Холодный мадригал Селены

Глава 1

Другая Земля

В сердце что-то кольнуло, когда я увидел в орудийной панораме знакомый и родной силуэт тридцатьчетвёрки, не башня дергаясь стала разворачиваться в мою сторону и я совместив перекрестие, отскочил и дёрнул за шнур спуска французской старушки после модернизации ставшей арийской 7,5 cm PaK 97/38. Снаряд вошел под башню, именно туда куда я и метился, и когда рванувший боезапас, подкинул в воздух башню с знакомым до боли силуэтом, в спину мне что то ударило. Я обернулся и увидел майора Бвангу с дымящимся пистолетом в руке, затвор которого он лихорадочно пытался передернуть, видимо этот дебил опять не почистил оружие. Превозмогая боль, я выхватил свою любимую Беретту и выстрелил с предателем одновременно, я еще успел увидеть как сверкнуло пламя на срезе ствола его Манурина* и как мои пули разнесли его голову, а потом наступила тьма…

Очнулся я в абсолютно непонятном, но смутно знакомом месте… я полулежал пристегнутым в явном кресле, на мне был шлем с прозрачным забралом, вокруг было тесное пространство с большим иллюминатором и приборами вокруг него и я вдруг вспомнил Пионерский отряд космонавтов и как нас возили в Центр подготовки полётов и показывали тренировочные спускаемые модули и судя по звездному небу в иллюминаторе, я был именно в таком, только в реальном. И тут у меня в голове зазвучал голос… Майор, ты погиб на той Земле, а на этой умер космонавт в аварийном модуле потерпевшего катастрофу Лунника. Ты теперь находишься в теле этого космонавта из Советского Союза, который на той Земле продолжает существовать. В этой истории переворот Хрущева в 1953 году не удался, Берия сделал ход на опережение и Хрущева и Маленкова пристрелили прямо на заседании Президиума ЦК, Булганина повесили как шпиона, Каганович и Микоян вывернулись, Жуков погиб в Берлине от рук вервольфов, министром обороны стал Рокоссовский.

Китай остался, в составе двух Китаев, Гоминдановского и Коммунистического, и ещё Маньчжурской народной республики по типу Монголии. Япония была практически уничтожена атомными бомбардировками, а после бактериологического удара с подводных авианосцев И-400 по Нью-Йорку, Лос-Анджелесу и Сан- Франциско в Северной, да и в Южной Америках, начались эпидемии, хаос, раздрай и междоусобицы. СССР был на сегодня единственной космической державой и в начале XXI века начал Лунную программу запустив автоматические спутники Луны и два Лунохода. Но с посылкой обитаемых аппаратов не заладилось… аварии были при старте, а после первого удачного старта и выхода на орбиту обитаемого комплекса со спускаемым аппаратом, на Луной орбите, произошла катастрофа и сейчас, единственный живой землянин в окрестностях Луны, это я и мне надо попасть на Луну и найти не больше, не меньше, Центральный пост этого космического комплекса, ибо Луна, это огромный исследовательский корабль, зависший на орбите Земли, много тысяч лет назад и теперь на нём может пойти в разнос главный реактор, если его не переключить в другой режим и финал может быть для этой Земли катастрофичен, и возможно и для других миров, ибо эта Земля, является ключевым звеном. Ну и системы защиты Луны, до сих пор частично работают и главная космическая станция-корабль экспедиции в которой участвовало мое новое тело, попало под удар. Спускаемый модуль сработал, как спасательная капсула и опустился в нужном мне квадрате. Он был набит пайками, оружием и кислородными капсулами, кстати бывшими изобретением китайских товарищей, они применяли их на высотных самолетах и одной такой капсулы, хватало на сутки, в автоматический патронташ на скафандре влезало ровно две дюжины, плюс одна в системе. Больший размер капсулы не получался, ибо тогда на порядок увеличивалась защита оболочки и прочность капсулы. Когда я наконец прилунился, то вдруг отчетливо понял, что старая жизнь закончилась для меня на всегда, а новая висит на волоске.

Манурин 7,5 cm PaK 97/38, французский револьвер, состоял на вооружении жандармерии.

Глава 2

Лунная принцесса

Старший полковник Мейфенг Чжаоцзюнь была самой молодой женщиной старшим офицеров в НОАК. Свое звание она получила за боевые заслуги, майора, она получила во время Маньчжурского инцидента, когда на самолёт с делегацией из Пекина, напала эскадрилья заговорщиков и она сбила два самолета террористов, а третий таранила. А внеочередное звание старшего полковника, ей дали за серию воздушных боев во время операции «Морской лотос», по высадке десанта на Тайване. Тогда она сбила четыре гоминдановских самолета и разнесла диспетчерскую башню аэропорта Тайбея.

А потом ее вызвали в штаб ВВС НОАК, а по дороге завезли в неприметное здание, где в кабинете находящемся на минус пятом этаже, с ней имел беседу товарищ из ЦК. Он объяснил товарищу старшему полковнику что нынешняя политическая ситуация требует экспансии на Луну и отныне Мейфенг Чжаоцзюнь является, командиром Двойки тайквонавтов, из секретного проекта Луна. Эта тайная космическая китайская программа была создана благодаря профессору Джану, американскому ученому, но этническому китайцу при этом. Когда Соединённые Штаты стали рушиться, камердинер профессора Джин Лан, он же майор ГУР ГШ НОАК, устроил эвакуацию в Китай, на трех грузовых кораблях, всего Исследовательского космического центра вместе с персоналом и оборудованием, из Калифорнии в Шанхай. (За эту операцию Джин Лан получил орден Ста красных знамен и чин старшего полковника).

Ее спускаемый аппарат, будет замаскирован в автоматическом космическом корабле фотографирующем обратную сторону Луны, запущенном с секретной базы в Тибете, (причем эта база, как оказалось, была древним космодромом Мхатм). Мейфенг Чжаоцзюнь с напарником, должны были спуститься на поверхность Луны в определенном квадрате и произвести там разведку. На старинных узянях* (причем дощечки были не бамбуковые, а из неизвестного металла похожего на титан), обнаружена полная карта Луны, где возле кратера Стефана был обозначен вход в явно искусственный объект.

А потом товарищ из ЦК, дав старшему полковнику подписать несколько строгих бумаг о не разглашении, затронул неожиданную тему…

'Мы с вами коммунисты товарищЧжаоцзюнь и следовательно сторонники диалектического материализма и атеисты. Но мы китайцы и для нас очень важно и наследие предков, а вы относитесь к потомкам принцессы Мейфенг Чжаоцзюнь, известной также, как Дочь Луны и это помимо вашего блестящего послужного списка, послужило выбору вашей кандидатуры. Вы должны будете определить вход в нижние уровни Луны и подготовить его к следующей экспедиции, а при возможности проникнуть внутрь, но не углубляться.

Станция Красный восход 101, была сбита сразу же, как зашла за срез видимой части Луны. Последнее что помнила девушка это вспышка и мощныймудар сминающий корпус корабля, а потом темнота. Очнулась она на поверхности Луны, сидя в спасательном кресле. Система жизнеобеспечения сработала штатно и сразу после катапультирования, вместе с реактивными тормозами сработала автоматика и подача воздуха сменилась с внешней на внутреннюю. Но из воздуха в скафандре было только одна капсула, хоть и повышенного объёма, был еще литровый запас концентрированного питательного препарата в гранулах, каждая из которых утоляла жажду и голод на 12 часов, и плюс работала замкнутая система регенерации естественных отходов, дающая некое НЗ продления существования. Сохранились солнечные батареи и на скафандре и аварийные на кресле. Но со связью было никак… аварийный радиопередатчик был утерян в процессе катапультирования, а штатный приемопередатчик скафандра был физически уничтожен.

Тайквонавтка была китаянкой, а следовательно фаталисткой, и посему, несмотря ни на что продолжая выполнять задание, она начала методично исследовать квадрат, возвращаясь ночевать в кресло, и уменьшая до кризисного минимума потребление воздуха на время сна.

И однажды ей приснился сон, в котором она в старинных одеждах принцессы идет сквозь лунные пейзажи и ей слышится хор голосов славящий Лунную принцессу и тут она поняла, что больше не проснётся.

Цзань. Образец древнекитайской письменности, на бамбуковых или деревянных дощечках.

Глава 3

Бункер

Я ехал по Луне на велосипеде, да да, именно на велосипеде, гениальном изобретении советских конструкторов. Кардинально и скрупулёзно рассчитанная кинетическая система, с кучей Маховиков, пружин и противовесов, идеально подошла к местному черно-белому велотреку. И вообще, как оказалось в этом Советском Союзе, космическая наука работал всерьёз и на перспективу. Помимо велосипеда, у меня на поясе скафандра висели две кобуры с лазерными пистолетами Лунник 82 П и Лунник 82 Р. Один из них был восьмизарядным пистолетом, а другой, что характерно семизарядным револьвером. Стреляли эти лазерные карамультуки, специальными десятимиллиметровыми пиротехническими лампами вспышками. Я когда увидел этот космический револьвер очень похожий на Наган, то сразу вспомнил карамультук Хана Соло.

И тут я почувствовал, что нечто мелькнуло справа от меня, я повернул туда голову, но ничего не увидел, но вспомнив постулат моего первого командира, на тему того, что чтобы не показалось в боевой обстановке, это обязательно имеет какую-нибудь материальную основу и я стал ездить взад вперед по этому отрезку маршрута и таки преуспел в своих поисках. Я наконец засек какой-то смутный объект мелькавший в боковом зрении. Взяв правильный вектор, я повёл в ту сторону своего верного бицыкла и был вознагражден чем то вроде дота, с мягко мерцающим входом и с определенным «старшинским зазором» это место совпадало с отметкой на копии старинной карты добытой нашей разведкой в каких-то далях. Вход в этот непонятный бункер закрывало какое-то поле. Я достал из подсумка универсальный анализатор, жутко навороченный и не менее жутко секретный прибор, за который мой носитель расписался в десятке строгих бумаг. Я выдвинул телескопический щуп и прикоснулся им к мерцающей поверхности. На панели загорелся зеленый датчик, я продвинул щуп дальше, но цвет не изменился, а на экране побежали ряды букв и цифр, сообщавшие, сто там внутри безопасно и есть даже воздух пригодный для дыхания, без каких либо болезнетворных бактерий и ядовитых вкраплений. Я смело шагнул вперед не выпуская из рук свой экипаж и оказался в просторном и уютном помещении, чем то вроде прихожей с соответствующей мебелью и большими дверями в дальнем конце. Причём помещение внутри выглядело гораздо большим нежели снаружи. Тут было чисто и комфортно, и только одно выбивалось из общей канавы, двкхглавый скелет на полу. Помимо огромных дверей в конце помещения, тут были еще три двери. Но прежде, чем я туда заглянул, из под потолка загремел низкий бас, выдавший фразу на незнакомом мне языке. Я вежливо объяснил что говорю в основном по русски, ну могу ещё по английски и немецки пленного допросить, не больше. И тут этот голос заговорил по русски, причем явно с московским аканием.

Мне объяснили, что если я, не назову пароль, то предбункер будет стерилизован. И тут у меня в голове вспыхнула абсолютно нечленораздельная транскрипция, нечто вроде «бляйбенкугельлопедевегаоглыаляулю», которую я старательно произнес и получил ответ, который меня вельми порадовал… меня назвали офицером, подтвердили допуск, попросили ввести свой пароль и назначить режим охраны и допуска, чем я и занялся. Паролем я выбрал номер своего первого автомата, с которым принимал Присягу на площади Советской Армии в Свердловске — АКМ ПВ-6234.

Я сразу же оформил допуск только на себя и отменил любые другие формы доступа. Кстати я попал внутрь благодаря совпавшей с автодоступом модуляции своего прибора, так что данный режим я заблокировал первым делом, ну не нужны мне подобные случайности. Большие двери были входом на базу, а малые входом в жилой комплекс и камбуз. В камбузе был склад продуктов глубокой заморозки и автоматическая кухня, запас из нескольких картриджей к которой был складирован в большой дерсин камере, где время было остановлено, помимо холодильников были такие же камеры с продуктами. Экипаж станции состоял из хомосапиенс и церберов, искусственных биороботов, скелет одного из них и находился в этом помещении. Энергия шла сюда от реактора станции, и так же централизованно поддерживалась атмосфера во внутренних помещениях. Но увы,Робот-привратник, с которым я общался, заведовал только «прихожей», что касается самой станции, он мог только открыть мне вход в нее, но предупредил, что уже несколько сот лет, компьютер ЦУП не отвечает.

Я предал прах почившего стража в маленьком кратере неподалёку и решил проверить камбуз, ибо питательные капсулы это хорошо, но душа требует и домашней пищи.

Как я понял Луна была межпланетной исследовательской станцией и посему в ее электронных мозгах накапливались данные по всем исследованным мирам и как я понял, информацию с Земли она продолжала получать.

Я быстро разобрался с камбузом, благо подсказки и инструкции звучали акустически в ответ на любые мои действия и вопросы и через час, я уже наворачивал борщ со сметаной на первое, пельмени с горчичкой на второе и крепкий чай с эклерами на третье.

Малость передохнув, я решил, прежде попыток пойти внутрь станции, провести крайний разведывательный поиск на окружающей местности, и на пятом внешнем концентрическом кругу обнаружил одинокого космонавта дремлющего в кресле. А на его скафандре алел китайский флаг.

Глава 4

Лунные близнецы

Кроме символики мы были с коллегой практически близнецами, ибо китайский скафандр был практически копией нашего и память моего реципиента сразу выдала мне ТТД и ТТХ скафандра. Увидев на панели, что воздуха остался один процент, я поменял на скафандре капсулу с воздушной смесью, погрузил тело китайского космонавта на багажник своего лунного бицикла и вернулся в бункер. Там я перетащил тайкванавта в один из жилых кубиков и там разоблачил его от скафандра и был поражен в самое сердце… космонавт оказался девушкой неземной красоты, китаянкой естественно.

На ней было такое же впитывающее белье, как и на мне, так что я не стал разоблачать ее окончательно, а уложил в расстеленную постель и пошел на камбуз, приказав привратнику, за ней приглядывать.

В кухонном автомате я заказал пельмени и китайский салат с фунчозой и индейкой. И тут Привратник сообщил мне, что китаянка очнулась, одела универсальный комбинезон из местного гардероба, который я ей оставил, достала из скафандра кинжал и идет с ним в сторону камбуза и попросил инструкций, которые и получил… я приказал локализовать гостью в тот момент, когда она войдет на камбуз. Передо мной вспыхнул маленький виртуальный экран в котором я наблюдал стройную фигурку тайкванавтки грациозно и бесшумно перемещающуюся по бункеру с ножом наготове. Я нарочно загремел столовыми приборами и она взяла курс на камбуз, вошла туда и оцепенела, причем не фигурально ибо ее сковало силовое поле защиты. А я закончив сервировку, повернулся к гостье и на чистом ханьском диалекте (который как выяснилось знал мой носитель) предложил прекрасной незнакомке, повесить меч войны, на шелковую превязь мира и откушать с благородным воином, вообще-то спасшим жизнь китайской красавице, после чего отключил силовое поле.

Мейфенг Чжаоцзюнь, отказавшись поначалу от сливового вина и отдав должное пельменям и салату, узнав что они с русским на Луне вдвоем и сюда больше никто не попадет и только от них зависит будущее и Луны и Земли, махнула залпом два бокала, после чего они с майором стали керосинить на равных.

Проснулся я в своих новых апартаментах, в спальне коменданта Бункера, я пребывал на шикарной постели, одежды на мне не было от слова совсем, прижавшись ко мне на моем плече почивала тайквонавтка, так же без признаков одежды, причём она закинула на меня ногу, видимо что бы я никуда не делся.

Но побудили меня не ласки моей лунной подруги, а голос Привратника в голове, который доложил, что приказания товарища коменданта выполнены, тридцать один бункер из тридцати двух поставлен на усиленный охранный режим, главная автономная система обороны, согласно закрытому протоколу, стала действовать в режиме постоянной охраны высшего уровня. Данной станцией-планетоидом управляло три искина… главный из которых сдох включив на прощание автономный отложенный режим самоуничтожения, искин внешней обороны станции заработал в автоматическом режиме, который может отключить только главный искин, а Привратник, к счастью признал меня комендантом и тем самым спас жизнь двум Лунным близнецам. Но теперь, судя по тому, что рассказал мне Привратник, ни один летающий объект, на Луну больше не сядет. Была и хорошая новость, вернее две… аварийная система жизнеобеспечения станции, обеспечивая воздушную внутреннюю атмосферу и стазис на складах, будет действовать еще как минимум тысячу лет ) если конечно раньше не сработает система самоуничтожения). Ну и чип Коменданта, является ключом ко всем дверям станции, кроме системы безопасности.

На а я разбудил свою лунную принцессу, запахом кофе, который принес ей а постель.

Глава 5

Кофе в постель

Мей проснулась и сначала не поняла где она, но потом нахлынули воспоминания… посадка на Луну, потеря сознания в ожидании смерти, пробуждение в непонятном помещении русский космонавт, ужин со сливовым вином и сумасшедшая ночь, во время которой она испытала наслаждение, которого не испытывала до этого никогда. Нет, ей было тридцать лет и она успела побывать замужем за летчиком, капитаном из их полка. По поводу замужества с ней был серьезный разговор в Парткоме, где ей объяснили, что для серьёзной карьеры, ей коммунисту и офицеру ВВС НОАК не гоже быть незамужней. Секретарь парткома процитировал ей слова председателя Мао о том, что «Женщины держат половину неба», то есть, чтобы небо было целым, у женщины должен быть муж. Мейфенг Чжаоцзюнь пробыла замужней женщиной четыре месяца, а потом ее муж погиб в авиакатастрофе, его самолет разбился при посадке. Мей не любила мужа и секс с ним не доставлял ей удовольствия, и редкие связи потом, тоже не блистали яркими ощущениями, но то что она испытала с этим русским, было настолько потрясающим, что она поняла, что без этих новых ощущений, она не сможет теперь жить и русский майор Владимир Лукошков, навсегда вошел в ее жизнь и это ей нравилось, не как коммунисту и офицеру, а как влюбленной женщине. И тут отошла в сторону дверь отсека и в проеме появился улыбающийся незнакомый космонавт с подносом, на котором парили чашки с кофе и стояли вазочки и тарелочки с какой то снедью. Но когда незнакомец голосом Владимира сказал что эта шутка встроенная, в забрало скафандра и вместо простоватого лица, снова обозначились ставшими такими родными брутальные, но симпатичные черты. Они долго смеялись после этого.

После завтрака, как то само собой, они перешли к страстному десерту, а потом лежали обнявшись, и разговаривали, разговаривали, разговаривали…

Меня немножко напрягала ситуация в плане взаимного доверия. Я, понимал, что с Луны нам не вырваться, и был уверен, что теперь моя, главная задача это реактор. Но вот как дальше поведет себя Мей? Ведь мозги китайским офицерам промывали капитально. И я прямо спросил Мей, насколько мы можем друг другу доверять и она в ответ нежно меня, поцеловала, а потом рассказала историю своей семьи…

Ее родители были Красными оохранникам Великой пролетарской культурной революции, по простому хунвейбинами из Пекинского университета. Они прошли все стадии Культурной революции от «Огня по штабам» до бойни в Гуйлине. Они были единственными выжившими из Пекинского отряда и потом вместе же попали на исправление в деревню, на десять долгих лет. Там у них родилась дочь но тут пошла волна арестов тех испытуемых которые занимали руководящие посты у хунвейбинов. Отец Мей был заместителем командира отряда, мать, полит-бойцом. Мей был один год, когда родители отдали ее в семью подруги матери бывшей замужем за чином из безопасности, который провел Мей по документам, как удочеренную из детского дома. А когда Мей исполнилось шестнадцать лет, ей отдали письмо отца и дневник матери, предупредив, что после прочтения этих документов их надо сжечь. Прочитав правду о Культурной революции и о трагической судьбе хунвейбинов, Мей получила огромный иммунитет от любой государственной пропаганды. Она стиснула зубы и посвятила себя карьере в армии и вот сейчас, она наконец смогла почувствовать себя по настоящемусвободной и вдобавок любящей и любимой, так что выстрела в спину я могу не опасаться.

Все закончилось бурным сексом, а потом мы стали обсуждать свои дальнейшие планы…

Привратник Бункера, вежливо постучав в дверь ( по крайней мере такой звук раздался в динамике). Я из озорства, валяжно протянул «Еingehen» с баварским акцентом.

Привратник Бункера, вернее его аватара-голограмма, был в парадном мундире и это было следствие моих действий, как коменданта. Разбираясь в опциях управления бункером, я наткнулся на режим Аватары, для местного мини-искина и включил его, для Привратника и тут выяснился один камуфлет… Мало то, что Привратник мечтал о данной опции, но он имел связь с другими мини-искинами и похвастался перед ними «обновкой», после чего они возжелали подобного же (эти искины обладали рядом человеческих эмоций), а так, как данную опцию мог включить только комендант, они все признали комендантом меня. Самое главное, что я получил браслет планетарной связи с двумя репликами. Теперь я по виртуальной карте знал где находятся объекты управляемые мини-искинами и мог связаться с любым из них. Наш лунный анабазис мы решили начать с «баталерки», стратегических складов продуктов.

Глава 6

Баталерка

Привратник Бункера был не один, с ним был Привратник Баталерки, который должен был нас сопровождать в эти закрома. Согласно первоначальной установке экспедиции, Луна должна была озаботиться атмосферой, провести элементарное терраформирование и заселиться модифицированными хомо с Земли, но все пошло в разнос, случилась авария, заключил главный искин, погиб персонал. А вот всевозможные запасы на первое время, остались, хоть и не целиком, и Баталерка была продовольственным подразделом этого супер-склада. Мы с Ней облачились в скафандры и Аватара Привратника Баталерки, повела нас на экскурсию.

К сожалению, я не мог воспользоваться своим Лунным велосипедом, ибо протокол безопасности не допускал в недра станции, механизмы снаружи, а система порталов была деструктирована сбоем транспортного искина, который после сбоя самоликвидировался.

Мы долго шли по уходящему вниз тоннелю, куда из бункера вел массивный бронированный шлюз, пото через второй такой же шлюз, вышли в огромную пещеру, где то тут, то там, то тут виднелись останки двухголовых скелетов. Как сказал Привратник, после того как главный искин пошел в разнос, био-служители взбесились по всей станции и перебили весь хомо-экипаж, но без руководства искином они не смогли восполнять энергию и в конце концов все погибли. Но в недрах Луны образовались необслуживаемые секторы, там не работают приборы наблюдения, и по косвенным данным там что то происходит. А потом перед нами открылись закрома Баталерки…

В прошлой жизни, я бывал на складах Госрезерва и что особенно заполнилось, так это горняцкая клеть в которой мы спускались на глубину полутора сотен метров, ржавые стены шахты (на ржавчине оказывается лучше видны протечки), жуткие герметические двери-ляды, и бесконечные штабеля ящиков и коробок с индексами, содержание которых являлось Гостайной. Еще помню поразил аккуратный поселок на поверхности, ни чем не намекающий на гигантские хранилища под ним.

Тут же общим с Госрезервом были только стальные двери. Из пещеры в разные стороны вели уже горизонтальные тоннели и вели они в большие пещеры, где в стазисе хранились всевозможные продукты. Браслеты связи, которые нам дал Привратник, локализовали нас от стазис-поля и мы смогли спокойно осматривать этот «Гимн прапорщиков с продсклада».

В «консервной» пещере были в ящиках, коробках и просто в штабелях всевозможные консервы. В рыбном разделе была икра всех сортов, причем черная икра была и иранская и советская, сардины были всех стран и народов, шпроты и килька в томате также присутствовали. Был даже балык форели из генеральских пайков.

Мясные консервы представляли в первую очередь тушенку всех сортов, от «Второго фронта» до венгерской консервированной ветчины.

Ранцы наших скафандроф были набиты энергетическими капсулами, запасными обоймами к скорчерам и питательными ампулами, каждая из которых выдавала объём калорий, равный обеду из трех блюд и десерта и заодно утоляла жажду на весь день. Скорчерами были карамультуки из арсенала Бункера, трехмиллиметровые автоматические девяносто зарядные пистолеты, с пулями трех разновидностей:

Для поражения обычных целей (аналог по мощности 12,7 мм);

Для тяжелых целей (аналог сорокопяти миллиметрового снаряда) и парализующие объекты до двухсот килограмм.

Как сказал Привратник, это полицейское оружие с одной имперской планеты, которой уже не существовало. А когда я спросил как же с таким оружием Хомо неотбились от взбунтовавшейся прислуги, Привратник объяснил, что офицер безопасности, который должен был сбросить коды допуска к арсеналам, погиб первым и не успел объявить особое положение, по которому коменданты имели право допуска к арсеналам. Короче, бюрократический бардак не нов в любой вселенной.

Глава 7

Водка и бициклы

Что еще было заковыристым в этих закоулках обжорства, так это прорубленные в стенах пещер хранилищ, грубые окна типа замковых, и в этих окнах вид на города от фантастических до вполне узнаваемых Парижа, Лондона и даже Москвы, причем земные столицы явно относились к ХХ веку и кстати чучела солдат в форме обеих Мировых войн в отсеке забитом армейскими пайками всех тогдашних серьезных армий, наводили мысли на то, что искин готовящий станцию к полету, не только знал историю нашей Земли, но и неровно дышал к временам Мировых войн. И еще что было интересным, во всех продуктовых отделах были банки с консервированной водой. Кстати эти залежи армейской жратвы напомнили мне эпизод из Ремарковской книги «На Западном фронте без перемен», где Пауль Боймер и его друзья охраняли продуктовый склад и еще один эпизод вспомнился из прошлой жизни*.

Мы с Мей решили взять по несколько банок наиболее вкусных консервов и Привратник Баталерки сразу предложил нам две тележки с велосипедными колесами и у меня сразу возник законный вопрос, а есть ли в этом заведении сами велосипеды, на что искин включил виртуальный экран со схемой и ткнул виртуальным перстом в точку в паре километров по нашему маршруту, добавив, что склад бициклов аккурат рядом с алкогольной баталеркой. И я понял, что местным искинам надо задавать вопросы с более высокой эвристикой, а то много информации останется за бортом.

В принципе нам не особенно было нужно загружать тележки деликатесами, ибо помимо наших питательных капсул, по всему маршруту были «Караулки» с камбузами в кубриках, но мы с прекрасной Мей были боевыми офицерами, и вельми ценили доп-паек в боевой обстановке.

Загрузив тележки что ни сколько их в виду малой лунной силы тяжести, которая внутри станции была 0,7 от земной, их не перегрузило мы двинулись вперед по маршруту. Атмосфера внутри станции была везде, но мы естественно путешествовали в скафандрах, хотя и с открытыми забралами. До склада бициклов мы дошли без приключений, если не считать вид местных искинов. Бициклист был в рыцарских латах, прием был практически был вмонтирован в велосипед и не дожидаясь вопросов, предъявил голограмму книги Марка Твена «Янки при дворе короля Артура», а алкогольный искин имел видимость трактирщика из наемников времен столетней войны, но и он удивил… В его алкогольных хранилищах присутствовали куклы знаменитых военачальников Второй Мировой…

Имперские маршалы Хадзимэ Гэн Сугияма и Бернард Лоу Монтгомери Аламейнский (он же Монти), четырехзвездный генерал Джордж Смит Паттон-младший по прозвищу «Старые кровь и кишки» со своим знаменитым бультерьером Вилли Уиффлом, бригадный генерал Шарль Андре Жозеф Мари де Голль, генерал-фельдмаршал Фриц Эрих Георг Эдуард фон Манштейн фон Левински, был там и рейхсфюрер СС Генрих Луитпольд Гиммлер, я даже сначала удивился, каким образом он зашел в ряд военачальников, но вспомнил, что в составе Ваффен СС, лучших войск Гитлера подчинявшемся ему был почти миллион штыков, а сам Гиммлер командовал группами армий «Висла» и «Верхний Рейн», я понял логику безвестного складского администратора. Ну и как изюминка на торте, маршал Победы, Георгий Константинович Жуков. Причем каждый из военачальников украшал отсек со своими национальными напитками… (Кукла Гиммлера кстати, украшала пивной отсек). Ну а потом мы выбирали себе велосипеды, увы моторных бициклов тут не было, хотя это было даже полезно, ибо тело в условиях пониженного тяготения, надо тренировать не только сексом. У Привратника, который трактирщик, помимо булькающих амброзий был спец-отсек с элитным закусоном, который соседствовал с армейскими пайками Второй мировой. И посмотрев на Мей, вертящую в руках пайковый блок десантников Люфтваффе и еще раз кинув взгляд на кукол Монтгомери и Манштейна, стоящих у входа в свои отсеки, я снова вспомнил тот напомнивший ими, эпизод из былого…

*см. главу 8, «Шнапс, карабин Маузера и пустыня»

Глава 8

Шнапс, карабин Маузера и пустыня

Сэр Эдмунд Чарлз Ричард Смайт — пятый граф Гетиленд был в плену у немцев четыре раза. Первый раз в мае 1940 года во Франции. Будучи на рекогносцировке, попался патрулю Вермахта, но был освобожден через несколько часов танкистами полковника Де Голля. В декабре 1941 под Бенгази его захватила батальонная разведка одной из частей Роммеля, но через неделю Бенгази пал и Смайт опять получил свободу. В феврале 1943 его машина заблудилась в песках, и снова Сэр Эдмунд попался в силки солдат Лиса пустыни, был отправлен ими в Тобрук, и только в мае 1943 снова получил свободу. В 1945 году, в начале января, капитан Смайт оказался последним пленным, которого взяли немцы во время Арденской операции, ему очень повезло, что на штаб полка Вермахта, где его допрашивали, напали польские коммандос. Учитывая то, что в Британской армии плен не является преступлением, Смайт даже имел некоторый карьерный рост, чему конечно способствовали родственные связи в Лондонском истеблишменте.

После войны майору Смайту предложили работать в Британской военной администрации в Германии, но он отказался. Немцы, причем в любой форме, очень сильно действовали на его психику. Приехав через десять лет после войны в Берлин, Смайт увидев солдат ННА ГДР в такой знакомой до дрожи форме, полностью потерял над собой контроль и, сказавшись больным, срочно улетел в Лондон. И вот, ответственный сотрудник Форин Офиса был отправлен в Африку с важной миссией. В Тунисе, недалеко от Гадамеса, нашли останки Британских военнослужащих времен Второй Мировой войны, и в комиссию нужно было включить Британского дипломата, Смайту как раз нужна была какая-нибудь успешная и значительная поездка, ибо близились награждения и для получения какого-нибудь ордена новые заслуги были необходимы. В экспедицию, помимо охраны и военного патруля, вошла девушка-переводчица из Миссии ООН, очаровательная австрийка Эрика Инкварт. Колонна из четырех «роверов» попала в песчаную бурю, и машина, где были Эрика, Смайт и водитель осталась в одиночестве. Учитывая, что единственный компас сломался, ООНовский экипаж покатился совсем в другую сторону. Короче, когда кончился бензин, на горизонте показался оазис. Водитель остался у машины, а Эрика и Смайт пошли за помощью. Чем ближе они подходили к оазису, тем тревожнее становилось у Смайта на душе. Дежавю услужливо показывало картины тридцатилетней давности, и не самые благостные. В тот раз ведь он тоже заблудился в пустыне, а что из этого тогда вышло… Вот девушка и дипломат почти вплотную подошли к Оазису. Им показалось, что звучит какая-то музыка, эта музыка звучала все громче, и вместе с ней стали слышны слова какой-то смутно знакомой песни. ПЕСНЯ БЫЛА НА НЕМЕЦКОМ! Как только Смайт понял это, колени его ослабели. На пятачке, среди пальм, был какой-то непонятный бивак, состоящий из пары палаток и неизвестного сооружения, напоминающего вход то ли в ДОТ, то ли в бункер. Возле распахнутого входа в бункер орал патефон, и люди, в немецких тропических касках и песочного цвета кителях Роммелевского покроя, самозабвенно распевали слова: «Вир Альтер аффен — ист вундерваффен», дирижируя маузеровскими карабинами 98К. А когда один из них, самый большой и страшный бедуин, помахивая карабином, как тросточкой, направился к парочке путешественников, у Смайта закружилась голова, и, пробормотав «Нихт Шиссен их бин капитулирен», он рухнул на землю.

Мужик с девицей появились очень не вовремя. Стоило хранить радиомолчание, чтобы засветиться в последний момент. На такие случаи была четкая инструкция, и следовать ей не очень хотелось. Но судьба распорядилась по-своему… Со стороны «ровера» послышалась стрельба, в бинокль было видно, как замелькали вокруг машины вооруженные фигуры, тело шофера, безжалостно выкинутое на песок, валялось изломанной куклой, и два джипа, набитые инсургентами, двинулись к оазису. Президент Боургиба навел в стране порядок, но в этих местах еще сохранились некоторые вооруженные формирования и у правительства руки до них пока не доходили. А джипы тем временем приближались, и их турельные пулеметы бдительно смотрели на оазис, но для нас это было слишком просто. Как один хлестнули четыре выстрела, оба водителя и пулеметчики отправились к Аллаху, а потом начался элементарный тир с подарками… выстрел — попадание, выстрел — попадание. После первого залпа прошло всего восемь минут, и от противника осталась только матчасть. Но почивать на лаврах было некогда. Это была явно разведка какой-то большой банды, уходящей за границу, и надо было делать ноги.

Наших гостей спас Арканя. Между прочим, это именно он ввел в бессознательность гордого Бритта. Типаж, надо сказать, весьма своеобразный. Представьте бегемота, вставшего на задние лапы, с физиономией Шрека. И не смотря на устрашающую внешность, Арканя был добрейшей души человек и большой интеллектуал (для офицера, естественно). Дома у него была прекрасная библиотека европейских поэтов Эпохи Возрождения, огромный шоколадный «Британец» с вреднейшим характером по кличке Чосер, тетушка с повадками классной дамы и два холодильника. Любовь Аркани к поэзии была загадкой для всех, но на девушек декламация стихов на итальянском действовала как форма Африканского корпуса на Сэра Смайта: они закатывали глаза и слабели в коленках. Чосер имел точку дислокации на шкафу в прихожей, откуда любил неожиданно спрыгивать на гостей. На вопрос «В кого он у тебя такой?», Арканя обычно отвечал: «А в окружающих». Ну, а два холодильника, что по Советским временам было такой же роскошью, как два больших телевизора, это была дань главной слабости нашего друга — чревоугодию. Так вот, после того как Смайт пришел в себя, Арканя представился польским этнографом, а нас определил как польских же геологов. Ну, а про наш антураж он рассказал почти правду. Мол, заблудились и отстали от партии. Машину послали на поиски. А склад с немецкой амуницией нашли здесь случайно и решили позабавиться. Ну, а после того, как он прочитал Эрике несколько строф из Франкфуртера, лед недоверия растаял полностью.

Истинное же положение вещей было следующим… В этот оазис мы попали не случайно и ждали здесь транспорт, чтобы по обыкновению сопроводить его по назначению. Склад с немецкими тряпками и железками нашли случайно и стали дурачится, но тихо. Когда же увидели гостей, решили применить пятую позицию маскировки: часть засады демонстрирует бурную деятельность и раздолбайство, а основной состав ждет, когда надо нанести удар. Подобный случай описывал в своих мемуарах один подпольщик: гестаповцы захватили явку и устроили там засаду. На явке был патефон с советскими пластинками, а в сенях стояла…ну очень большая емкость с буряковым напием. В сенях же мирно лежала в углу в грубом мешке рация «Северок», присыпанная мороженым Буряком. Рацию немцы как раз не заметили: и им даже в голову не пришло, что кто-то будет хранить рацию в сенях, да еще и в мешке. Но на самогонку фашисты глаз положили. Для маскировки они стали крутить на патефоне пластинки с советскими песнями, особенно им пришлась по душе Катюша. Потом, естественно, пришлось выпить, потом еще немного, а потом гестаповцам пришла в голову гениальная идея… Если они будут петь вместе с патефоном, то партизанен поймут что тут свои и придут прямо в ловушку. Вобщем, когда партизанский разведчик подошел к дому, то из ярко освещенных окон под патефон и ядреный запах самогонки, неслись бессмертные слова Михаила Васильевича Исаковского: «Райсцвьетали яблёки и грьйюши, пойплильи тумьяны найд рекьёй…». Подпольщик тихонько проник в сени, забрал рацию и скрылся в темноте… Это я рассказываю к тому, что на складе имелось и некоторое количество старых армейских пайков Вермахта, на хлеб и шнапс, входившие в них, годы не подействовали совершенно. Так что возможность пошуметь мы встретили с редким энтузиазмом, и неофициальный гимн Фольксштурма распевали от души. Кто не знает — «Вир Альтер аффен — ист вундерваффен», означает в переводе «Мы старые обезьяны — и есть Чудо Оружие». Эту песню несчастные фолькштурмисты 1945 года напевали на мотив «Дойче зольдатен». Песенка была из коллекции Барона, который в порядке хобби, интересовался фольклором Третьего Рейха. Итак, мы и гости погрузились в джипы, один из которых для разнообразия оказался Доджем 3\4 и тронулись навстречу ожидаемому транспорту. Погоня, конечно же, не заставила себя ждать. Когда мы ликвидировали второй за три часа патруль, у нас возникли вопросы к третьему, и одного из преследующих пришлось взять в плен и по-быстрому разговорить. (Смайт и Эрика были в передней машине, и этого не видели). Выяснилось, что у оазиса мы шлепнули какого то ихнего ходжу, и теперь нам был объявлен газават.

Когда мы объяснили Смайту, что среди покаранных нами убийц его водителя был некий религиозный полевой чин, и что это теперь создает нам всем определенные трудности, то воспрянувший и никого больше (кроме Аркани) не боявшийся Сэр Смайт заявил, что мы действовали в пределах необходимой обороны. И больше того, защита чиновников Форин Офиса ее Величества и ООН является святой обязанностью любого цивилизованного человека, пусть даже он и поляк. А Эрика от себя добавила, что мы заслуживаем награды за спасение гражданки Австрийской республики. На счет поляков мы, конечно, попали. При гостях приходилось разговаривать с польским акцентом: постоянно пшекая, как сломанные сифоны с газировкой. Когда мы, наконец, встретились с транспортом, руководимым Тарасюком, и милейший старшина узнал о том, что отныне и вплоть до особого распоряжения он по национальности польский геолог, то он выдал такую не польскую матерную тираду, что даже полиглот Таракан посмотрел на него с уважением. А Борька с показным испугом сказал: «А я думал, что пан только антисемит», чем заслужил еще некоторых непереводимых идиоматических выражений. Кстати, на счет национального вопроса…

ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЯМ:

Когда я сейчас наблюдаю всю эту свистопляску с национализмом и ксенофобией, я вспоминаю свою прошлую жизнь. Возможно, я служил не в тех местах и общался не с теми людьми, но не было у нас разделения Граждан СССР на эллинов, римлян и иудеев. Да были шутки, были анекдоты, но того звериного национализма, который сейчас проявляется то тут, то там — не было. Были Наши и остальные. Все! Ну, еще не очень-то мы симпатизировали ряду представителей братских освобожденных народов, но не на столько, чтобы винить их в своих личных бедах.

А сейчас… Русские националисты обвиняют в бедах 150 000 000 жителей России — 3 000 000 евреев. Украинцы в своих проблемах винят, естественно, Русских, хотя миллионы украинцев выживают за счет работы в России. Кавказцы, вывозят из России миллиарды долларов, но, тем не менее, распинаются в нелюбви к России. Поляки ненавидят Россию за все, что у них случилось в Истории, хотя четыре раза прогадили свою страну исключительно благодаря «мудрости» своих правителей.

Вот что я вам скажу, господа патриоты. Нет плохих наций, есть политические аферисты, вертящие народами, и тупая масса, с радостью позволяющая собой вертеть. Так что… работать надо, а не искать виноватых.

И напоследок приведу пример… В одной далекой жаркой стране, во время выполнения задания, был тяжело ранен азербайджанец и его на себе двадцать километров тащил еврей. Маленькое дополнение… Они оба были Советскими Офицерами!

Ну, короче говоря, очередной анабазис закончился успешно. Британца и Австриячку скинули рядом с цивилизованным местом, и последовали дальше уже без них, не привлекая внимания местных властей, что было достаточно легко, ибо было 20 марта — Местный День независимости. Ну, а транспорт сопроводили куда следует. Эрика на прощание взяла с Борьки клятву, что пан Борислав с ней обязательно свяжется, и что это очень просто: надо только в Венской телефонной книге найти номер Эрики Инкварт.

Прошли десятилетия, все в этом Мире изменилось. Не стало Империи, не стало Управления, не стало подразделения, которого и раньше-то официально нигде не было. Борька, живущий к тому времени уже в Лондоне, посмотрел как-то Американскую комедию, в которой на показательных учениях танкисты для того, чтобы скрыть от начальства недостаточный уровень подготовки, заминировали мишени и взрывали их одновременно с выстрелами из танков. Борька аж взвился из-за подобного плагиата, так как это Барон с Генкой и Акимом придумали и разработали эту систему, причем, для того, чтобы вытащить однокашника из задницы. Зная, что у Генки в Вене есть филиал, Борис стал искать в телефонной базе Австрийской столицы название журнала и наткнулся на телефон Эрики Инкварт. Ну, а потом все завертелось по всевозможным официальным тропам, и окончилось награждениями в Вене.

Банкет продолжался и перерастал уже в самую веселую фазу. Кто-то заказал ресторанному оркестру играть русскую музыку без перерыва, и после Катюши вдруг послышалась мелодия Варяга. Шум за столом постепенно стих, и у всех однополчан перед глазами встала одна и та же картина…

… И ставший вдруг враждебным Океан. И свинцовые волны, несущие в себе неминуемость. И силуэты чужих кораблей. И мрачный морпех, сплюнувший в иллюминатор и объяснивший нам сухопутным, что те разноцветные флажки над вражескими кораблями, означают приказ «приготовить судно к досмотру». И то, что все мы знаем, хотя не показываем вида, что сейчас в данную минуту, в каком-то дальнем отсеке или каюте нашего корабля, кто-то из тех, кому это поручено, держит палец на кнопке взрывной машинки и ждет неизбежного. И вдруг грозные фрегаты врага отворачивают, дают полный ход и, поджав хвосты, уходят в сторону… А мы, вопреки всем приказам, высыпав на палубу, со слезами на глазах и срывая глотки, орём «Варяга», а из-за размытого горизонта надежно и мощно выдвигаются серые силуэты Имперских кораблей.

Сэр Эдмунд Чарлз Ричард Смайт, пятый граф Гетиленд, получил за героизм при выполнении служебных обязанностей Знак Ордена Британской Империи, вышел в отставку и поселился в своем Валлийском имении. Никогда больше он не ездил за границу. Его периодически приглашали на официальные мероприятия в посольства различных государств, но в посольство Германии он не ездил никогда. И еще в дипломатических кругах обратили внимание на то, что граф стал очень хорошо относиться к полякам, правда, считал, что они несколько невоздержанны в еде. Если бы Сэра Смайта попросили описать типичного поляка, то он изобразил бы Арканю, который сидел на капоте Доджа, обжираясь вареными курами числом две штуки.

Глава 9

Пещера, где зреют сыры

Итак, мы загрузили тележки закусоном и нажали на педали. Первая часть нашего анабазиса вела нас в так называемую сырную пещеру, где была первая точка привала, в местной Караулке. Единственно, что уже лет двести с ее искином не было связи, но вся техника функционировала и в автоматическом режиме откликалась на перекрестные тесты, и модуль связи и управления по уставному принял информацию о новом коменданте, то есть о Вашем покорном слуге. После того, как рухнула портальная система станции, к сожалению вышли из строя датчики наблюдения и осталась только связь типа телеграфной.

Та пещера, куда мы направлялись, была фабрикой сыров, там сыры вызревали и в автоматическом режиме уходили под стазис. Что было подозрительно, так это то, что искин молчал, а автоматика работала. Но проехать мимо было никак нельзя, это была единственная прямая дорого из Большого складского комплекса в сторону Главного реактора, и мы с Мей нажали на педали.

Тоннели лунного андерграунда были вельми своеобразными… каменные явно вырубленные в лунных недрах тоннели, сменялись иссиня-черными стальными стенами или фантастической кладкой из огромных блоков, но дорога везде была ровная. В одном месте мы наткнулись на скопище двухголовых костяков у каменной арки. Это был судя по всему заблокированный портал. В огромной каменной рамке навсегда застыло смазанное изображение какого то отсека, похожего на командный пункт бункера. Пока мы ехали по Складскому уровню Номер один, где хранились продукты для будущих поселенцев, которые видимо никогда уже тут не появятся. Ниже был уровень Номер два, с тех обеспечением, а ее ниже был уровень Номер три, с культурной составляющей новой лунной цивилизации. Склады на уровнях были раскиданы в двухсот километровой полосе вдоль лунного экватора, а большинство объемов станции были забиты сырьем для будущей промышленности. Искины большинства складов были в спячке, а арсеналы и вовсе заблокированы. Я мог получить туда доступ, только после инициализации возле Главного реактора. Но нам с Мей было не о чем беспокоится… Все караулки имевшие свои прод-склады были в нашем распоряжении и Аварийный склад Баталерка, тоже оставался для нас открытым. Возле «Сырной караулки» была развилка от которой мы должны были уходить вниз, и вот мы к ней подъехали.

Сырная пещера была на самом деле цепочкой пещер, где под местным стазисом пребывали залежи сырных голов, разной степени вызревания. Как было задумано создателями этого «Сырного рая», после снятия стазиса, недозревшие сыры должны были продолжить процесс созревания. Сырные гроты были защищены электрическим полем и судя по всему не зря, ибо в нескольких местах на границе поля мы заметили мумифицированные тушки здоровенных крыс. Да-а-а, эти везде могут завестись и как выяснилось, даже на Луне. Почему-то вспомнились постулаты древних натуралистов о возникновении мышей…

Нидерландский врач и мистик XVII века, Жан Батист ван Гельмонт считалось, что мыши сами собой возникают из грязного белья и пшеницы… Вот как описал он этот свой «эксперимент»: «…если вы набьете глиняный кувшин грязным нижним бельем, добавив туда некоторое количество пшеницы (ее можно заменить куском сыра), то приблизительно через двадцать один день закваска, находящаяся в белье, проникает сквозь пшеничную шелуху и превращает пшеницу в мышь. Что замечательно, так это то, что из пшеницы или сыра возникают мыши обоих полов… Но еще более замечательно то, что мыши, возникающие из пшеницы и нижнего белья, являются не детенышами и даже не недоразвитыми копиями нормальных мышей, а уже сразу взрослыми мышами!».

В Караулку мы проникли достаточно легко, стоило мне приложить ладонь к специальному гнезду на двери. Оборудование работало в дежурном состоянии, но искин был хладен. Я как Комендант был снабжен необходимыми знаниями и включив тестирование определил, что коротнул блок питания. В караулке были ЗИПы, аппаратная структура была модульной и я быстро ликвидировал неполадку, после чего представился искину и был признан Главным комендантом. Переночевав в достаточно комфортном кубрике, мы обновили содержимое своих тележек за счет спецпайков с местного камбуза и продолжили наш анабазис.

Глава 10

Библиотека

За этот день мы сделали километров триста, благо, что тоннель вел под уклон. И вот наши «Лунные бициклы» выехали на очередной перекресток, это начинался так называемый культурный уровень, где был «Культурный задел» для будущей Лунной цивилизации, которая так и не состоялась. На отдых мы остановились в «Библиотечной Караулке», в отсеке где хранилась гигантская библиотека со всей Земной мудростью. Как я понял из объяснений Привратника, безвестные Демиурги создавшие Станцию, с помощью своих портальных систем, могли изымать физические не живые объекты из прошлого, настоящего и будущего различных Миров. И посему, в этой библиотеке было полное собрание сочинений Земных авторов, где-то веков за двадцать. Приняв душ, пообедав и отдохнув, не без секса (в том числе и в душе), мы решили пройтись по залам библиотечного отсека. Каждой стране был посвящен зал, практически являющийся анфиладой помещений с расположением книг по векам. Но стран там было представлено не очень много… Россия (в границах российской империи), Америка (включая оба материка), Франция (включающая в ассортименте Бельгию и Италию), Германия (объединенная со Скандинавией) и Китай (плюс Япония, Индия и соседние страны). И все… Для меня, как для Главного коменданта, на входе в каждый отсек вспыхивало две виртуальных справочных панели, одна личная, которую видел только я, а другая для общего обозрения (Включая Мей). И Мей, естественно ринулась в Китайский раздел, куда я был вынужден ее сопроводить, ибо мы раз и на всегда решили никуда не ходить поодиночке.

Потом мы конечно пошли в Российские книжные пенаты где я с затаенной надеждой набрал свое ФИО из прошлой жизни и к своей радости увидел список своих книг, о чем конечно не стал оповещать Мей…

А в одной из пещер мы вдруг увидели, уютный домик с садом, напоминающий то ли об сказочных гномах, то ли об эльфах и из этого дома вышел самый настоящий эльф, седой и в военном комбинезоне.

Морнэмир был Младшим библиотекарем короля Нарамакила и очень любил работать по ночам, когда никто не мешал и не отвлекал, он писал диссертацию, что бы получить ранг магистра и продвинуться в табели из младших библиотекарей в просто библиотекари. И вот в одну из таких ночей в библиотечном зале сверкнуло ярким зеленым светом и его заполнили непонятные люди со странной аппаратурой испускавшей туманные лучи, обволакивающие книжные полки и командовала ими красавица невероятной красоты… это была сотрудница книжного отдела Департамента Культурного обеспечения и звали ее Лаури, что соответствовало эльфийскому слову — Золотая. Когда глаза Морнэмира и Лаури встретились, между ними проскочила искра, от которой разгорелся костер любви. Девушка была единственным хомо в десанте на эту планету, остальные десантники были биороботами (возится с копированием книг никто не хотел и это сплавили на самую молодую сотрудницу). Так Морнэмир попал на виману Лаури и в результате и на эту станцию. Девушка замаскировала своего любимого под био-робота и с тех пор он везде ее сопровождал, как ее собственность и посему никто им не интересовался. А учитывая, что у демиургов понятие о личном пространстве было священным, все это так и осталось в тайне.

Потом была катастрофа, и они остались в этом секторе станции вдвоем и потекли дни, месяцы и годы. В библиотечном отсеке как и в других, помимо Караулки с камбузом была и своя баталерка, со стазис складами из расчета пропитания десяти тысяч человек на сто лет, а Морнэмир с помощью технического отсека построил самый настоящий эльфийский дом. Но однажды, Лаури засекла сигнал просящий о помощи и отправилась на поиски и больше ее Морнэмир не увидел. Выйти в главный тоннель он не мог, ибо это была прерогатива касалась только сотрудников демиургов и комендантов, остальных в тоннель не пропускало защитное поле. И так он с тех пор и существовал сотни лет, ибо эльфы живут очень долго, а за счет биополя Станции Морнэмир получил еще сотни лет жизни, впрочем как и мы с Мей (Привратник показал нам аптечку с инъекциями био-апрбации). Но после исчезновения любимой эльф сильно постарел в один момент. На стене гостиной висел портрет его кисти, он нынешний и вечно молодая Лаури.

Глава 11

Топор, иволга и психология

Эти Станции демиургов, которые заодно были и Научными институтами Большой космической академии, находили планеты определенного уровня развития, набирали оттуда материал и проводили социально-исторические эксперименты, на базе которых творили научные труды. И тут я вспомнил, как в прошлой жизни сталкивался с тем, как некоторые научные деятели, под видом тестов собирали материалы для диссеров и вот одна такая история…

Как то раз на нашу группу, бывшую на переподготовке при одной хитрой Академии, напустили психолога с тестами. Подобные собеседования мы, по роду деятельности, к тому времени уже проходили не раз и даже не три раза, и мало того, не так давно, на спец-факультативе, мы прослушали курс по психологическому тестированию и тесты там были, посложнее чем Люшер и Кэттелл.

А наш предыдущий лектор, веселый старичок после-пенсионного возраста, говорил нам, что дабы сбить с толку вражеского психолога, над подкинуть ему намеки на сексуальные нюансы своего характера и злыдень сразу забудет про установки своего командования и начнет вас колоть на предмет клубнички. Старичок вдобавок рассказал нам анекдот, про испытуемого, у которого любая геометрическая фигура, ассоциируются с сексом. Финальная фраза анекдота- «А чего вы мне такие сексуальные картинки показываете»,вызвала бурный хохот (тогда этот анекдот был еще свежим). В связи с данными нюансами, мы не могли упустить возможности слегка развлечься и решили считать психолога «вражеским». Тем более, что психолог попался сравнительно молодой и очень гордящийся своей профессией, кстати, как правило вызывающей у неокрепших умов робость (но не у нас). И вдобавок он проговорился официантке в преподавательском буфете, что собирает материалы для диссертации. Так что тестирование обещало быть интересным…

Первым делом нас рассадили за отдельными столами каждого и раздали первый тест, это был опросник Кэттелла, но весьма сокращенный, вместо 187 пунктов, там было 62. То есть реальных выводов по оценке индивидуально-психологических особенностей наших личностей, по данной обкорнанной версии, сделать было нельзя, но жреца Бихевиоризма судя по всему это не волновало, он видимо в своей работе проповедовал принцип, главное не победа, а участие, ну и рабочее время экономится.

Ну а после заполнения опросника, нас стали вызывать по одному и первым на прокрустово ложе имени Люшера, попался Аким. Посмотрев на зеленый и желтый квадраты, Аким заявил, что видит муравья вожделеющего слониху. Борька сказал, что предложенные ему цветовые комбинации, наводят его на мысли о женской бане. Птица, честно признался, что боится красного цвета, так как он напоминает ему о медведице в брачный период… и. т.д. Причем Андрей, Таракан и Арканя, изображали нормальных испытуемых, то есть без отклонений.

Последним, к порядком дезорганизованному коллеге Фрейда подсел я, проведя на него впечатление стандартного испытуемого и почти совсем успокоив. Спросил на последок, какой он как специалист даст диагноз, человеку, который привык ходить все время с топором и испытывающем по утрам, любовное влечение к поющим птицам (слова секс и эротика, тогда в СССР не было). Психолог, который почти успокоился, менторским тоном объяснил мне, что описанный индивид, явно имеет склонность к физическому насилию и возможно даже является латентным зоофилом (причем понятие термина зоофил он мне объяснил, а про латентный нет).

Я безмерно загрустил и сказал, что ну никогда не ожидал от Эдуарда Хиля таких дурных наклонностей. И в ответ на изумленный взгляд оппонента, выдал, что вопрос мой произрастал из популярной песни Хиля: «Эге гей, Привыкли руки к топорам, Только сердце непослушно докторам, Если иволга поёт по вечерам».

Но теперь мне все ясно и спасибо товарищ, что все разъяснили. А когда через неделю, наш генерал устроил нам допрос по поводу этого тестирования, мы честно ответили, что доктор нам понравился, только он немного странный. Всем сказал, что любит медведей и песни Эдуарда Хиля. Одно слово, психология.

Глава 12

Пещера живописцев

Нам надо было проехать еще пару сотен километров по «Культурному уровню» до ближайшего тоннеля вниз, но увидев на виртуальной карте обозначение «Вернисаж», я конечно не смог проехать мимо, да и Мей была не против. Это были тоннели увешенные диптихами в виде портрета художника и его картины. Были знакомые полотна, а были и абсолютно неведомые и фантастические, например, дракон штурмующий танковую колонну. Эта картина весела рядом с полотном Давида «Свобода на баррикадах» и «Менинами» Веласкеса. Мы битый час, забыв обо всем бродили по «лунному вернисажу», и тут Мей остановилась, как вкопанная с ненавистью уставившись на картину, изображающую, какой-то парад. По площади, мимо трибуны маршировали явные китайцы в светло синих мундирах, причем тащили на себе пулемет «Шварцлозе» на стационарном станке, а среди стоящих на трибуне я увидел знакомое лицо и напрягнувши память, я узнал Сунь Ятсена и рядом с ним вроде стоял молодой Чай Канши. Мей буквально вызверилась на них и пояснила мне, что именно благодаря этим людям, Китай понес многомилионные жертвы. Пройдя в тоннель явно Русской живописи и минуя Шишкинске «Утро в Сосновом лесу», я увидел картину знакомого художника из той жизни. Это было полотно «Концерт», художника Константина Канского, я даже вспомнил свою эпиграмму на это произведение искусства…

Корчма вечерняя шумит

Абсента флер, табачный дым

Оркестр устало выдаёт

Обычный танцевальный стрим

Поет певица легкий свинг

Флейтист в эфир вонзает ноты

И банджо держит музыкант

Похожий так на Дон-Кихота

Я прикоснулся к раме картины рукой и вдруг холст засветился, багет раздался в высь и в ширь, и перед нами открылся вход в кабачок, откуда неслась простенькая но веселая музыка музыка. Мы с Мей не раздумывая шагнули вперед… Перед нами открылся реальный интерьер кабачка то ли XVII, толи XVIII века. Пахло вином, фруктами и копченостями. К нам сразу ринулся трактирщик и кланяясь пригласил господ демиургов к столу, куда две служанки сразу натащили кувшинов, бутылок и тарелок. А музыканты грянули «Рюмка водки на столе». Мы проверили яства анализаторами, и убедившись, что еда и напитки безвредны, осторожно отведали их, а потом удалились, выйдя прямо сквозь замерцавшую стену назад в вернисажный тоннель. А потом я увидел картину Верещагина «Наполеон на Бородинском поле» и что-то меня повело. Я потрогал раму картины и когда окно в 1812 год раскрылось, я высунулся из картины на Шевардинский холм, выдернул из кобуры оба скорчера (увидя в арсенале Бункера левую и правую наружные кобуры я взял себе два ствола) и открыл огонь на поражение. Сметя Бонапарта и его штаб, я перенес огонь на его гвардию и стрелял до щелчка, после чего втянулся назад, перезарядил оружие и достав золотую фляжку с Henri IV, Cognac Grande Champagne, припал к ней, с чувством выполненного долга. Потом я перевел взгляд на картину и с удовольствием увидел землю покрытую телами лягушатников-агрессоров, подумав при этом, что в этой локации, Москва не сгорит и кремль не разграбят.

И тут Мей схватила меня за портупею скафандра и куда-то потащила, вернее я понял куда… Отцепившись от меня, она подбежала к той самой картине с парадом чайканшистов и положила левую руку на багет, правой обнажая скорчер, но картина не мерцала и моя нежная любимая выдала такой загиб, что бригада докеров покраснела бы и обзавидовалась. И я не смог не пойти на встречу своей подруге… Я положил руку на раму и окно в прошлое открылось и моя Лунная принцесса открыла огонь, но ее мишенями были только люди на центральной трибуне, после чего она отошла от картины и требовательно протянула ко мне раскрытую ладонь, куда я вложил фляжку с коньяком. Мы еще долго бродили по Лунному вернисажу, но больше экспериментов по модификации Истории, не проводили. Ночевать мы остались в местной караулке, но ночь была бурной.

Глава 13

Лунная симфония

Следующий отсек Культурной жизни будущих поселенцев был посвящен музыке… Судя по всему организатор этого сектора, был вельми большим музыкальным фанатом, ибо чего тут только не было…

Огромные пещеры, заполненные фортепьяно или арфами, духовыми инструментами всех видов, скрипками, виоланчелями и даже балалайками, поражали воображение. Удивил отсек с клавесинами и органами. А пещера, забитая барабанами всех разновидностей и ударными установками, была просто невообразима, думаю Ринго Стар, Джон Бонэм и Фил Коллинз изошли бы тут слюной.

Тут был еще один очень интересный раздел… В отдельном тоннеле стояли вдоль стен ряды огромных секретеров, украшенных портретами композиторов, и скрывавших в своих недрах партитуры их произведений и записи оных на магнитных носителя. Причем при желании, портрет превращался в экран и можно было с помощью виртуальной клавиатуры прослушивать и просматривать любые фрагменты произведений в наилучшем из исполнений.

Я с удовольствием посмотрел Танец с саблями из «Гаяне» Арама Хачатуряна в исполнении труппы Большого театра, Полет валькирий Рихарда Вагнера, в исполнении Шведской королевской оперы и неожиданной радостью обнаружив «Музыкальную шкатулку» композитора Владимира Качесова, и с огромным же удовольствием, просмотрел любимые эпизоды и его мюзиклов «Тарзан», «Богатыри» и «Три мушкетёра», чудесных работ Музыкального театра Геннадия Чихачева. Как всё-таки пробирает до костей, его инфернальный вальс из Трех мушкетёров. А потом я, окунулся в классическую оперу… и сменяли друг друга: Фарлаф из Руслана и Людмилы, Герцог из Риголетто, Варлаам из Бориса Годунова, Эскамильо из Кармен,Фигаро и так далее. Мей тоже оказалась любительницей оперы и мы набрав в каптерке Караулки деликатесов для элитного пикника, устроили себе выездной филиал театрального буфета. Отдали мы должное и класике рока и близких жанров… Битлз, Роллинг стоунз, Квин и АББА. А так сказать на дессерт мы зависли в отделе Бродвейских мюзиклов… Кошки, Продюссеры, Моя прекрасная леди, Демон цирюльник, Скрипач на крыше, Кабаре и Вестсайдская история, и конечно Иисус Христос Супер звезда. Ну а отнорок посвященный лучшим оперным певцам, прямо бальзамом пролился на мою душу… Паваротти, Собинов, Доминго, Каллос, Лемешев, Кабалье, Шаляпин, Образцова, Дель Монако, Хворостинский… Короче зависли мы тут с Мей на три дня и уезжали с некоторым сожалением, но перед отъездом нас ждал буквально когнитивный диссонанс… идя в Караулку в последний перед отъездом вечер (мы поставили себе Земное время), мы одновременно с Мей обратили внимание на незаметный ранее нами поворот, вход в него был в ранее затемнённой нише, но сейчас она была освещена, причем на виртуальной схеме этого поворота не было и мы конечно туда пошли…

В первом помещении, которое можно было назвать гротом, пребывал камерный ансамбль, причем все музыканты были в скафандрах с открытыми забралами. Музыканты не играли, а просто держали в руках инструменты, да и не могли играть мумифицированные космонавты с неизвестных кораблей (символика на скафандрах была разной и незнакомой). На нотах, стоящих в пюпитрах перед музыкантами, я прочитал заголовок «Лунныя симфонiя» (именно так,с дореволюционной орфографией ). Но этот грот не был последним в этой анфиладе… дальше ход расширялся и отнорок расширяясь уходил дальше и оттуда слышался… Марш Радецкого Иоганна Штрауса Старшего. Перед нами открылась большая ярко освещенная пещера, посредине которой концертировал Большой симфонический оркестр. Приглядевшись, я понял, что это голограммы и почему то сразу вспомнился оркестр на балу из Мастера и Маргариты. Так закончился наш «музыкальный» этап.

Глава 14

Лунная Кинопанорама

После посещение храма Эвтерпы на моей виртуальной карте появились названия объектов в радиусе пятидесяти километров. Впереди у нас был объект Кинопанорама, но по дороге было так называемое «Белое пятно» миновать которое было невозможно. Белыми пятнами назывались зоны, станции вышедшие из под контроля искинов. Об именно этом месте была только одна информация, о пробившем несколько лет назад оболочку Станции метеорите и о том, что ремонтные роботы посланные туда, заделали пробой, но после этого связь с ними была потеряна, а посылаемые туда по регламенту эксплутационщики, так же не возвращались. Так что на подъезде к точке, мы с Мей спешились приготовили скорчеры, что не оказалось лишним.

Тоннель стал расширяется, причем было видно, что работы по расширению велись гораздо позже времен монтажа Станции. Мы оставили велосипеды и пошли вперед пешком, бдительно поводя стволами скорчеров и им нашлось дело, когда нам на встречу выползла стайка черных пауков величиной с кошку, затем хлынул небольшой поток арханидов, но четыре ствола, это четыре ствола (Мей тоже обзавелась двумя скорчерами), и пауки быстро закончились.

Тоннель еще больше расширился и перед нами открылся огромный грот, посредине которого возвышался монументальный, черно-серый паучище, при виде которого Церетели захлебнулся бы от вдохновения. Вокруг паука валялись явно технологические обломки. Паук недобро мигал десятком алых глаз и именно по ним я открыл огонь, крикнув Мей, что бы она полной мощью била по туловищу.

Скорчеры, это хорошие карамультуки, так что «паучка» мы смолотили. А потом разобрались и с десятком его более мелкими собратьями. Мы стали осматривать обломки и пришли к выводу, что это нечто вроде спасательной капсулы из титанового сплава с добавлением неизвестных металлов не определяемых спектрографом. А вот останки паука удивили, это был механизм. Причем маленькие пауки тоже были механизмами энергию они получали от аккумуляторов, а вот у главного паука был очень интересный реактор и мы задержались его исследуя. Схема архано- механизма была следующей… серво-механизмы м множество электромоторов осуществляли его движение, реактор перерабатывал судя по всему в электроэнергию что угодно, от органики и породы, до молекул кислорода и водорода из воздуха. В пауке был мощный аккумуляторный блок стоящий на постоянной подзарядке, и к нему была привязана панель с доброй сотней разъёмов, для подзарядки «паучков». Это судя по всему был автомат ремонтник с какого-то огромного космического корабля. Он судя по всему сам заделал дыру пробитую капсулой, уничтожил все датчики наблюдения и встал в дежурном режиме. Мей умудрилась влезть в уцелевший искин Паука и добыла следующую информацию… Это был ремонтный автоматический модуль, который по приказу оператора зашел в спасательную капсулу, куда сам оператор не смог зайти. После катастрофы носителя, капсула была автоматически отстрелена и после многолетнего блуждания в космосе, врезалась в Луну. Кстати с гибелью носителя было не все так просто, ибо наступила она из за множественных внутренних взрывов.

Мы вернулись к велосипедам и продолжили путь.

Пещера «Кинопанорама» напоминала отсек композиторов. Те же огромные секретеры, но портреты на них принадлежали не композиторам, а режиссерам. На мой взгляд не совсем удачная информационная компоновка. Например я знал о работах Скорцезе, Тарантино, Бессона, Цукера и Абрахамса, Мотыля, Рязанова и Гайдая, Брукса и Бондарчука, того же Земана. Но скажем фамилия Хмелевский мне ничего не сказала, хотя это был автор прекрасных комедий: «Приключения канонира Долласа» и «Где генерал». Но был еще и главный терминал с поисковиком, так что найти можно было любой фильм. Интерес у нас вызвала опция фильмов ХХII века. Фильмы честно говоря были странные и попросту не совсем понятные. Был тут отсек с оборудованием для кинотеатров. Хорошо однако подготовились демиурги, но вот заселить Луну не сложилось.

Время у нас было, и мы задержались перед местными экранами на пару дней. Особенно Мей понравился фильм «Раба любви», она посмотрела его два раза и оба раза рыдала во сне. И поняла Нахапетову, что он нп дал девушке револьвер, тогда бы она смогла положить казаков и оторваться от погони.

Глава 15

Туннель

Итак мы стали спускаться на следующий уровень, тоннель постепенно уходил все ниже и ниже и путь до Природных запасников, нам предстоял многокилометровый. Как только мы выехали из Культурных залежей, за нашей спиной опустились двое шлюзовых ворот, где-то трехметровой толщины, причем со стороны тоннеля, на воротах виднелись следы попыток проникновения, но явно старые, что несколько успокаивало. Но несколько костяков и ржавые железки валяющиеся то тут то там, привнесли некоторую тревогу. Тоннель был замусорен обломками, которые видимо не были убраны после проходки и посему мы не могли развивать большую скорость. На карте я отметил технический пост, где мы решили заночевать, но пост был разгромлен, кладовые вычищены, в оборудование разбито и тут судя по всему некогда шел бой. Мы завели велосипеды в отсек, я поставил на входе сигналки и подумав поставил в тоннеле несколько лазерных растяжек из арсенала Караулки. Как говорил старый будённовец дедушка Готя*… «Осторожного коня и зверь не берет».

Поужинав снедью из своих запасов (моей подруге очень понравились советские крабовые консервы и наша старая добрая армейская тушёнка с кашами). А после пробуждения, откушав галет с красной икрой, под кофий в саморазогревающихся банках, мы продолжили путь.

Вид тоннеля говорил о незавершённости работ. Тоннели были чисто второстепенными техническими коммуникациями ибо все местные коммуникации упирались в неработающие ныне порталы. Несколько раз нам попадались по пути отнорки, в которых торчали ржавые громады горных проходческих комбайнов. Мы не удержались и каждый раз останавливались что бы посмотреть на эти брутальные порождения технических цивилизаций.

Следующий технический пост был цел и невредим и мы решили дать себе полноценный отдых. Бронезаслонка дисциплинированно отъехала в сторону признав меня как Коменданта, Мей выскользнув из скафандра юркнула в душевую кабину, а я занялся нашим транспортом и внешней охраной.

После толи обеда, толи ужина и отдыха в настоящей постели (не без секса естественно), Мей влезла в компьютер поста и нашла там частное видео, кого то из минувших сотрудников. На кадрах были сцены отдыха, на берегу небольшого озера, окружённого цветущим садом. Учитывая мерцающий ярким светом купол венчающий все это, данная «зона отдыха» была где-то на Станции и Мей сразу же туда захотелось. Я вошел в свой информаторий и выяснил, что это место находилось рядом с уровнем куда мы направлялись.

Персонал станции напоминал эльфов. И мужчины и женщины были стройными и имели слегка заостренные уши. Но вот легендарной красоты эльфов, тут не наблюдалось. Компания отдыхающих явно относилась руководству Станции и снимающий их персонаж, судя по всему скрывался в зеленке. Компания не стесняла себя одеждой и пребывала в достаточно свободных отношениях, буквально переходящих в свальный грех. Так что возможно заснятый материал, был не только плодом работы вуайериста, но и неким компроматом.

А наш путь лежал на «Природный уровень».

*Рассказ о дедушке Готе в следующей главе.

Глава 16

Спирт, как орудие судьбы

По рассказам бабушки, мой внучатый дедушка Готя был в юности везучим раздолбаем, причем раздолбаем он был из принципа. Например, ему повезло с именитым и знатным отцом, но вот матушка его была из горничных. И хотя он рос вместе с барскими детьми, но понимал, что карьера его ждет несколько иная, чем их, и посему он позволял себе, периодически валять дурака.

Когда Готя поступил в Санкт-Петербургский университет, то сразу же связался с социалистами, но ему там быстро стало скучно и он гораздо большее время, нежелиреволюции, уделял авантюрным романам. Он умудрился наставить рога одному из Великих Князей, и пусть не с женой, а с любовницей, но это было еще хуже, чем революционная деятельность. От жандармов его отец прикрыл, но от Великокняжеского гнева не получилось. Так что из университета он вылетел, но тут грянула Первая Мировая война. В офицерское училище его не взяли по здоровью, но Готя плюнул на эполеты и поступил в Императорскую армию вольноопределяющимся. По дороге на фронт, его временно причислили к комендатуре. На полустанке шерстили эшелон с продовольствием и медикаментами, где выискивали большую недостачу и фронтовая контрразведка, пользуясь своими чрезвычайными полномочиями, подчиняла себе всех, кто попадался под руку.

Вольнопер Готя, расставлял дополнительные караулы вдоль поезда, разведя дополнительных часовых по местам и отправив двух запасных проверить стрелку, он закурил и тут из одного из вагонов выпрыгнул казак, которому второй стал что то передавать ему из дверей, но увидев Готю, обалдело застыл у вагона, держа в обнимку четверть с медицинским спиртом. Но это было еще не все новости на эту минуту. Раздался цокот копыт и к их группе подскакал разъезд во главе со штабс-капитаном из контр-разведки.

— «Что тут происходит вольноопределяющийся»- грозно и высокомерно воспросил алгвазил и в голове у Готи, одномоментно определился маркер свой-чужой, тем более, что усатый урядник с георгиевским бантом, ехавший чуть сзади капитана, умоляюще посмотрел на Готю, подмигнул и слегка кивнул в сторону ближайшего кювета. Готя вспомнил этого урядника, когда они навещал в госпитале раненого однокашника, к есаулу лежавшему в той же палате земляки принесли гостинцы и Готю так же пригласили к застолью, и среди собутыльников был тот самый урядник. Семен его вроде звали.

Готя был парнем сообразительным и врубился в тему сразу. Вытянувшись он приступил к докладу:

— «Разрешите доложить господин капитан. В процессе патрулирования мною был обнаружены, в придорожном кювете, украденные из поезда медикаменты, и я привлек казаков, для возвращения наиболее ценных медикаментов в вагон»-.

Урядник подтвердил, что это его казаки, которых он на всякий случай послал вперед. В кювете обнаружили два мешка с медицинскими халатами и полотенцами. Готя получил благодарность и унтера с казаками в помощь.

Когда контр-разведчик уехал, унтер вытянул неудачливых экспроприаторов нагайкой поперек спины, приказал им заняться возвращением неправедно нажитого и подойдя к Готе сказал: «Спасибо барич, уважил. Я теперь твой должник, а то бы к стенке прислонили бы дураков. По гроб жизни буду помнить».

Война шла своим чередом, а потом подоспела революция, а затем и еще одна. И в этой кроваво-стальной заварухе, свежеиспеченного прапорщика военного времени, закрутило, завертело и выбросило прямо к расстрельной стенке. А не надо было светить на толкучке золотой медальон французского литературного общества с портретом Дюма (Отца), вкупе с империалом. Торговец зажав монету в потной руке, заорал патрулю, лови контру товарищи, у него шпиенский знак.

Стена железнодорожного пакгауза, очень удачно была рядом. И уже клацали затворы то ли красногвардейцев, то ли просто дезертиров, как зычный, голос, предваряемый очередью Льюиса, перекрыл базарный шум: «Эт-то что тут происходит. Прекратить. Командира ко мне».

После непродолжительной разборки, к стенке отправился торговец и его свояк командир патруля. А усатый кавалерист со смутно знакомым лицом сказал: «Ну здравствуй что ли старый знакомец».

Бывший унтер стал большим командиром у Красных, и сходу предложил Готе идти к нему в штаб по хозяйству. Ты парень грамотный, а таких у меня мало, мои хлопцы больше шакой махать приучены, так что принимай тыл и вот тебе маузер, это у нас вместо полковничьих погон.

И закрутилась Гражданская война, и мотало по разным фронтам Конную армию, а вместе с ней везде был, неизменный Начтыла комбриг Георгий Глебов.

А на Новый 1930 год, Готю внезапно пригласил к себе Командарм. Праздник этот не особо приветствовался, но командарму эти игры были до фени. Пьянка была бурная, и когда большинство кавалеристов увлеклись ей в серьез, командарм позвал Готю на веранду перекурить.

— «Понимаешь друже, в следующем году начнут вырезать под корень, бывших царских офицеров служащих в Красной армии. Это будет называться операция „Весна“, но я тебе ничего не говорил» —

— «Так я же прапор семнадцатого года, да и то всего пару месяцев им был»-

— «А это ты в ГПУ рассказывать будешь. Так что начинай пить, и сыграй белочку через пару недель. Я тебя за пьянку и уволю. А то мне еще своих копытников прикрывать. Происхождение то у них пролетарское, зато язык без костей».

И немного помолчав, командарм добавил: " А тот спирт, мы потом всё равно заныкали).

Готя решил последовать совету командира, а после увольнения уехал в другой город, где осел и даже женился. В Питер он вернулся уже тогда, когда он стал Ленинградом. А буденовку подарил старшему правнуку, которого дождался. Крепок был дедушка Готя.

Глава 17

Зверинец

Первое, что мы увидели на уровне «Зверинец», это был огромный отсек под названием «Корм» и как не странно, там было складированы штабеля брендовых кормов для животных из моей прошлой жизни: Farmina, Grandfort, ZooRing, Mr Buffalo, Royal Canon, Brit Premium итд. Причем упаковки были с порциями всевозможных размеров, так сказать от собаки до слона (слонов кстати в списках информатория поэтому уровню не было).

Ну а дальше пошли отсеки с клетками, где пребывали в стазисе всевозможные животные, от натуральных быков, овец и даже лис, вплоть до каких-то фантастических животных из других миров, особенно меня поразили двухголовые коровы, куры величиной с индюка (утки и гуси были обычные) и некое существо один к одному похожее на профессора Громозеку, как объяснил нам приветливый аватар местного искина, представшего в образе сумасшедшего ученого и по данным информатория идущим параллельно, это был биоробот с функциями пастуха и ветеринара (я поблагодарил искина и попросил далее нас не сопровождать.

Учитывая, что при нашем приближении в клетках включалась подсветка, экскурсия получалась достаточно зрелищной.

Были и вольеры с дикими животными, но в основном только с мирными. Из хищников были только волки и лисы. Еще был интересен раздел с, яйцами, причем по данным информатория, тут были как пищевые яйца, так и яйца с эмбрионами. А овцы были представлены во всей палитре разновидностей… Мериносы, Дорперы, Перекосы, Цвартблесы, Белтексы, короче имя им легион и половины названий я не слышал от слова — никогда. Видимо кто то из тех кто готовил этот уровень не ровно дышал к овечкам. Но вот лошадей было только две породы, першероны и Орловские рысаки. Осликов не было, но были кролики. Да демиурги серьезно подготовились к заселению Луны. Я подумал, как бы сюрпризом для жителей Земли достигших возможности наблюдать за Луной, стала бы зеленая, со своей атмосферой и заселенная Селена. Да. Тут даже моя бурная, фантазия давала сбой.

Каждый уровень был разделен на повторяющиеся секции со стандартными для, каждого данного уровня отсеками и дойдя до конца этой секции мы уже не стали продолжать прогулку.

Караулка тут была в полном порядке и мы расположились на отдых. Я уже полностью освоил местный кухонный модуль и сделал курицу по своему рецепту их прошлой жизни.

Рецепт достаточно простой, но выдающий в финале полную амброзию…

Куриная тушка разделяется, на порционные куски, которые обмазываются аджикой и запекаются. А перед концом готовки посыпаются сыром. Под водочку, да и под коньяк, впрочем как и под хорошие вина идет исключительно.

К «Зверинцу» примыкал «Элеватор», где были запасы всевозможных зёрен и саженцев, но все это было в контейнерах и визуального интереса не представляло. Хотя ассортимент был широчайший. Очень интересным решением были тысячи мини делянок колосящихся злаковых, три на три метра размером, на самоходных платформах и просто в контейнерах в штабелях. Тут сразу же проявился искин и гордо-радостно сообщил, что платформы придумал он сам. Так что туда мы заглянули мельком, перед сном, в качестве моциона после плотного ужина. Ну а с утра наш велоанабазис продолжился.

Глава 18

Сад и огурчики

Уровень «Сад» был как порождение из сказок Шехерезады, а вернее из Вавилонских легенд о Семирамиде и ее садах…

Ряд огромных пещер, по стенам которых спиралью шли сады и плантации. С фруктами разной степенью созревания и все естественно в стазисе. Некоторые участки на какое то время автоматически выходили из стазиса и роботы-пауки очень похожие на тех с которымы мы сражались в тоннеле, собирали спелые плоды и ягоды, и транспортировали их в консервационные модули. Отнорки с фруктово-ягодными консервами тянулись на многие километры. Кстати склад с вареньем напоминал полки тетушки Аскал из Королевства кривых зеркал, только в тысячи раз большие. Мы с Мей конечно набрали себе банок и отправили их в караулку вместн с пауками. Тут кстати были залежи каменного сахара и водяные артезианские скважины (один из глубинных слоев луны был изо льда). Что полностью обеспечивало технологический процесс. Пещера с гигантскими баками, где бурлили и булькпли полуфабрикаты консервов впечатляли и наводили мысли не о фруктах. Но о тяжелой металлургии.

Местный искин был длинным улыбающимся типусом в полицейском мундире, некая смесь Михайловского Дяди Степы и Маккоуни из Полицейской академии. Он лично руководил отбором сладких образчиков своего уровня, но если бы мы взяли с собой все что он предлагал, то нам понадобился бы трейлер. А ещё там были овощные отсеки и плантации и когда мы зашли в отсек солений, заставленный тысячами бочек соленых огурцов всех разновидностей засолов, то не смотря на стазис, я почувствовал такой ядреный дух закуски, что резко захотелось холодной водки и её родимую, как по мановению волшебной палочки, андроиды из обслуги отсека, почему то оформленные в, виде рыцарей в полном доспехе, приперли на двух подносах, один с солёными огурчиками разных сортов, а другой с заросшими инеем графинчиками окруженными лафитниками и стопариками. Мей к моему удивлению поддержала компанию и лихо приняла пару стопок (оказывается китайские пилоты весьма уважали русскую водку). И тут меня естественно заинтересовало откуда в «Саду» такое тонкое знание того, для чего в натуре предназначены соленые огурчики и ответ был неожиданным… Когда существовали порталы, то сюда доставлялась соль из соляных копей с «Каменного уровня» и там автоматизированную в принципе добычу и переработку соли, контролировала триба Хомо, называющая, себя «косакс чумки» и меня как оглушила догадка ибо по ассоциации с солью естественно всплыли казаки и чумаки. Я посмотрел виртуальную карту и увидел, что наш путь рано или поздно пройдет рядом с соляными копями и решил обязательно посетить это странное место.

Но вот дальнейшая дорога к нижним уровням, была так сказать с узорами ибо ближайший нужный нам тоннель был частично обрушен, причем обрушен настолько, что наши велосипеды там по любому не пролезали, да и наши скафандры тоже. Пауки из обслуги посылаемые искином принесли информацию о том, что тоннель завален метров на двести с гаком, так что у нас было два варианта продолжения пути… ехать четыреста километров до следующего спуска, либо искать техническое решение.…

Глава 19

Большой камнеед

По поводу технического обеспечения нас обрадовал искин… он показал нам заброшенный ангар оставшийся еще со времен строительства тоннелей. Техника хранящаяся, как и все на Станции под стазисом была на ходу. Этот ангар кстати отсутствовал в информатории карты, что наряду с «белыми пятнами» вызывало определенные вопросы и озабоченность. Мы выбрали горнопроходческий комбайн на гусеничном ходу и колесный транспортёр. Энергетические модули были в специальном сейфе, который о крылся передо мной, как перед комендантом. Я загрузил их в ячейки механизмов и техника послушно заработала. Комбайн без всяких затей и мудрствований назывался «Большой камнеед». Работал он генерируя дезинтегрирующее поле настроенное на каменные породы. Он превращал их в пыль, которую всасывал и перерабатывал в брикеты для промышленных синтезаторов. Девайсов, могущих из ничего делать все ( типа полевого синтезатора Мидас у дона Руматы). Сейчас синтезаторы были отключены вместе с порталами, после той глобальной толи аварии, толи диверсии, но для, нас это было сейчас вторичным.

Мы успешно прочистили тоннель, ремонтные роботы Караулки занялись укреплением свода, а мы с Мей стали осваивать транспортный тягач… машинка оказалась мощной, комфортабельной и даже со своим маленьким искином. В комплект входила обойма с шестью рабочими пауками, которых можно было привлекать для ремонта и разведки. Был даже маленький медицинский модуль (который, как выяснилось позже не зря «висел на стене»). Роботы загрузили в грузовой отсек наши велосипеды и прицепы и по нашим предпочтениям забили камбуз продуктами из местной мини-кладовки. Среди них обнаружились интересные консервы, типа оленины, березового сока, китятины, говяжьего языка, камчатских крабов в собственном соку, консервы из кальмаров и осьминогов (приведшие Мей в восторг) и настоящая «Столичная» из генеральского пайка, с винтовой пробкой залитой опечатаным сургучом и к ней консервированный черный хлеб.

Мы хорошо поужинали под водочку, после чего обновили шикарный диван трансформер в кубрике тягача, а ночью я проснулся от того, что Мей плачет…

То что она мне рассказала вызвала во мне приступ бешенства ибо терпеть не могу таких подстав.

Накануне вылета на космодром ее привезли в Безопасность, взяли кучу подписок (в том числе и о сотрудничестве ) и вживили ей в бедро ампулу сказав, что это маяк, что бы если что, можно было спасти и найти ее. Но влюблённый в нее лейтенант из техотдела (а технари, как известно знают все) рассказал Мей, что в ампуле есть яд и чип который впрыснет его через сто дней после операции. Все это на случай «статистической невозможности возврата», такой вот термин а ля Сунь-цзы. Я решил действовать незамедлительно. Привел камбуз в положение «лазарет», превратив стол и сидения в операционный ложемент. Уложил в него Мей, сделал ей из пистолета-иньектора укол анестезирующего снотворного, подключил к мед- модулю и приступил к операции (диагност медицинского модуля пикнул об наличии алкоголя в организме и провел ачистку крови). Слава Эскулапу, в нашей Академии был насильственно введённый нашим суровым начальником, краткий курс военно-полевой хирургии и определенные навыки у меня были. Вспомнилось, как меня поразила фраза в учебнике про то, что при операциях на правой руке, главное сохранить бойцу возможность стрелять.

Ампула была маленькая и была недалеко заложена и операция прошла успешно. Я не поленился вынести его наружу и сжег из скорчера. В местной аптечке был заживляющий гель, который и следа не оставил от раны. Еще день я продержал Мей в состоянии покоя ( скорее психологического, нежели физического) и утром следующего дня мы отправились в путь.

Глава 20

Транспортная симфония

Стены тоннеля были неоднородными… то просто камень то железные плиты, то древняя кладка. Два «паука» постоянно бежали уступом в пятистах метрах впереди и с одного из них пришло видео сообщение об изменении конфигурации стен и это изменение было настолько необычным, что мы остановились его посмотреть… по всем стенам этого участка тоннеля были выполнены всевозможные барельефы… русалок! Причем ни один барельеф не повторялся и что интересно, неизвестный ваятель явно не фантазировал в своем творчестве ибо слишком много индивидуальности было в каждом образе, что говорило о том, что воображение скульптора опиралось на что то явно реальное.

Дальнейшие тоннели не радовали таким художественным разнообразием и рано или поздно мы спустились на Транспортный уровень, по крайней мере так он значился на карте. Нас встретил очередной аватар местного искина, похожий на автогонщика из начала ХХ века. Он провел экскурсию по пещерам «Лунного автопрома» и чего тут только не было. Малолитражки весёлых расцветок и легкомысленного дизайна, солидные лимузины всех классов, грузовики всевозможных разновидностей (я обалдел увидев пещеру забитую знакомыми по фильмам о войне «Студебекерами»).

А в «лимузинном отсеке» был вельми интересный раздел с редкими элитными девайсами ХХ века: Роллс-Ройсы, Изотты-Фраскини, Испано-Суизы, Maybach Zeppelin DS7 Luxury Limousine, Дюзенберги и даже Mercedes-Benz 770K Grosser Offener Tourenwagen фюрера, Альфа Ромео дуче и любимый Паккард Сталина.

Еще была отдельная пещера с паровыми автомобилями. Там были модели, о которых я даже и не слышал никогда, хотя про паровую серию Doble-Detroit Model я слышал краем уха, но вот что эти паровые шарабаны такие шикарные, а Паровой автомобиль братьев Уильямс, так вощще полный хай-тек стимпанк, я даже и представить себе не мог. Раздел строительной техники также блистал широким ассортиментом, но вот только, все машины были на паровом ходу.

Что интересно, так это то, что все эти, так сказать гражданские авто были либо с ДВС либо с паровыми машинами замкнутого уровня. В качестве горючего, везде применялась Белая нефть, имевшаяся в недрах Луны в огромных количествах.

Хотя техника работающая, в тоннелях, имела питание от энергетических капсул, как например наш тягач, такие вот двойные стандарты.

Были тут отсеки и с периферией для будущих автолюбителей. Контейнеры со сборными стационарными заправочными станциями, были и передвижные пункты заправки на базе грузовиков, были комплекты нефтеперерабатывающих станций (лунная нефть нуждалась в минимальной переработке для ДВС, а для форсунок паровиков нефть подходила та, которая шла прямо из скважин.

А еще на это уровне был отсек, где был складирован огромный автомобильно-строительный комбинат с полным циклом производства от металлургии до сборки. Там были даже модули учебных классов. Прямо целая автотранспортная симфония.

Тут был свой испытательный трек и тут уж мы с Мей оторвались, погоняв на целом ряде механизмов.

Я так и не понял, что мне больше понравилось, паровики или ДВС. Но вот поездив на Студере, я еще больше зауважал наших фронтовых шофёров, многие часы проводивших за баранкой на военных дорогах.

Как там пелось в известной песне…

…Через реки, горы и долины,

Сквозь пургу, огонь и чёрный дым

Мы вели машины, объезжая мины,

По путям-дорогам фронтовым…

Да-а-а-а… проект несостоявшейся Лунной цивилизации играл все в новых красках.

На последок искин предложил нам поучаствовать в гонках где мы с Мей заняли соответственно второе и третье место. Первое, на автомобиле братьев Уильямс, занял аватар искина, собака такая. А мы поужинав и отдохнув двинулись дальше.

Глава 21

Большой стимпанк

Тоннель ведущий к Железнодорожному уровню был почти стандартный по оформлению, не считая странного участка, где стены были аранжированы всевозможными косяками. Тут были скелеты хомо,биороботов, и огромных крыс. Через пару сотен метров этого перфоманса а ля Скелетон, нашелся автор этого безобразия, эдакий био-архано-франкенштейн… не подающий признаков жизни паук собранный из нескольких ремонтных пауков, но с дополнительными непонятными блоками увенчанными человеческим черепом судя по многочисленным трубочкам и проводам уходящих от него в блоки, бывшим когда то живой головой какого то Хомо. Мей естественно не удержалась и полезла копаться в блоках и нашла чип памяти, который считала в блоке управления нашим тягачом. Во время Большой катастрофы тут был бой, между ремонтниками, Хомо, крысами и стражами. Во время боя у командир стражей рванула энергокапсула блока связи и устроила локальный армагеддон следствием чего была боевая ничья. Уцелел бригадир наладчиков, исследовавший отнорок, где его благополучно завалило, повредив его электронные мозги и физически и остаточным излучением от взрыва капсулы. В результате этого он стал творчески мыслить и устроил всем павшим своеобразные похороны, тем более что от всех участников кроме него остались только скелеты, такое было следствие жёсткого излучения. Бригадир скомпилировал себе из трех сравнительно уцелевших пауков, ремкомплекта и рудного анализатора новое тело, с помощью которого приступил к созданию мемориала, после чего посчитав свои функции полностью исполненными, устроил себе короткое замыкание.

Мы торжественно сожгли останки стоика из скорчеров и замуровали пепел в выемке у подножия стены тоннеля.

А потом тоннель уперся в полустанок с рельсами, где нас встретил самый натуральный бронепоезд, из которого вышел натуральный железнодорожник стимпанк. Он отдал рапорт коменданту и открыл ворота в безрельсовую трассу, дабы мы могли проехать к грузовой станции, где его можно будет погрузить на платформу для передвижению по Большому стимпанку.

Но первым делом мы отправились в аппартаменты местной Караулки, ибо вельми устали. Нет, тягач конечно был в достаточной мере комфортабельным, но мы не оставляли автопилот без контроля и в кабине все время бодрствовал кто то один из нас ибо в боевой обстановке, а обстановка была именно такой, контроль за боевой техникой должен быть постоянным.

А мир Стимпанка был не менее интересен, чем мир автомобилей. Ну во-первых паровозы… есть всё-таки что то в этих паровых гигантах с низким КПД, хотя местные паровые двигатели замкнутого типа, работающие и на жидком и на твёрдом топливе. Паровозы, судя по данным информатория, биили только советскими, американскими и немецкими. Причем со всеми внешними аксессуарами… то есть на фасах советских локомотивах были красные звезды, на немецких свастики, а на американских, что Линкольн на душу положит. Раздел вагонов блистал всеми видами подвижного состава ХХ века… от классики типа Пульманов до натурального Восточного экспресса один в один, я даже стал искать взглядом Эркюля Пуаро и вспомнил одну юмореску на эту тему *(читайте в следующей главе).

Отсек грузовых вагонов был тоже весьма солиден, вагоны, полувагоны, платформы.

Очень пестрым был отсек вспомогательной техники… путеукладчики всех моделей, от обычных с краном и платформами с секциями рельс и шпал, до невообразимых вездеходных поездов-комбайнов, которые пробивали и обустраивали трассу, насыпали насыпь и сразу же клали рельсы. Это были явно неземные технологии. Были еще всевозможные путевые лаборатории на колесных парах и что удивительно, солидная плеяда снегоочистителей.

И была череда пещер с законсервированными модулями вокзалов, депо и предприятий железнодорожной периферии. Были даже паровозостроительные заводы.

В Центральном посту Караулки, я увидел большую электронную фотографию на которой был изображен паровоз стоявший на лунной равнине. Искин рассказал, что паровоз попал туда вовремя аварии порталов и попал как раз на границу видимой и невидимой с Земли части Луны. И тут Мей принялась хохотать… успокоившись она рассказала, что один из сотрудников Китайского космического центра, доложил, что испытывая режимы нового космического телескопа, заметил на поверхности Луны паровоз, но фотоаппарат не сработал и больше несчастный экспериментатор такси не смог повторить данное наблюдение, и на этой почве повредился умом и был прямо из Центра отправлен в «Приют мира и здоровья» (анькан), так называются в Китае психиатрические лечебницы. Да интересны извивы совпадений и судеб.

На другой день мы посетили полигон законсервированного Железнодорожного университета. Это была огромная подземная долина испещренная рельсами, стрелками и поворотными кругами. Отдохнув в апартаментах Караулки после «железнодорожных экскурсий» мы стали собираться в путь. Искин провожал нас с видимым сожалением, ибо ему очень понравились железнодорожные анекдоты, которые я, ему рассказал. В особенный восторг его привел полуабстрактный анекдот…

'Один приятель жалуется другому, что подозревает свою жену в измене с доктором. Так как приходя домой он периодически находит в постели медицинские инструменты. А второй говорит, что ему жена изменяет с железнодорожником.

«И как ты об этом узнал» спрашивает приятель.

«Представляешь, прихожу домой, захожу в спальню. А тааам…»

«Неужели гаечный ключ⁉»

«Нет. Железнодорожник. В форме!».

Глава 22

Кое что о восточном экспрессе

В книге фанфиков «Мифриловая змея» есть неплохая пародия на «Убийство в Восточном экспрессе» Агаты Кристи, под названием: «Грузите яды бочками» и вот что там рассказано…

* * *

Пуаро сидел за столиком ресторана Пекинского вокзала и пребывал в отвратительном настроении и тому было множество причин…

Во первых, ему надоело, что все китайцы называют его Лаовай*, а когда он отвечал что он не лаовай, а бельгиец, эти негодяи начинали бессовестно ржать*.

Во вторых ему надоело семенить походкой Чарли Чаплина, но во всех фильмах его показывали именно так и увы, приходилось соответствовать (когда он по привычке, пошел этой походкой играя Берию в фильме «Красный монарх», ржали все от Сталина, до последнего ассистента).

В третьих, директор Международной компании спальных вагонов, Мсье Бук и греческий врач Доктор Ставрос Константин, сказали что не поедут этим поездом, так как если там произойдет убийство, то все лавры достанутся Пуаро, а если убийства не будет, то и ехать не зачем. В четвертых, опять завял цветок в этой идиотской бутоньерке.

Пуаро с усталым раздражением наблюдал за пассажирами, суетящимися у вагонов «Восточного экспресса».

Сэмюэл Эдуард Рэтчетт, в костюме смертника с мишенями, залезая в вагон запутался в цепи, которой к нему было приковано ядро каторжника и чуть не упал,(упал он позже, когда ему подставил ногу его секретарь Гектор Уиллард Мак-Куин), при этом, его же слуга, Эдуард Генри Мастермэн, суетливо помогая хозяину встать, тайком пинал его своими армейскими бутсами.

Княгиня Наталья Драгомирова и Хильдегарда Шмидт, неуклюже затаскивал в вагон бочонок с ядом,

Проводник Пьер Мишель, раздавал пассажирам кухонные ножи и зловеще-красные палаческие колпаки,

Граф и Графиня Андрени, не разнимая объятий пытались протиснуться в дверь вагона, но им мешали пояса-патронташи с ковбойскими Кольтами,

А Грета Ольсон и миссис Кэролайн Марта Хаббард, затаскивали в свое купе разобранную походную гильотину.

Со стороны входа в ресторан раздался шум и лязг, это Мэри Хермиона Дебенхэм и полковник Арбэтнот, втащили в зал пулемет Виккерса на большом колесном станке. Отдуваясь и вытирая со лба пот, они присели за столик Пуаро, и заказали у подскочившего официанта: Мэри — чистого джина, а полковник имбирного пива, и поведали Пуаро свои печали.

— «Этот Fucking idiot»-, сказала Мэри своим нежным голоском, не разрешил везти в вагоне эту чертову шиит железяку и заставляет тащить ее в этот сортирный багажный вагон, а зачем нам пулемет в багажном вагоне, нам ведь не от чертовых индейцев отстреливаться. Кстати, тем двум старым дурам, он разрешил везти в купе свою гильотину'-.

А полковник, примирительно улыбаясь объяснил, что джентльмен, являющийся Главным проводником «Восточного экспресса», разъяснил Леди Мэри новые правила перевозки багажа, что несколько расстроило юную Леди, которая как воспитанная девушка из хорошей семьи, не допускает, как правило, таких выражений'- В ответ на что, Леди Мэри показала ему средний палец, правой руки.

Частный детектив Сайрус Бетман Хардман, выдающий себя за американского коммивояжёра, высунулся из-за портьеры, где он перезаряжал свой Томми-Ган и сказал, что самые подозрительные пассажиры, это Граф и Графиня Андрени, так как похоже, что на самом деле они сиамские близнецы и никак не могут быть мужем и женой.А когда Пуаро спросил откуда эти выводы, Сайрус гордо сказал, что это парочка, слишком жарко целуется, для многолетней супружеской пары и даже еще ни разу не разжала объятий, что является главной уликой.

Так что, когда утром, Сэмюэл Эдуард Рэтчетт — Кассетти, был обнаружен у себя в купе мертвым, (причем тело лежало в ванной с ядом, было истыкано кухонными ножами, а в руках несчастный держал два револьвера, из которых видимо и застрелился, а рядом с телом, стоял заклинивший пулемет Виккерса), у Пуаро уже была готова версия.

Собрав в вагоне ресторане, всех пассажиров, поездную бригаду, пейзан из окрестных сел и викария (всем приглашенным приходилось перелезать через застрявшую в коридоре гильотину), Великий детектив после часа расхаживания по вагону, непонятных намеков и нелогичных сопоставлений, объявил, что убийцы, это Граф и Графиня Андрени, которые на самом деле являются сиамскими близнецами, что и является безусловным доказательством того, что они убийцы, ибо сиамские близнецы, являются весьма не стойкими психологически, что и приводит к подобным преступлениям. Но увы и великие ошибаются…

Граф и Графиня Андрени, оказались ни кем иными, как Шерлоком Холмсом и Доктором Ватсоном, которые искали профессора Мориарти, и приняли за него Ретчетта. И Пуаро был вынужден придти к смутно логичному выводу, что так как они не являются сиамскими близнецами, а так же мужем и женой, то убийцами они быть тоже не могут (причем на протяжении всей речи доктора, Холмс играл на скрипке). Пуаро понял, что сейчас сойдет с ума и предложил обществу дождаться Миссис Марпл. А тут стюард принес чай и Холмс предложил к чаю печенье, которое испекла им с Ватсоном в дорогу, Миссис Хадсон, а после чая общество внезапно устроило танцы со стриптизом. (Бедная Миссис Хадсон и помыслить не могла, что в банке с надписью сахар, Холмс смог прятать что то иное). Как позднее заметил Пуаро: Очень трудно определить кокаин в банке с сахаром, если не положить его в чай.

Глава 23

Заводы вставайте

Проехав пару сотен километров, мы остановились. Впереди было Белое пятно и без разведки соваться туда было не комильфо. Дежурная пара «паучков» отправилась вперед, а мы стал ждать новостей и они непреминули появиться…

Тоннель обрывался в огромной пещере, жно которой было покрыто обломками техники. Когда мой взгляд выхватил странно узнаваемую деталь, мозг отказался верить этому… на каменном полу пещеры лежала явно сорванная взрывом башня «Сталинского мамонта» КВ-2. Вместо звезды, там был какой то непонятный знак. Там были еще обломки и сгоревшие остовы танков Второй мировой, но помимо них были остатки незнакомой техники, нечто вроде разнообразных башен типа шахматной туры, на гусеничном ходу. Мне тут сразу же вспомнилась старая фантастика, «Операция Стальной квадрат», где Советские и немецкие танкисты, прямо с парадов тридцатых годов, по чужой воле, попадают со своими боевыми машинами на другую планету, что бы стать марионетками в придворных играх Космической империи, но не тут то было… Среди героев книги, как и положено в АИ, не мало реальных исторических лиц. Тут и Гитлер, и Сталин, и Гиммлер, и Берия. Сюжет динамичен и неожиданнен. В принципе это боевик, с элементами шпионского романа. И в одной из ключевых сцен Владыка играет в шахматы танками с живыми экипажами. Прямо вот такое дежавю.

Мей пыталась найти какие-нибудь уцелевшие электронные носители, но безуспешно. Так что тайну этого Белого пятна, мы так и не раскрыли. Хотя был один момент, в башне КВ я нашел в открытом замке орудия два значка Тридцатых годов… «За отличное вождение танка» и «Отличный механик совхоза». Мда, как бы сказала Алиса Лидделл: «Становится все страньше и страньше»*.

Найдя продолжение тоннеля мы продолжили свой путь и рано или поздно попали в «Заводской раздел» бездонных лунных кладовых. Аватар местного искина был похож на пожилого джентльмена, свихнувшегося на сиимпанке, но все его прибамбасы абсолютно терялись на фоне управляемого им хозяйства. «Заводской раздел» состоял из двух частей… бесконечные анфилады пещер забитых ящиками и контейнерами. И пещеры-ангары с законсервированными предприятиями полного цикла. Гигантские пещеры, в полумраке которых мерцали корпуса предприятий, буквально пробирали до дрожи.

Искин пояснил что предприятия после терраформирования поверхности Луны, должны были с помощью разовых порталов подняться на поверхность. Нас заинтересовали эти разовые порталы, но даже моего допуска коменданта, не хватило, что бы открыть массивные двери ведущие в пункты управления порталами (на каждый портал при заводе, был свой пункт управления). На пятом пункте мы с Мей сдались и просто продолжили чисто познавательную экскурсию. Неизвестный демиург очень грамотно спланировал размещение производственных мощностей. Во первых заводы практически были комплексными предприятиями… например металлургический комбинат был обьединен с рудником и угольной шахтой, и рядом с ним же базировались инструментальный и агрегатный предприятия. И так все и везде в этой промышленной зоне, было подготовлено для кооперации в стиле «протянутой руки». Не было того что в свое время погубило Советскую промышленность после краха СССР, разброса частей предприятий по разным регионам и республикам, которые получив независимость все прогадили.

Местный искин был кстати большой музыкальный эстет. Он нашел в Центре управления Караулки фонотеку оставленную кем то из персонала и стал завзятым меломаном. Что его огорчало, так это то, что нет не одной тематической песни про промышленность. Я очень кстати вспомнил «Песню трудящихся» (бывший гимн Коминтерна), которую мы некогда разучивали в Артековском хоре для участие в фестивале, но в последний момент песню не пропустили, но вот слова я запомнил на всю жизнь и напел ее искину. Искин с благодарностью принял данную музыкальную помощь и когда мы отъезжали продолжая свой поход, нам в след звучал мощный хор исполняющий Lied der Werktätigen.

*Льюис Кэрролл всегда утверждал, что его героиня Алиса — полностью вымышленный персонаж. Но на самом деле, у этой милой сказочной девочки был вполне реальный прототип… дочь вице-канцлера Оксфордского коллежда Генри Лидделла,друга писателя,— Алиса.

Кэрролл преподавал в этом же колледже и они с отцом Алисы дружили семьями.

Глава 24

Арсенал

Этот тоннель был прямо создан для фантастического романа… металлические плиты, тюбинги, массивные стальные люки невообразимых размеров с кремальерами и так всю дорогу до Арсенала. Эти люки периодически попадавшиеся по дороге были странными конструкциями. Солидный суперсейфовый люк, со всеми необходимыми прибамбасами, просто был вмонтирован в стальную стену, за которой был глухой каменный монолит. Правда Мей высказала интересную идею… она предположила, что ранее за люками находились порталы.

Не знаю с кем собирались воевать будущие владетели Луны, но оружия тут было не на одну компанию. Во-первых большое количество бронемашин, причём колесных и с пулеметным вооружением. Поразила огромная, пещера заваленная холодным оружием, ну а залежи огнестрела напомнили мне склады в подземельях Бакалеи, где я, побывал в прошлой жизни и где хранилось оружие времен Великой Отечественной. Помню мы получали там ППШ, для борцов с колониализмом, а местный прапор гордо показывал нам ящики с Томми-ганами. Были тут еще и пулеметные залы заваленные пулеметами, марки которых я даже затруднялся определить и что было отдельно интересно, во всех арсенальных пещерах, висели батальные полотна, смутно напоминавшие Земные войны XVIII века, но не подлежащие персонификации. Местный искин не смог ничего добавить по картинам, сказав, что они висели тут всегда.

Артиллерия была представлена исключительно дульнозарядными даенадцатифунтовыми Наполеонами, именно теми самыми, Canon obusier de campagne de 12 modele 1853 (они же 'Canon de l’Empereur).

Аватар арсенального искина напоминал британского лорда, который на пенсии руководил войсками ост-индийской компании. Искина сопровождали аватары очаровательных девушек в вычурных мундирах. Это были смотрители-инструкторы секций вооружений. Я сразу стал выяснять марки этих странных пулемётов, но у местного оружия были только индексы. Единственное, что мне могли сказать, так это то, что все оружие поставлено с планеты Плют. «Однако» — подумал я — «А мы очень любим господина ПЖ».

Мей тоже питала интерес к оружию и мы зависли в секциях бряцая железом и от души постреляли на полигонах. А в конце дня к нам заявилась депутация.

Мы с Мей как раз копались в продуктовом складе местной Караулки. Тут были исключительно армейские рационы, причем исключительно советские и немецкие разных времен. Что было интересно, шнапс и водка были во флягах. Были и ящики с винами и коньяком, для офицерской кухни. Так именно по вопросу напитков и пришли искины к Его милости Коменданту. А попросили меня, разрешить аватарам искинов, пользоваться аватарами напитков. Сказать что я был удивлён, это ничего не сказать. А Мей просто начала беззастенчиво ржать.

Ну что же, великодушный комендант пошел навстречу своим подчиненным и сегодня же вечером состоялось общее застолье, причем как я понял, в этом участвовали все караулки.

Вовремя застолья искин подтвердил идею Мей о люках. Это действительно были входы в порталы, через которые в случае особого приказа, моторизованные когорты биороботов-альгвазилов, (должные тут базироваться после окончания терраформирования и колонизации) могли попасть в нужное для их применения место. На сегодня экипажи отсутствуют. Те кто были при арсенале погибли во время катастрофы, а где находятся резервные биоединицы, и скину неизвестно.

Пирушка закончилась, все были довольны и самое главное, авторитет Коменданта в широких кругах искинов, поднялся на невообразимую высоту.

Утром, искин Арсенала, торжественно преподнес нам с Мей кинжалы с шикарной отделкой, и по его словам с лезвиями которые резали все сто угодно (кроме ножен конечно). А нас с Мей ждал пожалуй самый странный лунный уровень…

Глава 25

Министерство речного флота

Когда на стенах тоннеля появились витрины с речными судами, то мы поняли, что подъезжаем к уровню со странным названием, «Министерство речного флота»…

Данный уровень представлял собой созвездие огромных подземных залов с имитацией неба, и вся эта местность была покрыта озерами и каналами. На участках суши теснились верфи, склады и предприятия инфраструктуры. И везде стояли на приколе суда, но все речного класса. То есть на новой Луне морей не предусматривалось. Главный искин был вылитый капитан Врунгель, были еще два младших искина… тот, который командовал посыльным буксиром «Ваня Коммунист» и остальным корабельным составом, был похож на комиссара, а тот который заведовал флагманом в виде большого речного колёсного парохода, имел видимость Тома Сойера. Да, начитанные тут искины.

Инфраструктура тут была закавыристая… острова верфи, острова предприятия, гавани по берегам пещерных озер и в них стайки судов на приколе. Все без исключения суда были паровые, кроме катерной мелочи с ДВС и даже веслами и парусами. Был законсервированный рыбный комбинат с флотилией рыбацких баркасов на приколе.

Была и военная флотилия состоящая из интересных гибридов речных бронекатеров времен Второй мировой, с пулеметами и «Наполеонами», причём пушки стояли на местах штатных орудийных башен, жуткие гибриды. На островах и по берегам озер теснились бесконечные пакгаузы с комплектами для, сборки судов и береговой инфраструктуры.

Нас, с Мей разместили на штабном корабле «Гордость Миссисипи» прямо сошедшего со страниц Марка Твена, этот корабль был частью местной Караулки. А в большом береговом Камбузе я, увидел самую большую на моей памяти коллекцию рома, сортов двести по-моему. Даже у речников присутствует порой настоящий морской дух. Местные искины так же имели доступ к виртуальной библиотеке и вынесли оттуда информацию о маршах которые гремят на пристанях, при отходе и прибытии кораблей. Я с барского-комендантского плеча напел им «Прощание Славянки» и марш из «Жестокого романса», оставив на их усмотрение, что когда играть. И с утра музыка уже гремела на всех палубах и пристанях. А нам подогнали блокшив и перевезли наш тягач на другой конец уровня, где продолжался тоннель. Тоннель продолжался, в огромном гроте, где величаво мерцала голограмма огромного парусника. Она появилась после того, как схлопнулись порталы. Тут кстати был главный «морской» портал должный выходить в Море Москвы, которое после заполнения водой должно было стать главным местом базирования Лунной флотилии.

Лишний раз я понял, что у здешнего древнего демиурга с воображением все в порядке.

В этих озёрах и каналах были кстати помимо всего прочего питомники со всевозможной рыбой… караси, плотва, сомы, форель, щуки и пескари. Все эти деликатесные и не очень породы были естественно в стазисе, но для нас устроили банкет с рыбной кухней, под ром. Причем уху я сварил сам на живом огне. Мей очень удивилась, когда я потушил в котелке с ухой головешку и плеснул туда водки, но блюдо оценила. Его кстати оценили и искины, которые мое разрешение на использование аватар напитков распространили и на закуску, впрочем я и не возражал.

Нас ждал многосоткилометровый перегон, пересекающий очередное белое пятно, о котором было известно только то, что это лакун-выброс от ледяного пояса Луны, того самого, внутри которого и была цель нашего похода, которая была еще далеко впереди.

Добавив на камбуз тягача свежей рыбки и элитных сортов рома, мы отправились в путь.

Глава 26

Ледяные крысы

Тоннель сразу изменился когда мы въехали в Ледяной пояс, стальные плиты покрытые изморозью и инеем. В тягаче была установка микроклимата но все равно нам показалось что несколько похолодало. Через пару сотен километров «Пауки» засекли шевеление впереди. Когда я посмотрел посланную разведчиками картинку, то увидел на ней бой между… крысами. Белые крысы сражались с черными крысами, грызуны были в доспехах и применяли исключительно белое оружие. Судя, по количеству крысиных тел павших в сражении, бой шел уже давно и что было тут жутким, так это то, что тела павших жадно терзали и свои и чужие, причем терзали с явно гастрономической целью.

В стенах тоннеля были видны два неровных отверстия. Учитывая то, что оттуда периодически вылезали очередные участники боя, то судя по всему, дырки в стенах тоннеля проделали именно они, а повреждения от их зубов и когтей на одном из моих пауков-разведчиков говорили об определённой их опасности даже для нашего тягача, но наш Пинти Долон (Юркий дракон), так назвала его Мей не был беззубым. В лобовую броню радиатора, был вмонтирован деструктор, которым можно было уничтожать мелкие обломки, но у деструктора бывшего на сотню метров, была ещё и регулировка обработки материала, то есть луч мог быть налажен на камень, металл, органику или гибридную работу. Я подождал, пока пауки не втащат пострадавшего товарища в ремонтный ложемент и включив деструктор на органику дал малый ход вперед. Крысы достаточно быстро кончились и я осторожно приступил к рекогносцировке…

Первым делом я стеганул а дыры в стене усиленным пучком излучений, а потом пауки-ремонтники забили эти отнорки обломками скал и стальной обшивки в изобилии валявшихся в тоннеле и я запечатал все это гибридным излучением металл-камень, поставив деструктор на минимальную мощность, то есть он плавил метал и камень, а не уничтожал. Потом отъехав метров на пятьсот назад, включил деструктор на режим органики и медленно проехал по наиболее опасному участку тоннеля, выслав вперед разведку державшуюся на границе поля. И в конце концов мы увидели то место из за которого шла эта крысиная война. Между швами тюбингов была врезана солидная дверь с эмблемой баталерки, барельефом бычьей головы и бутылки. Дверь была поцарапана но не прогрызена. Стало ясно, что крысам надоело питаться друг другом и они решили добраться до этого промежуточного склада.

Но рядом с этими воротами я к своему изумлению увидел натуральную самурайскую катану и винтовку Арисака с ее характерным штыком. Странные дела тут на Луне творятся.

Глава 27

Замок Мейдзи

Я увидел этот отнорок именно как Комендант, ибо имел возможность определять законсервированные входы. Ворота украшенные барельефами драконов открылись как только я приложил руку к силуэту ладони выдавленным на них. За воротами было расширяющееся ущелье в глубине которого виднелись восточные строения и озеро. Над ними мерцала уже привычная имитация неба. А Мей вглядевшись в панораму, прошипела с ненавистью — «проклятые японцы».

Это место называлось замок Мейдзи и было оно достаточно необычным, даже для Луны…

Когда-то давным-давно, некий демиург очарованный культурой Ямато создал себе на строящейся Станции, где он имел определённые полномочия, тайную лабораторию. Он изъял из разных исторических периодов, обреченных на гибель самураев, добавил к ним несколько домов гейш и деревню, вместе с озером на берегу которого она пребывала. Так тут получилась и состоялась миниатюрная Япония.

Четыре отряда самураев, из Средних веков, из начала и середины ХХ века и из ХХIII века, составили некий спецназ, который демиург использовал для своих исторических экспериментов в разных судя, по всему параллельных мирах, связь с которыми он имел через личные порталы. Но во время катастрофы демиург исчез, и без него заблокировались продуктовые склады в местной баталерке. Фатальным это не было, так как в озере была рыба, пейзане, за счет местного микроклимата, снимали на полях, в садах и в огородах по урожаю каждые три месяца. Местный искин зная о резервной баталерке в тоннеле, отправил туда отряд самураев из Второй мировой, но отряд напоролся на крыс и вернулся с большими потерями, причем крысы бросились в погоню целой армией и искин, после жаркого боя на тет де поне, заблокировал вход в Японскую лакуну разовой аварийной командой, после чего снова смог его открыть только я, как комендант.

Да, странно и непривычно было видеть тут этих японцев и японок, мужчин в униформе разных эпох и женщин в изящных кимоно. У японцев было свое ткацкое и швейное производство, рос лен и была делянка шелкопряда, были и мастера. Так что женщины блистали, а арсеналы и цейхгаузы были устроены демиургом вне Каптерки свой вскаждом из четырех кварталов.

Меня заинтересовали пришельцы из XXIII века. Там, на той Земле геополитическая ситуация сложилась следующим образом… начался, сухопутный конфликт между Северной и Южной Корнями, Материковый Китай, пользуясь случаем высадил десант на Тайване, но чайканшисты оказали упорное сопротивление и американцы высадили на Тайване экспедиционный корпус и завертелась война на Дальнем востоке.

В Японии произошел военный переворот, к власти пришла организация «Копье Аматерасу» имевшая большой подготовленный мобилизационный запас, и Силы самообороны Японии, отныне называющиеся Императорской армии, нанесли удар по американским базам в Японии. Такая вот веселуха. Россия, кстати оказала помощь Северной Корее, хотя, северяне в принципе справлялись и сами. Впервые же часы войны, Сеул был практически уничтожен ракетно- артиллерийским ударом, танки с красными звёздами через двое суток были у Пусана, но тот, как и в прошлую войну смог удержать городскую линию. Что было дальше спецназовцы не знали, ибо их перенесло сюда, когда вона там еще не закончилась.

Этот отряд самураев из XXIII века был очень серьезно вооружён. Помимо автоматов и пулеметов, у них была батарея сверхскорострельных автоматических пушек, калибра 47 миллиметров но с очень мощными снарядами фугаснр-осколочными снарядами с игольчатой начинкой. Самураи эффективно применяли их во всех рейдах, куда их отправлял демиург (одной из операций кстати, был разгром Ганнибала под Каннами).

Именно эти пушки не дали ордам Ледяных крыс ворваться на территорию Мейдзи.

Первое, что я сделал к радости местного населения, это разблокировал склады. А потом местный искин, в аватаре высокого красавца самурая времен Сенгуната, которого звали князь Фумио (Мей ехидно прошептала, что в переводе это означает «образованный ребёнок») сказал что местные японцы хотят принести мне вассальную клятву, ибо они больше не хотят быть ронинами. И не смотря на скрип зубов Мей, я провел эту церемонию. Мне подарили роскошную катану и шикарное кимоно. И я коснулся ей плеча каждого самурая, пмони преклонив колено касались лбами уголка полы моего кимоно. Но потом,из уважения к чувствам Мей, задерживаться мы тут не стали. Да и ледяное окружение честно говоря давило на психику, хотя теперь стал ясно, что для лунной атмосферы и водоемов базис есть.

Глава 28

Бой в тоннеле

Когда мы отъехали от японского анклава, Мей извинилась за свое поведение. Она сказала что я вряд ли представляю, как китайцы ненавидят японцев. На что я ответил что прекрасно знаю что Китай потерял в этой войне восемь миллионов солдат и больше двадцати миллионов мирного населения и знаю о Шанхайской резне и об опытах генерала Сиро Исии над китайскими пленными в бактериологических застенках отряда 731.

Километров через триста начиналось очередное Белое пятно, и я уже привычно тормознул в километре от него и выслал вперёд двух пауков-разведчиков и картинка от них пошла вельми интересная… расширяющийся тоннель был усеян огромными светящимися разноцветными грибами, причём цвета менялись и переливались в каком-то, толи хаотичном, толи, сложноуправляемом порядке. А потом посреди тоннеля нарисовался банальный грузовик набитый грибами, как Бюссинг фашистами в старом кино про войну, причем у грибов были руки, в которых они держали предметы похожие на оружие, а за ним катил еще один, и еще несколько. Это Белое пятно оказалось слишком разноцветным, так что хоть и тиха украинская ночь, но сало надо перепрятывать.

Я не стал экспериментировать, а просто включил деструктор в режиме металл-органика на полную мощность и это оказалось очень эффективно и я бы сказал наглядно.

Грибы, и на стенах, и в кузовах начали распадаться прямо на глазах, а затем стали рассыпаться в прах и грузовики. По крысам в прошлый бой, я бил уменьшенным зарядом, и если крысы там попросту падали замертво, то тут был сплошной прах и тлен (кроме пластмассовых деталей грузовиков, на которые излучение не подействовало). Я был так жесток из за того, что среди грибов растущих по бокам тоннеля, я заметил аккуратные пирамидки из человеческих черепов. Нет товарищи, такие грибы нам не нужны. Дальше мы продвигались не выключая деструктора (речники нас снабдили достаточным количеством энергетических капсул причем питание было дублированным дважды. То есть основные капсулы тягача и деструктора, плюс по одной резервной и блок объединяющий питание). Так что энергии у нас хватало на любые режимы и движения и боя.

Через пару километров мы, обнаружили полузаброшенный мехдвор древних туннельных дорожников. Там была пара десятков полуразобранных грузовиков и прочих механизмов, причем все с ДВС и там же видимо базировались те грузовики, что мы деструктировали в тоннеле. Тут же был огромный самогонный аппарат на котором хозяева видимо гнали горючку для грузовиков, уж из чего, я, даже опасался думать. Местные грибы из за деструкции не дожили до нашего приезда, но мне показалось этого мало. Я выжег весь этот мехдвор до камня, а потом поставив деструктор на «каменный» режим, продезинфицировать все стены, и тут и на этом участке тоннеля, дабы не сохранились случайные споры этих странных грибов.

Мы решили проехать пару десятков километров до конца Белого пятна и там отдохнуть, но как только тягач пересек незримую границу, под передними колесами грянул взрыв. Броня тягача была хорошей, радиатор длинным, мы с Мей были с закрытыми забралами и были пристёгнуты креслам но тряхнуло нас так солидно, что мы потеряли сознание…

Глава 29

Лунные чумаки

Когда я пришёл в себя, то первым делом взглянул на приборы. Там все было более-менее, но не блестяще. То есть машина не горела, движок был почти цел, но вроде бы немного заклинен, жилая капсула не нарушена, но вот передняя подвеска была не дееспособна абсолютно и что особенно удручало… лючки выхода пауков-разведчиков были заклинены.

Я активировал экраны обзора и часть из них к счастью работала и то что я увидел, было абсолютно когнитивным диссонансом… вокруг тягача тусовались натуральные Донские казаки, в узнаваемых фуражках, в штанах с красными лампасами, с шашками и карабинами Мосина, но вот вместо коней у них были… олени. И как потом выяснилось, именно на их фугас налетел наш «Дракоша». Так станичники защищались от набегов моторизованных Грибов.

Донская станица Чумаково имела древнюю историю… в старину, тут устроила поселение казачья ватага, много лет удачно ходившая в Крым за солью, отсюда и название. Как они умудрялись успешно путешествовать с таким ценным грузом в этих непростых местах не знал никто и удача этим Чумакам благоволила всегда. Прошли века и Чумаково стало обычной столицей Войска Донского, но пришел февраль семнадцатого, а за ним, что характерно, и октябрь того же года, со всеми вытекающими.

Когда в 1919 году был разгромлен Деникин и Красные снова подходили к Области Войска Донского, сотня самовольно оставила позиции и вернулась в родную станицу, ибо слухи о Красных ходили страшные. И вот когда на станичном кругу споры о будущем станицы дошли уже до драки, на майдане появился странно одетый всадник верхом на олене.

Он сказал казакам, что через три дня тут будут Красные и по приказу комиссара Свердлова все мужчины старше четырнадцати лет будут расстреляны и станичникам, ежели они хотят жить, надо срочно эвакуироваться в дальние земли, где текут молочные реки с медовыми берегами. Транспорт им сейчас же после согласия подадут и забирать можно все, кроме коней, коров, быков и овец. Птицу и свиней брать можно. На новом месте уже есть дома, есть земля, есть озеро и вместо лошадей, волов и даже коров, будут ездовые олени. Самое странное, что все станичники сразу же согласились на это предложение, и даже легко пошли на то, чтобы оставить тут боевых коней. Как потом вспоминали станичники, все проходило будто во сне.

И когда прямо в воздухе вспыхнули огромные мерцающие ворота из которых стали выползать огромные с дом величиной ящики на колесах, то даже бабы не испугались. В три дня станица не уложилась и перевозка длилась целую неделю, но Буремир, так себя назвал мужик на олене, не торопил. А разъезды посланные атаманом за околицу, доложили, что вокруг станицы по границам полей и пастбищ стоит непроницаемая туманная стена, сквозь которую не пройти не проехать и которую не берет даже пуля (за этот дурацкий выстрел молодой казак Мишка Кошевой, схлопотал нагайкой, и от хорунжего, и от атамана). А на шестой день выяснилось, что стена обороняет только сбоку, ибо в небе появился красный аэроплан. Казаки стали спешно ставить два своих Максима на вертлюги, но Буремир вытянул в небо руку со странным большим пистолетом, сверкнула бесшумная молния и Ньюпор с красными звездами дымя и пылая понёсся к земле. После этого погрузочные работы были быстро свёрнуты, потуги типа погрузки соломы с крыши старого овина или досок от разобранного сарая пресекались атаманской нагайкой.

Глава 30

Соляная станица

Новое место станичникам понравилось, и больше всего их поразили ватерклозеты в домах, хотя и сами дома сильно отличались от станичных как размерами, так и комфортом. Ну и хозяйственные приклады к домам впечатляли, особенно хозяйкам понравились механизированные кухни и теплицы. Надо сказать, что казачки быстро освоили всю домашнюю технику. Но вот злаковые поля и пастбища казаки решили обрабатывать по старинке, на оленях вместо волов, хотя и тут младший демиург им потрафил, подкинув им новые плуги, сеялки и сенокосилки.

Тяжелее всего казаки привыкали к оленям, но местные олени по всем канонам превосходили все свои земные аналоги. Они прекрасно ходили под седлом, их тягловая порода бодро таскала возы, плуги и сенокосилки. Оленьих давали прекрасное жирное молоко, которое вдобавок не кисло. Но главная работа была местном градообразующем предприятии, на соляных копях…

Тут были полностью автоматизированные соляные копи для которых главный демиург решил в порядке эксперимента подготовить смену живых операторов. Но тут произошла забавная история. Компьютер в поисках наиболее подходящей трибы туземцев по ассоциации выбрал станицу Чумаково переведя ее название, как село солеваров. Когда Буремир разобрался с этим, станичники уже были в недрах Станции. Я кстати спросил искина, а по что была такая дискриминация коней, коров, быков и овец на перемещение оных на Луну, но он объяснил это особенностями настроек портала.

Народ конечно попался далекий от профессии операторов автоматических добывающих и перерабатывающих комплексов, но учитывая полную автоматизацию копей, группу молодых казаков научили, как в случае нужды нажимать кнопки и создали резрвную группу персонала копий.

А потом произошла катастрофа, порталы куда оправлялась готовая продукция закрылись, демиург исчез, добыча соли прекратилась и станица стала жить просто для себя.

Хотя Каптерка заблокировалась, казаки вполне обходились натуральным хозяйством, тем более, что электричество сохранилось и все новые, но уже привычные удобства функционировали. Искин управлял станицей из Караулки через видео модули связи, которыми были оснащены все предприятия Станции, а после разрешения Коменданта на аватары, принял личину знакомого казакам младшего демиурга и в привычном для них виде, стал появляться в станице. Именно этот искин меня приветствовал и пояснил казачеству, что я и есть на сейчас наиглавнейший Наказной атаман-комендант.

Казаки впрягли в тягач вереницу мощных оленей и утащили его на свой мех-двор. А там я заметил видный только мне абрис замаскированной секции. Я возложил свою десницу на замерцавшее при моем приближении изображение ладони и в каменной стене распахнулись огромные ворота, за которыми открылся бокс с техникой и запасом всевозможных прибамбасов к оной. Там были четыре небольших патрульных броневичка вооруженных странными пулеметамиВиллар Пероза m1915 и шикарный аварийный бронетранспортер на гусеничном ходу, который сразу же стала обследовать Мей.

Я же занялся устройством на побывку нашего старого транспорта… Под моим чутким руководством, нашего подраненного дракона, развернули мордой к выходу в тоннель. Я наладил деструктор на органику и заблокировал другие опции. Теперь если что, никакие грибы или крысы не прорвутся в станицу. А учитывая, что я разблокировал местную Каптерку, было им всем счастье.

А новый Дракон был супер… повышенная бронезащита, гусеничный ход и деструктор по периметру. Плюс две дюжины пауков-разведчиков в четырех обоймах разнесенных по корпусу. И теперь казаки перегружали наши запасы из старого тягача в новый, заодно добавив от себя домашних разносолов, ибо более просторные стазис-отсеки нового дракона, это позволяли.

Ну потом естественно был большой праздник, на заставленном столами майдане… Стол был с праздничным казачьим меню… борщ, уха, солянка, кулеш, жаркое, шулюм, фаршированная кашей рыба, всех сортов, капуста с икрой сазана, раки в вине и сметане, таранчук, пироги и пряники, защипанцы, козьма, круглик и. т.д. Разливаное море квасов, настоек и самогона всех сортов. Короче праздник удался. А когда начали играть песни, чуток захмелевшая Мей исполнила на русском языке песню — «Едут по Берлину наши казаки», что вызвало бурный восторг. Мне стало завидно и я исполнил «Есаул молоденький», которого пришлось исполнять на бис четыре раза. Ну а когда обмыли наши с Мей вокальные победы, я выдал: «Есаул, есаул, где ж ты бросил коня», чем вызвал слезы у всех присутствующих. Ну а потом пришлось рассказать казакам как после исхода, проистекала земная история, на одной седьмой суши. Казакам кстати понравился Сталинский сегмент Российской истории, и то что казнили многих активных участников Гражданской войны в РККА,и разгром японцев под Халхин-Голом, и возвращение имперских земель в 1939–1940, и взятие Берлина, и Манчжурский поход. А вот казнь генерала Краснова за сотрудничество с немцами вызвала одобрение и казаков воевавших на стороне немцев, станичники назвали иудами. Короче, когда мы уезжали на новом своем аппарате, который теперь звался просто «Дракон» нас провожала вся станица.

Глава 31

Ахтунг Ахтунг. Козакен унд Небельверфер

Когда мы уже отъехали достаточно далеко от станицы, Мей напомнила мне «казачью» историю которую я рассказывал во время пирушки на майдане, историю из моей прошлой жизни…

Дело было конце ХХ века, когда внезапно стали исчезать одни страны и появляться новые, и тоже уходить в небытие. В одной новой-старой стране, гастролировал некий казачий ансамбль песни, и немножко пляски, и тут пригласили его в соседнюю, совсем новую страну. Народ там был братский, к России дружелюбный и казачки с головой ушли в новую гастроль, тем более и платить обещали нормально, и местный народ был весьма хлебосолен, особенно по части домашних вин.

Но тут, в разгар гастрольного турне, злые соседи решили ликвидировать эту страну, и начали агрессию, причем не без поддержки ООН и прочих ЕС.

Ансамбль резко приступил к эвакуации, тем более подвернулась удачная оказия. Один из новых друзей, попросил перегнать на сопредельную территорию небольшой табун лошадей, причем с полным комплектом сбруи. Народ как раз имел представление о конной езде, ибо одно время ансамбль подвизался в одном конном цирке, который увы прогорел.

Так что оседлав пару дюжин породистых лошадок, ансамбль превратился в боевой эскадрон, тем более, что реквизитные шашки, у казачков были.

Эскадрон уже был недалеко от границы, встав на ночевку в большом селении, где так же находилась группа русских добровольцев, так же уходящая за кордон, ибо агрессоры и примкнувшие к ним международные силы, объявили их вне закона.

Селение это находилось на временно нейтральной территории, войска бывшей республики отсюда уже ушли, а захватчики, ещё не прибыли. А на пути к границе, был ещё один населённый пункт, который по ландшафтным причинам нельзя было обойти. Так вот в этом пункте находилось подразделение так называемых Международных сил, подразделение бундесов и пара британских наблюдателей со свитой. Они контролировали проход и проезд, в приграничную зону и контролировали, достаточно строго. Все бы ничего, но там присутствовала парочка AMX- RS. В принципе ерунда, но у ребят не осталось ни одного РПГ, а у этой коробочки, ствол 105 мм, и буржуины с очень большой вероятностью, попытались бы интернировать всех лиц с подозрительными документами, просто без оных и заодно и индивидуумов, находящихся в международных розыскных листах. А время поджимало, ибо на подходе были войска противника, имеющие абсолютное превосходство в технике и живой силе, и не знающие пощады. И был еще нюанс… К отряду присоединилась группа местных товарищей, которым нельзя было попадаться в лапы ни к оккупантам, ни к миротворцам, и их надо было обязательно провести на ту сторону. Их с молчаливого согласия командиров распределили между казаками и добровольцами. У казаков как раз были свободные лошадки, а часть беженцев, были знакомы с конной ездой.

В середине дня действующих лиц добавилось, причем в лице маленькой гуманитарной миссии ЮНЕСКО.

И тут Митрич, отрядный старшина, здоровенный настолько, что Калаш в его руке казался Узи, но с таким строгим взглядом лица, (как определил Мишка), что был очень похожий на молчи-молчи на пенсии, а бывших особистов, как известно не бывает, определил, что у самой миловидной из гуманитариев девушки Люси, в сумочке явный пистолет, причем скорее всего, любимый карамультук Бонда, Вальтер ППК. И добавил, что эта шайка гуманитариев, больше похожа на Корпус Мира, нежели на ЮНЕСКО, то есть тут явные шпиены.

Гуманитарная дама оказалась австриячкой и вроде говорила только по немецки и английски, но Мишка обратил внимание на то, что землячка императора и Франца-Иосифа, пару раз краснела, во время русскоязычных нецензурных эскапад окружающих. Мишка МГУ, (Его так прозвали за то, что он всем гордо говорил, что я мол с филфака МГУ, и посему говорю, красивее, чем думаю). Хотя парень он был храбрый и компанейский, и пользовался уважением в отряде (когда он на привалах давал уроки художественного свиста, народ радостно его поддерживал, что кстати отнюдь не плохо влияло на моральную атмосферу).

Митрич с Мишкой пошушукались, после чего Митрич пошушукался с командиром и ушёл к казакам, а Мишка, который был не только шебутным парнем, но и элегантным красавцем вдобавок, стал виться мелким бесов возле Люси. Учитывая то, что Мишка знал и немецкий и английский, языки, а его собственный язык, был достаточно хорошо подвешен, общение вполне удалось. А когда Мишка пригласил Люси отведать русише зуппе штщи, она радостно прошла в стилизованную открытую столовую, организованную во дворе дома местного управника.

Миску с дымящимися щами, ей лично подал Митрич, покоривший фроляйн своей чёрной бородищей, пронзительным взглядом и суконной партизанской звездой на шапке.

За соседним столом расположились казаки, громогласно покрывая атамана разными, в том числе и нехорошими словами, за то, что тот велел передовому эскадрону, ни свет блин, не заря, идти в обход этой дурацкой заставы и тащить на себе по три гранатомёта, хотя там и двух вполне хватит.

При этом казаки не забывали жадно поедать мясо, причем рубили они его шашками (курсив Мишкин).

А Мишка просветил запунцовевшую, от описаний интимных привычек атамана и его родственников жительницу Вены (но явно державшую ушки на макушке), в суть вопроса…

Данные громогласные варвары, это козакен из полка Небельверфер. Да да, те самые знаменитые русише казакен, но в современном исполнении. Это Казачий реактивный полк, они стреляют из РПГ прямо с седел на скаку, а то что остаётся после залпа от врага дорубливают шашками. Но есть у них табу. Первыми они никогда не стреляют, но если уж их спровоцировать, то тогда тушите свет.

А когда после десерта (чая со слатко и взбитыми сливками), по улице наметом, пронеслась группа всадников, причем за спиной у каждого казака, было приторочено по паре продолговатых чехлов, гуманитарии резко засобирались в дорогу.

Когда комиссар — наблюдатель международных сил, Сэр Эдуард, третий граф Грейсток, получил сообщение о том, что через их блокпост, пройдут какие-то казакен-небельвейфер, он спросил явно занервничавшего начальника поста гауптмана Хольта, а что это за годдемед казакен, то получил исчерпывающий ответ. Казакен, это страшная русская иррегулярная конница, не знающая страха и поражений. Именно такие казакен изрубили почти полностью роту его деда под Москвой зимой 1941 года, а те казакен, которые идут сюда, вооружены жуткими русскими RPG, которые за милю сжигают любую броню НАТО, так что бельгийский АМХ им как муха, для голубя. Так что лучший вариант, это не заметить, как они пройдут к границе, тем более как стало известно по разведданным, блок пост уже окружен и под прицелом.

Граф, как истый британский джентльмен, весьма ценил свою жизнь и благосклонно согласился с робким тевтоном.

А через пару часов, мимо прикинувшихся ветошью контролеров, продефилировала казачья кавалькада, с обнаженными шашками оплечь и залихватской песней. Как стало понятным из текста, который перевел вроде бы знавший русский язык фельдфебель, речь шла о каком-то русском князе, вырезавшим своих врагов и вдобавок затравивших их змеями, после чего русские казаки взяли Берлин (сын бывших казахских немцев прикалывался, казаки пели совсем другую песню, «Едут по Берлину наши казаки», но он в своем переводе, объединил ее с «Песней о Вещем Олеге»).

За казаками пропылило два грузовика с ящиками и коробками (это был реквизит казачьего ансамбля и нычка Митрича), а за грузовиками показалась небольшая колонна при виде которой, у немца выпал изо рта окурок Cabinet, а у британца выпала изо рта трубка Dunhill. Зольдатен были в стандартном местном камуфляже, но на головах у них у всех, были Штальхельмы образца M56, несуществующей ныне Nationale Volksarmee DDR, но маршировали они, по уставу британской армии, делая отмашку обеими руками, а впереди колонны шел стройный молодой офицер, в берете британского десантника и со стеком, изящно зажатым подмышкой левой руки. А когда колонна проходила мимо британского и немецкого офицеров, те решили, что сходят с ума, ибо после того, как офицер в красном берете, на ходу отдал им честь по Британскому уставу, резко-пружинно приложив к берету открытую ладонь, в воздухе откуда-то появилась, исполняемая многоголосым свистом мелодия… Colonel Bogey March, из фильма «Мост через реку Квай». Так что проверка документов не состоялась по причине опасливого обалдения проверяющих.

А казаки, добровольцы и примкнувшие к ним местные товарищи, без проблем передислоцировались, на территорию дружественного государства, где их встретили улыбками и сливовицей.

А предысторией счастливого финала, был следующий букет Мишкиных авантюрных идей. Как рассказывал сам Мишка, первым камушком, обрушившим на врага эту победную казачью лаву, квинтэссируюмую Мишкиным остроумием, был берет, выигранный им у одного британца, на октоберфесте в Мюнхене. Выиграл его Мишка в «Пятнадцать спичек», старинную всесословную игру, в которую играли и студенты, и пролетарии, и другие члены социума. Потом Мишка и британец, добавили к пиву грушевого шнапса и дуэтом исполнили Colonel Bogey March, причем исполнили его в виде насвистывания, чем привели сначала соседние столики, а потом и всю пивную в дикий восторг (их вытащили на маленькую эстраду и всучили микрофоны). Последнее, что помнил Мишка, было то, что он пел с каким-то блондином Розамунду на немецком, а потом исполнил по русски, «Броня крепка и танки наши быстры».

Когда Митрич просчитал австриячку и компанию, то они с Мишкой решили, что дабы, спокойно пройти блокпост, без стрельбы и проверки документов, нужна операция отвлечения и естественно хорошая деза. Мишка показал свой британский берет и предложил использовать его и свое хорошее знание английского в переговорах с британских комиссаром. На что Митрич сказал, что переговоры не прокатят, но вот если как-нибудь удивить буржуинов, ошеломить их вплоть до впадения в кому, и тут же посмотрев на Мишкин берет, вспомнил, что у него в запасе есть пара дюжин ГДРовских касок, захваченных у противника, которого Бундесы снабжали с Восточногерманских складов. А учитывая, что на блокпосту присутствуют немцы, которые помнят и ГДР и наверное казаков тоже, обсуждение приняло нужный вектор и в результате мозгового штурма, родился данный успешный перформанс, в котором кстати, пригодился и Мишкин кружок художественного свиста.

Участники этих событий с той стороны, долго вспоминали этот инцидент. Граф вспоминал, что все время, пока мимо скакали эти страшные всадники, он почему-то вспоминал фильм «Атака легкой кавалерии», а гауптман вспоминал, как он боялся, что британец чего-нибудь выкинет и казакен расстреляют их из своих гранатометов.

Вот такая байка, времен одной маленькой и забытой войны, конца ХХ века.

Глава 32

Обвал

Через сотню другую километров тоннель стал принимать все более не благоустроенный вид и белое пятно никак не хотело кончаться, плюс виртуальная карта в районе Белого пятна била по неисследованным ранее территориям вне пятна, максимум на пол сотни километров, да и то с глюками. Я буквально по наитию включил опцию автоматической защиты, которая была на этом «Драконе» и как оказалось, я сделал это очень вовремя. Когда тоннель стал одновременно сужаться и подниматься в своде, моя чуйка напряглась еще сильнее и тут сверху, все усиливаясь пошел каменный дождь. Я отдал рычаг общей мощности вперед до отказа и тягач рванулся вперед, каменный дождь сзади все густел но отставал от нас.Отдельные долетавшие до нас камни сгорали в поле деструктора и мы успели… Когда «Дракон, как пробка из бутылки вырвался из тоннеля в огромную пещеру, тоннель схлопнулся, плотно забившись камнями. Где-то час мы с Мей не выходили из своего бронехода, осматривая окрестности через приборы наблюдения (которые к счастью самосохранились закрывшись во время камнепада бронезаслонками. У создателя этой машины, право была разумная параноя). Пауки-разведчики обследовали пещеру вплоть до потолка и единственное, что они нашли, это замаскированные ворота числом три штуки. Мы оставили ворота на потом, ибо тут было кое что по интереснее… Вся пещера и по стенам и шпалерами по всему залу, была заставлена скульптурами рыцарей разной величины, от огромных, до размером с человеческий рост. Пауки честно обследовали все эти фигуры и все они были статуями без каких-либо механизмов внутри или рядом, хотя впечатление производили почти мистическое. Я совершил по пещере 'круг почета» к каждым из замаскированных проходов и в конце одного из них проявился кусок тоннеля с Дежурным постом, так сказать мини-каптеркой. Ну что же, у буриданова осла, оказалась только одна охапка сена. Я включил носовой деструктор, имеющий максимальные опции управления и освободил проход во вполне благоустроенный тоннель. Наученный горьким опытом я послал вперед паука-разведчика с детектором пустот и химических соединений и только дождавшись доклада о чистоте и безопасности пути, осторожно двинулся вперед.

Этот тоннель понравился мне гораздо больше, чем предыдущий… ни мусора, ни обломков, ни засад, ни казачьих фугасов, ни грибов, ни крыс, ни бешенных зайцев (появись они тут, я бы честно говоря не удивился). Пол стены и своды были ровными, без швов и отнорков и отличались только цветом иногда меняющейся породы, металлическими конструкциями тут и не пахло. Тайных ходов тоже не проявлялось, и рано или поздно, мы добрались до Дежурного поста, который был одновременно полустанком… Рядом со зданием поста, был перекресток на котором этот тоннель перпендикулярно пересекала железная дорога. Я разбудил искина поста (в смысле активировал) и он мгновенно обменявшись информацией с соседями, принял меня, как Коменданта и доложил что данный пост законсервирован со времен монтажа станции и тут даже портала не было, но зато была очень интересная каптерка, которую оснащал и комплектовал младший демиург №23425, растворившийся в веках. Каптерка была маленькая, а не как на складских уровнях, примерно на батальон, но в ней присутствовали вельми интересные отсеки. Например в арсенальном отсеке были представлены всевозможные образцы стрелкового оружия Второй Мировой войны, в продовольственном стазис-отсеке помимо разного прочего, была коллекция всевозможных копченых окороков был представлен диапазон весьма редких консервов… Моллюски Abalone, Сюрстрёмминг, Китайские черные трюфеля, Фуа-гра (как с трюфелями, так и без оных), Эскарго, Каштаны, Морские ушки, Свиные мозги, Жареные скорпионы, большие банки с целиком законсервированными куриными тушкам, Бамбуковые черви, Мясо крокодила в соусе карри, Травяное желе, Мясо кобры… Мей аж повизгивала при виде некоторых позиций, я же ограничился трюфелями и каштанами, подруга же видя выражение моего лица ограничилась моллюсками и мясом крокодила и коробкой Травяного желе…

Но главное наконец забрезжила граница Белого пятна и мы двинулись вперед к новым приключениям, которых честно говоря и так хватало…

Глава 33

Шумят поля колхозные

Этот уровень в буквальном виде колосился. В обширных пещерах под мерцающим стазис полем колосились всевозможные злаки (а некоторые и не колосились), то есть разные поля были законсервированы в разной степени созреваемости. Это был так называемый боковой уровень, то есть порталов тут не было, кроме главного портала переноса, который должен был включиться после окончания общего терроформирования, (а теперь неизвестно когда). Местный искин выбрал аватар веселого председателя колхоза и судя по всему этот образ данному электронному индивидууму вельми импонировал. Председатель устроил нам грандиозную экскурсию по своему «Колхозу». Посевы овса, пшеницы и ржи, сменялись полями свеклы, моркови, картошки и прочей брюквы. Была кукуруза и даже сахарный тростник, бамбук тоже был.

Затем шли пещеры с элеваторами, далее следовали склады тракторов, комбайнов, сеялок и прочих плугов. Был отдельный отсек с прибамбасами для мелиорации, были наборы модулей для МТС, и модули усадеб разных размеров и назначений, как для пейзан, так и их животины. Кстати возили нас на навороченной повозке стимпанк, в виде железного коня с вмонтированной в нее каретой. Сам председатель все время бежал рядом с экипажем. При каждом отсеке находился младший искин механик или агроном в зависимости от спецификации места хранения и у его милости Коменданта было испрошено разрешение на ввод аватар и для них, которое естественно было получено. Когда мы увидели новых аватар, то это было абсолютно неожиданное зрелище… вместо ожидаемых разухабистых бригадиров и веселых доярок, пред нами предстали герои книги Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны» прямо с иллюстраций Йозефа Лады, и они тут были все:

Бретшнейдер — по тракторам, Пани Мюллерова — по пшенице, Паливец — по ржи и овсу, Фельдкурат Отто Кац — по жилым модулям, Балоун — по полевым кухням (их было два варианта, буксируемые и стационары для полевых станов), Поручик Лукаш — по тракторам, Полковник Фридрих Краус фон Циллергут — по зерноуборочным комбайнам, Подпоручик Дуб был по мелиорации, Кадет Адольф Биглер по картофелю и свекле, Сапёр Антонин Во́дичка — по плугам, Вольноопределяющийся Марек — по сеялкам, Капитан Сагнер — по зелени, типа петрушки и укропа, Фельдфебель Ванек — по сахарному тростнику, Полковник Шредер — по передвижным перерабатывющим комплексам, Полковой повар Юрайда — по кормовым культурам, Вахмистр Фландерка, аж по — кактусам (были и такие плантации, как объяснил искин для производства текилы) и естественно сам Йозеф Швейк — искин раздела МТС, ну и прочие персонажи, тоже были при деле. Странные всё-таки были эти неизвестные демиурги — создатели Станции. И очень уж они были близки к ХХ веку нашей Земли, и рано или поздно, мы разъясним эту загадку.

И тут мы объезжая очередной раздел местной ВСХВ, нашли вход в тоннель ведущий в нужном нам направлении, по крайней мере так было по данным Лунного Компаса работающего даже в Белых пятнах и постоянно указывающего на Азимут Центрального поста Станции.

В пустом резервном отсеке тупикового тоннеля, на экране сканнера Дракона, высветился заложенный камнем проем, за которым на схеме открылся уходящий вниз тоннель. Деструктор открыл нам путь в этот тоннель и мы, распрощавшись с этим интересным местом, населенным теперь странными аватарами, отправились в путь. Причем на этот раз без банкета, хоть и Председатель приглашал. Надоели нам эти банкеты, можно и по постится немного.

Глава 34

Фарманы, Юнкерсы и НКВД

Когда мы двигаясь в течении нескольких часов углубились в тоннель, то наконец снова по полной высветилась карта, по полной это на двести километров, что было тоже очень не плохо после белого шума' на экране. На границе карты стал высвечиваться некий объект со странными параметрами… это было гигантское подземное образование пятьдесят на тридцать километров и высотой два километра и что самое интересное на карте этот объект обозначался стандартным Земным значком аэропорта.

Этот локальный уровень-лакуна, был посвящен… авиации. Он весь состоял из взлетно-посадочных площадок, со складами авиационной инфраструктуры по периметру. Ряды самолетов начала ХХ века, аэровокзалы и ангары, штабеля контейнеров, заросли диспетчерских башен, все это производило сильное впечатление. Искин Авиабазы в роскошном мундире а ля рейхсмаршал Геринг, гордо отчитался о тысячах бортов и сотнях объектов инфраструктуры, готовых к переносу на поверхность, как только заработают порталы и будет отдан соответствующий приказ. Что еще было вельми интересным, так это то, что на фюзеляжах и крыльях самолетов, как и на мундирах аватар была символика ВВС РККА. В качестве разъездных экипажей, к каждой точке был прикреплен автожир Ка-7, на который сразу запала Мей. Мы облетали с ней все авиабазу и я таки обалдел, когда увидел на полосе одного из секторов ряды Туполевских монстров — ТБ-3 (АНТ-6) и «Максимов Горьких» (АНТ-20), а на соседней полосе гордо возвышались шесть семимоторных сорокатонных гигантов — К-7, из КБ, расстрелянного в 1937 году Константина Калинина. Да, много гениальных конструкторов погибли из-за провокаций троцкистов окопавшихся вокруг кровавого карлика Ежова, сам Королев еле избежал стенки, но его руководитель, создатель «Катюши» увидев и выслушав искина-инструктора в форме НКВД, который доложил, что эта тяжелая эскадра предназначена для будущего Корпуса жандармерии, который должен был набран из первых поселенцев, обучен и вооружен младшими мнструкторами, который тут же светили синими околышами и бряцали ППШ и Мосинскими карабинами, хоть и аватарными, но выглядевшими достаточно реалистично, отдельного шарма добавляли противогазы на их лицах. В арсенале Корпуса были помимо ППШ и Мосинок, пулеметы Дегтяренва РП-27 и танкетки Т-38 (ну не поворачивается у меня язык, называть их танками). Мне было тут немного дискомфортно, от очередной дизайн-хохмочки неизвестного демиурга, но пришлось задержаться на несколько дней, пока Мей до сыта не налеталась на ретро-аппаратах тяжелее воздуха. Был тут даже супер-ретро аэродром, с Фарманами, Ньюпорами, Фоккерами, Сопвичами и Альбатросами, причем все аэропланы были на ходу, но без оружия. Военных самолетов тут не было вообще (только на автожирах стояли турели для Дегтярей). А самым массовым самолетом тут была тетушка Ю, знаменитый Юнкерс 52, причем все Юнкерсв были в олимпийской раскраске 1936 года, опять шуточки демиургов, однако. На всех самолетах были искины-пилоты и все они имели аватары красивых девушек, которые кстати сразу приняли Мей за свою и активно с ней общались. Но нас ждала дорога, тем более, что виртуальная карта внезапно скаканула в границах километров на пятьсот и Белых пятен на ней больше не наблюдалось.

Глава 35

Музей космонавтики

Следующий уровень куда мы попали, назывался «Культурный слой» и там находились музеи. Наш тоннель проходил через Музей Космонавтики. Это были анфилады пещерных залов заставленные всевозможными космическими аппаратами, от известных моделей, типа «Востока» или «Союза», или скажем пресловутых летающих тарелок, до абсолютно фантастических космических аппаратов типа тетраэдров на ходулях либо пресловутых Пепелацев, только очень больших. Был там и первый советский спутник Земли.

А еще была пещера со стендами заполненными портретами героев космоса. Помимо узнаваемых лиц Гагарина, Терешковой, Титова, Леонова и прочих известных космонавтов, были и изображения не только незнакомых людей, но и вовсе невообразимых существ и с отдельным восторгом, я увидел профессора Громозеку (а вот Алисы не было). Кстати я не нашел в каталоге выставки ни одного упоминания об Американской лунной программе, такие дела. Зато была Жульверновская пушка со снарядом-капсулой, и даже Лунная машина Сирано де Бержерака, (ультралиддитовый аппарат инженера Лося, так же присутствовал). Был зал с луноходами и марсоходами, часть из них были узнаваемы, а вот часть была как из гибридов картин Босха и Бердслея, от мохнатых пауков на гусеничном ходу, до ладьи на колесах с иллюминаторами в глухой веретенообразной рубке, увенчанной огромным металлическим треглазым черепом, с красными светящимися камнями в глазницах.

И что несколько удивило, тут был зал космической фантастики, с тематическими книгами и фильмами, на всевозможных носителях. И если книги были на полках, то фильмы были, как и в Лунной «Кинопанораме» в секретерах с экранами, но секретеры были разбиты на тематические группы, типа Луна, Марс, Боевики, Космическая романтика и. т.д. и к каждому секретеру примыкала витрина с носителями видео. Я настоял, что бы мы с Мей просмотрели, четвертые, пятые и шестые «Звездные войны» и естественно вдогонку «Космические яйца». А вот «Стартреку» был выделен целый зал с коллекцией аксессуаров и отдельными секретерами на каждый сезон. И там я с удовольствием пересмотрел приквелы с гангстерами и нацистами. К своему удивлению, я увидел там и еще один привет из прошлой жизни, трейлер по нацистской серии на фоне песни группы Високосный год — «Метро», хита 2000-го года (помните наверное: «Мы могли бы служить в разведке»). Есть всё-таки какая-то тайна связанная со старой Землей у этих демиургов, создателей базы.

А рядом с музеем мы обнаружили самый натуральный космодром, на котором даже было два космических корабля, с корпусами, наглухо расстрелянными из каких-то непонятных орудий, в свою очередь кем-то потом взорванных. Местный искин с аватарой спившегося испанского дона — пилота, сказал, что информации про космодром у него нету, как и про бой что там был. Мей влезла в компьютер местной Караулки, но там тоже было пусто по этому поводу. Когда я спросил у благородного дона, мол откель такое решение по аватаре, он ответил, что ему нравится книга Хемингуэя «Старик и море». Я впал в когнитивный логический силлогизм, но таки нашел логическую цепочку… Хемингуей жил на Кубе, летал туда на самолете, а Куба испаноговорящая страна и вообще, бывшая испанская колония и посему такая аватара и скомпоновалась. Вот где то так. Ну и на камбузе был запас советской космической еды для космонавтов, естественно в тюбиках (кроме хлебных шариков)… борщ и щи, паштет мясной и печеночный, пюре мясное, мясоовощное и мясокрупяное, колбасные фарши, щавелевое пюре с мясом и черносливовое, красная и черная икра, творожная паста, шоколадный и обычный плавленый сыр, шоколадный и томатный соус, кофе с молоком и черный, соки в ассортименте: смородиновый, крыжовенный, сливовый, яблочный и. т.д. (тут мне вспомнилось Гашековское «Безалкогольное крыжовенное вино». Мы на всякий случай, а случай, как известно бывает разный, взяли с собой я щик Космического ассорти и отправились дальше.

Глава 36

Авиценна, Гиппократ и другие

Этот уровень был целиком посвящен медицине и всему ей причастному… бесконечные отсеки с модулями больниц, поликлиник, фельдшерских пунктов, аптек (причём аптеки были заполнены лекарствами), и что интересно, были отдельные аптекарские склады, где целые отсеки были набиты всевозможными медикаментами, в том числе и… пирамидоном, норсульфазолом, кодеином, пургеном, аскофеном, (старыми добрыми советскими лекарства), имелся в этих закромах Фармацеи, даже известный своей этикеткой всем октябрятам и пионерам детский гематоген. Были тут и модули промышленной медицинской инфраструктуры. Отдельным разделом была и колесная медицинская техника… кареты скорой помощи, передвижные лаборатории, мобильные рентгеновские установки и все с паровыми двигателями. Но наибольшее впечатление произвела на нас «прихожая» монументального уровня… белый мраморный зал со скульптурами Великих медицинских светил…

Авиценна, Гиппократ, Шень-нун, Аль-Захрави, Гален Пергамский, Парацельс… были тут и наши Великие медицинские светила, Склифосовский, Пирогов, Боткин, Сеченов. Имелись и вовсе невообразимые существа. Особенно поразила статуя многорукого существа с хирургическими инструментами в дюжине псевдоподий и что самое интересное, звали его Прокруст. А еще одна, почти такая же статуя, как потом выяснилось, изображавшая созидателя данного медицинского уровня и звали его Эскулап Асклепий. Да, явно не все мы знаем об истинной истории Земли.

Бала еще огромная подземная долина с Аптекарским огородом, несколько выходящим из диапазона лекарственных растений, хотя малиновое, клюквенное и рябиновое варение, где то тоже лекарство, не говоря уже о мяте.

Эмоций при очередном осмотре чертогов Гиппократа, добавил стоматологический отсек, остро напомнивший дежавю детских страхов перед бормашиной с ножным приводом в пионерском лагере. Ряды стоматологических кабинетов с полным оборудованием, от кресел до модулей для протезирования выглядели не так опасно, как воспоминания, но легкий холодок в душе чувствовался. Там властвовали аватары двух милых стоматологов, блондинки и брюнетки и веселого симпатичного доктора. И вообще,

аватары местных искинов были вельми в тему, ибо были в виде солидных докторов, приятных докторш и миловидных медсестёр.

Во всех медицинских помещениях играла тихая музыка. Как мне объяснил искин, по задумке медицинского демиурга формировавшего структуру здравоохранения будущей населенной поверхности Луны (того самого многорукого Эскулапа). Музыка была никакая, тусклая и незапоминающаяся.

И тут по ассоциации я вспомнил один из хитов Владимира Трошина, песню Эдуарда Колмановского и Льва Ошанина «Люди в белых халатах».

Надо сказать, что после переселения душ, моя старая память превратилась в сверх-информаторий, и все что я когда либо читал или смотрел мог теперь вспомнить до мелочей.

Так что я легко напел строфы…

'…Смерть не хочет щадить красоты

Ни веселых, ни злых, ни крылатых

Но встают у нее на пути

Люди в белых халатах'…

И надо сказать, искинов проняло и теперь во всех медицинских помещениях звучала эта песня, причем голосом Трошина, который я удивляясь сам себе, смог воспроизвести по памяти.

В баталерке местного камбуза был шикарный раздел диетических молочных продуктов, включая, Мечниковскую простоквашу и ацидофилин. У учитывая, что у нас в новом Драконе было большое стазис-хранилище, мы с удовольствием добавили туда молочки. Был естественно и банкет, где медики представили спирт настроенный на всех изысках Аптекарского огорода. Ну а нам снова в дорогу…

Глава 37

Калейдоскоп

тДорога началась с наглухо закрытых огромных

Дорога началась с наглухо закрытых огромных ворот, которые закрывали нужный нам тоннель ведущий вниз. Ворота были двустворчатыми и судя по всему раздвигались горизонтально. Размерами они были где-то десять на десять метров и никаких кнопок, замков, рычагов, штурвалов и прочих кремальер не наблюдалось. И в компьютере местной Караулки, тоже была тишина. Я запустил паука техобслуживания… их в наборе нового тягача было два и в инструкции они числились, как «Диагносты». Они были крупнее обычных пауков-разведчиков, но в отличии от них не несли никакого вооружения, но имели очень толстую шкуру и были набиты профилактической исследовательской аппаратурой. Хотя их инструментарий вполне мог сойти за оружие, один лазерный сварочный аппарат с дополнительными функциями резака чего стоил. Конечно можно было вынести ворота деструктором, но в архивах Уровня упоминалось о некоей опасности когда существовавшей по ту сторону ворот. Опасность носила название «Черные колпачки» и судя по всему была некоей формой жизни существовавшей в, недрах Луны, еще до начала монтажа на ней Станции. Более точная информация отсутствовала и хотя последний контакт с «колпачками» был несколько сот лет назад, я решил таки проявить здоровую паранойю. Пока пауки-диагносты исследовали ворота, я развернул «Дракона» носом к воротам и ввелдеструктор в режим металл-органика и положил палец на гашетку. Мои верные паучки ползали по стене и двери битый час, но нашли, сначала замаскированный лючок к пульту управления воротами, а затем и поломку… был поврежден кабель ведущий к управлению кремальерами ворот, которые были и замком и оборудованием управления в одном флаконе.

Со стороны внешней пещеры, к бронекабелю был пробит ход и бронекабель был перерезан. В районе повреждения, на экранах диагностов прорисовывался силуэт похожий на колпак, но к счастью, абсолютно неживой и лишенный какой либо энергии. Подтянулись мои мелкие ремонтники и еще через час ворота со скрипом стали втягиваться в скальный массив и я нажал на гашетку, ибо в открывшемся помещении с высокими сводами, напротив входа, застыл неправдоподобно правильный строй черных бронеколпаков на гусеничном ходу, хорошо хоть небольших и что было совсем хорошо, не подающих признаков жизни. Я включил деструктор в режим металл и уничтожил этот непонятный легион, а оставшиеся пластиковые детали выжег огнеметом (был на моем новом Драконе и такой прибамбас). Ну а учитывая, что делать нам тут было нечего мы тронулись в путь.

Этот тоннель был чист, аккуратен и выполнен в высоком хайтек стиле… При проезде по участкам тоннеля, его стены, пол и потолок вспыхивали всеми цветами радуги, ну а через сотню километров начался совсем цирк или вернее калейдоскоп… На стенах вспыхивали огромные видеопанели, причем они не оставались на месте, а какое-то время сопровождали нас, дабы можно было повнимательнее было рассмотреть эти живые картинки, а там было что посмотреть…

Панорамы фантастических городов, яркие природные пейзажи, всевозможные виданные и невиданные существа, например куча детишек катающихся на спине динозавра, или арена стадиона, на которой играли тремя мячами в футбол трехглазые зеленокожые дылды. Был еще водный стадион, где бассейне окруженном трибунами а ля Колизей, носились друг за другом красавицы топлес на гидроциклах. Высокие горы с заснеженными вершинами, над которыми висели странные монгольфьеры, и прочие панорамы неведомых Миров. Это судя по всему была галактика создателей станции. Этот калейдоскоп продолжался пару сотен километров, а потом тоннель закончился огромной пещерой в которой обнаружился целый город, хотя по карте, эта пещера была пустой…

Глава 38

Черный город

Этот город производил странное впечатление… он казался и жилым, и не жилым одновременно. На улицах горели фонари, в некоторых окнах был свет, но нигде не было ни живой органики, ни работающей техники, кроме полностью автоматизированной электростанции.

На улицах и площадях были видны следы боев, в виде бесчисленных черепов, обломков пластика рядом с ними и подбитой техники напоминающей по типу наш тягач. Судя по всему их деструкторы работали в бою в режиме «металл».

У местной электростанции был соответствующий искин. Аватара данного искина представляла собой некоего гнома-электрика в стиле стимпанк. Этот искин и рассказал нам своеобразную историю этого города…

Данное поселение обнаружили техники монтирующие периферию Станции. Это была лаборатория изгоев, которые занимались экспериментами с робототехникой и они создали те самые «Черные колпаки», причем жители города именно так называли и себя. Это была некая секта технократов, одержимая идеей мира Техно, естественно под своим руководством. Но когда они создали армию технических воинов, то роботы, не мудрствуя лукаво вырезали своих хозяев, а потом попытались начать экспансию, но когда в их аккумуляторах кончились заряды, они впали в спячку. Но тут на этот город наткнулась пара техников Станции, которые состояли в романтических отношениях не одобрявшихся их семьями, так сказать Лунные Монтеки и Капулетти. У них были друзья с такими же проблемами (у цивилизации строителей Станции, были очень сложные сословные отношения и правила). Молодежь устроила себе тут секретное поселение, а учитывая, что все они были технари, проблем с оборудованием не было, они даже искин для электростанции надыбали, ну и сваяли очень неплохие Каптерку и Караулку. Но тяга к экспериментам сыграла с ребятами плохую шутку, они оживили Черных колпаков и роботы сразу же принялись за геноцид. У технарей были тягачи с деструкторами и они приняли бой, но все в нем сложили головы. Оставшиеся целыми Черные колпаки, ушли в рейд и не вернулись (видимо это и был уничтоженный нами обесточенный отряд у «колхозных» ворот). А потом свершилась Катастрофа и искин на сотни лет остался в одиночестве, поддерживая электросети города. Перед самой катастрофой к нему приползли на перезарядку несколько Колпаков, но учитывая то, что они теперь в реестре искина числились, как враждебные формы, он их попросту коротнул в процессе зарядки. Благодаря этому мы с Мей смогли наконец ознакомится с устройством этих пресловутых Колпаков, а устройство было страшненьким… На гусеничном шасси под стальным шлемом пребывала самая натуральная голова профессора Доуэля*, вмонтированная в модуль жизнеобеспечения, учитывая то, что внешность этих кадавров была лишена индивидуальности, было ясно, что это плоды некоего инкубатора, который мы и нашли на окраине города, в лабораторном комплексе. Мы задержались тут на три дня, для того, что бы методично выжечь всю местную научно-техническую базу. Я решил оставить тут только жилую часть, электростанцию и Каптерку с Караулкой. Каптерка кстати была полностью укомплектована согласно знаменитой Сталинской книге «О вкусной и здоровой пище» 1952года. Особенно меня поразил банкетный стол прямо с картинки (под стазисом конечно). Мы за ним обедали и ужинали все эти дни. Ну и деликатесов на свой камбуз прихватили и досыпали энергетических капсул от щедрот искина. Нет у нас конечно был хороший запас оных, но как говаривал старшина Тарасюк из моей прошлой жизни — «Назвать обойму лишней, это преступление»

Ну и снова мы отправлялись в поход.

«Голова профессора Доуэля»* — научно-фантастический роман советского писателя-фантаста Александра Беляева. По сюжету, парижский профессор-хирург Керн, в глубокой тайне проводит успешные работы по оживлению человеческой головы.

Глава 39

Музыкальная шкатулка

В Каптерке Черного города, помимо сталинских деликатесов, в разделе кухонных аксессуаров, был шкаф с акустическими музыкальными модулями, заряженными советскими песнями, что меня уже почти не удивило… Безусловно, создатели Станции повернуты на истории моей Земли и в частности на Советском периоде. Что интересно, советские песни тут были те же, что и у нас в двадцатых-тридцатых годах и местные китайские товарищи эти песни вельми уважали. Мей раскопала в фонотеке «Слушай товарищ» и самозабвенно подпевала ей по русски и тут я не удержался и пропев…

'Белой акации гроздья душистые

Вновь аромата полны,

Вновь разливается песнь соловьиная

В тихом сиянии чудной луны!'

выдал ей историю этой песни…

Вещь называлась «Известный цыганский романс», а авторы ее были неизвестны.

Романс стал безмерно популярным, и пели его самые знаменитые певцы и певицы того времени: В. Панина, Н. Северский и другие. И естественно, повсеместно звучали эти слова с граммофонов и патефонов.

Но тут грянула Гражданская война и мирный романс, стал негласным гимном воюющих сторон.

Белая акация армии Деникина звучала так и про рабочих, как вы понимаете, там упоминалось глухо:

'Слышали деды — война началася,

Бросай свое дело, в поход собирайся.

Мы смело в бой пойдём за Русь Святую

И как один прольём кровь молодую…'

В РККА это звучало естественно иначе…

'Слушай, рабочий, война началася:

Бросай своё дело, в поход собирайся!

Смело мы в бой пойдём за власть Советов

И как один умрём в борьбе за это…'

Мистика Истории — лирический любовный романс стал одновременно маршем Белой армии и Красной Армии, лиризмом отнюдь не грешивших.

Такая вот получилась белогвардейско-красногвардейская песня, с разными словами, но одной душой. Не правда, что когда грохочут пушки, музы молчат. На окровавленной траве полей сражений, белые цветы хорошей музыки, отнюдь не редкость.

Бедная Мей аж всплакнула, а Остапа, как говорится понесло…

Я нашел в фонотеке Полюшко-поле, а потом рассказал своей подруге-меломанке о том, что автор этой песни Лев Книппер, до 1920 года служил в Белой армии и весьма распространенная среди белоказаков «Партизанская песня», приписывается именно ему…

' Полюшко-поле,

Полюшко, широко поле.

Едут по полю партизаны

С красными бандитами сражаться

Едут, поедут

Тихо запевают песню

Про свою казачью славну долю

О России-матушке кручинясь…'.

Ну и увесистой изюминкой на торте разочарований, стала информация о том, что «Легко на сердце от песни весёлой», это и вовсе мексиканская народная песня.

Воистину правы были Соломон и Эклезиаст, на тему того, что Многие знания, многие печали.

Но под конец, я всё-таки малость развеселил Мей, рассказав про то, что гимном у немецких парашютистов, стала русская народная песня «Из за острова на стрежень». " Пластинка с этой песней попалась на глаза генералу Курту Штуденту, создателю и командующему ВДВ Рейха. Генерал как раз раздумывал над гимном для своих войск, у немцев это всегда имело большую важность и тут вдруг эта мелодия. И в 1940 году, появился «Марш немецких парашютистов» (Fallschirmjäger — «Abgeschmiert aus 100 Metern».

Глава 40

Полустанок мира демиургоа

Дальше нас ожидал длинный путь без изысков, редкие ремонтные посты оставшиеся от строителей тоннеля, но с обязательным помещением с жизнеобеспечением и продуктовой кладовкой под стазисом. Посты и свет в тоннеле запитывались от главного реактора и судя по всему, тут были какие то непонятные беспроводные технологии ибо никаких силовых кабелей нам не встречалось. Некоторые посты несли следы борьбы и были разгромлены и разграблены, на некоторых были следы неудачного взлома. Увы, искинов этим точкам было не положено и компьютеры были простейшие, то есть не ведущие хронику событий. Во всех местах боев, присутствовали обломки ремонтных роботов, остатки уже знакомых двухголовых костяков обслуги и обломки странных черных скелетов. Но какой либо внешней агрессии или чужого присутствия мы по дороге не наблюдали, хотя бдительности не теряли. Я высылал вперед двойные дозоры…двух маленьких пауков в дальний передовой дозор и большого со свитой из трех маленьких в качестве основного дозора. И дозоры выдали неожиданную информацию…

В месте, где на карте был обычный ремонтный пост, обнаружилась обширная пещера, посредине которой стоял натуральный бронепоезд, окружённый всевозможной бронетехникой. Вся броня была с элементами повреждений и участками ржавчины. А стена пещеры слева представляла собой огромный экран, за которым была видна панорама какой то планеты с птичьего полета. Рядом с этим экраном были экраны помельче, на которых что то пестрело. Перед экраном в роскошном кресле, сидел развалившись типус в старинном мундире. Он помахал нашему Дракону рукой и сделал приглашающий жест. Причем на наших пауков застывших перед ними агрессивным полумесяцем, он попросту не обратил внимания.

Я почему то не ощущал никакой опасности, а своей чуйке я теперь очень сильно доверял и мы с Мей вышли из тягача и направились к хозяину этого своеобразного объекта.

Это был аватар искина, но отнюдь не местного… Во время катаклизма, Пункт контроля некоей «Планеты демиургов» был буквально с мясом выдран с родной планеты и перенесен в недра Луны. Электронный мозг Пункта перешел в, аварийный режим, включил питание в режим экономии и стал искать источники энергии и связь, в чем вельми преуспел…

Пока работал аварийный мириреактор, генерал Буремир ( так звали этого искина), смог обнаружить местные энергетические каналы и к ним подключиться. С оборудованием поста у него была четкая виртуальная связь и плюс к этому была колония ремонтников нано-роботов. А через пару сотен лет, он подключился к сети местных искинов и не обнаруживая себя, под видом искина погибшей резервной караулки вошёл так сказать в местный социум. Там он и узнал о разрешении местным искинам вводить свои аватары, вкупе с аватарами продуктов. Мундир он себе справил, но из продуктов у него было только НЗ для, операторов, то есть обычные консервы. А параллельно, у него сохранился контакт с Системой Демиургов, но только односторонний, при котором он мог наблюдать ситуацию на одной из игровых планет, которые периодически менялись. Система демиургов состояла из нескольких игровых Миров, где перенесенные накануне своей гибели воины разных времен, разыгрывали битвы между собой, а демиурги организовали тотализатор.

Такие вот игры демиургов.

На большом экране шел репортаж в реальном времени, а на малых экранах шли записанные ранее бои. Бронепоезд и бронетехника в пещере, были из родного Мира Буремира, но были еще игровые Миры с конно-пехотными ситуациями, танковыми и даже морскими*.

Мы посмотрели несколько боев но не испытали особо положительных эмоций, но когда генерал сказал что солдаты на экране гибнут понарошке, мы с Мей сменили гнев на милость.

Я, пожалел одинокого генерала, и дал ему контакт с находящейся недалеко ремонтной каптеркой, где были запасы продуктов и пара действующих малых пауков-ремонтников, которые стали снабжать генерала продуктами (хотя я на всякий случай блокировал ряд функций и паукам и каптерке). А потом мы отправились дальше и наша главная цель становилась все ближе.

p.s.

*Кому интересны Миры демиургов читайте книгу «Игры демиургов или… попаданцы в стиле стимпанк».

https://author.today/reader/267861

Глава 41

Знак четырехглавого орла

Это был судя, по карте самый длинный перегон, плюс абсолютно пустой, не считая нескольких законсервированных ремонтных пунктов, но после явных и неявных тутошних Белых пятен, к информации на виртуальной карте я относился с осторожностью и когда разведчики прислали это изображение, я практически не удивился. Это была арка обрамленная двумя циклопическими скульптурами хмурых витязей с мечами, сразу же напомнивших Толкиена. Сразу за воротами находилась заброшенная рем-точка, впрочем с рабочим ангаром находящимся под стазисом, где пребывал бронетягач, на порядок превосходящий нашего Дракона. Этот бронеход был гораздо больше, лучше защищен, имел оригинальную подвеску с гусеничными колёсами, два двигателя, четыре увеличенных обоймы с большими и малыми пауками, шикарный камбуз, кладовки с армейскими пайками под стазисом, деструкторы по всему периметру с дополнительными функциями (мне очень понравился режим — «Все кроме камня»), ну и шикарный жилой апартамент, плюс большие складские отсеки со стазисом. И командирской башенкой на торте, были выдвигающиеся, турели с тридцатисеми миллиметровыми автоматическими пушками, с большим БК. И заодно хороший запас энергетических капсул. Пайки кстати были весьма оригинальными… это были брутальные черные сундучки с собственным стазис полем внутри, причем их внутренний объём, был больше внешнего. То есть при вскрытии контейнера с пайком, он увеличивался, и при закрытии, процесс был обратным.

ТАК ЧТО воленс-ноленс пришлось организовывать перегрузку наших запасов и личных вещей из старого Дракона, в отсеки нового. Но был тут один интересный нюанс… и на бронеходе, и на коробках с пайками был странный герб, в виде четырехглавого орла, с подписью — «Империя Русь». На скафандрах и оружии в арсенале были такие же обозначения принадлежности. В бортовом компьютере было несколько зашифрованных папок и когда Мей их взломала, то мы честно говоря обалдели…

Очередная компания молодых учёных, фанатов истории Земли (и России в частности), составила заговор, целью которого было после терраформирования Луны, произвести переворот и устроить тут Империю Русь (их тайно поддерживало часть руководства Станции).

В процессе поиска места под секретную базу, они нашли пещеру, в которой находился древний инопланетный исследовательский комплекс не существующей ныне Империи Четырех Кондоров Русь ( отсюда и взялось название общества заговорщиков). Этот космический корабль некогда врезался в один из Лунных цирков и пробив его ушел на глубину. Весь экипаж при этом погиб, (или же погиб до того, это было уже не выяснить). Но все оборудование уцелело, а это были в том числе и мини заводы по производству аксессуаров и оборудования, для колонизации планет.

Заговорщики устроили на этой станции свой штаб и находились там во время Катастрофы в которую и сгинули вместе с имперской станцией. От всего этого остался только бронеход с забытой эмблемой. Теперь наконец стал понятен «Русский след» в местных пенатах. Авторы проекта примкнувшие к заговорщикам (а возможно и руководящие ими) заранее внедряли Русский флер.

Мей, как и многие китайцы, имевшая философичный склад ума, сказала что мы судя по всему входим в зону великих потрясений и теперь надо быть особенно на стороже. И надо сказать, что моя боевая подруга оказалась права…

Глава 42

Морлоки

Когда разведчики передали изображение очередной пары гигантских истуканов я сначала не сильно насторожился, но датчики главного Паука засекли пульсацию энергии и посему, я вернул своих верных паучков в соты и подготовив включение режима «Все кроме камня», малыми ходом двинулся вперед. Мей же бдительно следила за экранами турелей.

Тоннель стал расширяться и сразу за статуями воинов, начались странные заграждения из воткнутых в дорогу огромных мечей. Я нажал на гашетку деструктора и дорога очистилась, но дальше было еще интересней…

Потолок тоннеля резко ушел вверх и перед нами открылась огромная пещера в которой находились два замка окруженные другими строениями и аккурат посередине между ними кипела битва. Два отряда коренастых воинов, одни в черных доспехах, а другие в красных, рубили друг друга холодняком. Причем победителями пока не выглядел ни одна из сторон. И тут приборы на панели управления словно взбесились и сзади нас появилась туманная стена, которая, через мгновение предстала каменным монолитом.

Я ударил задним деструктором переведя его в «каменный» режим, но скальная выработка моментально восстанавливалась и через какое то время я перестал тратить энергию зазря.

С площадки где стоял наш Дракон в пещерные застройки вела дорога и судя по виртуальной карте, на другом конце пещерного царства тоннель продолжался. Но вот пройти мимо этих странных замков без боя не получалось. Можно было промчатся сквозь боевые порядки круша обе стороны, благо огневой мощи у нового Дракона хватало, но это было бы не совсем благородно и мы решили определить врага только в одном из данных воинских формирований и приступили к анализу ситуации…

Черные доспехи мне сразу не глянулись, в первую очередь из за горящих красным огнем глаз и я по какой то ассоциации вспомнил вдруг Морлоков Герберта Уэллса. А вот красные доспехи эстетически понравились больше и хоть их глаза тоже светились, но светились они зеленым и как сказала Мей, как у котов. Итак противник выбран, цели определены, задачи поставлены. Я включил днструкторы в режим ближней обороны (то есть ничто не могло коснуться нашей брони без риска испариться). Курсовой деструктор я включил в режимах «узкий луч» и «органика+металл» и Дракон рыкнув двумя, движками пошел в атаку. Когда мы подъехали к полю битвы, оба войска прекратили рубку и стали строится в нечто вроде Римской легионерской черепахи*, (строится по отдельности друг от друга естественно).

Ну а я, не мудрствуя лукаво, направил Дракона на черную черепаху, а моя Анка-пулеметчица, заиграла на гашетках турелей смертельное стокатто. Так что чернолатное воинство стало таять на глазах а потом просто стало разбегаться, чем не преминули воспользоваться их оппоненты в красных латах, добиваются всех выживших врагов и поприветствовав нас вопя и размахивая оружием, быстро и организованно направились к замку противника, явно собираясь наводить там революционный порядок. Ну а мы дали полный ход в сторону противоположного тоннеля. Я послал туда разведку и получил изображение открытого входа в тоннель, правда опять с повышенным энергетическим фоном. Когда мы въехали наконец в тоннель на главном экране внезапно появилось изображение двух странных зеленоглазых физиономий, в красных, не то латах, не то скафандрах. Они хором произнесли слова благодарности лауру Коменданту, после чего отключились. Я, на всякий случай дал полный газ и как оказалось не зря. Сзади нас появилась туманная стена, которая уже стандартно превратилась в камень, отсекая нас от очередного этапа лунного анабазиса.

«Черепаха»* — боевой порядок римской пехоты, предназначенный для защиты во время полевых сражений и осад.

По команде «Testudinem formate!» легионеры образовывали прямоугольник с минимально возможными интервалами между рядами. Первая шеренга смыкала щиты, держа их прямо перед собой, а последующие шеренги — над головой упирая, в шлемы, края щитов при этом заходили один за другой.

Глава 43

Аэлита

Дальнейшая дорога была пока без боестолкновений но на психику все равно давила. После пещеры Морлоков тоннель был чисто каменным, но через каждую сотню километров были расширения явно искусственного происхождения и хотя, судя по карте они были пустыми, но в реале, чего там только не было…

В одной пещере была целая коллекция скульптур швей мотористок, еще в одной все стены были оранжированы барельефами рыб, как знакомых, так и неведомых пород, ну а в третей у стен стояли натуральные паровозы с вагонами и тоже в, виде скульптур. Наконец мы добрались до последней развилки, где был большой ремпункт со всеми удобствами, где мы решили заночевать, тем более там можно было принять ванну, а в самый крайний час собаки (по флотски, а не по китайски) на нас напали. Надо сказать, что свое физиологическое время мы соблюдали по времени установленному на часах старых скафандров, так что в четыре часа утра, мы уже часа три спали. Дракон плотно стоящий кормой к шлюзу ремпункта, сыграл тревогу и мы дисциплинированно, хоть и неглиже заняли свои кресла, а наш бронеход уже вел бой и его штурмовали, какие то странные колобки с зубастыми пастями.

Они тупо штурмовали зону безопасности Дракона и распадались в прах попадая в поле действия деструетора держащего пятиметровый периметр. Я увеличил зону поражения и двинул свой бронеход вперед.

Ряды нападающих редели на глазах и эти «боевые колобки» перешлив режим обороны, правдой безуспешно. Судя по всему они не хотели нас допустить к точке своего исхода и мы, тем не менее к ней пришли. Это был странный летательный аппарат что то смутно мне напоминавший, который я не мудрствуя превратил в пыль, включив деструктор на полный режим. Там явно кто то был внутри, но народу Голованов содержание данного предмета было неинтересно. Но на этом сегодняшние приключения не закончились…

Мы не проехали и полусотни километров, как на виртуальной карте проявилось новое подземное образование, а разведчики засекли такие же энергетические волнения, как в пещере морлоков. То есть тут был такой же, как и там псевдопортал, но судя по уровню энергии остаточный, хотя судя знаку на карте, это должна была быть резервная караулка безо всяких там экивоков. Но путь вперёд был только один и я не стал тормозить. Разведчики передали изображение миниатюрной подземной долины, с высоких сводов лился свет похожий на солнечный, среди зелени стоял дом похожий на барскую усадьбу, а на периферии виднелось несколько странных строений типа чумов сплетенных из камыша и явно возделанные небольшие поля вокруг них. Дорога проходила через всю долину, делая петлю к усадьбе, куда мы и направились.

Когда мы въехали в помпезные ворота, перед домом уже стояли встречающие… две красавицы с зеленой кожей, что впрочем не умаляло их красоту и два мужика в костюмах а ля стимпанк. А вперед вышел дворецкий похожий повадками сразу на всех киношных Берриморов, искин местной караулки. Он доложил, что рад приветствовать господина Коменданта и имеет честь представить ему, принцессу Аэлиту с Ареса, ее супруга инженера Лоста и начальника стражи командора Густа с супругой Ихой.

Они попали сюда с частью селения окружавшего дворец Аэлиты во время восстания принцессы против правителя Тусскубба, как раз в момент катастрофы.

И мозаика у меня, в голове моментально сложилась…

Аэлита, инженер Лось, комполка Гусев, Ихошка, правитель Тускуб. Это же их описывал в своей одноимённой книге Алексей Толстой, ох и не прост был Советский граф.

За торжественным обедом, новые жители Луны поведали о своих приключениях… Планета Арес умирала без воды, но открыть подземные емкости с древними ледниками запрещали жрецы и принцесса Аэлита подняла восстание против своего отчима Тусскубба. Восстание локализовали, а Аэлиту поместили под домашний арест в загородной усадьбе. Но ее друзья, Магацитлы прилетевшие с Геи, решили ее освободить, но когда они уже вели к своему кораблю Аэлиту и Ихошку, появился корабль гвардейцев Тускуба и тут произошло непонятный катаклизм и усадьба Аэлиты с ее друзьями, пейзанами и домашними особями оказались в недрах Луны. Искин опознав в инженере Лосте и командоре Густе генетику близкую к создателям станции, помог их интеграции и подвесил к сводам пещеры модули солнечного света. Учитывая запасы в усадьбе и сельхоз угодья, плюс ручей из ледника образовавший в пещере небольшое озерцо, с выживанием у новых колонистов все было хорошо. А я приказал открыть для них продуктовый отсек каптерки и подключить к усадьбе электричество, через мобильный модуль.

Мы отметили встречу, и успокоили гостеприимных хозяев тем, что гвардейских роботов Тусскубба можно больше не бояться и продолжили путешествие.

Глава 44

Игра в Го, как ключ

Вот и наша цель, но с ней все совсем не просто…

Перед нами была глухая стальная стена без каких либо следов дверей, бойниц ворот, пультов и. т.д., но зато испещренная крупными заклепками и она одинаково уходила в две стороны. Тоннель вывел нас сюда и дальше виртуальная карта показывала алое пятно с титрами гласящим о «Тревожном уровне». Деструктор отказывался работать по этой стене, как и сканеры Дракона и разведчиков. Короче классический тактический тупик по Клаузевицу или Цугцванг типа как у шахматистов. Ну что же, как учит старый анекдот клеветнически выдуманный штатской интеллигенцией про офицеров… будем трясти. И верный Дракон двинулся по кругу.

Что характерно, как только мы стронулись с места, тоннель из которого мы прибыли, схлопнулся в монолит и так было с каждыми следующими тоннелями встречавшимися на внешней стороне кольцевой трассы. Я на всякий случай попробовал на этих скальных пробках деструктор в режиме «камень» но по внешней стене он сработал штатно, так что если что, возможность маневра оставалась.

Несколько раз в расширениях возле таких аномалий, встречались механизированные попытки вскрыть эту стальную стену. Например на одном перекрестке, где наружный тоннель самозапечатался прямо у нас на глазах весь предбанник был забит подбитой бронетехникой. Судя по следам на броне, удары наносились узким лучем деструктора. Что было интересным, так это то, что в танках не было экипажей, а только система дистанционного управления. Я, нашёл машину управления изрезанную в лапшу и видимо обработанную лучом в режиме «органика». Еще через пару тоннелей мы обнаружили целый парк тяжелых самоходных сварочных аппаратов уровня применяемых для разделки списанных кораблей. И там тоже не было следов органики. Судя по всему система защиты ЦУП не жаловала активную протоплазму.

А мы ехали и ехали, тяжелые пауки с включёнными сканерами двигались перед нами обследывая обе стены на предмет скрытых входов или пультов. И вдруг Мей воскликнула — «Вэйцы!».

Я остановил машину, а девушка забарабанила по клавиатуре на панели возвращая на экран фрагмент изображения пришедшего от разведчика. Найдя нужный фрагмент она ткнула в него пальцем. «Смотри» — воскликнула Мей — «Это этюд из игры Го».

Д-а-ааа… строители базы были еще те любители истории Старой Земли, в добавок еще и забавники, чтоб им икалось.

Мы вернулись к месту, где заклепки создали этюд на броне и я по какому то наитию приложил к холодной стали руку, сняв перед этим перчатку. Меня что то кольнуло, коридор озарили красные и зеленые вспышки, перешедшие только в зеленые и бархатный голос поприветствовал господина коменданта и попросил ввести код доступа. На полу сразу же вспыхнула виртуальная доска этой древней восточной игры и мы с Мей переглянулись, откинули забрала и я вздохнув, а Мей победно улыбнувшись заняли места игроков.

Мей снисходительно посмотрев на доску сказала: 'Тридцать спиц соединяются в одной ступице, образуя колесо,

но употребление колеса зависит от пустоты между спицами.

Из глины делают сосуды, но употребление сосудов зависит от пустоты.

Пробивают двери и окна, чтобы сделать дом,

но пользование домом зависит от пустоты в нем.

Вот почему полезность чего-либо имеющегося зависит от пустоты' — и посмотрев на мое обалдевшее лицо добавила: «Лао Цзы, Дао дэ Цзин", а эта задача называется 'Жизнь и смерть» и она максимум для игрока с десятью кю, а у меня пятый дан. Я в принципе умел играть в Го, но вот про все эти кю и даны, был ни сном ни духом.

На виртуальной доске вместо фишек были виртуальные бобышки в виде пагод, при прикосновении к ним рукой они начинали мерцать и их можно было передвигать легким мановением перстов. Чем Мей и занялась, подсказывая мне мои ходы.

Когда все фишки встали на нужные места, стена завибрировала и раскрыла проход, куда я немедленно загнал Дракона, после чего стена восстановилась, она кстати была толщиной метров пять. Ну что же, вот мы и у цели, ну в смысле почти.

Глава 45

Тревожный уровень

Зал был был сферически потрясающ… многочисленные экраны показывали панорамы лунной поверхности, на нескольких экранах было видно Землю и все это венчалось куполом на котором периодически проходили калейдоскопом изображений с разных экранов.

Голос в динамиках поприветствовал господина коменданта в Горячей зоне и доложил что резервная Караулка наблюдения функционирует на семьдесят процентов, за исключением одиннадцати экранов, с поврежденными метеоритами камерами и всей портальной группы, которая заблокирована. После, его появился местный искин в прикиде Римского патриция. Я не удержался и приветствовал его известной латинской фразой Ave, Caesar, morituri te salutant, в ответ на что он отсалютовал мне римским приветствием и сказал что от имени всех искинов центральной зоны приветствует господина Коменданта.

Путь к главной цели, достаточно четко вырисовывался на виртуальной карте, но местные коридоры никак не тянули на тоннели и верного Дракона пришлось оставлять здесь, хотя у нас в грузовом отсеке были к счастью велосипеды, причем практически электро байки и мы занялись разгрузкой, перегрузкой. На схеме по всему будущему пути мигали точки мини-каптерок, но запас дело благородное. В багажники и седельные сумки мы забили энергетические капсулы и пайки, ну и чуток боеприпасов. С собой мы взяли пару больших Пауков и четырех малых, и на всякий случай присобачили на них контейнеры с запасными энергетическими ячейками.

Скорость мы набрали более-менее приличную, ибо коридоры для этого вполне подходили, не смотря на определенный уровень «уличного движения». По коридорам, туда-сюда сновали роботы ремонтники и уборщики, иногда проезжали транспортеры, но к счастью, все механизмы четко проявлялись на виртуальной карте и четко уступали нам дорогу.

Чем ближе мы подъезжали к реакторному залу, тем больше мы волновались. И еще был небольшой нюанс… тут явно увеличилась сила тяжести, что было видимо необходимо для работы технического уровня. Коридор периодически пересекал большие машинные залы с всевозможными, иной раз циклопическими механизмами. Младшие искины уровня, все почему-то в древнеримских аватарах, докладывали о принадлежности своих технариумов…

В первую очередь это были системы жизнеобеспечения Станции, но были и суперагрегаты, имевшие отношение к терраформированию Луны. Нам попалась одна из вспомогательных диспетчерских и мы тут задержались исследуя технические возможности Станции.

Оказывается планы терраформирования имели тут во многих гитиках, от работы по всей поверхности, до выборочного частичного тюнинга территорий. Можно было создать анклав с атмосферой начиная с размеров от тысячи километров, причем атмосфера поднималась на высоту, достаточную для локализации метеоритов. Я по этому поводу поставил себе галочку. А потом мы попали в отсек, где в стазисе пребывали в штабелях тысячи хибераторов с телами мужчин и женщин, причем лежали они парами. Местный искин, в аватаре доктора Айболита в стиле стимпанк, рассказал что это спасенные атланты, доставленные сюда одним из демиургов из подводного убежища-хранилища на Земле, находящегося в котловане на дне моря возле Кипра. Там было собственно три хранилища… аристократы, воины и инженеры. Когда вышла из строя система контроля, уцелели только инженеры. Инженеры на Атлантиде были низшей кастой, на которой висело обслуживание общества и сельское хозяйство, причем на высоком профессиональном уровне. Вся эта информация давала простор для дальнейшего маневра.

Тут включился дежурный экран на котором на фоне Земли был четко виден космический аппарат. Я, увеличил изображение и увидел на борту аппарата американский флаг. В динамике раздался металлический голос: «Во внешнем Тревожном поясе обнаружен посторонний объект подлежащий уничтожению». Тут же сверкнула зелёная молния и американская мыльница распалась на куски. Судя по всему это был автоматический аппарат. Да, защита Луны была на высоте. Я спросил через внутреннюю связь у искина уровня, как долго будет действовать защита Станции, на сто он ответил, что это продлится на 533 периода, после чего, в случае неотключения режима охраны, период «Крайней тревоги» продлится еще на девятьсот периодов.

Глава 46

Пульт

И снова перед нами стальная стена, на этот раз с правильным узором заклепок и опять без следов дверей и пультов, что уже несколько раздражало, но была у меня некая палочка выручалочка.

Когда я так сказать принял комендантство, искин настроил мои отпечатки пальцев на Комендантский сейф в Караулке, где я нашел интересный браслет, который дистанционно управлял камбузом. Я одел этот браслет и когда мы начали свое путешествие, я о нем было забыл, но на первом же организованном привале на точке, браслет нагрелся и я увидел, что тут он так же может передавать команды на камбуз. А потом, в новом Драконе я включал через него автоматическую кофеварку, а потом снова напрочь о нем забыл и даже перестал его замечать и вот сейчас, когда мы на наших самоходах ехали вдоль очередной надоевшей глухой стены, браслет внезапно напомнил о себе резко нагревшись, причем слегка попульсировав он успокоился, но моя рука под скафандром, его продолжала ощущать и как по мановению руки, и в кольцевом коридоре, и на перекрестках исчезли все рабочие механизмы. Мы с Марой продолжали разматывать это стальное кольцо и я решил снизить скорость и не прогадал, ибо боковым зрение заметил вспыхнувшее на стене красное искристое кольцо. Дальше, действуя буквально по какому-то наитию, я снял перчатку и за ней браслет, и он сразу же радостно завибрировал, и я приложил его к светящемуся кольцу в стене, куда он пришелся в самую пору и растаял в нем, после чего кольцо сначала покраснело не на долго, а потом позеленело и стена раскрылась четырьмя створками в верх, вниз и в бок. Мы быстро завели с Марой в этот открывшийся вход свои электробайки и двери ожидаемо закрылись за нами. Мы оказались в крайнем сегменте некоей полусферы, белые стены из какого-то пластика и большой экран на дальней плоскости, который немедленно вспыхнул, как только мы направились в его сторону. На экране, изредка подернутым рябью, предстал явно знатный вельможа, который начал свою речь…

Это была электронная тень демиурга руководящего подготовкой станциик терраформированию, и выдала весьма интересную информацию про предавшего его помощника из за которого взорвалась портальная система на рейдере прибывшим из метрополии с инспекцией, о неудачном бунте в процессе которого погиб весь персонал и Станция оказалась заблокирована, и о том что он был ранен предателем и умирая успел включить систему самоуничтожения, с правом отключения ее, только носителю генетического кода Предтеч и раз я слышу эти слова, то я и являюсь носителем этого кода. Вот такие вот пирожки с котятами. И под конец на экране вспыхнула схема Центра управления, с указанием секретного пункта системы самоуничтожения, а потом пошли титры из которых стало понятно, что система отключается только в ручную и для этого надо отключить… 278 тумблеров (да, да, двести семьдесят восемь).

Ну мерзкий юмор у этих демиургов, именно эта мысль билась у меня в голове гпждый раз когда мои руки било током. Система отключения была устроена с какой-то садистской хитростью. Мало было отключить три сотни тумблеров. Параллельно этому, все время отключения, избранный, которым на свою беду был я, доложен был держать на расстоянии вытянутых рук два нажатых плунжера, с контролем крови нажимающего, причем не отпускать их, пока все тумблеры не будут выключены, и что бы видимо избранному было еще веселей, от плунжеров периодически било током, не то чтобы сильно, но неприятно. Но поздно или рано все заканчивается и плунжеры с двойным унисонным щелчком зафиксировались и под потолком помещения, вместо тускло-багрового света, вспыхнул ярко-зеленый.

Глава 47

Лунный автобус

Отыграли зеленые сполохи, механический голос поздравил меня Главным комендантом Станции и открыл стену отделяющую отсек с моими новыми шикарными апартаментами. В их вестибюле стояли боевые роботы грозного вида, искин которых попросил у меня каплю крови, для полной их привязки ко мне. Теперь у меня было аж четыре искина… Искин-снабженец, искин по терраформированию, искин администратор и искин по безопасности. Я теперь мог почти полностью управлять Станцией, почему почти? А потому, что я не мог отключать систему защиты Луны, усиливать мог, ремонтировать мог, но отключать нет. Отключение систем обороны для ремонта или тюнинга допускалось только в единичных точках, с перекрытыми соседями зонами. И после того, как заработала портальная система, я смог пользоваться внутрилунными портаталами, все внешние порталы были уничтожены. Я теперь все время передвигался с тройкой боевых роботов (Мей, как помощник коменданта, с парой. Охрану наших апартаментов несла автоматизированная система защиты и постоянные посты роботов. На всех этих сложностях настояла Мей, которая поэтому поводу процитировала то ли Сунь Цзы, то ли ещё какого-то китайского мудреца: 'Даже мотылька дерзнувшего приблизиться к императорской короне, должен встречать стальной меч.

Я вызвал Аэлиту с ее инженером, назначил ее наместницей провинции Аэлита и приказал начать ее освоение. После долгих обсуждений с Мей и Аэлитой, решили начать с локального терраформирования, естественно на обратной стороне Луны. Ведь в случае технологического и научного прорыва, наши «земляки» первым делом обратят все усилия на так сказать лицевую сторону. Для начала я решил сделать две колонии-оазиса под куполами, марсианскую Аэлиту и для части разбуженных атлантов — Посейдонис. Для начала я выделил два участка радиусом сто километров. Там была вода, воздушный атмосферный столб и электричество. Так же там за счет у и между этими баталерок создали инфраструктуру и сельскую и жилую. Между этими оазисами ходил лунный автобус и мною была запланирована некая культурная конкуренция. Первым делом в Посейдонисе и Аэлите были организованы театры. Аэлита лично взялась за режиссуру, а у Атлантов частные театральные кружки, были оказывается в моде. Аэлита бросилась к Мей с просьбой поучаствовать в ее премьере, ибо ее подданые, были несколько далеки от театра. Короче пригребли и нас с инженером Лосем (который прочитав книжку, взял себе именно это имя).

А тут еще Мей порадовала, расколов на периферии главного компьютера резервного Центра управления виртуальный контрразведывательный центр, который был заблокирован некогда бунтовщиками. Выпущенный из электронной темницы искин контрразведчик, моментально получив информацию по соответствии моего генетического кода, принес официальную форму присяги и выдал одновременно план работ и просьбу об инструкциях. Его хозяин был убит во время путча и предатели смогли заблокировать его систему, которая в виду отсутствия населения, находилась в спящем режиме. Выяснилось, что на всех ремонтных пауках и механических уборщиках были системы наблюдения имеющие двухстороннюю связь с Центром. Я приказал искину-особисту забить в поисковики Центра, группы слов и фраз, несущих угрозу Государственной безопасности и теперь каждый микрофон контрразведки мог засечь любые враждебные разговоры, мерзко все это конечно, но у Власти своя логика.

Мне кстати очень понравились аватары моих новых искинов, тут были и инженеры стимпанк, и строгие джентльмены, но мой новый особист заимел несколько аватар, молодого полицейского генерала, старого Нью-Йоркского полицейского и. т.д. Я в порядке шутки поинтересовался, а где мол аватара Лаврентия Палыча, и когда искин поинтересовался кто это такой, а я ему рассказал, то с меня сразу затребовали изображение маршала Государственной безопасности, которое я выцепил из своего нового информатория. После признания меня Главным Комендантом, мои возможности существенно расширились и в том числе по усилению безопасности. Я расширил барьер защиты, до стандартной высоты облета Луны земными аппаратами. Ну их. А инженер Лось, услышав нашу историю (кроме того, что я попаданец естественно) написал стихотворение, которое Аэлита приказал золотом написать на стеле в своей столице.

Из мглы вселенной искра жизни

Бесплотный камень оживила

Но Фатум право непреклонен

Его неодолима сила

Холодный мадригал Селены

Завис дамокловым мечом

Земля во времени застыла

Не ведая сама о том

Казалось все, конец планете

Но Лунных близнецов дуэт

Пройдя сквозь лунные пещеры

Сказали катастрофе нет

Глава 48

Эпилог

Отыграли зеленые сполохи, механический голос поздравил меня Главным комендантом Станции и открыл стену отделяющую отсек с моими новыми шикарными апартаментами. В их вестибюле стояли боевые роботы грозного вида, искин которых попросил у меня каплю крови, для полной их привязки ко мне. Теперь у меня было аж четыре искина… Искин-снабженец, искин по терраформированию, искин администратор и искин по безопасности. Я теперь мог почти полностью управлять Станцией, почему почти? А потому, что я не мог отключать систему защиты Луны, усиливать мог, ремонтировать мог, но отключать нет. Отключение систем обороны для ремонта или тюнинга допускроось только в единичных точках, с перекрытыми соседями зонами. И после того, как заработала портальная система, я смог пользоваться внутрилунными порталами, все внешние порталы были уничтожены. Я теперь все время передвигался с тройкой боевых роботов (Мей, как помощник коменданта, с парой. Охрану наших апартаментов несла автоматизированная система защиты и постоянные посты роботов. На всех этих сложностях настояла Мей, которая поэтому поводу процитировала то ли Сунь Цзы, то ли ещё какого-то китайского мудреца: 'Даже мотылька дерзнувшего приблизиться к императорской короне, должен встречать стальной меч.

Я вызвал Аэлиту с ее инженером, назначил ее наместницей провинции Аэлита и приказал начать ее освоение. После долгих обсуждений с Мей и Аэлитой, решили начать с локального терраформирования и естественно на обратной стороне Луны.

А тут еще Мей порадовала расколов на периферии главного компьютера резервного Центра управления виртуальный контрразведывательный центр.

Пятьдесят лет спустя…

Астронавт НАСА республики Техаса и Калифорнии нервничал. Нет, миллион долларов премии и погоны генерала за испытание нового лунника это достойная награда. Но смущало что десятки предыдущих запусков кончались гибелью космических аппаратов. Яйцеголовые убеждали майора Текса, что новая система защиты даст возможность его Орлану спокойно облететь Луну, что до сих пор не удавалось никому. Пространство за экватором между той и этой стороной Луны было закрыто каким то жутким полем, как впрочем и поверхность Луны, сбивавшим любые аппараты. Причем автоматы просто не долетали и теряли управление или гибли, а идущие на ручном управлении обитаемые аппараты, получали повреждения исключающие дальнейший полет и приходилось проводить сложнейшие спасательные операции. А после того, как под прикрытием спасательной операции была проведена попытка высадки, сбивать стали любые лунники.

И вот теперь «Орлан» стал облетать Луну и двигатель работал и управление слушалось, но вдруг отключилась связь и когда лунник начал полет над обратной стороной Луны у майора вырвалось восклицание состоящее из ругательств и слов восхищения. На поверхности Луны, то тут то там светились огромные цилиндрические купола, внутри которых была видна живая поверхность, с полями, озерами и домами. И к одному из них стало подтягивать «Орлана», двигатель которого заглох.

А потом майор потерял сознание и очнулся в белом помещении, где он абсолютно обнаженный лежал в прозрачной капсуле. Вокруг были какие-то приборы типа медицинских. А потом крышка открылась, в стене одновременно открылся проход в который вошел здоровенный тип в чем то вроде лаборатории и глухом шлеме. Он протянул майору прозрачный пакет с одеждой, и Джон Текс внезапно понял, что вокруг него находятся друзья. А когда его привели в зал, где на стене на черной мраморной плите под изображением прекрасной женщины он прочитал написанные золотыми буквами

'Из мглы вселеннойискра жизни

Бесплотный камень оживила

Но Фатум право непреклонен

Его неодолима сила

Холодный мадригал Селены

Завис дамокловым мечом

Земля во времени застыла

Не ведая сама о том

Казалось все, конец планете

Но Лунных близнецов дуэт

Представ, как Лось и Аэлита

Сказали катастрофе нет'

И астронавт понял, что это его повелительница.

Так мило начала работать новая программа Мей, по интеграции пленных в поселения. Колонистам требовалась свежая кровь в популяции.

Конец книги

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Холодный мадригал Селены

Content

Холодный мадригал Селены

Глава 1 Другая Земля

Глава 2 Лунная принцесса

Глава 3 Бункер

Глава 4 Лунные близнецы

Глава 5 Кофе в постель

Глава 6 Баталерка

Глава 7 Водка и бициклы

Глава 8 Шнапс, карабин Маузера и пустыня

Глава 9 Пещера, где зреют сыры

Глава 10 Библиотека

Глава 11 Топор, иволга и психология

Глава 12 Пещера живописцев

Глава 13 Лунная симфония

Глава 14 Лунная Кинопанорама

Глава 15 Туннель

Глава 16 Спирт, как орудие судьбы

Глава 17 Зверинец

Глава 18 Сад и огурчики

Глава 19 Большой камнеед

Глава 20 Транспортная симфония

Глава 21 Большой стимпанк

Глава 22 Кое что о восточном экспрессе

Глава 23 Заводы вставайте

Глава 24 Арсенал

Глава 25 Министерство речного флота

Глава 26 Ледяные крысы

Глава 27 Замок Мейдзи

Глава 28 Бой в тоннеле

Глава 29 Лунные чумаки

Глава 30 Соляная станица

Глава 31 Ахтунг Ахтунг. Козакен унд Небельверфер

Глава 32 Обвал

Глава 33 Шумят поля колхозные

Глава 34 Фарманы, Юнкерсы и НКВД

Глава 35 Музей космонавтики

Глава 36 Авиценна, Гиппократ и другие

Глава 37 Калейдоскоп

Глава 38 Черный город

Глава 39 Музыкальная шкатулка

Глава 40 Полустанок мира демиургоа

Глава 41 Знак четырехглавого орла

Глава 42 Морлоки

Глава 43 Аэлита

Глава 44 Игра в Го, как ключ

Глава 45 Тревожный уровень

Глава 46 Пульт

Глава 47 Лунный автобус

Глава 48 Эпилог

Nota bene