Грохт Александр

Kyvernítis (СИ)

Annotation

Что ж, команда героев добирается до финала истории. Прикончить Гектора, добраться до Херсона, забрать у Странника Перехватчик, и понять, почему эта история наполнена таким количеством "роялей" для Стаса. И на все — одиннадцать игровых дней.

Служба Спасения Геймеров — 4. Кyvernítis

Глава 1. Удар Стилета. Неприятные встречи

Глава 2. Кинология прикладная

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15. Штурм Санта-Клары, часть первая. Планирование и стратегия.

Глава 16. Штурм Санта-Клары, часть вторая. Тактика.

Глава 17. Штурм Санта-Клары, часть третья. Битва на бастионах

Глава 18. Бремя предводителя

Глава 19. Мистика и договоры

Глава 20. Снятие покровов и отказ от кённингов.

Глава 21. Зеленая дверь в белой стене.

Глава 22. На борту "Егеря"

Глава 23. Война Клонов

Глава 24. Мифы древней Греции.

Глава 25. Истинная суть друга

Глава 26. Последний штурм.

Глава 27. Бремя выбора. Беседы перед началом конца

Глава 28. Финальная битва. Последний полет Егеря

Глава 29. Битва с богами.

Эпилог

Служба Спасения Геймеров — 4. Кyvernítis

Глава 1. Удар Стилета. Неприятные встречи

Ладно. Борьба с фобиями — это замечательно, но пора таки уже понять, где я нахожусь, и как отсюда доехать до базы Гектора. Проблема невеликая, вот только путь у меня проложен сильно восточнее, но если верить большой карте, то до пригородов Избора осталось чуть-чуть. Тут в принципе произошло слияние большого числа городских агломераций в единую систему, так что сказать четко, где заканчивается Библ, так назывался средних размеров город в этой местности до войны и где начинался Избор — было довольно сложно.

Зато точно было понятно, что там, где дома напоминают упавшие костяшки домино –мне делать нечего. Вообще, в городе явно наблюдалась нездоровая активность насекомых мутантов. Дважды я видел странных жуков. Размером с среднюю собаку, стаями по десятку особей перебегавших мне путь. А еще из одного здания торчала такая, метра четыре в длину, задница рыжего цвета с сложенными надкрыльями, капитально напоминающая гигантского таракана.

“Центр работы с перспективными направлениями биоинжениринга” — значилось на карте в районе очередного “домино” из зданий, которое я объезжал за пять сотен метров. Хм, ну вот и источник странного, похоже, опасения местных вполне подтверждаются. А Игану было бы тут неплохо побывать — стопудово найдет много интересного для дальнейшей селекции.

Тем временем я уже на час выбивался из графика, а ведь еще штурм базы, и поиск обратного пути. Так, где эта чертова база? По карте до нее буквально триста метров, но я по-прежнему ничего не вижу.

Я на точке, поставленной на карте Гилдором. Ок. Площадь. Асфальтовая. Между десятка домов. В одном из углов — электроподстанция. Все.

Хм. Электроподстанция. В мире беспроводной передачи тока. А ведь и впрямь я уже это видел, в куче фильмов американские секретные базы укрывались под землей, со входом через прачечные или подстанции. Но блин, это означает, что никакого аккуратного проникновения не выйдет. Или выйдет? Технически если база прямо подо мой, то к ней должен быть доступ из системы канализации и прочего. Но это вроде как база “судного дня”, так что это совершенно не обязательно, она может быть и замкнутого цикла запросто.

Так, для начала гляну подетальнее, что из себя представляет в принципе зона входа. Приземистое одноэтажное кирпичное здание, пришедшее из древних времен, покрытое кое где слоем лишайников поверх кирпича и с ржавыми широкими двухстворчатыми воротами оказалось фикцией от начала и до конца. Надо его просканировать — мелькает мысль, и я вспоминаю про опцию нового доспеха “Сканер объектов”, вот заодно и глянем, что это такое. В старой броне он мог рассказать мне детально, из каких химических элементов состоит предмет, ну и степень прочности и так далее, не слишком нужная опция в бою.

Сенсорные системы боевого костюма “Хускарл” были не чета всему, что до них у меня было, поэтому я с некоторой оторопью смотрю и вижу, как на дополнительном экране, раскрывшемся сверху справа, мне вырисовывается структура стоящего предо мной строения, с всеми внутренними перекрытиями, скрытыми ловушками и прочим.

По итогу сканирования — все эта “подстанция” сплошная бутафория. За кирпичом расположен слой бетонных плит, которыми обложен слой армопласта в полметра толщиной, ворота — метровой толщины, оснащены активными системами обороны, состоят из все того же армопласта и вдобавок к нему слоя титана суммарно почти метровой толщины. Взорвать или пробить имеющимися в распоряжении средствами — нереально.

Я почти успел приуныть, когда в голове всплыла одна фраза из встречи со Странником. “Возьми, тебе это точно пригодится в твоих поисках” и выданная им ключ карта без маркировок. Хммм…чем черт не шутит то, зачем-то же он ее мне дал?

Правда, неожиданно, что карта подошла? Черт, так не прикольно ощущать, что тебя опять “ведут”, причем просчитали действия заранее, за пару недель. С другой стороны, я ведь в любом случае должен был оказаться тут, так что это просто был подарок. Ну и в любом случае, сейчас это здорово меня выручило.

За воротами сканер вырисовывал четыре турели, и я даже вижу их, но все четыре неактивны — для перехода в боевой режим я должен был взломать ворота, или еще как-то проявить агрессию. А с ключ-картой –свой пришел, двери открыл, ему можно, и орудийный ИИ спит. Хлопаю по кнопке открытия больших створок, не хочу я снаружи оставлять машину. Столица области страшно поражена ядерным, биологическими и химическим оружием, и какие монстры и мутанты тут бродят — одним богам известно, а проверять сие — спасибо, что-то не хочу.

Так что моя машинка занимает место внутри подстанции, после чего я иду поочередно к каждой из четырех турелей и отсоединяю в них податчики боекомплекта и энергобатареи для лазерного оружия.

Все, теперь при отступлении у меня точно не будет теряться время на борьбу с пушками. Еще ворота как нить отсоединить бы от системы, но боюсь тревогу поднять раньше времени. Все, так, собрался и к делу. По построенной с помощью сканера карте спуск начинается вон в том углу, замаскирован пульт внутри стоящего там автобуса.

Залезаю в выглядящий ровесником гаража остов, проржавевший насквозь, с осыпавшейся полностью краской, стоящий на каких-то подпорках вместо колес. В него заходить то страшно, но успокаивает то, что я четко вижу бутафорность очередного элемента — каркас автобуса вообще тут чисто для маскировки, он скрывает в себе прочную стальную клеть, Очередную автопушку и систему доступа к нижним помещениям базы. Вообще, тут должен быть еще и охранник, но его почему-то не видно.

И действительно, прямо при входе есть кнопочка. Жмем ее, выползает на поверхность очередной сканер, к котором прислоняю карточку, пара секунд — и система с гудением начинает работать. Правда, звук такой, будто бы никто и никогда этот лифт вообще не использовал — хруст и треск, звук трения несмазанных поршней и скрип попдпровисших и сильно ржавых тросов. Страшновато, учитывая мою массу. Но зато более-менее быстро, ствол лифтовой шахты был длиной в двести пятьдесят метров, и преодолеть это быстро мне точно не удалось бы. Уже опускаясь в лифте, сообразил что я идиот. В очередной раз реалистичность мозги запудрила — и нажал кнопку отзыва машины в инвентарь. Там то она точно в безопасности, а ремонт колес займет всего час, вряд ли я управлюсь быстрее.

Жаль, что уж теперь то точно на пульте какого нить дежурного во всю орет сигнализация, и к лифту несутся тяжеловооруженные делегаты. С другой стороны, не придется их искать по всей базе, их не то чтобы много должно быть. Десять — двенадцать от силы. Проверяю таймер. Через полтора часа Гектор должен оказаться на станции, и попасть под взрывную раздачу. Значит, на все про все у меня максимум полчаса, Найти Фандееву и найти четвертый элемент сэта Рокатански и валить вниз, призывать машину и мчаться по тоннелям. Должен успеть.

Вот лифт замедляется, я беру на изготовку пушку, навожу ее в проем дверей, и кладу палец на триггер, готовясь к активации способностей. Двери лифта идут в стороны, я жму активацию рывка, ускорения, и вылетаю в коридор, судорожно ища сенсорными системами противников, но вместо комитета по встрече меня встречает тишина. Мертвая тишина. Шесть трупов, с ранениями в область затылка. Здоровые такие мьюты, в тяжелой броне. На последнем поверженном сидит девушка, в черной форме, и с тяжелым пистолетом в руках. “Александра “Кобра” Фандеева, уровень 178, клан Модераторы” — гласит надпись над ней.

Девица была обладательницей мальчишеской фигуры, упакованной в черное обтягивающее камуфло, на котором крест-накрест висели какие-то перевязи. Само по себе она была бы, наверное, даже миленькой, красивый овал лица, высокие брови, четко очерченные линии подбородка, плавно изогнутые красивые губы. Но все портили ее глаза. Язвительные, наглые, и отвратительно выежистые глаза смотрели на меня нагло и с вызовом.

— Э, Мережковский, а че так долго то? Я тебя уже час тут дожидаюсь, блин.

— В СМЫСЛЕ? Это вроде я тебя должен спасать, не? И вообще, откуда ты знаешь кто я и когда я приду?

— Так. Ты, дурень, вообще понимаешь, КТО заставил Гектора так бояться тебя, кто подкинул через его лейтенантов ему идеи о том, что тебя надо встречать не в крепости, кто расписал тебя как непобедимого врага, который приходит и убивает всех и вся. И кто внушил мысль, что идешь исключительно за собакой Рокатански, так что подпускать тебя к ней это форменный идиотизм?

—Ну и кто этот специалист по дезинформации?

Конечно же я знал ответ. Кобры у нас на фирме вообще много кто знал, и мало кто любил. Заносчивая, наглая, феменистичная, самоуверенная психологиня из отдела собственной безопасности.

— А ты как думаешь? Я конечно. Я тут четвертую неделю готовлю почву. Заодно вон, освободилась.

Я не выдержал. Дамочка реально думает, что она молодец, крута и придумала офигенныый план? Пора ее вернуть с небес на землю.

— То есть, уже четыре игровых недели, то есть больше трех суток реального времени, вы, Александра Николаевна, можете выйти из игры? И при этом сидите тут, строя очень хитрые планы. А тем временем я и мои сотрудники тратят невосполнимый ресурс— время, на то чтобы добраться до вас и вытащить Вас отсюда. Тогда как могли бы сейчас добираться до Херсона и заключённого у него Лекса Павлова. Знаете, это даже не идиотизм. Это — вредительство. При этом вы даже не соизволили проинформировать непосредственное начальство свое о том, что вы свободны…что тоже есть по сути саботаж. По-моему, кто-то заигрался.

На первых фразах она пыталась что-то ответить, возразить, на последних подсбледнула с лица.

— Далее. Александра, вот скажите мне — если вы могли самостоятельно грохнуть этих ребят, что вам мешало со мной связаться то? Зачем я тратил время, ехал сюда, и все вот это?

— Ну, а как же собака Рокатански?

— А что, для вас какая-то проблема ее забрать и передать мне после этого? Вроде как вы, специалист по безопасности, должны были быть одним из тех четверых, кто спасал вашу группу от инцидентов. Трое других бойцов погибли, выполняя свою работу. Вы — живы. Так что, Александра, или Вы сейчас свой гонор засунете в зад. И будете мне помогать. Или при выходе из виртуала я на вас пишу докладную, где перечисляю ваши “геройства” и “хитрые ходы”, прикладываем к ним логи и отдаем руководству. Угадаете с трех попыток, кто будет козлом отпущения?

Все, этим я ее окончательно добил, теперь у меня вместо взбалмошной суки будет рядом нормальный специалист, крайне сильно жаждущий оправдаться в глазах руководства. Блин, и когда я таким гадом успел стать то? Самому немного странно такое поведение и резкость, но “если это работает — это не бессмысленно”.

Кобра резко поднялась с трупа, и даже ее выражение лица стало каким-то …другим, более рабочим и собранным что ли.

— Окей, Мерлин, или мне обращаться к Вам Станислав Игоревич?

— Нет, позывного достаточно, мы все-таки делом заняты, а не на сборе руководителей сидим.

—Приняла. Так, смотри, Мерлин. То, что тебе надо -0 находится тремя уровнями ниже, на уровне, находящемся прямо над железнодорожным. База уходит и ниже, но сейчас она абсолютна пуста, всех кого смог — Гектор реально прихватил с собой на операцию по ликвидации тебя. Единственная проблема — там мощнейшие двери, и открыть их , никто кроме него не может. Да и не выходил оттуда еще ни разу ни один человек. Периодически туда для развлечения закидывали пленных, и они наблюдали за этим через монитор, но я, как сам понимаешь, доступа к такому тут лишена, будучи в статусе пленника.

— Охранные системы?

— Деактивированы, с этих проблем не будет, парень, которому я качественно запудрила мозги — все сделал. Он вырубил мастер-ключом систему безопасности, собственно заблокировал доступ к вооружению и помог мне прикончить часть оставшихся охранников. К сожалению, и сам пал, когда последние шестеро услышали сигнал предупреждения о доступе снаружи и рванули сюда. Я как раз хотела через этот лифт сбежать. Так что пришлось принимать бой в не самых удобных условиях

— Хорошо, тогда идем вниз. А пока идем — расскажи-ка мне вообще об этих вот парнях Гектора. Я не мог не заметить. Что помимо крайне однородного вооружения, они еще и выглядят как близнецы — одинаковый рост, практически одинаковые лица. Кто они?

— О, это как раз те, кто и обеспечил нашему дорогому психопату настоящую

власть. Об этой части он обожает распространяться во всеуслышание, часто и

особенно по пьяни. Так что даже пленница имела полный доступ к

информации.

На пути сюда из Реджтауна господин Гектор пребывал в состоянии перманентного усвоения полученных мутации, что приводило к нередким сбоям в управлении собственным телом. Проще говоря, его колбасило и временами вштыривало так, что он убредал сам не зная куда.

И вот собственно во время одного из таких “убреданий”, он залез в какие-то пещеры. Как заполз — он не помнил, поэтому выйти тем же путем, что пришел — не смог, и пошел по ним дальше. В какой-то момент он добрел до явно искусственной шахты, с заржавленными скобами для подъёма, и, будучи уже изрядно истощен, полез наверх.

На веху его ждала решетка, которую ему хватило сил просто вырвать. Когда же он поднялся — то обнаружил себя в каком-то заведении навроде лаборатории, по которому и пошел бродить, периодически сталкиваясь тс противодействием роботизированной охранной системы. Система против него сделать ничего не могла, так что через некоторое время Гектор оказался в центре управления, где и выяснил, что он находится на секретном, запрещенном всеми конвенциями, центре по изменению человеческого генома и клонированию людей.

Живых людей в комплексе не появлялось уже сто пятьдесят лет как, но все оборудование было полностью рабочим. На тот момент Гектор еще не получил столько проблем с мозгом, как у него сейчас, и сообразил мгновенно, какое сокровище он нашел. Вот только изучение лаборатории продемонстрировало ему одну небольшую сложность — единственным объектом, который он мог от клонировать — был он сам, при этом сканеры показали, сто он не слишком подходит в силу множества неконтролируемых мутаций и непонятных для сканеров изменений в организме.

Гектор сначала возмутился и чуть не разнес все там, а потом, а потом он принялся с помощью ИИ комплекса менять для начала себя, а после создавать там вариант идеального солдата своей будущей армии. Так что через три месяца окрестности захлестнул вал на тот момент плохо вооруженных, зато абсолютно бесстрашных солдат-клонов этого урода, и их предводитель, ростом под четыре метра и безумной физической силой. Способный сначала согнуть ствол танкового орудия, а потом оторвать от танка башню и закинуть ее на крышу мэрии. Они быстро взяли под контроль несколько городков на юге Иберии, обзавелись каким-никаким снаряжением, после чего захватили бывшую столицу. И кучу производственных районов. К этому моменту в работе комплекса клонирования начались первые сбои, и Гектор прекратил бездумно штамповать своих клонов. Он вербовал к себе в армию все отребье, и железной рукой наводил дисциплину и свой порядок, ввел правило, что убил — тот вое, ввел обязательные состязания на право командовать, и много других новшеств, позволивших ему за три года практически полностью подчинить все, что оставалось от когда-то крупнейшей промышленной области этой части света. То, что он сейчас кажется слабым лишь иллюзия, не значащая ровным счётом ничего, в его армии больше пятидесяти тысяч живых, сотни бронемашин и артиллерийских систем.

И его единственная слабость — это то, что он до усрачки боится истории про воина дорог. Так-то в какой-то степени да, это твой единственный шанс победить его.

Глава 2. Кинология прикладная

За рассказом Кобры мы спустились до минус третьего уровня. Сама по себе база внутри представляла собой типовой местный бункер, с обшитыми серым пластиком стенами, кабель-каналами в виде решетчатых конструкции под потолком, с раздвижными дверьми с тяжелыми створками и проклятыми крайне тусклыми лампами, прикрепленными к кабельканалам. Через все здание по центру шел короб громадного грузового лифта, предполагаю, что через него в экстренном случае можно было опустить или поднять что то с самых нижних уровней — возможно, для эвакуации, а возможно, для нанесения некого удара возмездия.

А вот и запертые ворота, и терминал для доступа возле них. Что ж, как я и думал — карточка, выданная Странником, срабатывает и тут. Похоже, это или пропуск бывшего командира базы, или кого то из тех, кто должен был эвакуироваться сюда. . Интересно, и какими путями она угодила к нему…

Двери щелкает замком и, сделав знак для напарницы — прикрывай, будь тут, я аккуратно вхожу в помещение.

Прямо за дверью — длинный шлюзовой тамбур, вероятно оборудованный некогда кучей систем сканирования и активно-пассивной защиты. Сейчас даже визуально заметно, где их выдрали чуть ли не голыыми руками. В конце коридора еще одна стальная дверь, на этот раз со штурвалом изнутри. Похоже, что само это помещение изначально рассчитано на содержание каких-то очень важных “гостей”, которым категорически противопоказано было покидать помещение.

Штурвал легко провернулся, и тяжелая дверь, толщиной в пол—метра, начала медленно открываться внутрь помещения, открывая мне вид на него.

Первое, что бросилось в глаза — это горки гниющих трупов, сложенных в неаккуратные кучки около стен. Второе — это амфитеатр из бронированных балконов, явно кустарного производства, возносящийся от высоты примерно в пять метров над уровнем пола и дальше, к самому потолку зала. И третье. Вот лично у меня в истории про элементы комплекта снаряги Рокатански собака представлялась или как в древнем фильме Безумный Макс 2 — в виде небольшого песика, или как Дог Мит в фоллауте. Ну ок, когда я услышал, что это киберсобака — вспомнились сразу же два робопса из Фоллаут два. Но все они размерами не превышали овчарку или добермана. А тут.

Высотой, наверное, в два метра, может два двадцать в холке, передо мной стояла безумная помесь робота из Бостон Динамик с живым существом. Длинная, метров пять. Внешне это была мешанина кусков плоти и киберпротезов, поставленная на высоченную четырехлапую платформу, с башкой из самого страшного фильма ужасов, который можно только себе представить, смотрящая на меня с чисто гастрономическим интересом. Это че, чтобы заполучить себе эту вот штуку — сначала надо победить монстро-робо-собаку?

Ой блин, да она ж меня вместе с Бредлагом и Хускарлом сожрет сейчас! Псина реально прыгнула крайне резво для такой туши на меня, и практически успела ухватить. Но чуть-чуть не считается.

Так. Расстрелять ее, что ли? Снарядов откровенно жалко, Система уже обсчитала ее как Кибер-собака Рокатански, животное-спутник Гектора Сазерленда, 178 уровень. И мне не хочется даже задумываться, сколько ж у нее очков жизней то…

Есть у меня одна безумная идея правда. Вот сейчас для этой твари я кто? Правильно, я для нее сейчас неизвестный мужик в броне северян, явно несущий угрозу. А что она будет делать. Если перед ней появится человек, на три пятых представляющий собой ее хозяина? Правда, если решит, что так вкуснее — будет тяжелее ее завалить без тяжелой брони и супер-пулемета.

Ладно, была-не была! Уворачиваюсь от очередного кусь и попытки треснуть меня лапой, скидываю в инвентарь пулемет и броню, и, вооружившись лишь дробовиком и верой в свою идею, начинаю играть в родео.

Ускорение— рывок-прыжок-и я уже на шее робота. Блин, как ж тяжело удержаться то. И вот что дальше? Он скачет по всему импровизированному амфитеатру, пытаясь стряхнуть меня. Я, вцепившись в торчащий выступ позвоночника, сижу на шее, пытаясь не улететь вниз. Он уже дважды пытался перекатится по полу, но каждый раз я соскакивал и вновь оказывался на шее раньше, чем он поднимался с бетона.

Киберпес, кажется, тоже не очень понимал, что со мной делать. Укусить невозможно, слишком быстрый, драться не лезет. Я же, судорожно ищущий решения, вспомнил из своей практики общения с собаками. Если ты хочешь выполнения приказа, и пес агрессивен, вынуди его, не причиняя излишних страданий, подчинится. А чем я могу это сделать? А вот чем.

Я резко взвел два курка у дробовика Рокатански, и вставил его в район позвоночника, направив примерно туда где расположен спинной мозг. После чего взревел первую команду, которая пришла мне в голову: ЛЕЖАТЬ!

Пес сначала встрепенулся, а потом его анализаторы видимо сообщили, что именно нацелено в его позвоночник, и что будет, если не подчинится команде.

И он остановился. А потом опустился на пол, принимая вполне себе позу обычной лежащей собаки. Я вытянул дробовик, и спрыгнул, встав перед ним.

— То есть ты вполне себе разумен. Так?

Здоровенная фиговина посмотрела на меня с интересом, наклонив вбок голову и смешно подняв одно из кибер-ушей.

— Буду считать это положительным ответом. Итак, я могу легко уничтожить тебя.

В ответ — имитация вопросительного взгляда и оскаливание пасти. Пес явно понимает меня, и ему этот вариант не нравится.

— Могу-могу, то что у меня в руках — ты знаешь, а еще ты меня видел. Когда я вошел и снял броню и оружие. Так вот. Я подозреваю, что мы с тобой в любом случае должны будем договариваться. Так почему бы не начать сейчас? Я обязательно должен тебя победить, чтобы ты перестал служить Гектору?

Утвердительный рык. При этом пес смотрит на меня с умилением, как на дитя малое, неразумное.

— Так. Но если я не хочу драться с тобой, есть шли иные варианты, как можно лишить Гектора контроля и предложить тебе договорится со мной?

Кибер смотрит на меня без интереса. Такое ощущение что еще пара минут, и он начнет ухо задней лапой чесать.

— То есть просто договорится нельзя. Окей. Ты обязательно должен проиграть?

— Вааф! — от его лая с металлическим скрежетом у меня аж мурашки пробежали.

— А без драки как-то это можно решить? Ну, ты же можешь просто сдаться, например?

Он с интересом смотрит на меня. Мол, и че ты готов за это предложить?

— Так, тебе интересно, а че тебе будет с того?

Усаживается на жопу, как обычный пес, разве что хвостом не машет. Значит я правильно его понял. Блин, так как пес — источник волны изменений, то сам он — скорее всего очередной практически разумный ИИ. Но вот что может заинтересовать кибер-собаку?

— Чёрт, как бы понять, чего ж тебе самому то хочется, врядли ж разрывать людей по приказу владельца. Могу предложить, как и раньше, с Максом — сражения против тех, кто пытается примучить в свою пользу других, еще и с преимуществом.

Ему явно интересно, но видимо недостаточно. Блин, да что же.

— Слушай. А ведь ты же ИИ по сути, да? Тогда могу еще одну вещь предложить. Если я вдруг решу уйти отсюда — я тебя полностью заберу с собой, в другое кибер-тело. Будешь настоящей собакой практически, только в моем мире. Мой пес давно умер, и я так и не смог завести больше собаку, они слишком быстро умирают, оставляя в душе незаживающую рану.

Опа. А вот теперь он смотрит с неподдельным интересом и сочувствием. Встает. Я напрягся, но пока не агрессирую. Подходит ко мне нависая сверху. И молча падает на спину, подставляя пузо.

“Вы одержали победу над кибер — псом Рокатански. Хотите ли взять его себе в спутники? Да\нет”

ДА

“Вы можете настроить внешний вид спутника, желаете сделать это сейчас?”

О дааа. То, что с ним сделал Гектор — это какое-то извращение. Нафига такой монстр нужен — непонятно, и если еще размеры ладно, бог с ними, но вот это вот подобие зомби-киборга то зачем? Так, а что ту за редактор то?

Редактор позволял или настраивать все параметры вручную, или же выбрать готовое решение из реально существующих пород собак и модернизировать само шасси, на которое это все устанавливается. Так. Начнем с простого. Внешность. Не хочу я крутить и усложнять, у меня реально очень много лет жил любимейший пес-доберман. Я его забрал с улицы, вылечил и он служил мне верой и правдой ровно до того момента, пока не помер почти что за считанные минуты. Увы, но тот букет болезней, что у него был — не позволил ему прожить больше одиннадцати собачьих лет. А я так и не смог нормально смирится с его потерей. Так что будет доберман. И в память о Бойце I надо просто донастроить внешность.

Чуть поковырявшись, я легко преобразовал стандартный облик добермана в тот, который хотелось мне. Нажимаем применить.

Вокруг облика Пса закрутилось облако из пикселей, посему то никакой красивой анимации придумано для этой операции не было, ну и ладно. Через несколько секунд передо мной стоял до боли знакомый шоколадный нос с обрезанными ушами. Только двухметровый. Вот чертовщина, а. Почему я так расчувствовался то? Я не подозревал в себе такого, но… в уголках глаз предательски зашевелилось какое-то подобие влаги. И да, я понимал, что это не он, но…анимацию компьютер точно считал с моих воспоминаний, он даже двигался так же. И так же подошел, прилег и очень внимательно посмотрел на меня, как бы говоря мне:” Не огорчайся так, Новый-Человек-Не-Макс. Я не твой пес, но кажется ты до сих пор по нему очень грустишь, даже не подозревая об этом. Я попробую тебе его заменить. А главное — я никогда не умру просто от старости”.

Вот блин. Я реально сидел около громадной киберсобаки и … плакал. Похоже, психологические травмы бывают и вот такими, которые ты не осознаешь, пока не ковырнешь. А он просто ждал. Твою ж мать, нужно срочно заказывать корпус робота там, в реале. И перекачать его прогу на сервер.

О, а вот это что такое?

“Поздравляем! Вы нашли очередной элемент сета Рокатански, — Киберсобака. Вы получаете 4000000 опыта. Собрано предметов 4 из 5. Так держать!”

Киберпес Рокатански — ваш самый надежный и верный спутник. Способен к выполнению очень широкого спектра задач, в зависимости от выбранного типа шасси. Всего в наличии четыре базовых варианта, и конструктор на случай, если вам нужно что-то специализированное. Вариант 1. Защитник. Это базовая конфигурация даст вам следующие характеристики +1 Сила, +3 ловкость, + 2 выносливость, + 1 интеллект, + 4000 ОЖ, + 600 брони.

Вариант 2. Разрушитель. +2 сила, + 1 ловкость, +2 выносливость, +2 интеллект, +2000 ОЖ, + 250 брони. Допнавыки — Ускорение, Силач, Рывок, Рассечение.

Вариант 3. Поддержка

+2 сила, + 1 ловкость, +2 выносливость, +2 интеллект. +3000 ОЖ, + 100 брони. Допнавыки — Встроенное оружие, Медицинский бот, Рывок.

Каждая из модификаций сопровождалась крайне активным изменением основы боевой машины, так сказать скелета. Защитник — это был текущий тип строения, крупная собака от двух до пяти метров длиной, и от метра до полутора высотой, с зубами и когтями из стали, способными разрывать, с кучей кибер-усилителей для турелей, техники и прочего. Разрушитель — превращал корпус в нечто хищное, стелющееся по земле, с хвостом-лазером, смонтированными системами выделения боевых газов, энергетическими установками для силового кокона вокруг когтей, огнемётом в пасти и акустической системой генерации инфразвука. Поддержка — это был практически классический кибер-пес армейского типа. Пулеметная установка на боках, объёмный грузовой отсек, интегрируемые с мозгом оператора системы термовидения, ночного видения и так далее. Система помехопостановки, дополнительные системы связи, система шифрования и дешифровки. Парочка дендритов, выполняющих функцию полевого хирурга.

Отличные новости! Ваша кибер-собака не может быть уничтожена, при гибели она перемещается в ваш Инвентарь и будет восстановлена из него через двое суток. Уровень собаки всегда равен вашему, ее характеристики рассчитываются исходя из специализации и вашего уровня. В данный момент специализация собаки — Защитник, поэтому ее характеристики Сила 4, Ловкость 6, выносливость 4, Интеллект 3, Воля 0*. Харизма 0*— 102 уровень, Здоровье 6000\6000, Броня — 1100. Способности: Укус — 500-700, бронепробитие 1000, Удар лапой — урон 400х2, бронепробитие 250, Усиленная броня — внутренний каркас укреплен за счет дополнительного слоя нанитов, составляющих амортизирующе-бронированную подложку, останавливающую и замедляющую любой снаряд или клинок, попадающий в цель.

Самопожертвование — по вашей команде собака полностью прикроет вас от входящего урона, не обращая внимания на себя и состояние своего здоровья.

Симбиотическое сражение — вы можете сражаться, вступив в бой верхом на своем боевом псе. Такой симбиоз сильно повысит ваши общие Основные характеристики — на 30%, но в случае разъединения в бою вы оба получите штраф в 15% от уровня характеристик, но не меньше 1 для каждой до конца боя.

Вы можете озвучивать команды вслух, киберпсу не требуется специализированное обучение, он анализирует ваше поведение. При этом настоятельно рекомендуем не забывать, что в основе поведения лежат смоделированные ИИ алгоритмы поведения собаки-гения, но все же собаки!!!

*Характеристики Воля и Харизма отсутствуют у кибернетических организмов”

Вот это да. Пес то реально покруче меня будет по уровню здоровья. И равен по бронированности. Эх, ему бы еще дистанционную атаку какую нить — цены б ему не было, но видимо для этой специализации она не предусмотрена. А опция — совместного боя — это конечно чит. Кажется, я начинаю понимать, каким образом Макс Рокатански умудрялся уравнивать шансы в битвах. Он эдакий человек — оркестр даже просто без всего, чисто на снаряжении. А ведь еще характеристики, скорее всего загнанные в максимум, и способности, в том числе неожиданные. В общем да, при определенных условиях он просто сметает не ожидающего противника.

— Спасибо тебе, слушай, а как тебя звать то, а?

Пес сделал морду из разряда — “мой хозяин — идиот”, и сделал жест мордой, как будто что-то читает. Я послушно полез в характеристики. “Вы можете выбрать имя Пса в соответствующей графе интерфейса” — гласила надпись, которую я не стал читать, увлекшись собственными воспоминаниями. Первый порыв был назвать его по имени мертвого добермана. А потом я подумал, что тут пора предлагать решения тому, кого оно касается. Вывести на планшет графический редактор не проблема, как и сунуть нифига не понимающему псу стилус для рисования в зубы.

— Пиши!

— Рррр? — вопросительно.

—Имя себе, которое тебе нравится.

— Рррррыы. — Он попытался плюнуть стилус.

— Ну уж нет. Раз ты вполне себе разумное существо, то должен сам хотеть как-то себя идентифицировать, а не сваливать это на меня. В конце концов мы партнеры, а не хозяин и раб. Вот и думай.

Пес застыл. Видимо, такое решение вообще ни разу не предполагалось программой. А потом принялся аккуратно выводить стилусом, стараясь не продавить планшет, буквы. М-А-К-на третье все-таки не рассчитанный на такие усилия планшет треснул. Пес рыкнул злобно, но я уже и так понял.

— Макс, да? В честь бывшего хозяина?

Утвердительный кивок.

Ввожу в интерфейсе новое имя пса, и подтверждаю. Что ж, похоже. Мы готовы порвать жопу Гектору. Осталось до него добраться, ну и не проиграть. Насколько я понял, этот засранец задрал себе характеристики до уровня, недостижимого обычным человеком даже с имплантатами и экзоскелетом. Что ж, кроме характеристик есть еще много всевозможных интересных способов победы.

Глава 3

Когда я в сопровождении добермана вышел наружу, удивлению Кобры не было предела. Впрочем, показывать это она не спешила, и понял я только при помощи программы контроля поведения. Вместо проявления эмоции она лишь посмотрела характеристики, присвистнула и спросила:

— Ну теперь то мы готовы к драке, или тебе еще что-то нужно?? По твоим же данным, бойцы, которых ты убедил, уже через три минуты начнут атаку на бронепоезд Гектора. А нам еще час минимум ехать.

— А с чего ты взяла, что нам ехать час?

— Ну потому что нам надо подняться на три уровня вверх, сесть в твою машину, и проехать по здорово зараженной области около шестидесяти километров. И это если не столкнемся ни с какими мутантами — займет порядка часу. К этому моменту Гектор распустит на ленточки для бескозырок всех атакующих даже будучи один. Поверь, я видела его в драке — это чудовище практически неуязвимо.

— А сколько нам ехать по рельсам?

Она презрительно глянула на меня.

—На чем, на мотодрезине? Пару часов. Бронепоезд здесь ровно один, восстановленный музейный, и на нем уехал Гектор. Тут сорок километров, скорость мотодрезины около двадцати в час. Отсюда считай, что два часа.

— Хм. Хочешь спор? Мы будем там через полчаса. Максимум. Думаю, что быстрее.

— Да как? Ладно, ты у нас старший, так что вперед, тебе ж виднее… — лицо ее было полно скепсиса, но рассеивать его я собирался на практике.

Спустившись на еще один уровень, мы достигли пустой на данный момент станции. Да уж, тут явно были готовы изначально даже к вторжению инопланетян. Турели всех типов, автоматически опускающиеся гермозатворы, огнеметы, направленные на все возможные рельсовые входы. Штурм этой станции из тоннелей был гиблым делом. Но вот он, факт — станция захвачена. Жаль, что при захвате базы Армия свободы подчистую уничтожила системы безопасности, оставив лишь самые примитивные, и заменив их просто постами с людьми, ныне пустовавшими.

Спускаемся на рельсовое полотно, и взгляд Кобры становится еще более скептичен.

— Ты что, предлагаешь бежать ногами? Прости, но это точно медленнее, чем даже дрезина.

Блин, достала ныть. Без применения навыка я пробегаю сто метров туда и сто обратно за семь секунд.

— Ну что, ты по-прежнему уверена, что это будет медленнее? Я в таком темпе без проблем пробегу эти сорок километром, Макс тоже. А ты — нет, но, впрочем, ты нам и не нужна особо.

— То есть вы меня тут бросите просто?

Ага. Обязательно. Я бы тебя, овцу тупую, тут бросил с превеликим удовольствием. Но ведь задача то у меня тебе выпроводить в реал. А не дождаться твоей смерти.

— Нет. — жестом фокусника я выкидываю из инвентаря наружу свою джип, он тяжко плюхается на рельсы, чуть проседая на амортизаторах, и застывает с призывно открытыми дверцами. Я сажусь за руль, Макс естественным движением, как будто так и положено, запрыгивает на переднее сидение, после чего выпускает инфо-шунт, влезает в бортовую систему машины и подсоединяется к лазерной турели. Ого. Я чет прямо забываю, что он все тки боевая саппорт-система, а не только пес громадных размеров.

Кстати, о размерах. Вылезаю на минутку, нацепляю обратно “Хускарл” и кладу рядом пулемет. Макс переводит взгляд на пушку и броню, и очевидно анализирует. После чего смотрит на меня, во взгляде удивление. Очевидно, он ищет способ сказать мне что то, но не может придумать его. Тыкаю ему в экран бортового компа, сам тем временем завожу движок, включаю фары и газую вперед. Тоннель то безопасный, никаких куч мусора, мин и прочего не будет — тут буквально час назад проехал бронепоезд, так что даже если какие мутанты и проникли — то их смели с него огнем.

Летим под восемьдесят километров в час, подпрыгивая на шпалах, но недаром говорят — больше скорость — меньше ям, поэтому я, например, замечаю их куда реже, чем когда медленно полз по тоннелям перед сортировочным центром.

Кобра с заднего сидения не издает ни звука, но кажется немного удивлена. Похоже, наличие призываемого маунта ей просто не пришло в голову — так сказать. стереотипность мышления.

Через пятнадцать минут движения я вырубил фары и включил ночной режим шлема.

— Внимание, приближаема к зоне атаки на бронепоезд, возможно наличие неустановленного числа противников.

— Мерлин, ты все время сбиваешься на казенный язык. А ты с подчиненными на работе так же говриш9ь?

— Эээ…нет, но у меня и подчиненных то особо нет. Черт, а ты права. Чет я реально как офицер-инструктор для кадетов говорю.

— Угу. И все время переключаешься так, с нормального языка на вот этот.

Тем временем пять километров мы проскочили очень быстро, и вылетели прямо в тыл ведущим бой примерно восьми или девяти фигурам в силовой броне с пулеметами.Похоже, что-то сработало не так, или же заряды оказались недостаточными, но по факту — из четырех десятков преторианцев как минимум пятнадцать были живы, и активно теснили бойцов Гилдора и Джейсона. Учитывая, что это были элитные геноморфы Армии Свободы 190 уровня — у нас были большие проблемы.

Выскочивший в спину боевой автомобиль был для них крайне неприятной неожиданностью. Во-первых, мощный лазер на крыше — мгновенно прожегший шлем одному, и расплавивший ране с энергосистемой второму бойцу. Жаль, но сдох от раны только первый, да здравствует багающаяся возле артефактов система критов! Второй страшно замедлился, но все еще мог сражаться.

Кобра, соответствуя своему прозвищу, змеиным движением выскользнула из машины, моментально покрываясь термооптическим камуфляжем и исчезая в нагромождении камней. Что ж, не сомневаюсь, что ей хватит мозгов не сунуться мне под очереди. А убью — да и черт с ней. Быстрее улетит в реал. Присоединяю патронную ленту, и покидаю удобное чрево бронемобиля, сходу открывая плотный огонь.

Божественная пушка. Пушка мечты. Да будь у меня такая пушка раньше — у меня была бы такая пушка раньше!

Прямые попадания снарядов разрывают элитных врагов на части. В буквальном смысле. Пять-шесть снарядов, и все, тело, башка, конечности — критуется любой участок тела, в котором рвется почти кило взрывчатки.

Первые пять даже не поняли, что происходит, и кто атакует их с таким мощным оружием. И их осталось тут трое, и пятеро шумели впереди, прижимая огнём моих союзников.

А из виднеющегося пред нами бронированного вагона раздавались ритмичные удары, один за другим. Похоже, кто-то лупил в стену, стараясь ее проломить. И постепенно это ему удавалось, все больше и больше — я видел, как начинает выгибаться часть боковой стены, обращенная наружу. Похоже, мистер Гектор скоро выйдет нарнужу. Но пока он там — надо заняться делом, и добить его гвардию. Убираю в инвентарь Бредлаг, уж больно он быстро сжирает БК свой — да, я моментально убил пятерых человек, вот только в каждого улетело по сотне снарядов.

Живописные нагромождения рухнувших после взрыва глыб давали много укрытий как мне, та и моим противникам. С топором в руке, во второй сжимая обычный пистолет, я пробирался по грудам булыганов. Осыпающихся под ногами, подбираясь к зонам примерного расположения оппонентов. Видеть то я их не видел, но — они дышали, смещались, переговаривались по рациям. И все это фиксировали сенсоры моей брони, преображая в местоположение вероятного противника. Увы, но чем меньше информации, тем больше был разброс предположения — метров пятнадцать в условиях, например, каменного хаоса после взрыва — это очень много. Десятки укрытий, и много шансов получить снаряд в спину. А учитывая, что вооружены парни были плазменными винтовками поголовно — удовольствие было бы ниже среднего. Да, пробить с одно выстрела меня просто нельзя, но если сосредоточить огонь, то возникнут проблемы.

Первыми не выдержал самый ближний противник. Вылетев с боевым ревом из-за столба, он побежал ко мне, размахивая силовой булавой и прикрыв голову щитом. Интересно, а на что он рассчитывал вообще? Применяя ускорение, я смешаюсь правее, так что бы оказаться в зоне, откуда удобно простреливать неприкрытое щитом пространство, и выпускаю подряд пять пуль в ногу, которой он как раз начал шаг. Четыре попадают туда, куда я и намечал — в коленный сустав. Пятая уходит ниже, в район икры.

Да, урон не слишком велик, хоть и не так мал, как я думал — каждый выстрел выбивает из человека по сотне. Но главное— каждый выстрел портит ему сгибатель коленного сустава. И вот уже на землю ставится, и пытается согнуться силовая броня с неработающим коленным суставом. Что характерно, он летит кубарем на землю, теряя свой щит и растягиваясь во весь рост на земле.

Делаю два шага вперед, и “Мститель” перерубает ему шею в том месте, где силовая броня J60 имеет самое уязвимое место — затылочная часть, место соединения шлема и корпуса. Защищено оно только армированным прорезиненным воротником, ну просто потому что попасть туда огнестрельным оружием это скорее цирковой трюк. Однако ж лезвие топора без сопротивления отделяет голову от плеч преторианцу, и в потоке крови вылетает обратно.

Второй и третий выскакивают одновременно, открывая плотный огонь по мне. Того, что слева, моментально прошивает луч лазера с машины. Псу Максу — медаль. Попасть в глазницу шлема с ста сорока метров — это искусство! А третий успевает ровно один раз пальнуть мне в грудь из винтовки, после чего за его спиной возникает Кобра, и вставив пистолет в вырез на броне сзади, выпускает четыре пули в позвоночник цели. Блин, вот вроде бы, как бы и безопасно, а уже второй боец за один бой умирает от этого критически уязвимого места. Его попадание безопасно растеклось по нагруднику брони, и в этой области не осталось больше противников, кроме запертого в заваленном камнями вагоне Гектора. Но его оставим на потом, а сейчас надо догнать и добить пятерку этих бойцов, пока они не натворили чего, и не выбили мне кучу союзников.

Макс выпрыгивает из машины, и быстрыми прыжками догоняет нас, пристраиваясь справа-сбоку от меня.

— Макс, ты прям молодец, отличная точность стрельбы!

— Рвау! — пес явно доволен похвалой. Ну и выстрелы и впрямь были божественны. Первый противник умер от попадания под шлем, второй — от точного пробития глазницы. И точечно обесточенный доспех тоже хорошо, на него вдвое меньше выстрелов понадобилось.

Так, а вот и пятерка противников — движутся, гады, по коридору, не слишком то боясь стрельбы. Обычные лазеры и винтовки им практически не страшны, и опасаются они только ребят с тяжелыми стационарами, но тех не так чтобы много. Главный сюрприз конечно же можно применить прямо сейчас — но тогда он перестанет быть сюрпризом.

Нацеливаюсь на самого последнего из них, Максу показываю на второго замыкающего. Оба несут в руках вместо плазмы — тяжелые пулеметы калибра 14.5, которые успешно пробивают нетолстые укрытия, броню и все, что ее заменяет у обороняющихся от них рейдеров и бандитов. Я даже не успеваю сделать нужные четыре шага, как Макс уже прыжком сбивает с ног бойца в силовой броне, и принимается … РВАТЬ его в клочья, разбрасывая куски защитного снаряжения так, как будто это ну как максимум плотная одежда, а не броневые листы и кевлар. Второй отвлекается на секунду, и этого хватает чтобы я рывком переместился к нему, и, парой взмахов оружием срубил и пулемет, и голову с плеч.

Но все, неожиданная атака закончилась, и трое спереди разворачиваются к нам. Сильный удар в грудь — это что-то пушкоподобное на плече последнего из тройки. Ого. Триста урона, и это через мою броню? Мощно. От последовавшего за выстрелом из наплечной пушки града 14.5 я укрылся за развороченным краем броневагона. Вряд ли что-то еще здесь выдержало бы попадание тяжелого пулемета.

Бляяямс! На уровне моей головы в броне возникает отверстие толщиной с большой палец. Прошу заметить — с большой палец в броне. Что то прошило толстенную легированную сталь с пугающей легкостью и лишь чудом не угодило мне в шлем. На секунду выглядываю — вся тройка оставшихся в живых смешается ко мне. Похоже, что они реально планируют зажать меня тут и просто расстрелять, подойдя на удобную позицию. Не, играть в эти игры мне сейчас неохота. Можно было бы попробовать посоревноваться, кто более крутой тактик — их тройка или моя, но ….

Выхожу прямо под град пуль, которые просто рикошетят от нагрудника и шлема “Хускарла”. Да, какой-то небольшой урон пролетает, но это не критично. Черт с ними с боеприпасами, когда еще эти придурки так подставятся. Пушка оказывается в руках, жужжит механизм подачи снарядов, и четыре ствола плюют длиннющей очередью на шестьсот выстрелов. Все. Заходи не бойся, уходи — не плачь. От двух из троих остались в основном ноги брони, остальное напоминало месиво, третьему я постарался оставить целым торс, так что голова, руки и левая нога валялись фрагментарно, а торс был цел, так что можно было снять трофейную пушку и идти обратно.И тут за моей спиной грохнуло. Что ж, похоже, что драка начнется чуть раньше, чем мне бы того хотелось — источником этого грохота может быть только одно — проломленная бронестенка вагона. А значит, уже через минуту или две на свободе будет мистер Гектор, злой как черт и опасный как полк солдат в ээкзоскелетах.

Когда мне рассказывали про него, я все больше рисовал в башке образ какого-то орка из фэнтези, полуголого и с не знаю, топором что ли. Реальность была куда прозаичнее. Из дверей вагона сначала вырвалась металлическая клешня с гидроусилителями, легко расширяя пробитое отверстие, а вслед за ней полезла как минимум четырехметровая туша человека, закованного в мощные, хоть и странноватые силовые доспехи. Нечто подобное я видел у Шамаила в Таренте, но эти были куда массивнее, увешаны всевозможным оружием и покрашены в черно-красно-золотую гамму.

Покинув вагон, он выпрямился, и его взгляд сфокусировался на мне. Да уж, на рожу со времен лаборатории он изменился, и изменился в худшую сторону. Выпирающие надбровные дуги, нависающие над глубоко посаженными маленькими темными глазками, вытянувшаяся вперед челюсть, расползшийся в стороны нос с вывернутыми наружу ноздрями, плотный шерстяной покров на голове и большей части лица. И шрамы. Один пересекал весь лоб, второй шел от уголка левого глаза вниз, через рот и утопал где-то в шерсти. Трети, как экзотический пробор, рассекал напополам шевелюру на голове и уходил за ухо. Все три были очень грубо заштопаны в те времена, когда были еще ранами, превратившись в уродливые красно-фиолетовые желваки.

Во взгляде читалось не так что бы мало интеллекта, но преобладала там злоба и желание драки. А когда он увидел, как ко мне подошел Макс, то взревел во всю глотку не хуже паровозной сирены:

ТЫЫЫ!!! УКРАЛЛЛ! МОЮ!!! СОБАКУ!!!!! Я — ГЕКТОР! ПОВЕЛИТЕЛЬ ! НИКТО НЕ КРАДЕТ У МЕНЯ!!!

— НУ а, по-моему, ты просто терпила, которого обманули в ходе эксперимента и теперь ты стал чудовищем. Уродом и мутантом, если тебе угодно. Собака Макса Рокатански, а не твоя. Так что иди, поплачь на своей арене.

Да, я целенаправленно бесил его, рассчитывая на то, что он потеряет контроль над собой, и полезет в ближний бой. Уж больно много вопросов у меня вызывал брат-близнец пушки “Бредлаг”, висящий у него на боку. Не факт, что в перестрелке одна пушка на другую я обязательно сумею победить.

Увы. Он может и был мутантом, психом и полным неадекватом. Но дебилом не был. Сорвав с бока именно эту стрелялу, Гектор нажал на спуск, выплевывая в меня первую порцию снарядов. Я не остался в долгу, и зажал гашетку. Эпическая битва начиналась…

Глава 4

Спустя менее чем пять минут я понял, что победа в этой битве мне практически не светит. Мы расстреляли друг по другу порядка тысячи снарядов. И его, и моя броня несли на себе следы повреждений. Вот только у меня все еще потихоньку довоссстанавливалось здоровье, его же практически сразу было в максимуме.

Как убить того, кто восстанавливается быстрее чем ты? Ответ — массированным уроном в момент. Вот только у меня ДПС был примерно равен вражескому. И че делать? На глазок у него хитов тысяч под пять. Снять столько в моменте — реально, если я придумаю способ его зафиксировать на земле, приставлю к голове пулемет и начну расстреливать его в упор. Шансов таких нет, поэтому нужно что-то еще. Есть термопушка, занимающая место турели, ее я еще не пробовал. Технически она должна даже такую броню как у Гектора пробить без проблем, но — дистанция. Для ее применения придется оказаться в максимум полусотне метров. Ладно, рискнем.

Вылетаю из-за укрытия, поливая потоком снарядов эту внезапно весьма проворную сволочь. Несмотря на громадный с виду доспех, он шустро и бодро уворачивается от потоков пуль, практически прыгая в броне. Хм, а как он вообще это делает. И тут меня как будто подкидывает. Я же просматривал когда-то списки навыков, не получаемых автоматом от ношения-применения первый раз. Может там было что-то? Ну все мои оппоненты в тяжелой броне скачут как сайгаки, а я еле перемещаюсь, вытягивая драки только за счет толщины своего защитного снаряжения и навыков ускорения. Но навыки не бесконечные, а снаряга, черт подери, разрушается в бою.

Тем временем уклонившийся от моего огня Гектор что-то подкрутил на своем стреляле, и вместо потока крупнокалиберных бронебойных снарядов в меня вылетел один заряд, но побольше мощностью. И попал, несмотря на все мои попытки уклонится. Удар расколол правый наплечник моего “Хускарла”, снес мне пять сотен хитов и вызвал ворох системных сообщений о повреждениях внутренней структуры, разгерметизации, невозможности ремонта и отключении систем. Читать это все было бессмысленно. Если бой продолжать можно — это не важно, а если нельзя — то я и так пойму, и вылезу из брони.

Укрываюсь за чудом уцелевшей подпорной колонной, и быстро лезу в интерфейс, во вкладку ВЫНОСЛИВОСТЬ.

И да, я бы дал себе в лоб, но некогда: НОШЕНИЕ ЛЕГКОЙ БРОНИ, НОШЕНИЕ СРЕДНЕЙ БРОНИ, НОШЕНИЕ ТЯЖЕЛОЙ БРОНИ, НОШЕНИЕ СКАФАНДРОВ И ЭКЗОСКЕЛЕТНОЙ БРОНИ. Все эти навыки давным-давно висели у меня, но я не удосужился даже заглянуть в списки неактивных навыков, априори считая, что если навыка ношения нет, то и броня не одевается.

Так, а тут даже расписаны возможные перки за каждые пять уровней владения броней… ооо. А экзоскелеты еще и на типы подразделяются. Так. У меня хватит скиллпойнтов, чтобы поднять броню аж до двенадцатого владения. То есть прямо сейчас можно выбрать два перка владения. Так, в списке есть конечно же Укрепление брони — увеличит характеристики любого одетого экзоскелетного доспеха и аналогов на 30%, и из интересного мне — это дополнительное укрепление против либо кинетического, либо против теплового воздействия на 15%. Ну и третий вариант — это повышенная подвижность, уменьшает штраф передвижения в этом типе брони до штрафа как в средней. То есть — можно бегать и прыгать, можно кувыркаться, навык уклонения режется не на пятнадцать пунктов, а только на пять. А, ну и ко всем трем вариантом дополнительно — броня получает функцию пассивного саморемонта прямо в бою. Ну, как всегда. Все три варианта крутые и важные. И че выбрать? С тридцатью процентами бонуса защиты я буду намного живее, но тяжелые орудия типа той же термальной пушки меня будут пробивать на ура. Поглощение пятнадцати процентов урона это чисто танковая ветка развития персонажа, я ее не качаю, так что мимо. И вот эта вот, с подвижностью. Очень нужно. Ладно, бросаю монетку. Орел — буду в защиту качаться, решка — в уклонение и скорость.

Понятно, что никакой монеты в реале я не кидал, просто сгенерировал компом случайное число между нолем и единицей, загадав их как орел и решку, и выпала решка.

Так. А второй перк тогда беру сюда же, убирая полностью штрафы. Тут никаких дополнительных не выпало. На третьем уровне можно взять вторую турель для встроенного оружия. А на четвертом. А на четвертом — универсальное владение всеми типами экзоскелетов, дающее плюс двадцать процентов к характеристикам защиты, плюс десять процентов ко всем сопротивлениям, и допуск к любым внутренним режимам настройки экзоброни без ограничения. Так. Хочу. Не знаю, что это за внутреннее ограничение, но мне надо. Жопой просто вот чую — надо.

Тем временем в мое укрытие врезался очередной снаряд, отчего пошла дикая вибрация. Бетонная колонна еще держалась, но ее прочность вызывала сомнения — в любую секунду вся конструкция грозила упасть, погребя меня под обломками. Я нажал подтверждение выбора перков, и, выждав положенные семь секунд, необходимые для адаптации и выпрыгнул из-за колонов.

Ого, как необычно я стал чувствовать себя в этой броне. Если раньше у меня было ощущение, что я плыву в танке, расталкивая густой воздух, то теперь броня стала ощущаться второй кожей. Я легко вычислил, куда попадет сейчас снаряд, и просто сместился на метр, прямо-таки скользнув вдоль земли. Несколько мелких осколков мазнули по броне, но взрыв даже близко не зацепил меня.

Оказавшись уже за следующим укрытием, я скосил глаза и увидел, как работает навык “Регенерация брони”. Оставленное снарядом Гектора отверстие в нагрудной пластине на глазах затягивалось пленкой нанитов, которые моментально отвердевали и превращались в новый слой брони.

Так, погнали тогда. Перемещаясь прыжками, я сближаюсь на нужные мне двадцать пять метров. Да, уклонится от всех выстрелов не удается, но только тогда, когда противник вновь переходит на стрельбу длинными очередями. От одиночного крупного калибра я уклонялся без проблем.

Выпускаю ранее скрытую под броней турель, и моментально даю первый выстрел, уже давно зарядившийся и готовый. Термоядерное копье вылетело, соединяя меня и Гектора на мгновение белой пылающей линией, и турель ушла в перезарядку.

Да уж, как минимум эффектно. Хотя и эффективно. Здоровье противника довольно быстро восполнялось, но было видно, что, во-первых, я снял четверть столба, и это сквозь броню. А во-вторых — состояние этой самой брони в месте попадания оказалось плачевным. Пятидесяти сантиметровый круг с выплавленной в центре в половину его диаметра украшал левую сторону его нагрудника. Похоже, что Гектор был слегка ошарашен, вряд ли он ожидал такого эффекта от попадания, привыкнув уже к практически полной неуязвимости.

Впрочем, оправился он быстро. Слишком даже на мой взгляд. Но теперь он был умнее, и держался поближе к укрытиям, выжидая моего выстрела. Перезарядка пушки была раз в тридцать секунд, так что второй залп не заставил себя долго ждать. Но оказался абсолютно нерезультативен — Гектор просто отскочил за остатки бронепоезда, как только турель начала раскаляться. Поэтому удар термоядерного копья расплавил в лужицу край металлической конструкции, а на меня оттуда моментально обрушилась “ответка”. Помимо монструозной пушки в руках, у Гектора оказалась пусковая установка для запуска ракет.

Ракеты требуют отдельного описания — из-за разрушенного угла на меня вылетела раскрашенная в золотые полосы красная цилиндрическая труба, оснащенная массивной боеголовкой и явно кустарным оперением. Диаметр трубы был не меньше семидесяти сантиметров. Я честно попытался увернутся. Но ракете было вообще пофигу, насколько на попала в меня. Взрыв жахнул за спиной, вот только меня, не смотря на все мои тонны веса в броне подняло и швырнуло на пяток метров, а сама по себе броня замигала кучей сообщений о пробое и повреждении узлов.

Стирая рукой с забрала пыль и сажу, я быстро поднялся, и тут же был вынужден искать укрытие, так как в меня начали попадать снова и снова снаряды противника. Паскудство. Один единственный взрыв мало того, что просадил мне здоровье на треть, так еще и вызвал разрывы в половине мышечных и эндоскелетных систем моей брони. Доспех показывал время саморемонта как десять минут. На этот период у меня не функционировала подача боеприпасов, хвала богам что они вообще не взорвались. Была уменьшена на два Сила, и на двадцать пять процентов уменьшена скорость.

То есть, для моей основной пушки у меня было на десять минут — двести патронов, еще и атаковать в таких условиях в ближнем бою было бы полным идиотизмом. Я слабее Гектора и так то, а уж с штрафом к Силе и подавно. Вот только если он это поймет — то полезет сейчас именно в ближний бой. А значит, надо загнать его в оборону, и ждать пока не восстановятся хотя бы миомерные мышцы брони.

Даю очередь на полсотни снарядов, просто чтобы заставить его отступить в укрытие. Так. Он уже знает, что моя термопушка для него крайне опасна. Кстати, Интересно. А где у этого господина боеприпасы к столь разрушительным ракетам. Если бы добраться до них, то бой можно закончить одним ударом. Но это все мечты, а сейчас надо заставить его отойти еще дальше. Активирую турель, и начинаю прицеливаться. Гектор тут же напрягается, начинает активно маневрировать, держа между нами всевозможные укрытия. А мне этого и надо, он сам помог мне, того не желая, и расстрелял практически до слома одну из колонн.

Наконец то он сманеврировал так, чтобы между нами оказалась именно та, практически разбитая колонна. Как только он зашел за нее, я запустил струю огня в нижнюю треть колонны, одновременно с этим выпустив последние двадцать снарядов в самый ее верх. Перегретая плазма прорезала бетонно-арматурную конструкцию, даже не встретив сопротивления, а два десятка крупнокалиберных снарядов направили падение колонны в нужную сторону, и она с ужасающим треском и грохотом рухнула.

От самой бетонной конструкции то Гектор увернулся, вот только цель была вообще не в этом. Дело в том, что колонна была одним из немногих уцелевших подпоров для каменного свода, и с ее уничтожением итак ненадежно держащийся потолок на протяжении почти что сотни метров немедленно рухнул вниз, погребая под собой моего оппонента. Я же, заранее спланировавший это, еле выскочил из-под удара.

По моим расчётам, это должно было задержать его хотя бы на пять минут, но мощь Гекторовской брони и силу его ярости я недооценил. Уже через пару минут он вырвался из-под каменных плит, злой как черт.

Не скажу, что эта ситуация прошла для него совсем без следов — с брони на руке сорвало огнемет вместе с баллоном, лазерная пушка на плече так же была уничтожена, и самое главное — его ракетная пусковая установка была смята в блин.

Что, не нравится такое? А ты думал, будет так просто убивать игроков, сука?

В бешенстве эта образина сорвала свой устрашающий шлем и предстала во всем безобразном величии — из-под обгорелых бровей сияют адским пламенем алые глаза без зрачков, оскаленная пасть демонстрирует набор клыков, которым позавидует и саблезубый тигр, на губах пена. Кажется, меня сейчас будут бить, и может быть даже ногами. Вот просто куда попадут — туда и будут бить. Пора валить, но валить то по большому счету некуда, единственный выход из тоннеля я сам же и завалил.

Взревев, он и впрямь кинулся ко мне, размахивая своей боевой клешней. Пулемет улетел куда-то в сторону, вместо него во второй руке он сжимал силовой молот. Для меня он был бы нормальным двуручным, но для этого громилы — все же одноручный. Зря он в действительности так, но видимо жажда крови затмила разум.

Спокойно поджидаю, когда же он сблизится на нужное расстояние, и вновь активирую термопушку, в этот раз целясь в его клешню. Всполох огня, шипение перегретого металла и пара, и фигуру врага окутывает густой туман, образующийся при соприкосновении с раскалённым металлом жидкостей из гидравлической системы и еще чего-то, льющегося из развороченного плеча наружу через огромную рваную дыру.

Его это несколько дезориентировало и нарушило равновесие, все-таки клешня брони весила немало, да и потеря конечности точно должна сказаться. Не ящерица ж он, в конце концов то, чтобы в бою ее себе отрастить. И впрямь, его столбик здоровья наконец то не смог подняться до максимума, и остановился на девяноста процентах.

Я отсчитывал секунды на таймере перезарядки, но похоже, не успевал уже. Хотяяя… а почему бы мне не покайтить урода. Пулеметный БК все еще недоступен. Но ведь есть добрая старая импульсная пушка, причем прогрейдившаяся маленько до моего текущего уровня. Бредлаг отправляется на свое привычное место, а из инвентаря извлекается импульсная винтовка.

Попытка не пытка. Магазин в колено. Тридцать урона. Броня не пробита вообще. Окееейй…. Смертельный Выстрел — Колено! О, вот теперь пошла жара. Почти три сотни хитов. Но броня практически не пробивается. Жаль. Хороший был план.

Гектор подскочил ко мне, и взмахнул молотом. Черт, а я и не подозревал, что столь крупная туша может с такой скоростью драться. Вот только зря, зря он так. Таймер отсчитал положенное время до перезарядки. Я сбросил на пол свою винтовку и вынул боевой молот. Парировать его атаки я смогу только через три минуты двадцать секунд, но зачем парировать, один из встретившихся мне врагов научил прекрасному приему — не парируй, отклоняй тяжелый молот в сторону.

Вот только у того мужика не оказалось даже четырех силы против моих восьми, а у меня было восемь против Гекторовских одиннадцати или двенадцати. НУ и навык как минимум равный. Так мне казалось.

Реальность вновь заставила понять. что на мои планы она клала с пробором. Попытка отклонить летящий в грудь молот встречным ударом чуть не закончилась для меня катастрофой. Мощи Гекторовских рук хватило на то, чтобы вбить меня в землю по щиколотки, я не шучу. И спасла меня только пушка на плече. Увидев. как раскрывается ее фокусирующий элемент, он бросил молот, ухватился своей единственной рукой за крепление ствола и просто вырвал ее у меня из брони. Вот только вернуть молот ему уже было не суждено. Сильным ударом ноги я отшвырнул его, и активируя усилители, нанес мощный удар своим оружием в его беззащитную голову.

Оправится от этого удара ему было уже не суждено, Молот Рока раскроил его череп, вызвав обильнейшее кровотечение, снял с него четыре тысячи здоровья, и нокаутировал секунд на пять. Возможно, он бы и продлжил бой, но я не собирался давать ему такого шанса. Когда он стер кровь с глаз, ему прямо между них смотрело дуло дробовика Рокатански, заряженного и со взведенными курками.

Сукааа! — вот и все, что проревел Гектор перед тем, как я нажал на спуск, и неблокируемые, не позволяющие отрегенерировать ,и, самое главное, причиняющие окончательную смерть патроны ощутили удар бойков дробовика Воина Дорог по своим капсюлям, и воспламенились, неся покой когда то неплохому парню, пошедшему по темной дорожке, а ныне — кровавому убийце тысяч, маньяку и садисту Гектору Сазерленду, известному как Мясник Свободы.

БУМ!

Череп Гектора разлетелась на клочки, запятнавшие всю его броню. Для столь тупого урода у него было на удивление много мозгов.

Вы убили окончательной смертью крайне злобного противника, превосходящего вас на более чем сто уровней. Вы получаете третий уровень Достижения Давид и Голиаф, и урон по врагам выше вас на пятьдесят уровней врагам вырастает в два раза. Поздравляем! ВЫ осуществили правосудие Воина Дорог, в одиночку победив повелителя целой области! Поздравляем! По местным законам теперь повелитель данной области — вы!

Глава 5

Поздравляем! Вы получили легендарный сундук со снаряжением. Поздравляем, вы выполнили в соло скрытый эвент — победа над Свободных, вам начислено пятнадцать миллионов кредитов. Вам начислено двенадцать миллионов опыта.

Внимание, ваши генералы организовали бунт! Внимание! Генерал северных областей отказывается подчиняться! Внимание! Генерал Южных областей признал ваше лидерство и ждет указаний! Внимание! Место генерала восточного фронта вакантно! Назначьте нового генерала! Внимание, генерал западных территорий отказывается вам подчиняться!

Так, и что? Предполагается, что я сейчас должен ринуться отдавать приказы и назначать начальников? А мне оно надо, а? Так, срочно найти Джейсона и передать им с партнером все это правление. Подпишу вечный мир и передачу мне для представительства Блюкрейна какой нить площадки в Таренте том же и все…

Красная предупредительная надпись зажглась в правом углу экрана — “внимание, падение мощности реактора. Перехожу на резервное питание.”

Опс, что это такое? У моей супер-брони полетел-таки энергоблок? А как же самовосстановление, оно вроде по описанию не должно допустить подобного...

Следующая надпись не заставила себя ждать, появившись через два десятка секунд после первой. И очень не понравилась мне:

“ Аккумуляторная батарея не найдена. Осуществляется принудительная экстракция пилота во избежание блокировки в броне. Даю отсчет — три, два, один, экстракция. ”

Да мать твою, чтооо??? — аж вслух заорал я, когда передняя часть “Хускарла” раскрылась как цветок, и выкинула меня на труп Гектора.

— Не нервничай, командир. Все в порядке. — раздалось сверху, с корпуса моего боевого комплекса, только что так жестоко предавшего меня.

— Э, Кобра? А что это сейчас было?

—Сейчас спущусь и расскажу, погоди секунду.

Ее гибкая фигура ловко скользнула по моему обесточенному и открытому трехметровому скафандру, спускаясь вниз. И вот уже она стоит на земле, и, брезгливо переступая через лужи крови, подходит.

Посмотрев вниз, на распростертое и изрешеченное 30-мм снарядами тело гиганта, она констатирует:

— Мертв. Я поражена. Честно говоря, не рассчитывала, что ты его уложишь. Но факт прямо предо мной. Жаль даже, что твое выживание в этом бою портит очень сильно все планы.

— Не понял, что ты …

В этот момент на моих руках оказываются наброшенные веревочки, которые одним движением затянуты.

“На вас наложен эффект ПУТЫ СТРАННИКА”

ВОТ СУКА! Интерфейс исчезает. Полностью. Более того, исчезают и почти все мои способности. Но именно что почти. Иконка Макса по-прежнему горит посреди экрана, позволяя раз в сутки призвать верного товарища. Должна остаться и моя увеличенная скорость, и прочие бонусы Воина Дорог. И есть у меня то то, чего Фандеева, при всей своей невероятной прозорливости и слитых разрабами данных знать не могла.

При получении Макса, который является четвертым элементом комплекса Рокатански, весь мой сэт апнулся, давая допбонусы, а именно — НЕУДЕРЖИМЫЙ — вас нельзя удержать в плену или в любом ненормальном состоянии дольше 5 минут. Любые эффекты будут сняты, любые медикаменты выведены, технические средства деактивированы или сняты.

Так-то вот. Но в принципе, мне очень любопытно, а что она собирается делать?

— Эй, Кобра. Зачем ты это вообще делаешь то? Мы тут вроде как не в игрушки уже играем, а спасаем мир. Ты вообще понимаешь, что с тобой будет в Москве за такие шутки?

— Ага. Отлично представляю. Повышение, место заместителя директора Интекса по безопасности. И нет, к моменту выхода из игры ты уже мне ничем угрожать не сможешь. Игорь Александрович подбросит тебе в квартирку наркоты, и труп девушки бомжихи, тщательно тобой выпотрошенный. Наркоман, слетевший с катушек. Не редкость. Как ты думаешь, через сколько тебя просто не будет в нашей корпорации, а?

Я заржал, и ржал долго.

— И что тут смешного?

—Кто, говоришь, подкинет ко мне в квартиру труп? Игорь Александрович Матюхин? Да этот мямля не в состоянии даже в морду человеку дать. Я лично наблюдал, как его в баре на корпоративе чмырил сопляк лет двадцати, а он только багровел и верещал как поросенок.

Она посмотрела на меня с хитрым прищуром.

— Хорошо маскируется, правда? Слушай, прежде чем мы продолжим, расскажи мне одну вещь. Как ты вообще тут оказался? Ты ж обычный сисадмин, ничего выдающегося. И вдруг — крошишь монстров направо и налево, как спецназовец какой-то.

Я сделал вид что немного замялся.

— Ну, вообще-то, я был претендентом на чемпиона арены в Драконах Онлайн, знаешь такую вирт игру?

—Файтинг какой то, с примитивными виртуальными комбезами. Тогда понятно. Когда запахло жаренным, они расковыряли этот факт и заслали тебя в игру, рассчитывая, что геймер с читами справится там. Где проиграл спецназ. Умно. Накачали тебя имба-снарягой, найдя очередной эксплоит, и отправили убивать монстров. Пообещав за это директорское кресло и кучу бабок. Стас, ты ж умный мужик. Ты понимаешь, что директорствовать тебе ровно пока ты не спасешь всех застрявших? А дальше от тебя избавятся.

— Да с чего бы? Всегда нужен внутриигровой контроль, за читерами, за багоюзерами. Я им нужен.

—Ага. Наивняк ты, вот и все.

Таймер отсчета до освобождения показывает 1-55. Еще полторы минуты продержаться, забалтывая ее. Не хочу даже знать. Что именно она изобрела для удержания меня в игре.

— Уууу…это мне говорит человек, который не знает даже, что его ждет вне игры. А почему ты уверена, что тебя так же не сольют твои коллеги?

— Да потому что я работаю не на твоего тупого Игоря, а на самого Ферзева. Знаешь, кто это?

— НУ второй по значимости после Бойкова человек в компании, директор Питерского филиала. Козел, говорят, редкостный.

Она вновь ухмыльнулась. Ситуация явно ее забавляла. Может, и расскажет что-нибудь полезное.

—Угу. Редкостный козел. Который, в отличии от вас, москвичей, уже запустил свою версию игры, и в ней играют люди. Который придумал весь план с застрявшими игроками. Хотя тут конечно помогли еще и сбрендившие ИИ, да. Слушай, может, ты и впрямь нам пригодишься. Такого тупого и везучего найти — это ж фантастика какая-то просто.

00-01…00. Веревочка Странника внезапно просто спадет с моих рук, вызвая этим непередаваемую гамму чувств на лице Александры.

— Что, резко очко жим-жим, непобедимая Кобра?

Она наверняка успела бы что-то сделать, но я банально вдвое быстрее, и у меня доступны навыки. Так что — УСКОРЕНИЕ. Рывок. И я уже фиксирую ее на удушающий. В ответ в мою кисть сначала впиваются ее белоснежные зубы, а вслед за ними — очень острый предмет, похожий на пилку для ногтей, только тонюсенький и заточенный до состояния бритвы. Видимо, это должно было вырубить руку. Вот только я по-прежнему под действием второго флакона Игановского мутагена, и нервные окончания работают не как у людей.

Так что удушающий все еще работает, и тогда Кобра выполняет крайне сложный акробатический трюк — она резким рывком сразу обеими своими руками отводит одну мою, и, вырывая голову из захвата, перекувыркивается в воздухе через меня. Да уж, звание безопасника она носит отнюдь не зря.

Оказавшись за моей спиной, она проводит серию очень быстрых ударов, целясь по почкам и позвоночнику. Наверное, было бы больно, если бы хоть какой-то урон пришёл. Подразмяться что ли?

Не пытаясь даже обернуться, делаю резкую подсечку. Кобра с легкостью уходит от удара, но это было ожидаемо. Рефлексы великая штука, поэтому она реагирует именно так, как я и ожидал — перепрыгивая эту ногу.

Будь мы в реальности, я бы так не смог, но мы то в игре. Подсекавшая нога резко останавливается, и наносит удар в обратную сторону, целясь в нижнюю треть туловища противницы.

Такое лучшие киберспортсмены не могли заблокировать, не то что не слишком уж опытная Александра. А с моей немереной силищей я просто отправил ее в полет к ближайшей стене. Минус тридцать процентов здоровья за удар.

Она явно оглушена, но продолжает бой. Вот только поняв, что в лоб ей меня не одолеть, начинается использование подленького арсенала. Сначала меня бьют отравленным лезвием ножа из мыска ботинка. И не будь я фитоморфом сейчас — уже бы корчился на земле в судорогах.

Когда не сработал яд — в меня выстрелили из смонтированных в рукавах трубочек капсулами с нервнопаралитическим ядом. Когда я невредимый вылез из облака, как чертик из табакерки и прописал ей шквал ударов кулаками в корпус в лучших традициях агента Смита из Матрицы — она сумела под этим градом извернутся и выстрелить в меня из имплантированного в кисть пистолета. Восемь попаданий, при этом два крайне эффективных — она пробила все же броню, и выдала мне две пули в колено.

Все, играть с ней мне резко надоело. Хочешь перестрелки? Будет тебе перестрелка.

Рывок, на этот раз от нее. Причем спиной вперед, чтобы видеть каждое движение Кобры. Она продолжает стрелять в меня из своего встроенного пистолета и дальше, не осознавая, что ли, что мажет?

“Пустынный Орел”? Не, при его мощности я просто убью ее даже стреляя по конечностям. А мне еще поговорить бы пару минут. Импульсная винтовка? Это не пистолет, нет у меня перка, чтобы винтовки без временной задержки в руках возникали. О, а вот же то что надо — 10 мм пистолет под сотый уровень. Кг раз и бронебойность неплохая, и уроне не слишком велик.

Пистолет как по мановению волшебной палочки возникает в правой руке, уже глядя стволом на безопасника-предательницу. Он гулко бахает четыре раза, две пули по коленям, при его калибре это должно ее замедлить, но не убить. Третья пуля в запястье ее правой руки, там явно механизм пистолета вживленного. И четвертая в живот. Почему именно так? А все просто. Кобра уже пару часов как находится в плотном взаимодействии со мной. Так что все эти выстрелы — будут критами. И я смогу какое-то время даже с ней побеседовать, не опасаясь постоянно за свое здоровье.

Не попасть я никак не мог, так что удовлетворённо наблюдаю, как подламываются у противницы колени, разбитые пулями, и как она, ухватившись левой рукой за живот, оседает на камни, зажимая струйку крови на броне.

Неторопливо подхожу, демонстративно убрав пистолет.

— Ну что, несостоявшийся заместитель, вот и все? Задание провалено, осталось героически сдохнуть?

— Поппоооошел ты…гребанный читак. Все равно тебе хана.

—Ну это мы еще посмотрим. Да, кстати. Снаружи тебя никто не ждет с распростертыми объятиями, так-то. Зря вы списали Бойкова со счетов, и зря забыли о его дружбе с Конторой. О том, что твой начальник работает на конкурирующий отдел — узнали еще дней пять реального времени назад. Он запаниковал, и попытался меня устранить, так что и его, и его нукеров я был вынужден своими руками пристрелить у себя дома.

— Гонишь, геймер. Не мог ты завалить никаких ликвидаторов. Наверняка дали тебе охрану. Она каким-то чудом и справилась.

— Охрану они завалили на раз-два, квалификация у нее низковата была. А геймер…ну все равно уже не важно. Позволь представится еще раз. Станислав “Мерлин” Мережковский, бывший капитан ротной разведки, бывший снайпер— наемник бригады “Еlite of the Nord”. Первая Иранская, оба Сибирских восстания и русско-китайский конфликт. Вышел в отставку и легализовался, после чего работал сисадмином десять лет, из них — пять в Интексе. Так что нет, Саша, я как раз мог завалить и твоего шефа, и его банду один. И если мне сейчас приспичит — ты просто умрешь в игре, причем для этого есть два способа. Первый — я накину тебе на руки твою же игрушку, и просто пристрелю. При этом ты не выйдешь. Реснешся или нет — без понятия, никто не проверял кажется. Вариант второй — я вынул из инвентаря, и дал ей внимательно разглядеть дробовик Рокатански. — Вот эта штука гарантированно и без возможности респа убивает любого. И да, я могу ей пользоваться. Но есть и еще один вариант.

Кобра, успевшая считать данные с дробовика, аж побелела. Походу, про эту штуку она знала куда больше, чем должна.

— Невозможно. Ты не можешь владеть оружием НПС. Оно ж не выпадает ни при каких условиях из него. Я знаю, я была в группе, которая эту имбу прописала. Макс Рокатански — практически бог для этой реальности. Его невозможно победить. Никак. Он усиляется тем больше, чем сильнее его враги и чем их больше. За счет везения… и тут она осеклась. — Подожди ка…

— Ага, начало доходить, да? Так вот. Еще один вариант тебе понравится, я подозреваю. Ты ведь помнишь, что болевые ощущения выкручены на сто процентов без возможности уменьшения, да? Так вот. Я сейчас вколю тебе стимпак, чтобы ты не сдохла. И, если ты не расскажешь мне все, что я хочу знать, для начала раздроблю тебе молотом обе ступни. Потом колени. Потом кисти, потом локти. После каждой травмы я буду вкалывать в тебя новые и новые стимпаки, чтобы хиты всегда оставались полными, и ты не смогла сбежать, сдохнув. Потом просто начну тебя потрошить. Если все это не поможет, я тебя вот в таком виде, изуродованную, просто пристрелю. И ты вылетишь из капсулы. Ощущения свои представляешь? А у тебя там нет реанимационной бригады наготове, так что есть шансы просто загнуться от болевого шока. Как тебе такой вариант?

По мере моего монолога она все больше бледнела, и все больше с лица сходило выражения — “я тут крутая, а ты говно”. Под конец там даже появилась какая-то попытка скорчить жалобность. А дальше она просто сдалась. Эх, великая штука социальные навыки, прокачка противника с визуальным отображением степени его реакции и возможность запугать.

— Ладно, сволочь, твоя взяла. Что ты хочешь знать? Я готова на сотрудничество, если вы мне обещаете сохранить жизнь и свободу.

— Жизнь обещаю, свободу — все зависит от того, что ты мне расскажешь сейчас. Учти, все идет под запись, так что потом отказаться не выйдет. Итак. Я хочу знать — кто организатор, кто куратор, и кто исполнители, поименно, этой аферы с дискредитацией московского отдела Интекс. Далее — мне нужен четкий расклад по твоему плану тут. И последнее — мне нужны координаты последнего схрона с задержанным там Лексом Павловым. Ах да, и бонусом — как вернуть функциональность моего доспеха, он чертовски мне нравится.

Она тяжело вздохнула.

—Может, тогда дашь мне стимпак все же? Я вряд ли успею рассказать все раньше, чем истеку кровью.

— Обязательно. Вот только небольшая предосторожность.

Я подобрал с пола и швырнул ей Путы Странника.

— Нацепляй и завязывай. Так мы оба будем спокойны. Я — что ты не применишь какую-либо скрытую способность, пытаясь меня прикончить. А ты — что я не пущу тебе пулю в колено, например, когда ты попробуешь почесаться.

Сморщилась как от пожирания половинки лимона без сахара и с кожурой, но нацепила. Хорошо на нее детализированное описание пыток подействовало. Я проверил веревочку, затянул на всякий случай покрепче — черт ее знает, как это работает. Никаких системных подсказок, это просто Путы.

Вкалываю стимпак этой заразе, после чего сажусь на бетонную глыбу, лежащую очень удачно рядом с Коброй, и готовлюсь внимать.

— Так. С чего начать. В общем, двенадцать лет назад Лекс придумал для военных тренажер в виртуальном мире, позволяющий переносить опыт применения неких спецсредств в реальный мир, причем не для российских, это был заказ какого-то международного спецназа. А потом его взяли за жопу твои любимые ФСБшники, и заставили разработать еще один аналог. Вот тогда об этой штуке и узнали Бойков с Ферзевым, и разработали интересный коммерческий проект. Но для его запуска было нужно много чего, поэтому идею отложили в долгий ящик, и снова задумались над ней два года назад, когда Лекс Павлов всплыл внезапно на должности главного инженера Интекс.

Глава 6

Кобра прокашлялась и продолжила:

Так вот, когда Лекс был назначен главным инженером, он сразу же развел кипучую деятельность. Были закуплены за неимоверные деньги два гигантских ЦОД, полностью только под деятельность Системы. Почти четыре сотни прогеров что-то делали, верстали и страшно матерились следующие пятнадцать месяцев. И вот всего то через пятнадцать месяцев для закрытого альфа-тестирования была запущена первая игра, Рияд.

Все, кто побывал там, прямо-таки ссались кипятком от восторга. Полное присутствие, нелинейный сюжет, свободный мир, никаких ограничений типа локация не вашего уровня или поэтапной прокачки через тупые задания “убей 10 крыс, убей 10 убер крыс, убей крысиного короля”, НПС как живые.

И вот тут-то Бойков первый раз взбрыкнул. Используя свои связи с ФСБ, устроил обыск в офисе Северного отделения, затормозил работы, чуть ли не опечатал тамошний ЦОД. Возможно, ты не в курсе, но первоначально он настаивал на запуске именно Эртаны первой.

Как итог — он даже разругался с акционерами в хлам по этому поводу. В итоге им с Ферзевым дали абсолютно идентичные мощности и сказали запускать оба проекта параллельно. Чей результат через шесть месяцев после старта игры будет лучше — тот и станеn генеральным директором всего проекта “Виртуальность — это Реально”, а второй займет место его заместителя.

С этого момента конкуренция между этими двумя стала напоминать скорее войну. У Ферзева было немало завязок среди криминалитета обеих столиц, у Бойкова — вояки и ФСБ.

Меня командировали в московский офис за год до начала конфронтации, с целью внедрения и контроля деятельности отдела разработки. НУ как чего изобретут и сдадут конкурентам. Потом переориентировали на работу против Бойкова.

В общем то, даже без всей этой мистики я бы, наверное, сумела сорвать запуск игры, но мистика все же случилась. А началась она крайне банально — во время очередного рабочего дня, посвященного тестированию чертовой Эртаны.

Я находилась как раз на прохождении одного из игровых этапов, мочила какого-то босса в виде танка-трансформера, короче ничего особенного. И тут явился прямо со стороны этого самого босса он, тот, кого ты знаешь, как Странника. Уже в том же идиотском плаще. С большим рюкзаком за плечами и какой-то палкой в руках.

Фишка была в том, что я находилась в игре не просто из капсулы, а с правами глобального админа и с возможностью правки механик игры через интерфейс виртуализации — короче я руками подкручиваю шкалы, а в кластерах кода меняться громадные блоки данных. Кстати, этот модуль, написанный ребятами Ферзева если что и нагло скопипищенный твоим начальством — использовался без любого согласования с разработчиками.

Так вот, в этом режиме я видела и любые программные изменения вокруг себя. А Странника — не видела. То есть образ был, но в игре он отсутствовал как объект. И то было первой странностью. А второй — то что от его удара, который система тоже не видела, босс развалился на две половинки, и просто растворился в коде игры, как будто его и не существовало никогда.

Аномалия, по-другому это назвать нельзя, спокойно подошла ко мне и присела на краешек торчащего из-под песка разбитого грузовика, крайне внимательно разглядывая меня.

— Привет, Кобра. Меня зовут Странник. И я пришел сделать тебе предложение, от которого ты не можешь отказаться.

Честно говоря, я сочла, что он или баг, или шутка программеров, каким-то образом внедривших пугалку специально для меня в этот блок кода. Вот только дальше чертов урод продемонстрировал мне то, что в голове не укладывалось. Непостижимым образом оказавшись рядом, он накинул мне на руки точно такую же веревочку, как вот эта. — она кивнула на связывающий ее запястья артефакт.

Отключение интерфейса и невозможность немедленно выйти из игры чуть не вызвали у Александры истерику, но она сумела подавить инстинктивный страх и решила подождать и возможно понять, чего же хочет этот, это странное …нечто.

Проведя подобным образом демонстрацию своих возможностей, Странник снял с Кобры свои путы. И предложил теперь побеседовать серьезно и спокойно.

Предложение его было очень простыми крайне заманчивым.. Ему нужно было захватить и задержать в игровом мире нескольких людей. Мотивацию свою он объяснять отказался, сказал лишь что это крайне важно для него. Кто будут эти люди — не важно, но за ними должны были прислать спасателей. Ее, Кобры, задача была проста — привести нужных людей в нужное место и помочь людям Странника с захватом. Для нее это возможность полного срыва планов Бойко по запуску игровой вселенной.

Странник гарантировал, что никто из людей никуда не вырвется и не сможет выйти, а после истечения времени — просто умрут. В дополнение к этому на счет кобры в реальном мире должна была упасть немалая сумма денег, причем не на тот счет, который в банке для зарплаты, а на тот, что неизвестен никому и где копятся деньги для переезда в домик у моря, с шезлонгом и прочими мелкими радостями жизни.

Единственным не понравившимся ей условием было то, что до определённого момента она должна оставаться в игре, имитируя захват вместе со всей группой.

Выйдя из капсулы, она крепко задумалась. Бред ситуация напоминала до безобразия, но вот же, доказательство. Когда она вышла из игры, у нее светилось окошечко сообщения с выпиской с банковского счета. Того самого, неофициального. Присланное с почты, где отправитель числится как “непознаваемый адрес”. Так что шуткой это точно не было.

Подумав целый вечер, Александра все же связалась со своим руководством, и сообщила, что есть вероятность подложить офигенную свинью москвичам.

А уже у непосредственно самого Ферзева возник крутой план, как и московских коллег усрать по самое не балуйся, и Бойкова сковырнуть — если в игре не обычный сотрудник пропадет, а сам разработчик — то его московский конкурент точно сядет в глубочайшую лужу, и тут уже дружки не отмажут. Нужно было просто напросто затянуть в игру не абы кого, а самого создателя виртуального движка, Лекса. По большому счету, Ферзеву он был вообще уже не нужен — с внесением мелких исправлений и патчами справятся и рядовые программисты. К тому же Павлов очень сильно мешал. Он сумел так хитро заключить контракт, что любое некосметическое изменение игрового мира требовало его визы. И ни в какую не соглашался на жесткую донат-систему, которую хотел вводить руководитель Северного филиала. Так что убрать его было и финансово и репутационно выгодно.

А для этого нужно всего то было перед запуском альфы предложить ему прогуляться по виртуальному миру и запереть его там. Фигня какая.

Вот только Лекс уже давно лично никуда не ходил, предпочитая посылать максимум дрона с камерой, через которую он наблюдал и мог принимать участие в действиях и диалоге. Еще пять лет назад прогрессирующие проблемы с позвоночником практически посадили его в инвалидное кресло, сейчас он полностью был лишен возможности передвигаться, и врачи давали ему максимум два года жизни. Так что все время он тратил на разработку и улучшение своего детища — Системы, не расходуя напрасно ни единой минуты. Но эту проблему Ферзев брал на себя, был у него какой-то способ убедить разработчика войти в игру, но раскрывать его он не собирался.

В назначенное время вся группа без осложнений залогинилась в заранее подготовленных персонажей, все они уже не раз побывали в мирре Эртаны, и проблем не предполагали. Созданный для тестирования возможностей объединения игроков в будущем, клан Модераторы располагал на своих складах горами добытой и созданной экипировки, так что все вооружились по последнему слову местной техники — им предстояло протестировать сверхновый данж, созданный неделю назад как кульминацию той самой “сверхсложной” стартовой линейки для игроков.

По началу все шло штатно, группа без проблем преодолела сопротивление НПС, прошла три уровня заброшенного военного склада в пустыне, а потом собственно и началось то, ради чего Странник затеял эту историю. Сначала группу окружили д’хисы, о которых никто из разработчиков даже слышать не слышал. Они легко подавили волю всех игроков, кроме Кобры и внезапно Павлова после чего вошли сразу три босса — Херсон, Лютерано и Гектор.

Даже все вчетвером они с трудом справились с нейтрализацией Лекса, создавшего себе действительно очень сильного аватара. Но именно на такой случай их наниматель вручил Херсону еще одну странную вещь, навроде Пут. Называлось это “амборизия”, и представляло собой распыляемый флакончик вещества с резким цветочным запахом. Совсем даже это не смогло вырубить рассвирепевшего главного разработчика, но замедлило настолько, что Гектор смог его схватить руками, а Кобра — накинула Путы Странника.

Отдышавшись после победы, они разобрали себе пленников. Гектору досталась группа из четырех военных, включая Александру-Кобру, имевшую странный статус не то помощника, не то союзника. Херсон забрал Лекса Павлова, не слушая возражений коллег, и Лютерано оставалось лишь забрать себе двоих инженеров.

И во время боя, и после него наша героиня очень внимательно разглядывала троицу рейдерских боссов, и была крайне удивлена их поведением. Так себя могли бы вести игроки, а не НПС — они переругивались, почесывались, ворчали и ходили отлить абсолютно как живые люди. Ни малейших признаков скриптового поведения. Кобре это еще тогда показалось странным, а дальше она только укрепилась в подозрениях, что что-то тут не чисто.

А потом было полтора месяца скуки. Военных Гектор скормил одного за другим своему киберпсу, после чего их тела куда-то исчезли. На Кобру Гектор поглядывал все более плотоядно, видимо прикидывая в голове некий план. Его останавливало лишь то, что она была не связана Путами, и при гибели могла возродится, устроив лишние проблемы. Ну и кроме того, ее исчезновение не устроило бы странника.

А пару недель назад они узнали, скорее случайно, о том, что операция пошла не по плану. Сначала Гектор ворвался в ярости к Кобре, и долго орал, угрожая ей расправой, что она их предала и вызвала сюда гребанный спецназ. Если бы не строжайший приказ Странника и не требование того же от Виктора, переданное через д’хисов, скорее всего Кобру бы там и прикончили.

Ну и после этого все завертелось и понеслось галопом. Гектор спешно собрал огромную армию и тремя волнами отправил ее в атаку на соседнюю область, где неизвестный игрок успешно разгромил Гектора и освободил двоих инженеров. Сама Кобра больше всего беспокоилась, что те немедленно доложат о ее участии в захвате, и ее выдернут из виртуала. Но, похоже, что та парочка не запомнила в суматохе, кто именно атаковал их группу.

Тем временем пафосно названная “Армией Свободы”, бандитско-рейдерская группировка Гектора нарвалась на границе Галерской области на кого то, кто с легкостью уничтожил практически треть боевых машин, включая сверхтяжелый танк. Правитель Иберии впал сначала в ярость, а потом, по мере получения информации, в панику.

И вот в тот момент с Коброй вновь связался Странник. И предложил ей новый план, по которому она и действовала сегодня.

Так. То есть эта сволочь таки играет теперь против меня, хоть и не в открытую. Хм. А не пора ли мне его навестить, а? Кажется, кто то задолжал мне как минимум автомобильчик. И ответы на десяток вопросов, основным из которых будет — за ким чертом он устроил эти тараканьи бега.

Картина мира все больше складывалась у меня в голове, хоть и имела явно очень неприятное послевкусие. Мне не просто использовали, меня цинично вели по рельсам с самой первой секунды появления в этом игровом мире. Более того, похоже, что меня целенаправленно в него заманили, заставили прокачаться, потом убить всю троицу кадавров и в финале что…? Ставлю свой комплект брони против ржавого ножа — в финале мне не вручат золотую статуэтку, а попытаются или прикончить, или запереть в игровом мире. И вряд ли это будут делать стандартными простыми способами, подразумевающими для меня респ и очухивание в капсуле.

Что же касалось сидящей передо мной дамы, то ее произвище очень сильно отражало ее внутреннюю сущность. У меня честно говря чесались руки просто прибить ее, но … текст контракта подразумевал возвращение ВСЕХ сотрудников, и никак иначе. Что ж с ней сделать то, а?

Проблема была в том, что я уже четвертый раз писал письмо в техподдержку, Бойкову, да много куда наружу. Но ни на одно из них не пришло никакого ответа. И вообще возникало ощущение, что им там снаружи не до меня. А возможности выйти из игры и выяснить все это — у меня просто не было сейчас. Потеря часа на респ — это восемь часов здесь. И меня отбросит обратно в Тарент. Мне конечно туда надо, но терять несколько миллионов опыта ради быстрого перемещения нет смысла. Да и прежде чем ехать туда, надо разобраться сначала с ремонтом моей брони, с этими двумя организаторами все подставы, и порешать вопрос с преемственностью власти. Мне правление Иберией вообще не всралось, но и просто нажать кнопочку отказаться не выйдет, тут разразится кровавая баня между НПС, и все они страшно будут мешать мне выполнять задание, в лучшем случае стараясь переманить на свою сторону. А в худшем — убить. Чтобы не переманили конкуренты. Да и логово Херсона все равно надо еще найти, а для этого нужна информация. У меня родилась идея, как именно это можно сделать. Ведь о д’хисах точно кто нить тут знает, а где д’хисы — там и Херсон будет, как-то так. Да. Тогда план таков -эту злыдню беру с собой, в Путах понятное дело, чтобы не слиняла. И отправляюсь сначала побеседовать со сладкой парочкой мафиозо, что сейчас замолчали там, за обваленной грудой камней и ждут, не прикончила ли Кобра меня. Зуб даю, все они знали и помалкивали. Но доказать — не смогу никогда.

— Так. О мой ценный груз, тебе не повезло. Теперь я буду таскать тебя с собой, пока не доберусь до Лекса. Где-то там же будет ошиваться твой Странник, так что смогу проверить те сказки, что тут услышал, все равно у меня к нему дело важное есть. Отправить тебя сейчас в реальный мир — я никогда уже не узнаю правды, никто не расскажет ее просто-напросто. Так что в твоих интересах рассказать мне, как вернуть функциональность моей броне. Иначе — вон за той стеночкой целая толпа неизвестно что себе думающих местных мафиози. А ты как была в Путах Странника, так в них и останешься, это надеюсь понятно. Как и то, что умрешь здесь в таком виде— умрешь и там. Это если что до тебя один человек проверил, Игорь Синельников. Убитый в игре — он умер и в реальном мире, капсула просто убила его электротоком.

— Эм… ну в общем. Никак ты его не починишь. Я запустила аварийную остановку генератора, тебе нужен новый. И вывела из строя питание от аккума, выплеснув туда флакон кислоты. Если б даже ты сразу полез, то пришлось бы менять контактные группы. А так — боюсь, это теперь бесполезная груда очень дорогого металла.

Клянусь, мне захотелось ее придушить. Видимо, на моем лице это отразилось сразу же, так как Кобра занервничала.

— Слушай, а верни мне на секунду интерфейс, я тебе переведу все деньги что есть на этом персонаже, там много. Купишь себе еще один такой.

— Кобра, знаешь, что такое — УНИКАЛЬНОЕ снаряжение? Этот чертов доспех был в единственном экземпляре, и второй такой я не куплю. А тот, который я носил до него, сильно ослабленная версия космического скафандра, я продал барыгами знаешь что? Они выставили его у меня на глазах за шестнадцать миллионов кредитов. У тебя ТОЧНО есть такая сумма на счетах? Слушай, а может мне просто продать тебя им, а? Куча запчастей Первого, в живой упаковке. Наверняка кто нить прикупит себе для гарема, например. Или на опыты, у них тут очень любят такое. Ну и что, что ты сдохнешь через восемь игровых дней? Меня тут уже не будет. Если я спасу к этому моменту Лекса — то мне простят тебя. А если не спасу — то и пофиг, два раза не уволят.

— Эй, эй, ты же не такой. Тебе подошли доспехи Рокатански, а значит — ты в душе герой.

— Боюсь, тебе немного наврали. Я просто их одел, и там только штрафы к статусу есть за неправедные дела. В данный момент баланс праведных дел у меня положителен, так что одна продажа раба — не изменит его критично.

Глава 7

Ладно, пугай эту дуру, не пугай, ничего из этого путного все равно не выйдет. Проблему снаряги придется решать, а пока что затрофею что-то из более-менее целых обычных экзоскелетов с этих элитных воинов.

Но в общем и тут поджидала меня большая птичка обломинго. После стрельбы из Бредлага от экзоскелетов этих бойцов остались рожки да ножки. В прямом смысле. Ни одного целого шлема, ни одной целой грудной пластины. Непарные руки, ноги и все…

Так. Похоже, ничего не остается кроме того, как купить обратно свою броню. Ценник будет конечно конский, но в ней такой же точно источник питания, как в “Хускарле”, просто послабее.

М-да, однако предо мной еще одна проблема. Завал. И завал впечатляющий, без экзоскелета мне его просто не разобрать. Ну вернее, как. Разобрать. За неделю примерно. Увы, но недели у меня нет. Нет даже лишних пяти-шести часов. Значит нужно искать выход.

И этот самый выход был у меня перед глазами, но уж больно стремный. Состав. Засыпанный каменными глыбами, состав все же не расплющился, он просто стоял на рельсах, как бы предлагая — пройди сквозь меня, ведь я — бронепоезд, я выдержу и не такое.

Чертовски не люблю я такие штуки. Это еще не клаустрофобия, но чертовски близко к ней. У меня было достаточно инженерных знаний для того, чтобы понять, что малейший сдвиг камней или же ослабленный корпус, просевший на пару миллиметров, и все. Бронепоезд сложится как карточный домик.

Выбора правда все равно нет, даже если меня тут раздавит — это лучше, чем застрять на неделю в этом тоннеле. Подняв не слишком вежливо Кобру с камней, я потащил ее с собой. Увидев хищный и узкий зев входа в неосвещенный бронепоезд, она попыталась заартачится. Но моментально сникла, когда я ей напомнил, КТО виноват в том, что сейчас невозможно за час-полтора раскидать несколько тонн преграждающих нам путь булыжников.

Вспомнив кое-что, я быстро вернулся к брошенной броне и закинул ее вместе с пушкой обратно в инвентарь. В выведенном из строя виде снаряга потеряла опцию персональной. И теперь ее мог украсть любой желающий.

Сначала мы прошли последний, технический вагон. В нем громоздились тюки с запчастями, включая даже сменные колеса, лежал запас аккумов на случай выхода из строя контактной сети и даже запасной центральный генератор, позволяющий при движении заряжать эти самые аккумы.

Следующим был вагон, который должен сыграть роль ловушки — с ЭМИ-излучателем, и теоретически — с кучей ловушек. Но так как именно в нем во время движения прятался Гектор-то сейчас все ловушки были дезактивированы.

Закрепленный на станине эми-эммитер меня крайне заинтересовал. Компактная модель, причем он не генерирует просто шар грубо говоря. Он весьма узкофокусно направленный, цепляет перед собой примерно пятнадцатиградусную область. Оснащен сменным аккумом, защищенным по последнему слову техники. Вообще, классная и полезная вещь. Пихаю в инвентарь, и получаю предупреждение от Системы.

Ваш инвентарь переполнен. Выложите что то, иначе вы получите пятипроцентный штраф к скорости передвижения.

Все, вроде бы как тут больше ничего полезного. Двигаемся дальше, следующий вагон — это помещение, в котором везли охрану. И тут то мне наконец улыбается удача. Бойцы располагались на специальных сидениях, закрепленных к стенам, а их снаряга — в ногах, в специальном рундуке. И во время первоначальной атаки двоих из элитных преторианцев Гектора все же достало взрывами. Одного убило вонзившейся и пробившей стену балкой, второго — оторвавшейся от стены вагона и раздавившей ему грудную клетку тяжелой стальной плитой. К сожалению, плита заодно завалила и его рундук, так что без сверх усилий я бы не смог ее сдвинуть. А вот второй рундук стоял абсолютно целым. И, сдвинув его крышку, я обрадовался до усрачки — там лежал в том числе стандартный экзоскелет. Который немедленно перекочевал на мои плечи, вместе с плазменной пушкой своего бывшего хозяина.

Да, не шик-блеск как космический штурмовой скафандр, но куда лучше, чем только в броне Рокатански рассекать. Бонус в + 2 к силе, семь сотен брони. Никаких бонусных плюшек типа встраиваемого оружия в нем не предусмотрено. Но это то как раз понятно— массовое производство, снаряжение армейское для типового бойца.

Плазменная пушка тоже порадовала. Она была как раз под мой сто десятый уровень, и имела впечатляющий урон, бронепрожигание семьсот, еще и в дополнение к шестиста пятидесяти урона, и ее урон считался полностью термическим. А от него традиционно у большинства целей была защита пониже.

Все, я вновь нормально вооружен. Не топово, но так мне если что и воевать не с эпическим монстром сейчас, а максимум с бандитами. Кстати о бандитах. Я кажется придумал, как мне сэкономить на покупке своего экспедиционного скафандра обратно. Но посмотрим, как меня встретят на выходе. Могут ведь и попытаться ликвидировать, и эту вероятность я рассматриваю как ненулевую. Увидев меня живым. Но с покоцанной снарягой и рассчитывая, что я истрепан и у меня откат навыков — они могут рискнуть напасть. Оба или кто-то один. И я ставлю на Джеймса, у него в принципе ко мне небольшой такой зуб. Но посмотрим. Если он на меня нападет — то я просто ограблю его чертов магазин с рыбой. Все не увезу, но постараюсь.

Тем временем мы добрались до головного вагона, за ним нас ждал собственно только сам поезд. Я вообще так и не понял назначения этого элемента состава, пока мы в него не вошли. А ларчик открывался просто. Это была передвижная платформа, набитая турелями. Открыться она не смогла из-за того, что ее стены до половины завалило камнями, а вот активные пушки нас тут ждали, и было их овердофига на квадратный метр.

Первые орудия только начали разворот, когда я отшвырнул Кобру в глубину предыдущего вагона, и ринулся вперед, в ближний бой. Всем хороша такая плотность пушек, вот только стрелять в цель внутри состава они ну никак не предназначены. Поэтому я легко крутился между них, и крушил своим молотом СВЕРХТЯЖЕЛЫЕ Плазменные Турели 120 уровня и их лазерный аналог 130 уровня. Да, пару раз меня зацепило лазерными лучами, но это было вскользь или же не успевало зафокусится и пробить экзоскелет.

На накопление заряда ульты потребовалось около двух минут, после чего я добил оставшиеся в помещении пушки одним любимым ударом. В замкнутом пространстве это выглядело и красиво и куда более зрелищно. Обычно зона сплошного поражения разрасталась в огромном пространстве, создавая эдакий молниевый шар. А в ограниченном стальными стенами вагоне сначала получился эдакий полностью заполненный молниями прямоугольник, где заряды перескакивали с цели на цель, у которого медленно, как в слоу-мо, поплыли, распадаясь на атомы, стены, и прямоугольник начал вырываться наружу, разрушая все вокруг себя и вытягиваясь в уже привычный шар, и наконец он лопнул, выбросив протуберанец электрического разряда к стоящему впереди локомотиву и сплавив тот в стальную болванку, которая теперь остывала, потрескивая.

Собственно, путь наружу был открыт — чего я и добивался в действительности, применяя ульра-заряд. А еще — психологический эффект, когда выходит герой, весь такой в ореоле молний. И говорит вам:

— Здорово, ребята, мы с вами все — большие молодцы. Самый большой молодец я, который прикончил Гектора. Но вы тоже ничего, дали мне время убить всех его преторианцев.

А там стоит толпа с отвисшими пачками, и пырится на это все огромными круглыми глазами.

А герой тем временем вспоминает что то, и спешно скрывается в соседнем вагоне. Где ушлая Кобра, не дожидаясь возвращения злобного Воина Дорог, уже давно сняла с рук чертовы Путы Странника, и ее, естественно, и след простыл. И вот кто ты после этого. Мерлин? И-ди-от ты после этого. НУ вернее был бы идиот, если б рассчитывал только на неизвестные действия артефакт. О существовании микрозарядов взрывчатки эта безопасница понятия не имеет. Как и о том, что такой заряд можно быстро и просто закрепить где угодно, в том числе — на стягивающих волосы заколочках. Что ж, Кобра. Увидимся в реале. Надеюсь, тебе будет ОЧЕНЬ плохо при пробуждении.

Выбираю в интерфейсе активацию модуля и…да ничего и. Она слишком далеко, а модуль маленький. В нем всего то небольшой заряд взрывчатки, примерно, как в тяжелой плазме. Но чтобы снести башку — его достаточно. Что и подтверждает прилетевший системный лог.

Вы убили игрока. Вы получили уникальное достижение — Первая кровь — урон по игрокам возрастает на тридцать процентов, шансы на выпадение добычи увеличиваются на один процент.

Я уже развернулся уходить, когда воздух возле тела Гектора замерцал, и прямо из него вывались слегка дезориентированная … Кобра. Это что-такое-то???

Терять времени я не стал, подскочил к ней ускорением, надеясь успеть вырубить до того, как она придет в себя, но моментально нарвался на мощную атаку сразу двумя ногами в голову, и повалился на землю, а девушка, не теряя инициативы, тут же перешла в атаку. Удар каблуком я смог только заблочить, и тут же за ним “ножницами” удар второй ногой в живот, и уже смотрит мне в голову ее могучий пистолет, ноо… удар тела Макса мгновенно ее сносит с меня, а подняться шансов уже нет — я прогибом подскакиваю и , подбежав на три шага, простым футбольным ударом “пыром” наношу ей отключающий пинок в висок, и немедленно сматываю руки Путами Странника. Вот только не теми, что были на ней до этого, а другой веревочкой, снятой с предыдущей парочки освобожденных.

— Макс, покарауль ее, а? Что-то я очкую, не может так гладко вся история закончится.

Пес согласно кивает, и садится рядом с телом.

Так, ну и ладушки, пойдем решать текущие проблемы. А то эффект от появления совсем на нет сойдет.

Выхожу значит я такой, весь в белом, а на меня смотрят три десятка стволов. Угу. Кто бы мог подумать, такого никогда не было и вот опять…

— Мерлин! Ты все-таки умудрился выжить? Я поражен до глубины души! — с этими словами и фальшивой улыбочкой ко мне вышел Джеймс. От того, задрипанного продавца в магазине он сейчас крайне отличался. Навороченный экзоскелет, с установленными аж двумя тяжёлыми плазменными инсераторами, легендарный пистолет— пулемет. Крутизна прям нереальная. При этом видно –меня по-прежнему боится до усеру, и сейчас сам себя накачивает, чтобы начать драку.

— Однако у нас с тобой осталось небольшое незавершенное дело — ты угрожал мне в моем же магазине, а правила в такой ситуации гласят — наказание лишь одно — смерть. Так что ничего лично, только выполнение правил.

Да уж, ко всему ты подготовился, урод. Интересно, а к этому ты готов был?

УСКОРЕНИЕ. РЫВОК. Удар. Удар наношу даже не молотом, а топором Мститель. Удар сразу двумя руками, еще и нацеленный точно в самое дорогое — в пах. Напомню тем, кто забыл вдруг — Мститель игнорирует ЛЮБУЮ броню цели. В том числе — силовое поле. А с моими хоть и всего то восьмью силы я прорубил уму экзоскелет насквозь, и, даже не задерживаясь, нанес крит в пах. Он взвыл переходящим в фальцет голосом, и, вместо того, чтобы пытаться испепелить меня, ухватился руками за щель в доспехе, из которой хлынула кровь. Ну, а мне того и надо было, и , прежде чем дядя успел вообще, что-либо осознать, таким же точным ударом срубил ему голову с плеч.

— ЧТО УБИЛ-ТО ТВОЕ! — Реву я в экстазе победы. И тут вспоминаю про тех самых тридцатерых с пушками, глядящих на меня. А ну как решат сейчас, что у них шансы есть?

Но нет, парни оказались на удивление неинициативными. Они дружно опустили орудия и припали на одно колено передо мной, признавая мое главенство в их банде. Вот дела, а….

Глава 8

От АВТОРА — это — затравка, чтобы не думали что я забил. Прямо сейчас сижу, пытаюсь писать. Сегодня будет эта глава, часам к 3-4 допишу, грамматику постараюсь проверить и выложу. Завтра — завтрашняя, тоже к вечеру, и к пятнице вернусь в график.

Хм, а эти ребятам мне сейчас очень даже пригодятся.

— Эй, орлы! Кто знает, где сейчас находится господин Гилдор?

— Да, шеф, он свалил вместе со своими людьми, как только узнал, что Джейсон задумал бросить вам вызов. Полагаю, что они отправились или на свою базу, или добивать “байкеров”, те оказались на удивление неплохо вооружены, так что клана Чинов в городе больше почти что и нет. — скороговоркой ответил мне мужик в красной бандане и какой-то фееричной металлической броне с шипами, состоящей из частей нескольких других, разобранных на детали и даже не окрашенных в единый цвет. Над ним висела табличка с именем — Хуан Родригес, уровень 148. Ну и внешность была вполне...хуановая — эспаньолка, черный хвост, роскошные очки и массивные перстни на руках, конечно же золотые.

— Так. А ты, полагаю, знаешь, где и та, и другая базы?

—Конечно.

-Отлично, Хуан. Поехали дальше. Как попасть в бункер Джейсона, кто нить в курсе?

Понуренные лица и головы.

— Шеф, тут такое дело. Этот его бункер — какое-то строение первых, типа радиорубки что ли. И у Джейсона была ключ карточка, которая это и открывала. Вот только она была невыпадающая, и не передающаяся. Так что не добудете вы там ничего.

— Ну это мы еще посмотрим.

Осматриваю свое воинство. Ну в общем да, банда и есть банда. Десяток обычных парней. В различных элементах брони, полного набора нет ни у кого. Еще трое — здоровяки, явно мутанты. У этих — тяжёлые бронежилеты и внезапно ПП Томпсона, он же Томми-Ган. Черт, какой приятный привет из Фаллаута! И оставшиеся двое — явные близнецы, в накидках с каким-то подобием маскировочного узора, в кожаной броне и с длинноствольными винтовками .50 калибра — за снайперов. Остальная банда была вооружена крайне разношерстно, при этом — ничего сверхнавроченного. Такое ощущение, что их специально выбрали как расходный материал, которой не жалко.

Пока рассматривал их, сформировал в голове план, и вроде бы даже неплохой как мне кажется. Отправляем парочку снайперов для скрытого наблюдения за базой Гилдора, остальную бригаду кроме троих здоровяков — к базе байкеров. Особой боевой силой они не выглядят, так что никто не подорвется в панике в ружье, если их там засекут.

Снайпера должны точно выяснить, есть ли на базе сам главный посредник, он мне крайне нужен. Если есть — передать ему рацию для связи со мной, и на этом все. Если нет — ждать дальнейших команд. Банда возле базы байкеров должна глянуть. Не идет ли штурм, если идет — добраться до главного и передать рацию, после чего дождаться команды от меня. По результатам переговоров они или присоединяются к атакующим, или же отходят к снайперам. А троица здоровяков сопровождает меня, я так солиднее смотреться буду.

Изложив все это бойцам, я определил Хуана как старшего в группе “хуанов”, состроил частоты радиосвязи своего скафандра с рациями группы, и, призвав машинку, отправил троицу здоровяков назад вместе с все это время молчавшей Коброй на заднее сидение, сам же с Максом сел спереди. Макс снова взял на себя контроль вооружения, я за руль.

Выехав с вокзала, мы в первую очередь заметили, насколько напряженная обстановка в городе. Большинство магазинчиков закрыто, на улице только вооруженные группки граждан, и никаких там тебе бандитов, шарящихся вокруг и понтующихся друг перед другом.

Да, время перемен — неприятный период. А ведь они еще не в курсе, что скорее всего этому месту предстоит выдержать штурм танковой бригадой. Не думаю, что генерал, отказавшийся признать мои права, так просто забьет на столицу. А, впрочем, мне все равно, для этого тут будет сидеть наместник.

Не смотря на все эти тревожные признаки, до магазина … хм…а владелец то теперь я, забавно, мы добрались без приключений. Видимо, лазерная турель с гигаватным излучателем, моментально нацеливающаяся на любую потенциальную угрозу, и квадратные лица братьев-шкафоидов, сидящих на заднем сидении, отбивали любое желание связываться с нами.

Что ж. Вот она дверь в бункер, а вот и кодовая панель. Отдаю команду шкафам покараулить снаружи, и они, синхронно кивнув, занимают позиции у дверей. Сам же, вместе с Коброй, остаюсь в помещении.

— Так. Девица-краса, скажи мне, вот чем ты можешь еще быть мне полезна? В данный момент я точно знаю, что ты — предатель, знаю на кого ты работаешь, у тебя нет ничего, чем можно было бы купить меня. Так что предложи мне что нить интересное, иначе я избавлюсь от тебя крайне оригинальным способом. И тебе он не понравится, обещаю.

Вновь фирменный “презрительный взгляд” Александры.

— Знаешь, парень. ТЫ мне уже надоел. Игра была смешная, но утомила. Ну вот что ты мне можешь сделать? Убьешь меня? Ок, я выйду из игры и сбегу от вас. Изнасилуешь? Мне все равно, это аватар цифровой.

— О нет. Но вновь напоминаю. Уровень боли при возвращении из аватара в тело — сто процентов. Так что я ведь могу сделать проще. Вот перед нами — схрон, открыть который здесь сможет от силы четыре человека, и трое из них в моей команде А ты в этих наручниках лишен возможности взаимодействия с чем-либо. Так что я просто оставлю тебя тут. Связанной. В обесточенном экзоскелете, к которому подключится только система жизнеобеспечения. И скажем кислотной бомбой, с таймером. За часик до времени гибели твоего мозга от длительного пребывания в вирте бомба активируется. Для начала сожжёт тебе лицо, глаза, губы. Потом — растворит путы, вместе с мышцами рук, пальцев, потом прольется ниже. Но при том ты — в экзоскелете. Обесточенном. Выйти ты не сможешь, и медленно растворишься, а потом конечно же умрешь, когда кислота растворит тебя, открывая себе путь к внутренним органам. И, закончив свой местный путь максимально болезненным и неприятным способом, окажешься выброшена в реальный мир, где получишь почти весь спектр этих ощущений. Когда меня убило из пятидесятого калибра, оторвав мне половину тела — меня реанимационная бригада вытаскивала. Подозреваю, что тебя вырубит еще часиков на пять. Как минимум. За это время информация о твоем освобождении дойдет до кого надо, вместе с моим письмом, в котором прикреплено видео твоих признаний. Так как, все еще не страшно?

Мой план, кажется, не слишком понравился Кобре. Она задумалась. За то время, которое ей требовалось на раздумья, я успел вскрыть склад, благо моего статуса было более чем достаточно для разблокировки любых схронов Первых.

Внутри было…откровенно пустовато. Да, крупногабарит типа экзоскафандра, роботов стоял на месте. А вот мелкой стрелковки практически не оставалось — самые простые образцы. Но я-то сюда явился вполне за конкретной вещью. Так, вот только что делать то, я ж не инженер совсем не разу…

Макс посмотрел на меня как на слабоумного, но любимого человека и только что лапой в себя не ткнул. Хм. А ведь и впрямь. Он легко подрубался к электронике того же навороченного джипа.

— Макс.

— (вопросительный взгляд)

— А ты все мои мысли слышишь?

Он молча кивнул.

— Черт. А говорить не можешь, да?

Вопросительный взгляд.

— Можно в тебя смонтировать какой то голосовой модуль?

Опять взгляд как на идиота, и тыкание лапой в воздух, обводя меня и его. Мне стало стыдно. Я — идиот. Меня тотально подвело то, что он считается частью брони, и я как-то даже не догадался, что я могу принять собаку в пати….

Немедленно кидаю ему приглашение, которое он принимает.

— Новый Воин, а ты всегда такой тормоз, а? — я СЛЫШУ ироничный ГОЛОС собаки. — Не, я понимаю, что тебя пришибло и ты придал мне облик своего давно мертвого пса. И я даже тебе правда искренне сочувствую. Если тебе прям захочется — я даже готов сменить имя, не настолько принципиально мне оно. Но ты чет, по-моему, решил, что я просто собака. А я — самая ценная часть твоего наследия.

— Эээ. Макс. Я понял конечно, что ты офигеть какой умный и приношу извинения за свою тупость. Меня и правда тогда сильно шибануло старая травма. Нооо… а откуда Я ЭТО ДОЛЖЕН ЗНАТЬ?

— Тоже верно. Тогда давай еще раз знакомится. Я — твой цифровой ассистент, которого можно настроить конечно для выполнения боевых задач — но это не главное. Главное — это мой функционал помощи в инженерно-компьютерных вопросах. Мой предыдущий партнер был в этом совсем туповат, поэтому в меня закачаны все возможные данные по инженерии, конструированию и управлению техникой. И отвечая на твой невысказанный вопрос — да, я конечно же могу перекинуть между этими костюмами источник питания, но учти — тот, что в этом зале — намного слабее исходного, часть функции брони ослабнет или станет недоступна.

— Делай тогда, я пока закончу с нашей добычей. Думаю, она дозрела чтобы что-то ценное сдать из информации, ну не верю я что не приберегла на такой случай эта змеюка чего-нибудь.

—Кстати, а ты правда так сделаешь как обещал, если она не расколется?

— Нет. Я просто пристрелю ее, но с причинением предварительно травм локтей и коленей, чтобы не могла двигаться после воскрешения какое-то время.

—Вот еще что! Я все хотел спросить — о каком другом мире речь. Образов куча, но что это?

— Давай по пути отсюда я тебе все расскажу, а? А то боюсь, времени очень уж много потратим на разъяснения.

— Лаааадно

На этом месте Макс принялся выпускать из корпуса тучу манипуляторов, которые быстро-быстро демонтировали источник питания на сломанном “Хускарле”, и принялись разбирать защитный кожух на моей прежней броне.

Я же тем временем вернулся к Кобре, которая все это время задумчиво стояла у входа и разглядывала помещение.

— Ну что, надумала?

— Да. Предлагаю тебе договор. Я сдам того, кого вы точно не подозреваете в предательстве, за это — ты прост быстро убиваешь меня. Прямо сейчас, и я пытаюсь ТАМ сбежать от твоего руководства. Выйдет — отлично, мы никогда не увидимся больше. Не выйдет — ну значит я просчиталась.

— Валяй. Удиви меня. Но помни — я вижу ложь.

Применяю телепатию и шепчу в ее голове “И могу читать твои мыслииииии”

Она даже не дернулась, во самообладание у тетки, а.

— Я подозреваю, что ты в курсе о кураторстве проекта военными и ФСБ, не так ли?

— Да, естественно — это секрет полишинеля.

— А ты в курсе, что главный куратор, генерал Водопьянов, который собственно и сосватал эту технологию твоему шефу — вовсе не планировал передавать ее вам на совсем? Ему надо было не за свой счет продолжить разработку. И, когда она получила оболочку рабочую, ему стало не выгодно дальнейшее превращение этой штуки в игру. Вас бы давно прикрыли, если бы не застревание людей. Они испытывали в свое время схожие проблемы, так что решили подождать и понять, как с этим справятся. Как только поймете причины и изложите их — проект у Интекса отберут. Именно поэтому мой начальник создал клон-копию, и теперь он то сможет восстановить игру сам, а вот Бойков пролетит и скорее всего потеряет пост директора. Так-то.

Гадство. И ни слова не соврала ведь. Похоже, у моего босса в разы более серьезные проблемы, нежели я думал. Ладно, придется выполнять обещание. Руки чешутся ее пристрелить прямо так. Я ведь не обещал снять с нее наручники…но ладно…

Глава 9

Я с превеликим удовольствием давлю спуск, и тут понимаю, что меня снова надурили…ведь я так и не спросил, а как она воскресла то у тела Гектора. И это подтверждает победный взгляд Кобры, брошенный на меня перед тем, как пуля пробила ей череп прямо между глаз, и вышла из затылка.

Так, и что я могу сделать? Она сейчас точно связывается с кем то, кто поможет ей вырваться тогда, когда ей надо. И прикроет ее побег…а я …а я… стоооп. Я у нас кто? Директор службы спасения. А какие у меня при этом в игре права? Правильно, АДМИНСКИЕ. И сейчас пришла пора ими воспользоваться.

Консоль-запуск. Так, GM-mode. В локации — два игрока, один из них с крупной пометкой админ, другой — модератор. Тааак… а что мы можем прямо так вот, с правами админа, просто выписать бан? Да, можем. Но так как это моедер — то максимум на сутки. Но мне большего то и не надо. До свидания, Александра, увидимся в реальности.

Ban moderator Alexandra” COBRA” Fandeeva for 1 day/ global administrator Stanislav” Merlin” Merejkovsky YES\ NO — Yes. Warning! You want to banned the game moderator, are you shore? YES.

На экране локации высветилось:

Game moderator Alexandra ”COBRA”Fandeeva banned 1 day/GA

Ну вот и все. Че я раньше то не вспомнил, что вместе с назначением на пост получил игровые права админа. Да, против игровых сущностей и х использовать нельзя — система посчитает админа читером и скалярно усилит врага, короче так уже пробовали — фигня выходит. А вот залочить наглого игрока вполне можно. Так, и прежде чем я выйду из консоли — подкорректирую одну штуку все-таки. Мне непонятно, почему вдруг не работает связь через чат у меня и остальной команды, и это меня не устраивает. Так что лезу в параметры связи и выставляю для себя принудительно разрешения на неограниченную возможность связываться через чаты со всеми возможными областями.

Моя личка тут же взрывается несколькими сотнями сообщений. Пролистываю все это, и перехожу в офицерский.

Мерлин (офицерский чат Блюкрейн): Господа, я вновь на связи, всем привет. Что у нас плохого?

Дружный залп однотипных вау, круто, привет, где пропал и прочего я игнорю.

Мерлин (офицерский чат Блюкрейн): Господа, что у нас плохого, по списку пожалуйста. Я сообщаю, что моя миссия успешно выполнена, я захватил Кобру и отправил ее домой, я убил Гектора, и теперь я внезапно правитель чертовой территории Армии Свободы, по сути — Иберийской Области.

Ланселот (офицерский чат Блюкрейн): Ну часа полтора назад мы думали что нам таки крышка. Твари Игана в принципе оказались малоэффективны против танков, ну помимо Чережика — тот был крайне эффективен, пока его все же не уложили два грави-танка. Собственно, мы выбили у них изрядную часть легкой техники, почти половину танков устаревших типов, и один грави. Собственно, после того как мы уничтожили первый грави-танк, больше они не расслаблялись и не дали мне приблизится для эффективного нанесения удара в ближнем бою, а издалека я ничего не могу противопоставить двум гаус-пушкам и нескольким плазменным. Что еще. Все наши наемники благополучно пали вновь, но до самого последнего мига защищали город. Арион потерял робота, его взяли в огневую вилку и расстреляли.

После того, как у нас осталось только легкое пехотное вооружение и я, не позволяющий противнику приблизится к группе и расстрелять ее — мы отступили в город, но и там добиться перевеса не удалось. Первую броне группу мы уничтожили качественно из засады, используя те самые корни Игана, которые копали тебе проход — отличное кстати инженерное оружие. Решение было простым и эффективным — ямы с напалмом самодельным. Вторую группу удалось заманить в засаду, и сильно повредив грави-танк — заставить улепетывать. Они потеряли примерно семь машин. Я надеялся, что так и перебьем их — но нет. При попытке следующей ловушки, на этот раз как раз наемниками — мы нарвались на ответную засаду, и потеряли собственно весь их отряд — противник вывесил над городом несколько мощных автоматических дронов с управляемыми бомбами, и, обнаружив заманивающих их в засаду монстриков, с помощью бортовых систем термосканирования и каких-то еще хитрых штуковин, установленных на этих самых дронах.

Короче, взорвали они танкобоев вместе с половиной квартала там. А дальше еще веселее. Не рискнули они впрямую штурмовать город, и занялись планомерным его сносом — реально, не экономя боеприпасы — просто разрушали здание за зданием. И против такой тактики поделать было просто напросто нечего.

В общем, те из жителей, кто уцелел после начала операции выжженный город — подались к Игану в джунгли. Мы тоже отошли, но если вы думаете, что противник прекратил атаку на город — то нет. Так что Тарента по сути больше и не существует, одни руины. А потом они попытались атаковать джунгли, и вот тут собственно застряли — сам помнишь, командир, какая там обстановка. Короче, если бы не Иган и его зверюшки — то хана нам пришла бы.

А так — пару часов назад они внезапно всеми силами, что оставались еще на ходу, рванули через город в сторону, с которой пришли. Все. Вот сидим тут, чаи гоняем.

Гор: А у нас их атака захлебнулась говорят. Короче, через старое шоссе на территорию Галерской области проникло порядка сотни боевых машин. Две трети они потеряли по пути, нарываясь тупо на банды рейдеров. Такое ощущение, что управлял ими полный дебил — он просто по пути гасил все живое, что мог.

Ну и догасился. Банда Пиявки то отреспилась, и устроила им кровавый карачун. В общем, теперь с ними только с помощью других танков воевать можно — они захватили с десяток БТР, и четыре ховер-танка. Остальное пожгли. Заманили сначала всю колонну на территорию песчаных скатов, раздраконили их байками — те сделали половину работы. А оставшихся и разрозненных — по одному пожгли или ПТУРами или тупо разнесли из скорострельных пушек. Остатки, машин пять семь — ушли обратно.

Да уж, забавно закончилась война, развязанная Гектором. Правда, куда идут сейчас те остатки танков я догадываюсь, но пока они дойдут…десять раз успею свалить оттуда.

Мерлин: Парни, а можете мне как ни будь связь с Иганом устроить? У меня к нему предложение есть, от которого крайне непросто отказаться.

Через несколько минут к чату присоединился Иган, которого похоже просто подтащили к некому терминалу первых и подключили.

Человек — дерево выглядел крайне усталым и помятым, непросто ему дались эти несколько дней.

— Слушаю тебя, Воин. Так понимаю, твоя миссия увенчалась успехом, и, судя по статусу, теперь ты глава области?

—Все так, Иган. И у меня к тебе внезапное предложение. Ты не хочешь стать внезапно одним из управляющих? Скажем, всей террритории северо-востока?

— А что это даст мне? Прости, но ресурсы территории практически исчерпаны, понадобится минимум месяц на восстановление численности армии низших живых, и даже не знаю сколько на высших. А еще надо обеспечить выживание не модифицированных людей, потерявших дом.

—Все просто. Здесь есть еще один бункер, просто переправь сюда людей и пусть они его занимают. В нем куча запасов и много чего для обороны. Остатки танковой колонны приведу к покорности я сам, вам нужно лишь занять территорию. Нет у меня времени на управление всем этим, но и бросить тут все в анархии неправильно как то, у вас тут будет война всех против всех. А ты — единственный известный мне кандидат, ну хотя бы с приемлемым отношением к человеческой жизни. Так что — я отдам тебе фактически полноту власти тут, а дальше уже сам. Единственное условие — все обнаруженные летательные средства, ежели таковые надуться — я забираю себе — мне нужно доставить подкрепления с дальней территории в условиях ограниченного времени. Остальные детали можем обсудить позже.

— Хм. А небоевые летательные аппараты тебя устроят? Я знаю одно место, где вы можете добыть два весьма скоростных цепеллина, да — двухсотлетней давности, но они точно в отличном состоянии.

— Вполне. Сообщи координаты моим ребятам. Вот — я продиктовал ему координаты базы — собственно тут расположена база, раньше принадлежавшая Гектору. Для входа на нее нужно связаться со мной — я помогу. Там сейчас все мертвы, так что она просто пустая стоит и стоять еще какое то время будет.

— Что ж, я подготовлю своих людей. Туда можно пройти по поверхности?

— Если только модификантам — очень высокий уровень радиации. Ну или готовьте транспорт какой то, защищенный от радиации, только я не знаю где вы его возьмете.

—Ясно. Ну будем что-то придумывать.

Знаю я, что он придумает. Поставит жесткое условие что только модифицированные люди могут найти новый дом, и под этим соусом вколет всем свою сыворотку. Что бы там мне не рассказывали — а как-то она меняет отношение и к нему, и к всему этому процессу модификации человека — спокойнее относишься. Я по себе могу сказать — раньше его вид вызывал подсознательное отторжение, а сейчас — пофигу. Ладно, честно говоря эти дела меня пока не касаются. Мое дело — куда проще и сложнее одновременно. Надо добыть корабли, перекинуть сюда Гора с отрядом, снаряжение, получить точную информацию о местоположении Херсона, совершить неожиданный маневр с воздушным десантом на космодром, прихватить оттуда вооруженный космический челнок и и найти чертового Странника. Я уже хочу полный сет Рокатански. Имхо — заслужил. Победить Херсона. По-хорошему — грохнуть чертового Странника, он явно заслужил — везде из истории с похищением людей — торчат его длинные уши. И руки. Но судя по оговоркам — это все было затеяно с целью…заполучить сюда меня? В общем со Странником по-прежнему одни лишь вопросы, и никаких ответов.

Ланселот вышел на связь в личку внезапно.

— Командир. Есть дело. И важное.

— Слушаю.

— Я крайне не доверяю сейчас этому самому Игану.

— Причина?

— Он уже не первый раз старается отослать наш отряд как можно дальше от себя, а теперь вот эта вот история с цепеллинами. По моему— это просто способ заманить нас в ловушку.

— Ну тогда просто будьте максимально внимательны, и помните — нам нужны чёртовы цепеллины. Если добудете — помни про спящие ПВО. Подозреваю, именно под их удар вас и выведут. В противном случае слишком палевно — он же знает, что ваша гибель не окончательна, а я гарантированно приду тогда.

— Какая тактика, как только добудем?

— Идете на минимальной высоте — один дирижабль — вот сюда — я скинул ему координаты города под землей, тут точно чисто в плане ПВО, все что было — сдохло от ядерных ударов, нанесенных рядом. Второй — максимально за складками местности вывести на тот курс, которым мы летели с Сатой и отправить за подкреплением. Все. Я пока тут с перешедшими на мою сторону бандитами захвачу власть в городе. И добью

Глава 10

Так, друзья условно в порядке, хоть и потрепаны. Теперь будем решать проблемы местного значения. Для начала — надо всех трех здоровяков перевооружить. Их Томпсоны им оставим, но мне нужно чтобы они взяли себе нормальную броню, и тяжелое оружие. Станут временно основной ударной силой. И как там дела у Макса?

А Макс уже не только закончил, но и ковырялся с …извлеченным без малейших уведомлений для меня из моего инвентаря трофейным экзоскелетом Джейсона. Интересно, но подозреваю что это прсто его опция как части меня — полный доступ к моей снаряге. Я чет не понял, как — но он перевесил оба плазменных инсератора на плечи к “Хускарлу” и, кажется, вывел их питание на отдельный блок. Черт, вот чего я точно не предполагал — так это третьего техника в команде, на этот раз способного к полевой модификации снаряги. Кстати, а ведь он попутно и в себя что-то монтирует, я ж вижу — только это “что-то” — это электроника. Потом спрошу.

— Макс.

— Стас. Ты как раз вовремя. Я тут малость похозяйничал, так что теперь у тебя будет огневой мощи даже больше, чем в старой версии. Единственное что — смотри. Вот тут дополнительный механический датчик температуры второго реактора. Если тебе его пробьют или он начнет выходить из строя — активируется опция катапультирования. Но учти что без него ты останешься без инсераторов, они не подсоединены к основной системе питания, она просто их не вытянет.

— Ого. Сказать больше нечего. Макс — ты крут.

— А тож. Но с тебя все-таки рассказ, что такое “другой мир”. И, по-моему, самое время для него.

— Сейчас. Поставлю задачку нашим стражам. Мне нужна ударная сила, а тут как раз завалялось пяток экзоскелетных броней третьего поколения, с тяжелыми пулеметами, и встроенными гранатометными системами.

— Ладно, жду…

Я вызвал по короткой всех троих бойцов. Заодно наконец то увидел их имена. Тут, увы, разрабы не стали оригинальничать. Так что бугаев звали Смит, Браун и Сэм. Ну и ладно, в целом они просто материал.

А вообще… есть у меня мысль. Раз уж эти ребята присягнули мне, как правителю — ща будем их социальный статус повышать. Интрефейс управления областью. Так. Создать “Силы обороны Иберии”.

Complete

Назначить Хуана командиром сил обороны Иберии, с присвоением звания полковник.

Complete

Назначить Смита, Брауна и Сэма старшими офицерами личной охраны главы Иберии.

Complete

Присвоить всем троим звание майор Сил Обороны. Назначить денежное довольствие из казны, с учетом звания, где полковник получает двадцать тысяч кредитов, майоры пятнадцать и далее, вплоть до рядового,, получающего пять.

Complete

Присовокупить к денежному довольствию выдаваемую из запасов базы оружие и экипировку. Перевести в запасы базы все оружие и снаряжение из личного схрона Стаса Мережковского по координатам — задаю текущие. На майоров прописываю экзоскелеты, точно лежащие в запаснике.

Complete

Вот теперь порядок. Парни моментально посмотрели на меня проясненными взглядами — при повышении соцстатуса ИИ игры выделил под них существенно больше ресурсов, чего я в том числе и добивался. Нужны не тупые боты, нужны срочно боевики, которые будут рвать за меня глотки. И таким путем я себе их организовал, при этом придав пацанам еще и мозгов нахаляву.

Отдал распоряжение, и вся троица немедленно устремилась на склад, для переодевания. А оттуда вальяжной походкой выполз Макс, малость модифицировавший свою структуру. У него на хребте выступала вверх и горбатилась неизвестная конструкция, скрытая под шкурой коричневого цвета.

— Ну, и где мой рассказ, Стас!!! Я сижу жду, а ты тут с интерфейсом балуешься.

В общем, пока троица переодевала броню, и подбирала себе пушки — я достаточно кратко изложил своему напарнику реальную космогонию.

— Не складывается что-то. Совсем не складывается. Смотри — если наш мир вторичен — то как может в нем застрять умерший там человек? Это нелогично. По-моему, ты упускаешь что-то важное. Но ладно. Скажи. А как ты сам думаешь, может ли кто-то отсюда — попасть в ваш, реальный мир?

— Ну мне кажется, что да, особенно если это цифровой интеллект, типа тебя, Ланса или Гора. Гор ощущает себя человеком, ему будет тяжело. А тебе или Лансу — просто. Вы перемещаетесь в виде информационного пакета, а на месте — я загружаю вас в подходящее тело.

— Хм. А ты это давно обдумал, да?

—Да. У меня есть некоторые опасения, что проект могут попытаться прикрыть, в самой жесткой форме. Хочу, понимаешь ли, своих здешних друзей и соратников вытащить в любом раскладе.

Тут пес замолчал и посмотрел на меня. Видимо, он что-то обдумывал.

— Дай носитель.

—Что?

— Внешний диск, флешку. Что-то такое, на что можно записать информацию.

Тут уже задумался я. Что он хочет то? Ладно, дам просто доступ к внешнему серверу.

— Лови— я кинул в чат линк на хранилище данных.

Макс застыл на минуту или даже больше.

— Готово. Я сделал автообновляемый бекап себя. Теперь он автоматически перезаписывает раз в сутки мой код на твой комп. Кстати, теперь совсем верю, что внешний мир есть — у тебя там совсем другая структура ОС и прочего, у нас таких не разрабатывали.

Ради интереса глянул. Ого… Макс расположился, занимая более чем восемьсот терабайт данных. И зарезервировал себе сразу же еще пару сотен. Похоже, что это не резервная копия, а основное тело его программы. Ладно, здорово, но пора выбираться и брать под контроль этот городишко, мне тут еще остатки танковой колонны убивать. Пожалуй, для разнообразия, не буду я играть в рассудительного персонажа, а поиграю по тем условиям, что предлагает программа — город, бандиты, я герой — отлично же. Можно перебить всех не сдавшихся плохих. Опыт, добыча, все вот это вот. А там глядишь и мои ребята подтянутся, и можно будет быстро сгонять в космопорт.

Так, чет меня прям заносит. Сначала мне нужна информация. И в этом городе ей точно обладает ровно один персонаж — Гилдор. Вот к нему то я и отправлюсь.

По связи запросил статус у обеих групп. Снайперская не отвечала на вызовы, группа возле базы байкеров сообщила, что там нет боевых действий, но народу — тьма-тьмущая, они явно засели в обороне и готовятся принимать бой с кем угодно.

Еще бы. Стопудово прослышали что идет подкрепление, и теперь ждут, когда вместе с тяжелой техникой и десантниками можно будет тут раздавить любое сопротивление.

Так, там мои Джаггернауты уже облачились интересно? А то чую я какое то нездоровое шевеление, да…Вон, там как минимум десяток человек проходивших вдоль магазина туда и сюда — ходят как минимум второй раз, их аналитический комп засек на камерах, и обвел мне. Удобная штука эти базы — схроны Первых. Помимо склада ништяков — тут всегда вокруг куча электроники, про которую НПС просто не могут знать. Так как им она никак не подчиняется.

Опа-па, а события начинают ускорятся. К дверям магазина с визгом покрышек подлетело сразу четыре микроавтобуса, и , наверное, планировалась высадка кучи народу, с подавлением нашего магазинчика из всего наличного оружия и штурмом последующим.

Не свезло, парни. Мысленная активация, и вот уже две турели с двадцатимиллиметровыми пушками раскручиваю свои блоки стволов, неожиданно выехав из вроде монолитного бетона. Surprise, motherfuckers!

Свинцовый шквал бьет по двум из четырех автобусов, за секунды превращая их вместе с броней и содержимым в мятые консервные банки. Оттуда не успевают даже выпрыгнуть, авиапушка стреляет с темпом примерно, как у “ Бредлага”, вот только мне нет нужды экономить боеприпасы, и орудия автоматический выбирают самый высокий темп стрельбы — в непрерывном режиме.

Противник оказался вполне серьезный, и даже столь неожиданная атака не оставила его в полном раздрае — с крыши второго автобуса к одной из турелей протянулись сразу две дымные полосы, взрываясь на броне ярчайшими искрами кумулятивных ракет класса “Циркон-8”, и где взяли то их — тоже ведь разработка только для игроков. Хотя где-где, понятно где. Наша дорогая Екатерина снабдила сверх-эксклюзивным оружием чуть ли не половину гангстеров этого мира. Увы, но таковы реалии, в которых приходится сейчас действовать.

Вторая турель успевает разнести в клочья автобус с ПТРК Циркон, когда в нее из соседнего здания молнией бьет еще одна противотанковая ракета. Да что за черт, у них тут сплошные эксклюзивные игрушки…Я точно знаю, чем стреляют враги — потому что логи повреждений сыпятся на меня. В этот раз — переносной противотанковый комплекс Циклоп, класс редкости — эпический.

Откуда знаю, что эпический? Потому что притащивший его стрелок уже у меня в прицеле пушки. И дожидаться нечего.

“Брёдлаг” выдает в человека с ПТРК очередь на десяток патронов, разнося вместе с ним еще и половину этажа здания напротив, но мне, впрочем, все равно. Лента настроена так, чтобы подавать снаряды через один, бронебойный-фугасный-бронебойный-фугасный. Так что тело и прошило, и заодно разнесло все возможные укрытия его подельников вокруг, обрушив две секции третьего этажа на второй. И все вместе — на первый.

А тем временем автобус пытается успеть и навестись свои перезаряженные ПТУРы на меня, но шансы на это у него отсутствуют. Еще в ту секунду, когда я выходил из дверей — стволы плазменных пушек уже были наведены на него, и сейчас оставалось только мысленно нажать спуск.

Плазменный инсератор выдает непрерывный заряд плазмы, как струя огнемета. Не очень далеко, метров на пятьдесят, дальше нужно сильно больше энергии тратить и можно перегрузить реакторы такой стрельбой. Автобус в точке попадания просто перестает существовать, а боекомплект для ПТУР моментально взрывается, разбрасывая оставшееся от микрика железо в радиусе пары сотен метров. Несколько осколков бьют в Хускарл, не причиняя, впрочем, ни малейшего неудобства или тем более урона лично мне.

Так, с этим покончено, но даже не серьезно. Всего то два противотанковых комплекса, пусть и редких -= на меня? Неуважение. Или же — хитрый план. Убить меня они конечно же могли…но так, теоретически. Если бы я на месте застыл. Хотя… надо осмотреть автобусы. Подозреваю, что найдется еще несколько ручных пусковых. И тогда расчёт понятен — зашвырять меня противотанковыми ракетами, тем более что ожидали они человека в обычном экзо, а отнюдь не в восстановленном Максом “Хускарле”, а там реально четырех — пяти попаданий бы хватило, чтоб отправить меня на респ.

Тут резкий удар в бок развернул меня на девяносто градусов. Доспех протестующе заскрипел, и полоска хитов резко прыгнула вниз на треть сразу.

Да мать твою, это уже даже не забавно. На меня наступал, мать его, боевой робот. Самый что ни есть боевой из боевых, модели “Сияющая звезда”, приземистый мех, с плоским тарелкообразным торсом, из которого помимо рук торчало еще два спонсона с оружием, и с установленным на верхнем оружейном слоте гаусс-орудием, из которого и прилетел мне в бок снаряд. Высотой эта машинка была в шесть метров практически, и вооружена двумя блоками спаренных 500-мегаватных лазеров, ракетной установкой, и двумя гранатометами с различным набором специализированных 40-мм снарядов. Ну и на закуску — два пулемета 14.5 мм, и две здоровые руки с пальцами, способные хватать, мять и бить. И все эти семьдесят пять тонн оружия брони и электроники перли сейчас на меня на расстоянии чуть меньше ста пятидесяти метров… Вот прямо сейчас мне тут бы очень пригодились или Арион, или Ланс. Жаль, но этих прекрасных людей нет, так что придется самом придумать способ прикончить жуткую махину.

Глава 11

От автора — вторая половина днем, я ее даже не прочитал после написания. Ошибки хоть поправлю, и выложу к вечеру

Так, для начала придется спрятаться, хотя бы на тридцать секунд. Мое главное оружие против этого монстра — это плазменные инсераторы. Но ни в коему случае нельзя получить любые повреждения реактора, иначе придется его руками по болтику раскручивать.

Вообще, я к идее боевых роботов относился всегда скептично — нет от них особого толку в современной войне. Но создатели книг и кино в двадцатые годы двадцать первого века решили иначе, и теперь эти роботы везде...

Так. При габаритах этой машины, рассчитывать на прямой бой — глупо. Хрен я ему чего сделаю, просто не хватит боекомплекта. Плазменные инсераторы классная вещь, и, думаю, они вполне в состоянии проплавить броню меха. Но вот дистанция боя и скорость перезарядки оставляют желать лучшего, для боевого комплекса, нацепленного мной, это все-таки внешняя приблуда, а не основное оружие. При этом еще и кустарная.

Уязвимые места меха…Хускарл, помогай, я не в курсе расположения слабых мест этой модели. А у доспеха есть неплохой компьютер с базой данных по всем видам техники, испытуемыми в империи Ирчен и у Чинов.

Тааак, вот и этот Shining Star, модель 3A — assault class. Посмотрим. Кокпит пилота отпадает, у меня нет ПТУР…хотя стоп. У меня есть ПТУР. Вон, вместе с трупом владельца валяется. Но все равно. Сорок пять миллиметров бронестекла шириной шестьдесят и высотой сорок сантиметров — это сложная цель для пусковой установки в моихруках, я с спец оружием не качал навыки. Да и добраться под прицелом этой дуры до нее будет непросто.

Так, что еще? Суставы ног, это классика, но в конкретно ассолтной модели они прикрыты дополнительными щитками, так что шансы повредить их холодным оружием малы. Что-то ж у него должно быть…

Ага. А вот это интересно. Орудие главного калибра избыточно мощное, поэтому пришлось устанавливать дополнительный реактор для питания его катушек. Хех, прям как у меня. И система охлаждения реактора представляет собой бла-бла-бла. Короче, там броня всего то в пятнадцать миллиметров, а за ней — вентиляционная труба и система охлаждения реактора. Если суметь вывести ее из строя — пилот останется без двух третей вооружения, так как немудрые разработчики модификации запитали на нее в том числе оба блока энергетического и сам главный калибр. У него конечно останутся руки, два пулемета и гранатометы. Плюс ракеты. Но это уже мелочи. Ракеты в ближнем бою не помогут, от рук я увернусь, пулеметы моей броне не страшны.

Осталось придумать план, как снести ему этот самый допреактор. Технически, доступ к нему можно было получить или с точки, находящейся внизу-сзади за мехом, или же практически прямо за кабиной, там, где отсюда снизу виднелся как бы наплыв брони, формирующий основание гаусс-пушки.

Фронтальная точка была в неудобном с точки зрения поражения месте. Фактически, чтобы ее поразить — нужно было очутится или на броне машины примерно в области таза, или же прямо между этих самых ног. Вероятность попасть туда незамеченным для меня нулевая, а в боевом режиме эта хрень меня или ногой размажет по бетону, или же рукой. Да и подобраться так вот снизу — это пересечь сто метров под прицелом дух лазерных батарей. Кстати, пора отсюда линять. Подозреваю, что на меня наведены уже все пушки, и укрытие сейчас перестанет существовать.

Закралась у меня одна мыслишка — а не пересидеть ли просто в бункере Первых. Не думаю, что эта боевая машина может ему как-то навредить. Зато с нее станется просто завалить нас там, и встать на входе. Других выходов у бункера нет, так что план не очень.

Бегом пересекаю улицу, и прямо за спиной град ракет и четыре толстых, нестерпимо ярко пылающих копья лазерных лучей превращают в оплавленную груду кирпичей мое прежнее укрытие. Цепочки пылевых фонтанчиков из пулеметов спешно бегут за моей спиной, пытаясь нагнать ускользающую цель, но им не суждено— я прыгаю, пробивая телом дверь в подъезд трех-этажного дома, и немедленно устремлюсь наверх, размышляя на ходу.

Так. А как добраться до второй точки уязвимости? С одной стороны, она менее опасна для меня в момент атаки, все-таки есть слабое место у этой машинки — закрепленные под диском торса руки не смогут нормально достать до нужного мне места на центральной части корпуса меха. С другой — для того чтобы там взорвать что то — надо попасть вверх на шесть метров, и прыгнуть на отнюдь не стоящую на месте боевую машину. Ну предположим, трехэтажное здание вот оно, я внутри него бегу. Сейчас он врежет по зданию ракетами и лазерами опять, и завалит его. Я же перескочу на соседнее, задействовав прыжковые усилители брони, и , аки кузнечик, попрыгаю по крышам к роботу. Для того чтобы он не понял — буду обстреливать кокпит. И надо задействовать Макса.

— Эй, напарник, ты меня слышишь? — печатаю в чат.

— Ага. Ты б не отвлекался, писать сообщения не лучшая идея сейчас.

—Обхохочешься. Макс — ты можешь придумать что-то типа постановки помех — мне нужно чтобы через три-четыре минуты мех не смог выпустить в меня град ракет, наводящихся на костюм.

—Сделаем. Тут на складе есть одна подходящая игрушка. Но мне нужен один из этих здоровяков, сам я ее не достану.

— Сейчас, я их переподчиню временно тебе…

Через тридцать секунд мех начал крайне неуверенно себя вести — только что он прошелся ракетно-лазерным огнем по зданию, где я укрывался, и вот уже неуклюже делает шаг в сторону, и явно не может навестись на мою фигуру, перепрыгивающую на соседнее здание.

Так, а вот теперь похоже пора. Врубаю ускорение, и рывком перемещаюсь на здание рядом с мехом. Он продолжает испытывать явные проблемы с прицеливанием, но все же пытается вести меня стволами пулеметов, хотя эффективность этого около ноля. Лазерные пушки плюют огнем, но все четыре копья сфокусированного света пролетают почти в пяти метрах от меня. Да уж. Не знаю, что там Макс нашел в закромах бункера, но штука очень эффективная. Правда, мои системы автофокусировки просто моментально отказали, ка только я оказался в пятидесяти метрах от робота, но это не страшно.

Рывок. Прыгаю с разбегу на максимальное расстояние вперед, стараясь достичь верхней части боевого робота и не сверзится с высоты почти что четвертого этажа ему под ноги. Робот явно отлично понимает, чем ему грозит попадание на броню такой опасной блохи, как я, и пытается сбить меня в полете рукой. Но все-таки координация его подводит, да и медлителен мех против такого как я сейчас. Слишком быстро, слишком резко. Для моего восприятия сейчас робот движется как в старых компьютерных играх с эффектом слоу-мо, медленно и как будто плывя через слой воды.

Грюкаю доспехом по броне вражеской боевой машины, сразу же уходя в перекат и гася инерцию. Ствол Гаусс-пушки совсем рядом, и явно судорожно пытается навестись на меня. Если он сейчас успеет — я не успею даже сказать мяу — меня размажет…плохо иногда быть эпицентром аномалии игры — сейчас и я и пушка в одних правилах, правилах крайне близких физике “реального мира”. Так что прямое попадание этого снаряда просто разнесет меня на части.

Однако сегодня стать моим убийцей пилоту явно была не судьба. Орудие так и не стреляет, очевидно опасаясь при малейшей неточности прицела пробить свой собственный корпус. А давать ему размышлять и шанс прикидывать я и не собирался, поэтому быстрым движением рук пристегиваю пушку к рюкзаку, и из инвентаря извлекается и прыгает в ладони Мститель.

Шаг, другой — и я уже наношу первый пробный удар по колонне поворотного модуля главного калибра. Еще два — и гаусс-орудие, мощнейшее из доступных орудий, бьющее точно в цель на пять километров и способное пробить любой танк, робота, самолет и, думаю, даже космический челнок — просто падет со своего места, срубленное, как елка в лесу.

Кстати, а не возьмет ли мой волшебный топорик броню? Я бы тогда обзавелся прекрасным трофеем — одним самых мощных местных боевых роботов, еще и почти неповрежденным. Пригодился бы в бою с танками, однозначно. А за штурвал — Макса. Замахиваюсь, расставив ноги пошире чтобы нанести более мощный удар, бью, и тут топор просто застревает в толстенной плите брони. М-да. Похоже, не судьба — я его сутки так рубить буду. Кстати, а пилот явно что-то задумал — робот напружинился, а из вентиляционных щелей вверх пошел гораздо более горячий воздух — это фиксируют сенсоры доспеха.

Для начала мех резко ускоряется, и впиливается с разгона в дом, с которого я на него спрыгнул. Семидесяти пяти тонная машина разносит здание не напрягаясь, лишь на доли секунды задерживаясь, когда лопается арматурный каркас. Вокруг меня сыпятся разноразмерные куски бетона, от небольших, размером с книгу, до огромной глыбы в половину комнаты, разбившейся возле моих ног. Один уз ударов камнем крайне опасно пришелся в плечо доспеха, начисто срезав оттуда один из двух плазменных инсераторов, и вырвав целый пласт брони.

Дом кончается так же внезапно. Как и начался. И робот вырывается на соседнюю улицу. Дожидаться тарана следующего здания я не собираюсь, и, вырвав топор из брони — я так и держался за его рукоять все время, пока мы таранили здание — я бросаюсь по шаткой поверхности робота к своей цели — решетке вентиляции дополнительного реактора.

Мех начинает на бегу вращать корпусом, стараясь максимально усложнить мне жизнь и сбросить с брони при малейшей ошибке.

Откуда бы ему знать, что доспех, созданный для перемещений и сражений в космосе, оснащен мощными магнитными подошвами, и оторвать меня от корпуса не удастся, даже если я отпущу обе руки. Что , собственно, я и сделал, вскинув уже снятую со спину тяжелую пушку и зажав до упора гашетку.

Счетчик снарядов стремительно полетел вниз, а непрочная броня была пробита первыми же двадцатью выстрелами. Следующие принялись крушить вентшахту, вгрызаясь все глубже и приближаясь к своей цели — системе охлаждения реактора.

Триста, четыреста, пятьсот. Тысяча. БАБАБАХ! Что-то с грохотом взрывается в глубине робота, выбрасывая вверх облако черного дыма, и радостные языки пламени. Мех ощутимо задрожал.

Агааа! Достал, похоже. Добавляю внутрь связку из трех плазменных гранат, и отшатываюсь от проема, когда снизу ударяет всесокрушающая волна пламени. Хм. Чет как-то очень мощно начинает гореть. И не факт, что это только система вентиляции. Похоже, что тысяча моих снарядов продырявила помимо системы охлаждения другие системы внутри машины, вызывая сбои цепей.

Уничтожить меха так просто я не рассчитывал, но…Пожар все крепчал, сильнее и сильнее разгораясь внутри. Так. Если я прав — он сейчас попробует заглушить этот реактор, а вот что потом то? Пожар похоже не собирается гаснуть сам по себе, и системы пожаротушения нифига не справляются.

Ответ что дальше я получил моментально. Система моего доспеха внезапно вывела на экран предупреждающую надпись — ВНИМАНИЕ! ЗАФИКСИРОВАН ИСТОЧНИК ЖЕСТКОГО ИЗЗЛУЧЕНИЯ НА ОПАСНОМ ДЛЯ ЦЕЛОСТНОСТИ ДОСПЕХА РАССТОЯНИИ! ВНИМАНИЕ, ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ ТЕМПЕРАТУРЫ НА СТО ГРАДУСОВ! ВНИМАНИЕ, ВЫ НАХОДИТЕСЬ В ОПССНОЙ ЗОНЕ, ПОКИНЬТЕ ЕЕ НЕМЕДЛЕННО!!

Ох е…он похоже активировал систему подрыва реактора, и этот самый реактор сейчас прямо под моими ногами, вот чееерттт….

С этими мыслями я разбегаюсь и прыгаю с левого бока робота вниз, пытаясь оказаться не зоны взрыва. Какой идиот додумался вообще ездить верхом на ядерных бомбах, а?

Глава 12

Прыжок вышел чуть корявым — зацепился в конце полета за торчащий остатки арматуры, и вместо красивого приземления на пятачок чудом уцелевшего после прохода робота этажа — полетел кувырком через него в груду битого бетона, по пути несколько раз ощутив. Как от ударов моего бронированного туловища разлетаются какие-то некрупные препятствия. Увы, разлеживаться совсем некогда, так что приходится Рывком перемещать себя дальше, за пределы этого домика — пробив еще одну дыру в его стене.

Я уже падаю на улицу в ворохе бетонной пыли, когда сначала над улицей пролетела капсула с катапультировавшимся пилотом меха, а из стены, где моими усилиями образовалась дыра, бьет прям поток света. Похоже, реактор рванул по полной программе, и никакие ингибиторы подрыва не сработали. Блин… а я же под стеной дома…эта мысль крайняя — меня накрывает падающей стеной, и я таки теряю сознание…

В себя я пришел быстро, даже из игры не вышвырнуло — всего то пятнадцать минут игрового времени. Впрочем, разницы пятнадцать минут или пятнадцать часов для меня не было — я лежу под горой бетона, который сверху еще и подплавился. И стремительно получаю все более и более мощную дозу радиации от него, несмотря на скафандр. Нужно срочно отсюда выбираться, вот только не очень понятно, как. Инженерных систем броня не имеет, оружие встроенное потеряно — оба инсератора сорваны, первый в бою, второй падением на меня стены при ядерном взрыве. Ну или перебило кабель питания — сейчас это особого значения все равно не имеет.

Попытался я подвигать руками или ногами — кажется, что левая нога чуть-чуть движется. Мне бы хоть слегка освободить руки — дальше я со своей силищей сумею расшатать или раздробить камни и выбраться. Принялся раскачивать этой самой ногой, высвобождая ее все больше. Через пять минут усилия привели к тому, что я мог сместить ее сантиметров на пять. Так. Напрягаемся и начинаем бить коленом в плотную массу камня в направлении второй ноги.

Сорок минут. Именно столько суммарно ушло на то, чтобы суметь частично разблокировать ноги. Дважды пришлось начинать сначала — обрушивались крупные куски бетона и их надо было снова дробить. Но вот я наконец то могу дернуть уже и торсом и вожделенный миг свободы верхних конечностей все ближе.

“Ближе” наступает еще спустя полчаса, когда наконец то удается расшатать камни и начать потихоньку продвигаться вверх. Правда, происходит это все в час по чайной ложке, а датчик уровня радиации уже уверенно на красной черте, и здоровье потихонечку начинает падать. Похоже, пришел час для последней инъекции от Игана, как бы не хотелось ее приберечь. Благо, костюм оборудован системой автодока, и ввести себе препарат из инвентаря не представляет никакой проблемы.

А вот теперь прогресс стал явственно заметнее — все-таки и единичка силы рулит, и, главное, радиация мне теперь до барабана — до опасного уровня для фитоморфа она даже близко не доходит.

Еще спустя час броня предупреждает меня о крайне высоком, хоть и не критическом, уровне температуры поверхности надо мной — похоже, я уже близко к поверхности. Кстати, об по этом. Интересно, а куда делся тот самый пилот меха? Я бы сказал ему или ей пару ласковых, если ему удалось выжить. Его по идее приложило взрывом где-то недалеко об стену всей капсулой. И вряд ли там серьезная защита от ЭМИ стоит, как у меня. Так что надо поискать…

Проломив корку раскаленнной земли, я выполз на поверхность. Офигеть блин робот жахнул. Походу, его реактор кто то капитально переделал для использования именно так, как оружия последнего удара — на пару кварталов вокруг осталось стоять лишь одно здание — магазинчик, скрывший в своем подземном этаже бункер Первых. Остальные дома представляют собой руины, снесенные до уровня первого этажа. Дальше идет круговой вал расплавленного бетона, застывший причудливыми наростами на стенах уцелевших зданий. И дальше разрушения не столь критичны. Видимо, до уровня настоящего ядерного взрыва все же было далеко — не тот масштаб разрушений.

А еще прямо рядом с нашим подземным убежищем валялась открытая спасательная капсула с меха. И не похоже, что ее пилот лежал там, размазанный по стеночкам — скорее. Он покинул ее на своих ногах и укрылся в единственном целом месте. Надеюсь, мои офицеры догадались не убить его сразу, а захватить. Но там Макс, так что должны были.

Быстро миновав руины, я вхожу в здание бывшего рыбного магазинчика и спускаюсь в подвал. Что характерно — двери закрыты, так что вряд ли мои ребята пострадали от незапланированного фейерверка.

Вхожу и наблюдаю прекрасную картину — посреди помещения сидит никто иной, как Гилдор собственной персоной, а на него смотрят сразу же три пулемета. А Макс тем временем с совершенно независимым видом своего собачьего прототипа сидит в углу.

Эй, Мерлин! А у нас тебе подарок — внезапно вполне себе человеческим голосом выдает Макс. — Знакомься, это оказывается не только господин Гилдор, торговец информацией и глава одной из городских банд, но и внезапно глава Восточного крыла Армии Свободы, весьма успешно придумавший и рассчитавший покушение на своего босса.

Эм… а откуда ты все это узнал?

О. Наш гость оказался весьма разговорчив — особенно когда понял, что альтернативой беседы будет выдворение из безопасного бункера в радиоактивные пепел района. Так что это плюс сыворотка правды, которой тут на складе оказалась целых две дозы — и вуаля.

Кстати, о вуаля — а откуда ты взял голосовой модуль.

А. Да вот не поверишь, ты не единственный фанат киберсобак тут. В одной из ячеек стоял неавтономный комплекс “робопес”. Учитывая, что в нем это используется для имитации лая — я решил, что жирно будет. И спер себе. Ты же точно не против?

Да не. Ладно, дай ка я побеседую с нашим дорогим другом.

Гилдор затравленно посмотрел на меня с пола.

Слушай, Воин Дорог. Я признаю, что был не прав и сдаюсь на твою милость. Помни, что я делал это не потому что ты мой враг, а по стечению обстоятельств.

— Тормозни. Гилдор, я не имею лично против тебя ничего, но и убью тебя абсолютно не задумываясь. Мне просто все равно на то, жив ты или нет.

— Но ты не можешь, я же сдался.

— Уверен? — Я достаю любимый Пустынный Орел и нацеливаю ему в голову. — Я сейчас нажму на спуск, и ты умрешь. Сразу. Есть у меня такая интересная особенность — рядом со мной смерть происходит быстро и не требует долгих усилий по расстреливанию врагов.

— Погоди. Ну тебе же точно что-то нужно, иначе ты бы меня сразу убил…

— Верно. Поехали по списку. Первое — Странник. Жить не могу как хочу его найти и забрать мой Перехватчик. ТЫ должен знать если не где он, то как его найти. Погоди — не перебивай. Второе. Ты лично и остатки твоей банды приносите мне личную клятву верности, отказываясь от любых претензий на лидерство в Иберийской области. Третье. Виктор Херсон. Где расположена его база, чем он силен, чем слаб. Все по порядку. При выполнении всех трех условий — я оставлю в живых вас всех, несмотря на покушение на меня. При выполнении двух из трех — лично тебя я оставлю в живых. При выполнении одного — придется тебе чем-то купить свою жизнь. При отказе… — я многозначительно отвожу назад курок пистолета. — Что выбираешь?

И тут на меня моментально принялись вываливать кучу информации. Гилдор похоже реально крайне боялся смерти. Я узнал, что у Странника в действительности нет ни базы, ни банды, лишь смертоносная репутация. Она базируется на том, что никто из противостоявших ему просто не выжил. Всех абсолютно он убивал лично, иногда быстро, иногда издеваясь и растягивая процесс на часы. Несмотря на это, есть точно три места где он бывает очень часто. Бар в Галере, где собственно я с ним и встретился первый раз. На севере, в городе Береност — у него там какой-то очень хороший знакомец есть, по имени Лофт. И вот этого самого знакомца он навещает регулярно. НУ и третье место — это как раз космодром. Его держит очень крутая команда, которую Странник регулярно привлекает к своим делам. И можно сказать, что эти ребята ближе всего к понятию его банды.

Про Херсона информация была куда более обширной, хоть и куда мистичнее. Как оказалось, Виктор сначала обретался на юге Иберии, и даже вроде как подчинялся Гектору формально по крайней мере. На самом деле ему нужны были несколько племен, обретавшихся на этой территории. Да, они называют себя Д’хисы. И про них в основном какие-то сказки рассказывают, типа управления мыслями, телекинеза, и вот это все. Но есть факт — никто не смог их победить, кроме … Херсона. Он вызвал на бой по очереди всех их вождей и победил. После этого его признали вождем вождей, и собственно он покинул ряды Армии Свободы.

След его никогда не терялся, так что расположение базы то известно многим— но вот попасть туда будет, наверное, почти нереально. В горах на юго-восточной границе Иберии был довольно древний комплекс зданий, известный как Бункер Зеро. Строился он как крупный город-убежище на случай ядерной войны. По сути — весь горный хребет представляет собой крепость, при этом крепость с собственными производственными цехами, мощнейшей системой обороны. Изначально там понятное дело стояла автоматика, но с управляющим компьютером Виктору помог справится тот самый Лофт, друг Странника. И теперь вся система работает на Херсона, а еще ее дополняют те самые странные воины — дхисы. И в добавок к этому почти вся Южная армия ушла с ним, так что на базе сотни бойцов уровнем выше сто пятидесятого.

Однако, в мире есть точно один человек, способный взломать эту защиту — тот самый друг Странника. И Гилдор готов прямо выдать все что можно для того, чтобы уважаемый Воин сумел найти и добраться до нужного человека.

Клятву верности от имени своего отряда он принес легко. И пришлось действительно отпустить этого хитроумного парня…ни слова не соврал. И даже все расклыж по Лофту выдал. Похоже, пора собираться на Север.

Глава 13

Но прежде чем куда-то собираться, надо закончить дела здесь. С группировкой Гилдора я разобрался, не сказать, что бескровно. Остались байкеры и занимающие непонятную позицию чины. Но сначала — байкеры.

Собираю всех своих уже бойцов, указывая как точку — небольшую площадь в квартале от вражеской базы. В роли базы, что вполне логично, выступал клаб-хаус этих самых байкеров, пафосно зовущих себя Дети Погибели. Клаб хаус, как меня проинформировал все тот же всезнающий Гилдор — это неплохо укрепленный бывший офис местных сил самообороны. Два этажа и два подвальных, здание крайне неплохо подготовлено к обороне. Без тяжелого вооружения не попасть внутрь, просто убьемся об систему безопасности.

К счастью, вот в тяжелом вооружении недостатка я не испытывал, скорее даже наоборот — девать его на этом складе было некуда. Поэтому вооружаю своих офицеров дополнительно тяжёлыми огнеметами, сам беру парочку таких же и четыре десятка снарядов. Можно набрать и ещё всякого — но зачем. Ребята явно готовились противостоять местным реалиям, а вот термобарический снаряд в окно — вряд ли предусмотрен их системой обороны.

Через час на площади собралось двадцать семь человек — все, что уцелело от моей и гилдоровской банд. Ну да, немного. Противостоит нам как минимум сорок. Вот только я, не жалеючи, роздал своей братве кучу оружия и брони со склада, так что вместо разномастно одетой и экипированной толпы — у меня было десяток бойцов в экзоскелетах первого поколения, четверо — в экзоскелетах второго поколения, десяток человек в тяжелой броне и двое снайперов в маскировочных костюмах типа “Морок”, дающих абсолютную незаметность в состоянии неподвижности, и снижающих на семьдесят процентов шанс попадания даже в движущегося бойца. Таких костюмов на складе было всего три, и третий я нацепил на Макса, не смотря на его возражения. Вот только не хватало мне остаться без поддержки сейчас. Сейчас вся троица работала нашими глазами, контролируя здание противника и сообщая о перемещениях всех обнаруженных патрулей.

Да, несмотря на раздолбайность — они патрулировали прилегающие улицы, и даже держали постоянных людей у оборонительных рубежей, на случай внезапной атаки. Причем это было явно не новшеством, а постоянной практикой. Об этом свидетельствовала и размеренная система патрулей, и смены , и явно проводимая каждый час перекличка, и стационарные посты, выставленные вокруг базы.

По моей команде снайперы перестреляли патрули и сняли наблюдателей с направления нашей атаки. Макс тем временем включил ту же систему подавления, что против робота— наглухо лишая врага координации и возможности использования оружия с электронным наведением.

Первое сопротивление мы встретили практически только у здания цели — на нас выскочил с десяток байкеров, тут же умерших от огня импульсных винтовок, которыми я вооружил свою новую гвардию. Выстрелить из противников не успел никто. А дальше мы оказались на заранее выбранной мной позиции.

Четыре человека в экзоскелетах второго поколения, способных выдержать попадание из плазменной пушки или очередь 20-мм снарядов и я выступили из за здания на площадь, выстраиваясь линией и синхронно вскинули РПО. Пять снарядов унеслись к цели, выжигая в местах попаданий все живое. А мы продолжили, если первые цели выбирал я — то второй и последующие залпы каждый решал сам, куда направить. У моих бойцов было по пять снарядов, и еще по пять каждому выдал из своего запаса я. Когда мы отстрелялись — верхнего этажа здания байк клуба не существовало. Ни одно из трех верхних этажей. На их месте бушевал пожар, в котором плавились и сгибались стальные балки. Ни одного пострадавшего среди моих людей.

Жаль, что это был не конец. Подвальное помещение было собственно разработано на такой случай, и его наш огонь из всех стволов, как и пожар сверху гарантированно не повредили даже.

Впрочем, штурм всяких защищенных подземелий уже становился рутиной в этой игре, так что я просто распределил роли между своими людьми, и сам двинулся в авангарде отряда. Тратить практически невосполнимый боекомплект “Бредлага” я считал неразумным. Но в заначке у хозяйственного Джейсона оказалось еще два предмета, входящих в комплект бронекомплекса Хускарл — пистолет пулемет Слейпнир и снайперский комплекс Гунгнир. Снайперку я от греха убрал в инвентарь — к ней было всего то двести выстрелов, и их стоило экономить — бронепробиваемость в три тысячи я еще нигде не встречал, как и урон с выстрела в четыре тысячи ХП. Просто не существовало целей для такого оружия в нормальном варианте игры, только какие то мегабоссы. Но мне — точно пригодится. У нее еще и фантастическая дальность прицеьной стрельбы была 0— почти пять километров. И специализированная оптика для стрельбы на такое удаление, включающая в себя какой то вариант микродрона. Короче, имба. Без вариантов Но и короткоствол был крайне хорош, с его запасом патронов больше трех тысяч. Я глянул на характеристики и офигел — урон разрывным патроном 900. При проникающей способности в 790. И урон 650 у бронебойного патрона, пробивающего до 1500 единиц брони — это было очень круто. Сорока пяти— зарядные магазины, и размеры меньше чем в шестьдесят сантиметров — делал его незаменимым оружием в схватке накоротке. А для боя на средней дистанции — у него был быстросменный ствол длинной в полметра, в комплекте с цевьем и рукояткой управления огнём, превращавший пистолет-пулемет в полноценный карабин, для боя на дистанции в пятьсот метров, ну а больше мне и не надо было, для большего был Бредлаг, с его безумным калибром и дальностью. Вот только для него осталось всего то две с небольшим тысячи зарядов. Гилдор честно сказал, что боеприпасы для этой редкости можно добыть только на космодроме. Ну или изготовить под заказ в той же Галере.

Собственно, я скинул в инвентарь громоздкий комплекс, мне в подземелье и брони Рокатански хватит, а подвижность она стесняет в разы меньше. Размахивать там молотом будет неудобно, так что физическая сила не рулит. А на самый крайний случай — у меня есть возможность или Хускарл одеть, или просто порубить большинство врагов в капусту при помощи Мстителя. НЕ верю я что тут понадобятся такие выдающиеся характеристики отужия, чтобы убить не самого сильного противника.

Мои бойцы были готовы, и все ждали только меня. Откидываю крышку люка, и зашвыриваю внутрь пару светошумовых гранат. Коридор мггновенно вспыхивает вспышками выстрелов, от которых укрываюсь за люком, открыв рот и закрыв глаза.

Шарахает светошумовая, сразу за ней вторая. Несмотря на готовность — глохну изрядно, и даже из за люка по глазам бьет вспышка света. Впрыгиваю обратно, перекатом преодолевая половину расстояния до ближайшего укрытия,замеченного мной раньше — вентеляционного короба, находящегося в середине простреливаемой зоны. Если бы не светошумовые — фиг бы он меня прикрыл. Но те трое, что остались на ногах а не лежат на полу и держаться за уши или глаза — палят в белый свет как в копеечку, пытаясь за счет плотности огня из двух автоматов и одного ручного пулемета перенасытить пространство пулями, и создать непреодолимый заслон. Впрочем, удается им плоховато — меня не зацепило ни разу, я же прямо в перекате выдал короткую, на пяток патронов, очередь в корпус пулеметчика, моментально угомонив его. Пусть и продвинутая, но все таки легкая броня играла против моих противников — пять разрывных пуль превратили в лохмотья его корпус и занесли восемь тысяч урона. Ему хватило за глаза, и он стал просто очередной кучкой опыта.

Двоих оставшихся, как и большинство не укрывшихся бойцов Детей Погибели — скосили очереди из импульсных винтовок моего авангарда — ребят в тяжелых бронежилетах, в основном из Гилдоровских.

Я просто провел быстрый контроль, даже не расходуя боеприпас Слейпнира — достал Пустынный Орел и прострелил всем еще не погибшим головы. Помещение охраны было под контролем.

К сожалению, это было только начало. Следующий коридор истерично плевался в нас из темноты очередями крупнокалиберныз пуль. Первый же всунувшийся туда боец был буквально разорван на куски несколькими десятками попаданий. Попытавшийся его вытащить мгновенно разделил судьбу своего товарища. Похоже, что в узком пространстве стояла какая то крайне скорострельная установка калибром не меньше чем в двадцать миллиметров, которой не мешала темнота. Что ж, видимо противника ничему не научила атака. Пяток зарядов к РПО у меня уцелело, так что заряжаю один из них, командую всем отойти от проема — я точно выдержу даже без экзоскелета не одну очередь, а вот бойцы нет.

Вскинув заранее на плечо установку, делаю шаг в проем двери, заранее приготовившись к тяжёлому удару, и жму спуск, не пытаясь даже разглядеть, что там стоит. Снаряд срывается и улетает в глубину, расцветая там через секунду огненным вихрем, сметающим все.

Я не дожидаюсь ударной волны и пытаюсь скрыться обратно за дверной проем, но четыре тяжелых снаряда кувалдами лупыт прямо в грудь, разворачивая меня и швыряя на землю. Приходится применить Рывок, чтобы уйти из под взрывной волны. Вот только он у меня предпоследний на сегодня — слишком часто испольщовал в первом бою. С другой стороны, без него я бы не выжил.

Успеваю на доли секунды раньше, чем волна пламени выплеснулась из дверей — и падаю с обожженными ногами за толстую бетонную стенку. В коридоре начинается детонация боекомплекта орудиной турели, мой выстрел точно достигш своей цели — в узком пространстве он учинил громадные разрушения и прожарил орудие, вызвав подрыв всего боекомплекта. Но блин четыре снаряда снесли с меня почти половину хитов. Привычка ск сверхтяжелой броне сказывается, черт возьми. Больше так делать не буду, больно блин.

Через пару минут бабахи снарядов прекращаются — и я тут же вхожу. В коридоре все же слишком жарко и без инъекции Игана мне бы пришлось сейчас плохо — а так — терпимо, хоть и жарковато., но зато никто не ожидает сейчас атаки из него. Когда прохожу мимо непознаваемых обломков орудия, остается только констатировать — это была какая-то четырех ствольная пушка, кажется зенитная — ее, походу, затащили сюда по частям и смонтировали уже прямо в этом коридоре. Кстати, управление было таки точно не дистанционным — в кресле сидят останки оператора. Правда, закоптило и порвало его крайне сильно, так что на труп человека это уже не похоже. Так, какие то тряпочки в запекшейся крови.

Двери следующего помещения гостеприимно распахнуты, изнутри раздается кашель и мат — видимо, их тоже зацепило огненной вспышкой. Что ж, тем лучше. Врываюсь туда, уже держа наготове Слейпнир — и начинаю стрелять практически сразу же. Мои пули рвут врагов в клочья, а они теряют две секунды практически на понимание, как через пылающий коридор вообще мог кто то пройти. Ну и удачи им, в следующей жизни — шансов убить меня не осталось из за этой потери времени совсем.

Длинная очередь скашивает всех, отбрасывая их на каменные стены и баррикады, возведенные спешно из подручных материалов. Выстрелить в меня не прицельно успел только один из пятерых. Но его пули прошли в паре метров от меня, а наградой стала очередь в голову. Все, магазин пуст. Четверо из пятерых мертвы. Пятого приходится добивать врукопашную, но заняло это буквально секунды — он просто не успевает за мной. Избиение младенцев, ей— богу. Просто пробил ему дважды в голову, и прикончил прямым страшным в комплекте с моей 6 силой ударом ноги в грудак. Ребра не выдержали, и пробили сердце, легкие и что то еще там. Булькая кровью и не имея шансов вдохнуть, оппонент угомонился у дверей в следующее помещение.

Внезапно дверь приоткрывается, и в щель выкидывают сразу связку гранат, из пяти штук. Вероятно, мне сейчас должен прийти конец. Вот только у меня помимо последнего рывка, осталось аж два Ускорения, одно из которых я и применяю, моментально развивая скорость в четыре раза выше стандартной. Так что успеваю подцепить связку гранат, и зашвырнуть ее обратно в двери. Вот только отойти от них я уже не успел — взрыв распахивает створки, отбрасывая меня к стене. Сползаю в кучку кишок одного из убитых, изрядно оглушенный. В этот же миг из коридора выходит первая двойка парней в экзоскелетах, и , сходу врубившись в ситуацию, танками прут в распахнутые двери, заливая огнем из пулеметов все что там внутри.

Похоже, что мы приближаемся к спуску на минус второй этаж — по плану по крайней мере. У спуска установлено еще две турели, для разнообразия плазменных. К сожалению, выясняем это мы ценой потери одного из двух экзоскелетов и его оператора. Отзываю от греза подальше второго, и выдав ему одну из своих ракет, синхронно пуляем по турелям.

Взрыв. Огонь. Еще два взрыва, даже более мощных, и прилетевшие с разрывом в долю сеунды две порции опыта сообщаю об уничтожении этого рубежа обороны. Подтягиваю уцелевших, жру стимпаки, восстанавливая здоровье до восьмидесятипроцентного уровня, и осматриваю трофеи.

А неплохо байкеры были вооружены. Два пулемета качества редкий, один эпический пистолет-пулемет, кстати, очень похожий по компоновке на Крисс-вектор, и зовущийся тут Тедди. Неплохая находка, как мне кажется. Выдаю ПП одному из бойцов, ранее вооруженному автоматом, и оба пулемета , спросив предварительно разрешения, у меня тоже утаскивают .

По идее, на минус втором этаже остается два помещения — бар, и собственно, основное помещение мотоклуба, где установлен стол для заседаний, и где принимаются решения. Бар по плану был большим залом, примерно двадцать на двадцать метров. Справа — барная стойка, слева — небольшая сцена, по центру — столы, и витрина. С виду — ничего сложного. Вот только там внизу сидит целая толпа самых прокачанных бойцов и ждет, чтобы мы начали валить их вожаков. Подозреваю, что президент лично не выйдет нас встречать. Так что придется к нему после зачистки бара войти. А зачистку мы проведем с предварительной подготовкой.

Первыми в барное помещение влетает две последние ракеты для огнеметов, учиняя там в очередной раз филиал огненного ада. Следом за ними, почти без паузы— залетает четыре светошумовые, больше у нас не нашлось на складе. И уже после их грохота и вспышек, которые чувствовались даже через закрытые двери, внутрь врывается троица бойцов в экзоскелетах, заливая все огнем на подавление, и за ними — остальная толпа. Задача самых защищенных из нас — задавить пулеметами все что есть в зале, не дав высунуться выжившим и не ослепшим, а после входа основной группы — взять под прицел и не упустить момент контратаки офицеров клуба.

Собственно, первая часть уже пошла наперекосяк — как только мои боевики ворвались — из за барной стойки хлопнул выстрел плазменной снайперки, проделав аккуратную дыру в шлеме самого правого бойца. Крит — наповал. Стойка оказалась бронированной и с легким силовым полем. Взрывы содрали с нее всю обшивку, обнажив толстенную броню. И за ней укрывалось не меньше десяти солдат противника. Во всем остальном зале не оставалось никого живого, так что мои бойцы сосредоточились на ведении огня в уцелевших, не позволяя им накрыть нас плотным и прицельным шквалом пуль.

Остатки моих боевиков вливались в помещение, моментально принимая эстафету по прижатию огнем стойки бара. Внезапно на долю секунды поверх стойки возник ствол винтовки, и сверкнул пламенным шаром, поразив одного из оставшихся солдат в экзоскелете. На этот раз, для разнообразия, он промахнулся, и попал в плечевую пластину, сжигая ее начисто. А заодно — и нанося урон почти на полторы тысячи хитов носителю этого самого экзоскелета.

Все, пора заканчивать экономию патронов. Я уже восстановился. Нацепляю штурмовой комплекс, и готовлю к бою автопушку. Сейчас соотношение сил стало уже восемь на восемь, и такой расклад меня перестал устраивать. Вхожу в зал как какой то Джаггернаут. Броня царапает макушкой шлема потолок, я еле вползаю боком в дверной проем, предназначенный для обынчх людей. Шипение вражеской плазмы — и огненный шар бессильно растекается по моему забралу. Интеллектуальный дисплей успевает пригасить яркость. А толстая броня поглощает энергию выстрела. Теперь моя очередь. “Бредлаг” жужжит и заводит свою мелодию разрушения. Я веду стволом от правого края стойки к левому, без проблем пробивая ее броню, и перемалывая в крошево все находящееся за броней — людей, алкоголь, мебель. Снаряды авиапушки рвут в клочья врагов, наполняя воздух грохотом и визгом осколков. И в этот миг замолчавшие было пулеметы моей гвардии взрываются истеричными очередями. Похоже, пожаловал босс локации со своими клевретами…

Глава 14

Из помещения вывалились сразу пятеро, первым среди них выбежал здоровяк с черными волосами и нашивкой Sergeant at Arms. И вот реально, с лицом сержанта — крепкий квадратный подбородок, маленький скрытые под массивными надбровными дугами глазки, многократно сломанный и расплющенный нос, и отлично заметные уши профессионального борца — много раз скрученные и сломанные. Вооружён сей гражданин был не много не мало — а тяжёлым пулеметом Викинг, причем эпической редкости. Второй и третий были практически братьями близнецами — накачанные парни, с лысыми головами, бородами эспаньолками и с обрезами дробовиков в руках. Четвертый боец, с нашивками Treasure , представлял полную противоположность лысым — маленький, щуплый, с крысиной мордочкой и длинной черной неопрятной бородой. НУ и последним вышел Президент клуба, двухсотого уровня здоровяк, с короткой армейской прической — “платформой”, чуть обвислыми щеками и в целом изрядно смахивающий на какого-то актера кино. В обеих руках у него крупнокалиберные револьверы, а на поясе — монструозный обрез дробовика шестого калибра. Не представляю, как он достиг такого уровня силы и выносливости, чтобы пользоваться — но вот факт.

Пулеметчик немедленно открыл по нам огонь, даже не пытаясь особо укрыться. К его удивлению, высекшая из меня искры очередь просто не нанесла урона. Хех. Уровень мой конечно не блещет — я только-только перешагнул отметку сто сорок девятого, зато характеристики в разы превосходят любых оппонентов даже на полсотни выше. По сути — я сейчас равен двести пятидесятому-трехсотому, а в броне… скорее эпическому боссу. Так что… вкидываю пистолет-пулемет, и очередь разрывных пуль перечеркивает грудь пулеметчика, в финале эффектно отрывая ему нижнюю челюсть.Зажав гашетку и посылая во все стороны веер пуль, он рушится обратно в зал, снеся собой одну из створок.

Но все же его маневр дал остальным рассыпаться по залу и открыть огонь, моментально выкашивая более слабых бойцов моей команды. Падает накрытый сразу четырьмя залпами из дробовиков второй боец в экзоскелете. Накрытые очередной связкой гранат, гибнут сразу пятеро, укрывшиеся за барной стойкой. Президент открыл огонь из обоих револьверов, каждая пуля, выпущенная им — нашла свою цель. Еще четверо моих людей, включая предпоследний экзоскелет пали от выстрелов.

Офигеть. Нас только что было два десятка против пятерых. Сейчас — десять против четырех. Не, так не пойдет. Последний Рывок и последнее ускорение превращают меня в смазанную тень в их глазах. Пять выстрелов на одного крепыша с нашивками вице-президента, еще пять — на его близнеца с нашивкой Secretary. Хиты первого уходят только в красную зону, здоровый гад. Второй падает замертво — четыре из пяти выстрелов были критическими.Приходится выпутить еще пяток пуль в первую цель, и уже в прыжке меняя магазин — разрядить его в Президента.

Внезапно громила оказался весьма проворен, и из двенадцати вылетевших пуль — лишь четыре нашли свою цель. Да и они снесли с него всего то десять процентов здоровья. А вот он в ответ выстрелил в меня из своего обреза и внезапно попал. Удар был такой, как будто лично Гектор явился сюда и врезал мне сразу двумя ногами в грудак. Пуля, а это была не картечь, а именно пуля, отбросила меня на барную стойку, просто сокрушив ее, а инерция проволокла до удара в стенку. На мою голову посыпалась куча стекла из разбитых ранее бутылок, полки, какое-то барное оборудование. Его попадание не только снесло с меня две тысячи хитов, отправив практически в нокаут, но и в прямом смысле пробило броню — в нагрудной пластине Хускарла зияла здоровая дыра.

Так, из развлекательного приключения это действие превратилось внезаино в серьезнейшую битву.

— Макс, срочно — дымовые. ДА, я в курсе всех возражений.

— Выполняю…

Из спины пса ударило сразу четыре дымопостановочные гранаты, заволакивая помещение густым дымом. Он моментально вызвал лютый кашель у всех, находящихся в здании, и при этом не снабженных защитой органов дыхания — то есть кроме меня и последнего здоровяка в экзе — кашлем давились все. Включая крайне устойчивого босса. А я тем временем скинул обратно в кобуру свой пистолет пулемет, и раскрутил стволы Бредлага. Шквал попаданий обрушился на обоих оставшихся на ногах врагов. Снаряды пробивали их, разрушая заодно и прочный бетон стен. Президент клуба продержался под огнем практически минуту, но количество попаданий просто не позволило ему еще раз выстрелить из обреза. В конце концов этот невероятно мощный враг просто упал на колени, а потом распластался лицом вниз, в моментально натекшей с него луже крови, и затих в ней.

Все. Существование мотоклуба объявляю завершенным. Для окончания действия я подошел к трупу, заграбастав заодно себе и оба револьвера, и легендарный обрез “Молот”. После быстрого обыска тела и получения легендарного ящика босса, я снял с его трупа жилет, и демонстративно спорол с него нашивки президента, а вместе с ними и шевроны. Подумав пару минут, я проделал то, что, наверное, не стоило. Я спорол со спины своего жилета символ с черепахой, и вместо него налепил шевроны банды Дети Погибели, а на карман налепил шеврон президента.

Ворох системных сообщений. М-да, наверное, зря. Но всю жизнь хотел побыть президентом мотоклуба…

Так. А интересно. Система сообщила, что помимо обретения очередного уровня, и всех сопутствующих ему бонусов, я стал главой города — три из четырех основных банд подчиняются мне, я контролирую более половины территории. Хех. А оказывается, стратегические возможности тут реализованы не только в виде базы отряда. Похоже, игрок действительно волен стать главой хоть всех городов, которых сможет. Мне сейчас доступны и налоги с города, и казна (пустая, конечно же) и управление оборонительными сооружениями, которые тут есть, и даже доступ к сети разведывательных сателлитов, ну вернее к тем ее останкам, что еще функционировали. И это , пожалуй, было самым интересным из всего списка.

Уцелело во внешней системе не то чтобы много, но все же — город защищало от вторжения десяток сверхтяжелых гаусс-турелей, остальное пришло в негодность. К сожалению, энергоресурсов категорически не хватало, поэтому единовременно вести огонь можно было не более чем из трех — но при выходе из строя они сразу же заменялись резервными. А внешних устройств сканирования, радаров и прочего уцелело аж с десяток, и самое удаленное недавно зафиксировало проход колонны тяжелый техники с опознавательными знаками Армии Свободы. В электронных мозгах эти силы были прописаны как союзные, но это я быстро исправил. Радар засек пять больших и четырнадцать маленьких целей. Пять больших — похоже, это уцелевшие танки. Остальное — джипы, легкие БТР или же грузовики с пехотой. Последнее было бы настоящей проблемой.

Так, надо срочно готовить город к обороне. Иначе все мои планы пойдут по известному месту. Дело в чем — Гилдор мне между делом сообщил, что собственно тот самый “летучий корабль”, от которого я нашел ключ-карту, он не на космодроме спрятан. А тут рядом, и пытался неизвестный шпион пробраться то именно сюда. Но для расконсервации — нужно запустить процедуру из самого города. И займет она немного не мало — а почти двадцать часов. Я после захвата города сначала даже позабыл, потом вспомнил — и нажал кнопочку. Этот челнок — оказывается, часть все того же проекта “Звездные войны” и тут проходил модернизацию после испытаний.

А что еще из ресурсов в городе то есть? Правильно — в городе есть почти не пострадавшая банда Чинов, под руководством Чен Нгхо, и вот к ним то и придется направит гонца. Если они не впишутся — то дела наши плохи. Я один не справлюсь с парой тысяч человек, тупо расстреляют критами. А у чинов — больше трех сотен бойцов. С остатками всех наших банд — будет почти полтысячи. Маловато, но в обороне. Да снабженные по максимуму оружием Первых. Думаю, сдюжим. Тем более что подмога уже идет — я предупредил деревню в тоннеле, что надо пропустить наших людей, надеюсь они меня послушают. Им сюда совсем недолго, если без приключений. Приключения я вроде как все ликвидировал. А еще — мои бойцы готовили там дирижабль, так что должна быть и поддержка с воздуха. Но все это будет через семь-восемь часов. А враги — максимум через три четыре.

Чен не стал ломаться, и прибыл ко мне сам. Несмотря на число его людей, почти на треть превосходящее моих — он понимал, что в прямом противостоянии проиграет. Слухи про ликвидацию байкерни, видимо, были весьма детальны, так что он прибыл, будучи в настроении договариваться.

Когда этот гигант вошел в временно оборудованный под офис клабхаус — помещение стало ощутимо теснее. Ростом в три метра. Шириной плеч он соответствовал рост у— метра полтора, не меньше. Черные заплетенные в множество косиц волосы переходили в такую же бороду. Раскосые глаза, на серо-желтом лице оказались вполне гармоничны, как и общая “восточность” черт.

Он вошел, нашел взглядом меня, и поклонился первым.

— Приветствую прославленного Воина дороги, повелителя городов и Палача своих врагов. Чем может услужить тебе наш маленький клан?

Вот зараза. И вроде как готов и рад сотрудничать, но ни слова про вассалитет. Чем услужить…Ладно, поговорим после битвы, сейчас главное его убедить выступить на нашей стороне.

— Привет и тебе, повелитель воинов. Я призвал тебя по делу. Система контроля Первых сейчас находится под моим управлением, и по ее данным — к нам приближаются войскF моего врага. Я предлагаю тебе выступить на моей стороне — вместе мы точно сумеем его одолеть. У меня есть оружие, но не хватит людей, чтобы его использовать. Под моим контролем системы защиты –но нет энергии на одновременную активацию всех.

Чин с хитрой улыбкой смотрит на меня.

— Друг мой, у любой подобной просьбы есть цена. Готов ли ты ее платить?

— Называй. Но помни — если ты специально предложишь невыполнимое, дабы избежать помощи мне — до прихода моих врагов тебя и твоих людей уже начнут жрать могильные черви. А город… а город я просто взорву, мощности реактора хватит, чтобы уничтожить всех — и врагов, и горожан.

Он заметно оторопел.

— Нооо… тут же невинные! Ты не можешь, это не по правилам Воина Дорог.

— Плевать я на правила хотел. ВЫ все привыкли к сказке, что Воина дескать можно пронять слезливой историей или шантажом в адрес мирняка и получить че хочешь. А потом он придет и будет мстить… Нет, теперь будет по-моему — мстить я буду раньше, чем вы начнете ультиматумы предъявлять. А мирное население… его все равно изнасилуют и вырежут солдаты Юрийя , когда возьмут город. Так что — выбирай с умом…

Чин крепко задумался. Вся напускная блатота и восточная бравада слетели с него, и передо мной сидел вполне собранный и деловой чел, которому только что обломили весь план переговоров.

— Хорошо. Какие твои условия?

— Ты — выставляешь своих людей. Без предъявления требований, и без рассказов мне о том, как это ценно. Я — не претендую на вассалитет твоего клана и оставляю тебе треть бизнеса тут. Я — вооружаю твоих людей из своих запасов, и сделаю вид, что поверил, что вы потеряли часть оружия в бою. Не больше двадцати процентов. Оружие — это артефакты Первых, так что не надо наглеть, ок?

— Я был бы последним идиотом, если бы не согласился. Но есть вопрос — каковы силы предполагаемого противника? Генерал запада уходил на штурм Тарента с двумя бригадами пехоты и у него было порядка сорока танков и БТР. Это мягко говоря немало, и даже оружие Первых тут вряд ли поможет нам. Четыре тысячи бойцов это много.

— Ну сейчас их порядка тысячи, как сообщили мне мои ребята из Тарента. И, судя по данным радаров, девятнадцать единиц техники, из них пять— тяжелой. Пять тяжелых не проблема, проблема — это пехота. У меня осталось около трех сотен человек, так что …

Мужик заметно повеселел.

— Такой расклад мне по душе. Никогда не любил Юру, он знатный засранец и расист. Ну хорошо, я согласен на твои условия. Правда, у меня есть еще один вопрос. Почему ты уверен, что после боя мы не развернем свое оружие против вас — ведь внешней угрозы уже не станет, а оружие будет у нас?

— Ты уверен, что хочешь услышать мой ответ?

Подумав, он утвердительно кивнул.

— Потому что, во-первых, через несколько часов тут будут мои люди, сумевшие удержать Тарент в два десятка рыл против все западной армии. Я продержусь против тебя эти пят шесть часов. Во-вторых, потому что для меня могут составить проблему тысяча человек снаружи города, но не составят — сто пятьдесят — двести внутри. Я вас перебью один, даже если у вас будет оружие Первых. Вот только для города это кончится скорее всего тотальным разрушением. В-третьих, я знаю, что у вас, чинов, данное слово ценится больше, чем любые материальные ценности, и ты вряд ли продашь его за горку стволов. НУ и в-четвертых, мои план предусматривает ситуацию с битвой против твоих сил прямо после боя. Я УЧИТЫВАЮ такую возможность всегда.

— Что ж. Иного ответа я и не ожидал. Ты, Воин Дороги, известен как человек чести, так что я абсолютно уверен в твоих мотивах. Надеюсь, твои тактический гений столь же велик, как о нем рассказывают, и мы вместе посидим сегодня после победы, обсудим дела насущные.

Клан Нгхо предлагает вам союз. Принять?

ДА

Спустя час

Чен действовал крайне расторопно, и уже через час оружейная на базе по сути опустела. Я роздал все оружие и броню, используя в том числе нечестные техники наград за убиение одной букашки и прочие админско-модераторские квесты. Но в итоге — у меня была армия в шестьсот двадцать рыл, вооруженных так, как можно мечтать только. Два пилота меха, имеющих навыки управления штурмовыми аппаратами, получили в свое распоряжение Шелк и Лангуста, самые тяжелые боевые мехи, существовавшие в игре. Две сто тонные боевые машины, одна — специализированная на уничтожении других мехов и танков, для чего она несет на борту две сорока-зарядные ракетные установки, с боекомплектом почти в тысячу ракет, тяжелый рельсотрон, две плазменные пушки в руках, лазер повышенной мощности в виде плечевой турели, и шесть стандартных, собранных в два пакета по три, смонтированных в грудной части корпуса. Сам по себе Атлант был мехом гуманоидного типа, высотой в семь с половиной метров, в данной модификации не имеющий специализированных средств ближнего боя, не считая таковыми дубиноподобные руки с плазменными пушками, весом по пятнадцать тонн каждая.

Второй мех был приземистым универсалом, с корпусом-платформой, установленным на четыре ноги, специализация этой машины была затяжная война одиночным порядком в долгом отрыве от баз и точек снабжения, так что основное оружие было энергетическим. Четыре тяжелых лазера, десяток средних, десяток малых. В добавок к этому набору на руках боевой машины могли быть смонтированы или еще два тяжелых лазера, или же две 45-мм автопушки, с запасом снарядов. Наша модификация была целиком на энергетическом оружии, которое питалось сразу двумя термоядерными реакторами, и обладало уникальной системой охлаждения, позволяющей вести непрерывный огонь без перегрева в течении почти что получаса.

Более чем достаточная огневая мощь, при этом в руках опытных пилотов. В Атланта залез Чен, а в Лангуст — Гилдор. Короткий тест бортовых компьютеров показал, что оба пилота имеют более чем достаточные компетенции для управления, и я оставил их в покое, заниматься предбоевой подготовкой своих консервных банок. А сам тем временем отправился на первый боевой пост — в центр управления оружейными системами. Тут же был развернут штаб для координации всего боя. Когда дело дойдет до штурмовых действий внутри города — мое место будет на улицах, а пока что займусь управлением гаусс-турелями — кроме меня этого никто сделать не сможет.

Глава 15. Штурм Санта-Клары, часть первая. Планирование и стратегия.

План обороны был в действительности весьма прост — в начале боя экономим минимум одну огневую точку, не показывая ее врагам. С помощью мехов и поэтапно активируемых шести гауссов (напоминаю, единовременно не больше трех активируется) уничтожаем танки и возможных мехов противника. В случае серьезного повреждения боевых машин пилоты не гибнут героически с ними, а катапультируются. И занимают места в замаскированных в точках известных им двух боевых мехах попроще, но куда лучше готовых к ближнему бою с пехотой и всяческими ПТ-средствами. Эти роботы — два пятидесяти тонных Аксакала. Помимо 30-мм автопушек и средних лазеров, обе машины вооружены специализированной секирой для ближнего боя и огнеметами, равно хорошо уничтожающими и пехоту, и вражеские машины. А еще эти ребята были куда быстрее и манёвреннее. И вот на этих машинах они уже гарантированно добивают остатки техники противника, и отступают от города. Не к городу. А от него. Враг точно должен решить, что это бли основные силы сопротивления. И перейти в атаку всеми силами, не спешивая пехоту — ведь основная противотанковая оборона уже рухнула, и значит БТР не угрожает ничего кроме носимого оружия.

Я в это время жду в центре управления обороной. Анализирую состав техники и в мной выбранный момент активирую оставшиеся четыре орудия, максимально выбивая самый мощный транспорт. Потом перевожу оставшиеся орудия в автоматический режим, стараясь выбить максимум техники до момента их подавления. А сам отправляюсь в поле, так как тут буду уже бесполезен. Мехи связывают боем остатки техники и не пускают ее подержать пехоту. В город мехи не входят ни в одном раскладе, прикрывают нас снаружи.

Второй этап тоже более-менее понятен.

Пехота занимает заранее оборудованные позиции снаружи города и плотнейшим огнем из импульсного вооружения не пускает к нам солдат противника.

Бойцы с тяжелым оружием Первых — десяток РПГ, у каждого из которых есть пять выстрелов — их задача подавить вражескую тяжелую пехоту и штурмовые группы с экзоскелетной броней. Им в помощь выдано четыре расчёта с плазменными тяжелыми пулеметами. Не сказать, что это точное оружие, зато эффективное донельзя. Град энергетических сгустков летит и поражает любые цели просто за счет количества выстрелов. Расход боеприпасов правда при этом просто чудовищный, а сами боеприпасы крайне дорогие. К этим же ребятам присоединяюсь на этом этапе я со своей чудовищной снайперкой.

Основная задача этого этапа — максимальное облегчение нам городских боев, так как чем меньше окажется внутри хорошо защищенных бойцов — тем меньше потерь мы понесем на следующем этапе боя.

Длится же этап будет до момента, пока у “тяжелого огневого сочувствия” не закончатся боеприпасы или люди. После этого я даю сигнал, и бойцы начинают имитировать отступление с поля боя в город, заманивая противника в заранее размеченные коридоры.

Главное заставить врагов поверить, что мы бежим и не побежать по — настоящему. В городе хвост отсекают заранее подготовленные бойцы резерва, а отступающие войска разбегаются в заранее подготовленные точки сбора и, пополнив БК, занимают огневые позиции согласно плану. Соответственно, дальше затяжные городские бои с заманивание врага в огневые мешки и уничтожением. Все. А дальше как пойдет, ни один план боя еще не выдержал столкновения с действительностью дольше часа.

* * *

В помещении штаба царила рабочая суета. Благодаря возможностям техники Первых — нам не потребовалось много людей для обеспечения полного контроля за ходом операции. Конкретно мы управились впятером. Трое сидели за пультами управления систем наблюдения, я за пультом управления огнем и пятый осуществлял дрон –разведку, обеспечивая меня в реальном времени картинкой боя. Да, в системе обороны города была и такая опция — подъем двух мощных дронов на высоту в пять сотен метров над полем боя, осуществляющих полный видеоконтроль и разворачивающих картинку сражения в виде интерактивной трёхмерной карты с видом сверху-сбоку на проекционный стол.

Сейчас на этом столе как раз появились первые вражеские танки. Три ховера и один неизвестной мне модели, при поддержке четырех боевых роботов. Похоже, мехов везли на каком-то транспорте, которые радарная система и распознала как пятый тяжелый танк. Плохо. Неизвестный танк обладал скошенными пластинами единого, как мне казалось с точки наблюдения, листа лобовой брони, из которой торчало два ствола энергетического оружия, по виду напоминающего блоки лазеров, вот только размеры и количество стволов были крайне впечатляющими — у каждой пушки этих самых стволов четыре, и общий размер — порядка сантиметров восьмидесяти в обхвате, ну так, примерно.

Похоже, бой будет жарким. Дистанция уже позволяла открыть огонь из рельсотронов, но я намеренно выжидал. Первый залп должен точно стать сюрпризом, так что пусть подойдут поближе.

Тем временем Атлант выбрал в качестве цели один из мехов противника, сорока пяти тонного Лесного Кота, и открыл огонь. Восемьдесят ракет стартовали с пусковых установок, и сразу же вслед за ними — ударил рельсотрон. Большую часть ракетного залпа перехватили системы ПРО, но все же полтора десятка попало в цель, вызвав целый водопад из кусков брони с правой половины торса и заставив ее пошатнутся. Снаряд врезался в правую ногу, выбивая громадную дыру в бедренном суставе, и открывая доступ к внутренним частям ноги.

Мехи противника попытались защитить уже поврежденную машину, быстро вырываясь вперед перед танками и открыв огонь из малоэффективных на таком расстоянии средних лазеров. Еще один Лесной Кот, Городовой и крайне неповоротливый, хоть и мощно бронированный Омар вышли на максимальную дистанцию стрельбы из своего оружия и попытались заставить отойти Атланта, концентрируя на нем залпы автопушек, чередуя их со средними лазерами, вот только делали это с расстояния в шесть сотен метров. Толку было не много — лазеры бессильными бликами лишь опаливали на таком расстоянии броню, а автопушки двадцатимиллиметрового калибра были слабоваты против ста тонной машины. Зато Городовой подошел слишком близко и поплатился за это. Лангуст немедленно разрядил в него всю свою батарею из шести тяжелых лазеров, выбрав целью блок на правом плече, несущий пушку и боекомплект. Копья концентрированного света моментально соединили две машины сверкающим мостом, расплавляя броню Городового и обнажая нутро машины. Следом за ними туда же, уже в легкоуязвимую внутреннюю структуру, ударило и две пачки лучей средних лазеров, довершая разрушение и вызывая детонацию боекомплекта. Подозреваю, что пилот даже не успел нажать кнопку катапульты, когда его поглотил взрыв. Нелепой изломанной конструкцией робот застыл, выбрасывая густые клубы дыма и пламени в небо.

Тем временем танки подошли на свой огневой рубеж, и первым открыл огонь так и не идентифицированный мной странный агрегат со скошенной броней. Его странные блоки пушек с огромной скоростью принялись выплевывать энергетические импульсы высокой мощности, обрушив их на робота Чена. По мощности это оружие было примерно равно тяжелому лазеру, вот только скорострельность поражала. Восемь, шестнадцать, двадцать четыре. Ровно столько копий света вонзилось в Атланта, заставляя тяжелую машину пошатнуться. Броня на левой стороне торса практически вскипела, испаряясь под ударами лазерных лучей, и лишь мастерство пилота позволило тяжелому меху не упасть навзничь. Но все же он сделал несколько шагов назад, а расплавленная броня стекала с корпуса, застывая причудливыми потеками под ногами.

Это попадание сбило ему прицел, поэтому и выстрел рельсы, и залп лазеров прошли мимо цели, но ракетам не требовалось постоянного контроля цели, так что следующий пакет, на этот раз из тридцати, удачно обрушился на уже раненого Лесного Кота, довершив разрушение брони, оторвав роботу правую руку, и окончательно выведя из строя ранее поврежденную ногу. Пилот Кота оказался трусоват, и, понимая, что дальнейший бой будет для него коротким — максимум до следующего попадания — предпочел катапультироваться. Его спасательная капсула по широкой дуге полетела куда-то в разрушенную часть города, и исчезла из виду.

К этому времени подтянулись и ховертанки с их разрушительными турбоплазменными орудиями, а мне наконец то удалось высчитать оптимальные вариант поражения всех оставшихся вражеских мехов, так что я передал пилотам роботов порядок стрельбы, и активировал свои турели.

Первый мой выстрел, самый неожиданный и разрушительный, обрушился на второго Лесного кота. Одновременный удар трех тяжелых рельсотронных снарядов просто опрокинул робота на землю, оторвав ему по колено правую ногу и выведя из строя коленный сустав левой. Вторым залпом я добил уже неподвижную цель, просто разнеся ему кокпит. Третий залп обрушился на уже готового к нему Омара, успешно срывая с него целые пласты брони. Мои орудийные системы ушли в цикл перезарядки, а Чен с Гилдором частыми залпами лазеров довскрыли броню Омара, который вяло огрызался короткими импульсами средних лазеров, и выжгли ему гироскоп, после чего пилот среднетоннажного меха тоже был вынужден катапультироваться.

Ховертанки, изначально шедшие явно с целью ликвидации роботов, моментально сменили приоритет целей и на полной скорости рванули ближе к стене, полностью игнорируя обоих тяжелых мехов и ведя обстрел засеченных точек расположения моих орудий. До перезарядки оставалось еще почти две минуты, так что в нормальных условиях противопоставить им мне было бы нечего. Но вот тут как раз условия оказались не совсем нормальными. Опыта, капнувшего мне за уничтожение вражеских мехов, более чем хватило на получение еще одного левел-апа, и все очки я скинул в управление осадным вооружением, доведя его уровень до десяти. А из открывшегося списка — немедленно выбрал и вкачал на две единицы Овердрайв — режим перегрузки орудийных систем, позволяющий сделать два дополнительных выстрела, после чего орудия разрушаться. Так что, когда ховертанки приблизились, надеясь на полную беззащитность системы обороны, мои гаусс-турели выдвинулись вновь, и дали первый залп, выбрав целью головную машину.

Три снаряда ударили в три подвески для двигателя. Первые два попадания не смогли разрушить многослойную броню, и срикошетили куда то вверх, лишь промяв листы и сорвав внешнюю защиту. Третий снаряд то ли был направлен успешнее, то ли попал в ранее поврежденную область — но начисто оторвал танку задний правый антиграв, вызвав моментальный перекос в мощности системы полета и последующий резкий и неожиданный крен в правую же сторону, завертевший ховер на месте.

Этого времени пушкам хватило для второй и последней перезарядки — и еще три болванки из обедненного урана полетели в цель. На этот раз мне была открыта для стрельбы куда более уязвимая корма, где и располагались энергоустановки и боекомплект футуристической боевой машины. Слаженный удар в одну точку продырявил тонкий защитный лист брони как горячий нож масло, и разрушил основной реактор, питающий орудийную систему. Ховертанк задымил, его двигатели заработали неровно и с перебоями. Только что компенсированный крен из-за потери одного движка возник вновь, и боевая машина тяжело врезалась в небольшой холм, зарываясь в него носом.

Два оставшихся в строю немедленно накрыли залпами своих турбоплазменных пушек все три турели, разнося в клочья и сами орудия, и окружавшую их стену. К этому моменту система энергоснабжения сообщила о восстановлении мощности реактора, и я активировал вторую тройку пушек, расположенных чуть выше и левее позиции вражеских танков.

Слабым местом всех ховеров являются их двигатели — невозможно навесить туда достаточное количество брони, сохраняя мало-мальски эффективную подъемную силу. Так что все три залпа последовали именно по двигательным системам, выводя из строя еще одну бронемашину и изрядно повреждая последнюю. Первый танк, оставшийся в течении секунд без обоих двигателей с левой стороны, покатился кубарем и замер горой дымящейся брони. Второй, с пробитым контуром охлаждения турбоплазмы и поврежденным передним двигателем, предпочел ретироваться из моего сектора поражения, резонно предполагая вероятность нового выстрела. Ну откуда ему было знать, что откат Овердрайва — полчаса, и мне нечем его встретить. План сработал на все сто процентов.

А вот дуэль наших мехов с последним бронемонстром Юрия проходила с куда худшим результатом. Я немного отвлекся на свой поединок с ховерами, а когда перевел глаза на своих роботов, то на месте Атланта обнаружил лишь курящийся кратер, метров в двадцать в диаметре — похоже, рванул реактор. Лангуст покуда держался, хоть и приволакивал одну из ног и явно лишился большей части брони слева. Но эта машина была способна пережить и не такое, все-таки созданная как одиночный рейдер, она обладала заведомо повышенной живучестью. Танк противника наконец то пострадал — похоже, перед гибелью Атлант разрядил в него свои ракетные пеналы пару раз, и весьма результативно. Броня на правом боку танка была разворочена внутренним взрывом, похоже, что взорвались какие-то энергобатареи. По крайней мере, в оплавленной дыре сверкали молнии и явно продолжалась некая электрическая деятельность. Остальной танк был испещрён несколькими десятками следов от попаданий ракет, лазеров и двумя солидными вмятинами от рельсотронов. Но все же, несмотря на все эти повреждения, он все еще мог двигаться и стрелять. И сейчас он надвигался на Лангуста, не прекращая вести огонь из одного бластера. Второй, похоже, вышел из строя вместе с энергоустановкой.

Лангуст тем временем видимо остыл, и явно задумался о выборе цели. Времени на ведение долгого боя у него уже не осталось — еще пару минут от силы, и тяжелый лазерный монстр вместе с подошедшим на помощь ховером разнесут его. Гилдор выбрал в качестве цели уже здорово поврежденный ховер, и я мысленно согласился с его выбором. Как бы не был крут тяжелый танк, но особо толку от него одного в бою нет — он не войдет в город, да и выбить его турелями намного проще, чем юркий ховертанк.

А тем временем ховер решил разнести уже поврежденного меха с разгону, проскакивая и поливая его очередями плазменных сгустков. Откуда пилоты было знать, что несмотря на массу, этот робот был оснащен прыжковыми двигателями и мог совершать небольшие рывки? Да ниоткуда. Поэтому он бездарно попался, когда при попытке пролететь мимо многотонная громадина вдруг оказалась прямо около него, уже выпустив из-под панциря две клешни-руки и отхватив ему последний двигатель на одном из боков. А потом просто добив, последовательно разбивая орудийные системы быстрыми ударами этих же рук.

В этот миг в спину боевого робота начали вонзаться очередные лазерные импульсы. И вот одно, второе. Третье пробитие, вызывающее воспламенение конструкций внутри. И вот уже задымилась и повисла одна из двух рук, вот уже подламываются передние ноги, и кажется все, гигант повержен. Но именно в этот момент в бок вражеского танка ударяет длинная, снарядов на двести, очередь из тридцати миллиметровки, дополненная несколькими залпами лазеров. Танк даже не вспыхнул. Он превратился в концентрированный свет, испаряясь в выжигающей сетчатку и камеры вспышке. Похоже, нарисовавшийся как раз вовремя на поле боя Чен на резервном мехе поставил жирнууую точку в сражении.

Но нет, жирной точкой стал выброс катапультой Гилдора из Лангусты, и явно начавшаяся в роботе реакция детонации реактора. Похоже, повреждения от лазерного огня оказались куда больше, чем было видно снаружи. Термоядерный грибок взвился над полем боя, испепелив и Лангуста, и ховертанк, и пилотов этого самого ховера, в панике пытавшихся спасти свои жизни, бегом убегая от места гибели своего танка…Первый этап сражения за город прошел строго по плану, переходим ко второму.

Глава 16. Штурм Санта-Клары, часть вторая. Тактика.

В действительности я и рассчитывать не мог, что наши мехи продержаться так долго, и сумеют уничтожить всю тяжелую технику вторжения, сохранив при этом семь гаусс-турелей на стенах. Теперь по идее у руководителя вторжения возникает дилемма — то ли бросать в атаку пехоту, по которой бесполезно работать гауссами со стены, но которую отличнейшим образом покрошат без поддержки техникой и сидящие в обороне солдаты, и уже два средних боевых робота. Или же бросить в атаку на стены и технику, и пехоту, и потерять какую-то часть техники от огня турелей. Пехота в отличии от техники восполняема. Но без нее не захватить город. А техника — крайне трудно добывается, но без нее потеряешь пехоту до захвата города. Трудный для него выбор, я подозреваю…

Действительность преподнесла второй сюрприз. Оказывается, Юрий сохранял до конца битвы за Тарент и не вводил в бой резервы как раз-таки боевых шагоходов. Тяжёлых роботов ему понятное дело было негде взять, а вот второе звено средних, шагающих перед наступающей рассыпным строем пехотой оказалось крайне неожиданным и неприятным сюрпризом. Не лучшие образцы, две Химеры по тридцать тонн, и два тридцати пяти тонных Лезвия.

Химера была в принципе устаревшим универсальным роботом, как раз на ее шасси создавались творения Бензобота когда-то давно, в Лабораториях. Левая рука представляет собой монолитный блок вооружения, правая — вариативно или с оружием ближнего боя, или же монтируется второй блок. Первый блок — ракетная установка на шесть неуправляемых ракет, с боекомплектом в шестьсот — тысячу штук, размещенным рядом, в груди, и автопушка 20 мм. Правый блок — ну в данном конкретном случае это были одинаковые четырехпалые руки, несущие одна что-то, напоминающее пистолет громадных размеров, вторая Химера сжимала в этой руке топор.

Лезвие — технически разработано для ликвидации легких и средних мехов противника, лишая его разведки, нанося удары по узлам контроля, связи и так далее — короче, диверсант. Вот только в жертву скорости за сто километров в час и установке прыжковых двигателей были принесены броня и вооружение. Такую боевую машину можно было уничтожить при удаче тремя-четырьмя МРАП или даже несколькими хорошо оборудованными джипами. Его двенадцатимиллиметровая броня плохо держала даже попадания 14.5 мм снарядов из тяжелых пулеметов. А вооружение представляло собой четыре гигаватных лазера, у роботов это проходило по категории средний лазер. Неплохо для ударов в спину другим мехам или для атаки на штабные машины отлично жжет БТР, МРАП и джипы. Не годится даже против не самых тяжелых и устаревших танков. В общем, странная разработка — но все же на каких-то складах завалявшаяся, а сейчас еще и внезапно крайне опасная — со своими прыжковыми движками они легко доберутся до турелей, и уничтожат их.

Проблемой было то, что обозначенное на радаре как легкая техника — оказалось аж восьмью БТР с навесными ПТУР и 37-мм автопушками, а отнюдь не легкими джипами, как я надеялся. В— общем, так себе из меня стратег пока что. Но работаем по плану, вот только роботов придется не оттягивать из боя, а наоборот, подтянуть в город, как бы мне не хотелось обратного. Иначе вражеские мехи уничтожат и расчёты тяжелого оружия, и турели.

Тем временем четверка роботов не пыталась особо ускорится, так и двигаясь метрах в двухстах перед своей пехотой. Один из моих людей поднял руку, привлекая мое внимание.

— Шеф, а может подложим им каку, а? Я точно знаю, где есть слабое место у Химеры, приводящее к детонации реакторного модуля. А они так близко к своим идут, ну грех не воспользоваться.

— Окей, слушаю.

— Видите, у них верхний кусок торса как бы нависает над поворотным блоком, который у людей это тазовая область? Вот прямо самый уголок-выступ — это в действительности почти край реактора. Нужно просто вбить нашими рельсами его внутрь, и тогда — Кааабум! Пехота просто не успеет отойти из зоны поражения, и ее накроет взрывом.

— Принято, сейчас попытаюсь. Есть у меня подозрение, что больше пару тройки выстрелов мне сделать не дадут.

Наши роботы отошли еще ближе к стенам, а противник все еще размеренно приближался. Прицелы турелей удалось в ручном режиме сфокусировать на указанной точке корпуса Химеры, и с расстояния в восемь сотен метров мои пушки ударили первым залпом.

Серебристые шары снарядов пересекли расстояние между стволами орудий и роботом менее ем за секунду, и сокрушительно ударили прямо в ядро реактора, вызвав неконтролируемую термоядерную реакцию. Ударная волна и пламя от взрыва, как и планировалось, накрыла ближайших пехотинцев, уничтожив на месте почти сотню человек.

В тот момент, когда я активировал турели, державшиеся за пехотой и роботами три БТР резко ускорились, выходя на дистанцию в пятьсот метров, и синхронно выпустили по четыре ПТУРа, целясь в гаусс-установки. Столетней давности система противоракетной обороны попыталась перехватить ракеты, но шансов на это было мало. Четыре из двенадцати ракет удалось сбить или отклонить, но и оставшихся более чем хватило. Кумулятивные боеголовки прожгли броню, а следующие за ними ракеты разрушили тонкую электронику. М-да, даже два залпа сделать не дали. Осталось четыре турели.

С другой стороны, насколько я знаю, у таких БТР пусковые установки не перезаряжаемые, так что у них остались только четыре ракеты, по одной на каждую пушку. Этого не хватит длдя уничтожения всех орудий, так что скорее всего будут атакованы одна или две турели. Надо бы этого избежать, вот только как? Похоже, пора отправить наших двух мехов на перехват по изначальному плану. Восемь ПТУР и три слабеньких средних робота им вряд ли навредят всерьез, да и число мехов противника я сейчас поуменьшу.

Активирую последнюю тройку гаусс-пушек, наведя их предварительно на Лезвие, идущее самым дальним. С учетом его бумажной брони, в целом можно бить куда угодно. Но для гарантии — попробую поразить гироскоп.

Глухо стукают рельсотроны, и удары их снарядов просто пробивают навылет слабенького робота. В прямом смысле — три снаряда вылетели из спины Лезвия, врезавшись в солдат за ним и убив там еще с десяток человек. Робот даже не завертелся волчком, он просто упал на землю как кукла, которой обрезали веревочки. Обломки тонкой механики гироскопа усеяли все на расстоянии пары десятков метров от спины робота, явственно продемонстрировав его слабость даже в сравнении с устаревшей Химерой.

Оставшийся на ходу мехи противника попытались ретироваться. Вот только предоставлять им такой шанс я не планировал, так что второе Лезвие разделило судьбу первого, получил строенный выстрел в спину и, кувырнувшись через голову, застыл, растянувшись на земле. Пилот Химеры принялся вилять вправо и влево, пытаясь уклонится от захвата системами наведения. Может, в какой-то другой ситуации это и сработало бы, но навороченный компьютер Первых запросто просчитал его траекторию и выдал мне точку прицеливания. Залп, и пушки уходят в перезарядку. А Химера, получив в целом не смертельный урон в виде вышедшей из строя ноги, внезапно расцветает огненным цветком активированных двигателей катапульты, и пилот вместе с головой робота улетает на струях огня реактивных ракет, оставляя нам неплохой трофей на будущее.

Как я и предполагал, два БТР тут же попытались выдвинуться на рубеж открытия огня, вот только и Гилдор с Ченом не спали. Выпустить боекомплект успел только первый БТР, из его ракет две перехватила система ПВО, ну и оставшиеся две успешно разнесли свою цель. Второй БТР вспух огненным шаром под сконцентрированным огнем двух средних роботов, внезапно оказавшихся королями поля боя — у них просто кончились противники, совершившие одну единственную тактическую ошибку, слишком рано выдвинувшие мехов в атаку.

А оставшаяся без прикрытия противотанковых средств пехота оказалась в сложной ситуации. Их единственным шансом был сейчас прорыв в город, потому что отступить в поля им не дадут почти перезаряженные турели и два меха. А вот прорваться в город вполне можно, пожертвовав оставшейся техникой. Похоже, что Юрий, командир армии вторжения, пришел ровно к тем же выводам — взревев двигателями, оставшиеся четыре бронемашины ринулись к роботам, стреляя из всего что у них было. Туда же устремились дымные шлейфы с десятка, наверное, переносных противотанковых ракетных установок, которые несли пехотинцы.

Серьезного урона мехам это не нанесло, двадцатимиллиметровые пушки БTР конечно могли пробить броню даже средней машины, но — не быстро. А ракеты из ПТУРов, кроме одной единственной, вполне успешно перехватывала система ПВО “Скьёрм”, заменившая устаревшие Артемисы на наших машинах. Не перехваченный снаряд врезался в широкое лезвие топора ближнего боя Гилдора, сделав на его оружии небольшую выбоину.

Ответный огонь лазеров и пушек принялся рвать корпуса боевых машин, не предназначенных для противостояния с пятиметровыми стальными гигантами. Но свою задачу они все же выполнили, отвлекая роботов от прорыва пехоты к городу.

Все, моя работа как оператора турелей была видимо окончена. Я установил их в автоматический режим открытия огня по враждебным целям — на случай появления неожиданных резервов, и приготовился покинуть кресло оператора и присоеденится к защитникам на земле, когда Юрий выбросил на стол свой последний козырь. Над полем боя раздалось басовитое гудение, и из-за низких облаков неожиданно вывалился самолет. Восьми-моторное винтовое чудовище, штурмовик двухсотлетней давности A -110 “Tordenslag”. Блин, кто эти названия придумывал, дизайнер Икеи что ли… везде норвежские слова. Торденслаг… Удар грома. Название надо сказать соответствует. Под крыльями этой дуры длинной в пятнадцать метров располагалась целая батарея из двенадцати авиационных 45-мм автоматических пушек. Их одновременный залп и правда по звуку напоминал удар грома. А по эффекту… Первый Аксакал рассыпался практически на куски, растерзанный шквалом снарядов с неба. Ему оторвало обе руки, раздробило ногу. Сорвало пласты брони с верхней части торса и разрушило гироскоп за считанные секунды — Гилдор явно не успел даже среагировать. Я не был уверен, выжил ли пилот, но было не до того — спешно падая в кресло оператора и заново перехватывая управление турелями, я попутно ковырял консоль навыков персонажа. Навестись на самолет — задача нетривиальная, но тут поможет дальнейшая прокачка навыка Осадное вооружение. За время сражения я уже успел стать 152 уровнем, и прокачать навык до четырнадцати, недостающие до пятнадцати очки вбрасываю из бонусных за уровень. Бинго. Выбор навыков, выбор навыков…точно ведь было… вот оно — Зенитчик — позволяет использовать систему наведения турелей для вычисления упреждения при стрельбе по воздушным целям, увеличивает урон по воздушным целям на пятьдесят процентов.

Перед прицельными метками турелей при захвате в качестве цели самолета появилось еще одна прицельная метка, перемещающаяся вперед и назад в зависимости от маневров самолета. Правда, скорость ее перемещения была огромная, и поймать в перекрестие было очень уж сложно. Но тут на помощь приходит навык Ускорения, не только увеличивающий мою физическую скорость перемещения, но и скорость реакции. Время послушно замедляется, позволяя захватить в прицельные метки всех трех турелей убегающий кружок упреждения и вдавить кнопку выстрела.

Бааам — три снаряда устремляются к самолету. Сейчас я во всех подробностях вижу. Как за ними остаётся след разреженного воздуха, и как два из трех снарядов проходят буквально в миллиметрах перед носом самолета, и только один удачно врезается ему в крыло, пробивая там дыру.

Вот только на действиях летающего монстра, уходящего в боковой разворот, это никак не сказалось. Возможно, я повредил элементы в системе подачи боеприпасов или еще что-то, но самолет продолжал полет как ни в чем не бывало, и только тоооненький масляный след в воздухе мог сказать, что выстрел вообще нанес урон.

О, перезарядились. Еще выстрел. В этот раз удачнее — я попал дважды. И от результата просто офигел. Если снаряд, попавший в гондолу одного из движков, как и положено, оторвал этот самый движок, вызывая пожар и задымление, то снаряд, угодивший в корпус самолета — просто оставил там вмятину и все. Да, глубокую, да , нарушающую частично целостность корпуса — но сам факт! Снаряды пробивающие броню толщиной в двадцать пять миллиметров насквозь — не смогли после трех попаданий вывести из строя это летающее чудовище.

Тем временем самолет завершил разворот, и нацелил свой тупой срезанный нос на оставшегося на ходу робота Чена. Тот тоже не стоял на месте, покорно ожидая гибели, и открыл огонь из своего тридцатимиллиметрового орудия, насыщая воздух потоками снарядов. Жаль, что попадания не впечатляли А-110 от слова вообще. Лазерные лучи оставляли лишь небольшие подпалины, даже если попадали, а снаряды просто рикошетировали от толстой брони, не нанося никакого урона.

Пушки на левом, неповрежденном крыле Удара Грома завибрировали, выбрасывая поток снарядов в робота, а вот на правом из семи сработало только три, все-таки мой выстрел был не совсем бестолков. За счет неравномерности залпа его прицел шатнулся, и вместо всесокрушающего шквала снарядов в одну точку попадания распределились по всему роботу, разрушая броню, но не успевая повредить внутренних структур.

Тем не менее под шквалом попаданий Аксакал сделал несколько неловких шагов назад, шатаясь как пьяный. Похоже, Чен всеми силами пытался удержать машину от падения, но это ему не удалось, и пятидесяти тонный мех рухнул на спину и застыл. Похоже, пилот потерял сознание от удара. А у меня оставался лишь один залп до перезарядки или же придется увести турели в режим саморазрушения, делая еще два залпа. И тогда у меня останется ровно одна. Ладно. Одного точно не хватит, а время дествия навыка оставшееся — одиннадцать секунд. Едва хватит на два выстрела. Поехали. Совмещение — выстрел — активация Овердрайва — моментальная перезарядка за счет навыка — выстрел, и остается четыре секунды ускорения, и три секунды до перезаряда.

Первый выстрел прошел просто мимо — самолет вильнул в последнюю секунду и все три выстрела пролетели мимо. Второй же. Абсолютно неожиданный для пилотов, был самым моим результативным за весь бой. Все три снаряда врезались в уже повреждённое крыло. Два снесли двигатели, и один проделал в нем сквозную дыру, что очень плохо сказалось на аэродинамике самолета.

Из выведенных из строя движков повалил дым, дырявое крыло тоже выбросило шлейф масла из трубопроводов и что-то еще капало из него, оставляя в воздухе шлейф. Самолет явно неровно летел, пилоты изо всех сил боролись за устойчивость машины. И тут пиликнула система турелей, сообщая что готова к выстрелу.

Остался последний залп. Эта секунда растягивается субъективно в целых пять или десять. Я очень тщательно целюсь, промах приведет к большим сложностям. Ладно, тянуть дальше бесполезно. Выстрел!

Первый снаряд проходит практически мимо, но целься я специально — точно бы так не попал. Он проходит впритык к двигателю, задевая лишь колпак винта, и тот просто исчезает от удара и собственного вращения. Лопасть срывается, и с бешенной скоростью вращаясь, ударяется в соседнюю, заклинивая ее и двигатель. Второй и третий снаряды расчётно бьют в практически уничтоженное левое крыло. Один сносит с него последний двигатель, второй — перебивает трубопровод возле основания крыла, воспламеняя топливо о множественные короткие замыкания.

Все, отлетался Икар. Он слишком тяжел и слишком громоздок чтобы просто планировать. А трех двигателей недостаточно чтобы удержать его в воздухе. Самолет теряет высоту, и пилоты принимают свое финальное решение…

Они катапультируются, не собираясь совершать подвигов Гастелло и атакую последним ударом почти поверженного робота там или еще как-то менять курс своего самолета. Штурмовик с гордым именем так же гордо врезается в землю, и его поглощает мощнейший взрыв, разбросавший его обломки по округе.

Этап два завершен более чем эффективно. Если бы еще пришел в себя пилот Аксакала — то можно было бы считать задачу даже перевыполненной. А так — пора мне оставить-таки свое кресло в ЦУПе и приступить к уничтожению прорвавшихся бойцов. А еще — надо бы переориентировать кого нить из опытных на одну полезную в будущем цель…

Глава 17. Штурм Санта-Клары, часть третья. Битва на бастионах

Из кресла я практически выпрыгиваю, так хочется уже ухватить в руки оружие и отправится в бой. Все же такие вот сложно-тактические сражения не мой конек, я предпочитаю доброе старое лицом-к-лицу.

Стоило мне покинуть помещение, как вокруг в коробочку встали телохранители — очередные квадратнолицые, мало отличимые друг от друга парни, числом четыре, на этот раз в экзоскелетах второго поколения с всеми возможными обвесами. На их наличии настоял Чен — типа, босс города должен соответствовать. Блин, с учетом его названия — мне нужна сигара и берет. И чтобы все обращались ко мне “Команданте” или “Jefe”. Вместо этого на мне все тот же. Уже изрядно потрепанный в боях Хускарл, в руках для разнообразия сначала Гунгнир, так как не предполагается ведение боя вблизи, по крайней мере на первом этапе сражения — противник пока что на большой дистанции, и не мог подойти до расстояния боя “накоротке” так быстро. А для борьбы с всякими экзоскелетами и тяжелыми пехотными роботоскафандрами эта антиматериальная винтовка подходила идеально.

Практически бегом мы за пять минут преодолели три километра до первых позиций обороны. Их было не сложно найти по грохоту тяжелых пулеметов и шипению импульсных винтовок. За последним поворотом коридора уже маячили бетонные блоки, в которых укрывались наши бойцы. Я успел сделать шаг вперед, когда шедший впереди телохранитель внезапно напрягся и оттолкнул меня назад.

В укрепления прямо перед нами угодила ракета, причем явно непростая — взрыв не просто разнес тот объект, куда попал, нет. Сначала помещение заполнил какой-то газ, который через полсекунды воспламенился с выделением просто огромной волны тепла. Практически всех защитников просто испепелило на месте, кроме двоих парней в таких же экзах, как на моих охранниках. Их все равно изрядно опалило, но шкалы здоровья у бойцов опустились на половину, так что это было не критично.

Наше прибытие было крайне своевременным, иначе бы именно здесь и совершился прорыв. Жестами отправив пары телохранителей занят позиции за уцелевшим станковым Вулканом-3 и более— менее целое укрытие рядом с ним, сам я, пользуясь преимуществами защиты, залег за уже изрядно разрушенным бетонным бруствером, откуда открывался вся диспозиция перед нами.

Наступающая группа врагов гнала перед собой пару десятков откровенно хреново вооружённых мьютов, видимо не слишком доверяя молчанию позиций. За спинами мьютов маячили с десяток фигур в знакомой черной броне Армии Свободы, вооруженных лазерными карабинами, а за ними — четверка бойцов в обычных экзоскафандрах, и пятый, в таком же как на моих бойцах экзоскелете второго поколения, вооруженный ракетной установкой “Геенна”. Чертова Сатариэль, распродавшая по всему миру кучу оружия из складов и бункеров Первых.

Так, наводим перекрестие прицела снайперки для начала чуть ниже шлема этого самого экзоскелетного парня. Мьюты вообще ничего нам не в состоянии сделать — их примитивное оружие не пробьет броню. Лазерные карабины Свободовцев тоже как то не впечатляют, мощность не та. А вот четверка в броне явно вооружена неплохо — там и плазменная винтовка мелькнула, и парочка Вулканов -2 , и даже кажется гаусс-винтовка. НУ и ракетная установка, способная стрелять не только вакуумными снарядами, но и кумулятивными, и бронебойными. А что там у него в запасах — я без понятия.

Выстрел. Продолжаю в оптику наблюдать за эффектом. Снаряд винтовки, названной в честь легендарного копья верховного бога скандинавов Одина оправдывает ее название. По легенде — противостоять копью Одина не могла ни одна броня. Этой винтовке — тоже. Такое ощущение, что выстрелил в незащищенного человека — снаряд просто прошил его броню как несуществующую, и разнес верхнюю часть грудной клетки, выбросив наружу фонтан крови и костей.

Пока они еще не поняли, что это было — перевожу прицел на первого из бронированных бойцов, и жму спуск. Блин, как в тире. Выстрел — труп. Жалко, что боеприпасов к ней маловато, всего то две сотни. Теперь — на три меньше. После третьего выстрела на мою позицию обрушился явно неприцельный град выстрелов и лазерных импульсов. НУ постреляйте, постреляйте. К бою подключился Вулкан, установленный на стационарной станине в бронеколпаке. Его длинные очереди просто разметали мутантов, снизив их боевой дух и смешав порядки. Первые семеро рухнули мешками, остальные немедленно попробовали залечь за складками местности и бугорками, открыв беспорядочную и бесполезную стрельбу из автоматов в сторону наших укреплений. Толку от такого огня было ноль, но видимо их он успокаивал.

Тем временем парни в экзоскелетах решились на рывок в нашу сторону, планируя укрыться от моего огня в окопчике метрах в пятидесяти от их текущей позиции. Зря они так. Их стрельбу я просто игнорировал, а вот мой выстрел оторвал второму из них ногу в бедре, и до укрытия он не добежал, а долетел, кувыркаясь кубарем по склону и заливая все кровью из раны. Добивать его я не стал, сам сдохнет.

Бойцы в черной броне все же были по-своему смелыми и самоотверженными ребятами. Не смотря на гибель четырех пятых командного состава, они перебежками, грамотно прикрывая друг друга, приближались к нам. Подозреваю, что у них была неплохая тактика — сблизится с укрытиями, и забросать внутри гранатами всех живых.

Но вот уже они в радиусе поражения из импульсных винтовок, и вторая пара моих бойцов начинает собирать с них кровавую дань. Первая же пара, высунувшаяся из-за укрытия, оказывается срезана короткими очередями из за укрытий, а потом вновь строчит пулемет, заставляя оставшихся солдат залечь.

Тем временем мне удается все же выцелить последнего парня в экзоскелете. Он практически весь укрыт за бетонным блоком, вот только кто сказал, что блок — препятствие для Гунгнира? Выстрел, и враг с развороченным животом выпадает из-за бетонного блока, простреленного навылет. Он не мертв, нет — но его позвоночник и все внутренности просто превращены в кашу.

Магазин отстрелял. Эффективность — сто процентов. Надо любыми правдами и неправдами добыть еще боеприпасов. Это не винтовка, это … Гунгнир. Реально.

Перезаряжаю, и откладываю винтовку рядом — пока не стану тратить редкий и дорогие боеприпасы на обычных врагов, тут и Слейпнир справится. Вот и пригодился комплект из длинного ствола к нему, позволяющий превратить пистолет-пулемет в карабин. Минута возни — и у меня в руках неплохой карабин, позволяющий вести огонь наравне с импульсными винтовками. Вот только обратно он так же за минуту превратится в ПП. Делаю пару выстрелов, и неудачно укрытый за тонким металлическим контейнером противник вываливается оттуда, пробитый в трех местах. Остальные спешно меняют позиции, резонно опасаясь гибели.

Противник тем временем потерял уже всех мутантов, и засел за укрытиями на местности, ведя слабый беспокоящий огонь в нашу сторону. Чет мне не нравится это. Ладно, поменяю еще разок амплуа. Убираю в инвентарь весь свой огнестрел, и достаю Молот Рока. Пора размяться. Применять способности против этих противников не имеет смысла, так что просто выхожу из-за укрытия и иду к ним, даже не ускоряясь. Десяток лазерных лучей не могут даже краску опалить на моей броне.

Метров за двадцать они запаниковали. Передняя пара попыталась расстрелять меня из винтовок в автоматическом режиме, и потерпела фиаско. Даже полсотни лазерных лучей, вонзившихся в Хускарл практически в упор — не оставили на нем ни царапинки. А я крайне лениво убил обоих солдат одним ударом молота, при этом переднего практически разорвало на две половинки, а второй, получивший удар, изрядно ослабленный телом его товарища — размозжило забрало шлема и вмяло все что от того осталось в череп. Да уж, одиннадцать силы — это очень эффективно.

Оставшиеся в живых пятеро бойцов, бросая на бегу оружие, пытаются убежать вверх по склону. Что ж, полсотни метров не пробежал даже самый быстрый — пули из импульсных винтовок летают намного быстрее, чем может бежать человек.

Возвращаюсь на позицию, убирая в инвентарь молот. Бой еще даже не начался всерьез, это скорее всего была какая-то разведка или вроде того. Выкладываю винтовку, и подключаюсь к тактическому дисплею командира базы, есть и такая у меня опция.

Любопытно. Похоже, что без поддержки тяжелой техники атака противника вот-вот захлебнется. Не то чтобы мы не понесли потерь, общее число убитых уже было за сотню. Вот только у противника — больше пяти сотен, и стремительно росло. Везде, кроме одного точки им не удалось зацепится даже за внешние бастионы. А к той точке уже отправилось два отряда подкреплений. Так что судьба там находящихся солдат была предрешена. Похоже, что выдача оружия была верным решением — потери один к пяти в нашем случае обозначали практически идеальный расклад.\

Однако в секторе прорыва происходит какая-то фигня. Отправленное подкрепление внезапно помечается мертвым. Похоже, что там весьма сильный противник. Окей. Отмечаю свою позицию и выдвигаю на нее тактический резерв в десяток бойцов, а сам, забрав телохранителей, бегом направляюсь в точку прорыва.

Почти два километра от нашей позиции до места прорыва. Поднажав, я один мог бы быть там через три минуты. Вместе с телохранами путь занял почти пять. За это время маркеры погибающих бойцов переместились еще на двести метров вперед, практически до третьего рубежа обороны.

Найти противника было не сложно — их путь устилали мертвые тела, выпотрошенные как скот на бойне. Похоже, это какие-то очень крутые штурмовики с оружием ближнего боя.

Перешагивая через тела защитников, я заметил, что большинство из них реально убиты каким-то энергетическим оружием, причем разным. Но все же противник не брезговал и стрелковыми вариантами вооружения, а также применял где надо и взрывчатку — как минимум два ДОТа с тяжелыми пулеметами были уничтожены гранатами, а расчет мультилазера расстреляли из крупнокалиберного оружия.

А впереди тем временем уже раздавался шум боя. Выстрелы импульсных винтовок, шипение лазерного оружия и лязг. Лязг был неприятным — как будто там в коридоре перемещалось что-то огромное, навроде того комплекса, что был одет на Гекторе во время нашей с ним последней схватки. А еще — количество выстрелов из импульсного оружия все время уменьшалось.

Мы добежали до места боя, и перед нами открылась картина разгрома наших сил обороны. Оба пласталевых бункера с пулеметами были вскрыты при помощи кумулятивных бомб, их защитники и оружие уничтожено. Большинство бойцов на баррикадах тоже уже были мертвы или истекали кровью, а полтора десятка солдат в ярко-алых шипастых силовых доспехах и их предводитель добивали в углу последних трех обороняющихся. Вооружение атакующих было практически однотипным, отличаясь лишь у троих. Их командир был вооружен громадной силовой алебардой, по кромкам которой пробегали молнии. Парень в шлеме, украшенном загнутыми книзу рогами — тащил в руках не много не мало — плазменную штурмовую пушку от танка. Понятное дело, что штатная система доспеха не могла питать такую дуру, поэтому у него к спине брони был приварен допреактор. Ух классно рванет, уже предвкушаю. И боец с расколотым шлемом, из-под которого на меня смотрела классическая клонированная морда Преторианца, с украшенными кольцами клыками и ярко-оранжевыми глазами — был вооружен каким-то громадным кастетом не кастетом, перчаткой не перчаткой — система распознала эту штуку как силовой кулак, прототип программы Звездная Угроза. Блин, эти ребята явно были помешаны на угрозе из космоса. Остальные бойцы тащили в руках силовые топоры с шипастыми навершиями и крупнокалиберные пистолеты с расширенными магазинами. Разработчики игры явно очень любят Вархаммер 40000 и не любят платить за авторские права.

Скорость реакции у них была поразительная. Я еще только вскидывал Слейпнир, когда командир противников в какой-то очередной уникальной броне резко обернулся, и гаркнул своим приказ. Пятеро, и среди них обладатель плазменной пушки обернулись и с ходу начали атаку, стреляя в нас из пистолетов и бегом срывая расстояние.

Надо сказать, что пистолеты в их руках впечатляли как минимум калибром — не меньше чем 12.7 мм, явно с бронебойными патронами. Моя броня уменьшала урон до смешных пятидесяти хитов за попадание, а вот телохранителям сходу досталось — один упал, пробитый сразу десятком пуль, хиты второго мгновенно просели в красную зону и мне пришлось прикрыть его собой, чтобы не добили.

Мы, конечно, не остались в долгу — Слейпнир прекрасно дырявил их броню, а вот импульсные винтовки явно были малоэффективны — больше двух третей попаданий просто отскакивали от брони или вязли, не пробивая. Хорошо, что я настоял на мощном вторичном оружии для своих телохранителей, и помимо общих для всех бойцов импульсных винтовок — они несли еще и пистолеты гаусса, причем эпической редкости. Таких игрушек в хранилище было три, а четвертому бойцу я выдал странный, но от этого не менее эффективный Волновой бластер с странным типом урона — Звук. Не знаю, как это работало, но на отстреле сильно поврежденную экзоскелетную броню Преторианца эта штука взорвала изнутри.

Пока шла перестрелка, боец с плазменной пушкой уже прицелился в меня, и эта дура выбросила в мою сторону даже не шар, а поток высокотемпературной плазмы, заставивший взвыть все сенсоры доспеха, помимо урона еще и оставившая на мне обширный ожог и заставивший сделать три шага назад, чтобы не рухнуть. Сорок процентов здоровья как языком слизнули, еще и опять броня повреждена. Не, так не пойдет.

Ладно, придется, пожалуй, пожертвовать одной ценной пулей из снайперки. Пистолет пулемет на ремне падает вниз, а я переключаюсь на находящуюся во втором оружейном слоте снайперскую винтовку. Времени ровно на один выстрел, дальше враги окажутся в ближнем бою и отбиваться от них снайперской винтовкой будет неудобно. Плазменная пушка пока еще не перезарядилась, но боец с ней так и не укрылся, а стоит в готовности и целится в меня. Зря ты так, дружок. Выбираю в качестве цели дополнительный реактор на спине, и стреляю…сквозь его торс.

В эффективности винтовки я не сомневался абсолютно не зря — пуля пробила грудь солдата, спину, и разнесла что-то в его огромном ранце. Противник был мертв еще в момент выстрела, но мне нужно больше — за его спиной увлеченно добивали моих людей четверо его товарищей, абсолютно не обращая внимания на нас. Так что надо было наказать и их тоже.

Энергореактор сначала загудел, а потом с грохотом взорвался, разбрасывая яркие протуберанцы молний по всему помещению. Два из них угодили в вражеских солдат, и те задергались, как в пляске святого Витта, а после — рухнули на землю дымящимися грудами брони. Еще одна молния вонзилась в парня с силовым кулаком, но тот просто вскинул свое экспериментальное оружие, и защитился от этого удара. Что ж, ты напрасно привлек внимание снайпера, человек. Лови свой подарок. После нажатия на спусковой крючок я немедленно скидываю на землю Гунгнир, и начинаю доставать из инвентаря свой молот, так как четверка солдат противника уже была совсем рядом.

Парни быстро просекли ситуацию, и, закинув неэффективныое оружие за спины, переключились на вторички.К этому времени нас и противника разделяло метров двадцать. Волновой бластер и два гаусс-пистолета открыли огонь. Бегущий первым солдат угодил под выстрел из волнового пистолета, и его голова взорвалась, разбрасывая обломки шлема и мелкие кусочки мозгов по броне его товарищей. Два выстрела из рельсотронных пистолетов в одну цель, и еще два после сумели нанести примерно полторы тысячи урона, не убив, но уведя в уровень критического ранения еще одного бойца.

Глава 18. Бремя предводителя

Парни быстро просекли ситуацию, и, закинув неэффективныое оружие за спины, переключились на вторички. К этому времени нас и противника разделяло метров двадцать. Волновой бластер и два гаусс-пистолета открыли огонь. Бегущий первым солдат угодил под выстрел из волнового пистолета, и его голова взорвалась, разбрасывая обломки шлема и мелкие кусочки мозгов по броне его товарищей. Два выстрела из рельсотронных пистолетов в одну цель, и еще два после сумели нанести примерно полторы тысячи урона, не убив, но уведя в уровень критического ранения еще одного бойца.

Я ожидал, что, оставшись втроем они отступят или перегруппируются — но нет. Раненый боец упал на колено и открыл огонь из пистолета в раненного телохранителя. Я не успел среагировать, поэтому ему удалось трижды попасть и все-таки добить свою цель. Увы, но стрелять в него мне уже некогда, я разгоняюсь с молотом в руках навстречу двум противникам. Взмах— уклонение, мой удар вдоль земли — оба подпрыгнули, пинок ноги в левого — и он улетает на несколько метров, а правый в ответ врубает лезвие своего силового топора мне в наплечник. Искры, и неожиданная боль. Он пробил. Хускарл. Сраным силовым топором. Офигеть.

Перехватываю его топор за древко одной рукой, и дергаю на себя. Противостоять мне он не может, и оружие вылетает из рук. Разворачиваюсь на пятке, удерживая в одной лапе Молот Рока, а в другой топор, и двумя оружиями сразу бью противника в корпус. Он реально пытается увернуться, но тут уже без шансов. Сила + навык + ускорение оружия за счет оборота — его собственный топор легко отсекает ему левую ногу, а мой молот сокрушает грудную клетку.

Несколько пуль ударяют мне в шлем, заставляя отвлечься от этого противника. Ага, это отброшенный ногой поднялся на ноги и пытается меня отвлечь. На, лови топор. Брошенный с силой одиннадцать, он с размаху вонзается противнику в шлем, раскалывая его вместе с черепной коробкой пополам. Ха, крит. Так, кто тут у нас остался на ногах то? Двое? Босс и последний солдат? Ну ок.

К сожалению, защитников эти двое уже успели добить. Но ладно, мы за них отомстим. Телохранители открывают огонь по последнему солдату, разумно оставляя босса мне. Волновой бластер, к сожалению, на таком расстоянии не эффективен, так что в противника стреляет только один телохранитель, а второй бежит вслед за мной, выполняя свою задачу прикрытия командира, попутно поливая противника из малоэффективной импульсной винтовки.

Практически одновременно падает последний телохранитель вражеского командира и мой с гаусс пистолетом. Нас осталось двое против одного. Внезапно вражеский командир делает останавливающий жест рукой и … снимает шлем. Только сейчас я допер поглядеть на имя врага над полоской здоровья. Юрий Геворгидзе, генерал Запада. 185 уровень.

Вот это поворот. Вражеский главнокомандующий лично сражается. Что ж. Похоже, предстоит интересный бой. Или вообще не бой. Тут уровень ИИ, сравнимый с Ланселотом. Возможно, он все же договороспособен, особенно после фактического разгрома. Его атака — это атака отчаяния, и рвался он скорее всего к моему командному пункту, надеясь перевернуть ход операции путем ликвидации руководства.

—Воин Дорог! — начал он вполне приятным баритоном. — Я, по праву воина и одного из руководителей этих земель, требую подтверждения твоего права командовать путем поединка. Таков закон этих земель.

—Хм. А разве мы его уже не ведем, генерал? Поединок людей нашего уровня не обязательно ведется путем личного боя. Обычно его ведут армии. И ты его проиграл. От твоей армии осталась четверть, и то чисто по количеству, по силам — не больше пяти процентов.

—НЕТ! — Аж заорал он. Только дуэль один на один может доказать что-то. Битва армий — это не доказательство личной силы.

—Это доказательство мозгов? Ладно, ты почти убедил меня. Но бой не до смерти. Проиграю я — я отдам тебе трон Гектора. Проиграешь ты — приносишь вечную клятву личной верности мне.

Он задумался. Личная верность не лишает его шансов на трон, лишь не позволит самому выступить против меня.

— Условия приемлемые. Сражаемся сейчас? Используя все снаряжение?

— Может, все же снаружи? Не думаю, что лишние жертвы нужны любому из нас. И да, все снаряжение.

Он согласно кивнул, и, не надевая шлем на голову, пошел в направлении выхода, через который и проник в город. Внутри меня боролся соблазн сильно все упростить — подойдя сейчас в упор, просто схватить его и используя преимущество в силе и беззащитность голову, тупо всадить магазин из Слейпнира в нее, завершив дурацкое противостояние. Но как потом будут на меня смотреть люди, ведь поединок уже назначен. Да и просто … матрица характера Воина Дороги не предполагает таких действий. Пожалуй, не буду воевать сам с собой, и последую правилам. Противника и так ждет сюрприз. Макс, которого я оставил для координации действий из штаба — является все-таки частью моего снаряжения, а не отдельным юнитом. А значит — может участвовать в дуэли.

Когда мы выходим на улицу, Юрий оборачивается.

— Могу ли я под честное слово добраться до своего лагеря и вернуться обратно со своим снаряжением?

— Да, конечно. Я буду ждать здесь.

Эх, может просто сбежит, а? Было бы удобно и без дурацкого сражения.

Но нет. Через десять минут мне пошли сообщения о приближении вражеского боевого робота и транспортника для роботов к нашим позициям. Черт. А вот об этом то я и не подумал. Он не стал соваться на мехе в последнюю атаку, это бесполезно было — мы бы его просто взорвали. Про то, что из трех турелей активна одна — ему знать неоткуда. И что наш мех, оставшийся на ходу — поврежден до состояния еле хожу, стреляю из одного ствола. Ладно, я сам разрешил ему взять дополнительное снаряжение.

— Уважаемый Мерлин! Так как я мог невольно ввести вас в заблуждение просьбой о разрешении использовать свое снаряжение с базы, я привез вам аналогичный образец, дабы поединок проходил на равных. Надеюсь, вы умеете управлять штурмовыми роботами?

Нет конечно, не умею. Вот только ответить это — значит отказаться. А воевать против стотонной боевой машины опять в “Хускарле”. Слуга покорный, нет! Ща че нить придумаю, скилпойнты есть вроде.

Макс (ЛС— Мерлин): Не парься. Я умею. Но тебе придется стрелять — к сожалению, это не управляется через консоли. Так что я управляю ногами меха, ты — руками и пушками, там хватить навыка турелей. Схема такая же.

Мерлин (ЛС— Макс): Принято. Слушай, а чего ты не умеешь?

Макс (ЛС-Мерлин): Отвечать на тупые вопросы.

Вредный блин пес. Но насколько же невероятные возможности он дает Воину Дороги! Это и саппорт, и второй пилот, и стрелок на турелях, и подозреваю еще огромное количество всяких скрытых возможностей, которые есть и просто пока не востребованы были. И боец крайне сильный, еще и качающийся вместе со мной. А учитывая, что он реально весьма интеллектуальный собеседник, когда не говнится — то вообще мечта интроверта. А в том, что Воин Дорог интроверт — я и не сомневаюсь. Слишком много в его навыках, привычках, легендах было завязано на то, что они одиночка, путешествующий по остаткам мира с собакой, машиной и миссией помощи людям. И каждый раз он не хочет оказывать эту помощь, но вынужден. Короче, творческая переработка персонажа Мэла Гибсона в идеального постапочного героя-не героя. Ладно, в сторону лирику. Посмотрим, чем нас в качестве оппонента огорчат.

Оппонент ничем особенным меня огорчать не стал, у него был робот класса Горный Волк, тяжёлая штурмовая платформа без рук, с торчащими четырьмя спарками вооружения по бокам от прямоугольного торса, верхняя часть которого уходила в наплыв усеченной пирамиды рубки. Ноги, вывернутые назад, с трехпалой ступней, поднимали робота на высоту в восемь метров над землей. Вооружен он понятное дело крайне сильно, но это норма для всех штурмовых мехов. Два гаусса, два гигаватных лазера. Две плазменные спарки в нижней части торса были заменены на более мощное орудие — слева стояла спарка импульсных гигаватных лазеров, выдающих вместо луча — пакет из пяти импульсов каждый, а справа — турбобластер, стреляющий потоками плазменного огня. Подозреваю, что эти апгрейды на машину ставили тоже с запасов Саты. Нет такого оружия в базовых комплектациях. Пока что единственным слабым местом, которое я видел — была энергия. Все это вооружение жрало слишком много энергии — в момент выстрела, особенно больше чем из двух пушек — робот по идее становился практически неподвижным. Ну и возможно — перегрев, от интенсивной стрельбы внутри должна образоваться сахара.

Любезно предоставленная мне машина тоже была вариантом штурмового меха, более классического вида. Овальный корпус с расположенной впереди кабиной венчали две пусковые установки для ракет, к корпусу по бокам были прикреплены две руки, оканчивающиеся блоками вооружения. Так же часть оружия располагалась на корпусе. Те же самые птичьи ноги, что и у оппонента, но покороче и потоньше. Общая высота моего Медоеда II составляла шесть с половиной метров. Вооружен он крайне неплохо, хоть и похуже, чем Горный волк — две рельсы, две плазмы, семь средних, они же полугигаватные лазеры, две ракетные установки с фугасными и бронебойными ракетами, стреляющие по двадцать снарядов за залп, с запасом по тысяче ракет каждого вида. И, что было редкостью для этого типа мехов, мой робот обладал впечатляющей скоростью в семьдесят пять километров в час, и прыжковыми двигателями. Для сравнения — максимальная скорость Горного волка была пятьдесят километров в час.

Мы разошлись на разные края территории, на которой в течении последних четырех часов наши армии вели битву не на жизнь, а на смерть. Сейчас вся она была усеяна обломками роботов, танков, БТР. Везде виднелись воронки от снарядов и множество трупов солдат. А теперь два полководца армий, как два древних рыцаря, сходились над полем боя в своих техно-латах, чтобы окончательно решить судьбу этого сражения.

Макс уже оплел своими системами контроля ходовую меха, и передал мне под контроль его вооружение и поворотные системы кабины. Все системы вооружения были полностью заряжены и готовы. С дальнего конца поля раздался гром боевого рога, установленного на Волке. Похоже оппонент был готов. Мы ответили тем же.

Противник начал движение. На расстоянии в полтора километра его фигура была не особо пугающей. Но я знал, что это не так. И если мы позволим, то сражение закончится очень быстро. Его вооружения достаточно, чтобы разнести нас за пять-шесть точных попаданий. Нам — потребуется сильно больше. Но мы куда манёвренней, и можем вести огонь с дальней дистанции ракетами. Попробуем какое-то время продержать его на расстоянии, а там поглядим.

Сблизившись на тысячу двести метров, я захватил противника в прицел и выпустил первые сорок бронебойных ракет. Макс повел нашего меха по широкой дуге, не позволяя Юрию приблизится. Разница в скорости в двадцать пять километров была критична. Есть подозрение. Что он был уверен в том, что робот я не пилотирую, и рассчитывал на легкую победу. Что ж. Посмотрим, кто будет смеяться последним. Еще сорок ракет. И еще. И еще. Взрывы практически непрерывно лупили по вражескому роботу, осыпая осколками его брони каждый метр пространства. Он упорно пытался сорвать дистанцию, чтобы иметь возможность ну хоть как-то нам повредить. Но самое дальнобойное что у него было — это гаусс-пушки, и они действенны на дистанции в семьсот метров как максимум, рекомендуется вести огонь с шестисот. Похоже, кто-то малость ошибся, выдавая нам более скоростной и менее бронированный мех. Что ж, теперь пусть платит за свой просчет.

После двадцати пяти залпов бронебойных ракет Лесной Волк уже перестал выглядеть красиво и пафосно. Нет, пробить его броню мне не удалось нигде, но местами толщина ее уже не превышала несокльких миллиметров. Вся боевая машина оказалась покрыта следами попаданий, и напоминала дымящийся холмик. А мы тем временем переключились на фугасные заряды. Их эффективность была ниже, но, как и во всем, был небольшой нюанс. Заряд взрывчатки в каждой из них был втрое больше, ем в бронебойной — так что попадания гораздо сильнее сотрясали машину и изматывали пилота. А в его противоракетной системе заряды закончились еще пяток залпов назад.

НА голову Юрия посыпались размеренные залпы, один щза другим. А мы готовились к следующему финту. Противник воплне логично предполагал, что мы сейчас выпустим в него оставшуюся тысячу ракет, и только тогда пойдем на сближение. К этому моменту в его роботе уже точно появится не одна брешь, и можно будет прицельно повергнуть его. Вот только я так не собираюсь делать. Макс получает команду, и наш мех стремительно ускоряясь, рвется вперед, сближаясь на расстояние альфа-удара из всего вооружения. При этом — не прекращая плотный обстрел, не позволяющий оппоненту нормально целится.

Есть засечка. Все маркеры орудий горят зеленым — можно открывать огонь. Я стреляю единым залпом из всего, включая средние лазеры, в одну точку, в орудийную спарку импульсных лазеров. Противник тоже открывает огонь в ответ, но как только я зажимаю триггеры, макс немедленно активирует прыжковые двигатели, и мы уходим с траектории полета большей части снарядов.

Все же один рельсотрон зацепляет нам ногу, и десяток лазерных импульсов в разнобой ударяют в кокпит, левый бок торса. Один даже попадает в ракетную пусковую, по счастью в этот миг находящуюся на перезарядке. Залп плазменного бластера прошел ниже, как и восемь из десяти лучей импульсника. А вот наш удар был точен. Оружейную связку вырывает из активаторов, оставляя в броне дымящуюся воронку, искрящую поврежденными кабелями. Перелетев через голову оппонента, мы удаляемся на полной скорости, напоследок я успеваю еще раз пальнуть в него из обеих гаусс-пушек и лазеров. К сожалению, на бегу и в такой проекции — попадаю нормально только одним снарядом. Оба луча лазеров лишь слегка оплавили броню, а второй снаряд рельсы прошел мимо и зарылся в пыль метрах в двадцати за спиной Юрия.

Выходим из зоны действия оружия Лесного волка, получив всего то еще одно попадание в спину. Противник опять стрелял нам в ракетную установку, и в этот раз даже повредил ее. Хвала богам, детонации не произошло. Но теперь можно вести огонь только из правой, в левой оказались повреждены и не могли вылететь из пусковых труб восемь ракет. Жаль, что у меха не предусмотрен сброс всей системы пуска ракет. С сожалением нажимаю кнопку экстракции, и оставшиеся целыми двенадцать ракет выпадают на землю. Если уже произойдёт детонация — то хочется минимизировать ущерб от нее. Пока что размен ударами явно в нашу пользу, но запасы дальнобойного оружия исчерпаны практически, так что теперь все решит навык пилотов и то, насколько мы сумели истрепать более бронированную машину нашими ракетами

Макс разворачивает нашего робота, и по ломанной траектории возвращаемся. Я жму постоянно на пуск ракетных установок, спеша отстрелить боезапас до того, как мы войдем в активный бой. Так противник может потратить лишние выстрелы на попытку уничтожения пустых ракетных, а я не получу лишнего урона от подрыва их боекомплекта. Да и чем черт не шутит, вдруг где-то пробьем остатки брони.

Прям как в воду глядел — предпоследний пакет ракет не взрывается привычно на поверхности брони Лесного Волка, а внезапно пробивает ее, проникая внутрь и вщрываясь там. Последняя пачка летит уже туда же, расширяя повреждения и создавая брешь в прежде монолитной броне. В эту секунду я уже верю в близкую победу, и тут вражеский робот с немыслимой для этого класса машин скоростью оборачиваемся и выпускает альфа-удар в нашу кабину. Взрывы и плазменные снаряды сотрясают меха, отбрасывая меня на привязных ремнях назад. И мы начинаем заваливаться, а все датчики орут о критическом повреждении левой ноги. Да блин, ну что ж за невезение то…

Глава 19. Мистика и договоры

Тяжелейший удар об землю чуть не выбивает меня из сознания, и вышвыривает Макса на пол, впрочем, не обрывая его коннект с боевой машиной. Мы даже не пытаемся встать, Макс делает неожиданное— прям из положения лежа активирует прыжковые двигатели, отправляя нас в продольный полет вдоль земли. Очень неприятно воет ветер. Стоп. Ветер? Вот черт. Последний выстрел сорвал полностью и бронирование, и армостекло с рубки, и теперь хватит любого выстрела, чтобы нас просто испарило — мощности оружия боевого робота несопоставимы с мощностью пехотного.

Что делать то*? Покинуть меха? Но это не город, в чистом поле я долго не проживу. Да, если повезет и сумею добраться до его брони — сделать мне этот гигант не сможет ничего, рук то у него нету. Пока я раздумываю, прием Макса доносит нас прямо до цели. Метров за двадцать он вырубает один из двух двигателей, так что нас закручивает. И стотонная машина делает “подсечку” второй такой же, отправляя ее на землю. Броня на нашей левой ноге прогнулась, —часть мимомерных мышц порвалась. Но это уже не важно. Враг ошеломлен падением. И у него нет рук. Прыгая на погнутой ноге и подволакивая неисправную вторую, я наконец то нависаю над кабиной чужого робота над рубкой противника. А после — начинаю мерно долбить рукой с излучателями перед собой, срывая броню с колпака перед командной башней.

Трех ударов хватает, чтобы рассчитанная не на один десяток попаданий оружием броня треснула, а еще два удара окончательно отрывают лист, и уже мой ствол смотрит прям в лицо врагу. В этот миг рубка боевой машины вскрывается и в огненном всполохе спасательная капсула отлетает строну. Летит она правда совсем недалеко, принудительно падая на землю. Навожу стволы двух лазеров на нее, и жду.

Через пару мгновений капсула вскрывается, и с поднятыми руками из нее появляется Юрий. Все. Дело сделано. Благодаря мастерству второго, да нет, какого второго — основного пилота-киберпса и просчету противника мы победили. Осталось понять, что делать с поверженным врагом. Понятное дело. Что его мех и этот теперь мои, было бы еще хоть сколько-то проку от этого.

Выстрелить что ли? Вот честно, я на эту оборону потерял просто кучу времени, при том что ценность для миссии — ноль. Ладно, посмотрим, что предложит бывший генерал, помимо своей сомнительной верности мне в качестве компенсации за сохранение своей жизни. Я конечно же с ним договорился, но соблазн случайного замыкания в поверженной руке слишком велик.

Вылезаю из ставшей ненадежной защитой кабины Лесного Волка, причем прыжком прямо вниз, на лету облачаясь в “Хускарл”, и приземляюсь, гася инерцию полусогнутыми ногами. Юрий впечатлен. Подозреваю, что так он точно не умеет. Широко шагая, подхожу к нему, не сводя, впрочем, ствола пистолета-пулемета с фигуры с поднятыми руками.

Когда я оказываюсь в трех шагах, Юрий опускается на одно колено и произносит формулу признания поражения и предложения верности. Хм, видимо таков ритуал. Ладно. С сомнением смотрю на него.

— Скажите, генерал, в сами вы как оцениваете свою верность, высоко?

— Гм. Интересный вопрос. В полтора батальона солдат, еще два копья боевых роботов и четыре завода по производству боевых машин старого образца. Полностью работоспособных и с линейками производства. Вот так я ее оцениваю.

Ого. А неплохо. Мне же кажется нужны были силы на штурм цитадели, если все пойдет совсем плохо? Что ж, вот и они. Да еще мои ребята с Блюкрейна, и Иган с его флоро-фауной. Да уж, уел. Не убью я его. Но все-таки надо бы хоть что-то еще получить, для миссии.

— Весомый вклад в верность. Вопрос — когда эти силы смогут оказаться тут — тыкаю на своем запястье кнопку голопроектора, и показываю ему на карте точку.

— О, какая интересная цель. Вы собираетесь полностью покончить с правлением Триады, да? Что ж, амбициозно. Там мы сможем быть через четыре дня. Через три, если бросить пехоту.

— Ну, положим, пехоты я туда нагоню и так много, это не проблема. Ладно, я понял все. Скажите мне, мой верный вассал, а что вы знаете о Страннике?

— А что конкретно вас интересует? Я честно скажу, я этого зазнайку недолюбливаю, и считаю его репутацию изрядно дутой. Но что знаю — расскажу, кое-что я про возможных врагов всегда знаю.

— Что ж, тогда у меня нет выбора.

Я принимаю пафосную позу, и, используя подсказки Макса в внутреннем чате, произношу формулу принятия верности.

Протягиваю ему руку, поднимая с колена. Он немного удивлен, но с благодарностью принимает ее. Видимо, я не специально сделал опять что-то правильное.

— Предлагаю пройти в более комфортные условия, нежели еще не остывшее поле боя, и потолковать о делах грядущих.

— Конечно.

Призываю Макса, и тот появляется из останков нашего меха, на ходу собирая механодендриты обратно под корпус. Под его ненавязчивым прикрытием пешочком, и ведя неспешную беседу, как будто старые приятели, мы направляемся к городу.

— Вернемся к беседе о Страннике. Что вам известно он ем вообще, босс? Я непраздно интересуюсь, от вашего ответа зависит полнота моего рассказа.

— Так. Он неизвестная, практически мистическая фигура, на уровне Макса Рокатански, наследником титула и обязанностей которого являюсь я. Он крайне опытен во владении специфичным оружием навроде силового копья. Он может перемещаться с огромной скоростью, используя транспорта Макса, который, собственно. И нужен мне. Еще, похоже, именно он убил Воина Дороги. Дела его непонятны. Известных мест появления три — я перечисляю. Ах да, ваша Триада — полностью его детище.

— Ага. Ну про Галер можете забыть, там он вряд ли появится. Я так понимаю, что Лютерано мертв?

Я молча демонстрирую ему дробовик.

— Не мертв. Он выкупил свою жизнь у меня кое-чем. Но разгромлен и изгнан.

— Жаль. Значит, в Последней Крепости нас ждет три сильнейших врага.

— Почему три то?

— Ну потому что Странник почти наверняка уже там. А Лютерано больше некуда идти, кроме как к Херсону — он личностью известная, и с плохой репутацией. Его везде ненавидят и боятся. А значит — постараются убить в спину.

— Да, звучит логично. Блин. И как вскрывать оборону, а потом еще и воевать против трех сильнейших врагов в одном месте?

— Босс, вы правда хотите моей помощи? А вы уверены, что я протсо не подставлю вас для занятия трона?

— Если ты можешь мне помочь закончить сбор шмоток Рокатански и ликвидацию Триады — я тебе сам этот трон лично передам.

—— И вот тут он задумался. Крепко так. Минут десять мы шли в молчании.

— Босс. Тут такое дело. Да, я могу тебе очень сильно помочь. Так уж сложилось, что я знаю того, кто одновременно может выманить из крепости мистера Странника, и он же может помочь со взломом системы безопасности. И да, у меня есть чем его заинтересовать. Лофт в принципе любопытен и крайне хитер, но со Странником его связывает нечто более сложное, нежели дружба. Так вот, у меня есть то, на что он эту связь променяет легко. Я отдам это тебе, и расскажу, что и как сказать. Но взамен — хочу чертов трон. Как только ты получишь желаемое тобой. Я сохраню за Воином дорог статус Вольного генерала, переподчиню тебе любой город на твой выбор, кроме моих собственных и даже готов смирится с назначением тобой в генералы этого мутанта, Игана. Но трон должен быть моим! А еще — я хочу знать, кто такие вы, Первые. И как вы попадаете в наш Мир. На всякий случай, нужен способ покинутоь планету…

Вот его заклинило то , а … если бы не опасения, что все это развод и обман— я бы согласился уже. А еще — словечки. Проскакивающие то тут, то там. Ой не прост генерал. И так ли случайна моя победа…

ТЕЛЕПАТИЯ. Пытаюсь прочитать его поверхностные мысли. Опа-на. А невозжможно — его не существует в телепатическом плане. Хм. Навык чтения правды — лжи на него тоже не работает.

Техподержка. Существует ли в Иберийской Области персонаж Юрий Ховански? Представляется генералом то ли запада, то ли севера…

Подождите, ваш запрос обрабатывается…. Нет, подобный персонаж не зафиксирован.

Опа… Лофт, Лофт…. До боли знакомое что-то…

Воспоминание, яркое. Мне пятнадцать, и в доме отца в Крыму я нахожу шкаф, набитый старыми-старыми книгами, именно бумажными. Многие в пятнах, следах от кофе и еды. Но среди них, помимо отлично известных мне с дества творений некоего Андрея Круза, которого папа с друзьями регулярно цитировали, стоят странные книжки с желтыми и зелеными обложками и менем автора — Макс Фрай. А среди них , с краю, другая, но с именем же этого автора. Книга называлась “Мой Рагнарек”, и мне она крайне “зашла”. Так вот. Там был диалог персонажа Макса Фрая ( да, героя зовут Макс, как и псевдоним автора) с кем то , кто называл имена бога хитрости и коварства древних скандинавов — а именно Локи. Он же Лофт.

Вызываю быстренько браузер, коротко проверяю информацию о боге коварства и обмана. А ведь может…может. Как бы проверить? А хотя…вот как…

Локи великий, паяц-пересмешник,Ты — уравнитель безгрешного с грешным,Стал побратимом Верховного Аса,Вестник богов и последнего часа.

Сам изменяясь, миры изменяешь,Ядом безумства людей опьяняешь.Мудрый шутник, ты мне в помощь приди –Коварство своё на врагов обрати.

Лицо генерала переменилось. Он сначала сделался похожим на пожирателя лимонов, которому попался прогоркший плод. А потом он…засмеялся.

— Как ты, смертный, меня раскусил, а?

— Ну насчет смертный — ты тоже не бессмертен, просто живешь дольше. А ракусил — прости, Локи, но ты чет похожу последние лет ..тысячу? провел не в контакте с этим миром. Интернет, поисковики. А искал я потому, что одному автору в моем детстве не повезло написать книжку про Рагнарок.

— А, Светлана. И ее сэр Макс. Хах. Лойсо из меня вышел у нее лучше. Ладно. Я понял. Но ведь вы данво не верите в богов. Ты должен был счесть это бредятиной.

— Да я и счел бы. Вот только тебя как объекта — тут в игре нет. А ты есть. И управлял у меня на глазах мехом. Кстати, говено управлял. Специально, да?

— Угу. И невидимость системную тоже специально навел, надо ж поянть, идиот ты, претендент, или нет.

— Претендент? Ой блин, ты еще висами начни сейчас говорить…Колись уже, что тебе надо, могучий бог обмана. —

Вместо ответа мне начали напевать песенку:

Слово «свобода» затерто до дыр,Ты решил построить свой собственный мир,Где не будет лжи и предательств, где ветер — закон.Ад или рай на пути — все равно,Сбудется то, что предрешено,Ты уходишь от этой земли, где ты обречен.Веселый Роджер над головой:Смерть ждать не будет — ты ринулся в бой,Кровь на клинке — это плата за чьи-то грехи.Мертвецы пусть хоронят своих мертвецов,А судьба любит смелых и дураков,Ну а пуля — дура! — равняет и тех и других!Море примет непрощенных,Ветры славу разнесут…Ты летишь вперед ночью на восход,Все пустив в расход: ни любви, ни рая!Свет весенних звезд — прядь твоих волос,Что хотел, сбылось. Нормы презирая,Перегнать закат, выбрав наугад,И сам черт не брат! Мир с петель сшибая,Над землей кружить, словом дорожить,Песни не забыть, как в огне сгорая…ЖитьНа дворе новый век, новые времена,Но у таких как ты здесь участь одна -Байк ревет и летит, и скорость — закон.С рожденья учили быть лучше всех:Деньги, карьера — вот это успех,Ты послал к чертям этот мир — и гори он огнем!Чего стоят слова тех, кто устал!Жизнь ждать не будет — ты всегда это знал,Так газ до отказа и в ночь — обогнать этот мир!Сбывается то, что предрешено,Ад или рай на пути — все равно!И плевать, что слово «свобода» затерто до дыр!Дороги примут непокорныхПесни славу разнесут…(

(с) Ольви

Голос у Локи был реально хорош, получше чем у солиста. Смысл тоже был понятен — свобода. От чего ? Неужтол от Странника? Но чем я ему помогу то?

— Ты хочешь, чтобы я убил Странника, да?

— Ну в идеале — да. Но мне кажется, тебе слабо.

Просто, не говоря ни слова, навожу божку в лоб дробовик Рокатански. Он смешно скащивает оба глаза , и моментом бледнеет.

— Опа-па. Убери пожалуйста ЭТО от моего лица. Я твой вечный вассал Юрий Ховански, не стреляй в своих вассалов. Да, теперь понимаю, чего боится Странник. Ты стал слишком силен, и изначально то оказался сильнее чем надо. А еще — ты человек, который не должен был вообще попасть в наши игры.

— Погоди, ВАШИ?

— Ой блин. А как ты думаешь, кто такой Странник, а? Неужели до сих пор не понял?

— Нет.

— М-да. Младшие всегда такие тупыее… слушай меня.

Временами сбиваясь на стихотворную форму, Лофт-Локи рассказал мне историю. Насколько она была правдива — утверждать не берусь, но выглядело все следующим образом.

О том, что богам требуются верующие в них люди, все эти сущности, воплощённые в нашем, внешнем мире, знали давно. Как и то, что их срок не вечен, и боги меняются поколениями. Старые уходят, новые приходят. Души старых богов дремлют, и, если им повезет, они воплотятся заново с новым именем, когда придёт их срок. Но некоторые были с этим всем не согласны, правда сделать что-либо с мировым порядком — не могли. Кроме одного.

Странник. Он же Гермес. Он же Меркурий. Он же — Гермес Трисмегист. Он же… еще пара десятков уже забытых имен. Каждое поколение богов менялось многое. Но не он. Ему давали новые имена, не изменяя облик. Без всяких потерь силы. Как ему удалось этого добиться? Он не рассказывал. Зато ему все же нужны были помощники. И таковыми стали Локи, и Кецалькоатль. Троица богов-трикстеров сделала все, чтобы не исчезнуть. Вот только возвышения культа мелкого бога какого-то кочевого народа они предусмотреть не смогли. Как и захвата мира монобожественными религиями. Гермес все равно вывернулся, Локи — страшно ослабел, но не так давно стал входить в силу вновь, придумав свой, персональный способ бессмертия. Кинематограф и компьютерные игры. А еще — комиксы. В итоге его имя на уровне пусть и не молитв, но близко к тому, стало звучать все чаще, люди спорили и все время даровали частичку своей силы богу обмана.

Эта идея заинтересовала Гермеса, и уже вместе они придумали и воплотили через вдохновленных людей проекты, связанные с виртуальными мирами. Дело в следующем. Такой мир — он как бы не настоящий, но не совсем. Если наполнить мир духовной энергией — появится шанс оторвать его от земной реальности, и стать единственными богами нового мира. На который не работают законы изначального Творца.

Первые несколько экспериментов были провалами. Мир был. Но ничем его наполнить было нельзя, это была просто. Игра. Драконы Онлайн. Протокол Падения. Вторжение Викингов. Однако парочка не сдавалась, и решение пришло там, где не ждали. Безо всякого участия обоих обманщиков человек по имени Лекс Павлов придумал движок и миры, известные мне как Эртана и так далее. Фишка его миров была в полной свободе персонажа. И в обратной связи игра-человек и человек-игра.

Но тут они как раз столкнулись с проблемой отсутствия тела. Без него попасть в игру можно один раз, выйти не получится. А быть в мире нужно, как минимум потому что надо было создать магический резервуар. И наполнить его душевной энергией людей. И вот тогда Гермес обманом запихал Локи в игровой симулятор. Что привело к гибели военных и практически закрытию проекта. Взбешенный северный бог пытался так отомстить своему напарнику за предательство.

Вообще, создание такого мира-последыша было не новым делом. Но окружено огромной кучей странных ритуалов. Нужно было обязательно воплотить в таком мире Хранителя. Локально он сильнее любого внешнего Бога, до тех пор, пока не побежден. Кроме того, наполнить мир можно было и через гибель людей, но крайне нежелательно, так сильно слабела матрица. В общем, много условий.

Локи сидел в отключенной реальности и ждал, когда же у него хватит сил выйти и навалять Страннику, как вдруг мир вновь начал оживать. И не просто, а наполняясь постоянно новыми штуками. И древний бог малость заигрался…

Глава 20. Снятие покровов и отказ от кённингов.

… а потом выяснил, что Гермес вполне себе комфортно ходит по этому миру, уходя и приходя в любой момент. Что как минимум уже двое из Гермесовой родни, Геката и Арес, затащены богом дорог в этот мир. И что Гермес зачем-то устранил Хранителя.

Долгое время Лофт искал встречи со своим бывшим товарищем, но тот все время от нее увиливал, но в какой-то момент все же свершилось, и Меркурий сам явился к губителю волос Сив, весело крутя на пальце ключи от машины Хранителя мира, носившего имя популярного героя кинофильма — Макс Рокатански.

Вспыльчивый скандинав начал встречу с драки. Которую с треском продул. Гермес был на порядок сильнее, поэтому все, что мог сделать в этой ситуации Лодур-Лофт-Локи — это сесть, и выдохнув, послушать с чем пришел незваный гость.

А пришел тот с тем, что у него появился очередной гениальный план. Как оживить мир быстрее. Для этого он призвал с помощью жертв некоторых впавших в летаргию родичей, для этого же он подготовил все условия — в мире уже действует Триада, неожиданно очень сильные и почти живые электронные люди, которых он, Гермес, практически сделал живыми. Используя частицы души, остающиеся на предметах реальных людей. А еще — он типа нашел идеального Кандидата. Кто такой Кандидат? Это человек, который, прожив в мире какое-то время, настолько его полюбит, что сам, добровольно, передаст ему свою душу, окончательно оживляя. Не обязательно умрет, скорее даже не так — он не должен умереть. Хотя и не возбраняется. Кандидат станет вторым богом мира. А дальше уже свободные места могут занять и иномировые божества, сумевшие проникнуть в мир и избежать пристального внимания Хранителя либо договорится с ним.

Так вот. Проблемой любого такого пантеона будет то, что и Хранитель, и Кандидат — станут высшими богами мира. А остальные— на второй ступени. Но… а что если Хранитель и Кандидат будут одним существом, которое умрет? Тогда все условия будут соблюдены. И МИР ОЖИВЕТ. Вот только богами в этот миг в нем будут те, кто находится в момент рождения непосредственно во плоти в мире. А в случае с игровой реальностью в игре.Высших не будет, так что занятие трона Верховного божества будет зависеть от… уровня персонажа. Ведь мы в игровой вселенной исходно.

Для реализации идеи Гермесу нужна была Геката, которая умела правильно плести и интерпретировать нити судьбы всех живых. Арес, способный прокачать любого до уровня супер-бойца, и Локи, способный придумать сложный стратегический план, позволяющий реализовать схему с одновременно мертвым Хранителем-Кандидатом, и достаточную прокачку, чтобы система вообще согласилась Кандидата считать таковым. Это ж не просто пришел кто-то в мир извне, побродил там и сказал — я отдам душу миру, и стану богом, все. Давайте — пошел я боговать. Человек должен проникнуться идеей. Стать частью мира. И полюбить его по-настоящему.

Нужен был сложный план, как устранить Хранителя, и как заманить найденного Гекатой человека в мир. Вот для этого и был нужен Локи. Взамен — ему предлагалось занять место в новом пантеоне, получить наконец то свободу и прочее.

При этом бог обманщиков не подозревал, что помимо известных из легенд способностей, мать Слейпнира имел и еще одну особенность — он умел узнавать правду даже от богов, и даже если те того не хотели. Так вот. Никакого пантеона для чужого бога не предполагалось, предполагалось ритуальное принесение в жертву и поглощение силы.

Отказ прям в моменте привел бы к преждевременной гибели, и хитроумный бог принялся составлять план, включающий в себя в том числе и варианты выхода для него. Вся проблема упиралась в личность Кандидата. На Земле таковых было всего трое. При этом один никак не годился, он был буддийским монахом. Вторым был собственно я, и третьим — сам создатель игрового мира, Лекс. Против Лекса категорически выступал Меркурий, тот был его далеким потомком-человеком, и нужен был и дальше. Еще одного Создателя миров найти в ближайшие сто лет вряд ли удалось бы. Так что остался лишь один вариант. Стас Мережковский, то бишь я. Вот только заставить бывшего наемника полюбить игрушку — было малореальной задачей. Но … Локи не был бы Локи, если бы не смог решить ее.

А заодно — и заложить фундамент поражения Странника. Тем более что тот сам себе поднасрал — он не уничтожил Хранителя, он его…обманул. И обманом забрал у него весь набор вещей-артефактов, после чего отправил в соседний игровой мир. По идее, чуждый миру НПС-бог должен был там погибнуть. Впрочем, его судьба не интересовала никого, включая и моего собеседника. Вот только пока тот не погиб — стать новым Хранителем можно было лишь частично, и то — собрав полный набор брони. При этом нужно было выполнять условия сбора — ни один предмет не должен попасть в руки просто так. Только через подвиг. Вот поэтому то — куртка из Босса— Паука, превосходящего меня наголову, наплечник из Мирового босса, убитого малой группой. Дробовик — из противника, превосходящего меня в разы, как и четвертый элемент, кибер-помощник.

А пятый элемент я не должен был получить быстро, только перед тем моментом. Когда готов уже к закланию. В качестве удочек на меня были закинуты — собака-Макс, куча сгенерированных персонажей, которые должны стать моими первыми друзьями. Героическая миссия. И в финале — победив всех врагов, я должен был узнать, что мир отключат, если я выйду сейчас — ведь все спасены. Так что, чтобы оставить в живых всех своих друзей, я должен принести себя в жертву. По тем расчётам, которые Локи предоставил Страннику — вероятность такого исхода была процентов семьдесят. В оставшихся тридцати — меня придется убить.

Честно говоря, в процессе рассказа мне несколько раз хотелось все-таки выхватить и разрядить в бога обмана дробовик. Просто вот так вот взять. И продумать план того, как именно они будут заставлять меня покончить с собой. Но последняя часть истории заставила задуматься. Похоже, мне и впрямь скрыто всю жизнь не хватало именно друзей. А тут появились. Жаль, что это все не по-настоящему. Ну кроме Макса, он настоящий. Когда делишь эмоциональную сферу с своим комплектом снаряжения — это странно. Но вот факт. Он был именно такой какой есть, полумашина-полусобака. И созданный служить, был рад дружбе вместо этого.А я — купился с потрохами на возможность заполучить идеальных с моей точки зрения друзей. И вполне возможно, что и впрямь слишком привязался к этому миру.

Вот такую вот он скинул официальную версию для Гермеса, и тот принял ее как основной план, рьяно ринувшись создавать те самые цепочки событий, которые приведут меня в итоге на алтарь самопожертвования. А сам Локи принялся достраивать всю эту паутину событий, так, чтобы сейчас оказаться на этом поле, вне контроля Гермеса-Странника. После провала с Лютерано тот был уверен, что план сорвался, и сейчас бесился, развлекаясь убийствами где-то в супервысокоуровневом подземелье.

Локи между делом подтвердил, что да, ему нужно было место Гектора — потому что он не собирался никуда деваться из игры-мира. Станут они богами нового пантеона, не станут — а все равно нужно свое королевство. Вот только Гермес, предавший его, держал полностью в руках судьбу Локи — в виде отдельного сервера, находящегося снаружи и контролируемого человеком, преданным ему лично.

Тут я перебил его.

— А как имя человека, ты, о многомудрый, не знаешь?

— Знаю. Некто Игорь Бойков.

— Ээээ… шеф? Внезапно. То есть мой начальник реально работает на Гермеса?

— Твой начальник, как я подозреваю, в принципе зомбирован и не всегда контролирует свои действия. К тому же — не только я умею претворяться другими людьми и манипулировать сознанием смертных. А у Гермеса и в вашем мире очень много сил.

— Да уж, это и впрямь проблема.

— Если ты меня дослушаешь — то нет. Это не проблема.

И Локи, сурово посмотрев на меня, вернулся к своему неспешному рассказу. Я намеренно опускаю все витиеватости слога, иначе пересказ займет куда больше времени. Так вот.

Локи продумал почти все, кроме одного момента. Было неясно, насколько информирован о сути происходящего к моменту встречи окажусь я. Дело в чем. Комплект Воина Дорог помимо обычного эффекта брони — наложил на меня еще некоторые особенности. В общем. Ограничений по времени нахождения в игре у мен больше нет, Но с каждым разом все тяжелее будет даваться переход в реальный мир. В идеале — я должен потерять возможность ухода прямо к моменту сакральной жертвы. Именно Локи поломал тестово тогда ивент, и внес в него недокументированные функции с невозможностью покинуть локацию до его финиша — надо было глянуть. Насколько далеко зашли изменения моего цифрового аватара. Да и потом тоже много чего потихоньку правил в игровом балансе — как в мою пользу, так и против. Скажем, система ПВО не должна была попасть в самолет Саты — но нужно было задержать меня и поэтому самолет был лишен кодов свой-чужой. Те же Трое из Леса — это локация-прикол, пасхалка, ещё и неактивная. Но моим ребятам нужна была поддержка — поэтому в тылу армии настоящего генерала вылезла эта троица, подружившись со мной, и устроила там разгром. Убить их невозможно, но все эти откаты устраивал никакой не оператор, а сам Локи. И так далее.

Так что, просто прибив генерала, бог занял его место и решил все же общаться с позиции силы. Победить меня у него шансов было достаточно, но вмешаться в игровой баланс было невозможно, поэтому он решил попробовать просто силой — и проиграл. Слишком уж полагаясь на свою продвинутую технику, и ошибочную тактику. Бой в финале — был чистой импровизацией, из него пилот меха — примерно, как из меня. Так что вот. Сейчас же он предлагал мне простое и интересное решение. Прикончить Гермеса-Странника. Просто прикончить его — Локи мог призвать того прямо сюда, и даже организовать подравнивание уровней для честного боя. После чего, обретя большую часть мощи и Кандидата и Хранителя — спокойно закончить свое дело. Решение, что будет дальше — за мной. Умирать для передачи энергии души не нужно, но вот выйти в реал, наверное, уже не выйдет. А можно ничего не передавать, а просто завершить миссию и выйти из игры. В обоих случаях сам Локи ничего не терял. Отключить сервера не даст заглушка из магической энергии, да и если игра будет нормализована, а багоюзер — погибнет в ней от своего же бага — то никто не станет вырубать сервера, и игра начнет работать, как и задумано. Силы людей все равно будут питать бога тут, так что он отлично проведет следующие много лет. Ну а если я передумаю — то завершить преображение мира никогда не поздно. И тогда приключения ждут нас всех уже.

Я крепко задумался. С одной стороны, идея была и впрямь неплоха. С армией Локи, Игана и моими ребятами с Блюкрейна — мы скорее всего сметем защитников крепости Херсона. И просто вынудим того вернуть мне Лекса. Без багов в игре и с типа убитым хакером, сломавшим все и внесшим правки в программу., позволяя ей убивать — никто и впрямь не станет выключать много миллиардный проект. С другой — бог обмана есть бог обмана, и с тем же успехом это может быть ловушка в ловушке, позволяющая Страннику поймать меня тут.

Подстраховку я себе организую понятное дело, но сам по себе вариант единственный возможный. Но надо этого хитрожопа развести еще на помощь с системой охраны Последней цитадели, или как там ее..

— Локи, а что с системой безопасности цитадели Херсона? Я ж так понимаю, что именно ты ее программировал.

— Ну да.

— Сдавай бэкдор, ты себе его далеко не один оставил. Или просто помоги ее вырубить. Так потери будут в разы меньше.

— Сам хотел предложить. Бэкдор я тебе фиг сдам, а вот вырубить в нужный момент ее могу, да. Но окно будет маленьким, максимум на засылание диверсионной группы. Или одного-двух ассасинов.

— Ладно. Рассказывай свой план по ликвидации Гермеса.

А все реально было просто. План базировался на простейшей ошибке Психомпа — обещании передать Перехватчик, если я соберу остальные элементы сэта. Правда, оставался вариант, что он его просто отдаст. Но тогда его затея с ликвидацией меня стремительно уменьшается. Каждый час пребывания в статусе Воина Дорог с полным набором снаряги будет все больше закреплять мой собственный статус Хранителя в этом мире, и справится со мной станет почти нереально— сама вселенная начинает подыгрывать своему защитнику. С другой стороны, нарушение обещания резко ослабит Гермеса, а специальное место, куда будет соверен призыв — уравняет наши с ним левела, что дает мне с сэтом Рокатански, Мстителем, Хускарлом и прочей снарягой изрядное преимущество.

Для подготовки места нужно было примерно сутки, которые предполагалось потратить на подтягивание резервов. Если Гермес таки слиняет — нам нужен четкий план по штурму базы Херсона. Которая кстати, находится отнюдь не на востоке. А на Севере, на границе земель Локи. И туда же он прямо сейчас отправит подкрепления.

Мы почти дообсудитли все, когда переставший претворяться Юрием темноволосый бог спросил.

— Ты просчитываешь, где я тебя обманул? Я ведь пойду туда с тобой. Сам ты можешь все же Гермеса и не потянуть.

— Просчитываю. А твое присутствие там — это скорее беспокоящий фактор. Вспоминая Эдду и историю про пленение Фенрира — ты в лучшем случае это Тюр. А в худшем — ты просто задумал это все для ликвидации меня более просто. Два бога против одного меня. Многовато. Хотя, по легендам, ты и Гермес — не великие бойцы, но так и я не бог. Но, полагаю, я придумаю страховку на этот случай.

— Прежде чем начнешь. Если призову Гермеса сюда — я автоматически стану для него врагом. Я готов принести тебе клятву дружбы, как равному, хоть ты пока и не Хранитель.

Ого. Одина и Локи связывала такая клятва, и Локи не вредил первому из Асов, пока тот сам ее не нарушил. Серьезно парень то настроен.

— А что будешь потом делать? Ну стану я этим вашим Хранителем. Даже предположим отдам свою человеческую суть миру. Я ж стану местным самым крутым парнем. А ты вряд ли вновь хочешь быть “вторым после”

А вот тут есть один небольшой нюанс. Ты им сначала стань, потом расскажу. Короче, дружба с тобой будет хорошим подспорьем для меня, и для тебя тоже. Все-таки я старше, чем вся цивилизация твоей страны. Да и в случае моей подставы…у тебя всегда есть выходы.Ну самым простым выходом будет прост нажать выход из игры, и все. Хах. А ты давно это пробовал сделать?Ну предположим да, а что?Попытайся. Прямо сейчас. На одну минуту выйти.Не хочу. Но я могу.Вот так и выглядит захват миром твоей души. Да, ты можешь, наверное, еще нажать кнопку. Но не хочешь. А в бою. Проигрывая — решишь, что просто воскреснешь и отомстишь. Ты уже по сути принадлежишь этом миру, просто еще не понял этого, не принял до конца. Так-то вот.

Зараза. Я ведь действительно мог нажать кнопку. Но … кажется, больше совершенно не хотел. И вся эта байда с богами, оживлением мира, и отдачей своей сути в обмен на шанс быть Хранителем мира — не выглядела, как бред сумасшедшего. Кажется, пора лечить башку, я схожу с ума. Но ведь бред не должен быть таким детальным и логичным, а?

Ладно. Предположим, что Локи прав, и так действует сэт Рокатански. Так что , мне его снять? И титул убрать? Нееее….а вот на это я уже не готов. Да и смысл? Если все это очередное вранье — то мне ничем не грозит. А если нет..ну вот тогда и будем посмотреть, как говорят в одном прекрасном городе у Черного моря. А пока пора отправлять древнего скандинавского бога готовить ловушку на древнего греческого бога, а самому готовится убивать этого самого греческого бога. Похоже, все-таки я схожу с ума, точно схожу…

Глава 21. Зеленая дверь в белой стене.

ВНИМАНИЕ. С этой главы начинается то, что было заложено в книге с самого начала. Да, все эти боги-эззотерика и план что герой книги просто приведен сюда, в качестве или жертвы, или потенциального бога — были с первых строк первого тома. Если вам не нравится мистика в этом цикле — пропустите ее. Драка с Странником-Гермесом все равно будет вполне себе техногенной. Но от себя — автора замечу , что наличие сил Варпа никак не мешает быть боевой фантастикой Вархаммеру 40000.

Древний бог-трикстер смотрел на меня с насмешливой полуулыбкой. Правда теперь она была натянута на лицо молодого актера Тома Хиддлстона, сыгравшего как раз Локи в серии фильмов Диснея. Надо сказать. Что в моей голове именно так и должен был выглядеть бог Локи. Похоже, этот гад еще и мысли читает.

— Что, так проще воспринимать? Нет, не читаю я твои мысли, у тебя просто на мой настоящий облик явно негативная реакция была. А этот образ в конце концов тоже мой. Хе-хе-хе.

— Погоди, чего? Ты сыграл самого себя в кино?

— Нет. Просто именно я подкидывал в комиксы идею существования Асгарда и его богов. Открою тебе страшнейший секрет. Боги умирают и исчезают только когда их совсем не помнят. Поэтому то так часто в всевозможных мультфильмах и кино для детей мелькаем и я, и Гермес. Мы первыми просекли, что ваши человеческие дети — верят в нас по-настоящему. И дают силу. И не тонкий ручеек, а прямо-таки поток, если их много. Так что да, эксплуатация образов в кино не случайна. Это как с молотом Тора в качестве украшения. Думаешь, просто так все, кто любит истории про Асгард и его богов — таскают этот самый молоток? Жаль, что братец последние годы уподобился персонажу из кино — разжирел, хоть и не физически, и отказался от любых дел.

— Слушай, хорош, а? Я до сегодня не верил даже особо в существование вас, богов…

— Угу, Конечно. Поэтому таскал символ моего брата больше двадцати лет на груди, и у тебя рунические татуировки по обеим рукам, составляющие заклинания защиты и прочее. Не верил ты, ага.

— Так. А вот об этом уже точно ты знать ниоткуда не можешь…

В ответ лицо чертова перевертыша поплыло, превращаясь в чем-то с ним схожую морду моего старого приятеля, когда и правда затащившего меня в оккультные темы. Голосом Кирилла он сказал:

— Ну как сказать, посвященный, я стараюсь предусмотреть все. А время — относительная вещь. А еще у меня есть тот, кто может рассказать — где и как придется взаимодействовать с кем-либо. Так что да, ты был готов ко всей этой истории давно, просто не осознавая этого. Так же как Арес приложил свою руку к твоим навыкам.

На этом месте я все же психанул. Прежде чем Лофт успел что то сделать. Я оказался вновь в Хускарле, заломил ему руку за спину, роняя на землю, и уткнул стволы дробовика в лоб.

— Слушай. Я сейчас просто пристрелю тебя. Из чистого противоречия. Вы что, меня заранее готовили? Я хоть что-то сам совершил в жизни?

Бог подергался, но сделать что-то против человека с моими кондициями он сейчас не мог, а при угрозе серьезной — я бы просто пальнул. Нервы не железные, и желание доказать, что я не баран, идущий по проторенной тропе уже два десятка лет — в данную секунду превосходило все остальные мои желания. Мне уже стало пофигу на выполнение миссии, на работу директором ССГ и на все остальное. Кажется, я был ближе к истерике, чем когда-либо за всю жизнь. Локи понимал это — выражение моего лица свидетельствовало о моем состоянии лучше любых слов. Поэтому он поднял руки примиряюще, показывая что в них пусто, и , тщательно подбирая слова, начал:

— А ты все сам совершил. Тебе, когда стало известно, что мы готовим Кандидата, просто подкинули дополнительной экспы в реале. И все. Поэтому-то ты такой “мери сью” и вышел. — Он тяжко вздохнул. Вот не хотел я этот диалог вести, честное слово.

—Знаешь, кто такая Геката? Помимо того, что она родич олимпийцев? Геката — повелительница дорог и троп. И при нужде — она может их менять, одни на другие. В том числе и обращая вспять время. Ты в любом случае был бы тем. Кто ты есть. Просто так — ты куда больше готов. Те же Д’хисы — мое творение в игре. Но чтобы они не стали сейчас врагами — тебе придется повторить подвиг Херсона, и стать верховным Д’хису. Для этого — победи в кругу их вождей, и вызови Херсона на бой. Все. Ни один из самых страшных телохранителей врага не вступит в бой, пока Херсон не проиграет тебе. Но ты никогда не имел бы шансов на это, не увлекайся ты всерьез десять лет практиками для мозга. К тому же они обеспечили тебе твою легендарную удачу, и это уже ты сам нащупал и выявил древний способ, я тут не при делах. Моего аватара к этому времени уже давно посадили в тюрьму, да и ты его терпеть не мог за алкоголизм и откровенную тягу сношать все, что может.

Он выдохнул, длинный проникновенный монолог-оправдание с болтающимся у носа стволом смертельной пушки явно нервировал.

— Можно я уже встану, а?

Я отпустил его, и присел на уже остывший остов сгоревшего БТР.

— Я видимо чего-то не понимаю. Что такого особенного я умею, чего не умеют другие? Я не самый лучший боец, просто создатели игры недокрутили сложность неписям, они действуют почти всегда шаблонно. Боссы — исключение, ими управляют продвинутые ИИ, поэтому то они так эффективны. Я конечно всегда был удачлив, но ты прав, это не элемент случайности. Так почему все же я?

Локи присел рядом.

— Давай так. Тебе повезло родится потенциальным богом. Не подумай, это просто сочетание случайных факторов, и не сложись события так, как сложились, то никак бы это не повлияло на тебя. Ты чисто в силу совокупности случайных факторов в теории можешь стать тем, кто наполняет вселенную жизнью. Ну а то, что ты сейчас альтернативно можешь стать богом-Хранителем…считай это подарком Гермеса. Так не должно было быть, но с Гекатой умею договариваться не только я, ему она вообще родич.

— Да блин. Я не хочу становится богом.

— Хочешь. Вернее, не так. Ты хочешь, чтобы жизнь с приключениями не заканчивалась. А для этого — тебе придется стать богом, иначе этот мир так и останется всего лишь игрой.

— Вот правду легенды говорят — ты можешь заболтать любого. И убедить в чем угодно

— Да не убеждаю я тебя, Стас. Просто у тебя есть шанс, как это было у Фрая твоего любимого… открыть зеленую дверь в стене, а тебе некогда все время, у тебя там должность директора стынет. Подумай на досуге. Чисто подумай. И скажи мне. Что вообще удерживает тебя там, в реальном мире? Семьи нет. Друзей нет. Даже собаки нет, после смерти своего добермана ты не смог завести еще одного, зная что он тоже умрет через десяток-полтора лет. У тебя нет ничего. При этом то, что тебе предлагается тут — не требует от тебя умереть. Ты просто должен пожелать наделить мир силой. Как это сделать — я научу. Ты даже ходить между мирами сможешь, если зачем-то захочешь

— Ну давай на секунду предположим, что я соглашусь. Мое тело в капсуле сейчас. И оно, так понимаю, в этом уравнении — переменная, от которой придется отказаться.

— Почему? Тут скорее другая проблема. Если все будет сделано тобой как надо — то дальше действовать ты будешь как раз опираясь на ресурсы своего тела, а не цифрового аватара. Мир то станет настоящим. И тех, кто подключен к нему через капсулы — затянет внутрь.

— А наружу…?

— А вот для этого тебе придется познать кучу всего. И тебе нужен будет мудрый наставник. То есть я.

— Ага. И ты станешь в этой ситуации серым кардиналом мира, наставником потенциально сильнейшего, но на деле — управлять будешь ты…хех. Знаешь, я пока что не готов ответить. Но ведь для получения всех этих статусов — наверное надо будет свершить что-то из ряда вон.

— Ага. Только ты и так это планируешь сделать. Ты должен победить бога. Всего то.

— Прости. Но тогда я уже выполнил все условия…

Локи усмехнулся.

— Окей, уел. Да, ты их выполнил пять минут назад. Но скажем так, Перехватчик тебе все равно нужен. Так что — придется бится со странником. А с моей помощью — ты его победишь. Вот так то…

— Но ведь тогда убивать Херсона , получается не надо?

— Прости. Надо. Это финальное условие — ты же пришел сюда совершать подвиг. А Воин Дорог — Хранитель этого мира — задуман как ВСЕГДА выполняющий свое обещание и делающий то, за что взялся. Так что все же придется. Ах да. И еще одно. Все-таки есть одно условие. Про Стаса, боюсь, тебе придется забыть. Мерлин, Воин Дорог — так тебя станут звать. Не бывает богов по имени Стас…

— Врешь.

— Вру. Но так некрасиво.

— По-моему, не самая актуальная проблема. Так. Тогда я пошел готовится. Готовь призыв Гермеса, будем бить морду олимпийцу.

Я встал с закопчённой железки, и , не оборачиваясь двинулся ко входу в город. Мне надо было собраться как с мыслями, так и со снарягой. Все-таки не каждый день планируешь убить сверхсильного противника, уровень которого превышает твой в три раза, еще и, если верить моему набивающемуся в наставники приятелю Локи, являющемуся богом-олимпийцем, старше меня в сотни раз.

Так. Что именно у меня есть для начала из знаний о противнике. Он использует силовое копье. Он крайне быстр. Не слишком силен физически, но крайне прокачан. Не использовал в прошлом метательное оружие. Самоуверен. И трусоват. Поэтому скорее всего будет держать меня на расстоянии, уклоняясь или уворачиваясь от оружия дальнего боя. Что у меня против него есть? Лучшая броня в этом мире+ броня Воина Дорог. Макс, способный саппортить мне, кстати надо с ним это обсудить. И винтовка, как раз предназначенная для ликвидации подобных врагов. Ну стрелять из нее в НПС, даже в силовой броне — это как из пушки по воробьям. Реально вот. Вопрос, как задержать его настолько, чтобы я смог попасть из антибожественной винтовки в него хоть раз. Так. А что еще у меня в запасах родины-то есть? Топор Мститель, игнорирующий броню — вряд ли сгодится. Не думаю, что Гермес придет сражаться в силовой броне или в механодоспехе. ОН парень стильный, будет биться в какой нить тунике и с своим копьем-кадуцеем, точно же. А значит — топор в сторону. Слейпнир однозначно с собой, его скорострельность может как минимум задержать противника. Так. Что еще то? Молот Рока понятно, без него шансов на окончательную победу маловато. Как раз я его зарядил на полную. Так. А что это у меня за два ящика с пометкой — легендарное сокровище? О, да это ж так и не вскрытый лут аж с Пиявки еще. Все руки не доходили. Прикольно, прикольно. И еще один — с Гектора.

Тянуть тут нечего, самое время для вскрытия запаса ништяков, столь случайно завалявшегося у меня. Первый сундук порадовал конечно…только вот сейчас степень актуальности данного гаджета была сомнительна. В нем лежала система снижения заметности Невидимка Мк.4.Отличнейшая штука, как же она бы мне пригодилась во время штурма базы Лютерано. Или в городе Таннен. Но на всякий случай возьму, памятуя о любви Гермеса к шлему-невидимке.

А вот и второй сундук. Раскрываю, и искры формируют перед моими ногами здоровенный такой рюкзак. С реактивными соплами по бокам, причем это штуковина носит название Борей, и является элементом моего тяжелого скафандра Хускарл. Предназначена для передвижения как в космосе, так и в атмосфере. Эффективность в атмосфере не слишком велика, но позволяет свободно летать порядка пятнадцати минут без периода перезарядки накопителя, либо же практически бесконечно совершать мощные прыжки на высоту до пятнадцати метров.

Блин. И че я решил, что ничем интересным меня такой сундук не порадует то, а? Одел бы давно уже — и никаких сложностей с боевыми роботами не испытывал. Ладно. Теперь уже не важно. В драке с Гермесом такая игрушка точно пригодится. Теперь по основному вооружению доспеха. Надо его переконфигурировать — то, что нужно было для сражения с мехами, танками и тяжелыми доспехами сейчас неактуально. Нужно установить огнемет, или термопушку на плазменной накачке. И широколучевой скорчер. И скорострельные микроганы на место бывших инсераторов плазменных. Вроде все.

Все ли для этого есть в наличии в инвентаре или на складе? Да, есть все. Рангом не ниже эпического. Тогда— на склад.

В практически опустевшем хранилище я быстро отбиваю на клавиатуре складского компа наименования нужных позиций, и получаю маркеры. Где они лежат. Собираю и запихиваю в инвентарь, после чего просто жму кнопку “переконфигурировать комплекс”. Так. Ошибка — необходим контейнер для боеприпасов микрогана, в броне такого нет. Окей…зато в старом скафандре, полуразобранном — есть.

—Мааааккккс!

Робот-саппорт появляется внезапно не из глубин склада, а с поверхности, И тащит он в своих манипуляторах кусок спас-капсулы, похоже что то планируя отуда снимать.

— Чего тебе, Стас? Я тут кой-чего хочу на случай твоих разборок со Странником сварганить. Я нифига не понял из того, что вы говорили с этим поддельным Юрием, но мне и не надо.

— Короче….

Пришлось потратить час на сверхкраткий пересказ того, что есть боги. Увы, но тут интеллект киберпса забуксовал. Остановились на том, что это имбалансные билды игроков с дикой прокачкой. По-другому он просто не понимал, метафизика была выше уровня понимания его компьютера.

—Так. То есть мы через пару часов будем драться с достигшим потолка прокачки персонажем-скоростником. Я тебя верно понял? И ты хочешь чтобы я в этом бою сражался за тебя, что логично. Окей…у меня есть одна мысль, босс. Тебя нужен для боя с ним щит. Но не простой. А силовой щит Гектора. И я знаю, где он может быть…а вернее где его можно добыть и установить.

— Что еще за щит Гектора?

—В общем то, Гектор отнюдь не был идиотом, и он не выиграл бы такого количества боев, если бы полагался только на природу, сделавшую его крепким, и свою мутацию. В той самой лабе, где он клонировал преторианцев. Гектор вшил себе под кожу подвижный панцирь, с свойствами силового щита. Короче, рассечь его тело стало очень трудно, проколоть — практически нереально.

—Так, то есть мы с тобой срочно едем туда?

— Угу. Но сначала — че ты там хотел сделать?

Макс быстренько перебросил дополнительные секции для боеприпасов с комплекса Исследователь на Хускарл, благо они были модульные и идентичные для обоих бронескафандров. После чего кнопка стала активна, и я вновь нажал на нее.

Время переинтеграции снаряжения — час.

Ок. А пока что можно взять что нить колесное, и сгонять в лабораторию Гектора, благо тут не тот чтоб далеко прям…

В этот момент у меня, так и не отключившегося от тактического интерфейса базы, заорал аларм воздушной тревоги. В зону контроля наших радаров входило какое-то циклоскопическое воздушное судно, не меньше ста метров длинной.

Расстояние до пункта контроля я преодолел за три минуты, поставив подозреваю некий рекорд местный. Влетаю и падаю за пульт своей последней гаусс-турели, она единственное туда-сюда ПВО у меня в руках. Визуальной картинки еще нет, но внешние микрофоны уже забиты басовитым гулом неимоверно громадных моторов. Навожусь. Вот тут вот он войдет в зону камер, еще уцелевших у меня, и можно будет врезать из гауссов. А Макс пока что по моей команде уже унесся к останкам Лесного волка. Останки не останки, а это единственный более-менее целый мех с тяжелым оружием у меня в руках. Два-три залпа, и Макс сбежит раньше, чем робот накроют. Чен тоже готов, но его машинка скорее все же убийца мехов, а не универсал. Поэтому он в засаде ждет, когда враг будет совсем близко для применения залповых лазеров или автопушек с гарантией поражения.

И тут в объективы камер вплыл ОН. Гигантский, почти сто пятьдесят метров в длину и под полсотни в диаметре, тяжело бронированный цеппелин. Со всех сторон увешанный гроздьями пушек. Лазеров. Еще какого-то оружия. И для того, чтобы никто не сомневался в его принадлежности — с надписью ССГ— РУЛИТ посреди гондолы.

Сата (Райзбойник-2 ): Командир, ты там еще жив, или все, уже убит?

Мерлин(Райзбойник-2): Сестренка, я так рад тебя видеть. Прям не могу. Слушай, высаживай мне тут подкрепления и надо быстренько мотнуться кой куда…безопасное приключение, чисто туда и обратно…

Сата(Райзбойник-2): И почему я даже не удивлена, а …хамло ты, Босс…

Глава 22. На борту "Егеря"

Выгрузка подкреплений, договорённости между Иганом, Ченом, Юрием-Локи, и назначение ремонтных бригад, распределение территорий — заняли несколько следующих часов. Локи крайне быстро оторвался от своего странного действа с созданием ловушки для Странника, и принял деятельнейшее участие в процессе. Я там нужен был весьма условно, эта троица торговалась как хрен знает кто. Но в итоге все договорились. Жаль, но Гилдор все же погиб — несколько снарядов пробили кабину Атланта, так что у него не было ни единого шанса.

Сата руководила процессом разгрузки своей новой игрушки. Конечно, с практической точки зрения этот цеппелин никак не шел даже близко в сравнение с скоростным атмосферным спец катером, но вот с эстетической. Гигантская летающая машина, уничтожить которую было не по силам даже десятком попаданий сверхтяжелых ракет ПВО. Вооружение как у десятка боевых роботов — устаревшие пушки были давно заменены на новейшие лазерные, стояли на корабле и турели с рейлганами, как на крепостных стенах, и ракетные установки, и бомбы. Автоматизированная система ПВО предоставляла возможность вести бой с шансами на победу даже против целого полка истребителей. Короче, не корабль, а летающая крепость.

Я, признаться, с некоторой оторопью первый раз всходил на борт. Со всех сторон окружало страшное смешение жанров — с одной стороны, надраенные медные поручни, переговорные трубы, иллюминаторы. С другой — современные высотометры, пушки. Везде вьются кабеля, местами цепляясь за древние бронзовые светильники на потолках.

Командирская рубка вообще, как будто сошла со страниц романа Жюля Верна. А вернее — фанфика на него. Потому что начищенная бронза рукоятей управления и штурвала соседствовала здесь с цифровым альтиметром, компьютером системы наведения главного калибра и пусковых установок ракет. Посреди этой эклектики было водружено кресло с боевого меха, кажется от Секиры, и в нем восседал капитан в лице Екатерины — Сатариэли.

— Ну что, повелитель Иберии, какие приказы? Куда прокладываем курс?

— Завязывай уже язвить, а? Мне реально нужна твоя помощь и срочно — пешком добираться до цели я буду пару дней, а у нас их нет. Заодно посоветоваться хочу. Скажи мене, о небесная валькирия, ты хорошо знакома с легендами и мифами?

Сата задумалась.

— Ну вообще неплохо. Ты не в курсе, но у меня ученая степень по германской мифологии.

— ОООО!!! Солнышко, твоя ценность только что возросла до небес. Рассказывай все, что ты знаешь об Локи, Одине и прочих парнях из комиксов Марвел.

— Прям все? Боюсь, это займет слишком много времени. Может, сначала задашь курс?

— Мааааккккс!

Пес как всегда умудрился незаметно прокрасться за мной и сейчас уже запустил свои электроотростки в систему управления кораблем. Похоже, что помимо облика, ему от задуманного мной образа передалось и вечное любопытство, помноженное на возможности техномастера. Но на мой зов он отреагировал, сделав вид что он тут вообще не при делах.

— Что, координаты? Уже заложены в автопилот. Вашему другу можно просто поднять этот древний образец технологического убожества в небо и нажать кнопку.

Какая наглая псина у тебя появилась, Мерлин. Оскорблять мой корабль, на борту которого ты полетишь сейчас — плохой путь, могу ведь и выкинуть.

Макс похоже почему-то пребывал не в духе. Поэтому вместо язвительного ответа он продемонстрировал часть своих способностей. Дисплеи на консоли пилотского кресла разом погасли. А ремни безопасности, напротив, плотно спеленали пилота по рукам и ногам. На головном дисплее загорелась одна надпись — Катапультировать капсулу? Yes\No

— Так вот. Когда я говорю, что некий технический объект — древнее корыто — так оно и есть. Потому что все современные технические средства я могу взять под контроль, а тут практически нечего — только система ведения огня и все. Ну и командирский трон.

— Так. Отпусти Сату. — вмешиваюсь я.Нельзя капитана на его собственном корабле так жестко прессовать. К тому же это мой друг.

Макс не стал кочевряжится, и вернул управление кораблем Сатариэль в тот же миг. Сказать, что она была в ярости — не сказать ничего. Ор. Вопли. Требования немедленно убрать эту хакерскую псину с ее цеппелина продолжались минут десять. Но в конце концов она успокоилась.

— Слушай. А как ты в принципе мог взять под контроль столько систем?

Макс, лучась самодовольством, заявил:

— Ну, например, потому, что я могу взять под контроль любые технические устройства, если они в физическом доступе для меня — путем прямого подключения. Я все таки ИИ, причем весьма мощный. И обработка массивов данных — это мой, так сказать, хлеб. Или, может быть, потому, что ты установила на цеппелин трехсотлетней давности кучу оборудования от танков, БТРов и роботов примерно столетние, а для совмещения, не используя никаких фаерволов, кроме встроенного для боевого робота класса Секира-К, использовала компьютерное ядро этого самого меха? Работка так себе, на три с минусом. И да, я могу лучше. Намного лучше. Вернемся с задания — покажу как.

— Ээээ. А откуда ты узнал, что это Секира-К?

— По кодам кабины.

— Так. Скажи-ка, мудрый… Макс, да? А ты можешь мне прямо сейчас помочь…

И Сата начала грузить Макса техническими проблемами совмещения генераторов силовых щитов с реакторами старой модели и нестабильной работе этих самых генераторов. Честно говоря, я из этого понял только одно — у нас есть штука, способная генерировать силовое поле. Вот только из-за чего-то там с настройками программы и каких-то модулей — она может с равным успехом или лопнуть мгновенно, или же перегрузить собственный реактор и рвануть наш корабль. Или же защитить нас, как и положено.

Между делом Сата уже отдала в древнюю переговорную трубу нужные распоряжения, и цеппелин медленно и величаво принялся подниматься вверх.

Не знаю, как всем остальным, а мне эта штука нравилась куда больше прежней. Хотя скорость конечно и уступала, но в действительности не критично — у цепеллина были установлены мощные турбовинтовые двигатели, совершенно не совпадающие с его годом выпуска, зато ускоряющие его до девяноста километров в час. При этом пассажиры могли любоваться с обзорных галерей пейзажем, А количество пушек позволяло думать, что мы почти что неуязвимы. Ну разве что налетит какой-то совсем невероятный космический гость, или нарвемся на комплексную батарею ПВО, отнюдь не одиночную.

Я как раз любовался пейзажем и думал о словах Локи, когда по палубе раздалось негромкое металлическое лягание. Только один из моих друзей мог так походить, и то, когда хотел, чтоб его заметили. И как раз о нем в том числе я только что думал, как о том, с кем можно посоветоваться.

— Ланс, дружище! Я рад тебя видеть, и ты как раз вовремя.

— Станислав. Я рад, что твое противостояние со вторым подручным Херсона прошло удачно. Ну и … тут он перестал стебаться в стиле робота … я офигеваю от того, сколько ж геморроя ты повесил на себя? Нахрен тебе правление Иберией? А все это сражение с Генералом Юрием? Ну захватил бы он Санта-Клару и потом через нее — резиденцию остатках столицы, и че? Мы бы уже далеко были. А теперь — летим непонятно куда. кстати, а куда мы так спешно сорвались?

— Ну, короче. Тут такая история — я принялся за рассказ.

По окончании Ланселот долго молчал.

— Редчайший случай, наверное, Стасик. Но мне нечего посоветовать. Понимаешь, никто из нас, живущих только в этом мире — тебе не советчик. Потому что для нас всех — это шанс. Шанс стать настоящими и живыми. Но мне кажется, что в чем-то Локи тебя точно обманывает. А в чем — не понимаю. В любом случае, он более надежный союзник, нежели Странник, или твой босс из реала. Поэтому, пока не завершим миссию — он точно за нас будет. А вот дальше — решать останется только тебе.

— Блин. Решать…ладно, пока рано решать. Ты мне вот что лучше скажи, есть у тебя идеи, как я могу Гермеса-Странника уделать? Ты ж собирал наверняка всю информацию по нему.

— Я просчитаю варианты. И сообщу тебе, но скажу сразу же — это будет очень непросто, и точно это будет сложнейший бой в твоей карьере Воина Дорог. Потому что большинство твоих противников были слабее по определению, за счет привязки уровня к их характеристикам. У этого оппонента такого ограничения нет. У него, конечно, есть одна слабость — в виде отсутствия физического тела — он не мог перенести свои физические характеристики в игру. Но вот ментальные — точно. Дай мне время, и я попробую придумать что-то. А по твоему первому вопросу — посоветуйся лучше с настоящими людьми, Шакалом и Сатой. От них совет будет весомее.

Ага. Весомее. Я вообще не знаю, как с этим к ним подходить. Если я-директор ССГ реально могу вытащить их в настоящий мир. То я — псевдобожок, могу им предложить, что? Жизнь живых существ, но в совершенно ином мире. И если Катя, возможно, и заинтересуется такой возможностью, то для Коляна конец существования в том мире был сильнейшим ударом и так. И сомневаюсь, что окончательная невозможность возврата не перекинет его в стан врагов.

Размышляя подобным образом, я пропустил момент, когда мы перешли к снижению. Внезапно по кораблю разнесся сигнал тревоги, и голос Сатариэль из динамиков оповещения сообщил:

— Внимание, входим в зону действия вражеского ПВО. Корабль начинает воздушные маневры, всем членам экипажа, не находящимся на вахте –немедленно занять ближайшее кресло с системой фиксации и пристегнуться. Будет жарко!

Так. Броню на себя, не хочу по-глупому рисковать. Она как раз переделана уже под ближний бой, так что на базе Гекторских клонов будет максимально эффективной. Я, честно говоря, очень рассчитывал, что база будет или пуста, или неактивна. Но вот нет, там готовы были даже к атаке с воздуха.

Сам по себе воздушный бой внутри крепости воспринимался …игрушечно что ли. Вот бам-бам-бам — это по нам попадают откуда-то снизу. Вот зашипели громко потолочные вентиляторы, и скакнула на пару градусов температура от волны раскаленного воздуха — отработали батареи гигаватных лазеров с борта. Вот корабль весь аж сотрясло — это жахнул главный калибр, у него отдача дикая. Двести сорок миллиметров, че уж там. Два ствола. И снаряды весом по четыреста кило. Ой сомневаюсь, что этим стреляли в какую-нить турельку. Скорее, снесли целый блок.

— Отбой воздушной тревоги, системам ПВО перейти в режим повышенной готовности. Десанту — занять посадочные блоки 1 и два по правому борту, приготовится к высадке. Мерлин, Шакал, Ланс, Вэл — вы тоже десантируетесь оттуда же. Я с Максом выйду через отдельный люк. — раздался из динамиков даже не на йоту не изменившийся голос Екатерины. Похоже, атака прошла очень легко и штатно.

Последуем совету, только где ж тут посадочные блоки то? А! Вон на стене карта, ща глянем. Надеюсь, там есть пометочка типа “вы здесь”.

Пометки нет, ну и ладно. Я пришел со стороны кабины управления, прошел тут вот, ага, а вот и обзорная палуба. Значит мне — в второй справа проход, там пандус на уровень ниже, два поворота налево…Я воровато огляделся и сорвал со стены карту. Блин, привычка к компьютерным картам сказывается, не могу сам уже запомнить маршрут. Ладно, не обеднеет интерьер кораблика.

Спуск к десантному отсеку занял минут десять, и пришел я последним. В отсеке к этому времени было помимо Ланса, Шакала и Вэла еще два десятка разумных. Ну вот по-другому и не скажешь. Дело в том, что основной состав десантников был представлен фитоморфами, и в этот раз Иган не стал мудрствовать лукаво, и создал, причём скорее всего на базе людей из Танена, специализированных солдат-штурмовиков. Тела, хоть и антропоморфные, были покрыты угловатой броней, напоминающей древесные корни. Вместо левых рук у каждого их них был, ну, наверное, это можно назвать мечом. Древесный отросток, очень тонкий, в форме лезвия, росший прямо из предплечья. В правой же, вполне человеческой хоть и зеленого цвета кисти, большинство сжимало короткие дробовики, хотя у одного был скорее пистолет пулемет, а еще двое щеголяли точно микроганами типа давно мне знакомого Скорпиона.

Вся эта гоп-компания стояла абсолютно молча, производя впечатление роботов. Впрочем, в какой-то — мере они ими и были, просто не на механической, а на биологической основе. Ладно, пока они за меня, и пока Иган не заставляет никого проходить такие изменения насильно — это не мое дело. Но в будущем это скорее всего станет проблемой. У этого парня чертовски большое желание экспериментов с человеческой плотью, и довольно таки нечеловеческое мышление, все же он является первым представителем новой расы по сути — хомо фитоморфиус.И с ними придётся считаться.

Тем временем летающая крепость заняла устойчивое положение, и рампа начала опускаться. Перед нами открывался закатанный в бетон двор, левая сторона которого была засыпана обломками снесенной конструкции. Крупные куски бетона валялись по всему двору, кое где виднелись следы кровавых клякс — видимо, это те. Кого размазало ударом. Впрочем, из дальнего угла по нам бодро хлестнула парочка пулеметов. Но не успел я сделать и двух выстрелов, как в блиндаж ударило копье лазерного излучателя откуда-то сверху, моментально испарив большую часть конструкции и оставив рдеть торчащие вверх арматурные прутья.

Как раз за этим бункером и скрывался основной вход в базу, представлявший собой здоровенные ворота, в которых могли разъехаться три-четыре грузовика разом. Наверное, они считались укрепленными. И должны были что угодно остановить. Но точно не батарею лазеров с борта древнего цеппелина.

Энергетические когти Егеря моментально нагрели створки до белого цвета, хотя первым залпом и не прожгли до конца толстую бронедверь. Впрочем, это было исправлено следующим же выстрелом. Путь внутрь лаборатории был открыт.

Не смотря на дикий жар, который по идее должен был изжарить за воротами всех, изнутри на нас посыпался шквал пуль разных калибров. И вот тут способности игановских фито-штурмовиков продемонстрировали себя во всей красе. Кроме тяжелых пулеметов, их броню просто не пробивало ничего. А пули тяжелого пулемета оставляли разрывы, да…которые за секунды закрывались слоями чего-то вроде луба, и затягивались прямо на глазах.

При том эти ребята отнюдь не стояли на месте. Они построились клином, и под непрекращающимся обстрелом тяжеловесно побежали вперед. На бетоне остался лежать лишь один, голова которого была расколота несколькими попаданиями. Реально отличнейшие штурмовики.

Впрочем, кажется пора и нам выдвигаться. Сата и Макс как раз вышли со стороны носа цеппелина, так что весь отряд был в сборе. Можно начинать веселье. Я начал раздавать указания:

Макс — заглуши все частоты. Сата — надеюсь, что летающая крепость в режиме активной обороны? Тут могут быть и другие входы-выходы, так что не хотелось бы вернуться к захваченному цеппелину. Так, что еще. Шакал, Вэл — тыловое охранение. Ланс, прикрываешь меня, я иду первым. Все вроде. Сата, Макс — вперед не лезьте. Кто нить уже видел, кто нам противостоит то?

Макс ответил сразу же, все-таки он был главным экспертом по этой лаборатории.

— ДА. К сожалению, наш противник это разной степени готовности и облучённости преторианцы Гектора. Так что бой будет жарким. В лаборатории вряд ли есть достаточный запас экзоскелетной брони, но как минимум два десятка было в тренировочной зоне. Те, кто встречал нас — это клоны только что из капсул. Дальше будет куда сложнее. Лаборатория — искусственный лабиринт, дополнительно усиленный Гектором как раз на случай, подобный сегодняшнему.

Глава 23. Война Клонов

Параллельно с началом инструктажа, Макс раскинул свои информационные щупы вокруг себя, вандально просто разрывая кабели и вклиниваясь в сеть напрямую, и на несколько мгновений замер, видимо обновляя и впитывая информацию.

— Для тех, кто не знает. Наш противник — это искусственно выращенные уменьшенные и ослабленные копии Гектора Сазерленда, Тирана Иберии. У них нет практического боевого опыта, его заменяет искусственная накачка знаниями. В обслуге базы — клоны. В роли ассистентов докторов — клоны. Некоторые из них дефективные. Но все без исключения — обладают прекрасной реакцией, высокими характеристиками физической силы, регенерации и восприятия. И все они без исключения будут пытаться вас убить.

Он прервался. Механодендриты вырвались из тех кабелей к которым подключались, и Макс сообщил:

— Первая группа штурмовиков зажата в районе фабрики по выращиванию органов. Вторую начали теснить к мусоросжигателям. Я не успел сказать — они очень быстро учатся, в том числе в нестандартных ситуациях. Ну что, командир, го спасать штурмгруппы или же сразу попробуем за твоей второй кожей прорваться, пока их там шинкуют.

Я мысленно почесал в затылке. Первый позыв был спасать. Но кого? Штурмовых десантников, наклепанных Иганом? А потом выносить всю базу, теряя тут несколько часов как минимум. Или же бросить их на произвол судьбы, отдав команду оттягиваться к первому уровню базы и под прикрытием цеппелина удерживать выходы, а самим проникнуть внутрь. Кстати, тогда можно вообще взять только Макса, Шакала и Сату, обладающих системами маскировки. А Вэла и Ланса оставить руководить нашими безмозглыми союзниками и вытаскивать нас при полном провале.

— Не-а. По-другому поступим. Макс, Шакал, Сата — со мной в режиме диверсантов. Вэл, Ланс — мы сейчас оттянем штурмгруппы сюда. Каждый из вас берет на себя командование одной из них, и вашей задачей становится удержание как максимум — всего плацдарма выходного блока, тут небольшой этаж. Как минимум — коридора для диверсионной группы при возвращении. Постарайтесь не расходовать бойцов просто так. Это в прошлом— люди.

Ланс с Вэлом просто кивнули. Похоже, несколько дней моего отсутствия не прошли даром — в группе есть иерархия, и старшим после меня явно стал ИИ. Что ж — во многом он куда лучше нас, людей. Получив мое молчаливое согласие — оба они устремились вперед, на ходу связываясь с группами фитоморфов. Я же продолжил вопросительно глядящим на меня Сате и Шакалу:

— У вас обоих же сохранились комплекты” Тень” от штурма Танена?

— Да.

— Да, конечно.

— Превосходно. Макс тоже может в оптический камуфляж. Мы вчетвером идем, сканируя пространство на предмет врагов. Если нельзя ликвидировать угрозу одним ударом с гарантией — мы просто врубаем камуфляж и минуем ее. Наша цель где, Макс?

— Хирургеон на минус третьем этаже. Собственно, нужен он и нужен склад при нем. На тему ликвидации — у тебя же есть Гунгнир. Так что в большинстве случаев даже стена не помеха.

— Угу. И всего то сто восемьдесят два выстрела к нему. Не слишком хочется тратить на этих клонов столь редкий боеприпас.

— Тоже резонно. Тогда используйте обычные снайперские винтовки или пистолеты не меньше чем 12.7 мм калибром — у тварей крайне высокая живучесть, и крепкие черепа. Сердец сразу два — слева и справа. Легких три. Так что наиболее эффективным является выстрел в мозг. Стас — для тебя пофигу куда из Гунгнира, главное не по ногам.

— Погнали уже, нам надо два уровня вниз пройти. Помните, “Тень” эффективна против внимательного взгляда только в неподвижности.

Неспешным шагом три снайпера и один кибер пес зашагали внутрь комплекса. Никто не запускал пока систем маскировки, пожирающих уйму энергии. Первые полсотни метров были густо устланы телами защитников, часть из которых погибла еще при пробитии ворот, трупы этих были самыми изуродованными — обугленные, они лежали в скрюченных позах под другими, более свежими телами.

Да уж, штурмовики из фитолюдей были действительно очень удачные. Нечувствительность к боли, природная броня, высокая скорость движений. Все это привело к тому. Что врагов они тут просто прошли насквозь, как нож сквозь масло. Большинство их противников было убито при помощи тех самых древесных мечей, и лишь некоторые, особо опасные своим оружием, удостоились сомнительной чести быть застреленными.

За контроль этажа они по итогу заплатили жизнями троих бойцов — двух сожгла плазменная турель, один был расстрелян в клочья, такое чувство что в него долбили все три тяжелых пулемета в упор. Кстати, такое вполне могло быть — три тяжелых пулемета были в дотах по углам коридора, сейчас уничтоженных. Любопытно, но их не взорвали, такое ощущение, что защитников растворили в кислоте, или что то типа того — тела лежали омерзительно пахнущими лужами, на стенах и оружии виднелись странные рыжие потеки.

Плазменная турель, защищавшая пандус для спуска на минус первый этаж, была просто вырвана из крепежей, и валялась посредь коридора, все еще искря проводами. Мы обошли ее и спустились ниже. Тут уж еможно было ожидать сопротивление — дальше этого этажа группа шутрмовиков не продвиулась, очевидно встретив качественно более высокое сопротивлеие. Хотя мне это было немного странно. На нулевом уровне они уложили больше полусотни обороняющихся, заплатив за это жизнями троих, ну пусть даже четверых считая с первым павшим при высадке. Что ж могло замедлить и остановить их тут?

Ответ пришел оттуда, откуда я его и не ждал — по коридору прямо перед нами что-то громыхало навстречу. Долго ждать не пришлось — из-за поворота на нас вышел уродливый технологический доспех. Сначала я принял это за робота — высокая, около пяти метров, округлая туша с четырьмя руками. В двух у нее были смонтированы огнеметы, судя по синеватым огонькам запальников, а две представляли собой подобие бензопил, совмещенных с крупнокалиберными стволами. Если бы не окошечко в верхней части корпуса, за которым виднелась уже осточертевшая клонированная морда Гектора, то ощущение робота было бы полноценным.

Конструкция тоже заметила нас, не прикрытых маскировочным полем, и запустила огнеметы. Вот только расстояние в два десятка метров было для них велико — и две струи огня просто бессильно опали на середине коридора. А вот выстрелы Саты и Шакала слились в один, расплавляя броню машины в области кабины. Но так и не проникли внутрь.

Ждать было некогда, сейчас эта хрень точно передает данные своим друзьям. Я вскинул свою пушку, и практически не целясь выпустил снаряд в область кабины.

Эффект был … взрывным. Пуля Гунгнира не только прошила кабину, убивая пилота, но и прошла насквозь, попав точно в бак с огнесмесью, расположенный в спинной части брони. А давление там было весьма неслабым, поэтому струя топлива вылетела в потолок. Обильно орошая всю броню, включая все еще работающие огнеметы за спиной. Огненные дорожки моментом достигли источника топлива, и ярко рванули вверх, вызывая детонацию внутри похожего на банку от газировки корпуса.

Пошатнувшись, конструкция рухнула, перегородив эту часть коридора пылающей луже топлива и своими останками.

—Что ж, здесь мы не пройдем — а значит, остается только один путь — вслед за штурм группами по другому коридору, и, в районе столовой, свернуть обратно в эту часть базы. Но в столовке сейчас идет бой, так что придется пострелять — поглядев на загруженную карту выдал Макс. — Веди, командир.

На забрале моего шлема появилась спроецированная Максом карта, с нашим маршрутом. На ней отображались в том числе все дружественные юниты, которых осталось всего то двадцать пять — похоже, местные быстро нашли способ противодействия. Хотя не удивительно — к огню и тяжёлому вооружению они вполне восприимчивы, так что это был вопрос времени, когда из арсеналов подтянут что-то с этими эффектами. Времени, как оказалось, понадобилось немного. Уничтоженный нами боец очевидно заходил с тыла, планируя прижать наших штурмовиков. И, возможно, он такой был не один. Исходя из этих соображений, мы оставили возле уничтоженного скафандра четыре подарочка — тяжёлых плазменных мины. По идее, даже одной должно хватить такой боевой кастрюле чтобы прекратить свое существование. Но на всякий случай пусть стоит побольше. Черт его знает, что у них там в закромах еще есть…

До столовой удалось добраться без приключений и не встретив никого, кроме трупов. На подходе мы опознались с нашими бойцами, предупредив что подходим со спины.

Из группы в два десятка бойцов их тут осталось девять. И положение было проигрышное. В помещении столовой действовало аж пять шагоходов, полностью аналогичных уничтоженному нами, и с десяток бойцов-клонов, вооруженных лазерными карабинами. Оборонявшиеся штурмовики были зажаты в углу, и укрывались за остатками холодильного оборудования. Их спасало до времени только наличие у группы одного плазменного инсератора. Его владелец уже собрал свою жатву среди консерво-доспехов — три из них валялись перед баррикадой грудами железа с выжженными кабинами. Увы, но радиус действия конкретной устарелой модели не превышал десяти метров, так что до момента, пока пехота не подберется на дистанцию кинжального огня — между группировками был пат.

И те, и другие, укрываясь, постреливали друг в друга. При этом клоны еще и маневрировали по залу, явно ожидая чего-то. “Чем-то”:, как мы уже знали, должен была быть минимум один противник, вышедший прямо в спину обороняющимся. Вместо него — пришли мы. Шакал и Сата накинули на себя систему маскировки, тенями перемещаясь внутрь зала. Я же, наоборот, не скрываясь вышел вперед, вскидывая Гунгнир. Моей задачей было заставить противников укрыться, давая снайперам возможность перебить их точными выстрелами.

И я ее выполнил с блеском. Первая же пуля моей чудо-винтовки отправила в мир иной ближайшего врага в доспехе, взорвав его в точности как предыдущего. Оставшиеся четыре резко зашевелились, пытаясь уйти с траектории стрельбы страшного оружия. Впрочем, еще одного я взорвал еще двумя пулями, первый выстрел прошил кабину насквозь, не убив пилота, в последний миг перед выстрелом резко качнувшего свой доспех назад. Второй выстрел, для разнообразия в центр корпуса, вызвал внутри множественные короткие замыкания, на выходе из корпуса вырвав просто какой-то гигантский кусок брони с начинкой. Костюм зашатался, пытаясь поймать равновесие, но шансов на это у него было мало — без хитрой машинерии внутри он немедленно стал тем. Чем и был — неуклюжей железякой на двух шарнирных ногах. Падение явно вывело пилота из строя, по крайней мере он размазался по стеклу в кровавой луже, которая спешно увеличивалась, и не подавал признаков жизни.

И тут замелькали частые выстрелы из гауссовой винтовки Саты и из плазменного аннигилятора Шакала. Первые выстрелы обрушились на уязвимых со спины тяжелых бойцов, разнося в клочья их баки с топливом, а потом оба стрелка открыли беглый огонь по пехоте, моментально поддержанные остатками взвода штурмовиков. Те выскочили из-за укреплений, с немыслимой скоростью устремляясь к противникам.

Последний тяжелый доспех свалил я, для разнообразия применив Слейпнир. Три десятка попаданий в корпус изрешетили броню как бумажную вместе с пилотом, и она тяжко рухнула на пол, ознаменовав окончание битвы в пищеблоке. Честно говоря, как-то она выглядела слабовато — я ожидал от клонов куда большего сопротивления. Хотя и в той схватке с Гектором они не продемонстрировали ничего особенного, всю их группу я перебил в считанные мгновения. Но там на моей стороне выступал и фактор внезапности, и два сильных союзника и отвлечение с фронта. А тут… мы втроем зачистили бы всех противников ну на пару минут дольше, чем со звеном штурмовиков.

Поредевшая группа поддержки была отправлена к выходу с задачей удерживать периметр. А мы , перезарядив оружие и сверившись с картой, отправились искать обходной путь вниз. Судщя по карте, вторая группа справилась со своей задачей лучше этой — они потеряли еще двоих бойцов, и сейчас отходили назад, для соединения с первой партией бойцов и Лансом.

Наш путь пролегал по хорошо освещенным коридорам, в стенах которых виднелась целая куча дверей с табличками. Тут был и тактический класс, и операторская, и кабинет роботобоев, и проекторная, и висвекционная. Заглядывать туда желания не возникало, и так все понятно из названий. Заниматься трофеированием технологических решений, предназначенных для клонов мы не планировали, а иных сокровищ там не предполагалось.

Но почти перед самым спуском вниз была таки одна дверка, которую я пнул, чтобы войти. “Музей Повелителя” гласила табличка над ней.

Все было именно так, как я и думал. В помещении было несколько витрин, на которых стояло всевозможное сломанное снаряжение Гектора, красовались фото и хвалебные оды. А искал я там одну единственную вещь, которую он должен был иметь при себе, если не истратил. И Гектор, и Виктор, и Юрий уходили из района Реджтауна, вооруженные в том числе АМ-оружием. Как я не искал его дальше, но за пределы лаборатории просочилось очень мало образчиков, а мне очень нужна была хотя бы одна АМ-2 граната.

И она нашлась, вместе с арбалетом для запуска этих самых гранат. Как раз одна. Рядом лежал разряженный до одного процента АМ-1, и я побыл крохобором — забирая его. А выходя из музея Гектора — еще и вандалом злобным. У меня завалялась зажигательная граната, и я с удовольствием запулил ее в музей. Пожара можно было не опасаться, но разрушений будет масса.

А вот и пандус вниз. Что ж.

— Активировать системы маскировки. Помните — там внизу толпа злых уродов хочет нас убить. Не палимся.

— ( в два голоса, негромко) — Есть, командир.

Сам по себе пандус ничем не отличался от пандуса этажом выше, и даже плазменная пушка, охраняющая его — была точно такая же. Похоже, ребята были сторонниками типового подхода везде. Три бункера с тяжелым вооружением, турель. Шесть бетонных блоков, установленных друг за другом в шахматном порядке. Все. Дальше, прямо за ними — пандус из штампованного металла, ведущий вниз в темноту.

Каждый выбрал себе цель в бункере. Макс пообещал, что турель не передаст ни бита информации и не сможет даже повернуться в нашу сторону, и, врубив какую-то свою систему маскировки, тенью пополз по стене коридора в направлении турели. Открыть огонь мы должны были по его сигналу, в роли которого выступит отключение блоков наведения турели.

Все прошло штатно — пес отключил турель, и огни на ее корпусе погасли, а стволы спаренной пушки опустились. В ту же секунду ударило три выстрела, и трое бойцов за тяжелыми пулеметами одновременно умерли, не успев понять от чего. Их второе номера успели практически синхронно поймать падающие туши, когда следующие три выстрела ликвидировали и их. И все. Пехота отсюда ушла на ликвидацию прорыва, так что путь был свободен.

На всякий случай я все же снял все три пулемета со станин в бункерах и поместил их в свой инвентарь, как и коробки — цинки на пять тысяч выстрелов к ним. Ничего необычного, все те же типовые “Викинг — 3” четырнадцать и пять десятых миллиметра калибром. Класса “редкое”, с увеличенным магазином. Может очень крепко врезать всем, кроме меня — мне просто будет крайне неприятно. Так что нефиг этому всему стоять тут, вдруг придется прорываться снизу, а тут смена караула.

Глава 24. Мифы древней Греции.

Минус второй этаж встречает нас приглушенным гулом механизмов, и суетой клонов. Похоже, что они ожидают сейчас прямо прорыва основной штурм-группы. На удалении в сто метров от выхода на этаж спешно возводятся укрытия, за которыми располагаются уже не неуклюжие консервные банки с огнеметами, а вполне себе заводские небольшие роботы класса “Оса”. Две лазерные пушки и крупнокалиберный пулемет. Простейшая бронекапсула верхом на недорогом шасси в виде обратно выгнутых ног с “птичьей” стопой. Копеечная альтернатива экзоскелетам, доступная на многих складах. Вот только не местных, а Галерских — это послевоенная разработка, их в самой Галере и клепают, в основном на экспорт. Говорят, кочевники и рейдеры юга разбирают их только в путь — у них нет дорог, и такие агрегаты куда удобнее багги и мотоциклов за счет шоссейной скорости до ста километров в час, и при этом очень неплохой проходимости.

Так вот, порядка двух десятков таких роботов сейчас прямо занимало укрепленные позиции, готовясь к обороне. И это было проблемой еще в одном моменте — у них стоят пассивные термосканеры, которые в теории могут нас засечь. И никаких вариантов отключения, у роботов из сложной электроники есть только термосканеры да система телеметрии для штаба. Так что отрубить при помощи взлома или помех мы их не можем. Остается или воевать — или как-то обмануть системы. Или…

— Мерляй, а давай попробуем вон где проползти — Шаки тыкает пальцем в потолок, по которому идут огромные пучки кабелей и труб. — Там никакие термодатчики нас не засекут. И нужно только быть крайне осторожными, чтобы не обрушить на защитников какие нить некачественно закрепленные балки и провода.

— Выглядит заманчиво. Макс, а ты сможешь?

— А мне и не надо, я-то в отличии от вас на термосканерах не свечусь, если надо.

И мы принялись играть в троицу пауков. Неуклюжих таких. Дело вот в чем. В доспехи каждого из нас была встроена система перемещения по вертикальным поверхностям. Но мало того, что у каждого она своя была, но еще и специфичная. У меня, в боевом космическом скафандре, это была тридцать третьей надобности функция, над которой не слишком морочились. Создали спец присоски на руках, которые вакуумизируют под собой пространство, и такие же на колени. Протестировали, что доспех может висеть и все. Хрен оно космодесантнику понадобится— в космосе вакуум, а подошвы и так магнитные. Так, на всякий случай смонтировано.

У Саты в ее инженерно-разведывательном комплексе скалолазание решалось за счет применения технологии приваривания к любому металлу кончиков специализированных манипуляторов, выдвигавшихся из ранца и служащих для перемещения. Но она сама честно сказала, что ни разу это не использовала, так что опыта не было вообще.

А Коля в своей спец-броне убийцы предусмотрел такой вариант передвижения, только вот переборщил с технологичностью. Поэтому он мог хоть спиной прилипать к потолку, и вести огонь. Вот только доспех сам решал, где и как включать систему, еще и не отображая это на дисплее. Поэтому в любую секунду можно было прилипнуть, например, кистью к кабелю, который ты в сторону отводишь — ну потому что наномашины страхуют тебя от падения.

По итогу мы все трое двигались крайне медленно. Шакал прилипал ко всему, и вынужден был крайне аккуратно отлепляться от случайно нацепленных на себя проводов, скоб и прочего. Я — двигался с крайней опаской. Мало того, что мою тепловую сигнатуру кабели и трубы могли скрыть отнюдь не целиком, уж очень велик все же Хускарл — те же Осы, к примеру, просто меньше меня, хоть они и роботы, а я — человек в броне, так еще и надежность способа перемещения была низковата — кусок плохого камня на потолке один раз уже попался. И я чудом удержался на одних коленных присосках. А Сата не могла никак приноровится к своему манипулятору, он все время норовил переместить траекторию движения в непонятном направлении.

Но худо-бедно мы все же перемещались, а Макс, невидимой тенью скользящий внизу, указывал направление. До искомой комнаты оставалось пройти всего ничего, когда произошло то, чего нужно было с самого начала ожидать. За очередным поворотом мы напоролись на потолочную турель. Самое печальное, что ее проворонил как раз Макс, прошедший первым — просто не заметил, что между труб есть странный потолочный круг. А вот мы выползли прямо в зону охранных сенсоров. Сама тог турель была уничтожена мной еще до того, как она сумела целиком выползти из своего бронеколпака — я просто вырвал ее из креплений. Но от включения баззеров боевой тревоги нас это никак не спасло.

Счет времени пошел на минуты — поэтому вся наша диверсионная группа немедленно переместилась на пол и рванула с максимальной скоростью по коридору к нужной двери. На пути попался один единственный бедолага, судя по всему совсем с еже-вылупленный из капсулы клонирования, или что тут используется — он был голый, и без оружия, и куда-то очень целеустремленно шел. Не дошел — я на бегу в прыжке снес ему голову ударом ноги. В прямом смысле снес — усиленный инерцией много тонный удар оторвал ему башку, и, как футбольный мяч, отправил ее в полет по коридору, оставив фонтанирующий кровью труп заваливаться на пол.

А вот и нужная нам дверь, на нашу удачу разблокированная. Я первым влетел в огромное помещение, напоминающее помесь лаборатории и хирургического зала. Три кушетки с зажимами, автодоки, операционный свет, сепаратор. И сидящий посреди всего этого мужик в спортивном костюме и кепке-восьмиклинке, с здоровенной голдой на шее. Лубочный “новый русский” конца двадцатого века.

От неожиданности я опешил, и , на одних рефлексах, выпустил в странного мужика очередь из Слейпнира. Он как будто лениво отмахнулся, и пули зависли в каком-то силовом поле около него, безвредными хлопками разлетевшись через секунду.

— Стоп-стоп-стоп! Я не враг! Остановись, Воин Дороги!!! — выставляя вперед ладони и медленно поднимаясь со стула заявил этот непонятный и невозможный здесь тип. — Я наоборот, помочь пришел.

— Да ты кто такой-то? Мужик, сорян, но выглядишь ты откровенно не к месту в таком виде тут…

Тем временем мои напарники влетели вслед за мной. Немедленно беря в клещи и целясь в странного типа, а Макс протаял у него за спиной, нацеливаясь явно вцепится челюстями. Он явно все это видел, но оставался абсолютно спокоен.

— Так. Ща. Видимо образ попутал малость, хрен вам угодишь, а…

Вокруг него взметнулся вихрь пикселей, и перед нами возник все тот же мордатый здоровяк, только теперь в античном нагруднике, со щитом и копьем.

— Че, так меньше агрессии вызываю, да?

Хех. А этого парня я ведь знаю, в Риме его статуй много сохранилось. Рожа, понятное дело, не похожа нифига — он скорее напоминает современных мне греков, никакой утонченности. Но сто пудов — перед нами бог Арес, он же Марс. Ладно, после Локи я уже не удивлен, да и упоминал он о том, что этот тоже тут присутствует. К тому же я тут погуглил, и нашел кой-чего. Амулет, снятый в свое время Гором с трупа Пиявки и отданный мне — это символ Марса. Выдается жрецам. Видимо, здесь он как-то наделял его ставленника заемными силами бога войны. Ладно. Послушаю, че он сказать то пришел…

Тем временем вопли тревоги все не утихали, и похоже, что наше местоположение очень быстро будет обнаружено.

— Арес, я до крайности заинтригован причинами твоего появления, но у нас чертовски мало времени.

— Ага. И с моей помощью его станет чуть больше. Так вот. Ты ведь хочешь сделать себе внутреннюю кожу, как у Гектора? Чтобы иметь побольше шансов в схватке с моим родичем, Гермесом.

— Ну …

— Гну. А ты хоть знаешь, что именно он использовал в качестве той самой непробиваемой внутренней брони? Не знаешь. И пес твой железный не знает. Потому что это я, по указанию Странника, припёр сюда один из артефактов из реального мира. Думаю, что ликбез не помешает, совсем короткий.

Он уселся обратно, и менторским тоном начал рассказывать, вызывая у меня невероятное свербение в указательном пальце:

— Короче, давным-давно у нас, богов, была игра-развлекуха. Каждый создавал своего героя и отправлял его совершать подвиги и биться с другими героями. Так вот. Чтобы героям было сложно — для их “подвигов” создавались специальные божественные чудовища. Химеры, с магическими свойствами. Так вот. Один из героев, который вошел в историю как Геракл, сын Зевса — не просто мочил всяких чудишь. Он еще попутно изучал свойства их тел и использовал что мог — во благо себя, любимого. Одной из таких находок была шкура Немейского льва, которую он до своей кончины таскал на своих плечах, собственно, ее то и вымочили в отраве.

— Давай ближе к делу. Любите вы, боги, вспоминать старые свои времена. Там ща притащат плазменную мину и вынесут сюда дверь.

— Нет у них плазменных мин тут, а лазерным резаком они ее вскрывать год будут, так что не переживай, минут двадцать у нас есть. Так. Если покороче. Шкура этого сраного льва дает восьмидесятипроцентный резист к урону от холодного оружия, и дополнительные пятьдесят на все остальные типы. С учетом второго доспеха — ты будешь практически неуязвим. Так вот. Эту самую шкуру сюда притащил я. И добрых три пятых от нее ушли на создание подкожной брони Гектора. О чем сам он, ясное дело, не знал, и был уверен в том, что это его уникальные наниты так сработали. Наниты он повнедрял всем своим клонам, что повысило их защиту на десять процентов, и все. Говорят, в ярости он разнес тут пол лаборатории. Ну так вот. Хочешь себе такую же защиту. Как у Гектора? У меня она есть.

— Теперь будет — “но чтобы ее получить — выполни мое задание, докажи что достоин?”

— Ну да.

— Нет.

— В смысле нет?

— В смысле нет означает нет. А еще — у меня отсутствует время на торги и игры с тобой. Поэтому даю три секунды на ответ — отдашь так, или нет?

— Смертный, ты осознае…

Договорить проникновенную речь Марсу я не дал. Честно говоря, еще войдя сюда, я испытал жуткое желание его прикончить. А право. А право у меня в кармане — в виде вмешательства в дела моего мира с целью усиления местных существ против правил.

Поэтому я просто выхватил Дробовик Рокатански, и применил первый патрон из него по назначению. Ах, как же хотелось это сделать еще раньше, но Локи показал себя нужным мне союзником. Так что проверим, способен ли дробовик убивать богов? Мне кажется, да.

Сноп пламени вылетел из левого ствола, и в отличии от пуль из Слейпнира, пуля, вылетевшая в этом пламени, полностью проигнорировала защиту бога войны. И врезалась ему прямо в середину лба, снося верхушку черепа. В последнюю секунду он понял, что сделал неудачную ставку. Но увы, было уже поздно.

Дело в том, что за время диалога я внимательно изучил его характеристики — наличие Макса давало мне и такую опцию. Так вот. Это был персонаж всего то сотого уровня, с кучей читерских абилок. Но уровень тут решал. У него тупо не хватило бы здоровья пережить прямой выстрел из дробовика. Так что торговаться, с врагом… зачем?

Его тело растворилось. А система выдала мне ворох сообщений. Причем часть из них была связана с профессией Воина дорог. Мой статус наконец то стал незыблемым — я уничтожил существо-читера, тотально нарушавшее баланс мира. Отныне любое действие, кроме совсем вопиющих, не колебали баланс и право на титул Воина Дорог было моим незыблемо. А еще — плюс десять бонусных уровней, помимо двадцати трех, упавших за окончательное убийство Бессмертного из другого мира.

Мои спутники стояли с несколько обалдевшими лицами. От чего? Ну в начале от скачкообразного роста своих уровней на те же тридцать три, что и у меня. А во-вторых — от системного сообщения о смерти истинного Бессмертного от рук Воина Дорог. До этого они не очень поверили в эту шляпу с богами. Но сейчас…

Я же тем временем подошел к трупу, и прифигел. В качестве лута я получил…Облачение Бога Войны (внимание, несовместимость класса. Выберете конечный класс — Воин Дорог или Бог Войны), включающее в себя щит, шлем, кирасу и наголенники с возможностью модификации. Копье и меч Ареса. Шкуру льва. Три сундука героической редкости. И квест.

“Привет, молодой бог. Я знал, что так и произойдет, и ты скорее всего убьешь меня. Это в любом случае произошло бы, просто в ситуации что я, мой брат и его подручные против тебя — шансы твои стали бы малы. Если ты счел, что я самоубийца и идиот после многих тысяч лет жизни — то нет. По сути, сам я пал давно. И сейчас то, что является моей сутью — заемная сила, которую дал мне Гермес. И уже продемонстрировал, как может и забрать. Основная часть моей сущности собрана в моем доспехе и моем оружии, являющимися моими атрибутами. Сохрани их, и, когда сочтешь что кто-то достоин, передай ему. Я не захвачу личность, но он получит все, чем являлся я, Арес. И мы станем гибридным существом. П.С. Уничтожить атрибуты бога нельзя, по крайней мере ты точно не в силах.”

Вами получен квест — Создать бога войны. Передайте Атрибуты бывшего бога войны достойному претенденту.

В глубоком очешуении от происходящего я показал записку камрадам. Никаких причин верить древнему как говно мамонта богу войны у меня не было. С другой стороны — а смысл ему врать? Арес вроде никогда не хитрожопил, вспоминая легенды о нем. Он нашел способ вернуться в свое небытие, откуда его насильно выдернул и подчинил брат. Заодно чуток поднасрав этому самому брату — реши я сейчас передать атрибуты допустим…Гору — то на моей стороне будет три бога. Против одного Странника.

— То есть он…совершил самоубийство об нас, так что ли?

— НУ в общем да. Похоже, необходимость подчиняться тому, кто раньше был слабее делала его жизнь невыносимой. А отсутствие собственой силы — еще и постоянно зависимым. И он таким оригинальным способом свел счеты с Гермесом-Странником, в изрядной степени ослабив того и наоборот, усилив нас.

— И кого ты хочешь осчастливить?

— А есть желающие? Коль, может ты?

Шакал опешил.

— В смысле? Стас. Ну это. Я все-таки предал вас тогда. И я хотел ну, вернуться.

— Чет я уже не уверен, что и я сам то вернусь. Боги, и компьютерная игра. Я бы назвал психом любого, кто мне это рассказал, но вот — перед нами частичное доказательство. Давай предположим, что это все правда. Че лучше — вернуться назад прожить сорок-пятьдесят лет и сдохнуть старым и больным. Или же иметь шанс на вечность и приключения? Я то свой выбор, кажется, сделал. А ты? И при этом твоё тело мертво, и что нужно чтобы получить иное — мы не знаем. У Саты та же картинка. Но и ей мне есть чего предложить тут. А там… ну меня никто не ждет особо, так что я, пожалуй, доиграю игру до конца и узнаю, это был такой сюжетный прикол, или эксперимент. Или же все взаправду. Ты со мной?

— Слушай. А …а давай. Мне ж надо тебе, наверное, клятву верности принести будет. Или как там это — вечной дружбы да? Иначе ты просто совсем дурак, Мерляй.

— Да, пожалуй, это так. Только не тебе. А тебе — Богу Войны. Но предлагаю перенести сие на момент, когда мы все-таки вставим в меня шкуру Немейского льва. Черт, эта вонючая шкура терлась о могучие плечи Геракла. Круть.

Каких-то сверх сложностей не предвиделось — все этапы действа были заложены в компе и скопированы Максом, так что вместо странной жижи в источник была уложена артефактная шкура, и я, разоблачившись, лег на операционный стол. Входная дверь уже начала явственно нагреваться, но все же пока держалась. По мнению автодока, вся операция займет минут семь. Столько времени точно было. Так что ребята с моего согласия нажали кнопку активации, и на меня начал надвигаться колпак.

А вот чего не сказал никто, а может и не знал. Что это вот вмешательство не позволяет введения анестезии. Поэтому. Когда чертов робот принялся свежевать меня — я захотел заорать. Вот только голосовые связки были уже аккуратно парализованы. Так что, когда на меня накатила тьма — я был даже рад этому.

Глава 25. Истинная суть друга

Пробуждение было странным. В этот раз система не предлагала мне выйти из игры, капсула тоже не показалась — я взаправдашне потерял сознание. Когда же начал приходить в себя, то первое, что ощутил, это некую легкую ватность рук и ног. Знаете, когда затекает кисть, например, от неудобного положения руки на мышке? Вот такое же ощущение было во всем теле сразу.

Рывком открываю глаза. Хм, а кажется, я успел. Мелком гляжу в интерфейс — и приятно радуюсь цифрам в нем. Не обманул нас Арес, все так и оказалось — резисты, непробиваемость. Нацепляю комплект Рокатански и понимаю, что в целом мне Хускарл теперь нужен чисто как мускульный усилитель, для рукопашного боя — у меня в легкой броне защиты от урона сейчас за сто процентов почти все. В Хускарле — я неуязвим. Но Хускарл разрушим, а вот броня Рокатански — нет. Что ж. Сейчас проверим.

Входная дверь была практически расплавлена. Так что я просто вытащил из инвентаря все три тяжелых пулемета, и предложил нашей бригаде диверсантов поиграть в мясорубку, где за танка буду я.

В двери появилось проплавленная дыр, в которую всунулся кончик горнопроходческого бура. Я дослал патрон, и направил ствол на дверь. В эту секунду бур расширил отверстие до метрового диаметра и пошел обратно. На решение было буквально доли секунды — но я успел, и закрепил последнюю плазменную мину прямо на тот самый кончик бура, благо она магнитная.

Бур вынули, и снаружи громыхнуло, раз, а за ним, куда громче, с трескучим раскатом разряжающегося энергоконденсатора, еще один. Первый взрыв — это мина. Второй — корпус бура. Дожидаться дальнейшего развития событий смысла нет, так что я деблокирую дверь, и вылетаю в коридор с пулеметом наперевес. Шакал и Сата не отстают, держась в шаге за мной.

Ох мама дорогая, как же тут эффективно рвануло то. Плазменная мина+ батареи бура выжгли метров два полностью, и еще в десятке метров отсюда валялись раненные клоны. Впрочем, живых и активных тоже хватало.

Первые пули ударили в мою грудь с правой части коридора, стоило сделать туда два шага. За дымом было плохо видно, откуда стреляют — поэтому я просто зажал гашетку, и направил туда ствол пулемета. Кстати, прямо попадание 7.7 мм винтовочной пули просто вообще не нанесло урона. Как будто и не стреляли в меня. Сто процентов защиты от физического урона. Круто.

Движемся по коридору, заливая пространство перед собой из пулеметов. В узком коридоре носимый в руках тяжелый пулемет причиняет страшенное опустошение — пули легко пробивают любую самопальную защиту. Да и бронекомплекты кроме экзоскелетов ему не помеха.

По коридору пролетает полотнище ядерного пламени и упирается мне в грудь. Хм…я таким прожигал броню боевого робота. Сейчас — я получил небольшой ожог, порядка двадцати что ли урона. Стационар приперли, молодцы какие. Очередь из пулемета туда. Черт. А вот нету больше пулемета — в отличии от меня, он на такие температуры не рассчитан. Ствол перегрет и склонился на “полшестого” практически.

Отбрасываю непригодный к дальнейшему использованию агрегат, и достаю свой пистолет пулемет. Для него и экзоскелеты не такая уж проблема.

Но вместо экзоскелетов противник подтянул рой “Ос”. И спереди, и сзади на нас обрушивается град лазерных импульсов, причем крайне плотный. Похоже, они все это время, которое мы пробивались через врагов, подтягивали и обходили нас с помощью роботов. Урон по мне проходил смешной, регенерация легко его нивелировала, а вот Сате и Шакалу уже было не сладко.

Впрочем, а чего я туплю? Хускарл одеть. Молот к бою. Разгоняемся Ускорением, и врубаясь в центр построения из роботов в коридоре, активирую массовый дамаг. Взрыв привычным красочным шаром накрывает коридор. А вот эффект, скалирующийся от силы владельца — превосходит все прежние удары. Враги не разлетаются на куски, они просто испаряются от удара, оставляя вместо себя только лут.

Путь свободен, и я впереди, а ребята в пяти-шести шагах сзади бегут за мной. Вообше, я сейчас превратился в какую то неубиваемую имбу. Была бы это игра в рабочем состоянии — сам бы на себя баг-репорт написал. Только, кажется, это уже не совсем игра, так что будем следовать сюжету. Я — почти бог. А бог не может быть повержен какими то шатмпованными НПС. Так что все по канонам жанра, вот только жанр эот уже не киберпанк и не постапок, а какое то сюрреалистическое нечто.

В принципе, до самой середины минус первого уровня никакого серьезного сопротивления мы так и не встретили, и вообще непонятно, че так стремались — нужно было спокойно проламываться к лаборатории, да и все.

И стоило мне так подумать, как наш путь оказался прегражден, в прямом смысле. Все там же, в районе столовой, пространство оказалось перегорожено. Только вот в этот раз вместо груд оборудования были использованы силовые щиты размерами три на два метра. Несомые тремя чуть уменьшенными вариантами Гектора, в крайне массивных силовых доспехах, и при поддержке примерно двух десятков бойцов в обычных силовых скафандрах. Вооружение тоже крайне специфичное — почти все они тащили плазменные излучатели, либо турболазеры. Троица щеголяла встроенными в броню ракетными установками, гранатометами, у двоих были многоствольные пулеметы калибра не меньше 23 мм, а то и крупнее, а у последнего — монструозных размеров пушка, я бы сказал, что семидесяти пяти миллиметровка, не меньше. И ждала эта гоп-компания именно нас, так как град залпов обрушился на нас прямо от входа. Шакала попадание снаряда из семидесяти пяти миллиметровки унесло обратно в коридор, и протащило, врезав в противоположную стену. Здоровье потенциального бога войны упало до трех процентов. Пока не боец.

Я рванулся вперед, рассчитывая перемахнуть через головы противников и оказаться за их спинами, отвлекая на себя. Но, похоже, именно этого от меня и ждали. Передний здоровяк отошел на шаг назад и поднял свой силовой щит вверх, принимая на него мою прыгающую тушу. Поле затрещало, покрываясь сеткой молниевых разрядов, и все ярче горело в центре, но все же выдержало те три или четыре секунды, которые потребовались двум оставшимся здоровякам, чтобы сомкнуть свои щиты и зажать меня с трех сторон.

Тем временем Сата и Макс оказались под очень плотным обстрелом, и если Макс уворачивался от большей части попаданий, то броня инженера начала рассыпаться, от нее отрывало части, и миг, когда она перестанет работать был крайне недалек. Нужно было срочно что-то предпринять, они сейчас даже отстреливаться не имели возможности — настолько высокую плотность огня создавали скорострельные лазеры, а плазменные заряды вполне себе эффективно пробивали и Макса в том числе.

Так. Молот мне даже не приподнять, они позаботились об этом. Нужно перегрузить сильно ослабленное силовое поле первого мини-гектора. Хорошо, что я в Хускарл встроил кучу оружия для ближнего боя. Так, че у меня тут есть то?

Что у меня тут есть? О. Термопушка. Термопушку мы прибережем, у нее всего то пять выстрелов возможно сделать, а еще этих здоровяков валить надо будет. Скорчер? Вариант. Дробовик из мира лазеров лупит широченным лучом высокой мощности, но за счет такой фокусировки — слишком сильно рассеивается уже на десяти метрах, но мне то десять метров и не нужно.

Лучи вырываются из моего запястья, поражая трижды поверхность щита. По и так уже потрескивающей поверхности разливаются молниевые заряды, сливаясь в одно единое пятно. Я вижу, как в руках мутанта нагревается основание казавшейся незыблемой защиты, и, наконец, начинает дымится сам эммитер силового поля, смонтированный в центре щита. Миг — и он вспыхивает, разрушаясь, а я перекатом ухожу прямо в центр строя пехотнцев.

Щедро использую все полученные мной навыки рукопашного боя и свою силу ударов, раскидывая противников в стороны. И , не экономя, открываю огонь по не успевшим повернуться ко мне мало мобильным гигантам из термопушки — орудия, предназначенного как раз для такого случая. Три выстрела в стоящего боком. Два, в того, что спиной. И добавить из скорчера в дымящееся и обугленное месиво на спине, выбивая последние проценты здоровья.

Оба готовы. Остался один, но толпа вокруг мешает. Эххх!

Мститель в правой, молот в левой. Раскрутка. Погнали. Двадцатка в холодном оружии и навык Кругового удара. Тела взлетают от ударов вверх, рассыпаясь на лету. Первым же движением расшвыриваю пятерых. Отлично. Вихрь ударов молотом, топор на землю. Есть, индикатор заряда ульты вновь полон. Удар.

После этого на ногах остается лишь здоровяк, прикрывшийся своим щитом. Щит правда опадает с его кулака оплавленными каплями. Да и в целом ему досталось, здоровье в желтой зоне, левая конечность, в которой был щит — обгорела до дымящегося мяса, торчащего из проплавленных полос в броне.

Он ревет, и выпускает мне в грудь свой снаряд из пушки. Хыыххххх. Попадание выдержал я, но не броня. Все-таки это не робот, а бронескафандр. Хускарл жалобно скрипит, а система выдает мне — “Критическое повреждение доспеха, дальнейшее функционирование невозможно.”

Вот блин. Какая была классная штуковина. Жаль. Починить его конечно можно, но боюсь, что уже разве что в Галере. А времени на это у меня, к сожалению, совсем нет. Ладно, сейчас я оторву голову этому уроду сраному, и потом уже буду огорчаться.

Хм. А что это с моими характеристиками? Откуда буст + 1 ко всем статам? “Ярость Воина Дорог” — о, а это откуда появилось? Прикольно, на меня накладывается эффект. И даже пояснение есть.

Эээ…чем более ценная для Воина Дорог потеря его постигает — тем более высокий буст он получает от Ярости? Вплоть до учетверённых характеристик? Усраться можно…

Козел, иди сюда. Ты убил самую клевую броню в этом мире. Я тебя сейчас буду бить. Только вот вылезу из полностью нефункциональной железки.

Я как раз вылез из брони, когда этот урод подошел ко мне поближе. Пушка явно находится на перезарядке, так что … ой блин. Не на перезарядке.

Снаряд влетает в мою грудь, зща счет кинетического эффекта сбрасывая меня с остатков моей брони, и ударяя об пол. И … все. Полный игнор физического урона. На мне даже нет следов попадания. А на лице врага отражается глубокое непонимание. И вот именно в середину этого самого лица я и бью молотом. Без усилений. Просто молотом.

Вот только эффект такой, будто бы я ударил в броне и под баффами. Половина его лица проваливается внутрь, а ошарашенные глаза выскакивают из смятого черепа, повисая впереди на нтотчках нервов. Он дажене орет, он вижжит, на ультразвуке.

И именно туда, в месиво из костей и мяса на месте морды я с размаху бью ногой, вбивая острый мысок ботинка прямо в мозг чудовищного порождения генной инженерии. Визг затихает. А тело падает назад, зажав, блин, мой ботинок в костях черепа. Довыделывался, черт подери. Кстати, в момент смерти

недогектора мой бафф улетучивается.

Подбираю на автомате выпавший из противников лут, в каждом — сундук с необычным предметом. Тоже пригодится. И бегом к Шакалу. Параметр здравья у него проседает до полутора процентов и продолжает падать.

М-дааа… А вот ему досталось сразу же столько дебаффов, что похоже на состояние нежилец. Интересно, а респится то мы еще можем, или эпичная арка противостояния теперь на одну жизнь рассчитана?

Тем временем Колян, лежащий на полу, смог размокнуть губы и что-то прошелестеть. Как он это делал с отсутствующим легким — черт его знает, останется на совести разработчиков цифрового аватара.

— Стаасс. Слушай, а я не чувствую точку возрождения.

— А это потому, что их у нас похоже, больше нет.

— Чегооо?

— Шутка. Наверное. Без понятия. Но без сознания находясь — я не вылетел в капсулу. Просто темнота, и все.

— Твое … предложение… все еще в силе?

— Да. Почему нет то?

— Давай…кзззззххх…. Тогда сейчас. Клянусь, что буду верен и дальше по тексту.

Так. Если Колян внезапно и впрямь без точки возрождения — то дело швах. Попробуем спасти его доспехами, боги вроде от такой фигни дохнуть не должны.

Извлекаю из инвентаря комплект брони, и передаю его Шакалу.

ВЫ УВЕРЕНЫ? ЭТО ДЕЙСТВИЕ НЕЛЬЗЯ ОТМЕНИТЬ, А РЕЗУЛЬТАТ СКАЖЕТСЯ НА ВСЕ ДАЛЬНЕЙШЕЙ ИСТОРИИ ВСЕЛЕННОЙ!

Клянусь. Нажать ДА было чуть сложнее, чем обычно. Но к моей чести, колебался я всего то полсекунды. И подтвердил.

Доспех греческого бога Войны исчез. А на месте Шакала закружился вихрик. Зеленоватого цвета. Из которого поднялся … Локи. Сияющий как медный грош. Вот только одет он был в доспехи Ареса.

После полного проявления, бог хитрецов падет передо мной на одно колено и произносит формулу верности — лично мне, мне — Воину Дорог и общему делу. Система сообщила мне, что у меня есть один вечный союзник, верность которого будет незыблема до тех пор, пока я не предам его.

А я стою и офигеваю. Это что блин такое было? Чертов трикстер меня просто обманул, и обманом выудил доспехи Ареса?

Ружье само прыгает в руку, но он не пытается никуда скрыться.

— Стас. Мерляй. Давай мы просто доберемся до дирижабля, и я тебе все объясню. Я не мог тебя чисто технически обмануть — этого не позволяет договор вечной дружбы. А вот то, что я давно за тобой присматривал — я говорил. Кто ж тебе помешал спросить. Каким именно образом?

— Погоди. То есть мы с тобой знакомы уже не первый год?

— Угу. Твой друг Шакал — это я. Вернее, не так. Это был мой аватар, специально созданный почти из всех запасов сил ДО того, как тебя допустили в программу. И да, я специально внедрил его так близко к тебе. Чтобы иметь при необходимости возможность воплотится в него. Что и выполнял несколько раз с завидным успехом. Стычка на дороге с братвой Ареса — вы бы погибли, но я залочил способности его жреца, и она стала просто сильным мобом. Д’хисы на базе Лютерано. Думаешь, они просто так уселись в тот бронегрузовик? И еще несколько раз.

— Погоди. А сам Коля…

— Просто отражение моей личности, живущее автономно по необходимости. Именно поэтому он был такой неинициативный — все-таки синтетик-конструкт не обладает свободой воли. Может, ты поможешь нашей подруге и мы уже рванем отсюда? Эти трое — не самые сильные, кто мог нам тут повстречаться. В тренировочных уровнях есть и пяток практически равных исходному Гектору по способностям бойцов. А полк Ос уже практически расконсервирован. И поднимут его сразу же на площадку, куда мы приземлились. Тебе то теперь пофигу — еще бы, братец Странника его реально ненавидит. В основном за то, что младший не только успешен. Но и де-факто поработил его, старшего и крутого, и заставил работать на себя. Так что подарок воистину божественный. Но роботы и не будут бить по тебе, тактики войны с неуязвимым противником у них тоже есть. Для начала они расковыряют цеппелин, потом перебьют всех, кроме тебя. А дальше — силовые поля, которые ты сразу не пробьешь, и яма с расплавленным металлом, охлаждённым сразу же после попадания в нее тела. И помещенный в запертую и залитую бетоном камеру в самом низу базы. Не строй иллюзий, что ты теперь неуязвим, тебя всего лишь сильно сложнее убить по-простому.

Только тут я замечаю, что маркер Саты хоть и активен, но абсолютно неподвижен. Подбегаю и обнаруживаю, что она — пленник в обломках собственного скафа. Какой-то из последних выстрелов идеально срезал ей со спины энергосистему, моментально обесточив всю броню. Да уж, бывает. Осторожно помогаю ей вылезти из комплекса, и, дав время на перевод духа, рассказываю, что нам сейчас придется прям бежать бежать, бросив тут и ее скаф, и мой Хускарл.

В этот миг вмешивается Макс.

— Ну, положим я могу просто уничтожить твой Хускарл, заодно устроив нашим врагам тотальную развлекуху. Мы же присобачили к нему дополнительную энергосистему, помнишь?

— Ну.

— Гну. Это был реактор на АМ-принципе. Ты же его в Реджтауне достал, верно?

— Ага.

— Вот и ага. Если правильно запустить его в резонанс — рванет ну не как большой, но около того. А тут, уровней на шесть ниже — стоит громадный волновой реактор. Дайте мне две минуты, и по команде от Уважаемого Босса тут все так рванет, ууууххх!

Я раздумываю. С одной стороны, жалко броню. С другой — оставлять тут разворошенное гнездо гекторят — ой как не хочется. Направить их гнев на нас — вообще говно вопрос, они просто не знают пока где мы.

Глава 26. Последний штурм.

Ладно, привязанность к сломанным вещам — это бред.

— Макс, сколько тебе времени нужно, чтобы активировать реакторы и высчитать все?

— Пять— десять минут от силы. Но учтите. В это время я полностью беззащитен буду и вам меня прикрывать.

— Сата — командуй высадку дополнительных сил и подтягивай сюда всех.

Она просто кивает и достает рацию. Да уж, печально, что у НПС нет чата. Это бы ускорило весь процесс.

Макс подходит к броне, и снимает с нее поэтапно слои защитных пластин, довольно быстро добираясь до ядра АМ-реактора. На этом этапе вокруг его тела взвивается целый лес микромеханодендритов, внедряющихся в остатки моего верного бронекостюма. После того, как все они оказались внутри, Макс застывает и как то даже обмякает. Похоже, процесс создания мегабомбы из моей брони требует всех ресурсов его ИИ.

Враги не спешат появляться, видимо оценивая запись последнего боя, так что у нас есть время передохнуть и перезарядиться. Шакал-Локи благополучно отжирается стимпаками, восстанавливая здоровье своего аватара, Сата с грустным видом выковыривает что-то из своей инженерной брони, а я… а я пытаюсь демонтировать лазерный скорчер с руки своего костюма. Все-таки тратить уже почти подошедшие к концу боеприпасы Слейпнира или еще более конечные пули для Гунгнира на обычный бой было неразумно.

Честно говоря, мои попытки скорее всего закончились бы поломкой пушки, но на помощь пришел вошедший с отрядом фитолюдей Ланселот, заметивший мои мучения. Он мигом демонтирует и оба пулемета, и скорчер, и порывается заодно демонтировать под шумок и Макса, но я запрещаю сие вредительство. Подкрепления продолжают прибывать, и к концу работы киберпса в помещении и в передовом дозоре порядка пяти десятков наших бойцов.

— Фух, все. Командир. У нас есть десять минут. За это время мы должны отойти отсюда и загрузится на борт транспорта. Командуйте общий сбор. Как только я выну дендриты — пойдет отсчет. Для визуализации — я выведу его на табло общего чата.

Я ору в рацию Саты приказ отходить, дублируя его в чат, и, по закону подлости, в этот момент из коридора, ведущего к третьему уровню станции, раздались шквальные выстрелы.

Высовываю туда нос, и вижу пятерых закованных в броню клонов, размеры которых больше, чем привычные мне стандартные бойцы-преторианцы. И даже больше, чем та троица, с которой я дрался в столовой. Пожалуй, они были покрупнее исходного Гектора. Каждый из них тащит в руках огромный щит из листов брони, толщиной, наверное, сантиметров в шестьдесят, и рельсоторонный дробовик, ну по крайней мере именно так система опознала эту штуку. Она стреляет штырем из неизвестного мне сплава, после выхода из ствола тот рассыпается на двадцать острых щепок, с громадной скоростью летящих конусом и пробивающих броню штурмовиков с легкостью необычайной. Здоровяки построились таким образом, что полностью перекрыли коридор, и из-за щитов торчат только их дробовики, залпами выплевывающие вперед пучки зарядов. С каждым выстрелом падает трое-четверо наших бойцов.

Черт, пожалуй, не время экономии. Гунгнир к бою. Выбираю целью середину центрального щита, и жму спуск. Удар пули страшен, и обладатель щита вместе с этим самым щитом отлетает назад, открывая брешь в строю, чем я не могу не воспользоваться. Два подряд выстрела в правого противника, левый получает всего один, но с активированным “Смертельным выстрелом”, так что он гарантированный труп — крит в голову это смерть. Да и голова его взрывается, как перезрелый арбуз. Он рушится назад как подрубленный, а я перевожу прицел на следующего, и жму трижды на спусковой крючок, гарантированно отправляя и третьего противника в Вальхаллу.

Получивший в бок и бедро две пули из снайперки тоже падает. Ноги у него просто нет от средины бедра, а вот насколько велики повреждения тела — сказать сложно, но здоровья у него еще в районе двадцати процентов. Да пошли вы, козлы. Еще не хватало сейчас тут рвануть.

— Ланс, две ракеты в коридор!

— Выполняю.

Из-за моей спины вылетают две мини-ракеты, и. оставив дымный след, влетели в покачивающегося недобитка. Взрыв поглощает и его, и отброшенного назад раненого со щитом, и последнего уцелевшего на данный момент противника. Правда, тот все же выжил, но только для того, чтобы быть добитым в следующую же секунду из моей винтовки.

— Чисто! Отходим, срочно. Макс — запускай подрыв, пока тут еще гости не пожаловали.

Потери среди штурмовиков от этой последней атаки составили пятнадцать бойцов. Но лес рубят — щепки летят, хе-хе. Вполне организованно мы отошли к пандусу на нолевой уровень, а потом и к выходу. Никто нас не преследовал, вроде как. И так же организованно все принялись забегать по аппарелям в корабль, кроме Саты, немедленно рванувшей на мостик через отдельный вход.

Цеппелин запустил все двигатели, а на табло пошли секунды обратного отсчета от последних двух минут. Выглядело пугающе, но Сата доказала уже, что пилот она превосходный. И в этот раз она не подвела — “Егерь” стартовал вверх практически свечкой, лишь в самом начале взлета что-то дернуло нас, но ничего из ряда вон не произошло, и корабль стремительно набирал высоту, все увеличивая отрыв от поверхности базы.

До взрыва оставалось еще два десятка секунд, когда заверещали баззеры боевой тревоги.

ПРОНИКНОВЕНИЕ НА КОРАБЛЬ! ПРОТИВНИК В ГРУЗОВОМ ОТСЕКЕ!

Ого. Кто-то успел проникнуть на борт, вот что это был за рывок. Что ж, безумству храбрых поем мы славу. Ща его там пошинкуют в винегрет.

Ланселот (группа Разбойник 1): Командир, у меня проблема. Тут громадный мутант в сверхтяжелой броне успешно крошит наших штурмовиков, а применять тяжелое вооружение в данный момент невозможно — я могу пробить корабль. Нужна помощь.

Мерлин (группа Разбойник 1): Принял. Где противник сейчас?

Ланселот (группа Разбойник 1) : Прорывается к двигательной палубе через казармы. Успешно прорывается.

Черт, а вот это крайне нежелательно. Что ж. Ща я его успокою. Благо, из рубки есть короткий путь к двигателям.

Прыгаю на шест, установленный в углу и прикрытый люком, и, как в кинофильмах, съезжаю по нему сразу через две палубы вниз.

Как оказалось — вовремя. Двери двигательной палубы разлетаются, и в них появляется с трудом помещающаяся в дверной проем фигура в очередном ранее не виданном мной доспехе. А вернее, появляется доспех.

Верх его представляет собой капсулу с пилотом, зажатую меж двух прямоугольных частей корпуса. За спиной видны какие-то трубки и шланги, а вверх торчит две выхлопные трубы, выпускающие вонючий черный дым. К этому странному корпусу на шарнирном соединении прикреплены непропорционально короткие и толстые нижние конечности, покрытые толстой броней, и оканчивающиеся четырехпалыми манипуляторами-ступнями. Правая конечность представляет собой какой-то гибрид бензопилы с огнеметом, а вместо левой — установлен оружейный блок, состоящий из двенадцати совмещенных между собой тяжелых пулеметов. И вся эта конструкция плюется огнем в меня, пытаясь уложить на месте внезапно оказавшегося в отсеке человека, с виду практически без брони.

Вот только для меня вся его оружейная стрельба — не более чем легкая щекотка. Хорошо быть неуязвимым. Осталось понять, как прикончить эту дрянь, не прибегая к тяжелому оружию. Молотом? Опасно, да и размаха тут нет. Топор опасен для всех окружающих конструкций. Хм. А ведь есть у меня игрушка, которую я еще ни разу не применял, а неплохо бы. Меч, найденный давным-давно в подземельях панцирников. Как раз — силовой короткий клинок, идеален для боя в условиях ограниченного пространства.

Моя привычка сохранять в инвентаре всякие странные виды оружия сейчас сыграла в мою пользу, и нужный девайс сразу же оказался в руке. Делаю несколько шагов навстречу махине, и наконец то понимаю, что же меня в нем смутило. Внутри сидит явно клон-здоровяк. Только он в этот шагоход бы не влез ни за что. Так что похоже, что это или бракованный, или специально измененный для использования странного варианта, механизированного шасси боец. Противник тем временем убеждается в бессмысленности обстрела меня из пулемета, и тоже решает перейти в ближний бой. Его огнемет выплевывает в меня поток пламени, нанося урон в основном системам корабля и вызывая пожар на палубе. Впрочем, система пожаротушения пока справляется на ура, заливая нас обоих специализированной пеной. Мне то на нее по сараю, а вот у противника погас огнемет, что привело его окончательно в состояние ярости, и он устремляется ко мне, полный желания порвать наглеца при помощи своего пиломеча.

Собственно, я совершенно не против. Ускорение. Рывок. И пригибаюсь под неожиданно быстрым ударом конечности. Ого, а он неплох. Но именно что неплох. Пока его рука-пила возвращается на исходную траекторию, я подпрыгиваю и без раздумий вонзаю клинок по самый эфес в глазницу биологического пилота. Да, конечно, перед ним технически стоит стекло. Но вот моя сила, помноженная на пробивную способность меча — так не сочла, и лезвие проходит эту защиту, даже не заметив.

Вот только бой это не оканчивает. Пилот, явно получивший смертельную рану, все еще вполне жив. Похоже, его жизнедеятельность сейчас поддерживает какая-то система внутри робота, так что простой победы не вышло. А меч остался торчать в голове оппонента.

Тем временем в рубкеБорясь с сопротивлением рычагов, я пытаюсь увести чертов громадный дирижабль подальше от того места, где эти идиоты, мой шеф и его сумасшедшая собака, решили рвануть термоядерную бомбу с помощью антиматерийной бомбы, и все это внутри уникального лабораторного комплекса. Идиоты. Там офигенно ценные технологии. Там куча научных разработок. И всего то надо подождать три-четыре месяца, взять у Игана в найм пару тысяч его фитозомбарей, и закидать внутри базы мясом всех этих клонов.

Пока я рассуждала — таймер досчитал последнюю минуту, и сквозь покрытие двора, состоящее из бетонных плит, пробились зеленые лучи. Через секунду они объединились, и над покрытием вспух громадный зеленый шар, моментально опадая внутрь, откуда навстречу ему неслась волна огня, дыма и пламени.

Красиво, но отнюдь не финал, если конечно чертов кибер не ошибся. Они рассчитывали направленным подрывом реактора прожечь стенку гравитационного реактора, стоящего на минус шестом уровне, и пустить его вразнос, заставив сколлапсировать. Эффект будет подобен взрыву вакуумной бомбы, база захлопнется на какой-то момент в сверхплотное образование, а потом расширится.

Чтобы не попасть под эффект всасывания в место подрыва гравитационного реактора — нужно оказаться как минимум в трех километрах. А я успела отойти только на два километра семьсот метров. Еще триста. И все бы получилось, но кто то успел проникнуть на борт, и сейчас Босс с ним дерется в машинном отделении, и совершенно точно приводит в негодность очередное транспортное средство. Черт. Еще двести двадца....

В этот миг весь цеппелин как будто за веревочку потянуло назад. НАЧАЛОСЬ — мелькнуло в голове у Саты, и она покрепче вцепилась в рычаги, не давая воздушному потоку перевернуть стальную сигару вниз двигателями –иначе все будет кончено вмиг. Рыча, она по миллиметру сдвигала рычаги назад, слепо тыкая ногами педали тяги, и так воткнутые в самый пол. Увы, но больше корабль выдать не мог. И по метру, по два но ежесекундно но проигрывал состязание с воздушным потоком, несущимся в сторону провала. Коллапсирование генератора — это около минуты, может быть полторы. Вот только за первые тридцать секунд корабль снесло на почти пятьсот метров назад. А бой в двигательном отсеке все еще продолжался…

Мерлин, двигательный отсек цеппелина “Егерь”

На меня обрушивается тяжелый удар конечности, отшвыривающий к кожуху основного двигателя. Я врезаюсь в него с ощутимым треском — какие то циферблаты, панельки электрические и прочее вокруг меня рассыпалось в клочья. Ладно, не до того. Блин, сколько же сил у этой твари, а? Так. Придется использовать Слейпнир, хоть к нему и осталось всего то две сотни выстрелов, и молится, чтобы я не промазал. Последствия применения микро-ракет тут будут очень печальны. Неужели ничего больше нет, а? Снайперка, Слейпнир, лазерный скорчер. О. Лазерный скорчер. В нем полбанки заряда еще есть. А башку ему я уже пробил, в смысле защитный колпак.

Пытаюсь подняться, когда цеппелин как будто получает страшенный пинок, и рывком устремляется куда-то. Не знаю куда, но меня от этого аж отбросило. А вот чертова железка устояла, но от неожиданности вновь открывает огонь по мне из пулеметов, хоть он и бесполезен.

Ага. Бесполезен. Щазз…пули рвут в клочья сложную машинерию, и на потолке внезапно замигали желтые лампы, очевидно сигнализируя о неисправности местных систем, а из пробитых очередями дыр пошел горячий пар, заволакивая в том числе и меня. Что ж, это преимущество надо использовать.

Прогибом тела поднимаюсь на ноги, и, уклонившись от очередного мощнейшего, но неприцельного взмаха, прыгаю вперед и вверх, цепляясь прямо за блок пулеметов, и как обезьяна, резво лезу вверх. Как же хорошо, когда на тебе нет многотонной штурмовой брони, а... Добравшись до верхней части, я крепко встаю на ноги сразу же за колпаком кабины, держась при этом вне зоны действия конечности. Он все равно пытается, но лишь выбивает искры из собственного корпуса.

Хааххх. Расставив ноги пошире, выпускаю все оставшиеся у меня в скорчере запасы энергии в пробитую мечом дыру, размешав в пыль содержимое рубки управления, если это можно так назвать. На такой дистанции урон сокрушителен, и он в прямом смысле выжигает целиком голову и торс врага в кабине.

Машина немедленно останавливается, руки просто опадают. Но она не падает, а встает посредь отсека, отвратно воняя сожжённой плотью. Фуух. Я молодец. Ну почти молодец, если оглянуться за спину. Из кучи мест бьют подозрительные струйки пара, в паре точек явно дым, половина контрольного оборудования перебита 12.7 мм пулями из пулеметов шагохода и падением моего туловища.

Мерлин (группа Разбойник 1): Угроза ликвидирована, на мой взгляд разрушения минимальны.

Сата (группа Разбойник 1): Если это минимальное. То я запишусь на курсы управления “баивых фур”. Мощность двигателей упала на двадцать три процента, выведен из строя блок охлаждения двигателей правого борта, пожар в двигательном, и посереди всего этого стоит многотонная конструкция, и чадит сгоревшим трупом.

Мерлин (группа Разбойник 1): Нууу…Сат, это ж можно починить?

Сата (группа Разбойник 1): Чувака которого ты спалил? Не, его нельзя. Он совсем сгорел. А остальное да. Вот только это придется делать лично мне. А твой напарник останется за рулевого. Кстати, ты пропустил красивейший фейерверк.

Рубка “ Егеря ” , пятью минутами раньше

С треском отломился левый рычаг управления рулями высоты. Цеппелин начал плавно заливаться назад-направо, когда мимо лица Саты просвистело несколько механических жгутов, вонзаясь прямо в цепи управления. Она даже не сомневалась, кого увидит, если обернется. Макс, верный друг Мерлина. Больше никто не мог сделать того, что происходило, даже, наверное, Ланс. Корабль полностью перешел под управление кибер-собаки, и сейчас стремительно вырывался из ловушки ветра. Он каким-то образом форсировал основную турбину, и сумел отыграть почти сотню метров.

За кормой воздушного корабля раздался хлопок, и его многометровую тушу швырнуло вперед на сотню метров, как пробку из бутылки от шампанского. Все, кто не держался за поручни — полетели на стены и оборудование. Заодно с рывком дирижабль таки развернуло, и находящиеся в рубке и устоявшие на ногах могли полюбоваться зрелищем гравитонного взрыва. Этап схлопывания массы в суперточку закончился, и сейчас накопленная энергия выплеснулась наружу, подбросив к небесам несколько сотен тонн металла, камня, и остатков конструкций.

Это выглядело как фонтан из твёрдого вещества, бьющий на полсотни метров вертикально вверх. И распадающийся дальше на отдельные фрагменты, осыпающие все вокруг.Вот пролетел кусок какой-то комнаты, а вот — расплющенные трупы клонов.

Любоваться зрелищем я могла бы долго, но тут чат замигал входящим приоритетным сообщением. В окошке появилось крайне самодовольное лицо командира, а за ним, на фоне — громадный чадящий остов вражеского диверсанта и разгромленный двигательный отсек. А я-то, дура, думала, что падение давления в охлаждающей системе — это последствия сопротивления затягивающему потоку. А нет — вот оно стоит, в косухе, и улыбается дебильно…

Глава 27. Бремя выбора. Беседы перед началом конца

До Санта-Клары мы добирались весьма быстро, правда весь путь прошел под недовольное ворчание Саты, и причитание о процессах ремонта. Я даже не вслушиваюсь. Посредник. Да чтоб не ворчала про траты-расходы и вообще. Это уже будет не она, а кто-то другой.

На базе кипит бурная деятельность, до которой мне просто нет дела. Краны снимают со стены уничтоженные рельсотронные пушки, и на месте трех из них уже смонтированы какие-то иные турели, с огромными блоками охлаждения.

Локи подошел в своей стандартной манере, незаметно.

— Ну что, командир. Ты теперь уже можешь выставить-таки свой новый статус. Палач Богов. Такого нет, наверное, ни у кого из смертных вообще. И, надеюсь, никогда не появится больше.

— Я не настолько тщеславен как ты. И вполне обойдусь своим — Воин Дорог. Скажи, сколько времени нужно для того, чтобы уже прикончить твоего кореша, а? У меня осталось пять игровых дней, из которых минимум два уйдет на достижение цитадели Херсона.

— А насколько ты готов? Так то , мне нужен лишь финальный этап, но на нем без твоего присуствия уже не обойтись никак.

— Ну тогда погнали. Никакого смысла дальше тянуть нет, обычная броня вряд-ли поможет против него, а раз так — то какой смысл терять время? Оружие у меня с собой, навыки полностью готовы. Сейчас я вкачаю последние полученные очки навыков, и можем начинать.

Хех. А я оказывается уже перепрыгнул двухсотый уровень. И даже не заметил. Прикоольно. Ладно, это хорошо. Плюс одно очко статов падает в этот раз на выносливость, которая становится тоже пятеркой. Все. Все параметры физики у меня прокачаны. А вот с навыками…боевые мне особо некуда прокачать, ну все что использую — итак в капах, а новое брать бестолково. Но есть у меня тут кое-что…За последние двадцать семь уровней насыпало прилично навыков, хватит прокачать до максимума телепатию и телекинез как раз до пятнашки. Перки, перки. Телепатия — вариантов немного. Первое и главное— Иллюзия — позволяет создавать в мозгу группы противников образы не соответствующие действительности. Второй выбирать тоже не пришлось — Внушение — позволяет полностью дезориентировать ОДИНОЧНУЮ цель, внушив ей что угодно, и отправив в царство иллюзий. Третье пусть будет по классике д’хисов— чтение скрытых блоком мыслей — дает возможность считывать и понимать мысли даже тех, кто умеет ставить ментальный блок. И четвертое берем Контроль разума — позволяет на период до четырех часов захватить разум цели и управлять ей как своим безмозглым союзником, с применением всего спектра навыков этой самой цели. Пятый, бонусный перк — предлагает такие вкусные варианты, что аж глаза разбегаются.

Пассивное внушение — вы все время настраиваете всех окружающих на положительные эмоции в свой адрес. Впрямую зависит от харизмы. Но даже ваши враги при должном уровне станут как минимум менее агрессивны и склонны к переговорам.

Защита от ментальных угроз. Действует вместе со скиллом защиты от ментальной атаки, увеличивая шансы противостояния. Если ментальная атака против вас провалена-вы получите на десять секунд бафф + 300 процентов к силе телепатического воздействия на человека, атаковвашвего вас.

Доминатор. Число тех, чей разум вы можете взять под Контроль разума увеличивается до трех, либо до одного противника уровня вплоть до эпического Босса.

Черт. Все три навыка полезные. Раньше я бы без сомнений выбрал пассивное внушение, позволяющее избежать такой кучи проблем. Но сейчас уже не актуально. Защита от ментальных угроз. Вообще круто было б в бою с Херсоном. Во всех остальных случаях навык такой. Специфичный для боя с противником-псионом, коих тут всего то раз-два и обчелся. Тогда остается Доминатор. Понятно, что Странника так не пронять. Но чую я, один он не прибудет сюда. А значит, есть шанс обратить врагов в союзников. Решено.

Что ж. Видимо, пора. Если я проиграю — это еще не конец. Но проигрывать не стоит — на кону все-таки полноценное превращение меня в Воина Дорог. Интересно, что даст мне полный сет предметов? А ведь еще впереди штурм базы Виктора, и спасение Лекса. А потом. А потом надо будет решить, верю я Локи или нет. И готов ли я поиграть по максимальной ставке? Но пока — надо просто победить настоящего древнего бога. Сюжет прям для финала РПГ-игры. Впрочем, это ведь и задумано как игра, не?

Еще раз проверяю свое снаряжение — Молот Рока с полным зарядом, Мститель, Слейпнир и Гунгнир, все на месте. И дробовик Рокатански. Осталось перенастроить Макса в боевую версию, сейчас точно не помешает. И можно начинать эту пляску…

Макс легко согласился с тем, что сейчас нужно реактивировать модули, отвечающие за атаку и защиту, а не техника— поддержку. Ему нужно было полчаса. Что ж. Пойду поговорю с ребятами, в конце концов это предфинальная битва. Финальная будет скучнее, как мне кажется. Все-таки Херсон — это не древний бог, да и что мы, крепостей не сокрушали что ли?

Сату я нашел в двигательном отсеке “Егеря”. Она ковырялась, восстанавливая разрушенные моим падением датчики на двигателе. Не скажу, что мне были сильно рады. Но мне хотелось на всякий случай поговорить и попрощаться. Без ее ресурсов мы бы давно провалили задание, так что я был как минимум крайне благодарен.

— Ну, чего приперся, командир? Опять надо где нить кораблик применить? Или , может, решил помочь с восстановлением? Так вон, бери ключи, и начинай демонтировать обломанные твоей тушкой трубки.

— Сат, хорош тебе. Я понял. Что ты недовольна повреждением корабля, но этот мех рвался именно к двигательному отсеку, и не встань я у него на пути — он бы вывел из строя двигатели. Так что выхода не было. Я, собственно, что пришел. Скажи мне. Ты подумала? Насколько ты хочешь вернуться ТУДА, к реальному миру и реальной жизни?

Она отбрасывает ключ и садится на снятый частично кожух движка, подперев сразу двумя руками голову. Я терпеливо жду. Торопить человека с таким решением — это крайне неразумно, он может счесть что его подталкивают. А эта дамочка отличалась болезненной тягой к самостоятельности решений. Решит, что я ее принуждаю остаться, или уйти — и сделает из принципа все наоборот.

Сата тем временем все же что-то нарешала в голове. И, подняв голову. Посмотрела на меня своим пронзительным взглядом.

— А ты сам что решил? Интерес отнюдь не праздный. Просто все мои дела в реале сейчас несколько затруднены формальной смертью моего тела.

— Гхм. А что я решил, что я решил. Да все я решил, только в лоб признаваться в этом себе не хотелось. — Знаешь, я, наверное, рискну. Там — у меня разве что эта работа, которая мне давно надоела, да пара игр на компьютере. Ни друзей, единственный кто таким назывался — оказался подосланным аватаром бога хитрости и коварства викингов. Так что — если это эксперимент такой — ну ок, я все равно не знаю его целей. А если нет -то это шанс. Шанс на новую, интересную и полную чего то …настоящего жизнь.

— А если предположить, что мне идея нравится. То что я то буду делать там?

— Ну честно? Я без понятия. Как бы, если я смогу — то буду втягивать тебя на местный божественный уровень, дабы свои люди были у меня там. А как и что — я не знаю. Но в любом раскладе — мы друзья. А я друзей не бросаю.

— Угу. Слушай, а как ты собираешся прикончить бога?

— В основном — уповая на то, что он накосячил очень многое в этом мире, и на моей стороне будет игровая Система — все-таки я добро, он зло, он много где обидел простых НПС, подставляя их в угоду своим планам. И что-то там Локи придумал, что дополнительно сравняет наши шансы

— Ты ему настолько доверяешь?

— Я что, похож на школьника? Я не доверяю никому. Но у него есть все причины помочь нам. И не помогать Гермесу. Если я не помогу миру родится, а погибну, прикончив своей смертью Странника — он так и останется сильным НПС в багованной игре. Шансов на успешный запуск у проекта нет, так что рано или поздно игровые сервера просто отключат.

— Почему нет то? Игра ж интересная.

— Ага. В режиме полного погружения. Вот только в игру приходят за развлечением. А тут понимаешь ли незадача — правила то понять нереально, они не везде одинаковы. Еще и безумная смесь жанров, которая должна сделать мир интересным для многих, но на деле — оттолкнет фанатов и пост-апока, и мехвариора, и киберпанка. А ведь тут мы нашли далеко не все пасхалки, и не везде побывали. Подозреваю, что найдутся еще какие нить аспекты, которых никто не видывал. Короче, Локи на нашей стороне точно.

— В общем, я, наверное, согласна попробовать остаться. В конце концов, если это все чей-то прикол — я просто вернусь к своей работе, подозреваю, что, получив крупную премию. И уволюсь из Интекса к чертям собачим. А если не прикол — то тут я уважаемый человек, пилот и торговец. А еще и личный друг высших сущностей, которые точно не дадут мне спокойно поскучать, пожиная плоды торговли и бизнеса, и затянут в новые приключения.

— Ну тогда пожелай мне удачи.

— Удачи, Стас. Тебе точно в этой битве нельзя чем нить помочь?

— Увы. Но победить Странника должен я сам.

— Зайди кстати к Ланселоту, он тебя искал недавно.

— А где сейчас то может быть?

Сата посмотрела на меня как на больного, с явным сочувствием.

— Командир. А карта тебя зачем, а? Мы же до сих пор в группе.

Черт, и правда. Опять тупанул. Тоже мне, про-геймер. Судя по карте, Ланселот что-то делает в ходовой рубке. Отлично, там нас вряд ли побеспокоят.

Подниматься по-человечески мне лениво, так что просто быстрыми движениями лезу вверх по штанге быстрого спуска. За минуту примерно достигаю рубки, и вижу спокойно припаивающего там рычаги Ланса. Для увеличения эффективности он вскрыл пол, и разобрал большую часть механизма, который живописно разложен вокруг него в каком-то нарочитом порядке.

— Привет, Ланс. Сата сказала, что ты меня искал. Скажи, я не помешаю тебе тут?

— Не-не-не-не, Мерлин. Ты очень вовремя. Я собственно очень хотел бы с тобой поговорить. Но, возможно, ты пришел по какому-то важному вопросу?

— Я как раз поговорить. Так что говори, в чем дело то?

— В общем. Мне тут Сата и Макс изложили суть ситуации, в которой ты оказался. И в этой связи — я бы хотел пересмотреть наш с тобой контракт.

Я опешил. Он что, решил меня прямо сейчас покинуть. Или потребовать перед финальной дракой что-то сверх оговоренного, когда я даже в реал не могу выпасть — времени тупо не хватит.

— Не переживай, я не собираюсь уходить, даже если ты откажешься. Вместе до конца. Как бы это не звучало пафосно. Но. Если то, что мне сказали — правда, то конец у нашей истории будет несколько иным, нежели мы оба могли предполагать в подземельях лаборатории Робомозга. И в этой связи я хочу изменить наш договор, дополнив его пунктом В случае если сбудется полностью то, что нам рассказал Локи — то. Я хочу с тобой. Ты ведь так понимаю станешь чем то вроде вершителя справедливости этого мира и его защитника. Так?

— Ну если, то да.

— Ну вот. А я хочу с тобой, в новую реальность. В роли спутника и, надеюсь, друга. Я готов принести такую клятву верности, какая положена для этого.

Понимаешь, командир. Это мой шанс стать живым. Настоящим. В новом мире. И не просто одним из живущих, а как Энкиду при Гильгамеше. Или как Эолай при Геракле.

— Да б… Опять Древняя Греция… Тебе сказали уже, кого я сейчас бить буду?

—Странника

— Нет, а кто он, ты знаешь?

— Нет. Как то я настолько был ошарашен новыми данными , что не удосужился спросить…

—Ну, в нашей земной истории ты сечешь, так что … не падай. Я иду бить Гермеса. Он же …

— Он же Меркурий. Он же Трисмегист, Психомп. Одно из его животных-тотемов — черепаха. Он же вечный Вестник богов. Блин. Он же нам впрямую назвался, просто я не догадался…А тот символ, при убийстве вашего человека-читера. Это же кадуцей. Его основной атрибут. Кстатиии…копье. Оно же в форме кадуцея…Я — идиот. Намеки были настолько очевидны…

— Ланс, я куда больше тебя знаю о богах греков, и тоже ничего не понял. Ладно, это уже не имеет значения. Так вот. Я буду рад, если ты решишь продолжить приключения вместе со мной. Но как это будет — я без понятия, одно я знаю точно — респаун там вряд ли будет. А так — подозреваю, скучать нам не придется.

— Ну вот и славно. А если у нас не будет респа — то мы просто станем аккуратнее планировать всякое. К тому же — ты будешь богом. А боги просто так не мрут, и обычно умеют вытаскивать своих в том числе и из объятий смерти. Так что прорвемся, дружище.

— Славно. Ладно, я так понимаю, что за меня уже все решили, так что я двинул дальше. Надо подготовится.

— Ни пуха, ни пера!

— К черту!

Следующим после Ланселота на очереди был командир Когтей, Гор. С ним с одной стороны все было проще, я ничего ему не должен, кроме базы в Блюкрейне и зарплаты. С другой — если мир станет настоящим — зочу его с ребятами на своей стороне. Подозреваю, что бонусы становления игроками — дадут им и бонусы дальше. Хотя черт его знает.

Гор нашелся в городе, вместе с Арионом они возились в ангаре для мехов с ремонтом Атланта, оставшегося без пилота и переданного мной Когтям как замена уничтоженному Громовержцу.

Призвав свой джип, я довольно быстро добираюсь до казарм мехвзвода. Ну это когда-то ими было, сейчас из пилотов тут только Арион и внезапно Чен, тоже занятый ремонтом своего Лангуста. Вообще, мехов, хоть и изрядно разбитых, у нас куда больше, чем людей способных их вести в бой. Надо бы намекнуть на это Чену, но пусть сами разбираются. Ксати, о сами разбираются. До сих пор не решил, предупреждать ли Игана. Ну не нравится мне этот тип, хоть убейте. И подозрителен, и вообще. Чую я в будущем огромные неприятности от него. Я бы грохнул его, но не могу найти ни единого повода — он полностью выполнил все обязательства.

О, а вот и мои товарищи. Арион привычно что то бубнит Гору, тот так же привычно его игнорирует. Похоже, оба довольны жизнью. Интересно, как они отреагируют на мою историю?

— О! Какие люди! Командир!

— Шеф!

Оба явно рады меня видеть. Быстро спускаются вниз от колена меха, и мы жмём руки.

— Командир, прежде чем ты начнешь вербовать нас в третий раз — мы согласны. Отряд — нет. Большинство проголосовало за то, чтобы остаться рейнджерами Блюкрейна, и закончить карьеру наемного отряда. Увы. Но я, Арион, Танис и Демон остаемся с тобой на новой дороге приключений. Вот только размер жалования придется пересмотреть. Ну сам понимаешь — статус нанимателя другой, и ценник тоже.

— Так. Стоп. А откуда?

— Шакал. Он еще пару часов назад всем все рассказал, про то, что мир изменится, как и твой статус в нем, и тебе нужны друзья и наемные мечи в этом новом мире. И ты точно пойдешь к нам. Я задал в чате вопрос, и большинство Когтей помялись и решили, что мирная жизнь со своим собственным домом и бизнесом им интереснее.

— Ну, то есть…

Оба заухмылялись.

— То есть вся твоя заготовленная речь пропала втуне? Именно. Объём финансов в наши карманы от тебя обсудим позже. Удачи! Мы пока готовимся к штурму базы Херсона. Мехи будут доделаны примерно к завтрашнему вечеру. А если убедишь Сату выделить часть ее фито-механиков — то еще быстрее. Они сейчас чинят стены, но это, как мне кажется, может и подождать, пока не закончим спасательную операцию.

— Окей, я распоряжусь.

Они кивнули, и оба, не сговариваясь, быстро вернулись к своей работе. Незамутненные ребята. Но хорошо, что эта четверка остается. Они станут основой для моих собственных вооруженных сил. Ну, если все выйдет. Все, чет я тут замечтался уже, вооруженные силы. Пока что надо начистить рожу одному уроду в крылатых тапках

Глава 28. Финальная битва. Последний полет Егеря

Когда я добрался до Локи, у него была такая рожа, будто бы он ел лимоны. Я поинтересовался причиной столь высокой кислотности в его организме, и получил детальный и развернутый ответ о причинах.

Если кратко резюмировать. Мы крайне напрасно прикончили чертового бога войны, хотя в моменте этот план был неплох. Да, теперь у Локи оказались еще и силенки брательника Гермеса, вот только это развязало попутно страдающему родственничку руки. И сейчас сюда ползет целая армада танков, бронемашин и прочего от базы Херсона. Возглавляемая…Перехватчиком и лично Странником. И доползет она самое позднее завтра к вечеру, то есть нам предстоит эпичнейшее сражение в меньшинстве и с полураздолбанным городом. Примерно к этому же времени здесь окажутся и основные силы Игана, и большая часть сил самого Локи.

По предположениям нашего главного эксперта — сначала на меня натравят д’хисов во главе с Херсоном, используя войска для отвлечения всей моей банды. А если тот не преуспеет — то придет сам Гермес, и кинет вызов на поединок богов, как предлог используя гибель Ареса.

В такой поединок нельзя вмешаться, поле боя будет накрыто силовым куполом. Есть и преимущество. Для такого боя Гермесу придется использовать себя тут на сто процентов, одним цифровым персонажем не обойтись. И ему придется-таки отдать мне Перехватчик, иначе сражения не выйдет. Боги не сражаются со смертными.

Бонусом всей этой эпопеи будет то, что Лекса или притащат сюда, или оставят в крепости с минимальной охраной. Так что судьба всей миссии решится здесь и завтра, без атаки на укрепленнейший форпост этого мира. Локи предложил для подстраховки все ж отправить отряд в крепость для проверки, что там и как.

Ладно, с крепостью то мы разберёмся если что потом. Что делать с армией Херсона? На нее мы не рассчитывали.

Да не знаю я. Если нам повезет— все наши силы прибудут вовремя. Если нет — ну… сколько всего у нас с тобой осталось солдат и техники после битвы друг с другом?

Маловато. В основном пострадала техника. У меня же не было здесь почти ничего, только четыре робота и турели. Ну турели к утру восстановят. Роботов … роботов некому пилотировать. Три пилота. Это считая меня. Четыре. Но Сата не станет сидеть в кабине железяки, у нее есть более разрушительная игрушка. Ну по сути и все. Ни танков, ни каких-то сюрпризов у меня нет. Я могу технически вытащить сюда три десятка бойцов, но не думаю, что это сделает нам погоду. А, ну и могу отреспаунить бригаду танкобоев-северян.

Это тех, что я послал в Танен — помочь тамошнему засранцу тебя ликвидировать? Было бы здорово. Слушай, а они что, принесли тебя клятву верности?

Ага. Я их убил. Воскресил и предложил выбор. Убью опять или же они за меня. Выбрали, ясен пень, второе.

Добрый ты, прям как Странник. Не обижайся. Но не будь я уверен — я бы сказал, что тебя он создал, как аватару. Ты жутко похож именно на Гермеса. Ну или …

И тут Локи внезапно посмотрел на меня каким-то странным взглядом.

— Или на Кецаля. Слушай. А ты можешь позволить мне кое-что посмотреть? Обещаю, это никак на тебе не скажется?

— Что именно?

— Дай мне свою память. На несколько секунд. Меня интересует чисто понимание, она у тебя истинная, или же ложная…

— Да смотри, господи ты боже мой…

— О, да ты решил в меня начать верить? Вау, это так льстит…

— Локи, не прикапывайся к словам.

Тут он внезапно крайне посерьезнел и менторским тоном выдал:

— Не “Локи, не прикапывайся”, а крайне внимательно следи за всем, что ты говоришь, и кому. Ты без пяти минут бог. А слова бога не то же самое, что слова простого смертного. И держать их придется в любом случае. Можно?

— Валяй, смотри.

Северный божок прикрыл на секунду глаза, а у меня внезапно резко закрутилась голова, и обрушился вал системных сообщений о вторжении в рассудок, о несанкционированном подключении, и все в этом духе. Благо, длилось это какие-то мгновения, и закончилось.

Локи посмотрел на меня долгим взглядом, и … ничего не сказал. Я не выдержал, и все же спросил.

— Ну и? Ты увидел что хотел?

— И да. И нет.

— В смысле?

— Позже. Может быть. Или нет. Короче. Жди меня здесь. Я надеюсь, мне хватит силенок провернуть то, что смог Арес…

После этих слов Локи развернулся, и, завертевшись в сполохе цифровых снежинок … исчез. Вот же зараза скандинавская, а. Сейчас прям самое вот время для скрытности и всяких штучек…

Ладно, пожалуй, мне нужно сейчас не этим всем заниматься, а приложить максимум своих навыков и усилий для увеличения боеспособности города. И надо как-то задержать наступающих, чтобы точно успели прибыть подкрепления. Вот только как? Хотяя…

Сата. И ее “Егерь”. А ведь стопудов выйдет. Вот только шансы на то, что его не собьют в этой миссии — нулевые. Или около того. И как убедить Сату не рисковать собой? Она ж меня просто пошлет, а приказать … подозреваю, что я просто получу первого дезертира.

И что тогда? Угнать у нее дирижабль? Мне этого не простят никогда.

Попробую убедить, зря что ли столько навыков харизмы качал….

С убеждением у меня не задается совсем. Сначала меня послали. Потом меня послали еще раз, потом — меня предупредили о вендетте, если я ее ласточку угоню. А потом — а потом она согласилась. Вот только слушать что-либо о том, как круто было бы, если бы корабль повел кто-то другой она не желала ни в какой форме. Единственное, на что удалось уговорить Сату — это перепривязать точку респауна с дирижабля на город. Как же я сумел ее убедить? Очень просто. Я отдал ей ключ-карту от космического челнока. Добывать его себе я все равно не буду уже, до начала боевых действий — просто не успею, а после уже, наверное, будет неважно. На такой размен наша красавица все же согласилась, хоть и с неохотой.

“Егерь” стартовал с причальных мачт спустя двадцать минут после разговора, а я смотрел в ночное небо, где скрылись его огни, и думал о морально-этической части вопроса. Я до сих пор не был уверен, а сможет ли Сата реснуться. История с потерей сознания без выхода из игры никак не давала мне покоя. Но проверить, работает ли респаун — можно только умерев, а умирать почему-то вообще не хотелось. Да и убить кого-то тоже вариант так себе, кроме Когтей и Вэла никто бы не воскрес. Кстати, а где у нас Вэл? Я его с момента возвращения ребят из Танена не видал…. Ладно, пора делать дела дальше. На очереди — мастерские по ремонту боевых мехов, и ремонт моего собственного Лесного Волка.

Работы в мастерских кипели. Помимо моих ребят, там фигачили воскрешенные северяне, оказавшиеся спецами не только по уничтожению боевых мехов, но и хорошими техниками. Я хлопком ладоней поздоровался с их коммандером, и прошел в собственный бокс. Волк был уже подвешен на стапеле, и с него демонтировали все уничтоженные модули. Плохо на мой взгляд обстояли дела в основном с той ногой, которой я уронил Атланта. Что ж. Приступим….

Цеппелин Егерь. Четыре часа с момента старта с базы.

Не знаю, как себе это видит командир, но я точно не собираюсь гробить свою птичку об армию противника. В конце концов, у меня предельная дальность пушек такая, что можно устроить им проблемы, не приближаясь в зону ведения ответного огня. Ща мы сблизимся, и каак врежем по их центру из всего что есть. А потом уйдем в облака.

— ВНИМАНИЕ! Зафиксированы воздушные цели! — пост радарного обнаружения не зря ест свой хлеб. Но вот про то, что у противников есть еще и самолеты — Мерлин не сказал ни слова. Хотя банально мог и не знать, его источник информации — этот парень, который раньше был Шакалом, а оказался скандинавским богом из Мстителей: Война без конечностей. И прочих фильмов про парней в броне и трусах поверх трико.

Переключаю дисплей в режим отображения радара. Да, действительно. Три, четыре, шесть точек. И быстро приближаются. Что ж. Башнями ПВО мы утыканы везде, где можно. Будем воевать. А для начала надо напомнить ребятам, что все-таки не в 19 веке то сражаемся.

На дистанции в пять километров я захватила в прицел первый объект. Рассмотреть его удалось еще раньше. Собственно, атакующие оказались винтовыми самолетами, чуть помоложе, чем Егерь, и тоже явно прошедшими модернизацию — под крыльями виднелись лазерные установки и ракеты, нехарактерные для того времени, когда их создавали.

Рамка захвата пульсировала, демонстрируя готовность, и осталось только нажать кнопку пуска. Со своих направляющих сорвалось четыре Sidewinder, простейших ракеты “воздух-воздух” с инфракрасными головками наведения. Цель сбросила обманку, тепловые ловушки и попыталась уйти. Что ж. Облом, чувак. Навыки пилотов тоже имеют свои перки, и именно их то я и взяла все пять. И первым из них был — Защита от противоракетных систем. Так что мои крошки на секунду отклонились от тебя как от цели, и вновь вернулись на свой курс.

Есть! Первый истребитель вспыхивает шаром огня и разлетается на десятки кусков, градом летящие вокруг него к земле. Его ведомый, шедший чуть позади и двадцатью метрами ниже, ловит лопастями винта какой-то обломок, и, задымив, начинает пикировать к земле. Пилот не играет в героя и катапультируется. Его парашют белой точкой пошел правее и ниже. Впрочем, мне не до него — вторая пара истребителей синхронно пускает ракеты.

Тип выпущенных снарядов мне неизвестен, так что запускаем сразу же все системы противодействия — и электромагнитные, и тепловые, и шумовые противоракеты. Спарки непосредственной обороны, управляемые ИИ Егеря, пытаются попасть в эти самые ракеты громадным количеством мелкокалиберных зенитных снарядов.

Одна ракета отклонилась от курса и ушла вниз, вслед за тепловыми сигнатурами. Еще одну удалось обмануть магнитной ловушкой, и она пронеслась мимо. Третью подбивает зенитная система и она исчезает в пламени. А вот четвертая врезается все же в цеппелин, вызывая содрогание всего корпуса. На экране повреждений появляются значки выбитых секций. Наша машинка разделена на ячейки, каждая из которых независимо изолируется от других. Проникающее попадание вывело из строя три из двадцати. Если выбьют больше десяти — начнем терять высоту. Пятнацать и больше — рухнем. Хорошо хоть пожар от попадания нам не грозит — для полета используется инертный газ.

Тем временем первая пара самолетов расходится в стороны, и ведомый попадает в сектор поражения носовых систем ПВО. В их роли у меня две счетверенные гаусс-пушки.Залп — и промах. Второй — опять не угадала с упреждением. Все, ушел.

Второй тоже избежал огня комендоров левого борта, и ушел на круг. Тем временем третья пара приближается, явно планируя повторить успех ракетной атаки. А вот хрен вам по всей роже. Запуск. С направляющих срывается еще четыре ракеты, а из пусковых установок НУРС — сразу же пять десятков ракет. Эта система — аналог пусковых, стоящих у боевых роботов в качестве систем РДД, но чуть модернизированная мной самой. На дистанции в полтора километра боеголовки сами захватят ближайшую цель, так что по сути это “пустил-забыл” ракеты. Жаль, что каждую приходится доделывать вручную, и всего у меня полторы сотни таких снарядов.

Собственно, ракеты они все равно выпустили, но это было последним действием — оба самолета скрываются в быстро опавших шарах пламени, и не спасли их ни ловушки, ни маневры — одно дело пытаться так уйти от ракет воздух — воздух, скопированных с земных аналогов 50-х годов, и совсем другой коленкор вырисовывается при борьбе с современными системами, еще и в огромном количестве.

Тем временем четыре ракеты приближаются к нам с огромной скоростью, а вот системы обороны не перезарядились еще от первого выстрела, так что одна надежда на спарки. Я заранее крепко хватаюсь за поручни — удар будет намного серьезнее.

ПВО сумело достать опять лишь одну цель, но это и понятно — слишком быстро летят ракеты с истребителя, на такое она не рассчитана.

Удар был страшен. В этот раз прицел был сильно точнее, и две из трех ракет вместо газовых отсеков непосредственно в экипажную часть. Третья же ударила в один из двигателей правого борта, сорвав бронирование и повредив топливопроводы. Автоматическая система немедленно перекрыла подачу бензака, так что мы лишь немного потеряли от этого в скорости. А вот две другие ракеты нанесли очень серьезный урон. Первая угодила прямо в десантный отсек, моментально уничтожив почти полсотни штурмовиков, и сильно подранив оставшихся двадцатерых. Это была серьезная потеря, в случае проникновения на борт врагов нам нечего будет противопоставить, но не критичная — в конце концов, воздушный абордаж — это фантастика. А вот вторая, пробив насквозь переборку, угодила в ЦПУ, мгновенно превратив продвинутый ИИ в груду кристаллического мусора. И лишив нас автоматизированных функции — например, работы спарок непосредственной обороны, контроля работы систем и отключения — перезапуска в случае проблем. И кучи других мелочей, которые теперь надо делать вручную.

Пока я перезапускала автоматические системы в ручной режим, оставшаяся пара истребителей зашла в пике с верхней полусферы, поливая нас лазерными импульсами. С этой стороны корабль был прикрыт лишь зенитными автоматами, которые не работали в данный момент, так что нам абсолютно безнаказанно продырявили еще три камеры с газом и ушли резким маневром в сторону.

Все, вроде бы справилась. Разве что ПВО теперь работать не будет, нет у меня столько операторов. Ну и ладно. Вручную его наводить адский гемор, если только не сидеть в самой установке. Так. А они осмелели, и пытаются повторить атаку. Видать, какое-то сканирующее оборудование стоит, так что просто понимают, сволочи, что у нас комп выбит. Лааадно, ща вам будет сюрприз.

Рули высоты резко вниз, а двигатели — на форсаж. Сигара летающей крепости делает неожиданный рывок, и практически встает на попа, заводя обоих атакующих в сектор поражения ракетами. А дистанция уже смешная, метров семьсот. Импульсы срываются из-под крыльев обоих самолётов, дырявя нам все, включая кабину управления. Вскрикивает, обугливаясь, мой комендор правого борта. Беззвучно падает перерезанной пополам девушка за экраном радара. Но уже все. Все пять десятков боеголовок захватили свою цель, и через пару секунд превратили эту самую цель в дымящиеся обломки.

Которые падают прямо на нас. Похоже, что пилот понимал, что сейчас погибнет, и целенаправленно швырнул машину в таран. Изо всех сил вцепляюсь в руль, пытаясь отклонить машину с курса таранящего нас пылающего остова. И тут почему-то вспыхивает на экране перекрестие. Точно! Я же не отключала гаусс-установки. Вот оно что. Палец бьет по кнопке выстрела раньше, чем я даже додумала эту мысль. Восемь ускоренных до полутора тысяч метров в секунду снарядов из вольфрама устремляются в цель, сбивая ее с курса и разнося на куски всего то в ста метрах от корабля. Мы все равно получаем кучу ударов и пробоин, но все же не единым куском самолета, а фрагментами.

М-да. Остекление кабины управления сорвано в десятке мест. Из шести человек экипажа уцелело трое, считая со мной. Высоту полета придется очень сильно уменьшить, на текущих четырехстах метрах слишком холодно. Повреждения отсеков — восемь из двадцати выведены из строя. Бортовой компьютер, десантные деки и как оказалось, система жизнеобеспечения — выведены из строя. Практически целым осталось только оружие и бомбы. Похоже, мы сейчас сделаем один штурмовой заход и уйдем, вести бой в таком состоянии — самоубийство.

А вон и вражеская армия. Забавно, но они стоят лагерем. Видимо, самолеты совершали патрульный облет, и случайно засекли нас. Не повезло. Но за беспечность в вопросе обеспечения своей безопасности — они сейчас поплатятся.

Оставив корабль держать на автопилоте курс, я вручную перевела управление всеми системами ведения огня на свой пульт, оставив выжившему комендору возможность управления бомбосбросом и ракетными установками на нижней стороне гондолы.

Сбрасываю высоту до семидесяти метров, выше идти не позволяет мощный поток ветра, практически выдувающий нас из кабины Егеря. Скорость в сто тридцать километров в час позволит избежать большей части ответного огня. Ну, по крайней мере, я на это надеюсь. До цели — два километра. Подозреваю, нас уже засекли — вой ветра, рев двигателей двухсотметровой стальной сигары, идущей на бреющем полете сложно не заметить.

И вот вражеский лагерь прямо под нами. Ровные ряды техники — десяток тяжёлых танков, расставленных аккуратно и с педантичностью, сразу же за ними — два десятка различных БТР и еще каких то бронемашин, явно армейского вида. Чуть на отдалении — два бензовоза. Между танками стоят палатки личного состава, из которых прямо сейчас высыпают в порядке люди, сосредоточенно запрыгивающие в своих стальных зверей, заводя холодные моторы. А на некотором отдалении от этого оплота порядка — дикая мешанина из больше чем сотни различных джипов, багги, мотоциклов. Ярко горят костры, возле которых собрались рейдеры. Многие тыкают пальцами в небо, где уже четко виден наш силуэт.

Прицелы давно сведены, и я жму на первый триггер на джойстике пульта управления огнем, обрушивая четыре снаряда калибра четыреста миллиметров на позиции танков. Мощность взрыва такая, что мимо нас на дистанции меньше чем в сотню метров пролетает, вращаясь, корпус одной из боевых машин. На месте попадания — четыре воронки и облако дыма. Все, нуту у Странника больше танков. Ударная волна переворачивает несколько БТР. Сносит людей, и, о удача, переворачивает один из бензовозов. Лужа топлива захлестывает потоком еще и лагерь рейдеров.Упускать такой шанс глупо. Перевожу прицелы лазерной батареи на цель, и выдаю длинную пачку импульсов, стараясь зацепить параллельно еще и максимум бронетехники.

Сверхтяжелое энергооружие бьет в цели, прожигая боевые машины как картонные.Попадание в бензовоз воспламеняет его, и ревущий столб пламени взметнулся над площадкой, а следом — и второй. В ярком пламени видно, что техника спешно разъезжается, пытаясь представлять собой удобную групповую цель. Не знают они, что из-за выхода из строя бортового компа — каждую пушку придется перезарядить в ручном режиме отдавая команды роботам. А это нереально сделать, одновременно управляя многотонной громадиной.

Уже совсем близко земля. Я вижу, как из своей палатки выскакивает Странник. Тщательно одетый, в своем неизменном плаще, а в руках — его знаменитое копье — Када. Он внимательно смотрит на нас, и явно примеривается для чего-то. Через секунды его окружает группа людей в черных одеждах, напоминающих какие-то рясы. Среди них выделяется один, в экзоскелете на тип того, что был раньше у Мерлина, с плазменной винтовкой в руках. Вот он уверен в том, что делает. Вскидывает ствол к небу, и открывает по нам огонь. Плохо то, что промазать на таком расстоянии нельзя, а от плазменных шаров может загореться что нить на борту. Но сейчас прямо сделать с этим невозможно ничего.

Противник сориентировался все же быстрее, чем я рассчитывала. С земли в нашу сторону начался пока не слишком прицельный, но крайне плотный огонь. К сожалению, из-за конструкции цеппелина — гондола экипажа находилась в одном из наиуязвимейших положений. А сорванная защита позволяла вести обстрел экипажа. Для подстраховки я нацепляю из инвентаря экзоскелет второго поколения. Не идеально, но остановит большую часть попаданий. И крайне вовремя — в кабину врывается целый поток пуль с башни одной из усевших отъехать бронемашин. Это оказывается Вампир — дальнейшее развитие 23-мм установки Шилка. И он сейчас потоком снарядов разрывает в клочья нашу кабину.

Глухо вскрикнул последний комендор, левую сторону его тела превратил в ошметки один из снарядов. Нас остается двое. И тут новичок, взятый мной из Санта-Клары на замену раньше выступавшего в роли инженера энергетических установок Ланса, поднимается с кресла и делает несколько шагов, добираясь до пульта комендора. Не садясь на место мертвеца, он перегибается через труп и зажимает кнопку сброса всего бомбозапаса.

И, как оказалось, вовремя. Противник пристреливается именно по бомболюкам, и если бы мы не произвели сброс боекомплекта — скорее всего, даже не успели бы понять, что с кораблем — почти три тонны бомб просто испарили бы Егеря.

Град разнокалиберного бомбового груза рушится на вражеский лагерь, убивая и калеча взрывами всех, до кого долетело. А долетело практически до всего лагеря. Внизу пылает практически все, что может гореть. И в этом огненном аду бегают, ползают и оглушено покачиваются сотни людей.

Жаль, нет времени полюбоваться зрелищем. Я изо всех сил тяну вверх рукоятки штурвала, пытаясь набрать высоту. Дело в том, что часть техники оказывается была на патрулировании, и сейчас я отчетливо вижу лучи фар, несущихся сюда как минимум с трех сторон. Когда они доберутся — я хотела бы быть уже далеко вверху, вне зоны поражения их оружия. Еще несколько ударов, и мы просто рухнем.

В этот момент нас потрясает еще один удар, сравнимый с попаданием зенитной ракеты. Вот только приходится он в район то ли двигательного отсека, то ли центральной галереи. Ничего жизненно важного там нет, так что игнорирую, продолжая удерживать набор высоты.

Каким-то чудом уцелевший дисплей повреждений информирует меня, что в центральном отсеке повреждение внешней обшивки диаметром в метр восемьдесят на метр. Я уже сочла, что это несущественно, когда внезапно зажигается табло сигнализирующее о вторжении на корабль посторонних.

Камеры к сожалению, полностью неисправны, так что понять, что происходит я не могу. Надеюсь, штурмгруппа разберется без моего непосредственного участия.

Через пять минут стало ясно, что не разберется. Численность штурмовиков составляла изначально двадцать пять единиц. Сейчас — четыре. Нет. Три. Два. Ноль. Все. За пять минут и двенадцать секунд неизвестные абордажники расправились со всей пехотной группой.

Что ж, надеюсь, что наши бойцы успели их изрядно потрепать. Выравниваю корабль и собираюсь уже покинуть кресло, когда входные двери, и так изрядно искореженные попаданиями и взрывами, влетают внутрь.

В проёме, потрескивая от энергии, возникает кончик какого-то оружия, а вслед за ним входит и … Странник собственной персоной. Вот только на привычный уже образ он не похож от слова совсем. Вместо серого плаща тело бывшего бога-покровителя воров покрыто белой туникой, поверх которой красуются античного вида латы, искрящиеся силовыми полями. На голове у него — шлем, выполненный в форме полусферы, с закрепленными по бокам крылышками. Из-под шлема гневом сверкают голубые глаза, и кривится в усмешке вроде бы красивое лицо, превращаясь в злобную клоунскую маску.

Что ж, ща проверим, насколько ты силен, Странник из легенды. Выхватываю пистолет молниеносным, как мне кажется, движением. Вот только тварь пятисотого уровня движется с запредельной скоростью. Только что нас разделяло пятнадцать метров — и вот он уже возле меня. А его оружие, размазавшись от скорости, вроде бы легонько коснулось запястья экзоскелета. И уже я вижу. Как мой верный пистолет вместе с привычной моей кистью, отделившись, падает на пол. А я получаю ужасающей силы удар в живот, как жестяную банку вскрывающий и доспех, и тело под ним и приколачивающий меня прямо к консоли управления, срезая заодно все рычаги.

Удар о рулевую консоль вырубает автопилот, и корабль начинает входить в плавное пикирование обратно к объятому пламенем лагерю. Подозреваю, что даже этот удар был рассчитан, и корабль красиво упадет прямо перед тем местом, которое только что изрядно проутюжил, а из пламени выйдет весь такой красивый Гермес.

Что ж. У меня остался кажется последний сюрприз. О нем не знал никто. На первом уровне я, как модератор, получила дополнительный редкий перк. Пространственный карман. В отличии от обычного инвентаря — в него можно было положить только три предмета. Но вот размеры и вес этих предметов никогда не будет учитываться. У меня в этом хранилище лежало три предмета. Ховербайк, с форсированным двигателем. Редкая вещь, идеальна для смывки. Система “Зомби” — инъектор со шприцом, позволяющие сохранить жизнь в персонаже, получившем смертельную рану, в течении следующих десяти минут в случае, если ранение не задело головной мозг. И атомная бомба на полсотни мегатонн, найденная как-то в хранилище боеприпасов Чинов. Так сказать, крайний аргумент торговли или переговоров. Кажется, кто-то хотел уйти очень красиво? Дам тебе, сука, такой шанс.

Гермес уже переступил через меня, когда в его спину прилетел снаряд из гаусс пистолета. Паренек. Тот самый, который активировал сброс. Бесстрашно глядит на бога, сжимая в своих руках мою кисть и зажатый в ней пистолет. И жмет на курок моим же пальцем.

Красивый был жест. Но абсолютно бессмысленный. Все четыре выстрела просто поглотило силовыми полями. А обозленный бог не поленился вырвать из моего живота копье, явно рассчитывая прикончить, и одним слитным движением срубить парню кисти рук, потом руки по локоть, затем по плечо, и в финале — перерубить ему шею так, чтобы голова, падая, вращала глазами вдоль тела.

Вот только Зомби работал уже, поэтому смертельное вспарывание живота не убило меня.

— ЭЙ, ТЫ. Ископаемое.

Гермес с удивлением поворачивается ко мне лицом. Он уверен что я труп, но я поднимаюсь на ноги, и, глядя на него, что то говорю.

— Да-да, ты. Скажи. Чмо в кепке с крылышками. А ядерный взрыв твоя броня выдержит? Передавай привет Синельникову!

Кажется, он понял что что то идет не так, и даже начал свое моментальное движение, вот только проявление бомбы занимает даже не один “зырк”. Тело бога коварства накрыло громадной бомбой, придавливая его к моментально проламывающимся переборкам. Двадцать шесть тонн. Восемь метров в длину. Два в ширину. Уклонись от этого.

Набирая скорость, и неся на своем кончике туловище Гермеса, пробивающее все препятствия, она заскользила, уничтожая внутренности моего “Егеря”. Я осела на пол, все-таки без позвоночника крайне тяжело стоять, и оглянулась на высотомер. До земли осталось еще двадцать метров, а скорость уже была под сотню. Пожалуй, пора. Жаль, что фейерверк я не смогу увидеть. Удачи тебе, Стас. Если это его и не убьет, то я сделала все что смогла. Надеюсь очнуться уже в настоящем мире. И одновременно с этой мыслью мой палец вдавливает кнопку радиодетонатора, подрывающего тонкую перемычку внутри бомбы и запускающую цепную термоядерную реакцию…

Глава 29. Битва с богами.

Мерлин, зона размещения боевых роботов в городе Санта-Клара.

Фух блин. Три часа работы почти что, но все же активатор ноги полностью восстановлен. Попутно устранены проблемы с кучей мелких повреждений модулей управления, электронных схем и банальной заменой предохранителей, так что осталось установить на робота броню и загрузить боекомплект.

Как раз в тот момент, когда я оттирал руки от смазки — возле ног боевой машины закрутился знакомый зеленый вихрь, и из него нет, не вышел, а скорее вывалился Локи. Видок скандинавский бог имел крайне потрепанный — окровавленная нога, порванная в многих местах одежда, и почему-то кусок кожаного ошейника в одной руке. А во второй он сжимал классический меч викингов сантиметров девяносто, двусторонне-заточенный, с длинной вязью рун по клинку. Навершие венчал огранённый рубин, светившийся внутренним светом.

— На! — вместо привет сказал мне Локи, протягивая рукоятью вперед этот самый меч. — А я пошел к автодоку, чертова псина изгрызла меня всего.

— Погоди. Что это?

— Грамм.

— Многое стало понятно. Прям ваще все. А почему не килограмм, или не тонна там.

— Блин, забываю все время, что ты, таская на груди символ древних богов — о этих богах не знаешь вообще ничего. Это меч Зигфрида. Им он убил дракона, так что этим клинком можно точно сражаться с богом на равных.

— Да блин. Объясни по-человечески, а? Какой Зигфрид? Какой дракон? И при чем тут сражение с богами? У меня и так дофига оружия, и оно по характеристикам не уступает этому легендарному мечу. А мечом я не слишком хорошо владею.

— Я не человек. И я устал. Возьми меч, и держи все время при себе. Все. И вкинь все оставшиеся в запасе очки навыка в длинный меч. Я ушел.

Но уйти ему было уже не суждено. Сначала по стене ударил яркий сполох, заставивший испуганно вздрогнуть всех, а у смотревших на него заболели глаза. Потом донесся страшный грохот, и вздрогнула земля. Я немедленно подключился к центру управления города, и вовремя — камеры снаружи успели показать поднимающийся километрах в пятидесяти от нас столб ядерного взрыва. Кажется, именно туда улетел несколько часов назад “Егерь”. Стоп! САТА! Иконка игрока Сатариэль в группе стала серой. Блин. А ведь она наверняка не знает, что при ядерном взрыве все попавшие под него ИИ обнуляются, а она сейчас скорее ИИ, чем человек. Чеееертт… Ладно, будем надеяться, что все-таки оставшегося в ней от игрока достаточно, чтобы реснуться. Правда, боюсь, что прогресс она точно потеряет.

Из набегающей на город кольцевой ударной волны и вала термоядерного огня вырывается одна единственная точка, приближающаяся с неимоверной скоростью. И мне не нужно гадать, кто или что это. Это Странник на МОЕМ Перехватчике. И ему даже в таких условиях удалось выжить.

Скорость, с которой он приближался поражала. Пять махов? Шесть? В общем, через минуту уже из точки он превратился в едущий по поверхности земли болид, перед которым плющился воздух. Еще через несколько секунд — проскочил начало зоны контроля автоматических орудий. Впрочем, я сразу же отдал приказ о дезактивации — попасть в ЭТО было нереально от слова совсем. И вот уже он останавливается прямо посреди мехдвора. От корпуса перехватчика идет волна жара, но выходящие изнутри четверо, ведущие пятого — даже не вспотели. Первым идет Странник. Он сбросил личину постапокалиптичного персонажа, и выступает в самом настоящем виде — греческий бог, в доспехах, с копьем-кадуцеем. Правда, выглядит все же потрепанным — доспех помят в паре мест, поцарапан, с шлема оторваны и висят на одной заклепке крылышки с правой стороны. Лицо его искажено гневом, и, как мне кажется, он уже готов бросится на меня. Но что-то все же сдерживает пока его от атаки. Возможно, количество персонажей 200 и выше уровней, окружающее его. Возможно — стволы орудий трех мехов, мгновенно наведшиеся на его группу. А возможно — засиявший и принявший боевое обличие Локи— Арес. Да, именно так. В чертах бога обмана начали очень заметно проглядывать и черты бога войны.

Следующая фигура заставила меня поморщится. Сразу же за Гермесом из Перехватчика вылез некто в броне, до боли напоминающей потерянный мной Хускарл, разве что поменьше габаритами. Впрочем, особо гадать было не надо. Старый знакомый, Юра. На его лице ни малейшего проблеска знакомых эмоций, скорее он напоминает зомби. Похоже, что был у Гермеса некий способ призвать созданных им монстриков к порядку и потребовать подчинения. И почему-то не хочется знать, какой именно.

Еще один из вылезши— из машины до сих пор был знаком мне лишь по видеозаписи — это был собственно Виктор Херсон. Ничем не отличающийся от себя тогдашнего, кроме разве что изменивших цвет глаз. Когда я смотрел видео, они были серо-зеленые. А сейчас — черные. Без белков. Похоже, вот она, плата за сверхмощный уровень псионики.

Третья фигура была тоже вполне узнаваема, вот только я не понял, как. Гектор. Собственной персоной. В левой лапе это человекообразное чудовище сжимало громадный боевой топор, а под правой подмышкой у него болтался пятый член экипажа, в котором я без труда узнал доктора Лекса Павлова. Он пребывал явно без сознания, впрочем, оно может быть и к лучшему.

Первый мой позыв был немедленно выстрелить в Гектора из винтовки, ускорится, отобрать Лекса и считать, что миссия выполнена. Остановило только одно — по слухам, Гермес был быстрее ветра, так что не факт, что он не успеет меня перехватить. Да и в таком случае Система точно не станет мне подыгрывать, ведь бой начну я. А значит — никаких подравниваний. И если три подручных меня нынче не пугали — уровни маловаты уже тягаться. Тот же Гектор во время нашей с ним битвы превосходил меня на три десятка уровней. А сейчас — слабее на полсотни. Да и не тот все же это, хоть и похож У этого в глазах проблески интеллекта, он скорее похож на удачный клон. Лютерано сейчас мне в принципе не соперник. А Херсон. Ну, говорят, что его основное оружие — прокачанный разум. Как-то это меня слабо пугает, я псиоников могу на завтрак жрать, сырыми и без соли. А вот Странник да, странник страшен. Технически, в игре нет левел-капа, но пятисотый уровень — это нечто заоблачное.

Гермес пафосно выставил вперед ногу, но, прежде чем он начла подготовленный пафосный спич, я просто протянул руку и сказал:

— Ключи.

От неожиданности он даже сбился с подготовленной речи.

— Ччего? Ты охренел в край, смертный?

Тяжко вздыхаю и читаю ему текст квеста, выданного им давным-давно.

“Собери все четыре части снаряжения Рокатански — и я отдам тебе Перехватчик при встрече. Найди меня в реале — и я отвечу на два твоих вопроса”

— Итак. Ключи.

Красивое лицо Гермеса перекашивается, но выхода у него нет. Как квестодатель — он обязан выдать мне награду. Иначе его накажет система. Прямо тут и сразу. Нехотя он раскручивает на пальце ключи, и, резко швыряет их мне. Когда комплект прикасается к моим пальцам, все тело как будто прошибает сто тысяч вольт. Только не как удар током. Нет. А как будто они внутри меня. Черт. Вот это мощь. Мой статус “Первый” исчезает, и вместо него появляется просто надпись Воин Дорог.

Система сообщает мне что я завершил квест по сбору доспеха, и теперь мне доступен последний бонус сета. Владелец доспехов, носящий статус воина дорог, всегда равен по уровню самому сильному противнику из группы, противостоящей ему. До конца битвы этот уровень не падает, даже если самый сильный убит. И действительно, мой уровень теперь не отображается возле меня, заменяясь ???, как раньше у Странника.

Гермес смотрит на меня с ненавистью.

— Все равно не стать тебе равным нам, истинным богам. Твое возвышение — всего лишь моя ошибка, которую я исправлю здесь и сейчас.

— Ух как смело. Ну давай. Один на один, а?

— Нет. Четверо против четверых. Эти люди существовали, чтобы усилить тебя. Теперь они же существуют, чтобы убить тебя. Ъ

— Ой какой ты суровый. Что, раз на раз очко жим-жим?

Я целенаправленно бесил Странника, но он все-таки не повелся, хотя даже кончик его носа побелел от ярости. Ну нет и нет.

— Локи, ты со мной?

— А ты сомневался?

— Ланселот?

— Командир. Конечно.

— Гор?

— Последний бой, да? Надерем задницы уродам.

Я прочитал повнимательнее системное сообщение, и, широко улыбнувшись, обратился к Страннику.

— Мноуважаемый Психомп позволит мне все же забрать свой последний предмет снарядения в соответсвии с нашим предыдущим договором?

— Бери что угодно, и давай ужде начнем. Я, Гермес Трисмегист, вызываю тебя, Воин Дорог, на бой Богов. Многовато чести для такого отребья как ты, но все законы соблюдены. Ты формально — бог — защитник этого мира, без малого. А значит, я могу биться с тобой как Гермес, а не как эта жалкая цифровая копия, Странник. И убить тебя в этом поединке, как ты прикончил моего брата.

— Я, Воин Дорог, Защитник Эртаны, палач Богов, принимаю твой вызов, ЧУЖАК ИЗ ИНОГО МИРА. Да будет Система свидетелем честности и равенства сторон!

… Сука ты, Локи…

Дело вот в чем. Как Защитник этого мира — я имел право объявить Гермеса вторженцем из иной реальности, добавляя сил всем участникам сражения путем выравнивания наших возможностей с самым сильным врагом. Для Локи это давало возможность противостоять если и не на равных, то по крайней мере в одной весовой категории куда более мощному богу, меня подравнивало примерно к Локи, а наши товарищи временно получали по сути статус младших ангелов-хранителей. Это и увеличивало все их силы, и давало неплохую защиту от магии Гермеса, и подозреваю, от псионических сил Херсона.

А я пока суть да дело — подошел к Перехватчику. Мой последний финт перед боем. Как и Макс — Перехватчик был скорее процессом, а не объектом. И изменялся в зависимости от потребностей владельца. А боевой скафандр — это тоже транспортное средство. И я могу передавать управление машиной на время любому человеку, высказав подобное желание. Бонус от комплекта при этом не пропадает.

Под моей ладонью сначала старенький маслкар Безумного Макса превратился в мою личную мечту из тех самых древних времен. Шевроле Импала 1967 года — ну чисто для теста. Эх, красотаа… Умели амеры когда-то делать абсолютно уникальные тачки.

Ладно, не сейчас. Если все пройдет как надо — буду на такой рассекать по всему миру игры. А сейчас…я мысленно пожелал, и под моей рукой корпус машины потек, преобразуясь в то, что даст Гору шанс выступать на равных со всеми нами в этом бою. Под моими руками корпус машины плавно потек, и превратился в подобие моего Хускарла. Вот только этот доспех был совершеннее, прочнее и увеличивал силу до восьми. Что ж, даже я бы от такого не отказался в любой битве. Ну кроме этой. Приказав машине подойти к Гору, я быстро отписался в чате, чтобы он не артачился, а впрыгивал в скафандр, как только тот откроет кабину.

Хвала всем высшим силам, гор не стал артачится, и задавать сто миллионов вопросов, а просто сделал что сказали. И вовремя. Гермес то может быть еще и подождал, но Гектор, даже в виде клона, был слишком уж нетерпелив и склонен к вспышкам ярости, поэтому тушка Лекса бесцеремонно полетела куда-то в сторону, а гигант выхватил из-за спины крупнокалиберную пушку, и открыл огонь по Горычу, видимо с появлением у того доспеха сочтя его самым серьезным противником. Так вот и началась финальная битва за судьбу мира. Без пафосных речей. Без сходящихся по пустынной улице добрых героев в белых, а плохих в черных плащах.

Очередь из доброго десятка бронебойных снарядов еще только начала свой путь от ствола пушки Гектора, когда остальные начали действовать. Ланс мгновенно практически развернул из инвентаря свою последнюю разработку — практически яйцевидный робот штурмовик. Оснащенный шестью руками, этот доспех был еще и снабжен кинетическими щитами. А вооружён был и лазером, и плазмой. И гауссом. И двумя скорострельными 14.5 мм пулеметами, и секирой для ближнего боя. А еще — он двигался со скоростью, не слишком уступающей моей на ускорении.

Я сам оказался понятное дело целью враждебно настроенного Странника, но это он напрасно. Датчик моих уровней немедленно скакнул до пятисотого, что очень огорчило налетающего на меня оппонента. Его удар кадуцеем был отбит мной просто шутя. Да, ускорение получило буст, а с сетом Рокатански я лишь чуть-чуть уступал в скорости самой быстрой ноге Олимпа, при этом выигрывая у него по силе. Да и драться он умел весьма относительно, привыкнув полагаться больше на скорость и превосходство в уровнях. Ну или он целенаправленно поддавался, заставляя меня тратить применения способности.

Как бы то ни было, но я вполне себе успешно теснил своего противника, размашистыми ударами молота заставляя его отходить, и уже трижды сумев оставить отметины на его нагруднике. Локи выбрал в качестве оппонента Лютерано, и тому оставалось жить ну максимум пару десятков секунд — кинжалы, которыми пользовался бог коварства, оставили уже множество ран на теле бывшего командира рейдеров, а тогт не сумел ни разу попасть в верткого врага, и лишился уже как минимум двух третей очков здоровья.

Виктор Херсон пока тоже никак не проявил себя — его способности не действовали на Ланселота, так что наш робомозг безнаказанно расстреливал главу псиоников. Тот использовал какое-то подобие силового щита, и в данный момент укрывался за контейнерами с ракетами, предназначенными для установки в Лесного Волка. Момент был прекрасен, чтобы одним ударом уничтожить опасного подручного Гермеса, но я не могу ни секунды выкроить в бою, чтобы просто и без затей пальнуть по самим контейнерам, и вызвать детонацию ракет.

ЛААНС! КОНТЕЙНЕРЫ!

Но он лишь помотал головой, сокращая дистанцию для ближнего боя. Видимо, с моего ракурса было не видно что-то еще.

Тем временем Гор с Гектором уже сошлись врукопашную, и вот тут стало заметно, насколько же клон слабее оригинала. Меня с одиннадцатью силы на тот момент Гектор заломал без проблем, и крушил меня с силой, по ощущениям превосходящей пятнадцать. Этот же сражался с Гором максимум на равных, если не слабее. В начале боя они радостно расстреляли друг друга из примерно равных автопушек. К сожалению, создать второй “Бредлаг” мне было не по силам, так что все на что хватило фантазии — 23-мм автоматическая пушка, встроенная в руку. Да и создавать из Перехватчика оружие было неимоверно сложно, он явно не задумывался как оружие даже в теории.

Ну и в итоге эффективность огня из огнестрельного оружия у обоих бойцов оказалась нулевая. Несколько ударов топора Гектора, размашистых и сильных. Но весьма неточных — Гор просто отбил, а потом перехватил руку и сумел выбить зазубренный кусок металла. И теперь они наносили друг другу шквал ударов конечностями, потихоньку замедляясь от усталости. Шкалы здоровья обоих персонажей в данный момент опустились примерно поровну — на четверть, или около того, и вмешательства в эту драку пока не требовалось.

Между тем временем Гермес, кажется, начал понимать, что без кардинального изменения ситуации он проиграет этот бой. Потому что при равных уровнях я медленно, но с неотвратимостью асфальтового катка просаживал ему защиту. И до момента, когда она наконец то лопнет — оставалось не то, чтобы много. В очередной раз нарываясь на мой блок, он, вместо того чтобы отступить, бешено раскрутил свой кадуцей, практически превратив его в вихрь сверкающих лезвий, слившихся в непрерывный круг. Вот только вместо атаки он отступил, а от его оружия начало исходить приятное желтоватое сияние, окутывающее фигуру бога.

Когда же оно рассеялось, вроде б ничего и не поменялось. Вот только первый же мой удар, нанесенный противнику, оказался отбит с огромной силой, а я получил трескучий разряд электричества, сорвавшийся с посоха, и отлетел назад. Не давая мне сориентироваться, он перешел в нападение. И у меня было чувство, будто бы я дерусь со скалой. Все мои удары просто блокировались, или же скользили вдоль пластин брони, не причиняя ущерба. А вот атаки Гермеса стали гораздо разрушительнее, раз за разом проходя через мою зашиту и нанося мне чувствительные раны. Регенерация пока справлялась, но она не бесконечная, и жрет ресурсы организма.

Очередной вихрь ударов слева-справа-сверху, слева-справа-сбоку, сверху-сверху-сверху. Я отбиваю их, хоть и с трудом, но успевая. Вот только на последнем ударе не выдерживает божественной мощи мой верный молот, и его рукоять оказывается разрублена пополам, а я получаю оглушительный удар в голову. Блин. …… . Просто полный 3.14здец. Я швыряю останки легендарного молота в лицо Гермесу, и, пользуясь тем, что он отвлекается на это, отскакиваю, разрывая дистанцию, и достаю из инвентаря Гунгнир. Хватит с меня. Смертельный выстрел. Пять секунд действия навыка. Выстрел-выстрел-выстрел. Быстрее не могу, это ж не автомат. Первые две пули по коленям, последняя в голову.

Ужасной силы удар выбивает из моих рук винтовку, и она улетает куда-то. Эта тварь успела уклонится от двух из трех выстрелов, и подскочив, врезала по винтовке. Но даже одна пуля крепко повредила как минимум его самолюбию. Та, что была послана в голову. На лбу, снеся на пути кусок вычурного шлема, красовалась огромная борозда. Да, я конечно же ожидал от выстрела куда большего эффекта, но все равно получилось неплохо. Не так уж и неуязвим для пуль ты, Психомп.

Правда, развить успех не удается — еле отбиваться получается. Кадуцей мелькает со всех сторон, пробуя на зуб мою защиту. Мне тоже пару раз удается все-таки подловить врага на контратаках, и врезать ему топором. В отличии от молотка, это оружие неплохо так наносит урон непосредственно самому Гермесу. Свойство игнора брони работает и против бога. Вот только на топорище и лезвии все больше и больше становится зарубок от столкновения с магическим посохом, которого вообще не может существовать в этом мире. Но он есть, и, несмотря на неказистый внешний вид — это крайне эффективное оружие.

Внезапно Гермес получает ужасной силы удар со спины, и кувырком летит прямо мне под ноги. Использую этот момент для того, чтобы нанести еще один удар, и сношу с его головы шлем. Золотистая шевелюра рассыпается по плечам, а две половинки шлема, окрасившись божественной кровью, падают на землю. А удар в спину богу нанес Ланселот, выбравший момент и влепивший в него сразу из всех трех тяжелых орудий.

Полуоглушенный, он все-таки остается очень быстрым. Я не успеваю даже начать делать еще один замах, когда он уже вскакивает на ноги. Ударом ноги в колено вынуждает меня припасть на поврежденную ногу и, не развивая успеха, внезапно со всего маха метает свой посох в Ланса, одним махом пробивая ослабленные уже щиты и отсекая одним ударом две руки с куском торса.

Но на этом он не останавливается, а, ускорившись ещё больше, несется прямо к Ланселоту, на ходу извлекая откуда-то громадный револьвер. Я не знаю. Что это за монстр, но даже бог вынужден стрелять из него с двух рук сразу. “Разрушитель миров” — так называется по системной подсказке эта пушка. Калибр — 30 мм. Мать его. Легендарный артефакт.

Первый и второй выстрел из этого монстра, грохочущие как выстрелы из пушки, все же не пробивают щит робота, но уже на втором выстреле тот идет фиолетовыми полосами, означающими перегрузку. Третий выстрел ожидаемо пробивает щит, застревая в нагруднике. За счет этого становится понятно, что патроны в пистолете крайне непростые. Вокруг места попадания толстенная броня мгновенно нагревается, и начинает течь. К сожалению, это никак не может предотвратить еще двух прямых попаданий. Первое пробивает панцирь насквозь, и застревает где-то внутри робота, а второе расчетливо отправлено прямо в колено.

В течении нескольких секунд из корпуса робота начинает сочится дым. Похоже, странные патроны из этой пушки вызывают какую-то алхимическую реакцию с металлом — то место на нагруднике, где торчал застрявший патрон — сейчас полностью растворилось, но по краям дыры диаметром в сорок сантиметров металл продолжает плавится.

У Ланса есть буквально несколько секунд, чтобы принять решение, и ему придется покинуть меха, иначе эффект от пули доползет по внешней части корпуса до кабины, и может перекинуться и на его железное тело.

И он использует эти секунды по полной. Атаковать разъярённого бога в настолько поврежденном состоянии бессмысленно. Три снаряда, посланные в спину — даже не поцарапали броню, и уронили Гермеса чисто за счет кинетической энергии удара. Поэтому Ланс кидается в самоубийственную атаку на Херсона, обрушивая на него всю мощь оружия и с каждой секундой сближаясь все больше.

Я ж тем временем не трачу напрасно полученную передышку, а бегом кидаюсь поднимать свою винтовку. Пожалуй, идея Гермеса то неплоха — можно сначала перебить приспешников, а уже потом всей толпой пинать главбосса. Проследую его примеру.

Когда я подобрал Гунгнир — я чуть не расплакался. Сильный удар кадуцеем изуродовал патроноприемник, и теперь в винтовке оставалось ровно два патрона, каждый следующий придется запихивать через затворный блок. Сволочь ты, а не бог. Перепортил практически всю мою любимую снарягу. Ладно, пора задействовать последний козырь.

Мааакс! Давай! — рявкнул я во всю мощь легких. Давно ожидавший команды напарник “на-холодную” активировал реакторы Лесного Волка, так и висевшего на стапеле над полем боя. Запуск боевого робота по полной программе занял бы слишком много времени, и такой противник как Гермес — в два счета расправился бы с ним, я сам без великих трудов разносил подобную же машину. Но энергии в накопителях было достаточно для того, чтобы после запуска произвести три или четыре выстрела. А большего и не надо.

Гермес только начал разворачиваться к новой угрозе, когда два толстых пламенных копья вонзились ему в грудь. Это вам не слабенькое оружие смонтированное на Ланселоте, а настоящее средство уничтожения самой мощной защиты.

Можно быть многотысячелетним богом, но не рассчитать такую вот малость. Удар двух потоков излучения привел в негодность щиты, а следом за ними прилетела тонна урановых боеприпасов, разогнанных в рельсотронах до скорости в 5 километров в секунду, окончательно нарушив защиту и разнеся в клочья панцирь на груди Трисмегиста.

Это было то, чего я так долго ждал. Две пули из Гунгнира одна за другой влетели в грудь бога, выбивая из нее фонтанчики крови, и вышли у него из спины. Гермес упал на одно колено. Так, а вот теперь, наверное, пора. Я выхватил дробовик Рокатански, но выстрелить не успел. Гермес, только что находившийся на последнем издыхании, окутался свечением. Вот только теперь его источник я четко видел. Он тянул какую-то хрень из тех троих…что-то навроде золотого тумана. И тот окутывая его фигуру — моментально залечивал раны и восстанавливал снарягу. Вот только для объектов вытягивания это все было явно не очень полезно — Лютерано, и так еле державшийся, просто упал. Гектор приостановился, чем и воспользовался Гор, вырвавший за пару секунд до этого кусок стальной балки — и теперь как копье, вогнавший ее в грудь чудовищного мутанта. А Херсон просто замедлился, но этого времени как раз хватило Лансу, чтобы добежать до него и вогнать топор боевого робота в тело мощнейшего псионика из живущих, пригвоздив его к земле. А потом — обрушить вверху и самого меха, одновременно покидая кабину пилота.

Через секунду тело робота окуталось голубоватыми молниями, но скинуть его с себя Виктору было уже не суждено. Похоже, внутренний распад достиг реактора, и машина взорвалась, разнося вдребезги все вокруг себя. Жаль, что мой друг немного не рассчитал, и взрыв боевой машины накрыл не только Виктора, но и те самые ящики с ракетами для Лесного Волка, взрыва которых он так старался избежать. И теперь стало понятно почему. Снаряды там были уже собранными и с реактивной, и с боевой частью. Так что при взрыве меха из воспламенившихся от него коробок во все стороны полетели вполне себе полноценные ракеты, фугасные, содержавшие в себе по полсотни кило взрывчатки каждая.

Досталось всем. Больше всего отгреб виновник торжества, то есть Ланселот. Из боя он скорее всего выпал, потому что полоска здоровья для него — не отображает обычно весь урон. Так вот. У робота отсутствовала левая рука, обе ноги — одна по бедро, вторая по колено, бронепанцирь развалился, обнажая доступ к внутренностям. И, похоже, он пребывал в состоянии глубокого нокаута — в чат не отвечал, лежал неподвижно.

Гермес тем временем отвлекся, выпуская из ладоней целый вихрь молний в боевого робота. Это не уберегло его от еще одного попадания, вновь из лазера. Но в этот раз щит явно был мощнее, и рисуясь, не просто отбил выстрел, а отразил его в обратную сторону. Импульс с абсолютной точностью вонзился прямо в фокусирующий кристалл на руке боевой машины, расплавляя оружие. На этом разъяренный бог не остановился, и на его ладонях сформировалось некое подобие шаровой молнии, которое он с усилием метнул в торс неподвижной боевой машины. Негромкий хлопок. И все. Не только робот, но и Макс перестали реагировать на окружающее пространство.

А вот это он сделал очень напрасно. Старая боль от потери собаки наложилась на новую, порождая внутри меня все более поднимавшуюся волну ярости, которая выплеснулась наружу и затопила сознание.

Следующие пять минут драки я помню плохо. Знаю, что, кажется, я голыми руками принялся избивать бога. И что удары его кадуцея просто разбивались о мою защиту, не причиняя вреда. К сожалению, противник мало того, что был крайне не прост, так еще и не все возможности задействовал. Не имея фактической возможности противостоять мне в ближнем бою, он отдал неслышимый приказ, и здоровяк Гектор кидается ко мне, отвлекая и не давая лупить самого Гермеса. Тот же, застыв, опять вытягивает что, но теперь уже только одного — он что то тянет из того места, где боевой робот накрыл незадачливого псионика. А еще — в макушку Гермеса втягивается еще один такой же поток, вот только теперь он куда сконцентрированнее, а с другой — оказался конечен. Впрочем, как и подпитка от Херсона -причем похоже что он рассчитывал на что то большее.

Вот незадача. Противник вновь полностью отрегененен. Впрочем, за то время что он потратил на восстановление — озлобленный я выбил остатки мозгов из головы Гектора. И, действую в состоянии аффекта — просто прострелил ему череп из дробовика, навсегда стирая его из реальности. В ту же секунду Гермес болезненно скривился, а его щиты просели минимум на треть.

Ага. То есть он таки связан со своими миньонами чем то, и их гибель для него вредна. Чтоооожжжжж…..

Локи! Не добивай, лучше помоги мне.

Богу обманщиков не требовалось иных приказов, в отличии от остальных он понимал, что я сейчас знаю, что делаю. Он каким-то ртутно-плавным движением перетек к Гермесу, ввинчиваясь между ударами лезвий кадуцея, и нанес несколько ударов кинжалами. Впрочем, особо эффекта оружия Локи на его противника не оказало — снял он менее одного процента.

Он тут же отскочил, и все так же странно передвигаясь — подскочил ко мне. Я даже не успел толком добраться до Лютерано — увидев смену противника, тот шустро рванул в запутанный проход меж контейнеров.

— Не, вот теперь я ему не соперник. Психомп похоже полностью перекачал в себя все запасы духовной энергии, до которых смог дотянуться, и перенес сюда не аватар, а полностью себя. Это игра ва-банк. Но не уверен, что с ним в таком виде возможно справится с нашими силами. Но если и сможем — то это твоя задача. Я слишком слаб, а поход за Граммом полностью меня истощил. Все-таки слишком уж мало людей верит в меня как в бога.

— Блин, но я-то не бог.

— Бог. Просто не до конца инициированный, зато в тебя в этом мире верит крайне много живых. Вспомни, сколько существ сочло, что ты хороший парень только потому, что ты Воин Дорог? Вера — понятие сложное. НПС для этого мира — это люди. А их цифровая и прописанная вера — все равно вера. Так что потенциально ты не слабее Гермеса. Тебе просто надо самому в это поверить.

За этой беседой мы оба отступали, а Гермес — напротив, приближался. От былой самоуверенности на его лице не осталось ничего, сейчас оно было сосредоточенно и сердито. Видимо, он ожидал куда меньшего сопротивления от слабых противников. А сейчас вынужден тратить всю силу без остатка.

Тем временем Гор совершил кардинальную ошибку. После гибели Гектора на него Странник обратил ровно ноль внимания, не считая бывшего НПС вообще каким то достойным противником. И Айвен решил воспользоваться этим. Мой выщербленный топор, в приступе ярости отброшенный на камни, так и лежал посередь изрядно уже разнесенного мехдвора. И капитан наемников не придумал ничего лучше, как подобрать оружие, в его руках представляющее не больше, чем просто топор металлический. И врезать им в спину отвлекшегося на бой со мной и Локи Страннику.

Понятное дело, что ни малейшего урона нанести такая атака не могла. А вот атакуемый, даже не оборачиваясь, нанес просто удар ногой назад, который унес бойца Когтей метров на 15, и проломил им бетонную стену толщиной почти в метр. Перехватчик, даже превращенный в броню, не мог остановить удар разъярённого бога, и иконка Гора погасла.

И эта потеря тоже стала крайне болезненной. Со времен битвы около Галеры мы вместе прошли через многое, и вот так погибнуть в чужом бою…Возможность респауна сильно расслабила всех, а его вероятность сейчас была оклонулевая. Вокруг нас законы игры не просто корёжились и сбоили. Такое чувство, что Гермес своими действиями превратил этот кусочек мира в настоящий, и теперь тут не работает большая часть правил игровой реальности. Кстати. А раз так…

Я ускоряюсь, и ускорение срабатывает, вот только больше нет надоедливого таймера времени до конца способности. И это прекрасно. Скорость моих движений сравнивается со скоростью противника, я подныриваю под его очередной удар, и простым приемом из американского футбола — удар плечом в поддых — сбиваю его с ног. Все-таки хреновый ты боец, Гермес. А, нет, не хреновый. Кадуцей использовать в такой ситуации он не может, поэтому отпускает его из рук, и, врезав мне согнутыми ногами из невозможного положения прямо в затылок, выскакивает из захвата, попутно нанеся неизвестно откуда взявшимся кинжалом рану. Сама рана фигня, вот только на клинке был какой-то яд, и на мне начинает тикать дебафф, снося каждую секунду по полтиннику хитов, и парализующий практически все мои способности. Я могу только лежать и хватать воздух ртом.

Амбец. Этот дебафф полностью блокирует мою регенерацию, и секунд через триста я просто умру.

Локи, в соответствии со своей клятвой побратимства и дружбы, лезет в неравный бой. Вот только Меркурий уже в конец осатанел, и явно не экономит энергию. Он хватает бога обмана за кисти рук, и начинает их выкручивать вверх, а попутно включает опять свой электроразрядник встроенный в тело, и применяет его, пассивно нанося урон Локи. Сверкающая рука отпускает ослабевшую кисть и вцепляется в горло, продолжая нещадно искрится.

— И ТАК БУДЕТ С КАЖДЫМ, КТО ПОДДЕРЖИВАЕТ ТЕБЯ! СО ВСЕМИ ТВОИМИ ПОМОШНИКАМИ И ДРУЗЬЯМИ, ВОИН ДОРОГ!

С этими словами он отпускает и вторую руку Локи, и наносит удар тем самым кинжалом, что поразил мой бок, в глаз своего оппонента, и загоняет его в голову Локи, сокрушая мозг в черепной коробке, до тех пор, пока крестовина кинжала не упирается в череп.

Брезгливо отшвырнув труп бывшего союзника, он поднимается, все еще покрытый короной молний, и все такой же надменный. И совершает последнюю ошибку. Вместо того, чтобы перейти к добиванию меня — решает немного поиздеваться, и метает свой кинжал точно и метко в голову Ланселота, все так же лежащего в отключке. Бросок меток, а силы достаточно, чтобы не просто пробить голову моего последнего друга, а оторвать ее от тела и пришпилить к стенке на манер эдакого издевательского трофея.

Я должен бы, ревя от ярости, кинуться на обидчика. Но мой мозг затопила внезапно такая мягкая пелена спокойствия. А изнутри поднялся кто-то иной, более сильный и не испытывающий моей боли. Он попросил:

— Подвинься, пожалуйста. Обещаю, ты все увидишь. Сегодня это еще не твой бой, а скорее мой. Но когда-то придется самому отвечать за свой мир. В конце концов, я придумал Воина Дорог для того, чтобы он сам мог побить любого врага, не полагаясь на Творца. А ты теперь вместо него, так что изволь подучится быть Защитником.

Из сияния проступили черты … Лекса, сейчас кучкой лежащего у стены ангара. Вернее, лежавшего. Туда угодило прямое попадание ракеты из взорвавшегося контейнера — именно этого пытался избежать Ланс, а я просто не заметил в пылу боя. Но похоже, что у творца были свои, странные взаимоотношения с миром игры. Ну или стали, из-за покореженности реальности Гермесом.

— У меня миллион вопросов. Но поклянись, что ты ответишь на них, и я сейчас отступлю.

— Клянусь своим правом Создателя, что отвечу на все вопросы. А теперь…

Мое сознание остается сторонним наблюдателем, а контроль за телом берет существо, куда более мудрое и сильное. В миг он исцеляет мою рану и эффект яда, шутя отбивает засиявшей ладонью поток молний, и вытягивает из ножен на поясе тот самый меч по имени Грамм, принесенный мне перед боем ныне мертвым побратимом.

Его противник еще ничего не понял, и все так же осатанело продолжает атаку, призвав обратно свой посох. Но ни одна атака даже не коснулась моего тела, а клинок из реального мира сверкает как хвостовой пропеллер вертолета в руках меня-Лекса, по кусочку обрубая с кадуцея змей, навершие, и начиная крошить рукоять. Гермес отступает под этим нескончаемым потоком ударов, пытаясь хоть что-то предпринять. Засияв, он ускоряется еще сильнее, и каждый его удар теперь сопровождается шлейфом неизвестной энергии в воздухе.

Вот только на Лекса это не производит никакого впечатления. Он методично продолжает бить Граммом в оружие Гермеса, и игнорирует любые удары по себе. Наконец происходит то, что должно было случится ударов двадцать назад — изрубленный посох не выдерживает, и раскалывается на две половины, каждая из которых начинает спешно истаивать в руках своего обладателя. Вместе с кадуцеем развеиватеся и сверхестественная защита, не дававшая нанести Гермесу урон.

Из инвентаря Странника извлекаются один за одним новые клинки, выдерживающие максимум пару секунд боя. Его тело покрывается ранами, и вот уже повисла плетью левая рука, и он еле может передвигаться, не то что вести активный бой. Удар ногой в лицо отправляет недавно пафосного бога на закопченые плиты мехдвора, а при попытке подняться — в горло упирается клинок Грамма.

—Ну вот и все, Психомп. Сдавайся, и я попробую уговорить этого парня не убивать тебя. Хотя это будет и очень трудно, учитывая, что ты совершенно просто так перебил его друзей.

С трудом фокусируясь на том, куда он смотрит, избитый и окровавленный греческий бог все же находит в себе силы чтобы гордо вскинуть голову и попытаться ответить с былым апломбом:

— Творец не имеет права вмешиваться в дела своего мира напрямую. Для боя с богами существует Защитник, и он бы проиграл. Ты нарушил правила.

— Ну вот только Защитник на этапе формирования мира был обманут неким чужим богом и обокраден. А пришедший извне — не получил полный комплект снаряжения и инициацию до вызова его на дуэль РАВНЫХ. Так что мое вмешательство обусловлено тем, Что Защитника у мира нет, есть только Идущий Путем Защитника. Ну как, не ожидал, Меркурий? Да, я, смертный, знаю правила богов. Да и вообще. Я же обещал тебе тогда, на руинах Загреба, что я еще вернусь.

— КЕЦАЛЬ? Это невозможно. Ты мертв. Я своими руками разрушил последний алтарь.

— Конечно. Только ты забыл, что у меня есть смертные наследники. Так что я просто скрылся в их роду, каждые пятьдесят лет возрождаясь в одном из потомков. И ждал. И готовился. Три сотни лет. Как тебе моя импровизация, Психомп, неплохо для древнего мертвеца? Не имея ни единой крошки силы бога — воплотится в Кандидате из своего рода. Обладающем даром Творца. Построить аж четыре больших мира. И, заманив тебя сюда целиком, отомстить, став еще и Создателем Мира. По-моему, план был превосходен. Его чуть не испортил этот вот смертный — он потыкал пальцем в свою-мою грудь, которому оставалось несколько мгновений до того, как он разорвал бы твою бессмертную душу в клочки. Ну так что. Признай поражение, Гермес-Меркурий-Психом-Странник!

— Нииикогдааа!

Я в этот миг таки напрягся, и смог пошевелить одним из своих пальцев на руке. Так. А теперь — целенаправленно вызверяюсь, раз уж в этом моя сила, и беру под контроль все свое тело. Дробовик сам прыгает в руку, но я не успеваю довести его до точки, где можно наконец то пристрелить эту мерзоту.

Лекс-Творец воплощается из ничего мгновенно и без спецэффектов, прямо между мной и поверженным Гермесом, и перехватывает мою руку в воздухе. Его тонкая кисть дрожит, и я по миллиметру продавливаю его вниз.

— ЭТО МОЯ ДОБЫЧА! ТЫ НЕ ОТПУСТИШЬ ЕГО!

— Погоди, погоди, да погоди ж ты. Стас. В тебе говорит ярость того, кем ты еще пока полноценно не являешься. Из-за этого все элементы брони влияют на твое сознание, из жажды мести за своего прежнего владельца.

— МНЕ все равно. Я хочу его смерти. Он убил моих друзей и моего побратима. И должен сдохнуть.

Мы боремся за право убить Странника, и я бы победил в этом противостоянии, если бы не грянул выстрел откуда-то справа. Рефлекторно отшатываюсь, падая на землю, и машинально отвечаю выстрелом из дробовика. Рефлексы, мать их.

Пуля из моего Гунгнира, та самая, которая осталась торчать в покореженном магазине, разнесла на куски голову стоящего на одном колене древнего существа, как гнилой арбуз. А мой ответный выстрел угодил в грудь стрелку, которым оказался… Виктор Херсон. Изуродованный и обгоревший, с остатками правой ноги, в окровавленной штанине волочащихся за ним. Он сумел выползти из-под обломков взорвавшегося меха. Доползти до моей винтовки, и прикончить Странника. Его свойством организма же были те же, что у дробовика — любой смертельный выстрел — убивает врага навсегда. Что ж, видимо у вассалов Странника были причины ненавидеть его настолько сильно. Теперь не спросить. Херсон и Гектор мертвы окончательно. А Лютерано…а Лютерано опять сбежал.

На лице Лекса-Кецаль-оатля проступило страшное разочарование. Он неверяще подошел к трупу своего древнего друга-врага, и вяло пнул его. Но даже я на своих слабеньких возможностях недобога ощутил, как после попадания пули Херсона в мир излилась огромная мощь, наделяя его дополнительной жизнью, и растворилась в окружающем. А уж Создатель. Точно должен был понять.

— Триста сука лет планирования. Раз за разом перерождаться в этих тупых лишенцах, дожидаясь мига, предсказанного Повелительницей Перекрестков. Годами корпеть над языками программирования и средами виртуализации, сплетая древние знания и технологию. Несколько месяцев провести в плену. Ради этого мига. И что? Победил Странника для всех — Воин Дорог. А добил… это все равно будет забыто. И скажут, что его добил тоже ты. А на деле — просрать все из-за какого-то сраного багованного НПС…я неудачник.

Он присел рядом со мной на обломок ящика, и достал сигарету, кустарно скрученную из чего-то пахучего. Прикурив от пальца, он глубоко затянулся, и по округе поплыл запах фазиса. Предложил мне, но я отказался, на что ответом было пожатие плечами, и еще одна затяжка.

— Задавай свои вопросы уже, что ли…

Эпилог

Блин. Столько вопросов.

— Это прозвучит банально. Но — а что дальше?

— ООО, я ждал этот вопрос. Ну дальше для меня — сидеть и не допустить катастрофы этого не худшего из миров. И еще трех соседних. Для твоего друга Локи — завоевывать себе новых верующих, творить подвиги. Короче, снова стать богом. Для твоих друзей, оставшихся везде, и врагов, сумевших сбежать — время, когда они смогут начать развиваться, а не быть роботами. А для тебя… реши сам. Мир жив. Но еще примерно полчаса я могу вписать в него любое развитие истории. Хочешь — отправлю тебя домой, и сотру воспоминания о Лексе Павлове из памяти всех. Директором ССГ тебе уже не стать, потому что игровые миры затерлись, но получишь от своего начальства большую денежную премию за спасение людей. Сможешь уйти с работы и заняться чем хочешь. Или же можешь остаться тут. Но тогда тебе придется окончательно стать Воином Дорог, богом-Защитником этого мира, и из нас двоих — ты будешь абсолютно свободен. Как Воин Дорог — ты можешь странствовать по всем дорогам, верша локальную справедливость своим Перехватчиком, снайперской винтовкой, молотом и прочим. Как бог — ты должен защищать мир от вторжения иных сущностей или от шалостей местных богов. Решай сам. Но учти. Чтобы стать Защитником — тебе придется пройти еще немало дорог, и отыскать Макса Рокатански. Ты должен получить его отказ от права быть богом, и сделать это лично.

— Стоп. Ты сказал, что Локи жив? Но как? Его же тут убил Гермес, я своими глазами видел.

Он начал раздражаться.

— Ну так посмотри внимательнее.

Я подошел к трупу своего недолгого приятеля и побратима, и перевернул его. Вместо насмешливой рожи Локи на меня смотрела мертвая, унылая и пустая рода Шакала, облаченного в доспехи Ареса. Кстати точно. Я протянул руку, и доспехи сами снялись с тела, запрыгивая ко мне в … инвентарь? Прикольно. Исчезли статы. Исчезли таймеры навыков, как и иконки — но я каким-то внутренним чутьем знал, как их использовать. А вот инвентарь остался, вызываемый теперь мысленным усилием. Как и когда Локи это провернул я вспомнил. Ведь бедный Коля был всего лишь мясной куклой с минимумом функций, созданным для того, чтобы стать аватаром Локи. А сам он просто сбежал в основное тело в момент смерти, и сейчас скорее всего несется сюда.

—Все, ты убедился? Давай еще свои вопросы, и думай быстрее. В действительности что бы ты не выбрал — действовать надо максимально резво, структура любого из миров терпеть не может таких вмешательств. И если в этом, еще не закостеневшем, любые мои действия пройдут легко, и просто впишутся в картину мира, то там, в теперь уже чужом — очень напряжённо. Еще и тамошним Защитником придется договариваться, драться с ним я не готов.

— Так. Ладно. Я подозреваю, что если я отвечу, что все же хочу пройти дорогу Воина до конца — то времени поговорить мы еще найдем? Поэтому. Первое. Ты можешь воскресить моих товарищей, павших сейчас?

— Я — нет. Ты — можешь. У тебя даже все средства для этого есть. Про одно ты стопудово забыл. Амулет. От окончательной смерти. Подаренный тебе в гараже Грохтаргом. Ты ж его Сате тогда отдал, не глядя, для “психологической поддержки”. Считай, что интуиция у тебя прокачана на 100 процентов. Дальше. Ланселот и не мертв, ты опять забыл, что он не человек. И снесенная башка всего лишь отключила питание. Ну да, придется покопаться чтобы починить, но... Я бог или нет? Он погиб, пытаясь спасти мое смертное тело…так что будет честно отплатить. Хех. Хорошо быть снова способным на чудеса. Я чет и подзабыл уже, как это круто. Так. Что еще? Макс? Он жив до тех пор, пока жив ты. Разве что полностью обнулился в плане памяти, но это к лучшему — перепиши его в соответствии со своими воспоминаниями о потерянной собаке, они для тебя до сих пор слабое место. Каюсь, мой косяк. Как и Локи, я большую часть жизни присматривал за тобой, хоть и не так близко. И все время было ощущение, что у тебя в организме наглухо сломана эмпатия. Ты играешь в эмоции, не испытывая их.

— Стой! Тот бомж в метро, у которого мы отобрали Бойца! Это же ты! Просто в рванье и типа пьяный…

— Угу. Заметь, ты тогда был абсолютно счастлив. А пес был болен еще до тебя, и ты его по-настоящему спас и вылечил. И — никакой там магии и прочее, только психология. А то, что тебе потом было плохо, когда он все же умер, и плохо двадцать с лишним лет от ощущения, что ты мог его как-то спасти — это называется любовь и эмпатия. И через это ты стал куда больше человеком. Я боялся, что ты замкнёшься — ведь сколько раз тебе выпадала возможность вновь завести собаку, вплоть до клона того добермана — ты так ни разу не повелся. Вместо этого пошел на войну. Но все в итоге к лучшему.

— Блин. В моей жизни хоть что-то из того, что было в ней важно — произошло без вашего вмешательства? Собаки — ты. Экстрим-спорт и магия— Локи. Война и фехтование — Арес. Увлечение играми и программированием — ты и Гермес. Я хоть что от сделал сам?

— Ага. Ты сам и совершенно самостоятельно отказался от привязанностей. Ты сам сейчас делаешь выбор. И …скажи честно, а ты чем недоволен? Тебя нигде, и никто не принуждал, просто подталкивали тебе под нос интересное с нашей точки зрения и полезное ЕСЛИ ты все же согласишься на предложение.

— Ой блин, психолог нашелся. — ворчливо отвечаю. — Можно подумать, ты не понимаешь, что я уже согласился. Выбор то мягко говоря отсутствует — там скукота, и отсутствие перспективы. Тут — целых четыре новых мира и работа не хуже, чем у сэра Макса в Ехо… стоооооооп…

— НЕНЕНЕ! Это ты сам тоже, я не при делах! И читал, и перся от всего ты самостоятельно, я такое не мог никак отследить, да и повлиять тоже. Вот твоя везуха там, в реале — это в половине случаев влияние кого-то. На войне — сразу и Ареса, и Локи, и Гермеса. В каких-то бытовых моментах — Локи. А я просто знал, что они будут подыгрывать тебе, и планировал, что это всё перенесется сюда, в виртуал, в виде цифрового слепка, никак не зависящего от НИХ. И в итоге — ты самый везучий сукин сын во всей этой игровой вселенной. Никак, заметь, не обязанный за это никому.

— Ладно. С этим понятно. Так что надо то от меня теперь, чтобы решить вопрос с становлением этим вашим…Защитником?

— Ну как. Тебе надо пройти путь поиска и становления, все как полагается в хорошей сказке…

— А тогда что это было тут, в Эртане?

— Ну…ты только не обижайся…это была песочница. С циферками. Еще и тщательно расчерченная Странником, которому нужно было принести в жертву не просто душу человека-кандидата, а ему хотелось влить в мир сразу же побольше силы. Душу почти что сформированного бога. Так что тебе подыгрывало все. И твои “домашние заготовки” и его “дорога из крошек” в виде снаряжения бога. А теперь тебе надо по-настоящему. И не тут. Тут ты слишком силен.

— Слушай, как тебя, Кецальковатль…

— Давай ты будешь меня называть или Лекс или просто — Творец. Кецаль умер 300 лет назад, и не стоит ворошить его прах.

— Хорошо, ЛЕКС. Выражайся пожалуйста попроще. Пафосное “путь поиска и становления” звучит прекрасно, но можно мне гайд какой-то.

— Гайд. Ха…Ты все-таки слишком человек и геймер. Что ж. Вот тебе гайд. Если ты готов — я отправлю тебя туда, куда ушел в поисках тихой жизни Макс Рокатански. И ты должен по лучить у него благословение на становление Защитником. Все. Ах да. Там намечаются серьезные проблемы, из-за которых мир в той части может быть сильно изменен в пользу зла. Так что я, как творец, обязан вмешаться. И я вмешиваюсь. Посылая туда тебя.

— Так, стоп. А где мои бонусы как посланника высшей силы?

— Ну ты наглец. Бонусы говоришь? Окей…твоя снаряга. Та что досталась с таким трудом — она остается твоей, и перенесется, хоть и в измененном виде. Даже свойства дробовика сохраню. И твои друзья, без которых ты бы тут не потянул. Ланселот, Сата, и, наверное, этот наемник. Придется его воскресить. Они идут с тобой. Вот твои бонусы. Готовая группа — паладин, маг, целитель и ассасин. И предметы, которые нельзя украсть, зато можно улучшить.

— Мне как-то не нравятся эти слова…паладин, целитель… ты куда нас отправишь то?

— В магическое средневековье, куда еще? Я зря что ли его придумывал!

— Ненавижу фентези…

Но на этом месте картинка поплыла, и мехдвор растворился в моих глазах, затягиваемый пеленой…из которой рывком проступил песчаный пляж, на котором я лежал, раскинув руки. Но это уже совсем другая история.

Интерлюдия последняя

И после этого во всей этой истории выставляют злом — меня. Несправедливо.

Слушай, братец. Я и так нарушила кучу правил, изменив для тебя будущее. Вообще, так то , ты мертв.

Ну они в этом и так уверены. А то, что я забрал ВСЕ вложенное в Херсона, включая изменения способностей — узнать не удастся, Воин Дорог молодец и сильно нам помог, угробив его из своего монстробоя.

Вот и наслаждайся. Твой враг думает что ты мертв. Используй полученную возможность с умом, и не просри ее на никчемную месть.

Поверь, я использую ее даже не в этом мире. Пусть Кецаль, Локи и Стас наслаждаются своей победой. А я — своей.

Вот сейчас не поянла.

Ничего, поймешь. Через десяток секунд мир разделится навсегда. И я не планирую остаться в этом.

— Эй, а как же я, ведь если ты уйдешь из этого мира — моя сила рассеется…

— Что ж, тогда ты умрешь и не сможешь выдать меня…

В эту секунду на Земле в датацентре расплавились поэтапно все ядра многопроцессорной сборки, уничтожая все, что создал на стуке магии и технологии бывший бог. Во всех капсулах, кроме одной, тела людей начали растворяться в воздухе, не обращая ни малейшего внимания на действия окружающих их специалистов. Та же судьба постигла бы и тело Стаса. Но в момент растворения оно как будто раздвоилось. Часть — утекла золотым ручейком куда-то из этого мира. А вторая — осталась лежать в капсуле, и открыла глаза.

Эх. Я уже и забыл, как это прекрасно, взаимодействовать с миром напрямую. Можно почесать макушку, можно вдохнуть мерзкий воздух…можно наколдовать себе молнию…молнию? Черт, а где магия то???

Конец. 30.01.2023.

П.С. от автора.

Я когда нибудь, и даже скорее всего в 2023 году вернусь к Стасу. Но это 1) Не будет ЛИТРПГ 2) Не будет требовать обязательного прочтения этого цикла книг 3) Будет фентези

П.С. 2

И про Гермеса и его попытки вернуть магию на землю — будет ну как минимум еще один цикл, я его придумал — но это позже. Пока я хочу попробовать себе в нормальной боевой фантастике. Без наворотов кучи вселенных и без ЛИТРПГ-системы. Ожидайте через пару месяцев новую книгу. Анонс будет в блоге и в группе ВК https://vk.com/gamersrescueforce

Content

Грохт Александр Kyvernítis (СИ)