Гвендолин Харпер

Кровавая луна

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Глава 1

Букер всегда говорил, что ей не хватит духу для убийства.

Она недостаточно хладнокровна, недостаточно эгоистична.

Но ее руки были покрыты слоем крови, доказывающей обратное.

И она обещала вернуться домой к нему.

* * *

Николь расхаживала туда-сюда между изножьем кровати и окном, до крови кусая ноготь на большом пальце.

Кейтлин уже должна была вернуться.

Опускались сумерки, небо окрашивалось золотыми, розовыми и оранжевыми оттенками.

Это было бы прекрасным зрелищем, если бы ее лучшая подруга не задерживалась на несколько часов Бог весть где.

— К-кей… Кей, ты должна…

Повернувшись, Николь хмуро посмотрела на Букера.

Он уже больше часа бормотал в лихорадочном бреду, едва пребывая в сознании. Она старалась успокоить его как могла, но не была уверена, что он вообще осознает ее присутствие.

— Пожалуйста… Прошу, дорогая, — мямлил он, протягивая руку к чему-то, видимому только ему.

— Ш-ш-ш, Букер, все хорошо, — сказала Николь, шагнув поближе. — Просто отдыхай.

— Ты должна уходить, — сказал он, моргая помутившимися глазами. — Кей, ты должна уходить. Я не выживу, понимаешь? Ты просто… Ты должна уходить.

— Букер, с тобой все будет в порядке, я обещаю, — присев на край матраса, она взяла с прикроватной тумбочки миску с холодной водой и тряпочку. — Тебе нужно поспать, — сказала она ему, прижимая влажную ткань к его лбу и шее.

— Не могу… Не оставайся, просто… Пожалуйста, птичка певчая, тебе надо уходить.

Смочив его волосы, она шикнула на него.

— Никто не собирается тебя бросать, Букер.

— Придется, — слабо ответил он. — Пожалуйста… Уходи.

Взяв вместо тряпочки пузырек тайленола, Николь достала две таблетки и запрокинула Букеру голову.

— Вот, выпей это, — сказала она, просунув таблетки между его губ. — Это поможет.

Проглотив их насухую, он закрыл глаза, и Николь на мгновение подумала, что он наконец-то задремал.

Крепкая как тиски хватка застала ее врасплох, и пузырек с таблетками упал на пол.

— Бук…

— Я люблю тебя, птичка певчая, — прошептал он. — Прости, что я не продержался дольше. Прости, что у нас было так мало времени вместе…

Наклонившись, Николь сказала:

— Ты еще не умер, Букер. Так что прекрати прощаться.

Его хватка ослабела, но он не казался убежденным. Капельки пота стекали по его лбу и вискам, впитываясь в итак уже промокшую наволочку подушки.

— Нет для меня надежды, Кей… — его слова были едва слышными. — Все те люди, которым я позволил умереть… Надо было догадаться, что меня накажут…

Ужас поселился глубоко в груди Николь, вышибая весь воздух.

Глянув в окно на сереющее небо, она нахмурилась.

«Где же Кейтлин?»

* * *

Кейтлин щурилась, вглядываясь вдаль, хотя перед глазами все расплывалось.

Она отказывалась верить, что заблудилась. Только не после всего случившегося…

На нее накатила очередная волна тошноты, и она содрогнулась в рвотном позыве, согнувшись пополам.

Кейтлин моргнула, и ужас промелькнул перед ее глазами как на старом кинопроекторе.

«Нет, не надо…!»

Открыв глаза, она снова очутилась в окружении высокой сухой травы и угасающего солнечного света.

Сплюнув гадкую смесь слюны и желчи, она вытерла лоб тыльной стороной ладони, игнорируя засохшую красную корку на ее пальцах.

«Ну же, не останавливайся. Ты слишком близко к дому».

Поправив свой тяжелый рюкзак, она потащилась вперед, уверенная, что идет в верном направлении. Уверенность была ее единственным вариантом.

Сомнение сейчас казалось слишком опасным уступом, на который нельзя опираться.

Измождение наваливалось на нее непосильным бременем, отчего колени делались ватными, а голова шла кругом. Ее затылок пульсировал, волосы сделались липкими и льнули к шее от пота и крови.

Все это неважно. Все события этого дня не имели значения, если она доберется к Букеру.

Последние лучи солнца погасли, когда Кейтлин заметила знакомую крышу примерно в полумиле перед собой.

Густые заросли слева от двухполосной дороги зашуршали, и она застыла.

Нечто слишком крупное для грызуна или дикого кота.

Слишком шумное для хищника.

Гниющая изувеченная рука показалась первой, хватая воздух. Вывалившись из зарослей, фрик зарычал, его почерневший рот раскрылся неестественно широко.

Она должна быть в ужасе.

Одна ночью, столкнувшись с фриком, который двигался прямиком на нее, Кейтлин должна была со всех ног кинуться прочь или запаниковать, потянувшись к оружию.

Вздохнув, она завела руку назад и отстегнула свой топорик от рюкзака.

«Три… Два…»

Один замах вогнал лезвие прямо между глаз фрика, заставив того рухнуть на землю.

Чтобы достать топорик из черепа твари, потребовалось несколько пинков и рывков, но она справилась.

Крепко сжимая рукоятку, она зашагала дальше, крутя головой по сторонам и направляясь к дому.

* * *

Громкий стук в дверь заставил Николь вскочить на ноги и схватить первый попавшийся тяжелый предмет — металлический книгодержатель в форме дельфина.

Тут уж не до выбора оружия на свой вкус.

Крадучись спустившись по лестницам, она вытянула шею, пытаясь высмотреть что-то в маленькое окошко, которое они оставили для обзора.

— Николь! Николь, открывай чертову дверь!

Она едва не выронила книгодержатель.

— Кейтлин?

Сбежав до низа лестниц, Николь спешно отодвинула баррикаду от двери и отперла засов.

Увидев ее, Николь тут же ахнула, зажав рот рукой.

— О Боже мой.

— Как он? — спросила Кейтлин, протискиваясь мимо.

Николь возилась с ручкой, запирая дверь.

— Он, эм, в тяжелом состоянии, но… — она потрясенно таращилась широко раскрытыми глазами. — Господи Иисусе, Кейтлин, что…

Она уже поднималась по лестнице.

— Он в сознании?

— Он спит, — Николь справилась с запиранием двери и последовала за ней. — Ты достала антибиотики?

Кейтлин пробежала по коридору к комнате, которую они с Букером присвоили себе.

— Сказала же, что достану.

Распахнув дверь, она встала на колени возле кровати, уронив рюкзак.

— Джек? Джек, это я, — звала она, обхватив его лицо ладонями.

Его единственным ответом было неразборчивое бормотание с закрытыми глазами.

— Лихорадка вымотала его, — сказала Николь позади нее. — Он бредил уже несколько часов.

— Джек, очнись, — Кейтлин потрясла его за плечо. — Я принесла то, что тебе нужно.

Дрожащими руками она расстегнула рюкзак и достала пластиковый пакетик с таблетками.

Открыв застежку, она обернулась через плечо.

— Можешь принести ему воды?

Николь кивнула, уже направляясь в ванную в коридоре.

— Джек? — Кейтлин накрыла ладонью его подбородок, чувствуя, как щетина царапает ладонь. — Пожалуйста, очнись ради меня.

Его глаза на мгновение задвигались под веками, затем он моргнул.

— Птичка певчая?

Узел, сжимавший горло Кейтлин, затянулся окончательно.

— Да, это я, — прошептала она. — Я принесла тебе лекарства.

Высыпав горсть себе на ладонь, она отсчитала то, что показалось ей подходящей дозой, и протянула Букеру.

— Тебе нужно выпить их, хорошо?

Николь, вернувшаяся со стаканом и аптечкой, протянула ей воду.

Запрокинув голову Букера, Кейтлин забросила ему в рот пару таблеток и аккуратно помогла ему запить. Она повторяла процесс, пока он не принял все антибиотики и жаропонижающие, которые они могли безопасно ему дать.

Букер слишком ослабел, чтобы держать глаза открытыми, но он потянулся к ней, и его пальцы ухватились за вырез ее порванной рубашки.

— Люблю тебя, Кей, — пролепетал он, погружаясь обратно в сон.

Наклонившись поближе, Кейтлин поцеловала его в лоб.

На вкус он напоминал соль и железо — именно тот вкус, который она ощущала часами.

— Кейтлин… — тихий голос Николь раздался позади нее. — Нам надо подлатать тебя.

Она покачала головой.

— Я в норме.

Что-то прикоснулось к ее плечу, и Кейтлин подпрыгнула.

Николь. Это была всего лишь рука Николь.

— Милая, у тебя на затылке ужасная рана, — сказала ей Николь. — И ты выглядишь весьма потрепанной.

Кейтлин снова посмотрела на Букера, боясь отвести от него взгляд.

— Я никуда не пойду.

— Тебе и не нужно. Мы можем перевязать тебя прямо здесь.

Держа спину напряженной, она один раз кивнула.

— Ладно.

Кейтлин почти не чувствовала жжения антисептика или уколов и тяги иглы с нитью, пока Николь накладывала швы. Она оставалась онемелой, пока ее подруга смывала кровь и грязь с ее лица и рук с помощью тряпок и бруска мыла.

Мир начинал сужаться и меркнуть.

— Викодин тоже нашла, да? — спросила Николь, проверяя содержимое сумки.

— Подумала, что он может нам понадобиться.

— Верно, — сказала Николь, открывая пузырек и доставая две таблетки. — Держи. Выпей их.

— Что? — Кейтлин нахмурилась. — Нет, я не…

— Кейтлин, ты выглядишь так, будто тебя пропустили через мясорубку, а чувствуешь себя, наверно, еще хуже. Тебе надо отдохнуть и расслабиться.

Она начала качать головой.

— Я не хочу быть в отключке, когда Букер очнется.

— Это же не эфир, — сказала Николь, силой вкладывая таблетки в ее руку. — Ты не будешь полной отключке. Пожалуйста, Кейтлин? Ради меня?

Она вздохнула.

— Ладно. Под принуждением.

— Пусть будет так.

Проглотив таблетки, Кейтлин поморщилась. Ее горло оказалось более раздраженным, чем она думала.

Помолчав минуту, Николь села рядом и спросила:

— Ты хочешь поговорить о том, что случилось?

Кейтлин смотрела на Букера, пока тот погружался в более глубокий сон.

— Я сделала то, что должна была, — сказала она. — И я вернулась домой.

* * *

Спать в сидячем положении в кресле явно нехорошо для здоровья, но варианты Кейтлин были ограничены.

Букера слишком лихорадило, и ему совсем не нужно, чтобы другой человек в постели добавлял тепла. А ее голова слишком сильно раскалывалась, чтобы она допустила хоть одну мысль о сне на полу.

Так что пришлось довольствоваться деревянным креслом-качалкой.

Она то задремывала, то снова пробуждалась, никогда не погружаясь в достаточно глубокий сон для настоящего отдыха.

Честно говоря, она была этому рада.

Каждый раз, когда она закрывала глаза…

«Бл*дь, ты подстрелила меня!.. Эй, эй, подожди! Ты не можешь меня бросить…»

Голодное рычание. Грохот полок. Фрики, заполонившие все выходы.

Кейтлин резко вдохнула, дернувшись в кресле.

Серо-розовый свет просачивался сквозь кружевные занавески, деликатно сообщая о наступлении утра.

Она начала проводить пальцами по волосам, но остановилась, задев больное место на затылке.

— Эй, ты проснулась, — прошептала Николь позади нее.

Обернувшись, Кейтлин выдавила улыбку.

— Доброе утро.

Николь шагнула поближе, предлагая ей открытую упаковку крекеров с арахисовым маслом.

— Держи, тебе нужно что-нибудь поесть.

Запах сразу же заставил желудок Кейтлин взбунтоваться.

— Нет, спасибо, — она покачала головой. — Я не голодна.

— Тебе нужно поесть. Поддерживать силы.

— Я поем попозже, — пробормотала Кейтлин, вставая, чтобы дать Букеру еще одну дозу антибиотиков.

Между ними повисло напряженное молчание.

Кейтлин чувствовала, как обеспокоенный взгляд Николь следит за ее движениями и ждет, когда она сломается.

Этого не случилось.

В итоге Николь отступила, спрятав остатки крекеров в карман.

— Как он?

Сосчитав таблетки на ладони, Кейтлин сказала:

— Я не уверена. Его все еще лихорадит, и он настолько не в себе… — она помедлила, заставляя себя вдохнуть. — Но с ним все будет хорошо.

Она не знала, кого пытается убедить, Николь или саму себя.

— Почему бы тебе не сходить в душ? Я присмотрю за ним.

Скормив Букеру таблетки и помогая ему запить, Кейтлин покачала головой.

— Я в порядке. Мне не нужна передышка.

— Милая, я тебя люблю, и это единственная причина, по которой я тебе это говорю… Ты пахнешь насколько погано, насколько это вообще возможно для живого человека.

Кейтлин резко повернула голову, и ее шокированный вздох превратился в смех.

— Ладно, ради моей гордости и твоего обоняния я приму душ.

Николь широко улыбнулась.

— Спасибо.

Взяв свою единственную чистую одежду (пару джинсовых шортов и серую майку), Кейтлин пошла к двери.

— Если он очнется…

— Я крикну тебе. А теперь, пожалуйста, иди и соскреби все это с себя, — сказала Николь, грозя ей пальцем.

Прямо перед уходом Кейтлин сказала:

— Как дела с горячей водой?

Николь поджала губы в ровную линию.

— Надолго не хватает. Думаю, в генераторах заканчивается топливо.

В животе Кейтлин образовался узел. Скоро у них закончится электричество, а Букер все еще болеет…

Кейтлин кивнула.

— Тогда постараюсь не мешкать, — сказала она, стараясь говорить будничным тоном.

Она никогда не была любительницей холодного душа, но видимо, самое время принять это и смириться.

После первоначального шока вода сделалась даже приятной, промывая ее рану и успокаивая.

Она мылась и мылась, и мылась. Слои крови и грязи сходили с ее рук, шеи, лица.

Склонив голову под струями воды, она смотрела, как вода сначала становится ржавой и коричневой, потом розоватой, потом прозрачной.

«Подожди, подожди, подожди! Пожалуйста, не ходи! Пожалуйста! НЕТ!»

Она пошатнулась. Едва не налетела на полку, но в последнюю секунду удержалась. Голова кружится… Так сильно… Ей надо бежать.

«Беги, беги, беги, как можно быстрее…»

Взглядом Кейтлин следила за тем, как последствия ее действий по кругу смываются в сток.

Она сделала то, что должна была.

Она выжила.

Она вернулась.

Стук по двери заставил ее подпрыгнуть.

— Кейтлин? — позвала Николь.

Протянув дрожащую руку, она выключила воду.

— Да?

— Букер очнулся.

Глава 2

— Ну ты прекратишь?

Кейтлин закатила глаза, снова промокая его лоб влажной тряпкой.

— Нет.

— Кей…

— У тебя все еще высокая температура.

— Не такая высокая, как раньше, — ответил он, и от хрипоты его акцент становился сильнее. — Я даже могу держать голову поднятой и самостоятельно писать.

— Букер…

Теплые ладони схватили ее за руку, удерживая на месте.

— Эй, иди сюда.

Выдернув тряпку из ее хватки, Букер отложил ее, затем подтянул Кейтлин поближе.

Та сопротивлялась.

— Джек…

— Я просто хочу обнять тебя, — пробормотал он, сдвигаясь на кровати, чтобы освободить ей место.

Сделав глубокий вдох, она подчинилась и свернулась калачиком на боку, спиной к нему. Одной мускулистой рукой Букер обнял ее за талию, прижимая к своему телу.

— Мы должны поддерживать тебя в прохладе, — сказала она, выгибая шею, чтобы посмотреть на него.

— Нее, мне нормально.

«Чертов упрямец».

— Букер.

— Мидоуз, — поддразнил он.

Закрыв глаза, она сделала вдох.

— Ладно. Две минуты.

— Я и этому рад.

Они тихо лежали вместе, и тишину нарушало лишь их дыхание да иногда чириканье птиц за окном.

Другая ладонь Букера скользнула вверх по ее шее, ласково выписывая круги на напряженных мышцах, переходивших в ее плечи.

Когда он начал играть с ее волосами, Кейтлин напряглась за доли секунды до того, как кончики его пальцев прошлись по швам на ее скальпе.

— Что…

— Ладно, ковбой, время вышло, — резко сказала она, сбрасывая с себя его руку, чтобы подняться с постели. — Пойду, приготовлю тебе что-нибудь поесть.

— Кей, что слу…

— Ш-ш-ш, просто отдыхай, — сказала она, почти не глядя на него перед тем, как закрыть за собой дверь.

Перед глазами все размывалось от слез, когда она поспешила вниз.

Что она должна ему сказать? Что она совершила немыслимое?

И что она сделала это для него?

Она не могла допустить, чтобы Букер тащил это на своей совести.

Кейтлин добралась домой. Это все, что ему нужно знать.

Свернув за угол на кухню, она остановилась как вкопанная.

Николь стояла у стола с револьвером в руках, пересчитывая патроны.

— Ты совершила выстрел, — это не было вопросом.

Кейтлин приоткрыла рот, ища слова.

— Ты бы не стала тратить пулю на одного фрика, — продолжала Николь. — Так что…

— Что именно ты ищешь, Николь? — рявкнула Кейтлин, когда паника и страх взбунтовались в ее груди. — Ты шаришься в моих вещах, ведешь себя так, будто я преступница какая-то. Господи Иисусе, ты хочешь устроить мне тест на детекторе лжи?

Положив револьвер, Николь развела руки в примирительном жесте.

— Кейтлин, я ни в чем тебя не обвиняю. Если кто и понимает реалии этого мира, то это я. Но вчера ты явно пережила нечто травмирующее, и мне просто кажется, что если ты поговоришь об этом…

— Я не хочу об этом говорить, — перебила она. — Я не хочу девчачьей болтовни за бокалом вина. Это было кошмарно, ужасно, и я больше никогда не хочу об этом думать, так что просто забудь.

Кейтлин повернулась, желая покинуть дом без единого выхода.

Вздохнув, она вернулась к изначальному плану — приготовить еду для Букера.

Пошарив по шкафчикам, достав бобы и консервированную курицу, она попыталась придумать, как сделать это хоть сколько-нибудь аппетитным.

Тепло затопило ее за секунду до того, как ее стиснули в медвежьем объятии. Николь прижалась к ней как можно теснее.

— Мне жаль, Кейтлин, — прошептала Николь в ее плечо. — Мне так жаль.

Опешив, Кейтлин не сразу ответила на объятие.

Но как только она это сделала, слезы полились рекой и еще долго не прекращались.

* * *

Через два дня лихорадка Букера спала.

Ранним утром Кейтлин проснулась от того, что он барахтался в пропитавшихся потом простынях и бурчал себе под нос про то, что ему нужно в душ.

— Эй, полегче, — сказала она, вскакивая с кресла-качалки и кидаясь к нему, едва не споткнувшись по дороге. — Не спеши, Букер.

— Я в порядке, птичка певчая, — сказал он, аккуратно вставая. — Я могу о себе позаботиться.

В его словах не прозвучало нажима, но эта фраза все равно показалась Кейтлин ударом под дых.

Букер уже давненько от нее не отмахивался, и когда это случалось, она обычно могла отследить причину.

Не в этот раз.

С каждым его шаркающим шагом ей казалось, будто между ними разверзается каньон.

Закусив щеку изнутри, Кейтлин уставилась в одну точку на полу, пока не услышала, как включилась вода в душе.

Ей много всего хотелось сделать, много всего хотелось сказать.

Вместо этого она начала снимать постельное белье и искать чистые простыни.

К тому времени, как он выключил воду, она как раз достала его чистую одежду.

Букер вернулся в полотенце, обернутом вокруг пояса, и вода с его влажных волос капала на обнаженные плечи.

— Это мне кажется, или вода становится холоднее? — спросил он, закрывая за собой дверь.

Кейтлин теребила шов его рубашки между пальцами.

— Мы подумали, что в генераторах заканчивается топливо. Мы могли бы поискать больше топлива… — она сглотнула. — Или…

Он помедлил, дожидаясь, когда она закончит.

— Мы могли бы подумать о том, чтобы двигаться дальше.

Букер издал тихий хмыкающий звук.

— Думаешь, это хорошая идея?

— Ну, мы никогда не планировали оставаться здесь навсегда, — сказала она, все еще копошась с его одеждой. — Верно?

Букер медленно опустился на край матраса. Он, может, и миновал опасную стадию, но все еще был изможденным и слабым. Темные круги под налившимися кровью глазами лишь явно подчеркивали, как сильно он приблизился к тому, чтобы постучать в дверь Смерти.

— Это место… — начал он, опираясь локтями на колени. — Это пристанище. Крыша над головами, комфортное место для сна, мы достаточно далеко от города…

Приступ кашля перебил его, и Букер сгорбился, пока его не отпустило.

— Вот, возьми, — пробормотала Кейтлин, торопливо протягивая ему стакан воды, оставленный на прикроватной тумбочке.

— Я в норме, — прокаркал он.

— Пожалуйста, Джек.

Уступив, он взял стакан, выпил половину и всучил ей обратно.

Тяжелое молчание сокрушало. Кейтлин не могла этого вынести.

— Нам необязательно говорить об этом прямо сейчас, — прошептала она, заново складывая его футболку. — У нас еще есть время.

Букер кивнул, глядя на пол между своими ногами.

Повесив его одежду на спинку кровати в изножье, Кейтлин натянуто улыбнулась и попятилась к двери.

— Я пойду, сварганю что-нибудь на завтрак, — она крепко сжала дверную ручку. — Скоро вернусь.

— Не нужно, — сказал он. — Я спущусь.

— Букер…

— Кей, если мне придется провести в этой пастельной спальне еще хоть час, я свихнусь нахер.

Вопреки ноющему ощущению в груди она широко улыбнулась.

— Божечки, ну ладно, — ответила она. — Не надо так драматизировать.

Повернувшись, она готова была поклясться, что видела его улыбку.

* * *

Николь, будучи неизменным прагматиком, начала составлять несколько списков на листках из пыльного магнитного блокнота для списка покупок, снятого с бока холодильника. Веселенький рисунок с фермерскими животными в верхней части листочков был почти ироничным, учитывая темы, расписанные ниже.

Плюсы и минусы того, чтобы остаться.

Плюсы и минусы того, чтобы уйти.

Плюсы и минусы того, чтобы искать семью и друзей.

Кейтлин смотрела на ближний к ней листок, пока жевала безвкусные бобы и консервированное мясо.

Поиски близких казались такими недосягаемыми. Подобно наивной несбыточной мечте, которая угасала как дым.

Плюсы в пользу ухода отсюда были продолжительными.

Если они отправятся на запад, там заселение не такое плотное, а просторные земли предоставят массу возможностей для построения более постоянного лагеря или дома.

Южная Калифорния рассматривалась как вариант хотя бы из-за благоприятных погодных условий. Жаркое лето и мягкая зима более приемлемы, чем брутальный холод штатов в противоположной части страны.

Плюсы в пользу того, чтобы остаться здесь, были логичными.

Они могли укрепить дом. Построить более обширны периметр, чтобы не подпускать орды зомби.

Наличие постоянного пристанища было самым главным плюсом. Спальни, ванные комнаты, проточная вода до тех пор, пока не перестанут функционировать муниципальные учреждения.

Они могли бы попытаться вновь наладить для себя жизнь.

Третий список был самым коротким, но все равно не давал покоя Кейтлин.

«Найти друзей и близких».

Она перечитывала это раз за разом, пока слова не выжглись перед глазами.

Стоит ли вообще пытаться?

— Если мы останемся, нам нужно разобраться, как поддерживать это место в нормальном состоянии, — сказала Николь, постукивая кончиком ручки по бумаге. — Ближайшие магазины для припасов, топливо для генераторов, бензин, еда получше… — последний пункт она подчеркнула тем, что позволила массе из бобов и желатина упасть с ее вилки.

— Можно разделить окружности на сегменты радиуса, — сказал Букер, потягивая свой энергетик. — Начнем с десяти миль, затем перейдем к пятнадцати, так и разведаем, что в окрестностях.

— На это могут уйти дни, даже недели, если мы не сумеем сцедить где-то бензин, — сказала Николь. — Возможно, топлива генераторов не хватит на этот срок.

— Ну хотя бы у нас будет домашняя база, — парировал он.

Николь кивнула.

— Верно. Мы проживем несколько дней и без плиты.

Когда остальные притихли, Кейтлин остро почувствовала, что на нее смотрят.

Подняв взгляд, она нахмурилась.

— Что?

Букер поерзал на своем сиденье.

— Ничего, — ответил он. — Просто обычно у тебя имеется твердое мнение о таких вещах.

Ее плечи напряглись, и она вернулась к еде.

— А вот сегодня нет, — пробормотала она.

— Ну, а если бы выбор был за тобой, что бы ты сделала?

Кейтлин поскребла вилкой по тарелке, собирая остатки еды.

— Выбор не за мной, — сказала она, вставая. — Большинство решает.

Она чувствовала, как они пристально смотрят на нее, пока она споласкивает тарелку.

— Кейтлин, ты хочешь остаться? Пойти на запад? — спросила Николь. — Или ты все еще хочешь поискать людей?

Вздохнув, она глянула через плечо.

— Не надо мне потакать.

— Я не потакаю. Я знаю, что Нью-Йорка больше нет, но ты думала, что можно найти остальных, и мы все согласились…

Выключив воду, Кейтлин повернулась к ним лицом.

— Вы правда думаете, что я достаточно тупа, чтобы до сих пор рассматривать этот вариант? — рявкнула она. — Наш город кишит фриками, никто не знает, где наши семьи, и мы в тысячах миль оттуда.

Букер нахмурился.

— Мидоуз…

— Не надо, — перебила она его. — Раньше я цеплялась за надежду, но оказывается, надежда — это слишком тяжелое бремя, чтобы таскать его за собой, — скрестив руки на груди, она покачала головой. — Так что я ее бросаю.

В глазах Николь полыхнула злость.

— Значит, мне придется подобрать, — сказала она.

— Что?

— Скотт все еще где-то там, Кейтлин, — рявкнула Николь, показывая в сторону двери и мира за нею. — Мой муж. Или ты о нем просто забыла?

— Конечно, я не…

— Ты думаешь, мне легко сидеть тут и гадать, что с ним случилось? Жив ли он вообще? Или он… — голос Николь надломился, и она проглотила остаток предложения.

Когда она встала, ее рыжие волосы рассыпались по плечам.

— Может, для тебя надежда — слишком тяжкое бремя, но это все, что у меня осталось, — сказала она, сердито глядя на Кейтлин.

— Я думала, ты хотела остаться здесь, — возразила она. — Как по мне, что-то это непохоже на сохранение надежды.

— Я не дура. Я понимаю шансы, и выживание первостепенно, но если есть шанс вновь найти моего мужа, я рискну, — глянув на Букера, Николь добавила: — Я с радостью задержусь на то время, которое понадобится, чтобы восстановить силы и запастись всем необходимым. Но поверь, это место никогда не будет для меня домом.

Букер молча кивнул в знак понимания.

Подтолкнув свою тарелку к Букеру, Николь сказала:

— Держи. Я больше не голодна.

Ее размеренные шаги эхом разносились по дому, пока она уходила наверх, разве что дверью за собой не хлопнула.

Разинув рот, Кейтлин уставилась на Букера, но прежде чем она успела сказать хоть слово, он поднял ладонь.

— Нетушки, даже не смотри на меня, — сказал он, соскребая дополнительную еду на свою тарелку. — Мой папка учил меня никогда не встревать между двумя ссорящимися женщинами.

— Какая удобная позиция, — пробормотала она, закатывая глаза.

Может, вера вовсе не делала ее идиоткой…

Глава 3

Когда опустились сумерки, Кейтлин собрала несколько керосиновых ламп и свечей, которые они нашли в шкафчиках, и расставила их по дому. Раз они решили продержаться еще несколько дней, надо растянуть топливо генераторов как можно дольше. Это означало не пользоваться электричеством.

Это напоминало Кейтлин те времена, когда электричество в ее квартире отключалось во время метели, и ей оставалось читать бумажные книги при свете ароматизированной свечи.

Зажигая столовую свечу на кухне, она услышала раздраженное кряхтенье и помедлила.

— Николь? — позвала она, выходя в гостиную.

Знакомая фигура ее подруги сгорбилась в углу, дергая что-то внутри камина. Ее рука соскользнула, и она упала вперед, но ухватилась за кирпич и выругалась.

Медленно приблизившись, Кейтлин понаблюдала за ней пару секунд, потом заговорила вновь.

— Может, тебе помочь?

Пыхтение Николь было ее единственным ответом.

Сократив расстояние, Кейтлин присела на краю очага. Она хорошо знала, как разговорить Николь, и отказ уходить был одним из самых быстрых методов.

Потеребив край своей футболки, она постаралась улыбнуться.

— Если ты собираешься вытащить оттуда дохлую крысу или типа того…

Николь вздохнула, прислонившись к камину сбоку.

— Я пытаюсь открыть дымоход, — пробормотала она. — Я подумала, что мы можем сберечь топливо, если будем готовить на огне. Но то ли рычаг заклинило, то ли что.

— Хочешь, я попробую? — спросила Кейтлин, уже подавшись ближе. — Ты всегда глумилась над моей кунг-фу хваткой, но может, я сумею открыть его.

Легкий изгиб губ Николь ощущался почти как победный выстрел в цель.

— Конечно, пробуй, — сказала она, отодвигаясь, чтобы не мешать.

Потребовалось три усиленные попытки и куча мата, но в итоге дымоход оказался открыт, и на них обоих высыпалась куча сажи и пепла. Закашлявшись, они принялись махать руками, стараясь разогнать черно-серые облака.

— Кажется, теперь понятно, почему рычаг заклинило, — сказала Николь, вытирая свои предплечья.

Кейтлин чихнула.

— Мощь гориллы всегда поможет.

Она думала, что Николь встанет и начнет выметать камин, чтобы развести огонь. Вместо этого она примостилась на очаге рядом с Кейтлин и уперлась локтями в колени.

— Ты же на самом деле не думаешь, что это гиблое дело, да?

Кейтлин повернулась, глянув на нее.

— Я… я не знаю, Николь, — прошептала она. — Я так долго цеплялась за эту идею. Какое-то время только это помогало двигаться вперед. Но наверное… — она с трудом сглотнула. — Я начала чувствовать себя глупой… как ребенок, который уже слишком взрослый, чтобы верить в Санта-Клауса. Ну, раз я верила, что все будут там ждать меня, словно ничего и не случилось.

Она опустила голову, уставившись в пол между своими ногами.

— Просто быть реалисткой показалось более простым вариантом.

Николь потерла ладони о джинсы, соскребая сажу с рук.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — ответила она, поднимая взгляд. — В первую ночь с моей прошлой группой я всю ночь пролежала без сна, обдумывая разные «а что, если». Что, если Скотт мертв? Что, если он жив? Что, если его укусили? Что, если с ним случилось что-то ужасное? Так больно было обдумывать все эти вероятности, что… я просто начала закрываться. Я подумывала начать считать себя вдовой просто для того, чтобы не чувствовать себя погребенной под неизвестностью.

Кейтлин посмотрела на подругу, и ее грудь сдавило свежей болью.

— А потом ты нашла меня, — продолжала Николь. — И я начала думать, может, чудеса случаются. Что, если Скотт ищет меня? — она подняла взгляд на Кейтлин. — Я видела, как ты ведешь себя с Букером, как ты не боишься рисковать всем, чтобы помочь ему. Это заставило меня осознать, что я слишком легко сдалась, — сказала она, качая головой. — Надежда — это тяжелая ноша. Но это самое важное бремя, которое мы должны нести на себе.

Глаза Кейтлин защипало, и она сморгнула непролитые слезы.

Может, прямо сейчас у нее не было силы, чтобы нести столько надежды, но у Николь эти силы имелись. Они могли разделить ношу на какое-то время.

В меркнущем свете Кейтлин протянула руку к Николь, игнорируя грязь, и крепко сжала ее пальцы.

— Прости, что я была такой…

Смешок Николь перебил ее.

— Если ты себя так назовешь, то и меня уж за компанию.

— Нам нужно сделать одинаковые курточки с надписями, — рассмеялась Кейтлин.

Посерьезнев, Николь повернулась к ней лицом.

— Кей, ты уже сказала Букеру?

Яма в ее животе сделалась вдвое больше.

Кейтлин покачала головой.

— Нет. Я не могу.

— Думаешь, он не поймет?

— Думаю, он будет винить себя, — ответила она. — И после всего, что он сделал ради меня, я более чем готова тащить это бремя самостоятельно.

— Но он же беспокоится за тебя, Кейтлин. У него это на лбу написано всякий раз, когда он смотрит на тебя.

Заставив себя опустить плечи, Кейтлин выдержала ее взгляд.

— Все хорошо. Так будет лучше.

Входная дверь открылась, и Букер вошел внутрь, прислонив винтовку к стене.

— На западном фронте без перемен[1], — пошутил он. — Дорога чиста, и я не вижу на полях никаких толп.

Он помедлил, положив руки на бедра и уставившись на двух женщин, сидевших вместе.

— Вы помирились? — спросил он, стараясь не улыбнуться.

Пихнув друг друга коленями, Кейтлин и Николь заулыбались.

— Да, все в норме, — сказала Николь.

Букер вздохнул, поднимая глаза к потолку.

— Спасибо тебе, боженька, — заперев и забаррикадировав дверь, он спросил: — Тогда ладно, кто проголодался?

* * *

Несмотря на восстановленные отношения ужин получился серьезным и тихим. Собравшись вокруг небольшого разведенного огня, они ели, глядя на языки пламени.

Кейтлин казалось, будто составленные ими списки эхом отдавались в ее голове.

Плюсы и минусы. Приемлемые действия и условия. Запад, юг, север, восток.

Николь права, неизвестность сокрушает.

Но она не столь невыносима, как застой.

Им нужно принять решение.

Доев ужин, они сполоснули тарелки и задули несколько свечей.

Подойдя к одному из шкафов, Букер нашел пыльную классическую книгу в твердой обложке и уселся в кресло у огня, чтобы почитать вслух.

Кейтлин закуталась в свободный плед и устроилась на диване; сон уже наваливался на нее.

Она уже задремывала, слушая ужасные попытки Букера изобразить британский акцент, как звук взревевшего вдалеке двигателя разбудил ее.

— Вы это тоже слышали? — спросила Кейтлин, выпрямляясь. — Или это был сон?

Вскочив, Букер быстро схватил винтовку.

— Кей, бери револьвер. Николь, залей водой огонь, будем надеяться, дым развеется до того, как они приблизятся.

Выпутавшись из одеяла, Кейтлин метнулась наверх. Достав из сумки револьвер и дополнительные патроны, она спешно вернулась в гостиную, где Николь и Букер проверяли баррикады на всех входах.

— Головорезы? — спросила она у Букера, протягивая ему револьвер.

Проверив патроны, он покачал головой.

— Не знаю, они пока что слишком далеко.

— Значит, обычные люди?

Когда он взглянул на нее, его карие глаза показались почти черными во тьме.

— Давай будем надеяться, что они дружелюбные.

Николь вбежала обратно в гостиную, держа в руке ломик.

— Черный ход надежно защищен. У нас есть время перегнать джип?

Двигатель (то ли грузовика, то ли внедорожника) ответил на их вопрос, объявив о приближении угрозы.

— Прячься, — приказал Букер Николь. — Втиснись за тот диван. Не подходи к окнам. Если надо будет переместиться, ползи, поняла?

Николь кивнула и сделала в точности так, как ей сказали.

— Кей, — начал он, отводя ее к передней стене. — Ты возьми это, — сказал он, передавая ей револьвер. — Если что-то пойдет не так, ты меня прикроешь.

Фары осветили противоположную сторону прямо перед тем, как грузовик плавно притормозил у дома.

— Пригнись, — прошептал Букер, вытягивая шею, чтобы выглянуть в щелочку между занавесками.

Снаружи открылись дверцы, и ботинки грузно опустились на асфальт, когда люди выбрались из машины.

— Я их не вижу, — признался Букер, все еще пытаясь высмотреть что-нибудь.

Одна дверца грузовика захлопнулась.

— Эй? — позвал голос женщины. — Есть там кто-нибудь?

Букер и Кейтлин молча посмотрели друг на друга.

— Мы не хотим чинить проблемы, — продолжала женщина. — Нам просто нужна помощь.

Никто не сдвинулся ни на дюйм.

— Мой брат тяжело ранен, — шаги приближались, остановились у ворот. — Пожалуйста, вы должны нам помочь.

Железные ворота распахнулись, и как минимум два человека зашагали по газону. Их перешептывания невозможно было разобрать, но от тона что-то в нутре Кейтлин взбунтовалось.

Глянув на револьвер в своей руке, затем на винтовку Букера, она подергала его за рукав рубашки, чтобы привлечь его внимание. Повернув револьвер рукояткой к нему, она показала ему обменяться оружием, но Букер нахмурился и покачал головой.

Кивнув в сторону винтовки, Кейтлин постучала пальчиком по прицелу, затем показала вверх.

«Доверься мне».

Букер неохотно протянул ей свое оружие и взял револьвер.

— Будь осторожна, — произнес он одними губами.

Перебросив ремень через спину, Кейтлин присела и метнулась вверх по лестнице, почти не издав ни звука.

Самый лучший вид открывался из комнаты Николь, так что она быстро вошла туда, стараясь не привлекать внимания.

Слава Богу, окно уже было открыто.

Держась пониже к полу, она пересекла комнату и перетянула винтовку из-за спины вперед. Прижавшись вплотную к подоконнику, она поднесла прицел к глазу и просканировала двор.

Ее брат, как же. В общей сложности там было четыре человека — женщина и три парня, и ни один из них не выглядел раненым. Один остался у грузовика, держа в руках заостренный бильярдный кий. Другой задержался на дороге, и на его плече висела цепь. Но женщина вооружилась мачете, а мужчина рядом с ней нес топор.

Повернув голову, Кейтлин тихонько посвистела, чтобы ее услышал только Букер.

«Четыре человека. Два близко. Все вооружены».

Мгновение тишины, после чего последовал ответ.

«Оставайся там. Подыгрывай».

Женщина поднялась на первую ступеньку крыльца, и если она подойдет ближе, Кейтлин потеряет ее из виду.

— Пожалуйста, кто-нибудь, — крикнула она. — Нам лишь нужна помощь для моего брата, пожалуйста.

— У нас нет ничего, чтобы помочь вам, — объявил голос Букера. — У нас закончились припасы. Закончилась еда. В чем бы вы ни нуждались, этого здесь нет.

Женщина обернулась к мужчине у грузовика. Тот покачал головой, и она стала настаивать.

— Тогда, может, просто кров на ночь, — сказала она. — У нас есть еда. Мы с радостью поделимся.

Кейтлин смотрела, как мужчина с топором подходит к главному окну и вытягивает шею, чтобы заметить характерные тени.

— Вы все не подойдете ни на шаг, — прокричал Букер из-за двери. — У нас ничего нет, и мы ничего не хотим от вас. Думаю, вам всем лучше ехать дальше по дороге и найти себе другое место.

Через прицел Кейтлин увидела, как женщина широко улыбнулась и переглянулась с другими членами своей группы.

— Ты что-то слишком упорно держишься за это место, если у тебя действительно нет ничего стоящего… — она крадучись поднималась по крыльцу, и Кейтлин потеряла ее из виду. — Это наводит меня на мысли, что ты врешь.

За долгой тихой паузой последовал тоненький свист.

«Целься влево».

Ничего не понимая, Кейтлин скорректировала положение винтовки и выровняла прицел.

Букер снова свистнул.

«И вниз».

Вниз? Вниз на что?

Тем не менее, она прицелилась и стала ждать.

— Я не вру, — крикнул Букер. — Единственное, что у меня есть — это моя атакующая птичка.

Группа снаружи застыла в недоумении. Повернувшись друг к другу, они жестикулировали, словно спрашивая, что им делать, черт возьми.

Но Кейтлин наконец-то поняла.

Женщина на крыльце прочистила горло.

— Твоя… что?

— Моя атакующая птичка, — повторил Букер, затем снова свистнул.

«Сейчас».

Кейтлин быстро и решительно нажала на курок, и одна пуля пролетела сквозь потрепанную крышу крыльца, вонзившись в половицы. Когда женщина закричала, Кейтлин предположила, что пуля попала примерно в тридцати сантиметрах от нее.

— Это был лишь предупредительный выстрел, — крикнул Букер, пока люди снаружи спешно пытались выяснить, откуда по ним стреляют. — Но она атакует вновь, если вы подойдете ближе.

— Эй, иди на х*й, мужик! — заорала женщина.

Очередной свист.

«Еще раз».

Кейтлин сбросила пустую гильзу и прицелилась.

Второй выстрел вскользь задел перила, и на крыльцо посыпались щепки.

«Еще разок».

Она сделала этот запоминающимся.

Повернув дуло винтовки, она прицелилась в парня у грузовика, но не в его туловище, а в боковое зеркало авто возле него.

С последним нажатием курка стекло и металл разлетелись на куски, отчего мужчина в страхе отпрянул. Один обломок вонзился ему в щеку, и он завопил от боли.

Все снаружи запаниковали и бросились в укрытие.

— Да ну на х*й, валим, — крикнула женщина, рванув к грузовику.

Мужчины последовали, чуть ли не перелезая друг через друга, чтобы забраться внутрь и захлопнуть двери, пока их не пристрелили.

Группа уехала с ревом двигателя, и фары скрылись в ночи.

Кейтлин полностью выдохнула, привалившись к стене и опустив винтовку. В ее ушах звенело от выстрелов, руки тряслись от отдачи, но ей было все равно.

Это уже привычное ощущение.

Встав, она понесла винтовку вниз, остановившись в паре шагов от первого этажа.

Поставив револьвер на предохранитель, Букер засунул его за пояс и широко улыбнулся.

— Твоя «атакующая птичка»? — спросила Кейтлин, выгнув бровь.

Букер пожал плечами, все еще улыбаясь.

— Это единственное, что пришло мне в голову.

Покачав головой, Кейтлин спустилась по последним ступеням.

— Нам надо поработать над твоими навыками импровизации.

Выбравшись из-за дивана, Николь встала и отряхнулась.

— Ребята, думаю, это знак, — сказала она, глянув на них обоих. — Нам надо двигаться дальше.

Что-то в грудной клетке Кейтлин расслабилось.

Они больше не будут торчать в ловушке нерешительности.

Глава 4

Никто из них не спал.

Как только они убедились, что группа не вернется, они начали собирать свои припасы. Консервированная еда, бутыли воды, сухие продукты, даже не слишком крупные бумажные продукты складывались в гостиной, где их сортировала Николь.

Кейтлин отправилась на поиски чистых простыней, одеял и запасной одежды. Сейчас середина лета, но в зависимости от того, где они окажутся в следующий раз, осень может оказаться больше похожей на зиму.

Неся охапку простыней из гостевой комнаты, она едва не врезалась в грудь Букера.

— Воу, полегче, птичка певчая, — сказал он, придержав ее за плечи. — У нас есть время. Не надо так спешить.

— Ты уж прости, но я не хочу рисковать, — ответила она, обходя его стороной и проходя мимо.

— Эй, тебе нужна помощь с поисками?

Перебросив волосы через плечо и направляясь вниз, она крикнула:

— Как будто я доверюсь твоему вкусу в одежде.

Гостиная начинала выглядеть как секонд-хенд, в котором товары разложены по степени необходимости и размеру. Николь бормотала что-то себе под нос, составляя список в кухонном блокноте и что-то там царапая после осмотра каждого предмета.

— Можно вытащить ученого из лаборатории… — поддразнила Кейтлин, добавляя свои находки к горе простыней на краю дивана.

— Я просто хочу, чтобы у нас имелся точный перечень всего. Так будет просто управлять припасами.

Кейтлин положила руки на бедра и обвела взглядом комнату.

— Думаешь, нам для чего-нибудь пригодятся полотенца и тряпки? Шкафчик наверху битком забит ими.

— Неси их вниз, я отсортирую, — сказала Николь. — Мы не сможем взять слишком много, так как они занимают место, но посмотрим.

Кивнув, Кейтлин повернулась и пошла обратно наверх.

Она ожидала услышать, как Букер ищет в ванных комнатах что-то ценное, но проходя мимо их спальни, она увидела, что он сидит на краю матраса, повесив голову.

Она резко остановилась, и ее живот скрутило от беспокойства.

— Букер? Что случилось? — спросила она, поспешив к нему. — Голова закружилась?

Не успела она протянуть руку, как он поднял взгляд.

— Не, я в норме, — пробормотал он. — Просто задумался на минутку.

Встав, он начал обходить ее, но Кейтлин схватила его за предплечье, заставив остановиться.

— Джек…

— Слушай, Кей, я знаю, что последние несколько дней были непростыми, — сказал он. — И я уверен, что случившееся со мной заставило тебя задаться вопросом…

Кейтлин хмуро глянула на него.

— Чего?

— Но если бы ты просто оказала мне услугу и сказала, вместо того чтобы…

— Сказала тебе что, Букер?

Он помрачнел, проведя рукой по волосам.

— Слушай, я понимаю, ясно? Моя болезнь вовсе не доказала мою способность справляться с ситуацией, но…

Крепко зажмурившись, Кейтлин покачала головой.

— Букер, притормози. О чем ты говоришь?

Букер расправил плечи и посмотрел ей в лицо.

— Если ты хочешь закончить… если ты хочешь порвать со мной, я пойму. Просто тебе нужно мне сказать, ладно? Я не буду… я не брошу тебя и Николь, но…

Дыхание обжигало ее легкие. В желудке словно что-то скисло.

Кейтлин моргнула. Один раз. Второй.

Он продолжал болтать, но она его не понимала.

— Букер… — она попыталась, но ее голос сорвался. — Букер…

Его слова превратились в гудение белого шума.

— Джек, заткнись! — завопила Кейтлин, перебив его. — Я не пытаюсь бросить тебя, придурок!

Букер уставился на нее.

— Нет?

— Нет, — сказала она. — С чего ты это взял?

Вздохнув, он потер ладонью свою шею сзади.

— С тех пор как ты вернулась, ты… — он прочистил горло. — Ты практически выбегаешь из комнаты всякий раз, когда мы оказываемся наедине. Ты стала дерганой и раздражительной, и я просто… я знаю, что поставил тебя в плохое положение, заболев вот так. Я должен был присматривать за тобой, а вместо этого…

— Букер, это могло случиться с кем угодно. Неважно, насколько ты сильный, инфекция свалит с ног любого.

— Вот почему ты на меня почти не смотришь? — хрипло спросил он. — Почти не подпускаешь меня к себе? Черт, да ты даже не спишь в одной постели со мной.

— Это потому, что у тебя была температура.

— Ну да, конечно, — язвительно процедил он.

— Джек, — рявкнула она, сделав шаг вперед. — Я не пытаюсь тебя бросить.

— Тогда что это такое, а? — настаивал он, наклонившись к ней. — Что с тобой происходит?

— Я убила кое-кого!

Слова слетели с ее губ прежде, чем она успела их осознать.

Она ощутила их следы как уголек в горле.

Силясь сделать вдох, она подняла взгляд, моргая.

— Я… убила двух человек.

Вся злость и негодование, исказившие лицо Букера, схлынули. Он замер совершенно неподвижно, дожидаясь, когда она продолжит.

Отбросив волосы с лица, Кейтлин сделала глубокий вдох.

— В день, когда я пошла в аптеку… Эти два парня тоже зашли внутрь. Они поймали меня прежде, чем я сумела убежать. Они хотели забрать мою сумку, а я не хотела ее отдавать. Внутри находилось все, что тебе было нужно. Я не могла…

Она вслепую попятилась назад, пока ноги не задели матрас, а потом села.

— Первый, он… Он схватил меня. Но я вспомнила, чему ты меня учил, и я… я вырвалась. Однако я оказалась недостаточно быстрой. Он ударил меня по затылку, — ее пальцы нашли заживающую рану на скальпе, надавив на синяк для напоминания. — Я упала на пол, и он схватил меня за лодыжку, потащил назад… А потом я внезапно уже держу окровавленную монтировку, а его череп расколот надвое.

Букер сделал шаг вперед.

— Кей…

— Но второй, — продолжала она. — Это уже другое.

Букер снова застыл, наблюдая за ней.

— Драка была такой шумной, что привлекла в магазин всех фриков в округе. А приятель того парня орал, называл меня убийцей, и я просто… — она помедлила, подняв взгляд. — Или он, или я. Фрики подходили все ближе. Ломились через магазин. А я снова и снова думала, что мне надо вернуться домой. Я должна была вернуться. Ты нуждался во мне.

Кейтлин моргнула, и слезы упали с ее ресниц, прокатившись ручейками по щекам.

— Я выстрелила ему в колено. Я знала, что он наделает столько шума, что фрики и не заметят, как я убегаю через черный ход. Так что я подстрелила его и бросила там. Даже когда он умолял меня не делать этого.

Подвинувшись ближе, Букер присел перед ней, положив теплые ладони на ее колени.

— Послушай меня, птичка певчая, — хрипло начал он. — Те мужчины, которых ты убила, не были хорошими. В них не было ничего невинного. Ты сделала то, что было нужно для выживания.

— Он умолял меня, Джек, — сказала она сквозь слезы. — Молил меня помочь ему, а я бросила его. Я допустила, чтобы его сожрали заживо. Черт, да я позвонила в колокольчик, приглашая тех фриков к обеду.

Наклонившись поближе, Букер взял ее ладони и сжал так, что она прочувствовала это до костей.

— Что ты сказала мне после того, как пришла та стая? — прошептал он. — Ты сказала, что неважно, что я сделал, лишь бы я вернулся. Ты сама так сказала.

Кейтлин выдержала его взгляд.

— Ты протаранил джипом забор и выпустил кучу фриков. Я убила двух человек.

— Назови это самообороной. Убийством со смягчающими обстоятельствами. Какой бы ярлык ты ни налепила, это неважно. Ты вернулась, — он накрыл ее щеку ладонью и стер слезы большим пальцем. — Пусть даже ты убила бы двадцать человек. Пятьдесят. Сотню. Мне все равно. Ты вернулась домой.

С ее губ сорвалось тихое рыдание.

— Не думаю, что я та же, кем была прежде, Джек.

— Не думаю, что кто-то из нас остался прежним, — прошептал он, поглаживая изгиб ее ушка. — Но мы выжили.

Закрыв глаза, она попыталась прекратить слезы, но безуспешно.

— Почему ты не сказала мне раньше, дорогая?

Подавшись навстречу его прикосновению (роскошь, которой она не ощущала несколько дней), она пробормотала:

— Ты только начал поправляться и… ты и без того несешь на себе столько вины. Я не хотела взваливать на твою совесть еще и это.

— Эй, — позвал Букер, заставляя ее открыть глаза. — Послушай меня. Ради тебя я потащил бы на себе груз всего мира. Ничто не будет перебором, если это ради тебя. Я сделал бы для тебя что угодно, птичка певчая, ты понимаешь?

Уязвимая и охваченная чувствами, Кейтлин закивала, а потом бросилась вперед, сжав его лицо ладонями. Притянув его к себе, она накрыла его губы крепким отчаянным поцелуем.

— Я люблю тебя, Джек, — прошептала она.

Стиснув ее в объятиях, Букер целовал ее виски и волосы.

— Ты и я, Кей. Вместе.

* * *

Прямо перед рассветом они закончили упаковывать джип и напоследок прошлись по дому.

Кейтлин бродила по кухне, безмолвно благодаря за еду и кров, которые дал им этот дом. Может, другая группа сможет использовать этот дом совсем как они.

Когда Николь вынесла последний пакет, Кейтлин проследила, что забор хорошо стоит, а замок на воротах продет и сцеплен, но не защелкнут полностью. Фрики слишком тупы, чтобы отпереть его, а людям не придется отбиваться от нежити, чтобы попасть внутрь.

Золотистые лучи рассвета начали заливать фермерский дом, и Кейтлин знала, что к счастью или несчастью, они никогда не вернутся.

— Вы готовы? — позвал Букер, забираясь на водительское место.

— Готовы, насколько это возможно, — ответила Николь, садясь на заднее сиденье и закрывая дверцу.

Кейтлин щелкнула ремнем безопасности и принялась копаться в отделении для перчаток.

— Ладно, что слушаем — Fall Out Boy или White Stripes? — спросила она, подняв два диска.

Букер и Николь в унисон заявили:

— White Stripes.

Глянув назад, Букер улыбнулся и приподнял кулак, а Николь легонько стукнула по нему в ответ.

Кетйлин нажала на воспроизведение, когда Букер тронул машину с места.

Она смотрела, как отражение дома в боковом зеркале становилось все меньше и меньше, а потом и вовсе исчезло, и осталась лишь бескрайняя ширь полей вокруг них.

Глава 5

Прямо на границе Арканзаса они нашли парковку подержанных автомобилей, и Букер с радостью свернул туда и слил бензин.

Кейтлин знала, что для него это лишь оправдание, чтобы поглазеть на ряды спортивных машин, которые ему так и не довелось водить.

Взяв пустую канистру и шланг из багажника, он осмотрел окрестные территории.

— Ладно, у нас два варианта, — сказал он, тихо закрыв дверцу. — Вы обе остаетесь здесь и охраняете джип. Или идете со мной.

— Если ты хоть на секунду поверил, что я отпущу тебя одного… — предостерегла Кейтлин, уже потянувшись к револьверу.

Николь кивнула.

— Поддерживаю.

— Я и не знал, что я такой популярный, — протянул Букер, широко улыбаясь.

Кейтлин засунула оружие за ремень сзади и закатила глаза.

— Пошли, придурок, я не хочу торчать здесь весь день.

Усмехнувшись, Букер пошел первым, а Николь и Кейтлин последовали за ним по бокам.

Стоять на страже было несложно. Крути головой, смотри вдаль, прислушивайся ко всем звукам, выходящим за рамки привычного. Кейтлин целый месяц оберегала саму себя, так что когда рядом с ней находились два человека, сохранявших такую же бдительность, это практически каникулы.

Они прошли вдоль ряда стареньких машин, тихонько взламывая замки.

— Эта Хонда знатно поизносилась, — прокомментировала Николь, остановившись возле багажника.

— Да, значит, люди наверняка мало ездили на ней, — сказал Букер, вставляя трубку в бак. — В таких местах машины обычно стоят с полупустыми баками. Никаких тебе тест-драйвов, никакого расхода топлива, и потому нам же больше достанется.

Николь улыбнулась.

— Тебе никто не говорил, что ты довольно умный?

— Может, парочку раз.

Прислонившись к переднему капоту, Кейтлин смотрела на дорогу, по которой они только что приехали сюда.

Что-то не так.

Волоски на ее шее встали дыбом, и из-за удушающей влажности она понимала, что дело вовсе не в порыве холодного ветерка.

— Ребята, — сказала она, глянув на Букера и Николь. — Думаю, там что-то происходит.

Николь тут же выпрямилась.

— Где?

Кейтлин покачала головой.

— Я не уверена. Но… — она глянула на Букера. — Нам лучше поспешить.

— Вас понял, — отозвался он, сгибая шланг, чтобы бензин лился быстрее.

Приглушенный шлепок по стеклу заставил их повернуть головы.

Маленький офис на парковке оставался темным, все двери заперты. Не было оснований подозревать что-либо…

До этого момента.

Гниющие, изувеченные руки прижались к широкому окну витрины. Сначала одна пара, потом вторая, и третья.

Больше дюжины фриков появилось в их поле зрения, толкая друг друга и наваливаясь на стекло. Зияющие рты с недостающими зубами и запекшейся кровью разевались просто от обещания свежего мяса.

— Дерьмо, — прошипела Кейтлин, инстинктивно отпрянув. — Букер.

— Почти закончил.

— Почти? — она уставилась на фриков, силившихся освободиться. — Почти — это сколько?

Резкий хруст, будто кто-то наступил на тонкий лед, эхом пронесся по парковке.

— Джек, — позвала Кейтлин, уже потянувшись к нему.

Выдернув шланг из бака, он быстро закрутил крышку и выпрямился.

— Ага, пора сматывать удочки.

Их движения лишь подстегивали голодных и отчаявшихся фриков. Один ударил кулаком по самой крупной трещине, отчего огромный кусок стекла откололся и выпал из рамы.

— О Боже, — Николь ахнула. — Ребят, смотрите.

На другой стороне дороги из полуразрушенного магазина «Все за 1$» появилось целое стадо, пугающими темпами сокращавшее расстояние между ними.

Нечеловеческое рычание и хрипы заполнили воздух, когда изломанные и разлагающиеся тела ринулись вперед.

— К джипу, — скомандовал Букер.

Витрина магазина продержалась недолго. Когда стекло потрескалось и рассыпалось, фрики повалились на тротуар, спотыкаясь, и побрели сквозь ряды припаркованных машин.

Они оказались зажаты между двумя стадами.

Вытащив револьвер из-за пояса, Кейтлин бросилась бежать по самому короткому пути, но ее отрезали два фрика, которые первыми вырвались из заточения.

— Бл*дь! — завопила она, резко развернувшись и побежав в противоположную сторону.

— Кей, — позвал Букер, протягивая к ней руку. — Ну же!

Сцепив их ладони, Кейтлин понеслась со всех ног.

«Беги, беги, беги, как можно быстрее…»

— Николь! — закричала она, не видя свою подругу из-за машин.

Джип находился близко, но и дюжина фриков, устремлявшихся к ним, тоже были недалеко.

— Кейтлин?

Она слышала ее, но Николь нигде не было видно.

— В машину, — сказал ей Букер, подталкивая вперед.

— Джек, где Николь?

Прямо перед ними очутился фрик, протягивавший окровавленные руки и обнаживший зубы.

Кейтлин не колебалась. Подняв револьвер, она сделала один выстрел и попала ему прямо между глаз.

Когда труп упал на землю, она перепрыгнула через него и продолжила бежать.

Как раз, когда она опять хотела позвать Николь, двигатель завелся, и по ее венам заструилось облегчение.

— Ну же, ребята! — закричала Николь.

Букер толкнул ее вперед.

— Давай, Кей, беги!

Потянувшись назад, она схватила его за что попало (перед его рубашки) и дернула следом за собой.

Вместе.

Они бежали вместе.

Пассажирская дверца распахнулась как раз в тот момент, когда половина стада пересекла дорогу и окружила джип.

— Ну же, ну же! — кричала Николь.

Кейтлин сначала подумала, что падает, но потом сообразила, что падение — это движение вниз, а ее определенно поднимали.

Одним движением ее оторвали от земли и зашвырнули в джип. С воплем боли она ударилась о приборную панель, но в остальном осталась невредимой.

— Езжай, езжай, — велел Букер, уцепившись за корпус джипа и дверцу.

Николь надавила на газ, врезавшись в двух фриков, потом повернула руль и выехала с парковки.

Изогнувшись, Кейтлин перебралась на заднее сиденье, потом повернулась и схватила Букера за ремень.

— Джек! — крикнула она, пытаясь затащить его внутрь.

Пока они уезжали от двух смешивающихся стад фриков, Букер сумел забраться в автомобиль, аккуратно, чтобы не упасть.

Красная канистра с бензином глухо ударилась о пол машины с пассажирской стороны.

У Кейтлин отвисла челюсть.

— Ты ее не выронил?

— После таких трудностей? — сказал он, наконец-то усевшись и захлопнув дверцу. — Черта с два я ее потеряю.

— Иисусе, ну Букер, — выдохнула она, шлепнув его по плечу.

Как только парковка и фрики скрылись из поля зрения, Николь сбавила газ и посмотрела на них обоих.

— Эм, думаю, кто-нибудь другой должен занять мое место, — сказала она, показывая на руль.

— Почему? — спросил Букер, развеселившись и раскрасневшись.

Она позволила джипу плавно остановиться.

— Потому что я водить не умею.

Мгновение тишины было разрушено взрывом буйного хохота.

Букер покачал головой, продолжая посмеиваться.

— Ох уж эти янки.

* * *

Припарковавшись под знаком «Добро пожаловать в Арканзас», чуть в стороне от дороги, они перегруппировались и начали перечислять свои варианты.

Разложив карту на капоте, Николь сняла колпачок с ручки и начала помечать штаты ярко-красными крестиками.

Джорджия. Алабама. Миссисипи.

Они решили вообще не соваться на юго-восток, и Кейтлин смотрела, как красные чернила покрывают названия штатов одно за другим. Северная и Южная Каролина. Флорида. Вирджиния.

— Мы могли бы попытаться срезать через Теннесси, — предложила она, показывая на границу на карте. — Я знаю, что города будут опасными, но если мы запасемся топливом, чтобы долго не пришлось останавливаться, и будем держаться подальше от Мемфиса…

Букер покачал головой.

— Прямо за городом находится военно-морская база, — сказал он. — Даже если мы не окажемся в море стональщиков, то все равно глазом моргнуть не успеем, как наткнемся на отряд мордоворотов.

— Я думала, что вся армия рассредоточилась, — сказала Николь, поднимая голову от последнего нарисованного крестика.

Нью-Йорк.

Все официально. Они больше никогда не смогут отправиться домой.

— Так и есть, но они не оставят базу без присмотра, — сказал Букер, проводя пальцем по одной из синих линий на карте. — Если бы меня попросили угадать, я бы сказал, что они установили периметр примерно здесь, — он показал на угол Теннесси прямо за точкой Мемфиса. — Отличный обзор на основные дороги, возможно, даже следящие устройства. Они уложат нас прежде, чем мы их увидим.

Кейтлин вздохнула и прислонилась к джипу.

— Ладно, значит, Теннесси исключается.

Пока Николь вычеркивала штат ручкой, она глянула на Букера.

— Ты был морпехом.

Он выгнул бровь.

— Только сейчас дошло?

Укоризненно шикнув, Кейтлин пихнула его в бок локтем.

Николь ни капли не смутилась.

— Ты должен знать, куда они отвезли беженцев. Протоколы эвакуации. Если бы лагерь Ковчега на северо-востоке оказался переполнен или разрушен, куда бы они отправили людей.

Яркий блеск надежды в ее глазах показался Кейтлин почти невыносимым.

Букер почесал свою шею сзади.

— Эм, дорогуша, думаю, ты переоцениваешь мою осведомленность.

— Или ты недооцениваешь себя, — парировала Николь.

Кейтлин мягко улыбнулась.

— Время от времени он так делает, да.

Букер начал качать головой.

— Слушайте, ну…

— Выдвинь предположение, — настаивала Николь. — Если бы ты был за главного…

Он издал резкий смешок.

— Да скорее ад замерзнет.

— Просто попробуй. Куда бы ты послал людей?

Мгновение спустя Букер сделал глубокий вдох и обеими руками оперся на капот по сторонам от карты.

— Ладно… если бы мне надо было принять решение… — произнес он, щурясь. — Северо-восток исключается. Слишком много городов с высокой плотностью населения, а дальше к северу меньше земли, с которой можно работать. Я бы двинулся на запад. Может, Огайо… Индиана. Даже Айова.

— Это недалеко отсюда, — пробормотала Николь. — Относительно говоря.

Выпрямившись, Букер хмуро посмотрел на них обеих.

— Вы все исходите из предположения, что правительство, которое натравило армию против собственных граждан, будет достаточно великодушным, чтобы переместить людей в безопасное место после того, как первое место окажется заброшенным.

Скрестив руки на груди, Кейтлин задумалась на минутку.

— Когда, говоришь, город заполонили фрики? — спросила она, повернувшись к Николь.

— Примерно через неделю после вспышки вируса? Первая группа, с которой я была, слышала по чрезвычайным каналам вещания, что Нью-Йорк, Нью-Джерси и Коннектикут оцеплены.

Кейтлин глянула на Букера.

— Когда ты впервые наткнулся на те «хаммеры» с мордоворотами.

Он пожал плечами.

— Фиг знает… за три недели до того, как нашел тебя?

— Между этими датами все равно остается промежуток в неделю-полторы.

— Промежуток для чего именно? — спросил Букер.

— Для того, чтобы люди думали, будто сумеют сбежать от этого, — она показала на карту. — Если лагерь Ковчег был организован в штате, они бы запаниковали при мысли о том, что к ним нахлынут фрики. Если зону начинали блокировать, то они убрали бы тех людей, которых удалось спасти, и только потом все отгородили. Особенно если это богатые и властные люди.

— А Нью-Йорк ими славится, — прокомментировала Николь.

Букер нахмурился.

— Думаешь, они приняли решение истреблять людей после того, как отвезли всю элиту в более крупный Ковчег?

— Но Кейтлин, мы же видели, что случилось в Атланте, — сказала Николь. — Это была вовсе не ситуация «подождем и увидим». Они убивали автобусы с людьми, они сбили твой самолет.

— Это потому что Атланта была местом первого распространения вируса. Там находилась лаборатория и сбежавшие пациенты…

— Да, мы помним, — пробормотал Букер, расхаживая туда-сюда немного в стороне от них.

Он хорошо все скрывал, но Кейтлин видела боль, притаившуюся в его глазах от этих воспоминаний.

— Я пытаюсь сказать, что у остальной части страны было больше времени для составления планов. Для продумывания эвакуации.

Неизвестные переменные затмевали свет оптимизма Николь и раздражали Букера, который носком ботинка чертил линии в пыли.

— Слушайте, я знаю, что несколько дней назад я всем убивала настроение, — начала Кейтлин, глядя на них обоих. — Но правда в том, что я просто боялась вновь надеяться. Я боялась разочароваться и остаться с разбитым сердцем.

Букер повернулся, и на его лице появилось мягкое, гордое выражение.

Она продолжала.

— Не знаю как вы, ребята, но я начинаю думать, что нам нечего терять, если мы попытаемся. Потому что я еще не готова задрать лапки кверху и капитулировать.

Шагнув обратно к капоту и карте, Букер сказал:

— Ты же понимаешь, что это означает прочесывание штатов в поисках признаков лагеря Ковчега, в котором ее муж может находиться, а может и не находиться, — он подбородком указал на Николь. — А потом, если мы, возможно, найдем этот лагерь, нам придется выяснить, как вытащить его оттуда. Нельзя сказать, что правительство просто позволит нам постучать и вежливо попросить.

Кейтлин кивнула.

— Мы разберемся с этим очень опасным моментом, когда дойдем до этого. Но сначала нам нужно поискать признаки Ковчега или людей, которым что-то известно.

Выжидающая тишина бурлила вокруг них, они переглядывались меж собой, ожидая возражений.

Вздох Букера нарушил молчание.

— Я рад, что к тебе вернулся боевой дух, — сказал он. — Но эта поездка будет адской.

Кейтлин широко улыбнулась.

— А что, тебе на работу в понедельник?

Он усмехнулся, начав складывать карту.

— Ты думаешь, ты такая миленькая.

— Я из проверенных источников знаю, что я очень даже миленькая.

Закатив глаза, Николь пошла к задней дверце джипа, бурча:

— Боже, как же я жалею, что у меня нет бухла…

Глава 6

Арканзас, спустя две недели

— Есть что-то?

Кейтлин опустила бинокль и посмотрела вниз сквозь ветки.

— Пока что нет.

Букер подошел ближе, бдительно наблюдая за ее местом наверху.

— Почему бы тогда тебе не спуститься?

Усмехнувшись, она перекинула ногу через ветку дерева, на которой сидела, и потянулась вверх, схватившись за другую ветку, чтобы перебраться выше.

— Мидоуз…

— Мне просто нужна точка обзора получше, — крикнула она, уже находясь на полпути к следующей ветке. — То стадо было слишком большим, чтобы просто исчезнуть.

— Мы все еще с подветренной стороны от них, — сказал он, обходя ствол вокруг, чтобы последовать за ней. — Они направлялись на север, вверх по шоссе.

Надежно устроившись в изгибе дерева, она снова подняла бинокль.

— А что, если нам придется сделать петлю? Мы в итоге наткнемся на них, и я предпочла бы быть готовой.

Неразборчивое бурчание внизу лишь заставило ее улыбнуться.

Букер знал, что на деревьях она в полной безопасности, но ненавидел, когда она поднималась слишком высоко.

И еще сильнее ненавидел тот факт, что сам он был чертовски неуклюжим на деревьях.

Сканируя горизонт, она несколько секунд понаблюдала за краем полей.

Обнаружив несколько отгороженных дорог и городков, кишевших фриками, они решили, что надо глубже зайти в дельту Арканзаса, чтобы их не окружили.

А потом стадо как минимум из пятидесяти немертвых членов прошаркало по двухполосной дороге, заставив их вновь отклониться от курса.

В этот раз Кейтлин не собиралась допустить, чтобы эти твари застали их врасплох.

Изогнувшись по возможности, она всматривалась сквозь тонкую полосу деревьев и выжидала, когда что-нибудь привлечет ее внимание.

— Кей, ну брось, — позвал Букер, постукивая костяшками пальцев по коре.

Она уже собиралась согласиться, когда в ее поле зрения попало нетипичное облачко.

Не облачко. Дым.

— Букер… — она показала на запад, где вилась тоненькая серая струйка. — Кто-то развел огонь.

Повесив бинокль себе на шею, она свесилась со своей ветки и начала быстро спускаться.

— Ты видишь их лагерь? — спросил Букер, когда она преодолела половину пути.

— Нет, но они не могут быть далеко, — Кейтлин спрыгнула с предпоследней ветки, благополучно приземлившись. — Может, в одной-двух милях отсюда?

Положив руку на ее поясницу, Букер поддержал ее и кивнул.

— Будем надеяться, что они дружелюбные.

— Нам стоит подобраться ближе и разведать?

Вместе они направились обратно к джипу.

— Не слишком близко. Надо найти идеальное местечко, чтобы держаться подальше от того стада, но и не очутиться на пороге у наших новых соседей.

— Ребята, — позвала Николь, поднимая глаза от карты, которую она нашла в старом грузовике через три города отсюда. — Если эта штука все еще верна, в том направлении находится небольшой городок. Церковь, пара ферм…

— Они могли затаиться в любом из этих мест, — сказал Букер.

Прикрыв глаза от послеобеденного солнца, Кейтлин снова посмотрела на дорогу. Прошло больше часа с тех пор, как они наткнулись на то стадо. Если бы оно последовало за ними, это уже стало бы ясно.

— Мы могли бы описать круг сзади, — сказала она. — Эта дорога соединяется с путями по другую сторону города?

Николь хмуро посмотрела на карту.

— Эм… Да, но это все окольные дороги. Не очень-то много поворотов. Если мы наткнемся на фриков…

— Мы справимся, — заверил Букер, кивнув.

Они несколько раз оказывались на одной дороге с группой фриков. В последнее время всем доводилось попрактиковаться.

— Световой день скоро закончится, — добавил он. — Лучше выдвигаться и найти местечко для ночлега.

— Чур, я впереди, — воскликнула Николь, вскочив и кинувшись к передней пассажирской двери.

Кейтлин опешила.

— Ээ… Эй!

Изобразив оскорбление, она посмотрела на Букера в поисках поддержки.

— Прости, дорогая, — он усмехнулся. — Кто первый встал, того и тапки.

Драматично вздохнув, она поплелась к заднему сиденью.

— Ну и ладно. Вот не буду делиться с вами моим арахисовым маслом.

* * *

Они припарковались в зарослях, в нескольких метрах от дороги, и начали свою рутину.

Николь и Кейтлин развесили бечевку с алюминиевыми сковородками и жестяными банками, служившую им периметром примерно в шести метрах от джипа. Если их найдет фрик, они услышат его задолго до того, как он подберется слишком близко.

Букер поставил джип так, чтобы при необходимости они смогли быстро вырулить на дорогу, затем начал патрулировать заросли, проверяя, чтобы их ничто не поджидало.

Николь первая стояла на страже, поскольку она все еще не привыкала обходиться с оружием, и ее ночное зрение оставляло желать лучшего. В послеобеденное время и до самых сумерек Кейтлин должна была дремать, чтобы бодрствовать в свою смену, но ей это редко удавалось.

Вместо этого она читала потрепанную книжку по подсобному хозяйству, которую нашла в захудалой библиотеке.

Где бы они ни осели, она будет знать, как обустроить для них жизнь и вновь процветать.

Тихое постукивание по двери выдернуло ее из дремоты, в которую она провалилась.

Солнце село, мир окрасился оттенками серости и индиго, а деревья превратились в тенистых стражей.

— Твоя очередь, — сказала Николь, открывая заднюю дверцу и забираясь внутрь. — У Букера есть для тебя кое-какая еда.

— Спасибо, — ответила Кейтлин, делая закладку и выпрямляясь.

Потянувшись и стоя возле джипа, она осмотрелась по сторонам.

— Букер? — прошептала она в темноту.

Свист, донесшийся сзади, привлек ее внимание. Улыбнувшись, она пошла на звук и нашла Букера, прислонившегося к стволу тонкого деревца.

Приближаясь, он чувствовала, как он наблюдает за ней в темноте.

Волк вновь в лесах.

— Николь сказала, что у тебя есть для меня еда? — спросила Кейтлин, когда их разделяло меньше полуметра.

— Угу, — он переступил с ноги на ногу, оттолкнувшись от дерева. — Тут немного, но все-таки это ужин.

Что-то в тембре его голоса вызвало у Кейтлин мурашки. Он говорил об еде, но это лишь заставляло ее думать кое о чем другом.

— Нашел заросли дикой земляники, — объяснил он, присев и открыв свою сумку. — Ягод немного, но они спелые. И тут еще твоя доля вяленой говядины и…

— Джек, — перебила она, встав возле него.

Когда он посмотрел на нее, она улыбнулась.

— Иди сюда, — прошептала она, потянувшись к его руке.

Подняв его на ноги, Кейтлин погладила рукой его щеку, и его отрастающая борода оцарапала ее ладонь. Сократив расстояние, она нашла его губы своими, отчаянно желая ощутить его вкус.

— Кей, — пробормотал он, проведя носом по ее скуле. — Не знаю, стоит ли нам…

— Я скучала по тебе, — призналась она, сжимая в кулаке воротник его фланелевой рубашки. — У нас теперь редко выдаются моменты уединения.

Его ладони скользнули под ее футболку, оставляя огненные следы всюду, где касались его кончики пальцев. Проведя по ее бокам, он задел край лифчика, но не стал заходить дальше.

— Не могу же я снова уложить тебя на заднем сиденье джипа, — сказал он, покрывая поцелуями ее шею. — Не спеша насладиться тобой.

Эти слова хлынули в ее живот, распаляя и без того невыносимое пламя.

— Я люблю тебя, Букер, — сказала Кейтлин, улыбнувшись и куснув его нижнюю губу. — Но нам не обязательно всегда делать это сладко и медленно.

Ее руки опустились от его лица к ширинке ее джинсов, уже расстегивая первую пуговку.

— Николь?

— Наверное, уже уснула, — ответила она, ведя его к дереву, к которому он прислонялся ранее.

Как только ее плечи задели кору, она дернула Букера вплотную к себе.

— Кей…

Царапнув пальцами его скальп, она подвигала бедрами, заставив его застонать.

— Ну же, Джек, — прошептала она ему на ухо. — Трахни меня.

Он замер под ее руками на несколько секунд (она уже обеспокоилась, что расстроила его), а потом ринулся вперед, сжав ее лицо ладонями и поцеловав так, что у нее закружилась голова. Ее губы горели от его щетины, все тело кричало от желания прикосновений.

Сильные мозолистые пальцы дернули молнию ее ширинки вниз, а затем скользнули под ткань, ища то место, где она сильнее всего нуждалась в нем.

— Черт, — прошипела Кейтлин, когда он потер ее клитор. Задергав бедрами под его ладонью, она безмолвно умоляла о большем трении.

— Иисусе, дорогая, — протянул Букер, целуя ее в висок. — Едва прикоснулся к тебе, а ты уже так течешь? — он прихватил зубами кончик ее уха, заставив захныкать. — Наградишь меня большим эго.

— Как будто оно сейчас у тебя маленькое, — усмехнулась она.

Чтобы подразнить его сильнее, она погладила его через джинсы, и у Букера ослабели колени.

Гордость и похоть смешались воедино, кружа ей голову. Она, может, и находилась на взводе, но и он не был спокойным и собранным.

Оттолкнув его самую чуточку, Кейтлин спустила джинсы до коленей. Подавшись вперед, она крепко поцеловала его в губы, затем развернулась.

— Вот так, — сказала она, прижимаясь к нему.

Ладони Букера опустились на ее обнаженные бедра, крепко сжимая.

— Уверена? — спросил он, хотя сам уже принялся мять ее попку.

Схватив его правую руку, она сунула ее между своих бедер, и он застонал ей в волосы.

— У меня нет времени выписывать тебе именное приглашение, Джек, — сказала она ему. — А теперь дай мне почувствовать тебя.

Она услышала, как он расстегнул ремень и ширинку свободной рукой, а потом его длина скользнула по ее щелочке. Схватившись за дерево для опоры, она прогнулась в талии и подставила себя ему.

Букер обвил рукой ее талию и накрыл ладонью ее правую грудь под футболкой.

— Иисусе, что бы я сделал с тобой, будь у меня шанс, — пробормотал он ей на уху. — Всю ночь бы боготворил тебя.

— Джек, — простонала она, толкаясь навстречу и умоляя.

Как только он уперся в ее вход, пульс Кейтлин зашкалил. Ее ногти царапали кору дерева, пока она готовилась к большему.

Его толчки были неглубокими, нежно раскрывали ее несмотря на то, как сильно они оба в этом нуждались.

Прижавшись грудью к ее спине, он держал ее как можно ближе и продолжал двигаться.

— Помнишь то утро, когда ты проснулась с моей головой между твоих бедер, — сказал он, обдавая жарким дыханием ее шею. — Никогда в жизни не пробовал ничего вкуснее. А звуки, которые ты издавала, двигаясь на моем языке, полусонная, но уже готовая кончить…

Кейтлин подавила стон, когда он вошел в нее до упора. Воспоминания заполонили ее разум, нахлынув на восхитительное пламя, бушевавшее в ее теле.

Надо было догадаться, что Букер при возможности будет нашептывать грязные словечки в постели.

Почувствовав, что его слова делают с ней, он опустил руку ниже, поглаживая ее складочки и не прекращая толчков.

— Как бы мне хотелось сейчас попробовать тебя на вкус, — прорычал он, почти выходя и толкаясь обратно. — Чтобы твои соки текли по моему подбородку.

— Боже, Джек, — прохрипела она и завела руку назад, вцепившись в его волосы изо всех сил.

— Тебе бы это понравилось, да? Как в ту первую ночь в джипе… — он ускорил темп, каждый раз ударяя по идеальному местечку. — Я бы не останавливался, пока ты не вымотаешься. Не сможешь двигаться, не сможешь говорить. Эти твои великолепные ножки будут дрожать…

Когда он стал кружить по ее клитору большим пальцем, Кейтлин увидела звезды.

— Ох, бл*дь, я сейчас кончу, Джек, — пробормотала она в сгиб своего локтя, заглушая крики.

Лизнув изгиб ее шеи, он ласково куснул ее прямо за ушком.

— Давай, — сказал он, продолжая играть на ней как на искусно настроенном инструменте. — Бери свое.

Кейтлин мгновенно разлетелась на куски, и ее колени подкашивались с каждой волной наслаждения, накатывавшей на нее. Закусив рукав футболки, она сдерживалась, чтобы не прокричать его имя, пока он продолжал с силой вколачиваться в нее.

— Пожалуйста, Джек, — хрипло простонала она.

Он начал замедляться, но она крепче стиснула пальцами его волосы.

— Еще, — добавила она. — Я могу это вынести. Ну же.

Упершись лбом в ее плечо, Букер застонал.

— С ума меня сведешь, птичка певчая.

Она широко улыбнулась, снова опершись на дерево.

Их уже раз за разом доводили до предела.

Они выживали, сражались и убивали, чтобы остаться вместе. Переплелись меж собой сильнее, чем могли связаться две души в ее представлении.

Раз за разом находили пределы друг друга, и это ощущалось как заявление прав, объявление друг друга своим домом.

И она пока не могла вынести мысли о том, чтобы отпустить это ощущение.

Ногти Кейтлин скользнули по шее Букера сзади, царапая влажную кожу, когда он стал входить еще глубже.

— Ты мой, — выдохнула она, выгибая спину. — Только мой.

Букер кивнул, утыкаясь в ее плечо и постанывая.

— Твой, Кей.

Похлопывая по ее клитору двумя пальцами, он нашел темп, который через считанные секунды заставил ее задыхаться и выругаться.

Второй оргазм стремительно накатывал на ее, угрожая падением на землю, но Букер крепко держал ее в прежнем положении.

Его рука накрыла ее, крепче прижимая ладонь к грубой коре. Кейтлин упивалась уколами боли, которые смешивались с блаженством, пока она трепетала вокруг его члена.

— Джек, я… — она проглотила остаток предложения, уже разлетевшись на куски.

Через несколько секунд он вышел с резким выдохом, и она почувствовала его разрядку на внутренней стороне бедра.

Букер застонал, уронив голову между ее лопаток.

— Прости, дорогая, — сказал он, покрывая поцелуями ее позвоночник. — Сообразил, что нам надо быть осторожнее.

В дымке удовлетворения Кейтлин не могла даже переживать из-за того, что он ее запачкал. Она тихонько хихикнула, опустив голову на руку.

— А что, похоже, будто я жалуюсь? — подчеркивая свои слова, она еще раз толкнулась навстречу ему, вызвав стон.

Наклонившись, Букер поцеловал ее в уголок губ.

— Похоже, что ты очень довольная почти-миссис, — поддразнил он.

Кейтлин развернулась в его руках, схватив его за рубашку и притянув для крепкого, глубокого поцелуя.

Проведя зубами по его опухшей нижней губе, она сказала:

— Не почти.

Букер смотрел на нее в темноте.

Они оба принадлежали друг другу.

Они стали друг другу домом.

Вместе.

— Ты права, — прошептал он, заправляя локон ее волос за ухо. — Ты не почти.

Кейтлин улыбнулась.

Она все равно не взяла бы его фамилию.

— Ладно, вот теперь я голодная.

— Есть, мэм.

Глава 7

Фрики. Больше тридцати особей.

И все они шаркали возле развилки дороги, по которой им надо было проехать.

— Проклятье, — пробормотал Букер, вытаскивая нож из-за пояса. — Слишком много, не получится просто унести ноги. Придется зачищать.

— А ты не хочешь взять винтовку? — спросила Николь с заднего сиденья, уже потянувшись к оружию.

Букер покачал головой.

— Неа, стрельба привлечет еще больше. Мы устраним нескольких, проложим дорогу. Кей, ты дави на газ, когда я подам сигнал.

Прикусив губу изнутри, Кейтлин посмотрела на гнилые тела, которые, спотыкаясь, брели по асфальту.

— Мне лучше пойти с вами, — сказала она.

— Ты лучше водишь, — сказал он ей, переводя взгляд между ней и Николь. — К тому же, у нее отменный удар.

Прежде чем она успела возразить, Букер подался вперед и поцеловал ее. В следующее мгновение он выбрался из джипа, и его ботинки решительно топнули по земле.

Николь быстро последовала за ним, надежно сжимая в руке алюминиевую биту.

Она была в восторге, когда нашла ее в одной из их вылазок, и раз за разом доказывала, что умеет ей пользоваться.

Перебравшись через центральную консоль, Кейтлин устроилась на водительском сиденье и переключила передачу, держа ногу на педали газа.

Ее живот скрутило узлами, пока она наблюдала, как Букер и Николь подходят к первым двум фрикам. Они научились лучше держать строй, поглядывать друг на друга и не допускать, чтобы их окружили.

Но Николь все равно не знала Букера так, как Кейтлин. Не могла чувствовать его движения, его пики раздражения или паники, не знала, как звучит его дыхание, когда он начинает уставать.

Мельчайшие признаки, которые могли спасти их тогда, когда они вынуждены полностью полагаться на своего напарника.

Один фрик на другой стороне дороги заинтересовался возней и подобрался ближе; запах теплых тел был слишком заманчивым, чтобы его игнорировать.

Букер заметил это, повернулся и вонзил лезвие в его глазницу.

Отпихнув существо, он двинулся вперед, пока Николь продолжала разбивать череп худого изувеченного фрика с одной рукой.

Кейтлин закусила губу с такой силой, что кожу защипало.

— Ну же, ну же, — бормотала она, наблюдая, как два самых важных человека в ее жизни сталкиваются с одним фриком за другим.

Движение в кустарниках поблизости вызвало резкую вспышку адреналина.

Это нечто было слишком крупным для животного и слишком близким, чтобы его игнорировать.

Букер был слишком занят борьбой с фриком вдвое крупнее его и не видел, что выбиралось из зарослей.

— Ну нахер, — прошипела Кейтлин и надавила на газ.

Джип рванул вперед и вильнул, при этом сбив один немертвый труп. Кейтлин остановилась как можно ближе к Букеру.

Распахнув дверцу и нажав на тормоза, она завопила:

— Букер, лови!

Он повернулся как раз вовремя, чтобы схватить вылетевшую из джипа винтовку и прицелиться в тело, выбиравшееся из кустарника.

Не тело — человека.

Подростка.

— Воу, погодите, подождите…! — вскрикнул мальчик, поднимая руку.

У них не было времени допрашивать его. Фрик уже кинулся, метясь в его шею.

Букер один раз выстрелил, и корявый труп грохнулся на землю.

— Кей?

— Я в норме, — крикнула она, хватая револьвер и выскакивая из джипа.

Стадо начинало будоражиться, и когда среди них находился чужак, она не собиралась сидеть в машине, как мамаша, забиравшая ребенка с футбола.

Букер наклонился, выхватывая нож.

— Парень, тебя укусили?

Подросток нервно покачал головой.

— Нет, я…

— Тогда тебе лучше ожить и пошевеливаться, — крикнул Букер, целясь в следующего фрика. — Эти твари не будут ждать, пока ты переведешь дыхание.

Бросившись действовать, мальчик схватил свое оружие — кое-как заостренную деревянную палку — и поднял ее в обороняющемся жесте.

— Николь? — крикнула Кейтлин, выстрелом снеся чью-то голову.

Свист ее биты объявил об ее присутствии перед тем, как тело упало на землю.

— Здесь, — отозвалась Николь, отпинывая фрика и обрушивая биту на его голову.

Они все были живыми, невредимыми и по-прежнему дрались.

Пора уложить немертвых обратно в землю.

Кейтлин свистнула как птичка, говоря Букеру, что пойдет налево, тогда как он двинулся вправо.

У нее осталось еще пять пуль в магазине и полный карман патронов. Надо сделать так, чтобы каждый пошел на пользу.

Мальчик-подросток — высокий и долговязый паренек, который едва ли достиг возраста, когда можно садиться за руль — застыл в страхе. Его голубые глаза сделались большими как блюдца, пока он наблюдал, как другие зачищают улицу, устраняя одного фрика за другим.

Кейтлин подозревала, что он не собирался переходить к активным действиям, и если он так и будет стоять на открытом месте, то послужит им мигающей неоновой вывеской «бесплатный ужин».

— Эй, ты, смотри по сторонам, — сказала она, встав в нескольких метрах перед ним. — Не давай им подобраться к тебе сзади.

Невнятное бормотание в знак согласия послужило единственным подтверждением перед тем, как она выстрелила, уложив еще одного фрика.

— Николь, сколько? — крикнул Букер, перезаряжая винтовку.

— Четыре осталось.

Он обошел джип по кругу сзади.

— Кей?

Бам.

— Двое, — крикнула она.

Букер забрался на бампер, перекатился через защитную дугу и спрыгнул на дорогу.

— Стональщики, — крикнул он. — Еще двадцать приближаются с севера.

— Черт, — Кейтлин глянула на оставшихся фриков, затем на дрожащего мальчика позади нее. — Пошли, нам надо уходить, — сказала она, схватив его за руку и потащив в сторону джипа.

— Но подождите, я…

— Если мы оставим тебя здесь, то ты труп. Или кое-что похуже, — сказала она, открывая заднюю дверцу. — Давай, забирайся.

— Николь, — позвал Букер, спрыгивая.

В последний раз взмахнув битой, Николь уложила ближайшего фрика на землю, и мозги разлетелись по серо-белой дороге.

— Вот теперь я готова, — сказала она, уже побежав, чтобы запрыгнуть внутрь.

Кейтлин переключила скорости и выкрутила руль в сторону.

— Пристегнись, перестраховщик, — сказала она Букеру, усмехнувшись и свернув с дороги на заросшее поле.

— Полегче, не спеши, — сказал он, держась за приборную панель. — А то похеришь моей малышки шасси…

Они наехали на здоровенную кочку, и все в джипе подлетели на сиденьях, стукнувшись об окна.

— Мидоуз!

— Все нормально, Букер!

— Я не собираюсь получать сотрясение посреди чертова соевого поля, потому что ты рулить не умеешь!

— Умею я рулить, — возразила она и доказала это, вильнув в сторону, чтобы объехать брошенный плуг.

Букер крякнул, когда они снова ухнули вниз и дернулись.

— Мидоуз, Богом клянусь…

— Заткнись и дай мне спокойно вести машину, ладно? — она повернула руль и вывела джип на более ровный участок земли. — Я думала, ты сказал, что я лучше вожу.

— Лучше, чем городская цыпочка, которая вообще водить не умеет.

— Эй! — оскорбленно возмутилась Николь.

Кейтлин чуть прибавила газа, чтобы заехать на насыпь, и снова повернула роль, чтобы выбраться на полосу дороги.

— Как у нас дела? — спросила она, глядя вперед.

Николь выгнулась и обернулась.

— Ни одного. Думаю, все чисто.

— Букер?

— Я не вижу никого в поле.

Она проехала по дороге еще минуту, после чего сбавила скорость.

Плавно остановившись, она нажала на тормоз и припарковала джип.

— Ладно, теперь мы можем заняться… — она развернулась на сиденье. — Тобой.

Паренек моргнул, широко раскрыв глаза и разинув рот.

— Привет, — сказала Кейтлин, улыбаясь. — Имя у тебя есть?

Его грязные светлые волосы прилипли ко лбу, лицо блестело от пота.

Они все ждали, когда он заговорит, но он лишь смотрел.

Прежде чем Кейтлин успела вновь заговорить, он спешно открыл дверцу, согнулся и блеванул в траву.

Букер вздохнул.

— Видимо, он не закаленный убийца.

Мальчик еще раз содрогнулся в рвотном позыве и тихонько застонал.

— Простите, — промямлил он. — Меня в машине укачивает.

Глянув на Кейтлин, Букер расхохотался.

— Ой, да прекрати ты, — сказала она, треснув его по руке.

Это лишь заставило Букера заржать еще громче.

— Придурок.

Достав бутылку воды из их сумки с припасами, Николь протянула ее мальчику.

— Как тебя зовут, сынок? — спросил Букер, пока тот полоскал рот.

Сплюнув и вытерев губы, ребенок выпрямился.

— Трэвис.

Кейтлин улыбнулась.

— Приятно познакомиться, Трэвис. Это Букер и Николь. А я Кейтлин.

Он обвел взглядом салон джипа, посмотрев на остальных и все еще выглядя немного потрясенным.

— Вы… спасли меня.

— Сначала чуть не пристрелили, — сказал Букер, поудобнее усаживаясь на сиденье. — Думал, ты стональщик.

— Кто?

— Фрик, — ответила Кейтлин.

— Вы имеете в виду зомби?

Николь чуточку подалась вперед.

— Да, я тоже не знаю, почему они не могут просто называть их зомби.

Трэвис возился с крышечкой пластиковой бутылки.

— Эм… я… — он поднял взгляд. — Спасибо.

— Не за что, — сказала Кейтлин. — А теперь… какого черта ты делал там, вооружившись одной деревянной палкой и безо всякого подкрепления?

Страх и подозрение затмили его взгляд, и несколько секунд он просто смотрел на них.

Не то чтобы Кейтлин могла его винить.

— У моего… у моего брата лихорадка, — сказал он наконец. — Тут недалеко фермерский домик. Я подумал… Я самый быстрый в моей группе и думал, что смогу просто убежать от зомби.

Кейтлин бросила на Букера понимающий взгляд.

— Пожалуйста, мне нужно вернуться, — сказал Трэвис. — Мне надо достать лекарства, которые ему нужны…

— Эй, парень, — перебил Букер, положив сильную руку на плечо Трэвиса. — Мы не станем просто высаживать тебя посреди поля с пожеланиями удачи.

— Тогда я… — Трэвис потянулся к дверце, но Николь его остановила.

— Я имел в виду, — продолжал Букер, — что мы безопасно довезем тебя до твоей группы.

Трэвис покачал головой, обеспокоенно нахмурившись.

— Кайл болен, ему нужен…

— Аспирин, — просто сказала Кейтлин. — И наверняка антибиотик. И то, и другое у нас есть.

Вся его нервная возня резко прекратилась, и Трэвис уставился на нее.

— Правда?

— Угу, — ответила она с кивком. — И мы с радостью поделимся.

Облегчение накрыло Трэвиса, и он привалился обратно к сиденью.

Кейтлин глянула на Букера и Николь перед тем, как добавить:

— И все это за очень, очень невысокую плату — разговор.

* * *

Свернув на гравийную дорожку, Кейтлин подавила желание рассмеяться.

— Церковь? — спросила она, глядя в зеркало заднего вида. — Серьезно?

— Это единственное достаточно крупное помещение, чтобы вместить нас всех, — сказал Трэвис, подавшись вперед.

Как раз когда она собиралась припарковаться, Букер накрыл ладонью ее руку на руле, заставляя повременить.

Он повернулся, пристально посмотрев на мальчика.

— Сколько именно человек в твоей группе?

— Двадцать семь, — ответил Трэвис. — Раньше было больше, но…

Букер нахмурился.

— Двадцать семь человек, и никто не пошел с тобой на эту вылазку?

— Я же сказал, я самый быстрый, — Трэвис посмотрел на них обоих. — Вы все поймете, когда зайдете внутрь.

Букер неохотно отпустил руку Кейтлин и один раз кивнул.

«Поезжай».

«Сохраняй бдительность».

Она подъехала ближе, высматривая движение у дверей или окон. Припарковавшись на безопасном расстоянии, они выжидали, не появится ли кто.

Трэвис уверенно распахнул дверцу со своей стороны и выбрался из джипа.

— Все хорошо, — крикнул он им. — Выходите.

Кейтлин посмотрела на Букера и Николь.

— Не подходим слишком близко. Не разделяемся. Прячем оружие при себе.

Николь достала найденный карманный ножик и спрятала в носок, тогда как Букер сунул свой охотничий нож под рубашку.

Кейтлин засунула револьвер за пояс джинсов сзади и прикрыла его свободной фланелевой рубашкой, которую позаимствовала у Букера.

Выйдя из джипа, они осмотрели окрестности, ища что-то опасное, людей и не только.

Церковь была старой и обветшалой, с белеными стенами и расписными ставнями. Колокольня выглядела пострадавшей от бури (или даже трех бурь), но пока держалась.

Вокруг были лишь поля да трава, а вдалеке виднелось небольшое кладбище, отмеченное каменным периметром и железными воротами.

Трэвис взбежал по ступеням крыльца и три раза постучал по деревянной двери.

За звуками убираемой баррикады последовал скрип ржавых шарниров, и кто-то открыл дверь.

— Трэв… — голос мужчины оборвался. — Это кто?

— Они помогли мне, спасли меня от большой толпы зомби, — объяснил Трэвис. — У них есть то, что нужно Кайлу. Они хотят только поговорить.

Рука схватила Трэвиса за плечо и затащила его внутрь, в укрытие. Затем мужчина осторожно выглянул наружу, посмотрев на остальных.

— Это правда? — крикнул он.

Кейтлин сделала шаг вперед, держа руки по бокам так, чтобы их было ясно видно.

— Мы зачищали дорогу от фриков, когда Трэвис наткнулся на нас, — сказала она. — Он рассказал нам про своего брата… Что он болен, и ему нужно что-то от лихорадки.

Мужчина лет шестидесяти, с седеющими темными волосами и бородой, прищурился, глядя на них и ожидая подвоха.

— У нас предостаточно аспирина и есть кое-какие антибиотики, — продолжала она. — Мы с радостью поделимся.

— У нас нет ничего взамен, — сказал мужчина, собираясь попятиться обратно внутрь.

Букер шагнул поближе.

— Мы не ищем припасов, — сказал он. — Мы просто хотели бы задать вам всем несколько вопросов, а потом двинемся дальше своей дорогой.

Заинтриговавшись, мужчина остановился.

— Задать несколько вопросов?

— Да, сэр. Мы ищем одно место, но понятия не имеем, где это может находиться. Мы подумали, что если найдем добрых людей, которые знают местность, то они нам подскажут.

Смерив их взглядом, мужчина посмотрел каждому в лицо, затем на пустошь за ними.

— Как вас зовут?

— Я Букер. Это моя… — он запнулся. — Это Кейтлин. И Николь.

— Вас кусали? Царапали?

— Нет, сэр, — ответил Букер.

После минутного обдумывания мужчина открыл дверь пошире и жестом показал им подниматься.

— Я Джордж, — сказал он, когда они взошли по ступеням.

Букер протянул руку в знак приветствия.

— Рад встрече.

— Взаимно, — сказал Джордж, крепко стиснув его ладонь. — Здесь осталось не так уж много дружелюбных лиц.

— Воистину.

Внутри церковь тускло освещалась лампами и свечами, поскольку все окна были заколочены. Дверь захлопнулась за ними с громким лязгом, и металлическая баррикада вернулась на место.

— Мы всегда держим ее запертой, — пояснил Джордж, провожая их глубже в помещение. — Нельзя быть слишком осторожным.

— Действительно, — согласилась Кейтлин.

Скамьи убрали и сложили кучей возле входа, явно используя в качестве строительных материалов и разведения огня. Аккуратные ряды спальных мешков и матов находились в центре молельного пространства. Она насчитала три ряда по пять спальных мест, значит, оставалось еще двенадцать человек.

— Все хорошо, — крикнул Джордж. — Они не собиратели.

Глянув на Букера, Кейтлин нахмурилась. Она гадала, не наткнулись ли они сами на этих собирателей в Миссисипи.

Люди начали выходить из маленького коридора в задней части.

Внезапно рассказ Трэвиса обрел смысл.

Чуть больше дюжины подростков осторожно вышло в комнату. Никто из них не выглядел старше четырнадцати, а самому младшему было от силы девять.

Позади них несколько взрослых женщин, примерно одного возраста с Николь и Кейтлин, помогали небольшой группе пожилых, которые шаркали с ходунками и тросточками.

Когда все они собрались тут, Кейтлин мысленно пересчитала их.

Двадцать семь, как и сказал Трэвис.

Один мальчик (самый младший из детей) кашлял в кулачок, пока женщина вела его к спальному мешку возле помоста для проповедей. Там лежало больше подушек и одеял, чем в других зонах для сна.

Кайл, предположила Кейтлин. Он выглядел раскрасневшимся и утомленным, отчаянно нуждаясь в каком-то облегчении.

— Я не думал, что вы все школьники, — сказал Букер, недоуменно нахмурившись.

Джордж покачал головой.

— В церкви работал юношеский лагерь, когда случилась вспышка вируса.

Кейтлин повернулась.

— А пожилые?

— Чуть дальше по дороге находится дом престарелых. Мы вывезли всех, кого смогли, на церковном фургоне. Многие оказались слишком слабыми, чтобы протянуть долго, но… мы пытались.

Кивнув, она посмотрела на него.

— Вы пастор?

Джордж усмехнулся.

— Нет, учитель биологии и химии, — сказал он. — Вон там моя дочь, Лили.

Он показал на маленькую девушку лет одиннадцати, с темными косичками.

— Нам повезло, — продолжал он. — Большинство этих детей потеряло родителей из-за вируса.

— Все случилось настолько быстро? — спросила Николь.

— В этом особенность маленьких фермерских городков, — сказал Джордж. — Изначально мало людей, ближайшая больница в тридцати километрах отсюда, и остальное население тоже слишком далеко, чтобы выследить нас. Мы стали совершать вылазки, ища, не забурился ли кто-нибудь из выживших поблизости, но… Большинство мест оказались заброшенными или кишели зомби.

— Мне жаль, — пробормотала Кейтлин.

Джордж опустил подбородок.

— Мы справляемся. Идемте, я познакомлю вас с группой.

Когда он пошел вперед, Кейтлин заметила его хромоту и опустила взгляд.

Протез ноги.

Это объясняло, почему он не смог отправиться с Трэвисом.

— Внимание всем, — крикнул Джордж. — У нас гости. Это Букер, Кейтлин и Николь.

Ответом послужил хор приветствий.

Женщина в пастельной униформе медика подошла к ним, переводя взгляд с Джорджа на остальных.

— Я беспокоюсь о Кайле, — прошептала она Джорджу. — Его температура не спадает, и ему сложно дышать.

— Дэбби, у этих людей есть лекарства, — сказал Джордж. — Они готовы поделиться.

Раскрыв глаза от удивления, она несколько секунд молча смотрела на них.

— Что вы хотите взамен?

Букер усмехнулся.

— Не обижайтесь, но едва ли нам пригодится крем от артрита.

Кейтлин пихнула его в бок.

— Букер, ну-ка будь паинькой.

Дэбби и Джордж рассмеялись, и напряжение ушло из их тел.

— Нет, он прав, — сказала Дэбби, почесав лоб над бровью. — У нас тут все либо для стариков, либо от подросткового акне. Нельзя сказать, что это золотая жила.

— Как вы все тут выживаете? — спросила Кейтлин, окинув взглядом церковь.

— Тут есть небольшая кухня, — объяснил Джордж. — Мы черпаем воду из колодца, и тут была целая коллекция консервированных продуктов, изначально предназначавшаяся для благотворительного фонда. Мы жили за ее счет первые несколько недель, пока не наладили быт.

— Действительно, повезло, — прокомментировал Букер.

Дэбби окинула их взглядом, заметив грязные руки.

— Почему бы нам не привести вас в порядок, и тогда мы сможем поговорить, — сказала она, жестом предлагая следовать за ней.

Кейтлин вновь осмотрела комнату на ходу.

Что-то в этой группе напомнило ей ту первую компанию, которая подобрала ее и позволила оправиться.

Джереми, Ханна, Джессика, Карл…

Один из мальчиков даже читал комикс, совсем как Джош.

Резкая боль пронзила ее грудь, и она могла лишь задержать дыхание, дожидаясь, пока это пройдет.

— Ты в порядке, птичка певчая? — прошептал Букер, наклонившись поближе.

Кейтлин кивнула.

— Да, я в норме.

Это была ложь.

Она чувствовала себя так, будто ступила на еще одно кладбище.

* * *

Металлические складные стулья царапали кафельную плитку на полу, пока все они рассаживались полукругом возле карточного стола на кухне.

Дэбби предложила всем воды в бумажных стаканчиках, пока они беседовали.

Обведя взглядом комнату, Кейтлин почувствовала нервную дрожь в животе.

Но не потому, что опасалась чего-то.

— Вы сказали, что у вас есть к нам вопросы? — спросил Джордж, и его черты исказились от беспокойства и неопределенности.

— Вы были здесь с самой вспышки вируса? — начала Кейтлин. Когда он кивнул, она продолжила. — Вы встречали много других людей?

— В основном охотников за припасами, — сказала Дэбби, поднося ко рту свой стаканчик. — Нам удавалось прогонять их, но несколько раз дело чуть не кончилось плачевно.

— Кто из вас защищает это место? — поинтересовался Букер.

— Я сам, Дэбби и две вожатых лагеря, — ответил Джордж. — И Трэвис довольно быстро проявил инициативу.

— Вы впятером содержите такое огромное место и такую большую группу? — Николь нахмурилась. — Это и в хороших условиях непростая задача, что уж говорить про наше время.

Улыбка Джорджа была печальной.

— Признаюсь, рук нам не хватает. Но мы держимся.

Узел в животе Кейтлин скрутился еще сильнее.

— Это может прозвучать… немного абсурдно, — сказал Букер, опираясь локтями на шаткую пластиковую столешницу. — Но мы ищем более крупный лагерь. Некое укрепленное место вдали от городов.

Дэбби и Джордж мрачно переглянулись.

— Лагеря Ковчега больше не принимают людей, — сказал Джордж. — И если вы подойдете слишком близко… Со всеми за пределами их стен они обращаются как с зараженными, даже если вы еще люди.

Букер кивнул.

— О, мы прекрасно это знаем, — сказал он. — Изрядно повидались с их группами истребителей.

— Мы не ищем убежища там, — сказала им Кейтлин. — Мы просто пытаемся определить его местоположение.

Дэбби нахмурилась.

— Вы ищете место, в которое не сможете попасть?

Глянув сначала на Кейтлин, потом на Николь, Букер поколебался.

— У нас есть теория, что ее муж может находиться в том лагере, — сказал он, кивком головы показав на Николь. — Они из Нью-Йорка. В момент вспышки она оказалась в Джорджии, но ее муж по-прежнему находился на севере. Когда она в последний раз получала от него весточку, он ехал на автобусе в лагерь Ковчега, но поскольку лагерь на северо-востоке пал под натиском…

— Думаете, они переместили лагерь?

Букер пожал плечами.

— Возможно. Они устроили Ковчеги по всей стране, так что нельзя гарантировать, что он именно в соседнем с нами лагере, но… — он сложил руки перед собой. — Попытаться-то стоит.

Джордж покачал головой.

— Простите, но мы ничего не слышали о таком лагере в Арканзасе.

— Помнишь ту последнюю группу охотников за припасами, которая пришла неделю назад? — спросила Дэбби, повернувшись к Джорджу лицом. — Они попытались вломиться в парадную дверь. Когда мы дали им отпор, они спросили, не Отверженные ли мы.

Кейтлин выпрямилась на стуле.

— Я подумала, что они бредят, — продолжала Дэбби. — Но они продолжали спрашивать, были ли мы Отверженными, орали, что у них есть навыки, которые они могут предложить группе… — она моргнула, уставившись в свой стаканчик. — Я только потом сообразила, что они, наверное, искали другой лагерь, который принимал людей.

— Есть идеи, где могут находиться эти Отверженные? — спросил Букер.

Шум сзади заставил их всех повернуться.

— Дональд? — пожилая женщина с редеющими седыми волосами вошла на кухню, шаркая ногами. — Дональд, ты починишь кран?

Толкая свои ходунки по кафелю, она сосредоточила внимание на Букере.

— Дональд, они вот-вот придут, тебе надо починить кран.

Встав, Дэбби поспешила к женщине.

— Люсиль, он здесь не для того, чтобы ремонтировать раковину, — сказала она успокаивающим голосом. — Он наш гость.

— Дональд, ты должен…

Дэбби вздохнула.

— Простите, — прошептала она. — Она много лет страдает от деменции. Каждого мужчину моложе шестидесяти она считает своим почившим мужем.

— Дональд никогда не почивает, — возразила Люсиль, продвигаясь вперед. — Ведь так, дорогой?

Скрюченные артритом пальцы погладили плечо Букера. Он посмотрел на нее, и непонимание на его лице сменилось нежностью.

— Конечно нет, — сказал он, беря ее за руку. — Почему бы тебе не показать мне этот кран, чтобы я мог на него взглянуть.

Он встал, не отпуская ее ладони. Когда Дэбби возразила, что ему необязательно это делать, Букер ее успокоил.

— Моя бабуля была такой же, — сказал он, шагая в одном темпе с Люсиль. — Иногда лучше просто подыгрывать тому, что она говорит.

Кейтлин наблюдала, как Букер предложил женщине опереться на его руку, пока она медленными и шаткими шагами направлялась в основное помещение. Обернувшись через плечо, он улыбнулся Кейтлин.

— Только не ревнуй, — сказал он, подмигнув.

Она рассмеялась.

— Не думаю, что это будет проблемой.

Продолжая улыбаться, она повернулась вперед.

— Приятно видеть, что в некоторых людях еще сохранилась доброта, — сказал Джордж, попивая свою воду.

Кейтлин сделала глубокий вдох.

Но поможет ли доброта им выжить?

Глава 8

Прислонившись плечом к стене, Кейтлин наблюдала, как несколько маленьких детей играли в вымышленную игру, в которой, кажется, надо было удержать дракона или монстра от воображаемой горы золота. Они кружились и махались на маленького мальчика, который на бегу хлопал руками как крыльями, и все хихикали каждый раз, когда он промазывал.

Кейтлин не знала, как, но им удалось сохранить часть невинности среди ужаса.

— Милые, да? — сказала Дэбби, подходя к ней.

Кейтлин улыбнулась.

— Очень милые.

— Но видела бы ты их, когда пора ложиться спать. Тогда они превращаются в маленьких кошмариков.

— А у них по-прежнему есть время отхода ко сну?

— Мы стараемся сохранить для них какое-то подобие нормальности, — сказала Дэбби. — Даже если мы все спим посреди церкви на дерьмовых пенопластовых матах и шерстяных пледах.

Окинув взглядом комнату, Кейтлин сказала:

— Я все еще не могу уложить в голове то, как долго вы сумели прожить здесь. И не потерять людей…

— О, мы теряли людей, — перебила Дэбби. — И довольно много. Мы даже не знаем, что случилось с большинством из них.

Кейтлин сглотнула.

— Прости, я не… — она посмотрела в пол. — Я не подумала.

— Все хорошо, — Дэбби нежно похлопала ее по руке. — При виде такой большой группы легко подумать, что трагедия нас не затронула.

Входная дверь скрипнула, и вернулся Букер с его рюкзаком. Он помог Джорджу с баррикадой, и два мужчины немного поговорили, но Кейтлин находилась слишком далеко, чтобы расслышать сказанное.

Обойдя группу детей, Букер подошел ближе.

— Нашел то лекарство для Кайла, — сказал он Дэбби. — Оно вытащило меня из задницы, когда все было совсем хреново, так что я уверен, что и ему поможет.

Достав из переднего кармана пакетик на застежке, в котором лежали таблетки, он передал их женщине.

— Спасибо вам, — Дэбби вздохнула и благодарно сжала руку Букера.

Когда она поспешила прочь с лекарством, он улыбнулся и зашагал в сторону заднего коридора.

— А ты куда собрался? — спросила Кейтлин, выгнув бровь и улыбаясь.

Букер немного замедлил шаги.

— Ну, оказалось, что Люсиль не совсем выжила из ума, — ответи он. — Кран в одной из уборных протекает. Я сказал Джорджу, что попытаю удачи и постараюсь починить.

Он подмигнул Кейтлин и собирался уйти, но тут она поймала его за рукав рубашки и притянула ближе. Он понимающе опустил голову и с легкостью нашел ее губы.

«Вместе».

«Ты и я».

«Всегда».

Кейтлин улыбнулась и вздохнула, прижимаясь к нему.

— Эй, мы можем поговорить? — пробормотала она, чуточку отстраняясь.

— Ну я же сказал не ревновать меня к Люсиль. Она все равно не в моем вкусе.

Она шлепнула его по животу тыльной стороной ладони, и Букер рассмеялся.

— Я про то, что ты сказал прошлой ночью.

Нахмурив лоб, он зеркально повторил ее позу и прислонился крепким плечом к стене рядом с ними.

— А что я сказал?

Кейтлин опустила взгляд на ткань его серой футболки под рубахой и попыталась найти слова.

— Когда мы… — она приподняла брови, надеясь, что ей не нужно озвучивать это вслух, когда рядом бегает столько детей.

Судя по улыбке, в которой расплылись его губы, и по слегка покрасневшим ушам, она поняла, что Букер быстро уловил ход ее мысли.

— Ага, — пробормотал он. — Я очень хорошо помню эту часть.

Теперь уже пришла очередь Кейтлин краснеть.

Прочистив горло, она решительно настроилась не отвлекаться.

— Когда ты, эм… Ты сказал, что нам надо быть осторожнее, — она подняла на него взгляд. — Поэтому ты…

— Очень сложно вести этот разговор, когда в метре от меня находится изображение Иисуса.

Она закатила глаза.

— Букер, я пытаюсь сказать, что это… не проблема.

— В смысле?

Кейтлин переступила с ноги на ногу.

— Я хочу сказать, я… — она заставила себя выдержать его взгляд. — Я не могу забеременеть.

Она ждала, что на его лице промелькнет разочарование или что-то более мрачное, но Букер стоял неподвижно, ожидая, когда она продолжит.

— Я узнала за годы до того, как мир развалился на части, — произнесла она. — Мой доктор сказал, что если я захочу иметь детей естественным способом, мне понадобится курс капельниц и много медицинской помощи. И поскольку я уверена, что клиники фертильности не пережили апокалипсис…

Букер чуточку подался вперед.

— Ты этого хотела? До того, как…

— Не знаю, — ответила она. — Я не особенно задумывалась об этом. То есть, мне нравятся дети, но я не знаю, хочу ли быть мамой, — она умолкла. — Хотела ли. В прошедшем времени.

Слегка кивнув, Букер на мгновение притих. Кейтлин буквально видела, как в его голове вращаются шестеренки.

— Я знаю, мир скатился в жопу, но иногда люди все равно хотят этих простых биологических вещей, понимаешь? — сказала она, и в ее голос просочилась нервная дрожь. — Так что если ты… ну то есть, если ты хотел бы…

Букер протянул руку, и теплая ладонь легла на ее талию, поддерживая.

— Я хочу тебя, Кей, — сказал он. — Может, когда-то я задумывался об этом, но сейчас? — он покачал головой. — Я не могу даже думать о том, чтобы завести ребенка в такой жизни.

Он подчеркнул свои слова, обведя взглядом самодельные постели, заколоченные окна и забаррикадированные двери.

— У меня есть ты, птичка певчая, — мягко произнес он. — Это все, что мне нужно. Все, чего я хочу, — он улыбнулся, и его карие глаза сверкнули. — И до тех пор, пока ты со мной, я совершенно удовлетворенный мужчина.

Облегчение затопило ее, вызывая головокружение.

Она действительно нашла хорошего парня. Среди хаоса и боли она нашла нечто поистине драгоценное, за что стоит держаться.

Приподнявшись на цыпочки, Кейтлин крепко поцеловала его, удерживая за воротник клетчатой рубашки.

Букер понимающе улыбнулся, поцеловав ее еще раз.

— И я тебя люблю, птичка певчая.

Она действительно была для него открытой книгой.

— Эй, может, после того как ты починишь кран, мы сможем найти какой-нибудь шкаф или типа того и позабавимся.

Букер нахмурился, поправляя лямку рюкзака на плече.

— Только не в доме Божьем, Кей.

Она рассмеялась, но он лишь покачал головой.

— Ой да брось, Букер.

Направившись в сторону коридора, он крикнул:

— Неа. Нетушки.

— Букер… — она оттолкнулась от стены, с неверием уставившись ему вслед. — Джек, — воскликнула она.

Нет ответа.

Фыркнув, она повернулась и увидела, что Дэбби и несколько других детей уставились на нее.

Кейтлин неловко попыталась скрыть румянец, повернулась и пошла бесцельно искать Николь.

* * *

День клонился к вечеру, и Кейтлин уже начинала чувствовать себя как дома.

Это опасное, скользкое положение.

Пока Дэбби заботилась о Кайле, Трэвис и другая вожатая, Дженни, показали им все вокруг. Они уже видели кухню, но задняя часть общего зала превратилась в купальное место с ведрами и губками, где они развесили простыни для уединения. Рядом находилась еще одна бадья, явно используемая для стирки, и бечевки для белья были рядами натянуты от стены к стене.

Металлические столы, обычно использовавшиеся для нужд церкви, расставили, сделав некоторое подобие столовой. Вокруг одного из них сидели старики и играли в карты.

Кейтлин невольно признала, что это произвело на нее впечатление. Они действительно сделали максимум из того, что у них имелось.

Когда они вернулись обратно в основное помещение, Кейтлин нахмурилась, осматриваясь по сторонам.

— Разве тут не сидела куча девочек? — спросила она, глянув на Николь и Дженни.

От беспокойства ее сердцебиение участилось. Они же не пошли наружу, нет?

Николь усмехнулась.

— Ага, они пошли смотреть, как Букер чинит раковину.

— Чего?

— В их окружении это первый за долгое время мужик, который не школьник и не старик, который им в дедушки годится, — сказала Николь, усмехаясь. — К тому же, он горяч. Так что разве можно их винить?

Смешок Кейтлин застал врасплох ее саму.

— О, я должна это увидеть, — сказала она, поворачиваясь.

Резкий удар по баррикаде на входе заставил всех подпрыгнуть.

— Кусаки, — крикнул Джордж, побежав в их сторону. — Целая толпа.

Оставив Кайла на мате, Дэбби встала и начала отдавать более юным детям приказы.

Собраться в кучу, не выходить из комнаты, не приближаться к дверям или окнам, не убегать в задние помещения.

— Нам надо позвать Букера, — сказала Кейтлин, уже побежав в сторону коридора.

Николь не отставала от нее, и вместе они бросились за ним, протолкнувшись мимо кучки напуганных шестиклассниц.

— Букер! — крикнула Кейтлин.

Выйдя из ванной комнаты, в которой он работал, Букер повесил сумку на плечо.

— Я слышал, — сказал он, выходя за последней из девочек. — Вы видели, сколько их там?

Она покачала головой.

— Джордж просто сказал, что там толпа.

— Идемте, — сказал он, кивком указывая на вход. — Николь, на всякий случай хватай себе что-нибудь для ударов. Кей, револьвер при тебе?

— Ага, — ответила она, уже заводя руку за спину, чтобы достать оружие из-за пояса.

В центре комнаты Дэбби шикала на детей, говоря им вести себя как можно тише. Дженни и Трэвис помогали некоторым менее стабильным старикам пройти в комнату, пока остальные искали себе безопасные места, чтобы сидеть и ждать.

— Сколько? — тихо спросил Букер у Джорджа.

— Слишком много, мы не сможем их устранить, — признался Джордж. — Я видел как минимум пятьдесят, но через поле подходили еще.

— С севера? — спросила Кейтлин. Когда Джордж кивнул, она глянула на Букера. — Я же говорила тебе, что та толпа вернется.

— Наверное, та шумиха ранее приманила их, — сказал он, направляясь к двери.

— Подожди, ты не можешь пойти туда, — возразил Джордж. — Они тебя увидят.

— А у вас есть другой способ взглянуть на них?

Джордж нахмурился, но в итоге покачал головой.

— Я буду тихим как… — Букер покосился на крест, висевший на стене. — Как церковная мышь.

С помощью Джорджа они медленно подняли баррикаду, сводя шум к минимуму. Букер беззвучно сосчитал до трех, затем приоткрыл дверь и выглянул, чтобы осмотреть окружающие поля и подъездную дорожку.

Казалось, что прошла целая вечность, пока он оценивал, в насколько глубокой жопе они оказались.

Резко выдохнув, Букер сделал шаг назад и закрыл дверь.

— Определенно не пятьдесят, — сказал он, положив ладонь на массивные доски. — Как минимум сотня.

Мышцы ног Кейтлин начали подергиваться, умоляя бежать быстро и как можно дальше.

В ловушке. Окруженные.

Она испытывала это чувство слишком много раз.

— Сколько здесь точек входа? — спросил Букер, помогая опустить баррикаду в прежнее положение.

— Четыре. Главный вход, боковая дверь вон там, — объяснил Джордж, показывая. — Черный ход за столовой и еще одна дверь в подсобке внизу.

Краем глаза Кейтлин увидела, как Дэбби вскочила и зажала рот рукой.

— Одной не хватает, — сказала она, окидывая взглядом скопление детей. — Сары не хватает.

— Кого? — переспросил Букер, уже шагая к ней.

— Сары, — повторила Дэбби. — Ей двенадцать. Короткие светлые волосы, одета в синий комбинезон и розовую футболку.

— Я видел ее с другими девочками, пока чинил раковину, — сказал он, поворачиваясь, чтобы еще раз осмотреть комнату. — Ты не видела, чтобы она вернулась с ними?

— Нет, нет, я не видела ее больше часа.

Джордж жестом показал Трэвису и Дженни.

— Проверьте столовую, кухню… может, она затаилась там.

— Вы сказали, что есть подсобка? — уточнила Кейтлин.

Он кивнул.

— Внизу. Туда можно попасть только через вторую дверь за кухне. Но мы запретили всем детям спускаться туда…

Скука и запретная территория — это идеальная комбинация для любопытной двенадцатилетней девочки.

Схватив Николь за локоть, Кейтлин направилась туда.

Букер потянулся к ней.

— Кей…

— Оставайся здесь, — сказала она. — Помоги им обезопасить двери. Мы сейчас вернемся.

Побежав по коридору, она посмотрела на Николь.

— Тебе будет чем замахнуться?

— Скамья сгодится? — поинтересовалась Николь.

— Наверное, лучше, чем ничего.

Они как можно тише спустились по улицам, вслепую проводя руками по стенам, чтобы сориентироваться.

Она услышала это откуда-то из глубины комнаты.

Влажное рычание, как у зверя с полным крови горлом.

Кейтлин застыла, поставив левую ногу на последнюю ступеньку.

Оно внутри? Оно близко?

Потянувшись назад, она схватила Николь за предплечье.

— Не двигайся, — прошептала она едва слышно.

Поверх рыка снова и снова раздавался лязг цепей.

Кейтлин старалась успокоить рев в ушах, чтобы прислушаться.

Она не слышала шагов, шарканья или еще чего-то.

Когда ее глаза адаптировались к темноте, она смогла различить смутные очертания пластиковых контейнеров, старые шкафы для документов, садовые инструменты… Всякий хлам, который при нормальных обстоятельствах не казался бы смертельной ловушкой. Но он может ею стать, если внутри с ними фрик, и они споткнутся о весь этот бардак.

Лязг… лязг… лязг…

Голодные искаженные стоны и хрипы разносились по плесневелому воздуху.

— Вон там, — прошептала Николь, показывая в дальний конец комнаты.

Полоска света появлялась и исчезала в одном ритме с лязгом металла.

Дверь толкали и пытались открыть, но не очень сильно.

Николь дважды постучала по ее руке.

Они выдвинулись вместе, бесшумно и быстро.

Крепко сжимая револьвер правой рукой, Кейтлин пошла первой, обходя рождественские фигурки для вертепа и разбитый офисный стул, чтобы пройти к двери.

Там, в уголке у двери, буквально в метре от фрика, изо всех сил пытавшегося пробиться внутрь, съежилась Сара.

Каждый раз, когда дверь приоткрывалась, оттуда высовывалась гнилая рука, хватавшая воздух. Оно чуяло ее, но не могло добраться.

Кейтлин чуть замедлилась, жестом привлекая внимание Сары.

— Ты ранена? — прошептала она.

Малышка покачала головой. Как раз когда она хотела заговорить, дверь снова приоткрылась, и фрик полез еще упорнее, протолкнув руку до локтя.

Это не дало двери закрыться. Фрик продолжал наваливаться, рычать и щелкать челюстями.

Время на исходе.

Посмотрев на Николь, Кейтлин снова убрала револьвер за пояс и сказала:

— Мне нужен твой нож.

— Это всего лишь карманный нож, — возразила Николь, но уже доставала оружие из носка.

— Сгодится, — сказала Кейтлин, хватая нож. — По моему счету ты хватаешь Сару и бежишь наверх. Не жди меня.

— Кейтлин…

— Готова? — перебила она, отказываясь спорить.

Она понаблюдала за просветом, измерила то, как рука выгибалась и хватала воздух, нашла, где находится голова.

Вдохнув, она перехватила рукоятку поудобнее и расправила плечи.

— Раз… Два… — Кейтлин подождала, пока Николь как можно ближе подберется к Саре. — Три.

Бросившись вперед, Кейтлин схватила разлагающуюся руку и дернула со всей силы, заставив фрика с силой врезаться в дверь и тем самым оглушив его. Когда его лицо прижалось к проему, она без колебаний вонзила нож прямо в глазницу.

За отвратительным хлюпающим звуком последовал приглушенный стол, когда тварь упала замертво. Снова.

Николь и Сара уже были на нижних ступенях лестницы, а Кейтлин поспешила пинком отбросить тело, чтобы закрыть дверь и опустить засов.

Когда она повернулась, чтобы последовать за остальными, что-то стукнуло позади нее, и она замерла.

Бум.

Бум.

Бум.

Больше и больше, и все в одном месте — за дверью, которую она только что закрыла.

— Черт, — прошипела она. — Николь, отведи ее наверх.

Чуть ли не на руках дотащив Сару до верха лестницы, Николь сказала:

— Иди найди Дэбби. Бегом, Сара, ну же.

— Нам нужно забаррикадировать дверь, — сказала ей Кейтлин, осматривая темное помещение в поисках чего-то тяжелого.

Николь побежала за ней.

— Шкаф для документов.

Последовав за ней, Кейтлин присела, чтобы ухватиться за бока. Две женщины подняли шкаф, чуть не уронив себе на ноги, и понесли.

— Надо подставить прямо под дверную ручку, — сказала Кейтлин, подвигая край к стене.

Голодные фрики бросались на здание, пытаясь добраться до теплых тел, движение которых они слышали.

Если они не найдут способ утихомирить их, то за этой дверью окажется все стадо, и дурацкий шкаф для документов да какие-то цепи на двери их не удержат.

— Кей? — позвал Букер, перескакивая через две ступеньки за раз. — Николь?

— Мы в порядке, — сказала она ему. — Но у нас есть проблема.

Остановившись посреди комнаты, он посмотрел на едва держащуюся баррикаду и выругался себе под нос.

— Ладно, идемте, надо сказать остальным, — сказал он, махнув обратно.

Атмосфера в церкви сделалась взбудораженной, когда дети и старики осознали опасность, которая им грозила.

Сара тихонько плакала в окружении своих друзей, напуганная близким столкновением со смертью.

Они быстро ввели Джорджа и Дебби в курс дела.

— Нам надо найти способ убрать фриков от двери, — сказала Кейтлин. — Если их там соберется слишком много, им удастся проломиться внутрь.

Дэбби нахмурилась.

— Если мы будем издавать слишком много шума, все они бросятся на церковь. У нас недостаточно оружия или людской силы, чтобы отбиться от сотни кусак.

— Нам нужно отвлечение, чтобы увести их от здания, — сказал Джордж, нервно теребя бороду.

Букер положил руки на бедра.

— Я мог бы побежать к джипу, — сказал он. — Поехать прочь и приманить их к дороге.

Крепко стиснув его запястье, Кейтлин покачала головой.

— Ни за что на свете.

— Ну, а какие еще идеи…

— Огонь, — встрял Трэвис, посмотрев на группу. — Их привлекает огонь и тепло. На прошлой неделе я видел, как целая куча ввалилась в амбар, который загорелся из-за молнии.

Букер усмехнулся.

— А у тебя тут есть огнемет, о котором я не знаю?

Джордж вскинул голову.

— В общем помещении есть чистящие средства и тряпки, — сказал он им. — Думаю, их хватит, чтобы сделать коктейль Молотова.

С губ Букера сорвался удивленный смешок, и он хлопнул Джорджа по плечу.

— Ладно, Билл Най[2], показывай дорогу.

Все делалось тяп-ляп, и у них не было времени, чтобы должным образом отмерить ингредиенты, но с навыками Джорджа они вскоре изготовили четыре самодельных взрывчатых вещества, пригодных для беспорядков.

— Изнутри можно попасть на колокольню? — спросил Букер.

— Да, в той стороне есть опускающаяся лестница, — сказал Джордж, зашагав в сторону кафедры.

За органом в потолке прятался люк, в который мог бы пролезть небольшой человек. Когда Джордж опустил лестницу, Букер хмыкнул.

— Я туда никак не пролезу, — сказал он, выгибая шею, чтобы присмотреться получше. — Придется кому-то из вас, — он взглянул на Кейтлин и Николь.

— Нет, — сказал Трэвис. — Это должен быть я.

Джордж покачал головой.

— Сейчас не время играть в героя, Трэв.

— Я серьезно, — возразил он. — Я играл в бейсбол. У меня хороший бросок, — он сделал шаг вперед, умоляя. — Пожалуйста, я знаю, что справлюсь. Я должен.

— А как же Кайл? Если с тобой что-нибудь случится…

— Я делаю это ради Кайла, — ответил Трэвис. — Я делаю это для всех.

— Думаю, я туда пролезу, — внезапно сказала Николь. — Я пойду с ним.

Кейтлин потянулась к ней.

— Ты уверена?

— Более уверена, чем в идее позволить пятнадцатилетнему парню делать это в одиночку.

Решено. Трэвис пойдет первым, потом Николь, а Кейтлин будет передавать им бутылки со смесью.

— Эй, парень, — крикнул Букер, когда Трэвис поднялся почти до самого верха. — Меть в заборы, ладно?

Трэвис улыбнулся.

— Слушаюсь, сэр.

— А что, если огонь выйдет из-под контроля? — спросила Дэбби, грызя ногти.

— Уж лучше бороться с пожаром, чем с толпой стональщиков, — ответил Букер. — Если он будет целиться в дорогу, то мы будем с наветренной стороны. Это выиграет нам немного времени.

— А если он не будет целиться в дорогу?

Букер помедлил.

— Надеюсь, у вас много огнетушителей.

Прошли минуты до тех пор, пока они услышали первый удар и рев пламени.

Стоны немертвых заполнили воздух, пока те брели мимо, спотыкаясь.

Еще один взрыв, и еще больше фриков потащилось по земле, спеша к источнику жара и света.

Схватив сломанную скамью, Букер подобрался к одному из заколоченных окон, встал на скамью и выглянул в просвет между досками.

— Твою ж… — он оборвал себя на полуслове.

— Джек?

Он посмотрел на Кейтлин.

— Он идеально метил в дорогу, — сказал он. — Этот парнишка бросает как профи.

— Он бросил достаточно далеко? — спросила она, подтягиваясь, чтобы тоже посмотреть.

Трэвис бросил не просто далеко — он зашвырнул бутылку почти через всю улицу, в поле. Второй снаряд приземлился на асфальт. Фрики спотыкались друг о друга, чтобы добраться до светящегося жара, в итоге загорались и падали, не в силах потушить себя.

Ровный поток фриков брел в сторону от церкви и следовал за стадом к верной гибели.

Третья бутылка разбилась посреди толпы, собравшейся на насыпи. Грязная одежда быстро загорелась, тлея до гнилой плоти. Они были слишком тупыми, чтобы сторониться огня, и слишком медленными, чтобы сбежать, когда земля под ними загоралась.

Они ждали и ждали, пока толпа не превратилась почти в одну большую гору растопки.

Кейтлин подумала, что Трэвис решил не бросать последнюю бутылку, но потом она просвистела по воздуху, угодив в остатки толпы и добавив огня и без того внушительному костру.

Меньше чем за десять минут почти сотня фриков превратилась в обугленные трупы.

Лестница скрипнула, когда Николь спустилась первой, а за ней и Трэвис.

Убрав свои светлые волосы со лба, он просиял.

— Ну как?

Джордж притянул его в крепкое медвежье объятие.

— Ты отлично справился, Трэв. Просто отлично.

Глава 9

Предложение пищи и ночлега не так уж удивило Кейтлин.

А вот просьба научить детей базовым тактикам самообороны и навыкам обращения с оружием очень даже удивило.

Позаботившись о костре из фриков снаружи и оставив ведра с водой возле церкви и там, где пламя до сих пор горело сильнее всего, они вернулись внутрь и увидели, что все дети сидят на полу рядочками и ждут их.

Букер был прирожденным учителем, но его ораторские навыки оставляли желать лучшего.

Кейтлин давно думала, что ее способность завладеть и удерживать внимание целой комнаты людей, при этом сообщая довольно насыщенную информацию, окажется бесполезной в мире, где бродили зомби. Однако она с восторгом обнаружила, что этот навык никуда не делся.

— Ладно, кто мне скажет, что надо делать в первую очередь, когда вы встретились с фриком?

В воздух взлетели руки. Кейтлин показала на одного из маленьких мальчиков.

— Дать ему по роже, — ответил он.

Букер усмехнулся.

— Не совсем, но ты на пути к верному ответу.

— Первым делом вы должны бежать, — объяснила Кейтлин. — Фрики медленные, и вы, ребята, довольно быстро сможете удрать от них. Если увидите фрика, бегите обратно к группе и скажите остальным.

Взлетело еще больше рук.

— Что, если не можешь бежать?

— Что, если ты потерялся?

— Что, если ты не можешь найти группу?

Кейтлин сделала шаг в сторону, с помощью движения удерживая внимание на себе.

— Отличные вопросы, которые подводят меня к следующему пункту действий, — сказала она, подходя к Букеру. Повернув его лицом к детям, она использовала его в качестве модели. — Скажем, вы ранены или не можете убежать достаточно быстро. Лучшее оружие уже при вас.

Дети с интересом посмотрели на самих себя.

Кейтлин улыбнулась.

— Ваши ноги. Пинайтесь, для начала сюда… — она показала на коленные чашечки Букера. — …это заставит фрика упасть и замедлиться. Также можно пинать сюда и сюда, — добавила она, показав на живот и пах. — Тут наши центры тяжести. Если вы лишите этих существ равновесия, они упадут, и вы сумеете сбежать.

Букер подавил улыбку, когда она схватила его за плечи, снова развернув.

— То же самое касается спины, — сказала Кейтлин. — Пинайте под колени, в поясницу… везде, где можете достать, и прикладывайте силу. Не сомневайтесь.

Поднялась еще одна рука.

— А что, если нам придется его убить?

Букер снова повернулся лицом к группе.

— Ну, давайте будем надеяться, что не придется, но… — он завел руку за спину и вытащил свой армейский нож. — Многие из вас слишком маленькие для пистолетов, — сказал он, присев. — Но нож может быть не менее эффективным. Но это значит, что вам придется приблизиться к стональщику, и в этом кроется опасность.

— Потому что он может сожрать твое лицо?

Он улыбнулся двенадцатилетней девочке, которая сказала это.

— Ага, именно поэтому. Они покусают вас или поцарапают. Поэтому нож — это последнее средство, — сказал он, поднимая вышеупомянутое оружие.

— Мы не охотимся на них, — добавила Кейтлин. — Мы лишь делаем то, что необходимо для выживания.

Следующие тридцать минут они объясняли анатомию и места, куда можно вонзить нож, чтобы попасть в мозг. Используя Букера в качестве манекена, Кейтлин показала разные способы увернуться от атаки, вырваться из захвата, а также то, как нацелить свое оружие. Она объяснила технику нанесения удара и то, сколько силы надо приложить, чтобы пробить череп, и ее лишь самую чуточку встревожили восторженные шепотки, прокатившиеся по группе.

Всем известно, что дети любят гадкие штуки. Апокалипсис этого не изменил.

Лучшей частью было то, когда детям разрешили попрактиковаться на Букере. Наблюдать за тем, как десятилетки выстроились в очередь, чтобы попинать его по ногам и груди, оказалось намного веселее, чем ожидала Кейтлин. Особенно когда Букер начал стонать и шаркать ногами, как дешевая хэллоуинская декорация, заставляя всех хихикать и визжать.

Остаток дня дети бегали по церкви, пинаясь и ударяя по воздуху кулаками, как супергерои.

Пусть лучше найдут какую-то радость в этом, чем живут в неведении и страхе.

Букер пообещал, что после ужина покажет детям постарше (Трэвису, нескольким девочкам и вожатым лагеря) все про предохранитель на оружии. Даже Дэбби выразила готовность учиться. До того как мир развалился на куски, она ни разу не держала в руках оружие и до сих пор обращалась с ним неуверенно.

По спине Кейтлин вновь пробежали ледяные мурашки страха.

Она пыталась игнорировать это чувство и прогнать его, пока ела свой сэндвич и шоколадный пудинг из запасов церкви. Но наблюдая, как все едят, улыбаются и хорошо проводят время, она почувствовала, что страх стиснул ее еще крепче.

С огнем им повезло. С дверью и Сарой тоже повезло обнаружить все вовремя. Трэвису повезло найти их, а не людей, которые убили бы его и украли его припасы.

Удача — это ненадежная штука. В итоге она всегда заканчивалась, а потом что? Что им оставалось?

— Ты думаешь слишком громко, птичка певчая, — пробормотал Букер, бросив на нее взгляд искоса.

Она сделала глоток воды, стараясь убрать напряжение из плеч.

— Прости.

— Не за что извиняться, — сказал он, и через мгновение добавил: — Хочешь поговорить об этом?

Кейтлин глянула через всю комнату на трех кушающих старушек.

— Я не хочу оставлять их здесь, — прошептала она.

Букер оторвал уголок от своего сэндвича, молча выжидая.

— Они легкая добыча, — продолжала она. — У них недостаточно оружия или людей, чтобы заботиться обо всем. Ну то есть, что случится, когда Трэвису придется совершить очередную вылазку, и он наткнется не на тех людей, или там будет слишком много фриков, и он не справится? Они не могут вечно сохранять это место в безопасности. Смотри, что сегодня случилось с Сарой в подвале.

Посмотрев на нее, Букер повернулся на сиденье лицом к ней.

— Дорогая, сегодняшний день стал победой. Даже несколькими победами, с моей точки зрения.

— А что случится, когда полоса везения закончится?

Он нахмурился.

— Хочешь сказать, нам стоит упаковать их всех и забрать с собой?

— Да, — сказала Кейтлин, кивая. — Именно это я и говорю.

Букер покачал головой.

— Кей, мы ничего не можем предложить этим людям. Здесь у них есть кров над головой, еда, проточная вода… Ты правда хочешь попробовать убежать от стада стональщиков с Люсиль и ее ходунками?

— Но Джек…

Он сжал ее ладони под столом.

— Знаю. Знаю, дорогая. Смотреть на это сложно, и еще сложнее представлять, что может случиться, когда мы уйдем. Но эти люди и сами чертовски хорошо справлялись на протяжении двух месяцев или даже больше. Может, они не идеальны, но стараются изо всех сил.

— А что будет, когда придут очередные собиратели? Более крупная группа, с которой они не смогут справиться? Что будет, когда мимо проедет отряд головорезов и подпалит это место? Что тогда?

Возможно, впервые с момента их встречи Кейтлин увидела Букера растерянным. Колесики вращались в его голове, но ничего не приходило на ум.

— Не знаю, Кей, — сказал он наконец. — Но мы не можем просто взять этих людей с собой, если мы не в состоянии поддерживать их здоровыми и невредимыми. А этого мы не можем пообещать даже самим себе.

Кейтлин хмуро посмотрела на крошки на своей бумажной тарелке.

— Им нужен путь к отступлению.

— У них он есть, в задней части здания.

Она закатила глаза.

— Нет, не из здания. Из города. Из каждой худшей ситуации.

Надо отдать Букеру должное, он не стал с ней спорить. Он лишь успокаивающе потирал большим пальцем тыльную сторону ее ладони, пока они смотрели, как Николь играет в шашки с другими детьми.

* * *

Той ночью, лежа на импровизированной постели на полу церкви, Кейтлин смотрела на потолочные балки и обдумывала варианты.

Она рассматривала каждый вариант и перечисляла плюсы и минусы, совсем как тогда, сидя за столом в фермерском домике.

Букер тихо похрапывал в темноте, прижавшись к ее боку.

Она не видела, чтобы он так безмятежно спал с тех пор, как они покинули Миссисипи, и знание того, что утром они снова пустятся в путь, разбивало ей сердце.

Последний вариант, который казался наиболее одобряемым, промелькнул в ее голове, когда веки уже начали опускаться.

Кейтлин не могла сказать, что удовлетворена им, но это лучше, чем ничего.

Это то, что она сделала бы для Ханны, Джереми, Джоша… Для каждой души в том доме, для каждого, кто заботился о ней и приютил.

Перевернувшись набок, Кейтлин стала тихонько подвигаться назад, пока не прислонилась к груди Букера. Он во сне потянулся к ней, обвил мощной рукой ее талию и крепко обнял.

Засыпая, она позволила себе насладиться таким простым удовольствием, как объятия, зная, что ей еще долго может не представиться такой радости.

* * *

По ее мнению, рассвет наступил слишком рано.

Но хотя бы они проспали всю ночь.

Когда Букер закончил грузить вещи в джип, Кейтлин и Николь проследили, чтобы у Кайла было достаточно лекарств на неделю. За последние несколько часов он уже немного окреп, и кашель стал не таким частым.

Дэбби без устали благодарила их, сунув в руки бутылки воды и пару банок арахисового масла.

— Знаю, это мало, но…

Кейтлин улыбнулась.

— Этого более чем достаточно.

Когда подошли Джордж и Трэвис, Букер вернулся и сказал, что они готовы отправляться.

— Я не могу выразить, как мы благодарны за все, что вы сделали, — сказал Джордж, пожимая руку Букера. — Все вы. Мы начали сомневаться, остались ли на свете хорошие люди, а потом пришли вы.

Трэвис посмотрел на Букера и Кейтлин, выпрямившись в полный рост. Не совсем ребенок, но и еще не совсем мужчина.

— Спасибо за вчера, — сказал он.

Букер кивнул.

— Просто не забывай держать тот дробовик так, как я тебе показал.

— Да, сэр.

Теребя подол своей поношенной футболки, Кейтлин сделала шаг вперед.

— Какое-то время мы будем путешествовать, — сказала она. — Попробуем найти ту группу, о которой вы нам рассказывали.

— Отверженные? — уточнил Джордж.

— Они могут что-то знать о лагерях Ковчега, — ответила она. Глянув через плечо, она продолжала. — Мы направимся на северо-запад. Я не знаю, какой именно курс мы выберем, но при пересечении с крупными дорогами я буду помечать указатели красным Х.

Дэбби и Джордж непонимающе нахмурились, но ничего не сказали.

— Если что-то случится, и вам придется оставить это место, — сказала Кейтлин, жестом обводя церковь вокруг них. — Вы сможете найти нас. Вы будете не одни.

— Мы не можем предложить многого, — признался Букер. — Не можем обещать, что осядем где-нибудь. Но вы сможете присоединиться к нам, если захотите.

Джордж задрал подбородок, и Кейтлин готова была поклясться, что видела в его глазах блеск непролитых слез в тускло освещенном помещении.

— Спасибо, — сказал он. — Это…

Кейтлин не смогла сдержаться и обняла мужчину. Она знала, что он имел в виду, даже если он не мог произнести эти слова.

Прощания никогда не были простыми.

Теперь, когда каждая связь обременялась грузом смертности и неизвестности, разлука становилась еще сложнее.

Когда они вышли на улицу, раздался голос.

— Дональд… Дональд, подожди…

Протолкнувшись мимо Джорджа и Трэвиса, Люсиль шаркала со своими ходунками. Ее седые волосы и кожа, кажущаяся бумажной, выглядели еще более хрупкими в утреннем свете.

— Дональд, ты куда? — спросила она, как можно быстрее двигаясь в сторону Букера. — Они придут в любую минуту, ты должен…

Повернувшись, Букер наклонился и сжал ее трясущиеся ладони своими.

— Не волнуйся, милая, — пробормотал он. — Я просто ухожу в магазин. Я вернусь и починю раковину.

— Ты вернешься вовремя к ужину?

Он мягко улыбнулся ей.

— Да, я обещаю.

Нежно поцеловав ее в щеку, он отпустил ее и кивнул остальным.

— Будьте осторожны.

Спускаясь по лестнице, Кейтлин услышала слова Дэбби:

— Берегите себя.

Пока они уезжали, Кейтлин смотрела на тлеющую гору фриков и вывеску церкви Новой Надежды, пока те не скрылись из виду.

Глава 10

Миссури, спустя одну неделю

Букер смотрел вперед, на дорогу, удерживая руль в нужном положении одним лишь запястьем.

— Меня все еще сводит с ума, когда ты так делаешь, — сказала Кейтлин.

Покосившись на нее, он усмехнулся.

— Потому что ты считаешь это беспечным вождением, или потому что это втайне заводит тебя?

Переключив внимание обратно на свою книгу, она сказала:

— И то, и другое.

В глубине его груди зарокотал смех, и Кейтлин сама с трудом подавила улыбку.

Равнины вокруг них были обширными, перемежаясь лишь несколькими деревьями, и насыщенные зеленые и желтые оттенки позднего лета служили успокаивающим зрелищем.

Прошло много часов с тех пор, как они видели хоть одного фрика, шатающегося по полю, так что Кейтлин решила почитать, пока свет еще позволял.

Николь поерзала во сне, растянувшись на заднем сиденье, и Букер обернулся, проверяя, как там она.

Это была незаметная привычка, которую Кейтлин подмечала за ним сотни раз, и у нее всегда внутри разливалось тепло.

Протянув руку, она запустила пальцы в его волосы на затылке, мягко расчесывая их, пока Букер продолжал вести машину. Она улыбнулась про себя, когда он чуточку подался навстречу ее прикосновению.

— Волосы отрастают, — пробормотала она, водя ногтями по коже его головы.

Букер хмыкнул, его губы подергивались.

— Думаю, парикмахерские не пережили конец света, да?

— Все нормально. Мне даже нравится.

Переведя взгляд, он выгнул бровь.

— Да ты что?

— Я не говорю, что тебе стоит совсем зарасти космами, — сказала она, усмехнувшись. — Но немного длины вовсе не плохо.

Снова повернувшись к дороге, Букер улыбнулся и подвинулся на сиденье так, чтобы ей легче было прикасаться к его голове.

— Но если все начнет походить на гриву из восьмидесятых, я возьму пару ножниц и обкорнаю тебя во сне.

Букер рассмеялся.

— Само собой, дорогая.

Они ехали в относительной тишине, и гул двигателя становился белым шумом.

Положив ладонь на шею Букера, Кейтлин снова продолжила читать.

— Что изучаешь сегодня? — спросил он.

— Орошение почвы, — ответила Кейтлин. — Если мы хотим вырастить здоровое разнообразие посевов, придется проследить, чтобы они получали нужное количество воды.

— А что ты хочешь вырастить?

Подняв взгляд, она посмотрела на окрестности.

— Не знаю точно. Помидоры, огурцы, перцы… — она покосилась на диаграммы в книге. — Пшеница и кукуруза пригодятся во многом. Может, даже соевые бобы.

— Собираешься организовать свою фабрику тофу?

— Может, если тогда ты не будешь есть мою долю.

Издав недовольный звук, он сказал:

— Я бы никогда не съел твою долю чего угодно.

— Я знаю, Джек, — сказала она, слегка потянув за его волосы. — Я просто шутила.

— Хм.

Кейтлин собиралась вновь заверить его, но когда она подняла взгляд, что-то вдалеке привлекло ее внимание.

— Притормози, — сказала она, подавшись вперед. — Это что такое?

Отпустив педаль газа, Букер прищурился, разглядывая огромный белый квадрат посреди дороги примерно в 400 метрах от них.

— Это дорожный знак?

— Не могу понять, — ответила она. — Подъедешь ближе? Но будь осторожен.

Такое чувство, будто они ползли в сторону загадочного объекта.

Кейтлин наконец смогла рассмотреть, что это гигантский кусок фанеры, который покрасили белой краской, а потом нацарапали послание темными буквами. Эта фанера перегораживала две полосы дороги, приподнятая и прикрученная к подпорке.

— Стоять. Ехать дальше нельзя. Опасность, — прочитал Букер. — Живые и мертвые.

— Мда, ну совсем не зловеще… — пробормотала Кейтлин.

Букер нахмурился.

— Стональщики не умеют читать. Зачем пытаться предупредить их об опасности?

Ее накрыло озарением.

— Нет, думаю, они имели в виду, что опасность исходит и от живых, и от мертвых.

Букер перечитал надпись и помрачнел.

— Головорезы, — сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть сначала в одно окно, потом в другое. — Должно быть, мы близки к горячей точке или…

— Мы близки к лагерю Ковчега, — перебила она. — Иначе зачем пытаться предостеречь людей, чтобы они не заходили дальше?

Букер покачал головой.

— Мы не можем знать наверняка.

— Мы вообще ничего не знаем наверняка. Только то, что впереди находится нечто, и кто-то не хочет, чтобы мы это нашли.

Они сидели в тишине, глядя вперед через ветровое стекло.

— Нам надо ехать дальше, — прошептала Кейтлин.

Она чувствовала, что Букер уставился на нее так, словно она выжила из ума.

Наверное, так и было.

— Ты хочешь поехать вперед, прямиком в гущу того, о чем нас пытались предупредить какие-то ребята, потратившие на это время, усилия и припасы? — он повернулся на сиденье. — Объясни мне. Зачем вообще…

— Подумай об этом, Джек, — сказала она. — Если это лагерь Ковчега, Скотт может быть там. Если это горячая точка или куча отрядов головорезов…

— То мы будем как моряк с проституткой на Неделе флота[3].

— Чего?

— В жопе по самые яйца, — он пристально посмотрел на нее. — Мы не можем рисковать. Помнишь Поплар-Блафф[4]?

Она вздохнула.

— Это была ошибка в расчетах.

— Это был чертов балаган, и мы едва выбрались, — Букер постукивал большим пальцем по рулю. — Мы не станем больше так делать.

Кейтлин чуть не подчинилась, но потом глянула через плечо на заднее сиденье.

— Требую голосования.

Букер разинул рот.

— Да ты шутишь.

— Демократия, — чинно ответила она. — Открываем дебаты, и пусть решает большинство.

— Ты разбудишь Николь, чтобы проголосовать за это дерьмо?

Николь позади них потянулась и села.

— Я уже проснулась, — сказала она, подвигаясь вперед, чтобы высунуться между их сиденьями. — Вы, ребята, далеко не такие тихие, как вы думаете.

Кейтлин усмехнулась, глядя на Букера.

— Супер, тогда давайте сделаем это.

— Кей… — он стиснул руль руками. — Я люблю тебя. Я сделаю для тебя что угодно, я за тебя жизнь отдам. Но это? Это будет самым глупым, что ты когда-либо предлагала.

— Может быть, — согласилась она. — А может, ответы, которые мы ищем, находятся по другую сторону от этого щита.

Посверлив друг друга сердитыми взглядами, они немного подождали, затем повернулись к Николь.

— Прости, ковбой, — сказала Николь, похлопывая Букера по плечу. — Ты в меньшинстве.

— Вы реально хотите подразнить этого медведя? — он показал через ветровое стекло. — Просто чтобы камня на камне не оставить и проверить все-все?

Сложив ладони вместе, Николь на мгновение молча уставилась на центральную консоль. Когда она вновь подняла взгляд, ее зеленые глаза смотрели сурово.

— Что, если бы это была Кейтлин?

Внезапно воздух в джипе сделался наэлектризованным, как прямо перед ударом молнии.

— Ты только что сказал, что сделаешь для нее что угодно, — продолжала Николь. — Что ты отдашь свою жизнь? Что, если бы она находилась по ту сторону этого знака, который может оказаться как правдивым, так и лживым?

Напряжение ушло из плеч Букера, выражение его лица смягчилось.

— Если Скотт поблизости… если он в лагере Ковчега или с теми Отверженными, о которых мы постоянно слышим, то я не могу позволить, чтобы какой-то самодельный знак «свалите» отпугнул меня от него.

Кейтлин перевела взгляд с Николь на Букера, и в ее горле встал ком.

Они выжили. Они нашли друг друга.

Николь и Скотт тоже заслуживали такого шанса.

Через минуту Букер вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Но мы сделаем это безопасно. И если будет хоть намек на какие-то проблемы…

— Сматываемся, — согласилась Николь. — Поняла.

Припарковав джип, он отстегнул ремень безопасности с раздражением папаши, которому предстояло поменять лопнувшую шину.

— Ну и кто будет помогать мне убирать этот чертов знак?

* * *

Кейтлин галлюцинировала. Это должна быть галлюцинация.

Посреди миссурийской равнины земля в миле перед ними колебалась. Колыхалась волнами, как пахотная почва после сильного дождя, где дождевые черви выбирались на поверхность.

Посмотрев туда несколько секунд, она осознала, что окружавшие их травянистые акры были зелеными… а не темно-серыми.

— Какого… хера?

Букер отпустил педаль газа, позволив машине плавно остановиться.

— Это… — он наклонился вперед через рулевое колесо. — Все стональщики?

Опешив и притихнув, они все пытались переварить зрелище перед ними.

— Но почему? — спросила Николь. — Их там, наверное, тысячи. Что они все делают?

Кейтлин показала ей жестом.

— Передашь мне бинокль из рюкзака?

Когда Николь протянула его, Кейтлин медленно открыла дверцу и начала выбираться наружу.

— Ты что делаешь? — спросил Букер, нахмурившись.

Ухватившись за защитную дугу сверху джипа и приподнявшись, она сказала:

— Мне нужен хороший обзор.

Всматриваясь через линзы бинокля, она осмотрела горизонт.

Фрики. Везде сплошные фрики.

Тысячи, может, даже десятки тысяч, и все бредут одной устрашающей толпой.

Инстинкт ускорил ее сердцебиение, заставил дыхание участиться, а ноги — задрожать.

«Беги… беги… как можно быстрее…»

Кошмарная аномалия простиралась так далеко, как видел глаз. Все в ней кричало убираться отсюда как можно дальше.

Кейтлин сделала глубокий вдох и продолжила искать признаки живых, о которых их предупреждали.

По ту сторону гигантского стада она приметила блеск металла… То ли шест, то ли какая-то башня.

— В той стороне есть что-то, сделанное руками человека, — сказала она. — Мы слишком далеко, чтобы сказать наверняка, но это что-то крупное.

— Ты видишь лагерь?

Кейтлин еще раз осмотрела горизонт.

— Я так не думаю. Во всяком случае, ничего не виднеется, — сказала она, опускаясь с защитной дуги. — Если там есть люди, то они далеко за этой огромной толпой.

— И они обречены, — добавила Николь. — Или тупо не подозревают.

— Фрики никуда не направлялись, — сказала она, скользнув обратно на свое сиденье. — Как минимум, не так, как они бредут за едой. Они просто бесцельно шатались туда-сюда.

Букер перевел взгляд с океана фриков обратно на Кейтлин.

— Хочешь сказать, они никуда не идут?

— Насколько я могу сказать, нет, — ответила она.

— Ну, они определенно образовали адски большую толпу, — Николь забрала у Кейтлин бинокль, чтобы посмотреть самостоятельно. — Может, просто вокруг нет еды, к которой они могли бы брести.

— Стональщикам есть дело до двух вещей: поедание живых и поиски других стональщиков. Стадо такого размера должно двигаться вперед и искать пищу.

Кейтлин нахмурила лоб.

— Может, что-то приманило их сюда, — повернувшись на сиденье, она постучала Николь по руке и показал пальцем. — Смотри туда, влево. Видишь ту металлическую штуку вдалеке.

Мгновение спустя Николь кивнула.

— Ага. Что это?

— Не знаю, а на что похоже, по-твоему?

Николь задумчиво помычала.

— Радиопередатчик?

Букер протянул руку, молча прося дать ему бинокль. Глядя туда, он едва слышно выругался.

— Это передатчик?

— Не знаю, — ответил он. — Но у меня в любом случае дурное предчувствие.

Кейтлин прикусила нижнюю губу, обдумывая варианты.

— Насколько близко ты можешь подъехать, не привлекая внимания толпы.

Букер уставился на нее так, будто она отрастила вторую голову.

— Кей, а ты помнишь наш предыдущий разговор, где мы договорились, что сматываемся при первом же намеке на опасность? — он взмахнул рукой, указывая на чудовищный ландшафт. — Это не намек, это чертова каменная скрижаль, упавшая с небес.

— Вот только не приплетай сюда свои воспоминания о воскресной школе, — сказала она. — А теперь ответь на вопрос. Как близко ты можешь нас подвезти?

Вздохнув так тяжело, что даже Кейтлин это почувствовала, Букер повернулся вперед и стиснул руль.

— Джек?

— Нам до них примерно миля… я могу подвезти нас на расстояние четверти мили, а потом звук двигателя их привлечет.

— Значит, подъезжаем на четверть мили.

— Клянусь Богом, женщина, ты меня точно в могилу сведешь, — пробормотал он, включая зажигание и трогая машину с места.

* * *

То, как немертвые шаркают ногами и пошатываются, было на удивление завораживающим зрелищем. Это все равно что смотреть на акулу, плавающую в резервуаре, или на медведя за стеклом в зоопарке. Это влияло на какую-то часть мозга, которая испытывала одновременно отторжение и влечение.

Только в этот раз вместо тщательно продуманного безопасного ограждения между ними и тысячами фриков было всего около четырехсот метров и небольшой холмик.

Ноги Кейтлин подергивались, умоляя ее бежать.

Она подалась вперед, почти прижавшись носом к стеклу.

— Букер, включи радио, — пробормотала она, рефлекторно понизив голос.

— Ищешь неплохие старенькие станции? Потому что я гарантирую, что они уже не работают.

Она закатила глаза.

— У меня есть теория. Включи радио и запусти поиск станций.

Когда он так и сделал, она стала слушать статический шум, дожидаясь подтверждения своей чуйки.

Через несколько каналов что-то пробилось сквозь белый шум. Тихий, едва различимый звук, который был скорее вибрацией, нежели звуком как таковым. Остановив поиск, Кейтлин чуть прибавила громкости.

— Что это такое?

Николь нахмурилась.

— Не знаю, но мне это не нравится.

— Может ли звук свести с ума? — спросил Букер, отодвигаясь подальше от динамиков на панели. — Мне кажется, этот звук может.

— Думаю, именно так они приманивают сюда фриков, — сказала Кейтлин. — У того радиопередатчика, наверное, есть и динамики. Фрики это слышат, чувствуют вибрацию и устремляются к источнику.

— Занимательные научные факты, но это ничего не объясняет, — сказала Николь. — Кей, выключи.

— Знаю, это раздражает, но…

Николь стиснула ее плечо.

— Нет, Кей, выключи, — настаивала она, показывая через ветровое стекло. — Они начинают слышать.

И действительно, горстка фриков заметили сигнал, исходящий от джипа, и неуклюже изменили направление. Они тащились почти прямиком к ним по двухполосной дороге.

— Черт, — прошипела Кейтлин, хлопнув по приборной панели и вырубив радио.

Сдав назад, Букер объявил:

— Так, хватит с нас этого дерьма.

Он надавил на газ ровно настолько, чтоб сдвинуться с места, и принялся крутить руль.

— Мы официально и бесспорно сматываемся, — сказал он. — Николь, как там ситуация?

— Сохраняй ту же скорость и не реви двигателем, — сказала она, выгнувшись, чтобы посмотреть в заднее окно. — Думаю, все будет нормально. Они не следуют за нами.

Пока стая в боковом зеркале становилась все меньше, Кейтлин сложила кусочки мозаики воедино.

— Ребята, я знаю, что там, — сказала она. — И это значит, что мы вообще не близки к лагерю Ковчега.

Глава 11

Кейтлин расстелила карту по капоту джипа, разгладив складки ладонью. Сняв колпачок с красной ручки, она пометила расположение передатчика и адской толпы фриков, а также примерное место, где находился предостерегающий знак.

— С чего бы лагерю Ковчега устанавливать систему, привлекающую фриков отовсюду? — спросила она, подписав новые объекты.

Наклонившись, чтобы посмотреть на карту, Николь сказала:

— Не уверена, что они стали бы это делать.

— Вот именно. Этот передатчик установили, чтобы увести фриков от той территории, где находится ближайший лагерь Ковчега.

Расхаживая вдоль джипа, Букер смотрел на заросшие поля по обе стороны от них.

— Как по мне, опасная затея, — сказал он, шаркнув ботинками по асфальту и развернувшись. — Просто оставить стадо таких размеров посреди страны, не пытаясь как-то сдержать их и даже не убивая.

— Конечно, но ты же видел, какие они, — заметила Николь. — Эти зомби были… мирными. Почти даже не шевелились. Думаю, этот звук воздействует на центры импульсов в их мозгу.

— Успокаивает их до покорного состояния, — Кейтлин обернулась через плечо и посмотрела на протяженность дороги позади них. — И они явно не хотят уходить и гнаться за добычей.

— Хотел бы я знать, какому ученому поручили работать над поведенческой терапией стональщиков, — прокомментировал Букер, обходя джип сзади и направляясь вперед с другой стороны машины.

Кейтлин повернулась так резко, что едва не свернула себе шею.

— Что ты сказал?

Он моргнул.

— Поведенческая терапия стональ…

— Это тестовая зона, — перебила она. — Вот что имелось в виду на знаке — Живые и мертвые. Они отводят фриков в сторону от лагеря Ковчега и имеют практически безлимитный запас немертвых тел для экспериментов. Двух зайцев одним ударом.

Лицо Николь побелело.

— Кейтлин, если это правда, тогда то место должно находиться под наблюдением.

Все трое в молчаливом ужасе уставились друг на друга.

— Возвращаемся в джип, — приказал Букер. — Сейчас же.

Спешно собрав карту, Кейтлин и Николь побежали к пассажирской стороне.

Шорох в сухой траве заставил всех резко остановиться.

Кейтлин бесшумно достала револьвер и просто держала в руке, готовая в любой момент поднять дуло и прицелиться.

Позади нее раздался короткий свист.

«Я подхожу ближе. Оставайся на месте».

Кейтлин свистнула в ответ.

«Будь осторожен».

Стебли задрожали и согнулись в тот самый момент, когда Букер приблизился к краю асфальта.

Прицелившись из револьвера, Кейтлин со звучным металлическим щелчком сняла с предохранителя.

Она не собиралась рисковать.

Из высокой травы вырвалась фигура, рванувшая к ним.

Ее палец уже лежал на курке, но тут мозг осознал очертания того, что двигалось в их сторону.

А потом это гавкнуло.

— Господи Иисусе, — выдохнула Кейтлин, опуская оружие.

Радостно виляя хвостом, помесь овчарки кружила вокруг ног Букера, облизывая ему руки.

— Воу, ну привет, Рин Тин Тин[5], — сказал он, присев на корточки, чтобы почесать собаке загривок. — Полегче, приятель, эй… ты чуть не наградил нас сердечным приступом.

— Забавно, то же самое я хотел сказать про вас.

Все резко развернулись лицом к мужчине, стоявшему посередине дороги.

Кейтлин снова подняла револьвер, прицелившись ему прямо в грудь.

— Простите, простите, — воскликнул он, поднимая руки в знак капитуляции. — Мне говорили, что я слишком тихий себе на беду. Я всегда думаю, что люди слышат меня, но…

— Какого черта ты подкрадываешься к нам? — прорычал Букер, шагая в его сторону с ножом в руке.

Едва не запутавшись в собственных ногах, мужчина попятился, не опуская рук.

— Я сожалею, правда, — вскрикнул он. — Я не хотел. Я искал свою собаку, а она нашла вас первая.

— Это твоя собака?

Он кивнул.

— Да. Видишь, у нее есть ошейник и все такое.

Букер медленно смерил его взглядом.

— Тогда подзови ее.

Мужчина прочистил горло.

— Фэнси. Иди сюда, девочка.

Овчарка немедленно понеслась в его сторону и выжидающе уселась перед своим хозяином.

— Можно… Можно я ее поглажу? — спросил он, глядя на Кейтлин. — Она очень хорошо реагирует на поощрение, когда выполняет команды.

— Все мы такие, — процедил Букер.

Кейтлин все равно кивнула, и мужчина быстро, но с любовью почесал Фэнси за ушками и снова поднял руки.

— Зовут тебя как? — спросила Кейтлин, перехватив револьвер.

— Макс, — ответил он. — И я правда не хотел вас напугать.

Он выглядел неуместно на дороге.

Его одежда была чистой, он был гладко выбритым и опрятным, и судя по тому, как рюкзак висел за его плечами, он не нес при себе много провизии.

У Макса был лагерь, и наверняка неподалеку.

— Ты здесь один? — спросила Кейтлин, пристально глядя на него.

Он переступил с ноги на ногу.

— Формально да.

— Формально? — повторил Букер. — Не умничай с нами, Макс, денек выдался непростым.

Макс сделал глубокий вдох.

— Да, я один на этом участке дороги. С Фэнси. Но у меня есть люди, которые будут меня искать, если вы заберете меня или убьете, так что…

— Мы не из тех, кто грабит на шоссе, — сказал Букер. — Но мы и не побоимся защитить то, что принадлежит нам.

— О, мне ничего от вас не нужно, — спешно объяснил Макс. — И не знаю, заметили ли вы, но я не похож на закоренелого бандита.

— Тэд Банди тоже выглядел как нормальный парень, — бесстрастно заметила Кейтлин.

Макс издал фыркающий смешок.

— Аргумент засчитан. Слушайте, я уверен, что вы все можете позаботиться о себе, но я все же чувствую себя обязанным сказать, что здесь небезопасно.

— О, ты имеешь в виду потому, что примерно в восьми километрах отсюда толчется гигантское стадо фриков? — когда у него отвисла челюсть, Кейтлин усмехнулась. — Ага, мы видели.

— Вы подъехали близко? — Макс бросил взгляд через плечо.

— Достаточно близко, — призналась Николь.

— Давно?

Букер сделал два больших шага вперед.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что та зона окружена датчиками движения, — сказал Макс. — Если они засекут нечто крупнее гниляка…

— То отряд головорезов? — спросила Кейтлин.

Макс склонил голову набок.

— Типа того. Армейские беспилотники. Вы что, не видели знак?

Букер выругался себе под нос.

— Это твоя работа?

— Ну, не моя, а моей группы, — Макс на мгновение посмотрел в глаза Кейтлин. — Если бы вы подошли близко к тому стаду, на ваши поиски отправили бы беспилотники. Как только беспилотник активирован, он не уберется прочь, пока не найдет, куда вы направляетесь, а потом…

Николь вздохнула, скрестив руки на груди.

— Можно подумать, что когда по земле бродят мертвецы, у армии будут дела поважнее, чем выслеживать и убивать обычных людей.

— Тактика зачистки становится довольно популярной, когда ресурсы ограничены, — сказал Макс. Задумавшись на мгновение, он добавил: — Слушайте, обычно я этого не предлагаю, но если вы хотите, то можете вернуться со мной в наш лагерь.

Букер убрал нож и сделал шаг в сторону от Макса.

— Нам и самим по себе хорошо.

— Вы явно можете за себя постоять, — сказал Макс. — Просто вы, похоже, давно в дороге, а у нас полно еды и воды. Есть удобные места для сна.

— Ужасно щедро предлагать такое трем незнакомцам, — сказала Кейтлин, прищурившись. — Что-то тут вызывает подозрения.

Макс покачал головой.

— Вы могли бы убить меня и забрать мои вещи. Я видел, как вы ранее поглядывали на мой рюкзак. Если бы вы действительно были плохими людьми, вы бы застрелили меня и забрали, что хотели.

— И почему ты решил, что мы не пристрелим тебя в ту же секунду, когда ты отвернешься? — спросила Кейтлин.

Макс криво улыбнулся.

— Потому что ты только что сказала это вслух. Большинство людей, которые планируют совершить гнусные поступки, не рассказывают о том, то они планируют совершить гнусные поступки. Вы вовсе не кажетесь мне волками в овечьих шкурах.

Букер усмехнулся.

— Вот как? Тогда кто мы, по-твоему?

— Волки, — Макс пожал плечами. — Но хищники не опасны, если их не дразнить и не морить голодом. И поскольку я не планирую делать ни того, ни другого…

Низкий гул мотора заставил всех посмотреть на небо.

— Ох, дерьмо, — ахнул Макс. — Нам нужно уносить ноги. Немедленно.

— Сколько этих штук они высылают? — спросил Букер, поворачиваясь к джипу.

— Я видел их только по одному. Но идемте, мы не можем задерживаться.

Оставаясь совершенно спокойным, Букер открыл багажник и достал винтовку.

— Неа, ща разберемся.

Повесив винтовку за плечо на ремне, он забрался на защитный каркас джипа.

— Кей, прикроешь меня, да?

Еще раз смерив Макса взглядом, Кейтлин расположилась так, чтобы четко видеть обе стороны дороги.

Николь посмотрела за него и кивнула в сторону собаки.

— Пожалуй, лучше зажать Фэнси уши.

Когда беспилотник подлетел ближе, Букер прицелился и несколько секунд следил за машиной.

Выстрел снес один из пропеллеров, и беспилотник закувыркался в воздухе.

Сбросив гильзу, Букер смотрел, как тот постепенно кренится к земле.

Подняв клубы пыли и дыма, он приземлился справа от них на том же поле, откуда на них выскочила Фэнси.

Удовлетворенный результатом, Букер слез с джипа и повесил винтовку за спину.

— Думаю, мне лучше сходить за этой чертовой штуковиной, — сказал он. — Посмотрим, с каким Скайнетом[6] мы имеем дело.

— Ой, эм, вообще-то, — начал Макс, шагнув вперед. — Можно Фэнси его принесет? Она очень хорошо ищет вещи.

Букер перевел взгляд с Макса на собаку, затем на Кейтлин и выгнул бровь.

— Ладно, пусть несет.

— Ищи, Фэнси, — сказал Макс овчарке. — Ищи.

Собака унеслась прочь, скрывшись в высокой траве.

— Спасибо, — сказал ему Макс. — Она обожает эту игру.

Может, они слишком много времени провели в дороге. Кейтлин не могла уложить в голове, что кто-то ведет себя так открыто, так любезно. Неужели эта группа защищала его от ужасных реалий этого нового мира?

Кейтлин посмотрела на его руки — относительно чистые и лишенные шрамом. Она гадала, бывали ли они покрыты кровью и мозговым веществом. Нажимали ли они на курок, убивая кого-то ради сохранения собственной жизни.

— Где твое оружие? — спросила она.

Макс непонимающе моргнул.

— У меня есть нож в кармане куртки, — ответил он. — Но как я вам и говорил, моя сильная сторона — умение подкрадываться. Я просто избегаю большинства фриков, которые мне встречаются.

— Так чем ты тут занимаешься?

— В основном собирательством, — сказал он. — Фэнси очень хорошо находит птичьи гнезда и съедобные грибы.

Вдалеке раздался лай, и Макс свистнул между пальцами, подзывая Фэнси обратно.

Пока она рысью бежала через траву к дороге, Букер усмехнулся при виде беспилотника, видневшегося в ее пасти.

— Чтоб мне провалиться, — сказал он. — Она его нашла.

— Я же говорил, что она хороша, — Макс наклонился, забирая у нее покореженный кусок металла и пластика. — Держи, полагаю, это твоя добыча, — с улыбкой сказал он, отдавая предмет Букеру.

Взяв беспилотник, он хмыкнул и стал его осматривать.

— Нам стоит забрать его с собой? — спросила Николь, с любопытством заглядывая через плечо Букера.

— Нее, в нем наверняка есть GPS, — перевернув устройство, Букер подергал корпус, пока тот не треснул. — Я не вижу черного ящика. Видимо, они получают сигнал беспроводным путем.

— Он все еще передает данные?

— Не знаю, — пробормотал он, прищурившись и разглядывая внутреннее устройство беспилотника. — Мне он кажется вполне себе разбитым, но лучше перестраховаться. Мы закопаем его в стороне от дороги, и пусть они его ищут.

— То есть, тот, кто установил ту радиовышку, контролирует и эти штуки, — сказала Николь. — И у них имеется работающий интернет и мобильная связь, — она вздохнула. — Везучие ублюдки.

— Формально это есть у всех нас, — сказал Макс. — Спутники еще какое-то время будут функционировать. Проблема лишь в том, чтобы найти место с электричеством, роутер и модем, а также работающие оптоволоконные кабеля.

Букер посмотрел на него.

— Полезные сведения, наверное.

Кейтлин больше не могла это терпеть. Они не нуждались в щедрости этого незнакомца, чтобы выжить — они и сами прекрасно справлялись. Она не могла объяснить, почему, но он выводил ее из себя, и она хотела от него только ответов.

— Слушай, мы ценим, что ты предлагаешь гостеприимство твоей группы, — начала она. — Но мы ищем конкретный лагерь Ковчега…

— О, они уже не берут новых людей.

— Мы знаем, — в унисон ответили Букер и Николь.

— Мы ищем лагерь потому, что ее муж может быть внутри, — сказала она. — И единственная зацепка о том, кто может что-то знать — это то, что данная группа называет себя Отверженными. Так что спасибо за предложение приютить, но нам надо двигаться дальше.

Макс широко раскрыл глаза, а потом его лицо озарилось медленной улыбкой.

— Говоришь, вы ищете Отверженных?

Кейтлин нахмурилась.

— Да, а что?

Почесывая Фэнси за ушами, Макс улыбнулся так широко, что его лицо готово было разорваться надвое.

— То предложение, от которого вы только что отказались? Возможно, вам стоит передумать.

* * *

Ботинки Кейтлин чавкали в густой грязи.

— Далеко еще, говоришь? — спросила она, не переставая смотреть по сторонам.

Макс обернулся через плечо.

— Нет, не очень. Знаю, это не самая простая дорога, зато самая быстрая.

Они нашли заброшенный сарай, в котором спрятали джип, взяв с собой только рюкзаки и продукты на один-два дня, а потом пошли пешком вместе с Максом.

Их троица не обговаривала это вслух, но само собой было понятно, что как только один из них почует что-то неладное, они развернутся и побегут прочь.

Букер держался между Максом и остальными на тот случай, если приветствие будет не самым дружелюбным. Кейтлин шла последней, прислушиваясь, чтобы никто не шел за ними среди редких деревьев и грязи.

Она никого не слышала, но спустя двадцать минут ходьбы начала различать звуки присутствия людей — голоса, шаги, изредка лязг металлической посуды.

Свистнув три раза, Макс замедлил шаги прямо перед тем местом, где деревья переходили в поляну.

Голоса стали громче.

— Друг или враг? — бодро крикнул мужчина.

— Это я, ребята, — ответил Макс. — И мне встретились кое-какие… — он обернулся на остальных. — Храбрые души, которые хотят поговорить со всеми нами.

Из-за дерева вышел мужчина, вооруженный мачете. Посмотрев на них всех, он нахмурился и повернулся к Максу.

— Ты привел собирателей?

Макс покачал головой.

— Они не такие, — сказал он. — Они хорошие люди.

Букер украдкой бросил взгляд на Кейтлин.

«Кажется, мы выглядим хуже, чем думали».

Спустя мгновение явных раздумий мужчина кивнул и шагнул вперед, отвязывая от дерева бельевую веревку с жестяными банками и колючей проволокой, чтобы дать возможность пройти.

— Хороший у вас тут периметр, — прокомментировал Букер, когда парень жестом показал им проходить.

— Держит гниляков на расстоянии достаточно долго, чтобы мы услышали их и позаботились об этом, — сказал он.

Кейтлин окинула мужчину взглядом, заметив его брюки карго и оливково-зеленую кофту с длинными рукавами. С темными волосами и щетиной он выглядел более суровым, чем Макс, но все равно было явно, что он чистый и хорошо питается.

Мужчина, которому принадлежал другой голос, теперь молчал и подозрительно смотрел на них.

Не то чтобы она могла винить его. Она бы тоже настороженно относилась к новеньким, пришедшим в ее лагерь.

Он был коренастым и загорелым, с редеющими волосами — как минимум на пятнадцать лет старше любого из них.

Как только они оказались за границей лагеря, первый мужчина снова привязал веревку и повернулся к ним лицом.

— Я Эдвард, — сказал он с кивком. — Это Алонзо.

Макс открыл рот, но Букер опередил его со знакомством.

— Я Букер, — произнес он. — Это Кейтлин и Николь.

— Рад знакомству, — сказал Эдвард.

Наклонившись, чтобы потрепать Фэнси по загривку, Макс широко улыбнулся.

— Думаю, вам понравится причина, по которой они здесь.

Эдвард и Алонзо нахмурились, а Макс махнул Букеру и остальным следовать за ним.

— Идемте, я отведу вас к нашим избранным представителям.

Кейтлин выгнула бровь, глядя на Букера, когда все они двинулись вперед.

«Избранные представители?»

Слегка пожав одним плечом, он усмехнулся и пошел за Максом.

Деревья внезапно расступились, открывая поляну, которую Кейтлин ранее видела мельком.

Палатки всех размеров стояли двумя полукругами слева и справа. В центре находились небольшие костры для приготовления еды, туристические стульчики, общие места для стирки одежды и чистки оружия.

Как только они вышли на луг, тихий гомон людей стих.

Однако Макс оставался невозмутимым.

— Нас примерно пятьдесят семь человек, — сказал он. — Мы довольно часто перемещаемся с места на место, чтобы нас не настигли хаммеры. Но мы уже довели разбитие и сбор лагеря до уровня искусства, так что это занимает совсем немного времени.

— А где ваши машины? — спросила Николь, оглядываясь по сторонам.

— Спрятаны в стороне от главной дороги, — бросил он через плечо. — Мы довольно быстро поняли, что истребители ищут отражающие отблески на машинах. Так что мы паркуем их достаточно далеко, чтобы они не указывали на нас как мигающая стрелка, а потом тащим все пешком.

Перед ними пробежало два ребенка, играющих в догонялки, и Кейтлин резко остановилась.

Дети. Эта группа даже сумела заботиться о детях.

— Что, если на ваш лагерь набредет куча фриков?

Макс повернул голову.

— У нас есть довольно хорошая система, которая пока нас не подводила.

— Ага, прутики и жестянки точно не подведут, — съязвил Букер.

Усмехнувшись, Макс глянул на него.

— Это был лишь первый уровень. Вы увидите остальные попозже.

Мимо них прошли две женщины с композитными луками, которые поприветствовали Макса и робко улыбнулись остальными.

Наклонившись к ее уху, Букер прошептал:

— Надо достать тебе такой. Готов поспорить, стреляешь ты метко.

Кейтлин усмехнулась.

— Тебе просто хочется отпускать шуточки про Китнисс.

— И это тоже.

Как раз когда они подошли к одной из более крупных палаток, Макс крикнул:

— Луна? Триш? Мне неловко вас беспокоить, но…

— Кейтлин?

Голос прозвучал отдаленно — так отдаленно, что она сначала подумала, будто ей показалось.

— Кейтлин!

Нахмурившись, она повернулась и просканировала группы людей, которые начали собираться, чтобы посмотреть на незнакомцев в своих рядах.

Одна толпа разделилась, когда кто-то протолкнулся сквозь нее.

Николь потянулась к ее руке.

— Охренеть.

Кейтлин слишком долго соображала, ее мозг просто не мог переварить все сразу. Она понимала лишь то, что светлые вьющиеся волосы выглядят очень знакомо.

— Кейтлин!

Ее ноги словно приросли к земле, когда ее накрыло осознанием.

— Н… Натаниэль?

Он бежал к ней, и с его губ сорвалось нечто среднее между смехом и рыданием.

Кейтлин едва успела сделать вдох перед тем, как ее притянули в самое ошеломительное медвежье объятие в ее жизни. Ее ботинки стукнули друг о друга, когда он закружил ее, стискивая сильными руками.

— Поверить не могу, что ты здесь, — хрипло выдохнул Натаниэль в ее волосы. — Это ты. Это правда ты.

Испытывая потрясение и головокружение, Кейтлин не могла вымолвить ни слова.

— Я знал… Я надеялся, что ты выживешь, — продолжал он, поставив ее на землю, но не выпуская из объятий. — Я молился каждый день…

Отстранившись ровно настолько, чтобы посмотреть ей в лицо, Натаниэль ослепительно улыбнулся.

— Я… Т-ты живой, — пролепетала Кейтлин. — И ты в Миссури.

Он рассмеялся, и в его ярко-голубых глазах блестели непролитые слезы.

Кейтлин уставилась на него как на частицу жизни, о существовании которой она совершенно забыла.

Теплые шершавые ладони обхватили ее лицо, и он наклонился поцеловать ее, но она внезапно толкнула его в грудь.

Издав отнюдь не благородный вопль, Кейтлин вырвалась из его хватки и отпрянула на полтора шага.

— Подожди, не надо, — воскликнула она, вытянув руку и уперевшись в его грудь, чтобы держать на расстоянии.

Опешив, Натаниэль застыл с поднятыми руками.

Ее щеки залились густым румянцем, когда она перевела взгляд с него на собирающуюся толпу.

— Эм… Натаниэль, я… — Кейтлин сглотнула, но во рту пересохло как в пустыне. — Ну, видишь ли…

Знакомые тяжелые шаги подошли к ней сзади неторопливой поступью.

Взгляд Натаниэля сместился за ее плечо.

— Натаниэль, это мой… — Кейтлин вслепую потянулась назад и неуклюже похлопала его, кажется, по животу. — Это Букер.

Жестокое и неторопливое время растягивало каждую секунду до агонии.

Натаниэль опустил руки и сделал полшага назад.

— Ты…

Он не закончил предложение.

Кейтлин пыталась найти какие-то утешения или объяснения, но ничего не приходило на ум.

Две женщины в стороне от них начали перешептываться, пряча улыбки за ладошками.

Видимо, смертельный позор пережил даже апокалипсис.

Сделав еще пару шагов вперед, Букер протянул руку.

— Натаниэль, верно? — сказал он с кивком. — Рад знакомству.

Натаниэль ошарашенно моргнул.

— Эм, да. Взаимно… рад знакомству.

Кейтлин еле узнала рыжие волосы Николь, когда та оттеснила ее и поприветствовала Натаниэля объятием и поцелуем в щеку.

— Мда, Мидоуз, — прошептал Букер. — Ты прям сама деликатность.

Ей еще никогда так не хотелось провалиться под землю, как в эту самую секунду.

— По шкале от одного до десяти, насколько это было ужасно?

Букер цокнул языком, склонив голову набок.

— По щедрой оценке? Примерно семнадцать.

— О Господи, — пробормотала она, отчаянно желая закрыть лицо руками и спрятаться.

— Простите, что вмешиваюсь, — сказал Макс, содрогнувшись и подходя ближе. — Но Луна и Триш хотели бы поговорить с вами. Натаниэль, ты к нам присоединишься?

— Присоединится? — повторила Кейтлин, переводя взгляд между двумя мужчинами.

Макс кивнул.

— Ну, да. Натаниэль — один из наших избранных представителей.

Посмотрев на небо, Кейтлин поклялась, что если на свете существовал милосердный Бог, то Он бы прямо сейчас обрушил на нее фриков и избавил от необходимости проводить еще хоть минуту на этой невыносимой встрече.

Но полог палатки отодвинулся в сторону, и Макс жестом показал им входить.

И никакие фрики не пришли, чтобы избавить ее от страданий.

Глава 12

После недель поисков они нашли загадочных Отверженных, чья репутация опережала их через границы нескольких штатов.

И они оказались намного нормальнее, чем ожидала Кейтлин.

Рассевшись на перевернутых ящиках из-под молока, расставленных кругом в палатке, избранные представители группы состояли из трех мужчин и трех женщин. Луна, женщина лет под сорок с абсолютно черными вьющимися волосами и очень смуглой кожей сидела прямо напротив Кейтлин и улыбалась.

— Итак, Макс говорит, что вы уже давно искали нас, — сказала она.

Кейтлин замялась. Как много следует рассказать этим людям? Можно ли доверять им всем?

— Да, мэм, — сказал Букер, кивнув.

Луна усмехнулась.

— Давненько меня не называли «мэм».

— А еще он часто использует «дорогуша», — прокомментировала Николь. — Нужно время, чтобы к этому привыкнуть.

— И чем именно наша группа привлекла ваше внимание?

Кейтлин слегка поерзала на своем сиденье-ящике.

— Мы впервые услышали о вас в Арканзасе.

— Мы не бывали там больше месяца.

— Ну, вы явно оставили неизгладимое впечатление, — сказала она. — Мы искали людей, которые могут что-то знать про лагерь Ковчега.

Луна открыла рот, но Кейтлин подняла руку, опережая ее.

— Мы знаем, они не принимают новых людей, — продолжала она. — Но если наша теория верна, внутри может быть кое-кто важный. И нам надо их найти.

Натаниэль поднял взгляд впервые с тех пор, как занял свое место.

— Ты имеешь в виду Скотта?

Николь подалась вперед, опираясь локтями на бедра.

— Ты знаешь, где он?

Натаниэль отрывисто кивнул.

— Ага. Ну… я знал. Думаю, все еще знаю.

— Что ты имеешь в виду?

Сложив руки перед собой, он сказал:

— Мы со Скоттом были в одном и том же лагере Ковчега в Нью-Йорке. Когда гниляков стало слишком много, они забеспокоились, как бы они не наводнили лагерь, так что людей начали высылать оттуда. Сначала мы очутились в Огайо, потом в Кентукки.

— Скотт в Кентукки? — спросила Николь.

— Нет, уже нет.

Кейтлин нахмурилась.

— Подожди, в смысле вы вместе были в лагере Ковчега? Ты ушел?

— Скорее, меня изгнали, — мрачно сказал он. — Всех нас изгнали.

Осмотрев взглядом собравшихся в палатке, Кейтлин всматривалась в их лица.

— Вас всех вышвырнули из лагеря Ковчега?

— Из разных лагерей, — сказала Луна. — Это случилось в первые две недели, когда заправлявшие там люди еще притворялись людьми.

Триш подалась вперед, поправив очки на носу, и сказала:

— Так наша группа получила свое название. Нас всех отвергли.

— Я не понимаю, — сказала Николь, качая головой. — Зачем им принимать вас, а потом через две недели выгонять обратно?

— Через пару дней после прибытия они заставили всех сдать анализ крови, — начал Натаниэль. — Мы думали, что нас просто проверяют на инфекцию. Затем северо-восточный лагерь начал разваливаться… слишком много гниляков, недостаточно людей, чтобы отбиваться от них. Так что нас перевели и снова проверили нашу кровь. Потом в третий раз. Но потом однажды утром перед завтраком они стали выкрикивать имена, говоря, что нам надо посетить собрание. Поскольку Скотт доктор, ему довольно быстро дали работу. Я просто подумал, что они наконец-то поручат что-то и нам, — презрительно процедил он, глядя на свои ладони. — А потом нас без предупреждения затолкали в автобус и вывезли неизвестно куда.

— Они просто… бросили вас? — пробормотала Кейтлин.

— Мою группу оставили в центре горячей зоны, — сказала Триш. — Видимо, они просто подумали, что гниляки позаботятся о нас, а им не придется марать руки.

— Истребители, — прорычал Букер себе под нос.

Николь подвинулась на самый край сиденья, готовая встать, уйти, бежать.

— Натаниэль, где Скотт? — ее голос дрогнул на имени мужа.

— В день, когда нас изгнали, лагерь в Кентукки… — Натаниэль уставился в земляной пол. — Не то чтобы его заполонили гниляки, но что-то происходило. Я заметил это еще до того, как нас начали сгонять в автобусы. Организаторы вели себя как-то дергано. Тем утром Скотт упомянул что-то про то, что команде медиков нужна пригодная для использования лаборатория, а не просто полевая палатка, как сейчас. Когда меня уводили, я слышал, как один из координаторов говорил про Айову. Через неделю я заглянул обратно, просто проверить… но лагерь в Кентукки опустел. Там не осталось даже патрулей головорезов.

Николь повернулась, потянувшись к Кейтлин дрожащей рукой.

— Айова, — прошептала она. — Это всего в одном штате отсюда.

Крепко сжав ее пальцы, Кейтлин кивнула.

— Это близко.

— Мы могли бы туда добраться, — сказала Николь. — Накопить припасов, выдвинуться…

Стоя у полога палатки на молнии, Макс прочистил горло.

— Эм, есть всего лишь небольшая проблемка в виде огромной толпы между нами и границей штата. Не говоря уж об отрядах головорезов и патрулях беспилотников.

Кейтлин наклонилась вперед, сердито посмотрев на него.

— Да уж. Мы в курсе.

Положив ладонь на ее колено, Букер стал выписывать успокаивающие круги большим пальцем, помогая сдержаться.

Это была мелочь, едва заметная людям вокруг.

Но Кейтлин почувствовала то самое мгновение, когда Натаниэль заметил. Почувствовала, как злость быстро сменилась разбитым сердцем.

Когда она перевела взгляд, он отвернулся, стиснув зубы.

— Я хотел сказать, — продолжал Макс, — что вам понадобится не просто немного припасов и ночь отдыха. Вам нужен план, как обойти толпу, а потом укрыться от патрулей. Это требует времени, должных разведданных, помощи…

Букер усмехнулся.

— Предлагаешь содействие?

Выпрямившись, Макс пожал плечами.

— Ну, да.

Кейтлин моргнула. Она этого не ожидала.

— Почему? — вопрос сам собой слетел с ее губ.

Лицо Макса сделалось печальным.

— Не думаю, что вы понимаете, как много наших людей потеряли близких во время изгнания. Семьи раскололись. Дети остались без родителей. Мой муж и малышка-дочь все еще внутри одного из лагерей Ковчега, и я не знаю, смогу ли когда-нибудь увидеть их вновь, или они… — он умолк, с трудом сглотнув. — Мы все здесь выживали вместе, но не более. Выживали. Но если мы сможем вновь найти свои семьи… Возможно, мы снова сможем жить.

Все в палатке притихли, погрузившись в свои воспоминания или трагедии.

— Мы пытались найти дорогу к лагерям, — продолжал Макс. — Но у нас нет никакого с инсайдерскими знаниями о том, как там все устроено. Ну, то есть, до этого момента не было.

Внимание всех присутствующих сосредоточилось на Букере.

Нахмурившись, Букер посмотрел по сторонам, затем показал на себя.

— Я?

Макс улыбнулся.

— Ты приметил мой рюкзак, я приметил твою тату.

Посмотрев на рукав своей клетчатой рубашки, закатанный выше предплечья, Букер попытался прикрыть татуировку, но было уже поздно.

— В мире осталось не так-то много морпехов, которые не катаются в хаммерах и не расстреливают людей как гниляков.

Сделав глубокий вдох, Букер кивнул в знак согласия.

— Да… Это я уже понял.

— Ты был с ними? — спросила Триш, и ее глаза сверкнули яростью. — Ты был одним из…

— Нет, — перебила Кейтлин. — Букер — хороший мужчина. Он бы никогда никому не навредил.

Она проигнорировала чувство, будто на нее смотрят. Она и так знала, кто сверлит ее взглядом.

Триш немного сдала назад.

— Тогда откуда ему знать что-либо про лагеря?

— Ну, не хочу хвастаться, но я оказался прав в том, что они переместили лагерь в Огайо, а потом в Айову, — сказал Букер, опираясь на свои бедра. — Они ищут малонаселенные места с большим количеством земель. Отряды головорезов — просто пешки с приказами убивать как на враждебной территории, — он усмехнулся про себя. — Видимо, учитывая положение вещей, так оно и есть.

Луна заинтригованно подняла голову.

— Что насчет толпы мертвых?

— Ты про огромное стадо, привлеченное радиовышкой? — Букер перевел на нее взгляд. — Кей уже догадалась.

— Низкая частота, транслируемая через динамики, — сказала она. — Это привлекает их и успокаивает, пока их не отвлечет что-нибудь другое. Эту систему установил лагерь Ковчега.

Натаниэль нахмурился.

— Это очень далеко от лагеря в Айове.

— Именно, — ровно ответила она. — Они убеждаются, что фрики не подберутся слишком быстро. Должно быть, они выучили этот урок. Они по факту сделали ров из немертвых, отделив себя ото всех членов других Ковчегов, которые могут попытаться вернуться.

Один из мужчин (кажется, Стив), который до сих пор хранил молчание, поерзал на ящике и почесал за ухом.

— Несколько недель назад поисковая группа поехала в Оклахому, чтобы собрать припасы и людей, которые захотят примкнуть к нам. Они наткнулись на небольшой Ковчег, но охранников там было мало, и определенно не было никаких радиовышек, передававших сигнал гнилякам.

— Они благополучно выбрались? — спросил Букер.

Стив кивнул.

— Едва унесли ноги от заметившего их хаммера, но да.

— Кейтлин, что ты сказала, когда мы были там? — пробормотала Николь. — Перед тем, как мы наткнулись на Макса.

— Тестовая зона, — повторила она.

Частички мозаики быстро вставали на место.

— Лагерь в Кентукки снова переместили — предположительно куда-то, где есть лаборатория и много свободного места. Радиопередатчик держит фриков в одном месте и успокаивает их, и это место под наблюдением — не просто пара отрядов, проезжающих там время от времени, а круглосуточное отслеживание признаков движения и беспилотники. Все вы сдавали анализы крови, а потом вас вышвырнули как будто ни за что…

Букер чуть подался вперед.

— Кей?

— Они ищут лекарство, — выдохнула она, подняв взгляд. — Вот зачем они брали у вас кровь. Они искали не инфекцию, а антитела.

— И вот зачем им эта огромная толпа зомби, — добавила Николь. — Легкий доступ к вирусу. Они могут видеть, как он мутирует и распространяется. Они могут изучить его как любую другую болезнь.

— Нас изгнали в мир со смертоносным зомби-вирусом, когда они узнали, что у нас нет иммунитета против него? — Луна скривила губы от отвращения.

Кейтлин посмотрела на нее.

— Потому что они не могли использовать вас для сознания вакцины. В вашей крови нет того, что им надо.

— Это также означает, что они не смогли бы тестировать ее на вас, — добавил Букер. — Надо испытывать вакцину на тех, кто уже имеет некую генетическую защиту, и только потом давать остальным.

Натаниэль разинул рот.

— Хотите сказать, те люди, что остались в Ковчегах, теперь стали лабораторными крысами?

— Наверняка, — подтвердила Кейтлин. — Как минимум те, что в лагере Айовы. Если они там разрабатывают вакцину, то и тестировать начнут там же, чтобы наблюдать за результатами.

Проведя ладонями по лицу, Натаниэль пробормотал себе под нас:

— Кошмар какой-то.

— Да уж.

Букер бросил взгляд на Кейтлин, а потом обратился к остальным.

— Слушайте, если мы сумеем пробраться мимо толпы, мимо головорезов с автоматами, и проникнуть в Ковчег… Возможно, у нас будет какой-то шанс вытащить ваших близких, — он выдержал взгляд Николь. — Включая Скотта.

Макс выдохнул, надув щеки.

— Вам понадобится намного больше людей, помимо меня.

— Полагаю, мне надо начать работать над воодушевляющими призывами, — сказал Букер, широко улыбнувшись.

Тоже заулыбавшись, Кейтлин потянулась к его руке, но остановилась, вспомнив, кто на них смотрит.

Снаружи раздались тяжелые шаги, пробегавшие мимо палатки, раздались обеспокоенные голоса.

Затем воздух пронзил кошмарный крик.

Глава 13

— Помогите! Нам нужна помощь!

Кто-то врезался в Кейтлин сзади, и она едва не упала.

— Оп, я тебя держу, — Букер подхватил ее за талию.

Люди проносились мимо, бежали к дальней части лагеря. Две женщины несли третью, закинув ее руки себе на шеи и тащась вперед. Еще одна женщина сжимала лицо той, что без сознания, и плакала.

Должно быть, это она кричала.

Макс пробежал мимо них, и Кейтлин крикнула ему:

— Что происходит?

— Не знаю точно, — ответил он. — Оставайтесь там.

— Черта с два, — пробормотала Кейтлин, уже проталкиваясь в толпу.

— Мидоуз, подожди!

Слишком поздно. Ее уже затянуло в гущу группы, бегущей к раненой женщине. Она чувствовала, что Буке настиг ее и прижался к ее спине, пока они продолжали двигаться.

Триш и Луна убирали с дороги туристические стулья и холодильные сумки, давая им пространство, чтобы уложить женщину.

— Каролина, ты меня слышишь? — кричала та, что держала ее лицо. — Каролина?

— Что случилось? — спросила Триш у двух других.

— Гниляки, — ответила одна.

— Нас окружили, — добавила другая.

Луна сняла свою джинсовую куртку, свернула и подложила под голову Каролины.

— Далеко вы ушли?

— Примерно двенадцать миль, — сказала женщина, которая все еще сжимала ладонь Каролины.

— Вы должны были уйти только на восемь миль, — пожурила Триш. — Почему вы…

— Каролина захотела, — возразила другая. — Мы увидели вывеску, указывающую в сторону склада. Она подумала, что там могут быть хорошие припасы.

Выбежав из другой палатки, Натаниэль поспешил к ним с медицинским чемоданчиком.

— Франческа, мне нужна свобода движений для работы, ладно? — сказал он твердым, но успокаивающим тоном. — Лесли, можешь принести воды и одеяло?

— Конечно, Нейт, — сказала Лесли, отпуская руку Каролины и вставая.

Кейтлин выбралась в передние ряды группы, в ошеломленном молчании наблюдая за ужасной сценой.

Левая штанина джинсов Каролины внизу была окровавлена и порвана, открывая ужасную рану на голени и лодыжке. Мышцы разорваны, кость оголилась, ступня выгнулась под тошнотворным углом, который наводил Кейтлин на мысль, что связки и сухожилия порваны.

Повернувшись к остальным, Луна попыталась оттеснить всех назад, но убедила отступить их лишь на несколько сантиметров. Никто не уходил.

— Нейт, пожалуйста, — взмолилась Франческа, баюкая голову Каролины.

У обеих были темные вьющиеся волосы и похожие носы, но они были слишком молоды, чтобы быть матерью и дочерью. Сестры, предположила Кейтлин.

— Мне нужно оценить серьезность раны, ладно? — сказал Натаниэль. — Но я сделаю все, что смогу.

Ножницами он разрезал ткань до колена и отодвинул в стороны, чтобы промыть рану. Когда Лесли вернулась с бутылкой воды и тонким одеялом, он забрал у нее воду и сказал позаботиться о комфорте Каролины.

Полив водой ее ногу и смыв кровь, Натаниэль выругался себе под нос. Остановившись, он отставил полупустую бутылку в сторону и уставился на рану.

— Ты должен ее зашить, — крикнула Франческа. — Пожалуйста, она…

— Франческа, — напряженно сказал Натаниэль. — Я не могу.

Тогда-то Кейтлин и увидела странные следы по краям раны. Она уже видела их прежде.

— Нейт…

Натаниэль покачал головой, потянувшись к ее руке.

— Франческа, ее укусили.

Вокруг раздалось бормотание, когда группа осознала новости.

Безутешное рыдание вырвалось из горла Франчески, когда она склонилась над бессознательным телом сестры.

— Нет, нет, нет, пожалуйста, — стонала она. — Пожалуйста, Господи, нет.

Лесли опустилась на колени и села.

— Мы могли бы… — она сглотнула. — Мы моли бы попробовать ампутацию.

Натаниэль снова покачал головой.

— Прошло слишком много времени. Может, если бы она находилась ближе, когда это случилось… — он потер лоб тыльной стороной ладони. — Но это не гарантированно. Даже если бы она пережила операцию.

Пока Франческа тихо плакала, Натаниэль поискал в своем чемоданчике бинты и повязки.

— Я попытаюсь замедлить кровотечение, — сказал он. — И мы перенесем ее в палатку. Обеспечим комфортные условия.

Используя одеяло в качестве импровизированных носилок, Лесли и Натаниэль как можно аккуратнее подняли Каролину и отнесли в одну из палаток напротив.

Над лугом воцарилась тишина, тяжелая и мрачная.

Кейтлин не моргающим взглядом уставилась на лужу крови, которая впитывалась в почву.

— Пойдем, птичка певчая, — мягко сказал Букер. — Давай узнаем, не можем ли мы быть полезными.

* * *

Наступили сумерки, окутавшие все вокруг пурпурно-серыми оттенками, которые лишь усилили меланхоличную атмосферу над лагерем.

Кейтлин и Николь нашли себе занятие, принося запасные простыни и пищу в палатку, которую делили Каролина и Франческа. Букер тоже предложил помощь, но Триш попросила, чтобы он взял смену по охране периметра, поскольку им теперь недоставало одного охранника.

Он подчинился без вопросов.

Люди почти не говорили, даже за ужином из беличьего рагу и кукурузного хлеба.

Все знали, что грядет.

Макс сел рядом с Кейтлин, тихонько скармливая Фэнси куски мяса из своей порции.

— Мне жаль, что вам пришлось это увидеть, — сказал он.

Она подняла взгляд от своего стакана с энергетическим напитком.

— Я не в первый раз вижу нечто ужасное.

— Не сомневаюсь в этом, — разломив кусок кукурузного хлеба, он на мгновение умолк, затем сказал: — Наша группа была намного больше. Мы думали, что это впечатляет, знаешь? Так много людей в одном месте, выживают сообща и мирно сосуществуют. У нас все шло на удивление хорошо, учитывая все шансы.

— Сколько вас было?

— Почти сотня.

Кейтлин едва не выронила свою тарелку.

— Ты шутишь.

Макс улыбнулся.

— Неа. Не все мы пришли из одного и того же Ковчега, но видимо, мы сумели мыслить достаточно одинаково, чтобы оказаться в одном месте.

— Что ты имеешь в виду?

Фэнси заскулила, прося больше еды, и Макс утихомирил ее куском, кажется, картошки.

— Мы все решили держаться подальше от горячих точек и отрядов головорезов, но не хотели приближаться к городам из-за гниляков, — объяснил он. — Так что мы очутились в лесах, сельских угодьях, в провинциальной глубинке, которая могла бы послужить приличным местом обитания на несколько дней. В итоге мы начали замечать признаки других людей — следы шин, старые костровища, все такое, — он улыбнулся про себя. — Найти больше людей казалось чудом. Мы не хотели такое упускать.

— И вы просто… принимали людей? Вот так запросто?

Он пожал плечами.

— Ну, мы убеждались, что они не психопаты и не заражены, — сказал он. — Никто не идеален, но в группе безопаснее. И человек не привык быть один. Мы стадные животные. Как собаки, — он подчеркнул это заявление, почесав Фэнси за ушами.

— Но вы кочевники, — сказала она. — Это довольно сложно для одного человека или даже для трех, но для десятков? — она отпила глоток своего напитка. — Это должно быть ужасно сложно.

Макс притих на мгновение, глядя в небольшой кухонный костер.

— Мы не всегда были такими, — пробормотал он. — Мы обосновали местечко прямо возле границы Теннесси. Там была полуразрушенная ферма с большим количеством земли. Натаниэль, Эдвард и я несколько дней наблюдали за ней, чтобы узнать, не живет ли там кто, но она была нетронутой. У группы было так много территории, чтобы расселиться и реально начать созидать что-то, понимаешь? У нас были планы. Починить дом, построить заборы повыше, может, даже разбить огород в следующем году.

Он опустил взгляд к земле между его ног, и Кейтлин поняла.

— Тогда вы потеряли большую часть своей группы?

Макс кивнул.

— Банды нагрянули однажды ночью. Они… Мы думаем, что они увидели ряд машины на подъездной дорожке и решили проверить.

— Вы не знали о военной базе возле Мемфиса, да?

Он покачал головой.

— Они выкашивали людей как скот. Женщин и детей. Просто расстреливали, будто те не были настоящими. Будто они уже мертвы.

Вдохнув, он прочистил горло.

— Из группы в почти сотню человек в живых осталось меньше сорока, — Макс поставил тарелку на землю, чтобы Фэнси доела то, что ему уже не лезло в горло. — С тех пор мы боялись где-либо пускать корни. Но мы знаем, что рано или поздно придется это сделать. Просто мы…

— Не знаете, как это сделать, — Кейтлин кивнула в знак понимания. — Я потеряла первую группу, с которой я была. Они находились в доме, который оказался заполнен фриками. Выжила я одна.

Макс посмотрел на нее, и его глаза блестели сочувствием.

— Долгое время легче было просто… существовать. Двигаться дальше, куда-то идти, ни о чем не думать. Но в итоге хочется большего. И для себя, и для них. Чтобы почтить их память.

Его губы изогнулись в мягкой улыбке.

— Я знал, что ты не из плохих.

— Я и не совсем из хороших.

— Никто из нас не хороший, — просто ответил он. — Во всяком случае, теперь.

Появившись из палатки, Натаниэль заметил ее, и его лицо напряглось на мгновение, после чего он опустил голову и зашагал к другому скоплению людей.

— Так вот, я знаю, что не мое дело, — начал Макс. — Но…

Кейтлин вздохнула.

— Долгая история.

— Понял, — сказал он с улыбкой. — Тогда в другой раз.

Повернувшись к нему лицом, она подумала, как объяснить треугольник ее отношений.

— Прости, что сначала ты мне не понравился, — выпалила она вместо этого. — Думаю… Думаю, ты вроде как напомнил мне… ну, меня, — она закусила губу изнутри. — Эм, меня такой, какой я могла бы быть.

— Ты могла бы быть мужчиной-геем с собакой по кличке Фэнси?

Она рассмеялась.

— Нет, но я могла бы быть… более доверчивой. Более открытой. А вместо этого я… колючая.

— В этом нет ничего плохого, — сказал Макс. — У тебя явно хорошие инстинкты, даже если ты не возглавляешь приветственный парад для дорогих гостей.

— Может, однажды ты меня научишь.

Он сощурился и усмехнулся.

— Нее, — протянул он. — Но готов поспорить, однажды ты научишь меня, как заставлять людей подчиняться тебе с помощью гневного взгляда.

Кейтлин прикрыла рот, подавляя хихиканье, но тут Николь вернулась из палатки Франчески и Каролины, и все веселье умерло на ее губах.

— Как она? — спросил Макс.

Николь поджала губы в тонкую линию.

— Она держится. Но думаю, осталось уже недолго.

— Они ведь не позволят ей обратиться, верно? — спросила Кейтлин. — Они оборвут ее страдания до этого.

Лицо Макса было мрачным, когда он глянул поверх плеча Николь на палатку.

— Не думаю, что кто-то вызовется убить Каролину.

Кейтлин нахмурилась.

— Но это не убийство. Это самый гуманный поступок.

— Разве? — Николь скрестила руки на груди, садясь. — Хотя бы так у нее будет больше времени с ее сестрой.

Кейтлин хотела возразить, но в этом не было смысла. Все равно это не ее решение.

— Идем, — сказала она, мягко хлопнув Николь по колену. — Давай достанем тебе еды.

* * *

После многих недель сна по очереди на заднем сиденье джипа наличие матраса и спального мешка для нее одной, да еще и в палатке, казалось лучше пятизвездочного отеля.

Но Кейтлин все равно не могла устроиться.

Перевернувшись на спину, она посмотрела на синий нейлон над нею, слушая стрекот сверчков.

На другой стороне палатки Николь поворочалась в спальном мешке, но судя по размеренному неглубокому дыханию Кейтлин знала, что она не проснулась.

К боку их палатки подошли шаги, и Кейтлин без колебания вытащила нож из-под подушки. Как раз когда полог палатки отодвинули в сторону, она села, но увидела, что внутрь забирается Букер.

— Иисусе, Букер, — прошептала она. — Ты меня напугал.

Она едва различила его улыбку в темноте.

— Рад видеть, что ты все еще вооружена.

— Всегда, — ответила она, возвращая нож в укромное место. — Видел что-нибудь там?

Букер как можно тише сел и снял ботинки.

— Неа, ничегошеньки, — подвинувшись назад, он наклонился и мягко поцеловал ее.

— Есть новости о…

Кейтлин покачала головой.

— Последнее, что я слышала — она еще держалась.

Он один раз кивнул, издав низкий гортанный звук.

Зевнув, он выдернул ремень из шлевок и сбросил фланелевую рубашку, оставшись в серой футболке и джинсах. Сложив все и положив рядом со своими ботинками, он помедлил и обернулся через плечо.

Он всегда знал, когда она наблюдает.

— Если ты надеешься на шоу, думаю, тебе придется подождать до утра.

Она улыбнулась, проведя ладонью по его плечу и вниз по бицепсу.

— К счастью, я знаю, как ты выглядишь.

Букер снова сократил расстояние между ними, одобрительно целуя.

Широко улыбнувшись, он пробормотал:

— Запечатлела меня навеки в памяти, да?

— Угум, — Кейтлин погладила его колючий подбородок, затем отстранилась. — Джек, мне нужно поговорить с тобой.

Он замер под ее ладонями.

— Что-то случилось?

— Нет, ничего такого, — сказала она. — Я… Мне нужно, чтобы ты кое-что мне пообещал, но ты не захочешь этого делать.

— Отличный способ начать разговор.

— Знаю, — она вздохнула. — Но в то же время я знаю тебя.

Повернувшись к ней, Букер согнул одно колено к груди и положил на него руку.

— Ладно, и на что я не захочу соглашаться?

Она в темноте нашла его правую руку и сжала своей ладонью.

— То, что случилось сегодня с Каролиной… Если это случится со мной, если меня укусят, я не хочу позволять вирусу завладеть мной, — она всматривалась в черты лица Букера, скрытые тенями. — Я не хочу ждать превращения в какое-то бездумное существо, которое будет уже не мной.

— Кей…

— Знаю, знаю, — поспешно добавила она. — Я тоже не хочу об этом думать, но это теперь часть наших реалий. Если меня укусят, я хочу умереть, пока я все еще в своем уме. Пока я все еще знаю, кто я, кто ты, и все, кто мне дорог. Я хочу последний прием пищи, стаканчик чего-то крепкого, и все, тушите свет. Никакого ожидания, никакого наблюдения, как мне становится хуже и хуже, хорошо?

Букер повесил голову, но, казалось, не возражал. Если уж на то пошло, она понимала, что на каком-то уровне он с ней согласен, даже если ему больно было это представлять.

Но его молчание — это все равно не ответ.

— Джек?

— Да, — его голос звучал хрипло.

— Пообещай мне, что отпустишь меня, пока я все еще полностью в себе, — настаивала она. — Пожалуйста.

— Это ужасно непростая просьба, Кей.

Она кивнула.

— Я знаю. Это не совсем честно. И я не ожидаю, что ты… — она умолкла, не в силах закончить предложение. — Просто я не хочу становиться фриком. Даже на секунду. Когда я умру, я хочу оставаться мертвой.

В ночной неподвижности Букер смотрел на нее, казалось, целую вечность.

Затем он наконец заговорил.

— Ладно, птичка певчая, — прошептал он. — Если, Господи упаси, этот день настанет… Ты сама будешь принимать решение.

Отчаянно желая вызвать у него улыбку, пусть даже на секундочку, Кейтлин протянула руку с поднятым мизинцем.

— Поклянись на мизинчике, — сказала она.

— Да ты издеваешься.

Приподняв подбородок выше, она сказала:

— Ничто так не связывает, как клятва на мизинчиках.

— Не думаю, что такой аргумент прокатит в суде.

— Тогда хорошо, что их уже не существует, — она пошевелила своим маленьким пальчиком. — Давай. Поклянись на мизинчике.

— Господи Иисусе… — пробурчал Букер, но она слышала это в его голосе — тот бесценный изгиб губ. — Ладно, ладно… Давай.

Зеркально повторив ее движение, он обхватил ее мизинчик своим и позволил ей размахивать их руками по большой дуге.

— Пути назад нет, — сказала она притворно серьезным тоном. — Понял?

— Есть, мэм.

Кейтлин отпустила его только для того, чтобы ринуться вперед, обхватить его лицо ладонями и привлечь к себе для свирепого поцелуя, от которого они задышали тяжело.

Отстранившись, Букер потерся кончиком носа об ее щеку и улыбнулся.

— Пути назад нет, — тихо повторил он.

— Именно так, черт возьми.

* * *

Могилу Каролины выкопали по другую сторону от полосы деревьев и отметили простым крестом из колышков и бечевки.

Поминальная служба была тихой, с общими воспоминаниями и коротким чтением Библии, пока самые близкие люди засыпали ее тело землей.

Держась в задней части группы, Кейтлин невольно чувствовала, что все могло быть хуже. Хотя бы она имела возможность побыть рядом с близкими, в комфортной постели, и ее похоронили как настоящего человека. Ее тело не очутилось в животе какого-то немертвого монстра.

Не каждому доводилась такая роскошь.

Остаток дня был посвящен сбору информации. Макс имел больше всего опыта с беспилотниками и тем огромным стадом, так что начали с него. Поручив ему нарисовать карты увиденного, Кейтлин беседовала с ним, пока Букер делал заметки. Люди никогда не знали, что окажется полезным, пока не озвучивали это вслух другому человеку.

Николь начала составлять списки припасов, которые им понадобятся, где нужно искать вещи, а также возможные тайники для запасного оружия, если все пойдет не по плану.

Первым и самым необходимым пунктом в списке были люди.

Все, кто пожелает попытаться проникнуть в лагерь Ковчега в Айове, помочь им найти способ обойти толпу… черт, да даже люди, готовые искать вещи и боеприпасы.

Вдохновляющие речи Букера улучшались с каждым разом.

Этот новый мир не должен принадлежать тиранам. Он не должен принадлежать людям, которые готовы убивать невинных лишь для того, чтобы свести риск инфекции к минимуму. А люди, которых держали внутри лагерей, заслуживали право выбора — остаться или уйти и быть со своими семьями.

Известная им цивилизация разрушена. Пришло время отстраивать ее заново, и на сей раз жестокость не будет той силой, что раскачивает маятник.

Большинство Отверженных не обладали такими знаниями, как Букер, но они были отменными бойцами. Им пришлось стать таковыми, чтобы долго выживать в дороге. И они быстро поняли, что это может быть их единственный шанс увидеться со своими близкими и вернуть их.

Почти половина людей, с которыми они поговорили, были готовы помочь.

Двадцать человек готовы рискнуть жизнью ради шанса.

Когда Макс закончил рисовать последнюю карту того, что он помнил и видел, Кейтлин посмотрела на Букера, и ее лицо озарилось улыбкой.

Они сделают это.

И они добьются успеха.

Глава 14

— Доброе утро, — сказал Макс, помахав рукой, когда проходил мимо. — Вы, ребята, уже позавтракали?

Кейтлин подняла руки над головой, потягиваясь и разминая спину.

— Нет еще, — ответила она, зевая. — Увидимся с тобой там.

Свистнув Фэнси, чтобы следовала за ним, Макс продолжал обходить по кругу стулья возле костра.

Появившись из палатки, Букер встряхнул свою клетчатую рубашку, расправляя складки ткани, и надел ее.

— Который час? — спросил он, потирая уголки глаз.

— Восемь. Может, половина девятого, — она обернулась через плечо, глянув на него. — Не думаю, что когда-нибудь видела, чтобы ты так крепко спал. Или так долго.

— Видимо, старею, — сказал он.

Поджав губы, она ткнула его пальцем в бок.

— Может, просто немножко расслабился.

Букер усмехнулся.

— Прекрати, — он легонько шлепнул ее по руке.

— Кстати говоря, — сказала Кейтлин, склонив голову набок. — Пошли поедим.

— Три дня с яйцами и тостом на завтрак. Мы совсем избаловались.

Кейтлин заметила рыжую косу Николь, пока они подходили, и легонько похлопала ее по плечу в знак приветствия.

— Эй, я оставила вам немного кофе, — сказала она.

После месяцев без кофе даже растворимый на вкус был как капучино из Старбакса.

Одна из подростков постарше, Ванесса, помешивала содержимое чугунной сковородки над огнем, хмурясь и бурча себе под нос.

— Завтрак плохо себя ведет? — спросил Букер, присев поблизости.

Вздохнув, Ванесса убрала выбившуюся прядь каштановых волос со лба.

— Я не очень хорошо готовлю, — сказала она.

Когда Букер собирался положить себе порцию жареных яиц, она подняла ладонь.

— Я бы на вашем месте этого не делала, — сказала она. — Никому не нравятся мои яйца. Я вечно роняю в них кусочки скорлупок.

Он улыбнулся и продолжил наполнять свою тарелку.

— Если хочешь знать мое мнение, это еще не самое худшее, что можно найти в яйцах.

Кейтлин улыбнулась.

— А это подгорелый бекон? Я обожаю подгорелый бекон.

На лице Ванессы отразилось облегчение.

Иногда такие мелочи помогали лучше всего.

И ее яйца с кусочками скорлупок и экстрахрустящий бекон были вовсе не такими плохими, как она думала.

Позади них мужчина прочистил горло.

— Эм, привет, — сказал Натаниэль. — Триш и Луна хотели бы поговорить с нами.

Подняв на него взгляд, Кейтлин нахмурилась.

— С нами?

— Да, со всеми нами, — сказал он, кивнув Николь и Букеру.

Быстро запихнув в рот то, что осталось на их тарелках, все трое встали и последовали за Натаниэлем в более крупную палатку, которая служила местом для совещаний группы.

— Доброе утро, — приветствовала их Луна, улыбаясь. — Простите, что мы прервали ваш завтрак.

— Если готовила Ванесса, это даже благословение, — пробормотала Триш.

Жестом показав им садиться, Луна заняла место напротив них, как и в первый день.

— Мы знаем, что вы все еще работаете над сбором необходимого для этой миссии, — сказала она. — Но у нас истекает лимит времени, на протяжении которого мы можем оставаться на одном месте.

Триш провела рукой по своим коротким седеющим волосам.

— Если мы останемся надолго, собиратели могут увидеть наши следы и прийти на разведку. Или хуже того, это будет отряд головорезов.

Грудь Кейтлин скрутило узлом. Они не могли уехать, пока не могли…

Букер серьезно кивнул.

— Я понимаю ваше беспокойство, — сказал он. — Нам нужно еще несколько дней для разведки. Мы с Максом все еще ищем лучший способ обойти стаю, чтобы добраться до границы Айовы.

— Мы знаем, — сказала Луна. — Но… сидеть и ждать слишком опасно.

Кейтлин подалась вперед.

— Что, если… что, если мы разделимся?

Все повернулись к ней, на лицах отразились тревога и страх.

— Не навсегда, — добавила она. — Те люди, которые согласились нам помочь, останутся, а все остальные пойдут с вами. Потом мы вас найдем.

— Если добьетесь успеха, — сказала Триш слишком холодным, по мнению Кейтлин, тоном.

Она прищурилась, глядя на женщину.

— Добьемся.

Луна покачала головой.

— Я не уверена, насколько мне комфортна мысль разделить нашу группу. Шансы найти друг друга вновь…

— Я же нашла Кейтлин, — сказала Николь. — Я была в Атланте, но через месяц мы нашли друг друга в Миссисипи. Это шанс один на миллион, но это случилось. Ваша группа сильная и хорошо обученная, и я нутром чую, что они вновь найдут вас.

Остальные притихли, пока обдумывали слова Николь.

— Нам стоит вынести это на голосование, — прошептала Луна, обращаясь к Триш.

Кивнув, Триш сказала:

— Сегодня за ужином.

— Я озвучу свой голос сейчас, — сказал Натаниэль. — Я отправлюсь с ними в лагерь Ковчега, даже если все остальные решат уехать.

Луна ошеломленно посмотрела на него.

— Но Нейт…

— Знаю, я избранный представитель и должен остаться с группой, — он скрестил руки на груди. — Но я хорошо дерусь и знаю большинство охранников из последнего лагеря, в котором я был. Это поможет им составить план.

Упершись локтями в свои колени, Букер посмотрел на Натаниэля.

— Уверен? Это будет непростая миссия, и ты оставишь эту группу без медика.

— Да я и не настоящий доктор, — сказал Натаниэль. — Скотт — мой лучший друг, и если есть какая-то возможность вытащить его из того лагеря, я воспользуюсь этим шансом.

Кейтлин заметила легкую улыбку, которой одарила его Николь, благодарная за его вклад.

— Макс знает местность, — продолжал Натаниэль. — Думаю, он захочет остаться с нами. Среди других есть несколько отличных стрелков, и думаю, они захотят помочь. Мы с Букером возглавим отряд.

— И мы будем с вами, — сказала Николь, жестом показывая на Кейтлин.

Проблеск мрачного юмора и изгиб его губ заставили ее желудок сжаться.

— Эм, ну то есть… Я понимаю, почему ты хочешь быть там, — сказал Натаниэль, кивнув Николь. — Но… Кейтлин, ты была специалистом по рекламе. Едва ли тебя можно назвать бойцом.

В палатке воцарилась мертвая тишина.

— Что ты сказал? — едва слышно переспросила она.

— Я не говорю это как оскорбление, — сказал он. — Просто я знаю тебя и…

— Не думаю, что ты что-то обо мне знаешь, — презрительно процедила Кейтлин. — Уже нет.

Натаниэль неловко повел плечами и сделал вдох.

— Слушай, я просто говорю, что будет непросто… мы затеяли нечто опасное. Тебе надо уметь постоять за себя.

Тихо присвистнув, Букер покачал головой.

— Ох, приятель. Ты явно что-то попутал.

Кейтлин в ярости впилась ногтями в ладони.

— И как же, по-твоему, я продержалась до сих пор?

Взгляд Натаниэля скользнул от нее к Букеру и обратно.

Это было едва заметное выражение, но этого оказалось достаточно.

— Я хочу сказать… я знаю, что люди делают все необходимое для выживания, — сказал он, стараясь быть дипломатичным. — Здесь нечего стыдиться.

Вскочив на ноги, Кейтлин расправила плечи, пригвоздив его взбешенным взглядом.

— Ты прав, Натаниэль, — рявкнула она. — Я совершала довольно ужасные поступки, чтобы выжить. Но выбор быть с Букером — не в их числе.

Повернувшись к Луне и Триш, она постаралась сдержать злость, которая вскипала в ней, угрожая выплеснуться через край.

— Я пойду туда, куда пойдет Букер, — сказала она. — Это мой голос, если я вообще заслужила право голоса в этой группе.

Отбросив полог палатки в сторону, она вышла, не оглядываясь назад.

И только уже миновав половину поля, она осознала, что Букер и Николь следовали за ней.

* * *

Большую часть дня Кейтлин провела в стороне от лагеря, патрулируя лесные границы.

Она знала, что пока не может быть на расстоянии удара.

Только не тогда, когда там ее ждет идеальный и еще не расквашенный нос Натаниэля.

Она хотела предложить сходить на вылазку за припасами, но не хотела уходить без Букера или Николь.

Она вообще не хотела разлучаться с ними надолго, и это заставило ее сделать четвертый круг в сторону палатки и спросить, не нужна ли им помощь со стиркой или чисткой оружия.

Наконец, чтобы избавить ее от страданий, Букер и Макс попросили ее пойти с ними на главную дорогу, чтобы еще немного разведать ситуацию с толпой фриков.

Она еще никогда так не радовалась поиском немертвых.

Поскольку Фэнси металась между деревьев, а Макс пытался за ней поспеть, Букер и Кейтлин шли в относительном одиночестве.

Надо отдать ему должное, он продержался дольше, чем она ожидала.

— Хочешь поговорить об этом?

— Неа, — ответила она, обходя скопление корней, торчащих из земли.

— Ладно.

«Три… Два…»

— Просто, знаешь, — продолжал Букер. — Не то чтобы его можно было винить в этом.

Кейтлин резко повернула голову.

— Ты серьезно? Он практически назвал меня беспомощной…

— Признаю, он выразился неудачно.

— И он прямо намекнул, что я с тобой только ради выживания, — она буквально выплюнула эти слова, точно они оставили дурной привкус. — Это ж надо быть таким нахалом…

— Я не говорю, что он прав, — сказал Букер, обходя массивный ствол дерева. — Но я вроде как его понимаю.

Она себе шею свернет, если и дальше будет так резко поворачивать голову.

— Как ты вообще можешь сочувствовать ему в данный момент?

— Кей, бедняга любил тебя, — сказал Букер. — Он думал, что потерял тебя, а потом ты объявляешься с каким-то техасским простофилей на хвосте, которого он никогда не видел. Тот еще способ разбить сердце парню.

Он не ошибался, но ей ненавистно было признавать его правоту по стольким пунктам.

— Я знаю, что если бы ситуация была обратной, если бы я потерял тебя, и ты объявилась бы под ручку с ним, я бы долго топил печаль в бутылке Джека под песни Джонни Кэша, — Букер поправил ремень винтовки на плече. — Потому что я бы знал, что потерял лучшее, что случалось со мной в жизни.

Кейтлин закусила нижнюю губу, проклиная то, как вопреки своей злости она начинала видеть правоту Бкера.

— Но он не был лучшим, что случалось со мной в жизни, — сказала она, глянув на него. — И ему просто придется смириться с этим.

Усмехнувшись, Букер кивнул.

— Уверен, он переживет это, дорогая.

— И он засранец, раз сказал, что до всего этого я была всего лишь специалистом по рекламе, — она перебросила волосы через плечо. — Я специалист по рекламе, который может вколотить его задницу в землю и одновременно убить фрика.

— Вот это моя девочка.

— Эм, ребята? — крикнул Макс спереди. — Тут… вам надо это увидеть.

* * *

Кейтлин в пятый раз осмотрела окружающие поля.

— Ты уверен, что они не от хаммера?

Присев рядом со свежими следами шин, Букер покачал головой.

— Нет, недостаточно крупные. Они от машины вроде минивэна.

— Мы не слышали, чтобы мимо проезжала машина, — сказал Макс, глядя на них. — И мы не видели других людей, кроме вас.

— Деревья хорошо приглушают звук, — сказала Кейтлин. — Мы вас тоже не слышали все то время, что были здесь.

Букер встал и прошел несколько шагов вдоль следа.

— Похоже, он пропадает, направляясь в ту сторону, — он махнул на дорогу. — Значит они приехали…

— Со стороны стада, — закончила Кейтлин. — Ты уверен?

— Не могу себе представить, чтобы они просто материализовались из ниоткуда.

Макс заламывал руки.

— Если они поехали туда, они увидят наш знак. Они будут знать, что здесь есть люди.

— Необязательно, — сказала ему Кейтлин. — Увидев знак, мы не подумали, что тут есть лагерь. Мы просто посчитали, что люди наткнулись на это стадо и не хотели, чтобы кто-то другой оказался в неудачном месте.

Подняв взгляд к небу, она задержала дыхание и стала прислушиваться, не послышится ли звук мотора беспилотника.

Ничего.

— Они довольно свежие, — сказал Букер, разворачиваясь. — Готов поспорить, мы можем их нагнать.

— Нагнать людей, которые достаточно чокнутые, чтобы проехать сквозь гигантскую орду гниляков? — Макс покачал головой. — Ты думаешь, что искать этих людей — хорошая идея?

— Они смогли проехать через нее, — настаивал Букер. — Нам именно это и надо.

Понимание пришло, пока Макс взвешивал их варианты.

— Ладно, но я все равно считаю это безумием.

Кейтлин пожала плечами.

— Большая часть того, что мы делали в последний месяц, было безумием. Идемте, джип недалеко.

По мере их приближения к амбару Букер проверял окрестные территории, ища другие следы. Все выглядело чистым, пока одинокий фрик не появился с другой стороны, со стоном шаркая ногами в их сторону.

— Фэнси, место, — приказал Макс, доставая нож из кармана куртки.

Он быстро расправился с тварью, ударив ножом в висок и толчком повалив тело на землю.

— Эй, а ты неплохо управляешься с этой штукой, — сказала Кейтлин, улыбнувшись.

Свистнув Фэнси следовать за ним, Макс вытер нож и убрал его обратно в карман.

— Я избегаю их, когда это возможно, но не боюсь запачкать руки.

Толкнув дверь амбара, Букер дважды проверил, нет ли еще немертвых, после чего забрался в джип и выехал из амбара. Кейтлин поспешила закрыть дверь и снова бросила туда несколько веток с листьями, которые они использовали в качестве камуфляжа, чтобы казалось, будто туда уже давно никто не заходил.

— Ладно, запрыгивайте, — скомандовал Букер.

Пока Макс усаживал Фэнси на заднее сиденье, Кейтлин помедлила, положив руку на металлическую раму.

— Букер, мне лучше сесть за руль.

— А?

— Если мы нагоним этих людей, и они станут стрелять по нам, нам понадобится меткий стрелок, — она обошла джип спереди и открыла водительскую дверцу. — Я неплохо справляюсь с револьвером против фриков, когда мои ноги твердо стоят на земле, но не тогда, когда мы несемся по двухполосной дороге, и приходится стрелять по движущейся мишени.

Почесав пальцем над бровью, Букер вздохнул.

— Ладно, садись за руль, — сказал он, выбираясь. — Но во имя Бога, Мидоуз, не вытворяй с ней ничего беспечного, пожалуйста.

— С ней? — она усмехнулась, усаживаясь за руль. — Теперь это «она»?

— Не обижайся. Это не было оскорблением.

— Это немножко оскорбляет.

— У нее есть характер, — сказал он. — Неправильно называть ее вещью.

Тронув машину с места, Кейтлин покачала головой.

— Это неодушевленный предмет, Букер. Как у него может быть характер?

Любовно погладив приборную панель, он заворковал, обращаясь к джипу:

— Не слушай ее, милая.

— Теперь ты ведешь себя странно.

Кейтлин нажала на педаль газа, чтобы выехать по насыпи на дорогу.

— Видишь, что бывает, когда тебе никогда не приходится полагаться на машину, — сказал он, свесив руку из окна. — Ты не формируешь связи. Не узнаешь ее.

— Хочешь сказать, раз я из Нью-Йорка и пользовалась общественным транспортом, я не понимаю причин, по которым надо обращаться к машине как к одушевленному существу?

— Вероятно, это не помогло делу…

— Господи Иисусе.

Если они собирались нагнать тех, кто оставил следы, им определенно придется под нажать.

Наблюдая, как стрелка спидометра карабкается все выше и выше, Кейтлин широко улыбнулась. Так здорово было ехать по открытому участку дороги, не беспокоясь о копах и штрафах за превышение скорости.

Жаль только, что она забыла о знаке, который все еще стоял посреди дороги.

— Кей!

Резко вильнув, она выехала двумя колесами на траву, слегка накренив джип, и объехала гигантский кусок дерева и металла. Через несколько секунд она снова повернула руль, возвращая их на асфальт, и все это без притормаживания.

В широко распахнутых глазах Букера стояла почти ярость.

— Янки, — буркнул он, отворачиваясь.

— Красношеий, — огрызнулась она.

Наклонившись вперед между двумя сиденьями, Макс усмехнулся.

— Интересные у вас способы выражать любовь.

* * *

Примерно через двенадцать миль от места, где они заметили следы, они нашли ухоженный и новый Форд Мустанг, припаркованный возле заброшенного салона по ремонту компьютеров.

Автомобиль выделялся среди пыльных сломанных седанов и внедорожников.

Быстро свернув, чтобы не быть услышанной или увиденной, Кейтлин остановила джип за рядом разросшихся кустарников, которые раньше украшали пункт банковского самообслуживания, и выключила двигатель.

— Интересное место для поиска припасов, — прокомментировал Макс. — Мы обыскали его несколько дней назад. Там одни механические штуки. Компьютерные чипы, проводки…

Поддев Букера, Кейтлин кивнула в сторону машины.

— Посмотри на нее.

— Смотрю и жалею, что не могу на ней прокатиться.

Кейтлин закатила глаза.

— Нет, я имею в виду, посмотри на состояние машины. Она чистая… ни брызг крови, ни вмятин. Нет даже отпечатков рук.

Букер нахмурился.

— Я что-то не улавливаю.

— Они проехали через гигантское стадо фриков, а на машине ни единого пятнышка. Если только там нет секретного туннеля, о котором я не знаю, они, должно быть, нашли какой-то способ отпугивать фриков от машины во время езды.

Вытянув шею, Кейтлин осмотрела парковки и другие заброшенные магазины. Хоть городок был маленьким (такое место, где на весь населенный пункт от силы один светофор), здесь все равно бродило бы хоть несколько фриков, или ища кого-нибудь на перекус, или тащась в сторону большой стаи.

— Погодите-ка, — пробормотала она, повернув ключ зажигания только для того, чтобы завести мотор.

Нажав кнопку радио, она запустила сканирование и стала ждать.

Пронзительный звук донесся из динамиков, и все зажали уши в агонии.

— Кей, выключи!

Когда она снова шарахнула ладонью по магнитоле, звук прекратился.

Делая глубокие вдохи, все приходили в себя. Даже Фэнси задышала тяжело.

— Вот и ответ, — сказала она. — Они нашли способ отпугивать фриков.

— Этот пронзительный звук уберегает их, пока они проезжают через толпу? — Макс нахмурился. — Но вышке пришлось бы сменить частоты, а значит, возникает риск, что все гниляки разбегутся.

— Это исходит не от башни, — сказала она. — Должно быть, у них передатчик в машине.

Потирая шею, Букер кивнул.

— Сунуть в уши затычки, включить эту штуку на полную через динамики, и вот тебе защищенная от стональщиков машина.

Пульс Кейтлин участился.

У них есть способ пробраться через толпу.

— Мы должны последовать за ними, — сказала она. — Мы должны отправиться сегодня.

— Кей, мы не можем, — сказал ей Букер. — У нас недостаточно оружия и времени, чтобы обучить людей… черт, да группа может тронуться в путь, если сегодня вечером проголосуют за это.

— Но это может быть наш единственный шанс, — настаивала она. — У них не было бы этого передатчика, если бы они не имели отношения к Ковчегу. Они знают, где лагерь, как туда добраться…

— Я не говорю, что ты неправа, — перебил Букер. — Я говорю, что нам не хватит времени, чтобы провернуть подобное. Ты хочешь провернуть целую спасательную операцию для десятков людей за несколько часов без предупреждения и времени на подготовку?

— Букер…

— Мидоуз, богом клянусь…

Макс громко прочистил горло позади них.

— Или… мы можем украсть машину.

Кейтлин и Букер медленно повернулись, уставившись на него.

— Что?

Он пожал плечами.

— Мы можем украсть машину, — повторил он. — Я бы предложил украсть передатчик, но он может быть припаян, и достать его не так-то просто. Плюс, если мы украдем машину, тогда у нас появится визуальное прикрытие, когда мы поедем в лагерь. Я уверен, что охранники заметят, если уехавший мустанг внезапно вернется уже джипом вранглером.

Начало нового плана стало созревать в голове Кейтлин, быстро прогрессируя.

— А что с проникновением в здание? — спросила она.

— О, лагеря на удивление беспечны в плане охраны, как только ты попадешь за ворота, — сказал Макс. — Видимо, они думают, что настоящая угроза находится за заборами. Не поймите неправильно, там все равно куча патрулирующих охранников, но там нет всяких кодовых замков и прочих штук, для которых нужно знать пароли. Обычные двери с обычными замками.

Букер усмехнулся, кивнув в сторону Кейтлин.

— Хорошо, что у нас есть взломщик замков.

— Я давно не практиковалась, — сказала она. — Но если я окажусь медлительной, полагаю, ты можешь просто выбить дверь с ноги.

— Если мы забираем их машину, нам все равно надо действовать быстро, — сказал Букер, глянув на Макса. — Сегодня или завтра. Я все равно считаю, что времени недостаточно.

— Судьба дала нам великолепный шанс, — ответил Макс. — И фортуна любит храбрых.

— Мы могли бы придумать, как их замедлить, — сказала Кейтлин, глядя на заднюю часть мустанга. — Как думаешь, сколько там людей?

Букер нахмурился, покосившись на магазин.

— Двое, может, трое.

Она медленно кивнула.

— Готова поспорить, мы смогли бы с ними справиться.

— Ты хочешь убить людей из-за быстрой машины и радиопередатчика?

— Что? — шокировано воскликнула Кейтлин. — Нет. Я просто думала вырубить их и оставить связанными в кладовке или типа того.

Букер издал гортанный смешок.

— В этом… в этом больше смысла.

Макс снова подался вперед, глядя на них обоих.

— Вы же понимаете, что как только мы заберем их волшебный отпугиватель гниляков, у них будет проблем по горло, да?

Кейтлин склонила голову, широко улыбаясь Букеру.

— Ну вы посмотрите, Судьба вручила нам еще один подарок.

Довольный, но явно старающийся это не показывать, Букер обернулся через плечо.

— Макс, ты знаешь, как замкнуть провода, чтобы завести машину?

— Не предлагал бы, если бы не знал.

— Хороший мужик.

Глава 15

Букер был прав. У них было мало времени.

Но меньше двадцати четырех часов с несколькими тузами в рукаве — это все равно лучше, чем ничего.

Придется обойтись этим.

Собрание с голосованием насчет того, остаться ли на несколько дней или же отправляться в путь, превратилось в обсуждение того, что они узнали, и проработку нового, пусть и приблизительного плана.

Триш по-прежнему настаивала на том, чтобы дать людям возможность собрать вещи и отправиться в дорогу, но мало кто был в этом заинтересован.

Многие пришли из лагеря в Кентукки и разлучились со своими семьями. Возможность воссоединения стоила того, чтобы рискнуть разоблачением.

Все казалось таким простым и одновременно таким сложным.

Букер, Кейтлин и Натаниэль возьмут украденный мустанг и поведут караван.

Макс вместе с Николь и Эдвардом поедет в одном из хэтчбеков Отверженных, у которых был лучший расход топлива.

Как только мустанг проникнет в лагерь, они устранят охранников на воротах и позволят остальным прокрасться внутрь. Пока большая часть группы пойдет в здание и начнет искать людей, Макс замкнет провода и заведет один из автобусов, использовавшихся для перевозок, и будет ждать в задней части лагеря, чтобы как можно быстрее вывезти людей.

План не был идеальным, и многое могло пойти не так, но на их стороне будет фактор неожиданности.

— Нам стоит отправиться туда до рассвета, — сказал Букер, скрестив руки на груди. — Пересменка обычно в семь. Большинство людей еще будет в кроватях, поэтому легче их отследить, меньше суматохи в коридорах. И мы можем использовать темноту как прикрытие.

Натаниэль сверился с часами и кивнул.

— Отсюда до Де-Мойна[7] ехать примерно четыре часа.

— Сомневаюсь, что они будут в городе, — парировал Букер. — Даже с их радиопередатчиком это слишком рискованно.

— Наверное, они прямо на границе, — сказал Макс. — В университете Грейсленд есть программа подготовки медсестер, и это менее населенная зона.

Букер усмехнулся.

— Подходящее название.[8]

— Сейчас начало седьмого, — сказал Натаниэль. — Если мы хотим попасть туда перед рассветом, надо выезжать не позднее двух часов ночи.

Эдвард издал фыркающий смешок.

— Не знаю, как вы, ребята, но я все равно толком спать не буду.

— Тебе стоит попытаться, — сказала Кейтлин. — Нам нужно быть начеку.

Если они правильно рассчитали время, то с момента проникновения и до ухода у них будет всего тридцать семь минут.

Тридцать семь минут, чтобы найти Скотта и других членов семьи в списке, который они составили.

Тридцать семь минут, чтобы выбраться живыми.

Недели поисков и надежды свелись примерно к получасу храбрых усилий.

Кейтлин взглянула на Николь и заметила ее дрожащие пальцы, пока она слушала, как все планируют.

Ее обручальное кольцо из белого золота поблескивало в лучах закатного солнца.

Это того стоит.

Что бы ни случилось, попытаться стоило.

* * *

— Букер, ты там? — спросила Кейтлин, приближаясь к их позаимствованной палатке.

Он в ответ приоткрыл полог.

— Где Николь? — спросил он.

— Она сказала, что пока слишком волнуется, чтобы спать, и потому помогает с патрулированием периметра.

Частично застегнув за ней палатку, Букер наклонился, чтобы поцеловать ее.

— Ты беспокоишься насчет завтра? — спросил он, чуть отстранившись.

Кейтлин задержалась ладонью на его шее, слабо замечая размеренный пульс под своими пальцами.

— Я бы соврала, если бы сказала, что это не так.

Букер хмыкнул, опустив взгляд к ее плечу.

— Иди сюда, — пробормотал он. — У меня для тебя кое-что есть.

— Это нечто пошлое? Потому что если так, надо до конца застегнуть палатку.

Она даже в темноте почувствовала, как он закатывает глаза.

— Ничего такого, — сказал он. — Давай, садись.

Протянув руку, Букер помог ей опуститься на их общий спальный матрас, а потом занялся своей сумкой.

— Я не спешил отдавать это тебе, может, ждал, пока все успокоится, и мы не будем каждый день в дороге, — произнес он, пока шарил в переднем кармане. — Но я понял, что сегодняшний день ничуть не хуже любого другого. Особенно учитывая то, что мы собираемся сделать.

Он выпрямился, пересек небольшое расстояние и присел перед ней на корточках, сжимая ладонь в кулак.

— Закрой глаза, — сказал он.

Ощущая нервный трепет в животе, Кейтлин послушалась.

Его теплые пальцы обхватили ее запястье, перевернули руку ладонью вверх и положили в центр что-то металлическое.

— Ладно, открывай.

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы снова привыкнуть к тусклому освещению, и она уставилась на свою ладонь.

— Это… — она аккуратно взяла цепочку и подняла, чтобы изящная подвеска закружилась в воздухе.

Маленькая серебряная птичка в полете висела на цепочке.

— Знаю, это не кольцо, — мягко сказал Букер. — И я все равно планирую скоро найти тебе кольцо. Но я увидел это и подумал… — он помедлил, нежно улыбнувшись. — Ну, это просто вещица в твоем духе.

Кейтлин не могла дышать.

Эта крохотная птичка — символ прозвища, данного ей любимым мужчиной — лишила ее дара речи и полностью ошеломила.

— Тебе нравится?

Наконец, она сумела моргнуть. Подняв взгляд от подвески, она пару секунд смотрела ему в глаза.

Как раз когда на его лице начала отражаться неуверенность, она втянула достаточно воздуха, чтобы заговорить.

— Джек, это идеально, — прошептала она. — Я… поверить не могу, что ты нашел это для меня, — она нахмурила лоб. — Когда ты умудрился?

Забрав у нее цепочку, он расстегнул застежку и завел концы ей за шею.

— Помнишь тот торговый центр в Арканзасе, который мы обыскивали?

— Тот, где в магазине с товарами для животных были фрики?

— Тот самый, — сказал он, сцепив застежку и вытащив ее волосы из-под цепочки. — Когда я сказал, что пошел облегчиться, я на самом деле забрался в ювелирный бутик.

Она выдохнула, рассмеявшись.

— Джек…

Кончики его пальцев скользнули по ее коже, когда он поправил подвеску, и от этого по ее ключице словно заплясали искорки.

— Я все равно хочу достать тебе кольцо, — сказал он. — Нечто, что сделает это… официальным. Но до тех пор…

Кейтлин метнулась вперед, обхватив его лицо ладонями, и накрыла его губы своим ртом.

Запутавшись пальцами в ее волосах, Букер крепко прижал ее к себе, углубляя поцелуй, пока они оба не начали отчаянно задыхаться.

Отчаянно желать друг друга.

— Я в восторге, — пробормотала она. — Кольцо мне не важно. Это идеально.

Улыбнувшись, Букер провел губами по ее подбородку к уху.

— Но я тебе его все равно найду, — прошептал он, обдавая горячим дыханием местечко, где бился ее пульс.

Такой приверженец традиций…

Сжав в кулаке его рубашку, Кейтлин напряженно посмотрела на него.

— Застегни палатку до конца.

Нечасто ей выдавалось удовольствие видеть Букера таким взволнованным, но это явно было очаровательное зрелище.

Едва не запутавшись в собственных конечностях, он наклонился в сторону и дернул за язычок молнии, полностью застегнув палатку.

— Люди еще не спят, — сказал он, уже покрывая поцелуями ее шею. — Они могут услышать…

Кейтлин откинулась назад, утягивая его за собой.

— Мне все равно, пусть хоть всё Миссури слышит.

Потянувшись вниз, она нашла пряжку его ремня и принялась нетерпеливо теребить, пока, наконец, не расстегнула.

Гортанно усмехнувшись, Букер накрыл ее ладони и остановил.

— У нас есть время, птичка певчая, — прошептал он ей на ухо. — Ни к чему спешить.

Она хотела возразить, но эта мысль оборвалась, когда он лизнул ее шею, а потом нежно прикусил мочку уха.

— Ложись, — поторопил он охрипшим от желания голосом.

Как только ее спина и плечи легли на спальный мешок, Букер крепко схватил ее за бедра. Шершавые ладони забрались под подол ее футболки, оставляя огненные следы, когда он скользнул выше по грудной клетке к хлопковому лифчику.

Выгнувшись, она безмолвно просила о большем, но Букер лишь широко улыбнулся и наклонился, чтобы влажно поцеловать ее над пупком.

— Такое чувство, будто прошла целая вечность, — пробормотал он, не отрываясь от нежной кожи ее живота.

Кейтлин попыталась вспомнить, когда у них в последний раз был момент уединения, не говоря уж о сексе.

В лесу. Лихорадочно и жадно у ствола дерева.

От этого воспоминания Кейтлин жалобно захныкала, непроизвольно задвигав бедрами. Это заставило Букера усмехнуться, и он несколько раз игриво лизнул ее.

— Да, я тоже не раз вспоминал об этом, — сказал он, нежно покусывая зубами ее бедра. — Эта ночь будет другой.

Забросив свои ноги на его бедра, она попыталась притянуть его ближе, но Букер слишком решительно настроился оставаться на прежнем месте.

Расстегнув пуговку ее ширинки, он произнес:

— Я же сказал, что не буду торопиться.

— Будь все по-твоему, мы бы проторчали тут всю ночь.

Он рассмеялся, не отрываясь от ее живота и медленно опуская молнию ширинки.

— Думаю, ты единственная знакомая мне женщина, которая жалуется по поводу такого.

Кейтлин провела ладонями по его мощным плечам, позволив ногтям царапнуть кожу шеи.

— Я не жалуюсь, я изнываю, — она сжала в кулаках его рубашку, пытаясь стянуть ее. — И мы оба слишком одеты, на мой взгляд.

Подчинившись, Букер сел на пятки и сбросил свою клетчатую рубашку, отшвырнув ее в сторону. Кейтлин помогла ему с футболкой, задрав ту до груди и позволив снять полностью.

У нее выступили слюнки, и она подалась вперед, целуя и пробуя на вкус каждый дюйм его живота. Ей нравилось чувствовать, как у него перехватило дыхание, когда она провела языком по левой грудной мышце и игриво прикусила сосок.

— Иисусе, Кей, — охнул он, накрыв ее затылок ладонью.

Широко улыбнувшись, она посмотрела на него.

— И кто теперь изнывает?

Легонько толкнув, он уложил ее обратно на спальный мешок, заставив захихикать.

— Коварная женщина, — пожурил он, сдергивая ее джинсы.

Это получилось не сразу, ее правая ступня немного застряла, но это лишь заставило ее засмеяться еще сильнее. Освободив ее от денима, Букер поцеловал внутреннюю сторону ее коленей, а потом устроился между ее бедер.

Кейтлин не собиралась ждать, когда он закончит раздевать ее. Резко дернув и выругавшись, она скинула свою футболку через голову. Еще немного повозившись, она расстегнула лифчик и бросила его в кучу одежды рядом с ними.

— Ты явно знаешь, как помучить мужчину, — сказал Букер, и его тон сделался хриплым.

Перебросив волосы через плечо, Кейтлин приподнялась на локтях, полностью выставляя себя напоказ. Даже в темноте она видела благоговение на его лице, и она никогда еще не ощущала такой гордости.

— Нравится то, что ты видишь, да?

Издав гортанный стон, Букер бросился вперед, поцеловал ее в губы, а потом опустился ниже, сжал зубами ее правой сосок и принялся сосать.

Кейтлин подавила стон, выгибаясь, пока он лизал, целовал и ласкал чувствительную кожу. Когда он переключился на другую грудь, его пальцы продолжали терзать ее, и вот она уже приподнимала бедра, отчаянно желая движения, в котором он ей так жестоко отказывал.

— Никогда не слышал ничего лучше этих звуков, которые ты издаешь, — сказал он ей, подув на ее влажную левую грудь и заставив дернуться.

Потянувшись между их телами, Кейтлин погладила его через джинсы, массируя ладонью, пока Букер не выругался себе под нос.

— Ты и сам издаешь неплохие звуки, — сказала она, нащупав ширинку и расстегнув.

Как только ее пальцы обхватили его длину, Букер застонал ей в плечо, прильнув чуть ли не всем телом.

— Дорогая… — он с трудом сглотнул. — Я тут стараюсь растянуть действо, а ты…

— А я наслаждаюсь, — сказала она, проводя большим пальцем по его головке, собирая и размазывая жемчужинку влаги.

Тихий звук, с которым его дыхание застряло в горле, был лучшей наградой.

Чтобы подчеркнуть свой посыл, она направила его ладонь меж своих бедер и улыбнулась, когда он застонал.

— Говорю же, — прошептала она, целуя его в губы и продолжая поглаживать. — Я мечтаю, чтобы ты был во мне любым способом.

Дыхание Букера сбилось, он мог лишь слушать и держаться изо всех сил.

— Тебе никогда не нужно что-либо мне доказывать, Джек, — сказала она, слегка задевая губами щетину, которая почти превращалась в бороду. — Я уже готова всякий раз, когда ты смотришь на меня.

Свободной рукой она накрыла его щеку, а потом запустила пальцы в густые волосы, дернув за пряди.

— А теперь снимай штаны и заставь меня увидеть Бога.

Улыбка Букера была подобна свету полной луны.

— Иисусе, как же я тебя люблю, птичка певчая.

— Тогда хорошо, что ты женился на мне, да?

Выражение его лица сделалось нежным, и он пристально посмотрел на нее в темноте.

Они не нуждались в кольцах или в священнике, который объявит то, что они уже знали до мозга костей.

Инстинктивно взаимозависимые.

Невинные, злобные, свирепые.

Волки в бегах.

Букер кивнул, наклоняясь для поцелуя.

— Действительно, очень хорошо.

Снова пришлось повозиться, снимая его ботинки, а потом джинсы, но наконец он оказался обнаженным, и у Кейтлин едва не случился разрыв аневризмы, когда она подумала обо всех способах, которыми она хотела трахнуть его до бесчувствия.

— Иисусе, ты так громко думаешь, — сказал он, снова накрывая ее тело своим.

Кейтлин улыбнулась.

— Я бы извинилась, но знаю, что тебе это нравится.

Промычав что-то в знак согласия, Букер опустился на один локоть и оставил засос на ее ключице.

Ее ноги инстинктивно раздвинулись, давая ему свободу действий.

Водя щетиной по ее соскам и заставляя хныкать, Букер запустил другую руку под ее хлопковые трусики и невесомо погладил ее.

— Забыл снять их с тебя, — сказал он, оставляя дорожку поцелуев между ее грудей вниз.

— Забыл или снова дразнишься?

Он усмехнулся.

— Пожалуй, и то, и другое.

Как только его толстые пальцы проникли в ее вход, Кейтлин хрипло выдохнула его имя и вцепилась в его плечи. Начав с двух пальцев, он стал вращать запястьем, найдя темп, который ей нравился, но не доводил до финиша.

— Определенно и то, и другое, — сказала она, задыхаясь.

Поцеловав ее, Букер стал пошло проталкивать свой язык ей в рот, имитируя движения своей руки.

— Может, ты и готова, — сказал он ей в губы. — Но я хочу выжать из тебя максимум.

Когда он согнул пальцы, Кейтлин простонала его имя и выгнула спину.

— Да-да, вот так, — прошептала она, стараясь ухватиться за его бицепс.

Снова и снова задевая нужное местечко, он заставлял ее возноситься выше и выше, и вот она уже задрожала.

Ее оргазм был буквально в одной секунде от нее, так близко, что это порождало агонию. Она готова была взмолиться, чтобы он стал действовать чуть быстрее, чуть грубее, но Букер отстранился.

— Джек! — от раздражения она едва не оцарапала его, но он лишь усмехнулся.

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш, — его горячие губы ласкали ее шею и подбородок. — Я еще не закончил.

Чуть сдвинувшись вниз, он покрыл влажными поцелуями ее груди и живот, покусывая чувствительные места на бедрах.

Наконец, словно разворачивая подарок, он стянул ее трусики по ногам и отбросил в сторону.

— Так-то лучше, — сказал он, располагая себя и закинув ее лодыжки себе на плечи.

У нее не было времени ответить. Прежде чем она успела сделать хоть один вдох, он уже раскрывал ее языком и стонал так, будто поедает самое вкусное блюдо в его жизни.

Сжав его волосы в кулаке, Кейтлин удерживала его на месте, приподнимая бедра и потираясь об его рот.

— Ох, бл*дь, Джек, — хныкала она, снова дрожа всем телом. — Да.

Описывая круги вокруг ее клитора, он подразнил чувствительный комочек, а потом обхватил его губами и замычал.

Издав полустон, полурыдание, Кейтлин выгнулась дугой над полом палатки.

Так близко. Так близко и так далеко.

— Букер, во имя всего святого, — выдавила она сквозь стиснутые зубы.

Это лишь заставило его усмехнуться; вибрации прокатывались по ее телу и лишь сильнее приближали к грани.

Вдавив пятки в его мускулистую спину, она обхватила его голову бледными бедрами.

Распластав язык, Букер снова ввел в нее пальцы и стал медленно двигать ими.

Кейтлин казалось, что она сейчас натурально воспламенится.

Пот выступил в ложбинке между грудями, в сгибах рук, под коленями. Ее кожа распалилась как от лихорадки. Она стояла на грани, но Букер не позволял ей достигнуть пика.

Приподнявшись самую чуточку, он поцеловал холмик между ее бедер и пробормотал:

— Ты говорила серьезно? Насчет того, что хочешь меня везде?

Ей потребовалась пара секунд, чтобы вспомнить, как вообще работает язык и речь, но как только она это вспомнила, слова слетели с ее губ.

— Да, да, Джек, бл*дь, да.

Она ощутила его улыбку бедром, затем он кивнул.

— Тогда ладно, — ответил он. — Скажи, если тебе что-то не понравится.

Кейтлин дергано кивнула, наблюдая, как он продолжает с удовольствием поедать ее.

Держа два пальца глубоко в ней, он опустил другую руку ниже, и его большой палец прижался к тесному кольцу мышц.

Низкий, гортанный стон, сорвавшийся с ее губ, прозвучал почти животным.

Он не сумел продвинуться далеко, но самой чуточки хватило, чтобы отправить Кейтлин прямиком в стратосферу.

— Твою ж мать, Джек, — прохрипела она, едва замечая, что кусает свой кулак, чтобы не заорать в голос.

Сквозь шум крови в ушах она слышала, как он одобрительно постанывает, не отрываясь от нее.

Она никогда не думала, что может сойти с ума от удовольствия, но чем дольше он ее накручивал, тем больше она бессвязно бормотала — ругательства, мольбы, фразы, которые, кажется, вообще не имели смысла на английском.

— Пожалуйста, — прокаркала она. — Джек.

Глянув на нее сквозь ресницы, он замедлил свои ласки.

— Мне нужно ощутить тебя во мне.

Лизнув ее один раз, второй, третий, Букер аккуратно убрал пальцы и расположил ее дрожащие ноги по обе стороны от своих бедер.

Все еще наслаждаясь игрой в кошки-мышки, он стал водить членом по ее скользким складочкам, каждый раз задевая клитор.

— Джек Букер, если ты не трахнешь меня немедленно… — пригрозила она и приподнялась, ухватившись за его плечи.

Расхохотавшись, он схватил ее за волосы и стал целовать, пока она не опьянела от него и от собственного вкуса на его губах.

— Это что-то новенькое, — сказал он, широко улыбаясь. — Ты еще никогда не использовала мое полное имя в постели.

— Я никогда не была настолько раздражена, — ответила она, впиваясь ногтями в его спину.

— Ладно, милая, — отозвался он, пристраиваясь к ее входу. — Я больше не буду тебя дразнить.

Как только он вошел одним толчком, адский жар в животе Кейтлин утроился.

Это одновременно сводило с ума и успокаивало — все, в чем она нуждалась, но в то же время недостаточно.

Мозолистые руки крепко обхватили ее бедра, заставив поднять левую ногу и забросить ему на плечо, прижав колено к ее груди.

— О Боже, Джек, — прохрипела она.

Все в нем было таким ошеломительным и мощным, но она никогда не ощущала себя в такой безопасности. Она стремительно падала в бездну и упивалась этим.

Размеренными толчками Букер подводил ее ближе и ближе к грани, пока она не убедилась, что вот-вот взорвется.

— Я люблю тебя, — выдохнула она, прикасаясь губами к татуировке на его левой руке. — Я так сильно тебя люблю.

Глухо застонав и едва держась, Букер приподнялся на одной руке, а другой погладил ее по щеке. Его взгляд опустился к подвеске между ее грудей, и весь контроль его покинул.

Рьяно работая бедрами, он ускорил темп и каждым толчком выбивал воздух из ее легких.

Кейтлин раскрыла рот в беззвучном крике, прижимая его к себе со всей силой, что еще осталась в ее теле.

— Вот так, — стонал он ей в ухо. — Дай мне полюбоваться тобой.

Первые сокращения ее внутренних мышц вокруг него были нежными в сравнении с лихорадкой, бушевавшей внутри.

А потом перед глазами все побелело, все звуки сменились пронзительным звоном в ушах.

Кейтлин разлетелась на куски, и каждая волна лишь возносила ее выше предыдущей.

Она не понимала, почему чувствует солоноватый привкус, пока ее зубы не сомкнулись на чем-то, и Букер зашипел.

Его ладонь.

Однако это, похоже, не смутило его, если судить по его бедрам, которые уже непроизвольно сбивались с лихорадочного темпа.

— Бл*дь, Кей, — простонал он, излившись в нее.

Рухнув на локти, Букер силился перевести дыхание, уткнувшись лбом в изгиб ее шеи.

Кейтлин содрогалась, адреналин, возбуждение и избыток симуляции вызывали слишком острые ощущения в теле. Букер начал откатываться набок, но она вцепилась в него и прижала к себе.

— Я слишком тяжелый на тебе, — промямлил он ей в волосы.

Она покачала головой.

— Нет, не тяжелый. Ты идеальный.

Букер усмехнулся, и она почувствовала это там, где они все еще соединялись.

Она уступила лишь тогда, когда ее нога начала затекать.

Завернув Кейтлин в ее половину спального мешка, Букер растянулся на спине, затем притянул ее поближе, чтобы она использовала его грудь вместо подушки.

— Я люблю тебя, Кейтлин, — прошептал он, целуя ее в макушку. — Больше всего на свете.

Уже дрейфуя, но еще не совсем засыпая, она улыбнулась, не отрываясь от его груди.

— Должно быть, это правда, раз ты говоришь такое после того, как я тебя укусила.

Букер рассмеялся.

— Лучшее боевое ранение в мире.

Кейтлин наконец-то соскользнула в сон, сжимая кончиками пальцев бесценную серебряную птичку.

Глава 16

Кейтлин подумала обо всех вещах, которые могли случиться.

Машина могла сломаться, передатчик мог подвести, они могли заблудиться, пытаясь найти Ковчег, их может перестрелять отряд головорезов или охранники на ворота. Фрики могли пробраться внутрь. Возможно, люди побоятся уходить, и это замедлит их всех.

Однако она не подумала о том, что она четыре часа будет находиться в замкнутом пространстве со своим бывшим бойфрендом и нынешним гражданским мужем.

Вздрогнув при виде того, как Натаниэль бросает свои вещи в багажник, она повернулась к Николь.

— Может, все будет не так плохо, — сказала Николь, прочитав ее мысли. — Может, вы все посмеетесь над этим и двинетесь дальше.

Судя по ледяным повадкам Натаниэля, когда тот прошел мимо Букера, Кейтлин сильно в этом сомневалась.

— У тебя все в порядке? — спросил Букер у Николь, мотнув подбородком в сторону позаимствованной машины Отверженной.

— Ага, — сказала она с улыбкой. — Не я же буду за рулем.

— Надо начать давать тебе уроки вождения, когда мы вернемся.

— Только если учить меня будешь ты, а не… — Николь многозначительно посмотрела на Кейтлин.

— Эй! — Кейтлин шлепнула ее по руке. — Я хорошо вожу машину вообще-то.

— Конечно, милая.

Прислонившись к боку машины, Букер сказал:

— Я все хотел спросить, на случай если мы разделимся, и Кей или Натаниэля не будет со мной, есть ли что-нибудь, что знаете только вы со Скоттом? Что-то, что я смогу сказать ему, и он поймет, что мне можно доверять?

Николь хмуро посмотрела на него.

— Ты думаешь, он тебе не доверится?

— Белый парень с пушкой и техасским акцентом может вовсе не показаться «другом» для ничего не ожидающего черного мужчины, — сказал он, пожав одним плечом. — Не то чтобы я его винил.

Издав фыркающий смешок, Николь пробормотала:

— Точно. Эм… Скажи ему «спецменю на синей тарелке».

— Тут должна быть какая-то история.

Она улыбнулась от воспоминания.

— Когда Скотт учился в медицинском институте, а я заканчивала аспирантуру, у нас было мало времени на встречи. Всего около часа в обед. Так что мы ходили в нашу любимую забегаловку, заказывали их спецменю на синей тарелке, которое подавалось до пяти часов, и ели вместе.

Кивнув, Букер легонько сжал ее локоть.

— К утру ты вернешь своего мужа, — сказал он. — Это я тебе обещаю.

Шмыгнув носом и смахнув слезы, Николь похлопала его по руке.

— Спасибо, Букер.

Задняя дверца мустанга захлопнулась, заставив их всех повернуть головы.

— Готовы? — спросил Натаниэль, поправляя нож на поясном ремне.

— Всегда готовы, — отозвался Букер, оттолкнувшись от хэтчбека и зашагав в его сторону.

Они все знали план. Знали, что делать, если один из них потеряется или хуже того.

Кейтлин просто надеялась, что им не придется столкнуться с таким.

Оставшиеся Отверженные все собрались возле деревьев, чтобы проводить их.

Сжимая список имен и описаний внешности, она помахала в окно, пока они выезжали на дорогу.

Когда они проехали десять минут, Букер выругался.

— Что?

— Оставил все хорошие диски в джипе.

Вздохнув, Кейтлин откинулась на спинку сиденья.

Вот уж действительно, поездка будет долгой.

* * *

Даже в темноте она видела покачивающуюся и шаркающую толпу, немертвый океан с постоянно сужающимся берегом.

— Возьмите, — сказал Натаниэль с заднего сиденья. — Не самый лучший вариант, но придется обойтись этим.

Протянув им обоим по паре пенопластовых берушей, он объяснил, что они все равно будут слышать шум передатчика, но это должно быть не так болезненно.

Закончив вставлять их в уши, Букер сказал:

— Ладно. Давайте заставим это красное море расступиться, да?

Щелкнув двумя переключателями на громоздкой металлической коробке на передней панели, Кейтлин включила радио и прибавила громкости.

Пронзительный однотонный сигнал заполнил машину.

— Опусти окна, — крикнула она. — Они должны ясно слышать звук.

Когда по ним ударил ночной воздух, она скрестила руки на груди для тепла и стала смотреть на огромное темное стадо, находившееся в четырехстах метрах от них.

Поначалу она думала, что сигнал не помогает.

Фрики не шаркали прочь так быстро, как она ожидала. Не то чтобы она когда-то видела, чтобы зомби бегали, но она ожидала, что они отпрянут как животные.

— Придется ехать медленнее, — сказал Букер, хотя его голос приглушался берушами. — Нельзя рисковать и врезаться в них.

Смертоносное балансирование. Достаточно медленно, чтобы дать фрикам шанс убраться, но не настолько медленно, чтобы привлечь внимание команд наблюдения.

Они знали, что за ними мог последовать беспилотник, когда машины спровоцируют сенсор движения, о котором говорил Макс. Но с этим придется смириться.

А потом, словно по сигналу, стадо начало расступаться в середине.

Гнилые тела разбредались направо и налево, отходя с дороги в окружающие ее поля.

Однако они не учли вонь.

Кейтлин со слезящимися глазами зажала себе нос и рот рубашкой, стараясь не издавать ни звука, пока они продвигались вперед.

Это не могло длиться дольше пяти минут, но ощущалось это как целая вечность — постоянное ожидание, что один из динамиков сейчас откажет, или сигнал не подействует на какого-то фрика, и тот бросится на машину.

Когда они приблизились к противоположному концу стада, она глянула в зеркало заднего вида на хэтчбек, ехавший за ними следом. Автомобиль был таким же невредимым, и хотя бы им не приходилось вдыхать вонь фриков.

Как только они оказались на безопасном расстоянии, Кейтлин отключила радио и передатчик.

— Ну, так и до сердечного приступа недалеко, — сказала она, вынимая беруши из ушей. — Мне не терпится повторить это с полным автобусом людей.

— Эй, ну хотя бы это сработало, — сказал Натаниэль, поерзав на своем сиденье.

Когда окна оказались подняты, в машине воцарилась оглушительная тишина.

Никаких смешков про «дела давно минувших дней» не предвиделось.

Кейтлин наклонила голову, прислонившись к холодному стеклу.

Оставалось всего-то три с половиной часа.

* * *

При пересечении границы штата Айовы желудок Кейтлин скрутило узлом.

— Мы уже близко, — сказал Натаниэль. — До колледжа ехать примерно двадцать минут.

— Что, если их там нет? — спросила она, кусая нижнюю губу.

— Мы продолжим искать, — сказал ей Букер.

Когда они поехали по сельской местности, она не сразу сообразила, что дома и магазины, которые должны были находиться вокруг, все были сожжены и уничтожены.

— Не думаю, что нам придется искать долго.

Ряд за рядом, улица за улицей, все здания превратились в обугленные развалены.

Ни единого фрика не шаркало в окрестностях, их всех привлекала радиовышка.

Кейтлин отрешенно задалась вопросом, как далеко простирался звук. Вдруг стадо, которое подожгли Трэвис и Джордж, сменило направление, потому что они устремились к такому же большому скоплению в другом штате.

Букер дважды нажал на тормоза, сигнализируя другой машине найти место и свернуть, тогда как они поехали вперед.

— Ладно, — пробормотал он, выпрямляясь на сиденье. — Выглядите живыми.

Вывеска Университета Грейсленд частично развалилась, покосившись и погнувшись.

Наверное, теперь это уже не имело значения.

Вдалеке в свете прожекторов поблескивал четырехметровый забор из сетки. По обе стороны от дороги стояли два хаммера, в каждом из которых находился как минимум один охранник.

По другую сторону забора еще два охранника начали открывать ворота, чтобы впустить их.

Их троянский мустанг идеально сработал.

— Я беру на себя левых, — сказал Букер, сбавляя газ по мере приближения. — Натаниэль, ты бери правых.

— Понял.

Как только их окна начали опускаться, Кейтлин зажала уши.

Все прошло намного быстрее, чем она ожидала.

Фактор неожиданности действительно был их лучшим оружием.

Охранники в хаммерах даже не обернулись и не посмотрели на машину.

Они погибли еще до того, как упали на землю, а через долю секунды за ними последовали и охранники, занимавшиеся воротами.

Натаниэль выпрыгнул из машины, спеша подобрать винтовки и пистолеты каждого из них.

— Кей?

— Я в норме, — отозвалась она, уже открывая дверцу.

Им нужно было быстро перетащить тела, чтобы никто ничего не увидел, если выглянет в окно.

Пистолеты 22 калибра, которыми пользовались Натаниэль и Букер, были намного тише револьвера, который Кейтлин уже считала своим собственным, но хлопки все равно прозвучали достаточно громко в предрассветной тиши.

Приложив немалые усилия, они с Натаниэлем оттащили мертвых охранников за хаммеры, скрыв из виду.

Букер продолжал вести мустанг мимо первого здания, но не спешил, чтобы поглядывать на остальных.

Макс был прав. На дверях не было дополнительных замков или баррикад, так что проникновение будет быстрым и безболезненным.

Однако попытки избежать других патрульных охранников — это другая история.

Держась пониже к земле, Кейтлин и Натаниэль побежали, чтобы нагнать мустанг.

— Видел что-нибудь? — спросила она шепотом.

— Все чисто.

Припарковавшись в тени одного из более крупных зданий, Букер выбрался и открыл багажник.

— Тридцать четыре минуты, — сказал он, вручая им дополнительное оружие. — Натаниэль, что из этого общежитие?

Осмотрев территорию, он нахмурился.

— Скорее всего, вон те здания, — ответил он, подбородком указав на двухэтажные кирпичные постройки на противоположной стороне двора.

— Кей, список у тебя?

Она похлопала себя по переднему карману.

— Ага.

Сзади к ним приблизились шаги, и Букер с Кейтлин оба потянулись к оружию.

Короткий свист заставил их расслабиться.

— Это мы, — прошептала Николь, выглядывая из-за угла. — Макс уже занимается автобусами.

Кивнув, Букер снова окинул взглядом территорию.

— Ладно, идемте.

Держась вместе, постоянно крутя головами и присматриваясь, они трусцой побежали к первому общежитию.

Как раз когда Кейтлин добралась до двери, Букер свистнул как птичка.

«Лови».

Повернувшись, она поймала мешочек с отмычками.

Опустившись так, чтобы замок был на уровне глаз, она приступила к работе.

Как только внутренний механизм замка начал издавать щелчки, она улыбнулась. Это как езда на велике — один раз научишься, уже не забудешь.

Дверь отворилась с тихим скрипом, впуская их в темный коридор. Охранников не виднелось, но ни в одной комнате не было дверей.

Они тихо крались вперед, ища имена или какие-то указания, кто занимал отдельные места.

Ничего. Никаких имен ни на кроватях, ни возле дверей.

Им придется будить всех индивидуально и спрашивать имена.

«Тридцать одна минута».

Движение в конце коридора заставило всех остановиться.

Женщина средних лет вышла из своей комнаты, сонно потирая глаза.

Им некуда идти, негде прятаться.

Подняв взгляд, женщина застыла на середине шага.

— Вы… вы пришли убить нас? — спросила она дрожащим голосом.

Кейтлин опустила оружие, протягивая руку в успокаивающем жесте.

— Мы здесь, чтобы помочь, — сказала она. — Мы извне. Мы пришли вытащить вас, если вы хотите уйти.

Уставившись на них всех, женщина раскрыла рот.

— Вы… оттуда?

Николь кивнула.

— Да.

— О, слава Богу, — выдохнула женщина. — Идемте, сюда.

Она торопливо замахала им, и группа непонимающе переглянулась меж собой, затем пошла за ней.

— Они скоро придут будить людей на работу, — объяснила она. — Вам надо спешить.

Свернув за угол, она щелкнула несколькими переключателями, и все лампочки под потолком зажглись.

Коридоры наполнились стонами и невнятным бурчанием.

— Народ, — крикнула она. — Слушайте все. День, на который мы надеялись, настал. У нас есть шанс сбежать.

Пробежав по коридору, она постучала по косякам, убеждаясь, что все проснулись.

— Собирайте вещи и уходим, — сказала она им. — Не оглядываемся назад.

Кейтлин ошарашенно посмотрела на Букера, затем приблизилась к женщине.

— То есть… вы все хотите уйти?

Поправив очки, женщина кивнула.

— Вы себе не представляете, каково здесь находиться. Что они делают. И они лишили нас семей…

Прищурившись и посмотрев поверх плеча Кейтлин, она показала на Натаниэля.

— Я узнаю тебя. Ты разве не был с нами ранее?

— Я один из Отверженных. Меня вывезли на автобусе перед тем, как вы перебрались сюда.

Поджав губы в тонкую линию, она сказала:

— После вашего ухода стало хуже. Намного, намного хуже.

Ужас переполнил нутро Кейтлин, но у них не было времени задавать вопросы о творившихся здесь зверствах.

— Ты можешь помочь нам вывести людей? — спросила она. — Наш человек ждет с автобусом на южной стороне лагеря. Он вывезет вас всех.

Согласившись, женщина принялась организовывать людей, высыпавших из комнат.

— Скотт? — закричала Николь, побежав по коридору. — Скотт?

Нет ответа.

— Кто-нибудь знает Скотта Стивенса?

— Доктора Стивенса? — переспросил мужчина.

Развернувшись на пятках, Николь побежала к заговорившему.

— Да, его самого. Ты знаешь, где он?

— Его койка в другом общежитии. Но его самого там может и не быть.

Николь помрачнела.

— В смысле?

— Он в команде медиков, — сказал он. — В последнее время они работают круглосуточно. Он наверняка в лаборатории.

Натаниэль показал большим пальцем в сторону двери.

— По дороге сюда я видел научный корпус.

— Иди, — сказал ему Букер. — Возьми с собой Николь.

Без единого слова они оба бросились бежать по коридору и скрылись из виду.

— Эдвард, мне нужно, чтобы ты помог направить всех этих людей к автобусу, — сказал Букер. Посмотрев на женщину, которая первая их заметила, он попросил: — Мэм, мне нужно, чтобы вы пошли с нами. Дружественное лицо, которое сообщит новости.

— Нет проблем, — сказала она, целеустремленно расправив плечи.

Когда потоки людей хлынули из комнат, держа в руках скудные пожитки, Эдвард начал направлять их.

— Возьми, — Кейтлин позвала его и вручила листок бумаги. — Если в группе есть эти люди, скажи им, что их ждет семья.

Осмотрев людный коридор, Букер спросил:

— С какой стороны приходит патрульный охранник?

Женщина повернулась.

— Эм, по утрам обычно с той стороны.

— Ясно, мы постараемся его избежать, — сказал Букер. — Идемте.

Пустившись бежать, они покинули здание и быстро метнулись через небольшую лужайку к соседнему кирпичному общежитию.

«Двадцать восемь минут».

Второй замок оказался немного заевшим, но Кейтлин сумела открыть его как раз в тот момент, когда из-за угла показался охранник в униформе цвета хаки.

— Эй!

Букер всадил в него две пули — первую в шею, вторую прямо в череп.

Бросившись внутрь, женщина нашла выключатели и зажгла свет, будя всех криками и торопя собирать вещи.

— Донна, ты что творишь? — воскликнула другая женщина, спеша к ним. — Ты знаешь, как это опасно? Что ждет нас там? Мы не выживем сами по себе! Мы должны остаться здесь, где нас защищают!

— Ой, да заткнись ты, Стефани! — заорала Донна. — Пусть меня лучше сжует зомби, лишь бы не слушать, как ты хвалишь наших новых хозяев и лижешь им жопы.

Визгливо ахнув, Стефани сделала шаг назад.

— Донна!

— Либо иди с нами, либо свали с дороги, — рявкнула она. — Решать тебе.

Оттеснив Стефани в сторону, Донна пошла дальше по коридору, будя всех и объясняя ситуацию.

Из комнаты в дальнем конце коридора появилось лицо, которое Кейтлин очень хорошо знала.

— Скотт! — крикнула она, побежав к нему. — Скотт!

Темно-карие глаза широко раскрылись от шока, а потом он просиял и бросился вперед.

— Кейтлин? — Скотт врезался в нее и стиснул в сокрушающем объятии. — О Боже мой, я думал, что больше никогда тебя не увижу.

— Мы долго тебя искали, — пробормотала она ему в плечо. Перед глазами все размывалось от слез.

— Мы? — Скотт отстранился. — Погоди… То есть…

— Николь здесь, — сказала она, пытаясь перевести дыхание. — Они пошли искать тебя в лаборатории, — с ее губ сорвался счастливый смех. — Она в обморок хлопнется, когда тебя увидит.

Взяв его за руку, Кейтлин потащила его к двери, но Скотт ее остановил.

— Кейтлин, я не могу.

Хмуро обернувшись через плечо, она ждала объяснения.

— В смысле?

Он покачал головой.

— Это не… я не могу пока уйти.

Двадцать четыре минуты.

Проталкиваясь сквозь поток людей, Букер подошел ближе.

— Эй, воссоединение придется отложить на потом.

Кейтлин моргнула.

— Скотт, ты должен пойти с нами.

Выдернув руку из ее хватки, он сделал полшага назад.

— Не все так просто, — сказал он. — Они определили меня в команду медицинских исследований…

— Мы знаем, ты разрабатываешь лекарство, — перебила она. — Но Скотт, Николь ждет.

Взмахнув руками, он возразил:

— Да я не ради исследования должен остаться, а ради моих пациентов.

— Что?

— Вакцина, которую мы создали — которую они заставили нас создать — завтра утром будет введена в рамках первого этапа испытаний, — он посмотрел с Кейтлин на Букера и обратно. — Это очень опасно, и они знали, что никто не согласится…

— У нас время поджимает, док, — сказал Букер. — К чему ты ведешь?

Скотт прерывисто вздохнул.

— Они будут испытывать вакцину на сиротах.

Что-то в груди Кейтлин сжалось.

Скотт продолжал.

— Они будут испытывать ее на детях. Мы говорили им… Мы умоляли их не делать этого, дать нам больше времени на изучение побочных эффектов, но… — он с трудом сглотнул. — Они избили доктора Мура почти до смерти, когда он дал им отпор. Приставили пистолеты к нашим головам и сказали, что мы сделаем это, иначе хуже будет.

Дети. Они использовали осиротевших детей в качестве лабораторных мышей.

— Я не могу бросить их, Кейтлин, — сказал Скотт надломившимся голосом. — Я обещал, что буду с ними. Они напуганы, и они совершенно одни, и…

— Где они? — спросил Букер. — В научном корпусе?

Скотт покачал головой.

— Нет, они оборудовали карантинную зону для испытаний в столовой. Они все там.

Беспокойно осмотревшись по сторонам, Букер кивнул про себя.

— Ладно, Кей, ты иди и найди Николь и Натаниэля, скажи им, где мы. Я пойду со Скоттом.

— Мы договорились, что не будем разлучаться, — возразила она.

«Двадцать три минуты».

— Знаю, но мы не можем допустить, чтобы двое наших носились туда-сюда в поисках Скотта.

Ей ненавистно было признавать, что он прав.

— Иди, Кей, — сказал он. — Мы встретимся с тобой у автобуса.

«Беги… Беги… Беги… Как можно быстрее».

Кивнув, Кейтлин повернулась и понеслась мимо людей, выходивших из своих комнат. Крикнув Донне отвести их к автобусу, она побежала к научному корпусу.

Держась в тени, она пригибалась пониже и сторонилась окон.

Дверь в здание была выбита пинком и оставлена приоткрытой. Держа оружие в руке, она нырнула внутрь, убеждаясь, что по ту сторону ее не ждет никаких сюрпризов.

Кейтлин кралась в темноте, осматривая каждую комнату и переходя к следующей.

Свернув за угол, она увидела силуэт мужчины и прицелилась.

— Эй, Кейтлин, это я, — воскликнул Натаниэль, вскинув руки.

Шумно выдохнув, она опустила оружие.

— Напугал до чертиков.

— Взаимно.

— Где Николь?

— В соседней комнате, — сказал он, мотнув головой влево. — Что случилось?

Дважды свистнув, она позвала:

— Николь? Надо уходить.

Натаниэль шагнул ближе, сжав ее руку ладонью.

— Кейтлин, что происходит?

Знакомая фигура показалась на пороге и подбежала к ним.

— Все хорошо? — спросила Николь.

— Мы нашли Скотта, — сказала Кейтлин. — Они с Букером сейчас вытаскивают его пациентов.

— Его пациентов? — Николь покачала головой. — Чего?

Махнув им следовать за ней, она сказала:

— Он сам объяснит. Идемте, мы встретимся с ними у автобуса.

Когда они выходили, Кейтлин заметила, что три охранника идут по двору к первому общежитию.

К тому самому, которое они вот-вот обнаружат пустым.

— Черт, нам надо спешить, — сказала она, уже припустив бегом.

Натаниэль и Николь не отставали от нее, и она повела их вдоль противоположной стороны здания к южной части лагеря. Она только-только различила крышу автобуса, когда на улицу высыпало еще больше людей.

Дети. Все не старше двенадцати лет.

Держась за руки, словно при переходе дороги, старшие дети бежали впереди и направляли младших к безопасному месту.

— Скотт? — выдохнула Николь, заметив мужчину, который следовал за группой.

Кейтлин ощутила порыв воздуха, когда Николь бросилась к своему мужу.

В синеватой темноте она все равно увидела, как ее лучшая подруга едва не сшибла его, и их руки сплелись в свирепом объятии.

Они это сделали.

Они нашли Скотта.

Николь вернула своего мужа.

Нагнав их, Кейтлин очень не хотела мешать, но они еще не выбрались на свободу.

— Скотт, где Букер?

Отстранившись от Николь, Скотт глянул в сторону столовой.

— Там осталось еще несколько детей, он им помогал. Он бежал прямо за мной.

«Восемнадцать минут».

Чувство ужаса вернулось, вгрызаясь в ее нутро как штопор.

— Пойду поищу его, — сказала она.

Натаниэль последовал за ней.

— Я с тобой.

— Все нормально, ты не обязан…

— Нет, обязан.

Кейтлин не собиралась спорить с ним, когда им все еще нужно было беспокоиться об охранниках.

Толкнув двойные стеклянные двери, они заметили Букера, который вел небольшую группу людей по импровизированному исследовательскому учреждению и нес на руках маленькую девочку примерно трех лет.

— Так, теперь держитесь друг за друга, — мягко сказал он. — Мы побежим очень быстро в сторону…

Задняя дверь в столовую с грохотом распахнулась, и охранники с топотом вбежали в помещение.

Пригнувшись, Букер прикрыл одной рукой голову малышки, а другой махал остальным детям. Они не могли остановиться. Они должны двигаться дальше.

Спрятавшись за колонной, Кейтлин и Натаниэль задержали дыхание.

— Я знаю, что вы здесь, — крикнул мужчина. — Думаете, что можете вломиться в наше сообщество и остаться незамеченными?

Пригнувшись между столов и каталок, дети как можно тише ползли к входной двери.

Один из охранников опрокинул поднос с медицинскими инструментами, и металлические предметы со звоном рассыпались по полу.

— Чертовы собиратели, я вас повешу и выпотрошу как свиней!

Натаниэль схватил Кейтлин за руку, пытаясь оттащить ее в обратном направлении.

— Мы должны вытащить их отсюда, — хрипло прошептала она.

Еще один охранник выстрелил в потолок, и дети в ужасе завизжали.

— Эти малявки — наша собственность, — заорал мужчина, обходя один стол по кругу.

Бритый, средних лет, в униформе, отличавшейся от остальных охранников — Кейтлин предположила, что он занимал какой-то важный пост не только в охране, но и вообще в лагере.

Натаниэль встал на колени, жестами подзывая детей к себе.

Кейтлин считала, пока они торопливо ползли, опираясь на коленки и ручки.

Трое, плюс маленькая девочка, которую держал Букер.

Выгнув шею, она пыталась увидеть, где он, но так и не нашла его среди машин и скамеек.

Еще больше выстрелов, сверху посыпалась штукатурка, и дети зажали себе рты, чтобы не закричать.

— Вот что я вам скажу… Отдайте то, что принадлежит нам, и может, мы обойдемся с вами помягче, — произнес мужчина холодным и дразнящим голосом.

Маленькая трехлетняя девочка выбежала из-за кресла в нескольких метрах от них и понеслась к остальной группе.

— Там! — крикнул он. — Хватайте ее, тащите обратно!

Рев и грохот металла раздались в центре комнаты.

Один охранник выстрелил, но его ругательство оборвалось тошнотворным хрустом позвонков.

«Бам».

«Бам».

Разъяренные вопли сменились ожесточенной дракой, кулаки и локти били по жизненно важным местам.

— Кейтлин, ну же, нам надо уходить, — сказал Натаниэль, уже торопя детей за дверь.

— Нет, — сказала она ему.

Мужчины кричали друг на друга, пока драка продолжалась.

— Кейтлин, мы не можем тут оставаться.

Из-за колонны она видела Букера, который боролся с одним из охранников, пытаясь забрать у того винтовку.

— Уведи детей, — сказала Кейтлин, глянув через плечо на Натаниэля. — Иди. Не жди.

— Кейтлин…

— Сейчас же, Натаниэль! — рявкнула она.

Подняв оружие, она прицелилась в люстру над охранниками.

«Полегче, не жми на курок слишком быстро. Прицелься, вот так. Подожди, пока не будешь уверена, и тогда…»

Кейтлин выстрелила, и стекло рассыпалось по комнате, временно ошеломив мужчин.

Это дало Букеру второй шанс.

Дернув винтовку, Букер шарахнул охранника прикладом по виску, заставив того свалиться на пол без сознания.

«Двенадцать минут».

Осмотрев комнату, насколько это было возможно, она нахмурилась. Куда делся командир?

Как раз когда Букер развернулся, готовый разделаться с последним из группы, щелкнул предохранитель пистолета, и он застал.

— Чтоб мне провалиться.

Шагнув вперед и целясь Букеру в грудь, мужчина усмехнулся.

— Давненько не виделись, сержантик. Жалко, что встретились при таких обстоятельствах.

Время остановилось.

Продолжение следует

Примечания

1

Отсылка к одноименному роману Ремарка.

2

Билл Най — американский телеведущий-популяризатор науки, наиболее известен как ведущий передачи «Билл Най — учёный шалопай».

3

Традиция ВМФ США, в рамках которой активные военные корабли швартуются в портах на неделю.

4

Маленький город в штате Миссури.

5

Собака породы немецкая овчарка, известная своими ролями в фильмах «Зов Севера», «Рин Тин Тин спасает своего хозяина», «Геройский поступок Рин Тин Тина».

6

Скайнет — вымышленный компьютер с искусственным интеллектом из фильмов о Терминаторе. Связан с опасным программным кодом, который может привести к апокалипсису.

7

Столица штата Айова.

8

Грейсленд дословно переводится как земля милости, земля благословения.

Content

Гвендолин Харпер
Кровавая луна

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Примечания