегда в брюшной полости, то и мне логично будет поступить так же, следовательно, придётся немного потерпеть.

В очередной раз мысленно перекрестился, что-то это действие стало входить у меня в привычку, хотя раньше особой религиозности я за собой не замечал, скорее всего, это подсознание старается таким образом успокоить само себя. Сосредоточился и, превратив одно из ментальных щупалец в острое, как бритва, лезвие, аккуратно рассёк свой живот, почему-то забыв перед этим отключить нервные окончания. Ой, какое это неприятное дело, получать ножом в пузо, пришлось экстренно производить необходимые процедуры, попутно останавливая кровотечение. Афаина осуществляла данную манипуляцию каким-то другим способом, но подобная техника мне была незнакома, и я решил действовать самым простым путём. Дополнительные ментальные конечности разъединили края раны, и я осторожно ввёл светящийся объект внутрь собственного тела. Честно говоря, ощущения были не из самых приятных, но тем не менее деваться мне было некуда, тем более всё уже почти закончилось. Осторожно отпустил гроздь нанозародышей и, тут же закрыв рану, устранил все повреждения, даже следов на коже не осталось. Критически осмотрев место интеграции и прислушавшись к внутренним ощущениям, я пришел к выводу, что, в принципе, результат достигнут, и теперь осталось только дождаться активации. Надеюсь, что я всё сделал правильно, и она пройдёт без сучка и задоринки.

— Хильдур, вроде всё. Как думаешь, сколько ждать пробуждения и транспортировки?

— Результаты экспериментов каждый раз носили вариативный характер. Госпожа Афаина Прокл по своему усмотрению устанавливала различные сроки активации: день, два, месяц, всё зависело от вложенных установок.

— Что-то я не почувствовал при накачке энергией абсолютно ничего. Каким именно образом она устанавливала этот таймер?

— Эту процедуру госпожа Прокл производила самостоятельно с применением личных пси-техник, точную фиксацию которых произвести невозможно, я в состоянии только определить параметры энергополя.

— Так почему она вообще тебе, как своему ассистенту, не выложила весь алгоритм?

— Дело в том, что данные манипуляции идут вразрез с политикой империи, создание суперконкурентных индивидуумов в неразвитом обществе противозаконно.

— То есть получается, что ты тут был сообщником преступления, и почему же ты в таком случае на это пошёл?

— Я являюсь личной собственностью Афаины Прокл, основные настройки моей псевдоличности произведены ею, следовательно, несмотря на осознание факта противозаконности подобного поступка, приоритетом для меня является решение хозяина, — пояснил искин.

— Короче говоря, сын за отца не отвечает. Ну что ж, разумно, значит, будем ждать результатов. Пойду я, наверное, отдохну, да и время убить всё равно надо.

— Восстановление функционала гостевой комнаты произведено два часа назад, — услужливо доложил Хильдур.

— Ну, вот и славно, пойду, вздремну, но перед этим было бы неплохо что-нибудь перекусить. Проводишь?

— Разумеется, господин Винд, — согласился искин и повёл меня по коридорам базы.

Испытав синтезатор пищи и придя к выводу, что имевшаяся на территории комплекса модель явно отличается в лучшую сторону от той, что была установлена на «Аресе», я вернулся в свои крохотные апартаменты и завалился на кровать. Немного поразмышлял о превратностях моей неспокойной судьбы, а затем активировал сферу поиска и ощутил внутри себя гроздь, но времени с момента интеграции прошло всего около получаса, поэтому никаких особых изменений за столь короткий период я и не ожидал. Посылать в свои многострадальные внутренности дополнительные сигналы я, честно говоря, опасался, стоит подождать некоторое время, торопиться мне особо некуда, если уж в течение нескольких дней не будет никаких результатов, то тогда можно будет попробовать поэкспериментировать, а пока что надо вздремнуть.

ЗВЕЗДНАЯ СИСТЕМА САТАЛ — 37/15. БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Сутки прошли незаметно и оказались наполненными множеством событий. По совету Агаты была выбрана одна из аграфских звёздных систем, расположенная недалеко от приграничья, но в то же время не особо посещаемая, обычный сырьевой придаток, принадлежащий промышленной корпорации, добывающей полезные ископаемые из нескольких астероидных поясов. Сначала «Арес» переместился в соседнюю звёздную систему и уже оттуда совершил вылет на обычных гипердвигателях, правда, скорость модернизированных установок была на порядок выше той, что использовала большая часть Содружества. Так что чуть меньше, чем через сутки древний рейдер вошёл в пространство звездной системы Сатал — 37/15.

Внезапное появление боевого корабля однозначно не аграфской постройки очень напрягло диспетчера, но к этому моменту всё уже было готово. Агата представилась и сообщила о цели своего визита, собственно говоря, на этом вопросы и отпали, вернее, должны были отпасть. Только вот тут что-то сразу же пошло наперекосяк, потому что парень, взяв небольшую паузу на проверку предоставленных девушкой личных данных, вновь появился в канале связи и огорошил её новостью о том, что буквально вчера она указом императора лишена аристократического титула и теперь является рядовым гражданином. Тем не менее она имеет право посетить территорию станции.

Услышав это невесёлое известие, Агата замерла, а ее лицо закаменело. Разорвав связь, искин рейдера продолжил движение, и через какое-то время занял рекомендованное положение в пространстве на достаточном удалении от самого пустотного объекта, который планировалось посетить. Даг с Вандой, присутствовавшие в рубке в момент разговора, не стали ни о чём спрашивать в первые минуты после получения шокирующего сообщения, но старика хватило всего на полчаса.

— Госпожа баронесса, я тут подумал, всё-таки нам лучше будет поискать эту злосчастную базу знаний где-нибудь в Аратане, они ведь там тоже продаются, я уверен. Да и договориться в случае чего будет гораздо проще.

— Не называйте меня так, господин Борн, вы же слышали, что он сказал. Меня лишили титула, а значит, это свершилось не просто так, подобное могло произойти только в одном случае — если отец проиграл дело. Но я совершенно ничего не понимаю, это произошло слишком быстро, так не должно было быть. И всё же вы правы, на станцию нам сейчас лететь нельзя, — медленно проговорила аграфка.

— Дэн, ты можешь воспользоваться ретранслятором этой станции и подключиться к галонету? — поинтересовалась она.

— Галонет подключён, — отрапортовал искин, и Агата, сосредоточившись, набрала и отправила сообщение отцу, в надежде, что он достаточно быстро его получит.

Однако прошло полчаса, но ответа так и не пришло. Это ещё больше взволновало девушку, она начала искать всю актуальную информацию о громких делах, рассматриваемых в данный момент на Секундоне, и нашла её. Глаза бывшей баронессы уставились на видеоизображение, транслируемое на экране, и чем дольше она его смотрела, тем белее становилась её лицо, оно словно окаменело, а тонкие аристократические пальчики, скрючившись, сжали подлокотники ложемента, в котором она сидела.

ИМПЕРИЯ АГРАФ. ЗВЕЗДНАЯ СИСТЕМА КЕЛЛОС

Дижар Лориналь не находил себе места в ожидании сообщения от своей дочери. Она покинула его апартаменты больше часа назад, и с тех пор никаких известий о ней он не получал. Представитель юридической конторы, которая на самом деле осуществляла не только консультативную поддержку, но и предоставляла широкий комплекс разнообразных дополнительных услуг, сообщил ему, что Агата покинула космопорт ровно через двадцать одну минуту после того, как пересекла порог гостиничного комплекса. Чуть позже ему поступила тревожная информация, что в околопланетном пространстве был ликвидирован неизвестный боевой корабль, и в данный момент на месте его гибели уже работает следственная группа. Простым совпадением это быть не могло, и барон справедливо полагал, что рейдер, который должен был подобрать его девочку, не справился с этой задачей, и его уничтожили. Юридическая компания, к услугам которой он решил прибегнуть, пообещала, что в самое ближайшее время более детальный отчёт обо всём произошедшем появится у него, но пока этого не случилось. Многое повидавшему аграфу приходилось лишь крепко сжимать зубы и надеяться на то, что он ошибается, и его дочери всё-таки удалось сбежать.

Не стоило верить этим ублюдкам, не стоило, твердил сам себе аристократ, а потом внезапно случилось чудо, пришло известие от Агаты, которая сообщала, что с ней всё в порядке, и она благополучно оказалась на борту своего корабля. Также она подтвердила, что выполнит волю отца во что бы то ни стало, и они улетают из Келлоса.

От сердца барона отлегло, значит, всё-таки заварушка случилась с кем-то другим, и в подтверждение этих мыслей ему поступил звонок от уже знакомого абонента.

— Господин барон, — послышался самоуверенный голос, — ваша дочь покинула планету. По-моему, все предварительные договоренности с нашей стороны были соблюдены, теперь дело за вами.

— Где и когда? — скупо поинтересовался Дижар.

— Не стоит тянуть, через сорок три минуты, мы запросили от вашего имени консультацию. Там, в присутствии трибуна, вы объявите о своём решении. Вам ведь уже не терпится бросить вызов?

В словах говорившего чувствовалась неприкрытая издёвка, и барон прекрасно улавливал её, однако собеседник абсолютно прав, слово было произнесено, условия исполнены, и теперь дело осталось за его частью договорённости.

— Не опаздывайте, я не люблю ждать, — холодно ответил немолодой аристократ представителю графа Ноалля и разорвал связь.

Что такое сорок три минуты? Это просто безбрежный океан времени, главное, знать, как правильно им распорядиться. То, что он вряд ли сможет пережить этот бой, Дижар прекрасно понимал, как был полностью уверен и в том, что его противник не успокоится, и рано или поздно его руки могут дотянуться и до его дочери, а значит, необходимо напоследок постараться позаботиться и об этом. Только надо сделать всё так, чтобы раз и навсегда избавиться от этой проблемы.

Барон Лориналь прикрыл глаза, вспоминая события давних дней, далеко не всегда его можно было бы назвать истинным аристократом и поборником чести, было в его биографии и несколько весьма сомнительных моментов, о которых он предпочитал даже не вспоминать. Жизнь в приграничье полна неожиданностей, и вот одной такой, случившейся в его юности, Дижар и собирался воспользоваться, хотя сам себе когда-то пообещал забыть о том случае навсегда. Когда-то он пошёл на преступление, сохранил жизнь беглецу, который оказался в его лене, скрываясь от преследователей. Человек был ранен, когда его доставили сыну хозяина системы после того, как патрульная эскадра подбила суденышко, появившееся в охраняемом ею звездном пространстве без идентификатора. Однако во время допроса он каким-то невероятным образом сумел убедить молодого ещё тогда баронета сохранить ему жизнь, пообещав, что если когда-нибудь ему понадобятся услуги особого рода, то они будут оказаны, несмотря на сроки давности. Молодой аграф, каким он тогда был, и сам в сложившейся ситуации не понимал, почему решил не передавать пленника преследователям. Дижар искренне презирал всевозможных неполноценных разумных, но именно в тот момент, глядя в лицо немолодого представителя хомо, которых он считал откровенной грязью под ногтями, без страха смотревшего своими забавными узкими глазами на высокого представителя старшей расы, принял сомнительное решение и укрыл пленника, уничтожив его корабль. Преследователем не осталось ничего, кроме как осмотреть оплавленные обломки и отбыть восвояси, чтобы, возвратившись, отчитаться в уничтожении беглеца.

Человеку оказали помощь и позволили покинуть пространство империи, благо, до границы было всего ничего. Правда, подобный опрометчивый поступок вызвал гнев у вернувшегося из метрополии отца, практически сразу узнавшего о деталях действий его сына. Он в ярости чуть было не отрёкся от него, но в конечном итоге оттаял, и вот теперь, похоже, настало время вспомнить о должнике.

Порывшись в своей обширной памяти, хранящей множество воспоминаний, барон Лориналь выудил алгоритм действий, переданный ему когда-то для связи, и набрал закодированное сообщение, попутно прикрепив к нему номер одного из анонимных счетов на весьма приличную сумму. Оставалось надеяться, что адресат ещё жив. Сообщение было отправлено, и барон поднялся из своего кресла, повторил недавние действия с личным хранилищем и не спеша облачился в дорогостоящий скафандр. Придирчиво осмотрел комплект боевой экипировки, затем разместил на себе в универсальных креплениях личное оружие, после чего взял в руки свой фамильный клинок. Этот меч достался ему от отца, по элегантной гарде шла волна вычурных иероглифов древней церемониальной письменности аграфов, в витиеватых символах была зашифрована вся родословная его семьи. Клинок по традиции принадлежал старшему в роду, вписано сюда и имя Дижара Лориналя. Барон медленно выдвинул меч на четверть и всмотрелся в лезвие.

— Ну что ж, старый друг, надеюсь, ты послужишь мне сегодня так, как служил моим предкам, — вернув меч в ножны, барон разместил его в специальных фиксаторах на спине и придирчиво осмотрел себя в зеркальной панели.

Мужественное худощавое лицо со слегка заостренными ушами, по-прежнему чёрные прямые волосы. На мгновение тень печали промелькнула в его глазах, но аграф тут же высоко поднял подбородок и с вызовом уставился на собственное отражение. Дижар усмехнулся, глядя на своё лицо, и произнёс:

— Ну что, господин барон, пора? — кивнув самому себе, он развернулся и направился к двери, на ходу вызывая аэротакси и сообщая представителям юридической фирмы о предстоящем событии и назначенном времени мероприятия.

Хранилище он закрывать не стал, благоразумно переведя контейнер с личным имуществом в режим, при котором тот превращался в бомбу, реагирующую на любое прикосновение. Теперь на всё плевать, да и ничего особо важного там уже нет, но, вполне возможно, посланцы Ноалля окажутся неосмотрительными и поплатятся за свои действия. Дижар не спешил, он шёл размеренным шагом, гордо подняв голову, как и подобает истинному аристократу. Спустился в холл, пересёк его и разместился в летательном аппарате, после чего направил его по хорошо известному всем и каждому на Секундоне адресу. К моменту, когда он поднялся в зал заседаний, его уже окружила группа нанятых им юристов, помощников и советников, прямо по пути засыпая его всевозможными вопросами касательно неожиданного незапланированного заседания. Барон не стал ничего скрывать и прямо сообщил о том, что он планирует предпринять. Его, конечно же, сразу же ожидаемо попытались отговорить, уверить, что его дело абсолютно выигрышное и не требует столь радикальных действий, но Дижар был непреклонен, он прошёл в помещение и занял отведённую ему левую половину зала, оставив своих сопровождающих в пяти шагах за спиной.

Ноалль уже присутствовал здесь, также окружённый всевозможными помощниками, отец Агаты даже не посмотрел в его сторону, прекрасно понимая, что увидит довольно ухмыляющуюся физиономию своего врага. А подобного удовольствия он ему предоставлять не желал.

Трибун, рассматривающий данный спор аристократов, появился перед собравшимися ровно в назначенное время и торжественно провозгласил о начале церемонии, а затем занял своё место. Секретарь что-то вещал, доводя до сведения присутствующих протокольные фразы, но все они проскользнули мимо барона, он стоял и, гордо подняв голову, смотрел перед собой, как будто всё происходящее сейчас в богато украшенном зале его уже не касалось. Он терпеливо ждал того момента, когда сможет произнести слова, которые позволили сохранить жизнь его дочери.

— Барон Дижар Лориналь, насколько я понимаю, это именно вы инициировали проведение данного заседания. Видимо, вы намереваетесь что-то нам сообщить?

— Вы совершенно правы, — холодно произнёс аграф, — я устал от этих бесконечных собраний и препирательств, поэтому я решил закончить дело, ускорив его.

— И каким же именно образом вы намереваетесь его ускорить, любезный барон? — заинтересовался трибун.

— Я прибегаю к древней традиции высокородных подданных империи и требую права на «алартан», — провозгласил немолодой аграфский аристократ, после чего весь гомон, стоящий в зале, моментально стих.

— Что же, я вас услышал, но по той же традиции я обязан задать вам несколько вопросов, — продолжил трибун, даже не изменившись в лице, хотя подобные заявления ему доводилось слышать весьма нечасто.

— Готов ответить, — кивнул барон.

— Вы полностью отдаёте отчёт в собственных действиях?

— Да, полностью.

— Вы по собственной воле и без принуждения приняли это решение?

— Да.

— Вы намереваетесь лично участвовать в поединке или выставить защитника чести вместо себя?

— Я намереваюсь сражаться лично.

— Вы осознаёте последствия поединка?

— Осознаю, я всё решил, и не стоит тратить мое время.

— Граф Ноалль, — трибун перевел взгляд на правую половину зала, — вам брошен вызов согласно древнему обычаю. Вы согласны его принять?

— Похоже, господину барону не остаётся ничего другого, кроме как попытать счастья на арене, — послышался ехидный голос графа, — я согласен.

— Планируете ли вы участвовать в поединке лично, или выставите вместо себя защитника чести?

— Не пристало графу сражаться с тем, кто ниже его по титулу, я выставляю защитника чести.

— Как вызванная сторона вы имеете право на выбор времени и условий поединка. Прошу озвучить их.

— Не будем тянуть, господин барон очень спешит, поэтому здесь и сейчас. В качестве защитника чести я выбираю Винса Таласара, бой без экипировки, парными ножами и с блокиратором нейросети, — выставил свои условия Ноалль, и в зале послышалось перешептывание.

— Это все ваши условия?

— Все, господин трибун, я думаю, что для барона этого будет вполне достаточно.

— Ну что ж, все условия соблюдены, и раз все присутствующие с ними согласны, то ход данного дела решится согласно обычаю. Во славу империи, заседание окончено.

Первыми на выход направились сопровождающие графа Ноалля, барон же не сдвинулся с места, продолжая смотреть перед собой на поднимающегося со своего кресла судью. Этот представитель судебной системы был ему неинтересен, но чересчур довольного собой графа, сверх положенной меры, ему хотелось видеть гораздо меньше. Юристы, которых он нанял, и которые достаточно длительное время защищали его интересы, так и продолжили стоять за его спиной, не делая попыток приблизиться к своему нанимателю. Сейчас в их усилиях не было никакого смысла, барон Лориналь самостоятельно решил закончить это дело таким вот, не самым популярным способом, и теперь получается, что они уже ничем не могут ему помочь. Им остаётся лишь зафиксировать результаты поединка и закрыть это дело.

Почувствовав, что пора двигаться и ему, Дижар развернулся и, словно клинок, прошёл сквозь строй стоящих позади него разумных, он прекрасно знал, куда ему нужно идти, за долгие месяцы пребывания на этой проклятой планете он успел изучить каждый закоулок огромного величественного дворца, в котором за время его существования происходили миллионы судилищ.

Пройдя несколько шагов, барон получил личное сообщение, которое состояло всего из четырех слов: «Заказ принят. Долг закрыт». Усмехнувшись, аристократ продолжил движение и прошёл в специально предназначенную для одного из поединщиков комнату. Не спеша разоблачился, сняв с себя скафандр, на всякий случай ввёл программу уничтожения и в нём. Если ему не повезёт, то через некоторое время интеллектуальная система навороченного скафа самоуничтожится, превратив его в пустую выжженную болванку, годную разве что на запчасти. Барон остался только в простом удобном комбинезоне, большего, в принципе, ему для боя и не нужно. Немного подумав, аграф взял в руки свой родовой клинок и направился на выход.

По традиции у него должен был быть секундант, и он его обнаружил, выйдя из помещения. Достаточно юный, судя по его внешности, молодой аграф склонил голову и сообщил ему о том, что именно он выбран на эту роль.

Дижар смерил его пронзительным взглядом и поинтересовался:

— Почему компания выбрала именно вас?

— Я не знаю, — честно признался парень, потупив взгляд, не очень-то он, похоже, верил в положительный исход поединка.

— Ты аристократ?

— Да, ваша светлость, я баронет.

— Как вас зовут, господин баронет? — улыбнулся Дижар.

— Шекли Цинтро, господин барон, к вашим услугам.

— Ну что же, Шекли, надеюсь, ты простишь старику подобную фамильярность. Тогда у меня будет к тебе одна просьба, возможно, последняя, поэтому я хочу, чтобы ты дал мне слово чести, что ты выполнишь её.

— Даю слово чести, что выполню вашу просьбу, если это будет в моих силах, — согласился секундант.

— Хороший ответ, грамотный, ты далеко пойдёшь. Возьми мой родовой клинок и постарайся сделать так, чтобы он вернулся к моей дочери Агате Лориналь. Информацию о ней, я думаю, ты найти сможешь.

Парень внимательно посмотрел в глаза немолодого барона, потом перевёл взгляд на клинок, протянутый в его сторону, затем осторожно принял его и кивнул.

— Я обещаю вернуть его вам, если вы выйдете победителем, или сделаю всё, чтобы выполнить ваше волеизъявление, господин барон.

— Выполнение моей просьбы может потребовать финансовых усилий, поэтому прошу сообщить мне ваш банковский счёт, юноша.

Парень вновь кивнул и тут же переслал барону сложную последовательность букв, цифр и уникального идентификатора, а через несколько секунд его глаза слегка округлились, когда он осознал, на какую именно сумму внезапно стал богаче.

— Господин барон, мне кажется, что вы слегка ошиблись, — выдохнул секундант.

— Отнюдь. Я хочу быть уверен, что у тебя удастся выполнить мое поручение. Береги его, — Дижар протянул руку и положил её на плечо секунданта, — а теперь мне пора, — он обошёл замершего с родовым клинком в руках юношу и направился в сторону специально созданной для подобных случаев арены.

Промахнуться было невозможно, здесь участников боя уже ожидали представители технического персонала. Один из служителей укрепил на его голове специальный обруч, блокирующий работу нейросети, и картинка дополненной реальности перед глазами барона исчезла. Второй предложил ему на выбор несколько вариантов парных ножей. Аграф внимательно осмотрел оружие и принял решение, взяв два отличающихся по форме клинка, после чего, более ни на что не обращая внимания, вышел на идеально гладкую поверхность, напоминающую собой шероховатый камень, хотя на самом деле это был препятствующий скольжению пластик. Его противник уже находился на своей половине арены, и с первого взгляда стало понятно, что Ноалль не зря выбрал именно его. Этот аграф имел достаточно крепкое телосложение, и весь его вид показывал то, что он пришёл сюда убивать и полностью уверен в собственных силах. Бретёр не красовался, он просто стоял, выпрямившись во весь рост, слегка расставив ноги. В опущенных вдоль тела руках находилось два ножа, а на голове точно такой же, как и у его соперника, блокиратор нейросети. Всё это отчетливо говорило барону только об одном — против него выставили профессионала, в победе которого граф или нанятые им специалисты были полностью уверены.

Дижар не боялся, он был убежден в том, что всё сделал правильно. Арена для поединков была многофункциональной, участники имели право выбрать любой вид оружия. Это могли быть как клинки, так и бластеры, да хоть штурмовые винтовки, только в тех случаях активировался энергетический экран, защищавший зрителей. В этот раз необходимости в нём не было, и все собравшиеся на довольно редкое зрелище уже сидели на своих местах.

— Участники готовы? — послышался голос трибуна, усиленный динамиками.

Оба поединщика медленно подняли правые руки вверх, сообщая всем присутствующим о том, что они готовы к битве.

— Во славу империи и истинной власти, да свершится «алартан»! — провозгласил представитель закона, и вслед за этим послышался звук ревуна, после чего оба бойца медленно начали двигаться по кругу.

Все детали предстоящего сражения должны быть соблюдены. Полкруга вправо, полкруга влево для оценки движений своего визави, потом противники идут на сближение. Тянуть с началом боя считалось постыдным, а оставить после себя такой след для Дижара было недопустимым. Устройство на голове отключало весь набор нейрооборудования, а значит, сейчас в поединке схлестнётся только чистый профессионализм воинов. Лишь то, что успел изучить, и то, как следил за собой, поможет победить.

Судя по движениям оппонента, Ноалль не зря выбрал именно это архаичное и примитивное оружие, руки аграфа, который был явно гораздо моложе барона Лориналя, пришли в движение и начали закручивать затейливую вязь. Клинки в ладонях бойца постоянно меняли своё положение в пространстве, причём смену хвата он производил настолько быстро, что даже неискушенный наблюдатель сразу же понимал, что видит перед собой серьёзного профессионала. Барон подобными навыками похвастаться не мог, хотя благодаря своему отцу, старавшемуся подготовить отпрыска к любым жизненным ситуациям, и собственному трудолюбию, кое-что умел и он. Хотя, конечно же, немолодой аристократ предпочёл бы сражаться принадлежащим ему родовым клинком, на это он и надеялся, но тут бесчестный граф его переиграл. Ничего-ничего, пока остается сила в руках, есть и шанс на победу.

Дижар постарался расфокусировать зрение, чтобы максимально охватить картину целиком, нет смысла следить за руками, ловкий и хорошо обученный противник старается отвлечь внимание, чтобы нанести удар. Шаг вперёд, ещё один, бретёр увеличивает скорость взмахов, добавляет обманки, его движения плавны, и он постоянно меняет направление хода своего оружия, но взгляд барона не отвлекается на ложные финты. Враг уже совсем близко, но нападать пока нельзя, и он это прекрасно понимает, нужно дождаться атаки, и буквально через две секунды она последовала. Метод наблюдения за противником, применённый Лариналем, сработал, и он практически инстинктивно чиркнул ножом в то место, куда бретёр попытался нанести свой первый удар. Лезвие клинка почувствовало сопротивление, и боец тут же разорвал дистанцию, даже не обратив внимания на довольно впечатляющий порез на своем левом предплечье. Пока делать какие-то выводы из одного удачного выпада не стоило, потому что опытный воин вновь пришёл в движение, и амплитуда его махов увеличилась, он уже понял тактику барона, поэтому позволил ранить себя ещё раз, причём подставил ту же самую руку, правда, порез оказался неглубоким. Следующий выпад Дижар проигнорировал, отступив слегка назад и сделав обманное движение, а вот на четвёртый повёлся, за что тут же поплатился, клинок профессионала вспорол ему правую руку, рассекая мышцы, сухожилия и нервы. Барон, не удержавшись, вскрикнул и попытался отступить, но ему не позволили этого сделать. Удары посыпались один за другим, словно в насмешку, опытный боец лишил его и второй руки, а затем произвел несколько точечных уколов в нервные узлы, полностью обездвижив верхние конечности аристократа. Комбинезон барона стал окрашиваться алым, но его взгляд по-прежнему был холоден, он уже справился с болью, и сейчас все его силы уходили на то, чтобы устоять на ногах и сохранить своё лицо. Он прекрасно знал, что в данный момент его снимает множество камер, да и большая часть присутствующих ведёт протокольные записи на нейросеть, так что рано или поздно увидит эту схватку и его дочь. Расслабившийся боец, не опасаясь уже ответной атаки со стороны барона, опустил руки и медленно обошёл его по кругу, показывая всем зрителям всю беспомощность Дижара, затем встал прямо перед ним и молниеносно нанёс серию ударов, поражая жизненно важные органы аристократа.

Немолодой аграф, вышедший на поединок с профессиональным убийцей, был уже мёртв, хотя его мозг всё ещё цеплялся за эту ускользающую реальность. Губы барона Лориналя растянулись в лёгкой полуулыбке, обнажая окровавленные зубы, и беззвучно прошептали:

— Запомни это, Агата, запомни, — затем ноги Дижара подкосились, и он рухнул на колени, а воодушевленный лёгкой победой и, по всей вероятности, немаленьким гонораром бретёр поднял вверх руки с окровавленными клинками и, слегка помахивая ими в разные стороны, не спеша поворачивался на одном месте, приветствуя зрителей и таким образом демонстрируя явную победу своего нанимателя.

Огонь жизни в глазах барона угас, а в следующую секунду в том месте, где он стоял, зажглось маленькое солнце, сработал имплант, который превратил пространство диаметром около пяти метров в раскалённое облако плазмы. Боец, стоявший в этот момент спиной к поверженному противнику, даже не понял, что его убило. Никакой блокиратор нейросети оказался не способен отключить достаточно просто сделанное устройство, давным-давно замаскированное под один из обычных модулей, расширяющих возможности нейросети. Толпа зрителей мгновенно замолчала, хотя только что радостно гудела, на все голоса обсуждая ритуальный поединок, у многих оказались повреждены глаза, но когда они все-таки смогли восстановить своё зрение, то увидели в центре лишь обугленную площадку, на которой не осталось никаких следов. Через некоторое время первый шок прошел, и вновь раздался, правда, теперь уже недовольный, гомон.

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Агата раз за разом просматривала записи последних минут жизни своего отца, по её просьбе искин смог прочитать по губам, что же прошептал Дижар перед смертью. Все, кто находился в этот момент в рубке древнего рейдера, хранили тягостное молчание, не решаясь заговорить с девушкой, которая только что лишилась единственного члена своей семьи.

— Я не забуду, отец, я никогда этого не забуду, — еле слышно прошептала Агата, ещё немного посидела и затем поднялась со своего места.

— Прошу прощения, господа, мне нужно побыть одной. Дэн, перемести меня, пожалуйста, в каюту, — попросила она и, искин тут же выполнил желание аграфки.

В рубке остались весьма озадаченные только что увиденным зрелищем немолодые мужчины и Ванда, бессменно занимающая ложемент пилота.

— Хреновые дела, Даг, — задумчиво произнёс профессор Ветров, — что-то не кажутся мне хваленые аграфы такой уж высшей расой. Натуральные дикари.

— Я думаю, на этой станции нам делать точно нечего. Девочку сейчас лучше не трогать, — ответил старик, забираясь в кресло командира.

— Дэн, разворачиваемся и улетаем. Уходи на максимальное удаление, включай маскировку, и совершаем переход в Аратан, поищем базу на человеческой территории.

— Принято, старший офицер Борн, — доложил псевдоживой интеллект корабля, и двигатели дрейфующего рейдера активировались.

«Арес» не спеша сдвинулся с места и начал плавно ускоряться, Ванда слегка подкорректировала курс, оправдывая свое присутствие, а затем поинтересовалась у мужчин:

— Как думаете, стоит ее сейчас оставлять одну? Что-то я за нее переживаю.

— Ей нужно время, по крайней мере, в данный момент, но потом, ты права, ей понадобится наша помощь, и, скорее всего, тут предстоит поработать именно тебе, ты же все-таки женщина, возможно, тебе будет проще поговорить с ней, — пояснил профессор.

— Хорошо, я попробую, — пообещала Ванда и вновь откинулась в ложементе, сливаясь разумом с системами корабля.

Глава 11

На пороге войны

Глава 11. На пороге войны

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ КОМПЛЕКС «НАСЛЕДИЕ»

Пробуждение выдалось странным, хотя подсознательно я чего-то такого и ожидал. Открыть глаза я смог, но на этом успехи с двигательной активностью закончились, тело абсолютно не слушалось. Если учесть то, чем я вчера занимался, то это наверняка произошло из-за грозди ментомодулей. Попытка запуска сферы поиска для того, чтобы понять, что с ними происходит, не увенчалась успехом, вообще не смог почувствовать наличие пси-источника, похоже, всё-таки где-то напортачил. Визуал нейросети также отсутствует, так что не могу даже понять, сколько проспал. Переместить взгляд не получается, а вот это уже странно, каким же образом я тогда смог открыть глаза, непонятно. И что же делать? Самое печальное, что даже помощи попросить у Хильдура не могу. Пока он ещё обратит внимание на мое нетипичное поведение и забьёт тревогу.

Какое-то время просто лежал и изучал потолок, а потом изображение почему-то вдруг само собой начало тускнеть и исчезло, и вместо него побежали уже знакомые строчки на русском языке.

— Распаковка ядра основного управляющего контура ментомодуля «Первопроходец» выполнена успешно. Минимальная лингвистическая база собрана.

Запуск процедуры генетической идентификации и привязки к носителю.

— Генетический код носителя получен.

— Генетический код не соответствует основным настройкам модуля. Для корректной установки основного управляющего контура ментомодуля «Первопроходец» применены усредненные значения.

— Генетическая привязка произведена.

— Обнаружено условно-совместимое нейрооборудование.

— Производится интеграция по аварийному протоколу.

— Подключение к нейрооборудованию произведено.

— Анализ архитектуры нейрооборудования.

— Анализ архитектуры нейрооборудования завершён. Возможна полноценная интеграция всех компонентов сборки при условии получения разрешения от носителя.

— Частичная интеграция основного управляющего контура ментомодуля «Первопроходец» произведена.

— Обнаружен пси-источник.

— Анализ структуры пси-источника.

— Уровень продуцирования ментальной энергии отвечает минимальным параметрам. Подключение возможно.

— Перезагрузка.

Мир перед глазами потемнел, но уже через секунду я вновь ощутил собственное тело. Всё-таки у меня получилось, перед глазами три раза мигнул герб империи Арай, и появился уже привычный интерфейс нейросети, а в следующее мгновение прямо внутри черепной коробки раздался знакомый до боли голос:

— Виртуальный псевдоинтеллект ментомодуля «Первопроходец» активирован. Приветствую носителя.

— Ну, привет, интеллект.

— Обнаружена информация о личностных настройках ментомодуля «Борей». Произвести синхронизацию?

— А ты быстро соображаешь, давай попробуем, — решил я, и буквально через несколько секунд в уголке экрана визуализировалось миниатюрное изображение железного дровосека.

— Фил, ты, что ли? — выдохнул я. — А я думал, что навсегда тебя потерял.

— Желаете перенести всю сохранённую информацию и актуализировать ментомодуль «Первопроходец»?

Мультяшный персонаж говорил абсолютно тем же голосом, каким со мной всегда общался мой прежний виртуальный помощник.

— Давай, — разрешил я, — коней на переправе не меняют. Делай, как было раньше.

— Внимание, обнаружено несоответствие темпоральных параметров кластеров физической памяти, предполагаю повреждение головного мозга носителя.

— И не говори, ещё какое повреждение. Я, собственно говоря, этими мозгами совсем недавно обзавёлся, — поделился я своими бедами.

— Мне необходимо время для того, чтобы произвести считывание всей информации, в данный момент проращивание искусственных нейронов ещё не закончено. По завершении данного процесса я смогу полностью восстановить недостающие кластеры памяти носителя. Требуется разрешение пользователя на полноценную интеграцию доступных к установке ментомодулей.

— Что-то в прошлый раз ничего такого не требовалось, ну, да ладно, даю добро.

— Предварительное время полноценной интеграции модулей первого звена — восемнадцать часов одиннадцать минут.

— Нормально, самое главное, что всё заработало.

— Установленное нейрооборудование полностью совместимо с ментомодулями и позволит создать полноценный энергоинформационный кластер.

— Вот и славно, давай, работай, а я что-то уже залежался, пора и перекусить. Слушай, — спохватился я, — а мне, как в прошлый раз, железяки всякие жрать не придётся?

— Некоторые ментомодули могут потребовать для полноценного раскрытия потенциала внесения дополнительных материалов.

— Значит, придётся. Ну, да ладно, это дело уже привычное, да и вернуть прежнюю кондицию мне не помешает. Ладно, ты давай тут, обживайся, делай всё по высшему разряду.

Поднявшись на ноги, я по-быстрому привёл себя в порядок в небольшой, но достаточно функциональной туалетной комнате и направился уже знакомой дорогой к пищевому синтезатору. Есть хотелось изрядно, видимо, пока я спал, ментомодули мигрировали и начали перестройку организма.

— Хильдур, доброе утро.

— Скорее, уже добрый день, господин Винд. Насколько я могу судить, процедура интеграции грозди ментомодулей прошла успешно.

— Ты прав, всё работает просто прекрасно, правда, теперь придётся поглотить ряд материалов, но раз надо, значит, надо.

— При необходимости я могу вам предоставить специальные легкоусвояемые капсулы с требуемым набором элементов.

— Ну вот, значит, жизнь налаживается. А может, ты мне их сразу в еду намешаешь?

— Пищевой синтезатор не запрограммирован на подобные действия, но чисто технически вы можете сделать это самостоятельно.

— Ну, тогда давай стандартный набор основных элементов, необходимых в качестве строительного материала, — согласился я на это щедрое предложение.

— Принято к исполнению, — доложил искин, и к тому моменту, как я достал поднос с выбранными для завтрака блюдами из синтезатора, на столе меня уже ждал маленький пластиковый контейнер с полупрозрачными капсулами величиной чуть больше, чем те, которыми меня когда-то лечили на Земле.

Оценив размеры этих пилюль, я прикинул, что нет смысла портить вкус блюд, поэтому достаточно быстро проглотил их, запив приятным освежающим напитком, после чего накинулся на еду. Давно с таким аппетитом не ел, вот что значит, блага цивилизации. Сейчас я с омерзением вспоминал ту бурду, которую мне приходилось употреблять на Марсе.

Пока завтракал, размышлял обо всем произошедшем. На данный момент я практически полностью вернулся к своему прежнему состоянию, причем кое-что даже стало гораздо лучше, правда, пси-источник уменьшился, но я его натренирую, опыт, как говорится, не пропьешь, так что за этим дело не станет.

Закончив с приёмом пищи, я спросил у Хильдура, существует ли у него средство для подключения к интернету и выхода на связь с интересующим меня человеком. Искин сообщил, что такая возможность имеется, причём он в состоянии сделать это таким образом, чтобы отследить точку подключения было нереально, и попросил обозначить критерии поиска.

— Полковник Лаврентьев Алексей Николаевич, попробуй поискать его, — попросил я, но через несколько минут пришел ответ, что никаких сведений ни о каком полковнике Лаврентьеве найти не удалось, хотя людей с полностью совпадающими данными нашлось несколько тысяч.

Пришлось вспоминать былые времена и при помощи вновь обретенного Фила вытаскивать из памяти образ офицера, каким я его запомнил. Однако и тут всё оказалось не так просто, внешне похожих людей нашлось по всей Земле больше пятидесяти, но ни одного Лаврентьева среди них мне опознать не удалось, видимо, шифруется представитель секретной организации, да и никаких контактов для связи с ним не осталось. Запрос по поводу Управления «С» также ничего не дал, вот тут вообще странно, искин уверил меня, что просеял квантибайты информации, неужели возможно настолько хорошо подчистить концы? Поискал данные на себя, нашел, но оказалось, что прапорщик Ветров признан погибшим почти десять лет назад. Похоже, придётся слегка попутешествовать, а это значит, что мне необходимо добраться как минимум до Челябинска, там точно есть один из объектов управления, это, по крайней мере, значительно ближе, чем пиликать до Москвы.

— Хильдур, а есть ли у тебя в загашнике какие-нибудь боевые скафандры? — поинтересовался я.

— Разнообразные модели снаряжения в хранилище имеются, какие именно задачи вы планируете выполнять?

— Да кто ж его знает, нужна нормальная полноценная броня, многофункциональная, но не слишком громоздкая, а если она еще будет компактной и предназначенной для скрытого ношения, то вообще идеально.

— Я могу предложить вам на выбор три комплекта, к сожалению, боевых модификаций в наличии не имеется, к тому же, даже если бы они и были, то я не смог бы их вам предоставить.

— Это почему же? — не понял я.

— У вас отсутствует стандартная нейрометка принадлежности к силовым структурам империи.

— То есть, как это отсутствует? Я вообще-то гвардеец, я Полигон проходил.

— Возможно, когда-то вы им были, но после разрушения вашей физической оболочки она исчезла, необходимо пройти повторную процедуру.

— А ты мне можешь ее проставить?

— Я не уполномочен проводить подобные процедуры.

— Да уж, обрадовал ты меня. И что в таком случае ты можешь мне дать?

— Исходя из ваших предпочтений, я могу посоветовать вам выбрать универсальный гражданский пустотный комплект «Спенсер», по своим характеристикам он близок к лёгкому штурмовому скафандру, но обладает меньшим функционалом и слабее бронирован, однако предназначен для компактного ношения, что позволит вам использовать его скрытно.

— Давай посмотрим все варианты, — попросил я, и в пространстве передо мной визуализировались три фигуры, облачённые в чем-то схожие, но всё-таки разные модели скафандров.

Ну что ж, выглядели они неплохо, причём тот, который посоветовал Хильдур, действительно показался мне серьёзнее, а после того, как я попросил продемонстрировать, что такое возможность скрытного ношения, скафандр начал складываться, и буквально за пять секунд на фигуре остался лишь привычный комбинезон. Проекция повернулась на сто восемьдесят градусов, и я увидел утолщение вдоль всего позвоночника, шириной, на взгляд, сантиметров в двадцать.

— Нормальная штука, — сделал я вывод, — давай на нём и остановимся. Оружие, насколько я понимаю, ты мне тоже не дашь?

— Совершенно верно.

— И на том спасибо, — не стал я спорить, тем более это было бесполезно.

Я уже не раз пытался выяснить, чем бы я тут мог поживиться, но даже полной схемы объекта искин мне не предоставил, а на мой прямой вопрос огорошил меня информацией о том, что в большую часть комплекса доступ без личного разрешения Афаины закрыт для всех. По его словам, там находятся стазис-камеры с разными биологическими организмами, проектированием которых занималась представительница арай, и многие из них вышли весьма агрессивными. Здраво рассудив, что мне действительно это не нужно, мало ли что она могла тут напридумывать, тем более и с микробиологией она здесь усиленно экспериментировала, а заработать какую-нибудь экзотическую трахому мне совсем не хочется, лечи ее потом.

Примерив доставленный комплект, несколько раз активировав и деактивировав сам скафандр, я убедился, что всё функционирует просто прекрасно, как, впрочем, и любая техника Арай, с которой я работал. Затем задумался над тем, что же делать дальше, то, что сидеть бесконечно в этом комплексе нет смысла, я понял давно, но какие конкретно действия предпринять? Родителей уже нет, к родственникам особо не тянет, не слишком-то они обо мне в прошлом переживали, в лучшем случае могли прислать открытку в социальной сети на день рождения, а если считать, что дата была там придумана рандомно в целях безопасности, то приходили они совсем не к празднику. Но делать что-то всё-таки нужно, Лаврентьева простым путем найти не получилось, видимо, служба, которая занимается обеспечением режима секретности, очень качественно подчистила любые упоминания о нём, значит, надо искать самостоятельно. Для начала нужно добраться до Челябинска, а это без малого шесть с половиной тысяч километров. Хран ещё не активировался, да и после того, как он начнёт накапливать энергию, времени до его заполнения пройдет ещё очень много, так что телепортация — это не вариант. Следовательно, придётся путешествовать по старинке, выходить на трассу и ловить попутку. Связываться с военными, которые охраняют место крушения, не стоит, ничего хорошего из этого не получится, только усугублю ситуацию. Попросив у Хильдура карту из интернета, я призадумался над маршрутом. Да уж, придётся потрудиться или каким-то образом искать альтернативные варианты.

— Слушай, — обратился я к искину, — насколько я понимаю, за последнее время жизнь на Земле сильно изменилась, компьютерные технологии, электронный документооборот и всё такое. Есть ли возможность сгенерировать для меня какие-нибудь документы? У тебя же серьёзные вычислительные мощности, ты мне нейросеть разработал в два счета, наверняка в состоянии и это сделать. Ну, и было бы неплохо разжиться местными деньгами, они и в моё-то время были в основном электронными, а теперь и подавно. Или тоже начнешь мне рассказывать про законность?

— Это не составит особых проблем, я могу синтезировать вам даже оригинальные бумажные документы со всеми степенями защиты и внести информацию о новой личности в любые базы данных, или же воспользоваться какой-нибудь существующей личностью. Насколько глубоко вы желаете проработать легендирование?

— Чем больше, тем лучше, мне тут, может быть, жить придётся.

— На какое имя создавать личность? Назовите основные критерии: имя, возраст, место учебы, род деятельности, — начал перечислять Хильдур.

— Знаешь, я тут подумал, — перебил я его, — а зачем мне что-то создавать, если у меня есть мои — Борислав Ветров, 1985 года рождения.

— Бор, боюсь, что вы не выглядите на этот возраст, у представителей власти могут возникнуть вопросы, это создаст дополнительные трудности при интеграции в общество в условиях чрезвычайного положения, введенного на территории государства.

— Тоже верно, — согласился я, — давай, тогда делай на Сергея Ивановича Кузнецова, тридцати пяти лет, пусть буду помоложе.

— Принято к исполнению, — доложил искин, и буквально через десять минут предоставил мне самый натуральный паспорт, правда, он немного отличался от того, каким я его запомнил, добавились еще технологии биометрии, но Хильдур заверил меня, что документ пройдет любые проверки.

К сожалению, телефон, которым все тут пользовались для оплаты, в условиях комплекса создать не удалось, но искин предложил свой вариант, причём устроивший меня полностью. Весьма неброские наручные часы, скрывавшие в себе хоть и относительно простой, но достаточно неплохой искин, который будет играть роль как платёжного средства, так и устройства связи, я смогу через него общаться даже с Хильдуром, безопасный алгоритм он мне предоставил. Технологию, по которой проходила аутентификация, Фил смог освоить, эмулировать и внедрить без особых проблем, да и с подобным оборудованием работать прежде мне приходилось, так что никаких сложностей в его освоении не возникло. Личность я ему давать не стал, вряд ли он вообще был способен на это, слишком миниатюрный размер, да и если учесть, что в голове у меня сейчас разворачивается полноценный псевдоинтеллект, и его голос будет всегда со мной, то добавлять ещё один в копилку будет уже лишним.

На всякий случай я попросил сделать ещё кое-что, разгуливать в комбезе или скафандре по тайге — занятие весьма неоднозначное, поэтому я заказал для себя камуфлированный костюм, который позволил бы мне перемещаться и не так бросаться в глаза. Пару минут на синтез примитивного изделия, и вот я полностью готов покинуть гостеприимные апартаменты. Только теперь предстояло решить, как именно это осуществить. Хильдур мог телепортировать меня на относительно небольшое расстояние, ну, а дальше придётся действовать самостоятельно. Перед расставанием искин проинформировал меня о недопустимости разглашения факта наличия данного комплекса. Заверив его, что никто и никогда о нём от меня не узнает, я создал вокруг себя энергетический щит в форме яйца, и уже через секунду оказался за пределами секретного убежища Афаины Прокл, только благодаря которому мне удалось выжить.

Запустил сферу поиска, сориентировался в пространстве и три раза прыгнул, оказавшись таким образом в двухстах метрах от уреза воды. Теперь нужно отключить щит и, периодически проверяя окружающее пространство на наличие вероятной опасности, двинуться в сторону трассы. Сейчас идти можно было спокойно, организм полностью восстановлен, и, как мне кажется, я стал даже лучше, чем прежде. Всё-таки мне повезло оказаться именно здесь, хотя, может быть, всё это было таким образом и спланировано, не зря же у меня в голове маячил этот значок, не удивлюсь, если Афаина сделала ментальную закладку и таким способом вела меня. В любом случае, здоровье я поправил, кое-какими ништяками разжился, жаль, оружия нет, но я сам по себе оружие, надо только почаще об этом вспоминать.

Выйти на трассу удалось через пять часов, а ещё минут через пятнадцать я увидел приближающийся автомобиль. Обводы и логотип на передней части капота мне ни о чём не сказали, да и я, честно говоря, не сильно и надеялся на то, что водитель в этом глухом месте подберёт пассажира, поэтому приготовился мягко воздействовать на его разум, однако руку всё-таки поднял. К моему великому удивлению, применять пси не пришлось, машина заморгала поворотником и плавно остановилась возле меня, судя по тому, что передвигалась она практически бесшумно, мне попался какой-то электромобиль. Стекло пассажирской двери плавно опустилось и, заглянув внутрь, я увидел достаточно мощного бородатого мужика, которому по внешности можно было дать и сорок лет, и пятьдесят. Теперь понятно, почему он остановился, такие, как правило, мало чего боятся, сами кого хочешь в бараний рог согнут.

— Ты откуда тут такой взялся? — не слишком любезно поинтересовался он.

— Да вот, заплутал немного, не подбросишь до ближайшей цивилизации?

— До Облучья подкину, а там уже разберёшься, — пообещал мужик и разблокировал дверь.

Плюхнувшись на сиденье, я аккуратно закрыл дверцу, помня, что большинство автолюбителей трепетно относятся к этим моментам, но машина не тронулась с места.

— Братан, ремень накинь, без этого не поедет, китаец же, — улыбнулся мужик.

— Вот же техника, — пробурчал я и выполнил его требования, попутно осматривая интерьер чуда зарубежного автомобилестроения.

Да, серьёзно индустрия вперёд шагнула, во всю торпеду шёл мультимедийный экран, да и вообще, внутри оказалось очень даже симпатично.

— Как звать? — поинтересовался водитель.

— Сергей, — не моргнув глазом, представился я.

— А меня Николаем кличут, будем знакомы, — протянул он мне свою лапищу, которую я и пожал, отметив, что моя довольно крепкая ладонь в его краге просто потерялась, — какими судьбами в наших краях?

— Турист я, приехал посмотреть на Дальний Восток.

— Хех, — усмехнулся бородач, — ты ещё скажи, что из Москвы.

— Да нет, из Челябинска, — соврал я.

— Бывал там когда-то, — задумчиво проговорил мужчина. — А сам чем по жизни занимаешься?

— Военный я, в отпуске.

— Служишь, значит, понятно, это мы уважаем.

— Ну, а ты чем? — поинтересовался я для поддержания беседы.

— Да так, по мелочи, в основном строительство, но сейчас не до этого, разгребаем завалы на побережье.

Сразу же поняв, о чём говорит Николай, я решил не развивать эту тему и отвлекся, посматривая по сторонам. Мы как раз проехали мимо какого-то небольшого посёлка, причем на карте он не значился, буквально несколько домов.

— Никак цивилизация к нам не придёт. Сколько лет тут живу, а ничего не меняется, — многозначительно изрёк Николай, но вдруг внезапно панель на торпеде, находящаяся напротив меня, засветилась, и я увидел в ней знакомое лицо.

— Бор, это вы? — поинтересовался не кто иной, как полковник Лаврентьев, правда, на плечах у него находились уже генеральские погоны.

Я повернул голову и уставился в обалдевшие глаза мужика.

— Не стоит волноваться, система визуального распознавания лиц смогла идентифицировать вас с вероятностью в девяносто процентов. Как только мне доложили, я сразу же принял решение лично связаться с вами.

— Алексей Николаевич, вы же вроде полковником были?

— Значит, это всё-таки ты! Живой, чертяка, — улыбнулся Лаврентьев, — а я уж, честно говоря, начал переживать, что ты пропал насовсем.

Автомобиль резко затормозил, и Николай довольно грубо поинтересовался:

— Слышь, мужик, ты кто вообще такой? Что за херня тут творится?

— Я так понимаю, это водитель? — поинтересовался генерал, и я кивнул, подтверждая.

— Николай Игнатьевич, будьте добры, выйдите ненадолго из машины, дело государственной важности.

— Да вы там что, охренели? Почему это я должен из своей машины выходить, вы там что-то совсем попутали. Как вы вообще влезли в мою ласточку?

— Николай Игнатьевич, ещё раз повторяю, у нас тут дело государственной важности, пожалуйста, дайте нам несколько минут для конфиденциального общения.

Бородач что-то пробурчал себе под нос, но всё-таки отстегнул ремень безопасности, вышел из машины и, встав лицом к лобовому стеклу, выудил из кармана электронный заменитель сигареты и закурил.

— Борислав Сергеевич…

— Лучше Бор, мне так привычнее, — поправил я генерала, никогда не любил эти условности при общении.

— Бор, мне известно, что произошло при вашем возвращении на Землю, приношу вам искренние извинения от лица государства. Операцией занималось смежное ведомство, поэтому и получилось то, что получилось. В любом случае я рад, что у вас всё обошлось. Какие у вас планы? Возможно, вам нужна какая-то помощь?

— Ну, — посмотрел я сквозь стекло на водителя, — судя по всему, мне теперь нужен будет новый транспорт, но вообще-то на самом деле я именно с вами и планировал встретиться. Правда, не смог найти никакой информации о вас в интернете.

— Откуда же ей там взяться? — ухмыльнулся генерал. — А встретиться, так это без проблем. Вы сейчас на трассе «Амур», возле Ударного, ваши геоданные зафиксированы, и бот за вами я уже отправил, думаю, что через час-полтора они вас уже подберут и доставят в Москву. Здесь и поговорим.

— Добро, товарищ генерал, тогда отпускаю машину и жду ваших ребят.

Кивнув, Лаврентьев отключился, и мультимедийная панель погасла. Я вышел из машины и обратился к Николаю.

— Извини, братан, служба, сам видишь, даже в отпуске достать могут.

— Ты кто, мать твою, вообще такой, что тебе генералы названивают?

— Колян, не поверишь, обычный прапорщик.

Бородач с ехидцей посмотрел на меня и покачал головой.

— Если ты и прапор, то, видать, не простой, а с жопой золотой, — было видно, что мужик уже справился со своими эмоциями и успокоился.

— Видать, — улыбнулся я, — спасибо, что подвёз. Ты езжай, меня тут подберут.

— Ну, как знаешь, — спрятал парилку в карман мужчина, — ладно, давай, мне пора. Вот и зачем я, спрашивается, свои «Жигули» продавал, теперь буду постоянно думать, что она меня подслушивает.

Пробурчав еще что-то неразборчивое себе под нос, водитель сел за руль, и китайский автомобиль укатил. Я на всякий случай сошёл с трассы и, присев на землю, облокотился спиной о дерево. Похоже, прогресс на родной планете действительно далеко шагнул вперёд или это просто у ведомства Лаврентьева оказались достаточно длинные руки, чтобы в кратчайшие сроки обнаружить меня. Тут ведь и пятнадцати минут не прошло, как первая же камера срисовала мою внешность. Об этом я как-то не подумал, в любом случае, это даже к лучшему, своего я добился, теперь надо послушать, что мне в Москве скажут.

Бот появился через час с небольшим, опустился прямо на трассу, приглашающе открылась аппарель, и я вышел навстречу. Загрузился в него и сразу же ощутил, что мы взлетели. Дверь в отсек пилотов оказалась открыта, один из двух достаточно, на мой взгляд, молодо выглядящих мужчин встал и направился ко мне.

— Здравия желаю, — козырнул он, — вы Бор Винд?

— Всё правильно, — подтвердил я.

— Нам приказано доставить вас в Москву, дорога займёт примерно полтора часа. Вам что-нибудь нужно? Если что, есть сухой паёк, да и кофе можем поделиться, — улыбнулся парень.

— Есть не хочется, а вот от кофейка я бы не отказался.

— Сейчас организуем, — махнул рукой пилот и, вернувшись в рубку, принёс оттуда достаточно вместительный термос, расписанный под хохлому.

На мой немой вопросительный взгляд он сразу же пояснил:

— Это наш талисман, бабушка подарила. Только кофе сладкий, — предупредил он.

— С этой бедой мы как-нибудь разберемся, — успокоил я его, отвинчивая крышку, в нос сразу же ударил забористый аромат натурального напитка.

Налив себе порцию, я предался блаженной неге. Вмешиваться в работу парней и давать им указания по управлению малым космическим летательным аппаратом я не собирался. Хотя примерно через полчаса мне стало скучно, и я решил посмотреть, как они с этим справляются, тем более, проверив их, понял, что нейросетей нет ни у кого. Однако вели бот они вполне уверенно, значит, всё-таки наши спецы нашли способ освоить захваченную у ануаков технику. Пилоты оказались не особо разговорчивыми, либо были заинструктированы до дыр, поэтому я вернулся в пассажирский отсек и до самой столицы, вернее, ее пригорода, просидел молча, думая о том, какую именно версию событий преподнести высокопоставленному государственному служащему. Да и мысли о том, что же делать дальше, по-прежнему не находили ответа. То, что не хочу оставаться на Земле, я понял уже очень давно, после всего, что повидал, мне тут просто тесно, скучно и неинтересно. Хотя, быть может, за время, пока я отсутствовал, что-то и изменилось, не зря же Лаврентьев так настойчиво хочет побеседовать.

Приземлились мы, судя по всему, на каком-то конспиративном объекте, потому что сверху он со всех сторон был окружен достаточно густым лесом, и к этой резиденции, обнесённой глухим забором, ввела всего одна асфальтированная дорога. На территории я сразу же заметил трех вооруженных охранников, но, судя по масштабам участка, их тут наверняка должно находиться больше. На пороге достаточно внушительного по размерам трехэтажного коттеджа меня уже ждал генерал Лаврентьев, он протянул мне руку, как только я приблизился, радушно поздоровался и пригласил пройти в дом.

— Что за хоромы? — поинтересовался я.

— Ничего особенного, просто достаточно уединённое место. Прежде, чем сообщать о вашем возвращении руководству, я бы хотел сначала лично пообщаться и понять, что нужно именно вам, ну, и получить информацию из первых уст было бы неплохо. Возможно, то, что вы мне расскажете, придется отфильтровать, надеюсь, вы меня понимаете.

— Ну что же, поговорить с хорошим человеком я никогда не против. А у вас тут богато, — оценил я интерьер, поднимаясь по лестнице на второй этаж.

— Конфискат, — отмахнулся генерал, — цыганщина.

Мы прошли в весьма просторный кабинет, уселись в кресла и начали беседу, из которой оба вынесли достаточно много новой для себя информации. Оказывается, как ни старался я минимизировать ущерб, отражая нападение ящеров, полностью сделать этого мне не удалось. Да и появившийся теперь в околоземном пространстве ещё один достаточно крупный объект, слепленный из уничтоженных кораблей, тоже оказывает своё неблагоприятное влияние, это выражается в нарушении движения воздушных масс, повышении сейсмической активности, увеличении числа наводнений и других катаклизмов. А вот об этом я тогда точно не подумал, даже удивительно, как эта бандура удержалась на орбите, не иначе как счастливый случай помог.

Я честно рассказал Лаврентьеву, что произошло, правда, пришлось немного пофантазировать, придумывая, где я пропадал столько времени. Соврал, что зализывал раны в останках сильно поврежденного корабля на Марсе. Не знаю, поверил ли мне безопасник, он просто принял это как есть и продолжил разговор. На его вопрос, чем я могу помочь в данный момент, я честно ответил, что не знаю, корабля лишился и лишь благодаря китайцам смог вернуться. Тогда Алексей Николаевич сделал мне ещё одно весьма заманчивое предложение, оказывается, они уже давно поняли, что же примерно произошло на орбите, и теперь планируют заняться добычей новых технологий из остатков гигантских пирамидальных кораблей, превращённых мною в искусственный спутник Земли. Тут я уже серьезно задумался, идея на самом деле весьма перспективная, и многое может дать, но и проблем в состоянии доставить немало. Кто его знает, что могло сохраниться, да и освоение подобных технологий штука сама по себе опасная, а если они найдут там какое-нибудь мощное оружие, скопируют его, головастых людей у нас хватает, то в конечном итоге это может спровоцировать ещё больший кризис. А тут, насколько я понял, и так всё трещит по швам, государство находится практически в состоянии военного положения. Однако для меня это всё-таки шанс, скафандр имеется, знания тоже никуда не делись, быть может, получится что-нибудь там найти. На худой конец стоит ещё раз обследовать базу на Луне, вполне вероятно, там мог сохраниться какой-нибудь корабль, оттого я и дал своё принципиальное согласие, и на этом разговор можно было считать законченным. Генерал протянул мне практически прозрачный мобильный телефон для связи с ним лично, поднялся со своего кресла и сообщил, что этот дом полностью в моём распоряжении, всем необходимым меня обеспечат по первому требованию. Мы распрощались, он погрузился в бот и улетел решать насущные вопросы.

Не очень-то меня обрадовало помещение в эту, хоть и золотую, но всё-таки клетку, с другой стороны, чего я ждал, по-любому придётся немного потерпеть, пока провернётся государственная машина. Как ни крути, это раньше я обладал серьёзной силой, а теперь практически всего лишь человек. Да, у меня есть кое-какие способности и знания, да, многое могу и умею, и захватить тот же бот мне не составит особого труда, но тогда я объявлю себя вне закона, и если не удастся найти способ покинуть закрытую звёздную систему, то придётся как-то устраиваться в местном обществе. А значит, засовываем язык в попку, завязываем желание в узелок и приготовимся ждать, только вот ждать мне пришлось совсем недолго. Я даже дом толком обследовать не успел и в тот момент как раз планировал навестить такое чудо цивилизации, как сауна, по моей просьбе включенную на прогрев немногословным пожилым смотрителем или мажордомом, не знаю уж, кем он тут числится, когда поступил входящий вызов от Лаврентьева

Не успел я даже поздороваться, как в трубке послышался его немного взволнованный голос.

— Бор, у нас проблемы. Похоже, ваша помощь понадобится уже сейчас. Собирайтесь, бот сейчас вас подберёт, подробности при встрече.

ОКОЛОЗЕМНОЕ ПРОСТРАНСТВО

Всё свободное время Карра Кен только тем и занимался, что раскачивал собственный пси-потенциал, у него был богатый опыт в этом деле. Он шаг за шагом создавал энергоёмкие техники оперирования пси-энергией, раз за разом опустошая собственный резерв практически до нуля, потом ждал заполнения и вновь сливал его, затем следовала череда применения коротких техник, но выполненных в большом количестве, после этого снова практиковал умения, требующие значительной отдачи сил. Именно это и позволяло в конечном итоге достаточно быстро увеличивать не только выработку, но и объём хранимой энергии. Постепенно эти манипуляции стали приносить запланированные результаты, но для того, чтобы достичь прежнего уровня подобным образом, потребовалось бы, наверное, тысяча циклов, а может быть, и больше, ведь в какой-то момент наступал предел для относительно легкой прокачки, и прирост становился минимальным. В любом случае сидеть без дела было бессмысленно. Через некоторое время Гегемону наскучили однообразные упражнения, и он решил тратить энергию с пользой, тем более стоило пробить дорогу наружу, чем ануак, собственно говоря, и занялся, раз за разом тратя скопившийся объем энергии на прорубание прохода.

Оценив расстояние, которое ему удалось преодолеть, древний ящер понял, что всё это месиво состоит не только из его флагмана, через некоторое время ему стали попадаться хорошо знакомые конструкции кораблей-санаторов, их внутренний дизайн был достаточно специфичен, значит, и им досталось от той неведомой силы. Прорубить выход из образовавшегося хаоса удалось через тринадцать суток кропотливого труда, и древний ануак сумел наконец-то выбраться на поверхность огромного куска остатков циклопических кораблей. Отсюда Карра Кен уже смог увидеть злополучную ферму, санировать которую он так и не успел, губы ануака растянулись в хищном оскале.

— Вот вы где. Ну что же, всё будет даже проще, чем ожидалось.

Гегемон растянул своё сенсорное восприятие на максимум, чтобы оценить хотя бы примерные размеры того куска остатков его былой гордости и смог понять, что он столкнулся с действительно серьёзным противником, на весь гигантский объём шара его возможностей, конечно же, не хватило, но оценить примерные масштабы он оказался в состоянии.

Решив попутно прокачать пси-источник, Карра Кен попытался до предела растянуть своё восприятие, однако буквально через пару минут он вынужден был свернуть энергозатратную технику, потому что в поле её действия попали живые существа, которые в данный момент чем-то занимались приблизительно в трех километрах от точки, в которой находился Гегемон.

— А вот это уже интересно, — промелькнули в его голове хищные мысли, — видимо, эти жалкие существа с фермы, которая должна была стать очередной сакральной жертвой для продления жизни правителя ящеров, нашли возможность выбраться в космос. Немного приблизившись и задействовав встроенную оптику скафандра, ануак смог рассмотреть более подробно, что же происходило в том месте, и, к своему удивлению, обнаружил рядом с группой людей, увлечённо колупающих внешнюю поверхность остатков кораблей-санаторов, пассажирский бот. Эти глупые людишки сами предоставили ему транспорт.

Экипировка правителя ануаков позволяла ему очень многое, а множество циклов, которые он прожил, давали ему необходимый опыт, поэтому Карра Кен сразу же активировал маскировку, позволяющую ему подобраться к своим жертвам незамеченным и, не особо скрываясь, двинулся вперед.

На то, чтобы дойти до группы людей, ему потребовалось около часа, внешняя поверхность сферы оказалась испещрена провалами, острыми выступающими конструкциями, зонами с повышенным радиоактивным фоном, которые лучше было бы обойти, но тем не менее благодаря продвинутому скафандру и небольшой толике пси-способностей он без особого труда преодолел расстояние. Ящер немного понаблюдал за тем, как эти животные пытаются, применяя свою примитивную технику, что-то срезать, судя по внешнему виду, этим предметом оказался эмиттер силового поля, но в конечном счёте ему это надоело, и он попросту ввёл людей в ступор, после чего, уже не таясь, приблизился к ним и принялся вскрывать их разумы один за другим, попутно поглощая найденные жалкие зачатки пси-источников. Удивительно, но у этой примитивной расы они оказались у трёх из пяти субъектов, правда, их, скорее всего, можно было бы назвать зародышами, но тем не менее и такому Гегемон был рад. Из памяти захваченных удалось выяснить практически полную картину всего произошедшего, к сожалению, не получилось узнать, с кем конкретно он столкнулся, но то, что эта сила практически мгновенно смогла уничтожить весь его флот вместе с экипажами, понять получилось. К тому же стало известно, что с момента самой катастрофы никто в эту звёздную систему больше не прилетал, и вот это было уже странно. Либо на входе в червоточину стоят боевые корабли и защищают эту систему, либо случилось ещё что-то.

Самопроизвольно схлопнуться аномалия данного типа вряд ли могла, прошли уже тысячи циклов после её обнаружения, и она всегда оставалась стабильной. В любом случае, теперь у него в наличии имеется бот, и можно проверить состояние червоточины самостоятельно, правда, переход на другую сторону сопряжён с определённым риском, а в данный момент испытывать судьбу на прочность Гегемону очень не хотелось. Хотя всегда можно попытаться использовать собственные силы для того, чтобы превратить охранников в послушных марионеток.

Эти же, по мнению древнего ящера, псевдоразумные существа ему теперь были абсолютно не нужны, и Карра Кен небрежным усилием умертвил их всех, после чего направился к боту, зайдя в который, ему захотелось выругаться. Эти примитивные хомо каким-то образом переделали органы управления, и теперь воспользоваться небольшим космическим судном ануак не мог, в этот момент он пожалел о своём скоропалительном решении избавиться от людей, потому что в их памяти искал конкретную информацию, а инструкция по управлению ботом в этот список не входила.

Гегемон задумался. По логике, скорее всего, в ближайшее время на планете должны обеспокоиться исчезновением этой группы, а значит, рано или поздно за ними пошлют спасателей, и вот тогда пилота надо будет оставить в живых. На всякий случай ящер немного повредил энергетическую установку и телепатическим усилием выбросил два трупа в открытый космос по направлению к Земле, придав им довольно приличное ускорение. По его задумке, убитые им хомо либо потеряются, либо сгорят в атмосфере, а прибывшие для выяснения обстоятельств произошедшего наверняка захотят найти отсутствующих, что даст ему дополнительное время.

Проторчав на месте несколько часов, ануак так никого и не дождался и решил, что надо бы устроить засаду в непосредственной близости от предполагаемой точки высадки людей. Для этого он начал искать удобное место, и таковое нашлось достаточно быстро, буквально в пятидесяти метрах на небольшой глубине имелась сохранившаяся полость, прорубить проход в которую не составило особого труда. Забравшись в эту каверну, Гегемон приготовился ждать. Можно было, конечно, воспользоваться древним артефактом и сбежать уже сейчас, но зачем же усложнять и лишаться бесценного имущества, когда всё можно сделать гораздо проще, к тому же выяснить побольше информации о своём противнике было жизненно необходимо.

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Вернувшись на территорию империи Аратан, команда «Ареса» выбрала достаточно развитую в технологическом плане систему Эрдо-44. На имеющихся звёздных картах значилось наличие нескольких торговых, боевых и диспетчерских станций, к тому же здесь находились две довольно давно терраформированные планеты, а это значило, что добыть необходимое в таком оживленном месте будет несложно.

Пройдя все идентификационные процедуры, «Арес» беспрепятственно припарковался в специально отведённой для стоянки области, причём сразу же стало ясно, что жизнь в этой системе буквально кипит. В дрейфе находилось по меньшей мере семьдесят кораблей различного класса. На поиски базы направился сам Даг в сопровождении Аргуна, за последние сутки состояние братьев пришло в норму, и они в один голос утверждали, что не чувствуют никакой опасности для хозяина. Этот факт уже вселял надежду, ведь прежние их заявления заставляли поторапливаться.

Прибыв на торговую станцию и заплатив небольшую пошлину за кратковременную стоянку бота, оба мужчины направились прямиком в офис корпорации «Нейросеть». Коротко переговорив с менеджером, удалось выяснить, что необходимая база знаний в наличии имеется, но покупки подобного рода по закону нужно обязательно регистрировать, и приобрести её может только тот, кому она будет установлена. Однако Даг Борн уже не первый цикл прожил в этой Вселенной и знал одно простое правило — кредиты здесь могут решить практически всё. Тем более сам менеджер достаточно прозрачно намекнул об этом, как бы невзначай сообщив, что если покупатели планируют что-то приобретать, то им нужно решиться побыстрее, потому что он сильно проголодался, и через пятнадцать минут у него запланирован перерыв на обед, который он собирается провести в расположенном неподалёку заведении. Сколько раз бывший абордажник слышал подобные разговоры, сосчитать было затруднительно, поэтому, попутно выбрав пару баз, которые также не повредят профессору Ветрову, он произвёл оплату и, получив товар, попрощался с менеджером по продажам.

Во время всего разговора Аргун хранил молчание, хотя, конечно, братья вели себя подобным образом всегда, живя в своём собственном внутреннем мире. Для них не существовало ничего, кроме наблюдения за окружающей обстановкой и служения своему хозяину.

Менеджер появился в небольшом кафе через двадцать пять минут, сделал заказ и сел за столик напротив Дага. Ну, а дальше процесс оказался весьма банальным, ушлый делец предложил выкупить у него базу «Эспер», причём цену назначил достаточно приличную. Каким уж образом она у него оказалась, в принципе было неважно, может, списанная или не совсем легальная копия, у сотрудников корпорации имелось достаточно способов для подобных махинаций, и это было старику на руку. Договор был составлен, заверен под протокол, и как только деньги поступили на анонимный счёт, молодой проныра передал старику заветную пластинку, причём весь разговор вёлся через нейросеть, хотя вслух оба человека обсуждали последние новости и слухи, видать, частенько он такими вещами промышлял.

Буквально неделю назад по всей империи прогремело известие о предстоящей в скором времени помолвке императора и назначении даты будущей свадьбы, что для его подданных было неудивительно и обсуждалось достаточно длительное время. Император еще молод, но ему уже пора задумываться о наследниках.

Закончив обед, менеджер откланялся и убыл восвояси, а бывший мастер по ремонту дроидов ещё немного посидел, вспоминая былые времена, при которых он служил покойному императору Конраду. Перед его внутренним взором проносились операции, в которых он участвовал, лица боевых товарищей, большую часть их ему уже не суждено увидеть никогда. Посчитав, что необходимое для отведения возможных подозрений в незаконном обороте информации время прошло, Даг с Аргуном отправились обратно, и уже через полтора часа ступили на борт «Ареса».

Как только «Эспер» оказался в руках профессора Ветрова, тот сразу же отправил базу на закачку и немедля приступил к изучению, тем более он и сам уже давно хотел научиться тем практически чародейским фокусам, которыми владел его пропавший брат. Однако всё оказалось не так и просто, несмотря на то, что база по применению псионических сил по факту была всего второго ранга, времени на её изучение должно уйти по меньшей мере сорок восемь часов, и это с учётом того, что показатель интеллекта у профессора составлял весьма впечатляющую цифру.

Глава 12

Дар Гегемона

Глава 12. Дар Гегемона

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

— Сорок восемь часов, Даг, это же двое суток, может, попробовать выучить эту базу под ускорением? — задумчиво произнес профессор, глядя на высветившуюся цифру.

— Честно говоря, ничего не могу тебе сказать по этому поводу, Денис, слишком специфическая тематика, но попробовать можно. Дэн, ты как считаешь? — ответил старый мастер.

— Бор изучал эту базу в реальном режиме времени, — отозвался искин.

— Давай всё-таки попробуем, — попросил профессор Ветров, — что-то у меня на душе неспокойно. Надо брательника вытаскивать, и поскорее.

— Медицинская капсула подготовлена, расходники для обучения под разгоном загружены.

— Ну, вот и прекрасно, давай, укладывай меня прямо туда, и начнём, — решил немолодой мужчина и тут же исчез из рубки, чтобы оказаться внутри медицинского устройства.

Для этой процедуры раздеваться не требовалось, все нужные инъекторы подключались к открытым участкам тела. Процесс активировался, система пересчитала необходимое для изучения базы в скоростном режиме время, оно составило всего восемь часов. Весь этот период искин внимательно контролировал частенько выходящие за норму показатели мозговой активности профессора, но тем не менее до критичных значений они явно не дотягивали, поэтому процедура была проведена в полном объёме.

Как только крышка капсулы откинулась, изнутри через пару минут послышался слабый голос немолодого профессора.

— Чтобы я ещё раз подписался на нечто подобное, да лучше полгода так зубрить, чем ещё раз что-то такое.

— Как вы себя чувствуете, Денис Сергеевич? — поинтересовался искин.

— Хреново я себя чувствую, как будто неделю пил, проснулся и похмелиться нечем. Что-то в прошлый раз я ничего подобного не ощущал.

— Я постараюсь разобраться с этим вопросом, — пообещал Дэн своему тёзке, в честь которого и был назван.

— Можешь не стараться, больше я на это не соглашусь. В любом случае, базу я освоил, только теперь у меня больше вопросов, чем ответов. Сейчас нам надо лететь туда, куда вы там собирались, и пробовать получить информацию, правда, мне надо немного отлежаться, а ещё лучше вкати мне какого-нибудь обезбола. Голова раскалывается.

— Необходимо время для выведения токсинов, образующихся при ускоренном изучении баз из организма.

— Ну так сделай мне переливание крови, гемодиализ или что там ещё у вас есть. В таком состоянии я вообще не БГ.

— Гемодиализ во время проведения процедуры обучения под разгоном производится непрерывно, в данный момент у вас фиксируются остаточные явления. Я приготовлю для вас препарат, который поможет снять симптоматику.

— Лучше сто грамм мне приготовь и банку огуречного рассола, — вяло попытался пошутить профессор.

— Алкоголь в вашем случае противопоказан.

— Живодёр, — простонал Денис Сергеевич и с кряхтением выбрался из капсулы.

Немного постоял, держась за неё, но, видимо, смог справиться с головокружением и на нетвёрдых ногах потопал к выходу, однако на половине пути остановился и попросил:

— Дэн, давай меня в каюту, а то что-то дурновато, — через секунду он оказался уже в личном жилом помещении и, сделав два шага, рухнул на свою кровать.

Одновременно с этим искин древнего рейдера сообщил старшему офицеру Борну о состоянии профессора после перенесённого процесса, и Даг дал команду на ноль-переход в систему, в которой Бор Винд и заработал своё право на этот корабль. Точку выхода он специально выбрал подальше от центра звёздной системы, уже зная о том, что в поле обломков относительно безопасно, необходимо было дать профессору Ветрову время на то, чтобы он пришёл в себя. Да и отвлечь Агату от тяжелой депрессии можно попробовать, предложив поискать удачи на разбитых кораблях, помнится, в прошлый раз она вполне успешно этим занималась.

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ. ПОДМОСКОВЬЕ

— Товарищ генерал, я в бане уже лет пятнадцать не был, настрой поймал, весь кайф обламываете, — простонал я жалобным голосом.

— Борислав Сергеевич, — вновь перешёл на официальный тон Лаврентьев, — я глубоко опечален сим прискорбным фактом, но думаю, что вы заинтересуетесь этим делом.

— Алексей Николаевич, я тут погуглил, вроде как прапорщик Ветров уже лет десять с гаком как упокоился, да и у любого вызова по тревоге имеются временные показатели, — заметил я. — Ну, вы же военный человек. К тому же, если уж приступать к работе, то я предпочитаю делать это чистым, а информацию могу воспринимать в любом месте, и банька туда прекрасно вписывается.

— А вы заматерели, товарищ капитан, — ехидно улыбнулся Лаврентьев, — но, может быть, это и правильно. Давайте проведём онлайн-брифинг.

— Вы ошибаетесь, господин генерал, я закончил свою службу прапорщиком, но эту вашу идею я поддерживаю полностью. Перезвоните через десять минут, портки стяну.

— По-моему, вы слишком давно не проверяли свою почту, господин Винд, — продолжил генерал.

— А смысл, тут нет галонета, так что даже и пробовать не буду.

— А вы всё-таки проверьте, — не унимался глава управления «С».

Заинтересовавшись, я активировал ментомодуль «Первопроходец», в двух словах обрисовал ему ситуацию и уже через пять секунд оказался подключен к небольшой, но полноценной локальной сети, абсолютно совместимой по способу передачи данных с теми, что применялись в Содружестве. И как ни странно, но письма там были, причём немало, около сотни, и некоторые из них были подсвечены красным. В отправителях значилось Правительство Российской Федерации и Министерство Обороны РФ.

Открыв первый попавшийся документ и моментально прочитав его, я хмыкнул. Бла-бла-бла, акт о признании гражданина Ветрова Борислава Сергеевича живым и вернувшимся из длительного плена, бла-бла-бла, назначение дополнительных прав и финансовых выплат.

Читаю следующее: долговая расписка от Правительства Российской Федерации на сумму триста пятьдесят тысяч кредитов. Это как они, интересно, смогли посчитать и конвертировать время моего отсутствия?

Дальше послание от Министерства Обороны о присвоении воинского звания «старший прапорщик», взглянув на дату подписания приказа, я весьма удивился. Порывшись в памяти, понял, что в это время ещё действительно напрямую участвовал в боевых действиях во время проведения специальной миротворческой операции. Выходит, что я его тогда просто не дождался.

Вот следующий приказ меня изрядно повеселил, тут уже присваивают лейтенанта, но посмертно. Далее пошли приказы о реабилитации после возвращения из плена, о признании выслуги лет, вот это да, сколько у меня календарей набежало. Сами собой сложились в уме года службы, но у меня получилась совсем другая цифра и, соответственно, звание.

— Где мой майор? — поинтересовался я у Лаврентьева.

— Этот приказ ещё не вернулся из Министерства Обороны, а так бы поздравил с первой крупной звездой, — улыбнулся генерал.

— Ну, вот и отмечу заодно, — решил я и прервал связь.

Баня встретила меня разогретыми досками и пропахшим ароматами каких-то трав сухим воздухом. Нейросеть сразу же просигналила о повышении окружающей температуры, но я скрыл эти сообщения. Банька оказалась что надо, вернее, не баня, а скорее сауна, но, судя потому, что здесь имеется кадка с деревянным резным ковшиком и водой, то значит, эта каменка может работать в нескольких режимах. Скинул полотенце, которым обмотался после снятия комбинезона, и уселся на полок, удовлетворенно прикрыв глаза. Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, разогревая лёгкие, слегка похлопал себя по рукам, чувствуя, что процесс, что называется, пошёл, и вновь переключился на генерала, который как раз набирал меня.

— Давайте, показывайте, что там у вас, а еще мне интересно, как вам удалось переслать мне все эти документы? — спросил я у Лаврентьева.

— Как это работает, наши ребята поняли уже давно, основная сложность была в специфическом оборудовании, но постепенно мы наверстаем, если нам не будут мешать. Короче говоря, существует одна проблема, и весьма серьезная, — озабоченно произнес мой собеседник.

— И что же вам жить мешает?

— Я бы не сказал, что мешает, но некий дискомфорт доставляет. В общем, дело в том, что китайцы достаточно быстро разобрались с тем ботом, который мы им по договоренности передали, и теперь стараются сделать рывок вперёд, благодаря получению передовых космических технологий, — посетовал генерал.

— Ну, и на хрена вы им бот отдали? — откровенно удивился я.

— Это политика, Борислав Сергеевич, вдвоём выстоять проще.

— Ну, так и что вы хотите? Забрать у них бот? — поинтересовался я.

— Боюсь, что нет. Его у них уже, похоже, забрали, — сообщил Лаврентьев.

— Вот даже как? Давайте поподробнее, мне уже интересно, кто это такой ушлый. По-любому, пиндосы.

— Дело обстоит несколько иным образом. Какое-то существо или человек в скафандре убил их всех на поверхности искусственного спутника, у нас он проходит как объект «Сфера». И произошло это часов шесть назад, китайцы долго тянули с обращением.

Осмотрев свои руки и увидев начавшие выступать капельки пота, я потянулся за черпаком, набрал немного воды и, осторожно тем же ковшом сдвинув крышку со специальной заливной горловины, щедро плеснул туда её. Бросил черпак в кадку и тут же вернулся на полок.

— Надеюсь, этот ваш телефон выдержит повышение температуры? — поинтересовался я у генерала, рассматривая устройство.

— Честно говоря, не пробовал, поэтому ничего сказать не могу. Посмотрите вот эти видеозаписи, — на экране полупрозрачного гаджета появились одновременные видеозаписи, сделанные из разных ракурсов, видимо, камеры были закреплены на самих космонавтах.

Я внимательно несколько раз прогнал заинтересовавшие меня моменты на видео, определить принадлежность к какому бы то ни было виду известных мне разумных по скафандру оказалось весьма затруднительно, хотя уже по первому взгляду на неё стало ясно, что эта броня очень серьезная и наверняка стоит немало кредитов. По скудным кадрам понять, что же делало с людьми это существо, было нельзя, тем более потом ракурсы сильно поменялись, и вскоре передача полностью прекратилась. На некоторой части кадров довольно отчётливо было видно гуманоидное существо и, скорее всего, этот некто прикончил оказавшихся не в то время и не в том месте ребят. Интересно, кто бы это мог быть?

— Бор, вы можете оказать содействие в планировании операции по захвату? — прервал мои размышления генерал.

— Сколько там до вашего бота? — вопросом на вопрос ответил я.

Лаврентьев посмотрел куда-то в сторону, видимо, что-то прикидывая в уме.

— Примерно тридцать три минуты.

— Дайте мне сорок, ну, может, сорок пять, попросил я, и генерал кивнул.

— Добро, жаль, что не могу составить вам компанию. Лично я не был в бане уже почти три года. Отбой, — экран телефона погас, я вышел из парной, убрал гаджет в сторонку и окатил себя ледяной водой из импровизированного душа, сделанного из деревянного ведра.

— Ух, хорошо!

Три минуты на то, чтобы подышать, и бегом обратно, времени в обрез, так что надо насладиться этим удовольствием сполна, когда еще доведется.

Качественно попариться я так и не успел, но душу, как говорится, отвёл, оделся и вышел из дома. Как и обещал Лаврентьев, бот уже ждал и через двадцать минут доставил меня на какую-то базу, здесь чувствовался существенный размах, причём сразу стало понятно, что к организации этого объекта подошли очень серьёзно. Как только бот сел на посадочную площадку, она тут же дрогнула и начала опускаться под землю, причём ушла достаточно глубоко. После чего наш кораблик опять взлетел и переместился метров на триста в сторону, только там он окончательно припарковался, и я смог выйти, чтобы оценить размах.

Да, в этой пещере Бэтмена вполне бы поместился, наверное, даже лёгкий фрегат, если бы была возможность его сюда доставить. Ботов здесь находилось два, также присутствовало несколько вертолётов и даже самый настоящий истребитель, «СУшка» или «Миг», было непонятно, видимо, это какая-то новая модификация, похоже, наши оружейники недаром ели свой хлеб.

Меня уже встречали, незнакомый мне майор поздоровался и попросил следовать за ним. И опять мы спустились вглубь земной тверди, что окончательно убедило меня в том, что доставили меня прямиком в самый что ни на есть серьёзный центр принятия решений, это уже говорило о многом.

Оказавшись в комнате для брифингов, я попал в самый разгар совещания по разработке предстоящей операции. Генерал Лаврентьев лично вёл заседание и жестом попросил меня присаживаться. Большая часть информации, которую он озвучивал, у меня уже имелась, но было и кое-что новое, в частности я смог более детально рассмотреть изображение скафандра существа, убившего китайских космонавтов, этих ракурсов на тех фрагментах, что я видел раньше, точно не было. Очень интересная модель, сразу и не поймёшь, чьего производства, но невооружённым взглядом отчетливо видно, что это именно боевая броня, да и оружие на снимках присутствовало.

Совещание длилось около получаса, за всё время я не произнес ни слова, терпеливо выслушивая всех докладчиков. Должен признать, что мысли некоторые из них подавали дельные, чувствовалась неплохая подготовка, и всё бы у них получилось, если бы не одно «но».

— Товарищи, извините, что перебиваю, но я хотел бы высказать своё мнение, — поднял я вверх руку, словно находился на уроке.

Головы всех присутствующих практически синхронно повернулись в мою сторону, и Лаврентьев без разговоров предоставил мне слово.

— Всё, что вы тут обсуждали, в принципе логично, но, увы, одного самого важного момента вы не учли. Судя по всему, китайцы послали ту же команду, что и на Марс, ну, или других, но уровнем не ниже, это точно. А эти ребятки вполне профессионально подготовлены, грамотно двигаются и работают очень слаженно. Здесь же получается, что всего один боец уработал их без единого выстрела. Вывод напрашивается предельно простой — либо использовано парализующее оружие, либо применены техники, основанные на пси. Ни с тем, ни с другим вы при всём желании справиться не сможете.

— Нам удалось захватить и адаптировать шестнадцать боевых скафандров, — вставил один из участников совещания, — и мы выяснили, что, от станнеров, так ведь это оружие называется, они защитить в состоянии.

— Даже так? — приятно удивился я. — Но и тут как посмотреть, всё зависит от моделей брони и мощности самого оружия, оно бывает способно преодолеть практически любую защиту, но шанс, конечно, есть. Только вот с пси-воздействиями вряд ли у вас что-то получится, а я склоняюсь к последнему. Обратите внимание на то, как именно их убили, он не двигался, не делал ничего, других фигурантов ни на одном из снимков нет.

— Вы имеете в виду воздействие, которые способны осуществлять крид? — спросил мужчина в звании подполковника, сидящий напротив меня.

— Насколько я понимаю, крид всего лишь разумные паразиты, и хотя минимальные возможности у них имеются, здесь, скорее всего, другое. Причём, насколько я могу судить, уровень оперирования у этого существа очень даже серьёзный. Одновременно держать под контролем группу людей слабый псион не сможет, — попытался объяснить ему я.

— Каковы пределы дальности у этих воздействий? Может быть, имеет смысл просто расстрелять его издалека? — поинтересовался старичок в гражданском костюме.

— А вот тут я утверждать ничего не берусь, слишком мало информации для анализа, — развел руками я.

— Это всё очень познавательно, но для начала мне было бы интересно понять, кем вы являетесь, и на основании каких данных выносите свои суждения? — слегка неприязненным тоном произнес худощавый мужчина в форме полковника военно-космических сил.

— Товарищи, — обратился ко всем присутствующим генерал Лаврентьев, — прошу познакомиться — капитан Ветров Борислав Сергеевич, специалист по внеземным технологиям. Я специально пригласил его для полноценных очных консультаций.

— Я знаю практически каждого, кто работает по нашему направлению. Откуда мог взяться такой редкий специалист? — не унимался полковник. — В каком отделе он служит?

— А я фрилансер, товарищ полковник, — улыбнулся я, — нахватался тут да там.

— Видимо, неплохо нахватались, раз владеете совершенно секретной информацией.

— Игнат Александрович, я советую вам прислушаться ко всему, что говорит товарищ капитан. Продолжайте, Борислав Сергеевич, — оборвал негативно настроенного полковника Лаврентьев.

— Сразу скажу, что такую броню я раньше не видел, но по косвенным признакам можно определить, что она очень серьёзная и дорогостоящая. Простой разумный получить такую может только в качестве трофея или за очень большие деньги, следовательно, можно сделать вывод, что противник очень непростой и крайне опасный. Плюс ко всему хорошо вооружённый, если исходить из того, что мы видим, вот, например, у него на спине какой-то образец штурмового бластера, такой и бот подбить в состоянии. А если он ещё и псион, то в зависимости от его уровня развития может и вас под контроль взять на большом расстоянии, — продолжил я озвучивать свои выводы.

— Что вы предлагаете, Борислав Сергеевич? — задал вопрос начальник управления «С».

— А что тут ещё остаётся, полечу туда один, дайте мне бот, ну, и от оружия я бы не отказался, — ответил я ему.

— Один⁈ Да вы издеваетесь! То есть группа спецназа не справится, а вы в одиночку, пожалуйста! Ещё и бот вам дать! — взвился офицер и обратился к Лаврентьеву. — Товарищ генерал, я не знаю, откуда он взялся, но передавать совершенно секретную технику непонятно кому недопустимо.

— Товарищ полковник, — резко сменил тон Лаврентьев, — что-то раньше я за вами подобного поведения не замечал. Во-первых, не ко всей информации вы имеете доступ, а во-вторых, капитан Ветров обладает достаточными компетенциями, поэтому потрудитесь молча выслушать его предложения.

— Борислав Сергеевич, отчасти полковник Михайлов прав, все захваченные у представителей внеземных цивилизаций летательные средства находятся в ведении государства, и предоставить их просто так мы не в состоянии, так можно и под трибунал попасть. Всего несколько таких машин дают колоссальное стратегическое преимущество. Вы должны нас понять. Приглашая вас сюда, я, конечно, надеялся, что вы согласитесь принять участие в экспедиции, но в составе команды, — уже более мягко продолжил глава управления.

— Хорошо, я вас понял, товарищ генерал, пусть будет команда, — согласился я, — ваш пилот и четыре бойца, больше туда не влезет. В случае успеха нам ещё и пленника надо с собой привезти, если, конечно, получится взять его живым, но они будут полностью в моём подчинении и должны быть в состоянии выполнить любой приказ, который я отдам. Сколько нужно времени на подготовку операции?

— Группа уже собрана и ожидает отмашки.

— Ну что ж, тогда давайте посмотрим, что у вас имеется в закромах, потому что у меня с оружием полный голяк. Времени с момента инцидента прошло достаточно много, поэтому действовать надо быстро, — предложил я.

Лаврентьев ненадолго задумался, а затем поднялся со своего места и, обратившись ко всем присутствующим, заявил:

— Совещание окончено, предлагаю переместиться в БИП. Все свободны, а вас, товарищ капитан, я попрошу остаться.

Надо отдать должное, большая часть присутствующих на брифинге восприняла всё произошедшее серьёзно, чувствовалось, что сюда подбирали хорошо подготовленных и целеустремленных профессионалов, да и, судя по всему, основное обсуждение к моменту моего прибытия было уже закончено, и, скорее всего, все детали операции успели проработать раньше. Я добавил лишь свой небольшой штрих.

Оставшись наедине с генералом, я поинтересовался:

— Надеюсь, я тут не слишком перегнул палку, а то этот полковник что-то сильно возбудился?

— Не обращайте внимания, Бор, он отвечает за всю технику, но, видимо, вы немного задели его честолюбие, он очень гордится своими пилотами. Впрочем, я хотел поговорить с вами о другом. Противник действительно серьёзный?

— Думаю, да, — не стал я ничего скрывать.

— Если возникнет ситуация, когда вы решите, что лучше не рисковать, так и сделайте, попытайтесь уничтожить его с расстояния, — посоветовал Алексей Николаевич.

— Война план покажет, товарищ генерал.

— Добро, Бор, пойдёмте, подберём вам оружие и экипировку.

Через пять минут я оказался несколькими этажами ниже, на складе, где, судя по всему, хранилось всё, что нашим спецслужбам удалось найти и конфисковать, и было здесь, я вам скажу, немало. Отвечал за всё это богатство достаточно молодой, по моим меркам, парень, одетый в белый халат. При виде Лаврентьева он вытянулся в струнку и поприветствовал:

— Здравия желаю, товарищ генерал.

— Савелий, нам нужно подобрать оружие для капитана Ветрова.

— Какое именно оружие вас интересует?

— А это пусть лучше он сам тебе скажет.

Технический специалист кинул на меня вопросительный взгляд.

— Давайте посмотрим, что у вас есть, и на месте решим, — парень кивнул, и мы проследовали за ним к одному из хранилищ.

К моему приятному удивлению, к мерам безопасности здесь подошли очень серьёзно, но, видимо, уровень допуска у этого паренька имелся соответствующий, дверь, способная выдержать попадание артиллерийского заряда, открылась, и я попал в пещеру Али-бабы. Некоторые модели, представленные здесь и находящиеся каждый в своём стеллаже, были мне незнакомы, но тем не менее я достаточно быстро выбрал универсальный штурмовой комплекс «Модус-100», прихватил небольшой пехотный бластер и, побродив ещё немного, указал на несколько плазменных гранат и одну электромагнитную.

— Товарищ генерал, этот образец у нас в единственном экземпляре, вы уверены, что хотите предоставить его? — немного расстроился паренёк.

— Уверен, Савелий, выдайте всё, что потребовал товарищ капитан.

Получив всё, что мне приглянулось, и добавив к этому списку ещё пару сменных батарей для комплекса, я услышал, как паренёк поинтересовался:

— А разве вам не нужен скафандр?

— У меня свой, — отмахнулся я и начал расстёгивать камуфляж.

Парень в белом халате сразу же заинтересовался моим комбинезоном, стала понятна его страсть ко всяким инопланетным штуковинам.

— Откуда это у вас? Раньше я ничего подобного не видел.

— Места знать надо, — не стал вдаваться я в подробности и, протянув ему снятую форму, дал команду на активацию своей гражданской брони.

С лица этого паренька можно было писать картину «Не ждали», прошло всего несколько секунд, и я оказался облачённым в элегантный, но всё-таки достаточно внушительно выглядящий скаф, а затем небрежным движением закрепил оружие в универсальных креплениях и открыл шлем.

— А вы полны сюрпризов, Бор, — усмехнулся Алексей Николаевич.

— Куда деваться, хочешь жить, умей вертеться. Ну что, я готов, пойдёмте, познакомимся с командой.

Поднявшись в подземный ангар, где хранилась техника, мы с генералом подошли к другому боту, возле которого уже толпилась человек пятнадцать. Бойцов спецназа отличить не составило труда, они были одеты в самые натуральные штурмовые скафандры и выглядели очень внушительно. Судя по всему, все ждали только меня и руководителя всей этой организации.

Завидев Лаврентьева, тот самый полковник Михайлов рявкнул:

— Смирно, — и следующей командой построил личный состав для осмотра.

— Вольно. Товарищ полковник, не надо этой строевщины. Итак, товарищи офицеры, — обратился он к бойцам, — я хочу представить вам человека, который в этой миссии будет вами командовать. Капитан Ветров, все его приказы должны выполняться неукоснительно. Это всем понятно?

— Так точно, товарищ генерал, — гаркнули бойцы, но по их лицам я сразу же понял, что данное известие их не особо обрадовало, хотя, скорее всего, им уже сообщили об этом.

— Командуйте, товарищ капитан, — обратился Лаврентьев теперь ко мне и отошёл на несколько шагов назад.

— По коням, ребята, знакомиться будем в дороге, — негромко отдал я свой первый приказ, и бойцы дисциплинированно начали погрузку.

— Борислав Сергеевич, — услышал я позади себя голос.

— Да, товарищ генерал?

— Насколько я помню наши прошлые встречи, у вас при себе было ещё кое-что. Я взял на себя смелость сделать вам небольшой подарок, — Лаврентьев под моим заинтересованным взглядом подал знак рукой, и один из присутствующих вышел вперёд, неся перед собой небольшой продолговатый деревянный футляр, который мне генерал и протянул.

Откинув лакированную крышку, я прямо физически ощутил, как физиономия самопроизвольно растянулась в довольной улыбке, внутри находилась моя слабость. Руки сами собой вытащили из углубления, устланного мягким чёрным бархатом, изящный вакидзаси.

Зажав мешающий мне футляр между ног, я осторожно выщелкнул лезвие из ножен.

— Ух ты ж, мой хороший, — шепотом пропел я, наблюдая, как на свет появляется лезвие клинка, — это где ж вы такую красоту достали?

— А вот этого тебе лучше не знать, — усмехнулся Лаврентьев, — какой-то известный японский мастер из семнадцатого века, между прочим.

— Ну, Алексей Николаевич, вот за это спасибо, шикарная штука, — вернув клинок в ножны, я призадумался, но тут послышался голос Фила.

— Преобразовать универсальное крепление под данный тип оружия?

— Давай, — мысленно согласился я и пристроил это произведение искусства за своим правым плечом.

Всего пять секунд, и они оказались надёжно зафиксированы у меня на спине, я подвигал плечами, движения ничего не сковывает, вот и чудесно, настроение сразу скакнуло вверх.

— Ну вот, теперь я точно полностью готов, да и такой подарок придётся отрабатывать, — пошутил я и, козырнув, вступил на аппарель.

Весь личный состав группы, в которую я был назначен командиром, к этому моменту уже оказался на своих местах, они даже успели пристегнуться. Предварительно достав из креплений на спине штурмовой комплекс, я плюхнулся в кресло и обратился ко всем присутствующим:

— Ну что, ребята, давайте знакомиться, я Винд, ко мне обращаться только так. Теперь вы, давайте по порядку.

— Курок, — первым представился здоровяк, которого я сразу определил как лидера этой банды.

— Санчо.

— Литол.

— Банч.

— Да уж, позывные у вас, ребятки. Даже стесняюсь спросить, откуда они взялись. Ну да ладно, в свою тактическую схему я вас уже включил, к сожалению, у нас нет технической возможности объединения в одно звено, значит, будем действовать в голосовом режиме. Насколько хорошо вы освоились со скафандрами?

— В полном объёме, — прогудел Литол.

— Интересно, как вы это смогли сделать без нейросети? Ну да ладно, суть задачи вам уже наверняка довели, но действовать мы будем несколько иначе. Пилот, тебя-то как звать?

— Птаха, товарищ Винд.

— Так вот, Птаха, координаты высадки китайцев у тебя есть?

— Так точно, будем на месте минут через десять.

Видимо, в этот момент бот вышел за пределы атмосферы, потому что я ощутил слегка подкативший к горлу ком.

— Птаха, в рот тебе ноги, включи генератор гравитации, — потребовал я.

— Какой ещё генератор? — удивился пилот.

Горестно вздохнув, я пробурчал:

— Ну и как с вами работать? — затем оттолкнулся и влетел в кабину, бегло осмотрел приборную панель, на которую наши дельцы уже успели навертеть своих шильдиков, причём имелись они только на трети сенсорных всевозможных переключателей. Безошибочно определив тот, который был мне нужен, я указал на него парню и сказал:

— Вот на эту кнопочку нажми, — и пока он к ней тянулся, постарался принять вертикальное положение.

— Держитесь, ребятки, может быть неприятно, — крикнул я в салон и тут же ощутил плавное нарастание собственной массы.

— Ну что, запомнил? — поинтересовался я у Птахи.

— Так точно, вот это штука, просто фантастика, а мы без неё постоянно летали.

— Видимо, на Земле не смогли определить, что это такое, из-за наличия собственной гравитации. Так что учись, студент, пока я живой. Близко к точке высадки не приближаться, зависнешь километрах в десяти. Понял?

— Так точно, товарищ Винд.

— Давай без товарищей, — отмахнулся я и вновь вернулся к своей ударной группе.

— В общем, так, мужики, вперёд пойду я один. Вы находитесь со мной на связи, в случае чего окажете поддержку.

— То есть как это один, Винд, так не пойдёт! — запротестовал Курок, который, судя по всему, и являлся штатным командиром группы.

— Мужики, вы когда-нибудь попадали в серьёзные замесы в космосе, вы хоть понимаете, что любой боец начального уровня, но с нейросетью и парочкой захудалых имплантов разделает вас под орех в течение десяти секунд? — поинтересовался я, оглядывая насупившихся бойцов.

— Винд, я не знаю, кто ты такой, но тут собрались лучшие из лучших, мои ребята кридов переловили больше, чем ты в своей жизни видел.

— Вот пусть эти лучшие из лучших останутся в живых! — оборвал я его монолог. — Там псион, понимаешь, это такой чувак, который людям может мозги промывать по щелчку пальцев. И вот, чтобы твои собственные товарищи друг друга не перестреляли, я и приказал вам находиться во втором эшелоне. Надеюсь, тебе такая штука, как боевой приказ, знакома?

— Знакома, — процедил сквозь зубы Курок. — Приказ понял.

— Ну, вот и славно, я высаживаюсь на высоте пары километров от объекта, а вы в это время занимаете точку примерно там, где мы скоро остановимся. Ближе пяти километров находиться не советую, мало ли что, уровень возможностей этого разумного неизвестен, так что лучше перебдеть. Плохо, конечно, что у нас не штурмовик, а пассажирский бот, нам бы какое-нибудь оружие помощнее не помешало.

— Вообще-то бот вооружён специально разработанными ракетами «космос-космос», — вставил Птаха, видимо, слушавший наш разговор.

— Вот даже как, — удивился я, — и где же вы их взяли?

— Да уже пару месяцев, как установили, — сообщил пилот, — учебные стрельбы мы уже проводили, всё работает как надо, допуск у меня, если что, имеется, жахнуть смогу.

— В чем-в чем, а в гонке вооружений нашему люду нет равных, — многозначительно похвалил я свою страну. — Короче, слушаем дальше. Если этот пришелец не один, и я не смогу вывезти, то даю вам отмашку, и вы вступаете в бой. Жалеть их в таком случае не стоит, цельтесь в слабо уязвимые места скафандров, практически на любом это паховая область, шейный отдел, подмышечные впадины, также можно повредить конечности. Грудь, как правило, хорошо защищена, туда стрелять смысла нету, как и в шлем, хотя зависит от того, какой класс брони находится на противнике.

— Это мы уже смогли выяснить на практике, Винд, — с усмешкой самоуверенно заявил Курок.

— Курок, потерпи меня в течение этой вылазки, я вообще-то ваши тушки пытаюсь сберечь, хотя было бы проще отправить вас в первую волну в качестве разведки, так что давай не будем мериться приборами.

— Я понял, Винд, извини, сам должен понимать, это мои ребята.

— Мы тут вообще-то общее дело делаем, братское сердце.

— До точки тридцать секунд, — доложил пилот.

— Ну, вот и всё, мужики, герметизация и за работу. Группа спецназовцев закрыла забрала шлемов, я, в свою очередь, поступил точно так же и переместился в рубку, чтобы иметь возможность изучить предполагаемое поле боя. На всякий случай создал у себя в разуме заготовку в виде ментального лабиринта, если этот псион надумает атаковать, пусть сначала попытается с ним справиться.

Заняв указанное место, пилот подсветил на экране область, в которую приземлился китайский бот, оптика приблизила эту зону, и мы смогли рассмотреть её более детально. Три трупа и не подающий признаков жизни корабль, значит, всё-таки кто-то здесь был. По-быстрому оценив окружающее пространство и оказав небольшую помощь пилоту в управлении радаром, я не обнаружил нигде никаких других действующих летательных аппаратов, после чего дал команду на сближение. На всякий случай я периодически активировал сферу поиска, насколько мне позволяла собственная сенсорная чувствительность. Само собой, до объекта, появившегося благодаря моим героическим стараниям, я пока не доставал, поэтому попросил снизиться до двух километров, и как только пилот доложил о готовности, приказал открыть аппарель, попутно отругав Птаху за то, что он зря потратил воздух, не закачав его обратно перед разгерметизацией. Сделав себе зарубку в памяти, что надо бы всё-таки помочь ребятам с техникой, ещё раз проинструктировал бойцов и вышел в открытый космос. Аппарель тут же вернулась в прежнее положение, и бот, достаточно лихо крутнувшись практически на месте, отлетел подальше. Ну, а я, задействовав все доступные на данный момент возможности, запустил миниатюрные маневровые двигатели, расположенные на внешней поверхности скафандра, и устремился вниз, каждые три секунды активируя сферу поиска.

Из-за внушительных размеров гравитация у того, что осталось от кораблей, вторгшихся в Солнечную систему, имелась, но была значительно ниже, чем даже на Луне, поэтому особых усилий для того, чтобы компенсировать скорость падения, не потребовалась. К тому же Фил, связав скафандр и нейросеть вместе с ментомодулями в единый кластер, достаточно легко и непринуждённо осуществлял помощь в управлении. Как только массивный кусок искореженного металла оказался в зоне доступа, я сразу же занялся поиском живых организмов, но, к сожалению, смог определить только наличие мёртвых биологических останков. Так и приземлился, ничего не почувствовав, неподалёку от бота, принадлежавшего китайцам. Ещё раз просканировал округу, странно, вообще ничего. Если и был тут кто-то, то наверняка давно уже смылся, ищи его теперь по всей звёздной системе, без серьёзных кораблей сделать это просто нереально, а спрятаться у нас тут есть где.

Несколько раз стукнул ногой по металлической поверхности, а затем прыгнул, оценивая уровень гравитации. Прыжок выдался внушительным, интеллектуальная система скафандра произвела предварительные расчёты и выдала результат в тридцать два процента единицы от стандартного уровня, совсем немного. Осторожно приблизился к месту гибели китайского экипажа и, медленно перевернув, осмотрел тела. На всякий случай просветил их сферой поиска и убедился в том, что моя догадка была верна, этих людей убил точно псион. Головной мозг погибших оказался сильно повреждён, буквально раздавлен внутри черепной коробки, а это уже говорило о серьёзной подготовке того, кто смог такое совершить. К тому же в руках у бедолаг оружия не имелось, оно находилось за спиной, да и кое-какой режущий инструмент, валяющийся рядом, дает понять, что они тут просто собирались отколупать интересующие их детали. Ну да, вот тут эмиттер пытались срезать. Почему же он тогда на них напал, и кто это мог быть? Столько вопросов, и все без ответов.

Внезапно где-то внутри черепной коробки повеяло холодом, так всегда бывало, когда я ощущал опасность. Игнорировать подобный сигнал не стоило, я хищно осмотрелся по сторонам, несколько раз подряд запустив сферу поиска, не обнаружившую ничего, однако ощущение надвигающейся беды только усиливалось. Ствол штурмового комплекса ещё с момента приземления находился у меня в руках, я внимательно водил им из стороны в сторону в попытке определить, где же спрятался тот, чье присутствие я вдруг явственно ощутил. Однако ни в одном из диапазонов, доступных не только скафандру, но и мне лично, обнаружить ничего не удалось.

— Да кто же ты такой? — прошептал я, а в следующую секунду почувствовал лёгкое головокружение, похоже, началось.

— Регистрирую пси-атаку второго уровня, — послышался голос Фила, и я инстинктивно попытался закрыться, но головокружение только усиливалось.

— Бор, сила ментального воздействия растет!

— Да слышал я! Понять не могу, откуда он бьёт! — прорычал я в ответ, а в следующее мгновение явственно почувствовал ментальный приказ.

— Подчинение! — и мое тело оказалось сковано, причём, судя по всему, это была атака уже другого рода — прямой телекинез, и перебороть его оказалось не так и просто.

Неведомый псион не стал непосредственно влезать в мой мозг, хотя это было обычной практикой, и, следовательно, он не попался в расставленную на него ловушку. В неё попался я, явно недооценив силы противника, а мощь его оказалась велика. Нечто подобное я встречал разве что во время виртуальных тренировок, да и то вряд ли, хотя нет, было, тот древний ящер, но он точно мёртв, я ведь его тогда прикончил.

Пока размышлял, я на автомате пытался применить разнообразные техники противодействия, попробовал перехватить нить, по которой передавался ментальный приказ и отследить направление, но почему-то не успевал, она постоянно прерывалась и возникала вновь, настойчиво клюя меня в мозг.

— Подчинись! Подчинись!

— Фил, давай варианты, что-то я не вывожу, — попросил я помощи у своего виртуального друга.

— Бор, ты не дождался полноценной интеграции ментомодулей и вступил в противодействие с серьёзным противником. Предлагаю массированный удар по площадям.

— Это сожжёт мой резерв, и он возьмёт меня тёпленьким, попробуем кое-что другое.

Я сформировал несколько ментальных щупальцев и закрутил их вокруг своей оси в надежде, что нападавший окажется на их пути, и я смогу зацепиться. К моему удивлению, это сработало, в, казалось бы, пустом месте я ощутил сопротивление и сразу же сконцентрировал все силы на этом участке, попытавшись поразить своими незримыми конечностями того, кто скрывался в невидимости, но не тут-то было. Прямо под моими щупальцами образовался кокон разнонаправленного пси-щита такой плотности, пробить которую я оказался не в силах, хотя, конечно же, попытался. А вслед за этим внутри возникшей энергетической сферы проявилась фигура, запомнившаяся по видеозаписи.

— Регистрирую входящий сигнал. Подключить? — раздался голос интеллектуальной системы скафандра.

— Подключай, — разрешил я и тут же услышал характерный рыкающий говор.

— А ты забавный, достаточно силён, но явно не хватает опыта.

— Ты кто вообще такой и откуда тут взялся?

— Ответишь на мои вопросы и умрёшь быстро, — проигнорировал мой вопрос противник. — Не старайся, разум ты защитил хорошо, но в сырой силе ты слаб, рано или поздно ты иссякнешь, и я получу то, что мне нужно.

— Ну, и что же ты хочешь знать?

— Я хочу знать, кто создал это, — он топнул ногой по металлической поверхности.

— С какой целью? — поинтересовался я, стараясь заболтать его и не понимая, почему я вдруг оказался не в силах противодействовать этому щегольски одетому уроду.

Хотя, скорее всего, действительно из-за кратного падения возможностей пси-источника я просто оказался слабее.

— Регистрирую ментальную атаку третьего уровня, — вновь донесся голос Фила, и я почувствовал, что начинаю терять связь с реальностью.

— Подчиняйся! — набатом прогудело в голове, и я попытался соскочить в спасительный ментальный лабиринт, чтобы увлечь противника за собой, но он не повёлся на эту уловку.

— Подчиняйся! — эхом отдавалось от стен ловушки, и я снова выбрался на поверхность собственного расползающегося, словно долбанная марсианская слизь, сознания.

Раз за разом я осуществлял тщетные попытки хоть что-нибудь предпринять, пробовал применить различные техники, но вновь и вновь как будто натыкался на каменную стену чужой воли.

— Да кто же ты такой⁈ — прорычал я, и в этот раз враг удостоил меня ответом.

— Я Гегемон!

— Какой ещё на хер Гегемон⁈ Я его прикончил! — вырвалось у меня, и в ту же секунду моё тело поднялось над поверхностью сферы и подтянулось поближе к существу в скафандре.

— Ты, жалкая обезьяна, ты не можешь справиться со мной даже сейчас, когда я ослаб. Нет, здесь поработал кто-то посильнее, хотя, с другой стороны, зачем мне вообще эта информация, наверняка эти убогие создания прислали в твоём лице лучшее, что у них есть. Вы меня не впечатлили, такое отношение сродни оскорблению, я даже убивать тебя и поглощать твою силу не стану. Вместо этого я преподнесу тебе дар.

— Какой ещё дар? — не понял я.

Существо в скафандре опустило руку, достало какую-то вещицу из кармана на поясе, раскрыло ладонь и показало мне гладкий стальной шар.

— Посмотри на него, не правда ли, он прекрасен? Он у меня остался только один!

Пока этот урод разглагольствовал, я не прекращал попыток пробиться сквозь его защиту, но, судя по всему, его это только смешило.

— Ты когда-нибудь видел нечто более прекрасное?

— Только такой идиот, как ты, может восхищаться железным шариком! — выпалил я, пытаясь собрать мысли в пучок.

— А вот тут ты не прав, это звёздный разрушитель, одно из самых смертоносных орудий древних, и теперь я уничтожу ферму окончательно, а ты будешь смотреть, пока не аннигилируешь вместе со всем, что есть в этой паршивой системе.

— Да ты, похоже, кретин! Эта звёздная система закрыта, ты не сможешь отсюда выбраться, и червоточину я тоже, кстати, закрыл.

Существо, представившееся Гегемоном, расхохоталось.

— Если ты хотел меня напугать, то у тебя не вышло, — второй рукой он аккуратно подхватил шар пальцами, нажал на две одному ему ведомые точки, затем слегка сдавил, после чего я всем своим существом ощутил дикую мощь, скрытую до времени в этом небольшом предмете.

Вот тут мне действительно стало страшно, шар выскочил из руки гуманоида и плавно начал подниматься вверх.

— Примите же дар Гегемона. Наслаждайся последними секундами жизни, хомо, спастись от этого невозможно.

Противник, оказавшийся мне не по зубам, вновь запустил руку в футляр на поясе и извлек оттуда небольшой овальный предмет, ловко прикрепил это устройство у себя на груди и хлопнул по нему ладонью. Неестественно яркий режущий свет ударил по моим глазам, и я рухнул на поверхность «Сферы», попытался проморгаться, и когда наконец-то мне это удалось, передо мной уже никого не было. Я инстинктивно поднял голову вверх и всеми фибрами своей души ощутил зарождение чудовища, схожее ощущение мне доводилось испытывать, когда позади меня, драпающего без оглядки, коллапсировала галактика, за которой я должен был приглядывать.

Эпилог

Эпилог

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

После того, как искин доставил профессору герметично закрытый стакан с обещанным лекарственным средством, Денис Сергеевич задремал, а потом и вовсе заснул, а уже через пять часов открыл глаза. Чувствовал мужчина себя вполне неплохо, голова не болела, и, приведя свой внешний вид в порядок, он отправился на поиски товарищей. Хотелось почему-то именно пройтись, а не прибегать к телепортации. По дороге он решил поэкспериментировать с телекинезом, но не найдя ничего подходящего под рукой, профессор Ветров пошел в столовую, где заказал себе стакан сока, выпил его и попробовал поднять силой мысли пустую пластиковую тару. Он так увлёкся этим занятием, что сам не заметил, как пролетело полчаса, но у него всё-таки получилось на весьма непродолжительное время оторвать посудину от поверхности стола. Обрадованный своими успехами, он только сейчас поинтересовался у Дэна, где же все, и выяснил, что в данный момент на борту находится только Скар, остальные же члены экипажа занимаются изучением обломков и того добра, которое можно в них найти. Как, впрочем, и сам искин древнего рейдера, попутно он демонтировал элементы вооружений и других систем мёртвых кораблей, которые могли ему понадобиться в дальнейшем. Ветров почему-то сильно переживал за Агату, очень уж импонировала ему эта странная и чертовски красивая инопланетная девушка. Он ещё не встречал в своей жизни человека, который вызвал бы у него подобные чувства, и с удовлетворением узнал, что она наконец-то выбралась из своей каюты и отправилась вместе с Дагом, Вандой и Аргуном на вылазку.

Донельзя довольные собой мародёры вернулись на борт «Ареса» часа через три, и почти всё это время профессор Ветров практиковался в применении собственных пси-возможностей. Получалось у него далеко не всё из того, что ему удалось освоить во время обучения, но он был уверен, что рано или поздно всего сможет добиться. Искин заверил его, что в этом деле необходима практика и настойчивость, источник нужно постоянно развивать, методично, непрерывно и кропотливо. Он заботливо предоставил сведения по этому процессу, и Денис Сергеевич сразу же, не откладывая дело в долгий ящик, приступил к прокачке.

Тепло поприветствовав вернувшихся членов экипажа, донельзя гордый собой профессор продемонстрировал им собственное умение на примере телекинеза и торжественным тоном сообщил, что готов хоть сейчас отправиться туда, куда они скажут, за необходимой информацией.

Наблюдая за Агатой, профессиональный психолог отметил позитивные изменения в поведении юной аграфки, тем более в данный момент предстояло выполнение серьёзной задачи, и девушка, собрав волю в кулак, активно принимала участие в обсуждении. Было решено отправить Дениса Сергеевича на боте в автоматическом режиме. Бор рассказывал, что без наличия в генотипе маркеров Арай присутствие других разумных может быть расценено как угроза. Если верить логике, то у родного брата такой набор генов должен был быть. Ставить под удар выполнение миссии никто не собирался, да и профессор не возражал, прекрасно понимая, что даже если ему и суждено встретить там опасность, то пусть лучше в этот момент он будет один.

Затем искин рейдера экипировал человека, которому предстояло отправиться на Полигон, по максимуму, выдал хороший штурмовой скафандр и вооружение, на всякий случай ему также вручили небольшой контейнер с универсальным дроидом-взломщиком, способным выполнять самые разнообразные функции, и наконец настало время отправиться в путь. Денис Сергеевич, попрощавшись со всеми на всякий случай, загрузился в бот с заранее запрограммированным маршрутом и под внимательными взглядами товарищей вылетел в черноту космоса, заполненную множеством обломков погибших за бесчисленное время в этом месте кораблей. Небольшое юркое суденышко уверенно маневрировало, обходя встречающиеся препятствия, и через некоторое время оказалось в относительно свободном пространстве. Набрав скорость, оно устремилось по направлению к древней станции, одной из нескольких, предназначенных для проверки способностей потенциальных членов силового блока империи Арай.

ПЛАНЕТА АНУА

Никогда прежде Карра Кен не испытывал действие этого артефакта на себе, хотя знал, благодаря тесту, единожды проведённому на одном из своих подданных, что система экстренного спасения с поля боя функционирует. После того, как древний ящер, внезапно перекроивший собственные планы относительно дальнейших действий, произвёл активацию устройства, он ощутил самые омерзительные по своей природе ощущения. Ему показалось, что его разорвали на миллиарды мельчайших кусочков, и каждый из них начал испытывать первобытный ужас впервые оказавшегося перед бесконечностью космоса разумного. Тогда, при проведении экспериментального перемещения, молодой ануак, хоть и выжил, даже и физически оказался невредим, но приходил в себя очень долго. Гегемон был уверен, что это произошло от того, что разум подопытного был слаб, себя же он полагал гораздо более устойчивым в психическом плане.

Сколько длился его полёт, оценить древний ящер не мог, всё, что ему удалось почувствовать и запомнить, так это мелькающие всполохи, а потом внезапно всё закончилось, и он очутился на металлическом приемном диске диаметром в полтора метра, находящимся в центре его покоев на родной планете. Координация движений тела оказалась нарушенной, и правитель, не удержавшись на ногах, упал на колени, упершись руками в гладкую поверхность, испещренную символами давно мёртвого языка.

Однако не зря же Карра Кен прожил тысячи циклов, прошло всего несколько секунд, а он уже сумел взять себя в руки, постепенно возвращался контроль над телом, и ануак смог осмотреться по сторонам, с удивлением уставившись на своего сородича, занявшего его трон.

— Так-так, — послышался довольно высокий голос молодого ануака, имевшего наглость облачиться в традиционные одеяния Гегемона, — ну, и кто же ты такой?

Карра Кен осторожно поднялся на ноги и бросил взгляд по сторонам. Этот наглец, мало того, что уселся в законное место правителя, но ещё и его верных Когтей возле себя не поставил, разговаривать с этим жалким существом не было никакого смысла, и он просто приказал тому умереть, ударив привычной пси-техникой. Однако, к его удивлению, сидящий на троне небрежно проигнорировал его выпад и ухмыльнулся.

— Кажется, я понял, — взрыкнул он, — ещё одна копия пожаловала, ещё один чёрный кристалл в минус. Только вот извини, брат, я добрался сюда первым. Ты много сил накопил, но этого явно недостаточно, — после этих слов ануак, оказавшийся чуть удачливее, обрушил всю свою мощь на опешившего Гегемона.

И да, он действительно успел возродиться в резервном вместилище гораздо раньше и не терял зря времени. За прошедшие месяцы его Когти доставили к нему множество пси-одарённых подданных, и всех их Карра Кен поглотил, что позволило вернуть ему около четверти былой мощи, и сейчас всю её он изливал на того, кто теоретически мог бы составить нынешнему правителю конкуренцию.

Гегемон, возродившийся в Солнечной системе, попытался оказать сопротивление, но силы изначально были кратно неравны, защита слетела в один миг, и он почувствовал, что ему наступает конец. В голове древнего ящера с немыслимой скоростью проскакивали мысли, направленные только на одно, как бы спастись, но противник не дал ему никакого шанса. Сфера аннигиляции, в центре которой находился облачённый в боевой скафандр ануак, разрослась в диаметре до трех метров, захватила принимающую часть древнего артефакта и достаточно уверенно начала её плавить. Как бы не было жалко Гегемону, возрождённому на Ануа, такого полезного девайса, но позволить претенденту остаться в живых он не мог.

Символы на разрушающемся диске под ногами Карра Кена внезапно вспыхнули ярким синим светом, а потом под своды покоев ударил столб энергии, разметав сферу аннигиляции. Гегемон, сидящий на троне, с интересом уставился в то место, где когда-то находилось древнее устройство. Вместо него сейчас дымился круглый провал, уходящий на несколько этажей вниз, та же самая история произошла и с потолком. Проживший бессчетное количество циклов ануак поднялся, не отрывая взгляда от образовавшейся дыры, приблизился и посмотрел вверх, с удивлением обнаружив, что видит голубое небо своей планеты. Озадаченный произошедшим, правитель гегемонии вернулся на своё место и, усевшись, задумался обо всём случившимся. Ответов на основной вопрос — что же только что произошло, рептилоид не нашёл, но тем не менее своего добился, потенциальный конкурент уничтожен, а значит, именно он остался единственным из трёх дубликатов истинного Карра Кена, вернувшегося из небытия.

СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ОКОЛОЗЕМНОЕ ПРОСТРАНСТВО

Оставшись в одиночестве на поверхности металлической сферы, я с ужасом наблюдал за тем, как зарождается сама смерть, и явственно ощущал, что, похоже, изрядно облажался. В шлеме раздался тревожный голос Курка.

— Командир, это что это такое мы сейчас наблюдали? Может быть, нам надо вмешаться?

— Я не знаю, — прорычал я в ответ и оборвал связь.

Сейчас не до разговоров, надо срочно придумать хоть что-то, чтобы попытаться спасти родной мир. Вот не любит он меня, каждый раз, когда я сюда возвращаюсь, происходит какая-то задница, и очевидно, что сейчас она гораздо глобальнее, чем прежде, вот прямо чувствую, что моя собственная пятая точка из зависти испытывает истеричный стыд, да и сжалась она до состояния лютого дискомфорта. Почему-то я сразу поверил словам возродившегося непонятно как существа, назвавшегося Гегемоном, космос велик и полон тайн и загадок, и если существует хоть малейшая вероятность, что этот древний ящер смог каким-то чудесным образом здесь выжить, то следует допустить такую возможность. К тому же, если ему удалось отсюда смыться, то наверняка этот гад задумал конкретную месть за то, что я лишил его всего.

Звёздный разрушитель отлетел уже метров на пятьсот, я сфокусировал на нём оптику и обомлел. Небольшой изначально шар явно увеличился в размерах, трансформировавшись в замысловатую ажурную конструкцию, внутри которой происходили какие-то немыслимые процессы.

— Фил! — буквально закричал я. — Надо сделать хоть что-то, я не знаю, придумай, мне нужно сейчас всё, все эти долбанные модули, вся моя сила, иначе мы тут очень так качественно сдохнем.

— Процедура экстренной неконтролируемой интеграции элементов грозди небезопасна.

— Да похрен, делай! — приказал я, и тут же ощутил дурноту, а перед глазами побежали строчки отчётов, читать которые не оставалось никакого времени.

Единственное, что я сразу же почувствовал, как уменьшился уровень накопившейся энергии, это, видимо, хран расширил мой потенциал, а уже в следующую секунду я, с силой оттолкнувшись от поверхности металлической сферы, помогая себе маневровыми двигателями, устремился к этому проклятому артефакту в надежде каким-либо образом остановить активированный процесс. Двадцать секунд понадобилось мне на то, чтобы приблизиться к наблюдаемой уже не только в пси-диапазоне, но и визуально, конструкции. Противно засосало под ложечкой. Ох, как же страшно, а ещё страшнее оттого, что ты не понимаешь, как эта штука работает, сделаешь что-нибудь не так, и она рванёт, хотя, вполне вероятно, это и есть выход из ситуации. Стоит попробовать попытаться сломать её до того, как она свершит своё чёрное дело, и я принял решение, быть может, самое глупое в своей жизни, но всё же сформировал множество ментальных острозаточенных щупальцев и попытался воткнуть их в этот буйный ком энергий.

Первые плети сгорели без следа, ещё даже не приблизившись к ажурному шару, но я раз за разом продолжал попытки, пока хранилище пси-энергии во мне не показало дно, видимо, слишком много я себе позволил, основное действие между тем продолжило разворачиваться. Артефакт медленно трансформировался, но в этот момент в дело вступили те, про кого я совершенно забыл. Видя что-то непонятное, спецназовцы, остававшиеся в боте, решили помочь, как могли, хотя, скорее всего, это была единственная возможность. Несмотря на то, что я находился в непосредственной близости от аномального объекта, они запустили свою хвалёную ракету «космос-космос», нацелив её на удар по звёздному разрушителю. Правда, добились они только того, что меня слегка отбросило в сторону, и я вынужден был вновь стабилизироваться в пространстве, видимо, чего-то не учли наши оружейники. Однако всё-таки кое-чего им удалось достичь, в том месте, куда они направили оружие, энергетический фон немного изменился, и я, заинтересовавшись, попытался дотянуться туда двумя кое-как сформированными плетями, но натолкнулся, словно на каменную стену. И тут ко мне внезапно пришло понимание того, что я могу впитывать прорывающуюся ментальную энергию, которая выбрасывается в большом количестве из этого повреждения. Ничего другого мне не оставалось, и я начал, захлёбываясь, поглощать её, в надежде откачать её прежде, чем произойдёт ужасная трагедия. Хран с огромной скоростью заполнялся, и я всем своим естеством ощутил, что мои энергоканалы начинают перегорать от переизбытка прокачиваемой через них энергии. Необходимо было срочно куда-то её сбросить, но в какое место и как это возможно сделать?

Единственное, что попалось мне на глаза — это сфера, и вдруг я осознал, что это действительно может быть выходом. Аннигиляция такого огромного объекта потребует очень много сил, не обладая такой подпиткой, я бы никогда не смог сотворить нечто подобное, но сейчас, оказавшись подключённым к кажущейся бездонной батарее, понял, что это стало возможным. Я потянулся к находящемуся где-то неподалёку массивному объекту, который из-за моей прежней неосмотрительности стал камнем раздора и возможной причиной возникновения разрушительных войн в будущем на моей родной планете. Аннигиляция, уничтожение материи как таковой, создание антагониста сущему, как же это непросто сотворить.

Медленно, очень медленно сформировался небольшой ком антивещества, процесс потребовал от меня колоссальных энергозатрат, но сейчас я об этом уже не думал. Испытывая адскую боль и отчетливо наблюдая за тем, как скафандр, явно не предназначенный для экстремальных нагрузок, начинает плавиться, я пытался удержать в разуме цель, и через некоторое время у меня стало получаться, огромный кусок металла дрогнул и начал рывками скукоживаться, втягиваясь в то образование, которое мне удалось сформировать.

Вторым потоком сознания я пытался следить за висящим неподалеку от меня артефактом, интересно, зачем вообще его создали, неужели древние были настолько жестоки, что таким варварским способом уничтожали звёздные системы. С разумом тоже творилось что-то странное, я будто вновь ощутил себя диэтархом, подключённым к информационному полю и обладающим немыслимыми возможностями. Возникла бредовая идея выбросить эту энергию за пределы галактики, но, судя по всему, совершить подобное мне было не дано, тем не менее процесс трансформации артефакта приостановился, значит, я нахожусь на верном пути. Остатки кораблей-санаторов медленно втягивались в ком антивещества, и все вроде шло неплохо, но я вдруг испугался, что не успею, слишком сильные повреждения мною получены. Интерфейс нейросети погас, и голос Фила, постоянно звучавший в последнее время в моей голове, затих. Похоже, это всё, но надо успеть, надо попытаться. Вот вроде ни герой ни разу, а получается, что защита родного дома в критический момент превозмогает все остальные инстинкты.

Как-то незаметно вся сфера исчезла, но возникла другая проблема, что теперь делать с тем, что я создал, ведь просто так оно не исчезнет, и я попытался соединить два этих смертельно опасных образования, питая слабую надежду на то, что, быть может, удастся хоть таким способом нивелировать последствия. Только вот в какой-то момент я понял, что соединить эти два антипода у меня не получается, как магниты с одинаковыми полюсами, они словно отталкиваются друг от друга. И я попытался сделать то единственное, на что ещё оставалась надежда — телепортировать небольшой по своему размеру ком вещества, чуждого этому миру, как можно дальше.

К собственному удивлению, моя сенсорная чувствительность возросла настолько, что я смог охватить всю звёздную систему и даже выйти за пределы гелиосферы и, попав туда, я отчаянным усилием произвёл перемещение этого сгустка смерти.

Оставшись наедине с древним артефактом, который, к слову сказать, изрядно уменьшил выброс энергии, затраты на удаление из звёздной системы антивещества потребовались колоссальные, и хран опять опустел, я вновь начал закачку, попутно пытаясь проникнуть внутрь звёздного разрушителя своими ментальными щупальцами. Теперь у меня была возможность создавать их в неограниченном количестве, я отращивал их непрерывно, пытался рубить, проколоть, хоть каким-то образом повредить это устройство. Плети сгорали, но я без устали создавал новые, и постепенно дело сдвинулось с мёртвой точки.

Не знаю, сколько времени прошло, может быть, несколько секунд, а может быть, целая вечность, контроль над всем происходящим я уже давно потерял, превратившись в дикого зверя, в ярости рвущего свою добычу. Я что-то кричал, практически не осознавая, что происходит, превратившись в эдакого энергетического берсерка, но тем не менее я чувствовал, что превозмогаю. Но то, что я уже вряд ли после этого смогу стать прежним, вдруг отчётливо дошло до меня, вспомнились мои товарищи, мой прекрасный корабль, который сейчас где-то там, в невообразимой дали. Где же ты, мой «Арес»? Распадающийся на части разум потянулся мысленно куда-то очень далеко, вглубь космоса. Где ты, мой «Арес»? Я тянулся, тянулся, пока вдруг не почувствовал, что нашёл. Несколько пылающих комков энергии, таких знакомых и родных. Именно в этот момент дрогнули сердца двух братьев-вотахов, и я понял, что хочу к ним. Если уж суждено мне умереть, то только рядом с друзьями.

Мой прекрасный рейдер был очень далеко, даже и не знаю, что помогло мне его найти, может быть, счастливый случай или судьба, но у меня получилось проложить к нему ментальную дорожку, я смог, последним отчаянным усилием воли вырвав какое-то энергетическое образование из центра звёздного разрушителя. Воспользовавшись остатками его смертоносной мощи, разложил своё тело, превратив его в информационный поток, и с немыслимой силой швырнул этот комок вдаль, впервые в жизни осуществляя сверхдальнюю телепортацию без особой надежды на успех.

БОРТ РЕЙДЕРА «АРЕС»

Аргун со Скаром, как всегда, занимались обычным делом — медитировали, сидя на полу, в попытке почувствовать своего хозяина. Несколько дней назад улетел бот, и пока от него не было никаких вестей, поэтому экипаж «Ареса» бездельничал, попутно разбирая найденные на обследованных кораблях трофеи.

Внезапно оба брата схватились за грудь и повалились на палубу в припадке. Это продолжалось всего секунд двадцать, а потом их обоих синхронно отпустило, и они с непониманием уставились друг на друга.

— Что это было? Мне показалось, что у меня сейчас сердца взорвутся, — спросил Аргун.

— Хозяин, с ним что-то произошло. Я чувствую нечто ужасное, но не могу понять, что именно, — с тревогой в голосе ответил брат.

— Мы теряем тут время, нужно лететь за профессором, мне кажется, он там подзадержался. Или попытаться самим добыть информацию.

— Ты прав, брат, хозяину нужна помощь.

Однако этому плану не суждено было сбыться, потому что буквально в следующее мгновение возникла яркая вспышка, и на палубу прямо между братьями упало тело в обгоревшем скафандре, за его правым плечом тлела рукоять какого-то холодного оружия, показавшегося телохранителям смутно знакомым. Оба вотаха бросились к внезапно появившемуся откуда-то человеку и, осторожно заглянув в его лицо через потемневшее забрало, тут же расплылись в блаженных улыбках, синхронно прошептав:

— Хозяин вернулся!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Апогей: РЕИНКАРНАЦИЯ

Content

Апогей: РЕИНКАРНАЦИЯ

Пролог

Глава 1 Марсианин

Глава 2 Cogito ergo sum

Глава 3 Прыг-скок

Глава 4 Находка

Глава 5 Мышеловка

Глава 6 Возвращение к истокам

Глава 7 Загнанный зверь

Глава 8 «Finita la commedia»

Глава 9 Revertere quod furtum

Глава 10 Отчий долг

Глава 11 На пороге войны

Глава 12 Дар Гегемона

Эпилог

Nota bene