Alex Vulf

Не Ангелы

Часть 1

Глава 1. Знакомство

— Привет, ты новенькая? — мягкий голос, со слегка заметной хрипотцой вывел Леру из мрачного оцепенения. Она повернулась на голос и увидела подростка, который с любопытством разглядывал её. Вначале она приняла сверстника за парня, всё способствовало тому, короткая прическа, мятые широкие джинсы и белая майка, но черты лица — мягкая линия губ, нежная кожа, еле заметные выпуклости в районе грудной клетки — выдавали в этом непонятном существе девочку.

— Привет — односложно ответила Лера — Да — тем самым давая понять, что идти на контакт у неё нет желания.

— А ты бука — с легкой насмешкой протянула девушка, и внимательно посмотрела в её глаза. насмешливые зелёные столкнулись с холодными карими и зацепили их, Лера почувствовала, что не может отвести свой взгляд от этих глаз. Они горели каким-то дьявольским огнём, эти глаза очаровывали и против воли девушка почувствовала, что улыбается нежеланной собеседнице.

— Вот уже лучше — победно улыбнулась обладательница таких в прямом смысле сногсшибательных глаз, ну, что дорогая новенькая будем знакомиться? Я, Мара.

— Мара? — брови Леры удивленно поползли вверх — Это твоё настоящее имя?

— Так много вопросов, а я даже не знаю твоего — Мара придала голосу обиженные нотки и ещё раз внимательно взглянула девушке в глаза.

— Прости, я Лера. Валерия. — ей хотелось, что бы её новая знакомая не отводила взгляда своих глаз, когда та смотрела на неё внутри девушки растекалось тепло… «необыкновенный цвет глаз, такой яркий, такой насыщенный, полный жизни» — с немым восторгом думала Лера, стараясь, как можно дольше удержать взгляд Мары.

— Ну, тогда я — Марина, только я не люблю это имя, лучше коротко Мара — с этими словами зеленоглазая собеседница протянула свою ладонь — Будем знакомы?

— Будем — неожиданно для себя согласилась Лера и протянула на встречу свою руку. От внезапного прикосновения чужой руки кожу девушки пронзили тысячи маленьких иголочек. Заметив изумленный взгляд Мары, направленный на свою ладонь, Лера поняла, что и та почувствовала что-то похожее.

— Детка, у тебя в руку, что шокер вшит? — с легкой иронией произнесла собеседница, с ещё большим интересом вглядываясь в её лицо.

— Да вроде нет, я думала это у тебя — с легким смешком ответила Лера, с изумлением подмечая, что смеётся, она смеётся. Определенно Мара на неё имела какое-то влияние. И это было странно. Ещё раз посмотрев на собеседницу, Лера более внимательно изучила её. Короткий темный волос, асимметричная стрижка, более длинные с одной стороны и практически выбритые с другой волосы, и длинный хвост доходящий до плеч. Майка подчеркивала худощавость фигуры с хорошо развитыми мышцами, которые мягко перекатывались под нежной кожей смуглой от загара. «Она немного выше меня, поэтому кажется, что она смотрит на меня слегка с высока, на самом деле в её глазах одно лишь любопытство…и кажется я ей нравлюсь» — анализировала увиденное Лера.

Молчание грозилось принять неприличные размеры, Мара кашлянула — Хм, Лера, ты так на меня смотришь, как будто чудо чудесное увидела.

Лера смущенно покраснела и поспешила отвести взгляд — Извини.

— Лан, нет ничего страшного, можешь смотреть сколько душе угодно. Мне не жалко. Кстати тебе такая возможность будет предоставляться каждый день…

— Почему? — Лера недоуменно приподняла брови.

Выждав театральную паузу и ещё раз окинув девушку взглядом. её собеседница с легкой полуулыбкой ответила:

— С этого дня мы с тобой соседи по комнате — добавив в голос молящие нотки, она продолжила — надеюсь, ты рада?

Лера не смогла скрыть улыбки, наблюдая за театральным поведением Мары — Правда? Классно. Только боюсь тебе моё соседство придется не по вкусу. Я молчунья, да и… ну в общем, Я не думаю, что ты сильно будешь этому рада в дальнейшем.

Мара серьезно посмотрела на девушку и полушепотом спросила — Надеюсь ты в 12 часов не превращаешься в чудовище или лягушку…брр…терпеть не могу лягушек, они зеленые и склизкие…

Её собеседница, улыбнувшись на такое предположение, ответила — Нет, Мара — как приятно произноситься имя — не превращаюсь… На миг глаза её вновь стали печальными — Но и без этого хватает всего…

Мара заметив грусть промелькнувшую в глазах новой соседки, подошла к ней и положила свою смуглую ладонь на её плечо — Не переживай, я не дам тебе грустить. Со мной весело. Я не боюсь ни тебя, ни твоих тараканов…своих хватает. Кста, они у меня породистые, фиолетовые…

Валерия вновь окунулась в необычайный взгляд практически изумрудных глаз собеседницы и внезапно поддавшись порыву, убрала её ладошку со своих плеч и крепко сжала её своими руками-

— Знаешь, Мара, я верю тебе, правда верю.

— Ну и отлично — с этими словами, Мара подхватила сумку девушки и перекинув её через плечо хитро подмигнула — Пошли я покажу тебе нашу комнату, и вообще все покажу. Считай сегодня я твой гид.

Девушки пошли по холлу в сторону спального отсека.

Глава 2. Колледж

Закрытый специализированный колледж для девушек был создан три года назад. Инициатором создания была подполковник МВД в отставке Ирина Александровна Гельхман. Дочь немецкого военнопленного Алекса Гельхмана и русской разведчицы Анны Николаевны, Ирина Александровна взяла от обоих родителей непреклонный характер и уверенность в своих силах. Рано оставшись без родителей, отца расстреляли, а мать скончалась в лагере для предателей отечества, Ирина всё детство и часть юности провела в дет. домах и интернатах. Перенесенные побои и обиды не сломили «немецкого отродья», а наоборот закалили её характер, придав жесткость и бескомпромиссность в решении проблем стоящих перед ней. С отличием закончив школу, Ирина подала документы в милицейское училище и с успехом закончив его поступила в Высшую школу МВД. После учебы было распределение, и её направили служить в Хабаровск. Двадцать лет службы пролетели незаметно. Постепенно из старшего лейтенанта Ирины стала вырисовываться сначала капитан Ирина Александровна, затем майор…после Афганистана и Чечни Ирине Александровне присвоили звание полковника. Ещё пять лет она возглавляла отдел по борьбе с детской преступностью, с её помощью были созданы различные фонды и психологические службы помощи несовершеннолетним, многим она помогла лично. Конечно хватало и тех, кто был с её помощью заслуженно наказан и осужден, но именно заслуженно. Ирина Александровна всегда с особой тщательностью подходила к уголовным делам подростков, стараясь по мере сил смягчить приговор суда или заменить срок заключения в колонии исправительными работами или иным наказанием, прекрасно понимая, что колония не перевоспитывает, а окончательно ломает молодую неокрепшую психику детей. Сама она так и не завела семью. На то у неё были свои основания. О которых речь пойдет чуть позже.

Уйдя в отставку полковник решила воплотить в жизнь одну свою идею, которая на протяжении уже 20-ти лет не давала ей покоя. Открыть специализированный закрытый колледж для девочек-подростков, оставшихся без своих родителей и живущих под опекой государства. По мимо основных дисциплин в этом колледже должны были преподаваться и специализированные предметы, которые подготавливали бы девушек к службе в В вооруженных силах, а так же к дальнейшему обучению и получению высшего образования и работе во внутренних органах Р.Ф.

Контингент подбирали соответствующий. Для обучения в колледже выбирали девочек физически здоровых, с задатками лидерства, с хорошо развитыми умственными способностями и в основном в неладах с российским законодательством. Отбор производился в спецшколах и интернатах, где жили и учились подростки. Акцент в большинстве случаев при выборе кандидаток в будущие воспитанницы колледжа делался на социальное поведение. Выбирали самых отъявленных хулиганок, задир, заводил и непокорных девочек. Тех, кого не сломило российское общественное воспитание, в таких девочках был стальной стержень, который может было согнуть, но не сломать. Ирина Александровна лично просматривала каждое Дело потенциальной ученицы своего колледжа и проводила с ними беседы с глазу на глаз. Набрав необходимое число будущих воспитанниц, полковник в пригороде Санкт-Петербурга открыла первый в России спец колледж для девочек сирот. Распорядок в нём был строжайше регламентированный, в нём обучалось 200 воспитанниц в возрасте от 14 до 19 лет, которые были поделены на 4 взвода по 50 человек. Каждый взвод имел в своем составе 5 рот по десять человек. Девочки жили в комнатах по два человека, в каждой секции было по пять комнат. Для каждого взвода был построен свой отдельный коттедж, который соединялся с другими коттеджами и учебной частью стеклянными коридорами. Личный обучающий состав Ирина Александровна так же выбирала сама. Ей нужны были люди которые хорошо бы понимали важность поставленной перед ними задачи и в тоже время не были сухарями. В основном своем все преподаватели прошли суровую школу выживания в детских домах и были морально подготовлены для работы с девочками. Спец преподавателей полковник выбрала из тех волчат, которых ей приходилось обучать когда-то самой. Территория колледжа была оборудована всем необходимым для отдыха и обучения. Теннисный корд, небольшая конюшня, бассейн, отличный спортивный зал и небольшой полигон, где проводились занятия по военной подготовке, а в выходные шли интенсивные сражения между взводами в пейнт-болл. Никто не заставлял девочек учится- для каждой из них было делом чести показать лучшие результаты и оценки, которые заносились в специальный табель успеваемости роты. Тот взвод, который в конце месяца набирал наибольшее количество баллов поощрялся поездкой в Санкт-Петербург, а в конце учебного года поездкой за рубеж. Выпускницы колледжа с легкостью поступали в любые Вузы страны, но все же большинство из них выбирали службу в Армии…или во Внутренних войсках.

Глава 3. Лера. Начало

Она была единственным ребенком в семье. Вся родительская любовь и забота полностью были посвящены ей, но несмотря на это, Лера росла спокойной и послушной девочкой. В детстве Валерия была довольно замкнутым ребенком, для которой общение со сверстниками не было необходимым фактором. Рано выучившись читать, она могла целыми днями просидеть за книжкой в своей детской комнате. Родители всерьез озабоченные её неконтактностью попытались раскрепостить её. Мама записала её на танцы, папа купил ей щенка овчарки. Они жили в маленьком уютном домике на берегу черного моря в посёлке Темрюк Краснодарского края. Раньше родители работали в Хабаровском отделении МВД, но с рождением Леры решили выбрать более спокойную работу и место для жизни. Так они стали краснодарцами. Лера практически не помнила своей прежней жизни в том далеком городе, где летом температура поднималась выше 30 градусов, а зимой опускалась за 40. Всё её детство было связанно с морем. Мягкий морской бриз выбелил её белокурые волосы, придав её карим глазам глубину и загадочность. Хрупкое телосложение придавало ей невесомость, когда она бежала по морскому берегу, казалось, что бежит не девочка, а летит маленькая фея. В семь лет, как и положено Лера пошла в школу. Учителя не могли нарадоваться на спокойный и покладистый характер малышки, она не скандалила с одноклассниками, была очень исполнительной и аккуратной. Практически идеальный ребенок. Именно практически. Её мама очень тревожилась, что её сокровище не имеет друзей, хотя отношения со сверстниками у неё были ровно-дружелюбные, она никого не подпускала к себе ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Всерьез обеспокоенная этим, Оксана отвела ребенка к детскому психологу. Обследовав её, психолог развела руками, никаких патологий и отклонений от психического развития врач не нашла. Напоследок она посоветовала матери дать дочери возможность самовыражаться и записать малышку в какую-нибудь секцию. Так Лера стала танцевать. Музыка и пластика полностью захватили воображение ребёнка, у неё было просто идеальное чувство ритма и восприятие. Лера танцевала самозабвенно в паре или одна. вскоре она сделалась маленькой звездочкой своего города, её приглашали на все мероприятия, открытия и праздники. Партнер по танцам — Артур с легкостью и гордостью вел её по сцене и публика замирала от восхищения. Два юных создания — она белокурый ангел, с карими глазами, он смуглый, до черна загорелый паренек с пронзительным взглядом серых глаз вызывали столь сильные эмоции своим танцем, что даже «брутальные мачо» в порыве чувств вскакивали со своих мест и кричали им браво. Детей невозможно было разлучить, они всюду были вместе, Артур с помощью Леры подтянул все свои хвосты и вскоре стал в числе хорошистов школы, Лера же благодаря влиянию Артура стала более открытой и раскованной в отношениях с другими людьми. Оксана и Николай не долго думая обменяли свой домик на квартиру рядом с квартирой Артура и вскоре семью за дружили домами. Дети росли, менялись физически, но дружба между ними не прекращалась ни на минуту. Парой они объездили практически всю Россию, стали лауреатами и финалистами многих конкурсов, побывали в Париже, Берлине, про них был снят документальный фильм…казалось бы, что им может помешать в дальнейшем… увы к четырнадцати годам Артур заболел. Заболел самым жестоким образом. Его одолела звездная болезнь. в нем проснулись высокомерие, грубость, предвзятость мышления. Его родители упустив этот момент, позже схватились за голову, Артур стал невыносим…Лера же оставалась прежней. Она любила Артура. как брата и очень страдала от его перемены характера. Из маленького принца Артур буквально за год превратился в чудовище. Вначале алкоголь, затем легкие наркотики во время гастролей, Артур почувствовал себя взрослым, его окружали девушки, старше его, опытнее, для которых он был лакомым кусочком, вскоре мальчик стал мужчиной. Её родители работали в МЧС и частенько отлучались в различные командировки, раньше с внуком сидела бабушка, но отец посчитав сына уже достаточно взрослым позволил ему оставаться одному в квартире. Тем более, что по соседству с ними жила Лера, которая уж точно не позволит Артуру ничего лишнего. Зная, что Лера всё равно ничего не скажет его родителям, Артур расслабился и начал отрываться по полной. Постоянные кутежи, куражи, пьяные компании…хотелось новых ощущений…кто-то предложил экстази…ощущение полета, звериное возбуждение, Артур чувствовал себя богом. Естественно такая жизнь ни могла не сказаться на его мастерстве, как танцора. Без таблетки Артур чувствовал себя разбитым, а приняв «витаминку» терял координацию и фальшивил при танце. Лера вначале мягко, а потом всё настойчивее стала просить Артура завязать. Её было очень страшно и больно смотреть, как деградирует её старый друг. Но Артуру было плевать на всё и на всех.

— Дурочка. Я Звезда, понимаешь, я Звезда. Ты без меня ничто — говорил он ей после ещё одной неудачной репетиции.

— Я могу танцевать, дело в тебе, это ты не можешь. Посмотри на себя? Бледная кукла, да, ты по сравнению с моими девочками ещё совсем ребенок. А я мужчина. Понимаешь? Мужчина я! Мне с тобой скучно. иди в куклы играй.

Лера уходила в слезах, понимая, что тот Артур, её Артур, с которым она делилась буквально всем, умер, а этот циничный подросток с безумным взглядом серых глаз — незнакомец.

Их ждало выступление в одном из всероссийских танцевальных конкурсов в Москве. Они вылетели вместе, но каждый из них был уже отдельно от другого. Лера с болью в глазах смотрела на Артура, который сидел в окружении девочек и что то им громко рассказывал. Она чувствовала опустошенность. Через два дня должно было состояться их последнее выступление. Лера решила порвать окончательно всякие отношения с бывшим другом. Их творчество, как и их дружба окончательно изжили себя. Грела одна мысль, на последнее выступление прилетят родители. Мама и Папа. Они помогут ей справиться с этой трагедией, а потом она все расскажет родителям Артура. Его нужно спасать. От себя самого. Ей было искренне жаль мальчика, жаль его стремления превознести себя, поставить идол самому себе. Лера сидела погруженная в свои мысли не замечая, какие хищние взгляды кидает на неё её партнер по танцам. Уже будучи изрядно под кайфом Артур бесстыжим взглядом буквально раздевал девочку.

«Мля до чего же хороша. Эти точеные черты лица, эти волосы, эти глаза, эта нежная кожа под моими руками…как же я хочу тебя. Сегодня вечером ты станешь моей деточка. Хватит тебе ходить целкой. Ты всегда относилась ко мне, как к другу, сегодня я все поставлю на свои места. А потом дам по развлекаться с тобой своим дружкам Максу и Гришаю» — хмыкнул он, переводя взгляд на двух двоих постоянных собутыльников. Те ободряюще хмыкнули в ответ и подняли банки с пивом в приветственном жесте. Они были в курсе намерений Артура и полностью поддерживали его в этом.

— Давно пора засадить этой белобрысой — сказал Макс обращаясь к Грише. — А то корчит из себя недотрогу, но ничего Артур её быстро обломает. Взрослеть пора девочке.

Вечером Лера, как всегда приняв душ легла с книжкой, что бы немного почитать перед сном. Через пятнадцать минут раздался стук в дверь.

— Лер, это Артур, можно войти? Поговорить нужно.

Лера встала, накинула халат на пижаму и подошла к двери.

— Артур, ты совсем рехнулся? Время одиннадцать, иди спать. Поговорим завтра. Я уже легла.

— Вот и отлично — с этими словами мальчик пнул дверь, легкая защелка не выдержав такого испытания звякнув отлетела в сторону, в комнату ввалилась дружная троица, ребята явно были под кайфом.

Девочка, окаменев от такой наглости, смотрела, как они приближаются к ней. Наконец способность двигаться вернулась и Лера бросилась к ванной комнате. Но на её пути встал ухмыляющийся Гришай.

— Я закричу — стараясь, что бы в голосе не звучала паника произнесла Валерия.

— Кричи — пожал плечами Артур — Ток бесполезно, все в отрубе. Сопровождающие дрыхнут после дозы снотворного подмешанного в кофе, а других я предупредил, что мы ночью будем тебя разыгрывать с ребятами.

Лера метнулась к входной двери, но её ухватили крепкие руки её эксдруга.

Девочка встретилась взглядом с его глазами и в ужасе отшатнулась, они были красными.

— Артур, отпусти, — прохрипела она чувствуя, как руки ещё сильнее сдавили её шею. Перед глазами все поплыло. подкосились ноги…

Мальчик посмотрев в глаза Леры и увидев, что она на грани потери сознания небрежно бросил её на кровать и приказал ожидающим его слов парням.

— Разденьте сучку и привяжите к кровати, в рот кляп, пока, что бы не кусалась…когда надоест внизу займемся ей ротиком.

Парни гогоча, принялись снимать с девочки пижаму, попутно не забывая ущипнуть её кожу и облапать небольшие груди с нежно-розовыми сосками. Привязав девочку к кровати, с широко раскинутыми руками и ногами парни отошли в строну. Артур уже успел раздеться. Адреналин от предчувствия содеянного и принятый на кануне кокаин усиливали его возбуждение, Лера слабо застонав, открыла глаза и увидев перед собой обнаженного парнишку принялась дергаться, пытаясь освободиться от веревок связывающих её запястья и лодыжки. Артур заметив, что девушка пришла в себя с рычанием бросился на нее. Низ пронзила острая боль, которая поднявшись к груди затопила её сознание… девочка погрузилась во тьму.

Использовав тело девочки на полную катушку парни сделали пару снимков на память на цифровую камеру, затем развязав так и не пришедшую в себя Леру они ушли, оставив на столе предупредительностью записку:

«Вякнешь кому-нибудь сучка, прирежем»

Очнувшись девочка сползла с кровати и набрала номер матери:

— Мама, мамочка, Артур и его дружки… — её голос сорвался на плач.

Оксана поняла всё без продолжения…

Через полчаса мать и отец вылетели в Москву.

Оксана долго не решалась набрать номер, но ублюдков нужно было наказать и лишь один человек мог помочь ей в этом, наконец её пальцы набрали цифры. Ожидание соединения показалось для Оксаны вечностью. Наконец до боли знакомый голос, с усталой хрипотцой ответил:

— Да, я вас слушаю.

— Ирина, это я Оксана.

Молчание… наконец тихий голос произнес:

— Привет, Оксан.

— Ирина, мою дочь изнасиловала группа подростков…я…я… — голос захлебнулся в рыданиях.

В Ирине Александровне проснулся полковник, отринув воспоминания связанные с этим голосом… таким родным, она спросила:

— Где она? где наша дочь? Рассказывай всё.

— Она в Москве.

— Я это знаю, у них выступление.

— Да, я поняла, что ты за нами присматриваешь, Ириша, давно уже это поняла.

— Говори, какая гостиница, я как раз в Москве.

— Премиум, Ирин… — голос прервался, в трубке мобильного телефона раздался свист, треск и непонятный вой…

Ирина Александровна в раздражении откинула мобильник. Она весь день провела в дороге, сама только недавно прилетела из Хабаровска, где окончательно поставили точку в Маришкином деле. Теперь полковник являлась для этой девочки не только директором колледжа, но и официальный опекуном и попечителем. Выйдя из номера гостиницы Ирина на мгновение прикрыла глаза. Вот и случится всё же встреча…встреча с прошлым. Родным и до сих пор любимым…

В порыве злости полковник ударила кулаком в стену:

— Ублюдки, да. как они только посмели притронуться к их маленькому ангелу. К такому невинному, не знающему жесткости ребёнку. Убью тварей, сгною в тюрьме, благо лидеру уже есть 14 лет.

Сев в поджидающую её машину женщина назвав название места назначения и попросив ехать на максимально возможной скорости, закрыла глаза и погрузилась в воспоминания.

Глава 4. Оксана

Она пришла к ним в отдел совсем молоденькой практиканткой, сразу после окончания академии ФСБ. Ирина к этому времени уже занимала должность зам. начальника отдела по борьбе с детской преступностью и носила звание Майора.

Ей было 38 лет… Оксане 21. Что это было? Это был бесконечно долгий миг счастья… Они лишь раз встретились взглядом и этого хватило. Через неделю они жили вместе, через год решили родить ребенка. В те времена ещё не было Эко… поэтому в роли донора пригласили одного знакомого гея, который, как и они служил во внутренних органах.

Ирина обеспечила Оксане самых лучших врачей, они ездили за рубеж… проходили обследования в лучших клиниках страны… диагноз медиков оказался неутешительным… Оксана бесплодна.

Три дня девушка не вставала с постели, она очень хотела ребёнка, их девочку. Ирина держала в своих объятиях любимую, перебирала её черные волосы, целовала голубые глаза, пытаясь найти слова утешения, но Оксана была безутешна. Быть молодой женщиной, в самом рассвете лет, хотеть ребёнка и быть бесплодной… для неё это было непереносимым ударом… Ирина курила одну сигарету за другой, металась по комнате словно загнанный в ловушку зверь, пытаясь найти выход в решении проблемы. Её белокурые волосы и без того очень короткие стояли дыбом, карие глаза ввалились и потемнели, она сходила с ума видя, как её любимая женщина угасает, она не хотела жить…даже ради неё, Ирины.

Наконец решив залить горе чисто русским обычаем, женщина отравилась к Николаю, другу и коллеге. Он, как никто другой мог понять её, ведь он сам в определённом смысле был не форматом…любил мужчин. Распив бутылочку Николай долгим взглядом посмотрев на заплаканное лицо подруги, предложил той выход из ситуации — А роди ты.

Ирина, поперхнувшись маринованным огурчиком, с изумлением посмотрела на него.

— Как ты это себе представляешь родной? Мне 40 лет. Я уже старовата для таких экспериментов…

— Но ведь ты её любишь, и готова на всё ради Ксаны?

— Да — голос Ирины дрогнул — на всё… Николай, спасибо… ты прав… я сейчас поеду к ней и предложу ей стать мамой нашего ребенка.

— Езжай подруга. Если, что звони мне. Я вам помогу, как и обещал.

Расцеловав Николая, Ирина вызвала такси и поехала домой, к любимой жене…

Через десять месяцев на свет появилась Валерия Николаевна. Что бы не вызывать пересудов Оксана и Николай официально расписались. Малышка была копия…Ирины. Её родная дочь, рожденная для любимой женщины. А через два года, когда женщины гуляли с малышкой по парку в полковника три раза выстрелили практически в упор. Упав на землю, истекая кровью гаснувшим от невыносимой боли сознанием Ирина молила бога, что бы с девочками ничего не случилось…

Ранения были тяжелые, но не смертельные, стрелял явный непрофессионал. Через пару месяцев полковника выписали. А потом состоялся тот тяжелый разговор с Оксаной. Ирина долго размышляла, как жить дальше… У неё есть любимая женщина и подрастает дочь. Их дочь. Оксана имеет на неё столько же прав, как Ирина и Николай. Официально матерью маленькой Лерочки является Оксана. Ирина на этом настояла. Её любимая без ума от девочки и заботится о ней так, как этого не смогла бы сделать Ирина с её сумасшедшей работой. Взвесив все да и нет, Ирина пришла по её мнению единственно правильному решению, как бы тяжело оно ей и не далось.

— Оксана, солнце, вам с Лерой лучше уехать.

Оксана взглянув в глаза любимой и ещё раз удививших их необыкновенному цвету, у Лерочки такие же, только мягче…у Ирины они сейчас практически черные… значит волнуется очень… спросила — Солнце, ты хочешь, что бы мы уехали?

Ирина с трудом выдержала во прощающий взгляд своей любимой — Оксаночка пойми меня, я переживаю за тебя, за Леру, в меня недавно стреляли и не факт, что в следующий раз стрелок промахнется… а если под огнем окажитесь вы, мои самые любимые, самые бесценные… без вас моя жизнь потеряет смысл…

— Ирина, ты говоришь ерунду, того идиота поймали…

— Будут другие… Оксан…

Молодая женщина подойдя к Ирине прикоснулась пальцами к её груди, там где стучало сердце:

— Ты меня больше не любишь?

Ирина прерывисто вздохнула, её вздох больше напоминал всхлип — Дурочка, моя, люблю больше жизни, поэтому и хочу, что бы вы были в безопасности. Ты моя единственная женщина, самая любимая… хотя вру…вас обеих я люблю очень сильно… и очень сильно боюсь за вас, родные мы мои…

Несмотря на то, что женщины говорили очень тихо, маленькая головка вынырнула из под одеяла и лукаво посмотрела на обнявшихся-

— Мамы — отчетливо произнес тихий и нежный голосок — я вас лю.

— Крошка наша — Ирина подошла к кровати и подняла маленькую девочку на руки, повернувшись к Оксане, Ирина протянула ей дочь. Супруга взяла ребенка, ещё раз удивившись удивительному сходству между этими двумя дорогими для неё людьми…

— Ириша, Лера будет расти и будет замечать, что она не в меня, а в тебя…

— Не будет, Оксан. Вы переедете с Николаем в другой регион, я подыскала для вас домик на берегу моря, будете растить малышку. Насчет работы я уже договорилась. Валерия не будет видеть меня. У неё есть ты — мать. Единственная мать, которую она должна знать.

В глазах темноволосой женщины появились первые капельки соленой влаги — Ты продуманная, я смотрю, да?

— Так будет лучше, для вас моя любовь… сейчас тебе обидно и больно, ты думаешь, что я бросаю вас… нет милая моя я вас спасаю… от этой грязи.

В течении времени, что было необходимо на сборы Оксана упорно старалась не замечать Ирину и убивала её своим молчанием… но в последнюю ночь перед отъездом любимая женщина сама пришла к полковнику… это была ночь безумной нежности, граничившая с болью…болью от скорого расставания… они любили друг друга, как в первый раз… жадно, ненасытно… испивая друг друга… стараясь, как можно сильнее запомнить вкус, аромат своей любви…

На следующий день Оксана, Николай и маленькая Лера навсегда покинули Хабаровск. Ирина Александровна ещё 10 лет служила во внутренних органах в возрасте 50 лет она вышла на пенсию. Но не на один день она не забывала о своих девочках, отправляла подарки, денежные переводы — все они возвращались обратно, с вежливой припиской — не нужно. Спасибо за хлопоты. Оксана не звонила ей ни разу.

Глава 5. Лера. Продолжение

Через 20 минут женщина оказалась в холле гостиницы. Разбудив спящего портье и показав удостоверение Ирина потребовала отвести её в комнату Валерии Лебедевой. Побледневший от страха служка провел полковника на верхний этаж и застыл от ужаса от картины открывшийся его глазам. Дверь была выбита, в комнате всё было перевернуто, в уголке комнаты в самом темном и недоступном для глаз, тихо поскуливала маленькая девочка.

— Сгинь — приказала полковник, на что портье отреагировал с радостью, в след ему донеслось — Язык за зубами держи.

Это он тоже с радостью исполнил. Вид высокой, коротко стриженной, совершенно седой женщины с черными, как ночь глазами вселили в него непреодолимый ужас и желание последовать примеру девочки.

Полковник осторожно вошла в комнату, стараясь не напугать малышку и тихим, спокойным голосом произнесла — Лера, Лерочка, посмотри на меня…

Девочка подняла голову и встретилась взглядом с глазами своей матери- две пары одинаково черных глаз…

— я…я… — заикаясь произнесла малышка.

— Шшшшшш, не говори ничего малыш… пошли в ванную, помоемся и поедем в больницу…

— А ггде, мммама?

— Скоро будет мама, маленький, скоро — в голосе женщины слышалась боль, нежность, сострадание и…любовь…

Лера ещё раз посмотрела в глаза красивой седой женщины…внезапно её глаза широко открылись.

— Я знаю вас!!! Вы приходите ко мне во сне и нежно целуете меня в лоб и говорите всегда — Спи черноглазка, спи, спи…пусть тебя снятся нежные сны.

Ирина застыла от удивления, она делала так, когда они все жили вместе, каждый вечер она приходила и целовала их малышку…но помнить…через столько лет…мгновенно пришел ответ и на вопрос.

— Ну, вот видишь, значит мы знакомы уже с тобой, через твой сон…иди ко мне — с этими словами Ирина с легкостью приподняла девочку и прижала к себе, не удержавшись от поцелуя в лоб.

Ощутив себя в сильных и нежных руках и почувствовав тепло и нежность женщины по отношению к ней, Лера моментально уснула, успев прошептать сквозь сон — спи черноглазка. Сказалось перенесенное ей испытание…

Бережно укутав девочку одеялом, полковник перенесла малышку в машину. Наказав шоферу стеречь малышку и вслучае её пробуждения немедленно звонить ей, Ирина Александровна вернулась в гостиницу, предстояло вытрясти из этих мерзавцев их души.

Открыв дверь номера, который занимали мальчики полковник не сдержала ругательства и схватилась за телефон. Вся комната была забрызгана кровью. В самом центре лежал Артур, его широко распахнутые глаза глядели в верх бессмысленным взором, в руке он сжимал кухонный нож… а на кровати, Ирина сглотнула, что бы избежать тошноты… лежало то, что осталось от двух здоровых мальчишек… не требовалось звонить врачам… эти мальчики были мертвы. Заметив в другой руке у Артура клочок бумаги Ирина аккуратно, что бы не испачкаться разжала его. Записка:

— Лера, прости меня. Я идиот. Прости меня если сможешь. Я не мог смотреть на себя и на них после того, как пришло понимание, что мы сделали с тобой. Я убил этих подонков, сам тоже не хочу жить… прости.

Полковник хмыкнув, положила записку себе в карман, незачем милиции об этом знать. Девочке и так хватило переживаний. Допросы ей ни к чему. Вздохнув, Ирина отошла к двери, настала время ждать сотрудников МВД.

* * *

Артур Беляков погиб от передозировки героина, перед этим он убил своих друзей Максима Колесникова и Григория Зайцева. Мальчикам не было и 15 лет. Причина ссоры до сих пор не ясна, скорее всего с Артуром случился эффект прихода, ведь он в первый раз укололся героином. Перед этим мальчик принял ещё и экстази. Эти наркотики не совместимы друг с другом. Случился припадок и парень схватился за нож. Печальный исход известен всем.

Вертолет МЧС, на котором летели родители Валерии и Артура на концерт своих детей, разбился в 50 км от Москвы. Отказал хвостовой винт и летчик не смог посадить машину. В живых не осталось никого.

Для Ирины это было настоящим шоком…она вспомнила, как в трубке раздался непонятный гул, свист…теперь ей стало ясно, что именно тогда и погибла её единственная, самая дорогая женщина. Никогда раньше полковник не жаловалась на сердце… а здесь сдавило грудь… от боли потемнело в глазах, душа беззвучно кричала — Оксана, Оксаночка, любимая моя… за что, боже ты мой… как же мы без тебя будем.

Лера, Лерочка, что же теперь будет с ней. Никого у неё не осталось кроме меня. И у меня кроме неё никого более родного. Я заберу её с собой в колледж. Будет учится вместе с моими девочками, рядом со мной. Только как же ей сказать об этом…маленькой моей… женщина ходила по комнате обхватив голову руками. Господи, за что!!!

* * *

Наступило утро. Ночью Лере приснился странный сон. Она на берегу, её мама и Папа стояли возле огромного светлого моря и махали ей руками… их ждала лодка, а позади Леры чернел мрачный длинный туннель уходящий под землю… и там бледный, как сама смерть стоял Артур и что-то кричал ей… но холодный ветер относил его слова в сторону… Лера проснулась в холодном поту, её знобило и ужасно болел низ живота. Посмотрев по сторонам она осознала, что находится в палате, пусть даже больничный комфорт и пытались скрасить радужные занавески на окне.

— Ты проснулась малышка? — знакомый чуть хрипловатый голос раздался от двери. Девочка повернула голову и увидела женщину которая забрала её из кошмара, который с ней случился… последнее, что она помнила это сильные и нежные руки бережно её обнимавшие…

— Кто вы? — голос звучал не привычно хрипло, в горле, как будто скопилось тысяча маленьких иголок.

— Ирина Александровна, старый друг твоей матери — в голосе говорившей мелькнула улыбка, а черные глаза, которые ей кого то напоминали посветлели — наконец-то ты проснулась засоня.

— Я долго спала?

— Около двух суток малышка.

Лера попробовала присесть на кровати и невольно застонала от боли в мышцах, от долгого пребывания в горизонтальном положении они затекли и теперь доставляли девочке неприятные ощущения.

— Черт — тихонько, себе под нос выругалась она.

Подруга её мамы подошла к кровати и помогла принять ей сидячее положение. Лера в очередной раз удивилась тому на сколько приятны ей прикосновения этой женщины, да и сама она не вызывала у Валерии отчуждения, как это не редко бывало у неё при общении с незнакомыми людьми.

— Пить хочешь? — участливо спросила Ирина Александровна.

— Угу.

— Держи — в руках у девочки оказался стакан с чуть мутноватой жуткостью, поймав недоуменный взгляд Леры, женщина пояснила — сок, яблочный с мякотью, тебе сейчас нужно завести желудок, пей.

Лера послушно поднесла стакан ко рту и сделала глоток, мягкий чуть кисловатый вкус освежил горло и заставил заурчать проснувшийся желудок.

— Тебе легче?

Лера утверждающе кивнув, допила сок.

— Нам нужно теперь поговорить, но сначала я провожу тебя в ванную.

С этими словами женщина с легкостью подхватила на руки девочку и отнесла в ванную комнату.

— Тебе помочь или справишься сама?

— Я сама, спасибо — смущенно ответила Лера.

— Хорошо малыш, я буду рядом, если, что зови — полковник вышла прикрыв за собой дверь.

Через пол часа устроившись в кресла Ирина Александровна и Валерия сидели напротив друга.

— Что с Артуром? — первая нарушила молчание девочка.

Полковник вздохнув посмотрела на девочку внимательным взглядом и ответила — Мальчик мертв, Лер. Передоз героина.

Заметив в глазах своей дочери слезы Ирина не стала продолжать предложение… через некоторое время девочка задала ещё один вопрос…

— Мама, папа…

Полковник встала с кресла и подошла к креслу девочки, опустившись перед ней на колени, она взяла её холодные руки в свои.

Лера встретилась глазами с глазами Ирины и поняла кого же они напоминают ей…её глаза, такие же. Темно-коричневые, практически черные с чуть продолговатым разрезом… её глаза… и в них стояли слезы…

— Они мертвы, да?

Женщина уткнулась лицом в её колени и ответила, её голос был глух и полон боли:

— Девочка моя, они разбились на вертолете. Они и родители Артура. Погибли мгновенно…

— Я поняла это… они мне снились и Артур… — чуть слышно, на выдохе…

Женщина подняла свою голову и обхватила девочку за плечи — Лера, Лерочка, я не брошу тебя, слышишь. Никогда. Ты не одна.

Лера прильнула к полковнику и слезы потекли по её бледному лицу.

Глава 6. Мара

Марина Княжич в колледж попала не случайно. Однажды, поздно вечером в кабинете Ирины Александровны раздался звонок.

— Ирина добрый вечер. Вас беспокоит Александр Юрьевич, зам начальника отдела по борьбе с детской преступностью по Владивостокскому округу. Завтра состоится слушание дела Марины Княжич. Ей 15 лет. Думаю вас должна она заинтересовать, данное дело, как раз по вашей части.

Полковник взглянула на часы. Первый час ночи…

— Хорошо, во сколько слушание?

— В 16 часов по местному времени. Вам придется вылететь немедленно. для ознакомления с её делом. Девочка находится в приёмнике-распределителе для несовершеннолетних.

— Кошмар, Александр, вы вообще в курсе, что у нас первый час ночи?

— Ирина — голос мужчины приобрел умоляющие нотки — Я вас прошу, жалко девочку. Ей грозит от 10 лет лишения свободы. А вы прекрасно знаете, что после такого срока её жизнь будет уже сломлена окончательно. Я вам организовал спец. рейс. Вылет через час с аэропорта Шереметьево.

— Хорошо, надеюсь, что девочка того стоит. Я выезжаю.

Через восемь часов полковник сидела в кабинете начальника Владивостокского приёмника-распределителя и внимательно изучала уголовное и личные дела своей возможной подопечной.

Марина Александровна Княжич. Родилась 17 июля 1994 года. Место рождения — г. Благовещенск Амурской области.

Психо-эмоциональное развитие в пределах нормы. Хорошо выражены лидерские качества, является заводилой. Уровень знаний по основным предметам — на твердую 5. Увлекается живописью, поэзией, участвует в художественной самодеятельности. Имеет второй юношеский разряд по стрельбе, черный пояс по джиу-джитцу, красный пояс по киошинкай карате-до. Активна, любознательная, отличается нестандартным мышлением, живым и любознательным характером.

Из характеристики классного руководителя 9 б класса 37 школы Ткач Елены Борисовны.

(здесь Ирина Александровна добавила даже восклицательный знак в свой блокнот для заметок, в который она вносила необходимую для неё информацию о Марине, не каждый учитель так напишет, о своем ученике…не Марина, а Мариша, а это уже о многом говорит)

Мариша для меня как родная дочь. Я знаю её с трёх лет. Анна Владимировна, её мать, переехала в наш город после гибели супруга, отца Маришки. Мы жили на одной лестничной площадке с ними. Ещё с раннего возраста Маришка отличалась от своих сверстников тем, что была необыкновенно любознательным ребенком. Тянулась к знаниям. Ане было некогда сидеть с ребенком и она частенько оставляла её с моей мамой. Я будучи студенткой приходила домой после пар и мы с девочкой шли гулять или я занималась с ней дома. В четыре года Маришка уже с легкостью читала, умела писать и решать простые арифметические примеры. Росла очень общительной, открытой девочкой. Через год мы с матерью переехали в другой район, я закончила вуз и устроилась преподавателем иностранного языка в среднюю школу. Связь с Анной и её дочерью оборвалась. Я вышла замуж, родился сын Артём. Каково же было моё удивление, когда через шесть лет в списке учеников своего нового класса, в котором мне предстояло быть классной, я увидала Маришкину фамилию. Встретившись первого сентября, я обрадовалась девочке. Она сильно повзрослела, я её практически не узнала, но мы с ней быстро нашли общий язык. Было приятно осознавать, что её способности к обучению не угасли с годами. Скоро она заняла в классе лидирующую позицию. Активно участвовала в школьной жизни, занимала призовые места на школьных соревнованиях и олимпиадах. Её маму Анну, я практически не видела, иногда за девочкой заезжал представительный мужчина на джипе, марку сказать затрудняюсь, и забирал девочку со школы. По разговорам между девочками я поняла, что это её отчим.

В 8 классе с Маришкой стало происходить что-то странное. Она коротко подстриглась, стала носить мешковатые джинсы и футболки с названиями каких-то рок-групп. Вроде «Ночные снайперы». Девочка красила свои волосы в яркий цвет, проколола одно ухо… но я посчитала это просто переходным периодом и сильно не стала на этом зацикливаться.

Дружила Марина исключительно с мальчиками, но в 8 классе в нашу школу перевелась новенькая. Девочка была полной противоположностью Маришки. Одевалась очень ярко. на грани вульгарности и вела себя не очень прилично. Но, что самое странное девочки подружились. если бы Маришка была мальчиком, я бы сказала. что она влюбилась в Лену Яковлеву.

Я тогда очень сильно испугалась за свою девочку и попробовала провести с ней воспитательную беседу, но она закрылась в себе, на меня исподлобья смотрел сущий волчонок. Запомнила я и одну её фразу:

— Лена меня понимает. как никто другой. Ей я нравлюсь такая, какая есть.

Поняв, что разговором уже ничего не исправишь, я решила повлиять на Маришку через её мать Анну. Семья девочки жила не бедно. Отчим владел сетью супермаркетов и магазинов. У Анны подрастала младшая дочь и судя по круглому животу, в семье ждали прибавления. Анна довольно рассеяно выслушала мои опасения, её больше волновало собственное самочувствие и пол её будущего малыша. Поняв бесполезность разговора я ушла.

Примерно через месяц я узнала, что в одном из магазинов принадлежащих отчиму Маришки — Илье Николаевичу было совершенно ограбление группой подростков. И каково было моё удивление, когда я узнала, что организаторами были мои ученицы — Марина Княжич и Лена Яковлева. Все мы были в шоке. Дело конечно замяли, Марина продолжила по прежнему ходить в школу, а Лена с родителями переехала в на Запад, к облегчению практически всего коллектива школы. Характер Марины изменился, она стала замкнутой, забросила учебу, правда по прежнему посещала свои спортивные секции.

К концу учебного года в их семье произошла трагедия. Анна и Илья с младшей дочерью и новорожденным мальчиком возвращались из род. дома. Илья был не трезв и не справился с управлением, машину вынесло на встречную полосу. Анна и Светлана погибли мгновенно. Илья и малыш чудом остались живы. Марина в это время находилась на соревнованиях в другом городе. О случившейся трагедии ей сообщили спустя пару дней, девочка мягко говоря была в сильнейшем эмоциональном шоке. Хоть мать и не сильно много уделяла ей внимания, но девочка была очень сильно привязана к ней и к своей младшей сестренке. Я очень сильно переживала за её психическое состояние.

Через несколько недель в школу приехал её отчим Илья и забрал документы девочки. Сказал, что она будет обучаться на дому.

Через месяц я узнала, что Марину собираются судить. Я до конца не могу поверить. Это какая-то ошибка.

Больше мне вас сказать нечего. Марина хороша девочка и я верю, что наше правосудие объективно разберётся в этом деле.

21.05.2010 г.

Выписка из уголовного дела.

«В ночь с 22 по 23 апреля подследственная Княжич Марина Александровна 1994 г. рождения совершила особо тяжкое преступления по ст 105 части 1 УК. РФ по отношению к своему опекуну Корпенко Илье Николаевичу, повлекшее смерть потерпевшего.

В ходе медико-криминалистической экспертизы было установлено, что подследственная нанесла своему опекуну пять проникающих ножевых ранений в паховую область, повлекших за собой острую кровопотерю и болевой шок. Пострадавший скончался по пути в отделение, реанимационные мероприятия оказались безуспешны. Смерть наступила 23 апреля в 3 часа ночи. Данное действие было совершенно несовершеннолетней Мариной Княжич в состоянии аффекта, который последовал из-за растлительных действий, которые совершил Илья Николаевич по отношению к подследственной.

Орудие преступления — нож с отпечатками пальцев — длина лезвия 18 см, ширина 5 см, к делу прилагается.

Так же к делу прилагается медико-психиатрическая экспертиза Княжич Марины Александровны, подтверждающая, что подследственная совершила преступление, находясь в аффективном состоянии и испытавшая глубокое эмоциональное потрясение, а так же заключение гинеколога, вытвердившего, что по отношению к подследственной был совершен акт насилия со стороны её опекуна. Лист дела 124 является показаниями самой подследственной».

Внимательно изучив все документы приложенные к делу, Ирина Александровна встала с кресла и подошла к окну. Закурив, она повернулась к Александру:

— Можешь организовать кофе?

Александр, кивнув, вышел в коридор. Полковника переполняли эмоции, хоть внешне она оставалась такой же спокойной и беспристрастной.

«Мудак, скотина. Мало того, что угробил жену и родную дочь, так он же ещё и падчерицу решил секс-рабыней сделать. Да я бы его собственноручно удушила».

Женщина загасила окурок и подойдя к столу вновь взяла фотографию девочки. С фото на неё смотрели огромные зелёные глаза, в которых были боль и страдание. тонкие черты лица Марины были едва видны сквозь синяки и кровоподтеки, по левой ключице тянулся свежий порез.

«Сволочь, так над ребенком издеваться. Ребенком, который рос на твоих глазах, превращаясь из девочки в девушку. Какой же ты урод Илья».

Медленно выдохнув полковник выпустила фотографию из рук, повернувшись к вошедшему Александру, который нес чашечку ароматного кофе, Ирина произнесла:

— Я забираю её. Вы подготовите все необходимые документы?

— Ирина Александровна, вы всё тщательно взвесили? У девочки эмоциональный шок и она может мягко говоря вести сейчас себя не адекватно.

— Если выбор стоит в том, что бы приучить волчонка или посадить его в клетку на длительное время, я выберу первое. Девочка идеально подходит для колледжа, и я думаю из неё будет толк в дальнейшем — голос звучал сухо, но Александр заметил, что глаза полковника посветлели.

— Хорошо, Ирина — зам. облегченно выдохнул, он сам когда-то прошел жесткую школу воспитания полковника от студента Юрфака, да оперативника в её отделении, и сейчас понял, что судьба девочки решила подарить ей счастливый билет в жизнь, Ирине она явно понравилась.

— Я знаю, что Марина будет в надежных руках у вас и вырастит достойной для нас заменой.

Полковник улыбнулась своему бывшему подопечному, одной из своих редких улыбок.

— Не сомневайся Саша.

На следующий день полковник летела домой, в свой колледж. Рядом с ней свернувшись клубочком и уткнув в руках футболки женщины свой нос посапывала Мара.

Глава 7. Новая жизнь

Через три дня началась учеба. Лера и Мара сели за одну парту. С первого дня знакомства они стали неразлучны. Лера была просто очарованна Марининой непосредственностью и огромным жизнелюбием. Казалось, этот человек успевает сотни дел за раз. Марина же в свою очередь была восхищенна красотой своей подруги, её молчаливой задумчивостью и легкой ироничностью. Девочки чувствовали к друг другу симпатию и нежность. Обе круглые отличницы, они не нуждались в стимуле получать хорошие оценки, учеба нравилась им как такова. Маришка была сильнее Леры физически, Лера же превосходила Мару пластичностью и грациозностью. Нередко на занятиях по физическому воспитанию эти две девочки ловили на себе восхищенные взгляды не только других учениц, но и преподавателей. Многие хотели с ними подружиться, и если Маришка охотно шла на контакт, то Валерия была немного холодна и скованна, но это не мешало многим очаровываться ею.

Марина была фаворитом колледжа. Её тонкий юмор и артистизм давал такой заряд положительной энергии, что казалось, ещё одна её шутка или выходка и Земля не удержится и свернув со своей оси начнет крутится в другом направлении. Хоть девочка была всего на втором курсе колледжа, она уже заняла свое место в сердцах и душах многих обитателей. Лера же была темной лошадкой. Все знали, что она является приемным ребенком директора, что её родители погибли в авиакатастрофе, многие подмечали удивительное сходство Ирины Александровны и Валерии и считали их родственниками, их предположения были очень близки к истине.

Лера не входила в разряд обычных учеников школы, не посещала военную подготовку, могла свободно передвигаться вне стен колледжа, с ней дополнительно занимались приглашенные специально для неё преподаватели по хореографии, ритму и пластике. Она была исключением из правил. Некоторые ученицы завидуя такому положению начали поддразнивать девочку и притеснять её во время общих перемен… но Мари очень быстро при секла эти попытки. Поговорив с особенно рьяными с глазу на глаз и поразмявшись с особо приставучими на татами, Мара четко и ясно дала всем понять, что её соседка по комнате находится под её покровительством. Лера в свою очередь очень сильно привязалась к своей подруге, она присутствовала на всех показательных выступлениях Мары, на соревнованиях по спортивным единоборствам, поддерживала ту на футбольных соревнованиях, и договорившись с преподавателями брала девушку на свои занятия танцами.

Мара оказалась способной ученицей и вскоре Лера и её партнерша кружились в вальсе, зажигали фламенко, неистово танцевали Танго и отплясывали рок-н-ролл. Лера получала огромное удовольствие от объятий Марины, когда, та вела её в танце, прикосновение нежных, но в тоже время сильных рук давало девочке ощущения покоя, кожу приятно покалывало, а в груди появлялось приятное томление… Мара танцевала самозабвенно, неистово, прижимая партнершу к себе, прикрыв глаза, на губах её частенько мелькала шаловливая улыбка. Лера любила смотреть на её лицо, немного вздернутый кончик носа, красивая линия рта, высокие скулы, смуглая кожа… все это вызывало в Валерии непонятный трепет… а когда Мара бросала взгляд своих зелёных глаз из под густых, красиво изогнутых ресниц, у Леры подкашивались ноги, девочка сама не осознавала, что влюбленна…

Маришка в свою очередь уже влюблялась в девушек, и эта любовь была не просто платонической. С её внешностью и характером, она привлекала к себе девчонок, как мотыльков, которые летят на свет. Но в большей степени это была игра. К Лере же у неё возникли совсем иные чувства. Она знала её предысторию, Ирина Александровна сама рассказала девочке очень многое из прошлой жизни, умолчав лишь о самом сокровенном. Для директора Марина была не просто девочкой, которую она взяла на обучение, Ирина Александровна очень симпатизировала этому маленькому, смелому человечку, которого жизнь не поставила на колени. Она искренне радовалась видя, что Марина смогла вновь стать прежней, преодолев депрессию. Её младший брат был усыновлен семейной парой учителей, которые преподавали в колледже и Маришка частенько приходила к ним в гости, что бы по нянчиться и помочь Ольге и Петру по хозяйству. Молодые люди очень привязались к девочке и даже просили директора помочь им в её удочерении. Но Ирина к тому времени уже оформляла опекунство девочки на себя. Спросив Мару, хочет ли она, что бы её приемными родителями стали Ольга и Петр, Ирина с непонятным для себя волнением ожидала ответ…

— Ирина Александровна, мне не год, не три и не десять лет, что бы хотеть новую маму. Отца у меня не было с детства, то, что вы захотели стать моим опекуном — большая честь для меня и я попробую оправдать ваше доверие, Оля и Петр замечательные люди и я очень раза, что у Лешика такие замечательные родители, но мне семья уже не нужна, по крайне мере в их понимании.

Директор, улыбнувшись, посмотрела своими темными глазами в зеленые глаза девушки — Я рада Маришка, что ты это осознаешь и понимаешь. Ты очень взрослая у меня и я рада, что вы с Лерой так сдружились…

Мара, смущенно улыбнувшись, практически прошептала — Лера, она необыкновенная… — и смутившись, столь открытому проявлению своих чувств выбежала в коридор.

С минуту полковник задумчиво смотрела ей во след «Нда, если я не ошибаюсь, у Мари к Лере не просто дружеские чувства, здесь скрыто большее. Интересно, а моя дочь знает об этом или считает девочку просто подругой. Нужно будет выяснить у неё… а потом подумать над этой ситуацией».

Дождавшись обеденного перерыва Ирина позвонила Лере и предупредила её, что вечером они поедут ужинать в город.

Для середины октября погода стояла довольно теплая, с утра прошел мелкий дождь и теперь в городе витала нежная прохлада. Чистый, ароматный воздух не забитый газами и испарениями мегаполиса приятно кружил голову. Ирина и Лера сидели на открытой веранде кафе и смотрели, как медленно и величественно перекатывает свои свинцовые воды Нева. Поужинав морепродуктами, до которых они обе были большие любительницы, мама и дочь потягивали обжигающий ароматный кофе.

— Лер, как тебе учеба? — первой нарушила молчание Ирина.

— Нормально Ирина Александровна. Программа обучения у вас не из легких, но очень интересная.

— А как отделение? Девочки все нормальные?

Лера поставила чашечку кофе и долгим взглядом посмотрела на полковника.

— Я думаю, понятие норма вообще не вписывается в определение нашего колледжа — подметила она.

Ирина улыбнувшись на иронию девочки парировала:

— А может быть наоборот, а Валерия, это мир вокруг колледжа просто не нормален?

Лера ответно улыбнулась — Возможно вы и правы. Девчонки все индивидуальны, Все личности. Очень хорошо, что во главе отделения стоит Марина Княж, она вроде и не строгая, но умеет держать девчонок под контролем и направлять их энергию в правильное русло. Да и мне она здорово помогает, по началу девчонки видели во мне вашу любимицу, которой позволительно многое, из того, что для них остается под запретом, но Мара поговорила с особо рьяными из них и теперь я могу спокойно учится и жить жизнью колледжа.

— Значит Марина тебе покровительствует?

— Ммм, нет. Я бы не так сказала. Нам друг с другом очень хорошо, есть общие увлечения интересы. Я обучаю её танцам, у Маришки врожденное чувство ритма. Мари меня обучает единоборствам. Да и живем мы дружно. Я не считаю, отношение Мары ко мне покровительством. Это дружба. Да, скорее всего это дружба.

Ирина заметила, что последние слова Валерии будто бы прозвучали убеждением для неё самой. «Кажется не только Мари попала в сети Афродиты».

— Лер, у тебя есть какое-нибудь пожелание, что бы ты хотела?

— Ирина Александровна, вы и так для меня сделали очень многое. Моя благодарность к вам безгранична… но вы правы, у меня есть одна небольшая просьба… хотя нет даже две… но это не для меня.

Полковник с грустной полуулыбкой ответила — Лера, девочка моя дорогая, в память о твоих замечательных родителях, я сделаю всё для того, что бы подарить тебе, хоть не много того счастья, которое они дарили тебе.

— Вы сильно любили мою мать?

Ирина вздрогнула, как от удара…

— Лера, что ты подразумеваешь под этим выражением?

Валерия поймала глаза полковника и удержала их своим взглядом.

— Ирина Александровна, мне не пять лет… я прекрасно осознаю, что между женщинами может быть любовь и отношения.

«Оп-па, моя дочь уела меня, а она не так безобидна, как кажется» — с восхищением подметила полковник. С минуту она собиралась с мыслями прежде, чем ответить.

— Да, Лер ты права. Одно время, ещё до твоего рождения я встречалась с Оксаной. Потом она встретила Николая и вышла за него замуж и они уехали. Но с твоей мамой мы поддерживали отношения, она мне позвонила, да ты это сама знаешь…

При воспоминаниях об этом дне слезы навернулись на глаза и у женщины и у девочки. Лера ладошкой, совсем по детски, вытерла мокрые ресницы, не заметив платочек, который протянула ей мать.

— А говоришь, совсем взрослая — по-доброму усмехнулась Ирина и заботливо вытерла щеки девочки.

Лера, вспыхнув, смущенно рассмеялась.

— Ладно, говори свои просьбы. Я сегодня добрая, если конечно они не противозаконны — мягко улыбнулась директор.

— Первая просьба: На этих выходных в Садах Эрмитажа будет выступать группа «Ночные Снайперы», Маришка их слушает…вот я и хотела…

— Попросить меня, что бы я вас отпустила? Нет, нет и ещё раз нет… — видя, что личико девочки приняло разочарованное выражение, Ирина добавила — Мы поедем все вместе, все те, кто любит их творчество.

Лера, радостно воскликнув, встала из-за стола и подлетев обняла полковника:

— Спасибо, это такой сюрприз!!! Спасибо!!!

— Да ладно тебе — смутилась женщина — Давай вторую просьбу.

— Я опять для Мары, как-то мы с ней разговаривали, и она сказала, что увлекается живописью…

— Я знаю это — улыбнулась полковник — Значит Маришка опять хочет взять в руки кисть и краски?

— Да, она говорит, что сейчас уже сможет, что вновь чувствует в себе потребность рисовать.

— Отлично. Материалы для неё я закупила ещё при её поступлении к нам, просто ждала, когда она сама захочет — в голосе директора послышалось удовлетворение и радость — А ты молодец Лера. Честное слово, порадовала меня очень. Так заботится о своей подруге.

— Она для меня делает очень многое, Ирина Александровна, рядом с ней я чувствую что живу.

Около десяти минут они сидели молча, каждая погруженная в свои мысли.

Ирина думала об Оксане и о том, какую замечательную девочку вырастила её любимая. И как сейчас полковнику не хватает её.

Лера думала о Марине, о том, как вечером она образует подругу своим сюрпризом, и как Маришка в порыве радости обнимет её и поцелует своими нежными губами в щеку…

Глава 8. Концерт. Н.С

В субботу девушки вместе с Ириной Александровной и некоторыми преподавателями поехали в Санкт-Петербург на концерт Ночных Снайперов. Девушки везли с собой транспаранты, бумагу, для запуска самолетов и любимые Дианой желтые розы. Обитатели колледжа выехали за часа четыре до концерта. Места уже были заказаны заранее, поэтому оставшееся время жители колледжа решили провести гуляя по набережной Невы.

Лера и Мара решили не идти вместе со всем народом, а погулять вдвоем. Взяв с собой фотокамеру девушки, отпросившись у директора пошли в противоположную сторону от основной группы. Стояла ясная солнечная погода, деревья радовали буйством красок, в их кронах шаловливо играл разноцветной листвой легкий ветерок. Девушки шли по набережной Невы, останавливаясь и фотографируя друг друга. Иногда они простили встречных прохожих «щелкнуть» их.

Мара, дурачась, смотрела через объектив фотоаппарата на свою подругу, Лера позируя ей принимала смешные позы, показывала язык, забиралась на парапет. Маре нравилось фотографировать девочку, она была такой яркой, её карие глаза с обожанием смотрели на подругу, а на губах играла мечтательная улыбка.

— Мара, ты на меня всю память истратишь — улыбалась ей девушка, после очередной фото сессии — А нам ещё твоих Снайперов фотать.

— У меня есть дополнительная флешка — хитро улыбнулась подруге Марина — На всех хватит. а насчет «моих Снайперов» — вот попадешь сегодня на концерт и мои снайперы станут и твоими.

— Посмотрим — Лера показала подруге язык.

— Дай мне фотик, дай — Валерия попробовала его забрать у Маришки, Девочка громко смеясь побежала от подруги, размахивая фотоаппаратом, как трофеем. Лера с криком негодования кинулась догонять подругу. Внезапно Мара резко остановилась и повернувшись поймала чуть не упавшую от неожиданности Леру в свои объятия. Валерия со всего маху налетев на подругу, уткнулась своими губами в её шею. Пару секунд, которые для них показались вечностью, девочки застыли в неподвижности. Мару от прикосновения мягких губ к ямочке на шее ввело в ступор, по телу разлетелось блаженство, руки непроизвольно ещё сильнее сжали талию подруги в своих объятиях. А Лере стала очень сладко, внизу живота потянуло и сердце застучало внезапно часто и так громко, что казалось его стук должна была услышать вся набережная.

— Поймала? — с придыханием спросила она у Мары, губами продолжая изучать шею девочки. Марина, задрожав от её прикосновений, наклонила свое лицо и погрузилась в мягкое облако волос…

— Поймала — согласилось она, голос понизился на тон и немного охрип — И теперь никуда не отпущу.

— Не отпускай — прошептала Лера и ещё сильнее прижалась к подруге. Аромат её тела кружил голову, в ногах появилась слабость.

Казалось бы, так можно было простоять вечность, не отпуская друг друга, наслаждаясь дыханием одним на двоих, чувствуя перестук горячих сердец, ощущая дрожь… но зуммер на часах Мары противно запищав, вывел девочек из блаженного оцепенения.

Марина взглянула на часы — Лера, нам пора бежать. Через пол часа начинается концерт. и словно в подтверждение её слов мобильник Леры завибрировал.

— Лера, вы заканчивайте прогулку — раздался немного обеспокоенный голос директора — мы ждем вас на выходе с набережной.

— Хорошо Ирина Александровна, через пять минут будем — голос Леры был полон разочарования от прерывания такого сладкого момента, момента их одиночества вдвоем.

Маришка лишь покачала головой и мягко рассмеявшись взяла девочку за руку, они побежали в сторону выхода.

Через двадцать минут заняв свои места, рядом друг с другом, девочки изредка переглядывались заговорщическим взглядом. Их руки так и остались сцеплены. Ирина Александровна ничем не выдала свою реакцию, на столь открытое поведение своей подопечной и дочери. Лишь слегка подняла бровь, встречая их бегущими к автобусу.

— Мара смотри, мы уже подъезжаем. Сколько народу — восторженно шептала девочка на ухо подруге. Обдавая её своим жарким дыханием. Мара повернулась к Лере и на миг их губы практически соприкоснулись — Арбенина многим нравится. Она полна энергии, заводит зал с пол оборота, да и сама полностью отдается своим песням. Да, что я говорю, ты сама всё сейчас увидишь и услышишь.

Зеленые с нежностью посмотрели в карие глаза, а ладонь Мары ещё сильнее сжала ладошку подруги.

При первых звуках зал затих:

дрессированные мои глаза —

нужно стать приманкой пули чтобы так сказать.

нужно время намолоть в муку

и перестать бояться нежных скул.

питер пахнет никотином томным летом.

исчезает мой любимый город детства за лесами.

будто в язвах плечи улиц — целлофаны маскировки

вырастают сплошь безликие уроды — новой жизни заготовки.

и бросить не могу

уехать не могу

в бессилии молчу

от ярости хрипя…

я драться остаюсь —

я буду защищать тебя!

Очарованные небом цикады стран.

нужно стать привычным к боли как шаман

и достать ресницами до дна

и увидеть что на дне живёт весна.

и бросить не могу

уехать не могу

в бессилии молчу

от ярости хрипя…

я драться остаюсь —

я буду защищать тебя!

дрессированные небом мои глаза —

нужно стать привычной к боли, чтобы так сказать.

Песня и исполнительница были встречены бешеными аплодисментами. Лера зачарованно смотрела на сцену. «Да, Маришка была права, трудно не поддаться этой бешеной энергии, что исходила от этой небольшой женщины»… искоса взглянув на свою подругу Лера улыбнулась. Мара была вся там. Мысленно на сцене, рядом с Дианой. Её зеленые глаза горели, она подпевала. Когда зазвучала — Столица, ловкие пальчики Маришки быстро соорудили из листов бумаги бумажные самолетики и она их раздала всем соседям. Досталось и Лере. Пошептав на ухо подруге — Бросай на припев — Мара опять застыла в трепетном ожидании.

И быстрей в самолеты!

Высоты не бояться!

Ритуальные трапы…

Стюардесса, газеты!

Фюзеляжи из ваты,

Небеса голубые,

И меня уже нету,

И меня уже нету.

Тысячи разноцветных самолетов взмыли к сцене, быстрые стремительные, или большие неуклюжие, маленькие, белые, черные, голубые, розовые, оранжевые, зеленые они неслись к Арбениной передавая собой любовь и признательность зала за её творчество. Лера подавщись общему порыву, тоже запустила свой самолетик. И именно он приземлился точно в руку певицы. Диана озорно улыбнулась и поцеловав крыло самолета, запустила его обратно в зал. Самолет приземлился на колени к Маришке. Девочка повернувшись к Лере, крепко обняла её и с нежностью поцеловала в щеку — Спасибо Лерочка, это лучший подарок, о котором я могла бы мечтать.

Лера смущенно улыбнувшись, произнесла:

— Это случайность, Мари. Просто случайность.

— Ну, да, просто я теперь этот самолет буду хранить до конца своей жизни — ведь его касались твои руки и губы Дианы. — Девушка блаженно улыбнувшись, спрятала самолет за пазуху, поближе к сердцу.

Три часа концерта пролетели как одна минута. Арбенина раза три выходила на бис и исполняла любимые многим композиции из своих старых альбомов. Заключением стала песня, особо любимая темными девчонками — «Ты дарила мне розы».

Именно, когда она зазвучала Мара и Лера подошли к сцене и протянули певице огромный букет желтых роз. Диана наклонившись, приняла цветы и вдруг озорно подмигнув Маришке протянула ей свою руку, предлагая взобраться на сцену. Зал восторженно взревел.

— Привет, тебя как зовут?

— Марина!

— Споешь со мной и с залом7 — хитро улыбнулась Диана.

— Маришка кивнула и Арбенина дала разрешение музыкантам начать.

— Армию знаешь?

— Конечно!!!

— Ну тогда поехали:

над землёй спят моря.

подо мной спит земля.

на чужих языках

видят сны

7 десятков солдат моей армии.

я прикажу им крепко спать и быть готовыми к войне.

я прикажу им доказать что истина в вине.

я прикажу им сшить шинели и надраить сапоги.

я прикажу их накормить с ладони маминой руки.

я прикажу им ждать утра

когда огонь зальёт поля

когда взорвётся горизонт

и защищаться станет зря.

когда понятно станет им

какие хрупкие виски —

я прикажу поцеловать того

кто от любви погиб.

вертикалью штыка

дыбом холка волка.

там где жгут корабли

ждут его

7 десятков солдат моей армии.

я прикажу им крепко спать и быть готовыми к войне.

я прикажу им доказать что истина в вине.

я прикажу им сшить шинели и надраить сапоги.

я прикажу их накормить с ладони маминой руки.

я прикажу им ждать утра

когда огонь зальёт поля

когда взорвётся горизонт

и защищаться станет зря.

когда понятно станет им

какие хрупкие виски —

я прикажу похоронить того

кто без любви погиб.

Марина пела вместе с Дианой, но смотрела только на Леру, и Валерия чувствовала, что её подруга поет только для неё, Маришка была прекрасна. Зелёные глаза горели ярко и смотрели с вызовом, стройная мускулистая, одетая с нарочитой небрежностью, она заставила учащенно биться сердца многих их темных дев сидящих в зале. Но одна из них не громко вскрикнув внимательней вгляделась на сцену и тихонечко прошептала — Марина, о бля, каким судьбами? Это была Лена. Первая школьная любовь Марины.

Концерт закончился, Диана поблагодарила всех, кто был на её концерте. Оставив на футболке Марины свой автограф, Диана вручила девочке визитную карточку.

— У тебя отличные вокальные данные, если захочешь развить их, позвони по этому номеру.

И ещё раз задорно подмигнув девочке скрылась за кулисами.

На обратном пути все девчонки обсуждали выступление Дианы Арбениной. Многие откровенно завидовали Маришке, но завидовали по доброму, поражаясь тому, что из тысячи поклонниц, Диана выбрала именно её — Маришку.

Мара задумчиво молчала, на её плече дремала белокурая головка её девочки. Именно там, стоя на сцене и глядя в Лерины глаза, Мара поняла, что любит эту девочку, любит так, как никогда и никого уже не сможет полюбить.

Лера, поуютнее устроившись на плече у подруги, сонно прошептала:

— Знаешь почему Арбенина выбрала тебя? Ты лучшая из всех и я рада, что ты моя лучшая подруга. Я люблю тебя Мара.

Её дыхание согрело шею… Мара счастливо улыбнувшись, закрыла глаза и уткнулась носом в волоса своей любимой.

Глава 9. Новый год

Белый снег укрыл собой землю мягким холодным одеялом. Природа принарядилась, спрятав свою серую обнаженность прошедшей осени под декабрьским снегом. Через три дня старый год уже сменится новым. Седой декабрь уступит свой посох новорожденному январю.

Четыре месяца учёбы в колледже пролетели незаметно. Лера полностью освоившись, перестала прятаться в свою раковину отчуждения, в которую допускала только Мару. Девочка с удовольствием принимала участие в вечеринках, которые устраивали преподаватели для своих подопечных, да и сами воспитанницы коллежа. Она танцевала на всех мероприятиях, участвовала в театральных постановках и разнообразных розыгрышах.

Как только температура на термометре перестала подниматься выше — 5 градусов Ирина Александровна распорядилась залить каток и провести на стадион светомузыку. Теперь каждый вечер после занятий практически весь колледж зависал на стадионе. Кроме этого директор лично проводила с девочками лыжные прогулки по окрестностям пригорода. Благодаря такому подходу к воспитанию девочек у воспитанниц практически никогда не было простудных заболеваний и никто не жаловался на отсутствия аппетита. Наоборот, каждая из них с нетерпением ждала обеденного перерыва и даже частенько становилась за очередной порцией добавки. Кухонные работники работали на совесть и еда получалась вкусной, сытной и… домашней.

Вот и сегодня после очередной лыжной пробежки девчонки готовились к походу в столовую. Скинув с себя теплые вещи Мара и Лера стояли по среди комнаты и спорили, кто первой пойдет в душ.

Их спор продолжался уже минуты две, но девочки так и не могли прийти к компромиссу. Каждой из них хотелось первой смыть с себя соленый пот и согреться под упругими струями горячей воды.

— Лер, а давай в месте? — наконец Мара нашла, как ей преставилось альтернативный выход из ситуации.

Лера, которая собиралась что-то сказать, изумленно посмотрела на Мари. Мара ответила ей кристально-чистым взором, лишь в глубине её зеленых глаз прыгали веселые чертенята.

— Я тебе спинку потру…

Её подруга смущенно улыбнулась, от мысли, что её тела будут касаться горячие руки Марины, девочку бросило в жар…

— Иди ты первая — голос предательски дрогнул — я пока приготовлю нам вещи.

Мара, широко ухмыльнувшись и подмигнув Валерии, схватила полотенце и скрылась за дверью ванной комнаты.

С минуту Лера простояла в рассеянности, сжимая в руках Маришкин шарф. Она поднесла его к лицу и глубоко вздохнула такой родной, такой любимый её аромат.

«Что это со мной? Неужели я боюсь Маришки? Ведь она просто предложила помыться в месте… и мне действительно приятно чувствовать её руки, их нежную ласку… скорее уж я боюсь себя, что сделаю какую-нибудь глупость и это оттолкнёт от меня мою подругу».

Мари раздевшись, включила горячую воду. Сильные горячие капли воды ударили по её лицу, плечам, стекая по небольшой упругой груди вниз по животу к её бедрам… туда, где сейчас бушевал огонь… Мара представила, что это пальцы Леры гладят её плечи, груди, живот и невольный стон сорвался с её губ… «Боже, как же я хочу ощутить прикосновение её пальцев по своей коже. Узнать аромат её губ, тела…» Закрыв глаза девочка переставила, как Лера входит в душ, прижимается к её спине, покусывает её кожу…рука девочки мягко опустилась на полыхающий от желания треугольник… время замедлило свой бег… Она не слышала, как открылась дверь и в ванную зашла обнаженная Лера. С минуту девочка не сводила с Мары зачарованных глаз, наблюдая, как девочка ласкает себя. Лера улыбнувшись, решила не мешать подруге и облокотившись об стенку продолжила наблюдать. Глаза Мары были закрыты, она дышала прерывисто, чуть приоткрытые губы обнажали ряд белоснежных ровных зубов, её смуглое тело казалось светилось под мягким светом падающим на неё от светильника, рука девочки совершала круговые движения чуть ниже линии живота… Лера почувствовала, как внутри неё разгорается не менее жаркий костер пламени, который испытывала сейчас Мариша, смотреть за любящей себя подругой было так…возбуждающе приятно… Не выдержав Лера тихонечко приоткрыла дверь душевой кабинки и скользнув во внутрь прижалась к спине Мары, мягко обхватив кисти её рук своими ладонями…

Марина почувствовала, как нежная прохлада охватила её разгоряченную кожу спины, а на кисти рук легли тонкие поль…цы…её пронзила дрожь от этих прикосновений и она достигла пика… Лера почувствовав, как вздрогнула её подруга. негромко рассмеявшись, хриплым голосом произнесла той на ушко:

— Кто-то обещал потереть мне спинку… — и ещё сильнее прижалась к девушке…

Мара повернувшись взглянула в Лерины глаза:

— Ты давно здесь?

— Достаточно — игриво улыбнулась ей девушка, проводя рукой по небольшому бутону груди с нежно розовым сосочком — достаточно, что бы успеть…

Мара перехватила руки девочки и завернув их за её спину притянула Леру к себе… их тела соприкоснулись…

— Мара — голос девочки задрожал — ты такая горячая…

Они опоздали на обед… да им и не до еды было…

Через часа два уставшие обнаженные подруги лежали на Марининой кровати, обнимая друг друга…

— Мара — голос Леры был необычно тих — Ты не жалеешь?

— Что ты, любовь моя, я этого хотела с первой минуты нашей встречи, стоило только взглянуть на тебя — Мара нежно рассмеявшись, еще крепче прижала Валерию к себе.

— Я… у меня впервые такое с девочкой — дыхание Леры начало сбиваться по мере того, как пальчики Мары откровенно и настойчиво принялись изучать её естество…

— Я знаю любовь моя. Ты у меня не первая девочка, но последняя…я люблю тебя — прошептала её подруга и приподнявшись над ней трепетно и нежно поцеловала её в губы.

— А я тебя… люблю — прошептала Лера в ответ, погружаясь в забвение страсти и чувственности от ощущения пальцев подруги в себе…

На новогоднем вечере каждое из отделений готовили свой новогодний подарок — выступление и поздравление коллективу учителей и воспитанников колледжа. Мара с Лерой около месяца репетировали свой танцевальный номер. Ведущая объявила их выход. Их номер был завершающим. Сцена погрузилась во мрак… раздались первые звуки песни С. Сургановой «Ангел седой».

Ко мне ангел седой приходил поутру

Он был болен, метался в горячем бреду.

Звал меня то ли в ад, то ли в рай,

Все просил: «Выбирай!»

Он обжег свои крылья в полете ко мне

Схоронил свою душу в священной золе,

Равнодушие встречных глаз

Принимал за отказ.

Он был добрым, он плакал, встречаясь со злом.

Он хотел меня взять и укутать теплом.

Я ж пред ним не открыла застывшую дверь,

Я сказала ему: «Не теперь!»

Говорили потом, что он быстро старел,

Черным стал, позабыв, что когда-то был бел,

Что из дома, где жил ангел мой,

Вышел черт вчера дикий, хромой.

Он исчез в темноте, но твердила молва,

Что тащил по земле он два белых крыла.

И пред тем, как в ночи пропал,

Обернулся и захохотал.

Под чарующие звуки в свете ослепительного белого сияния в полной черноте сцены спускался белокурый Ангел, достигнув пола, он принялся самозабвенно танцевать передвигаясь от одного края сцены к другому, словно кого-то искал… так и не найдя искомого, ангел опустился на колени и его плечи затряслись в беззвучных рыданиях… свет погас… внезапно из глубины сцены раздался грохот и пространство залил ярко красный цвет полыхающего огня… появился демон, его черные волосы стояли дыбом. В них желтым янтарём поблескивали рожки, а черные крылья за спиной трепыхали, словно под порывами сильного ветра… Демон закрутился волчком по сцене, выполняя сложные прыжки и па в сумасшедшей по-истине дьявольской пляске, не замечая Ангела, который продолжал сидеть на коленях по среди сцены. Наконец демон достиг середины и наткнулся на поникшего Ангела. Наклонившись над ним, он высоко поднял невесомое тело на руки и закружился вместе с ним. Ангел обняв демона приник к его плечу… свет опять погас… через пару секунд вспыхнула радуга и зазвучала незнакомая мелодия… софиты выхватили Маришку и стоявшую рядом с ней Леру. В руках Мариши был микрофон… крылья Леры были в её руках и с них тяжелыми каплями падала на сцену красная жидкость…

Голос Мары, сильный и жесткий, зазвучал усиленный динамиками звуковой системы. Ритм песни был будоражащий, резкий, прерывистый… он полностью захватил зал…

В заброшенном граде, над краем земли

Где сотни дорог исчезали в одной

Сидел странный странник и с плачем ласкал

Два мёртвых крыла бледно-серой рукой.

На белом крыле ярко красным цветком

По каплям вся жизнь с окровавленных рук

Глаза к небесам поднимал и молил —

Верните мою нежно белую суть…

Я видел его окровавленный стан

Изломанный ангел, в забытом раю…

Где крылья свои серафим потерял,

За что был наказан? — я молвил ему

Он вздрогнул, безуспешно рубцы

Оставшихся крыльев пытались взлететь,

Последний рывок, вновь на землю осев

Со страхом и болью в лицо посмотрел.

— Я изгнан из рая — сказал он в ответ

— За чувства, за страсть, за забытый покой,

За то, что посмел я к тебе воспылать

Любовью, потерянный друг…

Враг вечный мой.

— Ты, ангел, зачем променял вечный рай,

На краткость любви с черным демоном сна?

Обратной дороги, увы, не найдёшь…

Ты выбрал свой путь, я дождался тебя.

И взяв его крылья, во мрак окунул,

Черны, как мои, залечу его боль…

— Ты больше не ангел, я дам тебе Суть,

Ты, мой демон страсти, рождённый луной.

И два силуэта исчезли во тьме,

Изгои другой непонятной любви.

Печальная страсть, одиночество душ —

Увы, к небесам не вернутся они.

К концу песни Демон одел На плечи Ангела два черных крыла и они взмыли вверх со сцены под медленно угасающий свет прожекторов…

С минуту зал сидел ошеломленный…а потом раздались бешаные аплодисменты и крики браво. Вспыхнул свет, на сцене стояли девочки взявшись за руки и смущенно улыбались зрителям.

Ирина Александровна, хоть и знала, что девочки готовят свой номер отдельно от всех, не ожидала такого. Она была потрясена и очарованна. Её две дочери, а именно так про себя они их называла, показали высший пилотаж и мастерство. Заметив какие девочки бросают взгляды друг на друга директор поняла, что их отношения вышли за рамки дружеских…

«Ну, что же этого и следовало ожидать. Да ты и сама подсознательно этого хотела. Что уж скрывать» — думала Ирина идя к сцене с букетом цветов — «Им любовь помогла вернуть прежнее я, а твоя задача сейчас сделать все, что бы их любовь не разбила им сердца в дальнейшем».

Дойдя до сцены Ирина обняла девочек и взяв из Маришкиных рук микрофон произнесла:

— Этот номер был достойным завершением сегодняшнего новогоднего вечера. А теперь столь долгожданная дискотека и шведский стол мои дорогие воспитанницы. С новым годом вас!!!

Зал восторженно взревел и двинулся к выходу из актового зала.

Ирина Александровна оглянулась на девочек, которые стояли позади неё, по-прежнему держась за руки и с вызовом смотрели на директора.

— Как там говорил Мюллер — а вас уважаемые я попрошу остаться.

Увидя, как напряглись девочки директор успокаивающе им улыбнулась:

— Я вас жду сегодня к 12 в своей комнате. Придут родители Алеши, встретим новый год по-семейному, девчонки?

Лера с Мариной переглянувшись с криками восторга кинулись к полковнику и расцеловали ту в обе щеки:

— Спасибо Ирина Александровна, это лучший подарок от вас.

К двенадцати часам в комнате директора собрался узкий круг дорогих её сердцу людей. Негромко бухтел телевизор, передовая очередную ахинею новогоднего винегрета, Ольга держала в своих руках спящего Алешу, её супруг колдовал над бутылками с шампанским, а Ирина и девочки обсуждали прошедший концерт.

— Ирина Александровна, у девчонок с 3 отделения отличная рок-группа образовалась. И название соответствующая — Валькирии. Вот бы их на молодежный рок фестиваль в Сочи отправить — восторгалась Марина вспоминая бешеный драйв от их песен.

Ирина с любовью взглянула на темноволосую подругу дочери.

— Я уже подумывала об этом. У девчонок безусловный талант. Думаю, если не завалят учебу, то летом поедут выступать в Сочи.

Лера улыбнувшись, заверила мать — Не беспокойтесь, мы с Маришкой за этим проследим лично.

Ирина Александровна рассмеявшись, погрозила Валерии пальцем — Ну, ну, вы уж присмотрите. Вы то друг от друга оторваться не можете…

Маришка и Лера переглянулись, да они обе поняли скрытую поддевка в словах полковника. Марина прямо, открытым взглядом посмотрела в глаза директора.

— Ирина Александровна, вы против?

Полковник добродушно усмехнулась — Честно? Только за.

Услышав облегченный вздох от двух девчонок, она добавила:

— В пределах разумного, конечно мои хорошие. Не на показ и об учёбе не забывать. Не заставляйте совсем уж посидеть мою старую голову.

Мара и Лера в один голос уверили — Ирина Александровна, мы вас не подведем.

А Мара добавила:

— Вы для меня, как мать Ирина Александровна. Я вам многим обязана…

— А вот это брось — нахмурилась полковник — Запомни, ты в моих глазах ни в чём не виновата и перед лицом государства ты чиста. И вообще это все в прошлом. А теперь давайте поднимем бокалы за наше будущие.

И маленькая семья под бой курантов подняла свои бокалы за будущее которое их ожидало. И у всех в сердцах была уверенность, что будущее будет светлым.

Часть 2

Разрушенные мосты

Глава 1

— Лера, ты никуда не пойдешь — Мара стояла в дверях комнаты, загораживая собой проход.

— И кто мне запретит, ты? — Лера с иронией посмотрела на подругу. — Лучше отойди в сторону дорогая и дай пройти.

— Ты никуда не пойдешь — упрямо повторила черноволосая девушка — Я тебе запрещаю.

— Да ну? — вздернула подбородок собеседница — И что ты сделаешь, свяжешь меня, или побьешь?

— Не то и не другое, дорогая, ты просто сейчас сядешь и подумаешь, как на твой уход из колледжа может отреагировать Ирина Александровна — голос Мары стал жестким, а зеленые глаза сузились, выдавая ярость охватившую её.

— Да, к чертям! Плевать я хотела на нашу директрису и её правила. Я совершеннолетняя и имею право делать всё, что хочу. Поняла меня, ты? Если ты хочешь быть её комнатной собачонкой, и выполнять малейшие её команды, то не я. С меня довольно. И этого колледжа и её и тебя — закричала светловолосая девушка, кидая в стену статуэтку, изображающею двух ангелов прильнувших друг к другу.

Статуэтка соприкоснувшись со стеной разбилась на сотни маленьких осколков. В комнате внезапно стало тихо… Лера в испуге подбежала к внезапно побледневшей Маре…

— Мара, Маришка, что с тобой, не молчи.

Мягко отстранив девушку от себя, Мара вышла в коридор и зашагала к выходу. Вслед ей донесся крик её любимой девушки:

— Вернись, Маришка, вернись пожалуйста, дай мне всё тебе объяснить… я не хотела.

Услышав стук захлопнувшийся двери Лера сползла по стене и уселась на пол, обхватив руками колени.

— Я не хотела правда, Мара, Мариночка, прости меня пожалуйста — по её щекам текли слезы, смешиваясь с тушью они оставляли черные разводы…

* * *

За год до этого на 14 февраля Марина, волнуясь, преподнесла ей ярко-красную коробку в форме сердечка. Когда Лера открыла её, то увидела двух ангелов, которые стояли прильнув друг к другу в нежном поцелуе. Темный и светлый ангелы, как в их первой песне…

— Я люблю тебя девочка моя — хрипло произнесла её черноволосая подруга, в её зеленых глазах влажно блестели.

— Мара, ты чудо, я тоже люблю тебя, где ты взяла такое сокровище, какая красота — восхитилась Лера с трепетом проводя пальцами по нежным изгибам статуэтки.

— Я сама сделала… для тебя.

* * *

Год назад… а сейчас осколки этой статуэтки лежат возле Леры… Она разбила то, что ещё год назад было для неё самым дорогим подарком… Рыдания Леры стали громче. Внезапно завибрировал её телефон и тишину комнаты прорезал звук мелодии.

«Мое солнце ты, ты, ты… ты мой нежный ветер в соснах».

Протянув руку девушка дотянулась до мобильника и нажав кнопку ответила:

— Да, Серёж, я слушаю.

— Малыш, я подъехал к воротам, выходи.

— Сереж… я…я наверное не поеду… понимаешь…

— Как, это ты не поедешь! Ты, что ревела? — немного жестковатый баритон смягчился — Что случилось детка?

— Я… я разбила статуэтку и… разругалась с Мариной…

— Тихо, тихо малышка — успокоительно прожурчал его голос — Подумаешь беда какая, кусок фарфора, да я тебе их тысячу накуплю. А на счет этой выдерги… не бери в голову, давно нужно было поставить её на место… собирайся… я жду тебя… праздник ждет, друзья…

— Правда?

— Правда, правда маленький.

— Хорошо Серж, я сейчас приведу себя в порядок и выйду.

— Ну вот и отлично, жду — с этими словами молодой человек отключил телефон и посмотрел на себя в зеркальный экран мобильника. Отражение взглянуло на него холодным блеском серых глаз, тонкая линия рта изогнулась в ироничной ухмылке.

— А ты молодец парень — сказал он сам себе, отражение согласно кивнув подмигнуло ему в ответ — уломал девочку, думаю сегодня она будет твоей.

Оглядевшись по сторонам и не заметив ничего подозрительного, парень нажал на перстень надетый на указательный палец… тихо щелкнул замок, откинулась крышка. Аккуратно отсыпав две тоненьких дорожки Кокса и разровняв их, Серж, закрыв глаза в предвкушении дозы, принялся свертывать купюру в воронку…

Долгожданный холод заморозил его нос и в голове раздался маленький взрыв… откинувшись в кресле молодой человек отдался во власть приятных ощущений…

* * *

Лера стояла перед зеркалом и поправляла свой макияж…

«Серж прав, это всего лишь статуэтка и Марина берет на себя слишком многое… я не обязана отчитываться перед ней за каждый свой шаг… мы всего лишь подруги».

Её доводы для самой себя звучали жалко и неубедительно. И чем сильнее она это понимала, тем яростнее стремилась убедить себя в своей правоте.

«Да и что в том, что я поеду с парнем на парти? В конечном итоге мне уже восемнадцать лет и я имею право на личную жизнь… тем более, что Сережа мне просто друг, и он мне помогает и веселит меня. Марина же в последнее время только и знает, что учится и готовиться к поступлению в школу ФСБ. Но я то не хочу. Я талантлива, красива, успешна и не желаю носить форму, как она. А Сергей мне может обеспечить сцену, зрителей… Он же известный балетмейстер… у него связи, свои группы…»

Закончив красить губы Валерия оценивающе посмотрела на себя… «слезы придали блеск моим глазам» и оставшись довольна своим отражением, взяла сумочку и отправилась к двери. Её взгляд остановился на осколках…\

— Жаль… но и только.

* * *

На улице стоял май… через пару недель закончится ещё один учебный год, последний для них в этом колледже… и Лера должна подумать о своей дальнейшей жизни. Открыв дверь серебристого мерса, девушка прыгнула на переднее сидение и поцеловала своего друга в щеку.

— Привет. Милый, поехали веселиться?

Сергей повернул голову и оценив внешний вид Валерии восхищенно присвистнул:

— Ого малышка, да ты прям королева. Дай я тебя поцелую по-настоящему.

С этими словами, он склонился над девушкой, и взял её губы в плен своих, его рука мягко легка на грудь девушки и слегка сжала её…

Лера послушно приоткрыла рот навстречу его языку и привычно принялась в уме отчитывать секунды… Серж не возбуждал её, да и никто так не возбуждал её, как Мара… но она девушка… а Серж мужчина и довольно успешный. В жизни всегда приходиться рано или поздно делать выбор…

Насладившись губами Валерии, молодой человек нажал на газ и машина рванула на встречу вечеру.

Глава 2

«Когда ты умрешь, я не стану валять дурака,

Зализывать раны, на север, потом в пески…»

Выйдя из коттеджа во двор, Мара побрела в сторону беседки. В голове крутились отголоски жестоких слов её подруги, и слышался звук разбиваемой об стену статуэтки. Присев на скамейку, девушка закрыла глаза руками и разрыдалась. Проходившие мимо беседки воспитанницы колледжа с удивлением и тревогой смотрели на плачущую Марину, видеть всегда такую сильную и невозмутимую девушку плачущей было для них не обыкновенно. Не выдержав этого зрелища, к Марине подошла её сокурсница — Вита, с которой у Мары были пусть и не дружеские, но довольно приятельские отношения. Присев рядом с девушкой на скамейку, Вита достала пачку сигарет и предложила Марине.

— Держи, покури, успокойся.

Мара дрожащими руками взяла уже подкуренную сигарету и глубоко затянувшись выпустила облако сизого дыма.

— Легче? — тем же ровным тоном поинтересовалась сокурсница с участием смотря на побледневшее лицо девушки.

— Спасибо Вит, уже легче — хрипло поблагодарила её Мара и затянулась ещё раз.

— Да, я вижу, что хреново, если закурила — ухмыльнулась Виталина и положила свою ладонь на плечо девушки:

— Расскажешь?

— А? — встрепенулась Марина — Извини, что ты спросила?

Вита, тяжело вздохнув, взяла руки Мары в свои — Блин, Маринка, да ты как лед. Что случилось говори.

Марина, почувствовав чужое тепло, подняла склоненную голову и посмотрела на Виту. Её обычно ярко-зеленые глаза, покраснели, потухли, из них исчез задорный блеск.

— Лера — чуть слышно, на выдохе прошептала она.

Вита, ещё раз вздохнув, сильнее сжала ладони Мары в своих руках. Она была в курсе отношений девушек, два года назад она и сама попробовала приударить за Лерой, но Мара тогда ясно дала ей понять, что этого делать не стоит. Пару раз, столкнувшись на татами, девушки в итоге начали уважать силу друг друга и стали приятельницами.

В последнее время Вита, как и многие другие, стала замечать постоянные размолвки девушек, их ссоры, исчезновения Леры… но старалась не вмешиваться, рассудив, что милые бранятся — только тешатся. Но, увидя Мару в беседке и услышав её плач, Виталина не могла пройти мимо.

— Что совсем хреново? — тем же ровным тоном поинтересовалась она, покуривая очередную сигарету.

Мара, криво улыбнувшись, ответила — Ну, она собирается уехать из колледжа на всю ночь, с этим хмырем.

— На серебристой тачке который?

— Да.

— За воротами стоит. Ждет уже её. А что?

— А я имела наглость напомнить ей о директоре и об ответственности…

— Поняяяятно — протянула Вита и взглянула в сторону их коттеджа…

— Глянь, Мар, выходит.

Мара посмотрела в сторону дома и увидела Леру. В открытом вечернем платье, при полной боевой раскраске, на тонких высоких каблуках девушка, казалось не шла, а летела по тропинке к выходу из колледжа. Мара попыталась рвануть следом, но была остановлена жестким захватом рук Виты.

— Пусти, пусти меня.

— Нет — всё так же спокойно ответила подруга, удерживая Мару на скамейке — Она, для себя решила, что поедет, зачем ты будешь унижать себя, а?

— Она это назло мне делает, Вит — последний раз попробовав вырваться, Мара обмякла в её руках.

— Не думаю. Что назло тебе. Просто твое мнение для неё уже ничего не значит.

— Но почему, Вит, почему? Что я не так сделала?

— Да, всё так… просто есть такой тип женщин Мариш. Понимаешь? Им нужны мужчины, для жизни, семьи, обеспеченности.

— А я?

— Ты ещё не повзрослела просто, а Лера твоя, увы…

Дождавшись пока Лера пройдет мимо, Вита потянула Марину за собой.

— Вставай, пошли, увидишь это своими глазами.

— Не хочу, она не такая. Я знаю это…

Ваталина хмыкнув, подняла Мару со скамейки и насильно потащила к воротам. Подойдя к ним девушка увидела через стекла автомобиля, как Сергей и Лера, её Лера, слились в страстном поцелуе. При этом рука парня по-хозяйски обхаживала её грудь через платье.

— Я убью его — рванулась Мара к машине.

— Остынь подруга — с этими словами, Вита прижала девушку к забору всем свои телом.

Услышав звук отъезжающего автомобиля, Виталина, облегченно вздохнув, ослабила захват.

— Отпусти меня — голос Мары прозвучал над её ухом, злой, холодный голос… но спокойный… до дрожи спокойный…

— Хорошо, отпускаю, только не делай глупостей, пожалуйста — как можно спокойней произнесла подруга, стараясь не показывать, как её напугал этот чужой голос…

Не бойся — раздался хриплый смешок — Я не трону тебя. Наоборот скажу тебе спасибо, за то, что вовремя мне открыла глаза, на эту дрянь.

— Мар, подожди, не кипятись, давай поговорим, а — Вита умоляюще посмотрела на подругу — Не горячись только.

— Вит, позже, хорошо? Я сейчас пойду в свою комнату, соберу свои вещи и перейду в другую комнату. А потом мы поговорим.

Вита, облегченно вздохнув, догнала удаляющуюся от неё Марину — Я тебе помогу… друг.

С благодарностью взглянув на Виталину Мара ответила — Спасибо. Друг.

Через пару часов собрав все вещи, принадлежащие Марине, девушки благополучно перенесли их в комнату Виталины, попросив Аню переехать к Лере. Аня, спокойная, немного флегматичная соседка Виты по комнате, на это предложение ответила согласным кивком.

* * *

— Мар, а директора сегодня не будет?

— Нет, она в Иркутск улетела на пару дней.

— Мар, а знаешь, что у меня есть?

— Что Вит, говори уже?

— Бутылка настоящего ирландского виски…

— И ты молчишь? Доставай! За переезд и новую жизнь нужно обязательно выпить!

* * *

Третий час ночи плавно переходил в четвертый, Лера сидела за столиком ночного клуба и смотрела, как на танцполе танцует её друг. Оглушительная музыка, выпитое вино и духота клонили в сон. Глаза сами собой закрывались, и ей приходилось прилагать все свои силы, что бы держать их открытыми… Почувствовав теплую ладонь на своем плече, девушка встрепенулась.

— Малыш устала, малыш хочет баиньки — немного насмешливо произнес знакомый чуть хрипловатый баритон.

— Да Сереж есть немного… можешь, отвезешь меня домой?

— Какой дом дорогая, вечер только начинается… Смотри, что я тебе принёс — Сергей поставил на стол два коктейля с ярко зеленым содержимым — Тропический рай — пояснил он, заметив вопрошающий взгляд девушки — Водка, натуральный сок манго и киви, и немного экзотики… пей не бойся.

Лера, нерешительно взяв бокал, пригубила чуть терпкую холодную жидкость. Водка не чувствовалась, коктейль был довольно освежающий. Улыбнувшись спутнику, девушка сделала пару больших глотков — и правда вкусно Серж, спасибо.

— Да не за, что дорогая. Сейчас эффект почувствуешь. — парень сел рядом с ней и приобнял Леру за плечу. Почувствовав, как она напряглась, он тихонечко рассмеялся и поцеловал её в шею — Расслабься…

Лера послушно откинулась на его руки и прикрыла свои карие глаза. Губы Сергея продолжили дальше изучать её шею… постепенно опускаясь все ниже.

Музыка внезапно стала отдавать в голове тягучей и манящей пульсацией, по крови побежал огонь бешенной энергии… захотелось встать и броситься на танцпол, слиться с танцующими, снять с себя одежду и отдаться во власть музыки… словно почувствовав её состояние парень выпустил её из своих объятий и протянул руку — Пошли танцевать киска?

Бешеный ритм, лазеры выхватывают разгоряченные тела, бессвязный рев толпы… танец… танец…танец… Лера чувствовала руки Сергея на своем теле, его пульсирующую плоть, когда он прижимал её руку к своей промежности и вновь музыка, огни… люди… звуки…

Они ехали куда-то на огромной скорости, в её руках был его член и он настойчиво просил поласкать его губами… музыка… звуки… она обнаженная лежит на круглой кровати в комнате с зеркальными потолками и некто копошится между её ног… ей смешно… провал… и вот она уже с верху… и яростный крик:

— Детка скачи сильнее… провал…

Джакузи полное пузырящийся пены… брызги шампанского… которые льются на её грудь… и Сергей сзади… он просит её наклониться… раздвинуть бедра… провал…

Лера проснулась с ужасной головной болью и ощущением, что во рту у её одновременно попаслись сто коров… светало… оглядевшись по сторонам она поняла, что находиться в квартире у своего друга… а вот и он вытянулся поперек кровати и слегка храпит…

С трудом поднявшись и пошатываясь, девушка направилась в ванную комнату, тело ужасно болело. Посмотрев на себя в зеркало, Валерия пришла в ужас… под глазами явные свидетели бессонной ночи, на левой груди засос…

— Твою мать — тихо выругалась девушка. — что же я теперь Маришке то скажу?

Услышав, громкий стон, раздавшийся в спальне девушка поспешила туда.

— Серж, вставай, мне в колледж нужно.

— Киска я не в состоянии, возьми деньги на такси и езжай.

— Ну, ты и подонок, дорогой. Что я выпила?

Перевернувшись на живот, парень, подперев руками голову, с восторгом уставился на стоящую перед ним девушку.

— Киска… ты такая заводная… иди к папочке, а?

— Озабоченный — отмахнулась от попыток приставания Лера — что в коктейле было?

— Экстази малыш… совсем чуть-чуть…

— Придурок.

Лера выскочила из спальни обратно в ванную. Помывшись и приведя себя в порядок, девушка подошла к успевшему задремать Сергею.

— Я поехала. Слышишь?

— А поцеловать киска?

— Обойдешься.

— Я тебе позвоню — пробормотал он погружаясь в сон.

* * *

Поймав такси и назвав адрес, Лера прикрыла глаза и принялась выдумывать наиболее правдоподобную ложь для своей подруги…

Через тридцать мнут подъем. Если Мара спит, то можно не заметно зайти в комнату и лечь на свою кровать. Сказать, что приехала часа в три утра…

Войдя в комнату, Лера сперва облегченно вздохнула. На соседней кровати спала… Не Марина… подойдя к девушке, Валерия сдернула с неё одеяло… Олеся.

— Мара где?

Девушка недовольно поморщилась и попыталась вернуть одеяло на место.

— Она переехала.

— Кааааааак?

— Молча?

Наконец отвоевав одеяло, её новая соседка отвернувшись к стене закрыла глаза.

Лера прошла к своей кровати и села на одеяло… оглядев комнату, она не обнаружила больше Марининых вещей… Марина ушла.

Скинув обувь Валерия легла на кровать и обняв подушку руками, заплакала от осознания того, что же она натворила…

Глава 3

Ударом по скуле

— Хрясь!

— Ты что-то сказала?

— Мразь!

С ухмылкой жесткой:

— Не скули!

Кинула салфетку:

— Утри.

Боль на щеке.

— Отвали!

Льдинки-глаза:

— Хоть умри.

Жалости нет,

— Не себя, ни её,

Надену, как маску,

Чужое лицо.

Валерия зашла в аудиторию и направилась к своему излюбленному месту у окна. Их месту, которое теперь занимала только она. Шел четвертый день её одиночества. Нет, Мара никуда не делась, она так же присутствовала на занятиях… но и только. Её подруга старательно избегала малейшего соприкосновения, как физически, так и словесно. Когда Лера пробовала завести разговор, в очередной раз поймав Мару в коридоре, девушка вежливо улыбаясь обходила её стороной. Глаза, когда-то ласкавшие своей теплотой, стали холодными и равнодушными. Она не хотела объяснения, ни покаянных слов Леры. За один вечер бывшие ранее единым целым девушки стали чужими.

Вот и сейчас Лера старалась поймать взгляд Марины, увидеть её глаза… но, та весело переговариваясь с Витой, в ожидании начала лекции, совершенно не обращала на девушку никакого внимания. Устав от ожидания того, что Мара наконец-то посмотрит на неё, девушка тяжело вздохнув отвернулась к окошку, где уже вовсю буйствовала молодая зелень, приветствуя столь долгожданное появление тепла.

Но, на душе у Леры был холод… он казался таким осязаемым, что она обняла себя за плечи, что бы хоть чуть-чуть согреться. Зубы по мимо её воли начали отстукивать чечетку, а губы предательски дрожать. Наконец не в силах больше совладать с собой и своими эмоциями, она, всхлипнув бросилась прочь из аудитории.

* * *

Маришка прекрасно осознавала, что делает Лере намеренно больно. Она старательно избегала свою любимую, общаясь со всеми, кроме неё. И хоть на сердце скребли своими острыми коготками кошки. Девушка не давала волю чувствам. Решив, что так лучше для них обеих, раз Лера выбрала мужчину и время даст успокоение им обеим, Марина старалась быть, как можно равнодушнее к горящим и молящим глазам подруги. Не сказать, что это ей удавалось легко… стоило не малых усилий сдерживать маску безразличности в те минуты, когда её возлюбленная подходила слишком близко к ней, чувствуя, аромат кожи и видя нежный изгиб губ, золотистое облако мягких, глаза… их золотисто-карем сиянии читая безмолвную мольбу.

Когда Лера в слезах выбежала из аудитории, сердце Мары рванулось вслед за ней, невольно застонав от острой боли, девушка прикрыла зеленые глаза, утратившие холодный блеск и прошептала — Я так больше не могу…

Вита, сидевшая рядом с ней, успокаивающее положила свою теплую ладонь на её плечо и прошептала — Держись, если окончательно всё для себя решила.

— Но ей же хреново, я вижу, чувствую, Вит. А от её боли вдвойне больнее мне… потому, что я являюсь её причиной… моя холодность.

— Но это был её выбор, не ты уехала с тем парнем, а она…

— Да, знаю Вит… но… тяжело… не могу больше. Тянет к ней… практически три года вместе… как будто часть меня умирает…

— Может тебе все же стоит поговорить с ней?

— Не могу… как только представлю, чем она занималась с этим говнюком, руки в кулаки сжимаются… за неё боюсь, что не сдержусь и ударю её…

— Нда, мать… нужно время, что бы ты остыла… тебе неприятности не нужны, это точно. А она всё же любимица директрисы и даже её ночная прогулка сошла ей с рук…

— Вит, она в отличие от нас, она не воспитанница колледжа, а свободно посещающая и к тому же приемная дочь Ирины Александровны

— Так, ты вроде тоже…

— Нет, наш директор является моим опекуном и через пару месяцев, снимет с себя эти обязанности…

Прозвенел звонок, в аудиторию вошел преподаватель, лекция началась. Рассеяно слушая объяснения Олега Петровича, о мерах взаимодействия внутренних вооруженных сил и армии, Мара скользила взглядом по парте, где её недавно сидела Лера… представляя её в своем воображении, каждую черточку её лица… рука сама собой скользила по листу тетради следуя воображению. Вита глянув на парту восторженно присвистнула… Мара сама того не осознавая нарисовала свою любовь обнаженной…

— Теперь я тебя ещё больше понимаю, такая девочка — Вита сделала вид, что восторженно присвистнула

Покраснев Мара, вырвала листочек из тетради и скомкав его сунула в карман формы

— Ещё одно слово, друг и мы с тобой сойдемся в спарринге на татами — одними губами прошептала она.

Вита, понимающе кивнув, вернулась к лекции… а Мара так и просидела до её окончания сосредоточенно глядя в окно.

* * *

Дни складывались в недели, недели в месяц… прошелестев первыми весенними грозами пролетел буйный май, наступило лето. С погодой творилось, что-то невообразимое, по три раза на день она изменялась, то даря обжигающий зной, то обильно поливая землю дождем.

На прошлой неделе Ирина Александровна вызвала к себе в кабинет обеих девушек. Столкнувшись возле дверей, Мара и Лера холодно поздоровались друг с другом, и, пройдя к директорскому столу, уселись в кресла.

За последние несколько месяцев директор заметно сдала, в уголках рта залегли складки, на лбу образовалась поперечная морщинка, глаза потеряли обыкновенный для них живой блеск.

С несколько минут начальник колледжа пристально вглядывалась в обеих своих подопечных, одна из которой приходилась ей дочерью, другая любимой и подающей большие надежды воспитанницей… Наконец после продолжительного молчания раздался её голос, строгий и даже немного жестокий. Девушки одновременно вздрогнули не ожидая такой резкости

— Валерия, Марина и сколько это будет ещё продолжаться?

Мара сделав вид, что не поняла смысл вопроса, с иронией посмотрела в глаза женщины, которою она боготворила

— Что именно Ирина Александровна?

— Мара прекрати ерничать, ты прекрасно меня поняла, Что — взгляд директора столкнулся с взглядом девушки, янтарное пламя с зеленым вихрем и вихрь уступил, Марина опустила глаза.

— Ирина Александровна, вы чем-то не довольный? — раздался тихий, спокойный голос Леры, очень ровный… Мара невольно хмыкнула, она, то знала, что означает такой тон — девушка в ярости — в этом они похожи с директором, как и внешне. Марина давно поняла, что директора и её приёмную дочь связывает не только память об общей утрате, но и одна кровь. Но считая, что директор должна об этом сама рассказать своей дочери предпочитала помалкивать.

— Лера — тон директора смягчившись на имени вновь стал жестким — Ваша успеваемость очень упала, через два дня начинается ЕГЭ по предметам, вам необходимо готовиться для поступления в Вуз, а не маяться…

— Всякой ерундой — закончила за неё Марина, зло, усмехнувшись — Не беспокойтесь госпожа директор, я сдам ЕГЭ, не подведу ваших ожиданий, не смотря на всякую — здесь её взгляд пробежал по лицу Валерии — Ерунду.

Почувствовав злой взгляд девушки и, услышав тон, которым были произнесены последние слова, Лера побелела и ответила — Ирина Александровна, я не собираюсь поступать в Школу, у меня другие планы на эту жизнь.

Директор, облокотившись об стол, внимательно слушала перепалку девочек и понимала, что за этими словами кроется даже большее, чем они сами в себе подозревают

— Валерия, куда тебе поступать решать только тебе, ты не обязана становиться человеком, который носит форму…

Мара хмыкнула и тихонько на грани слышимости произнесла — Конечно, ей же привычнее без всего… с кобелями

Услышав эту фразу её девушка ещё больше побледнела и выскочив из кресла, направилась к двери, остановившись на пороге и глядя прямо Маре в глаза она произнесла

— По крайне мере, тебе больше не придётся терпеть моего присутствия, захлёбываясь в собственном яде по отношению ко мне. Ирина Александровна — девочка перевела взгляд на мать — возможно ли мне пожить вне стен колледжа?

Тихонько посмеиваясь про себя, директор открыла ящик стола и достала связку ключей — Лови Лера. Адрес моей квартиры в Питере ты знаешь. Готовься к поступлению во МХАТ спокойно.

— Откуда вы знаете — пораженно спросила девушка, перебирая ключи

Директор усмехнулась — Ну, я ещё пока ваш директор и твой приемный родитель.

Застенчиво улыбнувшись матери и бросив последний взгляд на Мару Лера не прощаясь выбежала из кабинета.

Прошла ровно неделя с того момента, как Лера покинула стены колледжа. Марина ещё больше замкнулась в себе и ходила чернее тучи. Сегодня последний ЕГЭ по истории. Заполнив фольмуляр, девушка углубилась в тест. Через сорок минут от двух часов отпущенных на экзамен Мара, аккуратно сложив все листы, отнесла их на стол приёмной комиссии.

Удивленно взглянув на черноволосую девушку, председатель комиссии произнес

— Милая барышня, вы уже закончили?

— Да — кратко ответила Мара и покинула аудиторию.

* * *

Вот и всё… жизнь в стенах этого колледжа подходит к своему концу. Девушка шла по коридору административного здания, любовно касаясь стен. Столько хорошего случилось здесь… её друзья, человек, который заменил ей мать и её любовь… теперь прошлое. Через три дня придёт результат экзамена и Мара скажет, прощай этим стенам.

— Марина зайди ко мне на минутку пожалуйста — раздался голос директора за её спиной.

Девушка вздрогнув от неожиданности, так она погрузилась в свои мысли, развернувшись на 180 градусов подошла к Ирине Александровне.

— Заходи — приветливо улыбнулась директор и гостеприимно распахнула двери своего кабинета. Привычно заняв своё кресло, Мара ожидающе посмотрела на женщину.

— Последний этап позади? — участливо спросила та, и, дождавшись кивка воспитанницы, улыбнулась

— Молодец, быстрее всех справилась. Через пару дней получим результат, думаю, у тебя он будет не меньше 100.

— Не знаю — невольно улыбнулась ей в ответ девушка — Но я надеюсь на это.

— А, я знаю, ты у меня умница — с этими словами директор подошла и обняла девушку за плечи — И я горжусь тобой.

Мара почувствовала, как что- то соленое коснулось её губ, и тяжелый комок встал в горле

— Ирина Александровна, вы плачете? — и внезапно почувствовав, как сжалось сердце, спросила

— Что-то с Лерой?

Директор сквозь слезы улыбнулась девочке и отрицательно качнула головой

— Нет малышка, С Валерией все хорошо. Она поступила во Мхат. Я только, что приехала с е вступительных экзаменов — она прекрасно танцевала. Я просто горжусь за вас. Очень.

Мара почувствовала, что слезы радости и боли покатились по её щекам

— Я рада за неё, очень. Она молодец… — голос предательски сорвался

Ирина Александровна, присев на подлокотник кресла, взяла подбородок девочки в свою ладони и приподняла его, так, что бы их глаза встретились.

— Ты любишь её?

Мара утвердительно кивнула, стараясь сдерживать рыдания, рвавшиеся из её груди. Пронзительный взгляд глаз директора, казалось, проникает прямо в душу, что она хочет сказать этим взглядом? Как же больно, осознавать, что Лера потеряна для неё навсегда…

Словно угадав её мысли женщина ободряюще улыбнувшись девочке, наклонила её голову и поцеловала в лоб — Я тебе верю. Но сможешь ли ты простить её?

— Уже простила — тихо прошептала Марина.

— Сергей накачал её наркотой. Сама понимаешь, что это такое. Я не оправдываю Леру, ей захотелось обеспеченной жизни. Свободы. Но, она, потеряв тебя, осознала, что такая свобода ей не нужна.

— Откуда вы знаете? — глаза Мары удивленно расширились.

— У меня был разговор… с моей дочерью. Я сказала, кто я ей. Не могла больше держать в себе. В тот же вечер, как она уехала ко мне на квартиру, я вижу, тебя это не удивляет.

— Я давно догадалась. Вы очень похожи.

— Да. В тебе художественное чутьё. Так вот, Марина. Знаешь, как назывался её танец — Посвящение моей любви. И поверь, она танцевала искренне и в глазах её стояли слезы…

Судорожно вздохнув девушка сжала свою голову руками — Я дура, блять, какая же я дура…

Голос директора стал стальным

— Прекрати себя жалеть. Лучше действуй. Вот тебе ключи от моей машины, вот наличные, на месяц вам должно хватить, что бы съездить на Кипр. Билеты я уже оформила. Их завезут вам завтра. На счет школы ФСБ… я договорилась с МГУ и в случае удачного ЕГЭ, ты поступаешь туда, на факультет международных отношений… тебе давно пора выучиться дипломатии. Слышишь меня, я не позволю, двум своим детям ломать свою жизнь из-за одной ошибки. А теперь беги… беги к Лере.

* * *

Превысив все скоростные ограничения и взлетев по лестнице на 8 этаж новостройки, забыв даже про лифт, Марина застыла перед дверью квартиры в нерешительности. Наконец пересилив себя, она нажала на кнопку звонка. Раздалась мелодичная трель. Секунды растянулись в тысячелетия, в голове пронесся рой разнообразных мыслей… дыхание прервалось… раздались мягкие шаги за дверью… щелкнул замок…

— Ты…

— Я…

Вздох, глаза, смотрящие друг в друга… боль, нерешительность, тоска и молчаливое признание… руки встретились и соединились… губы нашли губы и на выдохе…

— Я люблю тебя…

Мы знакомы совсем недавно,

А казалось, прошла уже вечность,

Для тебя, знаешь, мне бы хотелось,

Каждый миг растянуть в бесконечность.

Кто сказал, что любви не бывает,

Тот в душе точно был инвалидом,

Я люблю, я с тобой улетаю,

Словно птица, паря над миром.

Всю любовь, что была когда-то,

Все надежды и боль разлуки,

Все тебе подарить готова,

Лишь протянешь ко мне свою руку.

Через три дня новоиспечённые студентки МХАТа и МГУ отправились в свое первое путешествие на Кипр.

Глава 4. Море

море тоскливое море

у твоих расплескалось ног

соленая пена в горле

на теле прибрежный песок

к тебе подплывают волны

твоей не касаясь кожи

и чаек тревожные стоны

на мои уж больно похожи

море ленивое море

останься лелеять загар

на бледной моей ладони

лежит королевский коралл

руки скользили волной

соль омывала шезлонг

вертикаль с голубой полосой

откровенно дробила висок

море мертвое море

виллы с окном на рассвет

и было во рту роковое

от тонких твоих сигарет…

(Анно Домини)

— Маришка, не забудь очки и крем для загара положить — выкрикнула из ванной комнаты Лера, нежась под прохладными струями воды. Время каникул, устроенных для них её матерью подходило к концу. Три дня из последних пяти девушки решили провести только вдвоем, дикарями, вдали от шумного забитого туристами и отдыхающими города Ларнака.

Инициатором идеи была Мара, а Валерия с радостью поддержала её. Изучив проспекты местных-турагентств, девушки выбрали отдаленное бунгало в песчаной бухте Корал-Бэй на юго-западном побережье острова. Со всех сторон окруженная горами эта бухта, мягким песком, относительной прохладой и уединенностью от основной массы отдыхающих здесь людей.

Марина, упаковывая в два походных рюкзака самое необходимое, хмыкнула и положила две бутылочки крема, зная, что Лера не упустит возможности максимально использовать каждое мгновение этих солнечных дней.

«Для себя же я оставлю ночь» — ещё раз хмыкнула она, закрывая замки рюкзаков. Немного постояв возле кровати, девушка, плотоядно улыбнувшись, направилась к двери ванной, на ходу стягивая с себя футболку и освобождая ноги от шорт. За дверцей кабинки был виден немного размытый силуэт её возлюбленной, которая стояла, запрокинув лицо, и наслаждалась струями ниспадающей на ней воды. Бесшумно приоткрыв дверцу, Марина скользнула во внутрь, и нежно обхватив девушку руками, прижала её к себе.

— Я думала, что уже не дождусь тебя и замерзну здесь от одиночества, — промурлыкала Лера, чувствуя, как нежные ладони скользят по её груди, дразня большими пальцами соски…

— Ты, и замерзнешь? — хрипло засмеялась Марина, покрывая поцелуями её шею — да ты вся горишь, любовь моя… Лера застонав от прикосновения рук и губ, ещё сильнее прижалась к телу подруги.

— Помнишь наш танец… в колледже? Шаг вправо, поворот… — Мара слегка прикусила ушко возлюбленной и медленно пробела вдоль его раковины языком… — Потанцуем, любовь моя?

Её руки принялись совершать легкие пируэты на теле девушки, дразня своими прикосновениями, вверх, вниз… слегка касаясь сосков… нежно порхая по внутренней стороне бедер… касаясь губ…

От каждого прикосновения рук и губ Мары, Леру пронзало током желания… поддавшись ритму прикосновений возлюбленной, она невольно то изгибалась назад, то наоборот выгибалась вперед… их тела выписывали в ванной кабине пируэты страсти и взаимного желания…

— Маришка… я хочу тебя… о боже… — прошептала в изнеможенье Лера, почувствовав, что больше не может ждать…

Мара, развернув девушку, встала перед ней на колени и принялась слизывать капельки влаги с её живота… постепенно её язычок опускался всё ниже… к призывно раскрытым бедрам девушки… наконец он достиг цели и Лера вздрогнув, от острого наслаждения. Застонав, Мара, обняла руками бедра девушки и притянула её к себе… её ладони легли на ягодицы, нежно и ласково массажируя их…

Почувствовав влагу девушки на своем языке, ощутив её вкус, Марина, прикрыв глаза от наслаждения, принялась ещё интенсивнее ласкать подругу губами и языком… Вскоре ноги Леры начали дрожать мелкой дрожью…

— Мара, Марочка милая — бессвязно шептала она, перебирая ладонями жёсткие волосы подруги… — Любимая… я умру сейчас…

— Не умрешь — утвердительно произнесла её девушка, на миг, оторвавшись от столь влекущего тепла её междуножия — Но возродишься… Заменив губы и язык своими пальцами, она осторожно вошла в Леру… от ощущения упругой бархатистости под её пальцами, девушка чуть не кончила… но она хотела вдвоем… только так… вместе с любимой… осторожно лаская клитор своими пальцами девушка целовала кожу вокруг своей руки… Почувствовать сжимание мышц и дрожь подруги, Мара усилила интенсивность движений, обхватывая талию девушки другой рукой и прижимаясь лицом к её животу… пальцы Леры с силой обхватили плечи Мары, оставляя на них царапины… девушка обмякла в руках подруги, ещё больше давая возможность пальцам Мары погрузиться в её естество. Кабинка душевой проглотила полустон-полукрик девушек… их тела сотряслись в пике оргазма, который охватил их двоих одновременно…

* * *

Через два часа девушки отправились в Корал-Бэй на взятом на прокат легком и маневренным маленьком minivan terrаko серебристого цвета. От города до букхы было часа 1.5 езды, но подруги решили заскочить в так полюбившийся ом, во время экскурсионных прогулок в монастырь Панагиа Тис Амасгу, который находился в 20 минутах езды от Лемесоса в живописной долине Куррис. Подъехав к монастырю девушки, взявшись за руки, подошли к его воротам и позвонили в колокольчик. Через несколько минут ворота приоткрылись и путешественницы, поблагодарив монахиню, вошли во двор монастыря. Около часа они бродили по его дворикам, башням и залам, наслаждаясь тишиной и умиротворенностью. Экскурсанты — основной доход этих стен, уже покинули монастырь, и девушкам досталось так желанное ими одиночество. Настенная живопись, фрески, замысловатая черепица покрывавшая стены и крыши замка притягивали к себе их внимание… у них возникло чувство, что они перенеслись в далекое прошлое и на дворе сейчас 14 век…

Наконец Мара обратила внимание Леры на время и девушки, с сожалением вздохнув, отправились к выходу из замка.

Их путешествие к бухте продолжилось… Проехав Замок Коллоси, купив у местных жителей великолепную освежающую пахту и сыр, путешественницы подкрепились и решили, что им ещё позволяет время заглянуть в храм Аполлона.

Живописно расположенные над морем руины некогда богатейшего из храмов древности манили своей загадочностью… обломки зданий, истертые ветрами и дождями, казались легкими и невесомыми… А ещё очень теплыми и живыми. Вновь достав фотоаппарат девушки, принялись бродить среди обломков, фотографируя друг друга и открывающиеся их глазам виды.

— А знаешь Мара, давай принесём дар Аполлону — взглянув на возлюбленную предложила Лера и нежно провела по её щеке рукой.

— Давай. Аполлон брат Афродиты и бог исцеления. Давай попросим его, что бы он помог Ирине Александровне — перехватив руку девушки и переплетя со своей ответила Мара.

— Да, я хочу. Что бы… мама — Лера ещё немного с трудом так называла директора — поправилась. Эти постоянные головные боли её доконают скоро.

— Но она под наблюдением лучшего нейрохирургического центра России и как я слышала лучшего нейрохирурга…

— Да — тут Лера позволила улыбке осветить её печальное лицо — И похоже дело не только в лечении…

— Да? — брови Мары поползли вверх — наша любимая наставница не одна?

— Мы с ней пока не разговаривали, на эту тему, сама знаешь какая она скрытная… Но она частенько говорит о Светлане…

— Хорошо, если бы всё было бы так, как мы думаем — подытожила разговор Мара и тепло засмеявшись, обняла за плечи свою любимую — Лерочка, что мы принесём в дар богу?

— Он любит золото… давай наши выпускные кольца?

— Надеюсь, твоя мама нас за это не съест?

— Не съест.

Забравшись на самый высокий холм, и найдя плоский камень, девушки положили на него свои кольца. Солнечные лучи заиграли на их обручах, словно само светило приветствовало желание девушек. Собрав охапку цветов Мара и Лера взялись за руки, и взглянув друг на друга обратились к Аполлону.

— Великий бог древности. Бог милосердия и исцеления — помоги самому дорогому для нас человеку, о ком кричат наши сердца и души. Прими в дар эти кольца и нашу клятву.

Мара смотря в глаза своей любимой проговорила

— Клянусь своим сердцем, своей жизнью, что никогда не брошу тебя, что бы ни случилось между нами. Никогда не позволю кому-нибудь обидеть тебя и нашу семью. Ты единственная моя любовь.

На глазах Леры появились капельки влаги… солнце освещало её белокурые локоны придавая им золотой блеск… в свою очередь она и произнесла

— Клянусь, что ни одна женщина не сможет занять моё сердце. Ни один мужчина не тронет мою душу, как это сделала ты. Никто, кроме тебя не услышит слов о любви. Ты моя семья, ты и моя мама. Клянусь своей жизнью и своим сердцем…

В зелёных глазах стоящей на против неё подруги отразились её слезы… девушки обняли друг друга и их губы слились в нежном трепетном поцелуе.

* * *

Миновав цитрусовую плантацию, и купив сочных апельсинов на закате солнца, девушки наконец-то добрались до своего бунгало. Дневной зной сменился мягкой вечерней прохладой и они, заникув вещи, быстро переодевшись в купальники, побежали к морю. Мягкий, чуть сероватый песок, хранящий тепло солнечных лучей мягко обволакивал их ступни, словно хотел остановить два юных создания в их горячем стремлении погрузиться в бирюзовые волны солоноватой воды.

Вдоволь накупавшись, подруги, легли на песок и стали смотреть на звезды… Впечатления дня потихоньку стали отпускать их и девушки постепенно погружались в полусон.

— Лера, смотри — тихонько, на грани шёпота окликнула девушку Мара — звезда летит…

— Вижу…

— Загадывай скорее желание…

— Уже — улыбнулась Валерия, и повернувшись к Маре нежно улыбнулась — Мое желание это ты…

— Любимая…

Мара приподнявшись на руках, нависла над подругой, их взгляды встретились… уловив огонёк желания в глазах девушки, Мара слегка коснулась своими губами её губ и прошептала — А ты мое… пошли в бунгало…

Взявшись за руки, освещенные серебристым лунным сиянием, влюбленные вошли в дом… с неба на них смотрели миллиарды ярких звезд и улыбались.

* * *

Три дня отведенные на уединение пролетели незаметно, девушки занимались дайвингом, путешествовали по окрестностям, катались на водных лыжах, летали на дельтаплане над морем. Вечерами, приготовив легкий ужин и разлив по бокалам красное вино, подруги выходили к кромке берега и встречали закат… практически молча… им не нужно было слов… хватало взглядов… дыхания… прикосновений…

Но любая сказка рано или поздно приходит к концу, и сегодняшний вечер был последним в их путешествии, завтра стальная птица унесет девушек обратно в реальность…

Весь день Мара волновалась и старалась спровадить её возлюбленную из бунгало. Лера, пытаясь узнать причину волнения подруги, оставалась дома и Мара, хмуря брови, уговаривала девушку, что всё в порядке и ей просто хочется побыть некоторое время одной. Лера, не выдержав такой упертости, психанула, и, выбежав из бунгало, убежала в сторону пляжа.

Довольная собой Мара, улыбнувшись на злость девушки, принялась подготавливать домик к их последнему вечеру…

На закате солнца уставшая от подвозного плаванья Лера медленным шагом направлялась к их домику. В голове крутились миллиарды вопросов к Маре, относительно её желания побыть в одиночестве… Вынашивая планы мести и отпора в случае попытки подруги пойти на мировую, девушка дошла до поворота, за которым скрывался бунгало. Повернув по тропинке в сторону дома, девушка застыла от изумления… вся площадь, от тропинки до крыльца, была усеяна лепестками роз всевозможных оттенков, они, переплетаясь друг с другом, создавали на песке своеобразную радуги и складывались в вязь слов

ЛЮБИМАЯ С ВОЗВРАЩЕНИЕМ.

Невольно улыбнувшись такому оригинальному приветствию, девушка, стараясь не разрушить такое великолепие, поднялась на крыльцо и открыла дверь в дом… от порога, до холла пролегала дорожка из лепестков хризантем и лилий… освещенная мягким отблеском множества свечей… в дверях холла её встретила обнаженная коленопреклонённая Мара, держа в зубах необыкновенной красоты орхидею… Лера почувствовав, как на глаза наворачиваются слезы, опустилась на колени рядом с возлюбленной и прикоснувшись рукой к губам девушки, она забрала свой любимый цветок…

— Ты… — не в силах больше сдерживаться, Лера приникла поцелуем к губам своей любимой…

— Ты сумасшедшая, моя любовь. Ты просто крейзи… знаешь… господи… когда ты всё это успела сделать…

Мара улыбнувшись, встала и легко подхватив девушку на руки, отнесла её в спальную комнату… и здесь царили свечи и цветы… лепестки роз, эдельвейсов, тюльпанов, лилий и хризантем… положив возлюбленную на кровать она не спеша стала раздевать свою любовь, помогая рукам губами, целуя каждый сантиметр обнажающийся кожи… мягкий, мерцающий свет дрожал в такт их дыханию, стонам… шепоту… тела переплелись… отдавая и беря вновь и вновь…

После нежной любви в спальне, девушки ужинали под светом звезд, сидя на берегу морской бездны… два моря — небесное и земное слились в одну бесконечность создавая эффект невесомости… казалось, что девушки сидят на краю огромного космоса… который дарит им свет миллиардов созвездий и мягкий серебристый свет сразу двух лун…

— Ты чудо — нежно улыбнулась подруге Лера, по удобнее устраивая голову на её коленях — Я люблю тебя, спасибо за сказку, мой принц…

— Богини достойны только лучшего — мягко улыбнулась девушке Мара, с нежностью перебирая своими руками пряди белокурых волос — Ты, моя богиня…

— Мне бы хотелось, вот так до скончания дней пролежать у тебя на коленях, чувствуя твое тепло и вдыхая твой аромат — промурлыкала Валерия, слегка поглаживая обнаженную грудь подруги — Ты не в меньшей степени богиня… ты само совершенство… твои груди, твое лицо… твое тело… а твои руки… они сводят меня с ума, заставляя сгорать от желания мое тело и душу…

Марина, чуть слышно рассмеявшись, наклонилась и провела своим язычком по животу девушки, чувствуя на губах чуть солоноватый аромат её тела — Родная моя, это предложение?

Серьезно, без тени улыбки в глазах Лера посмотрела на Мару, её темные глаза потемнели от возбуждения — Да, я хочу тебя… здесь, сейчас… всегда…

— Полетели в космос

Мара встав, подала руку Лере и девушки погрузились в теплые воды темно синей бесконечности… лежа на мелководье они любили друг друга, с неистовой нежностью… так, как только могут любить два юных создания… две морские нимфы…

Рассвет последнего дня разбудил девушек, спавших на берегу моря… пронзительные крики чаек и морской свежий бриз окончательно избавили их от сна и подруги весело переглянувшись, побежали к бунгало.

— Чур, я первая в душ — смеясь, воскликнула белокурая красавица и попыталась обойти подругу

— Стой — весело улыбнувшись, Марина обхватила девушку за плечи и прижала к себе — У меня для тебя подарок…

— Ещё один? Солнце, ты решила окончательно свести меня с ума… — прошептала Валерия, чувствуя, как от соприкосновения их тел её охватывает желание и в ногах появляется слабость…

— Нет, не окончательно,… но совершенно — хриплый шёпот девушки, прошелся по её коже, вызывая дрожь…

— Закрой глаза любовь моя и протяни мне свою руку…

Лера послушно выполнила требуемое Марой, через несколько секунд томительного ожидания, девушка почувствовала, как на безымянный палец опускается теплый обруч метала…

— Лера — тихонько прошептала подруга, поочерёдно целуя каждый пальчик на руке девушки… — открой глаза, милая.

Открыв глаза, Валерия поднесла руку к глазам и выдохнула от восхищения. На её руке, обхватывая безымянный палец, блестел обруч золотого кольца, с в граненным в него изумрудом, невероятной чистоты, по цвету, так напоминающим глаза Марины…

— Мара, это… это — Лера не смогла найти соответствующих слов и выдохнула…

— Я люблю тебя, Моя девочка и хочу, что бы это кольцо стало символом нашего обручения… — с нежной улыбкой Мара взяла ладони девушки в свои — Ты согласна?

— Маришка, да!!! Сто раз по — Да!!! Но, откуда у тебя это кольцо? Оно же наверняка не один десяток тысяч стоит…

— Любовь моя, что такое деньги? Пыль… На мое 18летие мне достался шикарный подарок от моего отца… оказывается он был крупным бизнесменом на Дальнем востоке и все счета и контрольный пакет акций перешел ко мне…

— Но… как? Твое восемнадцатилетние было всего неделю назад…

— Очень легко, радость моя, через твою маму. Я написала доверенность на её имя для оформления всех необходимых документов и вступления в руководящую должность. Она моё поверенное лицо…

— Мара… слов у меня нет… ты молчунья…

— Это мой сюрприз для тебя… И он не последний котенок.

— Да?

— Верь мне и… никаких вопросов.

Вечером девочки, покинув аэропорт Домодедова, сели в заранее вызванное для них такси и миновав кольцевую развязку, направились в сторону центра столицы.

Высадив девушек перед новостройкой, таксист залихватски им подмигнул и протянул связку ключей

— Вам на 6 этаж в 151 квартиру, девчонки.

Переглянувшись девушки, взялись за руки и открыли ключом домофона дверь в подъезд.

— Давай пешком, на перегонки? — предложила подруге Мара, и не дожидаясь ответа, первая бросилась вверх по лестнице…

Лера, смеясь, побежала вслед за ней. Добравшись до нужного этажа, девушки остановились перед дверью квартиры. Протянув ключи Лере, Мара жестом пригласила открыть её. Повернул ключ и щёлкнул замок, дверь бесшумно распахнулась и Мара, подхватив возлюбленную на руки, перешагнула за порог их квартиры.

В коридоре стояла Ирина Александровна, и улыбаясь, протягивала к вошедшим руки

— Добро пожаловать домой, мои любимые.

Глава 5

Устав от бесцельных драм,

Скучая бесцветным днем,

Я был так наивно-прям,

Надумав сыграть с огнем;

Отдав многоцветье тем

Осеннему блеску глаз,

Я думал о том, зачем —

Зачем Бог придумал вас —

Тех, кто сводит с ума без улыбок и слов,

Стоя рядом и глядя в окна небес;

Кто вливает дурман без вина и цветов,

Отравляя без яда хрупких принцесс.

«Канцлер Ги».

Ирина неоднократно возблагодарила Бога и свой разум, за решение расстаться с Оксаной и дочерью. Добровольно потеряв Оксану, Ирина спасла ее семью. И погубила свою, но это был осознанный выбор — профессия + стиль обитания, не позволяют им долго иметь привязанности.

Имеешь привязанность — имеешь огромную дыру в своей обороне. Эта фраза неоднократно била Ирину наотмашь.

Через неполных 2 года с момента расставания с Оксаной, в Ирину еще раз стреляли. На этот раз стрелок был везучее. Ирина 110 дней отвалялась в госпитале, из них 15 в коме. Выздоровление медленно, но весьма уверенно, по заверениям врачей не радовало Ирину. Пуля в голове — прощай профессия. Так вот и ушла на вынужденную пенсию в самом рассвете сил. Но Света, Светочек… она умеет настоять на своем… Благодаря её чуткости и заботе, из каких-то 3-х обещанных лет докторами лет, уже прожила 9…

Если бы они не встретились 7 лет назад… то и этой жизни бы не было…

Ирина знала, что умирает. Приступы головной боли с каждым днём становились все сильнее и сильнее, опухоль, вызванная старым ранением, увы, была признана неоперабельной… и благодарение боги и чудесным рукам Светы, она старая кляча, протянула так долго.

Главное девчонок успела поднять, и директора себе на смену воспитать.

Жаль конечно, что Маришка так молода. Но хватка у девочки будь здоров, она крепко будет держать колледж в своих руках, зная, что нужно воспитанницам.

Через год Мара должна уже закончить МГУ. Сейчас девочка на практике в Лондоне у военного атташе и суда по восторженным отзывам, опекун девушки не зря решила, что дипломатия — это, то, что нужно её подопечной…

Лера, Лерочка. Доченька. Два года назад её дочь стала звездой. На первом курсе МХАТа её заметил выдающийся балетмейстер современности Юрий Квардовсткий. Заметил и незамедлительно пригласил в свою труппу. Учуял мощный потенциал и не прогадал. Спустя два года Валерия стала знаменитостью. За честь пригласить их труппу и в частности Леру бились практически все самые престижные театры и залы России. Частенько труппу приглашали и за рубеж.

Жаль, конечно, что Лера и Мара не смогли сохранить свою любовь… а может быть и сохранили, но дали друг другу свободу и возможность преуспеть в выбранной профессии…

Стук в дверь прервал её мысли…

Зашла молоденькая ординатор, одна из учениц Светланы…

— Ирина Александровна, вам на процедуры пора.

— Хорошо. Хорошо Жанночка. Уже иду.

Накинув халат на пижаму, полковник пошла за ординатором… внезапно земля под ногами потеряла свою твердость… у Ирины возникло ощущение, что она погружается в бетон, ставший внезапно жидким, как вода. Левый висок в последний раз резануло огненной, заставляющей вылазить из орбит глаза, болью и мир вокруг неё погрузился в спасительную мглу…

«Света, Светочка… Её день рождения…»

* * *

Удивительно, как переплетаются жизненные пути… Брат Светланы Викторовны работал в управление, которое курировало колледж Ирины. Они пересекались на службе, но не более чем коллеги «по цеху». Очередной раз, на правах старшего брата, Олег Викторович приехал в Нейрохирургический центр им. Академика Павлова. В ординаторской сестры не было. Аккуратно поставив букет роз на ее стол он вышел из кабинета.

— Опять носится за своими контуженными, — проворчал Олег и направился к дежурному посту.

— Приветствую Вас девы поста медицинского и света очей моих, — шутливо обратился Олег к медсестрам, — Не видал ли кто сестры моей, дамы вечно занятой?

— Доброй ночи и Вам, Олег Викторович, — девчонки рассмеялись, — Светлана Викторовна у Ирины Александровны из 107 палаты, снова бдит своё «дитё», Вы же сами знаете, какая она! Пока не выпишет 100 % здоровой, они ее подопечные и день и ночь.

— Да уж знаю… Но не в день же своего рождения на работе сидеть до 11 ночи? Спасибо за указатель пути свершения подвига — попробую ее накормить ужином, в конце — концов!

Олег Викторович уверенным шагом направился в 107 палату. Расположение он знал как свои 5 пальцев. Тут он ориентировался лучше, чем в своей квартире. Не единожды его подчиненные попадали в этот центр, да и частые моменты розыска родной сестры, позволили ему выучить расположение.

Бесшумно открыв дверь в палату, Олег увидел, что Светлана сидит рядом с Ириной и держит ее за руку.

То, что она не пульс щупает, было ясно с первого взгляда.

Расслабленная поза и медленный перебор пальцев бросился в его глаза.

— Снова она за свое, — мысль пронзила Олега ножом, — Обещала же «завязать с женскими игрищами», матери же обещала и мне клялась… Да что же это с ней такое? Ну то, что Ирина малость не адекват, слухи ходили, но явных промахов не было… Угораздило ж меня Ирку сюда направить. Дурак ты, Олежа, горбатого могила исправит, а лесбиянку никто — наукой доказано.

— С днем рождения, Светоченька — высоченька! Расти большой и умной, богатой и красивой!!! — Олег зашел в палату, быстрым шагом подойдя с улыбкой, поднял сестру из кресла и расцеловал ее.

— И Вам здравствовать, Ирина Александровна! Я смотрю, идем на поправку, если уж сестру мою соблазняете… Да я смотрю, Ирина, ты даже коллегу не приветствуешь… Ладно, все норма…дыши в меру, на Светика моего ты глаз, правда, не клади более, а то… — Олег Викторович погрозил ей пальцем, как маленькому ребенку.

— Олег! Да как тебе не стыдно!!! — Светлана Викторовна быстро убрав свою руку от Ириной, тихо заговорила: — Спасибо за поздравление и марш из палаты, Ирина Александровна в коме. Кризис случился сегодня утром…

Олег Викторович был в шоке. То, что полковник впала в кому было непредвиденной проблемой для всего их ведомства, директор колледжа… мысли роем проносились в его голове. Срочно нужно вызвать её преемницу, оповестить родных, её дочь… но ещё более всего этого, Олега возмутила реакция сестры. Сколько раз она выхаживала пациентов, но чтобы уже 3 неделю практически не появляться дома — это было вновь.

— Светка, ну не дури, — уже шепотом Олег заговорил, — у меня столик в ресторане заказан, маман и папан в сборе, ожидают явления их дочери. Заметь, что с 7 вечера ожидают. А ты тут, с «дитем» оперативным зависаешь… Дежурных врачей не мало! Я расписание твое с утра проверял — смена до 16–00 и ВСЕ!!! Пойми, всем здоровья не подаришь, а свое потеряешь…ну Светик, пошли…

Светлана Викторовна настойчиво выпроводила брата за дверь:

— Терпение, брат, терпение. Я скоро…

Светлана подошла к Ирине и нежно провела по ее щеке пальцами:

— Ну что же ты, Иришка, открой глазенки, кто мне обещал на день моего рождения танго и море? Ириша, не сдавайся, вернись ко мне…я отпущу тебя, когда захочешь…ты только живи…Иришаааа…

Но только в сказке и кино бывает, что от молитвы или поцелуя любимого Принцесса открывает глаза или идет семимильными шагами на поправку. В реальности… в реальности сказка случается очень редко.

Светлана Викторовна вытерла слезы со своих глаз, коснулась пальцами своих губ и перенесла поцелуй на губы Ирины…

Её присутствие здесь, в палате Ирины, увы ничем не поможет любимой… кризис рано или поздно должен был наступить и практически нет шансов, что она выйдет из коматоза… шанс один на тысячу… И семья ждет… отец, мать… как сказать сыну об Ирине, к которой он был привязан всей душой… и не забыть ещё предупредить дежурного врача. В случае ухудшения состояния — немедленно звонить ей.

Глубоко вздохнув, расправив плечи, Светлана вышла из палаты к Олегу.

— Ну пошли, совратитель души моей съестными запасами и нервными вливаниями маман и как я понимаю уже хорошо накаченного водкой отца славного семейства? Куда идти?

Олег подхватил Светлану на руки и зашагал по коридору.

— Стой, придурок, уронишь, — Светлана тихо рассмеялась, — мои 178 см и 65 кг принесут тебе очередной приступ рукоприкладства наших хирургов-ортопедов. Или ты заботишься, чтоб ребята не простаивали?

— Молчи, неразумная, когда старшие глаголят! Девочки, я похищаю Вашу Светлану Викторовну на сутки. Заявление у главврача уже подписано. Раскидайте ее больных сами… — Олег Викторович быстрыми шагами пролетел мимо сестринского поста и под смех девчонок, унес Светлану Викторовну в ординаторскую и опустил на пол.

Возле его букета на столе появился второй, которого еще полчаса не было.

— Светка, а что это у тебя поклонник такой жидкий? Фиалку белую приволок…придурок…и еще с приписочкой — «Давай рискнем?» — маленький горшочек белых фиалок, Светлана подарила Ирине после их вечера в клубе…Этот единственный цветок жил в их квартире…

Светлана Викторовна выхватил карточку, и прижала ее к своей груди…

— Давай… ты только скажи сама, — прошептала одними губами она, — «Никто не знает о нашей любви» и я не скажу и не покажу…я подожду тебя… главное возвращайся…

— Да снимай же свой балахон, Све…есть охота…Все, поехали…Маман уже 5 раз мне звонила…

Семь лет назад…

В тот день Ирина спустилась в метро, решив, что объехать пробки подземкой будет быстрее. Она опаздывала на встречу и как обычно это все бывает, город решил по своему.

— Метро, так метро, — подумала Ирина, быстро сбегая по ступенькам эскалатора, обгоняя толпы народа.

На перроне народ ожидал подхода поезда. Табло светилось 1,32. Толпа увеличивалась…

Группка подвыпивших молодых людей с диким хохотом и матом летела к дверям поезда. На пути сметая прохожих, не замечая и не воспринимая их как равных себе.

— Самцы на выгуле, — промелькнула мысль. Ирина отвернулась, и направилась к следующему вагону. Но толпа устремилась к дверям.

— Ой, простите, — голос за спиной одновременно слился с ударом в плечо и ногу.

В Ирину самцы вжали светловолосую молодую девушку с большой сумкой на плече.

— Леди, аккуратнее, — ответила Ирина, разворачиваясь к объекту нападения.

— Простите еще раз, я не хотела, случайно, — девушка пыталась извиниться.

— Да я вижу, что не специально…Спецом захочешь дак не выйдет! — улыбаясь проговорила Ирина.

Толпа засосала их в дверь поезда, определив им место рядом друг с другом.

Ирина и девушка проехали вместе 3 остановки и вышли на 4 остановке вместе.

— Вам помочь? — обратилась Ирина к незнакомке, что то в ее лице показалось ей знакомым

— Да нет, мне не далеко, центр близко.

— Вот и познакомимся! — Ирина протянула руку к плечу девушки, снимая сумку.

— Не надо…она тяжелая… — девушка пыталась остановить Ирину.

— Ну… на двоих и тяжелое покажется пушинкой, тем более, что нам по пути…

Ирина и девушка быстрыми шагами направились к Нейрохирургическому центру.

По пути незнакомка то и дело здоровалась с прохожими. На входе к ней подошли два мед брата и с виноватыми лицами обратились к ней.

— Светлана Викторовна, да что же Вы нас не набрали. Доставили бы с ветерком…Опять Вы сама да сама…

— Мальчики, не волнуйтесь, не на соломенных ногах я колос…доберусь сама.

— Спасибо Вам…Простите, я не знаю, как мне извиниться за удар и поблагодарить за помощь Вас… Может чашку кофе?

— Кофе это хорошо, но если Вы, Светлана Викторовна, не против, то позже — мне сначала надо забрать документы, да и врача посетить нового — раз Вы я смотрю местная, то подскажите, где найти нейрохирурга Ост?

— Вы его уже нашли — приятно познакомиться, Ост Светлана Викторовна!!!

— Ирина, приятно и мне!

— Тогда забирайте Ваши документы и жду Вас через… минут 20, Вам хватит Ирина? Мой кабинет на 3 этаже. Девочки на посту подскажут.

Ирина передала сумку мед братьям и немного прихрамывая на ушибленную ногу, направилась в регистратуру.

Через 18 минут Ирина подходила к кабинету доктора Ост. По коридору навстречу ей она летела с тремя врачами.

— Простите, срочный вызов. Подождите, прошу Вас, — Светлана на ходу бросила фразу с легкой улыбкой и не дождавшись ответа убежала далее.

— Да уж…где планируешь потратить 30 минут готовь час как минимум, — Ирина пробормотала сама себе.

Открыв документы из регистратуры, она углубилась в чтение эпикриза.

Чтение медицинского заключения ее мало радовало: «Сердце — на свалку, кровь — в помойку, да с такими результатами не то что в органах работать, в гроб краше кладут» — Ирина хмурилась все больше и больше. Настроение ее падало стремительно вниз.

— Привет шахтерам, будет оно кричать, если еще и нейрохирург меня обследует…

Светлана Викторовна через 15 минут возвратилась к своему кабинету. Вид Ирины ее чем то смущал, она не могла понять почему. То ли взгляд, то ли все поза сигнализировала ей — Стой, опасность! Не влезай — убьёт! Осторожно, злая собака и хозяин ему под стать!!! Светлана улыбнулась своим мыслям и подошла к Ирине.

— Еще раз прошу…

— Еще одно извините я не выдержу! — Ирина резко бросила Светлане.

— Да конечно, как скажеите…Прошу Вас в мой кабинет…

Светлана по пути нажала кнопку в кофеварке. Привычка выработанная годами. Кофе, кофе, сигарета, кофе — вот стандартное ее меню на день. Правда кофе и сигарет было куда более, чем рекомендует Минздрав. Но где Вы видели врача, который следует рекомендациям Минздрава?

— С меня обещанный кофе. Вам с чем?

— Каплю кофе на бутылку конька!

— Великолепное начало разговора врача и пациента, — засмеялась Светлана, — И все же? Сливки, сахар?

— Нет, черный, как ночь, крепкий и…аромат я и так слышу — с ног сшибающий, Вам под стать! — Ирина окинула взглядом Светлану, чем немного ее смутила.

— Интересное начало для… — Светлана немного замялась и не могла продолжить мысль…

— Начало для палача и его жертвы, — добавила Ирина, небрежно бросая свои документы на стол Светланы.

— О…даже так! Не стоит бежать впереди паровоза, — продолжила словесную пикировку Светлана

— Бежать то может не стоит, но когда каток тебя переехал и 4 пулевых во мне, результат вряд ли будет оптимистичным! — Ирина сухо ответила…Горечь в ее голосе прогрессировала…

— Ваш кофе, — Светлана прикоснулась к руке Ирины, та вздрогнула…

— Спасибо…Начнем?

— Начнем что?

— Как что — Вы врач, хирурги патологоанатомы, Вы все для меня. Прелести от Вас не жди. Давайте уж — рубите…сколько мне осталось?

— Да о чем Вы говорите?

— Вы последняя от кого нет годового эпикриза. Предыдущие все меня списывают. Мол хватит бабе веселится, пора и внуков нянчить! А мне… а я… — Ирина остановилась, сделала глоток обжигающего кофе, легкая улыбка удовлетворения мелькнула на ее лице, — Мне еще работать надо. Рано меня еще списывать…

— Значит и не будем!!! — Светлана с улыбкой открыла документы Ирины.

Взгляда на них ей хватило понять, что перед ней неоднократно «стрелянный

орел», однако еще мечтающий о небе.

— Вы на сегодня свободны? — Светлана посмотрела в глаза Ирины.

— Смотря для кого и для чего!

— Для меня и моих опытов. Даже если не свободны — отмените все. Вы идете со мной!!!

— Вы идете со мной!! Мала еще мною командовать! — результат прочитанного, мешал Ирине трезво оценить ситуацию. — Да черт возьми, институтка…

Однако, привычка выполнять команды не позволило ей произнести все это вслух. И Ирина пошла за врачом.

Действительно, Светлана выглядела как студентка максимум 4 курса и никак не могла претендовать на звание, что было напечатано на дверях ординаторской — к.м.н., майор Ост С.В. Светлана была из молодых и ранних. В 14 лет экстерном окончив школы, родители отправили учиться Светлану в престижный медицинский колледж в Англии — Королевский колледж Лондона, сами дипломаты, они определили, что их младшенькой лучше получить образование рядом с ними, а раз их приписка — Лондон, то и колледж нашли, правда учтя пожелания Светланы, что с детства лечила всех убогих и больных… По окончанию колледжа, Светлана получила направление стажироваться в Лос-Анджелес (папа под суетился), но… Светлана отвергла предложение отца и прошла стажировку у ведущего английского нейрохирурга в пригороде Лондона, где была у него кафедра и госпиталь. Девушка с первых дней стажировки начала понимать, что опыта реального она не получит, только военные госпиталя могли дать ей возможность экспериментировать и учиться. Таким образом, через год по ее просьбе перевели в военный госпиталь на границе Пакистана. Новая страна, обычаи и масса интересных случаев для практики…

Вот так, к 25 годам, Светлана имела и степень, и практику и, что самое главное, настоящий опыт и знания, которыми гордился не только отец, но и сотрудники военного госпиталя Н.Ц. Нейрохирург реально приобретает опыт к 38–45 годам. Да и то не всегда. Из 100 только 2–3 становятся толковыми, а мастерами, виртуозами — 1 из 1000. Статистику никто не отменял, как бы не хотелось многим…

— Ирина…мммм…Александровна! Давайте договоримся с Вами сразу. Я не не палач, но и не Ангел. Ваши результаты меня огорчают как врача, но как нейрохирург я точно знаю — все возможно, а если и не получается, то выходит даже лучше запланированного. Я в ЭТО верю! И от Вас требую того же.

Ирина ошалело посмотрела на Светлану, которая ловко ее взяла в оборот.

Проведя по лабиринтам коридоров, они пришли к своей цели — операционная.

— Кардинальненько!!! — Ирина ухмыльнулась, — Ампутация мозга или только трепанаж для проверки присутствия отсутствия серого вещества?

— Молодец! Так держать! Но не угадали! — Светлана засмеялась, — Мне нравятся люди с юмором и иронией, я запрошу результаты анализа ликвора пациентов и мы пойдем…на прогулку с Вами!

— Прогулка??? Девочка, да ты в своем уме? — Ирина перешла на «ты» и покрутила пальцем у виска, — Да не мне не врач нужен — мне положительное заключение нужно — ГОДЕН!!! А прогулку…засуньте куда-нибудь…думаю не маленькая, дорогу указывать не нужно или все же Вам в GPS координаты вести?

— С координатами у меня ок! — смеясь ответила Светлана, — Если Вам интересно, я вам их могу повторить на 5 языках! А вот то, что Вы хромаете, мне действительно не нравится…Я Вас сильно зацепила? Проходите в процедурную и снимайте Ваши брюки!

— Ух, а не быстро Вы начали? Удар, сумка и кофе плюс 10 минутная пробежка и уже Снимайте брюки? — Ирина язвительно спросила врача.

— Ну что Вы, можно конечно еще раз кофе выпить, если Вам от этого легче станет или почитать Вам мои труды на английском, немецком и арабских языках в области «Восстановления посттравматических поражений нервной системы, на основе огнестрельных ранений» или Вы покажете мне ногу?

— Ну что ж…арабский мне близок, можно и на арабском! — произнесла Ирина грудным голосом на арабском языке.

— У Вас египетско-суданский диалект, весьма распространенный, к тому же произношение хромает, у Вас чувствуется французский наклон…

— А Вы смотрю не робкого десятка, Ваша взяла — снимаю брюки…

— Милая девушка! Вот Вам моя нога. Вы удовлетворены?

На ноге у Ирины красовался свежий шрам, весьма аккуратно зашитый, чувствовалось, что хирург не коновальной академии практиковался.

— Красиво, ранение ножевое, максимум неделя.

Светлана не обратила внимание, что продолжила разговор на арабском.

Внимательно осматривая рану, она не могла не заметить стройные и красивые формы… длинные бедра, слегка сужающиеся в верхней части, колено почти незаметно, икры длинные, а лодыжки стройные…Светлана невольно вздохнула и аккуратно прикоснулась к бедру в паре сантиметров от раны.

— Ну что ж, Ваша оценка верна — сегодня 6 сутки пожелания «доброго здравствования» от моих подопечных.

— Неужели у Вас в отделе нет мужчин, раз женщин под нож пускают?

— Они то есть, но как в анекдоте — Джентльменов до фига, а мест нет… — Ирина грустно улыбнулась… — Ну что, Док? Ампутируем или…поцелуете?

Светлана вопросительно подняла глаза. Ей послышалось или было сказано — ПОЦЕЛУЕТЕ?

— Не нервничай, док… шучу я…Знаю, что с ногой все ок. Просто зацепили неудачно Вы, да и бегаю я 2 день, неделю дайте — приглашу на пробежку…А пока… пока целуйте, — Ирина уже смеялась вовсю, наблюдая за выражением лица Светланы.

На ее лице вся гамма цветов пролетела от белого до красного и обратно.

— Ну поцелуя не обещаю, а вот помочь быстрее восстановить Вас — без проблем.

— Эх, попытка не пытка, как говаривал дедушка Берия, но Ваша реакция стоила того! Так как? Кофе отменяется и начинается будни больного? Хочу сразу Вас предупредить — это бесполезно. Я уже вышла из того возраста, что верю в скорейшее выздоровление под присмотром врача. Это не первая рана и самое лучшее лекарство для меня: коньяк, женщина и покой часа на 3 — последнее мало реально, но желательно… Да, хочу сразу сказать, что женщина не для присмотра за мной, а для совершенно иного…

Ирина спокойно одела брюки, и подняла правую руку Светланы, которая все еще сидела, опустив голову, на стуле. Левой прикоснулась к ее подбородку, подняла лицо и посмотрела внимательно в ее глаза: — Я всегда знаю чего хочу и еще не ошибалась в выборе партнера. Я не ошибаюсь и сейчас?

— Ваше предложение подкупает своей новизной? Вы ждете ТАКОГО ответа? Или моего безоговорочного согласия Вам будет достаточно? — Светлана извернулась от руки Ирины, и язвительно продолжила, — Ну если секс для Вас мера достижения результата — то для меня нет.

— Мне Вас жаль. Эффектная, достаточно разумная, весьма и весьма… — Светлана снова не могла подобрать слов для ее описания…

— Ваше предложение меня не интересует…ни в коем образе я не хочу Вас оскорбить, но я гетеросексуальна, и, Ваши намеки, мне мягко говоря, неприятны. Но я врач и нас учили лечить не только тело, но и душу…С Вашей мы разбираться не будем, но договоримся — Вы и мою оставите в покое, а я напишу Вам реальное заключение, достоверное и если необходимо будет, найду способ заставить Вас пройти необходимое лечение…уж поверьте мне — для меня нет тормозов в достижении моих целей любыми методами, какими бы они Вам не казались… И постель — последнее, чтобы я использовала, — уже со смехом говорила Светлана.

Ирина с выражением легко удивления смотрела на врача: — «Не подфартило…а какая прелесть…ее пропорции идеально легли бы мне в руки…ее хрупкость, легкость…да уж…пролет», — мысли чуть было не прорвались в эфир…

— Ладно…мне нужно идеальное заключение. Для этого я пойду не только в постель, но и… но и готова показать Вам то, что ранее ТЕБЕ было незнакомо, малышка, — Ирина нежно провела по ее щеке рукой, — Твой удар в метро попал не в ногу, а в сердце…

Светлана против своих убеждений прижалась к ее руке и наслаждалась лаской руки, зажмурив от удовольствия глаза…

— Кошка, дикая…строптивая…но я приручу тебя, ты сама придёшь ко мне… — Ирина шептала Светлане…

Внезапно открылась дверь и в процедурную влетел маленький мальчик и за ним медсестра…

— Извините, Светлана Владимировна, ну не смогла я удержать Адиба… Он все время Вас звал — Где моя хабиби, где мамиии…

Светлана резко отошла от Ирины и подхватил летящего к ней мальчика…

— Ади…Малыш мой, ну что же ты творишь? Мы же договорились, я буду позже с тобой играть, а сейчас у меня работа… И почему ты снова без повязки? Разбойник ты мой, хабиби…сынок…

Двухлетнее сокровище обняло Светлану крепко руками и уткнулось носом в ее шею.

— Мами…мами…я скучал…тебя не было долго…ненавижу больницу…хочу домой к папе с тобой… Мами — вернемся домой? Мами…мами…домой…

Малыш всхлипывал на руках Светланы. Ирина удивленно смотрела на них.

Ребенок, арабской национальности, не вписывался в ее планы. Откуда у Светланы ребенок? Кто ее муж? И где тогда, черт возьми, обручальное кольцо на ее руке? Или как врач она не носит колец, но нет… маленькое колечко на среднем пальце есть…обручального нет…

— Адиб…маленький мой, давай договоримся — ты сейчас идешь с Леной на процедуры, а я — обещаю, что вечером приду к тебе в палату и до утра буду читать тебе сказки. Договорились, родной? — Светлана нежно успокаивала мальчика, раскачивая его в своих руках, потом нежно передала его в руки Лены и закрыла за ними дверь. На глазах ее стояли слезы…

— У тебя сегодня ночное дежурство?

— Да нет…я перебралась временно жить в центр…Нач. мед не против.

— Ремонт? Или проблемы вообще с жильем?

— Вообще…и не только с жильем, — Светлана как то просто выдавала информацию о себе это незнакомке. «Точно — удар, сумка и кофе…готовим постель?», — мысли шли по очень тонкому льду…

— Есть предложение. Выслушай спокойно — у меня трешка. Свободная. Мне максимум нужна 1 комната. Дома меня нет, так что — перебирайтесь ко мне… Приставания оставим на… на когда ты сама решишь. На секс табу? — Ирина вопросительно посмотрела на Светлану…

Светлана прикинула плюсы и минусы, согласилась с предложением Ирины.

Неделя общим «колхозом» прошла мирно и спокойно… Ирина держала свое слово и более не приставала к Светлане…

Ирина стала по вечерам встречать свою соседку по квартире с работы… Небольшой крюк и она возле центра…

По дороге домой они болтали о всяких мелочах, как день, кто, что и где… нормальный разговор девчонок…

Каждый вечер они проходили мимо клуба с неприметной вывеской — Данс для тех кому за… и в один из таких вечеров из дверей клуба донеслись звуки танго… Светлана застыв, прикрыла глаза… её тело невольно стало покачиваться в такт мелодии… Заметив состояние своей подруги, полковник подхватила девушку на руки и занесла в практически пустующий мюзик-холл…

Пустой танцпол, и только танго кружится на нем…

Я за руку тебя нежно беру…

На танец страсти приглашу своими карими глазами

Молча, только глаз безмолвный разговор…

Прошу, не откажи…пойдем со мной…лишь только раз

Не соблазняй меня глазами,

Не соблазняй молю тебя…

Ты душу мне перевернула…

Мне любить тебя нельзя…

Ты женщина…и я…

А танго тихо все играло…

В танце страсти закружилось двое…

Светлана отдалась Ирине…

Безмолвно…стало в зале…

Все прошло…и прошлое их отпустило…

ЕЕ семья — ее работа…

Ирина вывела Светлану на середину танцпола, не смотря на слабое сопротивление и мольбу в глазах, она обхватила её руками… левую положив на нежный изгиб бедра, правую заведя за спину… её нога вклинилась между ног девушки, прижимаясь к низу живота. Прижав Светлану к себе, и глядя в её глаза Ирина уверенно повела партию, несмотря на небольшую хромоту. Постепенно напряжение стало покидать тело Светланы и она поддалась будоражащему ритму музыки и таким горячим и сильным рукам её невольной партнерши… два шага назад, шаг вперед… их тела казалось стали одним целым, бедро Ирины все сильнее прижималось к междуножию Светланы вызывая у той приятное томление… они кружились по танцполу в сумасшедшем ритме, казалось Ирина не просто ведет Свету, а легко словно, пушинку несет ту на своих руках…

Её пальцы нежно поглаживали обнаженную спину девушки… а голова все ниже склонялась к Светиному лицу… на последних аккордах Ирина резко наклонив голову сорвала поцелуй с губ девушки и моментально отодвинувшись от неё внимательно посмотрела своим карим, горящим взглядом в её затуманенные от желания глаза…

Тихий, низкий голос чуть слышно произнес — Попробуем? Мой Свет, моя жизнь. Моя последняя любовь…

Света не в силах больше сопротивляться собственным чувствам прижалась к полковнику и тихонько ответила — Да…

Глава 6

Пожалуйста, не умирай,

Или мне придётся тоже.

Ты, конечно, сразу в рай,

А я не думаю, что тоже.

Хочешь сладких апельсинов?

Хочешь вслух рассказов длинных?

Хочешь, я взорву все,

Что мешают спать?

Пожалуйста, только живи.

Ты же видишь, я живу тобою,

Моей огpомной любви

Хватит нам двоим с головою.

Хочешь моpе с паpусами?

Хочешь музык новых самых?

Хочешь, я убью соседей,

Что мешают спать?

Хочешь солнце вместо лампы?

Хочешь за окошком Альпы?

Хочешь, я отдам все песни,

Пpо тебя отдам все песни?

(Земфира. «Хочешь?»)

Мара тонула, огромные волны яркой-красной крови, вновь и вновь опрокидывали её на колени, накрывая с головой… она пыталась плыть, но руки налились свинцовой тяжестью… Внезапно сквозь агонию кошмара до неё донеслась мелодичная трель телефонного звонка… Протянув руку, не открывая глаз, девушка дотянулась до тумбочки и найдя телефон, поднесла его к уху…

— Да — голос хрипло прорвался сквозь стиснутые зубы, голова чудовищно болела… и зачем было столько пить…

— Марина? — вопросом ответил ей женский мелодичный голос

— Крошка, а ты как думаешь? Господь бог на связи. Странный вопрос, не кажется? Особенно учитывая, что — Лера открыла глаза и посмотрела на табло электронных часов — Третий час ночи…

— Ради бога извините меня, но Ирина Александровна — здесь голос сорвался на полу всхлип

Мара мгновенно проснувшись, соскочила с кровати

— Что с ней и кто вы?

— Светлана, лечащий врач Ирины.

— Здрасте, что с ней?

— Она в коме, третий день… сегодня состояние ухудшилось…

— Она умирает? — голос предательски сорвался

— Боюсь, что да…

— Диктуйте адрес клиники, сегодня вечером я буду у вас — записав адрес Мара, продолжила — Светлана, а Лера, ей уже сообщили?

— Ей звонил мой брат, коллега Ирины, но её телефон вне зоны действия сети…

— Хорошо, я разыщу её, и… Светлана, держитесь,… мы прилетим

Вызов прервался, девушка, закинув входящий в контакты, прошла в кухонную зону своей небольшой студии и налила в стакан воды.

* * *

За окном квартиры ночными огнями жил Лондон, серая дымка дождя смазывала огни, растягивая их свет, превращая в тонкие полосы… Маришка прислонившись лбом к холодному стеклу окна попыталась собрать разбегающиеся, словно тараканы, мысли в один связный клубок…

«Так, Лера звонила мне позавчера. По-моему у неё гастрольный тур по странам Европы, она как раз интересовалась, чем я буду заниматься на этих выходных… значит нужно позвонить в посольство и узнать в какой стране сейчас эта девчонка».

Приведя мысли в порядок, Мара набрала телефон Русского посольства

— Саш, привет. Это Марина. Не бухти. Ситуация экстренная. Ирина Александровна при смерти… Да, та самая. В общем, слушай меня… Нужно найти Валерию, где она сейчас выступает, название отеля. Любую зацепку… Да. Всё жду. И кста, Андре привет. Твой француз пьёт, как конь.

Закончив разговор с помощником посла Мара довольно хмыкнула, представив, как Шурик будит Андре, храпящего рядом, и передает ему привет…

«Так теперь душ, заказать два билета на самолет и ждать звонка от Саши».

Получив от Александра название отеля, где остановилась её подруга, девушка закинув сумку с вещами в синий Пежо выехала в сторону ближайшего аэропорта.

* * *

— Bonjour, disent Mme Гельмтан so journe l'hotel? (здравствуйте, мисс Гельтман остановилась в этом отеле)? — Марина обратилась к девушке, сидевшей за стойкой регистратора. Девушка с интересом посмотрела на незнакомца и ответила:

— Oui, monsieur (да сеньор) — затем приглядевшись к Маре, регистраторша покраснела и поспешила исправиттся: — personnes ges (извините, сеньора).

Белозубо улыбнувшись над рассеянностью регистраторши Марина, наклонившись к окошку, взяла в свою руку её ладонь и наклонившись поцеловала тонкое запястье — Je ne suis pas offens;, lui dire que Mlle attend son Княжич dans le hall… (ничего страшного, передайте миссис, что ещё ожидает мисс Княжич внизу в холле)

— Juste une minute Mlle Княжич, je vais personnellement en contact avec son numеro (одну минуту мисс Княжич, давайте, я вас лично свяжу с её номером)

Ещё ощущая обжигающий поцелуй высокой, симпатичной девушки на своей руке регистратор набрала номер апартаментов Леры

— Je suis; l'еcoute (да, я слушаю).

— Со мной можно и по-русски, — услышав заспанный голос Леры, ответила Марина.

— Мара, ты? Что ты здесь делаешь?

— Ты же сама приглашала встретиться, вот я и решила сделать сюрприз…

— Не скажу, что безумно рада этому,… но коли приехала, поднимайся, 565 номер. И ещё я не одна…

— С кем ты спишь, дорогая меня уже давно не трогает. Но, поверь, у меня веские причины для приезда к тебе.

— Хорошо, поднимайся…

Ещё раз, улыбнувшись регистраторше, Мара уверенным шагом направилась к лифту…

Регистратор, вздохнув, прижала ладонь к своей щеке и влюбленно посмотрела вслед черноволосой девушке. В сером строгом костюме с воротником-стойкой, который идеально обрисовывал её спортивную фигуру, белая футболка, нарочито небрежная укладка черных, как смоль волос, под которыми горели ярко-зеленые глаза… Мара практически моментально могла влюбить в себя любую женщину и эта не стала исключением… могла влюбить и влюбляла… Но сама до сих пор продолжала любить только одну… Леру.

Двери лифта открылись, и Мара вышла в небольшой холл, соединяющий между собой два люксовых номера. Остановившись перед дверью с цифрами 565, девушка негромко постучала.

— Входи, дверь открыта — через дверь до неё донеслись слова любимой.

Войдя в номер, девушка, оглянувшись и заметив возле порога мужские сандалии, недовольно поморщилась… «Твою мать Лера, ты неисправима».

Через минуту дверь спальни приоткрылась и от оттуда выпорхнула Валерия.

Окинув подругу взглядом, она отметила, как всегда её безупречный вид, а также темные тени под зеленью глаз

— Что случилось Мариш?

Мара кашлянув, откровенно уставилась на прозрачный пеньюар девушки и сардонически улыбнулась

— Смотрю, не только у меня была бессонная ночь…

— Ты за этим приехала, чтобы устроить сцену ревности? — нахмурившись, Лера, подошла к столику и достала сигарету. Тонкий аромат табака вперемешку с ментолом заструился по воздуху, вызывая у Мары желание закашлять…

— Ты думаешь, что я перейду черту… грань… отделяющую легкий стеб от прилюдного выяснения отношений? Нет, дорогая… одевайся, нас вызывают в НЦ к Ирине Александровне… она в коме — прямо, решив не щадить Леру, бросила она, проходя в небольшую гостиную и присаживаясь на тахту — Я за тобой, если конечно ты — здесь девушка сделала выразительный кивок в сторону спальни — Не решишь остаться и продолжить игрища.

— Мама — Лера, побледнев, закрыла глаза и облокотилась на кресло — Она… она…

— Она умирает, Лера и мы должны быть с ней рядом… — уже мягче продолжила Марина, с тревогой замечая мертвенную бледность разлившуюся по её лицу.

— Конечно Мариночка, лапка… но, как, почему? — Лера в волнении не заметила, что с её губ соскользнуло «лапка»

— Светлана позвонила, сказала, что наступил кризис — попыталась объяснить Марина, но была остановленная яростным криком Леры

— Это всё она, шарлатанка, врачиха не добитая

«Похоже, начинается истерика» отметила её подруга, и встав с тахты подошла к Лере. Взяв её в руки в свои она проникновенно произнесла — Лера, посмотри на меня. Словами делу не поможешь, нам нужно ехать. Билеты уже забронированы, посмотри же черт возьми на меня…

Лера на миг подняв глаза на Мару, вдруг согнулась в жёстком спазме и оттолкнув от себя подругу бросилась в ванную комнату, от куда через пару секунд от туда раздались весьма характерные звуки…

«Хм, обычно на меня немного другая реакция у девушек. Но любовь моя всегда отличалась своим особым мировоззрением» передернула плечами Марина и достав из кейса пачку влажных салфеток направилась в ванную.

— Звезда моя, ты как? — она оторвала плачущую девушку от биде и заключив в свои объятия нежно провела по её влажному, покрытому холодной испариной лбу рукой…

— Марин уйди — простонала подруга, стараясь вырваться из её объятий — мне просто плохо стало…

— Лерочка, и давно тебе так плохо? — с тихой грустью поинтересовалась Мара, аккуратно выводя подругу из ванной…

— Вторая неделя Мариш… я… я беременна — Лера зарыдав, уткнулась в ворот пиджака на груди у девушки…

— Тихо, тихо маленький. Отец ребенка знает? Хотя это неважно… Лерочка, но нам нужно лететь…

— Я полечу Маришка… а по дороге расскажу тебе все, договорились?

— Хорошо сладкий. Где твой ухажёр?

— Он в соседнем номере, это Юрий… он сделал мне предложение…

— Он отец?

Лера, простонав, ещё сильнее прижалась к Марине, словно ища у неё защиты…

— Мариночка давай отложим на потом весь этот разговор… Мама…

Лайнер нес девушек навстречу их общему горю, странная штука жизнь. Нас разъединяет радость и объединяет горе, болезнь, смерть…

Разрыв Леры и Мары… за 5 лет, до описываемых событий

Лера: — Не тебе меня учить, ты кто мне такая? Ты мне что мать или жена? Ты ничто… никто… Мало ли кто в моей постели был? Ты не единственная для меня… Да пошла ты на ***!!! Ой, да ты даже не знаешь, что значит настоящий мужской член!!! Недоделанка!!!

Лера бесновалась перед Марой в попытке больнее ужалить её…

Мара с легким сожалением посмотрела на нее

— Дура же ты, Лерка, ДУРА!!! Опять водку хлестала? Да что ж это такое? Ты забыла колледж, Кипр… нашу квартиру? Да в конце то концов, в ней ты и трахаешся со своими кобелями… Дорогая, глупости делают ВМЕСТЕ!!! А сходят с ума поодиночке! Если тебе нравится сумасшедший партнер, то мне им становиться не очень хочется. Мне нужна достойная, сильная, верная и заинтересованная во мне половинка!!! Такой ты представилась ранее — твои глаза мне обещали это… жаль, что промазала с их чтением… А взгляд был твой… многообещающим… Я ошиблась? Иногда люди пишут слова, которые не могут сказать в глаза… А иногда забывают то, о чем клялись, девочка… выкинь ЭТО из нашей кровати и марш в душ… хотя бы смой с тела его запах и протрезвей… — Мара с гордо поднятой головой прошла в кухню.

Там царил легкий бардак…

— Ну вот же зараза… знает, что ненавижу, когда в на кухне бордель, — Мара покачала головой и начала сгружать в посудомойку грязную посуду… По пути включила кофеварку…

Через 15 минут раздался хлопок двери, и Мара зашла в комнату…

Выражения в русском литературном языке, чтобы описать ее чувства не обнаружены, поэтому ставим 10 рядов точек, который, ты, дорогой наш читатель, заполни в рамках своего познания русского и не только матерного языков…

Девушка вытащила дорожную сумку и скидала в неё комплект одежды и нижнего белья Леры, косметика по дороге упала туда же… Бросив сумку у входа, Мара зашла в ванную комнату.

— Марочка, девочка моя, — запела Лера.

— Кончай дурить и вылезь быстро… Кофе на столе, вещи в сумке в коридоре. У тебя 15 минут, чтобы исчезнуть из квартиры и моей жизни!!!

— Марочка… как исчезнуть, а покурить и я еще тебя не целовала? Я же твоя Богиня и ты клялась мне в вечной любви! — Лера ехидно прищурившись, медленно провела рукой по обнаженной груди…

— Я клялась СВОЕЙ БОГИНЕ, а не той тряпке, что вижу перед собой…

* * *

Очнувшись от воспоминаний, Марина открыла глаза и обернулась к подруге

— Что ты будешь делать с беременностью? — она внимательно посмотрела на Леру, отметив про себя, что бледность, так испугавшая её, постепенно начала проходить…

— Я… мне… я не знаю Мариш, честно — её спутница рассеянным жестом накрыла пока ещё плоский живот своей ладошкой — Мне 25 лет… лет 10 ещё я протанцую, а, что дальше? Юра предлагает занять его место директора труппы, самой стать продюсером. Он не против ребенка, хоть малыш и не его…

— А чей он? — голос Мары заледенел «боже со сколькими же мужиками она спала и это после всего того, что с ней было…»

Лера, вымученно улыбнулась своей бывшей девушке, понимая какие чувства играют сейчас у той в груди — Мариш, зачем тебе это нужно знать?

— Я Хочу это знать, знать от кого беременна женщина, которая когда-то говорила мне люблю — зло бросила Мара и отвернувшись к окошку иллюминатора, постаралась сдержать слезы «Ирина Александровна, теперь ещё и Лера… у неё остался только Лешик… но малыш счастлив в своей семье и я должна благодарить небеса, за то, что они подарили ему таких замечательных родителей… Лера, у неё будет ребенок, который должен быть и моим, нашим сыном или дочерью… а она предала,… ушла… к мужику, в который раз выбрав умом, а не сердцем…»

— Ты хоть любишь его, своего будущего мужа? — вновь повернувшись к Лере, спросила она.

— Мара, Маришка, давай поговорим позже. Там мама умирает, а мы с тобой отношения вздумали выяснять — ушла от ответа Валерия, открывая глаза и умоляюще смотря на подругу.

— Хорошо — сквозь сжатые зубы процедила девушка и вновь отвернулась к иллюминатору.

* * *

Санкт-Петербург встретил их проливным дождем и ветром. Возле выхода из аэропорта девушек уже поджидал Олег Викторович. Усадив девушек в свой автомобиль, мужчина дал указание шоферу на всех порах мчать в Нейрохирургический центр.

Накинув халаты, две дочери родная и приемная вошли в палату интенсивной терапии реанимационного блока Центра. Полковник лежала на специальной анатомической кровати, к её внезапно оказавшимся таким маленькому телу были подсоединены десятки датчиков, которые регистрировали малейшее изменение температуры, давления, сердцебиения и других жизненно важных показателей. Но самым страшным ударом для дочерей было видеть, что их мать не дышит. Её грудь равномерно вздымалась и опускалась, но за неё дышал Аппарат ИВЛ, несомненно, самый лучший, самый безопасный, самый мягкий Servo… но все же… через тонкую трубку, проведенную через трахею в бронхи поступал кислород и забирался углекислый газ.

Девушки застыли в оцепенении, не в силах сдвинуться с места, видеть мать всегда такую сильную, уверенную в себе здесь, в этих проводах… не способную дышать… нет это не шок… это намного сильнее… обреченность.

Наконец стряхнув с себя оцепенение, Мара взяла Леру за руку и подвела к кровати матери. Пододвинув стул, она насильно усадила находящуюся в трансе девушку — Посиди с мамой, я скоро вернусь.

Выйдя из палаты, она остановила пробегающую мимо медсестричку и поинтересовалась у неё

— Солнышко подскажи, где я могу разыскать Светлану Викторовну?

— Медсестра, оценив внешность девушки, её обращение к ней игриво стрельнула глазками

— Она в операционной, но скоро должна уже освободиться.

Заметив растерянный взгляд, девушка, мягко взяв Марину за руку, предложила — А давайте я вас кофе напою, пока вы ожидаете её?

— Спасибо — Марина, стрельнув глазами, прочитала имя, напечатанное на бейджике — Ксения. Спасибо, но у меня в реанимации мать…

— Соболезную — произнесла девушка, слегка погладив руку Мары своей ладонью — А давайте я вам кофе сюда принесу, а то вы на ходу засыпаете…

Действительно вид у Маришки был не важнецкий… перелет, до этого бессонная ночь, разговор с Лерой, состояние её опекуна — все это выбило её из колии и навалилось громадным грузом усталости

— Буду тебе признательна, Ксения. Очень.

Я быстро — обещающе улыбнулась девушка и практически бегом побежала в сторону столовой.

Мара, криво улыбнувшись, покачала головой: «Нда уж… а ведь видон у меня ещё тот, и что они во мне все находят… все, кроме одной… которой я не нужна»

Ощутив в своей руке стаканчик с кофе, Мара подняв глаза, с благодарностью взглянула на подошедшую Ксению. Девочке на вид было лет 18–20… она восторженно смотрела на Марину, ничуть не скрывая своей заинтересованности.

— Спасибо милая, огромное.

— Не за что… а вот, кстати и ваша Светлана Владимировна идет — с легкой ноткой ревности закончила она.

Посмотрев в конец коридора, Марина увидела стремительно идущую женщину, довольно высокую светловолосую, одетую в белую мед. Форму, сидевшую на ней, как платье от лучшего кутюрье…

Когда врач подошла ближе Мара, встав со стула, негромко окликнула её

— Светлана Викторовна.

Женщина повернулась на звук своего имени и моментально узнала в молодой, высокой черноволосой девушке с пронзительным взглядом зеленых глаз приемную дочь её Ирины…

— Марина? — скорее утверждающе, чем вопрошающе произнесла она

Если бы не скребущие на сердце кошки, Мара мысленно изобразила бы присвистывающего волка из диснеевского мультика «Ирина Александровна, не ожидала, от вас такого. И где вы такое сокровище то нашли…»

Высокая, одного роста с девушкой, врач вызывала стремление кинуться на её защиту и охрану своей хрупкостью. Светлые волосы, для удобства, подстриженные коротко были практически белыми на вид и лишь только когда на них падало солнце переливались чистейшим золотом… а эти глаза… они двумя озерами чистейшей голубой воды глядели на Марину с такой добротой и состраданием, что невольно сердце девушки екнуло и она почувствовала глубокую симпатию к этому человеку.

— Марина — ещё раз повторила Светлана, подходя и беря девушку за руку — Мои соболезнования, мы сделали всё, что в наших силах… Я И Ирина. Она

очень сильный человек и будет бороться до последнего.

От тепла ладони сжавшую её руку странным образом отреагировали глаза девушки… Из них прозрачными каплями начали падать слезы… голос внезапно осип

— Сколько она ещё пробудет с нами?

Заметив слезы, Светлана сама еле сдержалась, чтобы не заплакать, еще раз сжав пальцы девочки своими, она ответила

— Мало, Мара, мало… болезнь стремительно прогрессирует,… к сожалению, опухоль злокачественная и метастазы уже пошли по телу… Первыми отказали легкие, пришлось переключить Иру на полную ИВЛ, сегодня перестали функционировать почки, а это в свою очередь дало осложнение на сердце. Мы делаем гемодиализ два раза в день… но… организм не справляется… давление падает… мы итак уже прибавили дофамин и калий до критической отметки…

— Света, не нужно передо мной оправдываться, я верю. Что Вы сделали всё, что в ваших силах и продолжаете это делать… скажите она сильно мучается?

— Нет, кома глубокая. Задеты оба полушария и процесс пошел на мозжечок… с такой комы практически не выходят обратно — голос врача был полон горечи и боли

Дверь, ведущая в реанимационное отделение, распахнулась и оттуда вылетела дрожащая Валерия. Увидев Марину, беседующую с врачом, она подлетела к ним и с плачем бросилась на грудь своей подруге.

— Ей, хуже Мариш хуже… она умирает…

Встретившись глазами с врачом и прочитав отчаянье, Марина приобняла Леру за плечи и кивнув головой, указала доктору на дверь. Слабо улыбнувшись, Светлана бросилась в реанимацию…

* * *

Через 45 минут томительного ожидания показавшихся вечностью для них двоих, в дверях реанимационного блока показалась врач. Пошатываясь от усталости и горя доктор подошла к ожидавшим её девушкам и прошептала

— Мне очень жаль… реанимация оказалась безуспешной…

— МАМА!!!! НЕЕЕЕТ!!!! Это ты во всем виновата!!! — Лера фурией налетела на Светлану и ударила ее по лицу,

— НейроХЕЙрург, недоделка, аферистка…выскочка, убийца…ДА!!! Ты убила мою маму!!!

Мара, виновато посмотрела на доктора:

— «Вы простите, ее… не сдержалась девочка…»

Светлана, словно в тумане сделала шаг назад и подняв руку прикоснулось к щеке горевшей от удара… Перед её глазами всё ещё стояла кровать Ирины… и суетившиеся перед телом реаниматоры пытавшиеся оживить её… адреналин, непрямой массаж сердца, ничто не помогало, разряд, ещё разряд… и наконец вопросительный взгляд коллеги, в его руках шприц с длинной иглой и её кивок…

Игла проходит через кожу, мышцы, минует диафрагму и вонзается в замершее сердце, посылая тому ударную дозу адреналина… одновременно стимулируя его работу новым разрядом тока… несколько томительных секунд ожидания и на экране дефибриллятора дрожит зеленая полоса — грань между жизнью и смертью. Первый удар, второй… Улыбка появляется на лицах бригады…

Светлана подходит и берет ладонь любимой в свои руки…

— Ириша, тигра моя ненаглядная, ты все-таки смогла… Девочка, любимая моя…

Под её пальцами ощущается слабое движение… полковник пробует сжать ладонь…

ПИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ, монитор запищал, и ровная зеленая линия пронизала весь экран…

— НЕЕЕЕЕЕЕЕТ, не уходи…нееееееет…

Её отрывают от тела возлюбленной, насильно… что-то говорят… она не понимает… Ирина ушла…

Тело Ирины с головой исчезает под простынью… одновременно с чернотой в глазах доктора… аромат нашатыря… звуки удара по щекам… она открывает глаза

— Свет крепись. Ира ушла. Ей там сейчас хорошо. Боль позади. Вставай. Нужно сообщить девочкам — приглушённый голос брата и его голубые глаза. За которые, её взгляд хватается, как за спасительную соломинку не позволяя сознанию вновь погрузиться в черную бездну беспамятства…

— Уйди от сюда сука, никому не нужны твои лживые слезы, — Лера разошлась не шутку… смерть мамы вывела ее из равновесия…

— Девочка моя, угомонись…Хватит истерить, — хлесткая пощечина Мары и Лера удивленными глазами смотрит на Мару, — И ты заодно с ней? Ненавижу ВАС!!! НЕНАВИЖУУУУУУ!!! Вырвавшись из объятий подруги, она бросилась к дверям реанимационного блока и скрылась за его дверями…

— Я виновата, я не смогла… я действительно никудышный врач, я не смогла спасти Иру… Лера права…мне нет прощения…Я…Мне… — Слезы из глаз Светланы лились тонкой струей… — Мне надо идти, простите… и она, пошатываясь, побрела от Марины, по коридору… дойдя до служебной лестницы врач прислонилась к её перилам и зарыдала:

— Прости меня девочка любимая, прости… не уберегла я тебя…не смогла я…прости…

— Еще раз услышу «Извини» — по мозгам дам! — услышала Светлана голос смеющейся Ирины, — Не плач, малыш мой, ты все сделала как надо… мы же с тобой знаем, ты подарила мне 7 лет жизни… не грусти, малыш, береги себя… и найди меня замену! Не глупи и не рыдай… Я ненавижу слезы и грусть… Помни это…

* * *

Ночь, только холодный свет коридора раздражает воспалённую роговицу глаз.

Тихо.

Безлюдно.

Смерть…

Глава 7

Мы взрослеем, только осознав смерть (с)

Забирай, все что дороже оставляю.

Не мне всю жизнь бродить по краю,

Да вот сподобился опять.

Убереги в потоках лет — я заклинаю,

Что дальше я и сам не знаю.

Авось увидимся опять.

Когда последним вздохом в землю я уткнусь,

Тогда ругай.

А если жарким солнцем в небе обернусь,

Не убегай.

Сон руками не потрогать,

В рай ногами не до топать

Ни за что.

Было легко в теченье мутном словоблудья,

Любовь нас берегла под грудью,

До срока не пуская в свет.

Не было сил, не знали смысла в ожиданье,

Слепые в радостях желаний

Искали призрачный ответ.

Не растеряй надежды чуда, не сори мечтой,

Но и не жди меня.

Когда калекой безответным буду просто

Позабудь меня.

Жизнь доверчива, но строга.

Нам метаться у порога

В суету.

Жара, она убивает… плавит клетки, иссушивает их… заставляя литрами пить жидкость… жажда… жажда,… лето не лучшее время для смерти… яростное солнце опаляет своими лучами живых, в чьих сердцах ледяным комом свернулись горе и боль потери по ушедшему от них человеку…

И только ей, лежавшей в горбу безразличны жара, их боль… тело мертво… мертвы все эмоции… мозг вынут из черепной коробки и изучен равнодушными патологоанатомами… то, что заставляло её любить, ненавидеть, дышать, плакать, кричать, смеяться… мертво… тело… бездушная оболочка… как снятый костюм… лицо умело подкрашено художниками смерти… бледное… замороженное… разглаженные морщины… делают её практически юной… Заботы и дела людского мира, больше не коснуться её глаз, не вызовут морщины на лице, не сузят спокойную линию губ… мертва… а стоящие рядом живы и провожают любимую, мать, друга, наставника в её последний путь…

— Прах к праху, а душа пусть возрадуется на небесах…

Полковника пришли проводить многие,… те, кому она помогла, воспитала, поддержала, дала нужное направление… Любящие глаза и кидающие комья земли руки… горе… боль от утраты этой жесткой, но справедливой женщины, с добрым воистину большим сердцем и чистой, умеющей любить душой…

Её дети, не важно, родные или приемные, воспитанники, коллеги, серьезные мужчины и женщины в форме, друзья — их не много, но они самые близкие… Светлана, идущая под руку с братом. Олег, видя горе своей сестры, её боль старался поддержать и облегчить тяжесть её потери. Он понял, на сколько важного человека, важного для его Сестры они потеряли. Понял и смог это принять. После гибели Ирины, осталась лишь бледная тень, от некогда смеющийся, полной сил и энергии младшей сестренки… Олег неистово молился, чтобы сестра смогла отпустить ушедшую, и не последовать за ней в бесконечность…

Мара, осунувшаяся, полная тоски, стояла рядом с Лерой, которая не прекращала плакать, уже без истерик и жёстких выпадов в сторону Светы… она просто плакала тихо, безнадежно. Как только могут плакать дети… плакать без слез, их уже просто не было… сухие всхлипы вырывались из её груди, бедное лицо и полные непонимания глаза, потухшие, не осознающие действительности… Марина в очередной раз остановила свою подругу, пытающеюся кинуться к могиле, в которую летели и летели комья земли из рук провожающих…

Встретившись взглядом с Олегом и поймав полный сочувствия взгляд, девушка впервые за всю свою жизнь испытала симпатию к мужчине, он оберегал доктора, так же, как и она, Леру… своим потерянным, полным боли взглядом Света так напоминала дочь Ирины…

Ряды прощающихся закончились практически полностью наполнив могилу землей и могильщики, взявшись за лопаты, принялись закидывать оставшееся пространство землей. Тихо на грани слышимости заиграл похоронный марш и в небо грянул прощальный салют… живые простились с Полковником.

Поминальный ужин в стенах их родного колледжа… Учителя и воспитанники подходили к девушкам со словами сочувствия и соболезнования в постигшем их горе. Двухметровый портрет Ирины Александровны перевязанным черным атласом освещался сотней маленьких свечек… колледж, который создала она, прощался со своим Директором тишиной и безмолвными слезами…

Наконец на смену удушающему дню пришел вечер, принеся с собой прохладу июльского дождя. Уложив ещё всхлипывавшую Валерию спать, Марина аккуратно разъединила их переплетенные пальцы и вышла в коридор. Открыв балконную дверь и впустив свежий наполненный ароматом дождя воздух, Мара, откупорила бутылку вина и разлила его в два бокала. Один поставив перед портретом полковника, накрыла его сверху хлебом, второй взяв в руки, опустилась на пол перед журнальным столиком, на котором стояла фоторамка.

Отпив вина, девушка, откинув голову на подлокотник кресла, погрузилась в воспоминания…

Вот полковник в первый раз входит в её камеру. Где загнанным волчонком, обхватив колени, сидит на шпонке она. Как тогда Ирина Александровна посмотрела на неё. Как мать, столько любви и нежности было в её глазах… Вот они летят на самолете и Мара дремлет на изгибе руки директора, чувствуя, как другая её ладонь нежно перебирает её жёсткие волосы…

Их разговор…

— Маришка, завтра к нам в колледж приедет новенькая. Она не совсем обычная девочка. Её родители были моими близкими друзьями, они погибли, летя к Ней. Имя девочки Валерия… Пожалуйста Марина, позаботься о ней. Она прошла через то же, что и ты… её изнасиловали её друг и его приятели, а потом ещё и смерть родителей…

— Я позабочусь о ней Ирина Александровна, никто её не посмеет больше обидеть.

— Я тебе верю, моя девочка.

Встреча с Лерой… и её глаза… Марина поняла, что на всю жизнь она будет с этой девочкой. И улыбка Ирины, когда она увидела, какими глазами они смотрят друг на друга.

Слезы Ирины Александровны, полные горечи слова

— Марина, я понимаю, что тебе больно… но это жизнь моя девочка… прости мою дочь… будь её другом, она любит тебя… но она боится этой любви, боится себя. Поэтому выбирает мужчин… просто будь с ней, береги её… как ты мне когда-то обещала.

Их совместные праздники, когда они собирались все вместе… Лешик с родителями, Валерия, Марина…

Полные радости глаза полковника и её молчаливость на осторожные расспросы о Светлане — Она мой ангел хранитель…

То, что никогда не срывалась с губ Марины при жизни Ирины Александровны, сорвалось здесь… в тишине квартиры… квартиры, где она жила последние годы со Светланой

— Я люблю тебя мама…

Слезы, так долго сдерживаемые, покатились из глаз… «сильные девочки не плачут на людях… но рыдают в одиночестве…»

Внезапно, что-то в комнате изменилось, Мара открыла глаза и увидела Валерию, которая бледной тенью стояла, облокотившись об дверной проем и с болью смотрела на неё

— Пьешь?

Мара, утвердительно кивнув, приглашающим жестом пригласила Валерию разделить её одиночество. Опустившись рядом с ней на пол, девушка положила голову Марины на плечо и вздохнув посмотрела на фото своей матери…

— Мара… как же мы будем… теперь… без мамы…

Отставив бокал в сторону, Марина приобняла девушку и потерлась своим подбородком об её волос…

— Будем, котенок, будем жить… Она с нами, в наших сердцах… Нам нужно жить…

— Я… я, не знаю, Маришка… всё так запутанно… завтра приезжает Юра…

Почувствовав, как напряглись руки, обнимавшие её, Лера, повернувшись, подняла голову и попросила

— Посмотри на меня, пожалуйста…

Марина взглянула в её глаза,… в них плескалась боль, горечь утраты… и бесконечная нежность…

— Мара, Марочка, девочка моя… так нужно, пойми. Ты сильная, ты сможешь… а я… я нет… если я останусь с тобой, то вскоре ты возненавидишь меня… За мою слабость, отпусти меня к нему пожалуйста. Тебе будет спокойней знать, что я живу с ним, и не прыгаю по койкам, причиняя боль тебе…

— Лера, объясни мне, почему они, а не я? — зеленые глаза умоляюще посмотрели в карие…

— Я не моя мать Маришка, мне нужны мужчины… мне нравится их любовь… их поклонение мне… их запах… Пойми, я люблю тебя. Всем сердцем, так, как никого и никогда уже не полюблю. Наша встреча в колледже… она была переопределена небесами… ты моя, а я твоя,… но вместе нам нельзя быть… иначе мы расстанемся на всегда… у меня будет ребенок… и ему нужен будет отец… не вторая мать… Мариш, Маришка, это сложно объяснить,… но я так чувствую,… просто прими это, и будь моим другом — её пальцы ласкающе прошлись по столь любимому лицу, коснулись губ… очертили глаза…

— Я люблю тебя, но не могу быть с тобой,… отпусти меня, пожалуйста, во имя нашей матери…

Глубоко вздохнув, отгоняя от тебя наваждение от ласкающих её лицо пальцев, Мара разжала свои объятия

— Если это действительно, то, что ты хочешь, то хорошо Лера… я отпускаю тебя… лети. Строй своё счастье… — глаза заледенели, их зелень ярко вспыхнула в свете ночника — если ты действительно это хочешь…

Грустно улыбнувшись, Валерия положила свои руки на плечи девушки, не давая той возможности встать — Мариш, возлюбленная моя, мой волчонок… не закрывайся от меня… не отдаляйся… сейчас… — и прижавшись к ней прошептала — Люби меня, пожалуйста, в последний раз, так, как умеешь только ты… раздели со мной свою боль…

Обжигающие поцелуи, коснулись её скул, губы Леры покрывали каждый сантиметр лица, пока не коснулись губ… Мара, чувствуя, как кровь начинает быстрее бежать по её венам, обхватила девушку, прижала к себе и прошептала

— Ты действительно хочешь… меня?

Почувствовав губами улыбку, она, глубоко вздохнув, ответила на поцелуй…

Они разделили горе, растворив его вдруг друге… даря любовь и отдавая, девушки любили друг друга, так, как могут любить только те, кто знает, что повторения и надежды на возвращения к прошлому уже нет…

* * *

Через 40 дней к Марине в Москву прилетел Олег Викторович с завещанием и документами на имя Марины Княжич, которые попросила передать его Ирина девушки в случае своей смерти.

Девушка пригласила Олега в гостиную

— Олег, вина, сока?

— Марина, если можно, то кофе…

— Подождите немного, я сейчас включу кофеварку и вернусь к вам — ласково улыбнулась девушка майору и скрылась за стойкой бара.

Олег, зачарованно посмотрев в сторону скрывшийся девушки, очумело потряс головой «Красавица. Высокая, темноволосая, с такими глазищами… а как говорит… её низкий голос завораживает»

Через пару мгновений Марина вернулась к мужчине, катя перед собой небольшой столик накрытым на двоих…

— Я так понимаю. Вы ещё не завтракали?

— Нет, я только с поезда Марина.

— Тогда, Олег Викторович, разделите со мной этот завтрак — мягко улыбнулась девушка и приглашающее указала на столик.

— С удовольствием, и кстати Марина, для вас я просто Олег.

— Тогда. для вас я Мара — собеседники радостно улыбнулись друг другу и скрепляя соглашение слегка чокнулись чашками с ароматной арабикой.

Окончив завтрак, Мара убрала посуду и присела рядом с мужчиной, вопрошающе глядя на него своими зелеными глазами

— Как Светлана, Олег?

Майор вздохнув, развел руками…

— Я сделал всё, что в моих силах… но со смертью Ирины что-то надломилось в ней… она ничего не хочет… не хочет жить… я… я не знаю…

Мара, вспомнила глаза Светы, её улыбку…

— Олег, давай я поговорю с ней, а?

— Думаешь, ты сможешь помочь? — он с сомнением поглядел на девушку…

— Ну, я же в конечном итоге женщина — иронично улыбнулась ему Мара

— Оччень симпатичная — только осознав, что он Только, что произнес Это в слух, Олег моментально покраснел…

Весело рассмеявшись, Марина приподняла ладонь мужчины и сделала вид, что запечатлела на ней галантный поцелуй

— Спасибо за комплимент Олег Викторович

С минуту мужчина недоуменно смотрел на девушку, и не выдержав рассмеялся вслед за ней…

— Чертовка. Давай попробуем. Может быть, тебе удастся развеселить Свету — с тихой грустью закончил он.

— А теперь о серьезном. Ирина перед смертью написала вам письма. Всем троим. И попросила меня передать вам их. Я решил начать с тебя, а потом вместе с тобой подумать, как передать их для Леры и Светы. — с этими словами Олег достал небольшой конверт и передал его Марине.

Вскрыв конверт, девушка, попросив прощение у майора, прошла в спальню. Достав из конверта лист бумаги сложенный посередине, она раскрыла его…

Ровный, чуть жестковатый почерк… почерк Ирины Александровны… на глаза навернулись слезы…

«Мара…так ты себя назвала, определила и поставила, что я твое имя иначе и не могу сказать…Марочка…

Ну, вот и настал тот момент, что ты стала мною. Не удивляйся, я с первого взгляда увидела в тебе себя — та же сила и устремленность, энергия, молодость в теле и большой разум и недетский опыт, который читался в твоих глазах… Я хотела стереть материнской любовью «старость» из них, но… мне это слабо удалось. Только с Лерой ты была ребенком… Два моих волчонка…Может ты не моя по крови, но по духу — моя…моя девочка, моя опора и надежда…

Я давно тебя готовила на смену себе, и ты это знала и не сопротивлялась… Подумай, если твое решение остается тем же, то колледж теперь твой. Соответствующее распоряжение я отправила на имя Олега Викторовича — ты его знаешь, мы с ним оговаривали мое желание. Он ждет твоего решения, давить на тебя он не будет… только если ты сама готова продолжать мою работу, он станет твоим шефом… иначе… выполнит любую твою просьбу о работе в дип. миссии…

А теперь о деньгах — документы по твоим предприятиям полностью переоформлены на твое имя и находятся у нотариуса N. Квартира моя полностью и безоговорочно переходит Светлане, даже если она будет сопротивляться — на твоей совести решить этот вопрос. Она слишком горда, чтобы принять ее добровольно. Ее можно шантажировать, тем, что Адибу скоро нужна будет своя квартира и это мой подарок ему. Светлана не позволила мне узаконить его, и моего имени нет в его документах, поэтому, мой волчонок, ты сама реши — как это преподнести…

Далее мои средства весьма нескромны. Мне удалось сделать несколько верных вложений, используя твой и мой капитал, поэтому Лере я оставляю круглую сумму с 6 нулями в банке. Телом капитала распоряжаться полностью она не сможет — это трастовый фонд, управление которым принадлежит теперь тебе. Ты в нем будешь старшей и пару адвокатов, для поддержки. Фонд рассчитан до 40 лет. Потом деньги полностью переходят ей. Прости меня… я редко говорила тебе эти слова, но мне более некому доверить это…Ты моя…мое живое продолжение…и я знаю, что ты Леру не оставишь, даже если вы уже как 5 лет не вместе…Мне горько осознавать это…Но дочь выбрала другой путь…

Я не оставляю тебя без своего благословения…оно, моя девочка, всегда с тобой. И если совсем будет худо, поговори со мной, как я всегда говорила с Оксаной. Не думай, я не сошла с ума на почве опухоли. Говорить с любимыми можно и нужно всегда, тогда они живы…в тебе, во мне…везде…

Я искренне люблю тебя, моя кровь, мой Волчонок, моя дочь!!!

И.»

Горячие дорожки слез бежали по её щекам… Она не читала письмо, она слышала голос Ирины Александровны, такой родной, такой желанный, по которому она будет тосковать до конца своей жизни

— Я не подведу тебя, мама. Сделаю, так, как ты хочешь. Позабочусь о Лере, о Свете, о колледже, о девочках… постараюсь стать, нет, не тобой, но человеком, которым бы ты гордилась — прошептала Мара в тишину комнаты и вытерев слезы вышла к ожидающему её Олегу

— Олег, я буду новым директором, и постараюсь сделать всё, что в моих силах, что бы помочь девочкам которые нуждаются в этом. И я прошу вас, помогите мне в этом, во имя той, кто когда-то помогла мне.

Глава 8

Тусклый огонек загорелся в тиши сердца моего,

Не предупредив меня, в страсти, он запылал во тьме

Бабочка моя хаотично кружится вокруг него

А потом, сладко и нежно заснет в ладони.

Сладкий, страстный поцелуй сводит с ума,

И лишь твой взгляд меня манит.

Хоть любовь наша с тобой запретная,

Но всё равно, сердце моё горит!

Хочу прижать тебя к себе, хочу, чтоб вновь сказал ты мне,

Что наша с тобой любовь — это не грех, не ошибка.

Хочу, чтоб целовал, себя желаю изменить

Ну, а наградой моей будет, лишь улыбка твоя

Каждую минуту сдержатся стало всё труднее мне,

Если, это зовется любовью, возьму её в ладонь,

Это странное чувство, стало сродни моей тоске

Верь, готов идти всегда я за тобой.

Если сердце моё вдруг заблудится,

То само найдет дорогу,

Как магнит вперед потянет вдруг меня

Нежность твоя, меня к тебе ведет!

Наша единая мечта, к нам не вернется никогда,

Она в реальности выжить не сможет долго

И лишь руки коснусь, но потеряю разум я

И только, лишь твоя сладкая любовь, заполнит мой мир пустой.

Беспокойство вновь с рассветом придет,

и найдет меня со слезами,

Когда «всё в порядке» ты мне шепнешь…

твои слова в слезах дрожали!

Хочу прижать тебя к себе, хочу чтоб вновь сказал ты мне,

Что наша с тобой любовь — это не грех, не ошибка,

Хочу чтоб целовал, себя желаю изменить,

Ну, а наградой моей будет лишь улыбка твоя

Душой к тебе тянусь, магнит ты словно для меня

И даже находясь так далеко, найдемся мы снова

Тебя коснусь, но потеряю разум я,

И только лишь твоя сладкая любовь заполнит мой мир пустой.

(Vocaloid Hatsune Miku, Megurine Luka — Magnet)

«Светлая…Светик, котенок…

Теперь и я говорю тебе — ПРОСТИ!!! Ты знаешь, я не очень люблю, когда раскидываются словами…Я мало говорила — ЛЮБЛЮ ТЕБЯ…МОЛЮ ТЕБЯ… Сейчас уж поздно говорить, но не поздно мне их написать…

Мне известно, что это последний наш с тобой месяц. Мои боли уже извели не только меня, но и тебя, мой Светлый Ангел… я скрывала свою боль, ты скрывала, что знаешь как мне больно… Я понимаю, обмануть тебя как врача мне не под силу…Эх, и надо ж тебе было подбить меня в подземке? — НАДО!!! Я каждый день благодарю, ТОГО КТО ХРАНИТ МЕНЯ СВЫШЕ, за такой подарок… Только благодаря тебе я так долго прожила…тебе. Твоим рукам, знаниям, любви…

Я верю, что твоя любовь держала меня на этом свете и не отпускала к Дьяволу, где мне уже прогулы ставят…

Светлая…не бросай своих танцев…когда-то танго привело тебя в мои руки, сердце… душу… Не бросай… Я знаю, что работы много и сил нет…но вдвоем же мы находили возможность совместить наши минуты для танго… Я прошу тебя, не плачь обо мне…не надо…станцуй лучше танго…Я ВЕДУ ТЕБЯ…помнишь, наш ПЕРВЫЙ танец…даже моя хромота не смогла повлиять на твое волшебное мастерство… Почувствуй мою руку в своей руке…мои пальцы переплетаются с твоими…Я с тобой, Светлая, с тобой одной была счастливой…

Только благодаря тебе я увидела, как выросла моя девочка… Я МОЛЮ ТЕБЯ, ЗАКЛИНАЮ…не держи зла на нее…Она не сдержанна и импульсивна, я уверенна, что она устроит ад тебе…но потерпи ее, ради меня…молю тебя, слышишь?

Не делай глупостей малышка и не стремись ко мне раньше срока… ты ещё будешь любить, жить, чувствовать. Ты нужна Адибу, своим пациентам, Олегу. Живи девочка. Ты сильная. Я верю тебе, в тебя.

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ И ОТПУСКАЮ, как и обещала в нашу первую ночь…

И.»

Письмо выпало из её ослабевших пальцев… Осознание того, что родной, надежной, ироничной Иры больше нет в её жизни медленно обступало её сознание со всех сторон… погружаясь в темноту Света прошептала — Ира, я не могу отпустить тебя…

Олег встретился с озабоченным взглядом Марины и пожал плечами

— Время лечит…

— Спасибо, тетя Марина, — сказал Адиб ломающимся дискантом, сквозь который, уже начали проскальзывать нотки мягкого баритона… — Спасибо, что мать домой привезли, а то опять бы до утра с Ириной сидела и коньяк сигаретами закусывала…

— Адиб, ну что ты такое говоришь, мама просто на работе сильно устает, — пыталась я соврать маленькому мужчине, что сидел передо мной на корточках… так сидит кузнечик, перед своим прыжком…его худые руки с ногами несуразно комплектовали тело…

— Ага…на работе…а спиртом ее в центре купают? Или…она за последние 6 месяцев НИ РАЗУ не спросила меня — КАК Я?…Я понимаю, смерть Ирины для нее горе…но я же живой!!!! Мне маму жалко…маму… — по лицу Адиба скатилась скупая мужская слеза…по лицу ребенка, по разуму — мужика… А ее неделю назад звал на баскетбол…

— Так, что же?

— НИЧЕГО!!!! Она мне — Я скажу Ирине, и мы постараемся прийти на твою игру, сынок…ВМЕСТЕ!!! СЛЫШИТЕ??? Она собиралась идти с Ириной — для нее она ЖИВА…Она каждый вечер ходит к ней на кладбище… Я пару раз ее забирал…но мне страшно… Она сидит перед ней, улыбается ей, плачет и говорит, как с живой… Рассказывает, как день прошел, строит планы на отпуск… Знаете, они С Ириной планировали на море осенью рвануть… Они мечтали вместе… Я забирался к Ирине на колени и она мне рассказывала, как мы все вместе будем бродить по пустынной набережной, смотреть на прибой и есть в прибрежной кафешке рыбу… Я был так счастлив с ней… Мама расцвела с ней, как наша белая фиалка… Ирина звала ее — Светлая фиалка… А когда Ира умерла… фиалка погибла через 9 дней… Мама плакала… впервые с дня ее смерти… Раньше она тоскливо смотрела…а потом ее прорвало… Я звонил даже дяде Олегу, чтобы он приехал… Зачем? Они поссорились… Мама сказала, что он чурбан неотесанный и не стоит ему влазить в ее жизнь, и что её глубоко побоку его мнение… Правда мама сказала более конкретно, — тут Адиб улыбнулся, — Ты же знаешь, мама никогда матом не ругается…а тут…тут она портовых грузчиков бы посрамила и нашего сантехника Пашу, Олег стоял опешив от мамы…

— Ты видела ж маму…от нее осталась одна тень от прежней…Я уже могу ее один поднять на руки…Мамы осталась половина…Я ненавижу Ирину!!! Ненавижу!!! И зачем она появилась в нашей жизни? Почему именно ей надо было умереть?

* * *

Я сидела за кухонным столом и слушала маленького мужчину, мои рука крутила пачку сигарет и безысходность в его голосе меня убивала… Впервые за много лет мне хотелось курить…

— Ади…поставь чайник, а я пойду к Светлане…

— Не стоит, тетя Марина, я сам справлюсь, езжайте домой… Я сейчас разогрею ужин и покормлю ее, потом отведу ее в душ и уложу спать…мне не впервой, поверь уж…

— Ади…поставь чайник и иди спать…поздно уже, а тебе завтра на тренировку…я сама ее покормлю

Адиб покачал головой…маленький воин…посмотрел мне в глаза…

— Ты мне веришь? Я ее не обижу…просто покормлю и уложу спать…

— Да…Верю…я уже и Аду готов поверить, когда Небеса отказались от нас…

Я проводила его в комнату, плотно закрыв его дверь…

Светлана сидела в кресле, не изменив позу — ноги поджаты в коленях к груди, руки в кольцо, голова опущенна…

— Светлана…Свет… — Я позвала ее, Светлана еле заметно вздрогнула

— Да Ириша, я слышу тебя…ну не ругайся, малыш…Конечно, я кушала… — Светлана бредила…

— Черт возьми, Светлана, очнись!!!

— Зачем? Мне с Иришей хорошо…уходи…уходи Мариш, уходи…Я не сошла с ума…еще не сошла, — истерический смех прорвался в ее голосе…

Я не выдержала и сильно дернула Светлану за руку, в попытке вынуть ее из кресла… Тело Светланы оказалось крепко прижатым ко мне… — Да она же пушинка!!! — подумала я, крепко держа ее… — Чай подождет, а душ будет в самый раз…

Быстро подняв Светлану на руки я направилась в ванную…Светлана даже не сопротивлялась, полная обреченность, что с ней будет и кто с ней сейчас…она обреченно смотрела на меня… Боль и полный пофигизм…

Я раздела ее в ванной, как маленького ребенка, не обращая на ее легкое сопротивление… Подобие стыда, а потом… потом Светлана опустила свои руки, которыми первоначально прикрывала груди. Я старалась не смотреть на ее тело…тело, человека истощенного морально и физически. От ее былой красоты ничего не осталось…Скулы, заостренный подбородок, впалые глаза…ребра, обтянутые кожей, безобразно худое тело — вот что осталось от «активистки, комсомолки, спортсменки, красавицы…» Немного отрезвив ее мозг и омыв тело, я вынула Светлану из ванной, закутав в огромный махровый халат, дабы более не смущать ее трезвеющий разум…

— Пойдем, теперь ужин…

— Я не хочу…дай мне спокойствие, Марина, отпусти меня…Девчонка, отпусти меня…

— Конечно…я тебя и не держу, ты сама себя держишь…Хочешь умереть? Без проблем, но только, что ты скажешь Ирине? Ты готова оставить Адиба? Или свою семью? Дура…ох, какие же Вы все бабы, дуры… — я вздохнула и направила Светлану на кухню

— Я не буду есть…если уж хочешь, налей мне чай…и дай коньяк и уходи…слышишь…уходи…

Я молча достала из холодильника контейнер, в котором оказались голубцы, заботливо приготовленные домработницей, на плечи которой легла забота о Адибе…

— Я же сказала тебе, не буду есть, пошла вон!!! Дай мне коньяк!!! — взорвалась Светлана.

— Ну ты не будешь, а я поем…Не пропадать же добру…Кстати, передай привет домработнице…толково готовит, запах ммммм, кайф… — я всеми силами пыталась разозлить Светлану…Выход из депрессии через злость, самый быстрый и короткий путь…Мне так казалось

— На…поешь и дури, Свет…я уже устала драться тут с тобой…мне еще в колледж надо, — я наколола на вилку кусок голубца и протянула ко рту Светланы…

— Нееее…бу… — попыталась произнести она, но я была проворнее и запихнула кусок ей в рот…

— Балин, ты хуже ребенка, — я качала головой… — Ешь давай…не будешь сам, силой накормлю…и каждый вечер теперь ты будешь под моим присмотром есть…и хватит хлестать коньяк…

Светлана снова заплакала…

— Ну девочка…ну что ж ты…Света…ну хватит, — женские слезы всегда приводили меня в ступор…не люблю я, когда плачут…

Медленно поглаживая по коротко стриженой голове Светланы, я прижала ее к себе…

— А теперь…давай спать…

Светлана вздрогнула…

— Я не хочу спать…во сне Ирины нет, только ужасы — как она умирает день за днем…Она думала, что может обмануть меня, о том, как больно ей…Меня…Врача…Мне страшно без нее засыпать…

— Пойдем, я посижу возле тебя, а ты поспишь…не бойся я ужасы прогоню…тебе надо проспаться, пойдем, Свет…пойдем…

Когда она забылась тяжелым сном, я вышла на балкон и закурила тонкие сигареты Светланы.

«Мой Бог, что ты задумал? Зачем на меня ты непосильную ношу повесил?»

«Непосильную, говоришь, — ироничный низкий тембр Ирины прорезал мой мозг, — Бог всегда выдает груз соизмеримо с твоими силами…ни более ни менее…И вообще, кончай курить, Маар, кончай»

«Мама, здравствуй, мама Ира…что мне делать, скажи мне мама…»

«Абонент временно недоступен или находится вне зоны досягаемости, так что думай, Мара сама…Я покину мозг Светланы…очень скоро, она еще будет цепляться за память, но не бойся…совсем недолго…»

«Эх, Ирина Александровна, недолго по чьим меркам? По меркам женщины, что потеряла любовь и смысл жизни или по меркам твоим, ведь тебе уже все равно… а нам с этим жить?»

Город медленно покрывали первые лучи солнца…Я смотрела на город чужими глазами, называя лишь одно имя, что отражало всю мою тоску и боль…Прощай, мама…прощай…В город пришел новый день…

* * *

Три недели постоянного контроля за Светланой сделали свое дело — алкоголь выведен, на лице начал появляться признак выздоровления, пусть маленький, пусть хоть физически, но Светлана выкарабкивалась. Подкуп обещанием «сладкой ночи на сеновале» доступных и недоступных медсестер, для регулярного подкорма Светланы Викторовны оказывал специфическое действие… Светлана начала подозревать «всеобщий заговор» во главе с ее братом, однако…ее брат быстренько разуверил, сославшись на занятость на свое работе и «не фиг, Светка, заниматься соплежуйством, когда молодцы в стойлах заждались» периодически подбрасывая ей своих коллег, так сказать в «ознакомительном дежурном порядке»…

Но регулярный коньяк заменен чаем с булочками и тарелкой супа, а ночное бдение на кладбище — ее квартирой, где я на пару с Адибом, кормили ее ужином, после которого, по негласному договору, я оставалась возле Светланы, пока она не провалится в сон… Эти три недели, что я коротала в основном на балконе с сигаретой… моя «крыша» медленно, но уверенно сдвигалась…и как, заметил Олег, после очередного совещания, направление отнюдь не зюйд-зюйд вест, а просто на фиг…

Колледж, новый набор, Светлана, молчание Леры… всё это крутилось в моей голове, отзываясь полной бессонницей и окончательно расшатанными нервами. Нужно было спустить пар и найти себе подружку, причем, Как можно срочнее.

В один из субботних вечеров, уложив Свету спать, я позвонила Вите, своему заму и мы рванули в ближайший клуб. «Ориенталь», название говорило само за себя, мне нужно было выпить и переспать. Здоровый секс, с симпатичной девочкой и моё самочувствие должно будет прийти в норму.

Разместившись за угловым столиком, мы с Витой принялись осуществлять первую часть нашего плана — то есть пить. Не мелочась, заказали себе коктейль Азия — водка, мед, имбирь. Молча выпили. На танцполе, под ритмичную, будоражащую кровь музыку, тусовались молоденькие девочки, явно только вышедшие из тинейджерского возраста, ничего привлекательного. Красивые мордашки, обегающие джинсы и полное отсутствие серого вещества в мозге. Переглянувшись со своим замом и понимающе хмыкнув, я вновь наполнила наши рюмки…

— Давай Вить выпьем за жизнь нашу хорошую…

— Мара, чет ты совсем захандрила — окидывая взглядом мою физиономию, покачала головой Виталина — Как Света, ей легче?

— Легче — хмыкнула я — но, только в физическом плане — психически она ещё на приделе, и фиг его знает, выйдет ли она из своего ахринительного состояния…

— Жаль её, хорошая она и красивая — вздохнула подруга — Так, по Ирине Александровне, пусть земля ей будет пухом, убиваться…

— Да — рассеяно слушая Виту, поддержала я, мысли раз за разом возвращались в квартиру Светы… Сегодня вечером, Светлана была иной… что-то поменялось в её глазах… тот взгляд, который она бросила, когда я её поцеловала в лоб… он не был беспомощным… в нем начала теплиться жизнь… и что-то ещё… очень знакомое… а её слова на прощание…

— Иди развейся, Маришка, я не пропаду, не бойся, с таким ангелом-хранителем, как ты — и ласкающее прикосновение её руки на моей щеке… От воспоминания Мару бросило в жар

— Вить наливай, чет грустно как-то…

Через часа два, контингент на танцполе сменился, малолетки, в основном, все разошлись по домам. В клубе осталась более взрослая публика… Мой взгляд рассеянно блуждал по телам, лицам, останавливался на светлых волосах… перед глазами все немного плыло. Зам уже давно и прочно обосновалась за соседним столиком, обрабатывая сексапильную шатенку в откровенно декольтированном платье. «Нда, Вита любит большие, конкретные сиськи» хмыкнула я, наблюдая, как её рука невзначай, поднося зажигалку к зажатой между полных чувственный губ шатенки, слегка касается грудей…

— Извините, у вас не занято? -

Мои глаза, оторвавшись от моего зама, медленно переместились обратно за столик. Голубые джинсы, облегали очень стройные ножки, взгляд поднимался выше, расстёгнутая на три верхних пуговицы рубашка обнажала, на вершине небольшой груди, изящную шейку в обрамлении огненно-рыжих, вьющихся волос. Чувственный, сладкий рот, чуть вздернутый нос и глаза… темно-карие, практически черные…

— Ну, и как, просмотр окончен? — чуть язвительно поинтересовалась незнакомка, в свою очередь внимательно смотря в мои глаза, то, что она в них увидела, несомненно, принесло ей удовлетворение и она чуть слышно хмыкнула — Допуск на приземление получен? Или мне еще показать доп. удостоверение? — спросила она, поднося свою руку к верхней пуговице рубашки

— А детям спатки не пора ли? — чуть протяжно, находясь в легком алкогольном дыму произнесла я

— Если детям и пора, то нам ИХ НЕ УКЛАДЫВАТЬ!!! Да и…стоит о таких нам мелочах заботится…Чай не мужик же ты…а чем бы не тешились, главное не беременели! — поддержала пикировку незнакомка, присаживаясь за наш столик…-

Мммм, Язвочка, знает себе цену, широкая улыбка осветила моё лицо. Маленькая стервочка.

— Ну, что поиграем, — последнее против воли вырвалось из моего затуманенного алкоголем сознания, через рот…

— Играть с Вами — она сделала ударение на последнем слоге, вызывающе проводя языком по губам…

— Играть…фиииииии, я не играть сюда хожу…играть надо до 23–00, а сейчас, детка…пойдем летать

— 23 ты имела ввиду лет?

— Какие мы умные…нет, детка, я с тобой играть в дочки-матери… знаешь такую игрушку…И не смотри ты так серьезно… расслабься… вздохни… глотни… поцелуй…

— А если иная последовательность? Поцелуй, глоток нектара, вздохи на утро?

— Неплохо…только я хочу еще танцевать…с тобой…сейчас…я хочу посмотреть тебя для первой примерки, сгодишься ли ты мне, — с этими словами я, взяв девушку за кисть, повела в сторону танцпола…

Она прижалась ко мне, её маленькая грудь, вызывающе терлась об мою футболку, ммм… она без бюстгальтера… через тонкую ткань хлопка явно проступали её напряженные соски… её аромат… ванильный, с томными нотками горького шоколада кружил мою голову, тонкая кисть руки обхватывала плечи, я ещё сильнее прижала к себе, вклинивая свою коленку между её ног… она приподняла свое лицо на встречу моему и наши губы встретились… о. да… эта девочка умеет целоваться, её губы сладостным нектаром обволакивали мои… старясь раздвинуть их… проникнуть во внутрь… нет уж детка, эту партию поведу я… мой язык переплелся с её… подавляя её сопротивление, вызывая невольный стон…

— Детка, — прошептала я сквозь поцелуй, — ты свободна на эту ночь?

— Мой допуск…сидит вооон за тем столиком, — девушка указала глазами на молодого человека, сидящего за столиком возле танцпола и скучающе смотрящего на нас.

— Он твоя «мамочка»?

— Зачем…просто муж… мне скучно быть только с мужчиной, потому «охоту» та таких как ты, я обожаю…Секс без обязательств…разминка для мозга, подстегивает чувства и не дает застоя крови…

— Твоему «церберу» еще один коктейль…и выключаем свет, — я рассмеялась, — Девочка, я давно не смотрю кто и с кем…Я БЕРУ то, ЧТО мне сейчас нужно…даже если это «мясо» под соусом… С этими словами я выпустила её из кольца своих рук и подошла к парню…

— Угостить коктейлем?

Парень заинтересованно посмотрел на меня:

— О, мля Мара, сколько лет.

— Сергей ты?

— Я, смотрю, тебе моя жена понравилась — с этими словами, парень обхватил рукой девушку за талию и усадил на свои коленки…

Я, хмыкнув, подошла к ней и двумя пальцами приподняла её подбородок — Ты едешь малышка?

Сергей, коснувшись губами её уха, прошептал, так, что бы услышала я, парень явно был под кайфом…

— Танюшка, хочешь пальчики вместо члена? Потрясающие пальчики? Когда-то, я трахал её девочку… так вот она не могла кончить… её не хватало пальчиков Марины…

— Мразь — мило улыбнувшись, бросила я ему и отошла в сторону — счастливо голубки, после Тебя мне её брать противно… боюсь заразу подхватить…

Подойдя к стойке бара и кинув бармену деньги, я вышла на улицу… Закурив, и глубоко затянувшись, решала, что же мне делать дальше. Возвращаться не хотелось, чем более, что Вита уже, как час назад покинула ночник в обществе своей красотки… идти в другое место тоже… Я решилась пройтись пешком… Февральский воздух охлаждал мою голову, выветривая из неё остатки алкоголя… Ноги меня несли сами… Внезапно, что-то заставило меня остановиться и поднять глаза. Дом Светланы, на 6 этаже горел свет… она опять не спит… плюнув на все приличия, представляя, чем она там опять может заниматься, я открыла дверь домофона своим ключом и рванула вверх по лестнице.

Залетев в квартиру, я прошла на кухню… Светлана мирно спала, уронив голову на кухонный стол, в её руках была зажата фотография… аккуратно разжав руку, я повернула лист к себе и тихо выдохнула… не Ирина, я…

— Девочка моя, что ж ты так, — я ласково провела рукой по мягким кудрям Светы… — просыпайся…

Света приподняла заспанное лицо, её глаза, синее самого неба взглянули в мои…

— Ты вернулась Мариш? Почему?

— Шла мимо. Увидела на кухне свет… решила зайти в гости, вдруг чай предложишь — мой голос внезапно охрип… её глаза, в них было столько нежности… они были прежними…

— Конечно, я сейчас — Света, словно устыдившись своего взгляда, метнулась к чайнику…

— Подожди — моя рука поймала её на полпути, и я притянула к себе — Малышка, все нормально?

Я почувствовала, как Света напряглась. Её тело оказалось прижато к моему… напряглась и внезапно обмякла… её руки… они обняли меня… жадно, ищуще… она приникла ко мне… все во мне, в ответ на её прикосновение, отозвалось сладостной судорогой… в голове вспыхнул целый каскад конфетти…

— Света…

Она целовала мои скулы, глаза, губы с торопливой жадностью, словно боялась потерять, руки переплелись,… тонкий халатик был сброшен на пол… следом полетела моя футболка… мы прижались друг к другу обнаженной кожей… чувствуя разряды от соприкосновения,… Я… я хотела её… безумно… здесь… сейчас… не играть… владеть ею… пить её сок… чувствовать её дыхание… безумие…

Мы оказались в спальне… на кровати, на неё я в последние несколько месяцев укладывала Свету спать… а теперь она уложила меня… её стремительность обескуражила меня… каждый сантиметр кожи горел от её поцелуев… её рук… хриплый шепот…

— Мара, Марочка… ты моя девочка… когда ты сегодня ушла, я поняла, что не могу без тебя. Без твоих глаз, что ты нужна мне живая… рядом…

Я застонала почувствовав, как её язык коснулся моей сути… столь долгожданная разрядка сотрясло мое тело… погрузив в волны мерцающего оргазма…

— Светаааааааа

А, затем я любила её, медленно, нежно… бережно гладя её бархатистую кожу, проводя руками по каждому выступу её все ещё худого тела… целовала в губы… пьяняще… сладко… чувствуя, как кружиться моя голова… пальцы погрузившись в её лоно, ощутили ответные спазмы, её аромат сводил меня с ума… мне было мало… вновь раз, за разом я брала её. Доводя до пика… нас обеих… Сон, Света… спит под моими руками… мои губы все ещё хранят сводящий с ума аромат… я дома… она моя,… моя женщина…

Мара вздрогнула… черт, ну зачем же так напиваться…и покрепче обняв Светлану погрузилась в сон.

Глава 9

Оставь хоть что-нибудь на память о себе,

Не только тишину седых оград,

Не только скорбь губительных утрат.

Оставь хоть что-нибудь на память о себе.

Оставь хоть что-нибудь на память о себе,

Полтакта не слетевших с грифа нот…

Ведь я кричу тебе через закрытый рот:

«Оставь хоть что-нибудь на память о себе».

Сбавь бег коня, я догоню тебя в пути,

Я долечу сквозь омут расстояний,

Я расскажу о терпком вкусе подаяний.

Пришпорь коня, я догоню тебя в пути.

Оставь раскаянья свои колючей мгле.

И то, что ты есть — вовсе не ошибка.

Ты подарила мне свою улыбку.

Оставь хоть что-нибудь на память обо мне.

Оставь хоть что-нибудь на память о себе,

Не только тишину седых оград,

Не только скорбь губительных утрат.

Оставь хоть что-нибудь на память о себе.

С. Сурганова. «Оставь»

«Лера, дочка. Я знаю, что ты 18 лет из своих 25 называла мамой, Оксану. Она твоя мать, пусть и не по крови, но она воспитала тебя, стараясь дать всю свою любовь, нежность и заботу, все, что, от чего была вынуждена отказаться я, чтобы уберечь, Вас, моих девочек, защитить.

Когда умерла Оксана, я думала, что моё сердце умрет вслед за ней,… она была моей любимой женщиной, память о ней, до последней минуты будет жить в моей душе. Ты, моя кровь, но ты дочь своей Матери, она воспитала тебя так, как никогда бы не смогла я. Настоящей женщиной.

Я помню первый твой вдох, крик, улыбку, первые шаги, слово,… а потом, потом ты выросла,… прости меня за то, что я не раскрывалась перед тобой… Три года после смерти Оксаны ты знала меня, как подругу твоей мамы, так твоего опекуна… знала умом, но понимала сердцем, что это не вся правда. А я боялась, боялась, что ты не поймешь меня, не простишь, и я потеряю тебя, как потеряла тогда Оксану.

Мара, Маришка, твоя подруга и моя дочка, приемная, но от этого не менее родная, догадалась о нашем родстве практически сразу,… она всегда отличалась наблюдательностью… Мы похожи с тобой… очень… только ты мягче… нежнее… и решительнее… Я очень горжусь тобой моя дочка. Будь счастлива, не зависимо от того, кого ты выберешь себе в спутники… Мару, Юру или другого мужчину или женщину… я даю тебе своё благословление… наше благословление.

Маришка, твой Друг, она всегда будет рядом, она часть тебя, также как ты её… одно целое,… но вы взрослеете и каждая выбираете свой путь. Она остается за меня, я назначила её исполнителем своей воли, своего завещания… относительно вас троих… Пожалуйста, прислушайся к её словам.

Света, Светлана… моя белая фиалка…мой последний цветок…я люблю её, моя девочка. Не так, как твою мать… я люблю её последней любовью обреченного человека. Не вини её в моей смерти… она подарила мне 7 лет жизни… с вами, с ней. Пойми и прими это. Я умираю, и я знаю это. Там меня ждет… Оксана любящая меня, любимая мною.

Ты, наша девочка, наша дочь и мы любим тебя… и будем присматривать за тобой…втроём… твои мамы и отец. Прости меня Лерочка.

С любовью, мама»

В который раз, перечитав письмо, я сложила его в аккуратный четырехугольник и убрала в ящик комода. В доме стояла, уже ставшей привычной, тишина. Юра на гастролях в Нью-Йорке, домработница, с кухаркой запершись на кухне, в очередной раз пьют чай и перемывают косточки мне, Юре и друг другу…

Подойдя к окну, я посмотрела в наш сад… Так хочется снега… белого хрустящего… переливающегося на солнце,… увы, здесь постоянное лето,… сейчас так напоминавшее Питерский май…тихо шелестит дождь, ударяясь по стеклам… открыв створки окон… я впустила легкий, пахнувший влагой ветерок прогуляться по комнате. Толчок, ещё толчок… детям явно нравится аромат свежести…

У меня будет двойня…

— Поздравляю мадам, вы будете счастливы вдвойне — белозубо улыбаясь, произнес врач, после Узи-обследования — два маленьких человечка, два замечательно бьющихся сердечка, поселились в вашей матке.

— Они близнецы? — шок, приятный шок, от только, что услышанного пробегал по моим нервам, вызывая легкую эйфорию…

— Нет, Валерия, у вас двойня, разнояйцовые близнецы, и если аппарат верен, то у вас будет полный набор сразу — мальчик и девочка.

Державший мою руку по время обследования, муж издал радостный крик — Лерка, представляешь, сразу двое! Вот это класс!! И тебе и мне!!

Я вымученно улыбнулась ему, проведя рукой по заметно округлившемуся животу

— Да уж, радость! Рожать то всё равно мне…

* * *

С того момента прошло уже два месяца… срок родов неумолимо приближался… в России сейчас наступает весна… конечно ещё очень холодно и снег…

Малыши вновь завозились, напоминая мне о своем присутствии…

— Марк, Дарина, тише негодники. Совсем меня запинали — шутливо ругнулась я, проводя рукой по своему огромному, напоминающего перезрелый арбуз, животу. Толчки стали тише… Ноги ужасно отекли, и я направилась к кровати, по пути прихватив свой старый фотоальбом…

Удобно устроивших на подушках, я принялась перелистывать свои старые фотографии…

Пронзительные глаза, горящие яростным зеленым светом, упрямая сжатая линия идеальных губ… резкие скулы… косая челка… Мара… Маришка… тебе здесь 16 лет и ты стоишь на татами напротив своей соперницы,… а я фотографирую тебя, вспоминая нежность твоих губ, силу руку… прошлую ночь. Девочка моя прости. Если сможешь,… наша любовь… она была идеальной… так любить могут только дети… взрослая жизнь, увы, не дает нам такого права.

А здесь мы все вместе… Мама, ты, я… мы с тобой только, что вернулись с Кипра, из сказки. Которую нам подарила Мама, и ты мне… У всех троих счастливые глаза, только у нас с тобой они полны радости… а у мамы отблески тихой грусти… она уже тогда знала, что умирает… Как же мы похожи с тобой, мама… глазами… только у меня, той прежней они были такими наивными. Такими доверчивыми,… а у тебя она с мудростью прожитых лет, с затаившейся на дне зрачков болью и… ожиданием.

Тяжело вздохнув, я провела ладонью по своей щеке,… слезы… солеными каплями они застывали на ресницах и срываясь вниз, скатывались по скулам, оставляя за собой соленую дорожку влаги…

Мара, Мамочка… вы два моих любимых, бесконечно дорогих человека… одна из вас ушла на всегда… со второй я порвала сама… давая свободу… надежду на счастье.

Я… я люблю вас, очень… мысли теряли свою четкость, предметы стали расплываться… мелькали образы, воспоминания… я погружалась в дремоту… из памяти, одно за другим, врывались воспоминания прошлого…

* * *

— Ирина Алексадровна, вы?

— Лерочка, поздравляю! Я видела твой танец… ты несомненно покорила своим выступлением, всю приемную комиссию… и особенно вооон того молодого человека.

Лера повернувшись, на указывающий взгляд директора, увидела импозантно одетого мужчину, довольно молодо и симпатичного, который буквально пожирал её своими серыми глазами…

— А кто это?

— Юрий Квардовсткий, довольно успешный балетмейстер и продюсер собственного проекта — улыбнулась директор и кивнула молодому человеку, подзывая его к себе.

— Здравствуйте Ирина — галантно поклонился молодой человек — Эта прекрасная нимфа ваша подопечная? С этими словами Юрий взял ладонь Леры в свою руку и поднес к своим губам…

— Здравствуй, здравствуй проказник — шутливо толкнула парня в плечо Ирина, — Валерия, моя дочь, пробует свои силы на ваших экзаменах…

— Ирина Александровна, где вы скрывали сиё сокровище? — восхищенно улыбнулся танцор, всё ещё сжимая ладонь девочки в своей — Она божественна, великолепна… и должен вам признаться, что она покорила, не только меня, но и всю приёмную комиссию…

— Даже так — Ирина иронично приподняла свою бровь — нас это радует, очень… но, нам с Лерой пора… увы… дела… заботы…

— Какая жалось — на лице Юры явно проступило огорчение — Но, Лера, мы ведь с вами ещё увидимся? — он проникновенно посмотрел в глаза девушки…

Лера, ответив дерзким взглядом, улыбнулась в ответ — Всё возможно, всё… вы ведь будете моим наставником?

Юрий, ещё шире улыбнувшись в ответ, наклонился и прошептал, так, чтобы его слова достигли только прелестных ушек Валерии — Милая девочка. Ты только прикажи, и я буду для тебя всем…

Но, у директора был необыкновенно обостренный слух, и она мягко освободив ладонь дочери из его рук произнесла — Для начала хватит и преподавания, всего доброго Юра.

Поняв намек, парень ещё раз поклонился, и послав на прощание очаровательную улыбку девушке вернулся за свой стол.

Вечером, ужиная в одном из летних кафе, расположенном на набережной Москвы-реки, Лера поинтересовалась у директора

— Ирина Александровна, почему вы сказали дочь?

Ирина, мягко улыбнувшись девочке, провела своей ладонью по её щеке

— Тебе это не понравилось Лера?

— Нет, что вы — выдохнула Валерия, накрывая ладонь директора своей рукою, и ещё сильнее прижимая её к свой щеке — О, такой матери, как вы, может мечтать каждый ребенок…

— Лера, посмотри на это — с этими словами полковник достала фотографию. Лера взяла её и тихо ойкнула — Это же я… и не я…

На фотографии была изображена молодая девушка, с золотистыми волосами, остриженными очень коротко, её такие знакомые, по зеркалу, глаза смотрели с небольшой иронией, Она была одета в форму курсанта милицейской Школы. Перевернув фотографию, Лера прочитала надпись

«Иришка, я тебя сфотографировал на плацу. Помни нашу дружбу. Витя»

— Но… это же вы… или я… я уже ничего не понимаю — Лера посмотрела на фотографию, затем на полковника…

Ирина тяжело вздохнула…

— Оксана, твоя мама, была младшим сотрудником в моем подразделении, во время моей работы в Хабаровске…

Она говорила долго, рассказывая дочери свою жизнь, описывая её появление на свет… первые годы их жизни… объясняя причину своего расставания с ними… по щекам обеих текли слезы… две пары таких одинаковых глаз смотрели друг на друга… Изредка лица освещали одинаковые улыбки…

— Теперь ты знаешь всё, Лерочка, дочка,… если ты больше не захочешь знать меня, общаться со мной… я пойму это, приму… понимаю, что очень виновата перед тобой… перед вами обеими…

Валерия сквозь слезы посмотрела на свою родную мать,… нет, она не могла злиться на неё, Ирина все сделала правильно… не каждому дано жертвовать своим счастьем… своей любовью… во спасение жизни любимых людей,… а её мать сделала это… внутри зарождалась нежность по отношению к этой, умной, сильной женщине. Которая не оставила её после гибели мамы и щадя её память не открывалась ей… слова дались с трудом… эмоции переполняли душу, заставляя в судорожном спазме сжиматься горло

— Мама, я… я… горда. что я твоя дочь… что в моих венах бежит твоя кровь… Я бесконечно сильно люблю Оксану, свою маму, и всегда буду любить… а теперь я знаю, что у меня есть ещё одна мама… это счастье…

Встав со стула, Лера подошла к полковнику и обняла её — Мама…

* * *

Глаза Мары, когда она принесла Лере прощальное письмо от матери…

— Как ты? — окидывая подругу взглядом, поинтересовалась Марина, присаживаясь в кресло. Выглядела Лера, мягко говоря, не важно… токсикоз решил окончательно доконать её, смерть матери ещё отзывалась в сердце болью… да и расставание с Мариной было не из легких… Леру безумно тянуло к ней… она хотела вновь почувствовать эти руки на своей талии, уткнуться в ямочку на шее, вдохнуть такой родной, такой привычный аромат… почувствовать себя вновь, той маленькой девочкой… но она должна быть сильной и дать Маре возможность начать свою жизнь… пусть даже пройдя через ад…

— Более-менее, что-то случилось? — голос предельно холоден и отстранен

— Тебе письмо от Ирины Александровны — Мара почувствовала холодность Леры и в тоне её речи зазвучали металлические нотки…

— Спасибо — Лера стараясь не касаться руки Марины, боясь, что не сможет сдержать себя, аккуратно взяла письмо — У тебя всё Мариш? У меня просто дела…

— О, да, всё дорогая — было произнесено ядом горечи — Извини, что отвлекла тебя… Если, что звони — С этими словами Марина, вскочив с кресла, пулей вылетела в коридор, через несколько секунд раздался звук хлопнувшей двери…

Лера, пошатнувшись, от внезапно нахлынувшей слабости, подошла к тахте и упала на неё,… тихие рыдания сотрясли тело… Мара, Маришка… как всегда безупречна… синие джинсы, кремового цвета рубашка, чуть отросший черный волос… вкусно пахнувшая цитрусовым бризом… Моя Маришка… прости меня… я вижу боль в твоих глазах, виду стремление быть рядом… Ощущаю твою ярость,… а эти темные круги под глазами. Все навалилось на тебя… колледж, ответственность, я,… но так надо, девочка моя… пойми…

Почувствовав тепло ладони, аккуратно гладящей волосы, Лера повернулась и увидела мягкий взгляд зеленых глаз… — Тыыыыыы…

— Я, девочка моя… Все хорошо… я… я… просто очень люблю тебя малыш…

— И я тебя, Марочка… Но я выхожу замуж за Юру, в субботу…

— Я знаю это малыш, по этому и вернулась… чтобы пожелать тебе счастья… веры в себя… я…я всегда буду твоим другом.

* * *

— Марочка, девочка моя любимая, обними меня пожалуйста… мне так холодно…не покидай меня, я…я…сука… но без тебя мне ещё хреновей… но…Юра… он и так пошел на многое… Это не его ребенок… В Лондоне с нами выступала труппа из Нью-Йорка… там был парень… чернокожий… Джерри…мы выпили… а потом переспали… я… я залетела… Юрка, мне больше, чем просто друг… он мне, как брат… мы. Мы встречались раньше,… я не знала, как он отреагирует на мою беременность,… но он обрадовался,… он сам бесплоден,… и он предложил мне стать отцом моего ребенка… родить для него…прости меня Маришка… правда…

— Шшшшшшш, всё хорошо… я это знаю уже давно… я разговаривала с Юрой… мы поняли друг друга,… он будет заботиться о тебе, о вашем ребенке,… просто знай,… если нужна будет помощь я рядом. У нас с тобой одно сердце на двоих девочка моя… А сейчас позвони Юре, он ждет,… а я пойду… Мне ещё к Светлане нужно…

— Как она? Мне дико жаль, что тогда я сорвалась на неё… она хороший врач, и я знаю, что она искренне любит маму…

— Хреново малышка, очень… Прошло уже пять месяцев,… а она всё ещё ждет Ирину. Олег пытается сделать всё возможное, что бы вернуть её… я сама только приехала из Лондона, где заканчивала все свои дела,… он звонил,… просил передать письмо… может быть хоть это облегчит её боль. Я постараюсь помочь ей… Адиба жалко…

— Иди, иди Маришка к ней… ты ей сейчас нужнее, чем мне… у меня есть Юра, маленький… я решила, если родиться сын, назвать его Марком… в честь тебя…

Маришка вздрогнув, ещё крепче прижала Леру к себе… — Спасибо родная… спасибо… мне пора…

* * *

Воспоминания медленно переплавились в беспокойный сон… Я бежала куда-то по замкнутому кругу… в ушах стоял свист догоняющего меня ветра… все тело пронзала нестерпимая боль… начинаясь от поясницы, она расползалась по всему моему телу… набатом ударяя в живот…не хватало воздуха… Я пробовала кричать… но из горла лишь вырывался сиплый хрип… нечто нагоняло меня… обхватывало… душило…

Открыв глаза, я поняла, что насупила глубокая ночь… и, что боль не ушла,… а продолжает пульсировать в моем теле,… спазмами стягивая мои нервы в тугой узел…

«Схватки… Я…я… рожаю» мысли медленно перетекали в моем не отошедшем от сна сознании…

В коридоре раздался бег и в комнату ворвались домработница на пару с поваром — Мадам, вы кричали.

— О боже, ты посмотри, миссис Лера, она вся в крови…

Я все так же отстраненно посмотрела на постельное белье… действительно кровь…

— Звони быстрее в 911 — кинула Катя телефон, Джейн и кинулась ко мне… Сознание вновь уплывало куда-то… Боли практически не было… я чувствовала необыкновенную легкость… хотелось танцевать… спазмы, терзавшие мои внутренности, отступали…

Удар пощёчины вывел меня из сладостного забытья — Не смей спать. Не смей

Екатерина, горничная, трясла меня за плечи, крупная 35 летняя женщина, русских кровей, трясла меня и что-то настойчиво кричала мне в ухо…

— О детках думай, о детях… давай же тужься, тужься девочка…

… Свет лампы… Женские, мужские голоса… мне холодно… я лежу накрытая простыней… мою руку согревает чья-то ладонь… медленно открываю глаза… Мара, Марочка… в её зеленых глазах боль… рядом стоит Юра… они смотрят на меня… губы пересохли,… хочется пить… Я провожу языком по шершавым губам… появляется влажная салфетка…

— терпи маленький, скоро будет легче, терпи мамочка…

Мамочка… я улыбаюсь,… с трудом поворачивая тяжелый язык, произношу…

— Они… как… они…

— Все хорошо маленький — Мара гладит меня по голове,… голос звучит уверенно,… но я чувствую недоговоренность — У тебя дочь и сын. Дарья и Марк. Они в порядке… А вот тебе нужно отдыхать… спать… ты нас напугала… пять дней была без сознания… но ты молодец… выкарабкалась… а теперь спи…

Её губы касаются моего лба,… глаза закрываются, я погружаюсь в ласковые объятия сна…

Мамочка…

Глава 10

Так тихо, ни звука, ни шороха…

Как громко звенит тишина.

Молчу, даже мысли в полголоса

Уходит с души пустота.

Ты здесь, рядом, слышу дыхание

Ты спишь, я смотрю на тебя.

Приходит ко мне понимание —

Ты здесь, ты со мной, ты моя.

Дочурка, Алька, заинька, солнышко

Ты ангел земной воплоти,

Ты свет мой, души ожидание

Любовь, что пришла вопреки.

Расти, расцветай первым ландышем,

Желанной будь, словно родник.

Пускай тебя, ждёт понимание

И мир будет мал и велик.

(посвящение моей дочери)

— Света, я не знаю, как мы скажем Лере… я не знаю — Мара ходила по комнате из угла в угол, нервно крутя в руке пачку сигарет — Я просто не знаю, она сейчас очень слаба, вчера только очнулась, сейчас спит, а когда проснется, захочет увидеть Марка и Дарину…

— Успокойся — я подошла, к Марине и, остановив её нервную ходьбу, взяла за руку — Послушай, Мариш… Дети живы, ты понимаешь, они живы…

Чувствуя в своей руке её ладонь, видя отчаянье на её лице, я в который раз почувствовала щемящую нежность к этой красивой, сильной девушке — Маришка…

Глубоко вздохнув, девушка подняла свои изумрудные глаза и посмотрела на меня. Эти глаза… в них читалось страдание, переживание, боль… она любит… любит Леру… очень.

— Светлая, Светочка… ты же врач, специалист… скажи мне, скажи. Что Дарина будет здорова, что с ней вся будет хорошо, скажи же мне — закричала она, вскакивая и обхватывая мои плечи — СКАЖИ мне это Света.

Она трясла меня, слезы катились по её побледневшему лицу, а я стояла отпустив руки и ждала… ждала, когда её ярость направленная не на меня, а на ситуацию утихнет, когда она выплеснет всю свою боль, молча стояла и ждала… Наконец её судорожные рывки стали утихать, её руки по прежнему лежали на моих плечах, наши взгляды встретились… она успокаивалась

— Отпусти меня Мариш, пожалуйста, ты мне делаешь больно — как можно спокойнее произнесла я, её руки соскользнув по моему телу, остановились на талии

— Прости Света, прости… я не хотела…

— Все нормально маленький — я нежно провела ладонью по её скулам — Теперь давай сядем и спокойно поговорим… хорошо?

С этими словами я, как можно более нежно убрала её руки со своей талии, и сжав холодные кисти своими ладонями, отвела Мару к креслу.

— Ты сама знаешь, Мара, что у Дарины поврежден мозг, вследствие гипоксии. Околоплодный пузырь лопнул раньше срока, дети могли вообще умереть, благо акушеры успели,… но кесарево сечение… наркоз… Марка извлекли первым — он совершенно здоровый пацаненок, крепкий малыш… Дарине повезло меньше… Она шла второй. Плюс пуповина, обмотанная вокруг шеи, её мозг пострадал… не сильно, но последствия будут…

— Света — Мара с тоской посмотрела на меня — Есть ли шанс, что в дальнейшем девочка поправится, есть ли возможность лечения, и какой вообще прогноз?

Так, она успокоилась, теперь можем поговорить, я присела рядом с ней на подлокотник.

— Маришка, сейчас рано о чем-нибудь говорить. Девочка ещё слишком слаба и мала. Нужно подождать хотя бы год, полгода чтобы точно знать, какие последствия может принести перенесенная гипоксия. Пока рано. Сейчас мы боремся за её жизнь, легкие раскрылись не полностью, она с трудом дышит, терморегуляция кожного покрова тоже нарушена. Сейчас она в кувезе, подключена к вспомогательному ИВЛ, на данный момент главная задача для всех нас, чтобы малышка осталась жива… в дальнейшем я тебе гарантирую, что она пройдет полное обследование, мы соберём консилиум, назначим самое полное лечение, сделаем всё, что в наших силах, чтобы малышка в дальнейшем развивалась… но Мара, я не могу дать 100 % гарантии.

Какие могут быть последствия? Их не мало, к сожалению и отставание в развитии самое мягкое из них. Я хочу, чтобы ты, Юра, и Лера понимали, что она не когда не будет 100 % здоровым ребенком…

Вдохнув, Мара прижалась ко мне, как ребенок, ищущий защиты и утешения, я обняла её, чувствуя сквозь ткань рубашки жар тела, окунув лицо в темный, чуть жестковатый волос на затылке я глубоко вздохнула её аромат, ставший для меня уже таким родным…

— Лера сможет перенести такую новость, она сильная… — чувствуя, как напряженные мышцы девушки расслабляются под моими руками, тихонько произнесла я, продолжая ласкать спину сквозь тонкую ткань рубашки

— Она теперь мать… и у неё двое замечательных малышей… она поправится… она и её дочь… А ты, Юра — вы будете рядом с ней, поддерживать её… ваша любовь… она поможет девочкам.

Почувствовав, что её дыхание выровнялось, стало спокойней… я разжала объятия… Мара спала… в первый раз за эту неделю… она наконец-то уснула…

Положив голову ко мне на колени, моя любимая спала… обычно чуть жестковатая линия рта разгладилась, смягчилась… лицо приобрело немного детское выражение… я улыбнулась и нежно провела по её губам кончиками пальцев. Какая же ты красивая девочка моя… сильная, волевая с нежной, ранимой душой… ты сама совсем ещё ребенок. Я невольно хмыкнула, вспомнив, как этот гм… ребенок сводил меня с ума своими поцелуями… и как… о, боже… как я могу думать об этом сейчас.

Аккуратно встав, стараясь не потревожить её сон, я подошла к двери, выглянув в коридор и найдя взглядом двух беседующих мужчин, я тихонько окликнула их — Юра, Олег мне нужна ваша помощь…

Втроем, аккуратно, стараясь не разбудить Мару, мы перенесли её на тахту…

— Ты дальше сама справишься или тебе помочь? — подмигнул мне брат, окидывая спящую девушку плотоядным взглядом.

Улыбнувшись ему я ответила, как можно более невинным тоном…

— Раздевать девушек мне не в первой дорогой, иди, будь с Юрой, ждите пробуждение Леры, ты сейчас ему нужнее, чем нам…

— Ты тоже поспи Света, пока есть такая возможность, ток не шалите тут — усмешка осветила его глаза и он наигранно печально вздохнув, вышел.

Сняв обувь, расстегнув рубашку и ослабив ремень на крепко спящей Маре я укрыла её пледом… Спи моя девочка, спи… легонько поцеловав её в чуть приоткрытые губы, я вернулась в кресло. По удобнее устроившись на жестком сидение я погрузилась в сон…

* * *

Лера проснулась к вечеру, на её щеках начал проступать слабый румянец, глаза уже не горели лихорадочным блеском, она даже попробовала улыбнуться мне, когда я зашла к ней в палату.

— Привет, выглядишь намного лучше, сон явно пошел тебе на пользу — я взяла её руку и нащупала пульс, он был слегка учащен, но ритмика была четкой

— Свет, мне и вправду уже лучше… А где Мара и дети? — глаза, так напоминающие Ирину с ожиданием посмотрели в мои…

— Мара спит… — голос предательски дрогнул, боже, как же они с дочерью похожи… — А дети… Лера, мне нужно проконсультироваться с твоим лечащим врачом и педиатром, я тебя оставлю на пару минут, хорошо?

— Ок, Светлана, но я Хочу их увидеть, вы что-то скрываете от меня — голос девушки был спокоен, волнение выдавали руки, сжавшие край одеяла и нервно теребившие его…

Сглотнув тяжелый комок, я ей ободряюще улыбнулась — Сегодня ты их увидишь, верь мне, а пока давай выпей немного бульона и кисель…

Оставив Леру на попечение медицинской сестры, я вышла из палаты и направилась в ординаторскую.

После консультации врачей, собрав наш «малый семейный совет» мы принялись обсуждать, как лучше для девочки преподнести весть о её дочери. Юра с Олегом настаивали, о том, что это должен сделать Юрий, я же не соглашалась, услышать новость от врача, будет наименее травматично для психики. Мара спокойно выслушав всех, поднялась с кресла:

— Это сделаю я…

— Но… — попробовала я остановить её, но натолкнувшись на полный боли взгляд зеленых глаз, замолчала и молча развела руками

— Никаких но, Света, я знаю Леру с детства… она мне, ближе, чем сестра, сейчас я для неё самый родной человек, извини Юр — девушка выразительно посмотрела на молодого человека

Юра, кивнув, в точности скопировал мой жест — Конечно Маришка, я понимаю…

Мара продолжила

— Я знаю Леру, думаю я смогу подобрать слова, но мне нужно твоё присутствие Свет и твоё Юр, а так же педиатра,… но вы войдете позже,… и пускай принесут Марка и по возможности Дарину…

— Мариш, Дара ещё очень слаба… она только начала самостоятельно дышать…

— Свет, ты понимаешь, что Лере нужно увидеть детей… она сейчас в панике… можно же, что-то придумать…

— Хорошо Марина, я ещё раз переговорю с педиатром и неонатологом… возможно мы найдем способ.

* * *

Мара была в палате у Валерии уже, наверное, минут двадцать. Все мы нервничали,… Марк на руках Юрия тихонько попискивал, выражая своё недовольство, рядом со мной в автономном кувезе лежала Дарина, её темно синие глаза были широко распахнуты, крохотные пальчики то сжимались, то разжимались… маленький белокурый ангел… которому ещё столько предстоит вынести… выжить…

Наконец дверь в палату открылась и в коридор вышла осунувшиеся Маришка, глаза её покраснели, а руки мелко дрожали…

— Я поговорила с Лерой… она… она готова… давайте ей покажем её малышей. Затем она повернулась ко мне и взглянула на меня — Светлая, пожалуйста, будь со мной рядом — её голос был таким надломленным…

Мы зашли в палату, Юрий с сыном и мы с дочерью. Лера полусидела на кровати, увидев Юру державшего на руках маленький сверток она постаралась улыбнуться… слезы текли по её щекам… она протянула свои руки и муж аккуратно вложил в них ребенка

— Марк. Сыночек — всхлипнула она, прижимая к себе маленького человечка…

— Мариша, я хочу видеть Дарину — оторвав взгляд от сына, она повернулась в нашу сторону, взгляд её упал на кувез — Её можно взять на руки?

Мара не решительно взглянула на меня и на моих коллег. Педиатр улыбнувшись, подошла к кувезу и, откинув крышку, укутала малышку теплым одеяльцем. Взяв ребенка на руки, она подошла к матери.

Лера, передала Марка Юрию… и с нежностью приняла из рук врача Дарину в свои объятия.

— Доченька — с нежностью прошептала она всматриваясь в лицо малышке — Девочка моя, мы справимся, слышишь меня, все мы… твой папа, Марина, Света, я. Твой братишка… мы поможем тебе, и всегда будем рядом, я люблю тебя…

Она аккуратно погладила крохотную ладошку девочки большим пальцем, и маленькая ладошка сжалась вокруг него в кулачек. Лера подняла голову, и обвела нас взглядом:

— Она верит нам, верит.

Часть 3. Время взрослеть

Глава 1

Здравствуй, мелькнули черные перья,

Где-то у входа в зал.

Вижу — испуган, вижу — растерян,

Знать, ты меня не ждал.

Вот и учись без истерик, и позы

Вызов бросать судьбе.

Я называю — кровь или слезы,

Но выбирать тебе.

Я называю — кровь или слезы,

Но выбирать тебе…

В спину удар, может и проще,

Мне ли тебя учить?

Лживый угар — это же, в общем,

Твой безотказный щит.

Я разливаю боль без угрозы,

Выпей со мной до дна.

Что ж ты боишься: кровь или слезы?

Это лишь сорт вина.

Что ж ты боишься: кровь или слезы?

Это лишь сорт вина.

Слезы и кровь, все как обычно,

Будем сжигать мосты.

Честно сказать, мне безразлично,

Чем захлебнешься ты.

Но не привык раздавать я пощаду

Для ядовитых змей.

Мне ничего объяснять и не надо —

Пей, отравитель, пей…

(«Канцлер Ги» — «Слезы и кровь»)

Марина вбежала в обеденный перерыв в госпиталь. Сегодня годовщина их встречи со Светой. Первый год, как они вместе. Еще не единое целое, но уже не разбитые частички, уже что-то общее, связанные одной болью, одной страстью, одной….

— Привет, сестренки, — Мара махнула рукой с белой розой, в сторону регистратуры, и энергично полетела дальше.

«Сестренки» хихикнули, и в ответ Марине понеслось нестройное:

— Привет, здравствуйте…

Марине до их «Привета» уже дела то и не было, она летела к своей Светлане — «Свету в окне 6 этажа».

Дверь в кабинет Светланы Викторовны была не закрыта и Мара без стука вошла. Картина «Приплыли, Не ждали и Я, Ваша тетя» отобразилась перед ее глазами. Ее Светлану обнимала незнакомая женщина в арабском платье и что самое неприятное, Светлана явно отвечала на ее объятия и поцелуи. Их нежный шепот, поза, взгляды… Мара сжала, в ни чем неповинную розу, хруст стебля и шипы в руке… она с болью в глазах уронила ее пол и, бросив на розу, маленькую бордовую коробочку, выскочила в коридор.

Белая форменная рубашка давила горло, сорвав первую пуговицу, девушка вздохнула глубоко, но воздух почему-то не доходил до легких, а терялся неизвестно где…

— Срочно, в колледж, — сказала Марина своему водителю.

— Но Вы же планировали в…?

— Ты плохо слышишь? Срочняком, мухой…да газуй уж ты, — Мара откинулась на спинку и закрыла глаза, а картина Светланы в руках незнакомки ясно высветились вновь.

— Почему… почему… почему, — в голове билась мысль

Она закрылась у себя в кабинете и, как раненный тигр, билась в закрытом пространстве. Телефон разрывался, но увидев на экране «Светлая», Мара не трогала телефон. После 12 звонка, в ни чем неповинная трубка, приняла на себя весь всплеск «радости» и соприкоснулась со стеной. Полет телефона сопровождался вполне конкретным описание, что девушка думала по поводу поведения Светланы, и как она видит их дальнейшие отношения. Удар и трель умирающего телефона… вот и все…. ВОТ И ВСЕ!!!!

Утро пришло головной болью и осознанием, что в постели она не одна. Повернув голову, Марина, с трудом разлепив глаза, узрела рядом с собой девушку…

— Черт — со стоном протянула она, пытаясь вспомнить подробности вчерашнего вечера. «Так, вначале виски, затем мы с Витой рванули в клуб… тааакс, кажется, вечер закончился бурно…»

— Ей, беби, просыпайся — хрипло позвала она незнакомку, слегка похлопывая ту по голой попке.

— Мммм, привет — девушка, открыв глаза, посмотрела на Марину и сладко потянулась.

«Капц, малолетка. Надеюсь ей хоть больше восемнадцати»

— Привет. Как не тривиально звучит этот вопрос, но тебя, как звать солнце?

— Не, ну ты даешь — улыбка сошла с уст незнакомки — Меня вообще-то Лида… а тебя на сколько я помню Мара…

— Малышка, да, конечно Лида, извини… видать старею — ухмыльнулась Мара, чуть насмешливым взглядом вглядываясь в случайную партнершу — Ещё один вопросик детка и можешь бежать в душ… тебе есть восемнадцать?

Лида, сев, обернула простыню вокруг тела — А, что?

— Ну, мне бы не хотелось проблем, за совращение несовершеннолетней…

— Ещё вопрос кто кого совратил дорогая — промурлыкала девушка, проводя язычком по своим губам — Но, я тебя успокою тетя, мне больше 18 и даже больше, чем 21 год. Не ссы… Я в душ.

С этими словами, Лидия встала и покинула комнату.

Маришка ещё пару минут повалявшись в постели и попытавшись совладать со своей головой, поняв бесполезность этого, со стоном заставила себя выползти из кровати.

«Пипец, кажись, я вчера намешала»

Из ванной комнаты послышались звуки льющийся воды… «Ммм, мож присоединиться к милой барышне? Хотя нет, я сейчас не в том состоянии… всё, что мне сейчас нужно, это аспирин и минералка»

Пройдя на кухню, девушка нашла бутылку с водой, и жадно припала к ней… горло разрывал сухой кашель, во рту, как будто пробежало за раз 1000 коров «Бля, не ну нафиг было так пить то»

— Тебе легче? — раздался за спиной мелодичный голосок, Мара, повернувшись в сторону говорящей, безмолвно кивнула, продолжая пить воду.

— Душ свободен, иди. Я пока кофе сварю

С благодарностью кивнув, Марина прошла в ванную. Контрастный душ способен творить чудеса. Через минут двадцать освеженная, она сидела за столом и пила обжигавшею арабику.

— Ммм, Лида чудесный кофе, спасибо…

— Да не за что дорогая, всегда рада помочь страждущим — улыбнулась девушка, намазывая джемом тост — Хочешь?

— Не, я, пожалуй, воздержусь — при мысли о том, что, что-то попадет в желудок, горло свел мучительный спазм

— Понимаю… ты вчера дала жару, столько выпить… как будущий врач, хочу тебе сказать, Мара, что так мешать нельзя. Обычно люди хотят напиться так, если, что-то у них случается…

— Тише Лида, сбавь обороты, пожалуйста — скривилась Маришка — мне сейчас только нотаций не хватает. И кто, ты по будущей профессии?

— Психотерапевт-сексолог.

— Огого, не плохо — присвистнула девушка, с изумлением смотря на собеседницу — А по клубам частенько ходишь?

— Не поверишь, пришла в этот клуб первый раз, поссорилась со своей девушкой, захотелось расслабиться, оторваться…

— Знакомо — ухмыльнулась Марина, в безмолвном тосте поднимая чашку — И, похоже, что оторвались на славу…

— О, да дорогая — плотоядная улыбка промелькнула по губам собеседницы — Ты, даже в состоянии алкогольного опьянения великолепна в постели.

Мара, чуть не поперхнулась кофе и внимательно окинула девушку взглядом. Короткий волос, крепкая спортивная фигурка, на обнаженном плече знак лабриса… «Нда уж, по ходу я переспала с активом»

Словно прочитав мысли Марины, девушка иронично посмотрела на неё — Я так понимаю, что ты вообще ничего не помнишь?

— Честно? Неа… очень смутно…

— Ну, тогда сделаем вид, что ничего и не было. Я люблю Аню и не хочу проблем, из-за этой ночи… Да, я думаю, что и ты любишь свою девушку.

— Ок, Лида. Я согласна — с облегчением выдохнула Марина и подала руку — Ну, что будем дружить?

Весело рассмеявшись, девушка пожала протянутую ладонь — О, да! Будем.

Через пару часов вернувшись в колледж, Марина первым делом направилась в кабинет своего зама

— Привет Вита.

Судя по состоянию её заместителя, бурная ночка была не только у неё…

— О, привет Маришка — хрипло прошептала её зам, окидывая фигуру начальницы взглядом красных глаз — Слушай, как тебе удается не болеть после гулянок?

— Ну, контрастный душ, минералка, пару таблеток аспирина и бег трусцой.

— Понятно. У тебя кста посетительница. Ждет тебя в твоем кабинете…

— Кто?

— Сама догадаешься, или имя назвать?

— Мля, Светлана

Видеть сейчас свою возлюбленную Маришке совершенно не хотелось, но, коли если она приехала, то придётся поговорить.

— Лан, Вит, я пойду. Скажешь обслуге, чтобы они приготовили ланч на двоих и принесли его в мой кабинет. Кста она там уже давно?

— Приехала вчера, после того, как мы с тобой в клуб рванули. Я с ней утром разговаривала. Ты ж телефон вчера свой об стенку долбанула, она не смогла дозвониться до тебя… поэтому ночевала в колледже, сказала, что вам нужно поговорить и никуда не уйдет пока тебя не увидит.

— Понятно. Вит, закажи курьеру для меня новый телефон и проведи собрание педагогов сама, план у секретаря. И кста… прими душ и выпей аспирин… и поспи, а то, выглядишь ужасно.

— Ок, Мариш… с тобой пить опасно — ухмыльнулась Вита — Как девочка то?

— Она оказалась активом и всю ночь мы мило беседовали.

— Ну, ну… свежо предание… лан меня сегодня саму дома нагоняй ждет от моей — вздохнула зам, закрывая за директором дверь.

Из-за закрытой двери послышался смешок — Прорвемся.

Войдя в свой кабинет, Марина увидела Свету. Она стояла возле раскрытого окна и курила. Солнечный свет освещал её фигуру. Играл на роскошных белокурых волосах, которые за этот год изрядно отросли и практически закрывали собой плечи. «Боже, как же она красива» Но, вспомнив, что она увидела вчера, Мара почувствовала, как волна ярости вновь охватывает её существо. Пройдя к окну, девушка, встала напротив любимой и холодным взглядом зеленых глаз посмотрела в синие глаза.

— Где ты была? — тихий шёпот пронзил насквозь — Что это? — Света, протянула руку и указала на осколки телефона, так и лежавшие возле стены.

— Привет, это в — первых. Во-вторых, где я была, это мое личное дело, я думаю, что тебя это уже не должно касаться…

Вздохнув Света, с горечью посмотрела на Марину — Почему, ты вчера ушла, не дав мне объяснить?

— А, есть, что объяснять Свет? Я вчера своими глазами видела, как ты обжималась и целовалась с незнакомкой, кстати, она ничего так…

— Ты, идиотка, психопатка, ты знаешь это?

— Ну, допустим, и что дальше. Хорошо, объясняй. Тебя внимательно слушаю — достав сигарету из пачки, Марина закурила и внимательно посмотрела на свою спутницу — Говори, я вся во внимании.

— Сначала ответь на мой вопрос — Света начинала злиться — Где, ты была?

— У подруги, устроит? — злая улыбка скривила губы Мары — Или ты хочешь подробностей?

— С кем ты спишь, это твое личное дело — Света отвернулась от Марины и, схватив сумочку, направилась к двери — Ты мне ничего не обязана объяснять, Мара.

— Постой! Я ответила на твой вопрос, теперь твоя очередь — Марина схватила Свету за руку и повернула к себе, зеленые глаза горели злым огнём — Я жду!

— Отпусти меня, мне больно — несмотря на то, что душу переполняли горечь и боль, Светлана старалась произнести слова, как можно более спокойным тоном. Почувствовав, что рука девушки, больше не сжимает её запястье, она повернулась к Маре

— То, что ты видела, и то, что ты себе на представляла — две совершенно противоположные вещи. Ты же знаешь, что некоторое время назад я жила в ОАЭ, и была за мужем за отцом Адиба. Та, девушка, это младшая сестра моего мужа. Она приехала в Питер, чтобы сказать, что отец моего супруга скончался и Иднар требует, чтобы я с Адибом вернулись обратно. По исламским законам, мы официально не разведены. Розана приехала, чтобы предупредить меня об опасности. Что мой супруг разыскивает меня и хочет вернуть сына.

— Капец. Света, почему, ты мне раньше этого не рассказывала?

— Не видела смысла. Я думала, что Индар не будет стараться разыскать ни меня, ни нашего сына. Ведь он сам вынудил меня покинуть Судан. Он зверь, извращенец. То, что я вышла за него, было самой моей большой ошибкой в жизни.

— Подожди, но если он тебя вынудил покинуть страну, то на кой ляд тебя сейчас хочет вернуть?

— Его старший сын, от первой жены погиб от передоза героина. А Адиб теперь единственный наследник мужского пола. И его отец хочет женить мальчика на дочери своего партнера…

— Но, подожди. Адибу ведь нет и полных одиннадцати лет.

— В этой стране, возраст не имеет значения. Мальчиков женят и девочек выдают замуж рано. Например, той девочке нет ещё и шести лет. Здесь замешаны крупные деньги и их общий бизнес. Поэтому Индар и стремиться теперь вернуть сына, а так, как мальчик рос вместе со мной, то значит вернуть и меня… Но, Маришка, ты вчера показала мне свое отношение ко мне… зачем тебе теперь все это. Завтра я уеду на Дальний восток. Билеты уже заказаны. Я пришла проститься с тобой.

— Света, Светланка, прости меня дурака — Маришка, обняла свою любимую, уткнувшись носом в её шею — Прости меня дурака ревнивого. Я никуда не отпущу тебя, девочка моя… прости меня, я что-нибудь придумаю. Олег уже знает?

— Ты, ты… Я ждала тебя всю ночь, искала тебя… — напряжение начало отпускать Свету, горячие слезы потекли по её щекам — А тебя не было… ты не брала трубку, а потом вообще телефон стал недоступен… я волновалась, приехала сюда… мне сказали, что ты уехала в клуб с Витой… ты даже не захотела меня выслушать… как ты можешь после этого говорить о своей любви?

Прижав рыдающую Светлану к себе, Мара шептала, перемешивая слова с поцелуями — Солнечная моя, девочка моя… я просто напилась и ночевала у друга… она актив, у нас ничего не было… поверь мне, пожалуйста, я люблю тебя, только тебя, слышишь. У меня вчера крышу снесло от ревности… ведь вчера была годовщина нашей совместной жизни… хотела поздравить тебя…

Почувствовав, что напряжение начинает покидать Свету, Мара мягко отодвинула её от себя и посмотрела в её глаза — Я люблю тебя. И я сделаю все, чтобы защитить тебя и сына. Верь мне.

Светлана, улыбнувшись, провела дрожащей рукой по губам любимой — Я… тоже очень сильно люблю тебя Маришка. Ты вчера забыла коробочку в моем кабинете.

Марина, улыбнувшись в ответ, вновь притянула Светлану к себе — Она предназначалась тебе, мой Свет. Где она?

— На столе…

Взяв коробочку, Мара протяну свою руку и бережно обхватила запястье девушки. Голос внезапно охрип — Света, Светланка, моя любимая женщина… я… ты… в общем это тебе…

С этими словами она открыла бархатную крышку, и взору Светы предстало золотое обручальное кольцо. Дрожащими руками, она вынула золотой обруч и в восхищении ахнула. Вся его поверхность была усыпана маленькими вкраплениями топазов, под цвет её глаз.

— Маришка, это кольцо… оно великолепно…

— Ты великолепнее, моя любовь.

Взяв кольцо и руку девушки, Марина с нежностью надела обруч на безымянный палец — Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей супругой.

— Маришка… я… господи, девочка моя, я согласна.

Поцелуй, страстный, даже немного жесткий заглушил её слова… внутри все вспыхнуло, стон… безумные губы и руки её возлюбленной… чуть жестковатая софа кажется самой мягкой периной… Марина вошла в неё, резко. Жестко, требовательно, подчиняя себя, заставляя сердце биться с неистовой силой… ещё… ещё… и взрыв… обессиленные они лежали в объятиях друг друга.

Через три дня, Света, Адиб, Мара и Олег улетели в Филадельфию, где их уже ждали Лера с Юрием. Подрастающей Дарьи нужно было специализированной лечение, которое может оказать Света, Адиб был раз нежданным каникулам… Олег взял бессрочный отпуск, принял кое-какие меры, чтобы найти его сестру, Индару было как можно более затруднительно, Мара, оставив на время все дела колледжа на Виту, выбрала Свету и её любовь.

Только так. Рядом. Они все уже давно — одна семья.

Глава 2

Это была просто пытка тобой

Раскаленными словами

Ранишь мой кожный слой

Да и у губ твоих ядовитый вкус

В эти любящие когти добровольно отдаюсь

Жить с тобой, что ходить по стеклу босиком

Выбирай, быть злейшим другом или преданным врагом

Каждый день ночь и утро друг друга терзать

Так любовью кто-то мудрый нас решил наказать

Так что

Не клади мне сыр в мышеловку

Я и так прибегу на запах клетки

Не клади мне сыр в мышеловку

Я и так…

Нет больше сил ждать засад и подстав

Кольцами танцует кролик, в пасть ему ползет удав

Красота страшной силы тихо вводит в гипноз

В ней огонь неугасимый и постель из белых роз

Так из боли и света я рождаюсь сто раз

Нет живой воды на свете, чтобы вылечила нас

Убежать не успею, нет желанья бежать

За последней же дверью все начнется опять

Так что

Не клади мне сыр в мышеловку

Я и так прибегу на запах клетки

Не клади мне сыр в мышеловку

(Елена Погребижская «Мышеловка»)

Лена сидела за стойкой бара и откровенно скучала. Сегодня у неё был выходной день, и она решила расслабиться. Организм, заряженный порцией высококлассного кокса, требовал секса, секса с девушкой. Оглядывая бар, в поисках потенциальной партнерши на ночь, Лена презрительно кривила свои пухлые губки… все не то, всё не те. Она предпочитала высоких, черноволосых девушек, с немного мальчишеской фигурой и с дерзким взглядом, желательно зеленых глаз… таких, какой когда-то была её Мара…

«Интересно где она сейчас, и, что с ней?» думала она, играя с бокалом шампанского «С того вечера, на концерте Ночных снайперов, я её больше и не видела, но слухи, в местной тусовке о ней довольно интересные. Директор колледжа, довольно преуспевающая бизнес леди, да и девушка у неё звезда мирового класса, правда, что то последнее время о, как её там, Лере практически ничего не слышно, да и о Маре тоже, говорят, что уже месяца три в клубах не появляется…»

Её размышления были прерваны негромким покашливанием, раздавшимся за спиной. Обернувшись, Лена увидела перед собой девушку, одетую в черную рубашку и темно-синие классические джинсы. Мысленно оценив стоимость вроде простого прикида подошедшей, Лена мысленно присвистнула «Оу, а девушка то, не простая. Да и внешность занимательная. Крепкая спортивная фигура, пронзительные серые глаза, чувственный рот, стильная стрижка… хороша, а взгляд то, какой… раздевающий»

— Разрешите вас угостить? — низкий альт волной пробежался по коже, заставив судорожно сжаться мышцы внизу живота…

— А, если не разрешу, то, что? — Лена, с полуулыбкой провела пальцем по краю бокала

— То, я вас все равно угощу.

«Дерзка, мне нравятся дерзкие, такс посмотрим на сколько щедра»

— Ну, что же… угостите, только я предпочитаю шампанское Рене Де Плион 1935 года…

— Без проблем, может быть, перейдем за столик, или вообще покинем этот клуб?

«О, даже так, быка за рога? Хм… она мне определённо нравиться…»

— Почему бы и нет? Здесь определенно скучно… мне скучно, вы сможете меня развеселить?

Самоуверенная улыбка скользнула по губам незнакомки, а глаза вспыхнули

— О не сомневайтесь, кстати, разреши преставиться. Виталина. Можно просто Вита

— Ммм Вита… — Лена с чуть заметной хрипотцой произнесла её имя — Мне нравиться, что мы уже на ты. Лена

Взяв её руку в свою, и поднеся к губам, Вита запечатлела на коже легкий поцелуй — Очень приятно, Лена.

Нежась в объятиях Виты, и ощущая сытую расслабленность Лена спросила у новой знакомой

— Чем ты занимаешься?

— В свободное время или вообще — оторвавшись на миг от изучения груди девушки, поинтересовалась Вита.

— И в свободное и вообще.

— Ммм, может быть позже? Сейчас я не в состоянии отвечать… у тебя потрясающее тело, я не могу остановиться и тем более думать.

— О, да, дорогая, вот здесь… ответишь позже…

Лена не была новичком в искусстве лесбийской любви, да и в целом в сексе. Ведь она была высокооплачиваемой проституткой. За ночь с ней мужики выкладывали от 1500 тысяч евро, она очень дорого ценила свои услуги… Вита, её руки и губы заставили трепетать каждую клеточку тела, девушка была неутомима… и так напомнила ей любовь Мары…

Наконец насытившись друг другом, они лежали на черных шелковых простынях и пили шампанское, то, что запросила Лена… игристое вино играло на языке, восполняя потраченную энергию и разливаясь бодрящим холодом по венам…

— Так, кто же ты по жизни, Вита — Лена с интересом посмотрела на партнершу.

— По жизни я лесбиянка, любящая дарить свою любовь прекрасным девушкам

— Ммм, да ты поэт — рука шаловливо пробежалась по небольшому холмику груди, пальцы сжали сосок — И все же?

— Про колледж в пригороде города знаешь? Закрытый пансион для девушек-подростков?

Услышав про него, Лена напряглась… «Такс, директор этого колледжа же по моему Мара. Интересненнько»

— Нда, что то слышала — несмотря на охватившее её волнение, голос звучал отстранёно, а рука продолжила играть с сосками.

— Я там работаю.

— Ты учишь молоденьких девочек? Ммм, представляю, ЧЕМУ ты их там обучаешь…

Улыбнувшись, Вита перехватила руку своей новой подруги, и поднесла к своему рту, горячий поцелуй обжег ладонь.

— Нет, этому я не обучаю воспитанниц. Мне проблемы не к чему… Я являюсь замом директора, по воспитательной работе, а сейчас пока она в отпуске, временно исполняю её обязанности.

— Оу, даже так, так ты у нас большая птица? — польстила девушке Лена «Ммм, теперь бы не спугнуть её, вызнать, как можно больше о Маре… может быть немного кокса…»

— Как ты относишься к стимуляторам?

— Думаешь, они мне нужны?

— Нет… но, когда ты под кайфом, ощущения от секса немного иные… более острые… а мне бы с тобой хотелось испробовать всё… чтобы ты приковала меня, ощутить твою жесткость, силу, власть надо мной.

О, да Лена знала, что нужно сказать, дабы разбудить интерес у партнеров и заставить их сделать, то, что хочет она…

Белая пыль осела на слизистой, пройдя дрожью по телу, вызывая сильнейшее сексуальное возбуждение… и вновь они оказались в объятиях друг друга.

На этот раз Вита обезумела, она пристегнула наручниками запястья девушки к кровати, её ласки были требовательными, жесткими, граничащими на грани с грубостью… в ней проснулся обычно сдерживаемый зверь. Лена стонала, извивалась, требуя ещё и ещё… безумие. Боль, рядом с наслаждением… под белой пылью порошка, растворяющего рамки и грани.

Теперь Вита была в её власти. Лена, дав безумию выплеснуться, в итоге приучила осторожного зверя, сделав девушку полностью ручной. Она, улыбаясь, праздновала свою победу… щедро вливая в себя шампанское.

— Вита, расскажи мне о своей работе, почему ты в замах, а не директор? Ведь в тебе такой большой потенциал…

— Директор у нас Мара, мой близкий друг. Мы сдружились ещё в колледже, вначале я попробовала приударить за её подружкой, но встретила жесткий отпор. Мы были соперниками, потом стали друзьями… Её девушка начала изменять с мужчинами, а я не дала Маришке наделать глупостей. В общем, дружим мы с 17-ти лет.

— О, как у вас все интересно. Расскажи мне о своем директоре…

— Мара, Маришка… она сильная, не в плане физического развития, а в плане воли, духовных качеств. Ирина Александровна, разглядела в ней, то, что Маришка глубоко прятала в себе… и взяла её под свою опеку. У Ирины Александровны была приемная дочь, в итоге они полюбили друг друга…

Вита делилась с Леной, историей жизни и взаимоотношений своей подруги охотно, с нотками гордости за неё. Она всегда восхищалась своей подругой и немного завидовала ей, это чувствовалось в её рассказе… Лера молча слушала, впитывая в себя информацию, как губка, анализируя услышанное и обдумывая, как она может использовать эти сведения в свою пользу.

— Так, ты говоришь Мара уехала со своей новой пассией к Лере и её супругу?

— Да, у Светы какие-то проблемы с её бывшим мужем возникли. И девушки предпочли на некоторое время свалить из России.

— Ммм, бегство не всегда лучший вариант, а твоя Мара оказывается слаба, если бежит от проблем.

— С чего ты это решила? Ты ведь её совсем не знаешь.

— Ну, да, ну да… зато я узнала тебя… она кинула тебя. Взвалив на твои плечи все заботы о колледже. Ты сильная… ммм… красивая… и я хочу тебя.

Их встречи стали частыми… Лене пришлось поменять свой график работы, чтобы, как можно больше уделять внимания Вите, все больше привязывая её к себе. Не малую роль в этом сыграл и Кокс. Постепенно Вита, из своевольной, сильной девушки все больше начинала зависеть от Лены и порошка. Она дарила ей золото и украшения, исполняла малейшее желание, готова была спать у её ног. Их встречи начали приобретать все более садо-мазохистский оттенок. Вита с головой погружалась в эту новую, не знакомую для неё сторону жизни… когда боль и наслаждение становятся одним целым… А Лена, расчётливо подводила Виту к краю, играя с ней… она вынашивала в своей светловолосой голове план встречи с Марой и её возвращение к себе. И в этом ей должна была помочь Вита.

Глава 3

ДРУГУ

Друг — не то слово, которым бросаются,

Друг — как и награду не просто дают.

Друг это тот, кто в связке старается,

В горном ущелье вывести груз.

Тот, кто при горе встанет решительно,

Взяв тебя за руку, к свету ведёт,

Друг не боится здоровой критики

Друг не советуя — прямо идёт.

Другом быть сложно, в горести, в радости,

В бедности или под кучей банкнот.

Дружба взаимная — крепче сердечности,

Друг это тот, кто не уйдет.

Темная Алекс

— Мариш, разговор есть — Олег стоял в дверях детской, сжимая в руках трубку телефона. Его тон и взгляд, не предвещал ничего хорошего.

— Что-то случилось? — Мара встала с колен и направилась к мужчине, Марк не довольный, что её напарница по игре отошла от него, громко завопил, требуя, чтобы она вернулась обратно.

— Адиб, дорогой, займи Марка, пожалуйста — ласково обратилась девушка к подростку, сидевшему в кресле. Мальчик, кивнув, отложил книгу и занял место Мары на полу, переключив внимание малыша на себя.

— Что-то с Дарьей? Света звонила?

— Пошли в библиотеку, поговорим там.

Пройдя в библиотеку, Олег указал Марине на кресло

— Присаживайся, я сейчас организую что-нибудь выпить.

— Олег, когда ты начинаешь говорить таким тоном, значит, что-то выбило тебя из колеи. Алкоголь подождет, давай выкладывай, что у тебя там — Мара, положив руку на плечо мужчины, остановила его и внимательно взглянула в его серо-голубые глаза.

— В общем, звонили мои ребята, которых я оставил присматривать за колледжем… Хреновые там дела Мара. Вита, похоже, подсела на Кокс, её практически не бывает в стенах пансиона, а когда она там появляется… то мягко говоря начинает вести себя не адекватно. Вчера должны были выдавать зарплату работникам и стипендию ученикам, так вот денег нет…

— Как? Подожди, Олег ты ничего не путаешь? Вита и наркота? Пропажа денег из кассы? Сегодня точно не первое апреля?

— К сожалению нет. Мои ребята проследили за Виталиной. Она практически всё свое время проводит в одном… ммм… клубе с девушкой.

— Ну, я знаю слабость Виты и к тому и к другому… но, чтобы Вита…

— Да, подожди ты! — Олег прервал Мару — Я хочу выпить, и помолчи, пожалуйста, дай мне до рассказать.

— Ок, заткнулась и пошла к бару. Что пить то будешь? — Мара, чувствуя, что Олег на взводе, решила дать ему возможность рассказать о ситуации.

— Виски с джин тоником, хотя нет, давай лучше водки.

— Ок.

— Так вот, Марина, Вита посещает не простой клуб, а БДСМ «Цепи страсти», тебе говорит, о чем ни будь это название? — получив рюмку с водкой, мужчина выдохнул и влил в себя содержимое.

— Хм, садо-мазохистский клуб… Но, плять Олег, Вита никогда же не была сторонником насилия, я её более 10 лет знаю…

— Хм, дорогая, людям вообще-то свойственно меняться. В общем, в клуб этот ввела Виту, её новая пассия. И похоже, что именно она подсадила твоего зама на кокс, со всеми вытекающими…

— Что за девушка? Ты мне можешь о ней, хоть что-то рассказать? — Маришка в волнении начала мерить шагами пространство библиотеки. Почувствовав на своём плече руку Олега, она повернулась и увидела перед собой бокал.

— На, держи, выпей тоже.

Улыбнувшись другу, Маришка взяла пузатую емкость и немного погрев стекло в руках, осушила бокал одним резким глотком.

— В общем, информации об этой девушке пока мало — продолжил Олег — знаю, что звать её Леной, стиль занятий проституция экстра-класса. Сторонница БДСМ. Прочно сидит на наркоте…

— Нда уж… но твою мать Олег, сколько они уже встречаются?

— Точно сказать не могу. Здесь мы находимся уже около 8-ми месяцев, из них месяца три наверно…

— Пипец. Теперь я понимаю, почему Вита со мной в основном в последнее время общалась или через секретаря, или посредством электронной почты.

Олег согласно кивнул. О том, что в колледже не все в порядке, он узнал около месяца назад, но решил не действовать на о бум, а собрать достаточно информации, чтобы предоставить её Маре.

— Мне нужно ехать… но, как же Дарья и Света? Малышка сейчас нуждается в Светлане, да и самой Свете волноваться ни к чему лишний раз.

— Света, учитывая её положение, и то, что Дара сейчас находится в послеоперационном состоянии под её наблюдением, останется здесь с Лерой и Юрой. Адиб тоже останется с матерью, в Россию поедем ты и я. Нужно решить дела колледжа. Да ещё пробить информацию по бывшему мужу моей сестренки. Убедиться в безопасности нашего полного возвращения в Питер.

— Точно! Олежка, что мы бы без тебя делали! — улыбнулась Мара.

— Ну, не знаю… но без детей бы точно остались — хохотнул мужчина, не в силах сдержать желание мягко подколоть подругу своей сестры.

Восемью месяцами раньше.

Переехав в Филадельфию к друзьям, четверка вынужденных скитальцев, стали добровольными пленниками двух маленьких ангелочков. Детей Валерии. Марку и Дарине на тот момент только исполнился год.

Двойняшки покорили сердца не только Мары и Светы, но и Адиба с Олегом. Но, если подросток был просто без ума от малышей, то Олег впервые в жизни задумался о себе и своей жизни.

«Мне сорок лет, ни семьи, ни своего продолжения» — думал он, качая на своих коленках черноволосого малыша «Вся жизнь в работе, конечно у меня есть племяш, замечательный пацанёнок… но мля, так бы хотелось иметь ещё и дочку или сына. Черт же меня дернул влюбиться в лесбиянку, которая к тому же любит мою сестру»

Олег, уже давно осознал, что любит Марину, и, что она для него больше, чем просто спутница его сестры. Было в ней, что-то такое, что заставляло его сердце биться сильнее, при одном только взгляде. Но… он понимал, что добиться расположения Мары у него шансов не больше, чем у слона, который пытается почесать себя лапой за ухом. Будучи реалистом, Олег выбрал дружбу. Да, к тому же счастье сестры было для мужчины важнее, собственных чувств. А то, что Света счастлива с этой девчонкой, Олег прекрасно осознавал, поэтому, наверное, и смирился с выбором своей младшей сестренки и пожелал счастья им обеим.

«Надо найти себе нормальную женщину, жениться и обзавестись парой вот, таких же очаровательных карапузов».

Лера была рада дорогим гостям. Юрий частенько уезжал по работе в командировки, и она большую часть времени была вынуждена жить одна, заботиться о детях и управлять штатом прислуги. Подрастающие Марк и Дарина отнимали практически все её свободное время и четверо добровольных помощников пришлись, как нельзя кстати.

Быстро найдя общий язык со Светланой, Лера старалась как можно больше времени проводить рядом с ней, узнавая о воспитании и уходе за малышами у этой замечательной женщины. Она совершенно не ревновала свою бывшую возлюбленную к Свете, прекрасно осознавая, что прошло уже достаточно много времени, для того, чтобы Маришка смогла полюбить другую и, что это любовь взаимна. Мара относилась к Лере, как к сестре, как к близкой подруге, помогая во всем, заботясь… но её сердце уже принадлежало другой. И Леру это только радовало. Более лучшей партнерши для Мары, чем Светлана, было просто не найти.

Пятеро взрослых и подросток окружили своим вниманием и заботой Марка и Дарину. Но, если Марк рос и развивался, так, как и положено детям в его возрасте, то с малышкой были проблемы. Она немного отставала в развитии от своего братика, движения были заторможенные, в год она больше напоминала шестимесячного ребенка.

Света, приехав, сразу связалась со своими коллегами в Штатах и обговорила аспекты обследования и возможного обследования малышки. За семейным столом, обсудив все возможные аспекты предстоящего пребывания Дарьи в специализированном центре для детей с поврежденной ЦНС, друзья пришли к выводу, что находиться рядом с девочкой должны будут Светлана и Лера. А Юра с Адибом и маленький Марк останутся дома. Отвезя девочек в Бостон, к ним позже присоединятся и Мара с Олегом.

Валерия шутила, что Марк в большей степени сын Маришки, чем её, и действительно мальчик и её подруга очень сильно были схожи во многом. Черноволосые, смуглые, они прекрасно дополняли друг друга. Живой, непосредственный Марк, практически не слазил с Маришкиных рук, требуя всё её внимание. Этакий маленький собственник.

Дарина, хоть и была сестрой Марка, но была совершенной противоположностью брату. Светловолосая, правда цвет волос у неё был более темным, чем у матери, если у Леры волосы переливались подобно утреннему солнцу, то у Дары, они были цвета червонного золота, светлокожая, очень спокойная девочка покорила сердце Адиба. Он не отходил от неё не на шаг и при случае вздыхал — «Эх. Мне бы такую сестренку» — с надеждой поглядывая на мать.

Три месяца пребывания в Филадельфии, вынужденным гостям только пошли на пользу. Нервозность Мары прошла, Адиб вытянулся и теперь напоминал собой тонкую проволоку, но Олег, видя, что его племянник растет, а мяса на кости не набирает, стал ежедневно брать мальчика с собой в тренажерный зал. У Светланы исчезли вечные темные круги под глазами, от постоянного недосыпа, от бессонных ночей на дежурстве в центре.

Юрий стал чаще появляться дома, сезон выступлений труппы подходил к концу и теперь он мог позволить себе побыть с семьей. Тем более, что мужчины симпатизировали друг другу и частенько пропадали, то в гараже, перебирая авто, то на рыбалке, куда за ними непременно увязывался Абиб, с сожалением оставляя своё маленькое сокровище.

Девушки оставались дома одни. Уложив детей спать, Света, Мара и Лера болтали в уютной гостиной, или на веранде дома за чашечками с ароматным чаем. Вспоминали прошлое, близкую для них всех Ирину Александровну, делились планами на будущее, обсуждали настоящее. В один из таких вечеров Лера спросила Мару:

— Мариш, я вижу с каким ты восторгом относишься к Марку и Даре. Почему бы вам не родить собственного ребенка. Адиб давно уже о сестренке просит.

Чуть не поперхнувшись ароматным настоем, Мара с изумлением уставилась на Леру.

— Лера, ты, что? Варенье точно из сливы? — она подозрительно посмотрела на розетку с темно-синим содержимым.

— Точно, точно не переживай — улыбнулась Светлана, заговорщики переглядываясь с Валерией. Перехватив их взгляд, Мара нахмурилась — Такс заговорщицы выкладывайте, о чем вы за моей спиной спелись.

Лера, сделав невинное лицо, мягко улыбнулась подруге

— Да, не о чем дорогая. Просто болтали о том, о сём…

— И до чего доболтались?

— Ммм, Мара, скушай ещё варенья — улыбнулась Света, поднося ложечку к губам Марины — Ну, будь лапкой…

— Не ху — передразнивая Марка, скривилась Маришка в притворном плаче — Я жду ответа, от двух заговорщиц.

— Ну, думаю, вам есть о чем поговорить девчонки, а мне пора спать — улыбнувшись подругам, Лера встала из-за стола и направилась к дверям, обернувшись на пороге, она пожелала — Доброй ночи мои хорошие… и… Свет, удачи!

— Ну, ка стой — притворно зарычав, Мара, вскочив из-за стола, бросилась вслед за ушедшей. Но Лера уже закрыла за собой дверь. Чуть не стукнувшись об закрытую дверь носом, Марина повернулась к любимой и застыла от её пронзительного взгляда. Обычно мягкий свет синих глаз, горел сейчас каким-то новым огнем.

— Мариш, иди ко мне — прошептала Светлана. Дважды повторять не пришлось. Через мгновение Мара, опустившись на колени перед креслом Светы, с жадностью целовала её руки.

Только спустя несколько часов девушки нашли время для разговора…

— Света, скажи, что означают эти кособокие намеки Леры? — прошептала девушка, лежа рядом со Светой в их спальне и прижимая любимую к себе.

— Мара, скажи, как ты относишься к ЭКО?

— Я? Нормально, а что?

— Ммм, хотела бы ты, чтобы у нас с тобой был общий ребенок?

Повернув Свету на спину, Мара легла сверху, и, облокотившись на руки, посмотрела в глаза возлюбленной.

— Ты это серьезно, мой Свет? Для меня это было бы за счастье. Но… разве медицина шагнула так далеко, что женщина может оплодотворить женщину?

— К сожалению, ещё нет — вздохнув Света, провела кончиками пальцев по губам Марины — Но, есть ещё один вариант. Мы разговаривали с Лерой и она предложила меня спросить Олега, согласен ли он стать отцом нашего ребенка.

— Подожди, Олег? Но… ведь это кровосмешение…

— Да нет же дурашка… все проще, чем ты думаешь. Мы берем твою яйцеклетку и оплодотворяем её спермой Олега… правда, мне бы хотелось, чтобы родила ты… но Юрий бесплоден и значит, вынашивать ребенка придётся мне, нашего общего ребенка.

— Света, родная моя, это чудесно. Знаешь, я… я наверное не готова сама родить… но если ты, если у тебя есть желание… то, я только за… чтобы у нас была полная семья… и у Адиба наконец-то появилась сестренка.

— Значит, ты согласна?

— Я даже мечтать о таком не смела. Но согласиться ли Олег?

— Ммм… я думаю, что да. Он и так уже давно и безнадежно влюблен в тебя и, знать, что у вас будет общий ребенок…

— У нас. У всех троих…

Как Света и предполагала, с Олегом проблем не возникло. В этом была не малая заслуга и Юрия. После того, как у Светы и Олега состоялся разговор, Юра, видя рассеянность друга, предложил тому в очередной раз съездить на рыбалку. Предвидя серьезный разговор, девушки оставили Адиба дома, предоставив возможность мужчинам поговорить наедине.

— Юр… но, как же так, вот ты мне объясни? Мне, что нужно будет дрочкануть в стаканчик?

— Ну, примерно так, брат.

— Не, ну я все понимаю, но не проще ли мне просто переспать с Мариной?

— Понимаешь, Олег. Ну, девчонки же наши замороченные… Рожать, то Светка будет, как я понял…

— Ну, да, я ж не могу с собственной сестрой. Но, тогда этот ребенок будет Светин… а это кровосмешение.

— Не совсем. Биологическими родителями будете ты и Мара. Света будет носителем вашего ребенка. Тем самым, исполняется желание троих. Тебе иметь ребенка от Мары, Света рожает вашего общего ребенка, т. е, практически ребенка Мары, а Мара будет знать, что её ребенка ей родила её любимая, твоя сестра и в его венах течет ваша общая кровь — ведь у вас со Светкой и группа и резус одинаковый.

— Ну, да. Слушай, а молодцы какие, то ученые… ловко они это все придумали. И у меня ж мечта исполниться иметь общего ребенка с Маринкой. Хоть, конечно в большей степени это и будет их ребенок.

— Не думаю, что Света или Мара воспротивятся твоему желанию участвовать в его или её воспитании…

Через полтора месяца, переехав на некоторое время в Бостон, где находился Центр, в котором должна была начать свое лечение Дарина, тройка авантюристов, начали проходить все возможные обследования, для осуществления своего плана. Наконец был назначен день Х. Олег, асе эти полтора месяца не пил. Завязал с курением и активно налегал на белковую пищу и витамины, для улучшения спермограммы. Маре досталось тоже. Она так же, как и Олег завязала с алкоголем и курением, активно занялась спортом и здоровым питанием. Света практически большую часть времени пропадала то в Центре, где находились Лера с дочкой, то в клинике по планированию ЭКО.

В 9 утра по местному времени Олег, закрывшись в спец. кабинке, начал процесс знакомый каждому подростку. Услужливая мед. сестра предложила ему журналы с ххх содержимым. Но, Олег белозубо улыбнувшись, заверил очаровательное создание в белом халатике, что справиться сам. И действительно через минут двадцать он вышел, аккуратно неся баночку с белым содержимым.

У Маришки уже взяли её яйцеклетку, цикл овуляции, которой уже наступил, и она была готова к оплодотворению.

Проделав необходимую процедуру, врач-лаборант, бережно держа эндоскопический шприц с содержимым, подошёл к ожидавшей его Светлане.

Антон, её однокурсник по колледжу, выходец из России, сделавший головокружительную карьеру в Штатах, улыбаясь, спросил будущую мамочку

— Ну, что Свет? Приступим?

— Поехали

С тех пор прошло уже два с половиной месяца. Света находилась на первом триместре беременности, и чувствовала себя великолепно. Две недели назад вместе со своими коллегами она провела ряд мини-операций маленькой Дарине, которые должны были дать шанс маленькому человечку нормально развиваться. К сожалению, зрение, так и не удалось вернуть. К пяти годам девочка должна будет потерять зрение окончательно. Но Света надеялась, что к тому времени она сможет найти решение и этой проблемы.

Поделившись прогнозом с Лерой, Света ожидала любой реакции, но Лера лишь сказала

— Знаешь дорогая, мне конечно бы очень сильно хотелось, чтобы двое моих детей были совершенно здоровыми, но если богу угодно, чтобы Дарина была слепа, это не означает, что я буду любить её меньше. Я её буду любить ещё сильнее, чем теперь. Ведь она моя дочь, так же, как Марк мой сын.

А сегодня позвонила Мара… им с Олегом нужно срочно вылетать в Россию. Возникли проблемы в колледже, которые требуют их возвращения. Света пока останется здесь — это даже не обсуждается. Её безопасность, её, и их детей — это главное.

Света, улыбнувшись, погладила пока ещё плоский живот. Все хорошо маленький, твоя вторая мама с папой скоро вернутся. А мы пока подождем их и поможем твоей будущей подруге Дарине побыстрее поправиться.

Глава 4

Мы подъезжали к колледжу, длительный перелет, холодный октябрьский дождь в вперемешку с снегом, не давал повода для хорошего настроения, если честно я была взбешена, Олег позвонил своим ребятам, Вита и Лена были в колледже, и явно продолжали начатое сегодняшним вечером…

— Блять — я не могла сдержать эмоций — Олег, я убью эту белобрысую стерву, да и Виту заодно, ладно, трахайтесь вы где угодно, но там же дети.

— Мара, успокойся — теплая ладонь Олега накрыла мою руку — Убивать ты никого не будешь, на этот случай есть я, и мои ребята, хорошо? Мы сейчас приедем и разберемся и с Леной и с Витой. Ты точно уверена, что знаешь эту девушку?

— На все 100 — перед глазами вновь встал образ Лены, той с детства и этой. Фотоснимок был слишком четким, чтобы я не смогла узнать свою первую школьную любовь — Олег, она из моего прошлого, как я тебе и говорила… Одного не могу понять, какого черта она делает с Витой.

Ехидная усмешка на миг промелькнула на губах майора — Ну, какого я тебе могу передать в подробностях… при желании.

— Уволь, как и что они там делают меня меньше всего интересует — ухмыльнулась я — ты прекрасно понял, Что, я имела ввиду.

— Ну, вот приедем и узнаем… мне и самому интересно поговорить с этой Леночкой. Слушай, я одного не могу понять, как ты в свое время запала на неё? Нет, конечно, бабенка симпатичная, все при ней, судя по фото, но ведь глаза… они ****ские совершенно, да к тому же с мужиками за бабосы спит.

— Мне тогда было 13 лет, Олег, что ты хочешь?

— Лан, замяли… да к тому же мы уже и приехали.

Мы подошли к дверям коттеджа, в котором размещался административный состав, из беседки напротив вынырнул паренёк и направился к нам, откозыряв Олегу, его сотрудник доложил, что всё без изменений и объекты наблюдения находятся в директорском блоке.

— Твою мать — я опять не сдержалась — Она совсем стыд потеряла, это же комнаты Ирины Александровны… вот мудачка обторканая.

— Тише Маришка, тише… — сейчас зайдем и ты ей всё выскажешь… Только давай договоримся, что без сильного членовредительства, ок?

— Я постараюсь — прошептала я сквозь сжатые зубы, черная волна ярости затопила мое сознание, грозясь вырваться наружу, приходилось прилагать максимум усилий, чтобы оставаться спокойной — Они охренительно попали, Олег. И последней каплей для меня стало, что Вита привела эту шалаву в святая-святых, испоганив память о Ирине.

— Я прекрасно тебя понимаю Мар, но постарайся держать себя в руках.

— У тебя есть ключи? Или придётся ломать дверь?

— Подожди ломать, давай попробуем просто повернуть ручку — я, нажав на рычаг, приоткрыла дверь — Видишь, они настолько уверены в своей безопасности, что даже не закрываются.

Коридор блока их встретил темнотой, из приоткрытых дверей, ведущих в спальню, пробивался свет, резкая, громкая музыка заглушала все посторонние звуки. Распахнув двери спальни, я остановилась и присвистнула — Нда уж и зрелище…

Олег, мягко отодвинув меня, прошел в комнату, девушки так были увлечены друг другом, что не заметили, что в их компании прибыло…

Обнаженная Лена лежала на кровати, а Вита уютно устроившись между её ног, выполняла известный и старый, как мир процесс. Запястья белокурой девушки были обхвачены наручниками, приковывая ту к спинке кровати, судя по стонам, дело приближалось к финалу…

Поймав выразительный взгляд Олега, я, улыбнувшись ему, прошептала, надеясь, что он сумеет прочитать по моим губам — Не будем им мешать, пускай за-кончат.

Злая ухмылка мелькнула на губах друга и он, придвинув стул, уселся на него, изобразив, что ест несуществующий попкорн…

Я посмотрела на часы… «Такс, думаю ещё минут пять». Стараясь беспристрастно наблюдать за процессом, я не могла не отметить, что, то, что происходило на кровати, было даже красиво… такая животная страсть… Лена извивалась под Витой, которая, явно старалась,… ремни пристяжного страпона обхватывали её бедра, ягодицы ритмично сокращались, музыка лишь частично заглушала их крики.

Поймав восхищенный взгляд Олега, я иронично приподняла бровь. Он, показав, рукой, на девушек и на меня, изобразил в воздухе вопросительный знак…

Приглушенный смех вырвался из моей груди и я, отрицательно покачав головой, подняла вверх свои руки…

Улыбка ещё шире осветила лицо мужчины, и он, подняв вверх большой палец, вновь вернулся к интересному зрелищу.

Кульминация настала строго по отмеченному мной времени, Лена, изогнувшись под телом Виты громко и пронзительно закричала, а затем, обмякнув, практически полностью скрылась за широкими плечами девушки.

Я подошла к центру и вырубила, уже успевшую мне изрядно надоесть мелодию.

Тишина…

Олег, кашлянув, встал со стула и направился к кровати… Бедра Виты продолжали поступательно-наступательные движения, она работала над Леной, с точностью автомата, скорее всего девушка находилась под сильным кайфом, и ничего не соображала,… но не Лена. Внезапно прервавшаяся музыка и негромкий мужской кашель вывели её из состояния эйфории, быстренько спустив с розовых небес на землю матушку. Девушка открыла глаза, и, увидев перед собой, ухмыляющеюся физиономию мужчины иступлено закричала.

До меня донесся прерывающийся шепот Виты — О да, детка… кричи… кричи… — видимо приняв крики на свой счет, девушка ещё энергичнее задвигала бедрами.

Честно, данное зрелище, развеселило меня, чувствуя, как меня распирает смех, я не стала сдерживаться и с легкостью выпустила его.

Лена билась под Витой, стараясь скинуть с себя, но мешали наручники… Вита, находясь на своей волне, принимала судорожные движения Лены за игру и ещё сильнее вдавливалась в неё… Нда уж, девочки задали жару…

Наконец, Олег, решив прекратить идиотизм ситуации, просто-напросто скинул Виту на пол, освободив Лену из её горячего плена.

Я опять захохотала, вид Виты, лежащей на полу с вздыбленным черным фаллосом, довел меня до истерики… Только очутившись на полу, Вита, наконец, начала, что то соображать. Её глаза открылись, и наши взгляды встретились. Ссуженные зрачки, слишком блестящие серые глаза, под красными веками — выдавали её состояние, она была под сильным кайфом… вскочив с пола, девушка бросилась на меня, член, забавно раскачивался из стороны, в сторону… сделав скользящий шаг, я пропустила её и, обманным движением, перехватив её запястье, заломила руку. Болевой шок, заставил Виту остановиться, и присесть на корточки… Я посильнее заломив руку, опустила девушку на пол, короткий тычок под затылок пятерней, оправил её смотреть сладкие сны.

Визг Лены уже основательно надоел мне, Олег, почувствовав мою немую просьбу, по выразительному взгляду, тыльной стороной ладони ударил девушку по щеке, заставив её заткнуться.

Обезвредив Виту и установив в комнате относительное молчание, мы с Олегом дружно выдохнули. Теперь можно и поговорить.

— Освободи меня — Лена сумела взять себя в руки и теперь спокойно смотрела на меня, полностью игнорируя стоящего рядом с ней мужчину.

Я подошла к кровати и с интересом окинула обнаженное тело девушки взглядом- А зачем, Лен? Мне кажется, что тебе нравиться твоя позиция.

— Освободи меня — ещё раз потребовала Лена, с вызовом отвечая, на мой взгляд, своим — освободи, а потом мы поговорим, и убери своего телохранителя или кем он там тебе прилагается.

Стерва, я удовлетворенно улыбнулась, несмотря на явно невыигрышную ситуацию, она сумела перебороть страх и даже стала диктовать условия, ну уж нет, деточка, эту партию поведу я.

— Олег, скажи — игнорируя просьбу Лены, обратилась я к мужчине — Твои ребята наверно совсем замерзли, да и соскучились по нежному женскому телу, а Лена очень горячая, сумеет согреть их всех… тем более, она, так любит секс… смотри на неё, вся горит… глаза, то, как блестят.

Олег, ухмыльнувшись (вот ведь паразит), нарочно растягивая слова, ответил — Мааааара, мои мальчики изрядно утомились, ведя наблюдение за этой сладкой парочкой, утомились и возбудились, я думаю, что твоё предложение будет встречено ими на ура. А любезная Леночка не откажет нам в этой маленькой просьбе, Да, Леночка? Согреть собой моих жеребчиков, так истосковавшихся по нежному женскому тельцу, слишком долго их скакуны простояли в стойлах… Леночка, вы согласны? Да я думаю, что ваше согласие в данной ситуации и не важно.

Достав рацию он, ещё раз выразительно глянул на Лену и в полголоса продолжил, будто разговаривая сам с собой — Таааакс, сколько их… Сергей, Вадим, Два Саши, Илья, Андрей и ещё трое…

Я наблюдала за Леной, видимо, что перечисление мужских имен, стало последней каплей, которое сломало её ледяную маску неприступности, лицо побледнело, а по подбородку тоненькой струйкой потекла кровь из прокушенной насквозь губы.

— Хорошо — её голос предательски задрожал — Что вы хотите?

Мягко улыбнувшись девушке, я подошла к ней и с наигранной нежностью провела ладонью по подбородку, вытирая кровь — Вот, так то лучше девочка, сейчас мы тебя освободим от оков страсти и спокойно поговорим, мы будем спрашивать, а ты отвечать.

С силой обхватив её подбородок, я приподняла её лицо и посмотрела в глаза — Я понятно объясняю?

Несколько томительных минут наши глаза смотрели вглубь друг друга, велась молчаливая борьба, наконец, Лена, не выдержав, первая отвела взгляд и прошептала — Я всё поняла, Марина, ты спрашиваешь, я отвечаю.

Глава 5

Освободив Лену от «оков страсти», я занял позицию наблюдателя, выразительно поигрывая рацией, допрашивать эту охламонку предстояло моей боевой подруге.

Ещё не очнувшуюся Виту было решено перенести с пола на кровать, предварительно обездвижив её, и опять же «оковы страсти». Переложив девушку и пожелав ей «добрых героиновых снов», я встал в дверях комнаты, загораживая собой проход, тем самым лишая Лену малейшего шанса на побег.

Лена, должен признать, бабенка хоть куда, все при ней, если бы блондинки были в моем вкусе, я бы не отказался покувыркаться с ней в кровати, но мое сердце, да и душа принадлежало другой…

Она была сама серьёзность, этакая Диана-Воительница, для полноты сходства не хватало разящего копья в её руке, но за неимением оного, она разила наповал своим взглядом. Зеленые глаза сверкали от сдерживаемой ярости, черные, отросшие практически до самых плеч волосы, подчеркивали их выразительность, красивые лепестки губ были изогнуты в презрительной усмешке… потрясающее зрелище.

Лена, примерной ученицей, сидела на стуле, положив руки на колени, лишь иногда, морщась, она потирала покрасневшие запястья, сама покорность, само внимание. Вспомнив, как она изгибалась под Витой, с каким бешеным драйвом отдавалась ей, я почувствовал приятную тесноту в области паха. Член, живя собственной жизнью, не хотел мириться с серьезностью ситуации и поднял свою непокорную голову. Хорошо, что Маришка стояла, ко мне спиной и не замечала этого. Зато заметила Лена, она плотоядно посмотрела на топорщившийся бугорок и чувственно облизала припухшие губы.

Дура. Я вновь поиграл рацией и выразительно посмотрел на девушку. Поняв, что попытка совращения не удалась, Леночка вновь обратила свой взор на Мару.

— Лен, ты вот скажи мне, какого хрена надо было Виту садить на иглу? — Мара не могла не заметить красные точечки уколов в изгибе локтя своей подруги — Ладно, Кокс, балуйтесь, но героин…

— Я её, что силком вела, что ли? — ухмыльнулась девушка — Она сама захотела, а я не смогла отказать ей в такой маленькой просьбе

— МАЛЕНЬКОЙ — рука Мары начала приподниматься, похоже, Лену ожидает небольшая оплеуха, но нет, она сдержалась, молодца — маленькой? Да, Вита, до связи с тобой вообще наркоту категорически не приемлела, у неё брат, обколовшись, прирезал мать и собирался прирезать её, и только чудом ей удалось спастись, я не верю тебе, сучка, что Вита, тебя об этом просила…

— Ну, даже если и не просила, что из того — опять едкая усмешка

— Как вообще получилось, что вы стали встречаться?

— Банально, познакомились в клубе, она меня попыталась подцепить, а я была не на работе, ты ж сама знаешь, что я иногда позволяю себе спать с девушками, для разнообразия.

— Хорошо, допустим, так оно и было, но какого, ты мне скажи, ты её начала таскать в клуб?

Лена, откинувшись на стуле, прикрыла глаза и сквозь ресницы бросила на Мару томный взгляд — Ммм, дорогая, Вите захотелось разнообразия, новых ощущений, к тому же, груз ответственности, как она мне говорила сама, слишком большой, а снять напряжение не мешает… да и вообще, то, как я с ней трахалась, это мое личное дело, тебе так не кажется? Или может быть, ты ревнуешь… меня или её, а Мариночка? Семейная жизнь — она же не дает, того, что нужно тебе, драйва, вот ты и бесишься… недолюбовь, а Мар?

Не знаю, какой реакции ожидала от неё Лена, злости, ярости, может быть удара, но то, что Маришка рассмеялась, это было меньше всего ожидаемо.

— Леночка, браво! Какой монолог, сколько похоти в голосе. Девочка, со своей личной жизнью сначала разберись, а затем лезь в чужую, но, чтобы тебя успокоить я тебе скажу — я счастлива. Вот только твоя вонь портит мне настроение и создает лишние проблемы, отрывая меня от самого дорогого в жизни.

— А этот — Лена мотнула головой в мою сторону — Кто он тебе, муж твоей жены, или может быть ваш общий любовник, может быть ты все же решила переключиться на мужиков, а?

Да, дай женщинам волю они будут болтать до второго пришествия, мне это уже порядком надоело, да и время уже к утру приближалось, скоро начнутся занятия, пора кончать этот треп.

— Детка, мой тебе совет, заткнись и отвечай кратко на поставленные пред тобой вопросы — миролюбиво посоветовал я блондинке — А то, с тобой мы так солянки и не сварганим, а время уже к утру, ты же не хочешь, встретить рассвет в лесу с простреленной башкой?

Проняло, заткнулась. Славненько.

— Маришка, ты позволишь мне? Займись пока Витой, а то она совсем зеленая — мягко улыбнувшись подруге, я занял её место.

— Хорошо, поболтайте, а я и впрямь посмотрю, что с Витой.

— Ну, что Леночка продолжим, предупреждаю сразу, глазки можешь мне не строить, они конечно у тебя замечательные, но меня привлекает другой цвет, поэтому давай просто поговорим, душевно.

О, она начинает злиться, а значит, пропадает уверенность в себе, расколется, как миленькая.

— И так, по фактам. Ты заставила Виту переписать её квартиру на себя, машину, как я знаю тоже, но тебе этого показалась мало и ты решила, что колледжу не так нужны деньги, как тебе, и введя Виту в состояние наркотического опьянения заставила её передать деньги тебе, было дело?

— Да? А доказательства есть? Мне Вита делала подарки, в благодарность за мою любовь, ведь я так её люблю, мою Виточку — полный безнадежности взгляд, одинокая слеза…

— Кончай комедию ломать, со мной этого не прокатит, я знаю, у кого вы подписывали документы, я знаю, как именно Вита подсела на иглу, мне тебе это рассказать и предоставить фотографии?

— О, ты какой, ну прям Джеймс Бонд с Шерлоком Холмсом в одном лице, тебя Мара наняла, тип сторожевого волкодава?

— Будешь дерзить, поедешь на рандеву с мальчиками, усекла, я не шучу, твоя беспонтовая болтовня меня уже достала — я совершенно спокойно обхватил пальцами её шейку и легонько сжал — Тварь, я доступно вроде все объясняю?

— Отпусти — милое личико покраснело, а глазки слегка увеличились в размере — Я поняла.

Дав девушке возможность отдышаться, я повернулся к Маре — Ну, как она?

Мара, считавшая пульс на шее подруги, покачала головой — Ей нужно в больницу, пульсация совсем слабая, еле прощупывается, кажется на лицо передоз, да плюс ещё и удар… сердце может не выдержать.

Кивнув, я включил рацию — Ребята нам нужен мед. эвакуатор, желательно вертолёт. Как поняли?

— Хорошо, и пусть на всякий случай реанимационная бригада будет готова, состояние девушки тяжелое.

Закончив разговор, я мягко улыбнулся Маре — через минут 5–7 Виту заберут в ведомственный госпиталь, реаниматологи уже наготове.

С благодарностью кивнув, Мара вновь вернулась к белой, как снег подруге, накрыв её одеялом, она озабоченно коснулась лба девушки — Она, как лед.

— Не переживай, Маришка, это героиныч по крови летает, у неё сердце сильное, должна выжить.

— И так, Леночка продолжим?

— Хорошо, всё, что ты сказал, правда, я действительно разводила Виту на бабки, ну и что с того?

— А многое Лена, допустим Вита сейчас откинет свои нежные копытца и тебе грозит срок, не малый, поверь мне, я это тебе устрою… но боюсь, что до суда ты не дотянешь — тебя найдут мертвой, ты так нечаянно решишь повеситься на полотенце, обвязав его за спинку кровати…

— С чего это бы? И с какого хрена, я должна буду сесть?

— Снимки, где ты лично вводишь наркотик по вене это раз, обыск твоего жилья, это два, мне продолжить?

— Ладно, что ты от меня хочешь?

— Ну, во-первых вернуть деньги, которые тебе не принадлежат, номер счета и генеральная доверенность на получателя, ок? Во-вторых вернуть Вите всё её имущество, в третьих исчезнуть из России на всегда, даже обещаю тебе в этом посильную помощь. Три действия в обмен на твое здоровье, свободу и даже возможно, что и жизнь, усекла?

— Не слишком ли много ты хочешь, и почему ты решил, что мне так важна это жизнь?

Зря, девочка, зря. Я достал пистолет — Мар, кинь мне пожалуйста подушечку по плотнее.

Ухмыльнувшись, Маришка перекинула подушку. Я, поймав её, встал и направился к Лене. Вскочив со стула, девушка кинулась к выходу, и была поймана в «нежные объятия» стоящего там мужчины

— Иди к папочке детка — прошептал он, выворачивая руки девушки за спину.

— Илья, надень на неё наручники и заткни ей рот — распорядился я, подходя к девушке.

Парень, сковав вновь запястья Лены, изловчился и засунул ей в рот платок, который явно был не первой свежести, судя по спазму и выступившим на глазах слезах.

Грубо взяв её за волосы, я вытащил Лену на середину комнаты и поставил на колени.

— Итак, Леночка, ты не дорожишь своей жизнью, так? Значит, если я сейчас прострелю тебе твою белокурую головку, ты не будешь об этом жалеть, да?

Положив подушку девушке на затылок, я взвел курок и приставил дуло…

— Молись сучка, чтобы в аду нашлось для тебя место — прогнусавил я, пародируя Аль Пачино, и нажал на курок…

Холостой выстрел… мокрая лужица… девушка потеряла сознание…

— Олег, ну ты даешь — Мара не знала то ли смеяться, то ли сердиться на меня — смотри она обделалась, теперь уборщицам будет работа.

— Все путем Маришка, ща подожди, очухается, и сама все за собой уберет.

— Ты уверен?

— На все сто.

Через пару минут, как я и предполагал, Леночка очнулась и стала очень сговорчивой, вспоминая ужас пережитого, она, с опаской посматривая на подушку в моей руке, дала согласие вернуть все до копейки и даже помыть полы за собой, и вообще сделать всё, что только мы пожелаем.

Я, довольно усмехнувшись, отправил её в ванную, привести себя в порядок, а то запашок от неё ещё тот.

Парамедики забрали едва дышащею Виталину в госпиталь, Мара, оставив Лену на меня, полетела с ней.

Из ванны раздавался звук воды, я вспомнил ****ские глазки девушки… А почему бы и нет.

Расстегнув ширинку и выпустив томящегося дружка, я открыл двери ванной.

— Слышь Ленусь, я тут подумал, а давай ка проверим, насколько хорошо ты умеешь молчать за работой.

Глава 6

— Боже мой, как я по тебе соскучилась — прошептала Мара, вдыхая родной аромат золотистых волос — Света, Веточка моя, для меня эти полтора месяца были адом.

Отстранившись от любимой женщины, Марина вновь погрузилась в сияющее мерцание, нежно-фиалкового цвета, глаз. Хоть глаза у любимой сверкали, но под ними пролегли темные пятна, да и кожа, несмотря на загар выглядела бледной, облегающая белая футболка, подчеркивала слегка округлившийся животик — Как ты, как маленький? Честно, моя, у тебя очень уставший вид.

Мягко улыбнувшись, Светлана вновь притянула девушку к себе, прошептав — Маришка, я соскучилась, давай все вопросы отложим на потом… Дразнящие поцелуи коснулись скул, а руки нырнули под футболку девушки и игриво провели по её грудям — Ммм, ты без бюстгальтера, моя…

— Света, а тебе можно? Это не навредит малышу? — мысли начали путаться, руки Светланы продолжали нежное заигрывание с грудями, слегка сжимая соски…

— Дурашка моя, конечно можно… она ещё совсем кроха… и если хорошо её мамам, то хорошо и ей…

Сдерживать себя больше Мара не могла, мягко опустив девушку на кровать, она стянула с себя футболку и джины. Опустившись рядом с любимой, девушка, начала медленно обнажать её тело, покрывая каждый сантиметр кожи поцелуями… Наконец полностью обнаженная Светлана, приняла в свои объятия подругу.

Чувственные долгие поцелуи, соприкосновение языков, дыхание в такт, вдох-выдох, безумство истосковавшихся по ласке рук… аромат тел, глаза в глаза… сердце к сердцу… мягкая страсть, ведь с ними был третий… медленно, нежное проникновение, столь желанное обеими и вновь ласки, шаловливый пробег языка по коже, вниз, к бархатистой шелковистости… прерывистое дыхание, стон, переходящий в крик…

«Боже, какое счастье вновь быть с ней рядом, чувствовать под своими пальцами её пылающую и пульсирующую… как сокращаются мышцы, обхватывая мои пальцы… доводить до пика и вновь любить… Света, моя веточка»

Поцелуи, объятия тихий бессвязный шепот двух любящих друг друга девушек… полтора месяца разлуки, вдали друг от друга, они соскучились, безумно соскучились и не могли насытиться…

Короткий сон, после безумной ночи освежил и придал сил обеим. Завтракая, они не могли оторвать своих взглядов друг от друга, то и дело на их губах расцветали мечтательные улыбки полные воспоминаний о ночном безумстве.

— Как хорошо, что ты заказала отель — улыбнулась Мара Светлане, любуясь её слегка припухшим ртом — А то боюсь, что наши, так бы и не смогли поспать…

— Да, почему же? — иронично приподняла бровь её подруга

— Ну, порой мы были очень шумными…

— Да?

— Да, дорогая, особенно ты…

Хитро улыбнувшись, Светлана скомкала салфетку и бросила её в Мару — Кто бы говорил, а? Сама не лучше…

— Туше, дорогая. Уела. Обе хороши — поймав салфетку, она перекинула её обратно подруге — Ну вот перекусили, теперь можно и…

— В спальню? — с хитрой улыбочкой закончила за неё Света

— Ненасытная — засмеявшись, Марина, встала из-за стола и подошла к любимой, наклонившись, она запечатлела на её губах легкий поцелуй и прошептала — Мы обещали после обеда приехать домой, помнишь?

— Эх… — с притворным огорчением вздохнула Света, обнимая за бедра подошедшую возлюбленную — Ну, что же слово придётся сдержать, но у нас ещё есть около двух часов…

— Светланка, твоя беременность сделала тебя ненасытной, кстати ты так вчера мне и не сказала, как чувствуешь себя?

— Сейчас превосходно, отличный секс — все, что нужно было уставшему от длительного воздержания организму — Светлана, скорчив забавную рожицу, показала Маре язык — Но, ты права, времени в обрез, давай ещё по кофе и чаю и поедем домой.

— Хорошо, любовь моя, твои желания — для меня закон — несмотря на серьезный тон, в глазах девушки резвились чертенята — но, я тебе даю слово, что мы сюда ещё вернемся… очень скоро.

— Ну, я буду на это надеяться. Мариш, ты мне так ничего толком не рассказала, про ситуацию с Витой, может быть, пока есть свободное время, поговорим?

— Ок, только подожди минутку, я позвоню Олегу, предупрежу, чтобы он заехал за нами через минут сорок.

Переговорив с другом, Марина вернулась к успевшей перебраться на тахту Светлане, пересадив девушку к себе на колени и обняв её, Мара начала свой рассказ.

— Ну, в общем, начало ты знаешь, про Виту и наркоту. Мы с Олегом приехали в колледж и застали Виту и её девку в комнатах Ирины Александровны. Честное слово, не знаю, как мне удалось сдержаться и не пристукнуть обеих на месте. Благо Олег был рядом. Чем занималась Вита и эта Лена в спальне я не буду тебе описывать, чисто животный трах и все. К тому же Вита была основательно под кайфом, и когда они закончили кувыркаться, кинулась на меня, пришлось её обездвижить. Потом мы поговорили с Леной, даже не я, а Олег, недаром он в ментовке столько лет отпахал, он расколол эту шлюшку, как орех, пришлось на неё конечно немного надавить, но я не хочу засорять твои красивые ушки (поцелуй) описанием сего действия. В общем, Лена пошла на мировую. Виту я отвезла в больницу, Олег и его ребята остались с этой Леной.

Через пару часов, удостоверившись, что Вита будет жить, я вновь вернулась к ним, и мы поехали к нотариусу, где вновь переоформили машину и квартиру на Виту, Лена любезно согласилась вернуть и деньги, принадлежавшие колледжу, мы съездили в банк и обналичили её счет.

Я вернулась в колледж, там если честно был полный бардак, Вита совершенно не следила за делами, мне пришлось практически заново строить учебно-воспитательную работу, договариваться с поставщиками, которые из-за постоянной не доплаты, отказались обеспечивать нас продуктами, медикаментами и оборудованием, кое-кого пришлось уволить, завхоза, пару учителей, а с девочками провести воспитательные беседы, так, как контроля не было, они начали позволять себе вольности.

Трое из воспитанниц оказались беременными, несколько человек увлеклись травкой… Свет, это был полный писец. Честно я думала, что не вывезу. Но, помнишь, я тебе рассказывала, о своей знакомой, которая закончила свое обучение в этом году.

— Да, да, это у неё ты провела ту ночь, после того, как «застукала» меня в объятиях другой..

— Ну, да, в общем, я ей позвонила и предложила должность своего зама. И знаешь, я не ошиблась. Из неё получился замечательный руководитель, да и, то, что она является дипломированным психоаналитиком, дало свой большой плюс. Мы за пару недель вернули жизнь колледжа в прежнюю колею.

— А как же Вита?

— Ей уже, конечно, лучше — вздохнула Марина, вспомнив свой разговор с Виталиной

* * *

— Мара, что со мной будет? — измождённые ломкой глаза смотрели на каменное лицо подруги.

— Ты пройдешь курс реабилитации, я уже организовала путевку, поедешь на Дальний Восток, там есть спец. центр «Спас», его директор мой хороший знакомый, около полугода пробудешь там, работая, выгоняя из своей крови дурь до последней капли.

— Ты хочешь мне помочь, после всего, что я натворила — в глазах девушки появились слезы

Мара подошла к кровати и взяла Виту за руку

— Вит, я не держу на тебя зла, все мы в жизни имеем право на ошибку и прощение. Тем более, что Лена просто использовала тебя…

— Я убью эту суку…

— А вот это брось, мой тебе добрый совет, забудь о ней, и не старайся разыскать — Марина сжала ладонь девушки — Тебе понятно? Забудь!

— Хорошо Мариш, а дальше, после «Спаса»? Ты ведь знаешь, что колледж для меня всё, я в нём выросла, он для меня дом…

— Вита — В глазах её подруги мелькнула сталь — На твое место я уже взяла другого человека, но колледж — твой дом, и после реабилитации, ты можешь вернуться в него, в качестве преподавателя, но не больше. Я прощаю тебя, но доверить руководство, извини, больше не могу. Ты не оправдала, не мои надежды, а веру в тебя Ирины Александровны.

— Да, ты права Мара… спасибо тебе, за то, что ты сейчас рядом и не отвернулась от меня.

— Вит, друзьями не бросаются и друзей не бросают.

* * *

— Она поправится, Светлая, обязательно, а то, что с ней, было, станет уроком…

— А если она не выдержит и сорвется, сама же знаешь, что наркотики притягивают к себе, и бывших наркоманов не бывает…

— Я постараюсь этого не допустить — Мара, улыбнувшись, привлекла к себе любимую и звонко чмокнула её щечку

— Ну, в общем вот такой расклад, милая, через неделю нам нужно будет вернуться в Россию

— Нам?

— Да, Олег, узнал про твоего бывшего муженька, тому пришлось вернуться на родину, какие-то народные волнения, но, а мы в России постараемся принять максимальные меры, для того, чтобы для него граница стала закрытой, у Олега уже есть пара задумок…

— Маришка, я рада, здесь, конечно, хорошо, рядом с Лерой и детьми, но Абибу на следующий год поступать в кадетское училище, да и я хотела бы родить в России… Кстати, на счет Олега, а что с этой Леной?

Поморщившись, Маришка произнесла

— Олег организовал для неё визу в Швецию на длительное время, для неё лучше будет, если она вообще в Россию больше не вернётся

— Хорошо, моя — вздохнула Света и счастливо улыбнулась

— Хорошо, когда, все хорошо заканчивается, Дара, после операции уже начала ходить, Марк, тот вообще оторви и выброси, Абиб не отходит от Дары не на шаг, из него получится отличный старший брат, да малышка? — Светлана, взяв ладонь Мары, положила её на свой живот — У нас будет замечательная дочка, Вот бы ещё Олега женить, вообще все замечательно стало.

Рассмеявшись, Мара наклонилась и прикоснулась губами к выпуклому животику своей любимой — Я вас люблю, Тебя и нашего малыша, неважно какого пола будет ребенок, ведь он наш… А на счет Олега, ну над этим нужно будет поработать.

Глава 7

Возвращение в Россию, после года проведенного за рубежом, было сладко-горькой болью для всех…

Лера тихонько плакала, поочерёдно обнимая, то Мару, то Свету, да и сами девушки могли с трудом говорить, слова комком застревали в груди… Маленькая Дара, обнимала Адиба за шею, и на попытки Юрия взять свою дочь на руки, начинала протестующе кричать. Марк жался к ногам своего кумира — Мары и держа её руку в своей, тоненьким голосочком беспрестанно вопрошал

— Ви вернетесь?

Юрий с Олегом старались сохранить невозмутимость, но и им было тяжело, слишком уж сдружились мужчины друг с другом…

— Береги девочек, братишка — пытался улыбнуться Юрий, обнимая на прощание девчонок

— Не волнуйся, Юр, я присмотрю за этими Княжечами — пытался отшутится Олег, сам с тоской думая, как же они будут жить без привычного детского визга, постоянных розыгрышей и вообще без Леры, Юры и детей…

Наконец, табло над стойкой регистрации вылетов засветилось зеленым цветом, обозначая их рейс

— Нам пора.

На последок ещё раз всех перецеловав и обняв, вынужденные беженцы отправились домой в Россию.

Два месяца с возвращения пролетели незаметно. Мара, вновь возглавив колледж, с головой ушла в учебно-воспитательный процесс, очередной учебный год подходил к концу, выпускные, и новый набор курсантов. Абиб экстерном наверстывал пропущенные месяцы, и заодно готовился к поступлению в Суворовское училище. Света, вернувшись обратно в Центр, вновь занялась практикой.

Один Олег, вроде бы бездельничал, но на самом деле, он старался обеспечить безопасность своей семьи… «муженек Светланы был жив и здоров, а путей попасть в Россию предостаточно… Да и Лена, эта не оставляла мысли… вдруг у неё говнецо в жопе взыграет и решит девушка, что мстя не такая уж и скучная вещь».

Поэтому и рыскал бравый майор Волком, пытаясь пресечь малейшие лазейки…

С Леной вроде полный порядок, сидит мышкой в Швеции, делом любимым занимается, о возвращении не помышляет… докладывали ему, его бравые молодцы

А вот с муженьком проблемы небольшие… В турне по западным странам пустился, да в районе Венесуэлы его ребята и прошлепали…

Но все решаемо.

Закончился Апрель, в Питер пришел Май… Света, наконец, оставив свою практику, ушла в декретный отпуск, срок родов близился, малышка развивалось здоровенькой и не доставляла беспокойства своим матерям и отцу. Абиб, светясь от счастья, прикладывал свою смуглую ладонь к округлившемуся животику матери и шептал — Сестренка или братишка, я люблю тебя.

Будучи уже достаточно взрослым он понимал, что к чему, и что Мара и мама не просто так живут в месте, и что в животике у мамы на самом деле ребенок Мары и дяди Юры, но все равно считал его своим родным и любил не меньше Дары и Марка.

В конце мая в гости должна была приехать Лера с детьми, Дара уже достаточно окрепла для длительного перелета, у Юрия вновь планировалось турне на несколько месяцев и Света с Марой пригласили Леру прилететь с малышами в Питер.

Смуглокожий мужчина, неплохо сложенный, с чуть намечающимся животиком, усиленно пыхтел промеж её ног, а Лена, изображая страсть, то вскрикивала, то стонала, то изгибалась ему навстречу…

«Блять, когда же он уже кончит»

Но, похоже, заканчивать процесс не собирался…

«Козел, похоже, что он под кайфом, да плюс ещё стимулятор принял… что ж мать, терпи, чем больше минут капает, тем больше денег получишь»

Очередной резкий толчок заставил её застонать, мужик, приняв стон за одобрение, ещё сильнее стал вжиматься бедрами, стараясь проникнуть как можно глубже, его глаза лихорадочно блестели, а перекошенный в ухмылке рот шептал какие-то непонятные слова на арабском языке.

Истязание, а по другому этот процесс и не возможно было назвать, продолжалось уже больше тридцати минут, а он похоже и не собирался кончать…

Выскользнув из под разгоряченного мужчины, Лена перебралась к нему на колени и взяла в рот. Но и тут клиент предпочел управлять ситуацией, схватив её волосы и направляя голову… с каждой минутой дышать становилось все труднее, к горлу подкатывали рвотные спазмы, но девушка, сдерживаясь из под последних сил, продолжала методично сосать, наконец, его тело содрогнулось и он эвакуировал, с громким гортанным криком.

Пару минут передышки, прополоскать рот от неприятного послевкусия, запив вином и она готова к разговору.

Мужчина сидел в кресле, не заботясь о своей наготе, поникший пенис сиротливо лежал, между мускулистых бедер, а его обладатель внимательно, даже можно сказать пристально оглядывал девушку, присевшую у его ног.

— Зачем ты меня искала? — слова правильно, чисто произносятся по русски, с чуть заметным восточным акцентом

— Рассказать тебе о твоей бывшей жене.

Глава 8

«…Белее снега рубашкой накрою тебя,

И снов пожелаю тебе, самых крепких снов

Только ты…»

— Малыш, оставайся дома, я сама сгоняю в аэропорт и встречу Леру и детей

— Слушай, Маришка, если я и на последнем месяце, это не значит, что я совсем беспомощная, тем более, что со мной будет Адиб, да и Олег должен будет подъехать. Думаю втроем мы управимся с гостями.

— Да, я и не сомневаюсь в ваших способностях, просто…

— Что просто, любимая?

— Не знаю, просто мне не хочется, чтобы ты куда-нибудь ехала.

— Так, солнце мое — в голосе Светланы появились стальные нотки — Ты на себя посмотри, вторые сутки без сна, три перелета за неделю, да я тебя за руль не пущу, ложись и отсыпайся, ты нам свежая и полная сил будешь нужна, на обратной дороге, мы все вместе заедем за тобой в колледж и заберем, хорошо.

Улыбнувшись, Мара смиренным тоном произнесла — Слушаюсь и повинуюсь, о моя госпожа

— Вот так то лучше

— Знаешь, наш ребенок сделал тебя совершенно невыносимой, я не сомневаюсь, что это все таки будет мальчик

— Невыносимой? Ну подумаешь, набрала пару кило — притворно обиделась Света

— С твоими килограммами полный порядок, я о твоем характере

— Девочка будет, а с моим характером, ты была знакома задолго до моей беременности, пацанка

— Да, и именно за него я и люблю тебя, девочка моя

— Я знаю, я тоже себя люблю

— А меня?

— Напрашиваешься?

— Неа, просто хочу услышать…

— Я люблю тебя, больше себя, больше жизни, люблю тебя и нашего ребенка

— А я вас, очень светлая моя.

— Ну, все хватит, а то мы точно рейс пропустим, ложись спать Маришка, а я разбужу тебя своим поцелуем…

— Угумсь, до встречи.

В трубке послышался сигнал отбоя связи, и Мара отключила телефон. Действительно поспать совершенно не помешало бы. С этим новым набором студентов в колледж, девушка забыла, когда последний раз нормально спала, а ведь сегодня прилетают Лера и малыши.

Представив их, девушка невольно улыбнулась, два ангелочка, а скоро, буквально через несколько недель в их семье появится и третий незнакомец или незнакомка, Света категорически отказалась узнать пол малыша, ссылаясь на то, что хочет сюрприза, и Мара с Олегом, после пары дней раздумья, согласились с этой маленькой прихотью беременной женщины. Абиб же с горячностью поддержал идею матери, сказав, что так даже интереснее не знать.

А спать очень хочется. Новенькие девочки размещены, ознакомлены с жизнью в колледже, Лида настоятельно рекомендовала ей отдохнуть, намекая, что взъерошенный вид и темные круги под глазами никак не поднимают авторитет директора… только вот, какая-то тревога засела в груди, и не дает покоя. Видать переутомление.

Разобранная постель все настойчивей манила упасть на неё, наскоро приняв душ, девушка легла и практически сразу забылась в сновидениях.

* * *

— Адиб, солнце не крутись, как на кактусе — в который раз Света пыталась урезонить нетерпеливого подростка — Скоро уже приедем.

— Мам, за нами уже, как километра два, какой — то тонированный BMV тащится — мальчик вновь повернулся и посмотрел в назад.

— Ну и что. Думаешь одним нам нужно в аэропорт?

— Да, ты права, просто, почему он нас не обгоняет, мы же тащимся со скоростью черепахи

— Извини, сынок, но быстрее ехать нам нельзя, хоть я скорость и люблю, но Марина взяла с меня слово, что я буду осторожной и поеду не больше 60 км в час.

— Ага, это она правильно сделала — тот, час же согласился мальчик, Мара для подростка была авторитетом и лучшим другом и то, что не удавалось втолковать сыну Свете, Мара проделывала с легкостью.

— Ты плутишка — ласково улыбнулась мальчику женщина, на миг открывая взгляд от дороги.

— Мам, смотри, а они нас все же решили обогнать — улыбнулся мальчик, показывая рукой на догоняющую их машину.

Через несколько секунд их машину, обогнал внушительный BMV, встав в один ряд с пежо Светы. Водитель черной машины вдруг резко дал по тормозам, и их машина врезалась прямо под зад этой черной громадине, от удара их развернуло, и Света нажала на тормоза, выворачивая руль, чтобы не съехать в кювет. Благо, скорость была не внушительна, женщина и мальчик отделались, лишь, легким испугом. Света достала телефон и набрала номер телефона Олега.

— Олежик, у нас небольшая неприятность, мы ехали в аэропорт и тут какой то придурок подставил свой зад… телефон выпал вдруг из онемевших пальцев… Светлана с испугом смотрела, как, к ней приближается её бывший муж…

— Света, ты где, черт возьми, почему не отвечаешь — из мобильника доносился голос Олега

Дверь в её машину распахнулась и грубая рука, схватив её за отворот куртки, вытащила женщину из машины и кинула на асфальт. Как сквозь вату, до неё донесся крик Адиба — Отвали от меня урод, громкий звук оплеухи и всхлип мальчика.

Страх за ребенка придал Светлане сил и она, поднявшись с асфальта, кинулась к Абибу, но была остановлена кулаком. Удар пришелся по животу, и Свету скрутила мучительная боль. Она застонала и рухнула обратно на асфальт.

— Вот так-то лучше — по русски произнес мужчина, с презрением глядя на женщину распростертую у его ног — А ты щенок заткнись, я твой отец.

— Подонок — закричал Адиб, вырываясь из рук охранника, и с ненавистью глядя на обидчика матери — Не смей трогать её, козел

Ухмыльнувшись, Индар Али с силой пнул лежащую женщину по животу, процедив сквозь зубы арабское ругательство, и перешагнув, через потерявшую сознание от боли Светлану подошел к сыну — Ты, что-то сказал щенок? — вновь оплеуха — Я буду делать с вами обоими всё, что захочу, вы мои и ты и твоя мать шлюха. Ты мой сын и должен чтить своего отца, я вобью это в тебя или убью, запомни. А твоя мамаша — небрежный кивок — будет лизать мои ботинки.

— Да пошел ты — мальчик собрав кровавую слюну, сплюнул отцу в лицо — Ты никто. Ты не мой отец. Я никогда не признаю тебя выродок. И хоть по лицу мальчика текли слезы, голос был очень спокоен, а глаза излучали такую ненависть, что даже Али пробрало. Хорошо размахнувшись, он ударил мальчика по губам, оставив на его лице рваную рану от острой грани перстня. Вскрикнув, мальчик потерял сознание, обвиснув на руках невозмутимого секюрити.

С пару секунд постояв в задумчивости, Али подошел к лежащей женщине и ещё раз пнул её в живот, но этого ему показалось мало и он кулаками стал бить её по лицу, пока подошедший водитель не оттащил мужчину от изуродованного тела женщины

— Господин, вы убьете её, или уже убили, смотрите

Брюки Светы намокли от крови и отошедших вод, лицо превратилось в кровавую маску. Удовлетворенно хмыкнув, Индар распорядился

— Щенка в машину, эту в кювет.

Вдали послышались звуки сирены, закинув мальчишку в машину, мужчины не став пачкать руки телом женщины, поспешили скрыться с места похищения.

* * *

Олег мчался по трассе, не обращая внимание на спидометр. «Мара, Маришка возьми трубку, ну, девочка»

— Да, Олег я слушаю, вы уже встретили Леру и детей? — раздался заспанный голос девушки

— Маришка, бери машину и лети — практически прокричал мужчина в трубку, обгоняя очередной автомобиль

С Мары мгновенно слетела сонливость

— Что случилось Олег? Света, Лера, дети?

— Не знаю Марин, Света позвонила мне, сказала, что произошла авария и всё… телефон включен, но она молчит…

— Уже выезжаю, будь на связи.

Через несколько минут Олег заметил толпу, столпившуюся возле машины Светы. Остановив машину, мужчина, растолкав людей, бросился к лежащей женщине. Упав перед сестрой на колени, он попытался стереть кровавую маску дрожащими руками, ему, что-то кричали, пытались оттащить, а Олег гладил лежащую женину по лицу и шептал — Сестренка

На его плечо легла чья-то рука, и Олег повернувшись увидел перед собой незнакомого мужчину в форме полицейского

— Вы знаете эту женщину?

— Да, она моя сестра, что здесь произошло. Вы вызвали скорую?

— Да — полицейский сочувственно посмотрел на Олега — Можно задать вам пару вопросов?

— Она умирает, а вы собираетесь опрашивать меня, спросите лучше их — Олег мотнул головой в сторону столпившихся людей — Почему никто не помог ей, где мой племянник?

— Свидетели видели, как несколько мужчин, избили эту женщину, а мальчика посадили в черный BMV и скрылись. За ними уже высланы машины.

Застонав женщина, попробовала открыть глаза. Олег отвернувшись от полицейского наклонился над сестрой

— Олешик, он забрал Адиба, спаси мальчика — Света вновь потеряла сознание, её дыхание стало прерывистым

— Скорая, скорая где — в панике закричал мужчина, безумными глазами смотря, как его любимая сестренка отчаянно борется за жизнь.

— Отойди от Светы, Олег — раздался напряженный голос Мары — дай мне осмотреть её

Услышав голос Марины, Олег отодвинулся и позволил девушке опуститься на колени рядом со Светланой.

— Медики будут через минуту — поговорив по рации, доложил полицейский, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— Уберите зевак, пожалуйста — отрешённым, вежливым голосом попросила Мара, не глядя на полисмена — Олег мне будет нужна твоя помощь. Приготовь нож и зажигалку. У вас есть спиртосодержащая жидкость и бинты? Времени мало, мы должны спешить.

— Что ты хочешь делать, Мара?

— Ты сам знаешь… Ребенок задыхается, отошли воды и их жизнь может прерваться. Света слаба и потуг нет, времени ждать скорую нет. Ты будешь дышать за неё, а я попробую спасти их жизни.

Говоря это, Марина разорвала футболку на животе женщины и промыла живот, поданный кем-то одеколоном. Взяв нож из рук Олега, Марина прокалила его над пламенем зажигалки.

— Прости меня солнце, что причиню тебе боль — прошептала она, глядя на любимую

— Держите её — распорядилась девушка и закусив губу, сделала первый надрез на коже любимой.

Нечеловеческий крик и Света обмякла в руках у держащих её людей. Олег, приоткрыв рот женщины, принялся вгонять в её легкие воздух, Мара, отрешившись от всего, продолжила слой за слоем разрезать живот своей возлюбленной. Наконец показалась матка и девушка одним движением вскрыв её, погрузила руки в чрево Светы и извлекла наружу младенца.

Подоспевшие медики приняли младенца из её окровавленных рук, ещё раз взглянув на Свету Марина позволила черноте поглотить её сознание. Соскальзывая в черную пропасть, девушка услышала первый крик их ребенка.

Глава 9

В конце тоннеля яркий свет слепой звезды

Подошвы на сухой листве оставят следы

Еще под кожей бьется пульс, и надо жить

Я больше, может, не вернусь, а, может, я с тобой останусь

Останусь пеплом на губах

Останусь пламенем в глазах

В твоих руках дыханьем ветра

Останусь снегом на щеке

Останусь светом вдалеке

Я для тебя останусь светом

В конце тоннеля яркий свет, и я иду

Иду по выжженной траве, по тонкому льду

Не плачь, я боли не боюсь — ее там нет

Я больше, может, не вернусь, а, может, я с тобой останусь

Останусь пеплом на губах

Останусь пламенем в глазах

В твоих руках дыханьем ветра

Останусь снегом на щеке

Останусь светом вдалеке

Я для тебя останусь светом…

Останусь пеплом на губах

Останусь пламенем в глазах

В твоих руках дыханьем ветра

Останусь снегом на щеке

Останусь светом вдалеке

Я для тебя останусь светом.

(«Город 312». «Останусь»)

Три дня у дверей реанимации, три ночи без сна. Ожидание, отчаянная надежда, ощущение собственного бессилия, отчаянной злости. Три таких долгих и быстрых дня… там за дверями, её свет, её женщина, окруженная аппаратами, окутанная системами капельниц, проводов, борется за жизнь, врачи делают всё возможное, чтобы спасти жизнь, той, кто сама постоянна спасала жизнь другим, даря надежду на будущее… а теперь практически надежды нет.

Прогноз неутешительный. Слишком сильные внутренние повреждения, отек головного мозга, возникший от ударов… шансы на жизнь минимальны… но они есть.

Операция за операцией и если, кости можно срастить, изломанное тело заковать в гипс, а на раны наложить швы, то, что поможет израненной душе?

Кома… медикаментозная, искусственная, иначе нельзя, слишком сильна боль, слишком сильно отчаянье…

Кто-то сказал «умирать не страшно, страшнее не жить»… и теперь два человека находились на пороге не жизни. Одна умирающая и другая, живая физически… но с угасающей душой.

Сегодня состоится последняя операция, самая важная… после долгого консилиума было решено — Если есть шанс, то, его нужно использовать.

Но, есть и обратная сторона… слишком велики повреждения… задет мозжечок, огромная гематома сдавила левое полушарие… даже если операция и пройдет успешно… нет гарантии, что Света останется полноценно здоровым человеком… инвалидность… или ещё хуже… полная парализация тела…

Но, главное, чтобы она осталась живой, пусть и эгоистично, пусть самонадеянно, но для всех них, для Мары, Олега, Леры, Юрия, детей… светлая, их ангел-хранитель нужна живой.

Похороны состоялись через неделю. Серое небо Питера прощалось с ещё недавно счастливой молодой женщиной, проливным дождем. На самом краю могилы стояла черноволосая, одетая в темное, девушка и с отчаянием смотрела на опускающийся гроб. Отчаяние было сухим, разрывающим душу, воспаленные, красные глаза, без слез, смотрели на ту, от которой осталась только оболочка… на ту, которую, она полюбила вопреки всему, на ту, которая, так и не увидела их сына. Холодные капли дождя стекали по скулам… словно слезы… но Мара не могла плакать. Боль, колючим кольцом свернулась в груди… перекрывая все чувства, перекрывая кислород… с каждым взмахом лопаты могильщиков, засыпающих последний приют её женщины, рассыпалась в прах душа.

Рядом с Марой стоял полностью седой мужчина, с застывшим, окаменевшим лицом… он тоже не мог плакать, но не пролитые слезы из глаз, прожигали насквозь душу, Олег проклинал себя, тот день, проклинал и ненавидел… и постоянно просил прощения у Светы, Мары, родителей, Адиба… за то, что не успел… если бы он мог поменяться местами с сестренкой, он бы сделал это не раздумывая, ведь он потерял не только сестру, не только… та, которую она любила, стоит рядом, но только физически… душой, Мара, умерла в тот момент, когда двери операционной распахнулись и нейрохирург, подойдя к их семье, с огорчением покачал головой и прошептал — Мне очень жаль, Но Светланы больше нет.

Лера с тревогой наблюдала за ними, понимая, зная, что чувствуют сейчас эти двое… Когда умерла Ирина, именно Мара и Олег не дали ей погрузиться в отчаянье… Света, для Валерии стала близкой подругой, наперсницей, старшей сестрой и даже в некотором роде заменила мать. Лера радовалась, видя, что Мара и Света обрели друг друга, смогли преодолев боль, стать счастливыми и полными надежд. Что Светлая смогла дать Маришке, то, что сама Лера, как бы она не любила своего темного ангела, так бы и не смогла… и теперь Светы нет… и Мара, её Маришка страдает, убивая себя… А ведь ни она, ни Олег, теперь уже не одни… у них есть ребенок, Света подарила, тем, кого любила, самое ценное, что может подарить действительно любящий человек, часть себя, их часть… новую жизнь. И этот мальчуган, уже нуждается в любящих родителях. И её, Лерин, долг, перед Светланой, перед тем, что эта женщина сделала для неё, её детей, заставить понять, заставить принять Мару, этого ребенка, научить её быть матерью.

После похорон прошло уже несколько недель… Адиб, пережив чудовищные побои, автокатастрофу и весть о смерти матери, находился в Московском НИИ Травматологии и Ортопедии, медленно и верно идя на поправку. Мальчик стал молчалив, погружен в себя… только присутствие маленькой Дары, возвращало на его лицо слабую тень улыбки. С мыслью о Суворовском училище, пришлось распрощаться… перелом бедра и открытый перелом голеностопного сустава… после выздоровления мальчик будет прихрамывать на правую ногу… но будет ходить, а это главное. Да, и сам юноша, а после случившихся событий, Адиб, навсегда утратил детскую непосредственность, уже не хотел карьеры военного… он мечтал продолжить дело своей матери и стать, как и она нейрохирургом.

* * *

Маленький Светозар, а именно, так окрестили ребенка, на некоторое время стал членом большой семьи Леры и Юрия. Ни Мара, ни Олег, морально ещё не были готовы к такой ответственности, поэтому, посовещавшись, Лера и Юрий, с согласия Адиба, который юридически являлся старшим братом маленького человека, взяли ребенка к себе.

Олег, после похорон, убедившись, что Адиб и Светозар находятся под охраной и опекой, взяв с собой Мару и, пообещав вернуться, через пару недель, скрылся в направлении известным лишь им двоим.

Нужно было решить ещё одну проблему… Али и его сообщники должны были ответить за свои дела, за смерть Светы и за увечье Адиба.

Перед самым отъездом к ним присоединилась Вита, вернувшаяся с Дальнего Востока, она не стала слушать возражения Мары, а просто показала им письмо, которое пришло на её имя.

«Дорогая Виточка, надеюсь, ты ещё помнишь меня и наши очаровательные ночи. Да, да, ты правильно всё поняла, тебе пишу, я, Лена. Что, Вита, не ожидала, такой наглости? Мне жаль тебя, ведь ты по своей сути ручная собачонка Марины, она тебя отослала за ненадобностью, вот такой у тебя друг, отправила подыхать. Но ничего, она сполна получит за нас обеих. Своего унижения я ей не простила и сделаю все, что в моих силах, чтобы отомстить. Тем более, что наметки уже есть, не даром Мара и её шлюха скрывались в Америке. Я лишу Марину самого дорогого, что у неё есть, а потом она сама всадит себе пулю в лоб. А тебя, если ты этого захочешь, я возможно и смогу простить. Надумаешь, напиши мне ответ.»

— Понимаешь Мариш, в том, что произошло есть и моя вина, если бы, я придала значение этому письму, то возможно, что Света осталась бы живой…

— Здесь нет твоей вины Вит, просто так сложились обстоятельства и я сама лишь во всем виновата, но спасибо тебе, за то, что теперь я и Олег знаем, с кого начать…

— Мариш, у меня одна просьба — возьми меня с собой. Ты мой друг и я люблю тебя, и хочу быть рядом с тобой.

— Вит, ты сама не знаешь, о чем просишь…

— Я это прекрасно осознаю, Мар. Поверь, причин разделаться с этими ублюдками у меня столько же, сколько и у тебя. У тебя сын… и Лера, и Адиб и Марк и Дара… у тебя и Олега есть семья. У меня же есть только ты и память об Ирине и Светлане. Мне нужно это, понимаешь?

— Хорошо — одна рука сжала другую, в коротком рукопожатии. А взгляд стали столкнулся с чуть живой зеленью… — Я рада тебе, Вита. Вылетаем завтра.

Глава 10

— Зар, Зар бегом домой, папа приехал — отрывает от игры мамин голос.

И я бегу, захлебываясь смехом, кричу — Папа, папа.

Отец подхватывает меня на бегу и подкидывает высоко в небо, а поймав, прижимает к себе, и я вдыхаю такой знакомый, такой родной папин запах.

Мне пять лет и три месяца. У меня есть папа и мама, а, где-то на небесах сидит на облачке моя вторая мама Света, или как тетя Лера говорит «светлая» и улыбается мне.

А ещё у меня есть брат Адиб, он очень серьезный, он учится на доктора и хочет лечить других людей, как и наша общая мама Света. И друг у меня есть — Марк, он старше меня, но это нам не мешает, он никому не дает меня в обиду, хоть иногда мы с ним и деремся, но практически сразу миримся. А Дару я считаю своей сестрой, она похожа на ангела, грустного ангела, у неё такие красивые глаза, жаль, что она совсем не видит, но это нам не мешает, совсем не мешает играть, я её очень сильно люблю и, когда вырасту, буду защищать от всего, наравне с Марком и Адибом. Вот.

Мама у меня добрая, но строгая, её можно понять. Ведь кроме меня у неё ещё очень много девочек-воспитанниц. Она, главный директор трех школ для девочек-подростков. Поэтому сильно доброй ей быть не положено. Папа после тяжелой травмы, он её получил, когда ловил злого дядьку, из-за которого мама Света попала на небо, не может теперь работать в полиции, но он помогает маме и тёте Вите в школах. А я большую часть времени провожу с тетей Лерой и её детьми в Америке. Мне у них очень нравится. Тетя Лера похожа на ФЕЮ, а дядя Юра на доброго волшебника, у него в кармане всегда есть или конфета или какой-нибудь сюрприз.

Мы с Марком спим в одной комнате, у нас двухъярусная кровать, а сама комната больше похожа на каюту пиратского корабля, и мы зовем друг друга капитан Марк и боцман Зар, Марк старше и естественно он главнее меня, это очень весело.

Адиб, приезжая с очередной практики, иногда составляет нам компанию, но из-за травмированной ноги он не может подолгу бегать с нами и больше времени старается посвятить Даре, читая ей книжки и рассказывая истории. Иногда и мы с Марком присоединяемся к ним.

У тети Леры глаза очень печальные, особенно когда она смотрит на маму. Однажды, я случайно подслушал их разговор, и мне стало очень страшно, что я даже расплакался, а ведь я мужчина, а мужчины не плачут.

— Мара, сколько ты ещё будешь изводить себя, а? — Лера смотрела на Мару, внимательным, оценивающим взглядом — Круги под глазами, исхудала, бледная, как моль. Когда ты в последний раз нормально ела и спала, а?

— Лер, все нормально, я замечательно чувствую себя — огрызнулась Марина.

— Ага, я вижу — саркастически улыбнулась Лера, подходя к Маре и забирая из её пальцев очередную сигарету — Послушай Мариш, прошло уже пять лет, как Светы нет, понимаешь НЕТ, она умерла, а ты по-прежнему цепляешься за прошлое, отпусти, не мучай не её, ни себя.

— Да, что ты понимаешь Лер, не могу я, меня здесь держит только Светозар, хреново мне без Светы, пробовала я встречаться с другими, один, максимум два раза и все… не могу, вот и загружаю себя, чтобы поменьше думать.

— Всё я прекрасно понимаю Мариш, прекрасно — прошептала Валерия, отходя к окну — Но и ты пойми меня, я боюсь за тебя, ты мне живая нужна, мне, Светозару, детям, Олегу, Юрию, другим людям… а то, что ты с собой творишь… твой ребенок тебя практически не видит и не знает, ты вся в работе, он большую часть года, с рождения, проводит в моей семье и иногда зовет меня мамой, а у него есть своя мать, Ты.

— И Света — прошептала Марина, все таки подкуривая сигарету — Лер, я хреновая мать, знаю, но я не создана для материнства, это Света должна была стать Зару матерью, настоящей матерью, а не я…

— Дура — резкий взмах рукой и ладонь соприкасается с щекой — Ты ему нужна, он частичка тебя, твоя кровь. Просто ты боишься своей любви, боишься снова потерять.

— Много ты понимаешь — зло сверкнули глаза — Ты любила, а? Ты теряла? Что ты мне говоришь!!!

— Двух матерей и отца, чуть не потеряла свою дочь, и кажется, навсегда потеряла ту, что когда-то любила больше себя — тихо, на выдохе произнесла Лера, отворачиваясь от Марины.

— Лер, Лера стой, не уходи — сигарета прыгала в дрожащих пальцах — Извини меня, извини, прошу.

— Мариш, уезжай обратно в Россию, убивай себя своей тоской, если тебе, так нравиться жалеть себя, только прошу, оставь Зара нам, Юра и я очень привязались к мальчику, да и Олегу будет проще здесь с ним, я не хочу, чтобы они страдали.

Открыв дверь в коридор, Лера увидела, как вниз по лестнице побежал Зар, захлебываясь на бегу слезами.

Лера вскрикнув, бросилась его догонять, а Мара, обхватив голову руками, спустилась на пол и застонала от осознания того, что услышал её сын.

Тетя Лера поймала меня на выходе в сад, подняла и прижала к себе, крепко, крепко. А я плакал и кричал, что это я виноват, что мама не с мамой Светой, и лучше бы я умер, если я ей не нужен.

Сейчас мне стыдно за свои слова, очень стыдно. Мама тогда была очень белая, и я видел её глаза, они были такими страшными. Она уехала от нас на машине, а через два дня я узнал, что она попала в аварию и лежит в больнице.

Когда меня пустили к ней, я сидел рядом с кроватью и держал её за руку, шепча — Мамочка, я тебя очень люблю, пожалуйста, не оставляй меня.

Через месяц маму выписали, и она осталась жить у тети Леры до полного выздоровления.

После той аварии она очень изменилась, теперь я точно знаю, что мама любит меня, и Марка и Адиба и Дару. А ещё она любит маму Свету и дядю Юру с папой. Но, когда она смотрит на тетю Леру, в её глазах есть ещё боль, но там очень много нежного, того, что предназначается только ей, моей крестной Фее, и я нисколечко не ревную, потому, что когда любишь, это Свет.

Я очень люблю свою семью, а когда я вырасту, то обязательно сделаю так, чтобы мама никогда не плакала, а тетя Лера научилась весело смеяться.

— Спокойной ночи, мама Света, я люблю тебя.

Улыбнувшись фотографии, маленький светловолосый мальчуган, положил её под подушку.

Через несколько минут в комнате было слышно его спокойное дыхание, малыш крепко спал.

Часть 4. Нити Ариадны

Глава 1

Я не люблю своё отражение. Смотря на себя в зеркало, я вижу белобрысого, тощего пацана с сине-зелеными глазами и только. Где, они находят того очаровательного юношу? Ну, где? Достали реально.

Поясню — они это мама и папа.

Кстати будем знакомы. Светозар. О да, имя у меня оригинальное. Но мне оно нравится, это имя, напоминание о моей второй маме Свете. К сожалению, она трагически погибла во время моего рождения. Но давайте, определимся сразу — для вас, я, Зар. Полным именем меня называют в школе учителя, ну ещё мама. Но, она у меня вообще оригинал, поэтому ей простительно всё.

У меня самые классные предки. Папа Олег и мама Марина, но лучше Мара. Ещё есть старший брат Абиб, но он уже совсем взрослый парень, в этом году заканчивает ординатуру. Он, как и наша мама Света будет врачом нейрохирургом.

Да, у меня две мамы и один папа. Бывает иногда и так. Мама Мара, блин, давайте, я их для простоты буду просто по именам звать, хорошо?

Так вот, Мара, хоть и живет с Олегом, моим отцом, но они не муж и жена, а друзья, так получилось, что я их общий ребенок. Света была сестрой Олега и возлюбленной Мары, как тетя Лера говорит — я ребенок союза трех. Мара, моя биологическая мать, а Светлана меня выносила и родила, Олег же явился донором спермы. В общем, всё немного запутанно, но у нас всегда так. Я уже привык.

Немного о себе. Мне пятнадцать лет, и я уже взрослый, хоть мама и папа, так не считают. Учусь в школе с музыкальным уклоном, с детства полюбил музыку, доставал всех, пока был маленьким, и в итоге предки меня и определили в эту школу. Учиться мне нравится, правда дома редко бываю, у нас постоянно концерты, выездные мероприятия по городам и зарубежью. Но я привык.

Самое радостное время для меня — каникулы. Зимой, на рождественские праздники и летом, мы всей семьей едем в Филадельфию, к нашим друзьям.

Сегодня, как раз и отправляемся к ним.

— Светозар, ты привел себя в порядок? — из-за двери ванной комнаты послышался голос Мары.

— Да мам, я сейчас выйду, ещё немного — ответил я, и скорчил своему отражению рожицу.

— Не задерживайся милый, пора завтракать. Скоро выезжаем.

— Хорошо мам.

Закончив водные процедуры и одевшись, я спустился в столовую. За столом сидела вся семья — мама, папа и Абиб.

— Доброе утро всем — поздоровался я, заняв свое место за столом.

Мама, на несколько мгновений оторвавшись от корреспонденции, окинула меня придирчивым взглядом, и оставшись довольна увиденным, вновь вернулась к чтению.

Папа хитро улыбнулся и подмигнул — Что, Зар, совсем уже большой парень, по часу в ванной торчишь.

Абиб, поперхнувшись соком, отложил в сторону айфон и возмущенно посмотрел на отца — Дядя Олег, зачем вы пацана в краску вгоняете, посмотрите на него, у него уже даже уши покраснели от смущения.

Для достоверности факта он схватил меня за ухо и потянул вверх.

— Блин, Абиб, отпусти, больно же — попытался произнести я и не выплюнуть яичницу одновременно.

— Действительно покраснел — покачал головой папа, и легко потянувшись, схватил меня за второе ухо, видать для симметрии.

— Олег, Абиб, прекратите над ребенком издеваться — чуть насмешливо проговорила Мара и отложив корреспонденцию, встала из-за стола. Через пару мгновений, она подошла ко мне и освободив мои многострадальные уши, вручила мне перевязанную лентой коробочку, нежно поцеловав в щеку

— С днём рождения сынок, это тебе от нас всех.

— Спасибо ма, па, Абиб — скороговоркой выпалил я, принявшись разворачивать подарок.

Через пару мгновений столовую огласил мой дикий крик — Очуметь, шлем и перчатки, и ключи? — на последнем слове голос принял вопросительную интонацию.

Всё засмеялись, а папа произнес — А мопед, тебя будет ждать в гараже у Марка, сынок.

Через два часа, погрузившись в самолет, мы полетели к нашим любимым друзьям, которых считали своей семьей.

Я ждал этих каникул с нетерпением, очень соскучился по тете Лере. Она для меня была идеалом женщины. Хрупкая, нежная, с чуть грустной улыбкой.

Дяде Юре, который мог объяснить и показать любую самую сложную композицию и дать дельный совет.

По Дарине, нашему маленькому ангелу. Она, несмотря на свою слепоту, рисовала просто потрясающие картины и писала очень красивые стихи. И, ещё она всегда могла утешить и поднять настроение своим искрометным юмором.

И, конечно, по Марку. Он мой идеал парня. Именно таким, как он, я хотел бы быть. Высокий, темноволосый, темноглазый. Он для меня значит, больше, чем просто брат, больше, чем друг. Но, я боюсь, что если я раскроюсь ему, то, потеряю его навсегда.

Да, кстати, я гей. И единственный парень, который мне нужен, это практически мой брат Марк.

Глава 2

— Па, сестренка — держа в одной руке бутылку минералки, а другой ероша волосы на затылке, в гостиную вошел высокий молодой человек.

— Марк, где тебя всю ночь опять носило? — поднял голову от планшета немолодой мужчина, — мама же волнуется, мог бы хотя бы позвонить, что не придёшь домой ночевать.

— А где она? — состроил виноватую мордашку парень, плюхаясь рядом с Дарой на диван. Он обнял блондинку за плечи, притягивая к себе, и поцеловал в щеку. На что, девушка, лишь отмахнувшись, поправила наушники, продолжая слушать музыку.

— Она спит. Сегодня к нам прилетают гости, ты не забыл? — Юрий, с наигранно тяжелым вздохом, протянул сыну свой кофе, заметив, как Марк пытается подавить зевок.

— Блин, совсем с головы вылетело, что они прилетают — простонал юноша и попытался побиться головой об столик, предварительно положив на него подушку, которую тут же выдернула из под его головы Дари, ехидно улыбнувшись брату.

— Зараза — буркнул парень, пытаясь отобрать думочку у сестры.

— Вся в тебя — улыбнулась ему блондинка, одной рукой удерживая подушку, а другой, вынимая ракушки из ушей — Твой кумир прилетает — поддразнила она брата, намекая о Маре, перед которой Марк просто трепетал.

— Ага, и твой верный рыцарь — не остался в долгу тот, наконец, отвоевав подушку себе — колись, ты же соскучилась по своему доктору и вашим умным беседам по ночам, а сестренка?

— Да иди ты — беззлобно огрызнулась девушка, на поддевку брата, но покрасневшие щеки, показали, что Марк попал в точку.

— Мы то, хоть разговариваем, а вы с Заром и Марой только и делаете, что в гараже струны рвете — хмыкнула она, вспоминая категорический запрет матери на игру на инструментах дома.

— Ну ладно вам, будет — улыбнулся Юрий, прерывая перепалку детей — я понимаю ваши чувства, как и вы, я тоже соскучился по этой неугомонной семейке, все же мы их практически год не видели. Зар, наверное, уже догнал тебя, Марк, в росте, судя по последним их фото.

— Ну, да, мелкий вытянулся — одобрительно хмыкнул черноволосый парень, правда тощий он больно, Мара его, что вообще не кормит?

— А ты себя два года назад, то вспомни, — Лера, уже несколько минут стояла и слушала, как ее семья обсуждает приезд дорогих им людей — ты тоже худющим был, пока до своих ста восьмидесяти пяти не вымахал, это сейчас ты мачо, а тогда, был…

— Чмо — со смехом закончил за мать сын, поднимаясь и подбегая к ней.

Упав перед женщиной на колени, он, обняв ее за ноги и, натянув на наглую зеленоглазую физиономию виноватое выражение, проканючил:

— Ма, не обижайся на своего шалопая, у нас сегодня ночка тяжелая была, с одного клуба выдернули, когда мы уже отыграли и попросили выступить в другом, у них ди-джей заболел, а замены не было, пришлось до утра зависнуть. Зато я за одну ночь заработал Зару на подарок.

— И, что ты ему купил, чудо ты мое? — ласково улыбнулась своему великовозрастному оболтусу Лера, прекрасно зная, как трепетно Марк относится к дням рождения членов семьи.

— Ну, я у него аккуратно выведал, что кроме мопеда, который уже стоит у нас в гараже, Зарик ещё мечтает о новом синтезаторе. Вот я и…

— Подожди, ты хочешь сказать, что купил ему новые клавишные? — перебила брата Дара, вскакивая и направляясь к нему.

— Ага, я карманные деньги и чаевые с концертов откладывал, плюс еще сегодняшний гонорар, в итоге, все же наскреб на Ямаху, о которой мы с тобой недавно говорили.

— Какой же ты молодец, братец! — девушка, обняла брата и крепко поцеловала его в щеку — да, Зар будет в полном восторге. Он обещал, что непременно положит мои стихи на музыку, как купит себе синтезатор.

— Ты посмотри на них — Юрий с довольным смешком, встретился глазами с Лерой — совсем детишки взрослыми стали, уже и без нас справляются. Ну, что — мужчина посмотрел на часы — через два часа их самолет прилетает, самое время, раз уже все в сборе, привести себя в порядок и поехать в аэропорт за именинником.

— Ты совершенно прав — глаза Леры заблестели от предвкушения скорой встречи — дети, даю вам на сборы полчаса, если не успеете, останетесь дома. Время пошло!

— Есть мэм! — вскочил на ноги Марк, аккуратно поднимая сестру и беря ее под локоть — пойдем сестренка, а то наш генерал и впрямь ускачет на своем белом Феррари без своих рядовых, на встречу Маре и ко.

— Пошли — смеясь, согласилась девушка, и они отправились на второй этаж.

— Ну, что Юра — вздохнула Лера, садясь рядом с супругом и привычно кладя ему голову на плечо — полгода ожидания прошло, да. И мы, наконец, снова их увидим.

— Ты права — мягко улыбнулся ей мужчина, целуя светлые волосы — наконец, я смогу попить пива и испробовать свой новый спиннинг с Олегом, а ты попускаешь слюни на обнаженное тело Марины возле бассейна.

— Все то, ты знаешь — рассмеялась Лера — но согласись, она выглядит так же прелестно, как и в свои восемнадцать лет.

— И, к сожалению, такой же непробиваемый баран — вздохнул супруг, вставая с дивана — может быть вам, уже хватит мучить друг друга, а Лер? Ведь Олегу и мне хорошо известно, что вы до сих пор любите друг друга. Да и не только нам. Марк с Дарой тоже это знают. Да и Адиб.

— Дело не во мне, — Лера опустила глаза — сам же знаешь. Она уходит от разговора. Боится. За Зара, что он не поймет, за себя, что образ Светы станет более блеклым, и за меня, что я вновь предам ее и уйду. Поэтому — женщина тряхнула светлыми волосами — пусть лучше все остается, как и прежде, ведь она, Олег и дети и так уже часть нашей семьи.

Возле посадочного терминала стояла дружная семья, две взрослых, их взрослый сын, бережно обнимающий хрупкую светловолосую девушку, глаза которой закрывали черные очки, все они ждали, когда же объявят посадку и из далекой России, и к ним, по трапу, спустятся самые близкие и дорогие люди. Юрий, с нетерпением мечтал похвастаться перед Олегом новой лодкой, Дара — услышать мягкий баритон Адиба, Марк — поздравить своего друга, а Лера, просто ещё раз заглянуть в зеленые глаза, той, кто навсегда завладела ее сердцем.

Глава 3

Бегущая по волнам, ты закрываешь глаза,

я поцелую тебя, как тогда в кино,

И захлебнусь в скромной радости:

ты со мной, моя актриса…

Я буду ждать тебя…

Вечерние сумерки, сменили жаркий солнечный день, неся с собой долгожданную прохладу и свежесть. Две женщины, удобно устроившись на открытой веранде, отдыхали после утомительного дня, ведя неспешную беседу, то и дело, пополняя бокалы легким красным вином.

До них, то и дело доносились ритмичные удары барабанной установки и переливы синтезатора из гаража, переоборудованного в звуковую студию.

— А они сегодня в ударе — усмехнулась Мара, на особо сильную по звучанию композицию.

— Да, уж, соскучились друг по другу, ребята — мягко улыбнулась подруге Лера, покручивая в пальцах за ножку бокал с вином.

Поудобнее устроившись на кушетке, светловолосая женщина, откинувшись спиной на многочисленные думочки, вытянула ноги, положив стопы на колени черноволосой. Та, слегка приподняв бровь, на такую наглость, хитро улыбнулась и пощекотала пятку подруги.

— Удобно?

— Вполне — невинно, отозвалась Валерия, пытаясь передвинуть ногу от шаловливых пальчиков. Но Мара, обхватив, ладонью голень, продолжила свое занятие, не обращая внимания на недовольные гримасы и смех подруги.

Постепенно щекотка сменилась легкими поглаживаниями и несильными щепками, и Лера, издав вздох облегчения, пробурчала:

— Вот так бы сразу, за массажик… у тебя чудесные пальцы Мар…

— Я знаю это — широко улыбнулась зеленоглазая — опыт не пропьёшь. Смотри не замурлыкай от удовольствия.

— Не дождешься — усмехнулась Лера, прикрывая глаза — может быть, мне тебя запереть в комнате и никуда не отпускать больше, а? Такой массажист пропадает, жалко же…

— А ты собственница — пальцы женщины нашли особенно чувствительное местечко и нажали на него, заставляя Леру глубоко вздохнуть. Тысячи мурашек поднялись по ноге вверх и осели внизу живота горячим узлом разгорающегося желания.

— Так не честно — практически простонала Лера, пытаясь высвободить свои ноги из плена — ты знаешь все мои слабые места и умело этим пользуешься, зараза.

— И ты мне позволяешь — зеленые глаза, на миг, потеряв свою безмятежность, наполнились желанием и тоской — Леера.

Услышав свое имя, светловолосая открыла глаза и столкнулась взглядом с глазами подруги. Мара смотрела жадно, так смотрит жаждущий на воду, голодный на хлеб, хищник на добычу…

— Да, Маар? — решила вернуть сторицей Валерия, слегка приподнимаясь на кушетке, так, чтобы полы легкого халатика разошлись, открывая взгляд на верхнюю часть груди, что судя по вспыхнувшим глазам собеседницы, было моментально оценено — ты, мне хочешь, что-то сказать, дорогая?

— Играешься, да? — черноволосая, скинув со своих коленей ноги подруги, поднялась с кресла, и сделав шаг, нависла над светловолосой, приблизив свое лицо, так, чтобы расстояние между их губами практически не оказалось…

— Я не играю, Марина, уже давно — тихо прошептала ей в губы Валерия, неотрывно смотря в глаза — и ты это знаешь. Это ты постоянно уходишь от меня, отговариваясь то семьей, то работой. Почему ты так, поступаешь со мной?

— Что, ты хочешь услышать, а Лер? — горько усмехнулась черноволосая, поднимая руку и касаясь пальцами лица женщины, проводя ими по щеке и опускаясь к губам.

— Услышать? Не хочу. Я хочу тебя, Мар. Почувствовать твои руки на своем теле, губы на губах, пальцы в себе — хрипло прошептала Лера, прикусывая пальцы зубами.

Тяжелое дыхание обеих и борьба взглядов, воздух вдруг из прохладного стал обжигающе горячим… Не выдержав первой, Мара отвела взгляд и виновато улыбнулась

— Прости меня, я…

— Мам — на плечо светловолосой женщины опустилась нежная девичья ладонь — проснись.

— Ммм родная, ещё немного — сквозь сон, пробормотала Лера, пытаясь вновь вернуться к столь интересному моменту.

— Дара, ее не так нужно будить — Мара, с веселым смешком, наклонилась и подула женщине в ухо, одновременно слегка щекоча бок пальцами — Лера, радость моя, мы уже приехали, просыпайся.

— Изверг — пробормотала Валерия, приоткрывая один глаз и с наигранным гневом смотря на черноволосую — мне такой сон снился, а ты зараза, мне его досмотреть не дала!

— Если хочешь, можешь досмотреть его позднее, не в машине, а в шезлонге, злюка ты моя. Интересно, а что это тебе такого снилось, что ты так эротично постанывала, и испачкала мне всю рубашку своими слюнями? — насмешливо поинтересовалась черноволосая.

— Не скажу, особенно тебе — Лера соизволила открыть второй глаз и в упор посмотрела на Мару.

— И вообще нечего лапать спящего человека, извращенка! — фыркнула она и попыталась с гордым видом отвернуться, но тут же была поймана в плен горячих ладоней, а Мара, чуть наклонившись к ней, очень тихо прошептала, так, чтобы было слышно только им двоим.

— На счет лапать… поговорим позднее, а вот мое имя, которое ты произносила пару раз, вызывает у меня сомнения… кто же из нас… она самая, дорогая моя.

Так близко… дыхание… глаза…

Дай мне сил сдержаться и не сделать того, что чуть не произошло во сне.

— Маар, Леер — дверь машины открылась, и Юрий, нагнувшись, добродушно улыбнулся женщинам: — Пора на выход, девочки, свои отношения выясните позже, мы же вас только и ждем. Дети хотят купаться и загорать.

Переглянувшись, женщины, улыбнулись и, наконец, вышли из машины, под ослепительный свет полуденного солнца.

Марк, уже давно раздевшись до плавок, не дожидаясь остальных, со всех ног побежал к океану, его примеру, последовал и Зар, на ходу срывая с себя одежду и, что-то воинственно крича, вслед убегающему другу.

Адиб и Дара помогали мужчинам доставать корзины с едой и водой, а так же зонтики и покрывала. Впереди ещё целых два дня и две ночи, чтобы сполна насладится и водой и пляжем, поэтому они не спешили присоединяться к мальчишкам.

Мара, широко улыбнувшись и подмигнув Лере, решила, что здесь справятся и без нее, и быстро скинув шорты с майкой, направилась навстречу водной стихии, ей определенно нужно остыть.

Тяжело вздохнув, и с тоской посмотрев след уходящей черноволосой фигуре, Лера подошла к дочери и Адибу, дабы помочь им с импровизированным лагерем, и накрыть на «стол».

Накупавшиеся и усталые дети и Мара, вскоре присоединились к остальным членам семьи, и плотно перекусив, разбрелись кто куда. Зар с Марком, решили вспомнить детство и построить огромный замок с крепостями и глубокими рвами, Юрий и Олег, открыв по бутылочке пива, принялись обсуждать будущую рыбалку. Адиб с Дарой, пошли прогуляться по побережью, парень рассказывал о своей ординатуре и смешных случаях в практике, аккуратно держа идущую рядом девушку за руку.

Мара и Лерой, решив обновить загар, прилегли на покрывала, отдаваясь во власть солнца.

— Солнце печет сильно, не боишься обгореть? — спросила подругу Лера, смотря на едва покрытую загаром кожу женщины.

— Пожалуй ты права, только я масло забыла, поэтому, еще чуть, чуть полежу и пойду под зонт — сонно ответила ей женщина, интенсивное купание и сытная еда совсем ее разморили.

— У меня есть крем, давай сделаем, друг другу приятное, и можешь валяться и жариться здесь — улыбнулась ей Лера, доставая из сумочку тюбик.

— Ты моя спасительница — Мара соизволила открыть глаза и посмотреть на сидящую рядом женщину — только давай сначала ты меня, хорошо.

— Предпочитаешь быть пассивом? — изящно изогнула бровь светловолосая — стареешь Мар.

— Лера, ну, что ты такая злая, а? — мило улыбнулась на подколку черноволосая, переворачиваясь на живот и развязывая верхнюю часть купальника — давай мажь меня, а то, обгорю и придется тогда тебе вечером мазать меня сметаной.

— Ну, на счет сметаны не знаю… — ухмыльнулась Валерия, садясь на бедра Мары и выдавливая на ладони крем — а вот сливки были бы к месту.

— Канибалка — пробурчала в покрывало Марина, и блаженно застонала, когда прохладные ладони коснулись ее спины. Мягкие легкие движения рук разносящих крем по всей поверхности спины, и ниже. Ниже…

— Ей, ты зачем с меня плавки стягиваешь — возмутилась Мара, и попыталась вернуть нижнюю часть купального костюма обратно, за, что сразу же получила по рукам.

— Не мешай — прикрикнула на нее Лера, продолжая свое дело — ты же не хочешь ходить с красной задницей. Но если хочешь выглядеть, как орангутанг, то могу и остановиться. Будешь за место фонаря.

— Она вообще-то скрыта плавками — усмехнулась Марина, послушно убрав руки.

— Не спорь со мной. Теперь переворачивайся, давай.

— Послушно перевернувшись, Марина, приоткрыла глаза и насмешливо посмотрела на Леру — Грудь тоже будешь мазать?

— Обязательно — серьезно ответила та, только искорки в глазах выдавали еле сдерживаемый смех.

Ладони легли на живот черноволосой и начали медленное поглаживание, постепенно поднимаясь вверх, вот уже пальцы практически легли на соски и медленно обвели ореолы, вызывая у Мары непроизвольный стон.

Лера, улыбнувшись, слегка усилила нажим, более интенсивно проводя подушечками пальцев, по соскам, которые от прикосновений заострились, выдавая возбуждение их хозяйки.

Хорошенько смазав грудь, Лера, не забыв про ключицы и шею, решила, что и нижняя часть нуждается в креме и постепенно начала опускаться ладонями, подбираясь к плавкам. Но была перехвачена руками Мары, подняв взгляд, она встретилась с зелеными глазами, в которых явно читалось возбуждение и напряжение.

— Спасибо, Лер, — хрипло прошептала Мара — теперь моя очередь.

И забрав тюбик с кремом из рук подруги, он сделала приглашающий жест.

Издав разочарованный вздох, но внутренне победно усмехнувшись, на такое поведение женщины, Лера послушно легла на покрывало и развязала тесемки купальника.

Мара аккуратно присела ей на бедра, и тяжело вздохнув, решила отплатить своей неугомонной подруге сторицей. Попытки Леры довести ее и сорвать все ограничения, которые Мара, сама себе поставила, бесили и развлекали женщину одновременно.

Она прекрасно понимала, чего добивается это светловолосая бестия, но страх потерять все, что было создано за эти десять лет, страх вновь остаться одинокой, был пока сильнее желания вновь прикоснуться к столь манящим губам и телу.

Флирт, заигрывания, доведения друг друга до зеленых чертей — это пока все, что она могла себе позволить по отношении к этой чертовке, которая, не смотря ни на, что всегда оставалась первой в сердце и к которой так тянулась душа.

Глава 4

— Марк, Маарк. — голос матери за дверью оторвал парня от экрана ноутбука — Марк, у тебя вечером выпускной, а костюм, кто забирать из ателье будет.

— Пока, Зар, — улыбнулся черноволосый юноша в камеру — маман уже на приделе, волнуется, можно подумать выпускной в колледже это такое большое событие. Давай приезжай из своей хладной Руси побыстрей, я соскучился.

В наушниках раздался мягкий смех и обещание прилететь, как только переводные экзамены останутся позади. Отключив скайп и закрыв крышку ноутбука, Марк встал и потянулся, тело, после практически трех часов непрерывного сидения перед экраном требовало движения, но это, того стоило, не часто им теперь удавалось пообщаться, так долго и плодотворно. Предвкушающая улыбка осветила лицо, скоро его практически брат прилетит на каникулы, соберется весь семейный клан и…

Встряхнув головой и посмотрев на часы, юноша мысленно чертыхнулся, до вечера нужно переделать еще кучу дел, а он даже еще и не начинал.

Июньское солнце нещадно одаривало своими жаркими объятиями землю, хорошо, что выпускной начинался лишь в восемь часов, когда жара начинает потихоньку спадать. Но все равно, париться в костюме, выслушивая речи директора и попечителей, а потом еще и неофициальная часть… мало приятного, но, что поделаешь, родители с нетерпением ждут, когда в руки их чаду дадут диплом категории А, а фото их сына украсит своей физиономией панно почетных выпускников.

Как все предсказуемо и скучно. Быть хорошим сыном, учиться на отлично, выбрать правильную профессию и так далее, неужели мама и отец не понимают, что он уже взрослый человек, со своими взглядами на жизнь и свое положение в этой жизни. А, то, что они называют детской блажью и подростковым максимализмом, на самом деле и есть цель, к которой он идет уже не первый год.

Но сегодня выпускной, а это значит, что у него есть год, чтобы воплотить эту цель в жизнь, и он, Марк не отступит.

Отбыв мучительно долгую официальную часть выпускного, родители, поцеловав (мама) и похлопав по спине (отец) сына, отчалили домой, прихватив с собой диплом.

Ослабив ненавистную бабочку и скинув пиджак, парень в сопровождении однокурсников направился к поджидавшему автобусу, который должен был их отвести к заказанному ресторану.

Ближе к одиннадцати часам Марк уже не так явно соображал, и был немного возбужден. Он танцевал с роскошной брюнеткой Мирой, которая вот уже на протяжении нескольких лет имела статус его девушки. Мира, уже изрядно набравшись шампанского, провакационно терлась об парня, недвусмысленно намекая, каким бы она хотела видеть продолжение этого вечера. И парень был только за.

Утро встретило юношу больной головой, изрядным сушняком и голым телом девушки лежащей поперек его, которая к тому же слегка похрапывала.

Оглядевшись, Марк понял, что они в гостиничном номере, а значит, пора вставать и ехать домой, пока мама не подняла всю окружную полицию, разыскивая свое драгоценное чадо.

Растолкав, Миру, он направился в душ, надеясь, что холодная вода выветрит остатки алкоголя до сих пор бродящего в крови.

Вернувшись из ванной, он, ухмыльнувшись, шлепнул по розовому заду, вновь задремавшую подругу, на что, та недовольно фыркнув, перевернулась на спину, и широко улыбнувшись, томно произнесла:

— Марк, а как на счет того, чтобы пожелать мне доброго утра более приятным способом?

Ее рука легла на полную грудь и слегка покрутив сосок, направилась вниз… Член парня в ответ на такие действия подружки начал подниматься вверх, оттопыривая собой полотенце.

Мира заметив реакцию парня на свои действия, соблазняюще улыбнулась ему и раздвинула ножки, приглашая Марка начать активные действия.

Через несколько часов, усталая, но довольная парочка покинула приделы гостиницы, Марк, как джентльмен проводил Миру до дома, а затем, поймав такси, поехал к себе.

Мама, естественно, как и положено, немного пожурила его, отец, наигранно нахмурившись, прочитал лекцию о предохранении и контрацепции, украдкой, пока не видит Лера, показывая большие пальцы и одобрительно подмигивая на просто неприличный засос на шее.

А вечером вернулась Дара, загоревшая, яркая и такая счастливая. Она крутила тоненькое кольцо на безымянном пальце и улыбаясь, рассказывала, о том, как Адиб очень волновался, делая ей предложение.

Смуглый молодой мужчина смотрел на светловолосую девушку с такой любовью и обожанием, что никто и не сомневался, что их брак будет счастливым. Ведь этот мужчина, сколько Лера себя помнила, будучи еще мальчиком, всегда был рядом с ее дочерью, отдав ей свое сердце еще тогда, когда она была совсем малышкой. И именно благодаря ему, Дара теперь может видеть этот мир, пусть и только в черно-белом цвете, но этого волне достаточно, той, которая была слепа от рождения.

Марк просто радовался за сестренку, и был очень благодарен своему старшему товарищу, что он смог сделать Дару такой счастливой. Глядя на золотистый обруч на руке сестры, парень отчетливо понял, что детство осталось, там, во вчерашнем дне, а впереди их ждет взрослый, еще не изведанный мир, и только от них самих зависит, каким он будет.

Через две недели он с родителями смотрел, как совершает посадку тяжелый боинг, который привез остальную часть их большой и дружной семьи.

Вот уже с криком «Марк, Маарк!», навстречу ему бежит светловолосый парнишка, и совсем, как в детстве прыгает на него, обнимая горячими ладонями шею.

— Привет, мелкий, — улыбнулся Марк, обхватывая руками талию практически брата, — я соскучился по тебе, Зар.

— Я, тоже, мой капитан, — светловолосый юноша, ответно улыбаясь ему, возбужденно смотрит в зеленые глаза своими, невозможно голубыми — надеюсь, мы классно проведем эти дни вместе.

Тепло и нежность охватывает тело и душу, какой он, еще ребенок, легкий, светлый, такой воздушный. Рука, отрываясь от талии, поднимается к светлым волосам и ерошит их, а кожа на шее ощущает, как горячо дыхание Зара, и это, так приятно, что не хочется его никуда отпускать, а держать в объятиях, спасая от взрослого мира, укрывая, пряча от чужих глаз.

И только приближающиеся голоса: Мары, Олега и родителей, заставляют, мягко отстраняя от себя Светозара, произнести:

— Несомненно, юнга!

Content

Alex Vulf
Не Ангелы

Часть 1

Глава 1. Знакомство

Глава 2. Колледж

Глава 3. Лера. Начало

Глава 4. Оксана

Глава 5. Лера. Продолжение

Глава 6. Мара

Глава 7. Новая жизнь

Глава 8. Концерт. Н.С

Глава 9. Новый год

Часть 2 Разрушенные мосты

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4. Море

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Часть 3. Время взрослеть

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Часть 4. Нити Ариадны

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4