Гвендолин Харпер

Кровавый закат

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Глава 1

«Давненько не виделись, сержантик. Жалко, что встретились при таких обстоятельствах…»

* * *

Цепляясь за руку Скотта, Николь щурилась, всматриваясь в темноту, пока от огромной столовой в их сторону бежали фигуры.

Они все слышали выстрелы. Полные ужаса крики.

Что случилось?

— Слава Богу, они в порядке, — сказал Скотт, уже поворачиваясь к автобусу.

Николь не сдвинулась с места, дернув Скотта обратно.

— Это не Букер.

— Что?

Пока дети бежали через двор, взрослый с ними бежал сзади, держа за руку маленькую девочку.

Натаниэль.

Выскользнув из объятий Скотта, Николь побежала вперед.

— Где Букер и Кейтлин?

— Мы должны посадить их в автобус, — сказал Натаниэль, пробегая мимо нее и направляя детей в безопасное место.

— Где они? Что случилось?

Он не ответил.

Николь нахмурилась.

— Нейт!

Он наконец-то остановился.

— Что случилось с Кейтлин и Букером? Почему они не с тобой?

Выражение лица Натаниэля было мрачным в лиловом свете поднимавшегося солнца.

— Букера поймали, — сказал он. — А Кейтлин там, с ним.

* * *

Кейтлин сглотнула, стараясь втянуть воздух в ее легкие.

— Что такое? — мужчина сделал большой шаг вперед. — Не поздороваешься со своим старым приятелем?

Со своей точки обзора Кейтлин смотрела, как Букер оценивает наведенный на него пистолет и мужчину, который его держал. Его темный взгляд был мрачным как кремень и смертоносным. Она никогда не видела, чтобы он выглядел настолько убийственным.

— Фергюсон, — прорычал Букер.

Он усмехнулся, и по спине Кейтлин пробежали мурашки.

— Сержантик, ты выглядишь так, будто кто-то нассал тебе в кукурузные хлопья, — Фергюсон вальяжно подошел ближе, поудобнее перехватывая пистолет, дуло которого было направлено на грудь Букера. — Не знаю, почему, поскольку это ты перевернул мой дом вверх дном.

Ноги Кейтлин тряслись, адреналин кричал ей бежать, бежать, бежать.

Фергюсон цокнул языком, окинув Букера взглядом с головы до пят.

— Да и выглядишь не очень. Видимо, жить снаружи несладко.

— Лучше быть свободным, чем головорезом, — процедил Букер.

— Ох. Ранишь мои чувства, сержантик.

— Подойди сюда, и я дам тебе настоящий повод для жалоб.

Фергюсон снова рассмеялся.

— Вот это тот Букер, которого я знал. Проклятье, я скучал по тебе.

Кейтлин с бешено стучащим сердцем пыталась придумать стратегию выхода из ситуации. Если она даст Букеру еще один фактор неожиданности, он сможет отвлечь Фергюсона, забрать у него оружие и…

— Тебе там весело подслушивать? — крикнул Фергюсон. — Я знаю, что ты прячешься. Чувствую, как ты наблюдаешь.

Букер переступил с ноги на ногу.

— Там никого нет, Ферг.

— Не играй в эту игру, сержантик, — Фергюсон обошел опрокинутый стол, подходя к Букеру слева. — Почему бы нам не поговорим всем вместе, втроем.

— Сам с собой говоришь…

— Заткнись, — прошипел Фергюсон, приставив дуло к виску Букера.

Шанс. Отвлечение. Что-нибудь, что они могли использовать.

Разум Кейтлин бушевал.

— Я сосчитаю до трех и дам тебе время выйти, — объяснил Фергюсон зловеще спокойным тоном. — Иначе мозги Букера разлетятся по всей этой комнате.

Сердце Кейтлин ухнуло в пятки, и пол под ней как будто покачнулся.

«Нет».

Букер не издал ни звука.

— Один…

Прижавшись лопатками к колонне, она старалась дышать.

— Два…

Она чувствовала отчаянную мысленную борьбу Букера уйти, сбежать, убраться как можно дальше от этого жестокого мужчины с пистолетом.

«Вместе или никак».

Такова их клятва.

Кейтлин поставила револьвер на предохранитель.

Оттолкнувшись от колонны, она подняла обе руки, все еще сжимая оружие правой ладонью, и вышла из тени.

Улыбка, которая скользнула по гладко выбритому лицу Фергюсона, была коварной.

— Ну же, — сказал он радостным тоном, который не вязался со всем этим разрушением. — Присоединяйся к вечеринке.

В глазах Букера мелькнула душераздирающая боль, а потом он закрыл веки, готовясь.

Однако Кейтлин не жалела. Она бы никогда не оставила его позади.

Ровными шагами она подошла ближе, не сводя взгляда с мужчины, который держал под прицелом ее любимого.

Фергюсон присвистнул сквозь зубы.

— Ну, черт возьми, — сказал он. — Разве ты не хорошенькая юная штучка?

По коже Кейтлин пробежали мурашки, но она натянула выражение холодного безразличия.

Наклонившись поближе, Фергюсон притворно зашептал Букеру на ухо.

— Мало что изменилось, да, сержантик? Ты предпочитаешь таких же.

— Отпусти ее, — прорычал Букер. — Она не имеет к этому никакого отношения.

Фергюсон усмехнулся.

— О, вот как? — смерив ее взглядом, он спросил: — Дорогая, он волшебным образом вселился в твое тело и выстрелил из оружия вместо тебя? Он экстрасенсорно контролирует каждый твой шаг? Загипнотизировал тебя, чтобы ты ворвалась в федеральный лагерь беженцев и похитила наших подопечных.

Кейтлин фыркнула.

— Похитила, как же. Милота прям.

Ее тон привлек внимание Фергюсона.

— Тогда как ты это называешь?

— Предложить людям выбор.

Его смех был ледяным.

— Выбор. Выбор между чем и чем? Недоеданием, болезнями и гибелью от какого-то ходячего трупа?

Она сердито посмотрела на него.

— Все лучше, чем быть запертыми в тюремном лагере и разлученными с их семьями.

— Выживание лучших, — сказал ей Фергюсон. — У членов их семей не было гена. Это лишь вопрос времени, когда им пробьют билетик в один конец.

— Какое у тебя здоровое и осведомленное мнение, — сказала она бесстрастным тоном. — Должно быть, из тебя получился отличный лидер.

На мгновение ей показалось, что он рявкнет на нее, но потом он моргнул, и его губы изогнулись в жестокой улыбке.

— Вау, вы посмотрите, какая сучка с характером, — сказал он, усмехаясь.

— Как это оригинально — называть женщину сучкой. Ты научился таким сравнениям на уроках поэзии, или ты от природы такой одаренный?

Судя по взглядам, которые на нее бросал Букер, Кейтлин знала две вещи: он думал, что она из ума выжила, и она на правильном пути, чтобы получить то, что им нужно.

Момент, чтобы застать врасплох.

Свет отразился от дула пистолета Фергюсона, когда тот сделал шаг вперед.

— Чертовски острый язычок, — сказал он, улыбаясь. — Готов поспорить, наш мальчик Букер наслаждается этим каждую ночь.

Кейтлин буквально закатила глаза.

— Прошу прощения, это должно было смутить меня? Заставить меня почувствовать себя некомфортно или словесно оскорбленной? Ибо… надо сказать, ты даже не приблизился к уровню среднестатистического вторника в нью-йоркском метро.

Фергюсон смерил ее взглядом.

— Не могу понять, то ли ты в блаженном неведении, то ли настолько напугана, что вообще ничего не соображаешь.

— А надо? — Кейтлин скривила губы. — Я не вижу в этой комнате никого, кого стоило бы бояться.

— Наглое заявление в адрес мужчины, который держит под прицелом твоего бойфренда.

— Ну так пристрели нас, — сказала она настолько беспечно, насколько это было возможно в данных обстоятельствах. — Докажи, что ты самый крутой мужик, выстрелив в двух сдавшихся гражданских с почти пустыми магазинами.

Букер выпучил глаза, уставившись на нее.

«Что, во имя всего святого, бл*дь, ты творишь?»

Едва заметно склонив голову набок, она надеялась, что он поймет ее посыл.

Чем ближе Фергюсон подбирался к ней, тем легче будет Букеру застать его врасплох. Выхватить оружие.

— Гражданских, — Фергюсон усмехнулся. — Ты думаешь, что он — ни в чем не повинный мужчина, восставший против несправедливости? — он показал на Букера дулом пистолета. — Он рассказывал тебе о своей службе? О всех людях, которых он убил, потому что кто-то ему приказал?

Кейтлин оставалась невозмутимой.

С той первой секунды, когда она увидела Букера, она знала, что он убивал.

Очевидно, Фергюсон не понял того же самого о ней самой.

— Он говорил тебе, что он был в Атланте? — продолжал Фергюсон. — Он был там во время вспышки вируса. Я никогда в жизни не видел, чтобы взрослый мужик удирал с такой скоростью.

Поднятая правая рука Букера дрожала, пока Фергюсон продолжал насмехаться над ним.

— Обмочился в штаны в ту же секунду, когда нам сказали сдержать распространение вируса. Как будто мы не участвовали в вещах похуже за океаном. Как будто мы не предлагали нашим командирам кое-что похуже.

Кейтлин заскрежетала зубами.

— Но ты-то без проблем разобрался с ситуацией, да? — начала она. — Ты посмотрел на всех этих невинных людей и увидел кучу мишеней для тренировки в стрельбе.

Его холодное веселье лопнуло.

— Они представляли угрозу! — рявкнул он. — Тысячи возможных мест заражения. Десятки из них были укушены или поцарапаны и скрывали это, садясь на транспорт до лагерей Ковчега. Можешь себе представить такое? Подвергнуть такое количество людей риску, потому что ты боишься умереть?

— А что насчет тех людей, которые даже ничего не знали? Вообще ничего не подозревали о происходящем, пока их самолеты не начали сбивать?

Фергсюсон покачал головой.

— Все было не так. Если бы ты была там, ты бы видела…

— Я видела предостаточно, — перебила она. — Люди на моем рейсе были нормальными, здоровыми, ни в чем не повинными людьми, а ваши боссы решили, что лучше прикончить всех, чем дать нам шанс сбежать.

На мгновение ей показалось, что он продолжит со своим дерьмом в духе «ничего личного, это были приказы».

Но тут его взгляд сощурился, губы удивленно приоткрылись.

— Ты была… на одном из тех самолетов?

Кейтлин на мгновение утратила контроль, точно поскользнулась на льду, и не за что было ухватиться.

Взгляд в сторону Букера, и она снова обрела почву под ногами.

— Я ходячее чудо, — огрызнулась она. — А ты морпех-наемник, который не может поверить, что парочка отверженных его одолела.

В глазах Фергюсона сверкнула злость, когда он сделал еще один шаг в ее сторону.

— Хотя бы я остался. Хотя бы я взял себя в руки и отвез людей в безопасное место. Все те люди, которых вы якобы освободили? Они живы из-за меня.

Снова прижав дуло пистолета к правому уху Букера, Фергсюсон процедил:

— А ты таким похвастаться не можешь, да, сержантик?

Кадык Букера дернулся, когда он с трудом сглотнул.

— Ты прав. Я видел, что они… что мы делали, и я не мог с этим смириться. Я сбежал.

— Бросил свой пост, — сказал Фергюсон. — Бросил своих людей. Своих друзей.

— Мы все потеряли самих себя там, приятель, — хрипло сказал Букер. — В той пустыне мы не были людьми после того дерьма, что мы сделали. Когда мы вернулись, я даже не мог посмотреть на себя в зеркало. Вернувшись домой, я хотел большего, хотел чего-то лучшего…

— Думаешь, я подписывался на то, чтобы убивать детей в Атланте?

— Мог бы уйти, — просто сказал ему Букер. — Мог бы поставить свою душу превыше их страха, их жадности…

— Ты… — Фергюсон толкнул пистолетом голову Букера, впиваясь дулом в его кожу. — …не смей читать мне лекции о праведном поведении, когда ты сам бросил нас позади.

Внезапно Кейтлин уловила недостающий кусочек смертоносного пазла перед ними.

Фергюсон не ненавидел Букера. Он завидовал. И он был обижен — его друг и брат по оружию бросил его, пожалуй, в худший момент их жизней.

Он рассчитывал на Букера, равнялся на него, и будучи брошенным среди хаоса, Фергюсон обозлился.

Им представилась новая возможность.

— Тебе здесь нравится? — спросила Кейтлин, шагнув вперед. — Тебе действительно нравится вышвыривать людей из вашего лагеря, чтоб они сами заботились о себе? Нравится тестировать крайне непредсказуемые лекарства на детях? Нравится быть всего лишь мужланом в униформе с пушкой и пистолетом?

Фергюсон уставился на нее так, будто она заговорила на латыни.

— Что?

Она подвинулась ближе.

— Ты действительно хочешь такой жизни? Быть головорезом какого-то придурочного политика? Или ты делаешь это потому, что думаешь, будто теперь у тебя нет другого выбора?

Он усмехнулся ей.

— Как ты и сказала, я всего лишь морпех-наемник.

Кейтлин покачала головой.

— Необязательно должно быть так. Если ты сам того не хочешь.

Она видела, что он впервые обдумывает ее слова.

— Мне уже ничего не остается, — сказал Фергюсон. — После всего…

— Мы все так думали, — сказала она ему. — Но мы выбираем другой путь. Да, наступил конец света, но это не означает, что мы должны поставить крест на себе.

Фергюсон сдвинулся, и дуло его пистолета чуточку отдалилось от головы Букера.

Это случилось на долю секунды, но этого оказалось достаточно.

Кейтлин только открыла рот, чтобы снова заговорить, дальше отстаивать душу Фергюсона, но тут Букер отпрянул назад и врезал ему локтем по челюсти.

Лишившись равновесия, Фергюсон отлетел на близлежащую каталку и опрокинул ее.

— Кей, беги! — рявкнул Букер.

Но она не могла.

Он прыгнул на Фергюсона, топнул по его запястью, пока тот не отпустил оружие. Букер отбросил его пинком.

Два мужчины ревели и боролись, кулаки ударяли по жизненно важным органам и костям. Тошнотворные звуки ударов черепа по металлу или кафельной плитке пола перемежались ругательствами и воплями.

Давя коленом на ребра Фергюсона, Букер снова замахнулся, сломав мужчине нос.

Схватив его за перед униформы, Букер рывком поднял его и впечатал в один из столов поблизости.

— Джек! — закричала она, увидев, как его окровавленные ладони обхватили голову Фергюсона.

Она не осознавала, что позвонки ломаются с тем же звуком, с каким лед хрустит на твоих зубах.

Обмякнув, шея Фергюсона словно сложилась пополам, потому что сломанные кости не могли удержать слишком тяжелый вес его головы.

Букер отпустил его, позволив безжизненному телу грохнуться на пол.

Его грудь тяжело вздымалась, когда он посмотрел на нее остекленевшими глазами.

— Ты в норме? — спросил он, и его голос едва напоминал человеческий тон.

Кейтлин кивнула.

— Я в порядке, Джек.

Сделав несколько шагов вперед, она потянулась к нему.

— Давай, нам пора уходить.

Его рука была скользкой от крови, когда она сжала ее своей ладонью.

Они вместе бросились к двойным стеклянным дверям.

* * *

Небо из чернильно-черного сделалось насыщенно-лавандовым, объявляя о наступлении рассвета.

Сердце Кейтлин подскочило к горлу, пока они бежали.

Где все?

Таща ее за руку, Букер направил ее вокруг другого здания, чтобы избежать путей патрулирования оставшихся охранников.

— Букер, где автобус?

Она услышала дизельный двигатель и шипение гидравлики, удалявшееся прочь.

«Погодите…»

— Нет, нет, нет, — пробормотала она, ускоряясь. — Они уезжают.

— Время вышло, — сказал Букер, стараясь не отставать. — Должно быть, они…

— Кейтлин! — закричала Николь, высунувшись из задней двери другого автобуса, проезжавшего мимо. — Букер, ну же!

У нее не было времени задаваться вопросом, почему теперь у них имелось два автобуса.

Только не тогда, когда третий двигатель — звук, который она привыкла ассоциировать только с разрушением — с ревом приближался к ним.

Хаммер.

Отряд головорезов гнался за ними.

Схватив Букера за предплечье, Кейтлин впилась в его кожу ногтями и изо всех сил потащила за собой.

Они могли успеть. Они могли добраться до автобуса.

Надо просто бежать.

Автоматные выстрелы застрекотали, отскакивая от угла ближайшего кирпичного здания, и Кейтлин старалась не закричать.

— Беги, Кей, — крикнул Букер, оборачиваясь, чтобы пару раз выстрелить по шинам.

Это не особенно замедлило хаммер.

— Ребята, быстрее! — завопила Николь, высовываясь опасно далеко и протягивая им руку, чтобы они могли ухватиться.

Так близко.

Так близко и в то же время так далеко.

— Беги, Кей, давай! — сказал ей Букер, чуть ли не толкая ее к автобусу.

Она понимала, что он делает, и с ней такой фокус не пройдет.

— Да мать твою налево, Джек! — рявкнула она, потянувшись назад и снова схватив его за руку.

На сей раз она готова была поклясться, что ее ногти оцарапали его до крови, пока она заставляла его не отставать.

Она не собиралась позволять, чтобы он пожертвовал собой в какой-то дерьмовой попытке замедлить команду асассинов.

«Вместе или никак».

Еще один залп автоматных выстрелов просвистел над их головами, рикошетя от бампера.

Николь пригнулась, но не уходила.

— Кейтлин, прыгай! — завопила она. — Прыгай!

С силой, о наличии которой у себя она и не догадывалась, Кейтлин рванула Букера вперед, частично швырнув его к открытой задней дверце автобуса.

Люди в хаммере снова стали стрелять по ним, и обжигающая боль пронзила ее левую руку.

Пока Николь затаскивала Букера, Кейтлин постаралась ухватиться за что-нибудь — за дверную ручку — и прыгнула.

Ее ноги едва оторвались от земли, когда дверца мотнулась, ударившись о металлическую обшивку, и отскочила обратно. Кейтлин держалась изо всех сил, и ее левую руку прострелило агонией от натуги.

Затем что-то схватило ее за талию, оторвав от дверной ручки.

Она заорала было, но потом поняла, что ее затаскивают внутрь автобуса, который спешно несся по травянистой сельской местности.

Зубы Кейтлин клацнули друг о друга, когда она бухнулась на спину и вскрикнула. Кто-то или что-то частично лежало на ней, придавливая к полу.

— Мать твою, Мидоуз! — эта тяжелая масса сдвинулась. — Что, во имя милосердного Христа, ты там вытворяла?!

Она выдохнула, рассмеявшись. Букер.

— Спасала твою задницу, — сказала она, все еще улыбаясь, и села. — Можешь не благодарить.

Кто-то смутно знакомый обошел их и поспешил к задней части автобуса.

— Поезжай ровно! — крикнула Донна, целясь в хаммер из пистолета.

Кейтлин моргнула.

Не из простого пистолета. Из сигнальной ракетницы.

Когда автобус набрал скорость, Донна нацелила дуло пистолета, стрелявшего аварийно-сигнальными ракетами, на ветровое стекло хаммера и нажала на курок.

За пронзительным свистом последовал хлопок, а мгновение спустя окна автобуса задрожали от взрыва.

— Вот и катитесь в преисподнюю! — выкрикнула Донна, с грохотом захлопнув дверь.

Боль привлекла в себе внимание Кейтлин, и она посмотрела на свой окровавленный левый бицепс.

— Дерьмо, — прошипела она, аккуратно задирая рукав позаимствованной клетчатой рубашки, чтобы осмотреть пулевое ранение.

Грубые руки схватили ее за талию, притянув к его боку.

— Иисусе, Кей, — выдохнул Букер, снимая рубашку с ее плеча и ниже по руке.

Вздрагивая, она помогла стянуть с себя рукав.

— Я в порядке, — сказала она ему, глядя на красную зияющую рану.

Его пальцы дрожали, когда он прикоснулся к плоти ее руки.

— Н-Николь? — позвал Букер через плечо. — В этой штуке есть аптечка?

Сказав, что поищет, Николь побежала вперед.

Букер бормотал себе под нос ругательства и вялые укоры в ее адрес, останавливая кровотечение своей рубашкой.

— …могла ведь и погибнуть, птичка певчая. Ну серьезно, Иисусе, чем ты думала… Это ты должна была первой залезть в автобус, а не… Бл*дь, ты же могла…

— Джек, — прошептала Кейтлин, прерывая его паническое бормотание. — Я в порядке.

Букер молниеносно быстро накрыл ее затылок ладонью и привлек к себе, целуя так, что она прочувствовала это до мозга костей.

— Больше никогда не пугай меня так, — пробормотал он ей в губы.

Кейтлин улыбнулась, снова целуя его.

— Ничего не обещаю.

Вернувшись с пожелтевшей аптечкой, Николь начала доставать пригодные для использования бинты и пластырь.

Когда ее рука была уже наполовину забинтована, Букер усмехнулся.

— Среднестатистический вторник в нью-йоркском метро, — он улыбнулся ей. — Отлично сказано, блин.

Глава 2

Три дня спустя

— Ты зачем это подняла?

Кейтлин вытерла лоб тыльной стороной ладони и обернулась через плечо.

— Я в порядке, Донна, — сказала она, улыбаясь. — Уже не так болит.

Поспешив забрать у нее нагруженную пластмассовую корзину для белья, Донна цокнула языком.

— Твои швы все еще свежие, — сказала она. — Нечего нагружать себя.

Посмотрев прищуренным взглядом на лагерь вокруг них, бурливший жизнью, Кейтлин склонила голову набок.

— У нас тут режим «свистать всех наверх», а у меня по-прежнему есть одна здоровая рука.

Решение двинуться в путь было принято в тот день, когда они вернулись из лагеря Ковчега в Айове, но после того, как за одну ночь их численность увеличилась почти вдвое, и людям надо было освоиться, они дали себе пару дней, чтобы снова встать на ноги.

А потом была замечена первая толпа фриков.

В сравнении с тем огромным стадом она была маленькой, но это ничего не значило, когда эти гнилые руки и почерневшие рты нацелились прямиком на них.

Им повезло.

Но Кейтлин перестала полагаться на удачу.

Следующим утром Отверженные окончательно соберут вещи и тронутся в путь.

Донна мягко похлопала Кейтлин по плечу, возвращая в реальность.

— Я не знаю, что ты видела, — начала она. — Но твоя группа обзавелась немалым количеством способных и готовых к работе рук. Никто не будет винить тебя за то, что ты побережешься. Особенно после того, как…

Она сглотнула и улыбнулась ей.

— Ты так много сделала для нас. Позволь нам помочь тебе.

Кейтлин не до конца понимала нотки преклонения в словах всех, когда они говорили с ней. Люди обращались с ней как со спасительницей, но если честно, она лежала ночами без сна и беспокоилась, не обрекла ли она их на жизнь, полную борьбы и разбитых сердец.

Свобода имела свою цену.

Вытерев руки о подол футболки, она кивнула.

— Ладно, — сказала она. — Но против моей воли.

Донна выглядела до невозможности довольной.

— Эй, ты видела поблизости Букера?

Прислонив корзину к своему бедру, Донна сказала:

— Когда я видела его в последний раз, он помогал парням выкапывать колья по периметру, чтобы забрать их с нами.

— Супер, спасибо.

Сжав локоть Донны напоследок, Кейтлин пошла через луг к рощице деревьев, идя на звук бряцающих инструментов и мужского кряхтения.

Макс не шутил про их методы сдерживания фриков.

Колючая проволока и жестяные банки были первым уровнем — и оборона, и тревога. Далее следовали растяжки — тонкая веревка, которую нормальный человек спокойно увидит и перешагнет, но фрик, шаркающий в зарослях, этого не заметит. Споткнувшись о такую растяжку, он упадет на ряды заостренных деревянных и металлических кольев, которые пронзят тварь и дадут время патрульным, чтобы разделаться с ним.

А если и это не сработает… Ну, именно поэтому все носили при себе предпочитаемое оружие и по очереди патрулировали территорию.

— Привет, Кейтлин.

— День добрый, мисс Мидоуз.

— Как дела, Кейтлин?

Едва знакомые мужчины один за другим прекращали свою работу, улыбались и приветствовали ее, кивая, когда она проходила мимо.

Она отвечала каждому из них, надеясь, что ответы получались не такими натянутыми и неловкими, как ей казалось.

В нескольких метрах перед собой она увидела Букера, который копал у основания металлического прута, и напряжение в ее нутре ослабло.

Свистнув, чтобы сообщить о своем приближении, она улыбнулась, когда он отложил свою работу и посмотрел на нее.

— Мне всегда нравились мужчины, которые умеют работать руками, — сказала она, сунув руки в карманы и прислонившись здоровым плечом к стволу ближайшего дерева.

Букер усмехнулся.

— Видела бы ты, что я могу сделать за пару дней, если под боком имеется хозяйственный магазин.

— Любишь мастерить по выходным, да?

— Еще как. Моя кухня после ремонта была лучшей на районе.

Кейтлин любовалась мышцами, которые перекатывались под его промокшей от пота серой футболкой, когда Букер снова занялся холмиком земли, который он раскапывал.

Его шея сзади порозовела от солнечного ожога и запачкалась пылью, как и обнаженные руки. Рубашка, надетая поверх футболки, почти полностью скрывала татуировку льва, и только самый ее край выглядывал из-под рукава, закатанного на бицепсе.

Но если честно, ее по-настоящему очаровывали мягкие волны его шоколадно-каштановых волос и забавная впадинка на раковине его правого уха. Те вещи, которые она видела каждое утро, просыпаясь.

— Опять пялишься на меня? — его улыбка была очевидной, хоть он и стоял спиной к ней.

— Может быть, — призналась она. — Просто наслаждаюсь своей наградой.

Обернувшись к ней, он приподнял бровь.

— Наградой? За что?

«За то, что выжила».

«За то, что отказалась сдаваться».

«За то, что так упорно сражалась».

— За то, что я позволила Донне взять на себя мои обязанности по упаковке вещей, — сказала она. — Мне понадобилась вся моя сила, чтобы не потащить две сумки вверх по холму, просто чтобы доказать ей, что я в порядке.

Букер усмехнулся.

— Вечно пытаешься что-то доказать, да, Мидоуз?

— Я получила пулю в руку, а не в селезенку. Я все равно могу помочь.

— Она просто показывает свою признательность, вот и все, — ответил он, отряхивая пыль с рук. — Ты помогла многим снова найти их семьи.

— Мы, — поправила она. — Мы им помогли.

Тихонько хмыкнув, Букер опустил взгляд и оценил место, где заостренный прут торчал из земли.

Она не подталкивала его поговорить о случившемся в лагере. Не заставляла признавать ту ненависть к самому себе, которая пропитывала каждый уголок его души.

С тех пор, как они вернулись, Кейтлин каждое утро просыпалась от кошмаров, только на сей раз это были не ее кошмары.

Тыкать пальцем в открытую рану казалось попросту жестоким.

Отойдя от дерева, она обошла прут и Букера, пока не очутилась лицом к нему.

— К слову говоря, можно я как-нибудь помогу здесь? — она кивнула на ряд из десяти прутьев и кольев, которые ему еще предстояло вытащить. — Раз уж меня прогнали и не дают собирать вещи, я могу хотя бы заняться выкапыванием.

Букер глянул на нее.

— Нее, я сам справлюсь, милая.

Скрестив руки на груди и игнорируя тянущее ощущение в шве на ране, она открыла рот, чтобы поспорить, но Букер ее перебил.

— Но ты можешь составить мне компанию, пока я работаю. Если хочешь.

Ему не нужно было говорить это вслух. Она легко читала это на его лице.

«Останься».

«Не хочу быть наедине с этими мыслями».

«Ты нужна мне».

Кейтлин плюхнулась на мягкую травку, скрестив ноги и улыбнувшись.

— Почему бы и нет, — сказала она. — Мне все равно больше нечем заняться.

Оклахома

Если Кейтлин думала, что равнины Миссури были бескрайними, то широта фермерских земель Оклахомы лишила ее дара речи.

В утро, когда они приехали, она не могла перестать поворачиваться по кругу и смотреть на линию горизонта вокруг нее.

Земля, небо и ни единого фрика в поле видимости.

Это давало мало прикрытия, но если честно, они не видели ничего и никого, от чего им надо было бы укрываться.

Образовав полукруг из автомобилей, они разбили свой лагерь так же, как на лугу, только теперь людей было вдвое больше, работа спорилась, и уже скоро поле высохшей пшеницы превратилось в оживленный дом.

Кейтлин сомневалась, что она когда-нибудь привыкнет к гомону.

Люди ходили туда-сюда, говорили, смеялись, ели… Все говорило об общности и безопасности.

Она хотела впитать это все. Посмотреть каждому в лицо, выучить мельчайшие детали и запомнить все, чем они готовы поделиться.

Но она едва могла заставить себя сесть в самой большой группе за ужином.

Фэнси, Максова любимая помесь овчарки с чем-то еще, подбежала с палкой в пасти, и Кейтлин улыбнулась.

— Тоже не очень-то любишь общаться, да?

Но голос принадлежал Максу.

Повернувшись, она посмотрела вверх, щурясь от лучей садящегося солнца.

— О, прости, — сказал мужчина, шагнув вперед и протянув руку. — Я Сет. Не думаю, что мы как следует представлялись друг другу.

— Кейтлин, — ответила она ему. — Прости, сложновато всех запомнить.

Он отмахнулся.

— Не парься по этому поводу.

Она попыталась вспомнить, был ли он с Отверженными до побега из Ковчега или нет, но ничто в его абсолютно черных волосах или зелено-карих глазах не вызывало никаких воспоминаний.

— Ты не против, если я… — он умолк, показывая на место на земле возле нее.

— О, конечно, — отозвалась она, немножко подвинувшись.

Когда он устроился, согнув колени и обхватив их руками, и сжал одной рукой свое запястье, он посмотрел на скопление людей вокруг костра в центре лагеря.

— Большие группы пугают тебя так же, как меня? — спросил Сет.

Бросив на него косой взгляд, Кейтлин пожала плечами.

— Типа того. Наверное, я вечно жду какого-то подвоха.

Она ожидала вопроса о том, что она имеет в виду, но он лишь хмыкнул в знак согласия.

— То есть, ты тоже потеряла многих, да?

Она кивнула.

— Да. А других пришлось оставить.

— Семья?

— Нет, но… — она посмотрела на детей возле палатки, игравших в вымышленную игру с камнями и палочками. — Они много для меня значили.

Сет опустил голову.

— Я потерял свою сестру до того, как мы попали в Ковчег.

То есть, раньше он не был с Отверженными. Как минимум, она убедилась, что ее память еще на что-то годится.

— Мне жаль, — пробормотала Кейтлин. — Это ужасно.

— Мое мрачное утешение сводится к тому, что это случилось быстро, — сказал он. — Но от этого я не стал меньше скучать по ней.

Приблизились знакомые тяжелые шаги, и в нутро Кейтлин вернулась легкость.

— Вот что я тебе скажу, эта земля суше, чем язык трупа, — заявил Букер, стирая тряпкой пыль с рук. — Адское, наверное, было лето.

Заметив Сета, он кивнул в знак приветствия, после чего присел на корточки рядом с Кейтлин.

— Сет, это Букер, — сказала она, не будучи уверенной, что мужчины уже познакомились.

— Очень приятно, — ответил Букер, все еще выковыривая грязь из-под ногтей.

— Мы встречались, — сказал Сет с кривой улыбкой. — Очень мельком, в лагере Ковчега.

Букер издал гортанный звук и кивнул.

— Что ж, тогда рад повторной встрече.

— Взаимно.

Заметив, что кое-кого не хватает, Кейтлин глянула поверх плеча Букера.

— Где Николь?

— Помогает Скотту затащить кое-какое оборудование в их палатку. Она сказала, что они скоро придут за своим пайком.

Кейтлин до сих пор поражалась, что они нашли Скотта. Он был живым и невредимым, и Николь вернула своего мужа.

— У вас своя палатка, ребята? — спросил Сет.

Букер усмехнулся.

— Если «своя» — это делить палатку на двоих с четырьмя людьми, то да, своя.

— Хм. Да, такая ночевка мне не по вкусу, — сказал Сет. — Я знаю, что некоторые люди предпочитают спать в автобусах. Напоминает мне универские поездки по стране.

— Когда я была сама по себе, я спала на деревьях и на крышах сломанных фур, — сказала Кейтлин, пожав плечами. — Все остальные варианты — легкая нажива.

Сет моргнул.

— Наверху? Не внутри?

— Не хотела чувствовать себя в ловушке, — просто ответила она.

— А потом один день со мной, и вот ты уже забурилась в садовый сарай как опоссум, — добавил Букер, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в висок.

Это было мельком, буквально на долю секунды, но на лице Сета промелькнуло нечто горькое и уродливое.

Моргнув, Кейтлин даже решила, что ей показалось. Злобный взгляд вовсе не вписывался в его учтивое поведение.

А когда она вновь открыла глаза, Сет снова лишь улыбался.

— Похоже, прямо-таки одно улучшение за другим, — сказал он. — И к слову об опоссумах… я гадаю, а не его ли мясо в сегодняшнем рагу.

— Пахнет кроликом, как по мне, — сказал Букер. — Но могу ошибаться.

Кейтлин не стала бы ставить на то, что Букер ошибается с распознаванием мяса дичи.

Поднявшись на ноги, Сет сказал:

— Кажется, я достаточно голоден, чтобы выяснить.

Когда он помахал им, Кейтлин сощурилась, провожая взглядом уходившего Сета.

— Эй, — пробормотал Букер, легонько пихнув ее. — Он тебя беспокоит?

— А?

— Ты на мгновение застыла, — сказал он. — Не знаю, то ли он сказал что-то, то ли…

Кейтлин покачала головой.

— Нет, нет, просто… — она сделала глубокий вдох. — Ничего.

Чтобы отвлечь себя от неопределенности, она наклонилась и прильнула к Букеру в настоящему поцелуе.

Проведя кончиком носа по ее щеке, Букер улыбнулся.

— Проголодалась?

— Угу.

Он усмехнулся, и она ощутила это в своей груди.

— Я имел в виду ужин, — прошептал он, целуя ее в уголок губ.

— И это тоже.

Напоследок чмокнув ее в губы, Букер отстранился и встал.

— Я принесу еду. А ты пока не отвлекайся от этой мысли.

Подперев подбородок ладонью, она широко улыбнулась.

Это не будет проблемой.

* * *

Кейтлин почувствовала, как он дрожит в темноте.

Моргнув, она попыталась сориентироваться. Было от силы четыре часа утра.

Мощная рука, крепко обнимавшая ее за талию, дернулась, кулак сжался, стискивая что-то невидимое.

Позади нее Букер уткнулся лбом в изгиб ее шеи и заскулил.

Сделав глубокий вдох, она медленно повернулась в его объятиях, чтобы оказаться к нему лицом.

Она уже привыкала к этой закономерности.

— Джек, — прошептала она, накрыв ладонью его щетинистый подбородок. — Джек, проснись.

Даже в тусклом свете она видела глубокие морщины, избороздившие его лоб, нахмуренные брови и стиснутые челюсти.

Ласково гладя его по лицу, она пыталась разбудить его.

— Джек, проснись, — повторяла она. — Все хорошо. Ты в безопасности.

— Под обстрелом… Не могу добраться… — едва различимо бормотал он сквозь стиснутые зубы.

Высвободив одну руку, чтобы погладить по плечу, Кейтлин продолжала говорить с ним.

— Ты больше не там, Джек. Ты вернулся домой, — она наклонилась поближе, бормоча ему на ухо. — Ты в безопасности. Ты здесь, со мной. Проснись, Букер.

Он дернулся во сне и крепче сжал ее. Ее ребра заныли под давлением, но она не отступала.

— Джек, мне нужно, чтобы ты проснулся, — сказала она, продолжая обнимать его. — Все хорошо. Ты не там, ты…

Резко втянув воздух, Букер распахнул глаза.

— Где… где я? Что…

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш, все хорошо, — заверила она его, нежно гладя ладонью по груди. — Тебе приснился плохой сон. Все хорошо, ты в безопасности.

Ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя, и еще больше времени, чтобы напряжение покинуло его тело. Его взгляд метался по палатке, пытаясь осмыслить, что происходит и что это было.

— Иисусе, — выдохнул Букер, начав откатываться от нее.

Кейтлин не отпустила его далеко.

Рисуя на его груди успокаивающие круги ладонью, она прильнула к его боку.

— Что я говорил?

Она прикусила нижнюю губу, сомневаясь, что он хотел бы услышать напоминание.

— Большую часть я не могла разобрать, — сказала она наконец. — Но тебе явно было несладко, это я поняла.

Издав гортанный звук, Букер провел ладонью по лицу.

Как раз когда она собиралась спросить, не хочет ли он поговорить об этом, Букер отстранился от нее и сел.

— Пойду прогуляюсь, — пробормотал он. — Помогу патрульным.

— Джек…

Наклонившись, он поцеловал ее, но поцелуй ощущался формальным.

— Я в порядке, птичка певчая, — сказал он. — Засыпай обратно.

Надев ботинки, Букер схватил рубашку и ремень и поспешил выйти из палатки.

Кейтлин растянулась на их спальном мешке, глядя на синий нейлон над ее головой.

Он соврал.

Букер абсолютно не в порядке.

Глава 3

Какая же роскошь — выбирать утром одежду, имея в наличии более трех вариантов.

Кейтлин привыкла к своим двум джинсам и двум футболкам, пока была сама по себе. Пополнение гардероба, пока они обшаривали Миссисипи и Арканзас, было приятной радостью, особенно когда она находила джинсовые и хаки шорты своего размера. Так переносить влажное лето становилось чуточку проще.

Теперь у нее имелся запас одежды на две недели, плюс несколько толстовок на молнии, а также более плотная куртка с отделкой из искусственной овчины на осень и раннюю зиму.

И конечно же, зеленая клетчатая рубашка, которую она позаимствовала у Букера, да так и не вернула.

Она решила не накладывать швы на пулевое ранение, сохранив его как напоминание не терять бдительности.

Плюс, как сказала Николь, это делало её похожей на Сару Коннор из «Терминатора», разве не замечательно?

Склонившись над своей сумкой, Кейтлин продолжала перебирать одежду, пытаясь решить, что лучше подойдет для прохладного утра, которое превратится в жаркий полдень.

Полог палатки позади нее сместился и расстегнулся, но она не волновалась.

Это либо Николь, либо Букер, и они оба видели её даже без лифчика и джинсов, в которых она была сейчас, так что скромность была её наименьшей заботой.

Скотт взял привычку говорить «тук-тук» перед входом в их общее жилое пространство, поскольку все ещё привыкал к их компании.

— Вау, какое доброе для меня утро, — сказал Букер, входя в палатку с широкой улыбкой.

Кейтлин усмехнулась.

— Ты опоздал. Три минуты назад я была в одном белье.

— Не обижай меня так, Мидоуз.

Решив, что черная майка и легкая джинсовая рубашка на кнопках хорошо подойдут для этого дня, она повернулась к нему лицом.

— Ты уже позавтракал?

Букер покачал головой.

— Неа, не очень голоден, — сказал он, наклоняясь, чтобы поцеловать её.

Его губы хранили привкус перечной мяты и растворимого кофе.

Она собиралась предложить, чтобы он все-таки перекусил чем-то, но тут Букер сделал полшага назад, уставившись на её бок.

— Какого черта ты с собой сотворила?

Нахмурившись, Кейтлин посмотрела вниз.

— А?

На её ребрах виднелся пятнистый пурпурный синяк шириной с…

Руку.

Руку Букера.

Она моргнула.

— Эм… О, наверное, я налетела на что-то вчера, пока мы разбивали лагерь.

— Обо что ты ударилась?

Чуточку отодвинувшись, она натянула майку через голову.

— Точно не знаю, — сказала она. — Наверное, о край двери автобуса.

Букер застыл, наблюдая, как она спешно одевается.

— Его не было, когда мы ложились спать… — его взгляд метнулся от её бока к лицу, выражение сделалось мрачным. — Кей?

Ее дыхание застряло в горле.

— Это сделал я. Во сне… Прошлой ночью… — его голос надломился. — Это из-за меня.

Просунув руки в рукава, она бросилась вперед.

— Нельзя сказать, что ты сделал это намеренно, — выпалила она. — Это был несчастный случай, Букер.

Он покачал головой, кривя губы.

— Джек, — продолжала она. — Тебе приснился кошмар. Ты не можешь винить себя за…

— Я даже не помню, как схватил тебя, — сказал он, и его глаза потемнели. — Что ещё я сделал?

— Ничего, честное слово, — ответила она. — Ты спал. Просто ты слишком крепко обнял меня, вот и все.

Букер с трудом сглотнул, не в силах посмотреть ей в глаза.

— Это не выглядит как простое объятие.

Улыбнувшись, она попыталась развеять тяжелую атмосферу.

— Ну, ты у нас не тростиночка.

Не сработало.

— Букер, я в порядке. Честное слово, — она потянулась к нему, но он попятился прочь.

— Пойду поищу что-нибудь перекусить, — сказал он, уже уходя из палатки. — Возьми себе кофе, если хочешь.

Ей не представилось возможности ответить, так как он позволил пологу палатки опуститься между ними, фактически хлопнув дверью.

* * *

Кейтлин едва выбралась из палатки и тут же столкнулась с кем-то высоким и крепким.

— Уф, Боже, извини… — выпалила она, схватившись за руку мужчины.

Подняв взгляд, она моргнула.

Натаниэль придержал её за локоть, помогая не упасть.

— О, привет, доброе утро, — сказал он.

Глаза Кейтлин защипало, когда она посмотрела на него.

— Доброе, Нейт.

— С каких пор ты называешь меня Нейтом?

Его веселый тон показался бы милым, если бы ей не было так ужасно неловко в его присутствии.

— Думаю, я просто переняла эту привычку от всех остальных, — призналась она. — Похоже, половина лагеря называет тебя именно так.

— Ага, это как-то само собой получилось. Даже не знаю, как, — он усмехнулся, почесав шею сзади.

Молчание затянулось, и они оба переступали с ноги на ногу, не зная, что ещё сказать.

Натаниэль посмотрел на небольшую группу людей, набиравших себе еду, и отошел на шаг.

— Ну, наверное, я…

— Натаниэль, мы можем поговорить? — спросила она, теребя нижнюю пуговку на джинсовой рубашке.

Он на мгновение раскрыл рот, потом кивнул.

— Эм, конечно. Да.

Отойдя на несколько метров от любопытных ушей, Кейтлин нашла место возле одного из хэтчбеков Отверженных и начала было прислоняться к нему, но потом снова выпрямилась.

Она не знала, куда девать руки.

— Я, эм… — она сглотнула. — Мне кажется, я должна извиниться перед тобой.

Натаниэль нахмурился.

— Вот как?

— Да, — она кивнула. — Я… ну то есть, это было… — она сделала вдох и попыталась снова. — Наступил чертов конец света.

Его удивленный смешок развеял напряжение.

— Я так много думала о тебе, когда оказалась потерянной в Атланте, — продолжала она. — Я хотела, чтобы ты был в безопасности. Я надеялась, что ты в порядке. Я… — она закусила губу изнутри. — Я также думала о том, какими были наши отношения до того, как мир развалился на куски. Ты так хорошо со мной обращался. Был таким милым и внимательным. И…

— Я не был тем самым, — закончил он за нее. — Я знаю. Все хорошо. Мне… Мне очень этого хотелось. Но это невозможно навязать силой.

— Я бы никогда в жизни не подумала, что скажу такое, но когда встречаешь своего человека, сразу это понимаешь, — произнесла она. — Наверное, мне понадобилась катастрофа, чтобы понять это.

Натаниэль кивнул, уставившись на участок сухой травы.

— Я не хотела, чтобы ты думал, будто я просто забыла тебя или ухватилась за первую же возможность найти тебе замену, — сказала Кейтлин. — А потом я заявилась в твой лагерь, спустя столько времени, с Букером… Должно быть, это ощущалось ужасно.

Он склонил голову набок, и его улыбка была самую чуточку тоскливой.

— Определенно не лучшее чувство в моей жизни.

Кейтлин вздрогнула.

— Я никогда не хотела причинить тебе такую боль. Ты заслуживаешь лучшего. Мне очень жаль, Натаниэль.

— Мне тоже жаль, — сказал он. — Мне не стоило быть таким пассивно-агрессивным засранцем.

Она улыбнулась.

— Это было слегка грубо. Но можно понять, учитывая обстоятельства.

Показав за свое плечо, Натаниэль добавил:

— И Букер действительно кажется хорошим парнем. У него доброе сердце.

— Так и есть, — она потянулась к серебряной подвеске птички и легонько потянула за цепочку.

— Однако его акцент меня все ещё сбивает с толку, — слегка поддразнил он.

Кейтлин рассмеялась.

— Ты привыкнешь.

Спустя мгновение куда более комфортного молчания она потянулась к его руке и легонько стукнула кулаком.

— Так что… друзья?

Натаниэль кивнул, зеркально повторяя её движение.

— Друзья.

— Слава Богу. Пережить апокалипсис — это ладно, но вот вечно жить в одном лагере с бывшим…

Втянув воздух сквозь зубы, он драматично поежился.

— Жуть.

— Жуть в десятой степени.

Они с улыбками вернулись к группе, и все, кто был знаком с их ситуацией, с любопытством вскидывал брови.

Однако Николь и Скотт, похоже, испытали облегчение.

— То есть, вы двое… — прошептала Николь, наклонившись к ней.

— У нас все хорошо, — сказала Кейтлин. — Даже лучше. Мы… — она тихонько усмехнулась. — Мы расстались во время зомби-апокалипсиса. Едва ли в «Космополитене» есть статья с советами на такой случай.

Отпив воды, Скотт осмотрелся по сторонам.

— Да, не говоря уж о том, что здесь никуда не спрячешься друг от друга.

— Вот именно.

Кейтлин посмотрела на группу людей, которые накладывали себе консервированную фасоль и сосиски, и нахмурилась.

— Эй, вы видели Букера?

Скотт покачал головой.

— Нет, я все утро его не видел.

Беспокойство скрутило её внутренности тугим узлом.

— Он сказал, что пойдет за завтраком…

Она повернулась, гадая, может, он где-то позади нее.

Нигде не видно.

— Наверное, он отошел куда-нибудь, чтобы облегчиться, — сказала Николь, но её тон был не слишком убедительным.

Даже она ненавидела быть слишком далеко от них.

— Пойду поищу, — сказала Кейтлин. — Скоро вернусь.

Плутая между палатками, она искала признаки того, что Букер покинул лагерь. Отпечатки ботинок в грязи, движение вдалеке, признаки того, что внутри джипа кто-то есть… что угодно.

И все же она ничего не нашла.

— Мать твою, Джек, — пробормотала она, обходя палатки и автомобили с другой стороны.

Заглянув в одну из крупных палаток, которую отвели детям, она уже собиралась позвать его, но тут её внимание привлекла тень.

Там, присев у колеса одного из автобусов, находился Букер, прижавшийся спиной к металлу.

— Господи Иисусе, Букер, — воскликнула она, зашагав к нему. — Ты хоть знаешь, сколько я тебя искала? Я весь лагерь обошла, пытаясь найти…

Приблизившись, она заметила, что его руки заметно дрожат.

Он свесил голову так, что подбородок почти соприкасался с грудью, и силился дышать.

— Джек? Джек, что случилось? — она спешно опустилась на колени перед ней.

Он не смотрел на нее, только на землю между своими ботинками.

— Просто… Жду, когда… пройдет.

Кейтлин нахмурилась, потянувшись к его запястьям.

— Когда что пройдет?

— Несколько лет не было… Наверное, это из-за… — он сглотнул так, будто в горле пересохло.

Наконец, все сложилось в цельную картину.

— Джек, у тебя паническая атака?

Легкий кивок головы — это все, что он сумел дать в ответ.

— Хорошо, хорошо, эм… — она отпустила его, не будучи уверенной, поможет ли ему физический контакт или навредит. — Что тебе нужно?

— Время, — признался он. — Просто надо…

Кейтлин кивнула.

— Переждать. Хорошо.

Мгновение спустя она подвинулась чуть ближе.

— Хочешь, я тебя отвлеку?

Силой втягивая воздух в легкие, он подумал об этом.

— Д-да, — пробормотал он. — Было бы…

— Могу я тебя потрогать? — она сморщила нос от неудачно выбранной формулировки. — То есть, взять за руку или…

— Да.

«Пожалуйста».

Нежно переплетя их пальцы, она посмотрела на безоблачное небо над ними и на мгновение задумалась.

— Я рассказывала тебе про тот случай, когда я пролила кофе на сумочку Луи Виттон, которая принадлежала жене нашего гендиректора?

Букер пробормотал «нет», и она с удовольствием погрузилась в истории.

Каким бы позором это ни было для нее, тогда ещё нового сотрудника, ничто не могло тягаться с драмой, которая последовала потом.

— Так вот, пока она вытирает себя салфетками, её муж вываливает содержимое её сумочки на стол для совещаний, говоря, что хочет убедиться, что её новый айфон не пострадал, — сказала Кейтлин, уже широко улыбаясь от этого воспоминания. — И оттуда сыплются презервативы. Десятки и десятки презервативов.

Букер поднял взгляд — первый признак того, что он приходил в себя — и выгнул бровь.

— И всех возможных видов, — продолжала она. — Неоновые, с ароматами, всех брендов и текстур, о которых только можно мечтать, и все они лежат кучкой поверх квартальных отчетов и предложений. И сначала все такие «черт возьми, они все ещё развлекаются после стольких лет брака? Какие молодцы». Но потом…

— Ой-ей… — пробормотал Букер, и на его лице промелькнула усмешка.

— Наш директор поднимает горсть презервативов, трясет кулаком перед лицом жены и выдает «Зачем, черт возьми, они тебе нужны, если я три года назад сделал вазэктомию?».

Букер издал кашляющий смешок.

— О нет…

— О да, — продолжала она, все ещё улыбаясь. — Оказывается, его жена спала с половиной их приятелей с Верхнего Ист-Сайда, и даже с парочкой рабочих и их личным тренером.

— Черт возьми, похоже, у нее было слишком много свободного времени.

— Честно говоря, я немного позавидовала, — она хихикнула. — Ну то есть, в те дни у меня едва хватало энергии, чтобы удовлетворить саму себя. Я не представляю, как ей удавалось скакать из постели в постель весь день и не выматываться. Ну короче, они начинают орать друг на друга из-за его нехватки внимания, её расточительности, его пристрастия к алкоголю, и так далее. И под конец они оба уже говорили по телефону с адвокатами по разводу. И его жена едва не врезала мне по дороге к выходу.

Кейтлин поглаживала костяшки пальцев Букера, надеясь, что это его успокоит.

— У тебя были из-за этого проблемы?

Она покачала головой.

— Неа. На самом деле, на следующий день на моем столе оказались цветы от гендиректора. В приложенной карточке была благодарность за то, что я непреднамеренно раскрыла ему глаза на правду, но я думаю, он просто пытался забраться мне в трусики, чтобы отомстить жене.

— И?

— И что?

Букер посмотрел на нее сквозь опущенные ресницы.

— Это сработало?

Удивленно рассмеявшись, Кейтлин шлепнула его по руке.

— Нет, конечно. Он был не в моем вкусе. И к тому же, он послал мне розы, а я ненавижу розы.

— Да?

— Я больше предпочитаю георгины, — сказала она, улыбнувшись. — Не то, чтобы теперь это имело значение, но…

— Это имеет значение.

Сжав её ладони, Букер сделал глубокий ровный вдох и медленно выдохнул.

— Спасибо тебе, дорогая, — пробормотал он.

Чуточку склонившись к нему, Кейтлин сказала:

— Я рядом, Джек. Что бы ни случилось.

Когда он моргнул, она увидела блеск непролитых слез в его темно-карих глазах.

— Ты… Ты хочешь поговорить о том, что случилось в Ковчеге?

Букер начал качать головой, но она потянула его за руки, вынуждая посмотреть на нее.

— Может, не сейчас, — продолжала она. — Может, через день или через неделю, но я думаю, что нам надо поговорить.

— Ничего не изменится, — пробормотал он.

Кейтлин пожала плечами.

— Изменится то, как ты воспринимаешь самого себя.

Он неуверенно посмотрел на нее, и её сердце разлетелось на куски.

— Помнишь, как ты рассказывал мне про Атланту? Помнишь, как ты сказал, что боишься, вдруг я посчитаю тебя монстром? — она провела большим пальцем по его фалангам. — Я вижу тебя насквозь, Джек. И в тебе нет ни капли ужасного.

Прерывистый вздох, который он испустил, словно ударил её под ребра.

— Я свернул ему шею, — хрипло сказал Букер. — Он был моим другом… я служил с ним, и я… — он оборвал себя. — Он мог бы примкнуть к нам. Мог бы решить уйти с нами, а я не дал ему шанса. Я забрал у него эту возможность.

Кейтлин задумчиво прикусила губу.

— Может быть, — сказала она наконец. — Может, он бы перешел на нашу сторону. А может, он обратился бы против нас. Никак нельзя сказать наверняка. И ты не можешь всю жизнь гадать и ненавидеть себя за то, что тебе пришлось сделать.

— Мне необязательно было убивать его.

— А мне необязательно было убивать тех двух парней в аптеке, — сказала она. — Но я это сделала. Это причина, по которой я сейчас сижу здесь, с тобой, — сжав его ладони, она сказала: — Мы оба сделали выбор, Джек. И благодаря этому остались живы. Я никогда не стану жалеть об этом, и ты тоже не должен жалеть.

Она думала, что он станет спорить с ней или, возможно, согласится, повторив свои же слова, сказанные ей несколько недель назад — чтобы она убила столько людей, сколько потребуется, чтобы вернуться домой.

Вместо этого Букер поудобнее прислонился плечами к боку автобуса и прочистил горло.

— Фергюсон… он спас мне жизнь, — произнес он едва слышным шепотом. — В Афганистане он… Мы оказались в плохом месте. Вдалеке от нашего транспорта, под обстрелом. Я переговариваюсь по рации, пытаюсь вызвать нам помощь, а Фергюсон просто хлопает меня по плечу, орет «Я прикрою тебя, сержантик» и пускается бежать. Я уж думал, что этот ублюдок — труп. Ну то есть, это был реально ход камикадзе. Но это сработало. Это дало нам возможность выбраться оттуда. А когда мы уже решили, что ему крышка, он вальяжно возвращается, словно воскрес из мертвых.

Кейтлин всматривалась в лицо Букера, молча позволяя его словам литься.

— И это был не последний раз, когда он спас мою задницу, — взгляд Букера опустился к земле. — И в Атланте… я сказал ему. Я сказал ему, что не могу это сделать. Не могу быть частью такого… Только не снова, только не после… — он покачал головой. — Фергюсон сказал, что придет. Он сказал, что сбежит со мной, просил дать ему день, чтобы собрать вещи, но… я слышал это в его голосе. Так мы все говорили с парнями из нашего отряда, которые угрожали сунуть служебное оружие себе в рот и спустить курок. Он думал, что я слетаю с катушек. И может… да, может, он пошел бы со мной, но я не мог ждать. Так что я сбежал. Я сбежал, бросив его позади, и вот что получилось.

— Ничто из того, что Фергюсон сделал потом, не было твоей виной, Букер.

Он хмуро посмотрел на нее.

— Ты слышала его, ты слышала, что он сказал. Я бросил его. Мужчину, который спас мою жизнь. Я бросил его в той кишащей зомби адской дыре, чтобы он сам выпутывался.

Кейтлин крепче сжала его руки.

— Фергюсон не был каким-то гражданским, который нуждался в защите. Он был взрослым мужчиной, который позволил себе поверить, что следовать приказам важнее, чем помогать людям. Может, он и спас тебе жизнь, но та версия его исчезла задолго до того, как мы вломились в тот Ковчег.

Вдохнув, Букер посмотрел на их сцепленные руки.

— Может быть, — он кивнул. — Может быть.

— Я люблю тебя, Джек. Пожалуйста, не теряй себя из-за этого.

Впервые с тех пор, как она опустилась перед ним на колени, он посмотрел ей в глаза дольше, чем на секунду.

Эти карие глаза бесспорно выражали многое.

Прерывисто вздохнув, он кивнул, и это движение было почти незаметным, если не наблюдать за ним пристально.

Что бы ни случилось, Кейтлин не позволит ему ускользнуть.

И у нее имелся шрам от пули в подтверждение этого.

* * *

Попросив всеобщего внимания, Луна и Стив встали перед большой группой Отверженных.

— Доброе утро всем, — приветствовала их Луна, улыбаясь и заправляя свои черные кудри за уши. — Знаю, половина из вас уже знает распорядок, но поскольку остальные здесь новенькие и ещё акклиматизируются, мы хотели напомнить всем правила распорядка. После этого Стив объявит перемены в должностных обязанностях и смены.

Кейтлин сжимала руку Букера, и они оба оставались в стороне, держась в треугольнике тени, которую большая палатка отбрасывала на сухую землю.

— Здравомыслие — наше главное правило, — продолжала Луна. — Если что-то выглядит опасным, это наверняка опасно. Если у вас возник вопрос, задайте его. Если вас беспокоит что-то или кто-то, придите к нам. Мы ценим честность и прозрачность, так что неважно, что вы сделали, и что случилось, лишь бы вы поговорили с нами об этом. Другие базовые правила: всегда идти с кем-нибудь, если вы выбираетесь на вылазку для разведки, или за припасами, или просто отдаляетесь на несколько метров от лагеря. Никакой жестокости против живых существ. Мы решаем свои споры словами, а не оружием. Берегите боеприпасы и силу для гниляков.

Кейтлин осматривала толпу, ища признаки того, что их новые члены будут противиться правилам.

Похоже, все готовы были их соблюдать.

— В остальном — относитесь друг к другу хорошо. Мы пережили ад. Давайте помнить, что это сказывается на всех нас, так что сначала пробуйте действовать с добротой.

Отойдя в сторону, Луна предложила Стиву перенять у нее эстафету.

Кивнув всем и улыбнувшись, он посмотрел на лист бумаги в своих руках.

— Итак, у нас есть несколько вещей, о которых надо позаботиться. Если на прошлой неделе вы были в патруле, то на этой неделе у вас работа на кухне. Обязательно отдохните. Если вы были разведчиками или бегунами, то теперь занимаетесь периметром. Если вы новенький и хотите поговорить со мной о ваших навыках, я с удовольствием пообщаюсь. И ещё, родители, сестра Агнес — наш местный учитель. Она проводит уроки для всех возрастов каждый день, с полудня до четырех часов, в большой желтой палатке. Милости просим, можете представиться сами и приводить своих малышей. Если мы сражаемся с зомби, это ещё не значит, что детки будут отставать от расписания и забросят общественные науки.

Тихие смешки прокатились по группе, и Стивен улыбнулся.

— Вот и все, — объявил он, складывая свою бумажку. — Берегите себя и продолжайте дышать.

Когда толпа рассеялась, Кейтлин нахмурилась.

— Что, если нам не назначались рабочие обязанности? Чем нам тогда заниматься?

Букер пожал плечами, все ещё будучи вымотанным, но потихоньку приходя в себя.

— Наверное, придется поболтать со Стивом.

Она не сдвинулась с места.

Вместо этого она смотрела, как все распределяются по назначенным группам и идут туда, куда от них ожидалось.

Больше сотни людей, большинство из которых едва смогло пожить в этом новом сломанном мире. Они все были напуганными и неподготовленными, и Кейтлин ощущала полную ответственность за них.

— Я не хочу оставаться здесь, — прошептала она.

— А?

Она моргнула, качая головой.

— Я имею в виду, я не могу сидеть и делать самый минимум. Я не могу просто присоединиться к кухонной смене и притворяться, будто я всем довольна. Я не могу несколько часов копать дырки для шестов и спокойно завершить на этом день.

— Что ты хочешь сказать, Кей?

Она посмотрела на него.

— Мы отличная команда — ты, я, Николь. Если просто приставить нас к обычной работе, это будет пустой тратой наших навыков.

— Что, хочешь вскарабкаться по карьерной лестнице? — он усмехнулся. — Стать избранным представителем?

— Боже, нет, — сказала она. — Я думала, мы могли бы стать своеобразной… разведгруппой.

Букер уставился на нее, то ли недоумевающий, то ли заинтригованный.

— Группа таких размеров не может кочевать вечно. Мы не выживем, — она посмотрела на группы бродящих вокруг людей. — У нас уже не хватает мест для сна. Нам нужна еда и припасы…

— Именно для этого созданы другие команды разведчиков, — сказал Букер.

— Да, но они лишь клеят временный пластырь на проблему. Нам нужно место, где мы сможем строиться. Место, которое мы сумеем укрепить и защитить от фриков и головорезов, если те нас найдут.

Когда Букер посмотрел на нее так, будто собирался поддаться неуверенности, она крепче сжала его руку.

— Давай начистоту. Ты правда хочешь проводить свои дни, выбираясь за припасами, патрулируя и готовя обед? Или ты хочешь быть там… — она показал на горизонт. — …используя свои тщательно отработанные навыки и ища место, которое мы все сможем назвать домом?

Лицо Букера медленно озарилось улыбкой, и он крепче сжал её ладонь.

— Да, я никогда не был домоседом.

Кейтлин просияла, а затем поднялась на цыпочки и поцеловала его.

— Нам надо поговорить со Стивом.

Букер кивнул, положив теплую ладонь на её талию.

— Да, мэм.

Глава 4

Граница Оклахомы и Канзаса, две недели спустя

Набив рот злаковым батончиком, Кейтлин закинула ноги на приборную панель и писала заметки в блокноте, который дал им Макс.

Легкое похлопывание по колену лишь заставило её захихикать.

— Выкажи немного уважения, ладно? — Букер снова постучал по её ноге костяшками пальцев. — Она тебе не скамеечка для ног.

— Мне кажется, ей это нравится, — парировала Кейтлин, и её губы изогнулись в дразнящей улыбке. — Как собака, которая кладет голову тебе на колени.

— Не знаю, кого ты тут назвала собакой, себя или её, но в любом случае… — он двумя пальцами толкнул носок её кроссовка от Nike.

— Ладно, — она вздохнула и шумно опустила ноги на пол.

Кейтлин посмотрела на ландшафт вокруг них и задумчиво нахмурилась.

— Насколько далеко отсюда Уичито? — спросила она, держа ручку над бумагой.

Смахнув крошки с ладоней, Букер достал карту со своей стороны приборной панели и быстро сориентировался.

— Где-то шестьдесят пять… ну максимум восемьдесят километров, плюс-минус, — сказал он.

— Хм, — она дописала предложение. — Довольно близко.

— Да, но почва хорошая, — ответил он. — И ту школу, которую мы нашли, можно зачистить. Хорошее место, чтобы забуриться на зиму.

— Триш не захочет так рисковать жизнями, — сказала она, бросив на него взгляд и откусив ещё немного злакового батончика. — Она предпочитает путь наименьшего сопротивления.

Букер хмыкнул в знак согласия и открыл бутылку воды.

Он автоматически глянул на заднее сиденье и помедлил.

— Все время ожидаю, что она будет там, — пробормотал он.

Кейтлин зеркально повторила его движение и посмотрела на истертую обивку.

— Ага, — сказала она. — Но Николь пообещала, что пойдет с нами на следующую вылазку.

Когда они объявили Стиву и остальным, что хотят отправиться на поиски более постоянного места для жилья, их встретили смешанные реакции. Большинство беспокоилось — им не нравилось, что они будут отсутствовать на протяжении долгих периодов времени безо всяких средств связи. Луна оценила их инициативу, но была не в восторге от намека на то, что им придется найти постоянное жилище.

Букер просто кивнул на хлипкие палатки и группу из пятнадцати детей и сказал:

— Если вы хотите пережить зиму, нам лучше побыстрее найти место. Иначе через несколько месяцев стональщики уже не будут причиной, по которой нам придется копать могилы.

Это мгновенно протрезвило всех.

Поначалу Николь обрадовалась работе, но реакция Скотта была… как минимум потрясенной.

Они только что нашли друг друга. Он не мог вынести мысли, что она будет отсутствовать по несколько дней, а он не будет знать, вернется ли она.

Кейтлин безусловно понимала. И если бы Скотт не был первым и единственным лицензированным доктором Отверженных, она бы предложила, чтобы он поехал с ними.

Но это риск, на который никто не хотел идти.

Букер поерзал на сиденье, разминая затекшую шею.

— Ладно, мы нашли три, может, четыре приличных места в Канзасе, пока численность стональщиков не стала слишком большой. Мы можем и дальше двигаться на запад…

— Или на юг, — сказала она, глянув на него. — Техас все ещё доступен как вариант.

Он усмехнулся поверх горлышка бутылки с водой.

— Что-то меня совсем не тянет домой, Мидоуз.

Она рассмеялась.

— Ага, и наверное, все хорошие места с барбекю уже не работают.

— Лучшее барбекю в штате готовили мой папа и дядя Тим, — сказал он, выпятив грудь колесом от гордости. — И если мы когда-нибудь начнем разводить скот, я это докажу.

— У тебя есть рецепт?

Он широко улыбнулся, постучав пальцем по правому виску.

— Естественно. Все здесь, вместе с маминым картофельным салатом и немецким шоколадным тортом.

У Кейтлин побежали слюнки.

— Проклятье, я надеюсь, что мы найдем место с кухней. Я хочу, чтобы ты нафаршировал меня едой до отказа, чтобы я раздулась и страдала, а потом хочу ещё немного перекусить.

Салон джипа заполнился смехом Букера.

— Черт, это прозвучало почти неприлично.

— Это ощущалось неприлично, — сказала она с улыбкой. — Но мне нравится.

Наклонившись через центральную консоль, Букер провел носом по её щеке, прежде чем поцеловать по-настоящему.

— Один плюс в том, что Николь осталась в лагере, — пробормотал он. — У нас столько уединения, сколько захотим.

Кейтлин сжала бедра, ощутив, как по ней пробежал электрический разряд. У нее все до сих пор ныло после прошлой ночи, но она не жаловалась.

Только не тогда, когда её разум заполнился воспоминаниями о том, как Букер нагнул её над задним сиденьем, кряхтя и тяжело дыша, и оттрахал её так, что она кричала в голос.

Он куснул её нижнюю губу, затем тут же успокоил это место языком.

— Понравилось, да?

Кейтлин хотелось закатить глаза. Его способность читать её была почти сверхъестественной.

Вместо этого она бросила свою ручку и блокнот на приборную панель и толкнула его назад, перебравшись через рычаг переключения передач, чтобы оседлать его.

Смешок Букера вибрировал в её груди.

— Не хватило, что ли? — спросил он, уткнувшись в её горло и прокладывая дорожку поцелуев к её подбородку.

— Никогда не хватит, — сказала она, и её голос сделался напряженным от нужды.

Широкие теплые ладони прошлись по её ногам и сжали попку, принявшись мять её именно так, как ей нравилось.

Чтобы подразнить его, Кейтлин опустилась ниже и потерлась о растущий бугор под его джинсами.

Шипение и сдавленные ругательства Букера, слетевшие с его губ, когда она подвигалась бедрами, наполнили её гордостью.

— Похоже, тебе тоже никогда не будет достаточно, — сказала она, держась за подголовник его сиденья для опоры.

В такой позе её ложбинка оказалась прямо перед его лицом, и Букер тут же уткнулся в её грудь, принявшись лизать и целовать каждый дюйм обнаженной кожи.

Им нечасто доводилось так наслаждаться друг другом, не беспокоясь о любопытных глазах и ушах, упиваясь звуками, которые они заставляли друг друга издавать.

Кейтлин снова качнулась на нем и улыбнулась, когда он невольно дернулся вверх, а затем потянулась к пряжке его ремня.

Отстранившись, чтобы добраться до его ширинки, она нечаянно задела попой руль и нажала на гудок.

— Упс, — она захихикала, покрывая поцелуями его щетинистый подбородок.

Букер усмехнулся, задирая свою рубашку, чтобы помочь ей освободить его.

Ей никогда не надоедят его мускулистые кубики пресса или дорожка темных волос, уходившая под трусы-брифы.

— Боже, как бы мне хотелось сначала отсосать тебе, — выпалила она, слегка царапая ногтями кожу пониже его пупка.

Букер проглотил стон.

— В следующий раз, дорогая, — он сжал её волосы в кулаке и дернул к себе для глубокого поцелуя. — Можешь поиметь меня так, как тебе хочется.

Прикусив губу, Кейтлин усмехнулась.

— Опасное обещание, Букер. Возможно, тебе больше никогда не доведется носить одежду.

— И ты не услышишь от меня ни единой жалобы, — сказал он, запуская руку между их телами, чтобы расстегнуть пуговку на её джинсах.

Скоро ей придется их снять, но она не могла уговорить себя слезть с его колен. Только не тогда, когда она наконец-то приспустила его джинсы и брифы настолько, чтобы высвободить его.

Кейтлин издала низкий стон, обхватив ладонью его основание.

Ее кровь кипела от похоти и отчаянного желания взять все, что он мог ей предложить, и даже больше.

— Черт, Кей, — он вздохнул, уткнувшись в её щеку.

— Однажды, — начала она, размеренно работая рукой и сжимая его в кулаке. — Я уложу тебя на постель и буду наблюдать, как ты сам делаешь это с собой.

Букер крепче сжал её волосы, издав скулящий звук.

Обхватив зубами мочку его уха, она легонько куснула, а потом прошептала:

— Я буду сидеть на твоих бедрах, совсем как сейчас, — она двинула бедрами, и деним потерся о деним там, где их ноги соприкасались. — В одних лишь трусиках. Слегка потираясь о тебя… — она провела большим пальцем по его головке, собрав жемчужинку влаги и размазав её. — И наблюдая, как ты дрочишь.

— Бл*дь, — ахнул он, уткнувшись лицом в её шею. — Это…

Она улыбнулась.

— Тебе понравилась эта идея, да?

Он промямлил что-то в знак согласия, и это ощущалось вибрацией на её ключицах.

— Ты будешь выглядеть идеально, — сказала она Букеру, — продолжая поглаживать его. — Уши порозовели, грудь вздымается, член так и сочится на твой живот и кулак… И я сделаюсь такой влажной от наблюдения за тобой, что мне придется запустить пальчики под мои…

Он резко схватил её руку, заставляя прекратить движения.

— Кей, прекрати, я… — он поднял взгляд, и его зрачки расширились от возбуждения.

Он моргнул, и его взгляд скользнул мимо нее.

— Черт, — прошипел он куда более резким тоном. — Стональщики.

Резко повернув голову, Кейтлин увидела десять фриков, которые брели прямиком к джипу.

Когда-то она ощутила бы панику. Захотела бы убежать далеко со всех ног.

Теперь она чувствовала лишь раздражение.

— Ох, ну серьезно, — сердито воскликнула она, спешно слезая с колен Букера. — Сраные обломщики…

Она застегнула ширинку и схватила револьвер с заднего сиденья.

Букер быстренько затолкал себя обратно в джинсы и тоже застегнулся.

— Кей?

«Моя винтовка?»

— Слева.

«За твоим сиденьем, слева».

Чуть ли не с размаху распахнув дверь, Кейтлин выпрыгнула из джипа и прицелилась в первого фрика.

Его голова разлетелась как гнилая дыня после первого же нажатия на курок.

Букер прицелился, выстроил траекторию пули и уложил двух одним выстрелом.

Резко повернувшись, она осмотрела окрестности, убеждаясь, что сзади не подбирается кто-нибудь ещё. В данный момент, похоже, им не о чем было беспокоиться, но она оставалась настороже.

Снова выстрелив, Букер уложил ещё одного.

Кейтлин последовала его примеру.

— Можно было бы и ножами обойтись, — крикнул Букер, сбрасывая пустую гильзу.

Она прицелилась в особенно изувеченный труп в порванном сарафане и почти не вздрогнула от громкого выстрела револьвера.

— Да, но тогда бы мы все были в слизи фриков, — сказала она, переключая внимание на мужчину, у которого отсутствовала половина лица.

Букер усмехнулся и снова выстрелил.

— Ничто не удержит тебя от получения желаемого.

— Даже не сомневайся, бл*дь.

Они оба в унисон выстрелили в двух последних фриков в нескольких метрах от них.

В оглушительной тишине Кейтлин развернулась, дважды и трижды перепроверив и осмотрев пыльную равнину вокруг них.

Звуки не выманили из укрытия новых фриков.

Она задержала дыхание, прислушиваясь, вдруг раздастся шум толпы, шаркающей в их сторону.

Ничего.

Она подождала ещё, чисто для подстраховки, отсчитывая секунды.

Букер обошел джип сзади, повесив винтовку на плечо и, похоже, ожидая того же, что и она.

Прошла целая минута, и по-прежнему не виднелось ни одного фрика.

Развернувшись на пятках, Кейтлин схватила Букера за рубашку спереди и крепко поцеловала. Они привалились к левой пассажирской дверце, и его руки крепко обхватили её талию.

Отстранившись, она направилась к своей стороне джипа, таща его за собой.

— А теперь, на чем мы остановились?

* * *

Автобусы и палатки были лишь точками вдалеке, но они объявили о том, чего Кейтлин не ощущала уже давно.

Ощущение дома.

Букер вез их по пересохшим полям и неровной почве, изо всех сил стараясь избегать самых крупных ям.

Ей все равно казалось, будто она едет на плохо построенной американской горке.

— Иисусе, Букер, — пробормотала она, держась за корпус джипа, когда они подлетели на очередной кочке.

— Не вини меня, вини чертовы пшеничные поля, — сказал он, крутя руль.

В передней части лагеря уже начала собираться толпа, махавшая им по мере приближения.

— Видимо, по нам соскучились, — прокомментировал он с улыбкой.

Кейтлин тоже невольно заулыбалась от этой мысли.

Остановившись перед всем, Букер припарковал джип, и Кейтлин выбралась наружу.

Быстрые шаги стали единственным предупреждением перед тем, как она очутилась в крепком объятии, едва не лишившись равновесия.

Рыжие волосы, заслонившие все перед лицом, послужили явным намеком.

— Я так рада, что вы вернулись, — сказала Николь, крепко стискивая её. — Мне ненавистно, что я с вами не поехала.

Кейтлин повернулась, стараясь обнять её в ответ.

— Знаю.

— Вы должны были вернуться вчера, — сказала Николь, наконец-то отпустив её. — Что случилось?

Выбравшись с водительской стороны, Букер почесал шею сзади.

— Да, мы это… — он глянул на Кейтлин. — Потеряли счет времени.

Кейтлин усмехнулась.

Скорее, сбились со счету, сколько раз они доводили друг друга до пика.

— Но мы нашли хорошие припасы, — сказал он, спеша скрыть свое легкое смущение. — И несколько мест, которые могут сгодиться для того, чтобы пережит зиму.

Подошли и другие: Луна, Ванесса, Стив, Макс — все они приветствовали их двоих объятиями и рукопожатиями, радуясь, что они живы и невредимы.

Несколько детей помладше тоже приблизились, чтобы понаблюдать за суматохой, и Букер улыбнулся.

— Эй, вам нравится футбол? — спросил он, открывая заднюю дверцу джипа. Достав черно-белый мяч, он присвистнул и бросил его в их сторону. — Но чур, делитесь меж собой, ладно?

Дети радостно завопили и тут же принялись пинать мячик по лагерю.

Букер посмотрел на Макса.

— Как только этот мяч угодит в белье, сохнущее на бечевке, Триш мне голову открутит.

Макс рассмеялся.

— Нее, она просто посверлит тебя сердитым взглядом и будет делать много замечаний о подобающих местах для игр.

Фэнси радостно виляла хвостиком, и Кейтлин наклонилась, чтобы почесать её за ушами, пока она вводила Николь и Макса в курс дела.

— Школа, да? — переспросил Макс, явно стараясь не выдавать слишком много восторга.

Букер угукнул.

— И довольно большая. Предостаточно территории. Наверняка рабочая кухня, раздевалки с душевыми, технические удобства.

— И к тому же, — добавила Кейтлин. — Она кишит фриками. Мы насчитали как минимум пятьдесят только во дворе.

— Похоже, там был какой-то приют, который в итоге пал, — сказал Букер, когда они начали разгружать ящики с разным добром, которое они привезли. — Мы видели несколько фургонов Красного Креста, пару стональщиков в униформе… Скорее всего, шерифы. Не знаю, сколько стональщиков внутри.

— Но это место можно зачистить, — сказала Николь.

— Возможно, — подтвердила Кейтлин.

В тот же момент Букер улыбнулся и заявил:

— Вот и я так говорю.

— Я сказала ему, что нам стоит добавить это место в список вариантов, но не зацикливаться на нем, — сказала Кейтлин, поднимая коробку сушеной еды, которую они нашли в сломанном грузовике доставки. — Любой сможет проголосовать за этот вариант, если захочет.

Когда они стали переносить припасы из джипа к центру лагеря, Кейтлин осмотрела толпу, внезапно поддавшись ошеломлению.

Так много людей.

Голоса. Звуки. Хруст и шорох сухой травы под ботинками.

Это стало настоящим зарядом для её организма.

Задержавшись возле входа в одну из палаток, она заметила знакомое лицо.

Сет улыбнулся ей и помахал, когда они подошли к нему.

— Добро пожаловать обратно, — сказал он. — Обзавелась хорошими байками?

Кейтлин слегка улыбнулась.

— О, знаешь, все как обычно. Пыльные дороги, ночевки в джипе, фрики, которые хотят сожрать твое лицо. Типичный день, верно?

Он усмехнулся.

— Ну, я не сомневаюсь, что ты справилась с этим как профи.

— Само собой, — гордо сказал Букер.

Внимание Кейтлин привлекла внезапная перемена в осанке Сета. Буквально секундная напряженность в плечах, после чего он моргнул и расслабился, снова улыбнувшись.

Ей казалось, что она сходит с ума, не в силах определить, то ли он правда среагировал, то ли это просто игра света.

Сделав шаг назад к палатке, Сет кивнул.

— С удовольствием послушаю подробности попозже.

Вскоре все избранные представители собрались в главной палатке.

Букер расстелил карту на земляном полу, объясняя, что каждое из отмеченных мест могло предложить в плане укрытия и возможностей разведения хозяйства весной.

Кейтлин зачитывала свой список по порядку, перечисляя плюсы, минусы и возможные угрозы.

Близость к городу могла стать проблемой, если фрики вдруг решат побродить. Отдаленность от города принесет логистические затруднения, если им срочно понадобятся припасы.

Все внимательно слушали, взвешивая данные им варианты.

— А какое-нибудь из них расположено возле места с медицинскими припасами? — спросил Скотт, подняв взгляд от карты. — Один из минусов побега из Ковчега — это совсем скудные медицинские принадлежности.

Букер постучал по красной точке на карте — школа.

— Примерно в восьми километрах отсюда была клиника, — сказал он. — Мы не слишком присматривались, но на парковке полно стональщиков.

Скотт кивнул.

— Это может быть преимуществом, — сказал он. — Если люди боялись и не совались внутрь, возможно, клинику ещё не разграбили.

— Это аж в Канзасе, — прокомментировала Триш. — Сколько топлива потребуется, чтобы туда добраться?

— Нам приходилось несколько раз сцеживать бензин из других, — сказала Кейтлин. — Автобусам потребуется больше. Возможно, нам придется подумать об объединении машин, если двинемся в ту сторону.

Макс посмотрел на них.

— Мы подумывали о таком в прошлом. Нас это не сломает.

— А вот потеря людей может сломать, — парировала Триш. — Мне некомфортно посылать людей зачищать такое большое место, как школа.

Кейтлин бросила на Букера знающий взгляд, после чего сказала:

— Знаю. Это рискованно, само собой. Но возможно, это единственное место, которое достаточно просторное для всех нас.

Дискомфортное изменение атмосферы в группе вызвало мурашки на коже Кейтлин.

Натаниэль скрестил руки на груди.

— Вам стоит знать… — начал он, глянув на других. — В группе пошли кое-какие разговоры. Люди подумывают отделиться.

Букер разинул рот.

— Что?

— Видимо, обнаружение выживших дало им всем надежду, — сказала Николь. — Надежду, что и другие члены их семей где-то там, живы. Некоторые подумывали отправиться на поиски.

Кейтлин нахмурилась.

— В смысле вломиться в другой лагерь Ковчега?

— Не знаю, — призналась Николь. — Похоже, они просто хотят отправиться туда, откуда они родом — преимущественно на восточное побережье.

— Побережье просто кишит, — сказал Букер. — Невозможно пробраться даже дальше Балтимора. Численность стональщиков…

— Я знаю, — Натаниэль вздохнул. — И они знают. Но хотят попытаться.

— И мы не можем вынудить их остаться, — сказала Луна, перебросив свои густые волосы через плечо. — Мы же не Ковчег. Наши люди могут поступать так, как им вздумается.

— Опасно позволять им уходить, полагаясь на одну лишь надежду, — возразил Букер. — Что, если они наткнутся на большую толпу или отряд головорезов? На собирателей, которые сразу убьют их ради припасов?

Луна медленно кивнула, и на её лице отразилась усталость.

— Я сказала им ровно то же самое. Но вероятность воссоединения с семьей слишком волнительна.

— Они уже приняли решение? — спросила Кейтлин.

— Нет, но наверняка скоро примут, — ответила Триш. — Они хотят отправиться в путь, пока не наступила глубокая осень.

Ковыряя кончиком ручки землю, Букер сделал глубокий вдох.

— Сколько?

— Примерно две дюжины по самым минимальным подсчетам.

Он выругался и слегка изменил позу, оставаясь на корточках.

— Мы не можем заставить их остаться, но вдруг удастся их переубедить, — сказала Кейтлин.

Триш пожала плечами.

— Если ты думаешь, что как-то сумеешь до них достучаться, вперед.

«Но не слишком обнадеживайся» не было сказано, но прозвучало очень и очень ясно.

Макс сделал полшага вперед.

— Даже так, все равно остается группа из ста с лишним человек, которым нужно постоянное пристанище.

Напоминание оказалось очень нужным.

— Я голосую за школу, — сказала Кейтлин, посмотрев на остальных. — Знаю, там больше работы, но там мы могли бы построить настоящую жизнь.

Букер кивнул.

— Поддерживаю.

Луна глянула на остальных членов совета.

— Нам стоит провести голосование сегодня вечером.

Пару секунд Кейтлин смотрела на Букера.

— Как только мы решим, куда отправляемся, у нас с Букером будет ещё одно предложение, — начала она.

Букер удивленно приподнял брови.

— Хочешь сказать им сейчас?

— Почему бы и нет, заодно.

Макс хмуро посмотрел на них.

— Сказать нам что?

Букер оперся локтем на левое колено, подняв взгляд от карты.

— Мы подумали… лагерь Айовы не может быть единственным местом, где люди не хотели оставаться…

— Если бы твой муж знал, что ты здесь, я уверена, он захотел бы покинуть свой лагерь Ковчега, — сказала Кейтлин Максу. — И ты видел, как люди отреагировали на шанс вернуть себе свободу. Люди заслуживают право выбора.

У Натаниэля отвисла челюсть.

— Вы предлагаете…

— Как только мы найдем себе надежное жилье, — сказал Букер. — Мы с Кей подумали… Нам стоит поискать других людей, которые хотят сбежать.

В глазах Николь появился восторженный блеск.

— Вы хотите вытащить больше людей из лагерей Ковчега.

Кейтлин кивнула.

— Стив рассказывал нам про Ковчег в Канзасе. Он не так усиленно охраняется.

— Потому что они не пытались разработать вакцину, — прокомментировал Скотт.

— Вот именно, — сказала она. — И мы не сомневаемся, что есть и другие. Если мы сумеем найти их, послать весточку внутрь…

— Вы сможете освободить наши семьи, — прошептал Макс с дрожью надежды в голосе.

— Это чрезвычайно опасно, — Триш буквально выплюнула эти слова. — Вы хотите пуститься во все тяжкие, рискнуть всем…

— Мы подойдем к делу с умом, — перебила Кейтлин. — Мы не станем нападать на все разом. Мы будем планировать, готовиться и проводить комплексную оценку, — она снова взглянула на Макса. — Нам кажется, попытаться стоит.

Стив слегка изменил позу и кивнул.

— Я согласен с ними, — сказал он. — И если мы будем жить в постоянном месте, то сможем предложить не просто надежду тем, кто к нам присоединится.

Николь повернулась к Кейтлин, явно пытаясь сдержать широкую улыбку.

— Когда?

Обведя взглядом остальную группу, она вдохнула.

— Сразу же, как только у нас будет дом.

Глава 5

Канзас, три месяца спустя

Кейтлин выпрыгнула из джипа, взвалив тяжелый рюкзак на плечо.

— Я припаркуюсь сзади, — сказал Букер перед тем, как она захлопнула дверцу. — Встретимся внутри.

Она кивнула, стукнув по боку джипа, давая ему знать, что можно уезжать, и посмотрела на кирпичный фасад Рузвельтской Старшей Школы.

Это была непростая битва. Фрики во дворе были лишь легким намеком на толпу, которая ждала их внутри, и они подумывали сдаться и найти другое место.

А потом у Сета родилась идея заманить их в отгороженный коридор и устранять поочередно.

Это сработало, и каким-то чудом в тот день они не потеряли ни одного человека.

Однако они теряли других. Лазутчики, отправившиеся за припасами, так и не возвращались. Их трупы обнаруживались через несколько недель, или обратившиеся, или слишком изувеченные, чтобы превратиться во фрика.

Это стало ошеломляющим ударом для всех, даже для новоприбывших, которые их едва знали.

А новоприбывших было много.

Полные автобусы, и все были рады сбежать из хватки того едва работающего правительства, которое руководило лагерями.

Чем больше людей они освобождали, тем меньше Кейтлин спала по ночам.

Но она решила, что это невысокая плата за помощь им вновь обрести близких.

Свистнув три раза, она слушала, как тяжелая баррикада на двойных дверях сдвигается.

— Добро пожаловать домой, путешественница, — приветствовал ее Стив, приоткрыв левую дверь. — А Букер…?

Кейтлин показала большим пальцем через плечо.

— Просто загоняет джип за здание. Наверное, зайдет через черный вход.

Закрыв и заперев дверь за собой, она повернулась и очутилась в объятиях.

— Рад тебя видеть, — сказал Стив. — Кажется, что каждый раз вы отсутствуете все дольше и дольше.

Успокаивающе похлопав его по спине, она сказала:

— У нас возникли проблемы с поисками кое-каких припасов для Скотта. Но мы добыли все из списка.

— Знаете, у нас ведь есть и другие лазутчики.

— И посмотри, что с ними стало.

Кейтлин тут же пожалела, что нельзя затолкать слова обратно в глотку и проглотить их.

Печаль в глазах Стива пронзила ее до мозга костей.

— Черт, мне жаль, — спешно сказала она. — Это было совершенно неуместно, — она покачала головой. — Я не имела в виду, что они это заслужили. Просто…

Кейтлин молилась, чтобы в полу разверзлась дыра, поглотившая ее и пославшая прямиком к центру земли.

Но такой дыры не появилось.

— Вау, отличное появление, да? — она напряженно улыбнулась. — Все еще уверен, что ты рад меня видеть?

Стив усмехнулся, качая головой.

— Если ты думаешь, что это худшая неудачная реплика, которую кто-то ляпнул в моем присутствии, ты ошибаешься. И да, я по-прежнему рад тебя видеть.

Поправив лямку своего рюкзака, она переступила с ноги на ногу.

— Во время следующей вылазки поищу пиво. В качестве извинения, — сказала она, сжав его руку. — Николь где-то рядом? Мне надо ей кое-что отдать.

— Посмотри в кафетерии, — сказал он. — Вы как раз вовремя к ужину.

Шагать по коридорам того, что когда-то было шумной школой, до сих пор казалось Кейтлин жутковатым. Витрины с трофеями и наградами запылились, но стояли на прежних местах. На стенах все еще висели пробковые доски с объявлениями для учащихся, поощряющими фразами об успехе, цитатами «отцов-основателей» или изобретателей, да кое-где объявлениями о тестах. Большинство шкафчиков переделали в баррикады для реже используемых выходов, но некоторые из них по-прежнему стояли в главном коридоре, запертые навесными замочками.

Свернув налево, она шла на звуки людей — голоса, звон столовых приборов по тарелкам, металлическое царапанье ножек стула или стола, когда люди шевелились.

Иногда она скучала по тишине равнин Среднего Запада, когда она колесила по дорогам с Букером и иногда с Николь.

А иногда гомон людей звучал лучше музыки.

Когда она вошла в кафетерий, ее немедленно осыпали радостными приветствиями со всех сторон комнаты.

Улыбаясь, она пыталась ответить всем, но некоторым успевала лишь помахать перед тем, как другой человек привлекал к себе ее внимание.

Как усталый дорожный Санта-Клаус, она сняла рюкзак и стала копаться в нем.

Принадлежности для рисования для Ванессы. Швейные иглы и нитки для Сестры Агнес. Диск с христианским роком для Алонзо. Бульварные детективы для Эдварда.

Презервативы для Натаниэля.

Их она решила отдать попозже, наедине.

Искать противозачаточные для своего бывшего бойфренда было вовсе не самой естественной вещью на свете, но на самом деле Кейтлин даже радовалась, что он двигается дальше. И судя по нескольким коротким разговорам, Брук была очень даже милой.

Добравшись до низа рюкзака, она вытащила россыпь погремушек и игрушек, которые они нашли для карапузов, и пошла между столиками.

— Макс, — позвала она, махая игрушками. — Надеюсь, эти подойдут, иначе нам придется тащиться аж в Юту, чтобы найти игрушки, которые ей понравятся.

Покачивая свою дочку Матильду на колене, Макс вздохнул с облегчением при виде мягкого желтого утенка.

— Она любит уточек, — сказал он, забирая игрушку у Кейтлин. — Спасибо. Может, теперь у нас будет немного покоя.

Вернувшись к столу с двумя тарелками, Дэвид улыбнулся и наклонился, приобняв Кейтлин перед тем, как поставить еду.

— Ты себе не представляешь, как много это для нас значит, — сказал Дэвид, и в его зеленовато-карих глазах проступила благодарность.

— Просто напоминайте ей каждый день, что тетя Кейтлин крутая, а дядя Букер слюнтяй, — сказала она, игриво погрозив пальчиком маленькой девочке, которая уставилась на нее, широко раскрыв глаза от восхищения.

— Эй, я все слышал, — крикнул Букер из-за соседнего столика, где он все еще раздавал найденные ими предметы.

Кейтлин усмехнулась.

— Я знаю.

— Хочешь я принесу тебе еды? — предложил Дэвид. — Парни ходили на охоту. Признаюсь, не считал себя любителем оленины, но теперь, почуяв ее, думаю, меня переубедили.

— Это хорошее мясо, — сказал Букер, подходя ближе. — Особенно если пожарить как стейк. Не хуже, чем свинья… — он издал то ли хрюкающий, то ли мычащий звук в глубине горла, вызвав восторг у Матильды.

Наклонившись, Букер нежно погладил ее по копне светлых кудрей.

— Привет, милая, — пробормотал он. — Принесли тебе еще фруктов и овощей, которые, как мы знаем, ты просто выплюнешь. Но мы хотя бы пытаемся.

Макс поднял взгляд, вытаскивая утенка из упаковки.

— Ей нравятся яблоки. И персики. Но все, что зеленое…

— О, я помню, — сказал Букер, хлопнув мужчину по плечу. — Как та сцена из «Экзорциста».

Осмотрев помещение, Кейтлин поискала Николь, но не могла ее найти.

— Николь на кухне? — спросила она.

Дэвид покачал головой.

— Нет, я еще не видел ее здесь. Возможно, она помогает Скотту с новыми пациентами. Вчера у нас был небольшой инцидент.

Кейтлин и Букер оба застыли.

— Что за инцидент?

— Ничего катастрофического, — поспешно заверил Макс. — Кое-какие материалы для забора упали на нескольких рабочих. В основном только синяки и царапины, но один парень сломал запястье, а другому трубка проткнула ногу.

— Иисусе, — выдохнул Букер. — Им повезло, травмы могли быть хуже.

— Намного хуже.

Застегнув свой рюкзак, Кейтлин сказала:

— Пойду поищу ее. Оставьте мне порцию, хорошо?

Дэвид кивнул, уже направляясь обратно к кухне.

Она не удивилась, когда Букер последовал за ней.

Даже после долгих дней вместе, в тесноте джипа да иногда в пустом фермерском домике, где им удавалось перекантоваться одну-две ночи, он не хотел быть вдалеке от нее.

Не то чтобы она возражала.

— Мне не терпится принять горячий душ, — пробормотал он, проводя рукой по лицу и отраставшей бороде. — И вот это тоже в порядок привести.

Кейтлин усмехнулась, глянув на него через плечо.

— Не знаю, мне вроде как нравится.

— Это ты сейчас так говоришь, а потом однажды утром проснешься рядом с копией того чувака из фильма «Изгой» и пожалеешь, что не заставила меня побриться.

— Ладно, уговорил, — признала она. — Но не смей трогать волосы. Они идеальной длины.

Сократив расстояние между ними, Букер игриво шлепнул ее по заднице, заставив захихикать.

— Все для того, чтобы тебе удобнее было хвататься, — пробормотал он ей на ухо.

Кейтлин подмигнула.

— А зачем, по-твоему, я хочу оставить их такими длинными?

Свернув по коридору к кабинетам естественных наук, которые группа переделала в своеобразную клинику, они заглянули в первую дверь.

— Николь? — позвала Кейтлин.

Резко развернувшись и взметнув рыжие волосы, Николь просияла.

— Вы вернулись!

Она подбежала и едва не сбила с ног их обоих, стиснув в групповом объятии.

— Вы отсутствовали дольше в этот раз, или просто так кажется?

— Стив сказал ровно то же самое, — ответила Кейтлин с улыбкой. — Приятно знать, что по нам скучают.

— Всегда, — Николь отпустила их и обернулась, глянув на Скотта и мужчину, которому они накладывали шину. — Мы тут почти закончили.

— Принесли тебе всякие штуки, док, — объявил Букер, заходя в комнату.

Держа часть шины неподвижно, Скотт кивнул и улыбнулся.

— Спасибо. Можешь положить все на тот стол, пока я тут заканчиваю с Кларком.

— Мы слышали про несчастный случай, — сказала Кейтлин, опуская рюкзак на пол.

— Да, непростой выдался денек. Но к счастью, Кларк его избежал.

Другой мужчина вздрогнул, когда Скотт поправил его ногу.

— Зато не избежал сусликовой норы, — выдавил Кларк сквозь стиснутые зубы. — Надо было смотреть, куда иду.

Скотт успокаивающе похлопал его по колену.

— Ну, ты хотя бы отделался растяжением. Оно заживет намного быстрее перелома.

Достав несколько коробочек из рюкзака, Кейтлин взяла Николь за руку и потянула.

— Эй, — прошептала она, мотнув головой в сторону двери.

Последовав за ней, Николь подождала, пока они не очутились в коридоре, затем спросила:

— Ты сумела их найти?

— Ага, я принесла тебе двойной, — сказала Кейтлин, передавая коробочки. — У них не было известных марок, так что я подумала… на случай, если первый будет нечетким.

Николь посмотрела на тесты на беременность и кивнула.

— Спасибо.

Кейтлин прикусила щеку изнутри.

— Я также принесла тебе это, — сказала она, передавая вторую коробочку. — Я не говорю, что ты должна пить их, и не высказываю мнение в пользу того или иного решения, но я увидела их и подумала… Ну, просто чтобы охватить все варианты.

Этикетка читалась как яркая неоновая вывеска. Мифепрекс.

— Таблетки для аборта, — выдохнула Николь.

Кейтлин потянулась к ней и нежно сжала ее запястье.

— Просто на всякий случай. Это «может быть» поверх «я не знаю». И ты не обязана использовать их, если…

— Боже, это слишком много решений разом, — сказала Николь, подняв глаза к потолку.

— Ты сказала Скотту?

Николь кивнула.

— Да. Он… Ну, ты знаешь. Он хотел детей, но это было тогда, когда нам не приходилось беспокоиться о защите их от зомби. Теперь мы уже не знаем, чего хотим.

Притянув свою подругу в объятия, Кейтлин прошептала:

— Что бы ты ни решила, я знаю, что это будет верным выбором. Ты всегда хорошо принимала непростые решения.

— Эй, ты готова… — Букер резко остановился. — Простите, не хотел мешать.

Отступив назад, Николь провела большими пальцами под глазами и улыбнулась.

— Все хорошо, — сказала она, похлопав Букера по руке. — Я закончу здесь со Скоттом, и мы встретимся с вами за ужином.

Она еще раз взглянула на Кейтлин, после чего скрылась в комнате.

В глубине души Кейтлин была уверена, что что бы ни случилось, они с этим справятся.

Удача там или нет, но они выбирались из ситуаций похуже. И смогут сделать это вновь.

Но в то же время какая-то часть ее (более крупная, подавляющая часть, которая глубоко пустила корни) тонула в страхе. За Николь, за Скотта…

За всех.

* * *

Кейтлин поерзала в своем спальном мешке, медленно пробуждаясь ото сна.

Серо-голубой утренний свет лился через ряд окон напротив их импровизированно кровати в углу.

Иногда она скучала по времени в дороге — скучала по наличию траектории вперед, пусть даже на несколько дней. Но она никогда не скучала по ночевкам в джипе. Их положенные друг на друга маты и постельный матрас, украшенный лоскутным одеялом и двумя спальными мешами — это удобства, к которым она всегда возвращалась с радостью.

Перекатившись на спину, она моргнула и посмотрела в плиточный потолок.

Если судить по холодному зимнему свету, сейчас от силы полседьмого утра.

Она гадала, удастся ли ей когда-нибудь вновь проспать всю ночь без пробуждения.

— Проснулась? — промямлил Букер, наполовину уткнувшийся лицом в одеяла.

Она улыбнулась, посмотрев на него.

— Едва-едва.

Буркнув что-то, он снова забурился под одеяла.

— Тогда еще пять минуточек.

Подтянув спальный мешок на его плечах, она ласково убрала прядь волос, упавшую ему на лоб.

У него до сих пор бывали кошмары, но уже реже. Иногда они были совсем плохими — разговоры во сне, холодный пот, резкое пробуждение, словно он готов был драться или бежать.

Теперь Кейтлин знала распорядок. Знала, как успокоить его, как говорить с ним, пока он все еще наполовину во сне, чтобы вернуть его; знала, как лучше всего убаюкать его обратно.

Она никогда не расскажет ему, что она также знала, как заблокировать его бьющие в разные стороны конечности, чтобы не получить фингал.

Тогда его сердце будет разбито еще сильнее.

Кошмары Букера также стали причиной, по которой они получили отдельную комнату почти в самом конце одного из коридоров. Небольшой класс, который, видимо, использовался для репетиторства или учеников с особыми потребностями. А теперь он принадлежал им одним.

«Нет худа без добра», — сказал Букер, смущенно улыбаясь, когда они занесли свои вещи и начали устраиваться.

— Ладно, — сказал он со стоном, переворачиваясь, чтобы потянуться. — Если ты будешь так громко думать, я с таким же успехом могу встать за компанию.

Кейтлин рассмеялась.

— Я и не знала, что мои мысли не дают тебе спать.

— Не только твои мысли, — пробормотал он, целуя изгиб ее плеча. — Не то чтобы я жаловался.

— Как ты можешь так флиртовать, когда еще даже не рассвело?

— Может, пробуждение рядом с тобой вдохновляет меня.

— Ого, — сказала она, усмехаясь. — Пожалуй, это самое слащавое, что ты когда-либо говорил мне.

Смех Букера приглушился его спальным мешком из синего нейлона.

— Что? Не сгодится как надпись на валентинке?

— Немного надо доработать, но ты на верном пути.

Когда она начала выпутываться из одеял, Букер потянулся к ней.

— Если мы проснулись, это не значит, что нам надо куда-то идти.

Кейтлин наклонилась и чмокнула его в лоб.

— Я чувствую лишь вкус вчерашнего чесночного соуса, — сказала она. — Просто почищу зубы и вернусь.

Изобразив лишь минимальный протест, Букер кивнул и перекатился на живот, обхватив руками подушку.

Взяв термо-леггинсы и ботинки, Кейтлин быстро оделась. Она подумывала натянуть лифчик под свою просторную кофту с длинными рукавами, но решила, что если в момент ее возвращения Букер не уснет и будет в настроении, то лифчик только помешается.

Школьные туалеты стали роскошью для всей группы.

Она не думала, что унитазы и раковины с проточной водой станут роскошью, которой они смогут наслаждаться ежедневной. Не говоря уж о работающих душевых в подвале. Температура не всегда была теплой и зависела от уровня пропана, но это все равно теплее, чем обтираться влажными салфетками и мокрыми тряпками с мылом.

Держа в руке зубную щетку и тюбик зубной пасты, Кейтлин в тусклом свете сонно плелась по коридору в сторону ближайшего туалета.

Убрав волосы с лица, она моргнула, глядя на красно-белую напольную плитку.

В одном из дверных проемов показался носок ботинка, и на мгновение ей показалось, что ее глючит.

— Доброе утро.

Кейтлин дернулась.

— О боже, — воскликнула она, от неожиданности вскинув свободную руку к горлу. — Сет. Привет. Прости, я тебя даже не видела.

— Все хорошо, — сказал он, прислоняясь плечом к косяку. — Мало кто встает в такой час.

Подавив изначальный шок, она попыталась улыбнуться.

— Ага, ну, видимо, мы ранние пташки.

— Не спится?

Она пожала плечами.

— Не думаю, что теперь могу проспать восемь часов.

Сет кивнул.

— Да, я тоже. Хорошо, что тут хватает коридоров, по которым можно бродить.

Это было невинное признание — многие люди бродили, когда им не спалось — но что-то в его тоне вызвало у Кейтлин мурашки.

— Надеюсь, это не означает, что ты за кем-то шпионишь, — сказала она достаточно легким тоном, чтобы это считалось шуткой, но ее взгляд был пристальным.

— Нет, нет, — сказал он, отмахиваясь. — Просто читаю надписи на чемпионских наградах в витринах.

Ни капли обиды за то, что его обвинили в подглядывании, даже в шутку.

Кейтлин выдавила улыбку.

— Ну, если тебе понадобится новое чтиво, уверена, в библиотеке найдется что-нибудь неплохое, — подняв зубную щетку, она показала в сторону туалетов. — Я пойду, избавлюсь от ужасного утреннего дыхания. Еще увидимся.

— Непременно, — сказал он с улыбкой, помахав на прощание и отступив в комнату, на пороге которой он стоял.

Войдя в туалет, Кейтлин включила походный светильник, который стоял на устройстве с бумажными полотенцами, и плотно закрыла за собой дверь.

Задумавшись на мгновение, она заперлась еще и на шпингалет.

* * *

— Я тебе так скажу, у меня были сомнения, — произнес Букер, ставя кружку кофе на столик в кафетерии. — Я не думал, что этот кофе французской обжарки будет чем-то стоящим, но черт возьми, я определенно передумал.

Кейтлин подняла взгляд от тарелки с яйцами и тостом и улыбнулась ему.

— Я же говорил, — сказал Дэвид, поднимая свою кружку в знак приветствия. — Разве ты не рад, что они нашли его на одной из вылазок?

— Я буду скучать, когда он закончится.

Присоединившись к ним, Николь и Скотт принесли свои тарелки и кружки, приветствовав всех и пожелав доброго утра.

Сколько бы ни было места вокруг, Кейтлин, Николь и Букер всегда усаживались рядышком.

Старые привычки, которые никогда не уходят.

— Итак, — начала Кейтлин, шепча поверх края своей кружки. — Ты…?

Николь кивнула.

— Сделала. И ответ отрицательный, — она подняла взгляд, посмотрев на Кейтлин. — Я сделала оба, чтобы наверняка, и результат был одинаковым.

— И тебя это устраивает, верно?

Приступив к завтраку и откусив первый кусочек, Николь угукнула.

— Ага. Ну то есть, я испытала облегчение. Не думаю, чтобы мы обустроились достаточно, чтобы хоть думать о… — она умолкла. — Я просто рада, что в данный момент не придется об этом беспокоиться.

Кейтлин потянулась под столом к руке своей подруги и нежно сжала.

— Я тоже.

Чуть подавшись вперед, Букер показал подбородком на Николь.

— Ты поедешь с нами на следующую вылазку, верно?

— Непременно, — ответила она с улыбкой. — Я скучала по тому, как вы двое пререкаетесь из-за музыки.

— Ну, если бы у Букера имелся вкус, нам бы не пришлось столько пререкаться.

Он фыркнул.

— Сказала женщина, которая заставила меня полтора дня слушать группу NSYNC.

— У меня была ностальгия, — парировала Кейтлин. — А ты молил о Джордже Стрейте и Тиме Макгро.

— Ага, а как же тот третий том сборника «Вот Что Я Называю Музыкой», который ты постоянно подсовывала в магнитолу?

— Там есть несколько хороших синглов!

Николь широко улыбнулась, подавшись вперед.

— Ребята, не растрачивайте весь пыл сейчас, иначе в джипе это будет звучать натужно.

Уставившись на свою тарелку, Скотт погонял по ней яйца, затем поднял взгляд.

— Ты уверена, что хочешь поехать?

Николь повернулась к нему лицом.

— Мы пришли к согласию, что я буду помогать, когда появится возможность.

— Нет, я знаю, просто… — он положил вилку. — Вы двое отсутствуете все дольше и дольше, — сказал он, глянув на Кейтлин и Букера. — И я не критикую. Я знаю, сложно найти некоторые вещи, которые нам нужны, или получить доступ к очередному лагерю Ковчега. Но…

Николь помрачнела.

— Но что, Скотт?

— Детка, они вместе, — он показал на Кейтлин и Букера. — Они уезжают вместе, они возвращаются вместе, и это хорошо работает, поскольку они пара. Я не могу отправляться с тобой на эти вылазки. Я доктор этой группы, я не могу уехать. Но когда ты уезжаешь, я не знаю, увижу ли я тебя вновь.

Букер слегка пихнул колено Кейтлин, поднимая свой кофе и тарелку.

— Пожалуй, мы дадим вам обсудить это наедине, — сказал он.

Скотт поднял руку, останавливая его.

— Нет, нет, простите. Я не хотел сделать завтрак неловким.

Потянувшись к его руке, Николь сказала:

— Скотт, мне нравится быть здесь, с тобой, и помогать в клинике. Но мы долгое время были в дороге, и мы с Кейтлин и Букером очень хорошо наловчились работать вместе. Я полезна не только в подготовке бинтов и мазей с антибиотиком.

— Я это знаю, — торопливо ответил он, переплетая свои пальцы с ее. — Просто… мне хотелось бы, чтобы я был больше похож на вас.

Кейтлин не ожидала услышать такое.

— Я вынужден оставаться здесь не только потому, что я доктор, — сказал Скотт. — Если я все же отправлюсь с вами, я буду скорее обузой.

— Ты убивал стональщиков, — прокомментировал Букер с таким лицом, будто не собирался вмешиваться.

Скотт кивнул.

— Конечно, я убил нескольких. Но я все еще неопытен, когда дело касается действий там, за периметром, — он снова посмотрел на Николь. — Мне ничего так не хочется, как отправиться с тобой, но я знаю, что ты все время будешь охранять и меня, и себя. Это будет несправедливо и небезопасно.

За столом на мгновение воцарилась тишина.

— Я давным-давно научилась не давать обещания, — сказала Николь, нарушив молчание. — Но поверь мне, когда я говорю, что несмотря ни на что, я сделаю все возможное, чтобы вернуться домой к тебе.

Опустив голову, Скотт, похоже, был готов уступить, хотя бы чтобы сменить тему.

— Мы можем отложить нашу следующую вылазку на несколько дней, — сказала Кейтлин. — Мы все равно не собирались уезжать раньше следующей недели. Может… Даже через две недели.

Глянув на Букера, она гадала, не будет ли он расстроен или удивлен ее предложением.

Вместо этого он лишь кивнул, и уголок его губ приподнялся в мягкой улыбке.

«Вместе».

Теперь это слово начинало казаться им многозначным.

Глава 6

Таща картонную коробку, до края заполненную школьными принадлежностями, Кейтлин следовала за Букером, пока он вел их к спортзалу.

— Я все твержу Натаниэлю, что детей постарше надо начать обучать самообороне, — сказала она прямо перед тем, как они добрались до двойных дверей. — Но он говорит, что решать родителям.

— Если родитель не хочет обучать своего ребенка эволюции на уроках биологии, это одно, — сказал Букер, зажимая свою коробку под мышкой. — Но навыки владения ножом — жизненная необходимость в этом мире.

Кейтлин нахмурила лоб.

— Подожди, хочешь сказать, ты…

— Неа, я не тупой. Динозавры реально существовали, и все мы просто безволосые макаки, которые слезли с деревьев, — сказал он, усмехаясь. — Но если я верю в это, это не значит, что все обязаны верить в это.

Шагнув в просторный спортзал, они услышали легкое эхо голосов с другой стороны, где сестра Агнес вела урок.

— То есть, ты христианин, который верит в эволюцию, — произнесла Кейтлин. — Ты никогда не перестанешь удивлять меня, Джек Букер.

Обернувшись через плечо, он широко улыбнулся.

— Я сложная личность.

Увидев их, сестра Агнес сказала своим ученикам дать ей несколько минут и почитать в тишине.

Кейтлин всегда требовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что эта женщина на самом деле была монашкой.

Одетая в простые джинсы и свободную синюю рубаху с закатанными рукавами, она пряталась свои волосы под простым белым платком, завязанным на шее сзади.

Улыбаясь и подходя к ним, сестра Агнес сложила руки словно в молитвенном жесте.

— Спасибо вам, — тепло сказала она. — Я знаю, что перевозить такое было непросто.

— Мы лишь надеемся, что здесь есть все, что вам нужно, — сказала Кейтлин, поставив свою коробку.

— Не сомневаюсь. Все лучше, чем ничего.

Букер кивнул на свою коробку.

— Тут в основном бумага, карандаши, кое-какие рабочие тетради и тому подобное. В коробке Кей — детские книги, парочка калькуляторов, куча карточек для уроков геометрии.

Сестра Агнес положила ладонь на его плечо, и ее глаза заблестели.

— Вы оба ангелы. Спасибо, Джек.

Он широко улыбнулся.

— Только два человека в этом лагере называют меня Джеком.

Предложив забрать одну из коробок, сестра Агнес задумчиво склонила голову набок.

— Вероятно, потому что моего брата звали так же, — сказала она. — Ты почти ни капли не похож на него, разве что у вас обоих доброе сердце. Полагаю, теперь только это сходство и имеет значение.

Пока они заносили вещи, некоторые дети помахали им руками и выкрикнули приветствия.

Маленькая светловолосая трехлетняя девочка, которую Букер вынес из лаборатории в Айове (ее звали Брианна, как потом выяснилось), махала с таким энтузиазмом, что шлепнула другого ребенка по голове своим плюшевым мишкой.

— Привет всем, — сказал Букер, улыбаясь от уха до уха. — Мы принесли вещи, которые помогут вам учиться и нарастить мозги.

— Класс, давайте поблагодарим мисс Мидоуз и мистера Букера? — сказала сестра Агнес нежным, но повелительным тоном.

— Спасибо, — хором ответили дети.

Двадцать семь маленьких личиков смотрели на них снизу вверх, и самому старшему было не больше двенадцати. Большинство осиротело после изгнания людей из Ковчега, но некоторые нашли родителей, старших братьев или сестер, кузенов или кузин…

Одна девочка, с виду лет десяти, с кудрявыми каштановыми волосами и яркими глазами орехового цвета, тихонько потыкала пальцем в лодыжку Букера.

— У тебя шнурок развязался, — сказала она ему, когда он посмотрел вниз.

— Действительно, — он усмехнулся. — Спасибо, эм…

Сунув руки в карманы джинсового комбинезона, она попыталась притвориться незаинтересованной.

— Дези, — сказала она.

Опустившись на одно колено, чтобы заново завязать шнурки, Букер кивнул.

— Спасибо, Дези.

Взглядом, который должен был принадлежать более взрослой и уставшей от мира душе, Дези пожала плечами и переключила внимание на Сестру Агнес.

Кейтлин осознала, что этот ребенок видел слишком много в слишком юном возрасте и уже никогда этого не забудет.

Попрощавшись, они пошли обратно к двойным дверям спортзала.

Кейтлин тихонько посмеивалась.

— Мистер Букер.

— Не надо, — сказал он. — Я чувствую себя моим отцом.

— Ой-ой, что я вижу, это седина?

— Да прекрати ты.

* * *

Декабрьские деньки были короткими и холодными, и потому с внешним периметром работать было почти невозможно. Им удалось сохранить большую часть забора, оставшегося со времен, когда школу переделали в убежище для местных, но задняя часть территории не защищалась ограждениями — ту часть забора снесли, когда это место пало под натиском фриков.

Зима принесла суровые морозы и снегопады, почва слишком промерзла, и копать было невозможно. Лучшее, что они смогли сделать — натянуть усовершенствованную колючую проволоку между теми столбами забора, что устояли.

Толпу это не остановит, но один-два случайных фрика запутаются и застрянут, не сумев нанести урон прежде, чем кто-то из патрульных с ними разделается.

Кейтлин каждое утро смотрела на ряды колючей проволоки, раздражаясь и будучи не в силах придумать решение получше.

Но это не мешало ей пытаться.

— Тебе тоже не нравится, что мы сидим тут как с голой жопой, да?

Кейтлин крепко сжала свою руку, повернувшись к Сету.

— Не особенно, — сказала она, стараясь не казаться напряженной.

Он улыбнулся ей, будучи совершенно расслабленным, и оперся на подоконник.

— Могу я сказать честно? — он посмотрел на дыру в заборе. — Это заставляет меня реально нервничать.

Она не знала, к чему именно он ведет, поэтому решила подождать и выяснить.

— Ну то есть, я доверяю патрульным командам, — продолжал Сет. — Я знаю, что они хорошо делают свою работу. Но они не могут находиться в дюжине мест одновременно. И эта колючая проволока удержит от силы парочку гниляков…

Он провел рукой по своим черным волосам, вздыхая.

— Наверное, я слишком зацикливаюсь, да? — он улыбнулся с намеком на самоуничижение. — Моя сестра всегда говорила, что я невротик.

— Я не думаю, что сейчас можно быть слишком осторожным, — призналась Кейтлин. — Ты не ошибаешься. Проволока удержит максимум четыре-пять фриков. Но в последние дни мы мало их видели в округе, так что… — она умолкла, не желая сглазить.

— Я подумываю записаться в следующую патрульную смену, — сказал Сет. — Хоть найду применение бессонным ночам.

Кейтлин поджала губы.

— Ты уверен? Смена может показаться непростой, если ты не подготовлен.

Он кивнул.

— Думаю, я справлюсь. Но я ценю твою заботу.

Последняя фраза была произнесена тоном на октаву ниже, и Кейтлин инстинктивно отступила на полшага.

— Эй, вы есть хотите? — позвал Букер, выходя из-за угла.

Сет выпрямился, но его выражение оставалось нейтральным, пока Букер подходил ближе.

Букер приветствовал его, помахав и кивнув.

— Как дела, Сет?

— О, знаешь, все по-старому, по-старому, — произнес Сет, засовывая руки в карманы. — Увидимся за ужином, — сказал он Кейтлин и ушел прочь.

Как только Сет оказался вне пределов слышимости, Букер пробормотал:

— Кажется, он меня недолюбливает.

— Сет… — Кейтлин сдержала более резкое высказывание. — Просто Сет.

Она пыталась подобрать слова, чтобы объясниться, и не знала, как описать ощущение, что с ним что-то не так.

Как только они ступили на ту землю, она сразу поняла, что Джеремайя был жестоким, склонным к насилию мужчиной.

И она знала, что за вежливым фасадом Сета что-то скрывается.

Она просто пока не могла понять, что именно.

Букер склонился к ней.

— Он тебе не нравится.

Это не было вопросом.

Кейтлин подняла на него взгляд, испытывая благодарность за то, что для убеждения Букера ей не всегда нужны доказательства.

— Он… Странный. Но я не могу понять, то ли он слишком… знакомый, то ли дело в чем-то другом.

— Знакомый, — повторил Букер. — Он как-то неподобающе к тебе прикоснулся или…

Она покачала головой.

— Нет, нет, ничего такого. Он просто… то и дело выскакивает из ниоткуда. Я не могу понять, то ли мы случайно натыкаемся друг на друга, то ли…

— То ли он следит за тобой, — Букер нахмурился. — Я не хочу сказать, будто не верю тебе, но у нас тут явно не гектары земли. Мне каждое утро попадаются одни и те же двадцать людей.

Кейтлин вздохнула, кивая и глядя на свою обувь.

— Знаю, знаю. Это не так уж и странно. Наверное, я просто… Слишком чувствительная.

Наклонившись, чтобы поцеловать ее в висок, Букер прошептал:

— Если он тебе не нравится, я не буду пытаться переубедить тебя. Я свой урок выучил давным-давно.

Она улыбнулась ему.

— Всего-то понадобилось разок наорать на тебя в лесу, да?

— Вот именно, — протянул он, наклоняясь, чтобы поцеловать ее по-настоящему.

«Мой».

Это все, о чем она могла думать, когда он накрыл ее губы своими.

Что бы ни случилось, она знала, где и с кем ее дом.

Отстранившись, Кейтлин потеребила горловину его серой толстовки.

— Почему бы сегодня нам не отправиться в постель пораньше и не воспользоваться преимуществами отдельной комнаты?

Букер широко улыбнулся.

— Все что захочешь, птичка певчая. Я твой.

* * *

Запрокинув голову назад, Кейтлин издала низкий стон.

— Иисусе, ты посмотри на себя, — пробормотал Букер, сжимая ее бедра ладонями с такой силой, что наверняка останутся следы.

Отбросив волосы со вспотевшей шеи, Кейтлин покачивала бедрами, двигаясь на нем и превращая это в шоу, чтобы завести его по-настоящему.

Она любила такие ночи. Уложить Букера на спину, сказать, как именно она хотела его ощутить, не торопиться, то поднимаясь, то опускаясь обратно на него.

Он уже вот-вот начнет бессвязно бормотать ей комплименты, материться, умолять ее кончить.

Сжав свои груди, она ущипнула соски и издала почти мяукающий звук, когда по ней пробежала дрожь удовольствия.

— Кей… — голос Букера срывался от нужды.

— Сам же сказал, что ты мой, — сказала она, протягивая руки и проводя ногтями по его груди. — Я просто доказываю, насколько ты мой.

Его усмешка перешла в стон, когда она резко качнула бедрами, вбирая его до упора и потираясь об него.

— Бл*дь, милая, — выдавил он, скользя руками по ее талии, ребрам, груди. — Никогда в жизни я не…

Как раз когда его большие пальцы начали гладить чувствительные холмики, жидкий жар в ее нутре погас.

По спине пробежала дрожь, и на сей раз каждый дюйм ее кожи ощетинился от подозрения.

— Букер… — она замедлила движения, глянув в сторону двери напротив них. — Джек, остановись.

Он тут же отпустил ее.

— Что? Что такое? — спросил он, обеспокоенно нахмурившись.

Кейтлин не ответила. Ее сердце слишком громко стучало в ушах, и она ничего не слышала, но знала… Чувствовала это.

— Кей, поговори со мной, — сказал Букер, слегка приобнимая ее за талию и садясь.

Она моргнула.

— Я… думаю, кто-то наблюдал за нами, — прошептала она.

Повернувшись к узкому окошку в двери, Букер помрачнел.

— Ты что-то видела?

Покачав головой, она нахмурилась.

— Нет, но… Я это почувствовала. Что-то не так, я…

— Ладно, все хорошо, — пробормотал он, поглаживая ее по спине. — Слезай. Я пойду посмотрю.

— Я с тобой, — сказала она, слезая с его колен и хватая свою рубашку.

Поспешно одевшись, они оба как можно тише подошли к двери.

Повернув защелку, Букер чуточку приоткрыл дверь и выглянул, чтобы посмотреть, не стоит ли кто в коридоре.

Распахнув дверь шире, он обернулся к ней.

— Ничего не вижу, — сказал он. — Это кто-то мог убежать, как только увидел, что ты заметила.

Высунувшись из-под руки Букера, Кейтлин сама всмотрелась в темный коридор.

Пусто и тихо. Ни света, ни шагов, ни тяжелого дыхания или немертвых стонов.

Она медленно развернулась по кругу.

— Кто-то наблюдал за нами, — сказала она, ощущая, как в горле встает ком. — Я не сошла с ума, я это почувствовала…

— Ш-ш-ш, я знаю, — сказал Букер, потянувшись к ней. — Я тебе верю. Но ничто здесь не даст нам подсказки, кто это был.

Кейтлин стиснула зубы.

Она знала, кто это. Но у нее не было доказательств.

— Пойдем, — Букер подтолкнул ее обратно в их комнату.

Снова устроившись на постели, Кейтлин стянула джинсы, но осталась в рубашке и забралась под спальник.

Раздевшись, Букер присоединился к ней, но сохранял свои прикосновения невинными, поцеловав в лоб и слегка погладив по колену.

— Прости, я… — Кейтлин покачала головой. — Я чувствую себя такой глупой из-за того, что испортила момент.

— Не стоит, — сказал он, целуя ее в щеку. — Я верю тебе, птичка певчая. Видимо, нам нужно найти шторку для этого окошка или типа того, да?

— По Земле бродят фрики, но нам все равно надо беспокоиться о токсичных извращенцах, — пробормотала она, улегшись и свернувшись на боку.

Лежа лицом к ней и заняв место между Кейтлин и дверью, Букер положил ладонь на ее шею сзади, баюкая ее, пока она прижалась к его груди.

— Наверное, некоторые вещи не меняются никогда, — сказал он, положив подбородок на ее макушку.

Заставив себя закрыть глаза, Кейтлин сосредоточилась на своем дыхании, на размеренном сердцебиении Букера.

Она решила, что компенсирует ему утром.

При свете. Когда легко будет заметить, что кто-то заглядывает в их комнату.

* * *

Приветствуя людей на ходу, Кейтлин направлялась к учительской — комнате, которую отвели для избранных представителей. Если никого внутри не окажется, она оставит записку с просьбой пообщаться.

О чем именно, она еще не решила.

Она не хотела подавать жалобу как таковую. Ей просто нужно было, чтобы кто-то был в курсе тревоги, которая росла в ее нутре всякий раз, когда она видела, что Сет бродит по коридорам или кафетерию.

Дэвид и Макс медленно шли, чтобы послушать истории Сестры Агнес, и Матильда неуклюже семенила между ними, держа их обоих за руки.

— Смотри, кто идет, Мэдди, — проворковал Макс. — Тетя Кейтлин.

Она просияла, помахав малышке.

— Привет, милая, смотри-ка, а ты уже ходишь!

— Скоро она будет бегать, — сказал Дэвид со вздохом. — А потом лазить. И тогда у меня не будет ни единого спокойного момента.

Макс шикнул на него.

— Ну, хотя бы чувство равновесия ей досталось от меня.

— Вместе с твоей беспечной натурой.

Сунув руки в задние карманы, Кейтлин усмехнулась, глядя на мужчин.

— Вы двое ведете себя как типичная женатая пара, — сказала она. — И как типичные родители.

Макс усмехнулся.

— Я посчитаю это комплиментом.

Как раз когда они уже прошли мимо нее, Кейтлин кивнула Максу и сказала:

— Вообще-то… могу я поговорить с тобой кое о чем? Это не займет долго.

— Конечно, — сказал он, бросив на Дэвида понимающий взгляд и держа в руке маленький кулачок Матильды.

Шагнув в сторону, Кейтлин скрестила руки на груди и прислонилась плечом к стене.

— Ты выглядишь очень серьезной, — прокомментировал Макс.

Кейтлин попыталась улыбнуться, но вышло как-то натужно.

— Как хорошо ты знаешь Сета?

Макс нахмурился.

— Сета… Из лагеря Айовы?

— Ага.

— Не очень, — признался он. — Я говорил с ним всего несколько раз. Он помогал обустроить лагерь в Оклахоме. Показался достаточно дружелюбным. Вежливым.

Когда Кейтлин неловко переступила с ноги на ногу, Макс заметил.

— Почему мне кажется, что у тебя имеется совершенно иной опыт?

Убрав волосы со лба, она позволила своему взгляду скользнуть к пыльной пробковой доске с рекламой гулянки в честь окончания учебного года.

— Он… не сделал ничего, — сказала она наконец. — Ничего серьезного. Он просто то и дело оказывается рядом и отпускает такие комментарии… будто он думает, что знает меня.

Макс ждал, пока она продолжит.

— Не знаю, есть в его тоне что-то. Такое ощущение… будто он пытается внушить мне ложное чувство безопасности.

— Это очередной момент в духе «Тед Банди тоже выглядел нормальным»?

Она слегка улыбнулась от этого воспоминания.

— Может быть. Я не уверена. Я чувствую себя нелепо из-за того, что вообще поднимаю этот вопрос, но после прошлой ночи…

— Погоди, а что было прошлой ночью?

Ее щеки горели.

— Ну, эм… — она оглянулась через плечо, убеждаясь, что в пределах слышимости никого нет. — Прошлой ночью мы с Букером… были близки…

Брови Макса на мгновение взлетели вверх, но он взял себя в руки.

— И я почувствовала, что за нами кто-то наблюдает.

Он тут же перешел от легкого смущения к откровенному ужасу.

— Сет наблюдал, как вы занимаетесь сексом?

Кейтлин покачала головой.

— Не знаю. Может быть. Я так думаю.

— Это чертовски много неопределенности.

— Я нутром чую, что за дверью кто-то был, — сказала она. — Но когда мы пошли проверить, никого не было. Но я и раньше натыкалась на Сета в коридорах — ранним утром, никого вокруг нет, а он просто стоит в дверном проеме и не издает ни звука.

— Хм. Это немного нервирует, — сказал Макс. — И все же это не значит…

— Знаю, — перебила Кейтлин, вздохнув. — Просто… Я не могу понять этого парня. Это меня нервирует.

Она посмотрела поверх плеча Макса на Дэвида и Матильду, которые все еще шли к библиотеке.

— Мы должны беспокоиться не только о фриках, — добавила она. — И я пообещала себе, что сделаю все возможное, чтобы защитить этих людей. Они — моя ответственность.

Макс потянулся к ней и мягко положил руку на ее предплечье.

— Ты не несешь ответственность за каждого человека в этой группе, Кейтлин. Почему, как ты думаешь, у нас есть избранный совет? Голосование? Чтобы не взваливать все бремя на плечи одного индивида.

Сморгнув слезы, от которых щипало глаза, она выдержала его взгляд.

— Мы с Букером вытащили этих людей из Ковчегов, — хрипло прошептала она. — Они все твердят, что мы спали их, но мы лишь заставили их обменять одну тяготу на другую. Кем же я буду, если оставлю их на волю прихотей судьбы?

— Ты будешь просто человеком, — сказал Макс, и черты его лица смягчились от сочувствия. — И позволь напомнить тебе, что из-за того, что вы вломились в один из Ковчегов (заставив людей обменять «одну тяготу на другую»), я вернул себе мужа и дочь.

В горле Кейтлин встал ком, и чем сильнее она пыталась проглотить его, тем больше он становился.

— Мы никогда не узнаем, что было правильным решением, — продолжал Макс. — Но с моей точки зрения, это решение было чертовски великолепным. И я никогда не буду считать себя ответственной за то, что случится с нами потом.

Охваченная чувствами, она могла лишь кивнуть.

Сжав ее запястье, Макс улыбнулся.

— Прекрати делать из себя атланта, который держит на своих плечах всех Отверженных. Твоей энергии найдется применение получше.

Это самые добрые слова, которые кто-либо говорил ей в последнее время.

— Спасибо, Макс, — пробормотала она.

Дэвид крикнул им с конца коридора.

— Лучше поспеши, папуля! Мэдди обогнала тебя на милю!

Усмехнувшись, Макс повернулся и помахал им.

— Иди, — сказала ему Кейтлин. — Спасибо за… Ну, за все.

— Всегда пожалуйста.

Она смотрела, как он трусцой бежит по полированной плитке и присоединяется к своей семье.

Кейтлин, может, и не атлант, но она все равно несла на себе много ответственности.

Она подождала, когда Макс, Дэвид и Матильда скроются за углом, а потом скользнула в учительскую.

Глава 7

Дни проносились странными вспышками.

Пара дней могла ощущаться как несколько часов, а один день мог тянуться целую жизнь.

Кейтлин привыкла доставать их потрепанную дорожную карту и прослеживать линии пальцем, изучая их следующий маршрут до тех пор, пока он не запечатлевался в ее мозгу.

Как только они добудут больше припасов для жилья (матрасы, кушетки, спальные мешки, подушки), они собирались прочесать нижний правый угол Колорадо, поискать еще выживших или лагерь Ковчега.

Они сомневались, что там будет лагерь. Свидетельств о лагере Ковчега к западу от них или не существовало, или им было несколько месяцев, то есть, они относились к периоду до миграции лагерей.

Вспомнив, что она не пометила последний дорожный знак, на котором оставила метку креста, Кейтлин вытащила красную ручку из сумки и пометила точкой страничку.

После их отъезда из Арканзаса прошло много месяцев, но она до сих пор старательно оставляла след для Джорджа и остальных.

Просто на всякий случай, говорила она себе.

Вопреки всему она сохраняла надежду.

Когда она сложила карту, собираясь спрятать ее в сумку, звуки быстрых шагов эхом прокатились по коридору.

Один… потом двое… трое человек пробежали мимо, и все говорили приглушенными паникующими голосами, которые она не могла разобрать сквозь дерево и бетон.

Нахмурившись, Кейтлин вскочила и распахнула дверь.

— Что…

Эдвард притормозил ровно настолько, чтобы махнуть ей.

— Гниляки прорвались через забор, — сказал он. — Оружие у тебя есть?

— Сколько? — спросила она, уже нагибаясь, чтобы схватить нож и револьвер из рюкзака.

— Не знаю, — сказал Эдвард, продолжая бежать в сторону опасности. — Алонзо сказал, тридцать или больше.

Сердце Кейтлин ухнуло в пятки.

— Эд, где Букер?

— Уже снаружи!

Дерьмо.

Пустившись бежать, Кейтлин за считанные секунды нагнала остальных.

Она вылетела из боковой двери как пуля, уже держа нож в руке.

Фрики шатались по маленькому дворику, поросшему травой — по пространству между зданием и футбольным полем, которое находилось ниже по холму — и пытались схватить ближайшее теплое тело.

Тридцать — это скромная оценка, и еще больше пробивалось через дыру в заборе именно там, где была колючая проволока.

Вопросы заполонили сознание Кейтлин, и ей пришлось отложить их до тех пор, пока им не удастся выжить.

Черные гниющие рты разевались, жадно ища живую плоть. Крючковатые грязные руки замахивались и царапали, атакуя всех, кто оказывался в пределах досягаемости.

Кейтлин взмахнула рукой, метя в глазницу ближайшего фрика.

Вонзив лезвие через глаз в череп, она вытащила оружие обратно, быстро освободив его и переступив через труп.

Покрутив головой, она попыталась сосчитать, сколько их людей находилось в самой гуще.

Пятеро, может, шестеро. Но она не видела Букера.

И еще больше фриков прорывалось во двор.

Кейтлин снова замахнулась ножом, вонзила его в висок следующего фрика и провернула.

Затем еще раз. И еще раз.

К шестому удару ее рука заныла, но она продолжала, очищая территорию дюйм за мучительным дюймом.

Это не станет их концом. Они выживали так долго не для того, чтобы погибнуть от заплутавшего стада немертвых говнюков.

Охнув, она пнула фрика в живот, заставив того повалиться на землю, и заколола другого ударом в подбородок снизу.

«Беги, беги, беги…»

«Защищай, защищай, защищай…»

Повернувшись, она заметила Алонзо, пытавшегося оттеснить фрика, и побежала к нему на помощь.

На полпути туда что-то схватило ее за лодыжку, заставив грохнуться на застывшую землю с испуганным воплем.

Фрик был частично завален другими трупами, что замедляло его атаку, но его гнилая туша все равно выглядела огромной под таким углом, пока он стонал, отчаянно желая укусить ее за опасно близкую лодыжку.

Пинаясь изо всех сил, она все равно не сумела высвободить свои джинсы из его хватки.

Одной рукой ухватившись за сухой заиндевевший газон, она попыталась достать пистолет из-за ремня на поясе.

Возня привлекла внимание двух других фриков, и те повернулись, шаркая в их сторону.

— Черт, черт, черт, — прохрипела она.

Сев, Кейтлин полоснула по руке схватившего ее фрика и едва не отрезала ее в запястье.

Она чувствовала это нутром.

Три секунды — это все, что было в ее распоряжении.

Недостаточно времени, чтобы встать и разделаться с обоими фриками, надвигавшимися на нее. Может, она бы уложила одного, но другой…

Как раз когда их тени нависли над ней, возвещая об ее кончине, прогремел выстрел.

Мозги брызгами разлетелись по земле, и оба фрика упали замертво.

Резко вздохнув, Кейтлин воспользовалась этим шансом, чтобы зарезать в висок того, который застрял, а потом вскочила на ноги.

— Джек! — вскрикнула она, готовая побежать к нему.

Но мужчина, державший в руке пистолет 45 калибра, был не Букером.

— Ты в порядке? — спросил Сет, слегка опустив оружие.

Кейтлин моргнула.

Ее спас Сет?

— Ага, — ответила она наконец. — Спасибо.

Он улыбнулся.

— Не за что.

Сказав так, он продолжил сражаться.

Вспомнив, зачем она вообще бежала туда, Кейтлин поискала Алонзо.

Он уже находился на расстоянии нескольких метров и расправлялся с другим фриком в порванном комбинезоне механика.

Отбросив волосы с лица, Кейтлин втянула побольше воздуха в легкие и сосредоточилась на следующей мишени.

Все больше и больше людей высыпало из школы на помощь, вооружившись пистолетами, бейсбольными битами, мачете… Любыми тяжелыми или острыми предметами, лишь бы защитить свой дом.

Ярко-рыжие волосы Николь промелькнули во дворе, когда она вместе с кем-то побежала, чтобы попытаться остановить поток немертвых существ.

Даже в хаосе Кейтлин подмечала знакомые лица. Эдвард, Триш, Стив, Луна, даже Скотт выбежал наружу, вооружившись тяжелой трубой.

Но где же Букер?

Натаниэль появился со складным ножом, полосуя и прорубая себе путь к Кейтлин.

— Ты в порядке? — спросил он, вонзая нож в затылок небольшого фрика.

— Нормально, — ответила она, для перестраховки оборачиваясь через плечо. — Но я не могу найти Букера.

— Я его не видел, — сказал он, обеспокоенно нахмурившись. — Но я уверен, он где-то здесь.

Все больше и больше трупов сваливалось во дворе, и это заявление вовсе не успокаивало.

Вдалеке на мгновение взревел двигатель, и Кейтлин на мгновение подумала, что удача действительно покинула их. Отряд головорезов нашел их, и это станет вишенкой на дерьмовом торте, в котором они очутились.

БИП!

Кейтлин замерла.

БИП-БИП-БИИИИП!

— Какого хера? — выдохнула она, поворачиваясь по кругу.

Еще один фрик подобрался ближе, и она быстро от него избавилась, все еще хмурясь от приближавшихся звуков.

Из-за угла школы выехал один из украденных автобусов Ковчега, понесшийся к дыре в заборе.

Осознание ударило по Кейтлин как пощечина.

— Убирайтесь с дороги, — закричала она, маша руками своим друзьям, чтобы они побежали. — Назад!

Автобус не затормозил, врезаясь в гниющие тела, отчего те или разлетались в разные стороны, или хрустели под большегрузными шинами.

— Шевелитесь! — завопила Кейтлин, хватая того, кто оказался ближе всех — Донну — и оттаскивая ее с пути разрушения. — Шевелитесь!

Водитель снова засигналил и проехал через самое густое скопление фриков. Кровь и мозговое вещество покрывали землю, превращая все в отвратительную скользкую массу.

Автобус остановился прямо перед дырой в заборе, водительская дверца распахнулась, и прозвучало несколько выстрелов.

Кейтлин где угодно узнала бы звуки этой винтовки.

Переключив свое внимание на орду, которая все еще пыталась пробиться внутрь, Букер повесил винтовку на плечо и вскарабкался с дверцы на крышу автобуса.

При виде его радостное облегчение переполнило ее грудь, но у Кейтлин не было времени восторгаться. Внутри до сих пор оставались дюжины фриков, и автобус был лишь временным решением ситуации. Им надо расправиться с толпой.

Боковая дверь распахнулась, и Кейтлин обернулась посмотреть, сколько людей в состоянии помочь.

Таща в одной руке тканый мешок, сестра Агнес целилась из маленького пистолета 22 калибра во всех попадавшихся ей немертвых и стреляла, расчищая себе пространство, чтобы пробежать вперед.

— Кейтлин! — крикнула она. — Вот!

Монашка сунула мешок в руки Кейтлин.

К ее удивлению, содержимое загремело.

— Я подумала, что это вам пригодится, — сказала сестра Агнес, после чего подняла свое оружие и сделала еще несколько выстрелов.

Кейтлин впервые видела, чтобы она убила что-нибудь покрупнее надоедливого комара.

Заглянув в мешок, Кейтлин ахнула.

Пули. Сотни пуль. Полные магазины и коробка снарядов для винтовки.

— Спасибо, — выдохнула она, дотронувшись до руки женщины, после чего развернулась и бросилась бежать к автобусу.

Букер стрелял продуманно, стараясь выиграть время, а не просто убивать любого фрика, который первым попался ему на глаза.

Кейтлин заколола еще двоих в глаза, проталкиваясь вперед, и закричала, как только оказалась в пределах слышимости.

— Букер! Лови!

Изогнувшись, Букер схватил мешок в воздухе, аккуратно стараясь не рассыпать содержимое.

Освободив руку, Кейтлин принялась карабкаться на крышу автобуса. Подтянувшись, она помогала себе ногами, пока Букер продолжал стрелять.

— Я думала, с тобой что-то случилось, — произнесла она, стараясь отдышаться и проверяя патроны в револьвере.

— А я думал, что ты внутри, — отозвался он перед тем, как нажать на курок.

Пьянея от адреналина, Кейтлин улыбнулась.

— Чтобы я пропустила это веселье? Да ни за что.

Прицелившись из своего оружия, она разнесла на куски голову фрика, который ломился в дверь автобуса и едва не погнул дверные петли.

— Вот сейчас бы не помешал коктейль Молотова, — пробормотал Букер, переведя прицел на несколько тел, которые двигались вдоль забора из сетки.

Кейтлин присела, чтобы открыть мешок, и достала коробку патронов для его винтовки.

— Видимо, придется довольствоваться этим, — сказала она, протягивая ее Букеру.

— О да, черт возьми, — воскликнул он.

Кейтлин услышала, как дверца автобуса позади них скрипнула, и резко развернулась, готовая разделаться с храбрым фриком, который пытался к ним залезть.

— Это я, — крикнула Николь, ухватившись одной грязной рукой за край крыши и подтянувшись. — Подумала, что вам не помешает помощь.

Помогая своей подруге забраться на крышу, Кейтлин нахмурилась.

— У тебя вообще есть огнестрельное оружие?

Николь достала из заднего кармана пистолет.

— Прихватила его у Кларка по дороге сюда.

— Кей, ты займись этой частью стада, — приказал Букер, показывая направо. — Николь, держись слева от меня и присматривай вон за той частью забора, — он подбородком указал на шатающийся металл. — Не знаю, долго ли она выстоит.

Пока другие расправлялись с фриками во дворе, троица заняла свои места на крыше автобуса и подняла оружие.

Выстрелы оглушительно гремели, накладываясь друг на друга, и вскоре Кейтлин могла слышать лишь выстрелы и отголоски звона после них.

Каждый ряд фриков подкашивался и падал, но их затаптывали новые члены стада.

Кровь забрызгала бок автобуса, пока они убивали все больше и больше немертвых.

Кейтлин сбилась со счета, но судя по оставшимся боеприпасам, они уложили уже семьдесят фриков или даже больше.

Гора трупов росла и росла, вонь переполнила их носы.

Вдалеке два последних опоздавших фрика спотыкались в сорняках.

Глянув друг на друга, Букер и Кейтлин улыбнулись и сделали свои последние выстрелы.

Безмолвная тишина казалась нереальной.

Повернувшись, Кейтлин посмотрела на двор, ища какие-то признаки отчаяния или потери.

Окровавленные, побитые и вымотавшиеся, но все стояли на ногах.

Они выжили. Все до единого.

Тихий рокот слабого смеха раздался среди нескольких мужчин — в особенности от Алонзо и Эдварда, которые обнимались и хлопали друг друга по спинам.

Повесив винтовку на плечо, Букер посмотрел на Кейтлин.

— Ну а теперь, кто хочет перекусить?

Николь и Кейтлин застонали, пихнув его с обеих сторон.

Рассмеявшись, он развел руками.

— Что такого?

* * *

Учительская была забита людьми; все стояли плечом к плечу вокруг стола и стульев из Икеи.

— Наши приоритеты должны измениться, — сказала Луна, скрестив руки на груди. — Мы зазнались, думая, что у нас достаточно людей, чтобы справиться с любым количеством гниляков. Сегодняшний день мог обернуться массовой гибелью.

Стив нахмурился.

— Земля слишком промерзла, и не получится копать, чтобы загнать шесты и отремонтировать забор. Несколько недель назад мы пытались, и за несколько часов смогли углубиться всего на пару сантиметров.

— Но у вас есть другие материалы, — сказал Букер, посмотрев на мужчину. — Кирпичи, фанера…

— Этого недостаточно, чтобы построить стену, — перебила Триш. — И у нас нет бетона, чтобы ее укрепить. По факту мы построим большую башенку Дженга, которая опрокинется в тот же момент, когда ее толкнет какой-нибудь гниляк.

— Ну, это лучше, чем ничего, — сказал Натаниэль. — Мы могли бы наведаться в магазин строительных материалов в соседнем городе и надеяться, что там есть вещи, которые нам пригодятся.

— На это уйдет много времени и топлива, — сказал Макс. — У нас нет достаточно большого транспортного средства, чтобы доставить все это разом.

Кейтлин закусила губу изнутри, дожидаясь, пока стихнут разговоры про забор.

Неисправный периметр был поводом для беспокойства, но это не главная проблема.

Как такая большая орда нашла одну-единственную дыру в их обороне?

С тех пор, как они заселились в школу, они видели лишь несколько отдельных фриков. Кейтлин помнила, что всего раз на дороге увидела группу из десяти штук.

Они с Букером быстро разделались с ними; холод как будто заморозил их немертвые суставы.

Но толпа из семидесяти фриков, которая двигалась быстрее всех, с кем они сталкивались за зиму — это аномалия.

Голос Николь привлек ее внимание.

— Нам необязательно сразу же чинить забор, — сказала она. — У нас достаточно трупов, чтобы окружить все здание.

Ошеломленное молчание и туповатые взгляды показались почти комичными.

— Прошу прощения… — начал Натаниэль. — Ты предлагаешь…

Николь обвела взглядом группу.

— Вы, ребята, не поняли? — ее глаза метнулись к Кейтлин и Букеру. — Запах трупов зомби отгоняет других зомби. Их не привлекает плоть их же гниющих мертвецов — вот почему они не едят друг друга. Если разложить тела, то запах отгонит других зомби.

Слегка ужаснувшись, Скотт наклонился поближе.

— Хочу ли я знать, как ты это выяснила?

— Об этом догадалась первая группа, с которой я была, — сказала она. — Мы помещали несколько трупов вокруг места, где устраивались на ночь, чтобы во сне на нас не напали.

Букер кивнул.

— Мы зачистили фермерский домик в Миссисипи и бросили стональщиков снаружи. Возможно, это уберегло нас, когда по дороге проходило большое стадо.

— Хотите сказать, нам надо просто разложить кольцо трупов вокруг этого места, и сегодняшняя атака не должна повториться? — спросила Триш, нахмурив лоб.

— Я предлагаю все равно починить забор, — сказала Николь. — Но до тех пор, да. Тела должны помочь.

— А никому не интересно, как они сюда попали? — выпалила Кейтлин. — Настолько огромная толпа, хотя самое крупное, что мы видели здесь — это кучка из десяти-двенадцати фриков? И все они устремились к одной дырке в заборе. Фрики не настолько умные. Они не могут мыслить логично.

— Во дворе были люди, — сказал Натаниэль. — Должно быть, гниляки увидели движение и устремились к нам.

— Ладно, возможно, — признала она. — Но эти фрики не торчали на морозе много месяцев. Они двигались слишком быстро и легко. И они не были покрыты инеем…

— Ну, не подкинул же их кто-нибудь к нам на порог, — сказал Стив. — Должно быть, они вырвались на свободу из какого-то места. Помнишь супермаркет с сотнями гниляков внутри?

Некоторые члены группы согласно забормотали, ярко вспомнив тот день.

Кейтлин поджала губы.

Подвинувшись ближе, Букер прошептал:

— К чему ты ведешь, Кей?

В этом-то и проблема. Она не знала.

Она не могла обвинить кого-то в столь гнусном поступке, сначала не убедившись, что данный гнусный поступок действительно был совершен.

— Думаю… — она сделала глубокий вдох. — Думаю, нам надо посмотреть самим.

Букер издал тихий гортанный звук — едва слышное одобрительное хмыканье — и один раз кивнул.

— Сегодня ночью, — прошептал он.

— Определенно.

Группа продолжала обсуждать тактику патрулирования, необходимость добавить больше людей и оружия. Они спорили, надо ли найти больше боеприпасов до завтрашнего дня, или же подождать до следующей вылазки.

Кейтлин просто слушала, все сильнее впиваясь ногтем большого пальца в средний палец и подавляя желание вскочить и бежать.

* * *

— Ты уверена, что не хочешь подождать до утра? — спросил Букер, водя лучом фонарика по неровной земле перед ними.

— Мы можем потерять улики, если будем ждать, — ответила она, глянув через плечо. — И если меня не подводит чутье, то нам лучше не терять эти улики.

Светя своим фонариком прямо перед собой, Кейтлин повела их за забор по сорнякам и высокой траве, где буквально несколько часов шаркала толпа фриков.

Большинство трупов было перетащено в соответствии с инструкциями Николь, но некоторые особенно изувеченные и разрушенные тела все еще валялись на земле.

— Так чего ты не сказала на том собрании? — спросил Букер, держась как можно ближе к ней, но так, чтобы не напирать.

Кейтлин сместила луч фонарика, чтобы осмотреть окружающую траву.

— Я думаю, что кто-то привел фриков прямиком к нам, — сказала она. — Не знаю, кто, но кто-то позаботился о том, чтобы приманить толпу к единственному слабому месту в нашем заборе.

Букер на мгновение притих.

— Ты не считаешь, что Натаниэль прав? Они могли заметить движение во дворе…

Она склонила голову набок, обдумывая этот вариант.

— Может быть. Но это не объясняет остального.

— Чего остального?

Красное пятнышко привлекло внимание Кейтлин, и она аккуратно шагнула ближе.

— Эти фрики не находились на морозе всю зиму, — сказала она, внезапно остро ощутив холод, атаковавший ее нос и кончики пальцев. — Они не были застывшими или покрытыми инеем. А значит, их где-то держали, а потом выпустили.

— Или… — парировал Букер. — Они просто откуда-то вырвались.

Вздохнув, Кейтлин повернулась к нему лицом в темноте.

— Если ты не согласен, это нормально, — сказала она. — Просто подыграй мне на минутку, хорошо?

Букер пожал плечом.

— Эй, я же здесь, птичка певчая. Я с тобой. Показывай дорогу.

Снова переведя луч фонарика обратно к кровавому пятну в траве, она нагнулась поближе.

Разрезанная пополам белка лежала, прикрытая листьями и несколькими веточками. Ее кровь капала на хрупкие стебельки высокой сухой травы.

Кейтлин скривила губы от отвращения, отыскав прутик, чтобы потыкать в грызуна и скинуть с него мусор.

— Это сделал не хищник, — сказал Букер, присев на корточки, чтобы посмотреть получше. — Видишь позвоночник?

Она видела. Слишком хорошо.

— Укус животного выглядит рваным. Они раздирают свою еду, — Букер поднял животное за шею, показывая в свете фонарика. — Эту тушку разрезали. Ножом.

Кейтлин помрачнела.

— И трупик свежий. Кровь еще красная, а не ржавого оттенка.

Бросив мертвого грызуна, Букер вытер пальцы о джинсы на голени.

— Ладно, — сказал он, вздохнув. — Думаю, твоя теория начинает подтверждаться.

Она бы усмехнулась, если бы ее не тошнило.

— Я же говорила.

— Да, да…

Они тихо пробирались по полю к небольшой рощице деревьев. В основном там рос молодняк, но некоторые стволы, похоже, росли как минимум несколько лет, посаженные сотрудниками школы, чтобы обеспечить укрытие от любопытных глаз и защитить от шума с дороги.

Луч ее фонарика остановился на очередном пятне крови, которое находилось слишком высоко, чтобы быть оставленным фриком.

Букер вскоре нашел еще несколько расчлененных грызунов; их куски были разбросаны как какой-то извращенный след из хлебных крошек на незнакомой тропе.

— Мы отошли как минимум на полмили, — сказала Кейтлин, оглянувшись на темный силуэт школы. — Патруль увидел бы, если бы толпа просто ошивалась поблизости.

— Может, она не будет поблизости, — сказал Букер, указывая фонариком в сторону узкой двухполосной дороги, которая обрывалась за школой. — На что поспорим, что в той стороне мы найдем еще больше разрезанных животных?

Кейтлин сглотнула кислый слой, покрывавший ее горло.

— Супер. То есть, какой-то психопат режет ни в чем не повинных лесных жителей и использует их, чтобы подманить фриков к нашей входной двери.

Она уже собиралась повернуться к нему лицом, когда другая тень привлекла ее внимание.

— Букер, это то, что я думаю?

Сделав пару шагов вперед, они оба посветили вперед по дороге.

Она едва могла различить вершину жестяной крыши.

— Может, амбар, — сказал Букер. — Или большой сарай.

Живот Кейтлин скрутило узлом.

— Достаточно большой, чтобы вместить толпу фриков?

Опустив фонарик, Букер посмотрел на нее.

— Что ж, дорогая, кажется, ты только что обнаружила вероятную причину случившегося.

Кейтлин еще никогда не было так ненавистно оказаться правой.

— Теперь вопрос в другом, — добавил он. — Этот псих где-то там… — он полукругом указал на окружавшую их местность. — Или он там? — он подчеркнул свои слова, показав большим пальцем через плечо.

В сторону школы.

В сторону дома.

Кейтлин вздохнула.

— Проклятье.

Глава 8

— Доброе утро, Букер!

— Эй, Боб, как дела?

Кейтлин повернулась, посмотрев на мужчину, который поприветствовал Букера.

Пока они проходили по кухне, собирая свой обычный завтрак из жареной ветчины, тоста и тех консервированных фруктов, что имелись в наличии, Кейтлин знала, что пристально смотрит на каждого человека, с которым они сталкивались.

Она ничего не могла с этим поделать.

Все, даже те, кто ей нравился, были подозреваемыми.

— Полегче, птичка певчая, — прошептал Букер, наклоняясь поближе к ней. — Ты выглядела так, будто хотела откусить Бобу голову.

— Боб может быть нашим местным психом.

— Боб поет в душе и плачет каждый раз, когда детям читают «Паутину Шарлотты».

Схватив кружку для кофе, Кейтлин выдохнула через нос.

— Ладно, но он не исключен из нашего списка. Никто не исключен, — посмотрев на него, она нахмурилась. — Что мы скажем людям? Нам надо поговорить с Луной, Триш, Натаниэлем… Им надо знать, что мы нашли.

— Мы скажем им после завтрака, — сказал Букер, наполняя свою кружку. — Все чуть проще переносится на сытый желудок.

— Это ты так говоришь, — пробормотала она, глядя на кусок консервированной ветчины на своей тарелке. — Зачем я вообще взяла это? Не думаю, что смогу есть мясо после того, что мы увидели.

— Лучше попытайся. Надо поддерживать силы.

— Ладно, но если меня начнет тошнить, ты будешь виноват.

Пока они шли к своему обычному столику в дальнем углу кафетерия, Кейтлин ощущала клаустрофобию. Хоть и до переезда они потеряли около двадцати человек, из других Ковчегов они набрали сорок или даже больше. Так много людей, и все с неизвестным прошлым, и они явно готовы на все ради выживания.

Это не означало злой умысел или социопатические наклонности, однако от этого ей не становилось спокойнее.

Чтобы не накручивать себя, Кейтлин стала писать заметки на помятом чеке, который нашла в одной из своих книг по ведению хозяйства.

Хронология нападения фриков. Кто первым оказался во дворе, кто показался попозже, любые детали сражения, которые она могла вспомнить.

Это не было точными уликами, но поскольку законных судов больше не существовало, это не имело значения.

Им всего лишь нужен намек, улика, что-то, что укажет в направлении того, кто захотел бы совершить столь ужасный поступок.

Резкий свист сзади заставил Кейтлин подпрыгнуть, и она едва не разлила кофе.

— Прости, — сказала Николь, уже усаживаясь. — Я не думала, что это будет достаточно громко, чтобы напугать тебя.

Когда Скотт сел напротив, Кейтлин слегка улыбнулась.

— Дело не в тебе, — сказала она. — А во мне.

Николь обеспокоенно переглянулась с Букером, и тот жестом показал ей и Скотту наклониться поближе.

— Мы нашли подтверждение того, что кто-то подстроил вчерашнюю атаку стональщиков, — тихо сказал Букер.

— Что?! — в унисон воскликнули Николь и Скотт.

— Ш-ш-ш, не надо… — Букер замахал рукой. — Мы еще не говорили избранным представителям.

— Что за больной мудак захотел вот так приманить гниляков к нам? — спросил Скотт, и его лицо исказилось от отвращения.

Кейтлин медленно отпила кофе.

— Такой же больной мудак, который кромсает белок на куски, чтобы использовать их в качестве приманки для фриков.

Рука Николь взлетела к ее рту.

— Нет.

— Да.

Она со Скоттом в ужасе уставились друг на друга.

— Ребята, это уже не шутки, — сказал Скотт. — У вас есть идеи, кто это может быть?

Букер покачал головой.

— Это может быть кто угодно. Мы даже не уверены, что это кто-то из нашей группы. Может, какой-то извращенный искатель припасов играет в игры.

— Играет в игры, — пробормотала Николь.

— В данный момент все в списке подозреваемых, — сказала Кейтлин.

— Высока вероятность, что это кто-то из наших знакомых, — сказала Николь, окинув их взглядом. — Люди с такими… предрасположенностями склонны нацеливаться на тех, с кем они знакомы. Они антисоциальны, затаили нешуточную обиду, считают, что им что-то полагается; а когда они этого не получают, они срываются с цепи.

Кейтлин помрачнела.

— Это все равно не сужает круг подозреваемых. Ну то есть, сколько здешних людей слетало с катушек у нас на глазах?

— В том-то и дело, что это может быть не особенно агрессивный человек, и у него может не быть срывов. Есть куча задокументированных случаев, когда насильник или серийный убийца оказывался по всем параметрам добрым, любящим и щедрым человеком, — Николь склонила голову набок. — Ну, пока копы не находили тела в их берлогах.

По спине Кейтлин пробежала ледяные мурашки.

— Супер. То есть, среди нас есть какой-то доморощенный СПУ[1], — она поерзала на сиденье, посмотрев на заполненные столы вокруг них. — Мне одной сейчас мечтается о пыльном фермерском домике в Миссисипи?

Скотт фыркнул, не отрываясь от своей кружки.

— Нет уж, спасибо.

Его шутка застала их врасплох, и все усмехнулись.

Взяв его за руку, Николь широко улыбнулась.

— Справедливо, — сказала она.

Букер поддел локоть Кейтлин, привлекая ее внимание.

— Ты сказала, что Скотт вызывает у тебя нехорошее чувство, — произнес он, понизив голос. — Думаешь, он один из тех антисоциальных типов?

Кейтлин задумчиво нахмурилась.

— Может быть. Но вчера он сражался вместе со всеми. Он даже… — она умолкла, не будучи уверенной, что стоит рассказывать Букеру остальное.

— Даже что?

Сделав глубокий вдох, она наконец сказала:

— Он спас мне жизнь.

Все краски ушли с лица Букера.

— Фрик сбил меня с ног, — объяснила она. — Его придавили другими телами, и он не мог меня укусить, но его хватка была сильной. Пока я отбивалась, подошли еще двое. Мне не хватило бы времени убить обоих… Один из них достал бы меня. И внезапно… Они рухнули на землю. И там стоял Сет, держащий дымившийся пистолет.

От того, как Букер стиснул зубы, у самой Кейтлин заныли челюсти.

— Я должен был быть там, — хрипло сказал он.

Кейтлин потянулась к нему и сжала предплечье поверх его татуировки морпеха.

— Ты никак не мог знать, — сказала она ему. — Ты сам сказал, ты даже не знал, что я выбежала во двор.

Букер издал гортанный хмыкающий звук и опустил взгляд в стол.

— Эй, — прошептала она. — Я же здесь. Не мучай себя мыслями «а что, если». Ты бы не позволил мне такого, верно?

Мгновение спустя он наконец-то поднял взгляд.

— Полагаю, что нет, — сказал он, и на его губах заиграл намек на улыбку.

— Вот именно. Если я не могу киснуть, то и тебе это не разрешается.

— Это потому что совместно нажитое имущество распределяется поровну, или из-за оговорки «и в горе, и в радости»?

— И то, и другое, — просто сказала она, стащив с его тарелки кусочек консервированного ананаса. Закинув его себе в рот, она добавила: — Добро пожаловать в семейную жизнь, детка.

Его усмешка стала томной, и Букер наклонился, завладевая ее губами в поцелуе, который согрел ее до самого мозга костей.

Отстранившись, он провел носом по ее щеке и оставил след поцелуев до виска. Чуточку отодвинувшись, он встретился с ней взглядом и подмигнул.

Кейтлин сделала мысленную пометку вознаградить его попозже.

Вернувшись к завтраку, она осмотрела комнату и увидела знакомую темноволосую голову через несколько столиков от них.

Сет сидел практически в одиночестве с краю, ковыряя еду и в упор глядя на Кейтлин.

Она думала, что он отвернется, как это часто бывало.

Однако в этот раз он лишь один раз кивнул и слегка помахал ей вилкой.

Кейтлин ответила полуулыбкой.

Она не знала, кем был Сет… Жутким типом, психом или просто неловким на свою беду.

Но в глубине души ей немного казалось, что она перед ним в долгу, и к этому утесу лучше не приближаться.

* * *

Триш нахмурилась, скрестив руки на груди.

— Нет. Не может быть.

Стараясь не разинуть рот, Кейтлин посмотрела на Луну, затем на Натаниэля, затем на Стива.

— Но… мы нашли улики.

— Вы нашли мертвых грызунов. Это не совсем доказательство того, что вы утверждаете.

Букер подался вперед, опираясь на локти.

— Знаю, не хочется думать о своих людях такое, но говорю вам, этих белок не загрызли. Их разрезали. Ножом, которым управляла человеческая рука.

— Тебе стоит поверить ему на слово, Триш, — сказала Натаниэль. — Букер — умелый следопыт и охотник. Он разбирается в таких вещах.

— Если вы говорите правду, это означает, что в нашей группе имеется некий злобный тип, и никак нельзя узнать, кто это, — сказала Триш. — Как нам это исправить? Голосовать за или против допроса всех, кто здесь живет?

Луна вздохнула, убирая волосы с лица.

— Вы сказали, что это может быть кто угодно, но вероятно, есть некоторые… черты характера?

Кейтлин кивнула.

— Николь сказала, что это некто антисоциальный. Возможно, этот человек хорошо скрывает ярость, но находит способ нанести удар — к примеру, это нападение фриков. Он чувствует себя… вправе. Злится, что не получает того, чего хочет, или того, что, по его мнению, ему причитается. Возможно, имеет мало друзей… — она окинула взглядом группу. — Мы могли бы составить список людей, которые соответствуют широкому описанию, а потом сузить его.

— Как? — спросила Триш по-прежнему резким тоном. — Следить за всеми как за преступниками?

— Искать улики, — парировала Кейтлин. — Поговорить с людьми относительно их рабочих обязанностей, а потом завязать разговор. Если они покажутся подозрительными, мы можем допросить их посильнее.

Триш встала из-за стола и стала прохаживаться туда-сюда по небольшой комнате.

— Мне не нравится это «мы», которым ты разбрасываешься.

Кейтлин никогда не злилась на женщину, но теперь приближалась к своему пределу.

— Ладно, это может сделать кто-то другой, кого вы посчитаете подходящим. Но то, что видели мы с Букером — это не какой-то одноразовый заскок. Тот, кто выпотрошил этих животных, чтобы заманить к нам фриков, будет заходить дальше и дальше, и потом мы пожалеем, что не предприняли что-нибудь на ранней стадии.

Стив откинулся назад, встретившись взглядом с Триш.

— Просто выслушай ее, Триш, — пробормотал он.

Атмосфера в комнате отдыха напоминала воздушный шарик, который вот-вот лопнет.

Но вместо этого он сдулся, когда Триш медленно выдохнула.

— Мы абсолютно не квалифицированы, чтобы разбираться с этой ситуацией, — сказала она, опустив взгляд в пол. — Но ладно.

Стив повернулся обратно к Кейтлин и Букеру.

— Я начну отводить кое-каких ребят в сторонку для разговора, — сказал он. — Может, к утру у нас будет для вас несколько имен.

Луна нахмурила лоб.

— Может, кто-нибудь из Отверженных до вспышки вируса работал в полиции?

Кейтлин подозревала, что большинство офицеров полиции погибло, исправно явившись в города, чтобы помочь, а потом погибнув от лап фрика или превратившись в одного из них.

Она оставила эту мысль при себе.

— Мы могли бы поспрашивать, — сказал Натаниэль. — Но пока что, думаю, лучше держать эту информацию при себе.

Он обвел взглядом небольшую группу, рассевшуюся вокруг стола.

— Мы не можем допустить, чтобы зародилась паника, — сказал он. — Мы все видели, на что способны люди в ужасе.

Букер кивнул.

— Вам всем стоит знать, что этим утром мы рассказали Николь и Скотту.

— Они не будут болтать, — сказал Натаниэль. — Но я на всякий случай поговорю со Скоттом.

— Думаю, нам также надо сказать сестре Агнес, — добавила Кейтлин, слегка изменив позу на стуле. — Ей нужно обращать внимание на подозрительное поведение родителей или того, кто слишком часто ошивается возле детей.

Стив непонимающе повернулся к ней.

— Что ты имеешь в виду?

— Дети — это легкая мишень, — объяснила она. — Особенно очень маленькие. Они доверчивы, ими легко манипулировать. Если этот человек не остановится на достигнутом, он может попытаться провернуть что-то.

Он выглядел опешившим, и Кейтлин хотелось одновременно закатить глаза и потрепать его по щеке.

Некоторые люди поистине вели куда более мягкие жизни, чем они осознавали.

— Поверьте мне, — твердо сказала она. — Не все считают детей драгоценным даром, который надо защищать. Некоторые видят лишь то, что от них можно получить.

Букер нежно взял ее за руку под столом и стал поглаживать большим пальцем ее костяшки.

— Мы поговорим с сестрой Агнес перед началом ее уроков, — сказала Луна, кивнув.

Когда все разошлись, Кейтлин по-прежнему чувствовала себя так, будто наелась гравия на завтрак.

— Почему бы нам не взглянуть на тот сарай еще раз? — тихо предложил Букер.

— Думаешь, внутри может оказаться что-то еще?

Он склонил голову набок.

— Может. Или вдруг мы найдем подсказку касаемо того, кто там был в последний раз.

Это лучше, чем бродить по коридорам и сверлить взглядом всех, кто ей попадется.

— Пошли.

* * *

Выйдя через черный ход, Букер поправил ремень винтовки на спине.

— Уууух… Тут холодно, как у ведьмы под титькой, — заявил он, потирая ладони друг о друга.

— Почему холод непременно сравнивается с титькой ведьмы? Почему именно женщину описывают как фригидную ведьму? — Кейтлин тихо закрыла за ними дверь. — Почему нельзя сказать «холодно как в мошонке колдуна» или еще что-нибудь такое же вульгарное и нелогичное?

Букер усмехнулся.

— Не думаю, что люди, изобретающие такие выражения, задумываются о подобном.

— Как удивительно, сексисты вообще ни о чем не задумываются.

— Не говори мне, что ты заводишься из-за такой ерунды.

Кейтлин выдохнула, и перед ее лицом образовалось облачко пара.

— Нет, но это отвлекает меня от холода.

Когда они проходили мимо небольшого ряда автомобилей, тень возле их джипа привлекла их внимание, и Букер жестом показал ей остановиться.

— Ты это видишь? — прошептал он.

— Ага.

Побрякивание металла было безошибочно узнаваемым.

— Какого черта… — пробормотал Букер, уже подбегая туда. — Эй! Эй! Ты что делаешь с нашим…

Каштановые кудряшки запрыгали по плечам, когда незваная гостья спешно выбралась из-под джипа и встала.

Букер и Кейтлин остановились как вкопанные.

— Дези? — Букер нахмурился. — Ты что тут делаешь?

С гаечным ключом в одной руке и пятном от машинного масла на загорелой щеке она выглядела как маленький механик.

— Я просто чинила глушитель, — беззаботно сказала Дези. — Я слышала, как он дребезжал, когда вы в последний раз возвращались в лагерь.

— Ты… — Букер посмотрел на джип, затем обратно на нее. — Откуда, черт возьми, ты знаешь, как делаются такие вещи?

Дези пожала плечами, и слишком большая вельветовая куртка сгрудилась на ее плечах.

Кейтлин выгнула бровь.

— Не могла же ты просто однажды проснуться со знанием, как чинить машины.

— Мой папа научил меня, — сказала она наконец тихим голосом. — До того как…

Сердце Кейтлин тут же разлетелось на тысячу кусочков.

— Милая, играть под машинами опасно, — начал Букер.

— Я не играла, — парировала Дези с уверенностью взрослого. — Я починила глушитель и как раз собиралась поменять масло, когда вы меня нашли.

— Поменять… Эй, погоди-ка секундочку, я регулярно меняю масло.

Дези приподняла темно-каштановую бровь.

— Щуп для проверки масла говорит обратное.

Кейтлин так сильно хрюкнула, что опасалась, как бы у нее не лопнул кровеносный сосуд.

— Эй! — воскликнул Букер. — Я не стану стоять здесь и слушать лекции от четвероклашки.

— Пятиклассницы, — поправила Дези. — И тебе впредь надо использовать масло для автомобилей с большим пробегом. Твой двигатель потом скажет тебе спасибо.

Закусив щеку изнутри, чтобы не заржать в голос, Кейтлин силилась дышать через нос.

Скрестив руки на груди, Букер сердито посмотрел на маленькую девочку.

— Думаешь, ты такая умная, да?

— Я просто хорошо умею чинить вещи, — сказала ему Дези. — Всегда умела.

Успокоившись, Кейтлин прочистила горло.

— Дези, а сестра Агнес знает, что ты здесь?

Когда она не ответила, Кейтлин посчитала это отрицательным ответом.

— Ребенку опасно находиться на улице в одиночестве, — сказал Букер. — Тебе надо находиться внутри, учиться или слушать сказки…

— Сказки скучные, — перебила Дези, закатив глаза. — И там почти не учат тому, что мне нравится.

— А именно?

— Естественные науки. Мы уделяем им всего тридцать минут в день.

Кейтлин невольно улыбнулась от одаренности маленькой девочки.

— Мне нравится математика, но не очень даются дроби, — добавила Дези.

Слегка наклонившись, Кейтлин сказала:

— Давай заключим сделку? Если ты пойдешь внутрь и будешь оставаться внутри, пока мы не вернемся, то я попрошу кое-кого поучить тебя естественным наукам до ужина.

Дези прищурилась.

— Надеюсь, ты не про него? — спросила она, посмотрев на Букера.

Букер нахмурился, возмущенно фыркнув.

— Слушай, я, может, и не гениальный ученый, но я кое-что да знаю, так что завязывай с этим осуждением.

Губы Дези впервые начали изгибаться в улыбке.

Посмотрев на Кейтлин своими умными глазами орехового цвета, она кивнула.

— Ладно, — сказала она, протянув гаечный ключ Букеру. — Увидимся попозже.

Они смотрели, как она спешит обратно к зданию школы, и ее тугие каштановые кудряшки подпрыгивают от каждого шага. Как только она очутилась внутри, Кейтлин согнулась пополам от хохота.

— Прекрати, — сказал Букер.

— Ох, она реально разделала тебя в пух и прах.

— Вот ведь умник-спиногрыз…

— Та часть про щуп для масла была гениальной, — просипела Кейтлин, еле сдерживая смех. — Видел бы ты свое лицо.

— Завязывай, Мидоуз.

Вытерев слезинку в уголке глаза, она попыталась нормально вдохнуть.

— Каково это, когда тебя уела десятилетка?

Букер повернулся к ней спиной и зашагал в сторону деревьев.

— Смотри у меня, а то отправлю тебя спать к Николь и Скотту.

— Оно того стоит.

* * *

Сарай, как оказалось, легко мог вместить семьдесят и более фриков внутри, хотя было бы довольно тесно.

Букер распахнул незапертую дверь, держа оружие наготове.

Когда ничего живого или немертвого не бросилось на них, они переступили порог и сделали несколько шагов.

— Здесь определенно пахнет так, будто тут побывала куча фриков, — пробормотала Кейтлин, прикрывая нос.

Осмотрев грязный пол, Букер кивнул.

— Некоторые следы ног более давние, чем остальные. Тим всего несколько дней… А этим как минимум неделя или больше. Видишь засохшие участки в бороздках?

Кейтлин посмотрела туда, куда он показывал. Все смазанные следы ног казались ей одинаковыми, но она понимала, что он имел в виду насчет разных слоев грязи.

Посмотрев вверх, она заметила подозрительные цепи и крюки, свисавшие с потолка.

— Букер, это то, что я думаю?

Проследив за ее взглядом, он запрокинул голову, чтобы посмотреть получше.

— Ага. На них виднеется кровь, — сказал он, показывая на пятна ржавого цвета на крюках. — Похоже, наш беличий мясник нашел способ заманить стональщиков внутрь.

По коже Кейтлин пробежали мурашки.

— Это требует подготовки, — сказала она. — Кто-то планировал это, думал, как это провернуть… Кто бы это ни был, он или она намного опаснее, чем мы осознавали.

Осматривая комнату, Букер помрачнел.

— Единственное, чего я не могу понять — зачем? Зачем подвергать себя риску? У них нет конкретной жертвы, они просто делают это, чтобы учинить проблемы.

Кейтлин задумчиво покусывала губу.

— Может, их мишень — все мы, — сказала она. — А может, мотив не такой простой.

— Например?

Она пожала плечами.

— Может, этот некто пытается послать сообщение… Например, люди, которые затевают случайные отравления, чтобы доказать, что стандарты безопасности не на должном уровне.

— Думаешь, этот кто-то пытается преподать нам урок?

Кейтлин глянула на него через плечо.

— Не знаю. Но я не уверена, что на этом этапе мы можем исключить тот или иной вариант.

Одобрительно хмыкнув, Букер продолжал осматривать следы на деревянных половицах.

— Кто бы это ни был, он или она неделями собирали стональщиков. Может, даже месяцами, — сказал он. — Возможно, это объясняет, почему мы почти не видели их у школы.

— Создать ложное чувство защищенности. Заставить нас думать, будто нам не надо беспокоиться о фриках, а потом…

Букер застонал.

— Черт, я ненавижу этого сукина сына.

— Я тоже. Нам ужасно повезло, что вчера мы никого не потеряли.

Она замерла, когда нить связи чуть не ускользнула от нее.

— Что, если в этом и дело? — спросила она, повернувшись к Букеру. — Вот и мотив. Что, если кто-то не пытается навредить людям? Что, если кто-то просто хочет поиграть в героя?

Нахмурившись, Букер обдумал ее слова.

— Тогда мы собираем не те имена, — сказал он. — Такой человек будет дружелюбным и услужливым, а не одиночкой с проблемами управления гневом.

— Это описывает 90 % нашей группы, — сказала она, тяжело вздохнув. — Мне ненавистно это говорить, но возможно, мы не сумеем узнать, кто это, пока…

Букер смотрел ей в глаза.

— Пока что?

Тошнотворное ощущение скрутило внутренности Кейтлин.

— Пока этот кто-то не подстроит еще одно нападение.

Глава 9

Чем дольше они ждали, тем более нервной становилась Кейтлин.

Это все равно что ждать взрыва гранаты, пока ты пытаешься ее найти и обезвредить.

Три дня без инцидентов должны были ощущаться как благословение, но это казалось оттягиванием неизбежного.

Хотя нельзя сказать, что не было ярких моментов.

Кейтлин увидела, как Матильда делает первые самостоятельные шаги, и постучала Дэвида по плечу, показав в нужном направлении, чтобы он не пропустил достижение собственной дочери.

Они с Максом буквально сияли на протяжении всего оставшегося дня; гордость так и сочилась из их пор.

А Дези… Ну, она вписалась прямо как кусочек паззла, о нехватке которого они не догадывались.

Сообразительная и остроумная девочка процветала на материалах, которым обучали ее Николь и Скотт, и ей вечно было мало. Наконец, Скотту пришлось достать несколько учебников по химии для продвинутого уровня, которые были немного сложными, но все равно подарили Дези знания, которых та жаждала.

Они потихоньку узнавали ее.

Ее отец был родом из Доминиканской Республики, мать — из Нью-Мехико, и они переехали в Чикаго, когда девочке было три годика.

Ее мать заболела первой и слегла с лихорадкой, из-за которой ее пришлось увезти в больницу через считанные часы. А там уже оставалось недолго.

Она не говорила, что стало с ее отцом… Только то, что он привез ее в Ковчег, и тогда она видела его в последний раз.

В том лагере Дези отметила десятилетие, одинокая и напуганная, в окружении вооруженных мужчин, которые шутили о том, чтобы использовать сирот в качестве мишеней для стрельбы.

Когда они узнали об этом, той ночью Букеру приснился худший кошмар за долгое время.

Он проснулся, ревя от злости и замахиваясь на невидимого врага.

Кейтлин едва успела среагировать, спешно скатившись с их матраса, чтобы он ей не врезал.

Придя в себя, Букер быстро оделся и пробурчал что-то про желание прогуляться.

Потом Кейтлин долго и без сна ждала рассвета.

За завтраком она поискала Букера, но безуспешно.

Не то чтобы она удивилась этому.

— Доброе утро, — сказал Скотт позади нее. — Ты рано встала.

Кейтлин постаралась улыбнуться.

— Да, ночка выдалась долгой.

Он тут же сделался обеспокоенным.

— Все хорошо?

— Да, да, все в норме.

Скотт выгнул бровь, и в это мгновение она вспомнила, что не только Николь знала ее много лет.

— Поговори со мной, — сказал Скотт, понизив голос.

Зачерпнув побольше нарезанных фруктов в свою овсянку, Кейтлин прикусила нижнюю губу.

— Прошлой ночью Букеру снова приснился кошмар, — сказала она. — Они то пропадают, то снова начинаются, но обычно все становится хуже, когда вокруг много обсуждают лагеря Ковчега.

— У него бывают кошмары в дороге, когда вы помогаете людям бежать?

Кейтлин покачала головой.

— Нет. Если уж на то пошло, ему лучше, когда у нас есть какая-то работа. Словно он может направить свои чувства в полезное русло. Но ожидание…

Скотт понимающе склонил голову.

— Многим ветеранам сложно возвращаться домой. Мой дядя так и до конца и не адаптировался к гражданской жизни.

Она посмотрела на него.

— Я не знала, что твой дядя служил.

— В армии, — сказал он. — Записался, чтобы ему оплатили обучение. Он был хорошим человеком, но мой отец говорил, что после службы он так и не стал прежним.

Помедлив, пока Скотт наливал себе что-то вроде разбавленного водой сока, она нахмурилась.

— Я не знала Букера до службы, — призналась она. — Так что я не в курсе, новое это или… — она сглотнула. — Если честно, это неважно. Я просто хочу, чтобы он был в порядке. Он хорошо справляется с паническими атаками, но кошмары реально подкашивают его.

Оглядевшись по сторонам, чтобы никто не подслушивал, Скотт наклонился поближе.

— Кейтлин, он не вредил тебе во время этих кошмаров?

— Нет, — быстро ответила она. — Ну, один раз было. Но это чистая случайность. Он просто слишком сильно обнял меня и оставил синяк. Но он никогда не бил меня и не нападал, думая, будто я часть его сна.

Скотт кивнул.

— Ты же скажешь мне, если такое случится?

Она непроизвольно ощетинилась, желание защитить Букера подавляло все. Она не хотела, чтобы Скотт считал Букера агрессивным — она никогда не встречала мужчину, который бы так хорошо контролировал свой гнев.

Вдохнув, она выдержала пристальный взгляд Скотта.

— Да, скажу.

Похоже, удовлетворившись ответом, Скотт предложил ей чашку кофе.

— Знаешь, после вашей последней вылазки у нас довольно хороший ассортимент лекарств от тревожности, — сказал он. — Может, небольшая доза пойдет Букеру на пользу. Просто чтобы помочь ему преодолеть непростой этап.

— Ну, если я найду его, то попытаюсь убедить, чтобы он пришел к тебе…

Повернувшись и еще раз осмотрев помещение, она заметила знакомые широкие плечи и шоколадно-каштановые волосы.

— О, вот же он, — сказала она с облегчением.

Только тогда она заметила, с кем говорит Букер, и нахмурилась.

Она наблюдала, как Букер и Натаниэль завершили свою дискуссию и пожали руки. Натаниэль сочувственно похлопал Букера по плечу, и два мужчины разошлись в разные стороны.

Кейтлин свистнула, и Букер тут же повернул голову, мгновенно найдя ее взглядом.

Он улыбнулся, но тени под глазами выдавали его измождение, и ее сердце заныло.

— Доброе утро, док, — поприветствовал он Скотта, походя к ним. Наклонившись, Букер целомудренно поцеловал Кейтлин. — И тебе доброе утро.

— О, Алонзо пришел, — сказал Скотт. — Мне нужно обсудить с ним кое-что. Еще увидимся.

Наполнив кружку для Букера, Кейтлин спросила:

— О чем вы с Натаниэлем говорили?

Он запнулся.

— О, знаешь, просто трепали языками.

— Треплешь языками с моим бывшим?

— Вы же друзья, — парировал он, забирая у нее свой кофе.

— Мы… вроде как приятели. И прекрати уходить от ответа.

Букер приподнял темную бровь, отпив из кружки.

— О чем вы говорили? — выразительно повторила она.

Смерив взглядом растущую толпу возле столов с едой, он склонил голову в сторону и показал следовать за ним.

Устроившись у стены кафетерия, Букер прислонился плечом к цементным блокам и уставился в свою кружку.

— Я попросил Нейта об одолжении, — тихо сказал он.

Нутро Кейтлин скрутило от волнения.

— Пока я не… не возьму себя под контроль, — продолжал он, — я попросил его хранить у себя мое оружие по ночам.

— Джек… — пробормотала она, переступив с ноги на ногу. — Во время кошмара ты ни разу не тянулся к пистолету или ножу. Черт, ты даже никогда не нападал на меня…

— Это лишь вопрос времени, — буркнул Букер. — Кошмары не станут лучше, только хуже. Так было и в прошлый раз.

— В прошлый раз? — она нахмурилась. — Ты имеешь в виду, до того…

Он слегка кивнул.

— Когда я вернулся домой. Шесть месяцев я каждую ночь просыпался с криками. Однажды я очнулся с пистолетом в руке, снятым с предохранителя, и целился в кого-то, хотя дома никого не было. Слава Богу, моя девушка в то время осталась у своей матери, иначе… — он прерывисто вздох. — Я лучше сдохну, чем сделаю подобное в твоем присутствии.

Положив ладонь на его предплечье, Кейтлин всмотрелась в его лицо.

— Джек, Скотт сказал, что у него есть лекарства, которые могут помочь, — произнесла она. — Он хочет, чтобы ты с ним поговорил.

Букер неуверенно склонил голову набок.

— Кей, я не знаю…

— Зато я знаю, — перебила она. — Нет гарантии, что поможет, но он сказал, что это может облегчить твое состояние.

— Я не хочу дрыхнуть без задних ног из-за какого-то снотворного.

— Это не снотворное, а лекарство от тревожности. Как минимум это поможет тебе немного успокоиться.

Букер притих на долгое время, уставившись на свой остывающий кофе так, будто там содержались все ответы.

— Я все равно не стану держать оружие у нашей постели, — сказал он наконец. — До тех пор, пока я не буду уверен, что не натворю ничего такого.

— Ладно, — уступила Кейтлин. — Полагаю, револьвер тоже исключается.

Букер согласно хмыкнул.

— Но я хочу, чтобы ты оставила нож. Положи его куда-нибудь так, чтобы я не знал.

— Букер…

— Пообещай мне, птичка певчая.

От его смертельно серьезного и почти отчаявшегося тона ее сердце разлетелось на тысячу кусочков.

— Ладно, — прошептала она. — Я обещаю.

Ласково поддев его, она подождала, пока их взгляды встретятся, а потом прильнула поближе и поцеловала его.

Она без слов вливала как можно больше эмоций в каждое движение своих губ.

Кейтлин прошла через ад в том возрасте, когда большинство людей еще не видело ни одного подросткового фильма. Она на своей шкуре познала боль, ужас и отчаяние, и они как будто вплелись в ее генетический код.

Что бы Букер ни думал о себе, она знала, что он — ее подарок от вселенной. Ее награда за то, что она не сдалась и вытерпела. Ее вознаграждение за то, что выжила и тогда, и сейчас.

Несколько кошмаров и бессонных ночей ее не отпугнут. Только не тогда, когда он смотрел на нее так, будто она построила весь мир и благословила его.

— Как ты это делаешь? — спросил Букер, чуточку отстранившись и улыбнувшись ей.

Кейтлин нахмурилась.

— Делаю что?

— Делаешь даже худший день похожий на мед и розы.

Она улыбнулась, проведя пальцами по щетине на его подбородке и спустившись к точке пульса, бившегося под кожей.

— Должно быть, это врожденный талант, — сказала она, улыбнувшись и снова поцеловав его.

Звук покашливания позади нее заставил их обоих подпрыгнуть.

— Мне очень жаль, — сказала сестра Агнес. — Я не хотела мешать.

— Все в порядке, сестра, — ответил Букер, и кончики его ушей порозовели. — Что-то случилось?

Сестра Агнес нахмурилась.

— Я не уверена, — произнесла она. — Но… Я думаю, вам двоим нужно кое-что увидеть.

* * *

Шагая за сестрой Агнес по замерзшему двору, Кейтлин мысленно пожалела, что не подумала надеть перчатки и куртку.

— Мне нравится по утрам ходить на прогулку и молиться, — объяснила сестра Агнес. — Это помогает мне прояснить мысли перед тем, как приступать к повседневным делам.

Она повела их к пролому в заборе и прошла через него.

— Я уже собиралась заканчивать, когда заметила кое-что странное…

— Снова разрезанные белки? — спросил Букер.

Она обернулась через плечо.

— Не белки.

Когда они приблизились к зловонному периметру из тел, Кейтлин показалось, что она увидела то, о чем говорила сестра Агнес.

— Поначалу я увидела только одного, но потом заметила других и, ну… — она замедлилась, показывая Букеру и Кейтлин посмотреть самим.

Шесть разных фриков, все выпотрошенные. Их внутренности были извлечены и растянуты по туловищам. Где-то рядом с трупами были разложены аккуратные кучки органов. Это выглядела как заранее подготовленная игра «Собери сам».

— Иисусе, — прошипел Букер. Вздрогнув, он повернулся к монахине. — Простите, сестра.

— Не беспокойтесь, моя первая мысль была такой же.

Кейтлин шагнула ближе, уставившись на омерзительное зрелище перед ней.

— Я видела, что стервятники и вороны иногда клюют тела фриков, — сказала она. — Но чтобы такое…

— Это сделали точно не птицы, — Букер помрачнел. — Животные съедают добытое. Только люди делают нечто подобное.

Посмотрев вниз, Кейтлин постаралась не реагировать на вырезанное сердце, которое лежало на заиндевевшей земле возле носка ее ботинка.

— Ладно, — начала она, дыша ровно. — Давайте подумаем. Зачем кому-то вскрывать шестерых фриков? Извращенные наклонности не в счет.

Букер и сестра Агнес озадаченно переглянулись и посмотрели на Кейтлин.

— Поиски чего-либо, — сказал Букер наконец. — Может, кто-то проверял, не съели ли эти стональщики в последние дни.

Сестра Агнес кивнула.

— Мы и правда потеряли людей несколько недель назад. Аманда, Лоуренс, Трэй… Возможно, кто-то из их близких искал ответы в животах этих существ.

— Но мы нашли их тела, — парировала Кейтлин. — Трэй обратился, но Аманда и Лоуренс… Мы знали, что с ними стало.

— Горе причудливым образом влияет на человека, — сказала сестра Агнес. — Может, кто-то не удовлетворился этим.

— Но зачем тогда не вскрыли других? — спросил Букер, повернувшись и посмотрев на остальные трупы. — Зачем играть в Франкенштейна только с этими шестью?

Сестра Агнес сморщила нос, оглядываясь по сторонам.

— Они лежат сверху стопки. И они наименее… изувечены.

— У свежих стональщиков и правда больше материала для работы, — сказал Букер с кивком.

Медленно повернувшись по кругу, Кейтлин осмотрела окрестные территории.

Волоски на ее шее сзади встали дыбом… тошнотворные мурашки пробежали по ней точно так же, как в ночь, когда она почувствовала, что за ней и Букером кто-то наблюдает.

Позади них школа возвышалась в холодном сером свете утра.

От осознания ее нутро скрутило узлом.

— Они видны из окон, — сказала Кейтлин, глядя на стеклянные панели. — На этой стороне здания расположены несколько классов, переделанных в жилые комнаты. Тот, кто сделал это, спит в одной из этих комнат.

Сжав скромную серебряную цепочку, на которой висел ее нательный крестик, сестра Агнес постаралась взять себя в руки.

— Ты уверена? — спросила она ослабевшим голосом.

— Не на сто процентов, — призналась Кейтлин. — Но мое нутро подсказывает, что это так.

— Откуда ты знаешь, что это кто-то из данных комнат?

Кейтлин повернулась к другой женщине лицом.

— Потому что я чувствую, что этот кто-то прямо сейчас наблюдает за нами.

Сестра Агнес еще сильнее стиснула крестик.

— Логично, — тихо произнес Букер. — Такой жуткий тип захочет созерцать плоды своей работы. Присматривать за всеми, кто тут бродит…

— Как мы прямо сейчас, — сказала Кейтлин.

— Ага, ну вот пусть выйдет и попробует что-нибудь сделать, — сказал Букер, сердито глядя на окна. — Тогда хоть узнаем, кто это был.

— Такое поведение определенно вызывает беспокойство, — начала сестра Агнес. — Но ведь возможно, что этому человеку просто нужны наставления?

— Этот кто-то пытался привести в наш дом фриков, — возразила Кейтлин. — Вы были там. Вы видели, какой опасности все подверглись. Не думаю, что наставления помешают этому человеку повторить нечто подобное.

Кивнув в знак понимания, сестра Агнес взглянула с Кейтлин на Букера.

— Тогда что вы предлагаете сделать, когда мы найдем этого человека?

Вздохнув, Кейтлин пожала плечами.

— Это не нам решать.

— Сделаем голосование, как и со всем остальным, — добавил Букер.

— Я стараюсь сохранять оптимизм даже в самые темные времена, но вы правда думаете, что большинство в нашей группе дарует милосердие это заблудшей душе? — сестра Агнес нахмурилась. — Когда все узнают правду, возможно, будет сложно убедить их не делать чего-то необратимого.

Букер провел ботинком по тонкому слою снега, открывая сухую траву под ним.

— В тот день никто не погиб, — сказал он, подняв взгляд. — Может… может, народу покажется логичным не отнимать жизнь взамен жизней, что не были потеряны.

В глазах сестры Агнес все еще стояла неуверенность, но она не пыталась его разубедить.

Она до сих пор цеплялась за надежду.

Повернув голову, Кейтлин снова посмотрела на школу, остановившись на одном окне в особенности.

Подозрение так и скреблось в ее голове, побуждая принять решение.

Ей нужны улики, и их как-то надо получить, не попавшись самой.

Но она прекрасно знала, где начнет искать.

* * *

Фэнси семенила по коридору, таща в зубах плюшевого мишку.

— Привет, девочка, — приветствовал ее Букер, когда они прошли мимо. — Что это у тебя тут?

Завиляв хвостиком, Фэнси отказалась отдавать мишку. Видимо, это была ее новая находка.

— Надеюсь, это не принадлежало кому-то из детей, — сказала Кейтлин, наблюдая, как Фэнси один раз обежала их по кругу и пошла дальше по коридору.

Букер усмехнулся.

— Немножко собачьей слюны еще никому не навредило.

Как раз когда Кейтлин собиралась сказать ему, какая это гадость, громкий разговор за углом заставил их обоих остановиться.

Мужские голоса эхом отражались от кафеля и шлакоблоков.

— …Неправда!

— Мы видели тебя…

— Не может быть… Вам нужны доказательства!

Букер нахмурился.

— Не к добру это.

Поспешив на шум, они добрались туда как раз в тот момент, когда Эдварда толкнул ранее миролюбивый Боб.

— Воу, эй, эй, — крикнул Букер, бросившись в гущу, чтобы разнять дерущихся. — А ну-ка прекратили все!

Боб ткнул пальцем в сторону Эдварда, и его лицо покраснело от гнева.

— Пусть он прекратит!

— Это у тебя под койкой был спрятан окровавленный нож и ботинки! — завопил Эдвард.

— У тебя нет доказательств, что это мое!

Удерживая Эдварда на расстоянии вытянутой руки и упершись ладонью в его грудь, Букер повернулся к Бобу.

— Ладно, что там насчет ножа под твоей кроватью?

Вдохнув, чтобы успокоиться, Боб старательно не смотрел на Эдварда и другого мужчину, который к ним присоединился.

— Я не знаю, чье это, — сказал Боб. — Я никогда прежде его не видел.

— Тогда почему твой сосед нашел его с твоими вещами? — парировал Эдвард.

Букер сильнее впился пальцами в грудь мужчины, словно предостерегая.

— Не знаю! — Боб провел пальцами по своим редеющим волосам. — Говорю тебе, это не мое. Наверное, кто-то подбросил.

Другой парень — кажется, Марк — фыркнул.

— Ну да, конечно.

Жестом показав ему молчать, Букер повернулся к Бобу.

— Надо признать, это выглядит немного подозрительно.

— Да брось, ты же меня знаешь, Букер, — взмолился Боб. — Ты должен мне поверить. Я говорю правду.

— Ладно, тогда помоги мне, — сказал Букер ровным тоном. — Подумай, Боб. Кто бы захотел подложить такое с твоими вещами?

— Понятия не имею.

— Ты видел, чтобы кто-нибудь заходил в твою комнату или выходил из нее? Кто-нибудь просил тебя подержать у себя их вещи?

Боб покачал головой.

— Нет, но я всю ночь стоял на страже. Кто угодно мог проскользнуть и подложить это.

— Что-то больно много усилий просто для того, чтобы подставить тебя, — возразил Эдвард.

— Подставить в чем? — закричал Боб. — Я ничего не делал!

— Ладно, думаю, мы так ни к чему не придем, — сказал Букер, показывая мужчинам успокоиться. — Кто нашел окровавленные ботинки и нож?

— Донна, — сказал ему Эдвард. — Она выронила ручку, а когда полезла ее искать, то нашла нож Боба и его ботинки под койкой, накрытые тряпкой.

— Это не мой нож, — коротко повторил Боб.

Шагнув ближе, Кейтлин вмешалась.

— Можно мне посмотреть?

Мужчины повернулись к ней.

— Ты хочешь увидеть окровавленный нож? — переспросил Марк, нахмурив темные брови.

— У всех в этом лагере когда-либо бывала кровь на ноже, — натянуто сказала она. — Если он говорит, что нож не его, может, мы сумеем найти настоящего владельца.

Протянув руку, она ждала, когда Марк или Эдвард передадут ей оружие.

Наконец, Эдвард подчинился, достал клинок из-за пояса и положил в ее ладонь.

Пока мужчины продолжали спорить по поводу невиновности Боба, Кейтлин осмотрела длинный и грязный складной нож.

Деревянная рукоятка была потертой и окровавленной, как и лезвие.

Кейтлин нахмурилась.

Нож был слишком окровавленным. Никто бы не оставил свое оружие в таком состоянии, если только они не дрались в этот самый момент. Даже менее опытные бойцы вроде Ванессы умели надлежащим образом чистить ножи, хотя бы ради комфорта во время следующего использования. Никто не хотел размазать кровь фрика по коробке овсянки быстрого приготовления, которую придется вскрыть ножом, и никто не хотел трогать липкую рукоятку во время выполнения повседневной работы по дому.

Она перевернула нож в руках, обратив внимание на почти идеальный отпечаток ладони на рукоятке.

Взгляд Кейтлин метнулся к Бобу, который до сих пор лихорадочно объяснял, что ни оружие, ни окровавленные ботинки не принадлежали ему.

Его ножны (для ножа, который действительно принадлежал ему) были пристегнуты к поясному ремню слева.

Отпечаток ладони на рукоятке принадлежал правой руке.

— Боб, ты левша, — сказала Кейтлин, перебив Марка на полуслове.

Группа притихла.

— Эм, да, — сказал Боб. — А что?

— И ты не амбидекстр или типа того?

Он нахмурил лоб.

— Нет.

Кейтлин посмотрела на Эдварда.

— Тогда это определенно не его нож. Но кто-то очень хотел, чтобы мы так подумали, и якобы это он порезал тех белок.

— Порезал… что? — Боб разинул рот. — Что случилось?

Она мысленно содрогнулась. Она забыла, что большинство группы не знает настоящую причину нападения фриков.

— Забудь, — поспешно сказала она и, глянув на Букера, добавила: — Этим ножом пользовался правша, а не левша. И оружие почти комично измазано в крови. Тот, кто подложил его под кровать Боба, явно старался для театральности.

— Ну, это явно сработало, — сказал Эдвард. — Донна перепугалась, когда увидела это.

Кейтлин нахмурилась.

— Откуда Донне знать, что надо переживать из-за окровавленного ножа и ботинок?

Марк и Эдвард непонимающе посмотрели друг на друга. Им и не приходило в голову, что это странно.

Передав нож Эдварду, Кейтлин кивнула.

— Кому-нибудь надо его почистить. Это отвратительно, — повернувшись лицом к Букеру, она сказала: — Нам надо поговорить с Донной.

Подавляя улыбку, Букер согласился. Склонив голову набок, он сказал:

— Ну теперь-то вы все помиритесь и поцелуетесь?

Эдвард и Марк переступили с ноги на ногу, а Боб скрестил руки на груди.

— Извинений будет достаточно, — сказал им Букер.

Через несколько секунд Эдвард промямлил:

— Прости меня, Боб.

Выпятив подбородок, Боб ответил:

— И ты меня прости.

Хлопнув их по плечам, Букер улыбнулся.

— Ну вот, так намного лучше, правда?

Тихого бормотания в знак согласия было достаточно.

Кейтлин удерживала нейтральное выражение на лице, пока они отходили от этой троицы.

Как только они свернули за угол, она тут же прыснула от смеха.

Глава 10

Пройдя мимо двери в импровизированную клинику группы, Кейтлин передумала и попятилась назад.

— Эй, — сказала она Скотту и Николь, заглянув внутрь. — Кто-нибудь из вас видел Донну?

Николь подняла взгляд от учебника, в котором делала какие-то пометки.

— Сегодня нет. А что?

— Произошел… ну, кое-какой инцидент, — сказала Кейтлин, запнувшись на этих словах. — Мы просто хотели задать ей несколько вопросов.

— А вы не спрашивали у команды по ремонту и обслуживанию? — поинтересовался Скотт. — Я слышал, ей поручили руководство этой командой, потому что после лагеря Айовы у нее был большой опыт в этой сфере.

Николь нахмурилась.

— Погоди-ка, какой инцидент?

— Просто кое-что связанное с нашествием фриков, — сказала Кейтлин, не желая беспокоить их.

Пока что.

Шагнув обратно в коридор, она добавила:

— Увидимся на ужине.

— Это из-за порубленных гниляков?

Кроссовки Кейтлин скрипнули по плитке пола, когда она остановилась.

— Дези? — она нахмурилась, окинув взглядом комнату.

Дези появилась из-за одного из столов, держа в руке отвертку.

— Что ты…?

Дези мотнула головой в сторону предмета мебели.

— Ножка шаталась. Я все починила.

Николь проверила устойчивость стола и улыбнулась.

— Как новенький.

Пройдя в комнату, Кейтлин пригвоздила Дези твердым взглядом.

— До этого. Что ты сказала про фриков?

Сунув руки в карманы комбинезона, Дези пожала плечами.

— Я видела их сегодня утром из окна.

— Когда это было?

— Не знаю… Рано. Солнце едва встало.

Кейтлин наклонилась поближе.

— Ты еще что-то видела?

— Типа, видела ли я того, кто их разрезал? — Дези покачала головой. — Неа.

Вдохнув, Кейтлин постаралась не выдать разочарования. Мгновение спустя она присела на корточки перед Дези.

— Мне очень жаль, что тебе пришлось это увидеть, — пробормотала она.

Дези отвела взгляд, пытаясь казаться незаинтересованной.

— Это просто мертвые гниляки, — сказала она. — Ничего страшного.

Это все равно что смотреть в зеркало на саму себя пятнадцать лет назад. Попытки прикинуться круто, отказ признаваться, что расстроена, из страха, что скажут перестать ныть или драматизировать.

Сердце Кейтлин заныло в груди.

— Ну, значит, у тебя желудок покрепче моего, — мягко сказала она. — Меня реально пробрал до костей вид этих фриков, — она помедлила, дожидаясь, когда Дези снова на нее посмотрит. — Если на тебя это тоже повлияло, ничего страшного.

Поджав губы, Дези лишь отрывисто кивнула, но больше ничего не сказала.

— Эй, готова поспорить, Макс и Дэвид разрешат тебе поиграть с Фэнси в спортзале, если хочешь, — сказала Кейтлин более легким тоном. — Хочешь попросить их?

Дези обернулась через плечо к Николь и Скотту.

— Ничего, если я сегодня не закончу главу?

Скотт улыбнулся.

— Само собой. Иди играть, Дези.

— Круто, — сказала она, уже направляясь к двери.

Кейтлин повернулась к Николь.

— Главу?

Подняв учебник по химии для старших классов, Николь улыбнулась от уха до уха.

— Она уже прошла половину книги, — сказала Николь. — Если бы не наступил конец света, она наверняка попала бы в класс с углубленным обучением.

— Она научилась всему необходимому для выпуска из старших классов еще до того, как смогла бы получить водительские права по закону, — гордо сказал Скотт. Затем он помедлил и склонил голову набок. — Ну, если бы получить права все еще было бы возможно.

— Неудивительно, что она такая всезнайка, — Кейтлин усмехнулась. — Мне не терпится сказать Букеру.

Прежде чем она успела уйти, Николь свистнула, привлекая ее внимание.

— Что случилось сегодня утром?

То кислое ощущение вернулось в живот Кейтлин.

— Кто-то изувечил шесть фриков из числа тех, что служат периметром, — сказала она, понизив голос. — Сестра Агнес нашла их и показала нам с Букером, — сделав глубокий вдох, она добавила: — Думаю, тот, кто это сделал, живет на восточной стороне школы.

— И ты думаешь, это тот же самый, кто спровоцировал нападение стада?

— Единственный способ ответить на этот вопрос — узнать, кто это, — сказала она. — И нам предстоит опросить много людей.

* * *

Встретив Букера на полпути от кафетерия к школьному лобби, Кейтлин инстинктивно потянулась к нему сразу же, как только он оказался достаточно близко.

— Я так нигде и не нашла Донну, — сказала она со вздохом.

Букер покачал головой.

— Я тоже. Я спросил у ее команды, но никто не видел ее после десяти часов утра.

Кейтлин не сомневалась, что хмурые морщины навечно отпечатаются на ее лбу.

— Не нравится мне это, — пробормотала она. — Донна не из тех, кто сторонится людей.

Поглаживая большим пальцем запястье Кейтлин, Букер сказал:

— Наверное, она просто помогает где-то в другом месте, и мы постоянно ее упускаем. Найдем ее за ужином и тогда расспросим о случившемся.

— Может, Триш или Луна поделились с Донной, — предположила Кейтлин. — Она внимательная и заслуживает доверия. Может, они хотели, чтобы она была в курсе и обращала внимание на подозрительное поведение.

Букер кивнул.

— Может быть.

Прикусив губу, она не сразу осознала, что Букер пристально смотрит на нее.

— Что?

— Снова думаешь слишком громко, птичка певчая.

Выдохнув через нос, Кейтлин переступила с ноги на ногу.

— Дези видела фриков на улице, — тихо сказала она ему. — Тех выпотрошенных, которых сестра Агнес показала нам.

Выругавшись себе под нос, Букер опустил голову и уставился в пол.

— Не думаю, что это травмировало ее сильнее, чем нас, но… мне ненавистно знать, что она в принципе увидела это.

— Где она теперь?

— Я сказала ей отвести Фэнси в спортзал и поиграть с ней, — ответила Кейтлин. — Я подумала, это поможет ей отвлечься.

Кивнув, Букер еще несколько секунд не поднимал взгляда от напольной плитки.

— Этот ребенок уже видел слишком многое, — пробормотал он почти хриплым голосом. — Меня сводит с ума то, что мы не можем защитить ее, чтобы она не увидела еще больше.

— Знаю, — прошептала она, успокаивающе проводя рукой по его бицепсу. — Но хотя бы мы знаем, что она достаточно стойкая, чтобы справиться с этим.

Издав гортанный звук, Букер дернул подбородком в кивке.

Привстав на носочки, Кейтлин подалась навстречу и тепло поцеловала его.

Потребовалось несколько секунд, но часть напряжения все же ушла из его плеч, и Букер обнял ее рукой за талию, прижимая к себе.

Оторвавшись, чтобы перевести дыхание, Кейтлин улыбнулась.

— Мне это никогда не надоест, — сказала она, слегка потеревшись кончиком носа об его нос.

— Хорошо. Я бы не хотел слишком скоро надоесть тебе.

Запустив пальцы в густые волосы на его затылке, она сказала:

— Этого никогда не случится.

Букер склонил голову набок и накрыл ее губы своими, целуя так, будто у них было все время на свете.

Оторвавшись от нее во второй раз, он сделал шаг назад, и Кейтлин мысленно надулась.

— Почему бы тебе не поиграть с Фэнси и Дези, а я подойду к вам через некоторое время?

Кейтлин нахмурилась.

— А ты куда?

Лицо Букера смягчилось, и он криво улыбнулся.

— Подумал, что мне лучше поговорить со Скоттом, пока все не стало совсем хаотичным, — пробормотал он. — Может, он сумеет вправить мне мозги на место.

Удивление и гордость слились воедино, расцветая в груди Кейтлин и заставляя ее задержать дыхание.

С Букером все будет хорошо.

С ними все будет хорошо.

Накрыв ее затылок теплой ладонью, Букер притянул ее к себе для последнего поцелуя, от которого на ее коже заплясали искорки.

— И если я буду хорошим пациентом, то потом получу вкусняшку, да?

Он подмигнул ей, и Кейтлин сдавила желание захихикать.

— Что у тебя на уме?

Его взгляд скользнул к изгибу ее груди под кофтой с длинными рукавами, и на ее щеках проступил румянец.

— Не отказался бы от той идеи, о которой ты говорила в дороге, — пробормотал он, проведя губами по раковине ее уха.

Кейтлин задрожала, невольно крепче стиснув его талию.

— Все, что захочешь, дорогая, — сказал он ей. — Лишь бы мне позволялось наблюдать за тобой.

Пробормотав что-то в знак согласия и повернувшись, чтобы поцеловать его, Кейтлин гадала, как ей теперь не взорваться за целый день ожидания.

Игриво шлепнув его по заднице, она рассмеялась.

— Тогда тебе лучше поспешить.

Широко улыбнувшись, Букер зашагал по коридору в сторону клиники.

И если бы Кейтлин не знала его так хорошо, она бы сказала, что он чуть сильнее покачивал бедрами специально для нее.

* * *

Когда время перевалило за полдень, лагерь уже бурлил.

Сарафанное радио порождало историю за историей, и все с кусочками правды, но ни в одной не содержалось полного объяснения. Однако одно удавалось хорошо — распалить страх во всех, кто слышал ту или иную версию случившегося.

Пока Кейтлин бродила в поисках Донны или кого-то, кто бы видел ее, она чувствовала, что напряжение нарастает в каждой группе или семье, мимо которой она проходила.

Им нужно найти ответственного за нападение фриков, пока кто-нибудь не пострадал — или от руки этого человека, или от разъяренной группировки.

Спортзал почти пустовал, если не считать нескольких мальчиков постарше, которые пытались играть в баскетбол красным мячом для кикбола, да Дези, которая бросала Фэнси веревочную игрушку в углу.

— Не возражаешь, если я к тебе присоединюсь? — спросила Кейтлин, подходя ближе.

Дези покачала головой, и кудряшки запрыгали вокруг ее лица.

— Где Букер? — спросила она, достав кусочек собачьего лакомства из кармана комбинезона и дав Фэнси.

— Он со Скоттом, — сказала Кейтлин, сев в первом ряду трибун. — Он скоро придет.

Когда Фэнси игриво потянула за игрушку-веревочку, Дези захихикала и потянула в ответ.

— Ты ей нравишься, — прокомментировала Кейтлин мгновение спустя.

Дези улыбнулась.

— В нашем многоквартирном доме не разрешалось заводить собак. Но у моего дедушки на ферме они были.

— На ферме, да? Где это?

— В Нью-Мехико, — она достала еще один кусочек лакомства, заставив Фэнси выполнить команду «сидеть». — Он живет возле Санта-Фе. Мы каждый год навещали его на Рождество.

Кейтлин улыбнулась, наблюдая за девочкой.

— Звучит весело.

— Так и было, — сказала Дези. — Мама говорила, что однажды я смогу переехать туда, когда стану старше.

Ее лицо скисло, когда ее накрыло печалью и воспоминаниями.

— Наверное, теперь этого никогда не случится.

— Как знать, — ответила Кейтлин. — Может, тебе удастся вернуться.

Через узкое окно в двери, которая вела в раздевалки, Кейтлин заметила движение. Абсолютно черные волосы, которые уже начинали ей надоедать, стали первой подсказкой, а потом в поле зрения показался профиль Сета.

Словно животное, почуявшее, что за ним наблюдают, Сет застыл на долю секунды, а затем повернулся и посмотрел прямо на нее.

Живот Кейтлин скрутило.

Она ожидала, что он спрячется или уйдет.

Вместо этого Сет толкнул дверь и вошел в спортзал, держа руки в карманах как самый беспечный человек на свете.

— День добрый, — сказал он, улыбнувшись.

Кейтлин ничего не сказала.

— Похоже, денек выдался непростым, да?

Вопросительно выгнув бровь, она сказала:

— Не уверена, что понимаю, о чем ты.

Сет показал в коридор, который вел к остальной части школы.

— О, я имел в виду всего лишь разногласия из-за рациона питания.

Будучи застанной врасплох, Кейтлин недоуменно похлопала глазами.

— А?

Пожав плечами, Сет сунул руку обратно в карман.

— Видимо, некоторые люди, работающие на кухне, беспокоились о том, сколько еды у нас осталось. Видимо, обсуждение сделалось весьма пылким… прошу прощения за каламбур.

Дези захихикала, и Сет просиял, взглянув на нее.

— Я не знала, что люди беспокоятся о рационах, — призналась Кейтлин.

Сет пару секунд удерживал ее взгляд, затем сказал:

— Похоже, ваша следующая вылазка за припасами будет очень кстати.

— Никто из остальных не хочет пойти?

— Ну, само собой, но… — он глянул на дверь и обратно. — Мы все знаем, что они не такие опытные, как вы. Ну то есть, в прошлый раз вон как получилось.

Зловеще было слышать, как кто-то почти повторяет ее собственные слова, и причем тот, которому она не доверяла.

— Мы с Букером поговорим с избранными представителями, — сказала Кейтлин, стараясь сохранять ровный тон. — Посмотрим, может, перенесем нашу вылазку на несколько дней раньше.

— Надеюсь, кухонный персонал до тех пор не будет бунтовать, — сказал Сет.

Прежде чем Кейтлин успела прокомментировать, он уже помахал ей и Дези и вышел из спортзала.

Как только он скрылся из виду, Кейтлин встала.

— Дези, я сейчас вернусь, — сказала она. — Оставайся здесь с Фэнси.

— Ты куда пошла?

Направляясь к двери, через которую зашел Сет, она сказала:

— Я просто хочу кое-что проверить. Не беспокойся.

Чем ближе она подходила к двери, тем громче стучало ее сердце.

Что Сет делал в раздевалках, если он не принимал душ? Его волосы были сухими, и у него при себе не было смены одежды или полотенца.

Иногда люди пользовались здешними уборными, но тут имелась всего одна кабинка, и дверь не запиралась полностью. Куда проще и приватнее было пользоваться теми туалетами, что находились ближе к спальням.

Положив пальцы на дверную ручку, Кейтлин помедлила и попыталась вдохнуть.

Существовала куча логичных объяснений тому, почему Сет пришел к раздевалкам.

Но Кейтлин не могла заглушить голос в своей голове, который говорил ей, что что-то не так.

Резкий свист заставил ее подпрыгнуть, и рука слетела с металлической ручки так, будто ее ударило током.

Быстро обернувшись, она хрипло выдохнула.

— Ты куда собралась? — позвал ее Букер.

Кейтлин глянула через плечо, затем обратно.

— Эм… никуда, — ответила она. — Ничего такого.

Нагнувшись, чтобы почесать Фэнси за ушками, Букер улыбнулся и жестом показал Дези бросить ему собачью игрушку.

Одной лишь семейности этой ситуации оказалось достаточно, чтобы вырвать ее разум из спирали страха и беспокойства. Она не хотела погружаться в тревогу — во всяком случае, не сейчас.

Кейтлин хотела остаться в тепле смеха Дези и добродушного поддразнивания Букера.

Она отошла от двери и быстро присоединилась к ним.

Потом будет предостаточно времени для беспокойства.

* * *

Вернувшись из ванной в коридоре с зубной щеткой и пастой в руке, Кейтлин открыла дверь в их комнату.

Букер сидел на краю матраса и крутил что-то в руках.

— Ты в порядке? — спросила Кейтлин, повернув защелку на двери и задернув полотенце, которое они использовали как штору на окне.

Кивнув, Букер издал утвердительный звук.

— Просто гадаю, может, стоит начать принимать их прямо сейчас.

Тогда-то Кейтлин различила очертания маленького пузырька с таблетками.

— Скотт сказал, что эффект будет по-настоящему заметен только через несколько дней, — продолжил Букер. — Но он пообещал, что это не сделает меня… — он усмехнулся про себя. — Ну, зомби.

Засунув вещи в рюкзак, Кейтлин села рядом с ним.

— Я горжусь тобой, Джек, — пробормотала она, поцеловав изгиб его широкого плеча. — Не всем хватает храбрости попросить о помощи. Но ты это сделал.

— Только потому, что ты меня подтолкнула, — сказал он. — Иначе наверняка терпел бы, как раньше.

— Это все равно что бежать марафон со сломанной лодыжкой. Это лишь причиняет еще больше боли.

Склонив голову, Букер хмыкнул в знак согласия.

— Ладно. Лучше покончить с драматизмом, — сказал он. — Передашь мне ту бутылку воды?

Кейтлин выполнила его просьбу, мягко улыбнувшись, и наблюдала, как он забрасывает две таблетки в рот и запивает большим глотком воды.

Проведя пальцами по его волосам, Кейтлин наклонилась поближе.

— Отличная работа, чемпион, — сказала она. — Хочешь конфетку?

Букер закрутил крышку бутылки и поставил ее на пол.

— Неа, — пробормотал он, обняв ее одной рукой. — Я хочу кое-что намного слаще.

Кейтлин захихикала, когда он неожиданно поцеловал ее, и ухватилась за его руки.

— Ты всегда был таким слащаво-сентиментальным, а я не замечала? — спросила она, смеясь, когда его губы проложили дорожку поцелуев по ее шее.

— Это скрытый талант, — пробормотал он, не отрываясь от ее ключиц.

Встав на колени, Букер возвышался над ней, а Кейтлин легла спиной на кровать.

Она чувствовала эйфорию, словно это их первый раз или какой-то особенный случай.

Приподняв низ ее мягкой термокофты с длинными рукавами, мозолистые пальцы Букера погладили ее бока, и он наклонился, чтобы поцеловать ее живот и пупок.

— Знаешь, ты мог бы снять ее с меня, — поддразнила она, шире раздвигая ноги. — И джинсы тоже.

— Мог бы… — пробормотал он, водя носом по мягкой коже чуть ниже ее грудной клетки.

Однако когда он не предпринял попыток раздеть ее, Кейтлин вспомнила, о чем он так немногословно попросил ее.

Вспомнила о том, как часто Букер хотел служить сам, а не чтобы ему служили.

Она смутно задавалась вопросом, вдруг другие его эмоции влияли на его желания. Есть чувство стресса и бесцельности вызывало потребность в том, чтобы его направили и использовали.

Толкнув его плечи, Кейтлин села на постели.

Прежде чем он успел спросить, в порядке ли она, Кейтлин поцеловала его так, что он раскраснелся до самых кончиков ушей.

— Снимай одежду, — твердо сказала она ему. — Но пока не ложись.

Букер моргнул, на мгновение опешив.

— Если только ты не передумал.

Он быстро помотал головой.

— Определенно не передумал.

Едва не споткнувшись о собственные ноги, Букер скинул ботинки и носки, затем снял ремень и джинсы, бросив все в кучу у изножья их матраса. Стягивая рубашку, он на мгновение запутался в материале и застрял, и Кейтлин подумала помочь ему, но он достаточно быстро освободился.

Та эйфория вернулась, когда она встала.

Прежде чем он стянул свои боксеры-брифы, Кейтлин поддела его ногу ступней.

— Их оставь, — приказала она. — У меня есть план.

— Слушаюсь, мэм, — ответил Букер, облизнув губы.

Мотнув подбородком в его сторону, она сказала:

— Прислонись спиной к стене.

Наблюдая, как он устраивается в центре их постели, прижавшись голыми плечами к стене из шлакоблоков, Кейтлин одобрительно заурчала.

— Боже, ты великолепен, — выпалила она, скользнув взглядом по его мускулистой груди и кубикам пресса, которые стали еще более очерченными после месяцев борьбы за выживание.

Он начал усмехаться, склонив голову, но она продолжала.

— Думаю, я недостаточно часто говорю тебе это, — призналась она. — Ну то есть, ты знаешь, что ты красив, но мне стоит чаще тебе говорить.

— Ты говоришь, — сказал Букер, и его тон напоминал дым и виски. — По-своему.

Кейтлин с любопытством выгнула бровь.

— О?

Он кивнул.

— Например, когда ты наблюдаешь, как я одеваюсь утром. Или когда улыбаешься мне с другого конца комнаты.

— Хм, — Кейтлин сделала шаг в его сторону. — И все же это не слова.

Медленно — просто чтобы подразнить его — она расстегнула пуговицу на ширинке и потянула язычок молнии вниз.

— И у меня складывается ощущение, что время от времени ты хотел бы слышать словесное подтверждение.

Букер следил взглядом за ее движениями и дернул подбородком в кивке.

— Хорошо, что сегодня я могу это исправить, да? — сказала Кейтлин, стягивая джинсы по ногам и отбрасывая их в сторону.

Оставшись в кофте, она опустилась на колени и подобралась ближе к пространству между бедрами Букера. Ее длинные каштановые локоны скользнули по его коже, и в свете их туристической лампы она увидела, как на его руках появились мурашки.

Поцеловав дорожку темных волос ниже его пупка, Кейтлин улыбнулась, заметив, как он дернулся под тонким серым хлопком трусов.

— До того как мы сошлись, — начала она, обдав дыханием кожу его живота. — Ты когда-нибудь думал обо мне, удовлетворяя себя?

Резкий вдох Букера отразился в том, как напрягся его пресс.

— Я старался не думать о тебе, — пробормотал он. — Это казалось… неуважительным.

Проведя ногтями по внутренней стороне его бедер, она поиграла с резинкой и тканью, прикрывавшей его.

— Но все же думал, да?

Он кивнул.

— Не то чтобы я занимался этим все время, но… — он сглотнул. — Когда мы разбили лагерь у пруда. Я мылся и…

Кейтлин глянула на очертания его толстого члена под тканью и улыбнулась. Одним пальчиком она провела по изгибу, указывавшему на его живот, наслаждаясь тихим жалобным звуком, который зародился в его горле.

— И ты просто не мог ничего с собой поделать, да?

Прежде чем он успел ответить, она опустила голову и нежно обхватила его губами через ткань брифов.

Тихо выругавшись, Букер двинул бедрами. Когда он потянулся, чтобы убрать волосы с ее лица, Кейтлин остановила его.

— Ты не можешь прикасаться ко мне, пока я тебе не разрешу, — сказала она, крепко сжимая его запястье. Улыбнувшись, она добавила: — Но ты можешь потрогать себя, пока наблюдаешь за мной.

Сев на пятки, Кейтлин стянула кофту через голову и отбросила в сторону. Оставшись только в лифчике и черных трусиках, она немного выгнула спину, чтобы он насладился зрелищем.

Губы Букера приоткрылись, взгляд скользнул по ее телу.

Слегка раздвинув ноги, она провела руками по своим бедрам, вниз по внешней стороне, вверх по внутренней, пока не достигла треугольника между бедрами, и затем повторила все снова.

Этого оказалось достаточно, чтобы он сделал, как она просила, и крепко обхватил себя.

— Покажи мне, — пробормотала она, спуская лямки лифчика с плеч, но оставаясь прикрытой. — Покажи мне, как ты мастурбировал, думая обо мне.

Мышцы на шее Букера заметно шевельнулись, когда он с трудом сглотнул.

Поначалу он действовал робко — возможно, немного смущаясь от наблюдения, но не прекращал.

Запустив руку под пояс брифов, Букер обхватил свое основание и стал медленно поглаживать себя.

Кейтлин буквально заурчала от этого зрелища.

— Боже, как горячо ты сейчас выглядишь, — сказала она ему, подцепив большим пальцем резинку своего белья и щелкнув ей по коже. — Ты словно воплощаешь каждую влажную мечту, которая была у меня в жизни.

Издав тихий смешок, Букер поднял взгляд и посмотрел ей в глаза.

Она никогда не видела, чтобы он выглядел таким уязвимым. В ней вспыхнуло мощное желание оберегать и сделать так, чтобы он никогда не пожалел, что открылся ей.

— Ты хоть представляешь, что ты делаешь со мной? — спросила она, заведя руки за спину, чтобы расстегнуть лифчик. — Мое либидо словно зашкаливает каждый раз, когда я смотрю на тебя.

Усмехнувшись, Букер работал кулаком в размеренном темпе. Он явно никуда не спешил.

Подавшись вперед, она положила ладони на его бедра, наслаждаясь тем, как напряглись мышцы под ее руками.

— Я уж молчу про то, как другие женщины смотрят на тебя…

Когда он непонимающе нахмурил брови, Кейтлин подавила желание рассмеяться.

— Не говори мне, что ты не замечал, — сказала она, широко улыбаясь. — Каждая гетеросексуальная женщина с бьющимся сердцем в этом лагере смотрит на тебя так, будто мечтает тебя оседлать.

— Вот как? — спросил он, не сводя взгляда с ее грудей.

— Угу, — Кейтлин немного откинулась назад, сжав свой правый сосок и перекатывая его пальцами, пока с ее губ не сорвался всхлип. — И я получаю такое удовольствие, зная, что они все завидуют, ведь это я каждую ночь скачу на тебе, вминая в матрас.

Его темп ускорился, и Кейтлин усмехнулась.

— Тебе это тоже нравится, да? — спросила она, наблюдая, как напрягается его предплечье. — Нравится знать, что ты мой?

Букер тихо хмыкнул.

— Что только я вижу тебя таким, — продолжала она, протянув свободную руку, чтобы потянуть за хлопок, до сих пор скрывавший ее из виду. — Словно моя самая горячая фантазия воплотилась в жизнь.

Она наблюдала, как румянец разливается по его шее и обнаженной груди, и наклонилась поцеловать порозовевшую кожу.

— Сними их, — сказала она, дернув за резинку трусов. — Дай мне хорошенько посмотреть на тебя.

Прерывисто выдохнув, Букер кивнул и подчинился, приподняв бедра, стянув брифы и оставив их чуть выше колен.

— Иисусе, ты идеален, — сказала она, глядя туда, где он сжимал себя. — У меня слюнки текут, когда я вижу тебя таким твердым.

Букер едва слышно выругался себе под нос.

— Черт, Кей…

— Об этом ты думал, когда был один? — спросила она, сжав свою левую грудь и невольно поерзав. — О том, как будет приятно, если я возьму тебя в рот?

Она почувствовала, как весь воздух вырвался из его легких, слегка всколыхнув волосы у ее щеки, пока она продолжала наблюдать, как его кулак движется вверх-вниз.

— Или ты представлял, каково будет войти в меня и трахать до тех пор, пока я не стану кричать твое имя?

Свободная рука Букера крепко стиснула простыни, и Кейтлин улыбнулась.

— Готова поспорить, тебе сейчас очень хочется ко мне прикоснуться, да?

Кивнув, он подавил стон.

— Ага.

Замерев так, чтобы их губы разделял буквально сантиметр, она улыбнулась.

— Расскажи мне, о чем ты думал, — прошептала она. — И может, я тебе позволю.

Букер уставился на нее расширенными зрачками.

— Я… — он облизнул губы. — Я представлял, как подхвачу тебя и усажу на капот джипа.

Упершись одной рукой в стену над его плечом, Кейтлин опустила другую руку между своих ног и скользнула под ткань, прикрывавшую ее.

— Я думал о том, как эти длинные ноги обхватят меня, — продолжал он, тяжело дыша и наблюдая, как она поглаживает себя. — Какие звуки ты будешь издавать, когда я буду в тебе…

Кейтлин застонала, крепко прижимая пальцы к клитору.

— Как я заставлю тебя кончить сильно и быстро, — произнес он, невольно задевая ее рукой, пока активно работал кулаком. — Как не буду останавливаться, пока ты не затрясешься от удовольствия.

— Господи, Букер, — ахнула она. — Как же хорошо.

— Далеко не так хорошо, как настоящий процесс, — ответил он, подняв взгляд на нее. — Когда ты на мне сверху и кричишь…

Его бедра непроизвольно дернулись, и он замедлился, не позволяя себе достичь пика.

Кейтлин улыбнулась.

— Ты так хорошо справляешься, Джек, — сказала она, наклонившись и задев носом его щеку. — Ты так сдерживаешься, бережешь себя для меня.

Тихий скулящий звук, сорвавшийся с его губ, стал самым возбуждающим звуком, что она слышала в своей жизни.

— Пожалуйста, Кей, — пробормотал он, старательно не поворачивая голову, чтобы не поцеловать ее. — Дорогая, я…

— Ш-ш-ш, все хорошо. Еще немного, — ответила она. — Ты хочешь ко мне прикоснуться?

Букер закивал, едва не стукнувшись затылком о стену за собой.

— Как?

Он запнулся, внезапно замерев перед таким количеством вариантов.

Кейтлин улыбнулась.

— Рукой? Или губами?

Букер резко втянул воздух.

— Губами, — ответил он совершенно поверженным тоном.

Склонив голову, она накрыла его губы своими и просунула язык в его рот, откровенно имитируя тот акт, которого он отчаянно желал.

Застонав ей в губы, Букер поднял руку, чтобы обхватить ее затылок, но быстро опустил обратно, вспомнив, что ему не давали разрешения.

Кейтлин сделала мысленную пометку вознаградить его за старания утром.

Целуя его, она перекинула одну ногу через него и опустилась, принявшись тереться об его бедро. Букер тут же приподнялся, стараясь подарить ей желаемые ощущения.

Куснув его нижнюю губу, Кейтлин потянула ее зубами и отпустила, усмехнувшись.

— Кей, я… — он сглотнул. — Я не продержусь долго. Пожалуйста…

Покачивая бедрами, она застонала.

— Пожалуйста что? — спросила она, еще сильнее дразня его каждым движением.

Силой втянув воздух в легкие, Букер посмотрел на нее.

— Трахни меня, — взмолился он. — Как угодно, просто…

Отстранившись, она оперлась на колени и изменила позу. Паника, вспыхнувшая в глазах Букера, как только она отодвинулась, мгновенно заставила ее потянуться к нему.

— Ляг на спину, — сказала она, гладя его большим пальцем по подбородку. — Я хочу видеть твое лицо.

Букер сделал, как она просила, давая ей возможность оседлать его.

Заменив его руку своей, Кейтлин лениво поглаживала его, наслаждаясь звуками, которые он издавал от самых легких прикосновений.

Накрыв глаза предплечьем, Букер сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться.

— Мне нравится, как сильно это тебя заводит, — сказала Кейтлин, проведя пальцем по его головке. — Если бы я знала, что тебе такое нравится, мы бы делали это намонго чаще.

Слегка усмехнувшись, он убрал руку и посмотрел на нее.

— Если честно, я и сам немного удивлен.

— Видимо, никогда не поздно познакомиться со своими желаниями, — сказала она, подвигаясь повыше к его бедрам. — Особенно когда это так горячо, бл*дь.

Сдвинув трусики в сторону, Кейтлин придержала его и приняла в себя одним движением.

— Ох, бл*дь, — простонал он, запрокинув голову.

От похоти и власти у Кейтлин голова шла кругом, и она улыбнулась, видя, как он пытается взять себя в руки.

— Так хорошо, Джек, — бормотала она, водя ладонями по его груди. — Так приятно, так хорошо.

Она двигалась медленно ради него, зная, что он расстроится, если закончит раньше нее.

И она вовсе не хотела, чтобы это закончилось вот так.

Кейтлин продолжала говорить, восхваляя каждый его дюйм. Каждое движение, каждый взгляд, каждый вздох.

Он был идеальным — с ней, для нее, в ней.

Ее оргазм стремительно приближался, пока она продолжала раскачиваться, но она сдерживалась как могла, жаждая подарить ему лучшее удовольствие в его жизни.

Грудь Букера сделалась скользкой от пота, и когда Кейтлин приподнялась, ее ладонь соскользнула с его груди на горло.

— Черт, прости, — воскликнула она, отдернув ладонь с его шеи.

Она ожидала, что он усмехнется и подразнит ее из-за того, что она пыталась в буквальном смысле убить его в постели.

Так что когда Букер вместо этого взял ее за запястье и положил ее руку себе на горло, Кейтлин едва не свалилась с него.

— Джек, я… Ты уверен?

Он кивнул и нежно взял другую ее руку, тоже положив себе на горло.

— Просто держи большие пальцы здесь, — сказал он, направляя ее. — И не переноси весь вес на руки, тогда все будет хорошо.

Она моргнула, затем моргнула снова, ожидая, что это окажется какой-то галлюцинацией в разгаре секса.

Но он был слишком реальным, слишком осязаемым под ее пальцами, чтобы быть иллюзией.

— Как сильно… какое сильное давление ты…?

Букер накрыл ее ладони своими и надавил, показывая, что ему нужно.

Ничего из разряда фильмов про бондаж и доминирование, но все же ощутимо.

Кейтлин кивнула. Она могла это сделать.

Служить. Получать приказы. Подчиняться.

Менее очевидные части Букера начинали вставать на место, складываясь в единую картину.

Ускорившись, она с какой-то голодной завороженностью наблюдала, как его веки опустились, а губы приоткрылись в блаженном забвении.

Грохот его пульса под пальцами придал ей ободрение, и она продолжала безжалостно скакать на нем.

Обладать такой властью над ее любовником, придавить его и слегка душить по его просьбе… Такое ощущение, будто ее и так невыносимое пекло желания полили бензином.

Почти без предупреждения Кейтлин разлетелась на куски, закричав и кончая.

— Джек, ох бл*дь, Джек!

Издав гортанный рык, он выгнулся над постелью, стискивая ее бедра, и тоже вскоре достиг пика.

Тяжело дыша, она запрокинула голову, чувствуя, как судороги удовольствия до сих пор прокатываются по ней.

Она аккуратно убрала руки с его горла, рисуя любящие и бездумные узоры на его покрасневшей коже. Она продолжала массировать его ключицы, плечи, опускаясь к груди и животу.

Когда во рту пересохло, она осознала, что говорит с ним, успокаивающе шепчет, выражая свое восхищение.

Букер, казалось, мог лишь дышать, постепенно приходя в себя.

Наклонившись вперед, Кейтлин проложила дорожку поцелуев от его груди к шее и подбородку.

— Это было… — пробормотал он, приподнимая тяжелые веки.

Сердце Кейтлин волнительно затрепетало.

— Возможно, это был чуть ли не лучший секс в моей жизни, — признался он наконец.

Смешок облегчения, сорвавшийся с ее губ, оказался заразительным, и Букер тоже усмехнулся.

— Не пойми неправильно, — продолжал он, бесцельно водя ладонью вверх и вниз по ее левому бедру. — С тобой никогда не бывало плохо. Но это было…

— То, в чем ты нуждался, — закончила она за него.

Букер кивнул, поворачивая голову, чтобы посмотреть на нее.

— Спасибо тебе, птичка певчая.

— Я люблю тебя, Джек, — прошептала она, целуя его в уголок губ. — Я не хочу, чтобы ты когда-либо чувствовал себя… неуверенно.

— Я и не чувствую, — поспешно заверил он ее. — Как я и сказал, ты постоянно говоришь мне это в своей манере.

Она улыбнулась.

— Ну, может, я научусь говорить это и в твоей манере тоже.

Издав низкий гортанный звук, Букер изогнул губы в мягкой улыбке.

— Видимо, в следующий раз будем исследовать твои желания, да?

— Тогда тебе лучше приготовить ручку и бумажку, — сказала она, перебросив волосы через одно плечо. — Потому что у меня обширный список.

— Полагаю, в школьной библиотеке нет учебников на эту тему, нет? — сказал он с усмешкой.

— Сомневаюсь.

— Хм. Ну тогда тебе придется просто показать мне.

Сладко поцеловав ее, Букер обнял ее за талию и прижал к себе.

Когда тишина окутала их словно одеялом, Кейтлин положила голову на его плечо, слушая его тихое дыхание.

— Кей, ты… — он прочистил горло.

Она кивнула.

— Револьвер у Натаниэля.

Напряжение ушло из его рук.

— А…?

— Да, — заверила она. — Я спрятала нож, — глянув на его профиль, она добавила: — Мы в безопасности. Я обещаю.

Перевернув их обоих на бок, Букер поцеловал ее в макушку, затем положил подбородок на ее голову.

— Спасибо тебе, птичка певчая.

Эта ночь стала первой за неделю, когда Букер проспал до утра без инцидентов и даже не поворочался, чтобы изменить позу.

А когда он не проснулся на рассвете, как это обычно делала Кейтлин, она позволила ему отоспаться.

Глава 11

— Это невозможно, — сказала Луна, скрещивая руки на груди. — Кто-то, должно быть, ошибся.

Замедлив шаги, Кейтлин и Букер настороженно подошли к группе избранных представителей.

— Мы поискали везде, — сказал Стив, жестом указывая на Натаниэля. — Даже проверили машины и игровое поле за забором.

— Всем привет, — поздоровался Букер. — Все нормально?

Выражение лица Натаниэля было мрачным.

— Донна пропала.

Сердце Кейтлин забилось в два раза чаще.

— Вы уверены? — спросила она.

— Нет, — парировала Луна. — Кто-то упоминал, что видел ее вчера за ужином.

— Кому-то показалось, что они ее видели, — подчеркнул Стив. — Никто не говорил с ней со вчерашнего утра, когда она принесла Нейту и Марку подозрительный нож и ботинки.

— Вы думаете, она ушла? — спросил Букер, окинув взглядом группу.

— Донна заботилась обо всех в лагере, — сказала Луна. — Я не могу представить, чтобы она просто собралась и ушла, ничего не сказав. Должно быть, она где-то здесь, и нам надо найти ее. Вдруг она ранена или заболела.

Кейтлин нахмурилась.

— А она заболела?

— Нет, но у нее хроническая астма, — сказал Натаниэль. — Она говорила, что по большей части контролирует свое состояние, но если у нее случится сильный приступ, и не будет доступа к ингалятору…

Переступив с ноги на ногу, Букер положил руки на бедра.

— Народ, может, нам стоит сообщить остальным. Про все.

Луна разинула рот.

— Мы не можем этого сделать.

— Люди имеют право знать, Луна, — перебил Стив.

— Это породит панику, — возразила она. — Сначала мы говорим, что среди нас может находиться озлобленный социопат, теперь объявляем, что Донна пропала? Да через тридцать секунд у нас будет перепуганная неуправляемая толпа.

— Но нам надо организовать поиски Донны, — сказал Натаниэль. — И мы не можем сделать это, не сообщив людям, с чем мы имеем дело.

— И нам надо, чтобы все оставались настороже, — добавила Кейтлин. — Мы до сих пор не знаем, кто это, и каким может быть следующий шаг. Нам нужно, чтобы все глаза и уши обращали внимание на подозрительные вещи.

— Но это послужит предупреждением, — сказала Луна, отбросив волосы с лица. — Если мы объявим это группе, то мы объявим это и тому, кого мы ищем.

— Из огня да в полымя, — сказал Букер.

— Вот именно, — Луна кивнула, соглашаясь. — Что ни делай, мы в заднице.

Взмахнув рукой в примирительной манере, Стив сказал:

— Ладно, возможно, нам стоит позвать других избранных представителей. Может, еще Макса и Сестру Агнес для взгляда со стороны. Такое решение нельзя принимать в спешке.

— А что насчет Донны? — спросила Кейтлин. — Чем дольше мы ждем, тем хуже может усугубиться ее положение.

Повернувшись к Натаниэлю, Букер кивнул в его сторону.

— Ты когда-нибудь участвовал в поисково-спасательных операциях, когда работал пожарным?

— Ага, — Натаниэль кивнул. — Постоянно.

— Можно собрать небольшой поисковый отряд, поделить территорию на участки и как следует перевернуть это место с ног на уши, — предложил Букер. — Так мы не будем откладывать ее поиски, но при этом не создастся явного впечатления, будто что-то не так.

Натаниэль и Стив выжидательно посмотрели на Луну.

— Ладно, — уступила она. — Но пожалуйста, старайтесь не вызывать подозрений. Сарафанное радио и без того разносит достаточно тревожных сплетен.

Кивнув, Натаниэль повернулся к Букеру.

— Я возьму вещи и заберу Алонзо и Эдварда с их рабочих мест. Встретимся в учительской через двадцать минут?

— Договорились.

Когда Натаниэль ушел, Луна и Стив разбрелись, чтобы найти других избранных представителей, а Букер и Кейтлин остались одни в коридоре.

Скрестив руки на груди, Кейтлин посмотрела на Букера.

— Я стараюсь не обижаться на то, что меня явно не включили в эту поисковую операцию для мальчиков.

Успокаивающе погладив ее по бицепсу, он сказал:

— Думаю, Нейт просто не привык работать в одной команде с тобой.

— Ну да… — она отказывалась киснуть. Она выше этого.

Наклонившись, Букер поцеловал ее в волосы.

— Ты в моей команде, — пробормотал он. — Так что я включаю тебя в нашу группу.

Невольно улыбнувшись, Кейтлин сказала:

— Спасибо. Я ценю это.

Поразмыслив минутку, она добавила:

— Я дам знать Николь и Скотту. Может, они тоже смогут помочь.

Букер кивнул.

— Я подожду тебя в комнате отдыха.

Собрав небольшую группу, Натаниэль разделил между ними поручения, объяснив, как отмечать каждое обысканное место и где докладываться через каждый час.

Все было сделано как по учебнику.

Методично и терпеливо группы, состоящие каждая из двух человек, прочесывали свои участки школы и окружающих территорий.

Весь остаток дня они вынюхивали улики или признаки жизни, как ищейки.

К сумеркам они все вымотались и забеспокоились еще сильнее, чем раньше.

Ничего. Донны нигде не было видно.

Она как будто исчезла с поверхности Земли.

Небольшая коллекция ее вещей, которая хранилась в рюкзаке в изножье ее спального мешка, служила зловещим сигналом, что она не убежала, не ушла.

За ужином избранные представители сделали объявление.

Донна пропала, и у них имелись основания полагать, что с ней случилось что-то плохое.

* * *

Кейтлин не могла дышать.

Она тонула, старалась сделать хоть один вдох, окруженная тьмой.

— Кей!

Она потянулась к нему сквозь бескрайнюю ночь.

— Ну же, Кей!

Ее горло горело, но она попыталась закричать в ответ.

— Кейтлин! — заорал Букер.

Что-то затрясло ее, и тьма спала с ее сознания.

— Проснись, милая, ну же!

Хватая воздух ртом, Кейтлин резко села.

Ее глаза щипало, она до сих пор не могла дышать.

Оставаясь дезориентированной, она замахала руками, ища Букера.

— Джек? — она закашлялась, когда дым заполнил ее нос и горло. — Что происходит?

— Здание горит, — ответил он, схватив ее за локти и рывком подняв на ноги. — Надо уходить.

Она моргнула, и от густого отравляющего дыма уже начинали выступать слезы.

Их комната была окутана одеялом смертельной серости.

— Хватай свои вещи, — сказал ей Букер. — Беги к ближайшему выходу.

Схватив рюкзак, который никогда не распаковывала, затем обувь, она прикрыла рот сгибом локтя, пытаясь найти какое-то спасение от дыма.

— Букер, где…

— Не знаю, — ответил он, хватая с кровати одеяло на случай, если им понадобится прикрыться.

Потрогав ручку двери, он обнаружил, что та не горячая, и открыл дверь, впустив очередное клубящееся облако дыма.

Кейтлин слышала крики.

Хаос царил в коридорах. Люди спешили собрать все, что могли, и выбраться. Некоторые кричали, спрашивали, где начался пожар; другие отдавали приказы.

— Кейтлин?! — голос Николь донесся до нее сквозь шум.

— Я здесь! — прокричала она, сорвавшись на кашель. Ее грудь сдавило от нехватки свежего возраста.

Букер направлял ее сквозь дым к боковому выходу.

Подергав ручку, он выругался.

— Заперто.

— Что?

Кейтлин попробовала сама. Дверь не поддалась.

— Черт, — прикрыв нос и рот рукавом кофты, она повернулась. — Нам придется выбираться через главный вход.

Что-то — кто-то — врезалось в нее в дымке.

— Мы не можем понять, где пожар, — сказала Николь. — Возможно, загорелось что-то снаружи.

— Ну, мы точно не станем задерживаться, чтобы выяснять, — сказал Букер. — Идемте.

Крепко держа друг друга за руки, они вместе побежали к лобби школы.

— Где Скотт? — спросила Кейтлин, силясь разглядеть что-то в дыму.

— Пытается спасти как можно больше медицинских припасов, — сказала Николь. — Я не могу уйти без него, Букер.

— А я не позволю тебе умереть от отравления дымом, — рявкнул он. — Мы выберемся наружу. Я вернусь за Скоттом.

Кейтлин впилась ногтями в его руку.

— Джек…

— Все хорошо, — сказал он, заставляя себя казаться спокойным. — С нами все будет хорошо, я обещаю.

Перепуганные кучи людей бежали к одной и той же двери, образуя столпотворение.

— Сохраняем спокойствие, — Натаниэль перекрикивал панические вопли. — В очередь по одному, бегите к парковке и держитесь как можно дальше от здания.

— Нейт! — крикнул Букер. — Что вызвало пожар?

— Понятия не имею, — ответил Натаниэль, помогая людям выбираться через дверь. — Мы даже не можем понять, откуда это исходит. В данный момент вокруг лишь сплошной дым.

Кейтлин знала, что старинная поговорка правдива — дыма без огня не бывает. Но если они не смогут найти огонь, им не удастся спасти свой дом.

Когда они оказались ближе, Натаниэль снял с плеча спортивную сумку и передал ее Букеру.

— Я схватил наше оружие и побежал, — признался он. — Решил, что это необходимость, без которой мы теперь не можем жить.

Хлопнув его по руке и сжав, Букер кивнул.

— Хороший парень.

— Направляйтесь к парковке, — сказал им Натаниэль. — Я останусь здесь так долго, как только смогу.

Запустив руку в сумку, Кейтлин достала оттуда носовой платок и сунула ему в руку.

— Держи, — сказала она. — Чтобы защититься от дыма.

Натаниэль бегло сжал ее пальцы.

— Спасибо.

Холодная канзасская ночь стала шоком для ее организма, когда они побежали через короткую лужайку к протяженности асфальта.

Кейтлин смутно осознавала, что не надела обувь.

Сбившись вместе в одну огромную массу, их группа в ужасе смотрела на школу.

Сестра Агнес успокаивала кричащих напуганных детей, отводя их к обочине.

Букер бросил спортивную сумку к ногам и нагнулся проверить, какое оружие у них имеется.

— Кей, — он протянул ей револьвер.

Взяв его, Кейтлин засунула оружие за пояс термолеггинсов сзади и поспешила натянуть ботинки.

— Я до сих пор не вижу Скотта, — сказала Николь, обхватив руками свой живот. — Букер…

— Все хорошо, — сказал он, выпрямляясь в полный рост. — Я схожу за ним.

Заметив, что Кейтлин следует за ним, Букер развернулся в ту же миллисекунду.

— Ты что делаешь, черт возьми? — рявкнул он.

Кейтлин моргнула.

— Я иду с тобой.

— Черта с два, — парировал он.

— Мы идем вместе, Джек.

— Я не позволю тебе умереть в какой-то пороховой бочке, — прокричал он. — Ты останешься в безопасном месте.

— Без тебя не останусь, — заорала она в ответ, сверля его взглядом.

Букер открыл рот, чтобы возразить, но тут его взгляд метнулся за ее плечо.

— Дези, — выдохнул он. — Я не… Где Дези?

Кейтлин обернулась и осмотрела группу детей на попечении сестры Агнес.

Брианна, Мэттью, Тирон, Линдси…

Она не могла найти Дези.

Она снова пересчитала всех детей, но все равно не могла найти такие знакомые каштановые кудряшки.

— Должно быть, она все еще внутри, — сказала Кейтлин.

Она услышала позади себя шуршание спортивной сумки и повернулась.

Схватив маленький пистолет, Николь проверила магазин и встала, сунув оружие на пояс.

— Если вы возвращаетесь, то я тоже с вами, — просто сказала она, глядя на них обоих.

Букер провел пальцами по волосам, дернув за кончики.

— С каких это пор вам обеим жить надоело?

Кейтлин пригвоздила его жестким взглядом.

— Вместе или никак, — сказала она, направляясь обратно в сторону школы. — Ты это знаешь.

Шумно выдохнув, Букер побежал за ними следом, прикрывая тылы.

Выражение ужаса на лице Натаниэля, когда они приблизились, было весьма красноречивым.

— Знаю, знаю, — сказал ему Букер. — Но нам надо найти Скотта и Дези.

— Я займусь этим, — ответил Натаниэль. — Вам лучше остаться…

Несколько окон в восточном крыле школы взорвались, и все они пригнулись, когда вниз посыпалось стекло. Черный дым повалил наружу, языки пламени лизали подоконники.

— Это кабинет естественных наук, — ахнула Николь. — Там находится клиника. Скотт был…

Она не договорила.

Николь протолкнулась между выходящими людьми, нырнула под рукой Натаниэля, когда он попытался ее остановить, и рванула обратно в школу.

— Николь! — закричала Кейтлин, проталкиваясь внутрь.

Букер сжимал ее запястье словно тисками.

— Кей!

— Найди Дези, — сказала она ему. — Я должна помочь Николь!

Вырвавшись, она пустилась бежать.

«Беги, беги, беги, как можно быстрее…»

Свернув за угол, она едва не врезалась в группу людей.

— Кейтлин, что ты делаешь? — спросил Макс. Его голос приглушался тканью, которую он держал перед лицом.

Дэвид крепко прижимал Матильду к груди, накрыв одеялом, а свободной рукой держал Фэнси на поводке.

Они живы. Кейтлин хотела их обнять.

— Направляйтесь к парадному выходу, — сказала она им, уклоняясь от вопроса Макса. — Натаниэль помогает людям выбраться.

Снова пустившись бежать, она услышала крик Макса:

— А как же ты?

Она не ответила.

— Скотт! Николь! — прокричала Кейтлин сквозь дым.

Звуки топота и мужских голосов дали ей некоторое представление о том, что впереди.

— Кейтлин!

Свечение пожара пробивалось сквозь серые и белые клубы дыма.

Несколько людей выплескивали ведра воды в кабинет естественных наук, пытаясь сдержать огонь. Это не давало пламени распространяться, но и не гасило полностью.

— Николь?!

— Мы здесь! — крикнул Скотт, с размаху выплескивая воду на пол.

Поскользнувшись в луже, она ухватилась за шкафчик и продолжила бежать.

— Что случилось? — спросила она, хватая воздух ртом.

— Не знаю, — прокричал Скотт сквозь звуки пекла. — Когда я добрался сюда, вся комната была охвачена огнем.

Подбежав с еще одним ведром воды, Николь передала его Скотту, который немедленно выплеснул его на полыхающий стол и стул, едва притушив пламя, прежде чем оно вспыхнуло вновь.

— Нам нужно что-то посерьезнее, чтобы погасить это, — сказал Скотт, когда прибежало еще больше мужчин с кувшинами и мисками — жалкие попытки спасти их дом.

Кейтлин закашлялась, по ее лицу струились слезы.

— Шкафчик в спортивной раздевалке для девочек, — сказала Николь. — Я видела, что там хранится несколько огнетушителей.

Скотт кивнул.

— Иди, — поторопил он. — Поспеши.

Кейтлин не колебалась и сразу же повернулась, чтобы последовать за Николь. Побежав по коридору, они продолжали кричать имя Дези, пытаясь дозваться ее в дыму.

Свернув за угол, она заметила Букера с тряпкой на лице.

— В раздевалках есть огнетушители, — сказала она ему. — Скотт и другие пытаются погасить огонь.

— Я скажу Нейту, — ответил Букер, на мгновение сжав ее руку, после чего они опять разошлись в разные стороны.

Она все еще слышала, как он зовет Дези, пока они бежали к двойным дверям в спортзал.

Еще больше торопливых шагов, и мимо них пронесся темный силуэт мужчины.

Сет, тащивший несколько огнетушителей, едва не сбил их с ног.

— Я нашел их в кафетерии, — пропыхтел он.

Николь показала вдаль по коридору.

— Отнеси в кабинет естественных наук, там пожар.

Чем ближе к спортзалу они оказывались, чем чище становился воздух — маленькое облегчение.

Без света просторное помещение казалось зловещим и подавляющим, как глубокая пещера, из которой хотелось сбежать.

Она устремилась вперед, побежав в направлении дверей в раздевалки.

Как только они вышли на лестничный пролет из шлакоблоков, тишина зазвенела в ее ушах — полная противоположность суматохе наверху.

— Нам надо перестать соваться одним в такие жуткие подвалы, — пошутила Николь едва слышным шепотом.

— Эй, Нэнси Дрю гордилась бы нами, — сказала Кейтлин, держась одной рукой за стену при спуске.

Когда они заселились сюда, раздевалки остались почти нетронутыми, если не считать нескольких скамеек, которые перетащили для баррикад, да нескольких шлангов и шторок для создания дополнительных душевых кабинок.

— Шкаф вон там, — сказала Николь, показывая в правую сторону комнаты.

Побежав туда, она дернула за ручку и вскрикнула.

— Он… — она снова потянула. — Он заперт.

— Чего?

Кейтлин в темноте потянулась к дверце шкафа. С нижней части ручки свисал навесной замок, лязгавший каждый раз, когда они пытались открыть шкаф.

— Его здесь не было в прошлый раз, — сказала Николь.

Узкие окна под потолком впускали достаточно лунного света, чтобы видеть силуэты оставшегося ряда скамеек.

— Эй, мы можем сломать замок, — сказала Кейтлин, поспешив взять металлическую скамью с одной стороны.

С помощью Николь они подняли ее и наметили стальной край на замок.

— Раз, два… — Кейтлин начала отсчет, и на три они шарахнули по двери.

Замок не поддался.

— Еще раз, — поторопила Николь.

Используя скамейку как стенобитный таран, они ударяли по замку снова и снова, пока дужка не переломилась, и куски замка не упали на пол.

Они с облегчением поставили скамейку в сторону, и Кейтлин поспешила дернуть дверцу на себя.

Из темноты шкафа высунулись руки, пальцы попытались ухватить ее лицо.

Кейтлин завопила и отпрыгнула назад, когда немертвый нападавший ринулся на нее со стонами.

Голодный и освободившийся фрик не терял времени даром, сокращая расстояние между ними.

Ее ноги сзади ударились о скамейку, и Кейтлин упала, чуть ли не кувыркнувшись и выбив весь воздух из легких.

— Кейтлин! — закричала Николь.

Фрик повернулся, внезапно осознав, что у него есть аж два обеда.

Было слишком темно и ничего не видно, но Кейтлин все равно потянулась к револьверу. Силясь подняться на ноги, она кричала Николь, чтобы та бежала.

Николь не послушалась.

Фрик подходил ближе к Николь, шаркая ногами, а она вслепую пятилась.

— Николь, пригнись! — закричала Кейтлин, подняв оружие.

Два выстрела угодили фрику в грудь, но почти не замедлили его.

Кейтлин выстрелила еще раз, но промазала; пуля отскочила от шкафчика и угодила в стену. Она не могла продолжать стрелять — слишком просто было ненароком задеть Николь.

— Беги, Николь! — снова закричала она.

Откуда-то из темноты раздались тяжелые шаги, после чего что-то тяжелое и металлическое ударило фрика по голове.

За разъяренным ревом последовал второй удар. И третий.

Фрик упал на пол с проломленным и сочащимся черепом.

Стоя над трупом, Букер хватал ртом воздух и выронил алюминиевую бейсбольную биту.

— Джек? — ахнула Кейтлин, спеша перебраться через скамейку.

— Ты в порядке? — спросил он, и его голос почти напоминал рычание.

Она вслепую потянулась к нему и стиснула его предплечье.

— Николь? — позвала Кейтлин, силясь разглядеть что-то в темноте.

— Я в норме.

Повернувшись лицом к Букеру, она спросила:

— Как ты…

— Вместе, — хрипло сказал он. — Или никак.

Сердце Кейтлин ударилось о ребра от прилива эмоций.

Но реальность случившегося не ускользнула от нее.

Фрик.

В этом крохотном шкафу был заперт фрик.

Кейтлин посмотрела на существо, щурясь и разглядывая изувеченный профиль.

— О Боже… — она нагнулась и толкнула существо на спину. — Это Донна.

Слишком много вопросов вертелось в ее сознании, лишая дара речи и повергая в ужас.

— Кейтлин, нам все еще надо помочь Скотту, — слабо сказала Николь.

Кивнув, она встала и тупо направилась к шкафу.

— Вы это слышали? — спросил Букер, повернувшись по кругу.

Передав Николь два тяжелых огнетушителя, Кейтлин нахмурилась.

— Слышали что?

— Это бряцанье… — Букер зашагал в дальний угол раздевалки.

— Это доносится из бойлерной? — спросила Николь.

Держа в руках ярко-красные баллоны, они поспешили из раздевалки и по короткому коридору в сторону источника шума.

Когда они толкнули массивную дверь, бряцающие звуки сделались громче.

За тихим раздраженным пыхтеньем снова раздались удары металла о металл.

В желтом луче света от фонарика, они заметили Дези, которая прыгала на вершине лестницы, чтобы дотянуться до трубы.

— Господи Иисусе, — выдохнул Букер, побежав к ней. — Дези, что ты…

— Я могу починить, — крикнула она, держа руку высоко над головой и размахивая гаечным ключом. — Мне только надо дотянуться.

Схватив ее за талию, Букер поймал ее и не дал свалиться с лестницы.

— Нет, подожди, — взмолилась она. — Я могу починить!

— Что починить, Дез? — переспросил Букер, нахмурившись.

— Разбрызгиватели, — сказала она, извиваясь в его хватке. — Они не должны быть выключены! Я могу починить их, пожалуйста!

Тонкие струйки дыма змеились из-под двери, наполняя комнату.

— Дези, слишком поздно, — сказал ей Букер, стараясь успокоить. — Нам надо уходить, ладно?

— Нет, нет, нет, — жалобно завывала она, не выпуская гаечный ключ. — Пожалуйста, Букер, я могу это сделать!

— Все хорошо, Дези, — пробормотал он, положив ладонь на ее затылок. — Ты попыталась. Ну же, нам надо уходить.

Букер вынес ее из бойлерной, и они все побежали по лестницам, кашляя от дыма в воздухе.

В спортзале не было дыма, но когда они выбрались в коридор, потрескивающий огонь охватил библиотеку.

Все помещение, наполненное в буквальном смысле материалом для растопки, быстро разгоралось.

— Скотт! — закричала Николь на бегу.

Скотт рванулся к ним сквозь темные клубы дыма.

Николь закашлялась.

— Мы их нашли, мы…

— Слишком поздно, — сказал ей Скотт. — Пожар слишком большой, и он распространяется. Нам надо уходить.

Поражение лягнуло Кейтлин в грудь не хуже лошади.

Все это было впустую.

Побежав к входной двери, они услышали крики, доносившиеся из западной части школы.

Кейтлин застыла.

Внутри все еще оставались люди, отрезанные огнем.

— Кей, — Букер свободной рукой сжал ее ладонь. — Уходим.

Он отказывался отпускать ее, и в глубине души она понимала, почему.

«Вместе».

«Мне все равно, пусть даже ты убила бы сотню человек, чтобы вернуться домой».

«Мы сделали то, что нужно было для выживания».

Пылающая потолочная плитка и штукатурка сыпались на них, пока они бежали.

Натаниэль торопил их наружу, и еще больше окон взорвалось, не сумев выдерживать высокие температуры пожара.

Кейтлин в каком-то трансе следовала за Николь и Скоттом по парковке вместе с Букером и Дези на его плече.

Она стояла на ледяном ночном воздухе, покрытая пеплом, и смотрела на их дом, охваченный пламенем.

Когда ее руки заныли, она наконец-то посмотрела вниз и осознала, что прижимает к груди два огнетушителя, словно это ее спасательный круг.

Кейтлин бросила их на обочину с бесполезным грохотом.

Убитая горем и разорванная на куски группа — то, что от нее осталось — смотрела, как пожар вздымается все выше, окрашивая звездное небо красными и золотыми отсветами.

Глава 12

Фрики пришли вскоре после этого.

Привлеченные жаром и светом, они нашли путь к школе в течение часа.

В тусклом свете они увидели идущие толпы, и всем пришлось покинуть их горящий дом.

Натаниэль побежал к автобусу в надежде, что тот был еще на ходу.

Передав Дези Кейтлин, Букер бросился к джипу.

Все случилось так быстро.

Затолкать людей и их скромные пожитки в автобус, набить тот под завязку.

Усадить Скотта, Николь и Дези на заднее сиденье джипа.

Кейтлин помнила, как сделала несколько выстрелов, расчищая дорогу для автомобилей.

Все это ощущалось как дежавю.

Она делала это прежде, ее мышцы все хорошо помнили.

Она делала все это прежде и повторила бы снова.

И снова. И снова. Вероятно, до ее последнего вздоха.

Рассвет начинался над равнинами Канзаса, разливаясь кроваво-красным по небу.

Они ехали до тех пор, пока не перестали видеть дым.

Только когда земля вокруг них осветилась розовым и мягким желтым светом, Кейтлин тихонько заплакала в рукав своей толстовки. Материал вонял смертью и дымом.

Когда они проезжали знак на обочине, она увидела знакомую метку, нацарапанную на углу, и новое рыдание сотрясло ее тело.

— Останови, — пробормотала она. — Останови машину.

— Ты в порядке?

— Просто остановись.

Букер подчинился, и Кейтлин выскочила, бросившись к металлическим столбам.

С плевками и слезами она терла красный крестик, который нарисовала месяцем ранее, пока ее пальцы не сделались распухшими и ободранными, а от креста не осталась лишь тень.

* * *

Припарковавшись за полуразвалившейся емкостью для силоса, травмированные выжившие попытались перегруппироваться.

Макс развел небольшой костер, чтобы согреться и, возможно, приготовить завтрак, если удастся что-нибудь найти, а сестра Агнес приступила к душераздирающей задаче пересчета людей.

Хоть большинство и выжило, потери оставили во всех них резкую и невыносимую боль.

Эдвард. Франческа. Марк. Триш. Стив. Кларк.

Донна.

Других Кейтлин знала лишь в лицо, но не по имени. Упущение, за которое она теперь никогда себя не простит.

Оставшиеся избранные представители собрались в уединении, пока остальная группа скучковалась для тепла у огня.

Кейтлин смотрела, как Луна, Натаниэль и несколько других отходят к задней части автобуса, и внезапно ее охватила ярость.

Вскочив с пенька, на котором сидела, она пронеслась через небольшое поле.

— Мидоуз, куда ты…

— Не пытайся остановить меня, Букер, — рявкнула она, даже не глядя на него.

За ней последовали шаги, но Кейтлин было все равно, кто это и чего им надо.

Когда до Натаниэля и Луны оставалось всего несколько метров, она выпустила на свободу все, что бурлило в ее груди.

— Кто был на дежурстве? — заорала она, перебив их на полуслове. — Кто из этих некомпетентных трусов позволил этому случиться?

— Кейтлин, погоди… — начал Натаниэль, поднимая руки.

— Нет, я хочу услышать имена, — крикнула она. — Где были патрули? Где были те люди, которые, по вашим словам, обучены и способны справиться с ответственностью… — она развернулась лицом к Луне. — Те, которым вы заставили довериться нас всех. Что, они все просто съе*ались куда-то и оставили нас умирать?

— Успокойся, Кейтлин, — сказал Натаниэль.

— Катись к черту, — выплюнула она. — Скажи мне, какие выдающиеся члены вашей группы заснули и позволили нашему единственному дому сгореть дотла?

Луна вытерла глаза, и слезы размазывали пепел по ее щекам.

— Мы не знаем, — призналась она. — Но Эдвард сегодня патрулировал. Если бы он что-то увидел, он… он бы что-нибудь сделал.

— Ну, его теперь уже не спросишь, — натянуто сказала Кейтлин. — И сейчас, вдобавок ко всем взрослым, которые едва умеют держать нож, чтобы защититься, у нас двадцать семь детей и младенец, о которых надо заботиться, а у нас даже нет для них укрытия.

— С нами все будет хорошо, Кейтлин, — сказал Макс позади нее.

Повернувшись, она с неверием уставилась на него.

— Как ты можешь так говорить? — спросила она неожиданно хриплым тоном. — Мы вытащили твою семью из охраняемого Ковчега под предлогом, что у нас есть безопасное место, а теперь его больше нет.

Макс серьезно кивнул.

— Я знаю, — прошептал он. — Но мы что-нибудь придумаем.

— Вот что ты сказал после того, как половину вашей группы перестреляли? — процедила Кейтлин.

Это был удар ниже пояса, но ей было же все равно. Она злилась, горевала и не видела выхода для всех них.

Пока что нет. Не сейчас.

Луна рыдала в ладонь позади нее, и Кейтлин резко развернулась к ней.

— Триш. Стив. Эдвард. Больше дюжины других людей. Они погибли, — прорычала она. — Потому что никто не обратил внимания. Потому что вы, люди, расслабились. Что, вы просто забыли, что наступил конец света?

— Кейтлин, это не их вина, — сказала Николь, шагнув к ней.

Она даже не осознавала, что ее подруга здесь.

— Не их? — парировала Кейтлин, повернувшись к своей лучшей подруге. — Их все избрали. В них люди верили, — она снова повернулась к Натаниэлю и Луне. — Мы вам говорили. Мы раз за разом повторяли, что кто-то в этой группе не в себе, болен и не остановится на достигнутом, а вы просто сидели, сложив ручки, и ныли о поддержании мира. И посмотрите, где мы теперь. Люди погибли, наш дом сгорел, а Донна… — она скривила губы, глядя на Луну. — Мы нашли Донну. Обращенную и закрытую в чертовом шкафу.

Натаниэль разинул рот.

— Что?

— Донна была гниляком? — переспросила Луна дрожащим голосом.

Черты лица Кейтлин исказились от отвращения.

— Кто-то сумел увести ее в сторонку, сделать так, чтобы ее укусили, а потом привел обратно в школу, чтобы держать под замком. Мы нашли ее, когда искали огнетушители. Она чуть не убила меня и Николь.

Луна силилась сделать глубокий вдох.

— Я… я не пони…маю…

— Что тут непонятного? — потребовала у нее Кейтлин. — Среди нас живет психопат. И все это случилось, пока вы, люди, развлекались, играя в городскую администрацию.

Она сделала шаг назад, сердито посмотрев на всех перед собой.

— Если хотите знать мое мнение, никто из вас не способен руководить, бл*дь. Только не с таким количеством крови на ваших руках.

Трясясь всем телом и ощущая дурной привкус во рту, Кейтлин повернулась к ним спиной и зашагала к остальным.

— Не смотри на меня, — сказал Букер в ответ на что-то, чего она не видела. — Так уж получилось, что я с ней согласен.

Обойдя нескольких людей, Кейтлин пошла к джипу, хотя бы чтобы уединиться ото всех.

Она не была уверена, то ли это просто влияние горя, то ли ее настоящие мысли наконец-то всплыли на поверхность, но она знала, что не может просто сидеть и притворяться, будто не отхлестала всех словесно буквально за две минуты.

Открыв пассажирскую дверь, она забралась внутрь, проигнорировав то, что кто-то звал ее по имени, и захлопнула за собой дверцу.

* * *

Ночь была долгой и холодной.

И день тоже.

Большинство сторонилось Кейтлин, поскольку услышало ее тираду несмотря на барьер в виде автобуса.

Пока они пытались найти пригодное место, где можно было бы остановиться хоть на несколько дней, Кейтлин решила две вещи.

Во-первых, что она извинится только перед Максом.

А во-вторых, что она больше никогда не позволит другим людям принимать за нее решения, как бы сильно другие ни доверяли им.

Награда не перевешивала риск.

Глава 13

Оклахома, неделю спустя

Их спасение пришло в виде переполненного фриками трейлерного парка.

Это было вовсе не идеально, но лучше, чем навесы и поочередной сон в автобусе под тонкими одеялами для тепла.

Луна возражала против зачистки трейлеров, говоря, что не хочет рисковать жизнями.

Букер и Кейтлин с легкостью вызвались добровольцами.

После той вспышки они стали держаться особняком. Николь и Скотт, конечно, держались рядом. И как бы мало у них ни было, Кейтлин всегда находила, чем поделиться с Максом, Дэвидом и Матильдой.

Дези всегда находила повод вернуться к ним. Занятия с Николь и Скоттом, игры с Фэнси, помощь Букеру с джипом… или же она просто сидела и читала, пока они планировали следующую вылазку.

Кейтлин осознавала, что они сужали свои ряды, выбирая, кто являлся членом их внутреннего круга, но она не могла себя остановить.

Она вытащила дюжины людей в апокалиптическую глушь и не смогла обеспечить их безопасность, как обещала. Если ей приходилось беспокоиться о меньшем количестве людей, то больше вероятность, что она сохранит жизни своих близких.

Луна спорила с ними, чтобы они не шли в трейлерный парк одни, потому что это слишком рискованно. Тогда-то вступилась Николь и сказала, что трое лучше двух.

Это было непросто, но меньше чем за час территория парка для домов на колесах Санни Ридж очистилась от фриков.

Большинство трейлеров были двойными и широкими, где семьям было предостаточно места. Некоторым отчаянно требовался ремонт, а у одного особенно древнего трейлера, который стоял тут, похоже, аж с 70-х годов, была вмятина на крыше, а внутри обитали еноты.

Они оставили его в покое.

Держась края парка Букер и Кейтлин нашли небольшой одиночный трейлер со стальной костровой ямой, установленной под остатками тента.

Они немного удивились, когда Николь и Скотт заняли трейлер слева от них, и еще сильнее поразились, когда Макс и Дэвид заняли тот, что справа, подальше от новых домов избранных представителей.

Это не станет их постоянным местом обитания, но это поможет пережить зиму.

Они надеялись на это.

Сестра Агнес взялась присматривать за трейлером с осиротевшими детьми так, будто это летний лагерь; отвела каждому места для сна, поручила ежедневные занятия и обязанности.

На вторую ночь, когда все легли спать, в дверь трейлера Кейтлин и Букера постучали.

Резко сев, Кейтлин уставилась на дверь так, будто ожидала, что сюда ворвется монстр.

— Все хорошо, — сказал ей Букер, вставая с двухместного раскладного дивана. — Я открою.

Выглянув через окошко, он нахмурился и слегка приоткрыл хлипкую деревянную дверь.

— Дези? Что ты…

— Я не могу заснуть, — сказала она, показавшись такой маленькой, что у Кейтлин сердце разрывалось на куски.

Букер быстро затащил ее внутрь с холода.

— Разве ты не должна быть с сестрой Агнес? — спросил он, наблюдая, как Дези шаркающими шагами проходит через зону кухни-столовой-гостиной.

Дези перевела взгляд с Кейтлин на Букера.

— Мне там не нравится.

Сонно потерев глаза, Кейтлин сказала:

— Сестра Агнес будет волноваться, когда увидит, что тебя нет.

— Я оставила записку на своей подушке, — сказала Дези, небрежно пожав плечом.

— О, ну если ты оставила записку… — пробормотал Букер, шагая обратно к их разложенному дивану.

Большие ореховые глаза проследили за ним.

— Можно мне остаться здесь с вами?

Прежде чем кто-то из них успел возразить, она добавила «Пожалуйста?» и жалобно надула губки.

Вздохнув, Букер глянул через плечо на Кейтлин и приподнял бровь.

«Не повредит».

Она склонила голову набок.

«Я не против, если ты сам не возражаешь».

— Ладно, — сказал Букер, похлопав по тонкому матрацу. — Но если ты пнешь меня во сне, я пну тебя в отместку.

Дези усмехнулась.

— Нет, не пнешь.

Кейтлин прикрыла рот ладошкой, пряча улыбку. Эта девочка точно не давала Букеру спуска.

Не успела Дези забраться в центр постели, как очередной стук в дверь заставил всех повернуть голову.

— Ну, мы сегодня популярны, — сказал Букер, идя во второй раз открывать дверь.

Кейтлин ожидала, что это сестра Агнес пришла за Дези, но услышав мужской голос, она замерла абсолютно неподвижно.

— Привет… — поздоровался Натаниэль, стоя на небольшом расстоянии.

Скрестив руки на груди, Букер прислонился плечом к косяку.

— Поздновато для светского визита, не находишь?

— Да, я знаю. Простите, — пробормотал Натаниэль. — Я, эм… — он прочистил горло. — Мне надо поговорить с вами. С вами обоими.

Букер нахмурился.

— О чем именно?

— О том, что другим людям не надо подслушивать.

После секундного раздумья Букер выдохнул и выпрямился. Шагнув в сторону, он жестом пригласил другого мужчину заходить внутрь.

Войдя, Натаниэль глянул на Кейтлин и тут же удивленно уставился на Дези, которая устраивалась под одеялом.

— Она не могла уснуть у сестры Агнес, — объяснила она. — Так что мы сказали ей, что она может сегодня остаться с нами.

Кивнув, он никак не прокомментировал. Когда он посмотрел на Букера, стало понятно, что он хотел поговорить с ними двоими как можно более уединённее.

Подложив Дези подушку, Кейтлин прошептала:

— Давай ты устроишься поудобнее и закроешь глазки, хорошо? Мы будем вон там и немного поговорим, — она показала на маленький встроенный кухонный столик и сиденья, которые находились в нескольких метрах от кровати.

— Ладно, — сказала Дези, уже повернувшись на бок и подтянув одеяло до подбородка.

Выбравшись из постели, Кейтлин поправила пояс своих термолеггинсов и свободную толстовку, в которую была одета.

Толстовка принадлежала Букеру, но ей нравилось в ней спать. Не то чтобы он жаловался, когда она носила его одежду.

Предложив Натаниэлю сесть с одной стороны стола, Кейтлин и Букер расположились напротив и стали ждать.

— Слушайте, я знаю, что в последнее время все было… напряженно, — начал Натаниэль.

Кейтлин кашлянула, чтобы замаскировать фыркающий смешок.

— Честно, я не могу винить вас в том, что вы рассердились. Я тоже злюсь и частично виню себя в том, что допустил этот пожар. Ну то есть, Иисусе, я был пожарным в Нью-Йорке. Я должен был быть более внимательным.

— Так что ж ты не был внимательным? — спросила Кейтлин, ни капельки не переживая, что ее тон был почти стервозным.

Натаниэль пожал плечами, опустив взгляд на свои руки.

— Наверное, я сосредоточился на всем остальном. Подготовка к новым беженцам из Ковчега, планирование возможных посевов, личные дела…

Она решила не насмехаться над тем, что перепихи отвлекали его от дел.

— И… — Натаниэль поднял на них взгляд. — Наверное, в глубине души мне не хотелось верить, что в нашей группе есть кто-то настолько больной и извращенный. Когда Отверженные впервые нашли друг друга, мы были как семья. Мы любили друг друга, заботились друг о друге, прикрывали друг другу спины. Никто из нас ни за что не сделал бы что-то подобное, но теперь…

— Видимо, семейная идиллия закончилась, — сказал Букер, откинувшись на потертую обивку скамейки.

— Видимо, да, — уныло согласился Натаниэль.

Кейтлин сощурилась.

— Натаниэль, что заставило тебя передумать?

— Вы в курсе, что мы с Брук вчера отправлялись на вылазку?

Она кивнула.

— Мы не просто искали еду, — сказал он. — Мы вернулись в школу.

— Что?

Он подался вперед, опираясь на локти.

— Я хотел посмотреть своими глазами, — сказал он. — Поискать улики, указывающие на то, что случилось.

Букер поерзал на сиденье.

— И?

— И огонь начался не только в клинике, — ответил Натаниэль. — Было несколько точек возгорания, и использовался катализатор — наверняка чистящие средства из шкафчика уборщицы.

Сердце Кейтлин камнем ухнуло вниз.

— Где начались другие пожары? — спросил Букер.

— Помимо клиники, еще один разгорелся в библиотеке, один на постели в западной части школы, и еще в кафетерии.

Кейтлин резко вскинула голову.

— В кафетерии?

— Да, судя по следам огня, это место наверняка подожгли последним, — сказал Натаниэль с кивком. — А что?

Вспышки той ужасной ночи замелькали перед глазами Кейтлин.

— Я знаю, кто совершил поджоги, — сказала она. — И думаю, я смогу это доказать.

* * *

Завтрак был тихим и напряженным, пока все пытались представить, будто безвкусная водянистая овсянка — это нечто другое.

Кейтлин почти не обращала внимание на еду, которую заталкивала в себя.

Она была слишком занята наблюдением за Сетом, пока тот бродил по лагерю, здоровался с некоторыми людьми, приносил дрова, улыбался кучке детей, которые играли в какое-то подобие классиков на заиндевевшей траве.

Жуя, она мысленно снова и снова обдумывала варианты, просматривая их на предмет возможных слабых мест.

Они с Николь были в некотором роде свидетельницами. Они лишь видели, как Сет выходил из кафетерия с огнетушителями; они не видели, как он заходил туда с химикатами, и не могли точно утверждать, что после него там никого не было.

Им надо, чтобы он допустил оплошность. Признал какой-то элемент вины.

И единственный способ сделать это — допросить его.

Кейтлин нужен был хороший шанс, убедительный элемент неожиданности, который даст им преимущество.

Если они слишком рано дадут знать, что подозревают его, у него будет время придумать объяснение всему и, возможно, даже избавиться от улик.

Она наблюдала, как Сет усаживается рядом с детьми постарше, которые тыкали палочками в горящие бревна костра для приготовления еды. Улыбнувшись, он тихо переговаривался с мальчиками, а потом передал Дези раздвоенный прутик.

Его слова заставили ее улыбнуться, но в нутре Кейтлин заворочалось нечто гнилое.

С чего бы взрослому мужчине садиться так близко к ребенку, которого он едва знал? К ребенку, за которым он не присматривал и которого не любил.

— Эй, Дези, — резко позвал Букер. — Почему бы тебе не помочь Скотту и Николь с мытьем, ладно?

Кейтлин посмотрела на него и заметила подозрительную ярость, едва скрываемую под поверхностью.

Букер тоже это видел. Чувствовал. И Сет ни за что не приблизится к Дези в его присутствии.

Пожав плечами в блаженном неведении, Дези встала.

— Хорошо.

Может, она и была почти гением, но Кейтлин была бесконечно благодарна за то, что Дези не знала, о чем они все думают. Хотя бы этот ужас ее миновал.

Сет склонил голову набок, его выражение было одновременно вопросительным и лживым.

Притворная невинность.

Это мгновенно спровоцировало Букера.

Бросив топорик, которым он рубил дерево для костра, Букер отошел и жестом подозвал Сета поговорить с ним.

— Держись от нее подальше, — предостерег он сразу же, как только Сет оказался достаточно близко. — Вообще держись от всех детей подальше. Нет ни единой хорошей причины отираться рядом с ними.

Сет приподнял руки в легком оборонительном жесте.

— Погоди, я не… Букер, я извиняюсь, если тебе показалось, что я вел себя неподобающим образом. Я бы никогда…

— Все вы так говорите, — перебил Букер, стараясь говорить негромко.

— Я лишь пытался их развлечь, — объяснил Сет, оставаясь слишком спокойным при таких обстоятельствах. — Этим детям приходится непросто. Ни семей, ни стабильности. Я просто подумал…

— Мне похер, что ты там подумал, — рявкнул Букер. — Держи свои руки и слова при себе.

Сделав шаг в сторону, словно собираясь уйти, Букер передумал и повернулся обратно, показав на Сета пальцем.

— Если я еще раз замечу тебя возле Дези, я подвешу тебя на дереве и оставлю как приманку для стональщиков.

Сет озадаченно оставался на месте, проведя рукой по затылку.

Когда Букер вернулся к горе дров, шанс тут же представился Кейтлин.

Ей лишь было ненавистно то, в какой форме он представился.

Поставив свою миску рядом с крыльцом трейлера, на котором она сидела, она встретилась взглядом с Букером.

«Пожалуйста, доверься мне».

— Тебе необязательно было быть таким резким, — сказала она достаточно громко, чтобы Сет услышал.

И он услышал.

Сет напряженно наблюдал, как Кейтлин повернулась к Букеру.

Нахмурившись, Букер ответил:

— Он слишком долго ошивался возле детей. Мне все равно, что он там думает…

— Но тебе необязательно было позорить его, — возразила Кейтлин. — Он просто пытается помочь.

Непонимание и злость отразились на лице Букера.

— Кей, какого черта в тебя вселилось? — спросил он хриплым шепотом.

Она не могла рисковать и объяснять, так как Сет мог услышать. Она могла лишь удерживать взгляд Букера и надеяться.

— Меня достало, что ты вечно давишь на людей, — рявкнула она. — Не все обязаны плясать под твою дудку, Джек.

На долю секунды в глазах Букера промелькнула чистая нескрываемая боль.

«Прости».

«Прости».

«Прости».

Скривив губы, он отмахнулся от нее.

— Ладно, раз тебя так все достало, что ж ты не уходишь тогда?

Кейтлин сжала свою серебряную подвеску в виде птички, глядя на Букера.

— Ладно, — ответила она, не сводя с него взгляда.

— Ладно.

Развернувшись на пятках, Кейтлин перебросила волосы через плечо.

— Придурок, — буркнула она достаточно громко, чтобы услышали все, кто обратил внимание.

Зашагав через короткие лужайки, она обошла заднюю часть одного из трейлеров и замедлилась.

За ней последовали шаги, но они принадлежали не Букеру.

— Эй, — прошептал Сет, нагоняя ее.

Кейтлин сделала глубокий вдох, успокаиваясь.

Повернувшись к нему лицом, она обхватила себя руками.

— Мне так жаль, Сет. Он не имел права…

— Все хорошо, — сказал он, улыбнувшись. — Парням вроде Букера нравится пыжиться.

Она мрачно усмехнулась.

— И не говори.

Это напоминало расстановку силка из веревок. Аккуратные петельки и узлы, и все для одной-единственной цели.

— Иногда он бывает таким тираном, — продолжала она. — А как он манипулирует избранными представителями и остальными… Меня от этого тошнит.

В глазах Сета зажегся интерес.

— Букер имеет на них влияет, да?

— Да они все у него с рук едят, — сказала она. — Но никто этого не видит, потому что он такой привлекательный и очаровательный со своим южным шармом, — презрительно процедила она. — Если бы они только знали, какой он на самом деле.

Сделав просчитанный шаг вперед, Сет сказал:

— Похоже, тебе нужно кому-нибудь выговориться.

Кейтлин опустила голову, стараясь не переигрывать.

— Я не хочу тебя грузить.

— Это не грузит меня, — нежно парировал Сет. — Особенно когда речь идет о тебе.

«Петелька и узел…»

— Он просто… — она сглотнула. — Как будто все мои слова не имеют значения, — посмотрев ему в глаза, она добавила: — Знаешь, я ведь говорила ему, что забор в школе был угрозой. Я пыталась убедить его, чтобы он сказал избранным представителям, и знаешь, что он ответил? Что я слишком чувствительная. Что лучше позволить руководящим людям разобраться с ситуацией, потому что я не знаю, о чем говорю.

Сет с отвращением покачал головой.

— И видишь, что случилось.

— Вот именно, — сказала она, потянувшись, чтобы сжать его предплечье.

Она заметила его мгновенный восторг от прикосновения и поняла, что это было правильным решением.

— И видишь, что случилось, — повторила она, наклоняясь ближе. — Сначала та толпа фриков, а потом пожар… — она шмыгнула носом, отворачиваясь. — Я знала, что случится что-то плохое, и никто не послушал.

— Иногда просто надо заставлять людей слушать, — сказал Сет. — Недостаточно сказать им, что мы знаем. Надо показать.

— Ну, кто-то определенно показал избранным представителям, — сказала она. — Мне все равно, что говорит Букер или остальные, пожар не был случайностью.

Сет уставился на нее, и дыхание на мгновение замерло в его легких.

— Ты так думаешь?

Кейтлин кивнула.

— Абсолютно уверена. Это никак не могла быть просто зажженная сигарета, которую бросили в мусорную корзину. Но Букер ожидает, что я просто поверю в эту историю.

Сет переступил с ноги на ногу, и она заметила, каким дерганым он стал. Но это было не желание сбежать.

Скорее, желание поделиться.

«Петелька и узел… Петелька и узел…»

— Можно я скажу тебе кое-что ужасное? — прошептала Кейтлин, потянув Сета за запястье.

Его глаза раскрылись шире, и он кивнул.

— Я вроде как думаю, что тот, кто устроил поджог, — герой, — пробормотала она, удерживая его взгляд. — Этот кто-то просто пытался добиться, чтобы все обратили внимание. Увидели слабое место в наших защитах. Этот кто-то просто сделал то, что все остальные не хотели делать. Так ведь поступает герой, правда?

Повернув руку в ее хватке, он сжал ее ладони своей, переплетая их пальцы словно в тисках.

— Можно я тоже поделюсь секретом? — спросил он дрожащим голосом.

«Петелька, узел, расставить ловушку…»

— Конечно, — заверила его Кейтлин.

Сет облизнул губы, и в уголке его рта заиграла улыбка.

— Я… я совершил поджог, — сказал он, шумно выдохнув. — Я знал, что мы никогда не будем там в безопасности. Все продолжали игнорировать очевидное — забор, нехватку охраны, то, какие все необученные. Это был лишь вопрос времени.

Кейтлин сжала его ладонь своей.

— То есть, ты им показал, — пробормотала она.

Сет улыбнулся.

— Да. Показал.

«Попался».

Глядя на него, Кейтлин силилась поддерживать обожающий фасад, пока горе и злость скручивали ее нутро, отчего к горлу подступала желчь.

— Я знал, что ты поймешь, — продолжал Сет. — Я знал с того самого момента, когда мы заговорили в первом палаточном городке. Я знал, что ты особенная.

Как раз когда он наклонился вперед, потянувшись к ней, над ними раздался резкий и пронзительный свист.

«Букер».

Воспользовавшись возможностью, Кейтлин схватила Сета за плечи и со всей силы зарядила ему коленом в пах.

Завопив от боли, Сет согнулся пополам и грохнулся на землю.

Попятившись назад, Кейтлин выгнулась, чтобы посмотреть на крышу трейлера.

— Ты в порядке? — крикнул Букер, спеша спуститься.

Слева к ним подбежал Натаниэль, бросившийся к Сету и начавший обыскивать его на предмет оружия.

— Я в норме, — выдохнула Кейтлин.

Как только его ботинки соприкоснулись с землей, она рванула к Букеру, чуть ли не бросившись в его объятия.

— Ты понял, — ахнула она, крепко целуя его. — Ты знал, что я задумала.

Букер улыбнулся ей, накрыв широкой ладонью ее шею сбоку.

— Естественно, понял, — отозвался он. — Ты никогда не называешь меня Джеком, когда по-настоящему злишься на меня.

Облегчение вызвало у нее желание захихикать, и Кейтлин прижалась к его губам, испытывая бесконечную благодарность за то, что этот мужчина мог читать ее как любимую книгу.

— И «придурок» под конец тоже помогло, — сказал он ей. — Это прямо твоя версия слова «дорогой».

Хриплый смешок сорвался с ее губ, и Букер поцеловал ее в лоб.

— Я же сказал, птичка певчая, — прошептал он. — Ты говоришь мне в своей манере.

Охнув, когда его подняли на ноги, Сет сверлил их гневным взглядом.

— Скажите остальным, что нам надо созвать собрание, — сказал Натаниэль. — Я прослежу, чтобы Сет с комфортом дожидался приговора.

Пока он утаскивал его, Сет сердито смотрел на Кейтлин.

— Ты совершила ошибку, — прошептал он ей. — Огромную ошибку.

— Прибереги эти реплики для того, кто верит в твои заблуждения, — парировала она.

Взяв ее за руку, Букер поглаживал ее, стирая остаточные ощущения прикосновений Сета.

Это была небольшая цена за победу, в которой они отчаянно нуждались.

Глава 14

— Что, черт подери, нам с ним делать?

Луна хмуро смотрела на Сета, который сидел в центре зоны для собраний под открытым небом, в окружении людей, которых он предал.

— Он совершил убийство, — сказала Кейтлин. — Что, по-вашему, с ним можно делать?

— Формально это убийство по неосторожности, — парировал Скотт, с колебанием покосившись в ее сторону. — Его действия стали причиной гибели более дюжины людей, но он не убивал их собственноручно.

Николь посмотрела на своего мужа.

— А как же Донна? Ее обратили до пожара.

— Он сознался в убийстве Донны? — спросила Луна.

Натаниэль покачал головой.

— Только в поджогах. И теперь он вообще ничего не говорит.

Сет поерзал на ржавой металлической скамейке, на которую они силой усадили его, пока обсуждали его судьбу, но ничего не ответил. Он вообще не произносил ни слова с тех пор, как они вытащили его и объявили всем об его вине.

Отрывисто фыркнул, Букер зашагал вперед, встав перед Сетом.

— Не хочешь объясниться? — спросил он, глядя на него сверху вниз.

Когда Сет лишь поднял взгляд и усмехнулся, лицо Букера помрачнело. Присев на корточки, он наградил Сета таким взглядом, который мог бы разрезать стекло.

— Хочешь знать, что я думаю? — начал он ровным, но оттого не менее смертоносным тоном. — Я думаю, что тебе не хватило смелости убить Донну. Поджог посреди ночи, пока все спят — это самый трусливый поступок из всех, что я видел. Мужику, который украдкой делает такое, не хватит смелости, чтобы отнять чью-то жизнь, глядя этому человеку в глаза.

На мгновение Кейтлин показалось, что провокации Букера сработают. Пламя во взгляде Сета готово было вырваться на свободу, но он держал рот закрытым.

Но Букер знал, что отступать не стоит. При правильных обстоятельствах сломается любой.

— Готов поспорить, ты много чего делал втихушку, да? — Букер прищурился, глядя на него. — Тебе нравится следить за людьми, Сет? Нравится выглядывать из-за угла, шпионить через окна, смотреть на людей, пока они не обращают внимания? — подавшись вперед, Букер оперся локтями на свои колени. — Тебе нравится шпионить за людьми в постели? — спросил он угрожающим шепотом. — Притворяться, что это к тебе прикасаются, что это ты трогаешь женщину, доставляешь ей удовольствие, хотя ты знаешь, что никогда ее не получишь.

Терпение Сета лопнуло.

— Ты ее не заслуживаешь, — рявкнул он, схватив Букера за перед рубашки и тряхнув его. — Ты всего лишь какой-то тупой деревенщина! Она слишком хороша для…

За два длинных шага Кейтлин оказалась позади Сета.

Выдернув револьвер из-за пояса джинсов, она прижала дуло к его затылку и с угрожающим щелчком взвела курок.

— Убери руки от моего мужа, — приказала она.

Сет застыл.

— Сейчас же.

Разжав хватку, Сет поднял руки в жесте капитуляции.

Букер просто усмехнулся и разгладил помявшуюся рубашку.

— Я принес веревку, — объявил Макс, подбегая к ним.

Букер встал.

— Как раз вовремя.

Кейтлин не опускала оружие, пока запястья Сета не оказались надежно связаны.

Ему повезло, что в этот день у нее не было желания совершать убийство, иначе его мозги разлетелись бы по заиндевевшей земле.

Встав рядом с ней, Букер тихо спросил:

— Ты в порядке?

— Ага, — сказала она, пока не будучи уверенной, насколько это правда. — Говорила же, что тогда за нами кто-то наблюдал.

— Угу. Два плюс два сложилось довольно быстро.

После этого Сет снова стал сидеть молча. Он не признавался в других преступлениях, но это не помешало людям верить, что он способен на все остальное.

После очередного обсуждения относительно того, что с ним делать, Луна и другие избранные представители решили устроить голосование.

Варианты были одновременно простыми и нагруженными последствиями.

Изгнание. Заточение под стражу.

Или смерть.

Сестра Агнес отказалась голосовать, сказав, что ей некомфортно пытаться пересилить волю Господа.

Кейтлин не осознавала, что проголосовала, пока ее рука не поднялась, и она не посмотрела на других, которые еще думали.

Большинство решило.

Сета казнят за его действия следующим утром.

* * *

Кейтлин не могла уснуть.

Она смотрела на отклеивающийся облицовочный материал на потолке трейлера, слушая неглубокое дыхание Дези, которая дремала между ней и Букером.

Что-то не давало ей покоя… ниточка, которую она не могла оставить без внимания.

Сет ее спас.

Можно было бы подумать, что его признание в желании доказать ошибки группы и было мотивом, из-за которого он совершил поджог, но… а как же атака фриков? Как же Донна, которую обратили и заперли в шкафу, чтобы она вечно гнила или вырвалась на свободу, как это и случилось, когда пришли Николь и Кейтлин?

Мотивы не складывались, и если уж они казнят этого мужчину, Кейтлин считала, что хотя бы можно дать ему шанс объясниться.

Это рискованно, но она знала, что с ней он поговорит. То, как он накричал на Букера, доказывало, что у него все еще имелись чувства к ней.

Что это за чувства, она не была уверена.

Кейтлин как можно тише выпуталась из одеял и выбралась из кровати.

— Птичка певчая? — пробормотал Букер, сонно поворачиваясь и ища ее в темноте.

— Ш-ш-ш, все хорошо, — прошептала она, натягивая обувь. — Просто надо облегчиться.

Буркнув что-то в знак согласия, Букер перевернулся и нежно провел рукой по волосам Дези, убеждаясь, что она цела и невредима.

Выскользнув из трейлера, Кейтлин набросила куртку и обхватила себя руками, чтобы защититься от холода.

В свете полной луны она видела крошечные покачивавшиеся силуэты вдалеке, бродящие по равнинам Оклахомы.

Фрики. Всего три или четыре, и их наверняка отпугивал запах их разложенных собратьев, которыми они отгородили трейлерный парк.

И все же это служило тревожным напоминанием о том, в каком мире они теперь обитали.

Ни правительства, ни законов, ни цивилизации.

Баланс проступков и наказаний стал куда более суровым.

Если ты подвергал опасности живых, это делало тебя ничуть не лучше мертвецов, бродивших по земле.

Кейтлин гадала, к какой категории тогда относилась она, ведь путь, по которому она твердо шагала, был усеян благими намерениями.

Добравшись до двери трейлера Натаниэля, она тихо постучала.

Когда дверь распахнулась, она моргнула.

— Сестра Агнес, — выпалила Кейтлин. — Я не ожидала… прошу прощения, я чему-то помешала?

— Нет, все хорошо, — с улыбкой сказала сестра Агнес. — Натаниэль и остальные остались на ночь с Луной. Никому не было комфортно спать в одном доме с пленником.

— А вы здесь потому что…?

Сестра Агнес склонила голову набок.

— Ну, полагаю, я с наименьшей вероятностью убью его сама, когда мы окажемся наедине.

— Логично.

Сложив кусок ткани, который она зашивала, сестра Агнес несколько секунд смотрела на нее.

— Ты пришла к Натаниэлю или за чем-то другим?

Кейтлин сделала глубокий вдох.

— Мне надо поговорить с ним. С Сетом.

Сестра Агнес шагнула в сторону, впуская ее.

Одна-единственная керосиновая лампа горела в маленькой обеденной зоне, но свечение озаряло весь трейлер.

— Сет, к тебе пришел посетитель, — объявила сестра Агнес.

Опустив лоб на руки, Сет сгорбился над карточным столиком на другом конце комнаты. Он медленно поднялся и с любопытством посмотрел на Кейтлин.

Он по-прежнему ничего не говорил.

— Я дам вам немного уединения, — сказала сестра Агнес, собирая свое шитье. — Я буду в спальне.

Взгляд, который она бросила на Кейтлин, передавал безмолвное «на всякий случай».

Сев сидел на краю изъеденного молью кресла, которое оставили здесь наверняка давно погибшие люди, она долго смотрела на Сета, дожидаясь, пока слова придут к ней.

— Зачем? — это прозвучало так тихо, что она сама едва себя расслышала.

— Зачем что?

Она помрачнела.

— Не прикидывайся дурачком.

— Я уже сказал тебе, зачем, — ответил Сет, слегка сдвинув связанные запястья на столе. — Хотя все это оказалось впустую.

— Ты сказал мне, зачем устроил пожар, — парировала она, подавшись вперед. — Но не сказал, зачем ты сделал остальное.

— Остальное… — он щурился, глядя на нее в тусклом свете. — Кажется нелогичным обличать себя еще сильнее.

— Тебя завтра застрелят, — просто сказала она. — Разве тебе есть что терять?

Сет улыбнулся.

— Рад, что ты все еще не выбираешь выражения.

Кейтлин продолжала ждать, глядя на Сета, пока тот не сдался.

— Я начал собирать гниляков в ту неделю, когда мы заселились в школу, — сказал он. — Сарай был совсем рядом, но никто не потрудился его обезопасить. Лентяи и слабаки, — пробормотал он.

Впившись ногтем большого пальца в ладонь, она заставила себя сохранять нейтральное выражение. Меньше всего ей нужно, чтобы он закрылся от нее.

— Дыра в заборе буквально умоляла, чтобы ее использовали, — продолжал он. — Это была идеальная воронка. Мне надо было лишь подождать, — он усмехнулся. — Никто не спрашивал, куда я уходил… черт, никто даже не заметил, что я отсутствовал по несколько часов подряд. Я никогда не брал на себя рабочую смену, все просто полагали, что у меня есть работа, потому что я везде готов был помочь. Так что мне не приходилось ни перед кем отчитываться, и никто не думал, что я где-то пропадаю.

Кейтлин закусила нижнюю губу изнутри и слушала, как подтверждается ее чутье.

— Если честно, самой сложной частью было поймать наживку. Животные намного умнее, чем мы думаем, — сказал он. — Но как только я набрал достаточно гниляков, чтобы подтвердить свою правоту, я оставил след из маленьких кусочков, которые вели прямиком к главному блюду, и выпустил их.

— Ты был с нами во дворе, — сказала она. — Ты…

Она не могла заставить себя сказать это вслух.

— Эдвард видел меня в самом начале атаки, — ответил он. — Было бы подозрительно, если бы я просто внезапно исчез.

Кейтлин заметила, как он отвел взгляд, объясняясь, и поняла, что это еще не все.

— Ты надеялся, что кто-нибудь погибнет? — спросила она.

Сет пожал плечами.

— Для меня это было неважно. Я бы быстрее подчеркнул свою правоту, если бы мы потеряли нескольких людей. Жалко, что твой кавалер решил поиграть в героя.

Поиграть в героя. Интересное определение от того, кто считал себя настоящим героем.

— Почему именно Донна? — спросила она, зная, что это слегка застанет его врасплох.

Сет склонил голову набок.

— Она была свидетельницей, — ответил он. — Она видела, как я выходил из их комнаты, и я знал, что как только найдут нож и ботинки, она скажет кому-нибудь, что видела меня. Любой, у кого есть хоть полторы извилины в мозгу, спросит, был ли кто-то внутри. Так что… я сказал ей, что ты просила ее о помощи.

Сердце Кейтлин ухнуло в пятки.

— Ты ей очень нравилась, — добавил он. — Она уважала тебя. Если тебе что-то было нужно, Донна тут же готова была помочь. Поэтому легко было увести ее с территории школы.

Кейтлин не сомневалась, что ноготь вот-вот проткнет ее кожу до крови.

— Как только ее укусил гниляк, которого я нашел застрявшим в шиповнике, я сунул ей в рот кляп, чтобы никто ее не услышал, и затащил ее в раздевалки через вход с поля, — он подался вперед, опираясь на локти. — Знаешь, я думал, что в тот день ты меня застукала. Ты была в спортзале, когда я выходил, и смотрела на меня через окошко.

По спине Кейтлин пробежали ледяные мурашки.

Тот день, когда она едва не пошла проверять раздевалки после его ухода.

— Но почему просто не убить ее? — спросила Кейтлин. — Если ты так беспокоился о своем секрете, почему просто не убить ее и не выбросить тело?

Сет широко улыбнулся.

— Мне был нужен план В.

Нахмурившись, Кейтлин ждала объяснений.

— План А — это атака гниляков. План Б — это пожар. И если бы они не сработали, я бы позволил немертвой Донне бродить по коридорам ночью и покусать столько людей, сколько она сможет, пока крики не перебудят всех.

Она сглотнула, пытаясь не показать, как сильно ее тошнит.

— И прежде чем ты спросишь, — добавил Сет, — я подставил Боба потому, что он меня раздражал. Вот так просто. Раздражающий и вечно веселый, и он слишком громко пел в душе, черт возьми.

— Жаль, ты не заметил, что Боб левша, — резко ответила она.

Сет усмехнулся.

— Да, признаю, это была небрежная ошибка. Но ты ее заметила, и это было по-своему волнительно.

— Волнительно? — повторила она, моргнув.

— Не каждый день встречаешь того, кто достаточно умен, чтобы организовать хорошую погоню, — сказал он. — Мне нравится вызов, Кейтлин. И ты не разочаровала.

— Так вот как ты хотел проводить свои дни, пока мир рушится. Играть в психопатические игры и убивать людей.

— Мы все доживаем свои последние деньки, — сказал он. — С моей точки зрения, это все равно случилось бы, рано или поздно.

Она не знала, что он имел в виду — то ли то, что он стал убийцей, то ли то, что его убьют, но в любом случае, она не была уверена, что не согласна с ним.

И это тревожило ее сильнее всего.

— Знаешь, мне реально тебя жаль, — сказала она. — У тебя не осталось надежды. Не осталось сострадания. Должно быть, это так одиноко.

— Далеко не так одиноко, как будет тебе, — сказал он, наградив ее холодным взглядом. — Ты так или иначе потеряешь всех, кого любишь, и ты ничего не можешь с этим поделать. Видишь ли, ты думаешь, что это я здесь трагичный персонаж — обреченный мужчина, которого вскоре казнят, но на самом деле я в шоколаде. Я умру. Мне не придется сидеть и смотреть, как люди совершают тупые ошибки и гибнут.

Что-то в его тоне вызвало у Кейтлин мысли, что он злится не просто на нее или на группу, а на кого-то другого.

Она подумала об его сестре, которую он потерял до попадания в Ковчег.

— Ты сама трагедия, Кейтлин. Чем быстрее ты это примешь, тем проще жизнь будет для тебя.

Внезапно все ниточки, которые она не могла оставить, оборвались.

Кейтлин получила все, что ей было нужно.

Встав, она бросила последний взгляд на него, после чего позвала сестру Агнес, сказав, что еще вернется.

— Что, даже не попрощаешься как следует? — презрительно процедил Сет.

— Прощай, Сет, — сказала она, положив ладонь на дверную ручку. — Если в мире есть справедливость, то завтра ты умрешь медленно.

Глава 15

Все проснулись еще до рассвета и молча собрались вокруг главного костра для приготовления пищи.

Никто не ел.

Ожидание казни вовсе не пробуждало аппетит.

Вытянув руки, чтобы согреть их, Кейтлин смотрела в огонь и раз за разом прокручивала в голове разговор с Сетом.

Поднявшись, Натаниэль пробормотал:

— Пойду скажу сестре Агнес, что пора.

Букер кивнул и повернулся к Дези.

— Давай я провожу тебя внутрь.

— Мне не холодно.

Он помедлил, присев на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с ней.

— Дез, то, что сейчас случится… это не для детей. Ни для кого, на самом деле, но нам нужно об этом позаботиться, — он удерживал ее взгляд. — Я знаю, что ты умная и храбрая, но тебе незачем это видеть, ладно? Ты и без того несешь в себе слишком много. Я не позволю, чтобы ты добавляла еще и это, хорошо?

Дези сглотнула, дернув подбородком в знак согласия.

— Возьми ту книгу, которую читала тебе Николь, и оставайся в трейлере, пока я за тобой не приду.

— Хорошо, папа, — Дези запнулась, широко раскрыв глаза. — Эм, то есть, Букер, — быстро поправилась она.

Мягко улыбнувшись, Букер ободряюще потрепал ее по плечу.

— Ладно.

Кейтлин смотрела, как Дези забирает книгу по физике, которую нашла для нее Николь, и спешит в дальний конец трейлерного парка.

Она только-только завернула за угол одного из домов на колесах, когда Натаниэль закричал, зовя Скотта.

— Какого… — пробормотал Скотт, вскакивая и направляясь на звук крика.

— Скотт! Скотт, иди сюда быстрее!

Нутро Кейтлин скрутило вдвое сильнее.

Бросившись за ним, они с Букером не отставали и бежали к двери трейлера.

— Иисусе, что случилось? — спросил Скотт, как только очутился внутри.

Протолкнувшись в трейлер, Кейтлин увидела, что сестра Агнес лежит на полу. Ее платок был сдернут, открывая взгляду ее седеющие волосы.

— Я нашел ее вот так, — сказал Натаниэль, стоявший на коленях по другую сторону от нее. — Она…

Проверяя пульс, Скотт выждал несколько мгновений, затем сказал:

— Она жива.

— С ней все будет хорошо?

Тогда Кейтлин увидела красные следы на шее сестры Агнес. Ее душили.

— Нейт, где Сет? — спросил Букер.

Подняв взгляд, Натаниэль покачал головой.

— Не знаю, его не было, когда я пришел.

— Думаю, это случилось недавно, — сказал Скотт, осматривая ее травмы. — Синяки все еще проявляются.

— Значит, он не мог уйти далеко, — сказал Букер. — Вы оставайтесь здесь, позаботьтесь о ней. Мы рассредоточимся и выследим его.

Как только они снова оказались снаружи, Кейтлин схватила его за руку.

— Джек, нам нужно найти Дези. Если Сет где-то там…

Ей не было необходимости заканчивать предложение. Букер уже несся к их трейлеру, зовя Дези.

Ответа не было.

— Дези?! — закричала Кейтлин. — Дези!

Распахнув дверь трейлера, Букер запрыгнул внутрь.

— Дез, ты где?

Все равно ничего.

Стоя на пороге, Кейтлин лихорадочно оглядывалась по сторонам, ища признаки того, куда она могла пойти.

Возле линии плохо подстриженной живой изгороди, которая обрамляла заднюю часть парка, она заметила учебник по физике, который взяла Дези. Он небрежно валялся в грязи.

— Джек! — закричала она, бросившись туда.

Букер не отставал от нее. Она наклонилась и подняла книгу, крепко сжимая ее онемевшими пальцами.

— Он похитил ее, — ахнула она. — Сет похитил ее. Я это знаю.

«Ты так или иначе потеряешь всех, кого любишь, и ты ничего не можешь с этим поделать».

— На земле полно снега, они оставят следы, — сказал Букер. — Я сбегаю за винтовкой и скажу остальным. Оставайся здесь.

Кейтлин говорила себе подождать, ведь Букер скоро вернется.

Она пыталась.

Но у ее ног были другие планы.

Протолкнувшись через кустарники, она осмотрела землю, ища следы ног.

Ничего, лишь чистая белизна и сухая трава.

Паника бушевала в ее груди, вытесняя воздух из легких и затмевая все перед глазами.

Только не Дези… только не после всего…

Повернувшись по кругу, она искала что угодно… любой признак, указывающий на направление, в котором они пошли.

В нескольких метрах к северу в сторону главной дороги уходили две цепочки следов.

Нет. Одна цепочка следов, а вторая — следы, как будто кого-то тащили.

Чем ближе подходила Кейтлин, тем легче было различить детали.

Дези боролась с ним, пиналась и дергалась, упиралась пятками в скользкую застывшую землю.

«Так держать, Дез, — подумала она, со всех ног побежав по следу. — Продолжай бороться».

Поблизости не было ничего, что послужило бы хорошим укрытием, за исключением старой фермы и заброшенной емкости для хранения зернового силоса. Они прочесывали эту местность, когда впервые добрались до трейлерного парка — искали припасы или более оборудованное место для жилья.

На ферме когда-то содержался скот, и это привлекло внушительное стадо фриков, которые теперь оказались заперты в огромном амбаре и на пастбище вокруг него, поскольку их сдерживал забор, который они не могли преодолеть.

Кейтлин хотелось верить, что Сет затащит Дези на силосную емкость или спрячется с ней поблизости.

Но это не преподаст ей урок. Это не оставит след.

И действительно, оставленный для нее след огибал силос и пересекал поле, устремляясь севернее.

Прямиком к переполненному фриками амбару.

* * *

Кейтлин слышала их сквозь голодные стоны фриков, подбиравшихся ближе.

— Отпусти меня, — прохрипела Дези сквозь стиснутые зубы.

— Заткнись, — рявкнул Сет. — Ты хочешь оказаться здесь с гниляками? Тогда помалкивай.

Судя по тому, как толпа немертвых изменила направление, смыкаясь вокруг передней части амбара, она понимала, что они не стали перепрыгивать через забор. А значит, они поднялись по лестнице на сеновал.

Глянув через плечо, Кейтлин увидела крошечные силуэты, двигавшиеся через равнину в их сторону.

Букер и несколько других — вероятно, Николь и Натаниэль.

Она не могла ждать. Только не тогда, когда в ее сознании мелькали образы того, как Сет держит Дези над изголодавшейся ордой фриков.

Кейтлин как можно тише поднялась по лестнице, пригнувшись в просторном помещении под крышей. Солома шуршала под ее ногами, и это едва слышалось сквозь рыки и стоны существ, переполнявших амбар.

Сет все равно уловил тот самый момент, когда она оказалась внутри.

— Должно быть, ты была бегуньей, — сказал он холодным голосом с нотками восторга. — Готов поспорить, до всего этого ты вставала рано и бегала каждое утро. Я прав?

Кейтлин мрачно всматривалась в тускло освещенное пространство и заметила его на другом конце платформы.

— Вообще-то, моей единственной физической нагрузкой был бег за автобусом, — сказала она. — Но я быстро адаптировалась.

— Очевидно.

Сет изменил позу в темноте, держа Дези перед собой как живой щит.

— Отпусти ее, Сет, — потребовала Кейтлин. — Мы с тобой останемся вдвоем и поговорим.

Втянув воздух сквозь зубы, он покачал головой.

— Я так не думаю. Видишь ли, она мне нужна. И думаю, ты знаешь, зачем.

Она была права.

Он собирался опять доказывать свою правоту.

— Но если она уйдет, мы сможем остаться вдвоем, — сказала Кейтлин, надеясь, что он опять поведется. — Как ты и хотел.

— Не води меня за нос, — коротко ответил он. — Думаешь, мной так легко манипулировать? После всего случившегося?

— Думаю, ты привел меня сюда не просто так, — сказал она, подходя на несколько шагов. — И я не думаю, что это сделано лишь для того, чтобы причинить мне боль от наблюдения за смертью Дези.

Заерзав в его хватке, Дези попыталась отстраниться от Сета, но он дернул ее назад за волосы. Дези вскрикнула, и фрики под ними ответили отчаянными гортанными звуками, протягивая свои гнилые руки.

Сет улыбнулся, но его глаза оставались мертвыми.

— Считай это особенным предложением два по цене одного.

В этот самый момент сеновал задрожал, потому что фрики навалились на опорные столбы. Кейтлин покачнулась, и ужас пронзил ее, когда она посмотрела вниз.

— О да, мне стоило упомянуть… — Сет выгнул шею, чтобы посмотреть на орду внизу. — Это не самая устойчивая конструкция. Термиты, гниение древесины плюс около сотни голодных гниляков равняется адски веселому времяпровождению.

Дези испуганно посмотрела в глаза Кейтлин и снова попыталась вырваться.

— На твоем месте я бы этого не делал, — прошипел Сет, крепче стискивая ее. — Я столкну тебя с края прежде, чем ты успеешь хоть глазом моргнуть.

— Все хорошо, Дези, — сказала Кейтлин, делая размеренный шаг вперед. — Я знаю, тебе страшно, и ты хочешь вырваться, но иногда нужно подождать.

Сет сощурился, уставившись на нее.

Кейтлин продолжала.

— Иногда лучше потерпеть.

— Что ты там болтаешь? — спросил Сет, нахмурив лоб.

Она проигнорировала его вопрос.

— Потому что, переведя дух, мы можем посмотреть на ситуацию в перспективе, верно?

Дези наблюдала за ней и медленно кивнула.

— Это что, какое-то последнее наставление? — презрительно процедил Сет.

Кейтлин сделала еще один шаг, игнорируя то, как сеновал ходил под ней ходуном.

— И это помогает нам чуть более ясно посмотреть на вещи, — она удерживала взгляд Дези. — Например, когда сдаться… А когда бороться.

Фрики громко застонали, и поддерживающие опоры пугающе затрещали, когда существа навалились на них.

Это все, в чем нуждалась Дези.

Когда Сет на мгновение отвлекся, она адски сильно ударила пяткой по подъему его стопы. Он закричал от боли, а Дези врезала ему локтем по ребрам и боднула, ударив затылком по лицу и угодив в подбородок, поскольку она была не настолько высокой, чтобы попасть по его носу.

Однако это не имело значения. Это сработало, и Сет отпустил ее, пошатнувшись.

— Беги, Дези! — закричала Кейтлин.

Пока она спешно подгоняла Дези к выходу с сеновала и помогала спуститься на первую перекладину лестницы, платформа снова задрожала, и что-то дернуло Кейтлин за волосы, свалив с ног. Приземлившись на спину с гулким ударом, она на мгновение задохнулась.

Сет тут же оказался на ней, обхватив ладонями ее горло.

— Теперь ты довольна? — прорычал он, и капли слюны слетали с его губ. — Этого ты хотела?

Ноги Кейтлин отчаянно скребли по доскам и соломе, не в силах найти опору, пока Сет душил ее.

Когда попытки отодрать его запястья ничего не дали, она взметнулась и стала царапать его лицо. Кровь затекала под ее ногти, пока она впивалась и царапалась, метя в любую мягкую плоть, до которой могла дотянуться. Ее средний палец задел край его левого глаза, и легкий туман красных капелек посыпался на нее, когда она разодрала чувствительную кожу.

— Ты бл*дская сука, — завопил он, пытаясь отвернуть лицо от ее рук.

Поскольку в легких не оставалось кислорода, чтобы ее подпитывать, Кейтлин теряла силы, но отказывалась останавливаться. Она надавила большими пальцами на его кадык и вжимала их еще сильнее, пока он не начал задыхаться.

Как раз когда она почувствовала, что его хватка ослабевает, платформа под ними снова задрожала, а потом низ обрушился с оглушительным грохотом.

Одна сторона сеновала рухнула, свалив их на землю.

Расщепленная древесина и солома посыпались на них, и Кейтлин уже ждала, когда голодные фрики разорвут ее тело на куски.

Закашлявшись, она перекатилась на бок, осмотрелась и поняла.

Они приземлились в пустое лошадиное стойло, огражденное со всех сторон.

Приподнявшись на четвереньках, Сет начал хохотать.

— Что за извращенная шутка… — он хрипло усмехнулся.

Кейтлин встала сразу же, как только смогла стоять, и постаралась мыслить ясно, обдумывая стратегию выхода.

Дверь стойла была шаткой и недолго выдержит натиск фриков.

Она могла бы попытаться забраться обратно на обрушившийся сеновал, но для этого нужно время, которого у нее может не быть, если немертвые руки будут хватать ее за лодыжки.

Ее горло горело, на глазах выступали слезы, но она отказывалась сдаваться.

— Я сказал тебе, как, — произнес Сет позади нее.

Кейтлин резко развернулась, от смятения и паники ее мысли путались.

— Что?

Кровь заполнила маленькие морщинки под его глазами, когда он усмехнулся.

— Я рассказал тебе, как я сделал все это. Но ты спрашивала, зачем.

— Катись в ад, Сет, — выплюнула она. — Мне все равно…

— Тогда почему ты вообще спросила? — он сделал шаг вперед, игнорируя орду, которая изо всех сил пыталась вломиться в стойло. — Думаю, это потому, что ты знала.

Кейтлин с трудом сглотнула, от боли было сложно дышать.

— Знала что?

Он склонил голову набок, оценивая ее.

— Знала, что все это было для тебя.

Ее желудок взбунтовался от адреналина и осознания.

— Ты видела все так же, как и я, — продолжал Сет. — Ты видела слабые места и риски. Но ты всегда продолжала уходить.

Кейтлин нахмурилась, но ничего не сказала, снова пытаясь забраться обратно на платформу.

Сет поймал ее за руку и дернул назад, прижав к двери стойла.

К единственному, что отделяло их от фриков, жаждущих пообедать ими.

— Совсем как ты пытаешься сделать это сейчас, — сказал он, закатывая глаза. — Ты вечно уходила, Кейтлин. Вечно уезжала на вылазку за припасами или на разведку. И я знал, что если бы просто сумел заставить тебя остаться, побыть с тобой наедине, ты бы увидела, как мы похожи. Как идеально мы подходим друг другу.

— Ты едва меня знаешь, — ответила она, держа ноги подальше от любых дыр между досками.

— Я хорошо разбираюсь в людях, — с улыбкой сказал Сет. — Когда ты отказывалась сидеть с группой, я знал, что ты видела их так же, как я — беспомощные животные, окруженные волками.

Деревянные панели начали раскалываться и расщепляться позади нее, и Кейтлин слышала стоны и щелканье гниющих зубов так близко к ее плечу.

— Я тоже была беспомощной, — сумела выдавить она, пытаясь сохранять спокойствие. — Ты спас мою жизнь в тот день во дворе. Ты мог бы позволить мне умереть, но ты этого не сделал.

Холодное презрение Сета сменилось чем-то, напоминающим привязанность, насколько это вообще возможно.

— Кто угодно, но не ты, — сказал он, наклоняясь ближе. — Иначе в чем тогда смысл?

Когда за спиной находились фрики, а Сет придвигался ближе, Кейтлин задрожала, утратив возможность сбежать.

— Знаешь, мне кажется, это по-своему поэтично, — сказал он, глядя на нее сверху вниз. — Ты никогда не достанешься не только мне, но и никому другому.

Подняв грязную руку, он заправил прядь волос за ее руку и погладил по щеке указательным пальцем.

Поэтично, как же.

Кейтлин отказывалась умирать в качестве сюжетного поворота какой-то готической южной баллады про убийство.

«Суставы — самое слабое место, — голос Букера эхом раздался в ее голове. — Если придется, целься в запястье или локоть. Это выбивает их и дает шанс разоружить».

Оружием Сета были его руки.

Так что она решила лишить его оружия.

Когда он попытался накрыть ладонью ее подбородок, Кейтлин схватила его за пальцы и выгнула их в обратную сторону, вывернув так, чтобы сломать запястье.

Закричав от боли, Сет не успел отреагировать, когда она со всей силы толкнула его в зазубренную дыру в двери, просунув туда его руку прямо к ждущим ртам оголодавших фриков.

Он орал, пока они начисто обгладывали его кости как пираньи.

Рука Кейтлин оказалась зажатой между его телом и дверью, и когда она попыталась освободить себя, резкая боль пронзила ее до локтя.

Одернувшись от Сета, она напоследок толкнула его сзади, помогая фрикам, пока те протаскивали его через дыру в быстро ломающихся досках.

Сет завыл в агонии, когда орда стала раздирать его на куски, уничтожая заживо, хотя его сердце еще билось.

Ее желание исполнилось.

Сет умер медленно.

Повернувшись, Кейтлин бросилась к платформе, спешно взбираясь по наклонной поверхности со всей силой, что оставалась в ее теле.

Добравшись до верха, ей пришлось подтянуться до конца, и ее предплечье заныло с такой силой, что она выругалась от боли.

Посмотрев вниз, она увидела струйку крови, вытекавшую из овальной раны, скрытой рукавом ее куртки, и уставилась на бледную кожу на внутренней стороне запястья.

Забравшись на ровную сторону платформы сеновала, Кейтлин перекатилась на бок, отчаянно пытаясь перевести дыхание.

Сев, она убрала ткань в сторону и посмотрела на рану возле сгиба локтя.

Она моргнула.

Потом моргнула еще раз.

Зазубренные следы зубов виднелись сквозь выступающую кровь.

— Кей! — прокричал Букер снаружи амбара. — Кей, ты там?

Сделав вдох, Кейтлин прикрыла укус рукавом.

— Я здесь, — крикнула она. — Я в порядке.

Глава 16

Новости о смерти Сета от рук немертвых были встречены с облегчением.

Облегчением от того, что он мертв. Облегчением от того, что им не пришлось убивать его самим.

Какое бы потрясение не пережила Дези, она быстро оправилась и обменивалась колкими репликами с Букером, поедая подогретую овсянку и запивая ее консервированным апельсиновым соком.

— Кейтлин, у тебя на куртке кровь, — сказала Николь, потянув ее за рукав. — Это…

— О, я в порядке, — сказала Кейтлин. — Это случилось в амбаре.

Николь смерила ее взглядом, но ничего не сказала.

— Пойду, приведу себя в порядок, — добавила Кейтлин, слабо улыбнувшись.

Войдя в их трейлер, она аккуратно сняла куртку и бросила ее в сторону, осматривая свою рану. Потыкав в ушибленную кожу вокруг раны, она вздрогнула.

Промыв ее остатками воды из пластиковой бутылки, она тихонько зашипела.

Не оставалось никаких сомнений в том, что это укус. Следы зубов еще явственнее виднелись в свете, лившемся через кухонное окно.

Она ждала, когда выступят слезы, но они так и не пришли.

Она ждала горя и злости, но вместо этого застряла в нейтральной территории принятия.

Может, она всегда знала, что этот день придет.

Может, Сет был прав, и все они доживали свои последние деньки.

Черт, да Кейтлин должна была умереть много месяцев назад, разбившись в обломках авиакатастрофы.

Она и так жила взаймы.

И теперь пора возвращать этот займ.

Она смутно гадала, нельзя ли сделать ампутацию, но шансы пережить такую операцию без стерильных инструментов и анестезии были слишком малы.

Нет, она пришла к своему финалу. Ну, хотя бы она смогла увидеть всех и попрощаться, как ей и хотелось.

Может, Алонзо даже откроет фляжку, о которой, по его мнению, никто не знал, и предложит глоток того виски, которое он прятал.

Все будет хорошо. Она встретит свой конец с достоинством, держа голову высоко поднятой, а плечи — расправленными.

Ничто не заставит Кейтлин Мидоуз уйти, хныча и жалуясь на судьбу.

Она не сломалась до сих пор, и сейчас тоже не собиралась ломаться.

Найдя кусок бинта и несколько пластырей в сумке, она прикрыла рану и переоделась, натянув плотную флисовую толстовку Букера и свою куртку на холодную погоду.

— Птичка певчая, ты в порядке? — позвал Букер. Шаги его тяжелых ботинок приближались к двери.

Сделав глубокий вдох, она на мгновение задержала воздух в легких.

Ей осталось немного таких мгновений.

Открыв дверь, она улыбнулась ему.

— Просто переодевалась из грязной одежды, — сказала она.

Он потянулся к ней, нежно накрыв ладонью ее щеку и наклонившись для поцелуя.

Кейтлин прильнула к нему, позволяя каждому дюйму своего тела прочувствовать, как он стирает все ее мысли своим прикосновением.

— Ты совершила такой храбрый поступок ради Дези, — пробормотал он, слегка отстраняясь, чтобы посмотреть на нее. — И все же ты едва не наградила меня сердечным приступом.

Она снова поцеловала его, запустив пальцы в его волосы.

— Прости, — прошептала она. — Больше такого не повторится.

Кейтлин запомнила его улыбку. То, как в уголках его глаз проступали морщинки, как его карие радужки сверкали золотом в лучах утреннего солнца, как его растущая щетина покрывала линию подбородка и горло.

— Знаешь, наверное, я бы все равно в тебя влюбилась, — сказала она, пропуская через пальцы его отросшие волосы и убирая их со лба. — Но мне явно повезло, что ты выглядишь так хорошо.

Уши Букера порозовели, и он опустил голову.

— Еще и полудня нет, а ты уже заставляешь меня краснеть, — сказал он, обнимая ее за талию и прижимая к себе. — Ты втянешь меня в проблемы, дорогая.

— Я подумала, что после такого денька надо пользоваться возможностью.

Когда его ладонь опустилась ниже и одобрительно сжала ее попку, Кейтлин заурчала, не отрываясь от его нижней губы.

Может, и получится быстренько, если не снимать всю одежду…

— Эй, Букер, я нашел тебе топор получше для… — Макс умолк, полностью увидев их. — Ой, простите! Я не хотел…

— Все хорошо, Макс, — сказал Букер с усмешкой. — Можешь оставить его у кучи дров.

Отдав честь двумя пальцами, Макс зашагал прочь, чтобы оставить там инструмент.

Кейтлин посчитала это знаком и чуть отстранилась от Букера.

Когда она отошла, он потянулся к ее руке и едва не задел укус, спрятанный под одеждой.

— Ты куда побежала?

Она улыбнулась и поцеловала его в щеку.

— Просто хочу проведать Дези.

Кейтлин хотела как можно больше времени провести с девочкой, пока это еще возможно.

Зашагав обратно к группе, она вспоминала симптомы, которые были у Каролины, пока она умирала.

Лихорадка, бред, рвота…

Как только белки ее глаз полностью налились кровью, а десны потемнели, оставалось уже недолго.

Считанные часы. Вот и все, что у нее осталось.

Она собиралась насладиться ими по максимуму.

* * *

Закат мирно перешел в ночь, и несмотря на холод, Кейтлин и еще некоторые люди задержались у огня, потягивая разбавленный фруктовый пунш и рассказывая истории.

Напряжение, нараставшее после пожара в школе, ослабло, обиды были отложены теперь, когда виновник встретил свою кончину.

Сидя между Николь и Букером, Кейтлин с дрожащей улыбкой на губах наблюдала, как группа смеется и продолжает жить. Она даже встретилась взглядом с Натаниэлем, на плече которого задремала Брук, и одобрительно улыбнулась, кивнув.

Из них вышла хорошая пара. Может, не с такой девушкой она его себе представляла, но они хорошо относились друг к другу, и их отношения были прочными. О чем еще мечтать в таком мире?

Пока Скотт рассказывал одну из своих классических историй из приемного покоя, Букер наклонился поближе и прошептал:

— Эта история закончится тем, как у чувака в заднице что-то застрянет, да?

Кейтлин рассмеялась.

— А что? Такие шутки про тело тебе не по вкусу?

— Если мне дают право выбора, то нет, — ответил он с кривой улыбкой.

— Не беспокойся, я уже слышала эту историю, — сказала она. — Они благополучно достанут все ЛЕГО.

Букер содрогнулся и едва слышно выругался себе под нос, заставив Кейтлин захихикать.

Обычно она бы подавила веселье, но теперь не могла лишить себя этого.

Уже нет.

— Ну, не порть интригу, Кейтлин, — поддразнил Скотт.

Это лишь заставило ее засмеяться еще сильнее.

— Прости, прости.

Мгновение спустя Кейтлин почувствовала, что Николь наблюдает за ней, и повернулась.

— Мы можем поговорить? — спросила Николь, мотнув головой в сторону ее со Скоттом трейлера.

Это мгновенно протрезвило Кейтлин.

— Эм, конечно, — ответила она, передав Букеру свой пластиковый стаканчик. — Мы сейчас вернемся, — сказала она ему.

Оказавшись в одиночном трейлере, Николь закрыла дверь и скрестила руки на груди.

— Дай мне взглянуть, — сказала она.

Кейтлин моргнула.

— Взглянуть на что?

Взгляд Николь был ровным, но суровым.

— На укус, который ты получила.

Во второй раз за день земля ушла из-под ее ног.

Только теперь она не падала с высоты трех метров.

Кейтлин слегка пошатнулась и протянула руку, чтобы ухватиться за кухонный шкафчик для опоры.

— Я видела рукав твоей куртки, — продолжала Николь. — Заметила, что ты отказывалась рассказывать кому-то о случившемся и не давала осмотреть рану. И ты сразу же переоделась…

— Я просто…

— Избавлялась от улик, — перебила Николь. — Делала все менее подозрительным, чтобы никто не спрашивал.

— Николь, это не то, что ты думаешь, — упорствовала Кейтлин.

— Вот как? Потому что сейчас я думаю, что моя лучшая подруга соврала мне — и всем остальным — и является ходячей бомбой с часовым механизмом.

Кейтлин втянула глубокий вдох.

— Я просто хотела провести свою последнюю ночь как можно нормальнее, — объяснила она. — Я не хотела видеть, как все грустят или боятся меня. Я не хотела, чтобы кто-то паниковал или пытался меня спасти, — она глянула в окно, где виднелся костер и силуэты ее близких. — Я хотела пить разбавленный пунш и слушать, как Скотт в пятидесятый раз рассказывает ту историю. И я хотела обнять всех, сказать, что я люблю их, а потом…

Слезы, которых она уже не ждала, наконец-то пришли и заструились по ее щекам.

— А потом что, Кейтлин?

Она шмыгнула носом, стараясь держать себя в руках.

— Я думала, что пойду к емкости для силоса, — прошептала она. — Поле такое красивое, и там видно звезды…

Николь нахмурилась.

— Ты хочешь убить себя?

— Это лучше, чем угасать и заставлять кого-то из вас вонзать нож мне в череп, когда я обращусь.

Шагнув вперед, Николь покачала головой.

— Кейтлин, а как же Букер? И Дези? И… все мы? Мы должны были просто проснуться завтра и обнаружить, что ты пропала? Отправиться на поиски и найти твое тело на коровьем пастбище?

— Я уже заставила Букера пообещать, — пробормотала она, не в силах посмотреть в глаза подруге.

— Пообещать что?

— Что я умру, будучи самой собой, — сказала она. — Что он не позволит мне стать одной из тех тварей, пусть даже на секунду. Он поймет, почему я сделала это так.

— Черта с два он поймет, — рявкнула Николь. — Кейтлин, это убьет его.

— Да как будто мне легко, — закричала она. — Ты думаешь, я хотела так кончить? Думаешь, я хотела такого финала своей истории? Конечно нет! Но я не выбирала быть укушенной, так могу хоть выбрать то, как я умру.

Николь наградила ее гневным взглядом.

— Ты должна сказать ему.

— Я не позволю, чтобы мое последнее воспоминание о моем муже было переполнено горем и разбитым сердцем, — сказала она ей. — Я запомню его таким, какой он там, — она показала в окно, — полным счастья и любви ко мне и всем вокруг.

Протолкнувшись мимо Николь, Кейтлин потянулась к двери.

Прошло лишь мгновение с тех пор, как она вышла из трейлера и заметила, что разговор у костра стих.

Вся группа стояла неровным полукругом, глядя на трейлер, у которого явно была очень плохая звукоизоляция.

Кейтлин мгновенно встретилась взглядом с Букером и даже в темноте увидела потрясенное выражение на его лице.

Она ошибалась. Вот каким будет ее последнее воспоминание о нем.

Воздух резко вырвался из легких Кейтлин, и перед лицом появилось облако конденсата.

— Кей? — голос Букера надломился, и ее сердце тоже треснуло.

Закрыв глаза, она сдерживала свежие слезы, которые так и хотели покатиться по щекам.

— Мне жаль, Джек. Мне очень жаль.

* * *

Столик в трейлере Николь и Скотта никогда не казался Кейтлин маленьким, но когда вокруг него столпилось столько людей, она начинала пересматривать это суждение.

— Почему ты ничего не сказала?

— Почему ты нам не рассказала?

— Ты так долго скрывала это от нас?

— Когда это случилось?

Вопросы и голоса сливались меж собой.

Но Кейтлин могла лишь смотреть на Букера.

— Вы можете дать нам минутку, пожалуйста? — попросила она, почти не глядя на остальную группу.

Для этого потребовалось немного тычков от Николь, но трейлер наконец-то опустел, и они с Букером остались одни.

Однако тишина оглушала.

— Джек… Джек, посмотри на меня.

Он медленно оторвал взгляд от стола и посмотрел ей в глаза.

— Прости, что я не сказала тебе раньше, — пробормотала она. — Я просто не могла заставить себя разбить твое сердце.

— Видимо, твой план все же не сработал, да, — пробормотал он. Его хриплый голос переполнился таким количеством боли, какого она никогда от него не слышала.

Кейтлин сглотнула, пытаясь справиться с комом в горле.

— Я понимаю, почему ты злишься, — сказала она. — То есть, после всего…

Букер покачал головой.

— Нее, я не злюсь, — ответил он. — Я просто думал… Может, пришло время для нас обоих.

Она подумала, что неверно расслышала.

Кейтлин моргнула, нахмурившись.

— Что?

— Если тебе пробили билетик в один конец… — он пожал плечами. — Не вижу причин, почему я не могу к тебе присоединиться.

Она в ужасе разинула рот.

— Букер, нет.

Он посмотрел на нее.

— А что ты думаешь… я должен просто похоронить тебя, а потом что? Жить дальше?

— Именно так ты и должен сделать.

— Неее, — протянул он, качая головой. — Хватит с меня. Если ты уходишь, я тоже уйду. Вот так просто.

— Ничего подобного, — рявкнула она. — А как же другие? Николь любит тебя как брата, а Дези… — она подалась вперед. — Она обожает тебя, Джек.

— У нее есть Николь и Скотт.

— Она назвала тебя папой. Ты не можешь бросить ее вот так.

Он шарахнул кулаком по столу.

— А ты не можешь ожидать, что я буду жить без тебя, — проорал он.

Обхватив голову руками, Букер несколько секунд бессвязно бормотал, затем хрипло вздохнул.

— Птичка певчая, ты — единственное, что держит меня в этом мире, — признался он. — Если тебя не станет, я… я просто не вижу смысла жить.

Скользнув рукой по столу, она не сумела до него дотянуться.

— Джек, это чересчур, — сказала она. — И это ненормально…

— Все в этом мире чересчур, — рявкнул он. — Этот мир разрушен, смертоносен и лишен смысла, — он подался вперед, пригвоздив ее жестким взглядом. — Если ты можешь просто уйти куда-нибудь в поле и всадить себе пулю в башку, почему я не могу это сделать?

Слезы капали с ресниц Кейтлин, пока она смотрела на него.

— Потому что я не хочу умирать, зная, что утащила тебя за собой, — прошептала она. — Джек, мое время вышло, и это не мое решение. Но ты… у тебя есть выбор.

Он кивнул, издав гортанный звук.

— И я сделал этот выбор.

Горе Кейтлин казалось невыносимым и раздирало ее изнутри.

— Вместе или никак, — продолжал Букер. — Ты сама так сказала.

— Я не имела в виду такую ситуацию, — выдавила она.

Выражение его лица было мрачным, но решительным.

— Ага, ну… мы все равно оказались в этой ситуации, не так ли?

Звук позади них заставил их повернуть головы.

— Нам нужна еще одна минутка, — сказала Кейтлин, вытирая щеки.

Вошедший в трейлер Скотт ничуть не смутился.

— Кейтлин, когда тебя укусили?

Этот вопрос казался таким неуместным после всего, что обсуждали они с Букером.

— Сегодня утром, — ответила она, нахмурившись. — А что?

Зайдя следом за ним, Николь попыталась увести своего мужа.

— Скотт, они не договорили…

— Нет, я знаю, — сказал он, мягко отмахнувшись. — Но это важно.

Выдвинув складной стул, Скотт сел за стол.

— Ты сказала, что тебя укусили сегодня утром? В амбаре с Сетом?

У Кейтлин закружилась голова.

— Да, — сказала она, опираясь на здоровую руку.

— Это случилось более двенадцати часов назад, — произнес Скотт. — Я возьму свою аптечку, чтобы проверить наверняка, но просто глядя на тебя, я вижу, что тебя не лихорадит. Ты не потеешь, кожа вокруг твоих глаз или губ не изменила цвет…

— Скотт, к чему ты ведешь? — перебила Николь.

Он глянул на нее, затем посмотрел обратно на Кейтлин.

— В лагере Айовы, изготавливая вакцину, мы многое узнали о вирусе, — сказал он. — Мы изучили, как быстро он атакует организм, как стремительно заболевали люди, — он подался вперед, заставляя ее посмотреть на него. — И мы также узнали, что 0,1 % населения мира невосприимчивы к вирусу.

Кейтлин закатила глаза.

— Да, как и все, кого содержали в Ковчеге Айовы.

— Нет, у нас более сильный иммунитет против вируса, — поправил он. — Но это не значит, что мы невосприимчивы к нему.

Ей казалось, что она все равно упускает суть.

Николь принялась считать на пальцах.

— 0,1 % от восьми миллиардов людей — это… восемьсот тысяч.

Скотт кивнул.

— Восемьсот тысяч людей по всему миру имеют абсолютный иммунитет к этому вирусу. И если я прав… — он удерживал взгляд Кейтлин. — Ты одна из них.

Кейтлин чувствовала себя онемелой, неспособной осмыслить то, что ей говорят.

— Что если… — она сглотнула. — Что, если у меня просто медленно проявляются симптомы или типа того?

— Я никогда не видел, чтобы человек с более сильным иммунитетом или без него протянул дольше трех-четырех часов безо всяких симптомов инфекции. У тебя уже прошло двенадцать часов, уже тринадцатый, — ответил он. — Мы будем наблюдать за тобой, чтобы убедиться наверняка, но… Кейтлин, я думаю, ты одна из тех, кто вообще невосприимчив к вирусу.

По ее коже побежали мурашки, и по всему телу разлилось тепло, точно она слишком быстро выпила бокал шампанского.

Невосприимчива к вирусу.

Она никогда не рассматривала такую возможность. У нее не было для этого оснований.

Внезапно удача, которая, как ей казалась, отвернулась от нее, вернулась в полную силу.

Ее взгляд упал на повязку на руке.

Невосприимчива к вирусу.

Кейтлин подняла взгляд, посмотрев на Букера.

Слезы катились по его щекам, застревая в щетине.

Вдохнув, она попыталась держать себя в руках.

Ей казалось, что она сломается, ошеломленная и неспособная сохранить в целостности свое потрепанное и разбитое сердце.

— Кей?

— Невосприимчива к вирусу, — выдохнула она, и улыбка озарила ее лицо.

Глава 17

Нью-Мехико, год спустя

Возясь с пуговками своей пурпурной клетчатой рубашки, Кейтлин вышла из их спальни и направилась по длинному коридору.

На кухне внизу раздавались голоса, и она сощурилась, глядя в панорамное окно и пытаясь понять, который час.

В пустыне все было ярче. Утро ощущалось как полдень, в полдень возникало такое чувство, будто ты находишься на поверхности солнца, а сумерки задерживались намного дольше, чем ей казалось возможным.

— Доброе утро, Кейтлин, — поприветствовал ее Боб, проходя мимо с кружкой сваренного кофе.

— Доброе, Боб, — ответила она с улыбкой. — Там еще осталось?

— На столе, — сказал он, направляясь к выходу. — Сахар тоже есть, если хочешь.

— Спасибо, — крикнула она, осознав, что просунула пуговку не в ту дырку и придется застегивать все заново.

Свернув за угол, она была встречена хором пожеланий доброго утра и улыбками нескольких людей, которые доедали еду.

— Привет, засоня, — поддразнила Николь, хлопнув ее по плечу. — Наконец-то решила присоединиться к нам, да?

Кейтлин забила на верхнюю пуговку и оставила свою серую майку выглядывать в вырезе рубашки.

— Букер не разбудил меня, — сказала она. — Опять.

Николь широко улыбнулась.

— Ага, он сказал мне дать тебе отоспаться.

— Если он будет продолжать в том же духе, все будут считать, что я самая ленивая в группе.

Передав ей чистую кружку, Николь покачала головой.

— Не думаю, что кто-нибудь когда-нибудь называл тебя ленивой.

Налив себе полкружки кофе из чайника из нержавеющей стали, она подумывала положить ложку сахара, но решила не делать этого, всегда стараясь по возможности экономить и распределять рацион, несмотря на роскошь, которая их окружала.

Упоминание фермы деда Дези возле Санта-Фе жило в их головах несколько недель. Она хотела вернуться — если не для проживания, то хотя бы узнать, пережил ли ее дедушка вспышку вируса.

Путешествие было непростым, временами откровенно невыносимым, но когда они добрались до ворот этой земли, оно того стоило.

Кейтлин призналась, что услышав слово «ферма», она подумала, что это будет скромный участок земли с маленьким домиком и, может, с сараем.

Она не ожидала увидеть 120 акров пекановой фермой с гигантским современным ранчо на вершине холма.

И прочные заборы из кованого железа вместе с сеткой-рабицей по периметру? Ну, от этого у всех затрепетали сердца.

Дедушка Дези, Чак, держался на последнем дыхании, но его здоровье сильно ухудшилось, потому что у него закончились лекарства, а город был переполнен фриками.

Она смогла побыть с ним еще несколько дней, после чего он скончался во сне под присмотром Скотта.

В своих последних словах к Дези он просил ее остаться. Построить новую жизнь.

Со всеми.

— Хочешь поесть? — спросила Ванесса, помешивая яйца на сковородке. — Обещаю, в этот раз без скорлупы.

Кейтлин улыбнулась.

— Спасибо. Я сначала прогуляюсь.

Обойдя кухонный островок с гранитной столешницей, она заметила, что Николь встала на цыпочки и тянется к большой миске.

— Подожди, я достану, — сказала Кейтлин, отставив свою кружку. — Тебе вовсе не надо снова потянуть спину.

Слегка отступив, Николь вздохнула и положила ладонь на свой большой живот.

— Помнишь времена, когда я была проворной? Гибкой? Легкой как перышко и быстрой как ревущая река?

— Сдается мне, ты описываешь диснеевского персонажа, — сказала Кейтлин, достав миску и закрыв шкафчик. — Кроме того, малышка Бриджет или Лиам будут восторгаться своей мамой вне зависимости от того, сколько у тебя есть говорящих друзей-животных?

— Пообещай, что будешь напоминать им, что ради них я месяцами терпела изжогу и отекающие лодыжки.

— Каждый день, с музыкальным сопровождением, — пообещала Кейтлин, передав ей миску и снова взяв свою кружку.

Обойдя резной деревянный стол, она пожелала доброго утра еще нескольким людям, а потом вышла за дверь на широкое крытое крыльцо.

Их маленький коллектив уже вовсю бодрствовал, в воздухе раздавались удары молотком и звуки пилы.

Ранчо оказалось самым большим домом, что видела Кейтлин — восемь спален, несколько офисов, комнат, гостиных и один большой приемный зал.

Но даже с таким большим количеством пространства, которое они за первый месяц жизни здесь хорошо поделили меж собой, проживание такого большого количества людей в одном месте быстро стало надоедать.

Тогда началось строительство первой хижины.

Дэвид в прошлой жизни был архитектором, и ему не терпелось применить свои знания на пользу группы. Хижина была небольшой и функциональной, но он сумел создать нечто прекрасное из имеющегося в их распоряжении. Бревна и материалы для крыши пришлось искать, но потом они обнаружили заброшенную стройку на краю города, и это стало джекпотом.

Три хижины были возведены очень быстро, как можно ближе к главному дому, но при этом с соблюдением мер безопасности. Четвертая, которая в настоящий момент строилась, находилась чуть ближе к первому ряду пекановых деревьев и теплице, построенной Бобом из трубопровода и прочных листов пластика.

Опираясь локтями на перила крыльца, Кейтлин любовалась красотой земли перед ней.

— Доброе утро, — крикнул Макс со двора внизу.

Он помахал ей и показал Матильде, чтобы та тоже посмотрела, кто там. Ее яркая улыбка показала лезущие передние зубики.

— Доброе, — крикнула Кейтлин, помахав в ответ.

Наблюдая, как Макс учит Матильду бросать палку Фэнси, она впитывала каждый лучик солнца, каждый легкий порыв ветерка.

Целый год, и она до сих пор ничего не воспринимала как должное.

Кейтлин была уверена, что уже никогда не сможет воспринимать что-то как должное.

Легкие шаги раздались с другой стороны дома и взбежали по лесенке на крыльцо.

— А ты куда? — спросила Кейтлин, как только Дези добралась до двери.

Подошвы кроссовок скрипнули, когда Дези остановилась и показала большим пальцем за плечо.

— Букер хочет, чтобы я помогла ему построить второй курятник, — сказала она, слегка запыхавшись. — Но я забыла перчатки.

— Ладно, но потом не забудь сделать домашнюю работу для Николь, — напомнила она поверх края кружки.

— Обещаю, — сказала Дези, и кудряшки запрыгали вокруг ее лица, когда она кивнула и бросилась внутрь.

Кейтлин улыбнулась, наблюдая, как ее почти-дочь побежала в спальню, которую она делила с несколькими девочками постарше.

Курятник.

Ха…

Кейтлин выгнула бровь и спустилась по ступеням крыльца, направившись по вытоптанной дорожке вдоль правой стороны дома к заднему двору, где они держали около дюжины куриц и петуха, которого Букер упорно называл Пожарная Сирена.

Пронзительно свистнув как птичка, она подождала, когда он обернется.

— Доброе утро, дорогая, — сказал он, широко улыбнувшись.

— Это уже третье утро подряд, когда ты позволяешь мне проспать, — сказала она, обходя несколько птиц, клевавших корм с земли. — У меня день рождения или что?

Букер провел тыльной стороной по лбу, стирая капельки пота. Еще не было и десяти часов утра, но из-за безоблачной погоды уже стояла жара.

— Считай это ранним подарком на годовщину, — ответил он, наблюдая за покачиванием ее бедер, пока она шла к нему.

Когда она оказалась рядом, он встал и пересек небольшое расстояние между ними, чтобы притянуть ее для ленивого поцелуя, от которого все ее тело покалывало до самых кончиков пальцев на ногах.

— Думал разбудить тебя по-своему, — протянул он ей на ухо. — Но подумал, что после прошлой ночи лучше дать тебе отдохнуть.

Кейтлин покраснела от самой груди до щек.

— А я-то надеялась, что сегодня ночью будет повторение на бис, — пробормотала она, просунув пальцы в шлевки его брюк и удерживая его рядом.

— О, ну в таком случае… — Букер широко улыбнулся и наклонился, снова целуя ее.

Одна из куриц громко заквохтала, захлопав крыльями и заставив их обоих дернуться.

— Иди отсюда, — Букер прогнал курицу. — Видимо, сегодня нестись будет…

Кейтлин смогла лишь рассмеяться.

— Ты опять пытаешься заставить Дези забить на домашнюю работу? — спросила она, притворно сощурившись.

Букер перевел на нее взгляд.

— Нет, конечно, — сказал он, и его губы изогнулись в лукавой улыбке. — Не то чтобы ей была нужна эта домашняя работа. Этот ребенок уже умнее всех нас вместе взятых.

Наблюдая за ним, Кейтлин усмехнулся.

— Признайся, тебе не нравится, когда твоя вечная подельница весь день торчит в доме.

Усмехнувшись, он склонил голову набок.

— Просто нравится, когда она рядом.

В этот самый момент Дези выбежала из-за дома, держа в одной руке перчатки, а в другой — учебник по алгебре.

— Я захватила домашнюю работу для тех моментов, когда Букер не дает мне пользоваться пилой, — объявила она, положив учебник на край клумбы. — Убью двух птиц одним камнем[2].

Дези покосилась на пушистых коричневых и белых куриц, клевавших что-то на земле в нескольких метрах от нее.

— Простите, — сказала она им, слегка содрогнувшись.

Рассмеявшись и подозвав ее, Букер вручил ей несколько досочек поменьше и молоток.

Кейтлин прокручивала в голове список дел на сегодня. Им надо начать консервировать некоторые собранные овощи, чтобы был запас на межсезонье. Затем надо провести инвентаризацию запасов вместе с Николь и запланировать еще одну вылазку в город. А потом, если хватит светового дня, она хотела пособирать пекановые орехи с Максом, Бобом и Луной.

Найдя кирпичное ограждение клумбы, она села, примостившись на краешке с кружкой в руках.

Для всего этого найдется время, и не только.

Но в данный момент она хотела лишь наблюдать, как любовь ее жизни и маленькая девочка, которую она обожала, травят шуточки и строят курятник.

* * *

— Вот, попробуй, — сказала Николь с набитым ртом и сунула что-то Кейтлин в лицо.

— Что… — она не успела договорить, потому что ей в рот затолкали кусок теплого хлеба. — Мммммм. Вау, — промямлила она, все еще жуя.

— Это испек Боб, — сказал Натаниэль, смахивая крошки с пальцев.

Кейтлин издала удивленный звук.

— Вот это мастер на все руки.

Ужин как можно чаще затевался в главном доме; все стулья и доступные поверхности занимались людьми и тарелками со свежей едой.

Если ее не затягивали в разговор внутри, Кейтлин часто брала еду и садилась на крыльце, чтобы насладиться садящимся солнцем, которое купало ферму в золотистом свете.

Как раз когда она передала Букеру его вилку и собралась пойти на свое любимое кресло снаружи, Дези галопом влетела на кухню.

— Заработало, заработало! — восторженно закричала она. — Мой проект удался!

Букер нахмурился.

— Чего?

— Мой особенный проект! — она подбежала и схватила его за руку. — Заработало, пошли покажу!

— Воу, ладно, погоди, Дез, я же сейчас пролью…

Зашагав за ними по коридору к комнате девочек, Кейтлин нахмурилась, глядя на Скотта, который стоял на пороге и сиял от гордости.

— Особенный проект? — спросила она у него.

Скотт подмигнул.

— Пусть Дези сама покажет.

— Смотрите! — воскликнула она, показывая на какую-то штуковину на ее подоконнике.

Поначалу Кейтлин не понимала. Плоская доска с квадратиками чего-то темного — блестящего как металл или стекло, но не отражающего так хорошо, как зеркало — была приподнята кверху, и вокруг торчали хрупкие с виду проводки, которые вели к…

Лампочке.

Одной светящейся лампочке.

— Видишь? — крикнула Дези через плечо, спеша к своему изобретению. — Я сделала панель солнечной батареи! Папа, смотри!

Букер давным-давно перестал поражаться такому обращению, но сердце Кейтлин переполнялось эмоциями всякий раз, когда Дези называла его папой.

Присев на корточки, чтобы осмотреть лампочку и крепящуюся к ней панель, Букер присвистнул сквозь зубы.

— Ну, чтоб мне провалиться, — выдохнул он. — Ты это сделала.

Повернувшись, чтобы посмотреть на нее, он улыбнулся.

— Откуда ты узнала, как это делается?

Полная восторженной энергии, Дези пружинила на носочках.

— Я прочитала об этом в книгах, которые Скотт нашел для меня, — сказала она. — И он помог мне с несколькими проводками.

Прислоняясь к косяку, Скотт пожал плечами.

— На самом деле, я просто прикрутил несколько деталей, которые ей не подчинялись. Дези разобралась со всем остальным. Даже нашла материал для панели в вещах со стройки, которые принес Нейт.

— Готова поспорить, на той стройке есть еще, — объявила Дези. — Если я смогу достать больше, я смогу построить большие панели, которые можно остановить на крышу, и тогда…

— У нас будет электричество, — закончила за нее Кейтлин, гордо улыбаясь.

Остаток вечера люди парадом проходили через комнату Дези, чтобы посмотреть на ее самодельную панель, и говорили всем, что этот маленький гений организует им настоящее электричество.

Работающее освещение. Возможно, холодильники.

Больше никакой траты топлива на генераторы или работы при свечах.

Букер, естественно, тут же поддразнил Дези, сказав, что ей нужен крохотный абажур для лампочки, и она захихикала.

* * *

Вплотную прижимая перила к опорной части, Букер стал прикручивать их отверткой.

— Ладно, зачитай мне еще раз, — сказал он.

Дези водила пальчиком по странице.

— Учитывая два набора А и Б, набор элементов, состоящий из пар (x, y), где х — это элемент А и у — это элемент Б, является отношением А к Б. Отношение А к Б описывает соотношение между этими двумя наборами.

Букер тихонько хмыкнул.

— Итак, когда два поезда нагонят друг друга?

— Это физика, — вздохнула она, закатив глаза для пущего эффекта.

— О, а это тогда что? — спросил он, показывая кончиком отвертки на учебник.

— Алгебра, — ответила она, показывая ему обложку. — Точнее, функции.

— А, понятно, — сказал он, кивнув. — И с чем именно у тебя проблемы?

— Я вечно путаю формулы, когда Скотт спрашивает их у меня.

Проверив прочность своей работы, Букер склонил голову набок, чтобы посмотреть получше.

— Ну, продолжай повторять их мне, пока не станет проще, — сказал он.

Дези нахмурилась.

— Тебе не скучно?

— А тебе скучно говорить о математике?

Она покосилась на тяжелый учебник на своих коленях.

— Нет.

— Тогда мне не скучно слушать, — сказал он, собираясь заменить еще одну опору в перилах. — Продолжай. Научи меня чему-нибудь новому.

Дези с легкой улыбкой продолжила читать, иногда останавливаясь, чтобы перефразировать что-либо, чтобы они оба лучше поняли. Букер в основном только хмыкал и мычал в ответ, но время от времени он знал решение проблемы или находил практическое применение, рассказывая забавный случай из своей службы в армии, когда ему требовалась точность в расчетах.

Кейтлин просто наблюдала и слушала, пришивая заплатки на колени любимого комбинезона Дези.

Она научилась неплохо шить, но над штопкой еще надо было поработать.

Глянув вверх, она готова была поклясться, что увидела движение на краю их территории.

Фрики все еще проходили мимо, но жар пустыни и засуха делали их неуклюжими и хрупкими, замедляли их реакцию, и их смехотворно легко было убить, особенно когда их удерживал укрепленный забор.

Но это был не фрик и даже не небольшая орда фриков.

— Букер, ты это видишь? — спросила она, показав подбородком на силуэты перед воротами.

Повернувшись, Букер поднял руку, чтобы прикрыть глаза от солнца.

— Это машина? — спросил он.

— И люди, — сказала она, отложив шитье. — Дези, иди внутрь и скажи Николь.

— Ладно, — отозвалась Дези, зная, что тут медлить нельзя.

— Винтовка в доме, — признался Букер.

— У меня есть револьвер, — сказала она. Постоянный вес оружия на пояснице теперь служил утешением.

— Джип?

— Это быстрее доставит нас туда, — сказала она, вставая.

Смахнув пыль и чешуйки облезшей краски с рук, Букер сказал:

— Клянусь, если это опять собиратели…

— Последние просто попросили воды и ушли, — сказала она.

— И все равно они всегда сначала пытаются драться, — сказал он, пока они шагали к джипу, припаркованному у начала земляной дороги. — Никто не просит по-хорошему.

Кейтлин усмехнулась.

— Это оскорбляет твое южное гостеприимство, да?

— Оскорбляет мое право оберегать то, что принадлежит мне.

Забравшись в джип, Букер схватил ключи с приборной панели и включил зажигание.

— Мать твою, Кей, зачем ты так близко подвигаешь сиденье, — пробурчал он, ударившись ногами о руль.

— Да не так уж близко.

Наклонившись, он подергал рычаг, чтобы адаптировать сиденье под себя, и выругался себе под нос.

— Чуть не вышиб себе коленные чашечки, проклятье.

— Ты преувеличиваешь.

— И ты либо усохла, либо глазомер у тебя вообще не работает.

Кейтлин фыркнула.

— Сказал тот, кто налажал с высотой курятника, и теперь туда влезут только птички-карлики.

Тронув машину с места, он положил запястье на руль, направляя движение авто.

— Я же сказал, Дези…

— Даже не пытайся винить ее, — со смехом перебила Кейтлин. — Я все время наблюдала за тобой.

— А ты не думала, что именно поэтому я отвлекался? — спросил он, склонив голову набок. — Расхаживаешь тут в этих шортиках…

— Ты валишь свое неумение считать на мою фигуру?

Букер одарил ее волчьей улыбкой.

— Может быть. Но только потому, что я оценил это зрелище.

В салоне гулял ветер, и Кейтлин с улыбкой заправила за ухо прядь выбившихся волос.

— Если правильно разыграешь свои карты, то сегодня ночью снова насладишься этим зрелищем.

Заурчав в знак чувственного согласия, Букер повернулся лицом вперед, направляя их по длинной земляной дороге к воротам.

Мгновение спустя Кейтлин изменила позу, щурясь и всматриваясь сквозь ветровое стекло.

— Джек, смотри… — сказала она, показывая пальцем. — Это…

— Чтоб мне провалиться, — пробормотал Букер.

Остановившись примерно в десяти метрах, они поспешили выбраться из машины.

Кейтлин моргнула, махая рукой и разгоняя облако пыли, поднятое колесами.

Она почти не узнала его — прибавившийся рост и взросление слегка изменили его черты. Но потом он улыбнулся, и она поняла.

— Трэвис? — выдохнула она. — О Боже…

Двери потрепанного церковного фургона позади него распахнулись, и оттуда появилось еще больше знакомых лиц.

— Джордж? — Букер шагнул ближе. — Дебби?

Облегченный смех сорвался с их губ.

— Вы… Вы нашли нас, — ахнула Кейтлин.

Трэвис кивнул.

— Мы следовали за вашими знаками, — сказал он. — Мы так рады, что вы здесь.

Встряхнувшись, Букер поспешил отпереть и открыть ворота. Как только между ними открылся проход, все стали крепко обниматься.

— А что с остальными? — спросила Кейтлин, отстраняясь от Трэвиса. — Дети, твой брат…

— Он в фургоне, — сказал Трэвис, не переставая улыбаться. — И остальные дети тоже.

Дебби глянула на нее.

— Мы оставались до тех пор, пока все наши пожилые… — она умолкла, и ее глаза помутились от горя. — Конец был мирным для всех них.

Воспоминания о милейшей и сбитой с толку Люсиль заполнили сознание Кейтлин.

Джордж притянул ее в объятия.

— Спасибо.

— За что? — спросила она, уткнувшись в его плечо.

— За веру в то, что мы вас найдем.

Приоткрыв ворота пошире, Букер махнул им, чтобы фургон заехал внутрь.

— Давайте, — сказал он. — Нам предстоит познакомить вас со многими людьми.

* * *

Той ночью Кейтлин помогла новым членам их общины устроиться, уложила Дези и почитала перед сном ей и всем детям, в сотый раз поблагодарила Боба за хлеб и томаты из теплицы, обняла Николь и поворковала над ее животиком просто потому, что у нее была такая возможность, дала сестре Агнес материалы для лоскутного одеяла и была готова наконец-то бухнуться в постель.

Пройдя мимо Макса, Дэвида и Матильды в коридоре, она похвалила малышку за ее прогресс в приучении к горшку и стала подниматься по лестницам.

Как только она увидела обнаженную спину Букера и татуировку, в которой она знала каждую линию, все мысли о сне покинули ее.

— Ну, не стой же там, — сказал он, улыбаясь через плечо. — Иди сюда.

Неспешные толчки, комплименты и поцелуи на каждом сантиметре кожи, легкие следы от ногтей, которые она оставляла на его плечах, пока он возносил ее все выше и выше.

Все было идеально как всегда.

— Иисусе, птичка певчая, — пропыхтел Букер, закинув ее ногу себе на талию и не переставая двигаться.

Поцеловав его в шею сбоку, она простонала его имя ему на ухо.

Переплетя их пальцы, он завел ее руку за ее голову, пригвоздив к подушке.

Наклонившись, он поцеловал ее груди, а затем, как всегда, Букер прижал губы к зазубренному полукругу шрама на внутренней стороне ее предплечья.

Он целовал ее шрам при каждой возможности. Шептал, как сильно он ее любит, не отрываясь от слегка выступающих краев и толстых бледных линий, контрастировавших с остальной кожей.

Она была невосприимчива к вирусу и жива, и он держал ее в объятиях. Это все, чего хотел Букер днем и ночью.

Выгнув спину, Кейтлин ахнула, когда на нее накатила первая волна разрядки.

— О да, — пробормотал он, продолжая двигаться в ней. — Черт, ты прекрасна, дорогая.

Раскаленное добела пламя окутало ее, и Кейтлин уткнулась лицом в его бицепс, чтобы заглушить крики.

Букер застонал, достигнув пика вместе с ней.

Постепенно приходя в себя, Кейтлин решила, что сейчас идеальное время, чтобы сказать ему.

Перекатившись и улегшись рядом, Букер обнял ее обеими руками и уложил ее голову на свою грудь.

Играя с серебряной подвеской птички, которую она никогда не снимала, Кейтлин улыбнулась и поцеловала его в грудную мышцу.

— У меня для тебя кое-что есть, — сказала она.

Он опустил подбородок, чтобы посмотреть на нее.

— У меня день рождения или что?

— Считай это ранним подарком на годовщину, — сказала она, повторив его слова несколько дней назад.

Оставив еще несколько поцелуев на его груди и шее, она встала и подошла к их шкафу.

— Мне уже нравится, — протянул Букер, и она чувствовала, что он смотрит на ее голую задницу, пока она нагнулась.

Кейтлин усмехнулась.

— Если бы это был твой подарок, я бы прицепила туда бантик.

Достав маленький тканый мешочек, она держала его за спиной, выпрямившись и на цыпочках подойдя к кровати.

— Закрой глаза, — сказала она, стараясь не выдавать слишком многого.

Букер усмехнулся.

— Серьезно?

— Да, и не подглядывай, — сказала она, закрывая его лицо свободной рукой.

Подыграв, Букер зажмурился.

— Мне не сразу удалось найти подходящее, — сказала она. — Но думаю, это подойдет тебе лучше всего.

Взяв его широкую ладонь, Кейтлин перевернула мешочек и позволила подарку упасть в его руку.

— Ладно, открывай, — сказала она, поддев его запястье.

Моргнув, Букер сфокусировал взгляд и уставился на золотое кольцо на своей ладони.

Кейтлин задержала дыхание, дожидаясь его реакции.

Улыбка озарила лицо Букера, добравшись до уголков его глаз.

— Ты нашла для меня кольцо, — пробормотал он, разглядывая обручальное кольцо.

— Не просто кольцо, — сказала она. — Как я и сказала, я хотела найти идеальное, что непросто сделать, когда торговые центры заполнены фриками, но… — она взглянула на него. — Думаю, оно тебе понравится.

Подняв и рассматривая его, Букер кивнул.

— Оно ужасно хорошее. Рад, что это обычное золото, потому что я ненавижу эту фигню из белого золота…

— Джек, — перебила она, улыбаясь. — Посмотри на внутреннюю сторону.

Нахмурив лоб, он повернул кольцо так, чтобы стала видна гравировка.

Он прочел ее раз, затем еще раз.

Букер сглотнул.

— Ты и я. Вместе навсегда.

Кейтлин мягко улыбнулась.

— Вместе, — повторила она.

Она едва успела отреагировать, а Букер уже потянулся к ней, накрыв ладонями щеки и притянув для пламенного поцелуя, от которого у нее перехватило дыхание и заплясали мурашки по всему телу.

— Вместе, — повторил он сиплым от эмоций голосом.

Кейтлин обнимала его, отказываясь отпускать, пока он надевал кольцо на левую руку, поражаясь тому, как хорошо оно подошло по размеру.

Они снова упали на подушки, обнимаясь, но еще не засыпая.

Слушая сердцебиение Букера, Кетйлин улыбнулась, вспоминая, как он нашел ее, одинокую и уязвимую за кустиком в Алабаме.

Все эти препирательства. Усилия для выживания. Мгновенная инстинктивная связь, которая сближала их с каждой минутой.

Она не изменила бы ничего, поскольку все это привело их на эту ферму, в эту постель, в это мгновение, когда уют и отдых начали окутывать их словно одеялом.

Они есть друг у друга.

Вместе.

Навсегда.

Конец

Примечания

1

Прозвище серийного убийцы Денниса Рейдера, являющееся аббревиатурой от того, что он делал со своими жертвами — «связывал, пытал, убивал».

2

Это англоязычный аналог нашего выражения «убить двух зайцев одним выстрелом».

Content

Гвендолин Харпер
Кровавый закат

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Примечания