Ло Оливер

Чемпион Кроноса 2

Чемпион Кроноса 2

Глава 1

Критский лабиринт

'Эх, с чего бы начать. Меня зовут Кирилл. Благодаря идиоту начальнику, который затеял со мной драку мы вылетели с окна высотки. Но вместо того, чтобы расшибиться и умереть я попал в Древнюю Грецию с клановым обществом. Титан Кронос указал… нет, слезно просил, даже умолял, помочь ему собрать двенадцать божественных энергий олимпийцев. Я, так уж и быть, согласился за несметные богатства и бессмертие. Тяжело быть единственной надеждой высшего существа.

Теперь я Крей — приемный сын семьи Адамантис из клана Фемиды. Единственный носитель энергии Кроноса. А еще у меня есть сестра, ради спасения которой я поперся в Спарту на Олимпийский турнир. Ну, не только ради нее, конечно же. И свои дела имеются.

А вон та штука позади меня — это Минотавр, который просто мечтает о том, чтобы расшибить мне голову.

И я, кажется, схожу с ума, раз говорю это все у себя в голове, как будто это серия какого-нибудь ситкома'.

В очередной раз развернувшись, я проскользнул под ногами у громадного существа, а дубина опустилась прямо у меня за спиной. Минотавр медлительно развернулся и снова ринулся за мной, а я от него.

Эта громадина находилась на пике пути Героя и являлась поистине колоссальным созданием, которое наполняли сила и ярость. Могучее телосложение, около трех с половиной метров ростом, покрытое густой темной шерстью, которая к тому же защищает от ударов оружия.

Огромная голова с мощными рогами. Глаза, будто два пылающих яростных огня, которые выражают безграничную жажду крови.

— Я уничтожу тебя! Мерзкое насекомое! — проревело чудовище.

Голос Минотавра звучал глубоко и мрачно, словно гром из самых глубин ада. Этот звук любого погрузит в состояние страха и паники.

«К чему это все я? Никогда бы не попал в подобную ситуацию, если б не мой язык без костей. Если у меня когда-нибудь будут дети, то первый урок, который я им дам будет — Никогда не шутите про мать Минотавра».

* * *

Тремя часами ранее.

Первое, что я увидел, когда нас перенесло в этот чертов лабиринт, это высоченные коричневатые стены, которые заканчивались потолком. Да уж, просто мечта клаустрофоба. Коридор уходил далеко вперед и заканчивался развилкой.

Электий протянул мне руку, помогая подняться.

— Ты в норме?

— Я-то да, а он?

Я ткнул на парня, что стоял с чрезвычайно кислой миной. Он всматривался вперед.

— Тео всегда такой, не бери в голову.

— Нам нужно идти, — бросил черноволосый, который выглядел так, словно скушал половинку лимона.

Мы двинулись вперед.

Вскоре перед нами оказалась развилка. Единогласно было решено двинуть направо. Критский лабиринт уходил извилистым путем, поднимаясь чуть выше, пока мы не услышали первые звуки в этом замкнутом пространстве.

И были они не очень приятные.

Буквально за следующим поворотом перед нами, словно живые горы, выросли великаны. Здоровяки, покрытые грубой кожей, которая местами окаменела. Из широких плеч торчали массивные головы с красными, наполненными жаждой убийства глазами.

Каждый держал в руке по громадному топору, чьи лезвия были заточены до блеска.

Едва увидев нас, они начали радостно рычать. Один из них двинулся вперед.

Их рык был глухим и мерзким, наполнял воздух тяжелой угрозой.

— Всего трое. Каждому по одному что ли? — возмущенно воскликнул Электий.

Тео же молниеносно ринулся вперед, окутывая себя синеватым Даром Афины.

Все три великана замахнулись, чтобы атаковать, но он ловко, словно предусмотрел это заранее, обошел все три атаки, проходя им за спины.

Электий следом также активировал Дар Афины и бросился вперед. Они словно чувствовали движения друг друга.

Когда же я перенял Дар и окрасил свою энергию в синеватый оттенок, то мне стало все предельно ясно.

Они видели слабые места и чувствовали, как лучше сражаться с великанами. Преимуществ было немного, и они для каждого одинаковы.

Я разбежался вместе с Электием, он уже оттолкнулся от топора, вонзенного в землю, одного из великанов и высоко прыгнул. Я сделал тоже самое, выбрав целью того же, что и он.

Внезапно, великан начал падать на колени. Тео постарался, перерезав клинком его сухожилия.

Вскинув меч Персея, я яростно вонзил его в глаз великана. Электий совершил такое же действие, но с другим глазом.

Поднялся ужасающий рев.

Двое других тут же ринулись на нас, но мы, кинулись врассыпную, чтобы выбрать новую цель.

Тео отвлек на себя одного из них, уходя вглубь лабиринта, мы же с Электием взяли на себя второго.

— У них слабые ноги и глаза. Если мы…

— Да знаю я. У нас один и тот же дар, помнишь?

Парень широко улыбнулся, и начал быстро проходить чудовищу в ноги. Это был легкий способ сбить неповоротливую тушу с толку, тем временем я заставил энергию Афины циркулировать по каналам быстрее и пропустил ее сквозь меч, на манер того, как мне удавалось это провернуть с энергией Фемиды.

Клинок благодарно отозвался, а глаза на рукояти засияли. Пока отвлеченный великан медленно поворачивался, я двумя резкими прыжками оказался прямо около него, совершив резкий выпад.

Меч Персея вытянулся, словно змея, оставляя два глубоких пореза на ногах, с обратной стороны колена.

Великан взревел, сделав несколько шагов назад. Тем временем Электий уже оказался сверху, выплескивая вместе с ударом клинка колоссальное количество синеватой энергии.

Клинок вошел глубоко в голову, заставляя громадину застыть в сидячей позе. В то же мгновение упал и последний оставшийся великан. Ну и ну.

— А он… — начал было я, на что Электий махнул рукой.

— Оставь его. Тео неразговорчив, и любит все делать один. Он, конечно, поспособней меня будет, но тут разница в подходах. Я все же больше за командную работу.

У Тео мина была еще кислее, чем при попадании сюда. Он подошел к нам и махнул рукой.

— Чего расселись, девочки, двигаем дальше. Не хочу опозорить клан Афины.

Электий наклонился ко мне и коротко прошептал.

— С тех пор, как София его победила в спарринге, он влюбился. И делает все, чтобы завоевать ее внимание и реабилитироваться.

Ага, а как победил ее я, так она влюбилась в меня, судя по реакции. У вас там в клане все таким образом эмоции выражают? А еще аспект мудрости. Но лучше об этом промолчу.

Мы без проблем двинулись дальше. Чем глубже уходили коридоры, тем запутаннее становился лабиринт.

Каждый раз, когда перед нами возникал очередной поворот, мы пользовались силой Афины, чтобы оценить ситуацию. Как оказалось, любая система критского лабиринта имела закономерность, которую мы пока не выяснили. Но по словам Тео, наш путь был верным.

По моим ощущениям мы блуждали около часа, снова и снова петляя по одинаковым коридорам, от которых, если честно, меня уже тошнило. Если бы я мог использовать вторую стадию Кузнечного Молота дольше, чем пару секунд, я бы просто прошел сквозь все эти стены. Но пока такого не предвиделось. Как минимум, пока не дойду до пути Отступника.

Неприятности случились, когда миновало еще половина часа. В очередной раз мы повернули направо, но вместо длинного коридора перед нами возникло трое парней в голубых хитонах. Всего пару секунд замешательства мы смотрели друг другу в глаза.

Это была секунда, когда каждый оценивал ситуацию. Хотя, сказать по правде, оценивать было нечего. Все кроме этих двоих со мной рядом — мои соперники.

Резко отскочив назад, я вскинул меч Персея, отбивая водяное копье. Тут же у меня под ногами завязался взрыв, сковывая мне ноги водяными кандалами.

Электий бросился вперед, Тео же наоборот увел противника на себя. В этот раз все также разбрелись один на один. Мне достался почти под два метра парнишка, с такими плечами, словно вон носил под ними вешалку. Шеи у парня не было и в помине, одна трапециевидная мышца.

Пропустив энергию Афины через ноги, я без труда разрушил кандалы и принял боевую стойку, чем заслужил короткую насмешку.

— У меня кулак как две твоих головы. Ты уверен, что вообще хочешь сражаться? Может ляжешь под шумок, я тебя пну раз, да и дело с концом. Притворишься мертвым.

Я широко улыбнулся. Наконец-то здесь помимо пафосных идиотов появился кто-то с чувством юмора. Хоть и паршивым.

— Как говорят, чем больше шкаф, тем громче падает.

Проблема была, пожалуй, в том, что мне придется быть в разы аккуратнее с энергией Кроноса, здесь намного больше тех, кто может ее почувствовать, более того, судя по экранам, за нами сейчас наблюдает вся Спарта с приезжими в нее гостями.

Самоуверенность парня из клана Посейдона ощущалась буквально на физическом уровне, а надменность просматривалась в каждом движении.

Он обнажил короткий одноручный клинок и ринулся ко мне, оставляя за собой протяжный водяной шлейф. Мои глаза вспыхнули синим цветом. Я окутал их Даром Афины, отчего не только реакция возросла, но и все действия противника анализировались мной в разы быстрее.

Все-таки Олимпийский дар был в разы сильнее любого другого.

Мы оба вступили в беспощадный танец обмена ударами. Я молниеносно атаковал мечом Персея. В какой-то момент уйдя в сторону мой клинок резко вытянулся, превращаясь в обоюдоострый хлыст. Но практик Посейдона оказался достаточно ловок.

Образовав водный барьер, он ушел в сторону.

Следом, я с мощным рывком направил меч вниз, изливая в него огромное количество энергии Афины. Синева энергии медленно превратилась в вихрь, обволакивающий меч. Быстрым выпадом я выпустил этот вихрь вперед и кинулся следом, с обычной атакой клинком.

Но верзила резко вскинул руку, поднимая стену из воды, которая поглотила смертоносный вихрь. На обычную атаку он скрестил со мной клинки. Следом его кулак полетел сверху.

Выставив лишь одну руку, я принял его удар прямо на наруч, который яростно завибрировал от полученной энергии.

Это тело все еще не было достаточно сильным, чтобы принять такой удар. Без наруча этот чертила, вероятно, сломал бы мне руку.

Его брови сомкнулись в удивлении. Он надавил на клинок, откидывая меня назад на несколько шагов. Следом верзила вскинул руку, формируя все ту же стену воды, но уже в качестве атаки.

Энергия Афины коснулась песочных часов на моей груди, замедляя время и позволяя разглядеть суть техники.

Это оно.

Со всей доступной мне скоростью я ринулся вперед и легким маневром прошел слева. Там, где водная стена закрылась в самый последний момент.

Когда верзила повернулся, я уже оказался за его спиной.

В следующее мгновение я выставил вперед руку, наруч которой поглотил энергию от его удара.

Накопленная и приумноженная энергия вырвалась вперед, заставляя парня из клана Посейдона сложиться вдвое.

На секунду в его глазах я успел увидеть шок.

Не позволив ему приземлиться, я снова бросился вперед, развернув клинок рукоятью вперед.

Тяжелый удар сверху разбил его нос и заставил тяжело рухнуть на холодный пол лабиринта. Парень больше не двигался.

— А жаль. Ты мог бы стать неплохим водоносом.

Тем временем Тео также закончил со своим противником, а вот у Электия явно были проблемы. Низкий темноволосый парень из клана Посейдона теснил практика из Афин непрерывными водяными атаками. В какой-то момент он прижал его к одному из тупиков лабиринта, попросту не позволяя ответить контратакой.

Водный практик держался на средней дистанции, буквально поливая противника ливнем из ударов, содержащих огромные объемы энергии. Но Электий стойко защищался.

Тео посмотрел на меня и коротко кивнул.

Чего ты киваешь? Я что должен из твоего кивка понять?

Он бросился на последнего противника. Я побежал следом. В этом мире у меня было единственное правило, которое в целом пока что меня не подводило. Не знаешь чего-то — импровизируй.

Тео ушел вниз с тяжелой подсечкой. Практик из клана Посейдона явно не ожидал, что его союзники проиграют так быстро, поэтому даже не мог предусмотреть подобной атаки от кого-то еще.

Я же прыгнул вперед, пролетев прямо над Тео. Схватив рукой за голову практика из Коринфа, я всем своим весом и скоростью прыжка потянул его вниз, крепко приложив лицом в пол.

Водная энергия быстро потухла в его ладонях. Больше он двигаться не пытался.

А кислая мина Тео внезапно преобразилась полуулыбкой. Может этот парень и не такой уж мерзкий.

Я подал руку Электию, помогая подняться.

— Нужно идти дальше, — пробормотал он, глядя на уложенных нами практиков воды. — Может Посейдонцы не так сильны, но чересчур выносливы. Пяток минут и они снова поднимутся.

— Так может мы их того? — я показал жест большим пальцем так, словно перерезал себе горло.

— Ты головой ударился? Мы ж не Спартанские остолопы, чтобы убивать всех налево и направо. Идем.

Я пожал плечами. Честно говоря, противников можно было бы и устранить.

В чем суть получать по морде, чтобы потом встать и сказать, что ты не проиграл, просто очень выносливый?

Снова началось блуждание по коричневым коридорам. Этот лабиринт успел изрядно мне надоесть.

— Так значит только одна команда сможет выбраться из лабиринта? «Пространственное кольцо-то одно», — спросил я у Электия.

— Нет конечно. С кольцом получится быстрее. Ну и выйдешь победителем. Если Минотавра не найдем, то просто двинем в центр, там находится перемещающая формация. Вернемся на Арену. Причем, если мы придем первыми, то по очкам закрепимся сразу за победителем. Ты вообще слушал лидера Астеров?

— Видимо этот момент я упустил. И что лучше? Я бы ударился на поиски Минотавра.

— Да я понимаю, Тео тоже за, а я бы хотел сконцентрироваться на поиске выхода, но раз уж большинство за поиск Минотавра, то я поддержу вас. Вот только этот монстр знает лабиринт как облупленный. Не один год тут скитается. И я не представляю, где его можно искать. Думаю, придется не один день потратить, чтобы хоть как-то…

— Слушай, — прервал его я. — А вон та громадина случаем не то, что мы ищем?

— Ч…что? Как такое возможно?

Электий чуть не подпрыгнул от удивления, Тео же решительно посмотрел на меня.

— Ты оказался хорошим напарником, поэтому я доверю тебе спину. Свалим эту громадину?

Я усмехнулся, ответив решительным кивком.

Глава 2

Первый этап турнира

Минотавр перед нами и правда вселял ужас. Кажется, один удар такой твари может сразу убить.

Это чудовище стояло к нам спиной и даже так было отчетливо видно, сколь он силен.

Широкая спина, покрытая густой шерстью, мощные плечи и выпирающие мускулы. В когтистых лапах он сжимал громадную дубину, а ниже пояса вместо ног чудовище имело бычьи копыта. Длинный и тонкий хвост заканчивался небольшим пучком волос и медленно раскачивался из стороны в сторону.

До этих пор я и не подозревал, что Олимпийский турнир окажется столь опасным местом, однако то, что произошло далее очень доходчиво мне это объяснило.

Тео рванул вперед, активируя Дар Афины. Он был очень быстр и осторожен. Благодаря отличной физической форме и Дару, который позволял тщательно выстроить свою стратегию боя и увидеть слабые места противника он являлся грозным противником.

Но Минотавр оказался совсем на ином уровне. Нас разделяло всего семь стадий. А в этом мире даже одна стадия была большим разрывом в силе.

Тео ловко сократил расстояние до чудовища, я же двинулся следом, все также тихо и незаметно. Дар Афины позволил мне понять его замысел. Нужно было бить в шею, там, где кожа была менее толстой.

Но когда этот парень прыгнул, произошло то, чего я никак не ожидал.

Минотавр резким движением развернулся на нас и выставил кулак вперед. Один он был размером с половину человеческого тела.

Тяжелым ударом Минотавр сбил Тео и придавил его к стене. Тело парня лопнуло, как воздушный шар, окрашивая стену в цвет крови и разбрасывая внутренности в разные стороны.

Он прихлопнул его, словно какую-то муху.

Я резко остановился. У меня дернулся глаз.

Электий тем временем уже успел в ужасе закричать и побежать назад, я же стоял скованный на месте.

Нет, ну серьезно, какой человек в здравом уме не испугается, когда перед ним буквально размозжили другого человека.

Минотавр словно почувствовал, что я бежать не собираюсь, а потому одним движением перепрыгнул через меня, ринувшись за вторым моим напарником.

Нужно было выиграть ему немного времени. Я бы успел убежать, и он тоже.

— Эй, мудила рогатая! Мне вот интересно, это твоя мать трахнула быка, или твой отец по коровам больше, нежели по девочкам? Тебе не говорили, что зоофилия — это мерзко? С такой родней проще самоубиться.

Слова вырвались сами собой. Почему-то я решил, что он поймет мою речь и обернется. Но он не обернулся.

Вместо этого я отчетливо увидел, как Минотавр догнал Электия и схватил его за ногу. Чудовище подняло его в воздух и с силой бросило об пол, как какую-то игрушку. Я слышал, как ломались его кости, а изо рта вырвался болезненный стон. Он был все еще жив, но не мог двигаться.

Произошедшее после заставило мои ноги онеметь. Минотавр как ни в чем не бывало поднял тело Электия и одним движением челюсти откусил ему голову. Кровь хлынула из шеи, а тело безжизненно упало на землю.

Тварь проглотила голову и, облизнувшись, посмотрела на меня.

Я был следующим.

— Ты, кажется, что-то говорил про моих родителей! — мерзкий, подобный рокотанию грома, голос раздался повсеместно, эхом отражаясь от стен.

Видимо все же понял, но оказался умнее.

Наконец ноги меня послушали, и я ринулся вперед, сворачивая на развилках, полагаясь только на свою интуицию. Громадина бросилась за мной, преодолевая огромные расстояния дальними прыжками.

За очередным поворотом меня встретил тупик. Не думая, я резко развернулся, разбегаясь навстречу Минотавру.

Он явно не ожидал от меня такого самоубийственного решения, потому и среагировал не сразу, что позволило мне прошмыгнуть у него под ногами за долю мгновения до того, как его тяжелая дубина опустилась на пол.

Как часто говорят, в моменты смертельной опасности жизнь мелькает перед глазами. Вот я испытывал нечто похожее, в очередной раз выбирая новый путь по этому чертовому лабиринту.

И как назло меня снова встретил тупик.

А Минотавр показался в другой стороне протяженного коридора. Он занимал практически все его пространство в ширину, а второй фокус с тем, чтобы проскочить между ног уже вряд ли сработает.

Я был заперт со всех сторон.

Стянув со спины щит Фемиды и обнажив меч Персея, я сконцентрировался на своей энергии, которая медленно циркулировала по телу.

— Я уничтожу тебя! Мерзкое насекомое! — взревел он, набирая разгон в мою сторону.

Очевидно, он выбрал самый болезненный способ: снести меня своей дубиной, переламывая все кости, а потом, судя по всему, перекусить голову.

Но я уже взял себя в руки, стараясь сфокусироваться на своих ощущениях. Нужно было подгадать самый подходящий момент.

Минотавр все еще бежал, занося дубину, я же вскинул перед собой щит. Тем временем наручи пустоты засияли, отвечая импульсу, который я в них послал.

— Ненавижу языкастых людей, болтаете обидные вещи. Я откушу тебе башку!

Дубина неслась в меня с невероятной скоростью.

В тот момент, когда она едва коснулась щита, я потянул пространство на себя. Наручи позволили моему телу моментально переместиться за спину Минотавра. Он же по инерции провел дубиной вперед, но не упал, стараясь удержать равновесие.

Издав боевой клич, я прыгнул вперед, меч Персея вытянулся и резким ударом прошелся по местам, где по идее должны быть сухожилия.

Но тщетно.

Плотная шерсть Минотавра погасила большую часть моего удара, заставив меня тут же отступить.

Я отступил на несколько шагов. Разумнее было бы убежать, но что-то мне подсказывало, что Минотавр меня уже не отпустит, а моя выносливость закончится явно раньше, чем его.

Чудовище скользнуло взглядом по моей фигуре и злобно усмехнулось, словно наслаждаясь моей беспомощностью. Его рогатая голова наклонилась в мою сторону, и я смог увидеть его красные безжалостные глаза.

— Твои атаки бессмысленны против меня! Думаешь сможешь сразиться со мной, жалкий смертный⁈ — прогремел его голос.

Но лучшим ответом я нашел лишь усмехнуться.

— Может я и смертный, но не такой уж и беззубый, как ты думаешь. Можешь убить, но тебя я унесу за собой в глубины тартара!

* * *

Тем временем на Арене начались волнения. И главными были сразу несколько причин.

— Агатон, что за бред ты устроил⁈ — Дамиан Пелагос, лидер клана Посейдона обратился к главе клана Зевса практически через всю арену, на которой духовные образы транслировали события лабиринта.

Там, помимо сражения Крея так же было видно, как практики кланов Ареса и Зевса сражались с другим Минотавром, а третьего пытались одолеть практики Геры.

— Тебя что-то не устраивает, Пелагос? — невозмутимо пожал плечами бородатый мужчина.

Его голос словно гром разнесся по всей арене, заставляя низкоуровневых практиков задрожать от страха.

— Наши лучшие практики погибают, потому что ты придумал непосильное испытание. Мало того, что Минотавр слишком силен, так их еще и три! Я могу расценить это как способ уничтожить лучших представителей молодого поколения других кланов! — Дамиан от злости ударил по бордюре.

— Ха-ха-ха! Твои «лучшие» практики были обставлены в два хода ребятами из Афин. Что ты хочешь мне предъявить? Если ты позабыл, я напомню, Олимпийский турнир изначально был смертельно опасным. Туда идут чтобы доказать силу, доказать то, что ты достоин носить звание лучшего практика своего поколения. Пока ты не запомнишь то, что только сильный достоин жить, а слабому место в Тартаре, твой клан так и будет сидеть на морском дне и подкармливать рыбешек.

Агатон Астер все еще был спокоен. Но при этом его голос заставлял воздух содрогаться. Никто и подумать не смел, что будет, если он вдруг разозлиться.

— А что же касается трех Минотавров. Это всего лишь моя прихоть. Я подумал, что так будет куда интереснее. Но скажи мне, кто меня осудит? Ведь людям нравится, верно?

Толпа быстро подхватила эти слова одобрительным ликованием.

Лидер клана Посейдона сел, злобно нахмурившись. Он кивнул своему сыну и тот быстро встал со своего места, скрывшись за толпой ликующих людей.

Никто, кроме них двоих не знал, что на самом деле они выставили далеко не своих лучших практиков. Лучшие же готовились в отведенном для них месте и были настороже, ведь весь клан Посейдона прекрасно знал, что на этом турнире семья Астер хочет извести их с карты Греции.

Тем временем духовные образы продолжали показывать толпе самые важные события первого этапа турнира.

Агатон внимательно смотрел за тем образом, что показывал сражение последнего оставшегося в живых практика из Афин.

— Кажется у семьи Глаука есть один очень занимательный практик. — мужчина повернулся к одному из своих слуг и подозвал его ближе. — Наведите о нем справки.

* * *

Минотавр нанес очередной удар по дуге, заставляя меня высоко прыгнуть. Следом его кулак понесся на меня так быстро, что никакой реакции бы не хватило, чтобы увернуться. Но, благодаря силе Кроноса и той небольшой отмотки времени, у меня были лишние мгновения, чтобы среагировать и уйти в сторону или закрыться щитом, который, к слову, обладал просто колоссальной прочностью.

На осторожность пришлось на время наплевать. В любом случае можно постараться объяснить эту силу артефактами, которых у меня благо было не мало.

С громогласным ревом чудовище набросилось на меня. В очередной раз уклонившись, мне пришлось использовать наручи пустоты, для перемещения. Кровь тут же хлынула у меня из носа, оповещая, что слишком часто этим фокусом лучше не пользоваться.

От каждого взмаха дубиной я чувствовал мощные потоки ветра, которые отталкивали меня в сторону. Но когда Минотавр снова промахнулся, я ловко обошел его и несколькими точными ударами меча полоснул по его шее, где шерсть была не такой густой, а кожа более походила на человеческую.

И это сработало! Меч Персея пробился сквозь толстую кожу, и нанес два глубоких пореза.

Недостаточно, чтобы убить сволочь. Но вполне хватило, чтобы эта тварь стала более яростной.

Он снова бросился на меня. Его мощные копыта разбивали каменные плиты пола лабиринта. Дубина летала из стороны в сторону, а удары ощерившихся когтей казалось вот-вот настигнут меня, но каждый раз мне удавалось уходить в последний момент, словно сама удача благоволила моим действиям.

Меч Персея изгибался, как змея. И каждый раз удлиняясь целил в одно и то же место.

В какой-то момент это действительно начало помогать, малость замедляя движения чудовища.

— Я уничтожу тебя! Ты, мелкий паразит!!! — орал он, но уже больше от отчаяния.

Однако, этот бой все еще продолжался, а мои силы явно были на исходе. Голова кружилась, а ноги становились ватными. Это было впервые, когда я так часто использовал силу Кроноса вместе с наручами, которые давали просто колоссальную отдачу на тело.

Мои мысли бегло метались в голове, подыскивая способ быстро прикончить огромное существо. Он все еще был слишком силен и быстр, чтобы я смог добраться и нанести крепкий и убийственный удар.

Но тут мне вспомнилось кое-что. Буквально всплыло из глубин памяти. Знания, полученные где-то в далекие школьные годы на уроках мировой художественной культуры.

По мифологии Минотавр всю жизнь провел в лабиринте не видя света. И в этом лабиринте также было достаточно сумрачно. А значит его глаза совсем не приспособлены к свету.

Возможно, это было очень бредовой идеей, но, за неимением других, я рванул вперед.

И да, я прекрасно понимал, что, оказавшись прямо перед мордой бычары, если мой гениальный план не сработает, ему будет достаточно лишь единожды щелкнуть челюстью, чтобы перекусить меня пополам, как какого-то бесхребетного червя.

Я оттолкнулся ногами от пола и, выставив перед собой щит оказался прямо перед его лицом.

В то же мгновение, вся моя энергия, что была доступна на тот момент перетекла в клинок Персея, заставив его неистово вибрировать.

Минотавр уже молниеносно вскинул кулак, чтобы прижать меня к стене и размазать по ней так, как он сделал это с Тео.

Я столкнул меч Персея и щит Фемиды. Как и в прошлый раз при соприкосновении они породили зеленоватое сияние. Яркая вспышка внезапно осветила длинный коридор лабиринта и ослепила Минотавра.

Он, словно слепой младенец махнул своей рукой, но промазал. Я же, ухватившись за его рог резко перепрыгнул на плечо, а потом на спину и, обхватив рукоять меча Персея обеими руками вонзил туда, где уже было множество порезов. Прямо в шею рогатой твари.

Послышался устрашающий болезненный рев. Минотавр начал остервенело махать руками, пытаясь сбросить меня со спины, но развитая мускулатура сыграла с ним злую шутку. Его руки попросту не дотягивались до меня.

Я вынул меч и вонзил его снова, в этот раз глубже, чувствуя, как острие царапает его позвоночник.

Сначала тварь упала на колени, а потом с грохотом обрушилась мордой в пол. Я окончательно выдернул клинок из его тела и небрежно вытер об его же шерсть.

Ноги казались ватными, было тяжело двигаться, но факт оставался фактом. Победа моя.

— Ты там богам своим передай, что трахать животных — нехорошо.

Схватив его рог, я несколькими тяжелыми ударами перерубил его и вынул широкое золотое кольцо, которое обволокло меня светящейся энергией.

Я моргнул лишь раз. И вот, пейзаж сумрачного лабиринта перед глазами сменился обратно на Арену, где уже стояло множество людей.

— А вот и наш третий герой, одолевший минотавра! Вы можете себе представить, он сделал это в одиночку!!!

Голос был не очень приятным, но звучал повсеместно. Видимо греки озаботились и притащили какого-то ведущего.

Рядом на арене стояли практики в белых, золотых и красных хитонах. Не сложно было распознать кто из какого клана.

Как потом выяснилось, кланы Зевса и Ареса совместно уничтожили одного Минотавра и разделили очки за первое место. Вторыми оказались практики из клана Геры, ну а третьим, кто бы мог подумать, единственный выживший из клана Афины — Я. Хотя, конечно, многих такой расклад не устроил. И даже ударил по самолюбию.

— Ха, да его минотавр просто был мелкий.

— Да! Детеныш небось.

Практики из Спарты и Олимпии нелепо пытались принизить мои достижения. И это действительно смотрелось максимально тупо, но некоторые зрители услышали и, даже несмотря на то, что видели своими глазами мой тяжелый бой, быстро подхватили «авторитетное мнение» спартанцев и олимпийцев.

— Ах ну да, простите что не позвал с собой все Микены чтобы убить одного ничтожного Минотавра, так бы он конечно выглядел куда более опасным. Пока вы, детишки, резвились в песочнице, я потерял двух товарищей в этом бою. И если кто-то из ваших наглых рож еще хоть сука на миг обесценит их смерть, я лично тому кадык вырву.

Меня переполняла злость. Насколько же мерзкими могут быть людишки в погоне за собственной гордыней и амбициями. А тут еще и культиваторы. Они раза в три омерзительнее.

Один из спартанцев рванул вперед, замахнувшись на меня рукой, другие его остановили.

— Повтори, что ты сказал, Афинский недомерок!

— Да с радостью, будь я твоим батей, и зная, что у меня будет такой выродок, я бы трижды предохранялся.

Судя по его глупой роже шутейку он не понял. Я, признаться, уже готовился к потасовке, но ведущий резко усмирил всех тем, что продолжил вещание для толпы.

— Мы благодарим вас за отличное представление. Можете отдохнуть. Завтра начнем второй этап турнира, а пока восстанавливайтесь. И пусть фортуна сопутствует вам!

Едва он закончил, первой вырвалась на арену София, чем, признаться меня удивила. Снова встретившись со мной взглядом, ее лицо залилось румянцем.

— Ты в порядке?

— Я-то да, а вот Тео и Электий…

— Они знали на что шли. Вполне могли отказаться, — холодно проговорила она. — Спасибо тебе. Ты победил Минотавра и принес третье место среди остальных кланов. В одиночку. Это очень храбрый поступок. Думаю, отец как следует оценит его.

Я благодарно кивнул. Но следующий вопрос Софии выбил меня из колеи и заставил почувствовать себя колоссальным идиотом. Едва мы покинули арену и остались наедине, она посмотрела на меня более решительно и спросила.

— Кстати, а как вышло, что ты сражался со мной используя энергию Фемиды, а в лабиринте оказалось, что у тебя Дар Афины?

Глава 3

Прорыв к средним стадиям

В диком лесу царило буйство природы. Густые заросли зеленых лиственных деревьев тянулись к небу, образуя непроницаемый потолок. Солнечные лучи едва пробивались сквозь густые листья, создавая игру света и тени в воздухе. Вокруг царил мерцающий полумрак и сырость.

Лес дышал жизнью, но тишина в нем была будто бы тягучей. Безмолвные деревья, камни, падающие листья. Даже ветер не смел произнести ни звука.

Там, среди этого лабиринта неистово мчалась одинокая фигура.

Источая серебристую энергию, она мелькала то тут, то там. Простому человеческому глазу было бы затруднительно ее заметить. Она ступала тихо и грациозно, никак не нарушая идиллию природы, но при этом была неимоверно быстрой.

Туго стянутый хвост черных, цвета воронова крыла волос развевался от скорости, а янтарно-золотые глаза внимательно следили за дорогой впереди.

Ирида Ангелос — наследница клана Гермеса обладала неукротимым нравом и столь же неукротимой скоростью. Ее ноги казались лишенными тяжести. Она будто парила над землей, сливаясь с легкими дуновениями ветра.

Однако девушка явно казалась уставшей. Ее дыхание было сбивчивым, а голова постоянно оборачивалась, глядя за тем, не показался ли ее преследователь.

Пожалуй, никто бы не смог догнать неуловимую и невообразимо быструю Ириду.

Никто, кроме того, кто обладал особым даром выслеживать и загонять свою жертву. Кто был прирожденным охотником.

Артемис Мантикор — наследник клана прирожденных охотников, обладающий даром богини, в честь которой и был назван — Артемиды.

Он уже давно мог поймать Ириду, если бы использовал всевозможные средства, но юноша не желал вредить ей.

Он готовился несколько дней, расставляя ловушки в этом лесу, но, когда наконец ему удалось загнать ее сюда, Ирида оказалось более ловкой, чем он предполагал. Она избегала ловушек и заманчивых укрытий, словно знала их расположение. Девушка могла найти выход даже из самой затруднительной ситуации.

Юноша петлял меж деревьев. В какой-то момент он поднял обе руки. Зеленоватая энергия Дара Артемиды завязалась в них, порождая большой изогнутый лук и три стрелы, накинутые на него.

Резким движением Артемис выпустил все три стрелы, которые с зеленоватым шлейфом ринулись вперед.

Они сплетались вместе и разъединялись, огибая все препятствия.

Вскоре стрелы настигли Ириду. Девушка резко развернулась, чтобы отбить их обнаженным в ту же секунду клинком, но вместо того, чтобы атаковать, стрелы внезапно раскололись, образовывая цепи из чистой энергии с двумя массивными грузами на концах.

Цепи моментально окутали девушку, которая явно не ожидала такого. Ее тело тяжело рухнуло на землю.

Фигура Ириды мигала серебристым светом, но энергия никак не хотела отзываться и формировать технику.

— Какого…

— Прости, но эти цепи блокируют каналы от твоего жизненного огня. Мне пришлось несколько дней копить энергию, чтобы создать эту штуковину для тебя. Так что ты не сможешь использовать энергию.

Артемис выскочил к месту, где смог остановить Ириду и присел рядом.

— Отец попросил клан Артемиды найти меня? Что за позор…

— Он бы и сам нашел, но сейчас все заняты подготовкой к Олимпийскому Турниру в Спарте. Должно быть первый этап уже завершился. Если выйдем сейчас, успеем к концу. Ты наследница Гермеса, так что обязана быть там.

— Артемис, я знаю, что наши кланы дружат. Ты, пожалуй, самый добрый и отзывчивый человек из тех, что я встречала. Пожалуйста, отпусти меня. Я не желаю быть наследницей Гермеса.

— Это не подвластно ни твоей, ни моей воле. Но, кажется, я понимаю твои чувства, поэтому… Как насчет сделки?

— Осторожнее. Ты предлагаешь сделку тому, кто может выбить для себя самые выгодные условия.

— Они выгодны обоим. Ты идешь со мной и присутствуешь на турнире, я выполняю свою обязанность, а мой отец обещание, данное твоему отцу. Но как только турнир завершится, я лично помогу тебе сбежать.

— И какой тебе от этого прок?

Девушка кое-как поднялась, чтобы усесться около дерева, но в тот же момент юноша рассеял свою технику, показывая, что доверяет ей.

— А никакого. Я верю, что хорошим людям стоит помогать. К тому же на турнире может произойти нечто из ряда вон, все наследники должны быть там.

Ирида томно выдохнула.

— Уговорил.

* * *

Мое лицо, вероятно, отражало самую бестолковую тупость, которая вообще могла появиться на человеческой морде. София ждала ответа, но он совершенно не находился у меня в голове.

— Ты, наверное, знаешь, что такое щит Фемиды? — медленно начал я, снимая реликвию со спины и показывая Софии.

— Наслышана, — спокойно кивнула девушка.

— Так вот, как оказалось, одно из его свойств накапливать энергию любого Дара и использовать потом. Так называемое Поглощение. Резервуар, конечно, небольшой, но этого достаточно, чтобы использовать в самый неожиданный момент.

Глаука медленно покрутила щит в руках, но проверять, к счастью, не стала, а вернула мне. Объяснение было очень близким к правде.

— Ладно. Кстати, по поводу твоих призов. За прохождение первого этапа каждому полагается Нектар. Поскольку мы потеряли два практика, мне удалось выбить с организаторов один лишний. И еще кое-что от меня. За победу.

Она вытащила два небольших фиала с нектаром и колбу побольше с густым красноватым напитком. От нее исходила тяжелая аура средних стадий Пути Героя.

— В первом этапе, конечно же, не за ту победу надо мной. Хотя признаю, ты был весьма хорош.

Девушка кивнула и, раскрасневшись, направилась в сторону резиденций, оставив меня в одиночестве. Где-то позади с арены выходили люди, все они обсуждали первый этап, но никто даже не заикнулся насчет второго. Это все еще оставалось загадкой.

Я также вернулся в свою комнату, собираясь всю ночь напролет заниматься своей культивацией.

То, что я собирался сделать, возможно, осудил бы любой практик. По крайней мере из тех знаний, что я получил об этом мире, я точно знал, что было бы настоящим самоубийством принять оба нектара сразу и запить это все Амброзией, которую настаивали от насыщенного источника и которая приобрела ауру пятой-шестой стадии Пути Героя.

Вот мы и проверим это тело на прочность. Во всяком случае, я уже сталкивался с избыточной энергией, и сила Кроноса помогала мне правильно ее распределить.

Я сжимал оба фиала с Нектаром, которые были ключом к моему продвижению на следующую ступень Пути Героя.

Сконцентрировавшись на внутренних ощущениях, я прочувствовал свой внутренний огонь, пытаясь контролировать как его, так и движение энергии по всему организму. Бережно открыв флакон, я поднес его к губам. Сперва один, затем второй. Целый взрыв вкуса и энергии наполнил все мое тело, а энергия взвинтилась вверх. Этот Нектар превосходил по качеству тот, что хранился в погребах клана Фемиды. Даже я, особо не сведущий в этих делах человек, мог с уверенностью сказать, что Нектар, полученный от клана Зевса был раз в десять лучше и эффективнее.

Следом пошла Амброзия. Яркие ноты винограда и легкая горчинка потекли вниз по горлу, словно воспламеняя его.

Бесценная Амброзия проникала в каждую клетку моего тела, побуждая поток внутренней силы разливаться по каналам быстрее. Пламя, с которым напиток наполнил мое горло воспылало сильнее, передавая свою силу внутреннему огню.

Я чувствовал, как мое тело становится крепче, делая мышцы более гибкими и сильными.

Внутренний огонь пылал все ярче, заставляя энергию переливаться, словно водопад. Так барьер был с легкостью пробит, а я прорвался к четвертой стадии. На лбу в этот момент выступила испарина. Я прилагал все свои усилия, чтобы заставить энергию подчиняться мне. Она неуемно росла, забирая силы у растворившихся внутри меня Нектара и Амброзии.

С каждым вдохом внутренняя духовная сила продолжала расти, а внутренний огонь начал обжигать грудь. В тот момент метка песочных часов налилась пурпурным цветом, ослабляя эту боль.

Еще один барьер рухнул передо мной. Наконец я достиг пятой стадии Пути Героя, закрепляясь на ней. Пламя внутреннего огня горело ярче, чем когда-либо.

Стоит ли говорить, что в тот момент я чувствовал себя настоящим героем?

Или наполовину?

Если я прошел лишь половину пути героя, получается я был полугероем. На пол шишечки.

Из концентрации меня вывела будто бы моя же шутка.

Я открыл глаза, ощущая, как вся усталость испарилась, а легкие раны, полученные на первом этапе, зажили без каких-либо следов.

Пользу духовных напитков было сложно переоценить. Помимо исцеляющих свойств они оказывали просто колоссальную поддержку в росте культивации.

В мире Древней Греции все было достаточно просто. Если ты имел огромные средства, то мог стать сильнейшим, попросту обмазываясь нектарами и амброзиями, ну и конечно же прилагая усилия при культивации.

Если же ты просто был усердным, то мог добиться совсем небольших высот. С другой стороны, просто богатым быть тоже недостаточно.

Наконец ощутив, как все внутри меня утихомирилось, я решил дать телу заслуженный отдых, ведь завтра меня ждал очередной этап Турнира.

К слову, София была какой-то встревоженной, возможно мне стоит уточнить у нее, все ли в порядке. Если на этом турнире что-то затевается, то я один из первых должен об этом знать.

Ночь пролетела незаметно и вскоре я снова стоял на арене Копье Ареса.

Ряды зрительских трибун, расположенные по обеим сторонам арены, сияли множеством ярких цветов. И на первом этапе было очень много людей, но на втором их стало еще больше. Практики с разных уголков Греции съезжались сюда чтобы просто поглядеть на представление. О, простите, узреть величие и мощь культиваторов молодого поколения.

От пестрой мозаики греческих одежд у меня уже немного рябило в глазах. Но я продолжал развлекать себя наблюдением за ними.

Зрителям действительно нравилось все то, что здесь происходило. Они были взволнованы и ждали с нетерпением сражений и мощных проявлений Даров. Каждый что-то активно обсуждал. Некоторые даже делали ставки. Причем в ход шло все подряд, от денег до драгоценностей.

Какой-то глашатай подогревал настроение в толпе, объявляя кланы.

— ОН! В одиночку одолел свирепого Минотавра и прошел лабиринт, Третий из сильнейших, но может стать первым фаворитом для вас! Крей Адамантис, представитель клана Афины!

Я поднял руку и на удивление толпа прямо-таки разорвалась. Кажется, я снискал какую-никакую популярность. Признаю, это было чертовски приятно. Вообще, любая поддержка — это очень приятная штука. Жаль, что в моем мире люди забывают, как важно говорить слова одобрения, зато злобу свою выливать готовы ежесекундно. Вот греки в этом плане молодцы, не обижают с количеством хороших отзывов.

Арена была оживлена разнообразными звуками и запахами. Шум говорящих и возгласы восторга сливались в единую симфонию звуков, которую изредка прерывал глашатай, чтобы подогреть ставки на очередного практика.

Приятный аромат благовоний и цветов смешивался с запахом пыли, пота и железа, делая атмосферу соревнования еще более страстной.

Под сводами арены танцевали лучи солнца, но едва появился глава клана Зевса, они все словно устремились на него.

Мужчина сиял в своей мощи и великолепии.

— Вы ведь ждете второй этап также сильно, как и я? — его голос, словно гром прозвучал по всей арене.

Я говорил про восхищение и овации? Забудьте. Так, как восхваляли его, да уж, такой поддержки не оказывали никому.

— Я рад видеть вас всех, в том числе и новоприбывших. Итак, давайте же определим правила второго этапа.

Снова арену окружили уже знакомые мне практики, готовя формацию для перехода и формируя образы для трансляции событий вверху.

— Второй этап будет сложнее. Если в первом у вас был один большой враг и соперники, то во втором соперников не будет. Каждый из вас будет помещен в отдельное карманное пространство. Риска также будет чуть меньше, вы сами будете решать, когда закончить ваше испытание. Стоит лишь разломать амулет, который вам выдадут, как ваше тело тут же перенесется обратно на арену. Но выиграет конечно тот, кто дольше всех продержится внутри. Мы поместили в каждое пространство образы армий, что будут наступать на вас волнами. Каждая волна будет ровно в два раза сильнее предыдущей. Начнем со средних стадий Пути Смертного. Враги будут расти как в качестве, так и в количестве. Ну вот и все, вроде очень просто. Продержитесь как можно дольше. Успехов вам, мои юные практики.

Астер широко улыбнулся, усаживаясь на свое место.

В тот же момент к нему подошел какой-то мужчина и долго нашептывал что-то на ухо. Но я решил, что меня это даже не касается.

Что ж, волны противников. С этим я уже сталкивался. Гарпиям такая встреча не очень понравилась. Да и мне тоже, я тогда был отравлен Кровью Геры.

Поглядим, что у нас на этот раз.

Всем раздали причудливые круглые амулеты, после чего практики начали формировать заклинание.

Золотая энергия окружила мое тело и, едва моргнув, я очутился в бескрайней пустыне. Хотя, правильнее бы это назвать небольшой низиной, окруженной высокими барханами, за которыми. К сожалению, даже горизонта не было видно.

Я обнажил меч Персея и сразу же вытащил щит. Мне не улыбалось придерживать козыри до последнего, лучше уж использовать все свои силы, чтобы уничтожить врага.

Вообще весь этот пейзаж напоминал мне одну старую игру из моего мира.

Пустыня, пески. Не хватает только…

И в тот же момент, когда я подумал об этом, эта ситуация действительно стала похожа на ту самую игру.

Раздался громкий протяжный крик.

Из-за барханов показалось огромное множество людей с клинками и щитами. Три, четыре, пять десятков.

Вскоре их число перевалило за сотню. И все они яростно кричали и бежали прямо на меня, вниз с бархана.

Кажется, в той игре они были без головы и с бомбами вместо рук. Но орали примерно также. Это меня улыбнуло. Во всяком случае, очень успокаивало то, что я мог представлять все это некой игрой.

Игрой, в которой у меня была лишь одна жизнь.

Вскинув меч Персея, я напитал его своей прозрачной энергией, лишенной дара, и ринулся в атаку.

Глава 4

Бесчисленное множество противников

Первую половину воинов я встретил очень решительно.

Их оружие сверкало на солнце, а глаза горели яростью и жаждой убийства. Меч Персея вибрировал в моей руке, ожидая новой крови.

Завязалась неистовая бойня. Я мелькал из стороны в сторону используя всю свою ловкость и гибкость. С каждым взмахом моего клинка я наносил точные и смертоносные удары, одновременно закрываясь щитом.

Меч с ледяным блеском встречал каждое ударное движение противника. Шум столкновения оружия наполнил воздух, искры разлетались в разные стороны.

Мой внутренний огонь горел все сильнее, напитывая тело энергией. Даже без Дара этих воинов можно было одолеть.

Они выглядели, как обыкновенные гоплиты. В руках их были короткие мечи — ксифосы, а также гоплоны — большие круглые и тяжелые щиты, которыми они пытались меня протаранить.

Но я прекрасно видел их уязвимости, бреши в броне и пробелы в обороне, оттого и метался словно хищник из стороны в сторону лишая эти иллюзии жизни.

Каждый раз меч Персея вытягивался вперед, словно длинный хлыст, сбивая противников с ног, а ловкий прыжок и удар клинками, приделанными с внутренней стороны щита, добивал их.

Мои ноги практически не уставали от движений, а каждый маневр был предельно точным. Я словно вошел в какой-то боевой раж, где все вокруг меня было каким-то миражом. Чувство времени и пространства исчезло, оставляя лишь бесконечный поток атак.

Пусть эти воины были лишь на средних стадиях пути Смертного, их количество так или иначе было внушительным.

Потоки крови пропитывали песок под ногами, а по мере того, как новый воин падал замертво передо мной, я становился сильнее в своей уверенности.

Наконец, когда последний воин пал, а новые прекратили пребывать, я устало упал на задницу, чтобы восстановить дыхание, которое уже заметно потяжелело.

Видимо первая волна закончилась, и я смог получить передышку.

С закрытыми глазами я сосредоточился на своем дыхании, позволяя внутренней энергии циркулировать по всему телу, проникая в каждую его клеточку. Следовало использовать каждую секунду для восстановления и подготовки к следующей волне.

Прошло около десятка минут, не более, как на вершинах барханов стали появляться новые противники. Теперь гоплиты имели пик пути Смертного, но среди них также были свирепые звери, чья сила колебалась от пика пути Смертного, до начальных стадий пути Героя.

Вся эта бесформенная толпа бросилась прямиком на меня, источая свое убийственное намерение. Я тут же заставил духовную силу разлиться по своему телу и укрепить ее. Рукоять клинка заскрипела, сжимаемая в моей ладони.

Раздался рев.

Свирепый зверь первой стадии пути Героя заревел и бросился на меня. Он выглядел, как громадный тигр весом в килограммов двести. Его кожа была грубой, а плоть толстой и твердой, что увеличивала силу удара в несколько раз.

Первым делом я нацелился на него. Яростно закричав в ответ, я сделал резкий выпад, целясь твари прямо в голову.

Меч Персея удлинился, ударив прямо между глаз. Череп раздробился с ужасным звуком. Свирепый зверь даже не успел скорбно завыть, прежде чем его мозг был поражен, и он мгновенно умер, падая на землю.

Что ж, все же первые стадии пути Героя не помеха для меня.

С поднятым боевым духом, я направился вперед и врезался в эпицентр скопления своих врагов, словно смертоносный ураган. Моя сила, как цунами стягивала их и уничтожало.

Если бы позже меня спросили, как я себя чувствовал, я бы описал это чувством голодного волка, который проник в стадо овец.

Кровь беспрепятственно разливалась повсюду, звуки переломов костей наполняли воздух.

Гоплиты падали десятками, а свирепые звери даже не успевали прыгнуть. В этом безудержном сражении только я был настоящим хищником.

После того, как я прикончил их, передо мной внезапно появился воин на пике второй стадии пути Героя.

Но это только больше распалило меня.

Я рванул вперед, а воин взмахнул мечом.

Но вместо атаки, я припал близко к земле, позволяя мечу пролететь над головой. Следом резко поднявшись, я ударил краем щита прямо в его подбородок. Скорость, с которой был нанесен этот удар, была схожа со скоростью, как гепард прыгает из засады на свою добычу.

Он оторвал тело воина от земли. Следом меч Персея вылетел вперед как кнут, и воин не смог избежать его.

Он выплюнул кровь и был отброшен в сторону. Однако на второй стадии пути Героя тело отличалось большей крепостью. Воин был все еще жив и снова вскинул свое оружие.

Тогда я ринулся вперед и безжалостно продолжил свою атаку.

Первые несколько ударов яростной серии ему удалось отразить, но я видел, что он медлительнее, чем я. Несколько ударов настигли его, и завершающим, я приложился краем щита по его груди.

Раздался треск сломанных ребер, а после его сердце наконец остановилось.

Наконец, вторая волна была побеждена, а я снова уселся на землю, стараясь выровнять дыхание. Предчувствие подсказывало мне, что это только начало.

* * *

Прошло совсем немного времени с начала второго этапа, но некоторые практики уже умудрились вернуться на арену Копье Ареса. Среди них было несколько практиков из клана Деметры, Гермеса и Диониса. Был даже один из клана Ареса, который оказался слишком увлечен битвой и не заметил, как количество противников резко увеличилось. Его серьезно ранили и ему пришлось покинуть турнир.

В то же время на трибунах люди просто сходили с ума. Они следили на духовных проекциях сразу за всеми участниками, но болели лишь за фаворитов.

Наконец на турнир прибыл глава клана Афин — Орест Глаука. Мужчина один, совершенно без охраны спокойно прошел по трибунам и занят место рядом со своей дочерью.

— Значит наши практики вылетели еще на первом этапе? — начал он, приветственно кивнув дочери.

— К сожалению, да. Им не хватило сил справится с Минотавром. Однако выходец Фемидцев показывает себя очень хорошо.

— Ах, тот парень, которого ты внезапно решила взять с собой. Приемный сын Адамантисов, верно? Кажется, мы недооценили его юношеский талант. Даже кто-то из клана Ареса уже успел покинуть турнир, а он все еще сражается. Не забудь, как следует его отблагодарить. Кажется, он достоин быть на одном уровне с лучшими практиками сильнейших кланов.

Девушка кивнула, едва заметно улыбнувшись.

От слов Ореста сердца многих присутствующих рядом, что могли услышать его, похолодели. Сильнейшей троицей кланов всегда незыблемо оставались кланы Ареса, Артемиды и, как не странно, Геры. А над ними всегда возвышался клан Зевса.

Орест был очень мудрым человеком, который зрел в корень. Поэтому если он ставил кого-то в ранг лучших кланов, то скорее всего так оно и было.

Теперь внимание будет приковано к этому юноше, и большая часть Греции будет следить за его успехами.

Тем временем с другой стороны арены тоже поднялась суета.

Прибыл наследник клана Артемиды и тот, кто считался одним из лучших в молодом поколении Артемис. Но всех больше очаровала девушка, которую он сопровождал. Многие мужчины смотрели на нее с тихим трепетом. Ирида была изящной и восхитительно красивой, особенно в длинном белом хитоне, который подчеркивал ее утонченную фигуру.

Кир Ангелос, глава клана Гермеса, спокойно кивнул главе клана Артемиды в знак благодарности, но оба лидера понимали, что это результат их дружбы и многолетнего сотрудничества.

После чего он улыбнулся дочери.

— Не думал, что ты соизволишь посетить Олимпийский турнир.

— Тц, как будто бы у меня был выбор. Ты послал за мной одного из лучших охотников.

— И очень галантного, согласись. Я давно тебе говорил присмотреться к этому юноше. Он красив и перспективен.

— Я не стану выбирать себе спутника только потому, что это выгодно твоему клану. — холодно бросила Ирида.

— Нашему, — все также спокойно ответил Кир. — Впрочем, это не столь уж и важно. Предлагаю насладиться турниром, а уже после решать все важные дела. К слову, ты же понимаешь, что в себе будет скрывать третий этап?

Ирида отрицательно кивнула. Она хоть и была очень умной девушкой, но все же не всегда понимала клановые интриги.

— Агатон заскучает к концу второго этапа. Это я тебе гарантирую. И тогда он предложит всем наследникам тоже поучаствовать в третьем этапе, вместе с теми практиками, кто сможет пройти дальше.

— И от этого предложения никто не будет вправе отказаться… — печально произнесла Ирида. — Поэтому ты хотел, чтобы я явилась?

— Ты отличный боец. А еще моя дочь и наследница клана Гермеса. Ты вынуждена отстаивать честь клана, хочешь ты того или нет.

Тяжело выдохнув, Ирида наконец перевела взгляд на формации, передающие изображение всех практиков второго этапа, которых осталось не так много. Ее глаза быстро пробежали по всем облачкам, остановившись на одном. Глаза девушки расширились.

— Крей? Он выступает за клан Афин? — от удивления она произнесла это вслух, что не осталось незамеченным.

— О, так ты знакома с этим юношей? Многообещающий практик. Конечно, на фоне тех, кого выставили кланы Ареса и Зевса он меркнет, но если смотреть на общую картину, то Афинцы нашли отличного парня. Он растет прям на глазах. Как-никак иметь пятую стадию пути Героя в таком возрасте стоит немалых усилий.

— Пятую? Ох…

Девушка думала о том, что Крей не перестает ее удивлять. А еще она обнаружила у себя очень странное чувство. Где-то в глубине души она немного завидовала его сестре. Ведь ради нее он делал такие невероятные вещи.

Интересно, а ради самой Ириды он смог бы сделать нечто подобное?

Невольно щеки девушки покрылись румянцем в воспоминаниях ночи последней встречи.

* * *

В этом иллюзорном мире, волна считается пройденной только если ты убиваешь всех противников. Пока жив хоть один, время отдыха не начнется. При этом количество врагов не всегда равное. Если слишком долго тянуть они будут увеличиваться.

Вообще, это испытание полное дерьмо. Вот греки же придумали олимпийские игры, отчего же этот турнир так не продуман? Его будто на коленке выдумали за вечер перед самим мероприятием.

Ну куда понятнее было бы, если это испытание шло на время. А так… Неизвестно сколько волн мне еще тут торчать.

Немного поругавшись в сердцах, я снова встал. Очередная толпа гоплитов вперемешку со свирепыми зверями неслась на меня. И эта волна отличалась от предыдущих.

Основной костяк составляли воины на второй и третьей стадии пути Героя, но среди них появилось трое, которые находились на пятой стадии. Они отчетливо выделялись своей золотой броней, а в руках держали Дори — длинные копья с тонким вытянутым наконечником, остроту которого можно было оценить даже издалека.

Снова завязалось сражение. По мере истребления противников, в моем сердце все больше закреплялась жажда убийства, без которой просто невозможно было преодолеть этот этап турнира. Я должен был стать машиной, уничтожающей все на своем пути. И если это поможет в достижении моей цели, то я ни перед чем не остановлюсь.

Каждый раз, когда воин умирал, еще более внушительный противник занимал его место.

В какой-то момент мне становилось трудно поспевать за всеми сразу. Но, к счастью, я обладал не только физической силой.

Наручи пустоты каждый раз накапливали энергию по мере того, как я двигался. Благодаря технике Раскаленного Молота, что я получил от Клеомеда, мне удавалось не просто наносить удары, а бить сразу внутрь, уничтожая и перемалывая внутренние органы противников.

Может быть излишне жестоко, но все же в моей голове оставалось знание, что все это иллюзия.

Наконец дошло дело до трех гоплитов, которые одновременно бросились на меня с разных сторон.

Их длинные копья работали синхронно, норовя проткнуть меня одновременно. Пришлось много прыгать и часто пригибаться.

Они были быстрыми, но каждый удар также содержал в себе безумную мощь. Приняв один из ударов на свой щит, меня тут же отбросило на пять шагов. От следующих двух ударов пришлось уворачиваться.

Нет, так дело не пойдет. Нужно разбираться с ними по одному.

С мощным взмахом меча Персея я бросился на того, что был ближе ко мне. Он не успел вскинуть копье. Все же длинное оружие накладывало некоторые ограничения в подвижности.

Копье в миг разломилось на части в вихре моей атаки. Остатки оружия взмыли вверх, а враг покатился по пескам с искаженным от боли лицом. Глубокий порез на его груди кровоточил и было похоже, что он больше не встанет.

Оставшиеся два гоплита, несмотря на смерть товарища не сдавались. С упорством и ненавистью они нападали на меня, а их движения только ускорились.

Копья свистели в воздухе, пытаясь пронзить меня.

Зыбкий песок под ногами мешал делать точные движения и, несмотря на весь мой боевой опыт, это малость сбивало с толку.

С широким размахом я отразил следующую атаку одного из гоплитов. Искры разлетелись в разные стороны.

Тут же я ответил сокрушительным ударом меча, рассекая его плечо.

Но третий воин не ждал моего отдыха. Он тут же вскинул копье, делая молниеносный выпад.

Не успев вынуть клинок из тела второго воина, я резко оттолкнулся от земли, пролетая высоко над ударом третьего.

Я приземлился чуть правее, но гоплит не растерялся, уводя копье в мою сторону. Щит Фемиды и копье встретились в жестком столкновении.

В течение нескольких мгновений мы оказались в запредельной схватке, где каждое движение имело значение.

Гоплит словно стал сильнее, его удары с каждым разом приобретали в точности и мощи, в то время как моя выносливость истощалась.

Мы обменивались серией ударов и парирований. Я использовал свое тело с полной отдачей.

И в какой-то момент щит Фемиды почувствовал мою решимость и ответил легкой вибрацией.

Рисунок горгоны на нем засветился.

Следующее мое соприкосновение с гоплитом породило его болезненный стон.

Рука, которой он отбил мой выпад щитом внезапно окаменела и мертвым грузом повисла на теле.

Я удивленно взглянул на щит. Неужели мои догадки оказались верны и щит мог поглощать некоторые особенности силы, в последствии воспроизводя их?

Меч Персея, который однажды убил Горгону и напитался силой Амфисбены содержал в себе ее энергию, но не мог использовать. Однако, когда он передал ее щиту все встало на свои места.

Щит отлично подходил для этой способности. Таким образом между моими реликвиями возникла нерушимая связь.

Я ринулся вперед, стараясь как можно эффективнее атаковать щитом. Каждый мой удар проявлял на теле гоплита очаг окаменения. Вскоре почти весь его торс был покрыт каменной коркой. В последний раз увернувшись от уже совсем слабого и медленного удара, я наполнил руки внутренней энергией и со всей силы ударил краем щита, разбивая окаменевшего гоплита вдребезги.

Чувство какого-то триумфа посетило мою грудь, заставляя улыбнуться. Я уже хотел усесться на песок, чтобы начать восстановление, как вдруг земля задребезжала, возвещая о том, что это еще не конец волны.

Из песчаных барханов с диким, словно рокочущий гром звуком медленно возникла могучая и захватывающая взгляд королевская кобра.

Ее огромное тело покрывалось гладкой кристальной чешуей, отражающей свет солнца. Огромный черный капюшон со зловещей и омерзительно страшной мордой посередине то сжимался, то раздувался.

Кобра подняла свою голову высоко над песчаным полем, демонстрируя свое угрожающее присутствие. Ее язык мелькнул в воздухе, источая ядовитые миазмы.

Она двигалась плавно и грациозно, словно танцуя на этой песчаной арене.

Но как только ее тело устремилось в мою сторону, она словно вжалась назад, готовясь к убийственному прыжку.

Мои глаза закатились сами собой.

— Сука! Да почему опять сраная змея⁈

Глава 5

Один из лучших

Я стоял перед королевской коброй. Ее глаза сверкали злобным огнем, а чешуя отражала блеск солнца, словно какой-то драгоценный камень. Капюшон медленно и угрожающе раздувался.

Крепко сжав меч Персея и вскинув щит Фемиды, я выжидал.

Кобра медленно пробегала своим телом по песку, изгибаясь волнистой линией. Я чувствовал, как воздух наполнился ядовитым запахом.

Я сделал несколько шагов в сторону, пытаясь сбить кобре ее стремительное движение, но она быстро перестроилась, сокращая расстояние.

Мы столкнулись в бешеном танце, ритм которого задавала кобра, а мне только и оставалось, что поспевать за ней.

Она ловко уворачивалась, изгибаясь вдоль барханов и несмотря на то, что каждый мой удар мечом был предельно точным, я лишь пару раз смог задеть ее чешую.

Ядовитые клыки скользнули рядом с моим плечом. Змеюка не стеснялась атаковать, но каждый раз я уходил из-под удара в последнее мгновение.

Щит эффективно отражал атаки, позволяя мне остаться невредимым.

Бой продолжался. Каждую секунду движения кобры становились быстрее и агрессивнее.

В очередной раз, когда голова змеюки кинулась на меня, я резко сжал кулак, потянув пространство на себя.

Ее клыки сомкнулись, поймав лишь воздух, я же уже был позади, падая прямо на спину твари.

Тяжелый удар клинком по твердой чешуе снова не возымел эффекта.

Нужно было действовать иначе.

Тело кобры начало извиваться, пытаясь скинуть меня. Но я крепко ухватился за ее шершавую чешую и не позволял этого сделать. Хвост нервно стучал по земле, поднимая песок в воздух.

Мое тело было неистово горячим. Я сражался уже несколько часов, имея лишь пару десятиминутных передышек, а значит это должно было сработать.

Сосредоточившись настолько, насколько это было возможно, держась за спину беснующейся змеюки, я пропустил энергию по всему телу, так, как было сказано в технике Кузнечного Молота. Но после этого не стал выпускать ее через руки, а направил в меч.

Клинок Персея завибрировал, источая зеленоватое сияние и становясь полупрозрачным.

— Получи тварина!

Если в прошлый раз клинок бился о чешую и был неспособен поразить кобру, то теперь он вошел прямо в голову, но при этом не причинил боли тварюге подо мной.

Но только пока.

Энергия рассеялась и меч снова материализовался, вот тут-то кобра и взревела. Яростно шипя, она начала биться об землю еще сильнее, а я, держась за меч, метался из стороны в сторону как какой-то флаг.

Наконец, когда мне удалось ухватиться покрепче, я протолкнул меч глубже, с усилием проворачивая его. Следом сжал рукоять, заставляя лезвие удлиниться и еще сильнее поразить змеиный мозг.

Движения кобры становились все медленнее, пока она наконец не свалилась замертво.

Я упал на спину рядом с ней. Тяжело дышал. Тело совсем не хотело подниматься. Такие техники без Дара давались мне очень тяжело. А энергию Кроноса просто так использовать не выйдет.

Очередные десять минут пролетели настолько быстро, что я даже толком не успел отдохнуть. Вдалеке, на вершине барханов послышалось грозное рычание.

Два свирепых зверя на седьмой стадии пути Героя стояли и смотрели на свою будущую жертву.

Обе твари были окружены восемью маленькими братьями на пике третьей стадии.

Всего десять зверей топтались на месте ожидая атаки. Они имели отвратительную на вид костяную броню, ярко-красные звериные зрачки и острые когти. Звери скалились, обнажая кроваво-красные зубы.

В такие моменты культиватор моего уровня, как правило, должен представить, как его разрывают на части и окончательно бы потерял волю к победе.

Но я широко улыбнулся.

Тяжелая аура злобных зверей распространялась повсеместно. Я буквально физически ощущал, как она давит на мои плечи.

И да, мне было прекрасно известно, что даже в лучшем своем состоянии победить две твари на седьмой стадии для меня практически невозможно, не говоря уж о мелких отпрысках.

Если бы я был на одну-две стадии выше, тогда можно и потанцевать. Интересно, много ли уже практиков выбыло?

Хотя какая разница? Я никогда бы не сдался без боя. Особенно если это та редкая возможность, когда можно отточить боевые способности, танцуя на краю смерти. Там, где сила и воля были бы оттеснены к своим пределам.

В ситуации, когда на кон поставлена жизнь, а любая ошибка будет фатальной. Именно тогда можно стать действительно сильнее.

— Да за кого вы меня держите? Думаете я буду убегать? Давайте! — во мне говорили злость и адреналин.

Видя, как все свирепые звери ринулись на меня, я крикнул и ударил мечом в направлении одной из тигрообразных тварей, защищаясь щитом от когтей другого.

Я ясно понимал, что вряд ли смогу совладать с двумя тварями седьмой стадии, поэтому стоило сначала извести мелочь.

Среди всех прихвостней были те, кто имел толстую кожу и крепкую плоть, однако имелись и такие, кто имел высокую силу атаки, но обладали столь же низкой защитой, как это тигрообразное существо.

Меч Персея глубоко вошел в живот твари, но в то же время дрожь прошла по моей руке. Толстая плоть крепко обняла меч, не позволяя быстро вынуть его. Я чуть было не отпустил рукоять.

В ту же секунду хвост, словно кнут бросился мне по животу. Это был один из зверей седьмой стадии. Скорость атаки была настолько быстрой, что ее легко можно сравнить с ударом молнии. Такой удар мог бы легко рассечь практика на третьей стадии Пути Героя, однако я был на пятой!

Крутанувшись прямо в воздухе, и вынув меч, я увернулся от хвоста, но напоролся бедром на острые когти второго существа.

Я почувствовал, словно раскаленное железо прошлось по моей коже, заставляя тело болеть от пылающей боли.

В это время восемь прихвостней уже окружили меня. Всего за секунду я оказался в центре смертельного круга, где меня вот-вот разорвут на части.

Дело дрянь…

В этот критический момент я оттолкнулся от земли и резко прыгнул на одну из тварей, всаживая удлинившийся меч прямо в череп существа.

Тот, кто наносит первый удар имеет преимущество!

Раздался оглушительный рев. Несмотря на рану, тигрообразный бросился вперед. В этом пространстве ни одно существо не имело страха в сердце.

Я схватил меч второй рукой, всаживая меч глубже, отчего тварь безжизненно рухнула вниз.

Но в ту же секунду меня поймали лапой сбоку, оставляя три глубоких пореза на животе. Тело после половины пути Героя становилось в несколько раз крепче, это позволило мне только что не потерять свои потроха.

Сжав окровавленную рану, я прикрылся щитом. Один был повержен, осталось еще девять, два из которых убьют меня за одно мгновение, если я хоть на секунду ослаблю бдительность. Не думал, что четвертая волна окажется настолько сложнее.

* * *

Тем временем на арене «Копье Ареса» публика ликовала. Столь невероятные сражения происходили в карманных пространствах, что просто захватывали дух.

Орест внимательно смотрел на юношу, который на данный момент представлял его клан.

— Не могу поверить, что тот бесталанный паренек, которого усыновил Антей смог вырасти в столь сильного юношу.

София нахмурилась. Она почему-то упустила тот факт, что юноша был усыновлен. Вопросов становилось все больше. Тогда в сражении с ней он не использовал щит, тем не менее обладал Даром Фемиды. Девушка могла бы поверить, что богиня справедливости подарила ему свое благословление, вот только больше он Дар Фемиды не использовал, это наводило на определенные догадки.

Многие практики уже покинули свои пространства. Некоторые из них были тяжело ранены, другие же просто использовали амулет, почувствовав, что пахнет жаренным. Не все хотели рисковать жизнью, ради парочки артефактов, пусть и таких великих.

На другой стороне арены Ирида в волнении прижав руки к груди, наблюдала, как Крей отчаянно сражается. Она была уверена, что он не отступит, даже когда окажется одной ногой в царстве Аида. За время их путешествия ей удалось немного узнать Крея, а точнее его безрассудство.

К тому же, сейчас у него не было возможности использовать какой-либо Дар. Если бы она могла, то отдала бы свой. Но сейчас юноша находился далеко от нее.

Вскоре осталось лишь четыре практика. Из кланов Зевса, Геры, Ареса и, неожиданно для всех Афины. Но людей это только раззадоривало. Многие уже начали делать ставки на то, как долго сможет протянуть Афинец. Другие же удивлялись, что юноша, который на самом деле был не из олимпийского клана, но выступал за Афины смог забраться так высоко.

Сражения продолжались. Юноша из клана Геры покинул свое пространство. Его тело было покрыто множеством тяжелых кровоточащих ран. Он был едва жив. Сумев победить всех мелких зверей, он не смог уничтожить двоих оставшихся.

Еще через четверть часа показался практик клана Ареса. Он полностью истощил свою духовную энергию и, чтобы не получить тяжелых ран, решил закончить испытание. Для него было важнее защищать свой клан, а не пасть на каком-то испытании.

Так осталось всего двое. Крей из клана Афины и Ксантиос из клана Зевса.

— Этот парень необычайно силен. Я и не думал, что кто-то может тягаться силой с практиками, благословленными самим Зевсом — в восторге проговорил кто-то из толпы.

— Это не важно, все равно его участь быть только вторым. Гляди, Ксантиос уже уничтожил двух зверей на седьмой стадии и перешел к следующей волне, а Крей все еще не может справится.

Однако спустя половину часа челюсти многих зрителей готовы были поотваливаться.

— ЧТО⁈ ОН РЕШИЛ ПРОДОЛЖАТЬ? С ТАКИМИ РАНЕНИЯМИ?

— Этот парень точно ненормальный!

* * *

Боль с каждым мгновением становилась все сильнее, но я не позволял себе сдаваться. Через липкую кровь и тяжелый труд я обязательно одержу победу.

Прихвостни снова и снова бросались на меня со всех сторон. Я технично отражал их атаки, стараясь вернуть им их доброту клинком и лезвиями на щите. Каждое движение было рассчитанным. Несмотря на рану мои скорость и реакция были на пике.

Я размахивал мечом, срезая когти тварей.

После того, как мне удалось убить одного, другие стали даваться значительно легче.

Спустя несколько минут я умертвил еще троих, однако мое тело украсило еще несколько тяжелых порезов.

Я старался использовать силу Кроноса совсем по минимуму, лишь на мгновение откатывая время назад, чтобы увернуться от атаки.

Вскоре остались только трое. Я и две твари на седьмой стадии пути Героя. Они словно ждали, пока мелочь измотает меня, чтобы потом с наслаждением прикончить.

Их мощные лапы били в землю, вызывая толчки, угрожающие сбить меня с ног. Я чувствовал, как дрожит земля под их грозными шагами.

Одно из больших существ, покрытое колючими шипами ринулось вперед, направляя свои устрашающие зубы прямо на меня. Я быстро отпрыгнул в сторону, уклоняясь от атаки и сделал резкий пируэт, чтобы ударить сбоку.

Клинок ударился о шею твари, не причинив особого вреда.

Второй тигрообраз с зазубренным хвостом и шипованной спиной также устремился на меня, но с другой стороны. Я быстро поднял щит, чтобы защититься от его ударов, но каждое его касание сопровождалось огненной болью и глубокими порезами на теле.

Я понимал, что нужно что-то изменить в своей стратегии, чтобы переломить ход битвы. Мое дыхание стало тяжелым, но я сосредоточился и начал анализировать ситуацию. У меня было всего несколько секунд на принятие решения.

В этот момент мои глаза зацепились за то, что обе твари ходят на полусогнутых ногах. А у одной из них едва видно капает кровь. Кажется, на животе было что-то вроде уязвимого место, по которому мне случайно удалось попасть.

Без колебаний я направил свои удары именно в это место. Я сосредоточил всю свою силу в резких и внезапных ударах, чтобы избежать контратак.

Мои удары стали все более точными и сильными. Меч Персея метался в воздухе, срезая куски плоти и крови, а щит Фемиды стал непроницаемым барьером, защищающим меня от смертоносных атак.

В очередной раз сфокусировав свою энергию, отпрыгивая назад во времени и корректируя свои движения с тем, что мне удалось запомнить.

Следующим движением я разбежался и прокатился по песку прямо под одного из существ, резко всадив клинок прямо в его брюхо и проведя его по инерции вниз. Горячая густая кровь хлынула на меня, заставляя зажмуриться.

Второй свирепый зверь не медлил. Он разбежался, прыгая на меня и занося свои тяжеловесные лапы. Один такой удар мог напрочь снести мне голову.

Выставив перед собой щит, я пустил в него импульс энергии, заставляя лапы чудовища окаменеть.

Но едва тот стукнул ими о землю, каменная корка с них осыпалась.

Мы начали танцевать друг вокруг друга, сталкиваясь в сериях ударов. Я старался больше бить щитом, пытаясь снова заставить тварь окаменеть, тигрообразный же не оставлял попыток выпотрошить меня своими когтями.

Я бил строго по лапам в надежде свалить существо. И когда наконец оно допустило ошибку, пытаясь ударить меня обоими лапами, становясь на дыбы, я проскочил вниз и ударил щитом по задним лапам.

Не удержав равновесие чудовище свалилось на спину, а я тут же налетел сверху, пронзая его мечом.

Предсмертный замах когтистой лапой оказался намного медленнее, так что я без труда увернулся, проворачивая клинок и окончательно убивая тварь.

Тело ныло от боли. Руки подрагивали.

Самое время было использовать амулет и вернуться, чтобы узнать, смог ли я попасть хотя бы в десятку лучших. Что-то мне подсказывало, что сильные практики ушли намного дальше меня. Ну не мог же я стать настолько сильнее. Верно?

Мои пальцы уже было потянулись к широкому карману хитона, как я вдруг остановился.

А какого черта?

Я никогда не убегал от проблем в прошлой жизни, почему вдруг стал осторожничать в этой?

Неужели…

Да! Конечно! Мне безумно интересно, как далеко я смогу дойти.

Убрав руки от амулета, я хищно улыбнулся, пытаясь сконцентрировать энергию на своих ранениях и позволяя им регенерировать чуточку быстрее.

Я не сошел с ума. Едва дело станет совсем плохо, я тут же вернусь на арену, но пока что я чувствую, что способен на большее. А значит я стану одним из лучших!

Глава 6

Тяжелый бой

Я уселся прямо в окружении тел павших чудовищ. У меня было десять минут на восстановление. Закрыв глаза, я сосредоточился на своем дыхании.

Время пролетело слишком незаметно. Все же десятка минут катастрофически мало, чтобы восстановиться после таких тяжелых поединков.

Не было слышно ни единого звука, но я почувствовал мощную ауру, источавшую силу и опасность. Появление врага ощущалось на физическом уровне.

Я открыл глаза.

В двадцати шагах от меня стояла тень воина, облаченного в древние боевые доспехи. Они были черными, словно пропитаны самой тьмой, однако имелся и золотой орнамент.

Воин был высоким. На его спине красовался широкий двуручный меч, а на руке крепился маленький щит для парирования.

Пик пути Героя? Да уж. Видимо? это моя конечная.

Хлопнув по карману, где лежал амулет, я убедился, что смогу вовремя влить в него энергию, чтобы свалить из пространства.

Сжав рукоять меча, я приготовился к схватке. Тень медленно вынула из-за спины клинок. Он был огромный. Чертовски огромный. Метра два в длину. Как вообще можно с таким управляться? Тем не менее, я был готов к битве. Глаза воина сверкнули, и он ринулся вперед.

Мы столкнулись в яростной схватке, где наши клинки с безумным грохотом встречались бесчисленное множество раз, высекая искры. Вот только если каждый мой удар с легкостью блокировался, то удары противника мне давались с трудом. Этот меч был до жути тяжелым, а силища, которую он прикладывал, чтобы вдарить по мне, делала его вес просто неподъемным.

Я уворачивался. Раз за разом пытаясь бить в моменты заминок перед следующей атакой. Раз меч тяжелый, значит и разрыв меж атаками будет огромен, думал я.

Но хрен там. Этот урод настолько быстро махал громадным клинком, будто тот ничего не весил.

Его движения будто таяли в воздухе, а защита была непроницаема. Он владел искусством боя настолько идеально, что я ощущал смертоносность каждого его удара.

Я продолжал двигаться, используя способности своего тела на максимум. Было очевидно, что едва я замедлюсь, он тут же использует это мгновение, чтобы поразить меня.

Очередной удар раскинул нас в разные стороны, но тень воина тут же разбежалась, высоко подпрыгнув.

Я мгновенно ушел влево, избегая тяжелого удара сверху и в ответ вскинул меч Персея. Словно змея он удлинился в мгновение ока и вонзился в бок моего противника, оставляя глубокую рану.

Но воин даже не обратил внимание на рану, оказавшись на земле, он тут же бросился на меня, широко замахиваясь клинком.

Я попытался откинуть время назад, но не смог. Духовная сила была практически истощена.

Вскинув щит Фемиды, я готовился принять эту атаку. И у меня бы вышло, но в тот момент произошло то, что я никак не мог предвидеть.

На клинке воина вспыхнула кроваво-красная энергия, опутывая его сотнями тонких лезвий.

Это усилило удар в несколько раз, отчего, едва соприкоснувшись со щитом, его клинок отбросил меня на добрых десять шагов.

Я пошатнулся, хотел сменить позицию, но мне не позволили. Снова прыжок и убийственный удар сверху.

Уйти не удавалось.

Я снова потянул пространство на себя, оказываясь в исходной точке на десять шагов в стороне.

Нос начал кровоточить, голова гудела, ноги подкашивались.

— Черт бы тебя побрал, сволочь. Еще и Даром Ареса обладаешь. — прошипел я, сплюнув густую кровь.

Но воин и не думал отвечать. Вместо этого он снова кинулся на меня, замахиваясь клинком. Его руки окутала энергия Ареса.

Поддавшись порыву адреналина, я кинулся в ответную атаку.

Наше сражение превратилось в ожесточенную битву, где клинки метались столь быстро, что было невозможно уследить за ними. Быстрый и техничный воин с мощными смертоносными атаками и я, жадный до победы, закрывающий пробелы в обороне и атаке реликвиями.

Мы сталкивались снова и снова. Сверкание стали и всплески крови наполнили воздух.

Моей крови.

Я начал пропускать удары. В последний момент отклоняясь, мне удавалось получить небольшой порез, вместо отрубленной конечности, но каждая рана заставляла меня терять кровь.

Раны и истощение были слишком сильными, чтобы продолжать.

Я стиснул зубы, пытаясь выжать из себя как можно больше.

Движения замедлялись, а удары становились менее точными. Дыхание перехватывало.

Воин почувствовал мою слабость и стал еще яростнее.

В вихре наших клинков он резко сделал шаг вперед, глядя мне в глаза своим холодным безжизненным взглядом.

Энергия Ареса завязалась на его руке. Он отпустил ей меч и ударил прямо мне в грудь.

Сотни кровавых лезвий моментально пронзили мою грудь, вылетая из спины. Изо рта хлынула кровь.

— Сучий сын…

Я нашел в себе силы, чтобы вскинуть меч и вонзить ему в грудь.

Другой рукой я было потянулся за амулетом, но тень воина схватила меня за руку, не позволяя этого сделать.

Что за черт?

Он знает про амулет?

Но это же просто иллюзорный мир.

Я уперся ногой в него и резко отпрыгнул назад. Грудь кровоточила, причиняя неимоверную боль.

Но едва я хотел засунуть руку в карман за амулетом, воин бросил свой меч и молниеносно оказался передо мной, хватая меня за предплечье. Без меча он двигался раз в десять быстрее.

Я замахнулся мечом Персея, но он отклонил удар рукой, объятой Даром Ареса.

Следом он замахнулся, ударяя меня в бок. Не в силах устоять я рухнул на колени. Мое сознание стало медленно затуманиваться.

Воин занес свою руку. Он хотел ударить меня ребром ладони. Этот рубящий удар вкупе с энергией Ареса запросто мог разрубить мою голову пополам. Такова была сила пика пути Героя.

Но я никак не ожидал, что эта тварь знает про амулет и не даст мне им воспользоваться

Рука стала молниеносно опускаться, словно гильотина, несущая за собой неминуемую смерть.

* * *

На арене было тихо. В какой-то момент даже самые ярые болельщики замолкли в шоке наблюдая за тем, что происходило.

Во втором этапе осталось только двое и сейчас оба сражались с противником на пике пути Героя. Но это был не обычный воин.

— Ты же помнишь мастера Сетоса? — тихо проговорил глава клана Афин.

— Да, Сетос Сагона, родной брат Хареса — главы спартанского клана, — ответила София.

— Так вот, он считается одним из лучших мастеров, кто может создавать духовные проекции. Эта тень — его рук дело.

— Вот как. Но все равно не пойму, разве тень может быть столь разумной и адаптивной к стилю боя соперника. У Ксантиоса противник сидит в обороне используя точечные контратаки, а у Крея наоборот, воин пытается задавить огромным напором.

— Вообще не может. Просто Сетос сделал тень с молодого Хареса. Потому она столь сильна.

София нервно перевела взгляд туда, где показывали поединки. Крей на последнем издыхании вел свой поединок, в то время как Ксантиос весьма успешно теснил своего противника.

Но то, что произошло после заставило сердце девушки замереть, а все трибуны одновременно воскликнуть.

Кто-то встал, хватаясь за голову, кто-то в ужасе раскрыл глаза так, словно глазные яблоки могут вот-вот вывалиться.

— Я не верю, — тихо проговорил один из зрителей. — Как это вообще возможно?

— Кажется это испытание непосильно даже лучшим.

— Гидра тебя раздери, неужели наши глаза нас не обманывают?

Одно из облаков, что показывало изображение с карманного пространства потухло.

Посреди арены появился юноша, который тяжело покачивался из стороны в сторону. Его руки, грудь, лицо, все было в крови.

Он упал на колени.

Из его рта безостановочно лилась кровь.

Еще секунду он умудрился оставаться в сознании, после чего рухнул лицом в землю.

Прибежали лекари, началась суматоха.

Лидер клана Зевса смотрел на арену с прищуром, после чего перевел взгляд на оставшееся облако.

— К… КСАНТИОС ВЫБЫЛ! — не без страха произнес глашатай.

Казалось, что юноша был намного сильнее. До последнего он теснил своего противника, который уже шатался от недостатка сил. Он даже не атаковал, просто отчаянно защищался в надежде прожить еще немного, пока, в самый последний момент не оказалось, что все это было тщательно спланировано тенью воина.

Когда Ксантиос в очередной раз замахнулся клинком, от которого исходила мощнейшая молния, что громовыми раскатами сотрясала все окружающее пространство. Воин внезапно ушел в сторону и, резким выпадом клинка, который в мгновение ока окружила мощнейшая энергия Ареса, проткнул грудь Ксантиоса.

Юноша обессилено повис на клинке. И только Зевс знает, как ему удалось найти силы, чтобы достать амулет и активировать его так, чтобы тень не помешала.

В тот момент трибуны молчали в неверии. И никто даже не подозревал, что это было не самым страшным потрясением, которое они сегодня испытают.

Потому что то, что увидела публика дальше, заставило удивленно встать даже Хареса, главу клана Ареса, который прекрасно знал, каким образом была создана эта тень.

* * *

Рука опускалась мне на голову, словно топор палача. Сил в теле не было. Ни духовных, ни физических.

Я стиснул зубы. Времени думать не было, поэтому я доверился инстинктам. Отключил мозг и просто дал телу сделать то, что оно желало.

Много раз мне доводилось слышать, что в моменты смертельной опасности тело превосходит все свои пределы. Кажется, в этой ситуации я испытал нечто такое.

Вся боль и вся энергия, что скопились в моем теле.

Я собрал ее в кулак. Наручи пустоты завибрировали так, что все мое тело затрясло.

Бросив меч, я ударил в живот тени.

Это был простой удар, даже совсем не сильный, однако рука воина мгновенно остановилась. Он шагнул назад. Глядя на свои руки, энергия в которых медленно истончалась.

У тени воина не было видно черт лица, только глаза, что медленно потухали. Но спустя секунду все стало ясно.

Его фигура начала скрючиваться, плечи опустились, будто на них давила огромная тяжесть прожитых лет.

Последний шаг Кузнечного Молота, сопряженный с энергией Кроноса, позволял состарить противника. Вряд ли это сработало бы на живом практике. Но тень была техникой. А техника наиболее восприимчива к другим техникам. Это правило я уяснил.

Но что более важно.

Нельзя было показывать это тем, кто смотрел за мной с трибун.

Резко подскочив, я схватил меч Персея. Не знаю, как мне удалось найти после такого в себе хотя бы крупицу сил. Как там говорят, с божьей помощью, хах.

Я бросился вперед, вонзая клинок в тень. Резко проворачивая его, я смотрел, как из раны вытекает черная словно деготь жижа.

Повалив тень на землю. Хотя, скорее просто упав на нее без сил, я все еще держался за свой клинок, после чего наконец смог использовать амулет.

Появившись на арене, я услышал лишь гнетущее молчание.

Все смотрели на меня.

Тьфу ты. Ну может я и не вошел в топ десять. Можно было и порадоваться немного, что я так старался.

А впрочем… срать я на вас хотел.

Мое тело окончательно отказало. Я почувствовал, как земля уходит из-под ног, но прежде, чем я ощутил боль от падения, сознание покинуло меня.

Последнее, что я услышал было то, как толпа просто разорвалась немыслимыми криками восхищения.

Такими, которыми они встречали главу клана Зевса — Агатона Астер.

Да уж, вряд ли эти овации предназначались мне.

* * *

Толпа безудержно ликовала. Даже те, кто искренне болел за кланы Зевса и Ареса были рады победе практика, представляющего клан Афины. Все просто, люди пришли сюда получить зрелище и эмоции. А этот парень подарил им их. Причем еще и сверху насыпал.

Агатон поднялся, аплодируя. А его похвала значила очень много.

— Вот это да. Орест! Ты не говорил мне, что такой гений появился в Микенах. Я поражен. Даже Ксантиос не выстоял. Что ж, во всяком случае, я тут подумал. Турнир вышел скучноватым, за исключением, конечно, малыша по имени Крей. Согласитесь, парень знатно нас удивил.

Толпа ответила одобрительным ликованием.

— Что ж, я полагаю, что ему можно сделать поблажку, верно? Я решил, что третий этап турнира пройдет несколько иначе. Раз уж многие практики получили столько ранений, почему бы нам не устроить поединки между наследниками? Конечно, вы вольны отказаться от борьбы за призы, равно как и оспорить мое предложение. А юноше, что победил во втором этапе, мы тоже предложим поучаствовать. Это огромная честь, столкнуться с наследниками и драться с ними на равных. Считаю, что парень полноправно ее заслужил!

В тот момент все зрители чуть ли не взорвали себе руки от аплодисментов. Они ликовали. Никто, идя на турнир, не ожидал, что они получат столь великолепное представление, как битву наследников.

Многие главы кланов усмехнулись. Практически каждый ожидал, что Агатон сделает что-то подобное.

Он явно не хотел отдавать призы кому-то другому. А уж с Леоном, его наследником, вряд ли кто-то сможет тягаться.

Один за другим главы кивнули в знак согласия.

— Естественно, наш юный чемпион сможет отказаться от поединка, если посчитает, что недостаточно силен. У всех и всегда есть выбор. Мы же не дикари, верно? — он заискивающе посмотрел на главу клана Посейдона. — Что касается времени. Полагаю и тут мы дадим нашему герою поблажку в виде пары дней на восстановление. Третий этап турнира пройдет через два дня. А до тех пор предлагаю воспользоваться гостеприимством клана Ареса. У них, как я знаю, просто отменная жареная дичь.

Наконец все закончилось. Люди медленно стали расходиться. Однако каждый обсуждал неожиданную победу.

Крея унесли лекари.

Орест задумчиво почесал подбородок.

— Софи.

— Да, отец.

— Проследи, чтобы нашего юного таланта подлатали как следует. Если нужно, можешь использовать свою энергию. Как очнется, обязательно сделай так, чтобы он согласился на последний этап. — глаза главы клана Афин горели некоторой искоркой азарта. — Я хочу посмотреть, как далеко он способен зайти.

София была в глубоком шоке. Отец позволил ей, наследнице благородной крови и энергии, использовать свой Дар, чтобы помочь приемному сыну клана Фемиды. В это было сложно поверить. Тем не менее девушка была не против. Она послушно кивнула, удаляясь к домам лекарей.

Тем временем Крея уже отпаивали отварами и наносили лекарственные травы на тело.

Через некоторое время его посетила наследница клана Афин. Девушка села около кровати, глядя на юношу без сознания.

В тот раз, когда он вызвал ее на поединок, она и подумать не могла, что этот парень окажется столь силен. Тем не менее в нем было множество загадок, многие из которых противоречили друг другу.

А загадки привлекали Софию.

Загадки, сила, настойчивость. Все это как-то органично переплелось в Крее, что девушка даже не хотела признавать тот факт, что он ей симпатичен.

Она встала и подошла ближе, положив ладонь на его щеку.

Едва она стала наклоняться, как вдруг в дверь постучали.

Следом, не дожидаясь ответа вошел человек.

Едва они встретились взглядом с Софией, словно воздух заискрил.

— Что наследница Гермеса забыла в палате представителя Афин? — холодным тоном спросила девушка.

Тем, кто зашел, была Ирида. Она беспокоилась за Крея и хотела навестить его, однако никак не ожидала увидеть тут наследницу Афин.

Однако, острая ревность кольнула ее в сердце, когда она опустила взгляд и увидела, как рука Софии лежит на лице юноши.

— Ох, прости, не знала, что теперь обычных Афинских пешек обслуживает наследница. Или может ты домогаешься его, пока он спит?

Но София не обратила внимания на эти издевки. Ее натура была холодной и слегка высокомерной, так что злиться из-за каких-то неловких оскорблений в свой адрес она не намерена.

— Повторяю вопрос. Что наследница Гермеса забыла в покоях представителя Афин?

София повернулась в сторону Ириды. На ее руках зажглись клубы синеватой энергии. Мгновенно воздух в помещении стал тяжелым.

— Если ты не выйдешь сама, мне придется тебя вышвырнуть.

Ирида усмехнулась.

— Ну попробуй, белобрысая шлюха!

Глава 7

Кровавое озеро

Я медленно очнулся. Тело все еще неприятно ныло, но тем не менее, я был жив здоров и даже не лишился руки.

Читывал я во времена универа одну книжонку, там автор любил персонажам руки отрубать.

Но, впрочем, проснулся я явно не оттого, что мое тело отдохнуло и было готово к новым свершениям, а потому, что прямо около моей койки стояли две прекрасные девушки, готовые просверлить друг друга взглядом.

Духовные силы Гермеса и Афины уже витали в воздухе, готовые вот-вот столкнуться в безумном вихре.

Боже мой, какая метель разгорелась. Получается я неожиданно оказался в эпицентре женской борьбы за мою скромную персону. Не так уж и плохо. Но, все же нужно разделить их. Как там говорят? «Разделяй и властвуй».

Я медленно встал с постели, перетянув внимание девушек на себя. Они на мгновение забыли о своей вражде и одновременно сделали шаг в мою сторону, но в то же мгновение снова встретились взглядами.

Могу поклясться, я видел искры от этого столкновения.

— Я, значит, чуть не помер, а вы решили, что будет хорошей идеей сразиться прямо у моего еще даже не остывшего тела? — почему-то я решил, что будет хорошей идеей начать с отчитывания.

И не ошибся ведь. Потому что и та и другая были достаточно высокомерны, чтобы слушать мои нравоучения. А уж тем более принять для себя и друг для друга истинную причину перепалки.

— Нет, я, конечно, понимаю, что я слишком хорош и вы обе решили подраться, чтобы решить, кто будет рядом, но поверьте, я молод и вынослив, меня на всех хватит.

О, блаженное чувство, видеть, как разгоряченные девушки, которые хотели минуту назад друг другу волосы повыдирать, сейчас стояли заливаясь краской на лице.

— Вообще-то я здесь по приказу моего отца. Поскольку ты представляешь клан Афин, я обязана проследить, чтобы ты восстановился и не опозорил мой клан. А вот что здесь делает наследница Гермеса — это для меня большой вопрос.

Ирида прищурила глаза.

— Ты слишком много о себе мнишь, раз подумал, что мы столкнулись из-за тебя. Я просто хотела взглянуть на победителя, только и всего. Ах, да…

Она медленно подошла ко мне, проведя рукой по щеке и подмигнула.

— Надеюсь ты помнишь свое обещание той ночью. Оно распространяется не только на Лиру.

Я точно слышал, как заскрипела зубами София.

Ирида же, полностью уверенная в своей победе, усмехнулась. Выходя из комнаты, она кокетливо произнесла.

— Встретимся позже.

София перевела на меня гневный взгляд. Ее брови хмурились, а сапфирово голубые глаза готовы были в любой момент прожечь во мне дыру.

— И какие у тебя могут быть дела с наследницей Гермеса? Что еще за обещание?

— Ох, не беспокойся, мы просто путешествовали какое-то время вместе, вот и все. Лучше скажи мне, как я выступил? Смог пробраться повыше? Или совсем все плохо?

— Ну, вообще то ты вышел последним из пространства, а значит победил. Отец рад, что я нашла такого способного участника. — София решила оставить расспросы личного характера, к тому же, ее разум прояснился от гнева и по ее лицу было отчетливо видно, что она смущена произошедшим, в том числе и сказанным ей.

— Что?

Признаю, я был удивлен. Мне казалось, что клановые практики намного сильнее, а я лишь превозмогал на пике своих сил, чтобы хоть немного дотянуться до них. А в итоге перестарался и перепрыгнул.

— Сама удивлена. Но ты правда отлично постарался. Но третий этап будет в разы сложнее. Видишь ли, клан Зевса решил устроить турнир между всеми наследниками. И ты удостоился якобы чести, чтобы в нем участвовать. На деле Агатон просто хочет показать превосходство своего клана. И тебя, скорее всего, просто задавят сильные практики. Все зависит от того, с кем ты попадешься в первом туре. Я бы очень хотела посоветовать тебе отказаться, потому что все наследники чрезвычайно жестоки и ради силы они готовы на все. Вот только отец приказал об обратном. Пойми меня правильно, я вижу, что ты достойный практик и человек, поэтому я нарушаю приказ отца.

— Все в порядке. Я буду участвовать.

— Что? Но тебя запросто могут убить. Твоя культивация… Может ты и добрался до пятой стадии пути Героя, но это было совсем недавно, ты даже не закрепился на ней, чтобы сразиться с наследниками.

— Значит я найду способ стать сильнее.

— За полутора суток? Это невозможно. К тому же, ладно если ты встретишься с кем-то из клана Диониса или Афродиты. Хотя Аполлон и Деметра тоже сойдут, у тебя может и будут шансы что-то противопоставить, но, если тебя сразу закинут к Резу или Леону? Кланы Зевса и Ареса никогда не щадят проигравших.

— Что я вижу? Холодная леди София беспокоится за меня? Несколько дней назад ты считала меня второсортным практиком, который не сможет и удара тебе нанести, — я медленно поднялся, взяв ее за руку, отчего щеки девушки покрылись румянцем. — Поверь, я знаю, что делаю. И ты не ошиблась, взяв меня на турнир, вместе мы докажем, что практики в Афинах ничуть не слабее, чем в Коринфе, Олимпии или Спарте. А теперь, если ты не против, я бы еще немного отдохнул.

Глаза Софии внимательно смотрели в мои, она с замиранием дыхания слушала мои слова. И черт меня дернул, прошу прощения, Аид меня дернул сказать следующие слова.

— Если, конечно, ты не хочешь разделить отдых со мной в этой чудесной кровати.

Это была очень твердая пощечина от смущенной девушки, которая, тем не менее улыбнулась после и ушла.

А рука у нее тяжелая.

Разобравшись с девушками, от которых, верно говорят, одни беды, я обнаружил на столе бутылку амброзии. Судя по всему, София оставила очередной подарок за отличное выступление на Олимпийском турнире.

Однако, подняв бутыль, я обнаружил под ним записку. Этот почерк мне уже был знаком. Точно такую я получил во время визита Реза в Микены.

Юный друг. Твои успехи определенно радуют меня. Я очень рисковал, делая эту ставку, тем не менее ты доказал, что я не зря обратил на тебя внимания. Я знаю, что ты не отступишь и будешь участвовать в турнире. Но ты все еще далек от той силы, что нужна, чтобы совладать с наследниками.

Если в тебе достаточно мужества, приходи ночью к южным воротам Спарты. Далее сверни в лес и пройди на восток до скалистого обрыва. Там пусти небольшой импульс духовной силы.

Я укажу тебе путь к силе, однако знай, этот путь намного сложнее и ужаснее смерти. Вопрос лишь в том, согласишься ли ты на него.

Я нахмурился. Конечно, доброжелатель — это хорошо, вот только зачастую это происходит далеко не просто так. Варианта два. Либо у этого человека свои интересы в том, чтобы я победил Сагону, либо ему нужно, чтобы я его убил. Что в принципе одно и то же, учитывая исходы, о которых говорила София.

Что это ловушка я даже и не думал. Этот человек уже помог с Клеомедом, не было причин не верить ему сейчас.

Да и признаться, любопытство одолевало меня, поэтому я решил последовать этим указаниям.

Амброзию я решил оставить на потом. Если там, куда я направляюсь, мне предложат способ увеличить свои силы, то лишняя духовная сила от амброзии мне явно пригодится.

По наступлении темноты, я незаметно покинул здание лекарей. Миновав южные ворота, я прошел в лес и, когда дошел до скалистого обрыва, заставил небольшой импульс духовной силы выйти наружу.

В тот же момент передо мной появился силуэт. Он был очень похож на того теневого воина, которого я встретил во втором этапе турнира, но не внешностью, а типом духовной силы и способом создания.

Тень медленно скользнула с края обрыва и полетела вниз.

Я подошел ближе. Внизу даже не видно было дна. Казалось, что этот обрыв вел в бездну ада, или прямо в Тартар, как тут любят говорить.

Тень пролетела вниз и в какой-то момент нырнула в скалистую стену. Отсюда кое-как можно было заметить совсем небольшой выступ. Скорее всего прямо там находилась некая пещера, или что-то вроде того.

Я пожал плечами. Раз уж я приперся, глупо было бы разворачиваться на половине пути.

Приготовившись, я глубоко вдохнул и, разбежавшись, сиганул вниз.

В полете я резко развернулся лицом к скалистым выступам.

Спустя мгновение я наконец увидел ту самую пещеру. Резко активировав наручи, я потянул пространство на себя.

Меня выплюнуло прямо внутрь пещеры. Не удержав равновесие, я все же свалился на каменистый пол.

— Там были лианы для спуска. Хотя, признаю, твой способ куда эффектнее, но об эффективности я бы еще поспорил. Ха!

Я поднял глаза на этот голос и удивленно вскинул бровь. Передо мной стоял высокий, крепкий мужчина с кроваво-красными волосами, выглядывающими из-под глубокого капюшона широкого балахона.

Мне уже доводилось видеть его. Именно он встречал нас с Софией на входе в гостевые резиденции. Кажется, его называли мастер Сетос. И в чем он мастер? Водопровод греческий чинит?

Хотя ладно, это лукавство у меня зачастую от нервозности. Знание того, кто передо мной только породило множество других вопросов. На кой черт второму человеку в клане Ареса желать того, чтобы наследник умер.

— О, твое лицо раза четыре изменилось, пока ты смотрел на меня. Мне нравится реакция. Что ж, проходи глубже. Думаю, у тебя множество вопросов, и представь себе, я готов на них ответить, но прежде ты ответишь на мои.

— Ого, — сказал я, поднимаясь и отряхивая свой хитон. — Даже не будет никаких загадок и пафосных испытаний?

Сетос рассмеялся. Мы прошли глубже. В пещере становилось темнее и холоднее. Камни и сталактиты образовывали зловещие тени, а воздух все больше наполнялся странной тяжелой аурой.

— Итак, ты решил участвовать в битве наследников, понимая, что силой не дотягиваешь, я прав?

— А куда деваться? Сестру спасать надо. — снова слукавил я.

Не скажу же я ему, что мне нужно встретиться с как можно большим количеством практиков, чтобы стянуть их энергию.

— Это хорошо. Тогда вот мое предложение. Я покажу тебе способ стать сильнее. Он болезненный и очень опасный. Тебе решать, воспользоваться им или нет. В турнире ты так или иначе встретишься с Резом. Я бы очень хотел, чтобы ты убил его. Естественно, не просто так. Я, в свою очередь освобожу твою сестру и прослежу, чтобы не было никаких поползновений в сторону клана Фемиды. Если интересуют деньги, или Амброзия высшей пробы — говори, я, несомненно, смогу выплатить эту цену.

Как я и думал. Убийство. И я даже догадывался зачем, но все же решил уточнить.

— Рез единственный наследник, верно?

— Хороший вопрос. Именно. И после его смерти, если вдруг Харес внезапно решит отправиться в отпуск на лодке Харона, то клан перейдет в мои руки. Я устал видеть, как Спарта пляшет под дудку клана Зевса. Мы равные олимпийские кланы, и, если Зевс владыка пантеона на Небесах Небес, это не значит, что на земле его клан тоже главенствует.

Я многозначительно кивнул, пытаясь понять, какие перспективы для меня сулит это.

Стоило подумать о будущем.

— Земельный участок в Спарте было бы заиметь совсем неплохо.

— О, ты знаешь толк в цене. Это не проблема, если я стану лидером клана.

Мы дошли до широкого, просторного помещения, посреди которого в свете факелов виднелось небольшое озеро. Хотя правильнее было бы назвать его источником.

Странность была в том, что этот источник имел воду кроваво-красного цвета. Именно от него исходила тяжелая зловещая аура, которая давила на плечи.

Поверхность кровавого источника покрывали жидкие лезвия, которые медленно двигались и вращались, создавая зловещий шорох. Эта кровавая энергия была настолько плотной и острой, что даже при самом легком прикосновении она могла нанести серьезные порезы. Однажды погрузившись в источник, он моментально проникнет в кожу, заполняя в каждую клетку тела, вызывая жгучую боль и бесконечные муки.

Его сияние было настолько ярким, что красный свет перебивал освещение факелов.

И если это было видно, только лишь при первом взгляде, то я даже представлять не хотел, что будет, если туда нырнуть.

Но даже тупой бы догадался, что меня привели сюда именно за этим.

— Этот источник — уникальное явление. Он состоит из чистой энергии Дара Ареса. Вода обладает огромной силой и способна увеличить культивацию, раскрывая скрытый потенциал практика. Во сколько увеличится твоя сила — зависит лишь от тебя. Как долго ты сможешь пробыть в месте, которое приносит тебе боль от сотен тысяч лезвий, что кромсают твое тело каждый миг? Но это, увы, не все. Если ты хоть на мгновение отвлечешься или потеряешь концентрацию, то в тот же миг погибнешь. Предельная осознанность должна стать твоим лучшим другом в этом месте.

Источник заманчиво сиял, словно притягивая к себе.

— Каждое мгновение будут проверяться твои сила воли, решительность и выносливость. Тебе придется бороться до самого конца.

Я ощущал, как мой пульс учащается от представления возможностей, которые сулил этот источник. Однако я также осознавал, что мне придется вынести настоящий ад ради силы.

Рискнуть и принять вызов или же трусливо отказаться от него, оставляя ощущение упущенной возможности.

Думаю, этот вопрос даже не прозвучал в моей голове. Выбор был очевиден.

— Требуется невероятная ментальная сила, чтобы выдержать эту неописуемую боль и…

— Да я понял уже, хватит драматизировать. Что мне нужно сделать? Просто нырнуть туда?

Сетос вопросительно посмотрел на меня как на идиота. Нет, ну в чем-то он был прав, источник, способный убить тебя, и я так легкомысленно к этому отношусь.

Но на самом деле я прекрасно взвесил все за и против. Мне нужна была эта сила.

Стянув с себя хитон, я подошел к источнику, жидкие лезвия забурлили в воде еще быстрее, словно приглашая меня внутрь.

— Стоит ли мне выпить амброзию перед этим?

— Ты точно смерти захотел? Нет конечно! Оставь ее, если удастся выжить, закрепишь результат. Рез пробыл там всего семь часов. Лучшие практики Спарты справлялись не больше пяти. Даже если ты выдержишь один час, это будет отличным возвышением твоей силы.

Я шагнул внутрь.

И резко погрузился в воду по пояс. В тот момент истошный крик вырвался из моего рта сам собой. Я даже не успел понять, как это произошло.

Ощущение сложно передать словами. Как будто тысячи острых игл пронизывали мое тело одновременно. Жгучая боль проникала глубоко внутрь, словно пылающий огонь, который не знает милосердия.

Лезвия, покрывающие поверхность источника, начали наносить резкие порезы на моей коже, оставляя следы крови на каждом шагу. Любое движение было исполнено мукой, и все внутри меня кричало от боли. Я старался сосредоточиться, но адская боль была настолько интенсивной, что трудно было даже дышать.

Мои мышцы судорожно сокращались, противостоящим жгучей энергии. Чувствовалось, что каждая фибра моего тела рвется и противится этому мучительному испытанию. Однако я не мог сдаваться. Моя воля была сильна, и я решил пройти через эту адскую боль, чтобы достичь невероятной силы, которая крылась внутри этого источника.

Время казалось бесконечным в этом источнике мук и страданий. Каждая минута была прожита с трудом. Но я продолжал идти вперед, несмотря ни на что. И уже зашел в воду по грудь.

Через каждый миг, я чувствовал, как моя энергия растет, как каждая клетка моего тела наполняется мощью. От этого роста моя сущность расширялась, раздирая все ограничения. Но цена, которую я платил за эту силу, была невыносимой.

Адская боль и муки только усиливались. Мое сознание было пронизано туманом боли, и я едва мог сосредоточиться. Но я не мог позволить себе отвлечься или потерять контроль. Я знал, что даже малейшая ошибка может привести к смерти.

Наконец, после нескончаемых мук я достиг предела своей выносливости. Нужно было выходить, иначе мои мозги точно отлетят набекрень. Надеюсь, я провел здесь хотя бы час, потому что я явно чувствовал, что моя культивация возросла.

Однако то, что я услышал от Сетоса заставило мое сердце сжаться.

— Десять минут. Весьма неплохое начало.

Глава 8

Прорыв за прорывом

Тишина окутывала пещеру, словно плотный покров. Все звуки и шумы исчезли, оставив лишь зловещее молчание. Темнота, прерываемая лишь едва заметным свечением кровавого источника, придавала месту таинственность и загадочность. Пламя факелов мерцало на стенах, создавая жуткие тени, словно призраки, пляшущие на каменных стенах.

Даже само кровавое озеро казалось обладающим своим разумом, словно оно было живым существом, способным видеть и чувствовать каждого, кто смел приблизиться к его источнику. Его алый цвет и мерцающее сияние создавали мертвенно-красный оттенок вокруг, словно оберегая свою сокровищницу невероятной силы.

Десять минут⁈ Ты издеваешься?

Мне казалось, я кричал, на деле же мне не удалось даже раскрыть своего рта. Боль не только сводила скулы, но и лишала меня чувства собственного тела.

Я думал, что прошла уже целая вечность. Но как обычно, сдаваться было рано. Человек, который выдержал пятидневку по девять часов каждый день способен на многое!

В моей голове еще оставались силы для шуток, а значит я мог продолжать. Если выйду сейчас, то потеряю шанс стать сильнее.

И я не собирался покидать источник, пока не достигну пика Пути Героя. А для этого мне нужно было преодолеть целых пять стадий.

Я чувствовал, как энергия озера проникает в мои раны, разрушая меня изнутри. Это было невыносимо больно, но я не издавал ни звука. Я сжимал зубы и терпел эту агонию. Моя энергия росла с каждой секундой. Я чувствовал, как моя сущность меняется, как мой потенциал раскрывается. Энергия взвинчивалась вверх, все больше наполняя мое тело, а внутренний огонь воспылал так ярко, будто готов был спалить все в округе.

Каждое движение, каждый вдох казался невыносимой мукой и все во мне сопротивлялось этой зловещей силе, очищая ее и принимая внутрь чистой энергией.

Я никогда не позволю победить меня этому источнику.

На пятой стадии Пути Героя, я ощущал, как сила внутри меня возрастает, а сам я все глубже познаю особенности своих возможностей. Это было похоже на созерцание множества путей передо мной. И моей задачей было выбрать тот, который приведет меня к наивысшей точке моей силы.

Мышцы сжимались и разжимались с бешеной скоростью, тяжело справляясь с бешеной болью. Тело было на грани выносливости.

Но я до скрипа сдавил зубы и шагнул дальше. Наконец все мое тело скрылось под водой до самой шеи.

В голове мелькнула мысль о том, что я выйду весь в ужасных шрамах.

Было страшно смотреть вниз, но даже так, в густой красноте кровавого озера я не видел своего тела и не мог понять, была ли в воде моя кровь?

Хотя, конечно, была. Меня словно пропускали через долбанную мясорубку.

Прорыв на шестую стадию ознаменовался небольшим укреплением тела, что позволило мне на секунду выдохнуть. Но в тот момент, я готов был поклясться, чертов источник будто почувствовал, что я стал крепче и начал изрезать мое тело с удвоенной силой.

Энергия Дара Ареса пыталась разорвать мое тело и выпотрошить прям здесь. Но я противостоял ему, отчаянно фокусируясь на течениях духовной силы и балансируя физическую и энергетическую составляющую.

Едва мне удалось закрепиться на шестой стадии, как энергия снова хлынула, словно вода, прорвавшая дамбу, по моим каналам, возвышая меня еще больше.

Барьер обрушился под таким невероятным напором и передо мной открылась седьмая стадия. Вместе с капиллярами, видимо, потому что из носа и уголков глаз медленно закапала кровь.

Мир вокруг казался рушащимся, но я вынужден был подавить свои собственные чувства и реакцию, оставив лишь полный фокус. Иначе мне бы пришлось погрузиться в хаос этой адской боли.

Мои мысли должны быть ясны, а воля — непоколебима.

— Отлично, мой юный друг. Держись. Ты определенно делаешь огромные успехи. Прошло уже половина часа.

Сетос даже не нервничал. Да и с чего бы ему. Понятно, что он сделал на меня какую-то ставку, но в отличие от Кроноса, для которого я был единственным спасением, Сетос, в случае неудачи, мог найти другого бойца. В конце концов такие как он рано или поздно добиваются власти, пусть и совершенно нечестным путем.

Тем временем вместе с адскими мучительными наплывами боли были и приятные моменты. Мои мышцы крепли, а кости становились тяжелее и жестче.

Каждое мгновение боль пыталась сломить меня. Глаза уже начала застилать кровавая пелена.

И когда я снова уже вот-вот готов был сдаться, барьер внутри меня рухнул, а внутренний огонь полыхнул теплом по всему телу, помогая ранам от жидких лезвий быстрее затянуться.

Восьмая стадия. Было сложно поверить. Но прямо сейчас я буквально высасывал силу из самой природы. Энергия поступала внутрь просто громадными количествами, и все это я тщательно разгонял по организму, контролируя каждый ее поток.

Наконец, я смог обратить это ощущение разрушающегося мира вокруг в свою пользу. Каждый удар боли становился топливом для моего внутреннего огня. Я поглощал все, что производило чертова красная вода и творил из нее свою собственную силу.

Время текло предательски медленно. По ощущениям я находился в воде всю ночь напролет. Уже давно должно наступить утро. Но вдалеке выход из пещеры был укрыт все той же теменью ночи.

— Два часа! Для стороннего практика это просто громадный успех! — воскликнул Сетос.

Какого хера ты веселишься, дед.

Каждый удар кровавого озера отражался в самой глубине моей души. Я был на грани того, чтобы потерять не только контроль, но и сознание в целом.

Я понимал, что в этот момент проходила проверка больше не физической силы, а духовной стойкости.

Слегка пошатываясь, я закрыл глаза и сосредоточился.

Внутри себя я искал источник силы, чтобы не дать этой адской энергии погубить меня.

С каждым шагом к девятой стадии, я чувствовал, как моя сущность претерпевает перемены. Каждая клетка замирала от героической силы, которая множилась во мне.

Последний мой рывок и последняя капля выносливости ушли на то, чтобы мысленно подтолкнуть поток энергии, чтобы тот совершил большой круг и наконец впустил меня за врата девятой стадии.

Все то время, что я страдал, Сетос просто сидел на берегу и спокойно смотрел за мной. Каждый мой прорыв он многозначительно кивал и едва заметно улыбался.

Тем временем прошло пять с половиной часов. Я уже превысил время, которое проводили в этой воде крепкие спартанские практики.

Клянусь, каждую секунду, пробытую там после пятого часа я словно молил сам себя выйти наружу. Я мечтал об этом всеми фибрами души.

И я бы с радостью так сделал. Передохнул пару часов и вышел. Вот только по словам Сетоса, это чертово озеро не принимает практика обратно. Оно просто не дарит энергию так, как отдает ее в момент первого погружения.

Я шагнул еще дальше. Мой рот погрузился в воду.

А мясорубка на всем остальном теле продолжалась. Я не мог сказать, осталось ли там ниже груди вообще хоть что-то.

Но какой смысл уходить отсюда, не дойдя до конца, верно?

Какой смысл покидать озеро, не добравшись до той силы, которая поможет втоптать в грязь высокомерных наследников?

Десятый барьер также был успешно пройдет.

На тот момент каждый сантиметр моей кожи стенал от того, что был покрыт ранами и шрамами.

И тут начиналось самое сложное. Достигнуть пика десятой стадии было одно, но мог ли я замахнуться на то, чтобы преодолеть его и ступить на путь отступника?

Я мог попробовать.

Энергия струилась по моим каналам, заполняя из до предела. Она образовывала вихрь где-то в глубине моей души, которая была словно океан, объединяющий все в единое целое и создавая бесконечную систему энергии.

Если ранее каждая стадия знаменовалась барьером, то на пути отступничества их было три. Но и это далеко не все. Для прорыва нужно полностью осознать и принять свои собственные ограничения и слабости. Это означает, что я должен был отрешиться от всего, что делает меня человеком — моего эго, самолюбия, желаний, амбиций. Я должен был отступить от самого себя, чтобы найти истинную суть бытия.

Да, звучит как философская хрень, но, когда все это пронизывает мое тело, слова обретают совершенно иной смысл.

Мучительная боль продолжала преследовать меня, но нужно было идти дальше.

Сначала я настроился на прорыв барьеров. Первый был на уровне сердца и требовал от меня осознания своих желаний и эмоций. Здесь было все просто. Я прекрасно осознавал, что хочу силы и власти, хочу спокойного долголетия, и чтобы ни одна собака не могла гавкать в мою сторону, будь то, культиватор, бог или титан. Моя сила воли крепче алмаза.

Я чувствовал, как первый барьер ломается под ясностью моего сознания.

Второй барьер был на уровне головы. Он требовал от меня осознания себя и своих идей. Как оказалось и на этом этапе было все просто. У меня было две личности, которые я целиком и полностью осознавал. Кирилл, что попал в чуждый мир и Крей — юноша, в чье тело меня закинуло. Но если нужно быть конкретным, то в любой ситуации я всегда выберу первое. Это то, кто я есть!

Барьер лопнул, делая мои мысли более ясными, а сознание крепким.

Оставался последний и самый плотный барьер, что отделял меня от пути Отступника.

Но он никак не поддавался.

Идея полного погружения пришла мне в голову внезапно. Она казалась странной и опасной, но я понимал, что именно так я смогу прорваться.

Я глубоко вдохнул, полностью погружаясь под воду.

Невероятно острое пронизывающее чувство прокатилось по всему телу.

Словно сама моя сущность оказалась на грани разрыва.

Каждая мельчайшая деталь моей жизни и жизни Крея мелькали перед глазами. Я видел наши страхи, сомнения, наши ошибки. Все то, что мешало мне вознестись.

Однако я не мог оставаться в плену прошлого. Я сознательно выбрал этот путь культивации и должен пройти его до конца.

В темноте под водой я впервые наконец ощутил себя свободным. Все ограничения исчезли.

Я должен был отказаться от нависшей надо мной ответственности перед сестрой, перед титаном, перед Иридой. Но также отказаться от силы и власти.

Это было непросто. Но я отрекся от всего.

И в тот момент моя энергия вырвалась наружу, соединяясь с кровавым озером. Будто бы я стал его частью. Я почувствовал глубокую связь. Каждая минута казалась вечностью.

Боль исчезла.

Мир исчез.

Остался лишь я.

Великий, словно космос.

Мне даже не нужно было дышать. Я чувствовал, что смогу продержаться множество часов ни разу не вдохнув. Эта сила насыщала мой организм изнутри.

Тем временем моя энергия все еще сливалась с энергией источника.

Я видел эти потоки энергии.

И даже не заметил, как наручи неистово завибрировали.

Хм… А что, если сделать так?

Я коснулся одного из них. Крепко сжал и потянул на себя.

И в тот момент произошла просто безумная вещь.

Все эти страшные линии, усеянные кровавыми лезвиями, окружили меня и с безумной мощью вонзились в тело.

А в воде появились прозрачные пятна.

Глава 9

Начало сражений между наследниками

Поначалу все шло как нельзя лучше. Сетос не мог не радоваться, видя, как смерть Реза приближается, а значит и приближается его власть. Однако в какой-то момент он занервничал.

Парень уже прыгнул до пика Пути Героя. Дальше нужно было вылезать. Даже в этом сильном источнике будет тяжело сделать этот важный прорыв.

Но кроме этого. Юноша уже преодолел барьер в семь часов. Это было поразительно. Даже один из самых талантливых практиков молодого поколения, наследник клана Ареса, вышел, едва время коснулось этой отметки.

А Крей вместо того, чтобы вылезти просто взял и нырнул с головой.

— Парень! Ты с ума сошел! Быстро возвращайся!

Это было чистой воды самоубийство. То, что он так рано зашел по самое горло уже было огромным достижением. И его выносливость могла дать фору выносливости даже Хареса в молодые годы, когда он только стал главой спартанского клана.

Но вот так губить талант.

Сетос хотел рвануть вперед, чтобы достать парня.

Но внезапно остановился.

Если им так и было задумано, то стоило ли ему немного подождать?

Он снова сел, запасаясь терпением.

Тем временем ночь уже прошла, уступая место рассвету. Снаружи пещеры показались первые блики солнечного света.

Солнце медленно поднималось, полностью рассеивая предрассветную тьму.

Так наступил полдень.

Прошло более двенадцати часов с момента, как Крей ступил в кровавое озеро и целых пять, как Крей нырнул под воду.

Единственное, что останавливало Сетоса от того, чтобы вытащить парня, так это то, что он чувствовал его на самом дне. Его жизненная энергия была совсем слабой, но не собиралась затухать.

— Поражаюсь силе твоей воли, юноша. Кажется, ты превзошел все мои ожидания. Но все же, это слишком много. Пора тебя вытаскивать.

Сетос поднялся, подходя к самому берегу. Но вместо того, чтобы нырнуть, он замер на месте.

— Что за бред… Как это возможно?

Глядя на источник, он отступил на шаг назад. А удивляться было чему.

Прямо на его глазах вся энергия и сила Дара Ареса, эта бесконечная сила, причиняющая невероятную боль, но и раскрывающая потенциал начала тускнеть.

Присмотревшись, он понял, что происходит.

Крей, который сейчас плавал на самом дне, высасывал всю доступную духовную энергию из озера.

Он попросту его опустошал.

— Нет… Нет! Остановись! Какого Тартара ты творишь!

Сейчас Сетос не понимал, может ли он нырнуть в источник и как ему остановить все то, что происходит.

А поглощение шло настолько быстро, что пока он думал, все кроваво-красное мерцание в пещере исчезло.

Вода, в которой скрипели и шуршали жидкие кровавые лезвия в одночасье стало обычной лазурной гладью. Она больше не бурлила и не выглядела враждебно.

Это была самая обыкновенная, кристально чистая вода.

Сетос шагнул в ужасе назад.

— Что ты такое… Ты только что уничтожил многовековой источник, в котором была капля крови Ареса.

Он схватился за голову и закричал.

— Зачем я вообще позвал тебя? Если бы я знал, ни за что бы тебя сюда не привел. Как ты вообще мог поглотить божественный источник вместе с кровью Ареса⁈

Тем временем юноша на дне наконец очнулся. Он выбрался из озера, медленно выходя на берег. Его обнаженное тело выглядело просто ужасно. Оно было полностью покрыто широкими шрамами и порезами. На Крее не наблюдалось ни одного живого места.

Но спустя мгновение, как вся вода наконец стекла, все эти ужасные шрамы начали быстро затягиваться, снова являя бледноватую кожу.

Юношу окружала густая таинственная аура. Она была настолько сильной, что, расплываясь вокруг заставляла дрожать даже воздух.

Эта плотная аура мерцала ярко-красным цветом, словно огонь, готовый сжечь все на своем пути. Новая сила была столь велика, что он едва мог удержать ее под контролем. Она кипела и бушевала, предвкушая будущие сражения.

Глаз Сетоса задергался. Его лицо выражало глубокое изумление, а руки содрогались из-за волнения.

Если бы Крей просто преодолел путь Героя и ступил на путь Отступника, это было бы невероятно, и поразило бы Сетоса, но явно не до потери дара речи, но то, что он видел перед собой.

Как можно было описать словами настоящее чудовище?

Именно!

Ведь только чудовище могло, зайдя в кровавое озеро всего на пятой стадии пути Героя — через двенадцать часов выйти, будучи на шестой стадии.

Шестой стадии пути Отступника.

К тому же поглотив каплю божественной крови.

* * *

Я наконец вышел из этой долбанной водички, которая чуть не покромсала меня в труху. Но, признаю, странно, что после долгих часов нахождения под кучей жидких лезвий я чувствовал себя настолько отдохнувшим.

Сетос смотрел на меня как на восьмое чудо света.

Он готов был одновременно потерять глаза и выронить челюсть.

— Уговор — есть уговор. Будет твой Рез мертвым, как ты и просил, усмехнулся я, и направился в сторону выхода.

Мужчина так и остался стоять на месте. Но когда я наконец дошел до конца пещеры и стал перелезать на лианы, что шли наверх, он озадаченно подбежал к озеру и начал щупать его воду.

А ведь странно. Вода вроде была красной. Ах да, меня же тогда отключило.

Теперь я припоминал, как я потянул за потоки энергии с помощью наручей, а мое тело внезапно начало впитывать их. Но я не остановился и вытянул всю энергию, что была в озере. Тогда оно и стало прозрачным.

Но это еще цветочки. Я ощущал такую небывалую силу в руках, что она даже малость вскружила мне голову.

Рехнуться можно. Проскочить целый этап за ночь. Хотя, с этим могли возникнуть проблемы. Кто-то внезапно может задаться вопросом, как же так я умудрился подняться так быстро. Что ж, надо будет припасти пару ответов.

А пока лучше лишний раз не мельтешить под ногами. Поэтому мной было решено не возвращаться в гостевые дома, а дождаться утра шарясь непонятно где.

Остаток дня прошел быстро, а вместе с ним и ночь. Утром же люди снова начали собираться на арене «Копье Ареса».

И в этот раз их было еще больше, чем на втором этапе. Кажется, прознав о битве наследников, в Спарту приехало еще больше людей.

Я, лишний раз не отсвечивая, хотел проскользнуть сразу туда, где будут стоять участники, но не смог. На самом выходе с трибун меня перехватила Ирида.

— Ну что, наигрался со своей белобрысой Афинкой?

— О, что я вижу, кажется, наследница клана торговли и хитрости ревнует какого-то малоизвестного практика?

— Сдалось мне тебя ревновать! — надула губы девушка.

Сегодня она была необычайно прекрасной. Кажется вот такой боевой стиль ей идет намного больше, чем какой-либо еще.

Все также собраны в тугой хвост волосы с одной выбивающейся челкой, черно-белый топ, золотые наручи. Она была безупречна во всех отношениях.

И как я мог тогда даже на секунду усомниться, что Лира красивее, чем Ирида.

Глупец.

— Будь аккуратен. Я надеялась поймать тебя, чтобы отговорить от участия. Еще не поздно.

— Увы, я уже согласился и подготовился. Все это время я тренировался.

— Что?.. Я не могу понять какая у тебя стадия. Насколько ты высоко поднялся.

Я приблизился к уху Ириды. Она могла сотню раз отреагировать и оттолкнуть меня, но не стала.

И я знал, что она этого не сделает.

Медленно и мелодично я прошептал.

— Это ты узнаешь на турнире. Хочешь, победу над наследником клана Зевса я посвящу тебе?

Лицо девушки покраснело, но она все же сохранило самообладание.

— Тебе ни за что не победить Леона. Его сила вне понимания остальных практиков.

— Хм, тогда как насчет небольшого спора?

— Снова пари? А давай. Чтобы наследница Гермеса отказалась от пари.

— Тогда слушай. Если я смогу победить наследника клана Зевса, то мы повторим то, что произошло той ночью в храме Аполлона. Вот только ты не будешь препятствовать, когда я зайду дальше. А я зайду намного дальше!

На моем лице отразилась хитрая улыбка, на что Ирида еще пуще покраснела и отвела взгляд.

— А если проиграешь?.. — произнесла она на выдохе, так, словно ей не хватало воздуха.

Наши лица были столь близко, что я отчетливо мог разглядеть янтарно-карие вкрапления в ее бесконечно золотых глазах.

— Тогда я буду выполнять все твои желания до конца твоей жизни.

— Ты всем девушкам это предлагаешь?

В голове промелькнул похожий спор с Софией, но я замнул его подальше в уголок разума.

— Ты особенная.

— Что ж, тогда я буду наслаждаться личным исполнителем желаний.

Ирида пошла на сцену арены, но на мгновение остановилась на самом выходе, когда яркое солнце осветило ее восхитительную фигуру.

— Не смей теперь проиграть, понял меня? Иначе я расстроюсь!

Она вышла на арену, а я еще немного повременил. Мысль, что она тоже хотела меня, признаться, чертовски грела душу.

Тем временем все наконец собрались.

Я вышел на Арену и встал рядом с Софией, которая тихонько начала меня отчитывать за то, что я так надолго пропал. Одного серьезного взгляда и обещания что я стал сильнее заставили девушку раскраснеться и продолжить слушать Агатона.

— Итак, Дорогие друзья, надеюсь я не утомил вас ожиданием. Мы наконец начинаем третий день Олимпийского турнира. Прошу, взгляните на духовную проекцию, что для вас подготовили наши практики. Мы разделили всех участников с помощью жеребьевки. Вот только незадача, у нас тринадцать участников, а посему мной было принято решение, что Леон, наследник клана Зевса, присоединится лишь в полуфиналах. Если у кого-то есть возражения и кто-то не согласен с моим решением, можете обоснованно выступить и мы обговорим с вами этот вопрос.

Толпа молчала, как и все представители кланов. Это вызвало легкую улыбку на лице Агатона.

— Что ж, тогда вот вам расположение первого круга боев! Наслаждайтесь. Я дам вам время в течение часа. Соберите ставки, решите, какую стратегию вы будете предпринимать против оппонента. Можно использовать любые виды силы и любое оружие. Если вдруг кого-то настигнет смерть, что ж, так тому и быть. Главное помните, все в ваших руках. Боги благоволят сильным.

Публика ликовала, снова посылая свои любвеобильные овации в сторону главы клана Зевса.

Я же пристально стал изучать таблицу.

Мой бой был по счету первым. Противником выступал Никтон Пелагос, наследник клана Посейдона.

Далее шли Кора Фрея из клана Деметры и Эрос Киприд из клана Афродиты.

Третий бой Артемис Мантикор из клана Артемиды против Пирона Халкиоса из клана Гефеста.

Четвертый — Мелина Бакхия из клана Диониса против Юноны Аргея из клана Геры.

София Глаука встретится с Лирой Соларис. Ну, там очевидно, что София выйдет вперед.

Наконец я перевел взгляд на последнюю строчку.

И мое сердце сжалось.

Ирида Ангелос — клан Гермеса против Реза Сагоны — клан Ареса.

Я нервно пробежал по всем участникам и нашел этого красноволосого ублюдка.

Как я и думал, он уже пристально осматривал Ириду.

Не дай бог, зевс там, или любой другой, с ее головы хоть один волосок упадет. Ты умрешь в страшных муках!

Запомнив таблицу, я ожидал, когда закончится час. И, когда наконец меня вызвали на арену, с кучей бахвальства в представлении, я медленно вышел и встал около середины. На спине щит Фемиды, на поясе меч Персея. Это, по мнению глашатая было все мое оружие.

Следом на арену вышел Никтон. Высокий, очень крепкий парень с иссиня черными волосами. В руках он ожидаемо сжимал копье в форме трезубца.

Но вместо того, чтобы встать напротив, парень подошел ко мне и протянул руку.

— Я видел твои успехи в турнире. Мое имя Никтон. Буду рад, если ты покажешь все свои способности.

С хлопком я пожал его руку. Необычно. Может не все наследники засранцы? Этот парень выглядит весьма дружелюбным.

— Взаимно.

— И прошу, если будет совсем плохо, дай мне знак. Боюсь, что могу ненароком нанести смертельный удар.

Ах, да, куда же без высокомерия. Но да ладно парень. Ты мне по нраву.

Наконец прозвучал громкий голос судьи.

— Начали!

Никтон начал высоко поднимать свое копье, протягивая его к небу, словно обращаясь к самому Посейдону. Медленно, но с постоянным движением, он начал крутить оружие вокруг себя, создавая круговую стену воды.

Зрители ошеломленно вздрогнули от этого зрелищного явления. Водяные струи, словно оживали в воздухе, образуя красивую танцующую симфонию. Круговое движение копья ускорялось, и вода, подчиняясь Никтону, образовывала сложнейшие узоры.

Словно дирижер, Никтон руководил этой безумно сильной водяной техникой. Он будто становился единым с водой и сам был богом морей и океанов, воплощением Посейдона на этой арене.

И тут, внезапно, он остановил движение копья, и все водные струи, как слуги, повинуясь его воле, образовали центральный водяной столб, поднимающийся высоко в небо. Такое мастерство было захватывающим зрелищем, восхищавшим всех на арене.

Затем Никтон сосредоточил всю свою силу и магическую энергию на вершине столба. Вода начала сверкать, а после, вся эта яростная сила, способная уничтожить любого практика даже на пути Отступника ринулась в мою сторону.

Все это время я стоял неподвижно. Прошло всего несколько секунд, а в меня уже летела одна из мощнейших атак, что я видел за время, проведенное здесь.

Я вскинул щит, подав на него импульс внутренней энергии. Ее было так много, что щит жалобно завибрировал.

А после произошло то, отчего все зрители охренели настолько, что мигом позатыкали свои рты.

Я отклонил эту безумно мощную атаку.

Всего одним движением щита.

Глава 10

Поединок против Никтона Пелагоса

Как только я отразил эту безумно мощную атаку, на трибунах повисла оглушительная тишина. Все зрители сидели, затаив дыхание и не веря своим глазам. Я, до сегодняшнего дня неизвестный практик, только что отразил атаку наследника одного из великих олимпийских кланов, без малейших усилий.

Взгляд Дамиана Пелагоса, главы клана Посейдона, потемнел. Его губы сжались в тонкую линию, а пальцы до побеления сжали подлокотники кресла. Он явно был раздражен тем фактом, что какой-то никому неизвестный мальчишка только что унизил его клан.

— Что за бред! — воскликнул он.

— Уважаемый Дамиан, возможно, Никтон просто использовал лишь малую часть силы, чтобы проверить оппонента? Он ведь честный боец и не стал бы атаковать сразу самой мощной техникой, — сказал один из его советников.

Мужчина расслабился, а его лицо выпрямилось.

— Да, ты прав. Никтон всегда был слишком жалостлив. Как бы ему это не аукнулось. В любом случае он точно победит.

С другой стороны, где находился клан Афин, зрители начали ликовать.

Глаза Ореста Глаука, главы клана Афин, загорелись азартом и восторгом. Он едва сдерживал улыбку, глядя на арену. Сейчас он гордился тем, что от его клана выступал столь способный практик.

А вот Агатон Астер, глава клана Зевса, прищурился, внимательно разглядывая меня. В его взгляде читалось любопытство и интерес. Он явно был удивлен моей неожиданной силой.

Но больше всего меня заинтересовала реакция Реза Сагоны, наследника клана Ареса. Его глаза вспыхнули азартом, а на губах заиграла хищная усмешка. Он с нетерпением ерзал на своем месте, не в силах усидеть спокойно. Я понимал, что сейчас в нем проснулось жгучее желание сразиться со мной. Он хочет проверить мою силу в бою. И я не могу его винить — я и сам горю желанием столкнуться с ним. Чтобы наконец заставить этого выродка жрать землю.

Но пока моим оппонентом был Никтон. И он явно был слегка озадачен моим маневром. На мгновение в его глазах мелькнуло удивление и сомнение. Но он быстро взял себя в руки.

Никтон вновь закрутил своим трезубцем, поднимая огромную волну, нависшую надо мной подобно цунами. Но на этот раз я не стал защищаться. Я хотел испытать свою новоприобретенную силу.

Когда волна накрыла меня, я почувствовал, будто окунулся в прохладную ванну. Эта атака не причинила мне никакого вреда. Я даже на миг закрыл глаза, наслаждаясь ощущением потоков воды, омывающих мое тело.

На деле же наручи я на маленькое мгновение использовал его Дар, чтобы отвести энергию от себя. К тому же, между нами был значительный разрыв в стадиях. Никогда бы не подумал, что скажу это, но наследник Посейдона был слабее, чем я.

Когда вода отступила, Никтон удивленно уставился на меня. Трибуны взорвались возгласами изумления. Я лишь усмехнулся в ответ на реакцию Никтона.

— Неплохо. Давай, покажи мне что-нибудь посильнее!

Моя провокация возымела действие. Глаза Никтона полыхнули гневом. Он явно разозлился из-за того, что я так легко принимаю его атаки.

Никтон выбросил трезубец вверх. Тот завис в воздухе, а сам Никтон сложил руки в сложный жест. Вода вокруг него забурлила, поднимаясь вверх гигантскими столбами. Эти столбы начали вращаться вокруг Никтона с бешеной скоростью, сливаясь в сплошную водяную стену.

Я почувствовал, как воздух вокруг меня сгущается от мощи этой техники. Никтон явно вложил в нее намного больше силы, но все еще не все, что у него было. Но я не собирался просто стоять и ждать.

Я выхватил меч Персея и ринулся навстречу Никтону сквозь эти бушующие потоки. Водяная стена била меня со всех сторон, но я уверенно продвигался вперед, отражая ее атаки щитом. Меч в моей руке удлинился и засветился ярким светом.

Я нанес удар, и водяная стена в том месте раскололась с грохотом. Я ворвался в центр этого водоворота, где стоял Никтон. Мы столкнулись в ближнем бою, и я почувствовал, что Никтон сильный и достойный противник. Его трезубец элегантно описывал в воздухе смертоносные дуги, а тело двигалось с невероятной быстротой.

Наши оружия сталкивались в искрометной битве. Я чувствовал небывалый прилив сил и энергии. Мое тело двигалось так быстро, что глаз не успевал за ним. Я наносил точные и сильные удары, заставляя Никтона отступать.

Вокруг нас бушевала вода, но теперь я чувствовал себя просто прекрасно. Моя новая сила позволяла мне не обращать внимания на эти мощные потоки. Я полностью сосредоточился на Никтоне.

Мы сражались, казалось, целую вечность. Я вкладывал в каждый удар всю мощь шестой стадии Пути Отступника. Никтон достойно противостоял мне, демонстрируя великолепное владение боевыми техниками клана Посейдона.

Этот бой захватил дух каждого на арене. Я чувствовал, что этим сражением доказываю всем и в первую очередь себе самому, насколько я вырос в силе за последнее время.

Никтон отпрыгнул назад, выигрывая несколько мгновений передышки. Я видел, как в его глазах полыхнула решимость. Он что-то задумал.

— Посмотрим, как тебе понравится испытать истинную силу океанского духа!

Никтон вскинул трезубец вверх. Тот начал вращаться, с каждым оборотом набирая скорость. Вода вокруг него сгустилась, принимая очертания гигантского водяного духа. Этот дух был размером с четырехэтажный дом. Его глаза полыхали голубоватым свечением, а тело состояло из чистой воды.

— Рев Океанов!

Дух ринулся на меня, замахиваясь огромными кулаками. Каждый его удар сотрясал землю и выплескивал громадное количество воды. Я едва успевал уклоняться от этих мощных атак, а вся моя одежда промокла. Но в какой-то момент мне это надоело.

Я выставил вперед щит Фемиды, вливая в него поток своей энергии. Щит засветился, и следующий удар духа был полностью поглощен им. Я почувствовал лишь легкую вибрацию в руках.

Теперь пришла моя очередь атаковать. Я бросился вперед, нанося удары по ногам духа. Меч Персея рассекал водяную плоть, заставляя духа шататься.

Но Никтон не собирался сдаваться. Он вновь описал трезубцем широкий круг.

— Явись, Грозный Морской Дракон!

На этот раз вода приняла облик огромного дракона с шипастым хвостом. Он издал громоподобный рев и выпустил в меня струю ледяной воды.

Я уклонился от этой атаки и бросился на дракона. Мы столкнулись в бешеной схватке. Я рассекал его чешую мечом, а дракон пытался схватить меня когтями или ударить хвостом.

С рептилиями мне уже доводилось сталкиваться, и я прекрасно знал их слабое место. Виляя из стороны в сторону, я в очередной раз рванул вперед и двумя тяжелыми прыжками оказался на спине водяного дракона. Свирепо замахнувшись, я воткнул меч ему между лопаток, заставив взвыть от боли. Но тут дракон неожиданно исчез, превратившись обратно в воду. Я полетел вниз, но успел сгруппироваться и приземлиться на ноги.

И в тот момент мне не удалось вовремя среагировать. Едва мои ноги коснулись земли, бок пронзила острая, обжигающая боль.

Трезубец Никтона вонзился в меня одним из остриев.

Я отскочил, прижимая руку к боку. Рана сочилась кровью, но была не смертельной. Я усмехнулся про себя — Никтон явно не желает мне смерти. Иначе эта атака могла бы пронзить меня насквозь.

— Признаю, ты очень сильный практик. Вот только тебе не хватает боевых техник и настоящего боевого опыта. У тебя огромная сила, но ты не очень эффективно ей пользуешься. С такой раной тебе тяжело будет сражаться. Лучше сдайся.

— О чем ты, мы только начали! — усмехнулся я, принимая боевую стойку.

Я сконцентрировался и подал импульс в наручи пустоты, потянув пространство на себя мое тело мгновенно исчезло из виду, оказавшись прямо за спиной Никтона. В тот же миг мой меч вонзился в его бок, оставляя кровавую рану — точную копию той, что была у меня. Никтон охнул от боли и обернулся, глядя на меня полными ярости глазами.

Он явно не ожидал такого молниеносного движения, отчего не успел защититься.

— Ну что, теперь мы квиты! — расхохотался я, наслаждаясь выражением его лица.

Никтон лишь сжал зубы в бессильной злобе. Он понял, что я не собираюсь сдаваться без боя.

Мы снова бросились друг на друга с неистовством двух самых яростных воинов. Наши оружия скрестились с оглушительным лязгом, словно два молниеносных удара грома. Я чувствовал, что моя сила растет с каждым ударом, в то время как Никтон явно начал уставать.

Вода вокруг нас бушевала. Она то взмывала огромной волной, готовой накрыть меня, то опадала, оставляя лишь тонкую водяную линию в воздухе.

Она была опасным союзником Никтона и мне приходилось каждый раз защищаться с двойным рвением, чтобы не попасть под очередное водяное лезвие.

Я вкладывал в каждое движение всю мощь своей культивации и чувствовал, как невероятная энергия переполняет мое тело, делая удары меча сокрушительными.

В какой-то момент я провел сложную комбинацию, обманув Никтона ложной атакой, а затем ударив его в незащищенную спину. Он едва успел закрыться, и от силы удара пошатнулся, чуть не упав на колени.

Я видел, что Никтон проигрывает. И он это понимал. Каждая моя атака теснила его все больше. А уверенность в победе таяла в его глазах с каждым мгновением все больше.

А когда исчезает уверенность, приходит отчаяние.

Он отскочил назад, отбрасывая меня очередной водяной завесой и порезал свою руку лезвием трезубца и отпустил его, заставив парить перед лицом в воздухе.

— Я ни за что не проиграю! Я не посрамлю свой клан! БЕЗДНА ПОСЕЙДОНА!

Трезубец начал вращаться вокруг него все быстрее, с каждым оборотом набирая невероятную скорость. Казалось, вот-вот он взлетит так высоко, что достигнет Небес богов.

Вода со всех сторон потекла к Никтону, сливаясь в гигантский водоворот. Этот водоворот крутился с такой силой, что, казалось, способен стереть с лица земли все живое. Он рос до размеров всей арены, грозя поглотить меня целиком.

Я понял, что если этот удар достигнет цели, мне не жить.

Когда водоворот накрыл меня, я почувствовал его разрушительную мощь. Это была сила самого океана, направленная на мое уничтожение. Я едва успевал уворачиваться от летящих со всех сторон водяных снарядов.

Несколько раз я еле-еле ускользал от прямого попадания, выворачиваясь нечеловеческими усилиями. Мое тело постоянно находилось в движении, я использовал все свое мастерство, чтобы уйти от смертоносных атак.

Щит постоянно отражал водные потоки. Некоторые мне удавалось превратить в камень, чтобы заслониться от еще более мощной атаки, которая шла следом.

Меч Персея извивался, словно водяной змей, рассекая эти жестокие атаки.

Но в какой-то момент один из водяных сгустков всё же зацепил меня, оставив глубокий порез на плече. Я стиснул зубы от боли, но продолжал уворачиваться.

В самый последний момент, когда казалось, что избежать попадания невозможно, я активировал наручи пустоты. Они позволили мне телепортироваться за спину Никтона, полностью избежав атаки.

Никтон и не ожидал, что я смогу уйти от его самого мощного приема. Он был обессилен и не готов к обороне.

Он даже не успел обернуться, прежде чем рукоять меча Персея обрушилась на его затылок, и он свалился, потеряв сознание.

Едва Никтон рухнул, на трибунах повисла оглушительная тишина. Все зрители были потрясены тем, что этот юный практик сумел победить наследника одного из великих олимпийских кланов.

Лицо Дамиана Пелагоса, главы клана Посейдона, потемнело от гнева. Его зубы сжались практически до хруста. Он явно был в ярости от того, что его сын мог проиграть. Мало того, что он уступил неизвестному практику, так еще и вылетел из турнира во время самого первого боя.

В то же время Орест Глаука не скрывал радости и гордости. Он даже встал и начал аплодировать, демонстрируя свое восхищение. Весь клан Афин быстро подхватил его овации. А следом, словно по цепной реакции, взорвались все трибуны.

И все эти хлопки предназначались мне.

Я пошатнулся и упал на одно колено. Все же рана давала о себе знать.

Этот бой был чересчур выматывающим. Я лишь надеялся, что мне удастся выдержать следующие, и, хотя бы как-то залечиться, потому что все битвы будут проходить в один день.

Толпа ревела, люди пришли сюда за представлением, его они и получили. А эмоции были сравнимы с неожиданной концовкой книги. Настолько, что в нее вообще никто не верил.

В следующем туре мне предстоит встретиться с победителем следующего боя. Это либо Кора Ферея из клана Деметры, либо Эрос Киприд из клана Афродиты. Мне стоит внимательно следить за этим боем, чтобы знать, чего ожидать.

Лекари унесли Никтона, а также помогли мне. На выходе из Арены меня встретила София. Она внезапно крепко обняла меня, но, секунду спустя, смущенно отступила на шаг назад.

— Поздравляю с победой.

Я усмехнулся и кивнул.

— В твоей битве с Лирой, я думаю, ты выйдешь победителем. Но тебе стоит остерегаться второго тура.

После этих слов я ушел, а наследница Афин покраснела еще сильнее. Такая уж она была, падкая на заботу и впечатлительная от силы. Хотя, думаю, будь на моем месте кто-то другой, она бы не реагировала так бурно.

В лазарете мне посчастливилось хлебнуть специальной настойки, ускоряющей заживление. Также меня тщательно перевязали и дали фляжку нектара. Да уж, сервис просто отменный.

Когда боль наконец успокоилась, объявили второй поединок.

Я поспешил к трибунам, чтобы внимательно его посмотреть. Но беда пришла откуда не ждали. Едва я поднялся на места клана Афин, как Орест — глава клана, подозвал меня к себе, предлагая сесть по правую руку от него.

И я уже предвкушал кучу неудобных вопросов.

Глава 11

Хитростью и уловками

Под гул толпы на арене появилось два человека. Одним из них была девушка. Кора Ферея, наследница клана Деметры.

Ее длинные каштановые волосы были сплетены в толстую косу, перекинутую через плечо. Глубокие зеленые глаза внимательно смотрели на противника.

С другой стороны стоял высокий и очень рельефный юноша. Наследник клана Афродиты Эрос Киприд. Его внешность просто сияла от великолепия, а девушки на трибунах то и дело визжали, болея за него. И дело было не только в том, что этот голубоглазый парень с черно-розовыми волосами был чертовски красив. Он обладал Даром богини любви и красоты, а значит вполне мог воздействовать на эмоции людей.

Они кивнули друг другу. Эрос вытащил короткий клинок, Кора же обнажила копье. Вся арена замерла в ожидании.

Вот только Орест, глава клана Афин не обращал внимание на поединок. Он смотрел строго на меня.

Сейчас было очень опасно находится слишком близко к кому-то столь сильному. Сейчас внутри меня плавала частичка энергии Посейдона. Конечно, я старательно оттеснил ее в глубины своих каналов, однако, если вдруг кто-то заметит, могут возникнуть ненужные вопросы.

— Поздравляю с блестящей победой, юный друг! — радостно произнес Орест. — Ты продемонстрировал поистине выдающиеся боевые навыки и силу духа. Я впечатлен!

— Благодарю вас за теплые слова, — ответил я, скромно опустив голову.

В разговоре с собеседником такой величины стоило быть весьма аккуратным.

— Однако не могу не признать, что твоя внезапная сила и умения озадачивают меня, — продолжил Орест, пристально глядя на меня. — Еще совсем недавно ты был скромным практиком пятой стадии Пути Героя. И вот уже побеждаешь наследников великих кланов! К тому же, как я заметил, ты уже прорвался к пути отступника. Как тебе удалось совершить такой стремительный рывок?

Ах ты ж. Бьет вопросами прямо в лоб при этом ехидно улыбаясь. Я должен был как-то уйти от прямого ответа.

— Ну, знаете, я очень старался и много тренировался, у меня был очень могущественный учитель, который предоставил мне — уклончиво ответил я. — А ещё мне очень повезло получить хорошее оружие в виде реликвий. Я прошел множество испытаний, чтобы добыть их.

— Покровитель значит. И кто же это? Я знаю практически всех именитых практиков Греции.

— Ох, он отшельник и просил не называть его имени, поскольку давно ушел в уединение и не хотел бы связываться со всем мирским. Он не хочет снова ввязываться в клановые разборки. Мне невероятно повезло, что я встретил его.

— Хм, вот оно что. Да, тебе и правда невероятно повезло. Тогда как насчет спросить своего покровителя о маленькой встрече со мной. Я все же не последний человек в Греции. Мне бы хотелось обсудить несколько вопросов.

— Я, конечно, передам мастеру. Однако, вы должны знать, что он не общается ни с кем из мира практиков. А если ему что-то нужно, он действует через меня.

— Буду благодарен, если окажешь мне такую услугу. Кстати, а какой этап у твоего мастера?

Внутри я усмехнулся. Вся эта телега про могущественного мастера, кажется, сработала. По крайней мере тон Ореста стал чуть более уважительный и осторожный.

— Я не могу вам сказать, ведь не знаю. Сне известно лишь то, что мастер посещал Небеса Небес и у него высшие стадии пути Олимпийца.

Орест шумно сглотнул. Он всем видом старался не показывать свое удивление, но проступивший на лбу пот выдал его с потрохами. Внезапно мужчина улыбнулся.

— Что ж, теперь понятно, почему ты так быстро культивируешь и становишься сильнее. Вероятно, твой мастер знает секреты, недоступные остальным. Ведь он превзошел даже Агатона, сильнейшего практика в Греции. — в его словах прозвучала нотка сомнения.

— За всеми людьми не уследишь, ведь так? — уверенно ответил я.

В какой-то момент уверенность во мне вообще полилась через край. Будто я поверил и сам в то, что за моей спиной стоит могущественный покровитель.

Хотя… Кроноса же можно назвать таковым?

Вот бы можно было сказать, что меня крышует древний Титан. У Ореста бы челюсть отвалилась.

— А как насчет энергии Фемиды? — не унимался Орест. — Ты совсем её не используешь. Разве Дар богини справедливости не должен быть твоим главным оружием?

— Эм… Я еще не научился в полной мере управлять энергией нашего клана, — соврал я. — Мне проще довериться артефактам, чем своим пока несовершенным навыкам.

— Странно. Обычно, юные практики в первую очередь развивают именно владение родной энергией, — задумчиво протянул Орест.

— Да, но уважаемый Орест, вы, вероятно, помните, что клан Фемиды мне не родной. И, при всей моей любви в семье Адамантис, они не доверяют мне слишком много сакральных техник. Да и я не совсем тяготею к ним несмотря на то, что все же получил благословление богини справедливости.

— Хм… Да, это действительно имеет смысл. Что ж, я распоряжусь, чтобы Антей лучше относился к тебе. К тому же, после тех успехов, что ты показал тут, двери клана Афин для тебя всегда открыты.

Я в благодарности кивнул и улыбнулся. Значит решил подмазаться ко мне. Это хорошо, но нужно быть аккуратным. Всегда есть риск запутаться в собственной лжи. Тем не менее я решил подкрепить его уверенность, чтобы он больше не имел лишних вопросов.

— Послушайте, я знаю, это выглядит странновато, — торопливо заговорил я. — Но, клянусь, я верен клану Афин и никогда не предам ваше доверие! Я прибыл сюда в первую очередь, чтобы спасти свою сестру. А участие в турнире — это лишь средство добиться встречи с Резом Сагоной и заставить его отпустить Аиду.

— Это разумное объяснение, — кивнул Орест, явно успокоившись. — Хотя я всё же советую тебе больше внимания уделять развитию Дара Фемиды. В конце концов, именно он делает тебя частью нашего клана.

— Конечно-конечно, я обязательно это сделаю! — закивал я с облегчением. Кажется, Орест окончательно поверил мне.

Тем временем Внимание всех на трибунах было приковано к арене, где должен был состояться поединок между Корой Фереей и Эросом Кипридом.

Кора держала в руках длинное копье из темного дерева. Вокруг неё струилась мощная коричневая энергия Дара Деметры. Эта сила даровала ей могущество земли и растений. Кора могла вызывать растения из земли, атакуя ими противника. Также она обладала невероятной выносливостью и живучестью, будто сама земля подпитывала её.

Напротив неё стоял Эрос с коротким изогнутым клинком в руке. Его окутывало розовое сияние Дара Афродиты. Эта энергия позволяла Эросу влиять на эмоции людей, притягивать и очаровывать их. Кроме того, она наделяла его невероятной красотой и обаянием.

— Начали! — прозвучал голос судьи.

Кора атаковала первой, выставив вперед копье.

— Расцветающая Земля! — крикнула она.

Из земли вокруг неё выросли сотни цветов с острыми шипами. Они бросились на Эроса, целясь шипами ему в лицо и тело. Но Эрос ловко увернулся, описав в воздухе замысловатую дугу.

— Танец Любви! — его клинок засиял розовым, и Эрос принялся стремительно кружиться, нанося удары со всех сторон. Кора едва успевала отражать их копьем. Казалось, Эрос танцует, его движения были плавными и грациозными.

Затем Эрос прыгнул назад и сложил ладони в замысловатом жесте.

— Очарование Афродиты!

Розовое сияние усилилось, заставив Кору на миг замереть. Но она взяла себя в руки и отразила очередной выпад Эроса.

Трибуны восторженно кричали, поддерживая то одного, то другого бойца.

Кора вбила копье в землю, вызвав вокруг себя кольцо из шипов:

— Терновый Венец!

Эрос едва успел отпрыгнуть. Шипы лишь слегка задели его руку, оставив царапину.

— Стрелы Афродиты! — клинок Эроса разделился на десятки летящих лезвий.

Кора закрутила копьем, отражая атаку. Но одно лезвие все же ранило её в плечо.

Оба бойца тяжело дышали, но не собирались сдаваться. Их сражение было поистине захватывающим зрелищем. Я с интересом наблюдал, пытаясь предугадать, кто же выйдет победителем. Хотя по ощущениям Кора все же была сильнее.

Её следующая атака это подтвердила. Она вонзила копье в землю по самое острие:

— Неистовый Рост!

Из-под ног Эроса вырвались мощные лианы, опутав его. Он попытался вырваться, но лианы лишь сильнее стискивали его тело. Кора вытащила копье, и острие засветилось ярко-коричневым цветом.

— Посев Смерти!

Она метнула копье, и оно пронзило плечо Эроса. Тот вскрикнул и рухнул на колени. Кора быстро подскочила, хватая копье и всаживая его глубже. Эрос болезненно закричал.

— Сдаешься?

Эрос лишь кивнул. На этом бой был закончен.

Трибуны взорвались восторженными криками и аплодисментами. Победа Коры вызвала небывалый восторг у зрителей.

Теперь мне предстояло встретиться с Корой в следующем раунде. И, судя по её мощи, это будет нелегкая битва.

Надеюсь, что она не потеряет от меня разум так, как это случилось с Софией. Нет, мне конечно приятно, но женщины… От них больше проблем чем приятных бонусов.

В любом случае конкретно сейчас мой интерес был направлен больше всего на Ириду. Ну было в ней что-то такое неуловимое. Может быть, я просто люблю вот таких вредных, не раскрывающих свои чувства и малость язвительных женщин?

После небольшого перерыва на арене должны встретится Артемис Мантикор из клана Артемиды и Пирон Халкиос из клана Гефеста. Все предвкушали очень интересный бой. Ведь оба практика были весьма сильны.

Как только бой закончился, я решил навестить Эроса в лазарете. Это был прекрасный шанс добавить в свои запасы энергию Дара Афродиты.

Я вошел в палату, где лежал Эрос с перебинтованным плечом.

— Прошу прощения, что отвлекаю тебя, достойный Эрос, — почтительно сказал я. — Позволь выразить восхищение твоим мастерством в поединке. Ты достойно сражался.

Эрос слабо улыбнулся в ответ на комплимент. Кажется, я явно был не первым, кто зашел его поддержать.

— Ты ведь тот парень, что победил Никтона, верно? Это я должен восхищаться тобой. Спасибо, конечно, но я проиграл. Победа досталась Коре. Её сила оказалась велика.

— Ты тоже продемонстрировал немалую силу, — возразил я. — Техники твоего клана впечатлили меня.

Я аккуратно присел на край его кровати, стараясь выглядеть максимально естественно.

— Как твоё плечо? Надеюсь, рана не слишком серьёзная?

— Всё в порядке, лекари говорят, что заживёт быстро, — сказал Эрос.

Все это выглядело весьма странно. По крайней мере где-то глубоко внутри меня была нотка отвращения к происходящему. Этот парень был слишком смазливым. Мне почему-то вспомнились те самые мемы про гигачадов, которые я листал на работе во время перерывов.

— Я рад. И всё же, возможно, моя энергия поможет тебе восстановиться немного быстрее? Я привык благодарить тех, кто произвел на меня неизгладимое впечатление.

Не дожидаясь ответа, я положил ладонь ему на плечо, якобы для исцеления. На самом деле я аккуратно потянул на себя немного розовой энергии Дара Афродиты, стараясь делать это незаметно. Сам же передал ему маленькую частичку своей бесцветной духовной силы.

Поскольку она не обладала Даром, то и была совместима со всеми другими видами энергий.

А сейчас даже любая кроха заставила бы почувствовать Эроса себя немного лучше.

— С чего тебе мне помогать? Не думал, что среди афинцев есть приятные люди.

— Мой клан поклоняется Фемиде. И дабы соблюдать баланс справедливости, я пришел помочь. Мне показалось, что последняя атака Коры была слишком жестокой.

Я лукавил как мог. А Эрос, словно на крючке, верил всем моим словам.

— Ты прав. Она могла победить после последней техники и не протыкать меня копьем.

Закончив, я вежливо с ним попрощался и вышел из лазарета.

Теперь внутри меня было две олимпийских энергии. Но впереди предстояло еще немало потрудиться.

Когда я вернулся на арену, там уже начинался следующий бой — между Артемисом Мантикором и Пироном Халкиосом.

Артемис был высоким стройным юношей с длинными каштановыми волосами, собранными в хвост. Его глаза светились янтарно-карим цветом, а вокруг витали зеленоватые потоки энергии Дара Артемиды. Этот дар даровал ему ловкость и скорость дикого зверя, а также меткость и интуицию охотника.

Его противник Пирон был накачанным парнем с короткими черными волосами и серыми глазами. Вокруг него клубилась металлически-серая энергия Дара Гефеста. Эта сила позволяла Пирону создавать различное оружие и доспехи, а также использовать огонь в бою.

Пирон топнул ногой и вытащил из земли раскаленный металлический шест. Артемис же достал лук и стрелы, что поразило зрителей, да и меня тоже. Как он собирался сражаться дальнобойным оружием в ближнем бою? Они поклонились друг другу, и бой начался.

Стрелы полетели с бешеной скоростью, но Пирон ловко отбивал их металлическим шестом, посылая в ответ огненные шары. Артемис уклонялся от них с нечеловеческой прытью.

Затем Пирон вонзил шест в землю, вытянув оттуда длинный металлический меч. Клинок в его руках полыхнул пламенем.

Халкиос яростно бросился на своего противника, в то время как Артемис был поразительно спокоен и молчалив.

Я же внимательно следил за каждым из них, ведь мне предстояло умыкнуть энергию у обоих.

Глава 12

Очередные бои

Бой на арене выглядел чертовски зрелищно. Мало кто ожидал, что уже в первом туре столкнуться столь свирепые противники.

Пирон размахивал пылающим мечом, его глаза полыхали бешеным огнем. Внезапно он взревел, подняв клинок над головой:

— Пламя Этны!

Клинок вспыхнул ярче, превращаясь в огненный столб, устремившийся к небесам. Жар от него был так велик, что камни арены начали плавиться.

Артемис отпрыгнул в последний момент, но кончик его волос все же опалило. Тут же Мантикор вскинул лук, нацеливаясь прямо в грудь противника:

— Жало Мантикоры!

Он выпустил стрелу, и та полетела с невероятной скоростью, оставляя в воздухе зеленый след. Казалось, её невозможно избежать.

Но в последний миг Пирон выставил меч, отражая выстрел. Искры полетели в разные стороны, когда стрела отскочила от клинка.

Трибуны ахнули от изумления. Никто не мог предсказать, кто возьмет верх в этом поединке. Я тоже затаил дыхание. Если Пирон полагался на агрессивный натиск, как зачастую это делал я, то Артемис был превосходным тактиком. Казалось, что он направляет этот бой в нужное ему русло.

Оба воина тяжело дышали, но не желали уступать друг другу. Это был бой равных, и скоро предстояло увидеть еще более мощные техники с каждой стороны. Ясно было одно — победитель этого противостояния заслужит почёт и уважение всех зрителей.

Разъяренный Пирон с неистовым ревом бросился на Артемиса, размахивая пылающим мечом. Казалось, он хочет просто разрубить противника надвое. Но Мантикор увернулся от сокрушительного удара с нечеловеческой ловкостью.

В тот же миг он выхватил стрелу и в упор выстрелил в грудь несущегося на него Халкиоса. Пирон едва успел отклониться, и стрела лишь оставила глубокую царапину на его плече.

Зрители ахнули — они не ожидали, что Мантикор сумеет использовать лук в ближнем бою. Но Артемис доказал обратное, его выстрелы были молниеносны и точны.

Тогда Пирон взревел от ярости и вонзил меч в землю по саму рукоять:

— Пламя бешеного Цербера!

Из расщелины вырвался огненный пес, образовав над ареной гигантскую пасть, готовую сомкнуться над Мантикором. Но Артемис был готов. Он вскинул лук, и зеленая аура вокруг него сгустилась, приняв очертания огромного оленя с рогами-ветвями:

— Рога лесного владыки Кернуна!

Рога-ветви вспыхнули ярко-зеленым и устремились навстречу огненному псу. Раздался громоподобный треск, когда две силы столкнулись. Арена содрогнулась, а зрители едва удержались на своих местах.

Когда дым рассеялся, Пирон и Артемис стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Их одежда была порвана, а тела покрыты ссадинами. Однако Пирон был явно выносливее. Он выглядел более целым, нежели Артемис, который упал на одно колено.

— Ты очень силен, наследник клана Артемиды, вот только боевой опыт не менее ценен в подобных ситуациях. Как говорит мой отец. Зелен ты еще!

Казалось, поражение Артемиса неминуемо. Пирон занес над ним свой пылающий меч, готовясь нанести последний, сокрушительный удар. Артемис тяжело дышал. Его силы явно были на исходе после изнурительного боя.

Трибуны замерли, охваченные тревогой. Зрители в напряжении следили за каждым движением бойцов.

Но в тот миг, когда клинок уже готов был обрушиться, Артемис внезапно вскинул голову, его глаза полыхнули яростью загнанного зверя. Из последних сил он вскочил на ноги, отпрыгнул назад и взметнул руку с луком вверх. Зеленая аура вспыхнула ярче, окутав его ореолом дикой, первозданной энергии леса.

— Гнев Артемиды! — проревел Артемис.

Его лук преобразился, выпуская три огромных изумрудных копья, сверкающих дикой мощью. Они вонзились в грудь ошеломленного Пирона, отбросив того на несколько метров.

Халкиос жалобно вскрикнул, выронив меч из окровавленных рук. Артемис тяжело выдохнул. Он явно не был доволен такой победой. Я внимательно смотрел в его лицо и не мог разобрать, отчего он выглядит таким раздосадованным, когда победил столь сильного противника.

Трибуны взорвались бурным ликованием. Противостояние двух могучих воинов увенчалось триумфом справедливости и мастерства. Артемис с честью одолел коварного противника, доказав, что истинное мужество творит чудеса.

Я даже поднялся со своего места, чтобы похлопать ему. Это было эффектно. А главное, вполне вероятно, что я столкнусь с ним, если одолею в следующем туре Кору Ферею — наследницу Деметры.

Следующий поединок должен быть между Юноной Аргеей, наследницей Геры и Милиной Бакхия из клана Диониса.

Признаю, мне было чертовски интересно, какой силой обладает практик с Даром бога пьянок и веселья.

Ну а пока следовало навестить Пирона.

Моя схема была простой, как два пальца. Вряд ли кто-то бы заподозрил меня в неладном. Буду ходить по проигравшим, пожимая руки и рассыпаясь в любезностях. Так у меня будет больше шансов стащить энергию олимпийского божества. Ну а с победителями мне еще предстоит встретиться.

Пирон лежал в палатах без сознания. Вокруг него суетилось несколько лекарей, а у двери в задумчивости стоял Дарей.

— А, ты же тот парниша, что выступал от Ореста, да? Ты еще знаком с моим братом. Отлично себя зарекомендовал. Прошел во второй тур. А мой, как видишь, не смог справиться. Я бы сказал, что тебе повезло, да только Никтон тоже очень сильный противник, ха-ха.

Несмотря на поражение Дарей был в хорошем расположении духа.

Вскоре лекари покинули палату Пирона, и глава клана Гефеста пригласил меня внутрь.

— Думаю, если вы с Клеомедом были близки, я могу тебе доверять. Расскажи, при каких обстоятельствах вы встретились?

Я выдохнул, попутно пытаясь состряпать легенду из околоправды и правдоподобной выдумки.

— Дело в том, что я нашел старые чертежи в старых руинах, на которые навел меня мой могущественный покровитель. И, когда я их добыл, мне понадобился опытный кузнец, который смог бы сотворить по этим чертежам предмет. Но как я был удивлен, когда в ближайшем городе мне посоветовали человека с даром Гефеста. В такой глуши это была редкость! Собственно, Клеомед мне не отказал, он оказался очень охочим до новых и необычных заказов.

— Да-а, протянул Дарей. — Все верно! Клеомед любит сделать что-то невероятное. Ну так, у вас вышло сотворить что-то по чертежам.

Он купился на эту легенду, да что там, даже я бы купился. Мои шикарные навыки придумывания причин, почему мне надо свалить из офиса пораньше пригодились в другом мире, вот так новость.

— Это недоработанный артефакт, но тем не менее.

Я вытянул перед ним руки, показывая наручи пустоты. Дарей внимательно оглядел их и утвердительно захмыкал.

— Да, да! Узнаю его почерк. Даже тайная печать в самом незаметном месте стоит. Ты же знал, что каждый кузнец оставляет маленький отличительный знак. Ох, если бы его тут не было, думаю, я оторвал бы твою лживую голову. Ха-ха! Но ты все же говоришь правду!

Дарей засмеялся. А я поддержал его смех. Правда не очень уж по своему желанию. Как-то меня смутило его рвение лишить меня головы.

— Теперь я действительно могу сказать, что доверяю тебе. В наше время это действительно редкость. По моим сведениям, ты участвуешь в турнире, чтобы спасти девочку из Адамантисов, верно? Рез, конечно, великий практик, но будь у меня дочь, я б себе руку отрубил, лишь бы не отдавать ее в руки этому психопату.

Я дважды кивнул, обозначая свою решимость.

— К слову, в этих наручах есть особое свойство накопления кинетической энергии. Если позволите…

— Хочешь помочь восстановлению Пирона? С чего бы?

— Видите ли, я не смог как следует отблагодарить Клеомеда, поскольку пришлось отбыть на турнир. Однако, я могу вполне отблагодарить вас, за доброту вашего брата. Мне нечего предложить, кроме небольшой посильной помощи. Конечно, если такой маленький обмен энергией вас не смутит.

Дарей нахмурился, но все же кивнул.

— Да, ты прав. Кинетический импульс устранит остатки энергии Артемиды в теле Пирона. Так ты действительно отблагодаришь моего брата.

Я мысленно ликовал, но снаружи с серьезной миной подошел к Пирону, начиная процесс лечения, который маскировал перетягивания энергии Гефеста.

Было опасно. Учитывая, что Дарей пристально наблюдал за процессом. Но я предупредил, что это будет обмен энергией. И под видом этого самого обмена оставил себе маленькую частичку, почти незаметно.

Пирону правда стало лучше. Его лицо сделалось менее бледным. Я поспешно кивнул и хотел побыстрее покинуть палаты, но внезапно Дарей заговорил.

— Крей.

В тот момент внутри меня все сжалось, но с полной уверенностью я развернулся и уважительно кивнул.

— Спасибо. Если что-то потребуется, то ты можешь смело обратиться в клан Гефеста.

Я снова учтиво кивнул, выражая огромную благодарность.

Очередная победа. И снова успешно навешанная лапша на уши. Что ж, рано или поздно будет подвох, я уверен в этом. Когда все идет хорошо, всегда случается подвох.

Но в этот раз я буду полностью к нему готов.

Тем временем перерыв закончился и на арене огласили следующий бой. Две роковые красотки из кланов Геры и Диониса должны схлестнутся в суровом поединке.

Внимание трибун приковала новая пара участниц, вышедших на арену.

С одной стороны стояла Мелина Бакхия из клана Диониса. Она была поразительно прекрасна — стройная фигурка, обтянутая алым хитоном, длинные вьющиеся черные локоны и глаза цвета спелого винограда. Вокруг Мелины плясали лиловые искры — признак Дара Диониса.

Ее противницей была Юнона Аргея из клана Геры — высокая горделивая дева с золотистыми кудрями и ослепительно голубыми глазами. На ней была надета сверкающая белая туника, отороченная золотом. Вокруг Юноны колыхалась белоснежная дымка — энергия Дара Геры.

Две неземные красавицы поклонились друг другу, приветствуя перед боем. Затем Юнона приняла боевую стойку, и вокруг неё заплясали белые линии. Мелина хитро улыбнулась, и ее глаза вспыхнули лиловым.

Бой начался!

Мелина стремительно оказалась рядом с противницей, нанося удары ладонями, из которых вырывались винные пары. Но Юнона уклонялась от ее атак, окутав себя сияющим белым коконом.

— Вакхическое опьянение! — провозгласила она.

Девушка резко выбросила вперед руки, и в воздух взметнулся лиловый туман с искрами, похожими на виноградные гроздья.

Густой ароматный туман хлынул на Юнону, кружа ей голову. Девушка пошатнулась, в её глазах помутилось.

Но в следующий миг Юнона собралась и выставила перед собой ладони. Белоснежный свет вырвался из них потоком, отражая туман.

— Неистовство белой птицы!

Сияние приняло форму огромного лебедя и накрыло Мелину с головой. Девушка едва успела закрыться фиолетовым щитом.

Зрители ахнули от изумления при виде столь грандиозных техник.

Я внимательно наблюдал за поединком Мелины и Юноны, анализируя особенности их сил.

Когда Мелина применила Вакхическое опьянение, я отметил, что фиолетовый туман, по-видимому, влиял на разум противницы, приводя Юнону в замешательство и ослабляя её волю. Искры в тумане напоминали виноград — символ Диониса. Значит, Дар этого бога позволял воздействовать на сознание и эмоции врага, путать его мысли. Собственно, как я и предполагал, у бога пьянки, сила пьянки. Хотя уверен, что этим явно не ограничивалось.

Когда же Юнона применила свою энергию, пришлось пораскинуть мозгами. Это было что-то вроде создания материальных образов из чистой энергии. Она как будто воплотила лебедя из собственной магической силы, чтобы атаковать. Значит, Дар Геры может придавать энергии нужную форму для защиты и нападения.

Интересно, что оба Дара в некотором смысле влияют на сознание — один путём обмана чувств, другой силой эмоций. Но при этом они различаются как туман и пламя. Один тлеет, разъедая разум, другой пылает, подчиняя волю.

И если уж выбирать, я бы предпочел столкнуться больше с Даром Диониса в бою, нежели с Даром Геры.

Тем временем поединок продолжался.

После короткой передышки Мелина и Юнона снова бросились друг на друга. Их схватка набирала обороты.

Мелина резко выбросила вверх руки, и её лиловая аура взметнулась, принимая очертания гигантской лозы винограда с сотнями сочных гроздьев:

— Виноградники безумия!

Лоза винограда хлестнула по земле, целясь в Юнону. Та едва успела отпрыгнуть в сторону, уклоняясь от атаки, которая раскрошила камни арены.

Но Юнона тут же контратаковала. Её белая аура снова приняла форму огромного лебедя с расправленными крыльями, который громко закричал.

— Лебединая песня!

Звуковые волны начали принимать очертания десятка белых копий, которые ринулись в сторону Мелины. Девушке пришлось вернуть свою атаку назад, чтобы защититься виноградными лозами.

Однако наследница клана Геры и не думала давать передышку своей противнице.

Юнона собрала всю свою мощь для решающего удара. Её аура разрослась до гигантских размеров, заключив всю арену в пульсирующий кокон чистой энергии.

Аура белокрылая птица устремилась вверх, к облакам. Казалось, этот титан готов обрушить на землю всю мощь небес.

— Плач Белокрылого Лебедя! — выкрикнула Юнона.

Из глаз лебедя хлынули потоки слез, только вместо воды вниз летели невероятно сильные атаки, готовые изрешетить Мелину. Это был настоящий шквал чистейшей энергии Геры, несущийся на обессиленную наследницу Диониса.

Девушка вскинула ладони, оплетая себя плотным коконом из ароматных виноградников. Но они растворились в одно мгновение под натиском безумной атаки Юноны. Поток накрыл её с головой, выжигая землю вокруг и оставляя огромные кратеры от каждой слезинки. Когда он стих, Мелина лежала без сознания среди оплавленных камней.

Еще несколько мгновений все молчали, пока до людей наконец не дошло, что столь потрясающее зрелище закончилось победой наследницы Геры.

Эта победа была абсолютна и неоспорима. Юнона истощила свой Дар, но одержала триумф, все той же гордой походкой покидая арену.

Я нервно сглотнул. Каждый наследник показывал настолько ошеломительные техники, что мне было не по себе.

Ненадолго я даже потерялся в своих мыслях и пропустил перерыв. А значит придется навестить наследницу клана Диониса чуть позже. В любом случае я уверен, мое природное очарование поможет мне в общении с милашкой Мелиной.

А пока, мне хотелось внимательно посмотреть на следующие два боя, которые имели для меня особый интерес.

Исход обоих был очевиден. София победит Лиру, а Рез победит Ириду. Но все же частичка надежды внутри меня ревностно крутила в голове мысль, что возможно Ирида сможет что-то противопоставить психопату из клана Ареса и не сильно попасть под его удар.

Тем временем Лира и София вышли на арену.

Глава 13

Честь Ириды

После победы Юноны над Мелиной на арену вышли София Глаука из клана Афины и Лира из клана Аполлона. Обе девушки поклонились друг другу, готовясь к бою.

София приняла боевую стойку, и вокруг нее закружились синие потоки энергии — проявление Дара Афины. Лира же застыла в грациозной позе, ее окутывало оранжевое сияние от Дара Аполлона.

Бой начался!

София бросила вперед руку, выпуская с десяток маленьких синих сфер. Они закружились вокруг Лиры, выстраиваясь в сложные геометрические фигуры.

— Ловушка мудрости! — сказала София.

Фигуры вспыхнули ярким светом, сплетаясь в клетку вокруг соперницы. Но Лира лишь улыбнулась и мягко взмахнула рукой.

— Сияние Гелиоса!

Яркие лучи прорвались сквозь решетку, разрушая ее. София нахмурилась и выставила перед собой щит с изображением совы.

— Мудрость Афины!

Щит отразил атаку Лиры. Но та уже готовила новую — ее аура приняла очертания летящего по небу огненного диска.

— Колесо Гелиоса!

Огненный диск полетел к Софии, раскаляя воздух вокруг. Девушка едва успела отскочить, но часть ее одеяния все же обгорела. Трибуны ахнули.

София сжала кулаки, и ее глаза полыхнули гневом. Она выбросила руки вперед, выпуская тучу маленьких синих птиц.

— Когти боевой совы!

Птицы накрыли Лиру, царапая когтями. Девушка вскрикнула от боли, ее оранжевый наряд был изодран в клочья.

Но Лира не сдавалась. Она сложила ладони, собирая всю энергию в яркий сгусток чистого солнечного света.

— Сияние Аполлона!

Лучи устремились к Софии, ослепляя ее.

София едва успела закрыть глаза от ослепительного Сияния Аполлона. Лучи прошли в считанных дюймах от её лица, опалив кожу. София пошатнулась, но устояла на ногах. Дар Афины позволял ей уворачиваться от атак более эффективно, выбирая самую безопасную тактику.

Она тяжело дышала, собирая остатки сил. Нужно было что-то придумать, иначе чистая мощь Дара Аполлона одолеет её. София сосредоточилась, вспоминая все, чему её учили в клане Афины.

«Иногда прямое противостояние силой бесполезно. Нужно обмануть врага, заставив потерять бдительность», — прозвучал в голове голос ее отца.

София усмехнулась и выбросила вверх руки. Её синяя аура сгустилась, принимая очертания огромной совы. Птица взмыла под облака, расправив крылья.

Лира насторожилась, готовясь отразить атаку. Но вместо этого сова раскрыла клюв и издала пронзительный, оглушающий крик. Лира зажала уши руками, морщась от боли.

А София тем временем призвала остатки сил и ринулась вперёд. Она выбросила ладонь, и синий луч ударил Лиру в грудь, отбросив девушку на землю. Энергия прошла сквозь ее тело, сминая органы.

Лира застонала, едва в силах подняться. Она понимала, что проиграла этот раунд. София медленно приблизилась к ней, формируя в руке убийственный сгусток духовной силы.

Она пульсировала и переливалась, норовя нанести огромный вред девушке.

— Хорошо, хорошо! — простонала Лира, поднимая вверх руки. — Ты победила. Делать мне больше нечего, как растрачивать свой ум и красоту в этих варварских поединках!

Трибуны аплодировали, приветствуя победу Софии, однако далеко не все были довольны таким поединком. Многим не нравилось, что Лира сдалась столь быстро.

София помогла подняться Лире, и обе участницы поклонились друг другу.

— В любом случае, на следующем круге тебе стоит встретиться с Резом. Я не пожелаю ни одной девушке сразиться с ним. Мне жаль тебя и Ириду.

Девушка пожала плечами и удалилась без каких-либо серьезных ран.

Хоть София и выиграла едва ли не хитростью, её тактика и интеллект явно превзошли чистую силу Лиры. Это был поединок, достойный восхищения.

Я не мог уловить суть их разговора, однако понял, что с Резом было что-то не так. Помимо слухов о том, что он какой-то маньяк. Но почему-то именно девушкам сражаться с ним было тяжелее всего.

Да, я волновался за Ириду.

Пробравшись через многолюдные трибуны, я незаметно проскочил мимо людей из клана Гермеса и вошел в комнату ожидания. Ирида уже была в боевой форме своего клана. Ее волосы были стянуты в привычный тугой хвост с выбивающейся челкой. По спине прокатились мурашки. Ее вид был… Чертовски очаровательным.

— Какие люди, — холодно бросила она.

— Ты злишься? Но я же не виноват, что выступаю от клана Афин. Это был мой единственный способ попасть сюда чтобы спасти сестру.

— А крутить романы с Афинской наследницей — это тоже единственный шанс?

Я широко улыбнулся.

— Великая Ирида Ангелос что, ревнует?

— Я не…

Я подошел к ней и медленно обхватил девушку за талию. Она и не думала сопротивляться. Хотя отчаянно делала вид, что ей это не нравится.

— Убери свои руки, ты что позволяешь себе…

— Разве я не держал тебя точно также, когда мы взбирались на гору в Дельфах?

Медленно моя ладонь скользнула по ее щеке.

— Кажется, за мое обещание не спать с Лирой, ты говорила, что вернешь мне кое-что. В большем размере!

Ирида залилась краской. Она подняла руку. Казалось, что мне вот-вот прилетит пощечина.

Но вместо этого она хищно схватила меня ладонями за лицо и впилась в мои губы своими. Она была похожа на изголодавшуюся пантеру, которой был жизненно необходим этот поцелуй. Но я не собирался останавливаться так просто. Едва она хотела прервать его, я притянул ее ближе к себе, вторгаясь в ее рот и делая и без того интимный поцелуй еще более откровенным.

Когда наши губы разомкнулись, девушка тяжело дышала, а ее лицо было красным от возбуждения.

— Ты… бестактный и…

— Ты мне тоже нравишься. Но, впрочем, я пришел немного за другим. Твой противник Рез Сагона. Все вокруг говорят, что девушкам с ним сражаться намного опаснее, в чем же дело?

— О, кажется, опаснейший в мире Отрид волнуется за меня?

— Как уважающий себя мужчина, я обязан волноваться за свою женщину!

Ирида снова густо покраснела.

— Что ты… Дурак! В общем, Рез, он, как бы это сказать, помешан на причинении боли. Если с мужчинами это именно сражение чести и столкновение силы, то с девушками это сродни сексуальной утехе. Я слышала, что его возбуждает возможность изрезать своего партнера во время секса. Это не достоверно, и Спарта вместе с Олимпией как могут, скрывают эти факты, но, поговаривают, что он убил уже двенадцать девушек из-за того, что не контролировал себя. Но для всех они конечно же пропали.

— То есть он будет тебя избивать, и при этом возбуждаться? Какая мерзость… Ирида, откажись от боя? Прошу, скажи, что ты можешь? Как мне помочь тебе избежать этого?

— К сожалению я не могу. Отец не позволит порочить честь клана. Но я обещаю, как только все будет выглядеть так, что он побеждает, я тут же сдамся. Я не позволю ему и пальцем себя тронуть.

Я стиснул зубы, кулаки сжались сами по себе. Но мягкое прикосновение ладони Ириды к моему лицу в миг успокоило меня.

— Крей, все будет в порядке. Я не дам себя в обиду. Обещаю.

Я положил свою руку поверх ее и сжал.

— Береги себя, ладно? Я буду смотреть!

— Обязательно, — кивнула девушка, но когда я выходил из комнаты она внезапно продолжила. — А за то, что водишься с блондинистой афинкой, отработаешь мне втройне!

Я усмехнулся, возвращаясь на место рядом с Орестом. Толпа уже томилась в ожидании. Все очень хотели посмотреть на способности Реза, который, говорят, стал еще сильнее за это время, причем очень намного.

— Орест, подскажите мне, кто следит за поединком. Если вдруг случится, что один практик будет готов убить другого, поединок остановят?

Глава клана Афины тяжело выдохнул.

— За этим следит судья, глашатая и сам Агатон. Вся проблема в том, что без отмашки Агатона бой не остановят. Судья подаст сигнал, что ситуация критичная, но лишь лидер клана Зевса будет решать остановить бой, или нет. Он может также допустить убийство. Зная Агатона, это не исключено.

— А если кто-то вмешается?

— Боюсь, что того будет ждать суровое наказание. Агатон очень трепетно относится к правилам, которые сам же и возвел.

Я прищурил глаза, нервно барабаня пальцами по колену.

Что же это со мной такое. Никогда в жизни я столь не нервничал за другого человека. Да была Аида, которую я старался защитить, но это скорее было наследие чувств бывшего владельца тела — настоящего Крея. Но вот Ирида… То, что я испытывал к ней было явно моим. И я хотел сохранить это.

Сохранить ее.

Тем временем на арену под овации, размахивая рукой вышел красноволосый юноша с золотым наплечником и поясом. Рез Сагона.

С другой стороны, вышла и Ирида Ангелос.

— Начинайте. — воскликнул судья.

Рез поднял руку, из нее мгновенно вылетело множество кроваво-красных линий, которые образовали над его головой громадный шар из двигающихся острых лезвий. Эта убийственная аура возвещала о невероятной силе Реза, а также о его подлых намерениях.

— Ирида. Ты такая нежная и очаровательная дева. Я действительно заинтересован тобой. Как здорово, что мы встретились так быстро. Иначе я бы сгорел от нетерпения.

Девушка молча активировала свой дар и была готова в любой момент увернуться. Ее скорости не было равных.

— Ну брось. Неужели ты думаешь, что сможешь сделать мне хоть что-то, — юноша рассмеялся. — Мне так интересно, какое у тебя будет лицо. Все эти изнеженные слабачки только хнычат и дергаются, а я всегда хотел сильную и уверенную женщину. Может ты не сломаешься так быстро. Позволь мне увидеть твою агонию! Сфера Боли!

Шар кровавых лезвий молниеносно полетел на Ириду, но она словно исчезла. Девушка появилась за спиной Реза, занося кинжал. Но тут же ее горло оказалось сдавленным.

— Быстро. Действительно быстро. Но я тренировался против каждого Дара. И…

Рез посмотрел прямо ей в глаза, его красные радужки полыхнули безумием.

— Я быстрее!

Ирида задыхалась, но что важнее, эти слова поселили в ее голове страх. Животную боязнь за свою жизнь. Тело стало ватным и отказывалось двигаться.

Рез резко развернулся и швырнул тело девушки в переливающийся шар.

За мгновение Ирида оказалась в мясорубке.

Сотни лезвий наносили ей порезы снова и снова.

Зрители встревожено повскакивали с мест, кто-то закричал.

Это было ужасно жестоко.

Но внезапно внутри Сферы Боли засияла серая энергия.

Девушка вырвалась и отбежала в противоположный край арены.

Из десятков порезов сочилась кровь. Она пошатывалась, но все равно стояла на ногах.

— Я сдаюсь! — крикнула она судье.

Судья передал эти слова Агатону, но тот отрицательно кивнул.

— Простите, Ирида, вы еще не можете сдаться.

— Что? Какого Аида! Я же сказала, что я…

— Хэээй, солнышко мое. Твое лицо прекрасно, когда оно окроплено кровью, ты знала? А еще. Никто не закончит этот поединок, пока я не соглашусь. Понимаешь? Разве может Агатон не удовлетворить потребности людей его правой руки. Сильнейшего клана в Греции.

— Да чтоб тебя. — выругалась Ирида и снова вспыхнула энергией Гермеса.

Ее тело растворилось в воздухе под воздействием огромной скорости.

Тем временем я прекрасно видел, что ей не дали закончить бой и сдаться. А значит Ириде придется идти до конца. Я судорожно пытался понять, что я могу сделать в этой ситуации.

Но когда Ирида побежала вокруг арены, я подумал, что у нее был огромный шанс.

Тот самый удар. Но хватит ли ей энергии без моей помощи?

Девушка кружилась по самому краю арены, ускоряясь все больше. Эхо от ее движения разносилось повсюду.

Рез же спокойно стоял в самой середине.

И пусть он выглядел спокойно, я отчетливо видел, как каждая мышца в его теле напряжена, а энергия резво циркулирует по каналам. Он готовился, потому что понимал, что эта атака очень опасна.

Это приносило мне толику спокойствия.

Ирида же бежала. Быстрее и быстрее. Ее тело вибрировало невероятной энергией. Нужно было сделать всего один удар. Главное попасть.

Девушка продолжала ускоряться, пока не стала двигаться со звуковой скоростью. Воздух вокруг неё начал вибрировать и искажаться от фрикционного нагрева.

В нужный момент она резко остановилась и выбросила руку в сторону Реза. Мощная звуковая волна пронеслась по арене, искажая воздух и поднимая пыль. Это был легендарный Удар Акустики!

Рез внимательно следил за Иридой. В последний момент он слегка сместил центр тяжести, отклоняясь от траектории удара.

Звуковая волна пронеслась мимо, задев его плечо. Рез слегка покачнулся, но устоял на ногах, лишь рукав его одежды был разорван.

Следом он схватился за плечо и вправил вывих обратно, оскаливаясь в сторону девушки.

Трибуны ахнули от такого поворота. Ирида тяжело дышала, почти полностью истощив свой дар. А Рез стоял, довольный и совершенно невредимый. Его жестокие глаза светились предвкушением дальнейшего боя.

Он сложил ладони вместе и начал собирать всю свою боевую энергию. Алая аура вокруг него заклубилась, принимая форму огромного клинка.

— Так дело не пойдет. Думаю, сначала нужно лишить тебя ног, а уж потом насладиться твоим телом.

Рез сомкнул два пальца. Кровавые лезвия появились позади Ириды, разрезая ее сухожилия.

Девушка громко закричала от боли.

— Сдаюсь!!!

Но Агатон снова отрицательно кивнул.

Тем временем Рез развел руки в стороны, и гигантский алый клинок энергии взмыл вверх над его головой. Клинок был окружен клубами черного дыма и искрился кровавыми бликами.

— Да! Да! Это я и хочу видеть! Безысходность на твоем лице! Карающий клинок!

Затем Рез опустил руки, направляя Карающий Клинок на Ириду. Клинок обрушился на арену с оглушительным грохотом, раскалывая камни и поднимая столбы пыли.

Он был возбужден, его руки тряслись, а зрачки были просто огромными.

Опытные практики прекрасно видели, что атака не должна была убить Ириду. Он целился ровно в правую руку, чтобы одним ударом отсечь ее.

Вся арена содрогнулась от этой атаки. Зрители оцепенели от увиденной мощи Реза. Это была поистине устрашающая техника!

Вот только никто не мог заметить в поднявшейся пыли точно такой же серой энергии Гермеса, которую обвивала пурпурная.

Время замедлилось в разы и тут же вернуло свой ход.

А когда наконец пыль осела, каждый, кто был на арене с ужасом подскочил с места.

Ирида сидела на земле. Целая и невредимая после такой ужасающей техники.

Причиной же был тот, кто стоял перед ней.

Я крепко держал кровавый клинок на своей наручи. О да, ноги подкашивались, а все тело вибрировало. Эта мощь действительно была не сравнима ни с чем. Камни раздробились под моими ногами, оставляя широкую вмятину. Но я успел. В самое последнее мгновение.

Успел.

— Теперь все будет в порядке. Я здесь, успокоил я Ириду, после чего перевел яростный взгляд на Реза.

Тот не понимал, что произошло. Позади я видел Агатона. Он не был удивлен, даже не поднялся со своего кресла. И самое страшное, что этот засранец улыбался так, будто все спланировал.

— Неужели это и есть наследник великого клана Ареса? Издевается над беспомощной девушкой. В тебе нет ни чести, ни уважения. Ты хуже грязи под ногами! Выродок! — выплюнул я эти слова в лицо Реза.

Глава 14

Второй круг

Трибуны застыли в ожидании. Каждый из присутствующих понимал, насколько это неслыханная дерзость — нарушить правила и вмешаться в поединок. Только лишь это было огромным преступлением.

Но кроме того было и оскорбление. При такой огромной толпе Реза обвинили в бесчестии и сравнили с грязью. Не было ни одного человека, кто мог бы надеяться, что такому человеку сохранят жизнь.

Тем не менее вот он я. Стоял, глядя в глаза этому ублюдку.

Я слышал тяжелое дыхание Ириды за своей спиной и это придавало мне сил. Сейчас я не имел права отступить. Да и не хотел.

Со своего места медленно поднялся Агатон.

Слова лидера клана Зевса громко разлились по всей Арене.

— Крей! Ты нарушил священные правила турнира, вмешавшись в поединок. За это полагается строжайшее наказание!

Толпа зрителей зашумела. Многие возмущались действиями Крея, но были и те, кто понимал его мотивы.

Я выступил вперед, глядя Агатону прямо в глаза:

— Правила? Какие правила, если здесь попирается само понятие чести⁈ Рез жестоко избивал беззащитную девушку, А ее попытки сдаться были проигнорированы. Разве это достойно истинного воина?

— Не тебе судить о достоинстве воинов! — рявкнул Агатон. — Ты преступил закон турнира!

— Закон? Ха! Это беззаконие! — меня переполняла злость. — Я лишь защитил жизнь девушки, которая могла глупо ее потерять из-за невежественности тех, кто следит за соблюдением чести и правил на этом турнире. Хотя, не уверен, что вы понимаете значение этих слов, Агатон.

Люди начали ахать и перешептываться. Настолько неслыханной дерзости никто никогда не видел. Какой-то молодой практик дерзил самому лидеру клана Зевса.

В то же время лидер клана Гермеса сидел молча и со сложными чувствами наблюдал за происходящим. Он боялся сказать хоть слово, ведь все происходящее на арене изначально было спланировано кланами Зевса и Ареса, а Ириде просто не повезло попасть под горячую руку Реза, которому потакали во всем.

Агатон сурово посмотрел на меня, провоцируя неприятный холод по спине.

— Дерзкий юнец! Как ты смеешь указывать мне, Агатону Астеру, на что-либо⁈ Каким я буду лидером, если не накажу тебя за твою наглость!

Рез тоже вышел вперед, его глаза полыхали яростью.

— Этот ничтожный червь оскорбил мою честь! Я требую его смерти в качестве возмездия! Он будет страдать от моих рук!

Я усмехнулся.

— Ваши угрозы мне не страшны. Я сделал то, что считал правильным. Я поступил по чести и все вокруг были ее свидетелями! Неужели вы и дальше в страхе будете спускать все с рук этой элите⁈ Если за такое полагается наказание — я готов его принять. Но не ждите, что я стану просить пощады у тех, кто не знает её значения.

— Да как ты смеешь! — взревел Рез, вскидывая руку, которая уже переливалась множеством кровавых лезвий.

— Успокойся, — остановил его Агатон. — Этот щенок просто ищет славы, выступая против нас. Он надеется, что клан Афины защитит его. Но они не посмеют, если не хотят лишиться моей милости!

Краем глаза я увидел, как напрягся Орест. Но я подозревал, что их захотят повернуть против меня.

— Прошу прощения, Агатон, — спокойно возразил я. — Но я не имею отношения к клану Афины в сражении наследников. Да, я выступал от них во время первых двух этапов, но именно вами был приглашен на турнир. Так что любые мои действия — только моя ответственность.

Я видел, как Агатон на мгновение растерялся. Но ситуация продолжала накаляться.

В тот момент наконец вскочил Кир Ангелос. Меня пробило на смешок. Настолько этот человек был жалким, что не мог защитить свою дочь. Теперь мне было ясно, почему Ирида недолюбливала его и сбежала.

— Постой, Агатон! Этот юноша спас жизнь моей дочери ценой собственной. Разве это не достойно уважения? Да, правила были нарушены, но возможно судье не удалось передать тебе то, что Ирида сдается. В шуме толпы это могло затеряться!

Но Агатон смерил его суровым взглядом.

— Клан Гермеса хочет лишиться моей милости? Не лезь, куда не просят, Кир!

Ангелос побледнел и сел обратно, не проронив больше ни слова.

Жалкое зрелище. Но это мгновение подало мне одну маленькую идейку.

После слов Кира Ангелоса я поднял руку вперед и громко произнес.

— Агатон! Вы говорите о наказании за нарушение правил. Но разве сами правила не были нарушены в корне, когда Ириде отказали в праве на сдачу? Это же прямо противоречит кодексу чести турнира! Я прекрасно видел, а первые ряды еще и слышали, как девушка несколько раз сдалась, чтобы сохранить свою жизнь! Но вы почему-то предпочли в этот момент сделать вид, что ничего не произошло.

— Да что ты можешь знать, жалкий приемыш Фемиды! Это поединок, в котором отстаивается честь своего клана! За такое и умереть не жалко! — надменно проговорил Рез

Но я тут же парировал.

— Если тебе так дорог твой клан, пожалуйста, умирай за него. Ирида же решила, что принесет больше пользы клану Гермеса живой, нежели умрет от рук какого-то ублюдка.

О да, Рез вскипал все больше. Он хотел наброситься на меня и разорвать в клочья. Но я знал, что он этого не сделает перед всей этой толпой.

Для таких как он, и лидер клана Зевса репутация очень важная вещь. Люди верят им, потому что боятся. Но это лживое уважение рухнет, когда их гнусная натура вскроется хоть немного.

Агатон нахмурился, его только что обвинили в том, что он не соблюдал свои же правила.

— Правила турнира трактую я. И сдачу участников принимаю также по своему усмотрению. И за нарушение я исключу тебя из турнира, а в наказание ты получишь двадцать плетей. Я все же милосерден и казнить за такое не намерен.

В толпе начали возникать недовольные возгласы. Это заставило Агатона недовольно поморщиться.

— То есть вы хотите сказать, что правила можно трактовать, как угодно, и менять по ходу турнира? — я изобразил удивление. — Тогда какие же это правила? Получается, здесь царит произвол, а не справедливость!

Ропот толпы стал громче. Мои слова явно нашли отклик у многих. Люди не задумывались об этом, пока я не ткнул их носом в такое безобразие.

Они выказывали недовольство, осуждая действия Агатона, причем делали это куда более смело, чем ранее.

Глава семьи Астер недовольно оглядел трибуны. Он понимал, что его авторитет под угрозой.

— Молодой человек прав, — неожиданно подал голос один из старейшин клана Посейдона. — Правила должны соблюдаться неукоснительно для всех. Иначе как мы определим победителя?

Отлично, клан Посейдона недолюбливает Агатона. Но они не стали бы рисковать. Раз уж они решили встать на мою сторону, то я посеял достаточно сомнений в толпе.

— Да, пусть юноша остается в турнире! Он поступил по совести! — поддержали его голоса.

Агатон посмотрел на меня испепеляющим взглядом. Но выбора у него не было. Он не мог позволить себе выглядеть деспотом на глазах у всех кланов.

— Хорошо, — процедил он сквозь зубы. — Это действительно был поступок чести. Я, как мудрый правитель, могу признать свою ошибку. И да, я правда не расслышал в бушующей толпе просьбу Ириды остановить бой. Даже великие люди все же остаются людьми. Которые делают ошибки.

Реза просто перекосило от ярости. Я же внутренне ликовал, глядя как его зубы чуть ли не крошатся под стиснутой челюстью.

Однако, слова Агатона принесли тот эффект, который я не ожидал. Трибуны начали восхвалять его. Все говорили о том, насколько он необыкновенный лидер, раз действительно может признать свою ошибку. Все восхваляли его мудрость и понимание.

Океан лицемеров.

Агатон развернулся и сел на свое место. Я торжествующе посмотрел ему вслед. Мне удалось уколоть его репутацию и выиграть право остаться.

Рез сделал шаг в мою сторону.

— Я надеюсь ты не проиграешь следующий бой, и мы с тобой встретимся на арене. Потому что мне хочется уничтожить тебя собственными руками! Я буду отрезать твою плоть маленькими кусочками и наслаждаться твоими мучительными криками боли!

— Передернуть не забудь в эйфории. И обязательно перед толпой. — я безразлично махнул ему рукой и повернулся к Ириде, помогая ей подняться. — Ты как?

Она смотрела на меня сложным взглядом. В краешках ее глаз медленно скапливалась влага.

— Ты… Ради меня…

Она бросилась меня обнимать с безудержными рыданиями. Прямо при всех.

И этот момент растрогал очень многих.

А я…

Я просто ее обнимал. Мне было плевать на всех вокруг. Я поступил правильно. Не по морали или чести, а так, как хотел лично я. И именно поэтому это было правильно.

— За меня никто и никогда не вступался. С самого детства. Никогда.

Я аккуратно наклонился к ее уху и шепнул.

— Теперь все будет иначе. Давай уйдем с арены.

Может Рез и победил в этом сражении, но именно мы с Иридой уходили под ликующие крики и овации толпы. Именно нам принадлежало их одобрение.

Тем временем Агатон что-то долго объяснял своему помощнику, при этом пристально глядел на меня.

Успокоилась Ирида только когда мы совсем покинули арену. Я видел, как ей было тяжело. В тот момент, когда все обернулись против нее, не было ни одного человека, который встал бы на ее защиту.

Я решил остаться рядом, пока не начнется второй круг боев.

Но в тот момент к нам вышел Орест Глаука, лидер клана Афин.

— Я напрочь сражен твоим великолепием, юноша, — улыбнулся он. — Едва мне подумалось, что тебе нечем больше меня удивить, как ты выдаешь такое. Конечно, будет странно благодарить тебя за это, но тем не менее, спасибо, что не стал приплетать сюда клан Афины. Я это очень оценил.

— Нечего оценивать, — я безразлично пожал плечами. — Это мои действия, и я действительно готов был взять ответственность на себя.

— Ты не стал подставлять нас под удар, и я чувствую себя малость должным тебе. Поэтому хочу предупредить. С этого момента Агатон будет пристально следить за тобой. Вполне возможно, что тебя попытаются убить, поэтому будь аккуратен. Ах и еще, вот.

Он вытащил небольшую склянку с белой жидкостью и протянул мне.

— Это концентрат Дара Геры. Ее энергия наиболее совместима с другими, ну да что я объясняю, Богиня брака, парная культивация, сам должен понимать. Важно другое. Выпив его, ты ненадолго сможешь получить дар Геры. Использовать техники вряд ли сможешь, но вот повысить качество своей духовной силы вполне. Это огромная редкость, получить такой концентрат, так что не расходуй его попусту.

Я нахмурился. Благодарность за подобные действия была сомнительной, а награда достаточно высокой.

— Вы уверены?

— О, более чем. Я надеюсь, ты не забываешь оказанной тебе доброты.

Ах вот оно что. История про могущественного покровителя настолько тебя задела, что ты надеешься, будто я расскажу ему про тебя. Вроде опытный практик, а ведешь себя…

Я кивнул и принял его подарок, решив подыграть.

— Благодарю. И да, такие вещи действительно не забываются.

Когда он ушел, я снова обнял Ириду, она даже и не думала сопротивляться.

— Тебе не стоит здесь оставаться. Ты исполнила долг перед своим кланом. Твой отец не стоит того, чтобы отдать за него жизнь.

— А как же ты?

Сейчас, когда она была уязвимой, ее голос звучал очень мягко. От холодной и язвительной Ириды не осталось и следа.

— Я закончу тут свои дела и тоже свалю. Обязательно найду тебя после турнира, хорошо?

— Обещай!

Вместо этого я крепко ее поцеловал, после чего улыбнулся.

— За тобой огромный должок. Как же я могу это оставить.

— Дурак…

Она отвернулась и ее силуэт растворился в воздухе, оставляя лишь легкие всполохи энергии Гермеса.

Вернулся я на арену в аккурат когда объявили второй круг поединков. Я должен был сразиться с Корой Фереей, наследницей клана Деметры.

Когда наш поединок объявили, я вышел на арену и увидел напротив себя статную фигуру Коры Фереи. Она была одета в длинные одеяния цвета земли и держала в руках мощное деревянное копье.

— Приветствую тебя, прекрасная Кора! Не желаешь ли прогуляться со мной под луной после боя? Я знаю уютное местечко у озера, — подмигнул я ей.

Но Кора лишь хмуро посмотрела на меня в ответ.

— Давай без глупостей, я пришла сюда сражаться. После боя ты едва ли будешь в состоянии куда-либо идти.

Я рассмеялся и покачал головой. Строгость этой девушки меня только забавляла.

— Хорошо-хорошо, как скажешь. Но мое предложение в силе, если передумаешь.

— Не передумаю! Такие как ты и Эрос мне омерзительны! Крутите романы со всеми подряд, используя свою красоту.

— О! Так ты считаешь меня красивым, как приятно. Ну так, раз ты уверена в своей победе, может пари? Если выиграю я, то ты сходишь со мной на свидание, а если ты, то проси что захочешь! Что скажешь?

Кора фыркнула и ответила.

— Любое желание? Хорошо, если я выиграю, ты отдашь мне свой меч Персея. Я убедилась, что он очень полезен в бою. А сам ты уберешься из этого турнира навсегда! Как тебе такое желание?

Я расхохотался в ответ.

— О да, я вижу ты не из пугливых! Хорошо, пусть будет по-твоему! Если я проиграю, забирай меч и можешь даже покалечить меня, чтобы я точно не участвовал больше на турнирах. Но если выиграю я, мы идем на свидание!

Кора рыкнула, словно хищник и воинственно подняла копье.

По сигналу судьи девушка тут же атаковала:

— Расцветающая Земля!

Вокруг неё выросло множество цветов на длинных стеблях, закружившихся и бросившихся на меня с острыми шипами. Я ловко увернулся от этой атаки, но она заставила меня насторожиться.

Видимо, Кора не собиралась недооценивать меня, поскольку я победил наследника Посейдона, и сразу применила одну из своих сильных техник. Но раскрывать всё в начале боя было опрометчиво.

Я решил пока придерживаться обороны, чтобы на себе прочувствовать её стиль. Прыгнув в сторону, я выставил вперёд ладонь.

— Что ты делаешь? Доставай меч и сражайся!

— Скажешь мне это ночью у озера, — гоготнул я.

Она гневно вскрикнула и ринулась в атаку, пытаясь атаковать меня с разных сторон своим копьем, и ища слабые места в защите. Но я вскинул щит Фемиды, который поглотил все ее удары.

Кора отпрыгнула назад и воткнула копье в землю. Вокруг неё начал формироваться знакомый мне Терновый Венец.

Пора было переходить в атаку, и я начал готовить свою комбинацию, чтобы пробить эту защиту.

Глава 15

Неожиданный друг?

Трибуны арены замерли в предвкушении, когда начался поединок. Все еще помнили, как я победил Никтона Пелагоса, наследника клана Посейдона. До моих ушей доносилось множество фраз, но смысл был один и тот же: «Чего же ожидать от него в этот раз?».

Когда девушка сформировала Терновый Венец, я сосредоточился.

Нужно было грамотно обойти ее защиту. И сделать это таким образом, чтобы не нанести Коре вреда.

Не то, чтобы я был прямо-таки джентльменом. Но если от этого не зависит моя жизнь, какой мне прок причинять девушке боль? К тому же не похоже, что Кора была какой-то отъявленной стервой.

Ладно-ладно, я признаюсь самому себе, что мне нравятся именно такие строптивые девочки. Было в ней что-то, что было и в Ириде.

Я хитро ухмыльнулся. В моей голове появилась идея, как пробить Терновый Венец.

— Что замешкался? Этот барьер не смог пробить даже наследник клана Афродиты, уж не думаешь ли ты что… А?

Не дав ей договорить, я резко бросил в неё щит Фемиды. Кора инстинктивно подняла руки, чтобы усилить защиту спереди, ее барьер вспыхнул еще большим количеством энергии.

В ту же секунду я активировал Наручи Пустоты. Накопленной энергии хватало, чтобы, чтобы сделать один удар.

Все произошло всего за долю мгновения.

Щит ударился о барьер и упал на землю.

— Какого?.. — только и успела произнести она.

Да, это был обычный бросок, даже не атака. Мне нужно было лишь отвлечь твое внимание.

Потянув пространство на себя, я оказался позади и с размаху ударил кулаком в заднюю часть барьера, которая сейчас была куда более уязвима, поскольку основные силы девушка тратила на то, чтобы защититься от атаки спереди.

Энергия прохудилась. Этот удар с энергией наручей заставлял вещи стареть. А значит и техника станет слабее, как это происходит под воздействием времени.

Как я и предполагал, барьер треснул, открывая для меня небольшую прореху. Я проник внутрь.

Когда я уже был сзади, девушка только-только поняла, что бросок не нес в себе никакой угрозы.

Я аккуратно толкнул ее в спину.

Барьер полностью развеялся, а девушка по инерции сделала пяток шагов вперед.

Резко развернувшись, она выставила вперед копье и оскалилась.

— Почему ты не ударил⁈ — гневно спросила она.

— О, прости, я не такой бестактный идиот как этот увалень из клана Ареса. Мне так и не довелось представиться. Я Крей. Фактически безродный, но милостью Антея ношу фамилию Адамантис. И я не поднимаю руку на девушек.

— Но я могу сражаться с тобой на равных, и даже лучше! Дерись со мной как подобает!

— Я не сомневаюсь. Ты очень сильна, и в бою с Эросом ты это прекрасно показала. Я делаю это не потому, что считаю девушек слабыми.

— И почему же тогда?

— Как я могу применять силу к чему-то столь прекрасному и нежному? Это уважение и восхищение, а не попытка принизить боевые способности.

— Наглая ложь! Все поступают одинаково!

Кора снова взмахнула своим копьем.

— Цветущий Поток!

Из копья хлынул мощный поток ярких лепестков и лоз, несущихся прямо на меня. Я едва успел поднять щит, чтобы отразить эту атаку. Лепестки брызнули в стороны, а лозы опутали щит, пытаясь пробиться сквозь защиту.

Так продолжалось несколько раз. Кора атаковала меня всё более изощрёнными техниками клана Деметры, а я успешно отражал их щитом.

Однако в очередной раз одна из атак отскочила обратно на Кору, пробив ее ногу. Девушка пошатнулась, но упрямо выпустила ещё один поток энергии в мою сторону.

Она падала.

Я нахмурился и резко бросился вперед, чтобы не дать ей упасть.

Мне едва удалось подхватить падающую Кору, но в плечо впились острые шипы её последней атаки. Рана полыхнула болью, но я удержал девушку на руках.

Наши взгляды встретились. Глаза Коры были полны изумления и смущения от того, что я пришёл на помощь даже ценой ранения.

— Ты совсем полоумный, да? — гневно выпалила она, но не двигалась.

Я улыбнулся в ответ.

— Не беспокойся обо мне. Это всего лишь царапина по сравнению с тем, что ты могла получить при падении. Я не мог допустить, чтобы с такой хрупкой красавицей что-то случилось.

Кора покраснела и отвела взгляд. Она не пыталась вырываться из моих рук.

Трибуны взорвались аплодисментами и криками восхищения таким поворотом.

Вся ситуация меня очень сильно улыбала. Да, может я и переигрывал. Но толпе нравилось, Кора, кажется, вообще в восторге, судя по румянцу на щеках. А рана была не столь уж и сильной.

Я ощущал тепло ее тела в своих руках. Наконец ее глаза, цвета молодой листвы, посмотрели на меня.

— Может ты и не такой уж и мужлан. — пробормотала она, после чего наконец встала и громко произнесла. — Я сдаюсь!

Судья виновато посмотрел на Агатона, после снова перевел взгляд на Кору.

— Но вы уверены? Ведь у вас даже нет ранений, а Крей получил удар!

— Он обошел Терновый Венец и отклонил все мои техники. Этот бой бесполезен. Мне больше нечего ему противопоставить.

После ее слов судья показал Агатону знак о сдаче, на что тот кивнул. Меня объявили победителем, а толпа то и дело ликовала. Где-то даже говорили, что я сразил ее своей мужественностью и внимательностью. Некоторые даже обещались брать с меня пример.

Перед самым выходом с арены кора обернулась ко мне. На ее лице впервые промелькнула улыбка.

— Ночью, у озера. — тихо проговорила она и скрылась в проходе.

Я победно улыбнулся. Ну вот. Не силой единой, как говорится.

Внутри меня медленно протекал Дар Деметры. Именно в тот момент, пока она лежала в моих руках я умудрился стянуть у нее энергию, соразмерную одной атаке. Оставалось совсем немного, и я наконец освобожусь от связи с Кроносом и получу свою награду.

Когда я вышел с арены после победы над Корой, то решил немного прогуляться под трибунами, пока идет перерыв перед следующим поединком. Нужно было размять ноги и проветрить голову после напряженного боя.

Следующими противниками будут Артемис Мантикор из клана Артемиды и Юнона Аргея из клана Геры. Я видел обоих в деле, и победитель для меня не был однозначным. Артемис обладал боевым опытом, это прослеживалось по его умению вытаскивать вовремя козыри. С другой стороны, сила Юноны тяжело поддавалась описанию. Дар Геры обладал не какой-то особенностью, вроде скорости или предсказаний и тактики. Он сам был особенностью, являясь чистой энергией.

Из раздумий меня вывел чей-то голос позади:

— Неплохо сражаешься для новичка.

Обернувшись, я увидел Артемиса Мантикора, наследника клана Артемиды. Кажется, он тоже прохлаждался под трибунами перед предстоящим поединком.

— Благодарю, но я еще далек от истинного мастерства, — скромно ответил я. — Ты прекрасно противостоял наследнику клана Гефеста. Я и не подумал бы, что ты победишь. Но ты отлично подгадал момент, когда твой противник потерял бдительность.

Да уж, умеешь ты перевести тему, — усмехнулся Артемис. — Но я про другое. То, как ты поступил с Иридой и противостоял Агатону, говорит о многом. Мало кто осмелился бы бросить вызов так открыто.

— Я просто не мог оставаться в стороне. Хоть это и было опрометчиво.

— И именно поэтому я восхищаюсь твоей смелостью! Ты рисковал ради того, что считал правильным. Точно тебе скажу, из тысячи практиков здесь ни один бы так не поступил. Ни один бы не пошел против слов Агатона. Даже лидер клана Гермеса не смог заступиться за свою дочь. А ты смог. Я всю свою жизнь ратовал за справедливость и честность. Считай сегодня ты неосознанно получил одного почитателя.

Я едва сдержал улыбку. Похвала от такого опытного бойца приятно грела самолюбие. Подумать только, наследник клана Артемиды — мой фанат. Я бы был настороже, вот только все в этом парне способствовало проявлению доверия. Как его открытость, так и внешность.

— Что ж, я рад, если мои действия заслужили твоё одобрение. Надеюсь, со временем я докажу, что оно не напрасно.

— Уверен, что докажешь, — кивнул Артемис. — Похоже, тебя окружает ореол тайны. Ходят слухи, что ты — темная лошадка этого турнира.

— Не стоит верить сплетням, — рассмеялся я. — Я обычный парень, который просто пытается выжить здесь.

— А вот это мы еще посмотрим. Что-то мне подсказывает — ты можешь стать достойным соперником и, возможно, другом. Для меня было бы честью сразиться с тобой, ибо в бою рождается крепкая дружба. Правда вряд ли мы встретимся на Арене. Могли бы, но после твоей отчаянной выходки все резко поменялось.

— Расскажешь? Информация была бы очень кстати.

— Смотри. Ты только что вышел в полуфинал. Я сейчас сражаюсь с Юноной. Если мне удастся победить, то поднимусь на твою ступень. Ну а третьим будет Рез. Уж не в обиду Софии, но она явно не сможет его победить. Леон вклинится в таблицу как раз в полуфинале. По логике вещей, мы с тобой должны были бы сразиться в полуфинале, а Рез бы столкнулся с Леоном. Но очевидно, что этого не допустят. Резу не позволят вылететь так рано.

— И ему дадут шанс поквитаться со мной… Получается, если ты победишь, то столкнешься с наследником клана Зевса.

— А ты схватываешь на лету. Все верно. Там не важно, буду в полуфинале я, или Юнона, Леон на две головы выше. А что насчет Реза? Думаешь справишься?

— Он силен. Сильнее чем во время визита в Микены. И намного. А я еще не полностью понял, насколько силен сам. Но знаешь, я сделаю все что в моих силах, чтобы спустить этого ублюдка на землю. Я верну ему то, что он сделал Ириде и, если вдруг он посмеет сильно ранить Софию, за это он ответит тоже.

— Ха-ха! Отличный настрой. Я смотрю, ты и подругами обзавестись успел.

Артемис внезапно хлопнул меня по плечу.

— Как бы там ни было, знай, я на твоей стороне. И да, я должен извиниться перед тобой.

Я вопросительно посмотрел на него. Юноша же продолжил.

— Именно я привел Ириду на этот турнир. А судя по тому, что произошло, она тебе очень дорога. Я не буду оправдываться. Слишком долго объяснять взаимосвязи всех клановых разборок. Скажу лишь то, что мне дали приказ и я его выполнил во имя своего клана. Тем не менее, я лишь уговорил ее, а не привел силой.

Я сперва нахмурился, но все же взял его руку и крепко пожал.

— Ты не похож на остальных наследников. Поэтому извинения принимаются. Удачи тебе в следующем бою. И кстати да, у нас вполне есть шанс встретиться в финале. Одолей Юнону, а за ней Леона, а я втопчу в грязь Реза. И в финале покажем всем присутствующим, каким на самом деле должен быть честный поединок.

Артемис широко улыбнулся и направился к арене.

Что ж, возможно, я наконец обзаведусь другом в этом месте.

Я решил вернуться на место зрителя, но немного другим путем, дабы чуть больше прогуляться. Впереди ждали тяжелые поединки. Энергию Артемиса я решил поглотить позже, сейчас это было делать опасно, а если у него и правда дружеские намерения, то я смогу сделать это без проблем.

Пока я шел, мой взгляд невольно зацепился за одну из колонн под трибунами. Она изрядно выбивалась из общей картины и явно отличалась от остальных.

Подойдя поближе, я понял, что меня смутило. Широкая надпись, описывающая круг. Я медленно обошел колонну.

Вырезанная надпись гласила: «Познай правду, сокрытую во лжи. Отыщи ключ в чертогах ночи».

Я задумчиво посмотрел на странную надпись. Что это значит? Какая правда скрыта во лжи? И где искать этот загадочный ключ в чертогах ночи?

Внезапно до меня дошло — надпись явно связана с Титанами! Ведь они были побеждены и заточены в Тартар богами-олимпийцами, которые заняли их место, к тому же Олимпийцы тщательно стерли любое упоминание о Титанах. Значит, они и есть «правда, сокрытая во лжи» олимпийских богов!

Но что это значит? И зачем кому-то указывать мне на связь с Титанами?

Я еще раз внимательно осмотрел надпись. И тут мой взгляд зацепился за едва заметные маленькие символы внизу. Присмотревшись, я смог разобрать имена титанов Кроноса и Реи.

Значит, ключ действительно как-то связан с Титанами! И упоминание ночи… Возможно, это намек на то, что ночью здесь, под ареной, я смогу найти что-то, связанное с ними!

В любом случае сначала мне предстоит закончить турнир, выжить, опрокинуть лицом в грязь Реза, и только потом вернуться сюда.

Ах, да. Кора. Как я мог забыть о нашем свидании на озере.

Тем временем трибуны начали аплодировать. Судья объявил о следующем поединке. Артемис Мантикор и Юнона Аргея.

Глава 16

Первая битва полуфинала

На арене воцарилась напряженная тишина, когда появились два следующих участника турнира.

С одной стороны, вышел Артемис Мантикор, наследник клана Артемиды. Его длинные каштановые волосы, туго стянутые в хвост, покачивались из стороны в сторону, а пальцы бегали по древу лука. Вокруг Артемиса клубилась зеленоватая энергия Дара Артемиды.

Его противницей была Юнона Аргея из клана Геры. В этот раз в руках она держала странное оружие — прозрачный хрустальный шар, внутри которого клубилась белоснежная энергия ее Дара. Кажется,

Трибуны замерли в предвкушении поединка столь непохожих противников.

Бой начался!

Артемис молниеносно выстрелил из лука. Стрела пронеслась над ареной, оставляя зеленый след.

— Рога Кернуна! — крикнул он.

Но Юнона ловко увернулась от выстрела, который превратился в громадные рога, готовые подцепить девушку и унести к небу, она при этом даже не шевельнувшись с места. Внутри ее хрустального шара заклубилась энергия, принимая форму белого лебедя.

— Кикнос Геры! — ответила Юнона.

Лебедь вырвался из шара и устремился к Артемису, выставив вперед клюв. Артемис отпрыгнул в сторону, и лебедь врезался клювом в аол арены, разнесся каменные плиты в гравий.

Трибуны ахнули от демонстрации мощи бойцов.

Но на меня это впечатления не произвело. Две весьма посредственные техники, которыми они лишь прощупывали друг друга. Вот только проблема была в том, что непонятно, чего ожидать от Юноны. Ее сила слишком широка в использовании, даже несмотря на то, что она показывала лишь лебедя.

Противники на мгновение застыли, оценивая друг друга.

Артемис внимательно следил за движениями Юноны, выискивая малейшую возможность для выстрела. Юнона же неотрывно смотрела на него, готовая в любой момент выпустить энергию Геры для защиты или атаки.

Вдруг Юнона резко выбросила руку с хрустальным шаром вперед. Из шара вырвалось сияющее облако, быстро принимающее форму огромного орла с расправленными крыльями.

— Воздушный триумф! — крикнула девушка, управляя изящными пальцами появившейся птицей.

Орел устремился на Артемиса, выпустив вперед когтистые лапы. Но он успел отпрыгнуть в сторону, и когти вспороли лишь его остаточное изображение.

Не теряя ни секунды, юноша вскинул лук и выпустил три стрелы подряд. Они пронеслись над ареной, оставляя ярко-зеленые полосы в воздухе. В последний момент стрелы слились в единый пучок, образовав гигантский копье.

— Клык лесного зверя! — крикнул Артемис.

Копье пробило белого орла насквозь, развеивая технику. Но, судя по всему Артемис не подрассчитал силы и вложил значительно больше. Копье пролетело дальше и настигло Юнону, оставив глубокий кровоточащий порез на плече. Девушка вскрикнула от боли и рухнула на одно колено.

— Чертовски меткий выстрел, — процедила она сквозь зубы, зажимая рану. — Но тебе это даром не пройдет!

Юнона поднялась на ноги, сжимая хрустальный шар. Ее глаза полыхнули гневом.

— Любовь к Зевсу! — закричала она.

Над всей ареной скопились тяжелые тучи, из которых посыпались сокрушительные молнии одна за другой. Каждая из них содержала силу по меньшей мере пятой стадии пути Отступника.

Каждый знал о супружестве Зевса и Геры, поэтому не было ничего необычного, что белая энергия Дара Геры могла воспроизвести некое подобие молний.

Артемис едва успевал уворачиваться от их ударов, прыгая и кувыркаясь.

— Эй, ты же не хочешь убить меня! — крикнул он. — Это всего лишь турнир!

Но Юнона была ослеплена яростью.

— Ты ранил меня! Пролил священную кровь наследницы! За это я разнесу тебя на куски!

Она направила шар на Артемиса, и из тучи хлынул огромный столб из сплетенных молний. Казалось, этот удар невозможно избежать или отразить.

Артемис в отчаянии вскинул лук, собирая всю свою силу. Зеленое сияние окутало его, принимая очертания огромного оленя.

— Рога Кернуна! — в последний момент крикнул он, выпуская всю накопленную энергию навстречу атаке Юноны.

Раздался оглушительный удар и ослепительная вспышка.

Трибуны взорвались возгласами изумления, когда раздался оглушительный удар от столкновения техник Артемиса и Юноны. Вспышка была настолько яркой, что многие зрители закрыли глаза руками.

Я же пристально вглядывался сквозь поднявшуюся пыль. Артемис явно сдерживал себя, чтобы не нанести слишком серьезных повреждений Юноне. В конце концов, она была девушкой, а он следовал кодексу чести. Иначе при его мастерстве он мог бы уже победить.

Но Юнона, разъяренная ранением, атаковала в полную силу. И теперь было неясно, кто вышел победителем из этого столкновения.

Когда пыль осела, открылась тревожная картина. Артемис лежал посреди разрушенной арены, его одежда была разорвана в клочья, а тело покрыто ожогами. Рядом валялся обугленный лук.

Юнона же стояла чуть поодаль, опираясь на колени и тяжело дыша. Ее белоснежный наряд был испачкан пылью и кровью из раны на плече. Но в целом она была невредима, лишь слегка обожжена от отдачи собственной атаки.

Хрустальный шар в ее руках треснул от перенапряжения, но продолжал светиться.

— Ха, этого следовало ожидать. Я победила! Наследник Артемиды не чета великим техникам Геры.

Артемис не подавал признаков сознания, а судья уже вышел вперед, чтобы объявить победу Юноны

Судья уже готов был объявить победу Юноны, как вдруг Артемис собрал последние силы и поднялся на дрожащие ноги.

— Этот бой еще не окончен! — прохрипел он, с трудом поднимая потрескавшийся лук.

Артемис тяжело дышал, его ноги подкашивались, но взгляд горел несломленной решимостью. Он медленно поднимал лук, собирая в нем остатки силы. Зеленое сияние его ауры едва теплилось, но юноша упрямо продолжал накапливать энергию.

Юнона лишь фыркнула в ответ, готовясь нанести финальный удар из своего почти разрушенного хрустального шара. Она была уверена в победе и не обращала внимания на отчаянные потуги противника.

Но вдруг раздался протяжный звон натягиваемой тетивы. Артемис собрал всю свою волю и инстинкт охотника, чтобы сотворить последнее чудо. Он выпустил колоссальную стрелу, во много раз больше всех предыдущих. Она пронеслась над ареной с ревом урагана, подняв за собой тучи пыли и выжигая воздух. Каменные плиты раскалывались от одного ее прикосновения. Это был истинный выстрел лесного владыки, несущий в себе всю мощь дикой природы.

— Стрела Артемиды! — прошептал юноша.

Юнона в последний момент подняла хрустальный шар, пытаясь закрыться. Но атака была слишком мощной. Огромная стрела лишь задела Юнону, но отбросила её на десятки метров, как тряпичную куклу.

Хрустальный шар разлетелся на мелкие осколки от этого касания. Юнона с размаху врезалась в камни арены и потеряла сознание, не поднимаясь в течение пары минут.

— Победа Артемиса! — объявил судья.

Трибуны взорвались овациями, приветствуя победителя. Кажется, каждый бой Артемиса проходил на таком волоске.

Но это был его выбор и его путь. Он жертвует своими силами и получает раны, но вместе с тем всегда контролирует бой, чтобы слишком сильно не ранить противника. Так было и в сражении с наследником Гефеста.

Невольно я проникался уважением к этому парню.

Артемис едва стоял на ногах, опираясь на разломанный лук. Но он с честью одолел могущественную Юнону, показав, что истинная сила — в мужестве и несгибаемой воле, а не только во внешней мощи.

Внутри меня зарождалось предвкушение. Еще один бой и я, наконец, смогу встретится с Резом. Однако, я все еще немного опасался за Софию. Орест, который сидел рядом, заметил мое волнение.

— Не переживай. София, конечно, ничего не сможет противопоставить Резу, но он и не станет проворачивать с ней то же, что и с Иридой.

— Отчего же такая уверенность?

— Во-первых, клан Афин все же приближен к клану Зевса. Агатон не допустит, чтобы нас обидели. А во-вторых, благодаря тебе, все, о чем мечтает Рез сейчас, так это поскорее столкнуться с тобой в сражении.

Я нахмурился.

— И что же, совсем не жаль проигрывать?

— Отчего мне должно быть жаль? Это все огромное представление для поддержания репутации. Основная цель все еще клан Посейдона, который явно что-то затевает. Основное представление будет уже после турнира.

После потрясающего поединка Артемиса и Юноны на арену вышли два следующих участника.

С одной стороны появилась хрупкая фигурка Софии Глауки, наследницы клана Афин.

Ее противником был наследник клана Ареса — Рез Сагона. Мощный юноша с алыми, как кровь, волосами. Его фигура излучала силу и опасность. Алая аура Дара Ареса клубилась вокруг Реза, образуя острые кровавые лезвия.

Их взгляды встретились. Глаза Реза полыхали азартом, он буквально пожирал девушку взглядом, предвкушая скорое наслаждение от боли своей жертвы. Но Агатон, видя это, отрицательно кивнул, чем осадил рвение юноши.

Взгляд Реза метнулся к трибунам, выискивая меня. Наши глаза встретились. Я лишь презрительно усмехнулся и покачал головой, давая понять, насколько ничтожным считаю этого выродка.

Рез оскалился в ответ, обещая скорую расправу. Но было видно, что мое пренебрежение задело его самолюбие.

Тем временем на арене начался бой.

Рез выбросил вперед руку, выпуская рой алых лезвий. Они вонзились в камни вокруг Софии, но девушка успела отпрыгнуть, уклоняясь от атаки. Она взмахнула кинжалом, выпуская волну голубоватой энергии.

— Мудрость Афины! — крикнула София.

Но Рез рассеял волну алым клинком, формируя щит.

— Кровавая бойня!

Десятки лезвий полетели на Софию. Девушка едва успевала уворачиваться, но некоторые все же задели ее, оставляя порезы.

София с трудом поднялась, но она нашла в себе силы снова атаковать.

— Сила разума!

Внезапно девушка исчезла. Я всмотрелся внимательнее в поле боя. Это была та же техника, что она использовала в бою против меня.

Но Рез, кажется, вообще не был удивлен. Он за долю мгновения раскусил эту технику.

— Ладно, думаю этого достаточно.

Он взмахнул рукой, и алая волна накрыла всю арену.

Девушку выбросило из невидимого полога. Она тяжело упала на землю, не в силах подняться от безумного давления ауры Реза.

Парень молниеносно подскочил к ней, занося ногу над ее горлом.

— Сдавайся, — безразлично произнес он.

София стиснула зубы и повернула голову в сторону, где сидел ее отец. Тот кивнул.

— Сдаюсь, — выдохнула девушка.

Но не успел судья объявить победу, как Рез раскинул руки в стороны, глядя прямо на меня.

— Ну что, внебрачный отпрыск Фемиды, покажи на что ты способен! Что стоит за твоей наглостью и самонадеянностью? На что ты рассчитывал, когда спасал девку из клана Гермеса?

Толпа тем временем возбужденно ждала развития событий. Такие неожиданные вещи их очень впечатляли.

— Спустись сюда и покажи в так называемом «честном поединке» чего стоят твои слова!

Я медленно поднялся и, наступив на спинку переднего сидения со всей силы оттолкнулся.

Прыжок удался чертовски высоким. Я приземлился прямо напротив Реза, подняв в воздух слой пыли.

Нас разделяли каких-то десять шагов.

— Тому, кто действительно силен, не нужно ничего доказывать. Тому, кто действительно велик, не нужно тешить самолюбие. А вот жалкие черви вроде тебя самоутверждаются лишь за счет слабых. Ирида, София, моя сестра.

Глаз Реза Дернулся.

— Что ты знаешь о силе и величии? — процедил Рез сквозь зубы. — Ты всего лишь щенок, который лезет не в свое дело!

— О, неужели? — усмехнулся я. — Похоже, тебя очень задевает, когда кто-то указывает на твою ничтожность.

— Замолчи! — рявкнул Рез. — Ты никто по сравнению со мной! Я наследник великого клана Ареса!

— Великого? Вы падкие до насилия ублюдки, прикрывающиеся именем бога войны, — язвительно бросил я. — Наследником чего ты можешь быть? Разве что кучи навоза.

— Да как ты смеешь⁈ — взревел Рез. Его лицо побагровело от ярости.

Я лишь рассмеялся в ответ:

— От твоих воплей мне не страшно. Готовься к бою, если хватит смелости. Хотя, для труса вроде тебя это слишком сложно.

— Я тебе все кости переломаю! Сотру тебя в порошок! — заорал Рез, теряя контроль.

— Попробуй, если сможешь.

Рез уже был готов рявкнуть судье, чтобы тот начинал, как я достал фиал с энергией Геры. Все на трибунах ахнули от неожиданности.

Я откупорил фиал и залпом осушил его. Белоснежная энергия Дара Геры хлынула по моим каналам, смешиваясь с моей собственной силой.

Наконец я могу не сдерживаться и действительно использовать весь свой потенциал. А гибкая энергия Геры отлично для этого подойдет.

Глава клана Геры Тит Аргей вскочил с возгласом изумления.

— Этот щенок! Откуда у него энергия Геры⁈ — он перевел взгляд на Ореста. — Ты серьезно отдал концентрат ему? Не своей дочери, а какому-то отпрыску, который даже не полноправный Фемидец? Орест, да ты сошел с ума!

— Занятно слышать, что глава клана богини, олицетворяющей мудрость — сошел с ума. Тит, ты передал мне концентрат за одну неоценимую услугу в прошлом. Кажется, это сугубо мое дело, как им распоряжаться. Разве нет?

Тит гневно цокнул и вернулся на свое место. Орест был прав.

В то же время по всей арене прокатился круг белесой энергии. Я уже полностью прочувствовал ее в своих каналах, а в мою голову словно потоками лилось понимание основ ее использования. И чем больше я это ощущал, тем больше удивлялся, насколько концентрат невероятная штука, раз дает не только силу, но и знания. Но, конечно, еще больше меня поражало насколько необычен Дар Геры.

Наконец судья объявил начало поединка, а Рез ринулся на меня, порождая из обоих своих рук громадные клубы кровавых лезвий.

Я хищно оскалился.

— Я растопчу все, чем ты так кичишься. И твою силу и твою гордость!

Глава 17

Воздать по заслугам

Вокруг нас, затаив дыхание, наблюдала толпа. Я чувствовал, как по моим венам струится энергия Геры, делая меня сильнее и увереннее в себе.

Рез жаждал моей крови. Он считал меня ничтожеством, которое осмелилось бросить ему вызов и унизить перед всеми. Я видел, как полыхают его алые глаза, полные ненависти. Он мечтал разорвать меня в клочья.

Но я не собирался так просто сдаваться. Я тоже чувствовал ярость — из-за всего, что этот ублюдок сотворил с Иридой и хотел наложить свои лапы на Аиду. Он заплатит за это.

Рез воздел руки, и вокруг него заклубилась алая аура, порождая сотни острых клинков. Это был его фирменный прием — Сфера Боли. Я видел, как эти лезвия изрезали Ириду в их поединке. Теперь он хотел проделать то же со мной.

Но я не стану плясать под его дудку. Я выставил вперед ладонь, и щит Фемиды, усиленный энергией Геры, возник передо мной. Лезвия Реза отскочили в сторону, разбиваясь всполохами красной энергии.

— Ха, ты думаешь этой игрушкой меня остановить? — рассмеялся Рез. — Я размажу тебя по стенке!

Он сжал кулак, и лезвия сомкнулись вокруг меня, сдавливая со всех сторон. Щит затрясся под этим натиском. Даже отражение Фемиды не могло противостоять его огромной мощи. Я почувствовал острую боль, когда одно из лезвий прорвалось сквозь защиту и полоснуло меня по плечу.

Кровь потекла по руке. Но боль только раззадорила меня. Я усилил напор, выталкивая лезвия Сферы Боли прочь.

— Этого мало, чтобы меня сломать. — спокойно проговорил я. — Может тебе стоит лучше стараться?

Пора было перейти в решительное наступление и использовать силу Геры.

Я сосредоточился, направляя энергию Геры, полученную из концентрата в меч Персея. Клинок засветился ярким белым светом. Я начал серию быстрых и сильных ударов, заставив Реза отступать.

— Своих сил нет, решил обратиться к концентрату чужой? Ты ничтожество! — взревел наследник Ареса.

Но я решил ответить действием. Отскочив назад, я воткнул меч в землю, выпуская из него два белых энергетических щупальца. Они обвили ноги Реза, опутывая его.

— Что за?..

Я потянул щупальца на себя, заставив Реза потерять равновесие и упасть вперед. Пока он беспомощно барахтался, я выхватил меч и нанес мощный удар.

Но Рез в последний момент успел выставить блок. Он разрубил щупальца и вскочил на ноги, отпрыгивая назад.

— Что такое? Когда противник по силам, уже не удается быть таким веселым?

Он злобно рыкнул в ответ. Еще одна волна лезвий хлынула на меня. Я легко увернулся от них, и с помощью наручей пустоты оказался за спиной Реза.

Лезвия врезались в камень там, где я только что стоял. Рез обернулся, и я воспользовался моментом, чтобы ударить его в челюсть изо всех сил. Он отлетел на несколько метров, врезавшись спиной в стену арены. Камень треснул от удара.

— Шавка… ты пожалеешь об этом! — прошипел Рез, поднимаясь и вытирая кровь с разбитой губы.

Его глаза полыхнули бешенством. Он снова начал собирать алую энергию, на сей раз формируя ее в огромный меч. Я понял, что сейчас он атакует всерьез, без прикрытия. Хватит игр — Рез хотел моей смерти.

Настал мой черед переходить в контратаку. Я выхватил меч Персея, активируя его удлинение. Клинок вытянулся, как гибкая змея.

Наши клинки скрестились с оглушительным лязгом. Я едва удержал равновесие от мощного удара Реза. Но тут же перешел в контратаку, нанося несколько быстрых выпадов. Рез ловко парировал их, после чего оттолкнул меня и отпрыгнул назад.

— Ничего себе, у щенка есть клыки, — усмехнулся он, разминая плечо. — Но этого мало!

Он взмахнул мечом, и алая волна с него хлынула прямо на меня. Я едва успел уклониться. Волна рассекла камни позади меня, оставив глубокий след.

— Кровавый Потоп! Попробуй уйти от него! — закричал Рез.

Он обрушил на меня целую серию таких волн, заставляя меня отпрыгивать и уворачиваться. Но одна из них все же зацепила меня, оставив глубокий порез на бедре. Сила удара заставила меня провернуться вокруг себя и повалиться на землю. Этот засранец был силен.

Чертовски силен.

Поднявшись на ноги, я ринулся на него обрушивая град ударов с совершенно неожиданных сторон и траекторий, заставляя Реза отступить. Он злобно рычал, едва успевая отражать мои выпады. Я чувствовал, что получаю преимущество, и продолжал давить.

Нужно было закончить этот бой, но открыто использовать силу Кроноса я не мог.

Вспомнив, как энергия Геры усилила мои атаки, я решил попробовать комбинировать ее со временем.

Я сконцентрировался, замедляя время вокруг противника. Движения Реза стали медленными, словно он шел сквозь густую смолу.

Одновременно я направил энергию Геры, заставляя её собраться в плотный шар у меня в руке. Я прицелился и метнул сгусток прямо в грудь замедленному Резу.

Лишь когда сияющий сгусток почти достиг цели, я отпустил поток времени. Рез дернулся, вырванный из замедления, шар духовной силы врезался в него с огромной скоростью, не давая уклониться.

Раздался взрыв белого света, и Реза отбросило назад. Он врезался в камень арены и медленно осел на землю, оставив вмятину в стене.

Для зрителей это выглядело так, словно шар Геры внезапно ускорился сам по себе. Никто не заподозрил хитрости с замедлением времени.

Но тут Рез выкинул новый фокус. Он поднялся на ноги, сплевывая густую кровь, и вонзил меч в землю, и алая волна, наполненная лезвиями, понеслась ко мне по камням арены. Я не успел увернуться и почувствовал, как мои ноги изрезает сотнями клинков.

Это была иная боль, в разы сильнее, нежели в кровавом источнике.

Жертва Войны! — проорал Рез.

Боль была сокрушительной. Я едва устоял на ногах, чувствуя, словно огонь проходил по ним.

Но в тот момент я потянул пространство на себя, снова оказавшись позади противника.

Тяжелый удар рукоятью, а следом замах, который должен был вонзить лезвие в шею ублюдку.

Но после первого раза Рез уже раскусил этот трюк. Он развернулся и скрестил со мной клинки, силой отбрасывая меня назад.

Мы снова оказались в десяти шагах друг от друга. Я был ранен, но мог продолжать. Рез тоже пошатывался.

Ну что, готов сдохнуть? — прохрипел Рез.

— Это тебе стоит беспокоиться. Я только разогрелся, — оскалился я в ответ.

— Что ж, я надеялся увидеть твои мучения своими глазами, но признаю, ты оказался достаточно силен, чтобы я стал серьезен.

Рез вынул клинок и резким движением полоснул по ладони, после чего провел ей по лицу, оставляя широкую красную полосу на нем.

— Кровь Берсерка!

Я видел, как его глаза налились алым цветом.

Когда Рез вошел в состояние берсерка, вся его сущность изменилась. Алая аура безудержной ярости окутала его, а глаза заполыхали диким огнем. Клыки выросли, превращая его рот в пасть хищника, жаждущего крови. Он издал дикий рев, заставивший содрогнуться трибуны, и бросился на меня.

Я едва успел уклониться от первого бешеного выпада, который рассек воздух там, где только что находилась моя голова. Прыгнув в сторону, я выставил меч, готовясь отразить следующий удар. Но скорость Реза была нечеловеческой. Его клинок обрушился на меня, словно молния, рассекая плоть.

Я отлетел на несколько метров, чувствуя, как по руке струится горячая кровь. Боль была адской, но я заставил себя подняться. Он окутывал свой меч множеством кровавых лезвий, отчего даже малейшее попадание было похоже на то, как твое тело запускают в мясорубку.

— Неужели это всё, на что ты способен, щенок? — прорычал Рез, облизывая мою кровь с лезвия. — Я только начал! Не расстраивай меня!

Он снова ринулся в атаку, его удары сыпались как ливень. Мне едва удавалось уворачиваться, шатаясь от потери крови. Вскоре я оступился, и клинок Реза вонзился мне в бедро. Я рухнул на колени с болезненным стоном.

Энергия рассеивалась и я никак не мог ее собрать для атаки. Ни щит Фемиды, ни Наручи Пустоты не реагировали так, как мне бы того хотелось.

Словно что-то…

— Вот твое место, у моих ног! — заревел Рез, занося клинок для последнего удара. — Сдохни, как пес!

Я инстинктивно поднял меч, чтобы хоть как-то заблокировать атаку. Но понимал, что моих сил не хватит. Этот удар будет последним.

Но тут я почувствовал прилив чужой силы — это был Дар Афины! Оглянувшись на трибуны, я увидел Софию. Она сосредоточенно смотрела на меня и едва заметно кивнула.

В ее глазах была уверенность, словно она знала, что я умею использовать энергию.

Но сейчас не было времени на разбирательства.

Собрав Дар Афины вокруг себя, я в последний момент отклонился от смертельного удара Реза. Его клинок лишь слегка задел мое плечо, оставив неглубокий порез. Я отпрыгнул назад, перегруппировываясь.

Ну конечно! Вот почему я не мог качественно использовать духовную силу. Теперь, с Даром Афины я отчетливо видел технику Реза. Помимо ярости от разгоряченной крови, каждым ударом он словно высасывал из меня энергию, не оставляя возможности использовать свои техники.

Чертов вампиреныш.

Слив вместе Дар Афины и силу Кроноса, я внимательно осмотрел его и потоки техники. Технику-то было можно уничтожить, но вот Рез…

Взгляд Афины не показал ни одного уязвимого места, потому что…

Под техникой Берсерка он был огромной красной уязвимой точкой.

Все верно, берсерк кидается в атаку, не заботясь о защите!

Рез взревел и снова атаковал — теперь уже в полную силу безумного берсерка. Он был готов разорвать меня в клочья.

Я же тем временем наконец разобрался в его злосчастной технике и закрыл дыры в своих каналах, откуда утекала моя духовная сила.

— Может ты и нашел выход, но это ничего не меняет! Прими мою ярость! Карающий клинок! — заорал Рез, обрушивая на меня гигантский алый меч, созданный из сплетения сотен лезвий.

Я отпрыгнул в сторону, и клинок врезался в камень арены, разлетевшись фонтаном осколков. Но Рез тут же выбросил следом ещё один клинок, целясь мне в грудь. Пришлось уклоняться снова.

— Ха-ха-ха! Танцуй, танцуй для меня, жалкий червь! Скоро ты устанешь! — хохотал Рез.

Он обрушил на меня целую серию Карающих Клинков, заставляя меня отпрыгивать по всей арене. Я едва успевал уворачиваться благодаря Дару Афины, предсказывающему траектории.

— А потом я найду твою сестру Аиду и разорву её на куски! Медленно, с наслаждением! Ха-ха-ха! Я буду трахать ее и одновременно срезать лоскутки кожи!

Я с трудом сдержал ярость при этих словах. Но Дар Афины позволял сохранять спокойствие. Я не позволю этому ублюдку спровоцировать себя.

Рез собрал всю свою мощь для финальной атаки. Вокруг него закружились бури из алых лезвий, складываясь в гигантский смерч.

Прими смерть! Ярость Ареса!

Он обрушил на меня этот смерч, сносящий всё на своём пути. Но благодаря Дару я видел слабые места в атаке. Я извернулся, проскользнув сквозь них, получая лишь небольшие порезы, и оказался за спиной Реза.

Тот взревел от ярости, его глаза еще больше налились кровью. Он развернулся для новой атаки, забыв об обороне.

— Это был мой шанс. Я собрал всю мощь в один удар и всадил клинок Резу прямо в грудь.

— Я не позволю тебе тронуть кого-либо еще!

Когда мой клинок вонзился в грудь Реза, я был уверен, что одержал победу. Но внезапно Рез расплылся в дикой усмешке, его глаза полыхнули безумным весельем.

— Ха-ха-ха, это все, на что ты способен⁈

Он резко выбросил руку, и его клинок вонзился мне в бок, вырвав вопль боли. Я отшатнулся, выдергивая его клинок из своего тела. Кровь хлынула из раны.

Рез же выдернул мой меч из своей груди и отпрыгнул назад. Его алая кровь била фонтаном, но вместо того, чтобы литься на землю, она устремилась вверх, пополняя его арсенал кровавых техник.

— Я СРЕДОТОЧИЕ МОЩИ! — взревел он!

Он снова атаковал, теперь усиленный собственной кровью. Его удары стали еще быстрее и сильнее. Мне с трудом удавалось уворачиваться даже с помощью Дара Афины.

Но я знал, что это его последние силы. Мне нужно нанести решающий удар, пока кровотечение не ослабит Реза окончательно.

Когда очередной кровавый клинок пронесся надо мной, я активировал силу Кроноса, замедляя время. Алая волна замерла в воздухе. Я молниеносно проскользнул мимо, очутившись перед Резом.

Время вернулось в нормальное течение. Я тут же активировал Наручи Пустоты, направляя их энергию на Реза. Мои пальцы коснулись его лба, выпуская импульс хронической силы, вместе с техникой, что я получил от Клеомеда.

Тело Реза дернулось, словно перепрыгнуло вперед во времени. Его техника берсерка иссякла, алая аура развеялась. Он обернулся с непониманием в глазах:

— Что… Так быстро?

Но я уже разворачивался, вкладывая всю ярость в удар. Мой клинок вонзился Резу в грудь. В этот раз туда, где точно находилось сердце. Я подался вперед, вгоняя лезвие до самой рукояти и не отрывая взгляда от его лица.

— Ты это заслужил, — прошипел я сквозь зубы.

В тот момент в глазах наследника Ареса впервые за всю его жизнь мелькнул страх. Он их широко раскрыл, глядя на меня.

На лице застыло неверие и безнадежность.

Он открыл рот.

И оттуда едва вырвались первые звуки.

— Сда…

Но я тут же зажал его ладонью и улыбнулся так, как улыбаются убийцы.

— Не в этот раз.

Резко оттолкнувшись от него, я вынул клинок Персея и одним быстрым и точным ударом снес подлецу голову.

Вокруг было настолько тихо, что каждый удар отрубленной головы о камни арены раздавался вокруг оглушительным эхом.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ!!!

Взревел Харес — лидер клана Ареса, нарушая страшную тишину.

Никто и помыслить не мог, что победа будет за мной.

Вот только крови я потерял достаточно. Перед глазами все поплыло.

Последнее, что я увидел перед собой, это Хареса, который уже разорвал расстояние между нами и готов был повторить для меня ту же участь, что я свершил с его сыном. Но следом прозвучал гром, и ярко-золотая молния ударила прямо, между нами.

В следующее мгновение меня обняла тьма.

Глава 18

Назревает что-то страшное

После поразительной победы Крея над Резом на арене повисла оглушительная тишина. Все зрители были потрясены тем, что этот юный практик сумел одолеть наследника могущественного клана Ареса.

Крей стоял посреди арены, тяжело опираясь на меч. Его одежда была изорвана, а тело покрыто ранами после битвы. Но взгляд оставался твердым и несломленным.

Рядом в луже алой крови лежало обезглавленное тело Реза. Его голова откатилась в сторону, застыв в немом крике. Это зрелище заставило многих зрителей содрогнуться.

Но внезапную тишину прорезал яростный рев. Это был Харес, лидер клана Ареса и отец поверженного Реза. Он вскочил со своего места и одним прыжком оказался на арене. Глаза Хареса полыхали алым пламенем, а лицо исказилось в гримасе дикой ненависти.

— Я убью тебя, жалкий червь! — зарычал Харес, выхватывая огромный двуручный меч.

Он ринулся на израненного Крея, занося клинок для смертельного удара. Крей едва держался на ногах после потери крови в битве с Резом. Он не смог бы отразить или уклониться от этой атаки.

Но тут раздался оглушительный раскат грома. Ярко-золотая молния ударила между Креем и Харесом, отбросив последнего назад. Это был Агатон, лидер клана Зевса.

— Стой, Харес! — громовым голосом произнес Агатон. — Этот бой закончен.

— Закончен? Да мой сын мертв! Этот щенок заплатит за это жизнью! — выкрикнул Харес, вставая на ноги.

— Я понимаю твою скорбь и гнев, — ответил Агатон. — Но это был честный поединок. Крей одержал законную победу, и мы должны это уважать.

— Честный поединок? Да этот мальчишка… Ему просто повезло! Он использовал нечестные трюки! — возразил Харес. — Мой сын был сильнее! Я не позволю его смерти остаться неотомщенной!

По лицу Агатона пробежала тень раздражения, но он сохранял спокойствие.

— Я понимаю твои чувства, старый друг. Но прошу, не надо поспешных решений.

— Агатон, этот щенок не раз оскорблял и унижал моего сына при всех! — горячо возразил Харес. — И ты это знаешь! Он заслужил смерть за свою дерзость!

Агатон тяжело вздохнул. Он действительно презирал и опасался Крея после того, как тот публично бросил ему вызов. Но как лидер клана Зевса, Агатон не мог позволить открытое нарушение правил.

— Я все понимаю. И сам был возмущен наглостью этого юнца. Но правила турнира неумолимы для всех. Сейчас Крей — победитель, и мы обязаны это учитывать.

— К демонам правила! Мой сын мертв! — рявкнул Харес.

— Я разделяю твою боль, — спокойно ответил Агатон. — Но подумай — много ли чести в том, чтобы расправиться с едва держащимся на ногах парнем? Разве это достойно мести за наследника Ареса?

Харес на мгновение задумался.

— Подожди до конца турнира, — продолжил Агатон. — Если этот щенок и дальше будет показывать наглость, я сам преподам ему урок. Но пока он победитель. И расправа над ним — это пятно на нашей чести.

Агатон говорил мудро и осмотрительно. И его слова постепенно доходили до разума Хареса сквозь пелену горя и ярости.

Харес сжал челюсти так, что треск его зубов раздался по всей арене и каждый мог его услышать.

— Хорошо, пусть пока поживет, — наконец процедил Харес. — Но после турнира я все равно отомщу за сына.

— Конечно, я понимаю. После турнира ты волен делать все, что захочешь, — кивнул Агатон. — А сейчас давай уважим память Реза и заберем его тело с арены.

Харес молча кивнул. Они подошли к телу Реза и торжественно унесли его прочь.

Тем временем Крей потерял сознание от потери крови и упал на колени. Его подхватили слуги Агатона и отнесли в лазарет.

— Как только он очнется, приведите его ко мне, — приказал Агатон. — Мне просто не терпится узнать один маленький, но очень опасный секрет, который хранит этот юноша.

* * *

Я медленно приходил в себя. Глаза с трудом разлепились. Тело зудело, но, признаю, местные медики просто чертовы кудесники. В моем мире я бы десять раз откинулся от таких ран.

Я лежал на кровати в небольшой светлой комнате, которая оказалась лазаретом.

— Брат, ты очнулся! — раздался радостный голос рядом.

Повернув голову, я увидел Аиду. Она с облегчением улыбалась, глядя на меня.

— Аида… Что произошло после боя? — мой голос хрипел, как после трехдневной пьянки, пришлось схватить кувшин с ближайшего стола и двумя глотками опустошить его.

— Ты победил этого ублюдка Реза, но потерял много крови, — ответила Аида. — Слуги Агатона принесли тебя сюда. Я так волновалась! Но целители говорят, что через пару часов ты полностью поправишься.

Я слабо улыбнулся в ответ:

— Ну, по крайней мере теперь этот мерзавец не сможет причинить тебе вреда.

— Да, я даже не верю, что этот кошмар наконец закончился! — воскликнула Аида. — Спасибо тебе, брат! Ты рисковал жизнью ради меня. Я никогда этого не забуду.

— Я обещал защитить тебя любой ценой. И сдержал слово, — в моем голосе без моего ведома сквозила усталость.

В этот момент дверь лазарета открылась и на пороге возникла София.

— О, извините, я не знала, что вы заняты, — мило улыбнулась она. — В наше время редко встретишь такие крепкие семейные узы. Тебе стоит гордиться столь талантливым братом.

— Спасибо! Да, я очень им горжусь. И вы не помешали, я как раз собиралась уходить, — искренне улыбнулась Аида. — Выздоравливай, брат. Я зайду позже.

Я кивнул, и Аида вышла, оставив меня наедине с Софией. Девушка зашла внутрь и плотно прикрыла за собой дверь.

— Ну что, герой, как самочувствие? — лукаво спросила София, усаживаясь на край кровати.

— В целом неплохо, если не считать дырки в боку, — усмехнулся я. — И еще пару сломанных костей, хрен пойми, когда сломавшихся. А ты как?

— О, со мной все в порядке, в отличие от тебя я цела и невредима, — ответила София явно с сарказмом.

— Я рад, что тебе пришлось на руку то, что он хотел поскорее закончить с тобой и приступить ко мне.

— Верно подмечено, ты действительно помог мне, но кажется и я неплохо так выручила тебя, ты так не думаешь? Я тут заметила одну любопытную вещь в твоем поединке с ним.

И что же? — если уж собрался играть дурачка, буду играть его до конца.

— Ты каким-то образом сумел использовать мой Дар, — хитро прищурилась София. — Хотя я точно знаю, что никогда не делилась с тобой своей силой. У меня были подозрения еще тогда, во время нашего первого поединка в Микенах. Откуда такие способности, а?

— Понятия не имею, о чем ты, — уверен, мое лицо ничем сейчас не отличалось от кошачьего.

— Ох, не нужно мне врать, я все прекрасно видела, — София подалась вперед, впившись в меня своим цепким взглядом, а ее пальцы медленно пробежали по моей груди. — Ты можешь копировать чужие Дары, не так ли?

Вот черт. К такому наступлению я явно был не готов.

Но в таких ситуациях любой мужчина понял бы, что нужно делать.

Я резко подался вперед, чтобы заткнуть ее губы своими, но она словно предвидела это и остановила меня указательным пальцем.

— Ну нет. Ты думаешь, что я такая же глупенькая, как какая-нибудь Лира? Я обязательно получу свой поцелуй от тебя, и не только его. Но только тогда, когда ты расскажешь мне свою тайну.

Чертовка оказалась хуже лисы. Вопрос только в том, что я должен ей сказать? Дар Афины улавливает волнение, когда лжешь. И несмотря на то, что мои бредни про великого наставника прокатили с Орестом, перед Софией я словно оказался обезоружен.

— Хорошо, если это настолько тяжелая тайна, обещаю, что она в полной безопасности со мной, — заверила София. — Я восхищена твоим умением! И оно явно помогло одолеть Реза. Так что я предположу самый бредовый вариант, а ты мне скажешь, так это, или нет.

Я кивнул. Эта девушка поразительна. Она загнала меня в угол и сама же из него вытаскивает. Вот она, сила мужского обольщения, ха-ха.

— Итак, — задумчиво проговорила она. — Ты из истребленного клана Отридов? Именно они имели дар к копированию чужих энергий.

По ее глазам было отчетливо видно, что она и сама не верит в то, что я Отрид.

— Да, — коротко ответил я, чем вызвал моментальную бурю эмоций, отразившуюся на ее лице.

Ну а чтобы добить контрольным в голову, я отмахнулся от ее руки, что останавливала меня и глубоко ее поцеловал.

Это был такой поцелуй, который напрочь отключает девушкам мозги. Старая школа. Если девушка испытывает к тебе влечение, нужно страстно поцеловать ее засунув язык…. Впрочем подробности не нужны.

Когда она наконец отстранилась, ее лицо горело.

— Ого… — только и смогла вымолвить она.

Кто бы знал, к чему это «ого» было, к поцелую, или к моей тайне.

— Это благодарность за Дар Афины. Ты считай мне жизнь спасла.

Девушка усмехнулась.

— Тогда ты задолжал мне еще парочку таких «благодарностей». Но, как я и говорила. Ты, конечно, очень умел в отвлечении внимания, однако мы не закончили. Как Отрид попал в клан Фемиды я догадываюсь, но разве никто не разгадал твоего секрета?

— Кажется, ты сама же и ответила на свой вопрос. Я очень умел в отвлечении внимания.

София прищурилась, глядя на меня, а я снова состряпал глупую рожу.

— Давай не больше одной тайны за раз? Я вообще-то после боя, чуть ласты не склеил… Ну то есть чуть с Хароном свидание на гондоле не заимел. Пощади, а?

— Ладно. Живи пока. Вот только будь осторожен. Кажется, Агатон заимел на тебя крепкий зуб. Не говоря уж обо всем клане Ареса. Я поговорю с отцом, но ничего обещать не могу. Тут, увы, даже глава клана Афин не сможет делать такие высокие ставки, как бы хорош и полезен ты ни был.

— Я все понимаю, — ответил я, провожая девушку взглядом, после чего откинул голову на подушку.

Я обдумывал слова Софии, когда в лазарет вошел Никтон Пелагос, наследник клана Посейдона. Тот самый, кого я победил в первом туре.

— Послушай, у нас мало времени, — без предисловий начал он. — Тебе грозит опасность от Агатона и Хареса. Они не простят, что ты убил Реза.

Я нахмурился. Этого следовало ожидать.

— Ты проделал путь до моей палаты, чтобы сказать мне то, о чем я и так знаю, но все же спасибо, ценю твою доброту.

— Нет. Я пришел с предложением. Присоединись к нам. Мы — кланы Посейдона, Деметры и Диониса — готовим заговор против Агатона. Если ты будешь с нами, у нас получится.

Я удивленно посмотрел на него. Мятеж против главы Зевса? Конечно, я помнил слова Ириды, но все же не думал, что Пелагосы напрямую пойдут против Агатона. Эти действия пахли отчаянием.

— И каков ваш план?

— Мы знаем, что Агатон планирует жестоко расправиться с мятежными кланами после турнира. Он хочет любой ценой сохранить власть.

— Мы решили опередить его. Во время финального поединка турнира нападем на Агатона всеми силами. Ты будешь сражаться с Леоном. В нужный момент ты откроешь свои врата пустоты. Через них хлынут наши воины.

— Врата пустоты?

— Ну тот фокус с перемещением. Ты же сможешь переместить наших воинов?

Внутри я засмеялся. Ты меня сильно переоценил Никтончик. Хотя… После того как я стал сильнее, может я и могу что-то предложить.

— Воинов переместить я вряд ли смогу, наручи не настолько сильны. Но в остальном…

Я задумался. План был рискованным, но имел шансы на успех.

— Почему вы хотите, чтобы я присоединился?

— Ты силен и хитер. И тебе есть что терять после убийства Реза. Это наш шанс нанести удар первыми.

Я понимал его опасения. Но в то же время у меня была своя цель — Титаны.

— Хорошо. Я помогу вам, но у меня есть условие.

Никтон напрягся, ожидая моего ответа.

— Я хочу полную амнистию от ваших кланов после турнира. И чтобы вы не лезли в мои дела, какими бы они ни были.

Никтон задумался, но кивнул.

— Хорошо, мы обеспечим тебе защиту. Только выполни свою часть плана.

Я согласно кивнул. Это был шанс выбраться из-под удара Агатона и Хареса.

Мы обсудили детали, после чего Никтон ушел. А в палату снова пришли, на этот раз слуги Агатона.

— Глава семьи Астер приглашает вас на беседу и просмотр второго боя полуфинала.

Ого, таки не настаивает, а приглашает. После моей бравады внезапная вежливость? Видимо меня будут бить. Возможно даже ногами.

* * *

В темных подземельях под храмом Геры царила зловещая тишина. Лишь несколько факелов освещали каменные своды этого мрачного места.

В центре находился постамент из черного мрамора. На нем лежал большой хрустальный шар, в котором переливались золотые искры. Это был древний артефакт, позволяющий связаться с волей самой Геи.

Тит Аргей, глава клана Геры, возвышался перед постаментом в темных одеяниях жреца. Его суровое лицо было скрыто капюшоном.

— Пришло время, — произнес Тит низким голосом. — Завтра будет час истины для всех богов.

Он вытянул руку над шаром и начал возглашать древние заклинания на языке Титанов. Воздух в подземелье завибрировал от потоков духовной силы.

Хрустальный шар на постаменте засветился ярче. Внутри него появилось угольно-черное облако, которое заклубилось и приняло очертания лица. Это была Гея, древняя мать-земля.

— Я слышу твой зов, жрец Геры, — прошелестел низкий голос отовсюду. — Что ты хочешь от меня?

— Великая Гея, завтра настанет день, которого мы так долго ждали, — ответил Тит. — День, когда ты наконец отомстишь надменному Зевсу и его выродкам. Я сдержал свое слово и собрал всех отпрысков богов в одном месте, теперь твоя очередь.

Гея хрипло рассмеялась, от чего каменные своды затряслись.

— Ха-ха-ха-ха! Конечно, конечно. Я помню наш уговор, жалкий смертный. Ты поможешь заманить олимпийцев, а я пощажу твой ничтожный клан. Напомни мне, почему я вообще должна тебя слушать? Что заставляет меня сдержать слово перед тобой, если я могу просто стереть тебя и твой клан вместе со всеми?

Тит нервно сглотнул, но ответил твердо.

— Потому что Зевс и остальные боги заслуживают своей участи. Они тираны и узурпаторы, захватившие власть обманом. Их правление противно тебе так же, как и мне. Мы оба этого желаем. И я готов служить тебе верой и правдой, нести твое слова по всей Элладе, став твоим наместником. К тому же, сейчас между кланами распри, и я могу их усилить. Было бы очень некстати, если к силам богов добавилась бы сила их отпрысков, а так ты сможешь прикончить их одним ударом.

Гея задумалась, и ее лик нахмурился.

— Хмм… Ты прав. Одной силы моих Гигантов будет недостаточно против этих тварей. Ладно, я сдержу слово и пощажу твой ничтожный клан после того, как Зевс и прочие будут свергнуты в Тартар.

Тит облегченно выдохнул и поклонился.

— Благодарю тебя, великая мать. Завтра ты наконец отомстишь за все несправедливости.

— Да-да, месть, — безразлично протянула Гея. — Мне плевать на твои мелкие распри. Главное — это возмездие Зевсу и возвращение моих детей-Титанов на законные места во Вселенной. А для этого боги должны сойти со своих небес и вступить в последнюю битву. Так что делай то, что обещал, смертный. Иначе я раздавлю тебя вместе со всеми остальными.

С этими словами образ Геи в шаре потух, а подземелье погрузилось во тьму. Тит тяжело опустился на колени. Завтра решится судьба всего мира. И от него зависело, чтобы все прошло гладко.

Глава 19

Накануне решающей битвы

— Глава семьи Астер приглашает вас на беседу и просмотр второго боя полуфинала.

Я кивнул и проводил их взглядом. Чего хочет этот высокомерный павлин? Наверняка поиздеваться или припугнуть. Но я не дам ему такой возможности.

Проследовав за слугами клана Зевса я вновь оказался на трибунах, поднявшись на самый верх добрался до его балкона. Он был щедро уставлен различной едой. Агатон встал и улыбнулся мне. Махнув рукой, он дал сигнал, чтобы все покинули этот балкон.

Мы остались вдвоем.

— Добрый вечер, юный Крей. Позволь поздравить тебя с впечатляющей победой, — любезно произнес он. — Присаживайся.

Я с аккуратно сел в указанное кресло.

— Угощайся, не стесняйся! Это отменный нектар прямиком из погребов Диониса.

Я с подозрением посмотрел на кубок. Что задумал этот человек?

— Благодарю, но я не желаю вина.

— Ох, ну как знаешь, — Агатон снисходительно улыбнулся. — А я все же отведаю, в честь грядущей победы моего сына Леона.

Он отпил из кубка, довольно причмокнув губами. Я не сводил с него цепкого взгляда, ожидая подвоха.

— Итак, Крей, должен сказать, ты произвел на меня сильное впечатление своими выступлениями, — лукаво прищурился Агатон. — Не каждый день встречаешь такого талантливого юношу. К тому же и смелости тебе не занимать, так открыто конфликтовать со мной. Далеко не каждый может себе это позволить.

Я коротко кивнул.

— Не терплю несправедливости. Ириду попросту избивали, не дав шанса выйти из поединка. Я не мог остаться в стороне.

— Что ж, ты должен понимать, что политические союзы куда важнее, чем жизнь одной девушки.

Взглядом я показал, что не очень согласен с ним, но все же решил промолчать. Не стоило лишний раз вызывать у него гнев.

— Скажи, откуда ты черпаешь свою силу? — неожиданно спросил он. — Я никогда прежде не видел ничего подобного.

— Это результат моих тренировок и усердия, а также артефактов, что я добыл во время своего путешествия, — уклончиво ответил я.

— О да, безусловно. Но должно быть в этом что-то еще… — Агатон прищурился и наклонился ближе. — Какой-то особый секрет или дар, не так ли?

Я напрягся, но сохранял безмятежное выражение лица.

— У меня нет никаких тайн. Просто кропотливые тренировки.

Агатон хмыкнул и откинулся на спинку кресла.

— А я слышал, будто ты используешь не совсем честные методы в боях. Особенно в последнем, против Реза. На секунду мне показалось, что ты, приемный сын главы клана Фемиды, каким-то образом использовал Дар Афины, представляешь? Такая нелепость.

Я твердо мотнул головой.

— Нет, при всем уважении, я не мог этого сделать. Дар Геры, да, мне удалось использовать, поскольку Орест Глаука любезно предоставил мне концентрат. Я, признаться, был удивлен, но все же…

— О, да, концентрат. Знаешь, не каждый может его так быстро усвоить и использовать. Зачастую практики тратят несколько суток. Интересно. Видимо Орест тоже что-то в тебе разглядел. Скажи мне вот что, юный Крей. Знакомо ли тебе слово Отриды?

Мое сердце пропустило удар. Неужели он догадался? Но я сохранял невозмутимое выражение лица.

— Боюсь, я не понимаю, о чем вы. Мои победы честны. Об Отридах я слышал, но это всего лишь легенды, вы же не думаете всерьез, что я…

— Конечно-конечно, я не обвиняю, — Агатон снисходительно махнул рукой. — Просто эти слухи ходят среди наследников. И мне бы не хотелось, чтобы тебя несправедливо очернили.

Я молча кивнул, продолжая наблюдать за ним.

— Послушай, Крей… Ты мне нравишься. Я вижу в тебе огромный потенциал. — Он понизил голос до доверительного тона. — Почему бы тебе не перебраться после турнира в Олимпию? Я мог бы взять тебя под свое крыло, обучить всему, что знаю сам. Что скажешь?

Я напрягся еще больше. Значит вот к чему он вел.

— Вы оказываете мне честь, но, боюсь, я связан клятвой с кланом Фемиды, — осторожно ответил я. — Антей взял меня еще в младенчестве, я обязан ему жизнью.

— Фемида, Фемида… — Агатон пренебрежительно махнул рукой. — Что они могут тебе дать? У меня ты быстро достигнешь вершин могущества. Думаю Антей будет счастлив, что его сынок так удобно пристроился под крылом главенствующего клана. Естественно, я не обижу Антея и оплачу ему щедрый выкуп!

Он понизил голос до шёпота.

— К тому же, разве Фемида сможет защитить тебя от мести Хареса? А я — запросто. Ты ведь не хочешь проснуться однажды с кинжалом в спине? Ох, и я, к сожалению, должен уважать желания своего союзника и тоже принять участие в мести за его сына, видишь ли, Рез был мне как второй сын. Менее любимый, конечно, но тем не менее. Однако! Разве же я могу поднять руку на того, кто верой и правдой будет служить моему клану?

Последние слова он произнес елейным тоном, и это меня окончательно насторожило. Агатон явно шантажировал меня угрозой расправы.

— Предложение заманчивое, но я должен подумать, — осторожно ответил я.

— Разумеется, подумай, — кивнул Агатон. — Но советую не затягивать. А теперь насладимся зрелищем, скоро начнется бой. Уверен, мой сын Леон покажет класс. Ах, да, совсем забыл. Прости уж старика. Отриды — это не легенда. Я сам лично по велению владыки-громовержца истребил огромную часть клана. А остатки добил примерно… Дай подумать… Да, последняя семья Отридов долго бегала от меня, кажется, это произошло около семнадцати лет назад. И вот я к чему, они были… Иной веры, скажем так. Но если бы мне вдруг встретился Отрид поклоняющийся Олимпийским Богам и принял бы клятву служения моему клану, то я бы не стал его убивать сразу же, как увижу, а, пожалуй, дал бы шанс заслужить доверие.

Агатон широко улыбнулся.

— Но это так, лирика. Хорошо, что ты не Отрид, верно?

На этих словах, не дожидаясь ответа, он отвернулся к арене, давая понять, что аудиенция окончена.

Я выдохнул с облегчением. Этот разговор был как хождение по лезвию бритвы. Агатон явно догадывается о моих способностях. И теперь я должен быть очень осторожен в общении с ним.

Вернувшись на свое место, я ожидал начало боя.

Леон Астер вышел на арену, и с первого взгляда можно было понять — он невообразимо силен. Высокий, статный, с копной золотых волос, собранных в хвост. Ярко-желтые глаза сверкали уверенностью и надменностью. Он был одет в белые одежды с золотой отделкой — цвета его клана.

Вокруг Леона потрескивала мощная аура — сияющие нити молний оплетали его тело. Каждый его шаг сопровождался легкой вибрацией воздуха. Этот парень явно обладал огромной силой Дара Зевса.

Артемис уже ждал его посреди арены. Хрупкий юноша казался совсем невзрачным на фоне громады Леона.

Судья объявил начало, и Артемис тут же выпустил три стрелы подряд. Они пронеслись с ревом, оставляя зеленые следы в воздухе. Но Леон даже не пошевелился, лениво наблюдая за их полетом.

В последний момент он вскинул руку, и тонкие молнии вырвались из его пальцев, разбив стрелы в щепки. Артемис нахмурился и пустил следом еще пять стрел. Но Леон так же легко развеял их, даже не моргнув.

Тогда Артемис выпустил самый мощный залп — десяток огромных стрел, гудящих, словно сама суть природы, восставшая против человека.

— Рога Кернуна! — закричал он, и стрелы тут же образовали громадные рога.

Они обрушились на Леона, поднимая тучи пыли от взрывов.

Но сквозь дым проступила фигура Леона, даже не пошевельнувшегося с места. Лишь пренебрежительно отряхнул плечо, словно с него упала пылинка.

Юноша по прежнему высокомерно молчал.

Лицо Артемиса перекосилось от злости. Он вложил в атаку почти всю свою силу, а его противник даже не вспотел!

— Стрела Артемиды! — закричал Артемис.

Он выпустил огромный пучок энергии, формирующийся в гигантскую стрелу. Это был его коронный прием. Эта стрела, которая размерами превосходила даже самое огромное копье ринулась вперед, поднимая фонтаны обломков и пыли. Такую не то что отразить, даже увернуться от этой стрелы было чрезвычайно сложно.

Но когда пыль рассеялась, Леон по-прежнему стоял на месте, держа в руке потрескивающий шар молний. Именно им он отразил атаку, даже не сдвинувшись с места.

— Значит вот какие практики доходят до полуфинала, — усмехнулся Леон, развеивая молнии щелчком пальцев.

Артемис тяжело дышал, опираясь на лук. Похоже, эта атака вымотала его. А Леон и не думал переходить в наступление. Он явно играл с противником, как кошка с мышью.

— Ладно, мне это надоело, — скучающе зевнул Леон. — Закончим быстро.

Он вскинул руку вверх, и над ареной сгустились тяжелые тучи. Раскаты грома потрясли трибуны. Артемис испуганно замер, глядя вверх.

— Молот Зевса, — спокойным тоном проговорил Леон.

Из тучи хлынул ослепительный столб молний, обрушивающийся прямо на Артемиса. Было ясно — этот удар он не выдержит.

Столб молний с оглушительным треском обрушился на Артемиса. Удар был настолько мощным, что поднял столб осколков камня и пыли, полностью скрыв юношу из виду.

Когда облако рассеялось, Артемис лежал посреди воронки, его одежда дымилась, а тело было покрыто ожогами. Он едва дышал, но, кажется, был жив.

Леон даже не взглянул на своего поверженного противника. Просто развернулся и зашагал прочь с арены, пока судья еще потрясенно молчал. Для Леона этот бой, очевидно, не представлял ни малейшего интереса.

Я внимательно наблюдал за происходящим, хмуря брови. Сила Леона была поистине устрашающей. Артемис применил все свое мастерство, но даже не смог пошатнуть этого колосса.

Этот парень был опасен.

Объявили небольшой перерыв перед финалом, который назначили на следующий день. Я решил быть предельно осторожным. Весь клан Ареса наверняка выслеживал меня, мечтая отомстить за смерть Реза.

Я посетил Артемиса в лазарете, однако он все еще не пришел в себя.

Уже вечерело, так что мне удалось после этого тайком выбраться из города. Арена быстро опустела, все разошлись по домам или тавернам, чтобы отпраздновать окончание полуфинала.

Я оглянулся по сторонам и свернул на едва заметную тропинку, ведущую к Озеру. Это было уединенное место вдали от города, окруженное лесом.

Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы да стрекотом сверчков. Я прошел сквозь заросли кустов и устроился у самого берега прозрачного озера, сверкающего в лунном свете.

Здесь я чувствовал себя в безопасности. Если кто-то последует за мной, я услышу шорох и успею спрятаться или атаковать. А пока можно было спокойно обдумать завтрашний день.

Финальный бой с Леоном Астером. Я понимал, что шансы не в мою пользу. Этот парень казался непобедимым титаном после того, как легко разделался с Артемисом.

Конечно, я мог бы просто забрать образец его энергии, и отдать победу. Но не получалось. Мне действительно хотелось победить. И крикнуть всей Элладе, что я достаточно силен, чтобы на меня смотрели с уважением.

Пока я размышлял, ко мне подкралась темная тень. Я мигом вскочил, выхватывая меч.

— Полегче, воин! Это так ты встречаешь девушку, которую столь упорно звал на свидание?

— Кора? Что ты тут делаешь? — удивленно спросил я, опуская меч.

Передо мной стояла Кора Ферея, дочь главы клана Деметры. Ее длинные каштановые волосы развевались на ветру. Глаза сверкали решимостью. Она была необычайно красива в лунном свете. И, кажется, что-то поменялось… косу расплела! Точно. А ей идут распущенные волосы.

— Ты что, балбес, забыл про наше свидание? — фыркнула Кора, скрестив руки на груди. — Ты же сам поставил это как условие победы!

Я тут же хлопнул себя по лбу.

— Прости, совсем вылетело из головы! — искренне извинился я. — Просто столько всего произошло. Клан Ареса и встреча с Агатоном.

— Как обычно, все мужики только о драках и думают! — фыркнула Кора, но я заметил, что она слегка покраснела.

Я рассмеялся и махнул рукой, приглашая её присесть рядом. Кора недовольно проворчала себе что-то под нос, но все-таки села.

— Ну и чего ради ты выбрал это место? — спросила она, оглядывая темный лес вокруг.

— Здесь очень красиво ночью! — ответил я. — Подумал, тебе понравится вдали от суеты города.

— Ха, как будто я, дочь великого Талеса Ферея, в восторге от всяких мошек и комаров!

Но при этом Кора не спешила уходить, разглядывая сверкающую гладь озера в лунном свете. Я достал фляжку с вином и немного закуски, которые ловко стащил со стола во время визита к Агатону.

Ладно, раз уж я здесь, то хоть покорми меня как следует! — потребовала Кора, хватая кусок мяса. — И вино налей!

Мы некоторое время ели и пили в тишине, наслаждаясь видами ночного леса. Я был рад провести наконец время в спокойствии. Несмотря на ворчание девушки рядом.

— Слушай… — вдруг неуверенно начала Кора. — Я рада, что ты согласился на предложение Никтона. Мы ценим твою помощь. Вместе у нас получится свергнуть тиранию Агатона.

Мы ещё немного посидели в тишине, наслаждаясь обществом друг друга. Но вдруг я вспомнил кое-что важное — те странные надписи под ареной!

— Кора, ты не могла бы проводить меня обратно в город, чтобы никто из клана Ареса меня не увидел? Мне нужно кое-что проверить под ареной, пока там никого нет.

— Что, вот так сразу заканчиваешь наше свидание⁈ — возмутилась Кора. — Я тебе не расписание по пунктам!

— Прости, но это может быть важно! — взмолился я. — Я обещаю, у нас ещё будет шанс побыть наедине. Пожалуйста, Кора!

Она надула губы и отвернулась, делая вид, что сердится. Но я видел, что на самом деле ей льстит моя просьба о помощи.

— Ладно уж, пошли, раз ты меня так сладко попросил! Но в следующий раз свидание будет по моим правилам!

Я обрадованно кивнул. Вместе мы достаточно быстро добрались до опустевшей арены, миновав несколько патрулей спартанцев.

Мы осторожно прокрались на арену. Я нашел ту самую колонну с загадочной надписью:

«Познай правду, сокрытую во лжи. Отыщи ключ в чертогах ночи».

— Что за странные слова? — нахмурилась Кора, внимательно разглядывая знаки.

— Я думаю, что под ареной что-то есть. А это намек на вход, вот только…

Кора задумалась, а затем ее лицо просияло.

— Погоди, я кое-что придумала!

Она внимательно оглядела потолок трибуны, после чего сжала кулак.

Из земли резко взвинтились острые корни, пробивая дыру в трибуне. Сквозь нее хлынул лунный свет, проливаясь прямо на колонну.

Однако он тут же отразился от нее, словно от зеркала и создал прямо в земле широкую дверь.

— Как ты это поняла?

— Женская интуиция. — пожала плечами Кора. — Ну что, заглянем внутрь, или как?

Я медленно открыл дверь. Вниз в темноту уходила крутая лестница, но больше всего меня поразило, как сильно оттуда веяло очень знакомой мне духовной силой.

Энергией самих Титанов.

Глава 20

Судный день — завтра

Я осторожно начал спускаться по каменным ступеням вниз, держа наготове меч в одной руке а в другой неизвестно где добытый факел. Кора двинулась следом.

— Тебе лучше остаться наверху. Неизвестно, что там внизу.

Но она лишь отмахнулась.

— И пропустить такое приключение? Ни за что! Я иду с тобой. Тем более без меня ты голову расшибешь!

По мере спуска становилось все темнее и прохладнее. Стены коридора были выложены грубым камнем без всяких украшений или надписей.

Через несколько минут лестница закончилась, и мы оказались в узком каменном коридоре, уходящем куда-то вниз.

— Что это за место? — спросила Кора, озираясь по сторонам.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Но думаю спартанцы очень постарались, чтобы как следует скрыть это место.

Мы осторожно двинулись вперед по коридору. Вскоре он расширился, и мы вышли в огромное подземное помещение с высокими сводчатыми потолками. Едва я ступил вперед, по периметру загорелось множество факелов.

— Невероятно! — изумленно ахнула Кора, запрокидывая голову. — Как может быть такое огромное место под Спартой?

Посреди зала возвышался массивный каменный алтарь. Вокруг него выстроились статуи Титанов в человеческий рост. Я узнал Кроноса с серпом, Гипериона с огненным диском, Океана с трезубцем. Точно такие же статуи я видел под храмом Деметры, когда убегал из Дельф.

— Это древний храм, — задумчиво произнес я, подходя ближе.

— Храм? Но кому? Я не знаю ни одного из этих богов.

— Это Титаны. Олимпийские боги очень трепетно подошли к процессу сокрытия правды.

Я осмотрел алтарь. На нем было выбито изображение Кроноса.

— Зачем кому-то строить подземный храм Титанов? — спросила Кора. — Если о них почти ничего не известно.

— Он появился здесь задолго до того, как Спарта разрослась.

Я протянул руку и коснулся изображения Кроноса на алтаре. Камень под моей ладонью внезапно засветился, и по нему побежали линии света, очерчивая контуры фигуры Кроноса.

— Юный Крей! — раздался громогласный голос. — Ты просто не представляешь, насколько ты вовремя. Гея уже готовит свой шаг. Тебе же есть чем порадовать меня?

Его глаза блеснули пурпурным светом. Хм, юный Крей? А где же пренебрежительное смертный?

— Я достал все, кроме энергии Зевса. С ней оказалось сложнее. Но уже завтра я буду сражаться с Леоном — наследником клана Зевса, тогда и заполучу его Дар.

Я медленно положил руку на алтарь, чувствуя, как различные энергии, что мне удалось скопить во время турнира, перетекают внутрь

— Прекрасно! У тебя еще есть время, ибо завтра все свершится! Этот надменный узурпатор сверг меня и заточил в Тартаре. Я наконец отомщу ему и всем Олимпийцам, когда вырвусь на свободу! — злобно прошипел Кронос.

Но разве нужно проливать еще больше крови? Может, есть другой путь? — попытался возразить я.

— Нет! Месть будет страшной! Зевс и все предатели заплатят жизнями. Я же говорил тебе, если не свергнуть его, то вся Греция вскоре будет обращена в пепел. Ты поможешь мне свергнуть богов, иначе тоже пожалеешь!

Я поежился от его яростного тона, но решил не спорить.

— Хорошо, я постараюсь заполучить энергию Зевса с его сына завтра на финале турнира. Что дальше?

— Мы договорились с Геей. Она нападет на спарту со своей армией, — объяснил Кронос. — Но не волнуйся, она не станет убивать этих щенков, это лишь отвлекающий маневр.

— Чтобы выманить Олимпийцев из их чертогов. — понимающе кивнул я, план был простой но действенный. — Но ты уверен, что она не станет никого убивать. Ты ведь помнишь, что говорил, когда мы только встретились. Ты хотел поощрять обычных смертных, а не уничтожать их

— Верно. Как только ты передашь мне энергию Зевса, я вырвусь и присоединюсь к атаке Геи. Вместе мы разгромим этих надменных узурпаторов! Как я и обещал тебе, юный Крей, ты получишь свое бессмертие и власть в Элладе

— Хорошо, я сделаю как ты говоришь, — пообещал я, хотя что-то явно не сходилось, но я не мог понять что.

Чем дольше я путешествовал и узнавал уклад жизни в Элладе, тем больше понимал, что боги не вмешиваются в жизнь людей. Этот мир практиков самобытен. И именно этот факт не бился с тем, что говорил Кронос.

Но в любом случае все решится завтра.

Облик Кроноса исчез, оставив меня в глубокой задумчивости.

Тем временем Кора все это время стояла рядом, широко раскрыв глаза и ничего не понимая. Для неё это выглядело так, будто я разговариваю сам с собой. Судя по всему, Кроноса видел только я.

— Эм, Крей, ты в порядке? — осторожно спросила она. — С кем ты разговариваешь?

— Это долгая история, я расскажу позже, — пообещал я. — Пойдем отсюда, здесь небезопасно.

Кора явно была в замешательстве, но кивнула и последовала за мной обратно к выходу из подземелья.

Мы с Корой осторожно поднялись из подземелья. Я был погружен в раздумья после разговора с Кроносом. Что-то в словах титана настораживало, но я пока не мог понять что.

Мы бесшумно прокрались через опустевшую арену и вернулись в город. глубокая ночь уже опустилась на улицы Спарты и лишь редкие факелы освещали улочки.

— Спасибо, что проводила, Кора, — тихо поблагодарил я. — Думаю, нам лучше пойти разными путями, чтоб нас не заметили.

— Хорошо, только будь осторожен! — кивнула девушка. — И не вздумай опять куда-то вляпаться. И да, не думай, что я оставлю то, что мы видели в тайне.

С этими словами она скрылась в темноте.

Я осторожно прокрался к резиденции клана Афины, стараясь держаться теней. Мне не хотелось лишний раз наткнуться на патрули или кого-то из клана Ареса.

Наконец я добрался до нужного дома и тихо проскользнул внутрь. Но едва я закрыл за собой дверь, как услышал недовольный голос:

— Вот ты где! А я тебя повсюду ищу.

Я обернулся и увидел Софию, скрестившую руки на груди.

— Прости, я не хотел тебя беспокоить, — сделал я виноватый голос.

— А я беспокоилась! — недовольно бросила София. — Что на тебя нашло — ночью одному шататься по городу? А если бы кто-то из Ареса тебя подкараулил? После того что ты сделал, каждый второй спартанец жаждет твоей смерти. И ради мести, и ради выслуги перед Харесом. Реза любили здесь.

— Я был осторожен, правда, просто… мне нужно было кое-что проверить.

София сурово смотрела на меня, ожидая объяснений.

— Ладно, я был на свидании с Корой, мы гуляли у озера за городом.

Я знал, что она раскусит ложь, а про Кроноса говорить явно не стоило. К тому же наши отношения с Софией достаточно странные, вот и посмотрим, что у нее на уме.

— Вот как, — холодно произнесла София. — Значит, у тебя нашлось время на свидание с другой девушкой после всего, что было между нами? И снова наследница. Сначала Ирида, теперь Кора, дальше что? Может ты уже и с Мелиной встречался? А может и с Лирой успел переспать?

Откровенно говоря, с Лирой вполне мог, но решил поиграть в благородного рыцаря. Так я подумал, вслух же сказал другое.

— Послушай, я обещал ей во время поединка и…

— Стоп! Помолчи! — положила она палец на мои губы. — Я поняла! Ты из тех мужчин, которые ничерта не понимают.

С этими словами она подалась вперед, и мы слились в страстном поцелуе.

Все я понимал, просто было совсем не до этого. Вот только странно, чего она словно с цепи сорвалась сегодня.

Тем временем София уже медленно раздевалась, и в тот момент я уже был не властен в контроле над собой. Возбуждение обуяло меня диким вихрем, и я повалил ее на кровать.

Это была долгая ночь.

Долгая и чертовски приятная.

Утром, едва солнечные лучи выглянули из-за горизонта, я уже умыкнул из гостевого дома. По дороге на арену мне встретился Никтон, рядом с которым шли Кора и Мелина.

— Итак, ты готов? — серьезным тоном произнес Никтон. — Мы скоординировали действия между кланами. После начала вашего боя, мы будем готовы. Как только ты дашь сигнал, мой отец Дамиан выскочит на арену. Ты с помощью наручей перенесешь его на балкон к Агатону, чтобы он нанес внезапный удар, в тот же момент все наши силы кланов Диониса, Деметры и Посейдона поднимутся с трибун, чтобы задержать практиков Зевса. Начнется настоящая бойня.

Я без лишних слов кивнул, поскольку понимал, что в этом плане нет никакого смысла, если сюда ворвется сама Гея.

Мы разошлись.

Я медленно шел по опустевшим коридорам под трибунами, ведущим на арену. Сегодня здесь должен состояться финальный бой турнира, где мне придется встретиться с Леоном Астером.

В груди нарастало волнение. Сегодня все решится. Вот только волнение это было не из-за финального поединка, а из-за того, что грядет за ним.

Выходя из темного коридора на яркий солнечный свет арены, я зажмурился. Трибуны были забиты в несколько раз больше, чем в прошлый раз. Казалось, не только вся Спарта, но и большая часть Эллады приехала поглядеть на финал.

Я осмотрел лица в толпе. Многие с ненавистью смотрели в мою сторону — сторонники клана Ареса жаждали мести за смерть Реза. Но были и те, кто с восхищением и надеждой взирал на меня — те, кто поддерживал заговор против Агатона.

Взгляд медленно скользнул к балкону, где восседал Агатон. Глава клана Зевса не сводил с меня цепкого, изучающего взгляда. Я видел, как Агатон что-то тихо обсуждает со своими приближенными, указывая на арену.

Чуть поодаль сидел Харес, глава клана Ареса. Его глаза полыхали алым пламенем неукротимой ненависти и мести. Я чувствовал этот взгляд всей кожей — Харес мечтал разорвать меня на части за убийство сына.

Но внезапно я наткнулся и на другой, совершенно иной взгляд. София светло улыбалась мне и одними губами прошептала: «Удачи!». Легкий румянец еще не сошел с ее щек после прошедшей ночи.

Я улыбнулся в ответ, чувствуя, как на душе становится теплее от её поддержки.

Но мысли прервал громкий голос судьи, объявляющего о начале финального поединка. Навстречу мне вышел Леон Астер.

Земля дрогнула от его тяжелых шагов. Леон возвышался над ареной словно исполин — его рост был не меньше двух метров. Мощные мышцы перекатывались под смугловатой кожей при каждом движении.

Но самое пугающее — это была его аура. Вокруг Леона потрескивали молнии, сплетаясь в сверкающий кокон. Я ощущал колоссальную мощь, исходящую от этого юноши. Энергия Зевса текла в его жилах раскатами грома.

По сравнению с ним Я, вероятно, казался хрупким подростком. Даже несмотря на то, что потратил очень много времени, тренируя это тело.

Леон высокомерно посмотрел на меня и усмехнулся.

— Так значит ты — лучший среди моего поколения? Как низок уровень культивации нынче в Элладе.

Я деланно посмотрел на свои ногти, ковыряясь в них.

— А? Ты что-то сказал? Прости, я разучился говорить на ублюдско-высокомерном языке.

Леон сплюнул и встал в боевую стойку, на его ладонях заискрилась золотая молния.

Судья рубанул воздух рукой.

— Начали.

Глава 21

Начало Гигантомахии

Гомон прекратился в мгновение ока, как только судья дал начало поединку.

Я выхватил меч Персея и активировал наручи пустоты. В тот же миг я оказался за спиной Леона и обрушил на него град ударов. Но ни один даже не задел его — вокруг юноши потрескивал мощный кокон из молний, отбрасывая все атаки.

— Что, это всё, на что ты способен? — хмыкнул Леон, даже не оборачиваясь.

Я снова переместился, на этот раз перед ним, выпуская длинное лезвие меча Персея. Но Леон легко отразил его одной рукой, выбросив в меня заряд молний. Удар отбросил меня на несколько метров, я едва удержался на ногах.

— Ты даже для разминки не годишься, — спокойно произнёс Леон. — Сдавайся, пока я не разорвал тебя на части. Даже отпрыск Артемиды был куда сильнее.

— Оу, какое высокомерие! — рассмеялся я в ответ. — Давай, покажи на что способен, золотой мальчик!

Лицо Леона скривилось от раздражения. Он резко вскинул обе руки вверх, и воздух над ареной завибрировал от накапливающейся энергии. Тёмные тучи сгустились, а между ними заметались яркие молнии.

— Небесный Зверь! — рявкнул Леон.

Из тучи вырвалось гигантское существо, сотканное из переливающихся молний. Это был огромный бык с раскаленными глазами и рогами-молниями. Он издал громовой рев и ринулся на меня, вытаптывая копытами огненные всполохи на камнях арены.

Я едва успел отпрыгнуть в сторону. Бык на полном скаку врезался в стену арены, разнеся её в щепки. От удара по трибунам прошла волна, сбивая людей с ног.

Но Леон уже направил Небесного Зверя на новую атаку. Бык развернулся и помчался ко мне. Я попытался снова телепортироваться, но на этот раз промахнулся на долю секунды. Молниеносный рог вспорол мне бок, швырнув на землю. Я откашлялся кровью, чувствуя адскую боль.

«Черт, этот ублюдок силен!» — подумал я, едва поднимаясь на ноги.

Леон стоял в центре арены, довольно ухмыляясь. Его Небесный Зверь кружил надо мной, готовясь к новому броску. Я понимал, что в открытом бою не смогу его одолеть. Нужно перехитрить этого надменного выскочку.

Когда Небесный Бык снова атаковал, я уклонился в последний момент. Но на этот раз, оказавшись у самого бока Леона, я выбросил руку, касаясь его плеча. Мне удалось вырвать немного энергии Зевса прежде, чем он отпрыгнул, но этого было мало.

Леон с презрительной усмешкой посмотрел на меня и вновь поднял руки к небу.

— Пора заканчивать это ничтожество. Небесный гром!

Его бык взревел, и тучи над ареной сомкнулись с новой силой. Молнии устремились к Небесному Зверю, увеличивая его размеры вдвое. Теперь это была громадина, готовая сравнять все вокруг с землей.

Бык ринулся в атаку с удвоенной скоростью. Я попытался телепортироваться, но на этот раз молниеносный удар настиг меня. Огромные рога полоснули мне грудь. Я отлетел, впечатавшись в стену арены.

Легкие наполнялись кровью, заставляя хрипеть с каждым вдохом. Леон действительно намеревался убить меня в этом бою.

«Нет, так не пойдет,» — подумал я, едва сознавая себя от боли. — «Сегодня последний день, и я больше не собираюсь прятаться».

Плевать на все. Пусть Агатон и весь мир узнают, на что я способен. Собрав остатки сил, я встал на ноги и выплюнул кровь. Леон удивленно приподнял брови.

— Тебе больше нечего показать. Я видел твои поединки. Сдавайся или умрешь.

Я глубоко вдохнул и выпустил почерпнутую у него энергию Зевса. Молнии закружили вокруг меня, исцеляя раны и наполняя силой. Я ощутил мощь Дара бога-громовержца.

Но этого было мало. Я призвал и энергию Кроноса, чувствуя, как время замедляется вокруг. Две силы смешались, вызывая бурю из молний и хронических вихрей.

Я сжал кулаки и ударил ими друг о друга. Энергия вырвалась огромным шаром, летящим на Леона. От мощи этой атаки трещали камни арены.

Леон в последний момент выставил руки, пытаясь заблокировать. Раздался оглушительный взрыв и вспышка ослепительного света. Когда все стихло, я увидел Леона, отлетевшего на десятки метров. Его грудь была рассечена ровно также, как до этого моя.

Он тяжело поднялся, не веря своим глазам.

— Как… как это возможно? Ты владеешь Даром Зевса?

Я усмехнулся в ответ.

— Это еще не все, на что я способен. Но ты заслужил увидеть хотя бы часть моей силы.

Леон потрясенно смотрел на меня. В его взгляде читалось уважение к равному по силе противнику.

— Я никогда не видел ничего подобного, — признал он. — Ты и вправду великий воин. Я признаю в тебе противника! Но наша битва только началась.

Он воздел руки к небу, и тучи над ареной завихрились с невиданной силой. Молнии били одна за другой, озаряя все вокруг ослепительным светом. Леон собирал всю мощь Дара Зевса для финального удара.

— Прими гром небес! — рявкнул он. — Расколотые небеса!

Из тучи хлынул огромный столб молний, намного мощнее всего, что я видел от Леона ранее. Это был сокрушительный шквал чистой энергии Дара, способный стереть меня в порошок.

Но я не собирался сдаваться. Я сконцентрировал силу Зевса, почерпнутую от Леона, и энергию Кроноса. Помня советы Клеомеда, я адаптировал технику Кузнечного Молота под молнии Дара Зевса.

Мой кулак покрылся молниями и яростно завибрировал, высекая искры. Я замахнулся и ударил им в налетающий шквал Расколотых небес.

Произошел колоссальный взрыв. Я почувствовал невероятную отдачу, но моя техника выдержала. А вот столб молний Леона развеялся, рассыпавшись миллионом искр.

Сам Леон отлетел на край арены. Его тело было опалено собственной молнией. Несмотря на раны, он упрямо поднялся, хотя я видел, что силы на исходе.

Но этого мне было достаточно. Пока Леон был обездвижен, я ринулся к нему и выхватил остатки Дара из его тела. Теперь этого было достаточно.

Леон рухнул на колени. Силы окончательно покинули его тело, но на лице отражалось неверие.

— Невероятно… Ты победил, — прошептал он. — Теперь я вижу, насколько ничтожна моя сила. Прошу, добей меня и забери мою жизнь.

Я покачал головой и отступил.

— Нет нужды. Ты сражался достойно. Этот бой был великолепен, и я благодарен тебе за него. Может ты и говнистый был в начале из-за своего высокомерия, но вроде парень честный. Уж получше твоего бати.

Как только я забрал последние крупицы Дара Зевса у поверженного Леона, я поднял руку и подал условный сигнал.

С трибун тут же вскочил Дамиан Пелагос — отец Никтона и глава восставших кланов против Агатона.

Я активировал наручи и в тот же миг схватил его за плечо и перенес нас на балкон к Агатону. Дамиан занес над головой трезубец Посейдона и рявкнул:

— Твоей тирании конец, Агатон!

Но тот лишь рассмеялся в ответ.

— Глупец! Ты думаешь, эта жалкая вылазка что-то изменит?

— Сегодня мы свергнем тебя! — выкрикнул Дамиан. — Вся Эллада поднимется против твоего беспредела!

— Посмотри вокруг, — усмехнулся Агатон. — Разве это похоже на восстание?

И в самом деле — на трибунах царил хаос. Практики кланов Деметры, Посейдона и Диониса вступили в бой с кланом Зевса. Остальные в ужасе разбегались или пытались укрыться.

Воздух вспарывали удары молний и энергетических залпов. Крики боли и ярости сотрясали трибуны. Но сторонники Агатона явно превосходили мятежников. Кланы Афины и Ареса уже присоединились к практикам Агатона.

— Видишь, никто не желает тебе помогать, — констатировал Агатон. — Сдайся, пока не поздно.

— Никогда! — выкрикнул Дамиан. — Мы не отступимся!

Он замахнулся трезубцем, энергия воды образовалась на лезвиях, но Агатон легко парировал удар и отбросил противника прочь тяжелым ударом молнии.

— Жалкое зрелище. Вы даже не смогли собрать толпу для мятежа. А ты, не ожидал, Крей, что ты выберешь сторону проигравшего!

Я в голос рассмеялся.

— Ты даже не подозреваешь, на чьей я стороне. Бывай!

Снова активировав наручи, я метнулся вниз арены.

В тот же момент земля внезапно задрожала, словно от удара колоссального молота. Воздух завибрировал от чудовищной ауры, заставляя кровь стыть в жилах.

Я резко обернулся и увидел их — армию гигантов, вышагивающую к Спарте.

Гиганты были поистине устрашающего вида. Их колоссальные тела, казалось, были высечены из самой горной породы — настолько тяжелыми и неповоротливыми были их движения.

Ростом они достигали сотни футов, и даже самый маленький из них возвышался над домами Спарты, как гора. Их огромные ноги оставляли воронки размером с колодцы при каждом шаге, от чего содрогалась земля.

У некоторых в руках были гигантские дубины, больше похожие на вырванные с корнем деревья. Другие несли каменные глыбы или целые скалы, которыми они бросали в дома и храмы, разнося их в щепки.

Их лица были грубы и непропорциональны, с выступающими челюстями, массивными надбровными дугами и глубоко посаженными маленькими глазами, полыхающими алым огнём. Казалось, взгляд этих глаз способен испепелить целый город.

Но самой устрашающей была Гея, восседавшая на плечах самого большого гиганта. Её фигура затмевала даже исполинов-гигантов. Волосы спускались сплошным потоком золота, закрывая полнеба. Лицо Геи было прекрасным, словно у самой очаровательной женщины, но один её взгляд, казалось, мог стереть город с лица земли.

Вокруг Геи клубилась зловещая аура из теней с пурпурным свечением — воплощение первобытных сил земли, древних и необузданных. От одного её присутствия по коже бежали мурашки ужаса.

— Пришёл час возмездия! — голос Геи пронёсся над Спартой, заставляя содрогнуться каменные стены. — Зевс, выходи и покорись мне!

Гиганты продолжали наступление, сметая всё на своём пути. Дома взлетали в воздух от их ударов, словно щепки. Массивные казармы и храмы обращались в груды обломков от одного касания гигантских кулаков.

На трибунах воцарился ужас. Люди в панике разбегались, спасая свои жизни. Даже сторонники Агатона застыли в шоке от этого вторжения.

— Не может быть! Что происходит? Сами горы восстали против нас⁈ — Агатон изумлённо смотрел на армию великанов. — Неужели сама матушка Гея обозлилась на нас?

Дамиан тоже ошеломлённо молчал, глядя на разрушения Спарты.

Что до меня, то я ожидал чего-то подобного после слов Кроноса. Но даже я был поражён масштабом этой атаки. Сила Геи затмевала даже могущество Зевса.

Очевидно, что она не собиралась щадить людей, как мне обещал это Кронос.

— Пришло время низвергнуть лживых богов! — прогремела Гея. — Я заберу то, что принадлежит мне по праву!

Она воздела руку, и гиганты ускорили шаг, вытаптывая огромные воронки. Земля содрогалась от их тяжести. Ещё немного — и они доберутся до арены, сметая всё на своём пути.

Нужно было скорее вызволить кроноса, в надежде, что он вразумит Гею.

Я быстро спустился в подземелье под ареной и подбежал к алтарю Кроноса. Нельзя было терять ни минуты — нужно было вызволить Титана, пока Гея и её армия гигантов не добрались до арены.

Я положил ладонь на каменное изваяние Кроноса и сосредоточился, передавая в алтарь последние капли Дара Зевса, добытого в битве с Леоном.

Камень алтаря засветился, и по нему побежали линии света, очерчивая огромную фигуру Титана.

— Ну что, юный Крей, ты принёс мне обещанное? — раздался низкий голос Кроноса.

Да, я заполучил Дар Зевса, вот последние капли, — ответил я, передавая энергию. — Но ситуация критическая. Гея атаковала Спарту вместе с армией гигантов. Они уничтожают всё на своём пути. Ты обещал, что люди будут защищены!

— Ах да, Гея… Эта старая зануда никогда не умела сдерживать свой пыл, — беззаботно отозвался Кронос. — Не переживай, юный друг, я всё улажу, как только вырвусь из заточения.

Он замолчал, впитывая энергию Зевса. Я напряжённо ожидал, глядя как она утекает в алтарь.

Наконец Кронос расхохотался во весь голос. Его смех эхом разнёсся по подземелью.

— Да! Ещё немного — и я свободен! — возликовал он. — Скоро я верну себе то, что Зевс отнял обманом. Мой трон, мою власть, моё место во Вселенной!

Я нахмурился. Что-то в его словах и тоне мне совсем не нравилось.

— Подожди… А как же защита людей? Разве это не твоя первоочередная задача, как ты говорил?

Кронос резко посмотрел на меня, его глаза полыхнули злобой.

— Не забывайся, смертный! Кто ты такой, чтобы указывать мне, Великому Титану? Я дам Гее волю развлечься с этим жалким муравейником. А потом свергну надменного Зевса и займу подобающее мне место властителя Небес. И мне не нужны жалкие букашки вроде тебя и всех остальных людишек.

Я шокировано уставился на него. Значит, Кронос просто использовал меня для своих целей, ему плевать на судьбу людей.

— Ты обманул меня! Я не позволю тебе уничтожить все человечество!

Кронос расхохотался в ответ.

— Ха-ха-ха! Что ты можешь против меня, жалкий смертный? Я скоро вырвусь и раздавлю тебя вместе со всей Элладой!

Он протянул огромную руку ко мне из алтаря. Я отпрыгнул, едва увернувшись от захвата.

— Твоя помощь была действительно неоценима, смертный! А-ха-ха-ха-ха!

С этими словами его образ исчез, а подземелье погрузилось во мрак.

Я тяжело дышал, осознавая весь ужас происходящего. Кронос просто солгал мне, чтобы заполучить силу богов. И теперь он готовится развязать войну, чтобы захватить власть над миром. А я помог ему в этом…

Глава 22

Сильные мира сего

Я выбрался из подземного храма, охваченный яростью. Кронос предал меня. Обманул, чтобы использовать в своих целях. И теперь, пока Титан готовится к возвращению, Спарту атакуют полчища гигантов во главе с Геей.

Я взбежал по ступеням и оказался на арене, где ещё совсем недавно шёл турнир. Но сейчас здесь царил хаос. Камни были разворочены от ударов гигантских кулаков, а посередине зияла огромная воронка. Дальше виднелись следы гигантских ног, уходящие к городу.

Перепрыгивая через трещины и обломки, я бросился вслед за ними. Вдали уже было видно, как гиганты всей мощью обрушиваются на дома и храмы Спарты. Их дубины и глыбы превращали здания в груды щебня.

Воздух был наполнен криками ужаса, визгом ломающихся камней и треском рушащихся колонн. Люди в панике разбегались, спасая свои жизни.

Некоторые практики пытались дать отпор чудовищам. Я увидел, как Тит Аргей, глава клана Геры, выпустил в одного из гигантов огромного светящегося лебедя. Но призрачная птица разбилась о тело великана, даже не причинив ему вреда.

— ГЕЯ! НО ТЫ ОБЕЩАЛА! У НАС БЫЛ ДОГОВОР!

Повсюду раздался громогласный смех.

— Смертные всегда были глупыми и доверчивыми. Мне не нужна Эллада с этим муравейником из людишек. И ты в том числе!

— Нет! Ты говорила, что оставишь людей и мой клан в живых!

— Что ж, леди свойственно менять свое мнение.

Она махнула рукой, отдавая приказ. Гигант рассмеялся громоподобным хохотом и швырнул в Тита огромный валун. Глава клана Геры попытался закрыться щитом из энергии, но камень охватила тяжелая энергия гиганта и тот размазал Тита по земле, превратив в кровавое месиво.

Я с ужасом наблюдал, как один за другим погибают практики, бросавшие вызов гигантам. Клинки и стрелы отскакивали от их каменной плоти, техники разбивались вдребезги. Гиганты были подобны самим горам, столь же несокрушимы и всесильны.

Вот Ампелиос Бакхия, глава клана Диониса, окружил себя клубами фиолетового тумана, призвав на помощь силу виноградных лоз. Но лозы лишь на миг опутали ноги одного из гигантов, после чего тот с лёгкостью разорвал их.

Огромный кулак врезался в Ампелиоса, отбросив его на десятки метров. Я в ужасе смотрел, как глава клана Диониса приземлился на камни разрушенного храма, а изо рта сочилась пена вперемешку с кровью — верный знак раздробленных внутренних органов.

Ампелиос с трудом приподнял голову, и его глаза уставились на меня — в них читалась мучительная агония и отчаяние. Я хотел броситься ему на помощь, но в этот миг огромная ступня гиганта опустилась на него, раздавив бедного мужчину в лепешку.

Я застыл в ужасе. Гиганты продолжали свой страшный поход, оставляя за собой лишь разрушения и смерть.

Вдалеке Дамиан Пелагос пытался увести своих людей.

— Бежим, пока есть возможность! Ничто не может их остановить!

Но тут раздался оглушительный рев. Это Дамиана настигла атака другого гиганта — тот швырнул в него целый холм, вырвав его из земли.

Холм обрушился на Дамиана всей своей массой, раздавив его тело. Лишь брызги алой крови выплеснулись из-под камней, отмечая место гибели главы клана Посейдона. А вместе с ним и еще с две дюжины практиков.

Сердце колотилось как бешеное, а по вискам струился холодный пот. Я понимал, что и меня в любую секунду может настичь такая ужасная участь. Гиганты были неумолимы и беспощадны, они не щадили никого на своем пути.

Их тяжелая поступь сотрясала землю — я едва мог удержать равновесие. Воздух содрогался от их громоподобного хохота и воплей раздавленных ими людей.

Но я не мог просто сбежать и оставить всех на растерзание этим чудовищам. Я должен был хоть что-то предпринять, найти способ остановить Гею и ее армию.

Пусть Кронос меня и предал, я не позволю гигантам уничтожить Спарту и все человечество!

Я в отчаянии огляделся по сторонам. Большинство кланов уже бежали из города, спасая свои жизни. Лишь немногие оставались, чтобы прикрыть отход остальных.

Вдруг я заметил знакомые лица — это были практики клана Афин во главе с Орестом Глаукой. Они стройными рядами покидали Спарту, прикрываясь щитами от падающих обломков. Казалось, им почти удалось уйти от преследования гигантов.

Но внезапно один из великанов заметил удаляющихся афинян и бросил в их сторону огромный каменный столб, вырванный из разрушенного храма.

Орест мгновенно отреагировал — он выбежал вперед и выставил мощный щит из энергии Афины, закрывая своих людей. Каменный столб врезался в него, расколов надвое, но не причинив вреда практикам клана.

Однако удар был настолько силён, что отбросил Ореста на десятки метров. Он со стоном рухнул на землю. А гигант уже замахнулся для нового броска, нацелившись на беспомощного главу клана Афин.

Я не раздумывая бросился к Оресту, отчаянно пытаясь успеть. Но расстояние было слишком велико, а рука гиганта уже летела вниз, чтобы раздавить свою жертву.

И тут я инстинктивно выбросил ладонь вперед, активируя силу Кроноса. И почему-то она была намного сильнее, чем во все предыдущие разы. Словно с меня сбросили тяжелые ограничители, которые висели грузом на моих плечах.

Время вокруг меня замерло, остановившись на долю секунды. Но этого хватило, чтобы я успел метнуться к Оресту и выдернуть его из-под ниспадающего гигантского кулака.

Мы откатились в сторону, и кулак обрушился на землю там, где только что лежал Орест, взрывом подняв фонтан камней и пыли. Я тяжело дышал.

Но времени радоваться не было — гигант уже развернулся для нового удара. Я помог Оресту подняться на ноги. Тот был ошеломлен случившимся.

— Ты… ты остановил время! Как это возможно?

Благодаря дару Афины он мог разглядеть мои действия. Я же на мгновение задумался. Действительно, как я все еще могу использовать силу Кроноса после того, как титан меня предал? Неужели частица его энергии по-прежнему осталась во мне?

Но сейчас было не время размышлять об этом. Нужно было срочно уносить ноги.

— Не время говорить об этом! Быстрее, уходим отсюда! — крикнул я Оресту.

Мы побежали прочь, едва уворачиваясь от новой атаки разъяренного гиганта. К счастью, великан не стал нас преследовать, увлекшись разрушением очередного храма.

Когда мы наконец оказались в относительной безопасности, я остановился, чтобы перевести дыхание. А Орест удивленно посмотрел на меня.

— Ты спас мне жизнь. Я твой должник.

Я махнул рукой, мол, не стоит благодарностей.

— Что будем делать дальше? — спросил я. — Может, стоит попытаться организовать кланы, чтобы дать отпор гигантам? Все вместе мы сможем…

Но Орест лишь горько усмехнулся в ответ:

— Боюсь, это невозможно. Я только что получил весть по ментальной связи. Гиганты атаковали не только Спарту. В этот момент они напали на все крупные полисы по всей Элладе.

Я шокировано уставился на него.

— Что⁈ На все города сразу? Но как такое возможно?

— Это координированное вторжение, — мрачно произнес Орест. — Армия гигантов неисчислима! Мы ничего не можем им противопоставить.

Я сжал кулаки до боли в пальцах. Значит, Кронос и Гея тщательно все спланировали. Они просто использовали меня, чтобы ослабить кланы изнутри. А теперь настал их час.

— Послушай, мы с практиками клана направимся к горному убежищу на севере. Там есть запасы еды и воды. Хватит, чтобы переждать это безумие. Присоединяйся к нам.

Я отрицательно кивнул.

— Я останусь.

— И все же… по поводу течения времени. — задумчиво проговорил Орест.

— Я Отрид. Судя по всему последний.

Орест ошарашено посмотрел на меня. Его догадки оказались верны. Он что-то хотел сказать, но я уже бросился дальше в попытке догнать гиганта, на котором восседала Гея.

Мне нужно было попытаться поговорить с ней, пока Кронос не вернулся. Возможно, прикинувшись посланником титана, я смогу отговорить её от полного уничтожения Эллады.

По пути приходилось уворачиваться от атак других гигантов и летящих обломков. Благодаря Дару Кроноса я чувствовал, что моё восприятие времени намного улучшилось. Я вильнул в сторону от очередного гигантского кулака, и тот словно в замедленной съёмке пролетел мимо.

В следующий миг я отпрыгнул от падающей колонны, тоже двигавшейся для меня неестественно медленно. Мои рефлексы обострились, позволяя увернуться от любой опасности.

Не время было думать, почему мои силы манипуляции времени так резко возросли, но шальная мысль то и дело прокрадывалась в голову. Кронос ограничивал меня. Но сейчас, когда он сфокусирован на том, чтобы выбраться из Тартара — я могу пользоваться Даром в полной мере.

Так, прыгая и уклоняясь, я приблизился к гиганту, на котором восседала Гея. Её золотые волосы свисали до самой земли, переливаясь в лучах заходящего солнца. Лицо ее было невероятно прекрасным и в то же время пугающим.

Я заметил, что рядом с ней находится Агатон Астер — глава клана Зевса. Его одеяния были изодраны и перепачканы кровью и пылью. Агатон выглядел измождённым, но гордо стоял перед Геей, глядя ей в глаза.

— Прекрати это безумие, Гея! — крикнул он. — Я наместник Великого Зевса в Элладе! Если ты убьёшь меня, сам громовержец явится сюда и накажет тебя!

Гея лишь презрительно рассмеялась в ответ:

— Именно этого я и добиваюсь, ничтожный смертный! Чтобы твой лживый владыка соизволил спуститься сюда и ответил за содеянное! Я лично растерзаю его на части за то, что он похитил моих детей и заточил их в Тартаре!

Она взмахнула рукой, и воздух вокруг Агатона задрожал. Я в ужасе смотрел, как тело главы клана Зевса начало деформироваться и разрываться на части от воздействия зловещей энергии Геи.

Агатон закричал от невыносимой боли. Его плоть словно расползалась, обнажая мышцы и кости. Глаза выкатились из орбит, а внутренности хлынули наружу фонтаном крови.

Через несколько мгновений от некогда могущественного лидера клана Зевса осталась лишь бесформенная лужа из плоти и крови. Я с трудом сдержал рвотные позывы, глядя на это жуткое зрелище.

— Вот что ждёт каждого сторонника лживых Олимпийцев! — произнесла Гея. — Скоро я раздавлю их всех, как букашек! Эвримедон, не щади никого.

— Да, госпожа! — прогудел гигант.

Я уже готов был ринуться вперед, чтобы попытаться остановить Гею, как вдруг небо над Элладой словно раскололось надвое. Яростный ураганный ветер ударил мне в лицо, заставляя щуриться. Грозовые тучи закрутились над Спартой, молнии полосовали небо, озаряя все вокруг ослепительными вспышками.

И в разверзшейся бездне небес я увидел их — двенадцать величественных фигур спускались на землю, окруженные ореолами божественного сияния. Это были сами Олимпийцы во главе с могучим Зевсом.

Небеса над Элладой разверзлись, и оттуда спустились двенадцать величественных фигур Олимпийцев.

Первой появилась Афина в синем хитоне, ее длинные черные волосы развевались, как знамя. В руках богиня держала золотое копье и могучий щит. Ее серые глаза сурово смотрели на поле боя.

Рядом возникла Артемида в изумрудно-зеленых одеяниях, ее черные, как смоль, волосы были заплетены в косу. За спиной висел лук и колчан, полный стрел. Взгляд богини полыхал праведным гневом.

За ними последовали Аполлон в оранжевом хитоне, его золотисто-рыжие кудри сияли подобно солнцу. В руках он держал золотую лиру, излучая ослепительное сияние.

Рядом возник мрачный Арес в одеянии цвета пролитой крови, его волосы были багряными, как зарево пожара. Он сжимал в руках щит и меч, его аура дышала разрушением.

Далее появилась ослепительная Афродита в розовом хитоне, ее волосы переливались всеми оттенками рассвета, а красота заставляла трепетать сердца смертных.

Гера возникла в белоснежных одеждах, ее черные были увиты драгоценной диадемой. Вокруг порхали белые павлины, символ ее величия.

За ними последовали Гефест в черном хитоне, его голова была лысой, как у горы. В кузнечных перчатках он сжимал раскаленные клещи.

Дионис появился в фиолетовых одеяниях, его кудри были темно-лиловыми. На голове красовался венок из сочных виноградных лоз и листьев.

Деметра была в коричневом хитоне цвета пашни. Ее светлые волосы были оплетены золотыми колосьями пшеницы.

Посейдон возник в синей одежде цвета морской пучины. В руке он сжимал свою эгиду — мощный трезубец.

Гермес пронесся мимо на бешеной скорости, оставив после себя серебристый след. Его светлые волосы развевались, как знамя.

Наконец раздался оглушающий раскат грома, от которого содрогнулась земля. Тучи разошлись и в небесной бездне предстал сам громовержец Зевс на троне из черных грозовых туч. Его сияющие белые волосы и борода развевались от ветра. В могучей деснице он сжимал молниеносный перун. Лик Зевса был очень мрачен.

От Олимпийцев исходила аура божественной мощи, которая могла поставить на колени любого. Но Гея лишь презрительно оскалилась при их виде.

— Наконец-то ты соизволил явиться, надменный Олимпиец! — произнесла она, глядя на Зевса. — Я ждала этого момента уже очень давно! Сегодня ты ответишь за все содеянное мне и моим детям!

Громовержец сурово посмотрел на титаниду в ответ.

— Неразумная Гея! Прекрати это безрассудство, пока не поздно! Отзови свою армию чудовищ, и я дарую тебе жизнь! Ты не вправе отнимать жизни у людей, они должны жить!

— Ха! Это тебе стоит просить о пощаде, Зевс! — рассмеялась Гея. — Сегодня я лично расправлюсь с тобой и твоими выродками! Месть Титанов будет страшной!

Она воздела руки, и гиганты вокруг отозвались громовым рыком, сотрясая землю. Их глаза полыхнули алым, когда они бросились в атаку на Олимпийцев.

— Наши копья пронзят ваши тщеславные сердца! — проревела Гея. — Сокрушите их, Дети мои!

Как только прозвучал боевой клич Геи, ее гиганты с ревом бросились в атаку на Олимпийцев. В ответ раздался воинственный клич Ареса, и боги ринулись навстречу чудовищам.

Земля содрогнулась, когда армии столкнулись. Удар был настолько мощным, что меня едва не снесло этой волной. Я пошатнулся, но в последний момент серая вспышка промелькнула рядом, вытаскивая меня из эпицентра столкновения.

Это была Ирида! Она явилась как раз вовремя, чтобы спасти меня.

— Ты идиот⁈ — раздраженно бросила она, щипля меня за руку. — Хочешь умереть⁈ Нам нужно немедленно убираться отсюда!

Действительно, этот бой был явно не по нашим силам. Энергетическая волна от одного удара едва не размазала меня по скалам. А ведь боги и гиганты только разогревались!

— Ты права, здесь слишком опасно! — с досадой кивнул я, осознавая, что вряд ли смогу что-то противопоставить этим величинам.

Тем временем сколько бы Боги не атаковали, их удары не наносили гигантам вреда.

— Идиоты! Гиганты были созданы чтобы вас сокрушить! Ни один бог не совладает с ними!

Глава 23

План Смертного

Я облегченно выдохнул, оказавшись в стороне от эпицентра сражения благодаря Ириде. Она спасла меня в самый последний момент, когда столкновение армий гигантов и Олимпийцев чуть было не размазало меня в лепешку.

— Спасибо, я действительно чуть не погиб там, — искренне поблагодарил я Ириду.

Она лишь улыбнулась в ответ, крепко обнимая меня. Но тут же отстранилась и серьезно посмотрела мне в глаза:

— Нам нужно немедленно уходить отсюда. Это сражение слишком опасно даже для нас.

Я кивнул, соглашаясь. Действительно, после того как я едва не погиб от одной лишь волны от столкновения армий, оставаться здесь было чистым самоубийством.

Сами боги казались огромными по сравнению с людьми — каждый из них возвышался метров на пять. Их мощь была невообразима — от одного удара Ареса гигант отлетел на сотню метров, врезавшись в скалу. А копье Афины пронзило ногу другого гиганта, заставив того взреветь от боли.

Но, как ни странно, даже эти сокрушительные атаки наносили гигантам лишь поверхностные раны. Их каменная плоть была невероятно прочной.

Гея наблюдала за боем с довольной усмешкой на лице.

— Идиоты! Гиганты были созданы мной для того, чтобы вас сокрушить! Ни один бог не совладает с ними!

И действительно, несмотря на всю свою божественную мощь, Олимпийцы не могли одолеть гигантов. Их атаки лишь раззадоривали чудовищ, которые отвечали еще более яростным натиском.

Тем не менее ни одна из сторон не могла взять верх.

Даже Зевс с его безудержной силой, которая буквально осязалась в воздухе. Внезапно на него налетел один из гигантов, который выглядел как огромный исполин, созданный из камня с черными прожилками.

Множество мощнейших молний ударили в него, но он будто бы проглотил их все.

— Меня зовут Порфирион! И я был создан, чтобы уничтожить тебя! — взревел гигант и набросился на Зевса.

Тем временем Дионис сражался с тем, кто назвал себя Евритом. И, что характерно, ни одна его атака также не могла его достать.

Только сейчас мне стало понятно, насколько тщательно Гея готовилась к этому сражению.

Для каждого бога был создан гигант, который имел практически полный иммунитет к энергии определенного бога.

И вот, когда ситуация буквально стала патовой, внезапно небо над полем боя словно раскололось надвое. Пурпурная молния ударила в землю между сражающимися армиями, подняв столб пепла и обломков. Я инстинктивно прикрыл глаза рукой, а когда открыл их — увидел ЕГО.

Посреди хаоса сражения возник темный силуэт, облаченный в доспехи из черного металла. Его лицо было скрыто шлемом в виде волчьей пасти с алыми глазами, а плащ развевался, как крылья ночи. В руке темный воин сжимал огромный серп, сверкающий жутким багровым светом.

Это был Кронос — повелитель Титанов, наконец-то вырвавшийся из Тартара. Его появление было настолько зловещим, что на миг все замерли, в ужасе глядя на могущественного Титана. Даже гиганты на секунду прекратили свою атаку.

Наконец-то я свободен! — прогремел низкий голос Кроноса, от которого содрогнулась земля. — Ну что, давненько мы не виделись, сынок. Нам бы поговорить.

Титан занес над головой свой страшный серп, и клинок полыхнул алым пламенем.

— Гиганты! Сокрушите Олимпийцев! Оставьте Зевса мне! — приказал Кронос.

Его появление словно вдохнуло новые силы в армию чудовищ. Гиганты взревели еще громче и обрушились на богов с удвоенной яростью.

А сам Кронос взмыл в воздух, устремляясь к Зевсу на троне из туч. Громовержец метнул в Титана молнию, но тот лишь отразил ее взмахом серпа.

Кронос и Зевс сошлись в жестокой схватке. Их столкновение потрясло небо и землю. Серп и молнии с неистовой силой обрушивались друг на друга, порождая раскаты грома.

Зевс атаковал Кроноса яростным потоком молний, но Титан лишь рассекал их своим серпом, словно играючи.

— Ты ослаб за эти века, сынок! — насмешливо бросил Кронос. — Даже в прошлый раз ты смог победить меня лишь обманом! А сейчас я в тысячу раз сильнее! Может просто освободишь мне свой трон?

Он замахнулся серпом и обрушил на Зевса сокрушительный удар. Громовержца отбросило на сотни метров, прочертив длинную борозду по земле.

Зевс с трудом поднялся, в его глазах полыхнула ярость.

— Никогда! — рявкнул он, метая в отца целый шквал молний.

Но Кронос лишь отразил их взмахом серпа.

— Скоро ты падешь к моим ногам, а твой Олимп рухнет! — торжествующе возвестил он.

Зевс понимал, что в открытом бою ему не одолеть Кроноса. Он крикнул остальным Олимпийцам:

— Боги! Нам нужно срочно отступать!

Олимпийцы взмыли вверх, устремляясь к разверзшейся в небе бездне, ведущей на Олимп.

Но Кронос довольно рассмеялся и взмахнул серпом. Бездна мгновенно сомкнулась, отрезая богам путь к отступлению.

— Куда спешите, мои недоразумения? Вечеринка только начинается!

— Нет! — взревел Зевс. — Ты заплатишь за это, проклятый тиран!

Но выбора не было. Зевс собрал последние силы и воззвал к древней магии телепортации.

— Боги! Держитесь за меня! — приказал он. — Мы должны уйти отсюда! Нам не одолеть Гею и Кроноса сейчас.

Олимпийцы послушно сгрудились вокруг него. Зевс закрыл глаза, произнося заклинание.

Кронос метнул в них серп, но было уже поздно. Боги исчезли в яркой вспышке, оставив после себя лишь рассеивающееся облако искр.

— Что⁈ Куда они делись? — возмутился Кронос.

А мы вместе с Иридой оказались посреди этой вспышки. Нас тоже захватило действие магии Зевса!

Мир вокруг померк, а затем я почувствовал резкий рывок, словно меня затянуло в воронку.

В следующее мгновение мы с грохотом приземлились на твердую землю. Я едва удержался на ногах, а Ирида упала на колени.

Оглядевшись, я понял, что мы находимся на огромной равнине, усыпанной вулканическим пеплом. Вдали виднелись дымящиеся кратеры.

Рядом возвышались Олимпийцы во главе с Зевсом. Они выглядели обессиленными после битвы и перемещения.

— Из всех мест во всей Элладе ты выбрал именно это? — возмутилась Гера.

— Здесь я заключил Кроноса в Тартар, значит здесь все и должно закончится.

Он устало опустился на колонну из черного камня — остатки древнего храма.

— Мне невыносимо тяжело это признавать, но Гея оказалась хитрее. Ее гиганты неуязвимы для нас. Мы не смогли причинить им почти никакого вреда!

— Их каменная плоть выдерживает даже самые мощные атаки, — мрачно добавил Арес, стиснув кулаки. — Я даже на части не могу их разорвать!

— Значит, нам нужно придумать новый план, — решительно заявила Афина. — Если Гиганты не несут от нас никакого урона, значит они должны быть уязвимы от кого-то еще.

Внезапно взгляд великого бога упал на меня. Признаюсь, когда на тебя смотрит бог — мурашки по спине бегут целой ордой. Думаю, если бы ранее я не встречался с Кроносом, то точно упал бы на колени.

Зевс создал в руке молнию, и направил на меня.

— Кажется мы кое-кого случайно прихватили с собой. — сказал он спокойно, обратив на нас с Иридой внимание всех богов. Отрида я узнаю отовсюду. К тому же того, в котором хранятся остатки божественных энергий. Ты помог Кроносу выбраться, что ты замыслил теперь?

Я поднял руки, медленно и высоко. Когда на тебя смотрят двенадцать богов, последнее что ты хочешь делать — это резкие движения.

— Я действительно из Отридов, но не поклоняюсь титанам, как это делали мои предки. — аккуратно начал я. — Кронос обманом вытащил меня из моего мира и буквально заставил собирать для него энергию. Если бы я отказался — то он бы мучал меня вечность. По крайней мере так он сказал.

Зевс недоверчиво сощурился.

— Я был вынужден это сделать. Меня убедили в том, что Олимпийские Боги хотят изжить людей, а Кронос хочет это остановить. Я слишком поздно понял, что к чему.

— Я верю ему. — вызвался Гермес. — Понимаю, звучит дико, но сам посуди, Кронос действительно способен на такие подлые обманы.

— Хм, ладно. Говори, что предлагаешь, смертный? — бросил Зевс.

Я выдохнул.

— Вы видели, гиганты невосприимчивы к вашим атакам. Но, возможно, простой смертный сможет причинить им вред. Я готов попытаться. Во мне еще осталась частица силы Кроноса, которая почему-то не исчезла.

— Потому что ты Отрид. Когда титаны создавали первых людей под горой Отрис — они дали им частичку своей силы. Все это время не Кронос даровал тебе ее. Это была твоя собственная духовная энергия. — объяснила Деметра.

— Вот почему я почувствовал, будто с меня сняли оковы… В любом случае, моей силы будет недостаточно, чтобы сразить гигантов. А тем более Кроноса, которого, при всем уважении, не одолел даже величайший Зевс.

— Не тяни, смертный. Ты говоришь складно, я это признаю, но к чему ты ведешь? — не вытерпел Дионис.

— Я уже получал Дары каждого из вас. Но то были дары лишь наследников. Мое тело совместимо с ними всеми, а значит, я могу совладать с каждым. Если бы я получил божественную энергию от каждого бога лично, то я смог бы остановить все это.

Среди богов пошли разногласия.

— Дать ему нашу силу? Это безумие! — возмутился Арес.

— Лучше уже смертному, чем Кроносу! — парировал Гермес.

— Вдруг это ловушка Титанов? Мы не можем так рисковать! — предостерегла Гера.

— У нас нет выбора! — решительно заявила Афина. — Иначе мы обречены!

— Ну послушайте, логично, что каждый из нас обладает одной стезей. Если парнишку не разорвет от такой силы, то он, обладая силой каждого явно сможет больше, чем мы по отдельности. Хотя, если он действительно последний из Отридов, его тело точно выдержит. — рассуждал Дионис.

— Каким бы милым этот мальчишка ни был, думаю, это не очень хорошая идея, вдруг он потом решит, что всесилен и пойдет против нас?

— Мы не победим Кроноса и Гигантов без помощи смертного, а сейчас нет времени искать подходящего. Мальчишка из Отридов это лучшее, что могло нам подвернуться. — решительно проговорила Деметра.

— Тихо! — громовым голосом оборвал он споры.

Все посмотрели на Зевса.

— Предложение смертного заслуживает внимания. Если никто из нас не может убить гиганта, возможно, они действительно уязвимы от простого человека. Но прежде я должен убедиться, что ты не шпион Кроноса!

С этими словами Зевс выстрелил в меня молнией.

Я едва успел выставить щит, Фемиды, влив в нее колоссальное количество энергии. Однако, молния хоть и казалась убийственной, на деле была не сказать, чтобы сильной. Щит запросто отклонил ее.

— Если нужно, я докажу вам свои слова. — решительно проговорил я.

Зевс задумчиво посмотрел на меня, взвешивая все за и против.

— У нас нет времени на долгие испытания. Но есть один способ мгновенно убедиться в твоей преданности, смертный.

Он вытянул в мою сторону руку с раскрытой ладонью.

— Подойди и вложи свою руку в мою. Я загляну в самую глубину твоей души. Если ты искренен в своем желании помочь, я это увижу. Если же в тебе таится ложь и коварство, я мгновенно это распознаю.

Я сглотнул и решительно шагнул вперед. Это был единственный шанс доказать свои намерения. Я протянул руку и положил ее в огромную ладонь Зевса. Его пальцы сомкнулись вокруг моей кисти стальными тисками.

Меня пронзила молния — но не физическая, а ментальная. Я почувствовал, как разум Зевса врывается в моё сознание, проникая в самые потаенные уголки. Это было похоже на удар мегаваттной лампой прямо в мозг. Я едва устоял на ногах, чувствуя, как мое сознание выворачивают наизнанку.

Но я не сопротивлялся, позволяя Зевсу видеть всё до самых глубин моей души. Перед его мысленным взором предстали все мои воспоминания с самого детства. Мои, Кирилла из другого мира, и Крея из этого.

Как я попал в этот мир и был обманут Кроносом. Мои стремления спасти Аиду и остановить Реза. И наконец — решимость помешать зловещим планам Титана, чего бы мне это ни стоило.

Я не скрывал от Зевса ничего. И он это видел — мою искренность, решимость и готовность действовать.

Через несколько мучительных мгновений всё закончилось. Зевс разорвал ментальную связь, и я рухнул на колени, тяжело дыша. Мой разум гудел, как раскаленный металл.

— Он чист передо мной, — провозгласил Зевс. — Я вижу его намерения, и они благие. Он и правда хочет помочь нам одолеть Титанов. Несмотря на то, что в самом начале он имел достаточно корыстные цели, он всегда поступал по совести.

Я облегченно выдохнул. Боги переглянулись и кивнули, хотя и не все охотно.

— Смотри, братец. Мы сами создаем существо, которое потом не сможем обуздать. Как бы это не обернулось потом против нас. — проговорил Посейдон, на что Зевс усмехнулся.

— Я знаю, что делаю.

Боги встали в круг вокруг меня и протянули руки. Их ауры засияли ярче, переливаясь всеми цветами. Я ощутил, как в воздухе сгущается мощь древних божеств.

Первым вперед выступил Арес. Его алая аура разрослась, заполняя собой все вокруг. Я почувствовал, как в мое тело вливается частица необузданной ярости и жажды битвы. Это была дикая, первозданная сила войны, от которой кровь закипает в жилах.

За ним последовала Афина. Ее глаза светились мудростью тысячелетий. Я ощутил, как разум наполняется холодным расчетом и стратегическим мышлением. Любую задачу теперь можно было решить логически.

Далее Аполлон передал мне лучи Солнца — свет, дарующий исцеление и очищение. Я почувствовал прилив сил и энергии.

Артемида вложила в меня инстинкты дикого зверя — превосходную реакцию и чутье охотника.

Афродита вложила свой дар, который принес очарование и красоту.

Гера поделилась своей властью над эмоциями и волей. Теперь я мог влиять на чужие чувства.

От Гермеса я получил молниеносную скорость.

Гефест вдохнул в меня огонь своей кузни, даря владение металлом и оружием.

Дионис щедро одарил весельем, раскрепощая разум.

Деметра поделилась силой земли и растений.

А Посейдон открыл во мне интуицию океана.

Наконец сам Зевс даровал мне частицу грома и молний.

Я чувствовал, как все эти потоки энергии вливаются в мое тело, вызывая невыносимую боль. Но я сжимал зубы и терпел, пропуская эту мощь сквозь себя.

Божественные дары переплетались, создавая во мне взрывоопасную смесь. Я ощущал, как мои каналы вот-вот лопнут от переизбытка силы.

Но в то же время эти энергии уживались во мне, уравновешивая друг друга. Я помнил, как совмещать Дары и держать их в балансе, когда забирал их у наследников. И теперь это умение помогло мне принять в себя всю мощь Олимпа.

Когда процесс завершился, я с трудом удерживал равновесие. Все тело дрожало от напряжения. Никогда прежде я не ощущал такой колоссальной силы!

Я мог творить чудеса, достойные самих богов. Даже больше! Любой враг предстанет передо мной беспомощным и жалким. Даже Кронос и его гиганты не смогут устоять перед моей мощью!

Теперь сомнений не осталось — я стал сильнейшим существом на свете!

А в это время на горизонте показались макушки первых гигантов.

Глава 24

Битва на Флегрейских полях

Я чувствовал, как божественные энергии Олимпийцев продолжают кружить и переплетаться внутри меня. Это было похоже на водоворот или ураган, бушующий в моей душе.

Каждый Дар превращался в нить силы, которая оплетала моё естество, укрепляя и возвышая его. Я ощущал, как моё сознание расширяется до безграничности, охватывая весь мир. Теперь я мог видеть все сразу — каждое дуновение ветра, каждый лист на дереве, каждую песчинку на земле.

Моё тело наполнялось неистовой мощью богов, готовой вырваться наружу в любой момент. Я чувствовал себя атлантом, на плечах которого держится небо. Любое движение — и я мог разрушить или создать целые миры.

Никогда прежде я не испытывал ничего подобного. Даже когда забирал Дары у наследников — это было лишь подобие настоящей силы Олимпа. А теперь потоки первозданной энергии неудержимо несли меня ввысь, к самым высотам бытия.

Я почувствовал прикосновение и очнулся от размышлений. Рядом стояла Ирида, встревоженно заглядывая мне в глаза.

— Как ты себя чувствуешь? Эта сила… Она не разрушит тебя?

Я медленно покачал головой и улыбнулся:

— Нет, я в полном порядке. Это великолепное ощущение! Я чувствую, что моя культивация теперь достигла божественного ранга. Я смог усвоить энергии богов и превзошёл пути Отступника и Олимпийца. Теперь я готов сразиться с Кроносом и Гигантами.

Ирида ободряюще сжала мою руку. Я был рад, что она рядом со мной в этот решающий момент.

Вдалеке уже показались огромные фигуры армии Гигантов. Их тяжёлые шаги встряхивали землю. Впереди всех вышагивал Кронос с алым серпом наперевес. Рядом на плече главного гиганта восседала Гея, её волосы струились по небу.

Гиганты остановились напротив нас, занимая боевые позиции. Кронос оскалился в зловещей усмешке:

— Глупцы! Вам не сбежать от моего гнева. Ни в этом мире, ни в каком-либо другом!

Но Зевс лишь сурово сдвинул брови и обратился ко мне:

— Мы возлагаем на тебя большие надежды, смертный. Пусть же сила Олимпа принесёт тебе победу!

Я коротко кивнул в ответ.

Наступила зловещая тишина перед бурей.

А затем небо раскололось от воинственных кличей обеих армий. Земля задрожала, когда они с неистовой яростью ринулись друг на друга.

Первым врезался в ряды гигантов Арес с боевым кличем. Кровавый меч в его руках взметнулся, срубая голову первого великана. Черная кровь хлынула фонтаном, но тут же гигант подхватил ее, поставив обратно. Как и прежде, бог не мог нанести ему увечий.

Рядом Артемида молниеносными выстрелами из лука расстреливали глаза гигантов, лишая ненадолго их зрения. Ослепленные чудовища ревели от боли, размахивая дубинами вокруг себя.

Аполлон парил над полем боя, ослепительным сиянием очищая союзников и разя врагов. Его стрелы были подобны лучам самого солнца, прожигая насквозь тела гигантов.

А Гефест металл в чудовищ раскаленные глыбы металла, опаляя их плоть.

Посейдон вздымал огромные волны, обрушивая их на гигантов и сбивая тех с ног. Его трезубец вспарывал врагов, как китов.

Дионис опутывал гигантов плющом и виноградными лозами, сковывая их движения. Зеленые побеги впивались в плоть чудовищ.

Гермес молнией носился по полю боя, хитрыми ударами кинжалов поражая уязвимые места гигантов. Его летучие атаки не давали передышки огромным врагам.

А сам Зевс швырял в ряды гигантов молнии, поджигая, казалось бы, невредимую кожу. Его громовой перун разил любого, до кого дотягивался.

Но и гиганты ярились с утроенной силой. Их удары валили богов с ног, ломали кости и ребра. Кровь Олимпийцев смешивалась с кровью гигантов, заливая поле боя.

Кронос же пробился сквозь сражение прямо к Зевсу. Его алый серп взвился для смертельного удара.

— Прощай, сынок! — проревел Титан. — Сегодня твой скорбный конец!

Два гиганта в мгновение ока оказались рядом и сковали движения Зевса. Тем временем остальных богов тоже теснили. Некому было прийти на помощь.

Кронос занес серп над головой. Но в этот момент двойная молния ударила в него и отшвырнула его руку назад. Следом за этим грудь Кроноса поразили два солнечных луча, заставляя его отлететь на несколько метров.

— Что⁈ Кто посмел⁈

— Я слышал очень много историй о том, как создание убивало создателя. — улыбнулся я.

Кронос изумленно уставился на меня, не веря своим глазам.

— Не может быть! Как такой жалкий червяк, как ты, осмелился пойти против меня⁈ Если бы не я, ты бы даже не увидел этот мир!

Я лишь усмехнулся в ответ:

— А если бы ты не обманул меня, то еще долго гнил бы в своем Тартаре! Но теперь я здесь, чтобы положить конец твоей тирании.

Лицо Кроноса исказилось от ярости. Он занес над головой свой серп, готовясь к атаке. Воздух вокруг задрожал, когда Титан выпустил свою первую технику:

Мир вокруг словно затормозил. Я увидел, как птицы застыли в полете, а песчинки повисли в воздухе. Сам Кронос двигался для меня с ужасающей скоростью, налетая с размаху серпом.

Но я успел среагировать, выпуская Дар Гермеса. Мир замер для меня так же, как для Кроноса, и я легко уклонился от смертельного удара.

— Неплохо, но этого мало! — рявкнул Титан.

Он взмахнул руками, и пространство вокруг начало искажаться.

— Искривление Реальности!

Я почувствовал, как меня швыряет из стороны в сторону, словно корабль во время шторма. Кронос же невредимо шел сквозь этот хаос, замахиваясь для нового удара.

На этот раз я призвал Дар Афины. Мой разум мгновенно рассчитал траекторию движения сквозь искаженное пространство. Я ринулся вперед, минуя все ловушки, и нанес ответный удар мечом, задев плечо Кроноса.

Титан отскочил, клинок оставил лишь маленькую царапину, но этого было достаточно, чтобы он удивился.

— Невозможно! Откуда у тебя такая сила⁈

Я лишь таинственно улыбнулся в ответ.

Разъяренный Кронос с неистовством обрушил на меня серию ударов. Но я уклонялся и блокировал их, демонстрируя мощь Дара Ареса. А затем контратаковал, применив технику Кузнечного Молота.

Я сосредоточил силу Гефеста и породил огромный пламенный взрыв, который казался настолько сильным, будто я взорвал в руке настоящую взрывчатку.

Титана отбросило на десятки метров, он рухнул на одно колено.

— Вот как… Ты получил силу самих Олимпийцев! Значит эти идиоты решили поставить на тебя все. Но как? Как ты выжил после этого?

Я спокойно вытянул вперед руку, призывая грозовое копье с помощью Дара Зевса. Оно искрилось золотыми молниями.

— Это только начало того, на что я способен, — предупредил я.

Но Кронос лишь расхохотался в ответ.

— Ха! Думаешь, сила этих щенков спасет тебя от меня? Я покажу тебе истинную мощь Титана!

Он поднялся и воздел руки к небу. Тучи над полем боя сомкнулись, а воздух завибрировал от накапливающейся энергии.

— Приготовься к своей погибели, жалкий смертный! Прими мой удар — Разлом Времени!

Раздался оглушительный раскат грома, и из тучи на меня обрушился колоссальный луч темно-фиолетовой энергии. Это была сила самого времени, высвобожденная Кроносом в всей мощи.

Пучок энергии ударил в меня, вызвав взрыв, от которого пошатнулась земля. Я почувствовал невыносимую боль, когда само течение времени в моем теле пошло вразнос от этой атаки.

Когда пыль рассеялась, я едва стоял на ногах. Тело было изранено. Я с трудом поднял голову, глядя на довольного Кроноса.

— Что, так быстро сдался? Ты, кажется, хотел показать мне что-то!

— Ты и правда силен, но я был бы глупцом, если бы использовал дары богов по очереди.

Грозовое копье, что я держал в руке засияло еще больше.

Я сфокусировал силу молний Зевса и начал медленно добавлять в нее огненную стихию Гефеста, создавая грозовое копье, которое теперь полыхало яростным пламенем.

— Огненное Копье Грома! — провозгласил я, готовясь метнуть эту мощь в Кроноса.\

Но в последний момент, краем глаза заметил неладное. Ареса и Афину зажали в угол. Целая группа гигантов теснила их. Используя скорость Гермеса я мгновенно переместился к ним.

Крутанувшись, я яростно метнул копье со слиянием двух даров в гигантов.

Оно взорвалось среди чудовищ с оглушительной силой, вызвав настоящий адский шторм из огня и молний. Когда пыль осела, от гигантов остались лишь обугленные трупы. В этот раз они не собирались обратно и не регенерировали. Гиганты оказались поверженными раз и навсегда.

Арес кивнул мне с нескрываемым уважением, а Афина одарила мудрой улыбкой, после чего оба поспешили на помощь остальным богам.

Тем временем Кронос расхохотался:

— Ха! Думаешь, ты сможешь одновременно сражаться со мной и помогать этим щенкам? Скоро ты падешь к моим ногам, смертный! Также, как и весь этот мир!

Пока он говорил, неподалеку развернулось ожесточенное сражение Диониса с одним из гигантов. Чудовище обрушило на бога вина сокрушительный удар дубины, от которого Дионис не успел уклониться.

Раздался жуткий хруст костей, и Дионис отлетел на десятки метров, врезавшись в каменную глыбу. Я увидел, как из его рта хлещет кровь.

Впервые один из великих Олимпийцев был на волоске от гибели.

Гигант злобно рассмеялся и двинулся добить своего врага. Но тут на его пути возникла Афина, прикрывая Диониса. Ее копье взметнулось, нанося ответный удар чудовищу.

Тем временем к Зевсу пробился огромный гигант по имени Порфирион — тот самый, что был рожден Геей убить громовержца.

Между ними завязалась жестокая схватка. Но даже молнии Зевса не могли пробить защиту этого чудовища.

— Ха-ха, сдавайся, Зевс! — взревел Порфирион. — Тебе не победить меня! Сегодня твой позорный конец!

— Никогда, мерзкая тварь! — рявкнул Зевс в ответ. — Я сотру тебя в пыль!

Он обрушил на гиганта самый мощный разряд молний, на какой был способен. Сами небеса разверзлись, наполняя воздух просто чудовищной силой. Но даже это не нанесло Порфириону вреда. Чудовище лишь рассмеялось и замахнулось своей дубиной.

В этот момент раздался торжествующий голос Геи:

— Видишь, Зевс? Ты не сможешь победить моих детей! Скоро ты падешь, и я займу твое место повелительницей мира! Настало время отомстить за всех, кого ты похитил и заточил в Тартаре!

Зевс скрипнул зубами от ярости, но вынужден был признать, что одному ему не одолеть этого врага. Он оглянулся в поисках подмоги, но все Олимпийцы были заняты своими схватками с гигантами.

Я понял, что пришло время объединить силы трёх богов. Я сосредоточил в себе потоки энергий Зевса, Аполлона и Артемиды.

Молнии, солнечный свет и инстинкты дикого зверя сплелись во мне, порождая новую невиданную мощь. Я почувствовал, как все мои чувства обострились до предела. Теперь я мог видеть каждую деталь поля боя, слышать малейший шорох. Молниеносная реакция и безошибочное чутье охотника появились вместе с необычайной скоростью.

Я метнулся к Зевсу и Порфириону со скоростью мысли. Воздух вокруг меня задрожал и раскалился от мощных разрядов электричества.

Я прыгнул на спину гиганта, вонзая в энергетические звериные когти, которые возникли на моих пальцах. Порфирион взревел от боли и попытался стряхнуть меня. Но я вцепился мёртвой хваткой, растравливая его плоть.

Гигант щёлкал челюстями и лягался, но не мог дотянуться до меня. Я был для него как ядовитая муха, жалящая зверя. Тем временем Зевс оправился от шока и обрушил на Порфириона новый шквал молний.

Наконец чудовище не выдержало двойного нападения — оно рухнуло на землю, подняв тучи пепла. Я отпрыгнул в сторону, готовясь нанести последний удар. Сила трёх Олимпийцев сгустилась в моей руке, создавая пылающий шар чистой энергии.

— Прими мощь трёх богов! — выкрикнул я, швыряя этот смертоносный сгусток в гиганта.

Раздался оглушительный взрыв, ослепивший всех вокруг.

Когда свет рассеялся, я увидел лишь огромную воронку на месте Порфириона. От чудовища, рождённого убить самого Зевса, не осталось и следа.

Воцарилась гробовая тишина. Все в изумлении смотрели на меня — простого смертного, только что уничтожившего одного из самых могущественных гигантов.

Но этот миг прервал полный ярости вопль Геи. Она указала на меня дрожащим от гнева пальцем.

— Убейте его! Разорвите этого червя на части! Он должен умереть!

По её приказу все гиганты разом бросились в мою сторону, готовые раздавить одним ударом.

Глава 25

Сила времени

Гея призвала своих чудовищных гигантов, чтобы уничтожить ненавистных ей Олимпийцев раз и навсегда. Началась грандиозная битва, определяющая судьбу всего мира.

Олимпийцы отчаянно сражались, противопоставляя гигантам всю мощь своих божественных даров. Но даже их невероятная сила оказалась бессильна перед этими чудовищами, рожденными из самой земли.

Арес обрушивал на врагов град ударов своего меча, но лезвие лишь отскакивало от их каменной плоти. Афина атаковала гигантов молниеносными выпадами, однако они лишь отмахивались от её атак, словно от назойливых насекомых.

— Вы не сможете победить моих детей! — торжествовала Гея. — Они рождены именно для того, чтобы низвергнуть вас с небес!

Казалось, победа гигантов неизбежна.

Вот только потом я, даже, к своему собственному удивлению, уничтожил гиганта, который был создан убить Зевса. Чем заставил Гею изойти ядовитой слюной.

— Убейте его! Разорвите этого червя на части! Он должен умереть! — взревела она.

По её приказу все гиганты разом бросились на меня.

Я едва успевал уворачиваться от их атак. В одиночку одолеть целую армию этих чудовищ казалось вообще невозможно для любого практика.

Но не для меня. Ведь в моих каналах разливались все двенадцать даров

Сосредоточившись, я объединил в себе три божественных дара и все они были связаны со светом — Геры, Аполлона и Гефеста. Их мощь наполнила обе моих руки невероятно ярким сиянием.

Не долго думая я выбросил вперёд руку, выпуская сгусток ослепительно белого света.

— Луч Гелиоса!

Луч ударил одного из гигантов прямо в глаза, заставив чудовище завыть от боли и хвататься за лицо.

Следом я отскочил в сторону от трех убийственных ударов и сложил руки на манер лука с натянутой тетивой. Энергии Артемиды и Аполлона смешались в моих руках, создавая энергетический лук.

— Жало скорпиона! — закричал я, выпуская залп из стрел.

Гигант рухнул замертво, не вынеся комбинации света и яда.

Но другие чудовища уже надвигались на меня. Я стремительно отпрыгнул от их атак, оказавшись за спиной у одного из гигантов. Мощный разряд молний ударил тому в затылок.

Гигант заревел от боли и обернулся, чтобы раздавить Меня. Но я уже скрылся, переместившись на другой конец поля боя.

На ходу я комбинировал по три дара, создавая все новые смертоносные техники. Постепенно один за другим гиганты падали, не в силах противостоять объединённой мощи. Но их было слишком много.

Я продолжил отчаянно сражаться с полчищами гигантов, стараясь одновременно не дать им добраться до богов.

Вскоре трое чудовищ нацелились на прекрасную Афродиту. Она храбро сражалась, но я видел, что долго ей не продержаться против троих гигантов разом.

Я быстро сосредоточил в себе дары Афродиты, Диониса и Геры. Их энергии переплелись, создавая нечто новое и ужасающее. Я ощутил, как моя кровь закипает вожделением и страстью, а разум застилает алый туман.

— Поцелуй Эрота! — выкрикнул я, выбрасывая ладони вперёд.

Из них вырвалось ядовитое облако, устремившееся к гигантам. Каждый их удар внезапно сменил траекторию. Они атаковали друг друга и отлетели в разные стороны. Следом подействовала отрава Диониса, отчего они уже не смогли подняться.

— Ты каждый раз выкрикиваешь название удара? — усмехнулась Афродита.

— Великие бойцы всегда дают название своим атакам! — гордо улыбнулся я.

Афродита благодарно кивнула мне и вернулась в бой. А я уже готовил новую комбинацию против следующей группы врагов.

На сей раз я соединил дары Посейдона, Деметры и Диониса. Прибой и ветер смешались с запахом вина и цветов. Я ощутил, как мощные волны накатывают на меня, вызывая опьянение и эйфорию.

— Прилив Диониса! — выкрикнул я, выбрасывая руки в стороны.

Гигантов накрыла огромная волна пурпурного вина с пенными барашками. Они захлебнулись и повалились наземь, как скошенные колосья. Винный прибой на миг превратил поле боя в морской берег.

Но остальные чудовища продолжали наседать, желая разорвать меня в клочья. Я с трудом уворачивался от мощнейших энергий, выпущенных гигантами, понимая, что мне нужно мыслить шире.

Я сосредоточился, соединяя дары Ареса, Афины и Артемиды. Ярость битвы, холодный рассудок и инстинкты хищника наполнили меня. Клинок Персея сам скользнул в мою руку.

— Меч Алексиката! — выкрикнул я, метнувшись к гигантам.

Мое оружие превратилось в размытое пятно, так быстро он колол и резал плоть чудовищ. Я наносил точные, смертельные удары, разрывая их тела изнутри. Один за другим гиганты валились замертво от моей стремительной атаки.

Но их слишком много! Я едва поспевал защитить сражающихся богов, которые из последних сил сдерживали натиск врагов.

В этот момент раздался громовой хохот.

— Какой смысл мне гоняться за тобой, жалкий смертный. Не ты моя цель!

С этими словами он направился прямо к Зевсу, который в бешенстве метал молнии в Полифема, одного из сильнейших гигантов.

Кронос налетел на Зевса с тяжелым ударом

Началась их схватка. Удары грома Зевса сталкивались с потоками хронической энергии Кроноса. Я видел, что им обоим тяжело даётся эта битва.

Кронос атаковал первым, выбросив вперед огромный шар пурпурной энергии времени.

— Хроническая вспышка! — рявкнул он.

Но Зевс в последний момент отразил этот сгусток мощным ударом молнии.

— Перун Громовержца!

Две силы столкнулись с ослепительной вспышкой. Когда она рассеялась, Кронос яростно выбросил обе руки вперед.

Невидимые путы опутали Зевса, сковывая его движения. Бог с трудом вырывался из хватки Кроноса, но тот уже готовил новую атаку.

Титан сжал кулаки, собирая всю мощь времени. Воздух вокруг завибрировал, искажаясь под воздействием его силы.

— Разлом времени!

Пространство вокруг Зевса раскололось, образуя глубокие трещины. Из них полезли фиолетовые щупальца, оплетая бога. Зевс изо всех сил пытался вырваться, но хватка Кроноса была неумолима.

Тогда Громовержец взметнул руку, призывая всю мощь грозовых туч. Раскаты грома сотрясли небо и землю.

— Гроза тысячелетий!

На Кроноса обрушился настоящий шквал молний, вынуждая его прервать атаку и закрыться. Зевс воспользовался этим, чтобы освободиться из пут и отпрыгнуть.

Оба противника тяжело дышали, они припали на одно колено, а их обожженные хитоны все еще дымились. Но никто не собирался сдаваться.

Кронос в бешенстве взревел и воздел руки. Громадный шар хронической энергии начал формироваться над ним, заслоняя собой солнце.

— Прими гнев времени! Хроносфера!

Он швырнул этот колоссальный сгусток прямо в Зевса. Громовержец в отчаянии выпустил навстречу самый мощный разряд молний.

Произошел взрыв сопоставимый с настоящим катаклизмом, когда две противоположные силы столкнулись. Я едва удержался на ногах от этой вспышки.

Гигантов же снесло с ног, как и остальных богов.

Когда пыль осела, я увидел Зевса, лежащего на земле в луже крови. Его доспехи были разорваны, а лицо изувечено. Кронос стоял неподалеку, тяжело опираясь на посох.

— Ха… Наконец-то я отомщу за все унижения… Теперь этот мир мой!

Он направился к Зевсу, чтобы добить его. Я кинулся наперерез, занося меч.

— Ты не получишь этот мир, Кронос! Я тебе не позволю!

Но Титан лишь усмехнулся в ответ.

— Хватит. Я устал от этого цирка. Пора заканчивать.

Он щелкнул пальцами, и время вокруг замерло. Я почувствовал, как мое тело оцепенело. Я не мог пошевелиться или издать звук. Все вокруг застыло в одном миге, для всех, кроме Кроноса.

Он неспешно направился ко мне, занося свой посох. Я видел, как он целится мне прямо в сердце, но не мог сдвинуться с места.

— Ты не властен остановить то, что неизбежно. Ты лишь жалкий смертный, которого я использовал. А теперь умри, как и подобает всему твоему виду.

«Нет! Я не могу так закончить! Должен быть выход!» — отчаянно думал я, пытаясь хоть как-то пошевелиться.

Кронос занес свой серп для смертельного удара, целясь мне в сердце. Я отчаянно пытался пошевелиться, но моё тело не слушалось, будто превратившись в камень.

Но внезапно Кронос закашлялся, и его концентрация нарушилась. Я почувствовал, как время вокруг снова начинает течь. Не теряя ни секунды, я отпрыгнул в сторону от замахнувшегося посоха.

— Что⁈ — удивленно воскликнул Кронос. — Как ты вырвался из моей хватки? Этого не может быть!

— Похоже, ты ослаб после пребывания в Тартаре, — усмехнулся я в ответ. — Твои силы уже не те, не так ли?

Кронос скрипнул зубами от злости.

— Это лишь временно! Скоро я восстановлю всю свою мощь. А пока…

Он молниеносно схватил одного из проходящих мимо гигантов и впился когтями ему в грудь. Гигант взвыл, корчась в муках, пока Кронос вытягивал из него всю энергию.

Через несколько мгновений титан отбросил обездвиженное тело гиганта и расправил плечи. Его аура вспыхнула с новой силой.

— Вот так-то лучше, — довольно произнес Кронос. — Энергия этих тварей придаст мне сил.

Он повернулся к Зевсу, который лежал без сознания после их последнего столкновения.

— Не волнуйся, я не убью тебя сейчас, — усмехнулся Кронос. — Сначала ты посмотришь, как я уничтожу твоих жалких детишек. Это будет великолепное зрелище!

Я хотел броситься на Кроноса, но тут моё внимание отвлекли крики остальных богов. Их положение становилось всё хуже — гиганты явно набирали силу и опыт в этой битве.

Я увидел, как Деметра, пронзенная копьем, упала на землю. Артемида едва успела прикрыть её от следующего смертельного удара.

Недалеко от них Гефест отчаянно отбивался от троих гигантов, несмотря на сломанную руку.

Остальные Олимпийцы тоже были истощены и ранены. Я понял, что они долго не продержатся. Мне нужно было срочно им помочь!

Я бросился туда, где Деметра истекала кровью. Выхватив меч, я вонзил его в спину гиганта, пытавшегося добить богиню урожая. Чудовище взревело и повернулось ко мне, размахивая дубиной.

Я увернулся от его атаки и обрушил на гиганта серию ударов, заставив отступить. Это дало Артемиде шанс вытащить Деметру с поля боя.

Но тут я почувствовал, как время вокруг меня снова начало замедляться. Движения гиганта стали вялыми, а звуки приглушенными. Это снова был Кронос!

— Ну нет, я так просто тебе не позволю помогать этим щенкам! — раздался его насмешливый голос.

Он неспешно направился ко мне сквозь снова остановленное время, занося свой посох.

— Проклятый Тартар все ещё ослабляет меня, — процедил Кронос. — Но хватит и этих мгновений, чтобы прикончить тебя!

Я напрягся, пытаясь пошевелиться, но моё тело не слушалось.

Мысли хаотично метались в поисках выхода. В этот раз он не потеряет контроль.

Кронос замахнулся серпом.

Ну же… Стоп!

Я мыслю!

Мысли двигаются в остановленном времени. Так быть не должно. Я вижу его, значит…

Конечно! Энергия Кроноса все еще во мне, я должен попытаться ее использовать.

Серп уже опускался, чтобы срубить мне голову.

В то же время пурпурная энергия в моей груди разорвалась.

Я молниеносно закрылся наручами от удара и отскочил назад.

Титан удивлённо распахнул глаза.

— Как⁈

Но время вокруг уже начало ускоряться. Мир вернулся в нормальный ход. Я почувствовал, как моё тело уже ничего не сковывает.

— Ты… Ты тоже владеешь силой времени! — изумлённо воскликнул Кронос. — Но как такое возможно⁈ Ни один Отрид не обладал такой способностью!

Я широко улыбнулся. Хоть и понятия не имел, почему, но предполагал, что силы богов увеличили и мою собственную. В ответ же я съехидничал.

— А ты всё ещё слишком слаб после Тартара. Так что твоя остановка времени больше не подействует на меня!

Бой перешел в финальную фазу.

Глава 26

Эхо плача Флегрейских полей

— Не действует, говоришь? Ни один смертный не способен в полной мере владеть временем, так, как владею им я! Даже если тебе даровали частицы своей силы все олимпийские боги — ты ничтожество передо мной!

Кронос снова вскинул свой серп, и я почувствовал, как время вокруг замедлилось. Мир замер, звуки стихли. Я попытался пошевелиться, но мои движения были мучительно медленными, словно я двигался сквозь густую смолу.

«Черт! Он снова заморозил время!» — подумал я с досадой.

Но вдруг я осознал кое-что важное. Да, его сила не действовала на меня в полной мере, хотя даже боги замерли полностью.

Я мог двинуться в замороженном времени, но лишь на пару мгновений, что было явно меньше того отрезка, что останавливал Титан, пусть и сильно ослабленный. Нужно было тщательно подгадывать момент.

Кронос тем временем неспешно направился ко мне, занося свой смертоносный серп. Его движения были плавными и рассчитанными, как у хищника, знающего, что жертва безнадежна.

Когда серп Кроноса уже почти коснулся моей шеи, я в последний момент отпрыгнул назад, окутав себя пурпурной энергией Титана.

Лицо Титана исказилось, а время возобновило свой ход.

— Как я и думал, — усмехнулся Кронос. — Ты не можешь полностью влиять на силу времени. В тебе лишь жалкая часть моей энергии!

Он взмахнул рукой, выпуская из нее две мощные энергетические волны. Первая накрыла меня сверху, обрушившись всей тяжестью и вдавливая в землю. Мне не то что не хватило времени увернуться, я даже не успел среагировать.

Воздух наполнил хруст моих костей.

Невероятная боль прошибла все тело, словно электрический разряд, изо рта хлынула кровь.

Но этого было мало для Кроноса. Вторая волна ударила сбоку, с силой швырнув меня в воздух. Я пролетел десятки метров, прежде чем рухнуть на камни, чувствуя, как в груди хрипло булькает кровь.

Кронос громко расхохотался, глядя на мои мучения.

— Вот теперь посмотрим, как ты будешь выделываться, жалкий смертный!

Я с трудом поднялся на ноги, плюя кровью. Две эти атаки чуть не убили меня. Но я тут же наполнил тело даром Аполлона, регенерируя травмы настолько, насколько это возможно.

Нужно было что-то более мощное. Что-то, что могло не просто свалить этого бородатого урода с ног, но при этом подарить мне немного времени.

Я закрыл глаза, открывая свое сознание. И потянулся к пятерым богам — Афине, Аресу, Гермесу, Гефесту и Артемиде. Их божественные энергии хлынули в меня, смешиваясь в новый источник силы.

Я почувствовал, как мои раны начали затягиваться быстрее. Тело наполнилось невероятной, доселе неведомой мощи. Я поднял голову и посмотрел на Кроноса. Мои глаза полыхнули разноцветным сиянием пяти Даров.

— Ты… Чертов наглец! Думаешь слияние нескольких даров сможет тебе помочь? То, что твое тело способно на это, еще не делает тебя сильным!

Не обращая внимания на его слова, я сложил ладони вместе. Пять потоков энергий слились, образуя необъятный шар, который впитал в себя просто колоссальное количество силы. Я задействовал свою волю, формируя эту силу и удерживая в своих руках.

— Дух Эллады! — прокричал я, выбрасывая шар в сторону Кроноса.

Сияющий шар пронесся над полем боя, озаряя все вокруг фантастическим светом. Он врезался в Кроноса взрывной волной, отбросив того на сотни метров и заставив врезаться в скалу, которая тут же обрушилась от удара.

Я тяжело дышал, чувствуя, как силы покидают меня. Тело предательски ныло, кажется, это было моим пределом использования божественных сил.

Гиганты продолжали теснить Олимпийцев со всех сторон. Казалось, чудовища только набирали силу, тогда как боги уже были на пределе.

Я в ужасе наблюдал, как Гея сама спустилась на поле битвы. Она легко отбросила Ареса ударом ноги, после чего выхватила длинный изогнутый клинок.

Афродита в отчаянии пыталась прикрыть раненую Артемиду. Но Гея молниеносно преодолела разделяющее их расстояние.

— Нет! — в ужасе закричал я.

Но было поздно. Клинок Геи безжалостно вонзился в грудь Афродиты на глазах у всех. Алая кровь хлынула из раны. Прекрасное лицо богини исказила гримаса боли и неверия.

Гея жестоко рассмеялась и выдернула клинок. Окровавленное тело Афродиты рухнуло на землю. Ее прекрасные глаза устремились в пустоту, хотя тонкую ниточку жизни в ней я еще мог ощутить.

Я замер в шоке от увиденного. Казалось, теперь уже ничто не могло спасти положение. Олимпийцы обречены.

Но вдруг я почувствовал, как время вокруг на миг замерло. Это Кронос воспользовался моей рассеянностью! Проклятый титан молниеносно преодолел разделявшее нас расстояние и обрушил на меня удар своим серпом.

Адская боль пронзила мою грудь. Я медленно отшатнулся, глядя на рассеченную плоть и хлещущую кровь. Рана была смертельной.

Я почувствовал, как мир вокруг меня начал тускнеть. Ноги подкосились, и я рухнул на колени.

— С…сука. — вырвалось у меня изо рта.

Я поднял глаза на Кроноса. Титан довольно ухмылялся, уверенный в своей победе.

В голове пролетало множество мыслей. Но ярче всех сияла одна.

Вдруг губы мои растянула улыбка.

— Хороший удар, Кронос… Но, если мне суждено погибнуть, я утащу тебя за собой в пучину!

Я собрал всю силу воли, что еще оставалась в моем израненном теле. И призвал к себе все двенадцать Даров Олимпийцев.

Двенадцать потоков божественной энергии соединились во мне, порождая нечто новое. Я почувствовал невероятную, всепоглощающую мощь и направил ее в ладони.

А следом…

На моей груди ярко загорелся символ песочных часов. Пурпурная энергия обвила мое тело и присоединилась к общему потоку в качестве последней, тринадцатой энергии.

Между моими руками возникла пульсирующая сфера чистой силы. Она переливалась всеми цветами и искрилась миллионами звезд. Эта сила могла стереть с лица земли целые города.

Я поднял голову и посмотрел Кроносу в глаза.

Кронос попытался атаковать меня, но по непонятной причине не смог остановить время. Моя новая сила каким-то образом блокировала его способности.

— Что⁈ Почему я не могу… — изумленно воскликнул Титан.

Но я уже сосредоточился, формируя свою финальную атаку.

Сфера между моими ладонями начала менять форму, превращаясь в огромные песочные часы. Их песок сиял всеми цветами, переливаясь и искрясь. Часы медленно поворачивались, отсчитывая последние мгновения Кроноса.

Я поднял голову и провозгласил громовым голосом, от которого задрожала земля:

— Прими свой рок! Неотвратимость Судьбы!

Песочные часы в моих руках разрослись до колоссальных размеров, затмив собой все вокруг. Их песок устремился вниз сквозь узкое горлышко.

Невероятная духовная сила рванулась из них навстречу Титану, сметая все на своем пути. Это была атака, неумолимая как сама Судьба. Ее нельзя было избежать или отразить. Она несла неотвратимую гибель.

Песочные часы накрыли Кроноса, терзая его плоть и дух безжалостными песчинками Судьбы. Титан взвыл от невыносимой боли, ощущая, как его бессмертное тело распадается на части.

Наконец атака стихла. Песочные часы исчезли, а на их месте остался лишь истекающий кровью Кронос, стоящий на коленях. Его тело было изрезано тысячами ран, а в груди на месте сердца зияла широкая дыра.

— Невозможно… Я побежден… смертным, — прохрипел Кронос, глядя на меня заплывшими глазами.

Неожиданно его губы исказила жуткая улыбка обреченного. Из груди вырвался хриплый смех, переходящий в безумный хохот.

— Ха-ха-ха! Великолепно! Я умираю от руки жалкого человека! Какая ирония для Титана!

С этими словами Кронос рухнул лицом на землю и затих. Лишь легкая дымка поднималась от его тела — последний признак угасающей жизни.

Я тяжело дышал, чувствуя, как мир вокруг меня померк. Последние силы были истощены этой атакой. Я медленно опустился на колени, а затем безвольно упал рядом с Кроносом, погружаясь во тьму.

* * *

Невероятная атака Крея произвела оглушительный взрыв, от которого содрогнулась земля. Чудовищная волна силы пронеслась по полю боя, сметая всех гигантов разом и заставляя богов инстинктивно прикрыть головы.

Когда пыль осела, открылась поразительная картина — все гиганты лежали мертвыми, их огромные тела были обуглены и изуродованы. А посреди этого побоища лежало тело Кроноса с дымящейся раной на месте сердца.

Гея ошеломленно смотрела на разворачивающуюся картину. Ее армия, казавшаяся непобедимой, была стерта с лица земли одним ударом. Титан, которого она считала величайшей силой, был повержен.

Ничто и никогда в этом мире не могло бы убить Титана. Однако… Этот удар был объединенной силой всех двенадцати олимпийских богов, а также энергии самого Кроноса.

— Не может быть… Этого просто не может быть! — простонала Гея, падая на колени.

Она подняла лицо к небу и произнесла дрожащим голосом:

— Я… я признаю свое поражение. Вы, Олимпийцы, доказали, что достойны править этим миром. Я больше не буду посягать на вашу власть. Поступайте, как считаете нужным.

С этими словами она исчезла, растворившись в земле. Ее аура бесследно рассеялась.

Олимпийские боги медленно поднимались на ноги, все еще потрясенные случившимся. Их взгляды были прикованы к Крею, чье тело неподвижно лежало рядом с телом Кроноса.

— Этот юноша… Он совершил невозможное, — тихо произнесла Афина, глядя на Крея. — Он спас нас всех.

— Да, он был достойным воином, — кивнул Арес. — Жаль, что погиб.

В этот момент из-за камня выскользнула девушка в разорванной одежде — Ирида. Она бросилась к телу Крея и рухнула рядом на колени.

— Крей! Вставай. Все кончено, ты справился.

Но юноша не отвечал. В нем не было ничего, что говорило бы о том, что он жив.

— Крей! Пожалуйста, вставай! — ее голос сорвался в истерический плач. Она прижала к себе его окровавленное тело, рыдая в голос.

Олимпийцы молча наблюдали эту сцену. Их сердца сжимались от горя — слишком дорогой ценой далась им эта победа.

Вокруг царило запустение. Тела гигантов были разбросаны среди развалившихся гор. Среди тел были и павшие боги.

Плач Ириды был единственным звуком среди этого молчаливого кладбища, который эхом разносился повсюду

Но вдруг раздался новый звук — четкие шаги по земле. Боги напряженно всмотрелись в туман, поднятый во время битвы.

— Ну и разруху вы тут устроили, — послышался насмешливый голос.

Из тумана вышел высокий мужчина в черных одеждах. Его лицо было бледным, но поразительно красивым, а черты — безупречными. Глаза цвета темного янтаря с интересом разглядывали опустошенное поле боя.

Это был Аид, властитель царства мертвых.

Боги молча смотрели на новоприбывшего, не зная, чего ожидать. Но Ирида даже не обратила внимания, продолжая рыдать над телом Крея.

Глава 27

Финал

Ирида рыдала, прижимая к себе тело Крея. Ее плечи вздрагивали от рыданий. Она не могла смириться с мыслью, что потеряла его.

Тем временем боги оправились от шока после битвы.

— Где, черт возьми, ты был, когда мы противостояли армии гигантов? — сурово спросила Афина, оглядывая Аида.

— Сидел в своём царстве мёртвых? — бросил Арес. — Мог бы и помочь нам в битве.

Аид лишь презрительно фыркнул.

— Я не вмешиваюсь в дела живых. К тому же, Кронос блокировал все выходы с Небес и Тартара. Даже если бы я захотел, не смог бы. Зато паренек, я смотрю, отлично справился. Лучше, чем боги.

Боги задумались, глядя на тело Крея.

— Да, он совершил невозможное, — тихо произнесла Афина. — Один против армии гигантов… И все же победил.

— Ну не то, чтобы совсем один! — развел руками Арес.

— Брось, без него мы бы точно не справились. — выдохнула раненная Артемида. — Этот парень смог совладать с силой всех Олимпийцев разом. Мало кто может выдержать такую ношу.

Афина кивнула:

— Он спас нас всех ценой собственной жизни. Мы в неоплатном долгу перед ним.

— Верно, — согласился Аполлон. — Но теперь, когда в нём соединились наши силы, этот юноша представляет опасность. Такая мощь может извратить душу смертного. Он может возжелать власти и пойдет против богов.

Аид усмехнулся.

— И что вы предлагаете, мудрецы? Уничтожить его душу, дабы он не представлял угрозы? В целом я могу.

Боги переглянулись.

— Но ты можешь и вернуть его, я права? — осторожно предложила Артемида. — Может стоит подумать об этом. Ведь он отдал за нас жизнь.

Но Арес возразил:

— С такой силой он может захотеть свергнуть нас, как это сделал Кронос. Лучше не рисковать.

Аид хмыкнул.

— Чего же вы медлите? Решайте, что делать с его душой. Я властен вернуть её в тело или уничтожить. Выбор за вами.

Боги начали спорить, каждый отстаивал своё мнение. Аид с интересом наблюдал эту перепалку. Ему нравилось сеять семя раздора между олимпийцами. Как старший, он всегда смотрел на них свысока.

Во время всей этой перепалки все забыли о девушке, плач которой уже утих.

Ирида поднялась и встала перед богами. Её щёки были мокры от слёз, но голос звучал твёрдо:

— Как вы смеете так холодно решать его судьбу? Разве он не спас вас всех, когда вы взмолились о помощи? Разве не он один противостоял Кроносу, пока вы безуспешно пытались противостоять гигантам? А теперь вы думаете только о том, как избавиться от него⁈

Боги смущённо замолчали.

— Он отдал свою жизнь ради вас, ради всего человечества! — её голос дрогнул. — Так что не смейте отнимать у него последнюю надежду. Он заслужил спасение!

Боги переглянулись. Совесть не давала им покоя.

— Возможно девушка права, — тихо произнёс Аполлон. — Мы в долгу перед этим юношей.

— Кажется, когда Зевс проверял его, он говорил, что его мысли чисты. Именно поэтому мы отдали ему частицы своих Даров. — медленно проговорила Артемида.

Остальные согласно кивнули. Разве что Арес сомневался чуть больше остальных, но вскоре и он склонил голову в едва заметном кивке.

Аид удовлетворённо улыбнулся.

— Значит, решено. Я верну его душу в тело и помогу исцелить раны. А дальше его судьба в его руках.

С этими словами он склонился над телом Крея и положил ладонь ему на грудь. Непроглядно черная энергия, словно сама тьма коснулась его, пронзая тело.

Ирида с надеждой смотрела, как Аид использует свою энергию. Её сердце трепетало от мысли, что он может вернуться.

Боги тоже внимательно следили. Каждый их них понимал, что Аид был куда могущественнее любого из них, в свое время ему не раз предлагали взойти на Небеса и стать Олимпийским Богом, но он отказывался, говоря, что его место в его собственном царстве.

Наконец тело юноши дёрнулось.

* * *

Я блуждал в непроглядной тьме. Не чувствовал ничего — ни боли, ни страха. Лишь пустота и бесконечная ночь вокруг.

Значит, вот как выглядит смерть.

Всплывали воспоминания о прошлой жизни на Земле. Серые будни офисного работника, однообразные дни, полные суеты и бессмысленной рутины. А ну и идиот начальник, который не додумался посмотреть, что сзади окно.

Каким же заурядным я был тогда… А теперь прожил целую жизнь в другом мире, полную приключений. Обрел могущество и даже с богами сражался. Интересно, про меня сложат песни?

Нет, я не жалею о том пути, что прошел.

Отдал свою жизнь. Но не ради абстрактных идеалов или безликой Эллады. А ради тех, кого полюбил — Ириды, Лиры, Софии. Ради своей сестры Аиды и даже Антея с Энеем. Хотя не, последний явно лишний. Говнюк он.

Кажется, за пару лет здесь я обрел больше смысла, чем за тридцатник, разменянный в теле Кирилла

Ай, хрен с ним. Все, я надумался. Жизнь перед глазами пролетела, вырубайте мне свет. И думалку тоже. Что там у вас. Вечный покой и все такое.

Но почему-то ничего не происходило.

Да и перспектива висеть в темноте ближайшую вечность казалась… такой себе, откровенно говоря.

Внезапно я распахнул глаза и увидел склонившегося над собой мужика, от которого просто разило силой и смертью одновременно. Рядом стояли Олимпийцы, а Ирида рыдала, крепко прижимая меня к себе.

— Крей! — всхилипнула она.

Мужик удовлетворенно кивнул

— Я восстановил твое тело и душу. Теперь твоя судьба — в твоих руках, юноша. Надеюсь, ты оправдаешь дарованную тебе жизнь.

Я поднял бровь.

— Аид?

— Он самый. Не думал, что скажу однажды такое, но ты меня впечатлил. Так что, даже если бы они там передумали, я думаю, я бы дал тебе второй шанс.

Он оглядел богов суровым взглядом:

— А вам предстоит еще много работы, чтобы восстановить Элладу. Постарайтесь больше не разрушить что-нибудь своими распрями. А я займусь своими братьями. Ну и остальными, кто схватил шальной удар… Ох, неблагодарное это дело. Столько лет мучиться. Арес.

Бог войны поднял бровь.

— За Цербером пригляди, будь добр. Он кроме тебя никого не воспринимает.

Арес кивнул с легкой полуулыбкой.

С этими словами Аид растворился в воздухе вместе с телами погибших богов.

Тем временем оставшиеся Олимпийцы подошли ко мне. Я все еще не мог подняться, ощущая тяжесть во всем теле.

— Мы благодарны тебе, юноша, — торжественно произнесла Афина. — Ты спас Элладу и все человечество.

— Твое имя навеки войдет в легенды, — добавил Аполлон. — Люди будут петь о твоих подвигах еще тысячи лет.

Артемида улыбнулась:

— Мы в неоплатном долгу перед тобой.

Даже Арес выразил свое восхищение кивком головы.

Ох, я и забыл, сколько тут пафоса. Аж в воздухе витает.

Я глубоко вдохнул.

— Я лишь выполнил свой долг и защищал тех, кто мне дорог. Эллада теперь — мой дом.

Ирида нежно сжала мою руку.

— И что ты теперь намерен делать со своей жизнью? — спросила Афина. — Ведь ты по-прежнему обладаешь нашей объединенной силой.

— Думаю, стоит подождать, пока мой муж поправится, — наконец заговорила Гера. — Но, думаю я могу гарантировать его предложение. Ты можешь стать одним из Олимпийских богов. Богом Подвига и Героизма.

Я задумался. Передо мной открывалось бесчисленное множество путей. Но становится богом…

— Не думаю, что это хорошая идея. Я не слишком организованный для бога. Часто опаздываю.

Боги одобрительно кивнули.

— Тогда чем займешься? — недоверчиво спросил Арес.

— Думаю, я покину это место. Пойду туда, где мир еще не до конца изведан. Думаю, мне есть на что посмотреть.

Я перевел взгляд на Ириду.

— Леди, сочту за честь, если вы согласитесь последовать со мной, — игриво проговорил я.

Ирида радостно улыбнулась сквозь слезы.

— Дурак ты! Столько историй еще. Конечно, я пойду.

— В общем, наше предложение в силе. Думай, сколько тебе потребуется. — кивнула Гера.

Боги открыли портал на Небеса и скрылись в нем, оставляя нас с Иридой одних, посреди опустевшего поля боя.

Я упал на спину и тяжело выдохнул.

— Что? Что-то случилось? Раны не затягиваются?

Мои губы растянулись в улыбке.

— Да нет, все в порядке.

— А чего тогда?

— Просто. Хорошо. Хотя нет, знаешь, все же я испытываю адские муки!

Лицо Ириды мигом побледнело.

— Что? Что мне сделать.

— Срочно!

— Скажи же, Крей!

— Целуй меня срочно, говорю!

Я рассмеялся. Ирида тоже захохотала, ударив меня по плечу.

— Идиот!

Но едва я ослабил бдительность, она запрыгнула сверху и поцеловала меня. Очень нежно и очень глубоко.

— Я рада, что ты жив, — прошептала она.

— Кажется, сверх поцелуев должно быть еще что-то.

Ирида наклонилась ко мне и прошептала на ухо.

— Позже.

* * *

Прошло уже два года после той судьбоносной битвы с Кроносом и гигантами. Эллада постепенно оправилась от последствий этого нашествия.

Города были восстановлены, хотя во многих местах еще виднелись следы разрушений. Но люди не унывали и сообща трудились над возрождением своих домов.

Почти во всех великих кланах сменились лидеры. Так, во главе клана Зевса встал Леон Астер. И это пошло ему только на пользу — он оказался куда мудрее и справедливее своего высокомерного отца.

Клан Фемиды же только усилил свои позиции после турнира. Под руководством мудрого Антея он разросся, подчинив себе весь город Микены. Теперь глава Фемиды фактически имел последнее слово во всех политических вопросах региона.

Изменился и клан Ареса. После гибели сына Харес сложил с себя полномочия лидера и ушел в уединение, чтобы предаться скорби и культивации. Его место занял младший брат, который оказался куда мудрее и не был столь импульсивен. Его обещания за убийства Реза я решил простить. Все же мои планы малость поменялись.

А вот Клеомед вернулся в родной клан Гефеста и помирился со своим братом. Они решили отложить разногласия и вместе искать шедевр кузнечного искусства.

Что до меня, то меня официально объявили победителем Олимпийского турнира за победу над Леоном Астером. Но я отдал все полагающиеся мне артефакты обратно клану Фемиды, в том числе Меч Персея и Щит Фемиды. Оставил себе только Наручи Пустоты — они все-таки были для меня самым ценным сувениром из этого мира.

Конечно, после всего случившегося я не мог не навестить Антея и сестру Аиду. С ней мы не виделись больше года, и она чуть не задушила меня в объятиях от радости. Я рассказал им о своем триумфе на Флегрейских полях, и мы провели вместе несколько трогательных дней. Антей разительно изменил свое отношение ко мне, да и в целом изменился в лучшую сторону.

Так спустя два года я стоял посреди сонма Олимпийских богов, чьи ауры сиянием озаряли все вокруг.

Мы собрались в священной роще неподалеку от разрушенного алтаря Зевса на Флегрейских полях. Именно здесь два года назад развернулась решающая битва с Кроносом Геей и их армией гигантов.

Теперь же боги восстановили этот алтарь, чтобы отметить торжеством нашу общую победу и воздать должное всем павшим героям.

Рядом со мной стояла Ирида, крепко сжимая мою руку. За эти годы она стала мне еще ближе и дороже. Я гордился, что такая удивительная девушка выбрала меня.

Вперед вышла Гера в окружении белоснежных павлинов — ее символов власти и величия.

Она повернулась ко мне:

— Крей из рода Отридов, ты спас нас всех ценой невероятных усилий и жертв. Мало кто на такое способен. И теперь я хочу задать тебе вопрос от имени всех присутствующих здесь богов. Желаешь ли ты присоединиться к нам на Олимпе и стать одним из нас — богом героизма и подвига?

Я сделал вид, что задумался. Для многих это предел мечтаний и высшая награда. Но за эти два года я о многом успел поразмыслить.

— Вы оказываете мне величайшую честь, — искренне поблагодарил я. — Но я должен отказаться. Поймите меня правильно. Я буду вечно благодарен вам за доверие и дары, что вы мне передали. Они помогли спасти Элладу. Но теперь… Я чувствую, будто мой путь лежит дальше.

Я мягко посмотрел на Ириду:

— За эти годы мы смогли лишь немного повидать мир за пределами Эллады. Но даже того хватило, чтобы понять — есть целые неизведанные миры, полные чудес. И кто знает, какие тайны и силы скрываются там? Я хочу их увидеть.

Боги переглянулись и кивнули.

— Это мудрое решение, юноша, — одобрительно произнес Зевс, он все еще был очень слаб, но тем не менее почтил меня своим присутствием. — Странствуй и познавай все миры. И пусть твоя сила и знания служат добру.

Он протянул мне свою мощную десницу. Я крепко пожал ее в ответ. Мы обменялись взглядами, в глазах верховного бога читалось искреннее уважение.

После этого я тепло попрощался со всеми Олимпийцами. Каждый из них внес свой вклад в мою судьбу и навсегда оставил след в моем сердце. Я был рад этой встрече.

Наконец Ирида и я отошли в сторону. Я закрыл глаза и сосредоточился на энергии внутри себя.

Там по-прежнему текли и переплетались двенадцать могучих потоков — дары Олимпийских богов. Но их сила больше не давила на меня, а лишь придавала мощь.

Я направил эту энергию наружу, за пределы мира Эллады. И почувствовал, как она расширяется, проникая сквозь невидимые границы реальности.

Воздух перед нами задрожал и раскололся, образуя портал в иное измерение. За ним я видел бесконечный космический простор, с новыми и абсолютно загадочными мирами.

Это был путь на следующий уровень бытия. Туда, где меня ждут новые высоты могущества и знаний. Я ощущал это всем своим естеством.

Взяв Ириду за руку, я шагнул в портал. Мир Эллады растворился позади.

Впереди нас ждал новый мир. И новая глава наших приключений.

Кто знает, куда приведет этот путь? Возможно, мое истинное предназначение еще впереди.

А сейчас я просто наслаждался моментом рядом с любимой в предвкушении новых открытий.

Может, наше приключение в Элладе и завершилось. Но впереди нас ждала целая вселенная тайн и чудес.

И я с радостью шел им навстречу. Ведь для истинного героя приключения никогда не заканчиваются.

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/280571

Content

Ло Оливер Чемпион Кроноса 2

Чемпион Кроноса 2