Меч Святогора

Глава 1

Пенсионером быть не очень плохо, пенсия маленькая, но хорошая, интересных книг, фильмов и спектаклей в интернете навалом, да и не во всех Московских театрах идут «Голубые симфонии» или играют наглые блогерши, но вот скучновато как-то, после былых анабазисов. Взрослые дети разлетелись из гнезда в дальние края, у всех своя удавшаяся жизнь, жена барражирует между внуками по странам и континентам, но вот здоровья уже не хватает. Например в Питер на премьеры в Маринку сил ездить уже нету да и если честно, когда разменял девятый десяток, уже как то не до путешествий. Хорошо успел поездить по Миру в своё время и на рельсах, и на крыльях, и на танке и посему знаю, что шарик наш совсем маленький. Помню вылетел из Москвы во Франкфурт, который на Майне, оттуда в Сан-Франциско, оттуда в Портланд штат Орегон и сидя в ресторане на берегу Тихого Океана, вдруг понимаешь, что день то еще не кончился, а вот там за горизонтом опять Россия.

А сейчас остается только вспоминать былые деяния и друз

ей-товарищей, с которыми побывал по обе стороны от мушки, и из которых, как говорил поэт… иных уж нет, а те далече.

А потом стали приходить сны, где я был княжичем Владимиром Глебовским из какого-то неведомого Владимирски-Волжского княжества из непонятной старины глубокой. И видимо и не из нашего Мира, ибо мне, профессору историку, не все географические названия и исторические данности были знакомы. Там судя по событиям в которых принимал участие мой временной близнец и полный тёзка, было начало так называемого татаро-монгольского ига, но вот порох уже присутствовал, ибо на стенах Владимира-Волжского гостинца, была пара пищалей.

Вокруг было еще несколько княжеств, которые активно резались друг с другом, причём союзниками и у тех, и у других были татары. Я был младшим сыном, у меня был маленький удел в три сельца и Посад (посадами тут назывались городки без гостинцев, а гостинцами называли русский аналог замков). Была у меня своя дружина, которая являлась частью княжеской рати, в тридцать мечей. Все они были друзьями детства того меня, росли и обучались мы вместе, а обучал нас дядька Пахом Весло, бывший ушкуйник, крепкий мужик пятидесяти лет с лишком, мне же в этих снах было лет тридцать. Воинские занятия, перемежались с молодецкими развлечениями типа охоты и бани с сенными девками.

А тут мой батюшка князь послал меня с моими воями брать на копье удел где правил старый выживший из ума князь, дабы он стал моим уделом. Удел этот был небольшим, но давал права на княжение, а из дружины у того князя оставалось с десяток воев с хилым оружием. Но мы туда опоздали, там уже хозяйничал третий сын, Суздальского князя и у него была дружина раза в четыре больше нашей. Впрочем, с Михайлой мы были знакомы раньше, и он пригласил меня с дружиной отпраздновать его княжение, ну и пир затянулся на несколько дней. Ну а когда два наших струга вернулись домой, то оказалось, что и тут мы опоздали, города Владимир-Волжский больше не было, осталось одно пепелище, как и от нашего Посада. В камышовой пойме был остров с тайным проходом замаскированном в камышах, о котором до этого знал только Пахомыч (как мы звали Пахома между собой) и где мы, по его настоянию, сделали по традициям ушкуйников нычку с оружием и припасам, и там нас ждал сюрприз… два десятка девиц на выдание из боярских семей, которых тут спрятал брат Пахомыча, Буслай, бывший хранителем тайника, Буслай был тоже из ущкуйников, но был увечен, потерял в одном из походов четыре пальца на левой руке. Тут было еще четверо старых воев и мамка Аглая, которая нянчила еще меня и братьев, но бодрая как в молодости. Она, рыдая у меня на груди рассказала про измену части бояр и сотника Михея, открывших ночью ворота Суздальцам и нанятых ими татарам. Они подошли ночью с воды. Люди Михея вырезали караульных у пристани и город пал. Но потом дело пошло вкривь и вкось… Михей с товарищами убил князя со всей семьей, под шумок украл главный сундук с казной и сбежал из города, объятого грабежами и пожарами. Суздальцы и татары разозленные пропажей ожидаемой добычи, выместили досаду на жителях города, устроив резню и захвативших выживших в рабство, а от города осталось одно пепелище.

Я первым делом решил упорядочить наше житие на острове, назначил дежурства, выставил секреты, научил народ маскироваться. Дружину свою, я к дисциплине успел приучить, пришлось для этого даже отсев определенный провести, но теперь у меня был натуральный спецназ. Кожаная кираса со стальными нашивками, удобный стальной шлем, разгрузка, кожаный ранец, меч типа гладиуса, кинжал, метательные ножи и арбалеты. Девиц я назначил на хозяйство, правда парочка наиболее знатных стали гнуть пальцы и кривить губки, но я приказал мамке Аглае, которую я назначил кравчей боярыней, дать им розог и дисциплина восторжествовала. Все небольшое население острова присягнуло мне, как князю. Надо сказать, что этот остров не имевший кстати названия был очень странным. Он находился в центре камышовой поймы в своеобразной лагуне, причем снаружи казался буквально островком, а внутри был в несколько раз больше, чем казалось снаружи, на острове росло много ягод, в том числе малины, росли дикий лук и чеснок, водились дикие козы и зайцы и был даже солончак, еще было небольшое проточное озерцо (откуда и куда в нем проистекала вода было не ясно) и в центре острова было большое непроходимое болото и именно с этого болота все и началась. Пахомыча я назначил комендантом гарнизона, Буслая завхозом и быт стал потихоньку налаживаться. А потом как-то, ко мне прибежал начальник патруля, раз в день обходивший болото по периметру и сказал, что его дружинники обнаружили железную тропу ведущую в болото и без команды туда не пошли.

Тропа была явно из титана и напоминала американское мобильное аэродромное покрытие. Да блин, тут только попаданцев пиндосов не хватало, подумалось мне и взяв личную ДРГ из пяти особо обученных дружинников, я пошел на разведку. С нами пытались увязаться Заслава и Богуслава, те самые девицы, отведавшие розог. Они оказались не только самыми шебутными в нашем коллективе, но и самыми образованными. Они были подругами и родители наняли им общих учителей, беглого монаха из Константинополя и шибко умного дьячка из нашего храма, знающего латынь и греческий, и по их настоятельному требованию старого воя, для обучения воинскому ремеслу. Надо сказать, что разрешил создавать пары, но сказал что все должно быть только по согласию и наказанные боярышни, пришли ночью ко мне в землянку и сказали, что выбрали меня и иного им не надо, а если я буду против, то за неимением монастыря, им остается только в омут с головой. Вот так меня, так сказать, без меня женили. Девчонки взялись вести мое скромное хозяйство, справили себе воинскую одежу, благо склад ломился от амуниции и всевозможной справы, да и ночью скучать не давали, составив своеобразный график, когда со мной проводит ночь одна из них, а когда и обе. Да, записки о древней патриархальности были несколько преувеличены.

Глава 2

Впереди меня по тропе шел Матвей Медведь, мой лучший вой и оруженосец. Матвею мой отец некогда приказал охранять княжича не щадя живота своего и посему тут даже мои приказы не действовали, он всегда шел впереди. Матово поблескивающая тропа вывела нас к острову заросшему какой-то зловеще черной травой в два человеческих роста и приглашала идти дальше, на что я и отдал команду. Через несколько сотен шагов перед нами открылась поляна с небольшим озерком, на берегу которого возлежало… самое натуральное НЛО, Матвей явно никогда раньше не видевший фильм «Жандарм и инопланетяне» с Луи де Фюнессом, пробормотал — «Ну и миска с опятами». И как только он это произнес, в тарелке раскрылся люк, на землю плавно опустился трап и над проемом гостеприимно замигала линия разноцветных огоньков и одновременно с этим сзади нас из зарослей на тропинку выскочили две фигурки в доспехах и с арбалетами, понятно, что это были Заслава и Богуслава. И тут из «тарелки» раздался металлический голос, заставивший мой спецназ, ощетинится мечами и арбалетам. Голос сказал, что князь и его жены могут зайти, а остальные пусть подождут и ни о чем не беспокоятся и с пандуса спустилось несколько столиков на колесах, уставленных яствами и напитками и подплыли к нашей группе и что-то мне, что кушать это можно безо всякого вреда. Оставив Матвея за старшего и строго наказав ему не давать никому спиртного больше маленькой чарки, я шагнул в светящийся зеленым светом проем, девчонки закинув арбалеты за спину и обнажив кинжалу, бдительно пристроились о шую и десницу, своего князя и (судя по словам неизвестного) мужа. Коридор вел нас зажигая периметры сегментов там, куда надо было идти и мы вышли наконец на, судя по всему, капитанский мостик. В кресле перед пультом сидел явный пришелец, который приглашающе показал нам на три кресла, как бы выросших из пола и приступил к повествованию…

Странного дядьку из тарелки звали Святогор, он был владыкой этой планеты, и он умирал. Его отравил помощник желавший занять его место, но опыт тысячелетнего демиурга, успел перевесить жажду власти трехсотлетнего мальчишки, но Полкан развеянный в пыль всё-таки перехитрил своего учителя, он подменил его тотемный меч и где-то спрятал на планете и если в течении пятнадцати месяцев после смерти Святогора его не найти, то он сработает, как детонатор взрыва ядра планеты. Что бы этого избежать, признанный наследник Святогора должен этот меч инициировать и для этого надо было сделать две вещи, разрубить этим мечом Инициатор и собственно найти этот меч, что было очень сложно, ибо покойный Полкан, сделал неизвестное количество дубликатов и разместил их в городах государствах планеты Большой Итль (был еще просто Итль, но это был мертвый сфероид без атмосферы типа земной луны и там точно ничего не было). Планета Большой Итль была испещрена реками, соединенными в одну замкнуую систему и по берегам этих рек и находились многочисленные города-государства (исключением были Русь и Тартария, находившиеся в конгломерате степей и лесов, но так же разделенные на множество княжеств и ханств) и на их территории меча Святогора, точно не было). И вот нам надо было их все объехать и найдя Меч Святогора, спасти планету, такой вот анабазис. Далее Святогор рассказал нам, что мы избранные, которым он доверит владение и управление Челном, кораблем, на котором мы все отправимся в это путешествие. Я являюсь дальним потомкам его брата, демиурга древней Земли, правящего ей двести тысяч лет назад, и именно поэтому он переместил в меня Тарзил инициации, то есть перевел его в княжича, разум которого должен был скоро угаснуть, а мои боярышни были потомками слуг Святогора из прошлой цивилизации, и он дал им знания офицеров экипажа Челна. Самое интересное было то, что он одновременно общался с нами троими, но девчонки не слышали, что он говорил мне и это правильно, а то еще пойдет слух, что князь мол, не настоящий. Мы попрощались со Святогором и пошли на выход, как вдруг из одного из коридоров послышался крик, хозяин, княже, возьми меня с собой. Мы заглянули в коридор и увидели молодого лешего прикованного на цепи к стене. На этой планете были магические приматы и в основном на местной Руси… Лешие, Ведьмы, Русалки, Кикиморы и прочие персонажи русских сказок. Но лет триста назад попы за них хорошо взялись, был такой отец Дионисий, который создал Орден борьбы со скверной и стал уничтожать все, что считал нечистью, у него появились последователи в других государствах и святоши, чуть было не захватили власть на планете, но князья, бургомистры и графы почувствовав опасность, объединенными усилиями закрыли этот Орден, Дионисия самого обвинили в Черной магии и публично сожгли, но поголовье магических существ уменьшилось почти до нуля и вот тут нам попался леший. Святогор сказал, что этот смешной полу-хомо может нам пригодиться, так что пусть принесут мне клятву крови и он их отпустит (леших была пара). Так у меня появился личный леший причем с невестой. Эта парочка, еще до появления на острове нашей нычки, сюда приплыла попалась сторожевым роботам, а Святогор их ввел в стазис и оставил на всякий случай, а тут накануне деструкции корабля стазис отключился и леший имеющий определенные магические способности, услышал, как девчонки называли меня князем и оповестил о себе. Своих двух новых слуг я назвал Наполеон и Жозефина, что привело их в восторженное состояние ибо у леших, имен как таковых небывало, и если лешему присваивали имя это поднимало его в статусе, как князя от смерда. Наполеон и Жозефина встали на колени и поклялись умереть за князя-хозяина.

А мы пошли осваивать наш корабль… по виду это был средневековый Корейский броненосец кобуксон, но выполненный из металла и вооруженный гораздо серьезней. В спонсонах и на верхней крыше палубе стояли универсальные орудия, это были спаренные стволы калибром 23 мм, стрелявшие разнообразными боеприпасами, способными поражать все и вся, и управляемыми, как индивидуально вручную, так и из центрального поста. Причем эти карамультуки не нуждались в перезарядке, надо было только выбрать тип боеприпаса для каждого ствола и просто сказать огонь. Внутри наш корабль был больше, чем снаружи, все это были какие-то космические технологии. На корабле была сокровищница, с тремя сундуками, как в сказке «Огниво», с золотыми империалами, серебряными ефимками и медными грошами (это была общепланетная валюта), причем сколько не бери монет из сундуков, меньше их не становилось. Были стазис камеры забитые провизией, но продукты как раз не восстанавливались. Имелись и арсеналы с холодняком рубящим все что угодно, с шикарными то ли японскими, то ли китайскими доспехами, которые ничего не брало из местного оружия, бластеры в виде железных перчаток, стреляющие небольшими импульсами плазмы и так же не нуждающиеся в перезарядке. Был шикарный лазарет, автоматизированная швальня, три автоматизированных камбуза, уютные каюты, и даже пара боевых роботов. Причем и корабль, и доспехи, и роботы, обладали управляемой мимикрией, мною управляемо, ну и девчонками. Кое какие функции по военной части я придал Пахомычу, Буслаю и Матвею, а по хозяйственной Аглае (кстати на Буслае мы опробовали лазарет, отрастив ему пальцы).

Корабль находился в странном, невидимым снаружи гроте (невидимым для всех кроме посвященных). Мы не без помощи роботов загрузили свои местные запасы на корабль, (на этом категорически настояли наши тыловики и я пошел им на встречу) и дождавшись, пока последнее пристанище Святогора рассыпалось облаком зеленых искр, отправились в плавание. Наш анабазис начался

Глава 3

Первым делом я провел производство своих людей в соответствующие чины, ибо наш «Челн» это военный корабль и все должно быть соответственно. Пахомычу, Буслаю и Матвею, я дал звания капитан-лейтенантов, Аглае интендант-лейтенанта (чем она весьма гордилась), Заславе, Богуславе и десятникам дал лейтенантов, а всем своим витязям, я не долго думая навесил шевроны мичманов, Наполеона и Жозефину сделал гардемаринами, как и девиц, я же остался просто князем, но естественно старшим по званию на корабле. У меня была капитанская рубка с аппаратурой и апартаментами и параллельно ей был капитанский мостик, где дублировались главные приборы. Штурманская панель представляла собой огромный экран, на котором отображалась масштабируемая местность вокруг, с отметками всех живых и искусственных объектов, равно как и рельефа местности, туда же выходило окошко информации авто-лоцмана, который мог сам вести корабль по заданному маршруту. Не смотря на мощную автоматизацию, я наладил двенадцатичасовые вахты, во время движения стояли вахту старшие офицеры, а на стоянках младшие и хотя при имеющейся системе контроля это было в принципе лишним, но дисциплина не терпит безделья, так что я еще и учения устраивал. Наш «Челн» принял вид большого купеческого струга, о полутора дюжине весел и двух мачтах, между которыми были сложены большие тюки с товаром и эта аватара сработала уже в первый же день нашего путешествия. Драккар с залетными викингами, радостно пошел на абордаж и дав в пустую залп из луков, стал биться о невидимую преграду. Я пустил своих ребят порезвиться и опробовать доспехи и оружие, что и было сделано с полным успехом, а потом я лично испытал на драккаре свою артиллерию и этот результат мне очень понравился, одной спарки было достаточно, чтобы распустить на щепки лоханку северных разбойникам, а моим ребятам очень понравились непробиваемые доспехи, клинки рубящие все на свете и отдельно перчатки-бластеры. Кстати бластеры обновила Заслава, которая нагло затесалась в абордажные десятки и произвела на палубе драккара фурор, когда сначала один из викингов, увидев доспехи похожие на японские заорал что то про ниппонцев, а потом увидев рыжие кудри Заславы торчащие из под шлема, завопил что то про колдунью Кицуне, его то Заслава и срубила импульсом плазмы из бластера одетого на левую руку. Так что первый бой прошел успешно, хотя Заславу пришлось примерно наказать… что мы и сделали вместе с Богуславой нынче же ночью.

Путь наш шел по следам изменников и убийц, на штурманском экране, мигающая зеленая точка ладьи Михея была все ближе. Изменщиков вкупе с разбойными людьми мы прищучили на привале. Три ладьи стояли у острова, на берегу пылали костры и суетился народ и когда перед ними появилась аватара каравеллы Колумба, вся шайка естественно получила когнитивный диссонанс, ну а когда по берегу хлестанули пулеметные очереди и с борта каравеллы по трапам стали сходить воины в странных доспехах и испускать молнии, паника достигла апогея и о сопротивлении не стало и речи. Пахомыч, Буслай и Матвей, подвели ко мне Михея и двух его ближников. Негодяи пытались пасть на колени и молили о пощаде, но мой приговор был суров и справедлив… Их повесили на раскидистом дубе, стоявшем в центре острова, а остальных разбойников просто вырезали. Недовольна была только Заслава, которую никто тут не опознал, как Кицуне. Она пристала ко мне с расспросами о том, кто это такая и я ей рассказал о принцессе из другого мира, пилоте, офицере, разведчице, лихой кавалеристке, командующей карательным полком, певице, подруге генералов, шпионов, дипломатов и императоров, таинственной красавица бывшей по легендам лисицей-оборотнем Кицунэ.

Это была урожденная принцесса имперского дома Маньжурии Айсин Гёро Сяню (Сянь-Юй), она же — леди Донгчжен, она же — Цзинь Бихуэй.

И как ее только не называли в разное время: «Восточное сокровище», «Восточный Бриллиант», «Красавица в мужских костюмах», «Японская Мата Хари», «Манчжурская Жанна д Арк» и конечно Кицунэ. Это была урожденная принцесса имперского дома Маньжурии Айсин Гёро Сяню (Сянь-Юй), она же — леди Донгчжен, она же — Цзинь Бихуэй. Известная в истории разведки, как Йошико Кавашима (Ёсико Кавасима) Да она родилась 24 мая 1907 года принцессой, но одной из многих, ибо в Манчжурском правящей династии, принцев и принцесс было едва ли не больше чем служанок во дворцах Императора. Йошико была Четырнадцатой дочерью принца Айсинь Гёро — десятого сына принца Су, маньчжурской императорской династии. Её судьба ожидалась стандартно-грустной. «Мвязанная ступня» (Традиционное бинтование уродующее ноги и лишавшее девушку возможности ходить самостоятельно, ибо не барское дело это ходить). Политически выгодный семье брак, с каким-нибудь престарелым вельможей, но судьба распорядилась иначе…

В 1911году прогремела Синьхайская революция, Манчжурская династия рухнула и молоденькую принцессу удочеряет японский бизнесмен Нанива Кавашима и даёт ей свою фамилию и новое имя Йошико. Но на самом деле её благодетель, являлся резидентом Японской Императорской разведки. Она уезжает в Японию, воспитывается в школе Ниндзюцу в городе Мацумото и плюс в одном хитром заведении под руководством полковника Доихары, и впитывает там в себя самурайские традиции, но в это же время с ней случается какая-то личная трагедия и с тех пор Йошико, все чаще отдает предпочтение мужской одежде и девушкам. А в Китае полыхают войны и революции и молодая Кицунэ, начинает свою карьеру. Сначала она выходит за муж за влиятельного в Манчжурии полевого командира Ганджуржаба (учитывая, что к тому времени Йошико уже определилась в своей «розовой» ориентации, брак явно был заключен по заданию Кемпетай, хотя есть многочисленные данные и о её бисексуальности). А Йошико,бросила мужа и завела бурный роман с японским атташе в Манчжурии Танакой (майором Кемпетай по совместительству). Не зря ей все-таки дали прозвище Кицунэ и всетаки хорошую школу она прошла у Ниндзюцу и полковника Доихара. Она в совершенстве владела школой перевоплощения, могла войти в доверие к кому угодно и легко кого угодно соблазнить. Так она сблизилась с «молодым маршалом» Чжан Сюэляном, сыном военного диктатора Манчжурии Чжан Цзолиня. Молодой маршал был фанатом авиации и лично руководил Манчжурской военной летной школой и конечно не смог отказать миниатюрной красавице, в праве получить погоны пилота. А когда агенты НКВД взорвали поезд Старого Маршала и в Манчжурии начался хаос, тут Йошико почувствовала, как пиранья в воде. Она разработала и провела операцию, по эвакуации последнего президента Манчжурии Сюя прямо из дворца окруженного революционными войсками (его вынесли в корзине с грязным бельём). А при создании марионеточной империи Маньчжоу-Го, Йошико вошла в окружение императора Генри Пу-И и императрицы Сянь, став их близкой подругой и выяснив слабости императора, успешно организовала на него психологическое давление, в интересах японской разведки. В совершенстве используя метод Ниндзюцу по использованию пяти слабостей (годзё-гоёку-но), она стала подбрасывать в спальню императора змей, которых он панически боялся и в результате чего бежал таки а Манчжурию, в объятия японцев. Потом прекрасная Шпионка мимолетом соблазнила главного военного советника императора генерала Хаяо Тадао, а когда в Манчжурии усилилась партизанская война против японцев и их ставленника Пу-И, Йошико организовала летучий карательный кавалерийский полк в несколько тысяч сабель, набрав туда уголовников и дезертиров, которые её беспрекословно слушались. Короче партизанам тогда не поздоровилось. И было ей на то время 25 лет. А Йошико опровергая постулат о несовместимости муз и пушек, выпустила диск со своими песнями

Йошико успешно продолжала свою работу разведчицы, утонченно соблазняя мужчин и покоряя женщин искусством шибари. То в элегантном вечернем платье в роскошных вип-купе, то в блестящем офицерском мундире за штурвалом самолета, то на сцене роскошных клубов и ресторанов, в кимоно певицы, она как призрак ниндзя-кицунэ, появлялась в тех районах Китая, где требовали этого интересы Кемпетай. Но Китайская принцесса по крови и рождению, не могла не видеть, что творят японцы на её земле. Все чаще Йошико в приватных разговорах, критически высказывалась об действиях своих хозяев, а такого в разведке не прощают. В 1945 году Кемпетай сдала её Военно-статистическому бюро (разведке) Гоминдана в Пекине. По официальной версии Цзинь Бихуэй (так Йошико проходила по документам разведки Гоминдана), была казнена в 1948 году, и Гоминдановцы даже распространили в прессе фото казни, но ходят слухи что это не правда, и она бежала, растворившись среди сотен миллионов китайцев.

Как было сказано в одной забытой танке…

Принцессу Кицуне

Нельзя убить коварною рукой

Протянет руку враг

Но тьма ее укроет

Осколком яшмовым бесследно пропадет

Глава 4

Что было интересно в этом мире, так это то, что времена года менялись не по времени, а по местности. Только что по берегам были летние пейзажи, как вдруг их сменяла Золотая осень, как раз на фоне осеннего пейзажа небольшая пиратская флотилия из трех драккаров, попыталась взять на абордаж странный и мирный на вид корабль (мы заранее заметили речную засаду и я придал «Челну» вид триремы, с палубой кишащей гполуобнаженными красотками. Мои разноцветные Кицуне (все мои девушки, кроме Заславы рыжей по жизни, стали красить волосы в разные оттенки рыжего и красного, и ходить в доспехах), упросили меня побыть Анками Пулеметчицами (пришлось потом придумать соответствующую легенду) и лихо расстреляли пиратов из спарок, размолотив в финале и остатки их лодочек, как выразился Пахомыч).

«Челн» держал курс на «Пчелиную слободу», это была первая точка нашего анабазиса… в этом городе была столица медового княжества, а короче, главная столица местных пчеловодов. Тут проводились ежегодные Медовые и Восковые ярмарки и была в этом княжестве одна большая затыка… Местные мастера меда подразделялись на кланы Бортников и Пчеловодов, и эти кланы естественно враждовали и ни одна ярмарка традиционно не обходилась без драки. Поселения бортников были на лесных опушках, в окрестностях которых они разоряли гнезда диких пчел, пасеки же пчеловодов на пчелиных фермах окруженных цветочными полями и фруктовыми садами уставленными ульями. И «Пчелиная слобода» естественно кишела пчелами, которые, как не странно не кусали пропавших медом и воском пчеловодов, но радостно жалили приезжих и самым востребованным товаром на пристанях «Пчелиной слободы» были «Пчельники», так назывались шляпы с сеткой. Нам пчелы не грозили, так как Аглая снабдила нас оберегами/, от которых пчелы шарахались, как черт от ладана. На экране Центрального поста высветилась точка нахождения Меча Святогора, она находилась в одном из лесов бортников.

Наш «Челн» подошел к пристани под видом средней купеческой ладьи, товар у нас был и из трофеев и из своих запасов, так что на берег сошел молодой купец в костюме а ля Садко, с парой приказчиков, парой служанок и десятком охраны. Мы купили лошадей с телегами, оплатили в порту купецкую пошлину, получили ярлыки на торговлю и тронулись в дорогу. Путь наш проходил мимо Ратушной площади, на которой как раз готовилась казнь импозантного мужчины, в принципе это было типа гражданской казни, но с применением кнута. Как нам рассказал словоохотливый стражник (за серебряную монету), наказанию подвергался приезжий гере студент, за шулерство в кости. Ему присудили десять ударов кнутом, но вот он их может и не пережить, ибо проигравший ему купец проплатил палачу за «усиленный кнут», а это смерть, дело там не в проигрыше, а в молодой жене купца с которой студент неосторожно замутил. Сам студент был симпатичным мужчиной в расцвете лет, судя по всему из вечных студентов, кстати стражник его знал, ибо они были земляками из торгового городка рядом с лесом куда мы держали путь. А местное законодательство было своеобразным… за шулерство полагалось десять ударов кнутом и год каторги, либо штраф двести золотых, причем стороннее лицо оплатившее штраф за подсудимого, получало его практически в рабство на два года, или же до погашения долга. Я попросил стражника, подкрепив просьбу еще одной монетой, сообщить суду, что я выкупаю подсудимого. Через некоторое время, я стал беднее на двести двадцать золотых, взамен чего получил официальный документ, согласно которого гере Кнут Ольсен поступал ко мне в полное услужение на двадцать четыре месяца, причем за неисполнение контракта его ожидала смертная казнь через повешение. По этому поводу на него был одет ошейник, снять который мог только хозяин или чиновник ратуши. Да, забавные тут законы.

Кнут действительно был из вечных студентов, хотя уже давно не посещал свою Альма Матер и мотался по городам и весям играя в кости и соблазняя чужих жен. Узнав, что нам надо в его родной город, он несколько загрустил ибо по ряду причин не хотел там появляться, но когда узнал, что нам надо попасть в Черный лес, загрустил теще больше. Он был интересным собеседником и много чего рассказал про свой Коннунгат. Оказывается, с бортничеством уже давно бы покончили, но коннугам было выгодно такое расслоение общества, они были третейскими судьями в спорах между общинами и таким образом держали палец на пульсе. А вот Черный лес несколько выделялся из общей картины… там властвовали Черные бортники, которые не жаловали ни друзей, ни врагов. Они допускали к себе только сборщиков налогов и избранных купцов, но учитывая, что мед у них был самый лучший, а налоги они платили исправно, коннунг, смотрел на их индивидуализм сквозь пальцы. И была у этих бортников еще одна особенность… все они были чернокожими. И тут мы подъехали к броду через не очень узкую, но мелкую реку, но дальше начались некие проблемы… с той стороны реки нарисовалась самая натуральная латная конница. Кнут выругался отнюдь не по гуманитарному и сказал, что это отряд барона Фалька, известного разбойника из соседнего княжества, который ходил в набеги к соседям, грабил купеческие караваны и всегда удачно, а свидетелей он не оставлял. Была пара выживших, но до суда они не дожили, ибо у барона-разбойника, с агентурой было все нормально. Кнут стал молиться, впрочем попробовав перед этим, как выходит из ножен выданный ему накануне отъезда палаш. Разбойники явно собирались переправляться, причем они недвусмысленно поигрывали мечам и выкрикивали в нашу сторону угрозы и скабрезности. Я отдал соответствующий ситуации приказ, моя дружина вместе с примкнувшей к ней рыжей Лисой, выехала цепью на берег, мы синхронно подняли левые руки и по мерзавцам ударили снопы бесшумных молний, прошло не больше трех минут, и с бандой барона было покончено, самого барона Фалька, оставленного в живых по моему приказу, я по быстрому допросил и выяснил, что на нас его навела портовая агентура разбойников. Мои девицы, когда ходили по рынку, с презрением отвергли предложения местных ювелиров, ибо у них в шкатулках, были вещицы гораздо круче, из сокровищницы Святогора, и по рынку пошел слух, что заезжий купец торгует драгоценностями и везет их какому-то богатому клиенту. А потом разбойничий барон, обведя взглядом поле битвы, рухнул на колени и стал простить прощения у Великого Вотана за свою глупость. И сразу же упал на траву без чувств наш студент.

Я разрешил ребятам покопаться в обозе разбойников, так себе кстати обоз, всего три фургона, кстати с обычными пейзанами на облучках где был только один интересный трофей… чернокожий бортник связанный по рукам и ногам. Когда мы его освободили и объяснили, что он волен идти куда угодно, но мы были бы ему признательны, если он познакомит нас со своими вождями, он низко мне поклонился и обещал познакомит своих спасителей со своим народом, а узнав, что ни фургоны и лошади разбойников нам не нужны, он попросил разрешения их забрать, на что я благосклонно кивнул. Наш новый друг Жуж, малость побил возчиков, причем одного зарезал, приказал им собрать неповрежденное оружие и неразбежавшихся лошадей, а сам подобрав себе доспех из трофеев и подойдя ко мне, еще раз поклонился и спросив нужен ли Светлому Князю атаман разбойников и получив отрицательный ответ, сказал что готов к поездке и просит князя и его благородных спутников следовать за собой, и походя, смахнув барону, так и стоявшему на коленях с потухшим взором голову, направился к фургонам

Глава 5

В селении Черных Бортников все было вельми своеобразно…

И черные дома с зелеными крышами и белыми ставнями, над которыми летали тучи пчел, и черные лица Бортников, и их одежда, скорее воинская, нежели крестьянская.

Нас встретили настороженно, но после разговора с Жужем отношение к нам сразу переменилось в благожелательное. Я и мои люди сняли маскировку и предстали в своем истинном виде, то есть в японских доспехах и посему на нас посматривали, весьма уважительно.

Я стал наводить справки по точке, где находился Меч Кладенец и оказалось, что это некая «Паучья сторожка», куда сами бортники опасались ходить. Это была древняя заимка в глубине леса, в которой было гнездилище огромных пауков птицеловов и все вокруг было обвито их паутиной и за что их ненавидели бортники тап это за то, что к этой паутине прилипали пчелы. А сами бортники, после пары провальных экспедиций, туда больше не совались, пауки имели прочный панцирь и буквально стальные клювы. Но в последние годы, диаметр охотничьих угодий пауков, стал увеличиваться, захватывая угодья Бортников и тут очень вовремя нарисовались мы.

После сложных переговоров, на которых было оговорено, что изначально трофеи выбираем мы (как главная ударная сила) был сформирован совместный экспедиционный отряд, и первый мнианабазис «Меч», начался…

Пауки птицеловы оказались мудрыми существами… когда наша «фаланга» методично стала вырубать клинками кинувшихся нам мешать сторожевых особей, через заднее окно потянулась цепочка более мелких двухголовых монстриков, тащивших яйца, но ими занялись наши союзники. А вот в избушке сидело настоящее чудовище, величиной с сидящего телёнка, но тут сработали перчатки-бластеры, которые мы не светили на улице. Но даже применяя бластеры, мы провозились с этим чудищем несколько минут (хорошо я приказал половине дружинников бить по лапам). У нас в комплектации доспехов было нечто вроде уоки-токи и посему с координацией действий все было нормально.

Меч-кладенец обнаружился в сундуке в углу единственной комнаты этого дома. Он был черный с золотой насечкой, немного странной формы и его эфес, лег мне в руку, как родной. Прямо тут я и произвел тестовую рубку… Шар-артефакт был у меня при себе, я положил его на очень удачно стоящую у холодной печки колоду и от души по нему рубанул, в результате чего меч превратился в облачко мерцающих черных звездочек, растворившихся в воздухе. Ну что же, пословица про первый блин, который комом явно родилась не на пустом месте. Но один человек, получил приз в этом так сказать забеге, это был наш студент Кнут. Он влюбился в местную красотку страницу, причем взаимно и они пришли ко мне и встав на колени, поведали о своей любви и связанными с ней проблемами… у Черных Бортников была следующая свадебная традиция, если жених выбран самой невестой, то он должен сделать невесте богатый подарок, как правило ожерелье, а родителям невесты заплатить отступное в тысячу золотых. Как вы понимаете, у сладкой парочки, не было ни того, ни другого. Я поразмыслив, решил, что Кнут и Шарлин, пригодятся в команде, ибо Шарлин ходила по реке с караванами, а студент вообще попутешествовал всласть. Я принял у них клятву верности на крови и выдал тысячу золотых и шикарное ожерелье из своей сокровищницы, а потом три дня гудела свадьба, на которой выяснилось, что из меда готовится добрый десяток напитков, крепостью от пяти до шестидесяти градусов и шли эти напитки птицей, независимо от крепости. А на четвёртый день мы двинулись назад в порт, чтобы продолжить свой анабазис. Спасенные нами купцы оставались пока здесь, но они помогли нам скомпоновать ассортимент товаров в трюме, кстати меда мы закупили несколько тонн, да еще родственники Шарлин подарили солидно меда и медовых напитков. Их убил золотой пояс с шикарным кинжалом, который я подарил жениху и который он нацепил к свадебному прикиду. Оказывается этот пояс (доставшийся нам из пиратских трофеев), означал причастность к высшему дворянству, так что зять перешел в разряд любимых и вельми уважаемых, а невесте бешенно иззавидывались все подружки.

К следующему порту назначения, я скомпоновал реальный купеческий обоз из двух повозок с товаром и кареты, личный же состав состоял из купца (вашего покорного слуги), приказчика (студента) и семи стражников. Тягловый скот, решили прикупать в портах прибытия. Я принял решение, что мы не будем манкировать личиной добропорядочных купцов. Спустить на пристань повозки в ручную, для моих воинов проблемой не было, особенно после того, как я пропустил весь экипаж через медицинский отсек, и теперь они могли гнуть подковы и завязывать ломы узлом, причем отнюдь не фигурально, а все наши дамы и девицы стали красавицами, и тем кто постарше, резко убавилось годков, причем и внешне, и внутренне. Снаружи мы выбрали аватару среднего купеческого корабля, для посторонних посетителей на самом корабле все тоже соответствовало легенде, от палубы, до трюмов. Неизвестно сколько еще пустышек мы вытянем пока найдем нужный меч, так что будем есть слона судьбы аккуратными кусочками.

Глава 6

В плавание отправились по утру. Пристань была буквально наводнена бортниками, провожавшие свою соплеменницу вышедшую замуж за принца (такие теперь ходили слухи про нашего студента, после его подарков). Когда порт скрылся из вида, я вызвал на капитанский мостик молодоженов и стал выяснять, что они знают про порт куда мы направляемся. Он находился судя по виртуальной карте, километрах в двухстах, но вот один из участков реки по дороге туда, был заштрихован ядовитозеленым цветом, с алой окантовкой, что означало биологическую опасность. Шарлин бывала в Рыбацкой Ганзе, это была республика рыбаков и вся, она пересекалась сетью каналов, часть из них была транспортная, а в других разводили рыбу и раков. Их рыбацкие шаланды и баркасы ходили в добавок на промысел по реке и притокам. Еще у рыбаков был перерабатывающий промысел, по копчению и засолке рыбы и по этому поводу проходило множество ярмарок. Наш объект находился возле ярмарочной площадки, где шел торг копченостями, но попасть туда можно было только по каналам, так что продав часть товара в столице, я решил повести партию меда на ту самую ярмарку у Горячей Пристани, как называлось то ярмарочное место, там было озеро, куда вело несколько каналов и корабли приплывавшие туда, становились по умолчанию торговыми лавками, но передвигаться между ними можно было только на местных лодках и блокшивах, за отдельную плату естественно.

Река опять поражала меня резкой сменой климатов… из Осени мы переходили в Лето, из Лета опять в Зиму. Во время очередного Летнего отрезка мы увидели прямо по центру реки, средний купеческий кораблик, окруженный изящными ложками, на палубе которого бурно кишело непонятное многоцветие…Я включил увеличение на главном экране и увидел на палубе корабля сонм красавиц, причем у некоторых из них было по четыре руки и помимо ног были рыбьи хвосты, торчащие из вороха цветных тряпок составляющих их одежды. На палубе ровними рядами были выложены тела в одежде местных речников, это видимо была командатого корабля. Кнут оглушительно лязгнул зубами и хрипло произнес: «Так значит это правда, про русалок людоедов». Бытовала в местном фольклоре оказывается легенда о речных русалках-монстрах, своим пением завлекавших и усыплявших моряков, исчезавших потом без следа, оставляя пустые корабли. На нашем «Челне» был один крутейший прибамбас, который назвался станер. Это был генератор направленного излучения, который мог либо парализовать, либо в зависимости от мощности излучения отправить в Страну вечной охоты, любой живой организм, либо группу оных организмов. Я уже выставил верньер на парализацию на два часа и хотел нажать плунжер, как вдруг одна из лодок двинулась в нашу сторону. Лодка казалось двигалась сама, так как в ней не было гребцов, равно, как и масты с парусом, окромя брюнетки инфернальной красоты, но без хвоста и с двумя руками. Лодка остановилась перед «Челном» и девушка поклонившись, внезапно громким и зычным голосом, сказала, что Верховная, Жрица Косяка Видящих Сайена, просит аудиенции у Светлого князя…

Видящие это было племя Речных волшебниц и Лашреми (так назывались четырехрукие русалки). Они жили на берегу подземного озера и на поверхность выходили раз в десять лет, за мужчинами. Ни ведьмы, ни русалки небыли людоедами. Ведьмам нужны были мужчины, так как у них рождались в основном девочки, а Лашреми были искусственными существами, некогда созданные Демиургами этого мира. На берегу озера, помимо жилищ аборигенов, было огромное здание Большой библиотеки. Там хранились книги, свитки, папирусы, берестяные грамоты и прочие носители средоточий мудрости. И девушки выполняли задание выданное им сотни лет назад, систематизировали библиотеку, слуги и мужья им в помощь.

Наш «Челн» они опознали, как корабль из легенды-пророчества, согласно которой явится к ним Светлый князь на длинном корабле (девушки видели реальный вид нашего корабля) и привезет им талисман, которого не хватает на Кафедре библиотеки для полной ее инициации и описала с точностью до мелочей Инициатор, которых Святогор дал мне целую дюжину. Шары испещренные непонятными значками, были уложены в специальный чемоданчик с гнездами. Один я, использовал инициируя Центральный пост, осталось одиннадцать, на десять больше чем нужно, так что я легко пожертвовал Сайене один артефакт. В знак благодарности она открыла для, меня и моих девчонок канал магосвязи, по которому носители крови демиургов могли общаться. Прощаясь жрица лукаво улыбнувшись сказала что, теперь у меня с моими подругами, появится множество новых ощущений в постели, ибо все будет испытывать наслаждение, которое испытывают партнеры.

Жрица поменяла у нас три бочонка меда, на три бочонка Золотой форели, которая водилась только в подземном озере и шла у купцов на вес золота, а там куда мы плыли, в обязательном порядке выкупалась государственными гостями по высокой цене, а привезшие данный деликатес, освобождались от портовых и торговых сборов.

В порту, как только мы предъявили боченок с форелью (два мы оставили у себя на камбузе), нас приняли, как дорогих гостей и без вопросов выделили струг, для поездки на Горячую пристань.

И поутру, я под личиной купца и с обозначенными ранее сопровождающими, плюс с грузом меда, двинулся в поход.

Горячую пристань мы почуяли чуть ли не за несколько километроа, так как рядом с городом были большие рыбные коптильни которые так благоухали, что жутко хотелось пива, причем обязательно сразу литровую кружку.

Чем ближе были коптильни, тем чаще попадались плавучие бирхаусы, впрочем и на ярмарке плавучих пивнушек хватало, но они все стояли на приколе у берега. Нам показали наше место и сразу же появились покупатели оптовики, но я отказался, сказав, что сначала посмотрю цены, а потом и начну торговлю, чем заслужил уважительные взгляды купцов. Точка мигала на месте старой пожарной каланчи, которая, к сожалению была чьим то жилищем. Я послал Кнута на рекогносцировку, послав с ним двух воев, Илью и Тему, славных тем, что могли бахнуть по паре братин крепкого меда и не захмелеть. Эту троицу я послал в кабачок соседствовавший с каланчой, дабы навести справки о жителях объекта, снабдив естественно «командировочными» на угощение информаторов, но выделил денег несколько больше, чем надо, ибо мои засылы устроили грандиозную пьянку, споив весь кабак. Студент так назюзюкался, что по возвращении в гостиницу «Жирный карп», где мы остановились, сняв весь третий этаж, Шарлин самолично вытащила его на двор, и хорошо так обманула в бочке с водой. Но информацию мои пьяницы и драчуны получили (в финале пьянки в кабачке не обошлось без драки, но мои дружинники, закатив бесчувственное тело студента под стол, приняли бой и победили). Так вот, в старой каланче жили сектанты, поклонявшиеся, какому то мифическому духу и уже несколько лет пытающиеся его вызвать путем идиотских ритуалов, опасных впрочем, только для, них.

Вспомнив одну мистификацию из книги «Частная жизнь графа Гейра и его друзей», я решил устроить тут нечто похожее, но сначала лично отправиться на рекогносцировку и в процессе оной, неожиданно встретил на улице Сайену, которая дефилировала по улице, одетая, как богатая купчиха и в сопровождении пары мордоворотов, статью и рожами похожих на Шрека, только не зелёные. Жрица, как выяснилось, собирала выручку со своих торговых агентов, торгующих дарами Подземного озера и сейчас как раз находилась в поисках конкурентов, выкинувших на рынок ее деликатесы, и немало повеселилась, узнав, что это мы. Ну а когда я рассказал ей во время совместного обеда об своей будущей мистификации, Сайена загорелась этой идеей и захотела лично принять в этом участие.

Мы отловили одного из адептов Башни (так называлась эта секта) и вытянули из него всю нужную информацию, типа пароли, задания и распорядок дня, после чего жрица стерла у него из памяти сцены задержания и допроса и брат Башни очнулся, в дешёвом кабачке в обществе двух девиц, ну с очень низкой социальной ответственностью, ниже которой была только цена их услуг.

Глава 7

В ноль тридцать пополуночи, у братства Башни начинался стандартный ритуал вызова Великого Духа. Верховный комит братства, Блистательный Кунгат взмахнул ритуальными ножами и белая и черная курицы закрепленные в жертвенных тиглях, лишились своих голов. После чего комит воздел руки к изображению Великого Духа на стене башни и завывая стал уже который раз призывать его придти к своим верным слугам и вдруг стена замерзала и перед братьями Башни появилась фигура прекрасной женщины объятой пламенем и осененной черными крыльями, она внезапным трубным басом возвестила о том, что она посланница Великого духа и если его ничтожные слуги, хотят лицезреть своего властелина, то они должны подняться на башню и молится там семь часов не переставая. Сектанты радостно подвывая поскакали по стертым каменным ступеням наверх, и когда из помещения удалился последний адепт, Сайена запечатала выход на лестницу, а я пошел по маяку, а месту нахождения меча-кладенца, который мирно пребывал в нише под каменной полкой огромного старинного очага. Я провел контрольную рубку и опять мечь превратился в моих руках в искрящийся серебряными звёздочками черный дым. Жрица, узнав, что следующей точкой нашего маршрута является Сырный берег, попросилась к нам в попутчицы, так как ей тоже надо было туда, немножко проинспектировать факторию, где она давненько не была.

В благодарность она подарила мне легендарный сундучок, под названием «Кошмар таможника».

Это был небольшой сундук подозрительного вида, который капитаны прятали так, что бы ор обязательно бросался таможенникам в глаза, тем более надо заметить, что двух таких одинаково выглядящих сундучков в природе не было. Когда же таможенники в обязательном порядке находили этот сундук, капитан делал невинное лицо, мол даже не знаю, что это и откуда, и когда таможник предвкушая добычу открывал сундук, оттуда клацала пасть Снурса — огромной ядовитой земноводной жабы, которая, на самом деле была голограммой и после второго открытия, сундук светил голыми днищем и стенками.

Отойдя от страны копченых лещей и пива, наш корабль попал в зону Весны. Берега благоухали цветущими вишнями и яблонями и шелест листвы перемежался щебетом птиц. Периодически к нашему борту подплывали местные русалки с дарами жрице и хорошо, что у нас кладовые были практически безразмерны, а то бы дарами реки корабль был бы завален до клотика. А ночью, вместо кого-то из моих красавиц, ко мне в аппартаменты пришла жрица и открыто заявила, что ей нужен наследник от посвящённого, п я именно тот о котором говорилось в пророчестве. Короче ночка была ещё та, и Сайена настолько бурно реагировала на наши жаркие ласки, что на следующий день, в глазах своей команды, я читал уважение и зависть. А мои девчонки хихикали со своей новой подружкой по углам.

К Сырному берегу, главному порту курфюршества Кейзе, мы подошли поутру. Штабеля, сыров были везде… на пристанях, на палубах, на телегах. Рыбный причал был в стороне и ниже по течению, дабы не осквернять рыбными запахами ароматы сыра. Жрица распрощалась со мной и отбыла туда, в свою факторию. Таможники ожидаемо нарвались на сундук с голограммой Снурса, но я кинул им пару золотых за беспокойство, отсыпал серебра на сборы и они кланяясь удалились. Маяк мигал на вершине Паучьей горы, находящейся недалеко от города и пользующейся недоброй славой из за множества ядовитых пауков живущих на ней. Туда ходили редкие команды смельчаков, охотившиеся за паутиной, ценящейся у ювелиров и златоткачей. Ну что же, это будут не первые пауки на нашем пути.

В курфюршестве Кейзе, часть торговли, традиционно осуществлялась через торговые караваны, аналоги старых советских автолавок. Мы купили три фургона, загрузились товаром и двинулись в очередной поход. Вместе со мной и рыжей Кицуне (ну куда уж без нее), нас было двенадцать человек, под личинами торговцев и охранников. Везли мы трофейный ширпотреб и толику меда, и то что мы не стали брать местных возчиков, видимо и привлекло местных «ночных парикмахеров», что и не замедлило сказаться… на лесной дороге, спереди и сзади нашего каравана упали подрубленныедеревья.

Разбойники были так себе, но их было много и командовала ими самая натуральная Прекрасная разбойница, из финала сказки о Снежной королеве.

Разбойники напоминали пейзан из гищей деревни, и оружие соответствовало их лохмотьями, это были дубины или пики из ржавых кос. Правда атаманша была в кожаном колете и кожаной шляпе, хоть явно и не с иголочки, но вполне приличных и меч у нее был вполне ничего. Мои ребята развлекаясь сносили своими палашами дубины и древки кос а когда я наложил на атаманшу плетение оцепенения, все разбойнички вопя что то о колдуне рухнули на колени. Атаманша оказалась баронетой Лос, которую злой дядя лишил наследство и она со своей дворней, на этой почве осталась без кола и без двора. Ее слуги и ближники не признали узурпатора, и ушли с ней. К курфюрсту было не пробиться, а для ваганума было маловато сил (у дяди было два десятка тяжелых латников и десять конных жандармов) и пришлось разбив лагерь в лесу, понемногу разбойничать.

Я терпеть не могу, когда обижают сирот и предложил баронетте Лос, помочь с Ваганумом, но чуть позднее, а пока дал ей денег, чтобы она одела, вооружила, да и накормила своих людей. Баронету уточнив дворянин ли я, признала себя моим вассалом и вызвалась меня сопровождать, но когда узнала, что мы следуем на Паучью гору, побледнела, явно испугавшись но тем не менее не стала давать задний ход, что я оценил. Я строго велел ей выполнить мои указания и ждать, а она сказала, чтобы я берёгся Большого паука в короне, и мы расстались.

На гору мы взбирались уже пешком, лошадкам там было не пройти. На скалистой площадке, спасибо достаточно далеко от вершины была пирамида из камней, вокруг нее склонялось несколько десятков пауков величиной с собаку, а на пирамиде вальяжно возлежал уж совсем большущий паучище, и что характерно с короной на голове. Я приказал воям работать и шашками и бластерами, а сам помимо воли помчался перескакивая с камня на камень к королю пауков, а в голове билась пойманной птицей единственная мысль — убей его! Чуйку, особенно такую навязчивую надо слушать, хотя на Диком Западе, бывали и неудачные прецеденты*.

Паук стал подниматься на своих суставчатых лапах, но я активировал бла терина полную мощность и пустил вперед магический щит.

С этой магией все получилось внезапно… однажды, после первого рейда, мне привиделся Святогор, похвалил и прочитал несколько заклинаний, которые навсегда отпечатались в моей памяти и теперь у меня появились некоторые магические качества, которые Святогор назвал плетениями, щит был как раз из этого списка.

Паук взорвался и превратился в мерцающее зловонное облако, а корона полетела прямо в меня, но я успел ее подхватить.

Мои дружинники тем временем разобрались с мелкими пауками. А я увидел на том месте где ранее был паук знакомые черно-золотые очертания меча. Увы и этот черный клинок, оказался миражом.

Когда мы спустились с горы, нас ждала целая стая пауков, меньше размером охранявших гору но очень настырных. Мы стали в круг и приняли бой, как вдруг в тыл паукам ударила Прекрасная разбойница со своими людьми, разбойникам повезло, что пауки уже почти кончились, но я все равно оценил их порыв. И предложил баронетте навестить ее «доброго» дядюшку на предмет Ваганума, древней дворянской традиции по насильственному отъёму собственности. Если кто то хотел отторгнуть замок вместе с титулом, то имел право заявиться в замок с друзьями. С друзьями у нашей баронетки было все нормально, а ее людей на мое золото приодели и вооружили, так что вкупе с доспехами моих воев, выглядели мы солидно. Но дядя барон не впечатлился и со стен замка в нашу сторону полетели стрелы, в ответ на что я навел на защитников плетение паралича, после чего дружина новой баронессы, просто вырезала гарнизон.

Потом было победоносное шествие «советской власти» по окрестным деревням, присяга новой-старой баронессе, большой праздник и пир и. т.д.

Надо ли говорить, что в пиршественную ночь ко мне в спальню пришла баронесса, со стандартной просьбой заиметь от меня ребенка. Учитывая то, что просительница скинув плащ, оказалась под ним полностью обнаженной, я проявил известную слабость, ну а в следующую ночь, к нам присоединилась моя рыжая Кицуне.

Когда я собирался в путь, и раздумывал куда деть корону, баронесса увидев ее побледнела и сказала, что это корона Паучьего властелина, добыть ее можно только в бою и она дает владельцу магическую власть над живыми существами, кроме людей. По легенде корона может превращаться в перстень, что и произошло, как только я, выказал такое желание. Так закончилась еще одна глава нашего анабазиса.

*Едет ковбой по прериям и вдруг навстречу племя индейцев.

— «Это конец»- думает ковбой

— «Нет, это не конец» —

Говорит внутренний голос, — «Убей вождя!»

Ковбой стреляет в вождя, а внутренний голос ехидно говорит —

«А вот теперь, точно конец!».

Глава 8

Наш путь теперь лежал в Виноградное графство, «Челн» шел как раз по зимней части реки и я кстати был удивлен тому, что зимние фрагменты реки не замерзали, хотя не было и особенно холодно, хотя на берегах и прибрежных деревьях присутствовал снег. Но к местным странностям, я уже начал привыкать, ибо обыденности тут можно было перечесть по пальцам руки фрезеровщика.

Я решил начать экспериментировать с Паучьим перстнем и наш корабль сопровождала большая стая снегирей. Потом началась летняя река и в аккурат посерёдке наш фарватер, наметился стоящий поперек оного баркас, с отданными якорями и спущенными парусами. Палуба баркаса была усеяна людскими телами и бочонками, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это не жертвы речных пиратов, а пострадавшие от Бахуса. Это был явный признак того, что Виноградное графство уже недалеко.

В этом графстве в основном рос виноград, было еще немного фруктовых садов, но их законодательно не разрешали расширять. Основным предметом местного экспорта были вина. Было еще три зерновых баронства, где произрастали рожь пшеница и кукуруза. Там производили водку, но это была меньшая статья торговли.

В порту несмотря на середину дня царило веселье, а на некоторых кораблях даже запускали фейерверки. Таможенный чиновник, увидев мед сразу же дал координаты купца, который купит его по хорошей цене. Я поблагодарил таможенника, тем более, что адрес купца практически совпадал с нашим очередным объектом. Сформировав уже поивычный конвой, мы тронулись в дорогу. Небольшой городок Каберне, был мини-столицей красных вин и был окружён виноградниками и буквально кишел давильнями, винными подвалами и кормами. В одном из питейных заведений и находился тайник, и естественно туда мы и направились.

При этом трактире была гостиница, где мы расположились, а вот тайник с мечом, находился, в винном подвале, традиционно для этой местности большом.

Главный зал трактира «Пьяный кот» был полон народа и все внимание было приковано к большому столу находившемуся в центре, где гуляла компания, соответствующая вывеске на заведении… За столом в окружении веселящихся пейзан восседал здоровенный рыжий кот. Как выяснилось, хозяин этого кота и его друзья, праздновали годовщину полового созревания этого кота. Подивившись местным традициям, я стал раздумывать, как попасть в винный погреб и тут нам помогла ещё одна местная традиция… когда я попросил несколько бутылок старого вина, хозяин пригласил меня в подвал, чтобы я, согласно обычаю, сам выбрал бутылки. В подвале я засек место тайника, который находился под здоровенной винной бочкой и тут возникла дилемма… либо с боем захватывать подвал, разбивать бочку и таким путём добраться до меча, либо же искать более дипломатическое решение и надо сказать, что я его нашел.

Произнеся громогласный тост за прекрасный город Каберне и его остроумных жителей, я выразил желание принять участие в празднике и брякнув золотом, велел хозяину выкатить народу бочку вина (естественно ту самую), чем вызвал беспримерный энтузиазм присутствующих. Дабы ускорить алкогольный наркоз, я инспирировал анекдотное кошачье буриме, причем после каждого анекдота, поднимался тост за виновника торжества.

Два моих анекдота имели бурный успех…

* * *

Кот удирает от собаки и думает: «Я сам за мышкой вчера по комнате гонялся, ей так же страшно было, бедная мышка, бедный пушистик». Тут, бац, дерево. Кот на дерево, отдышался, сидит и думает: «Ну, мышь, тварь волосатая, теперь держись!».

* * *

Встречает кошка гнома. Спрашивает:

— Ты кто?

— Я гном. Делаю пакости людям, порчу вещи, ору по ночам, спать не даю. А ты?

Кошка задумчиво:

— Тогда я тоже гном.

* * *

Банкет шумел и расширялся… волшебным образом местные жители прознавшие о бесплатной выпивке стекались к животворному источнику халявы. Коварный я спросил хозяина о фруктовом бренди, про которое я слышал от заезжих купцов, хозяин сказал, что это редкий и дорогой напиток, но у него совершенно случайно есть пять ящиков, которые я моментально выкупил и отдал народу. Тут и сам хозяин кинулся потреблять дорогой напиток и наравне со многими гостями заснул в салате. Мои дружинники не пили, ибо я раз и навсегда объявил на время операций сухой закон, под страхом жестоких наказаний, но в, качестве пряника давал и выпустить пар, но после. Я поставил двух воев у лестницы ведущей в подвал, а сам вместе с Добрыней, самым моим сильным воем спустился в подвал. Тайник был под мощным дубовым поддоном, но для Добрыни это был не вес и он легко перевернул его и оттащил в сторону. Под поддоном открылся двустворчатый люк, со странным выдавленным знаком, напоминающим след кошачьей лапы. И тут в моей голове зазвучал странный, будто мурлыкающий голос…

«Прошу прощения у Светлого князя, но я могу вам помочь, с условием, что вы поможете и мне. Отвечайте мысленно, я вас услышу»

— «Кто ты такой черт побери»- мысленно воскликнул я

— «Ох простите, я забыл представиться. Принц в изгнании Мяус Седьмой по рождению. Я сейчас в зале, сижу за столом с вашим человеком. Не беспокойтесь, все остальные спят»-

Когда я поднялся в зал, то там действительно бодрствовали только двое. Мои дружинник Буслай и тот самый кот, половую зрелость которого отмечал народ. Остальные мои вои, пребывая, в некоем оцепенении перекрывали вход в корчму. Буслай же в полном обалдении слушал кота, который что то ему втолковывал а перед ними на столе лежал набор игральных костей.

Принц Мяус был этим самым рыжим котом и он боролся за престол в Кошачьем королевстве, которое существовало на этих землях параллельно с человеческими государствами. Это были последствия шутки молодого Святогора, эдакая заводь-лакуна параллельного мира. В соседнем лесу был портал срабатывающий раз в 555 дней, через него принц Мяус и попал в Каберне, дабы найти корону, которую тут спрятал предыдущий наследник. Эта корона была символом власти по предъявлении которого Эфоры (тайная стража трона) обязаны предоставить престол истинному наследнику. У Мяуса была возможность найти тайник с короной, но намнем стояла бочка с вином, неподъёмная даже для, десятка котов, но тут появился, наш «Челн» полностью соответствующий кораблю из легенды о Великом кошачьем короле и о Светлом князе который сможет открыть Вторую печать на пути к короне. Мяус возложил свою лапу на углубление в люке и люк распахнулся, но под ним оказался, еще один из толстенной железной плиты и мы все вместе, еле его подняли. В тайнике оказалась шкатулка и уже знакомый меч, знакомый и увы опять не тот. В шкатулке оказалась корона, которую кот сразу же примерил и возрадовался, когда она села ему на голову, как влитая. Мы согласились подвезти принца до развилки с лесной дорогой, благо нам все равно было по пути. В лесу была зима и как только кот спрыгнул с повозки, на заснеженной дороге материализовались три зловещих фигуры с факелами, это были три кота в черных плащах идущих на задних лапах. Приглядевшись к Мясу, снова одевшему корону, они отсалютовали ему саблями и поклонились.

Король Мяус распрощался с нами и исчез вместе с Эфорами во вспыхнувшем зелёном круге. А у меня в голове прозвучали слова: «Будет нужна помощь, произнеси три раза мое имя».

Глава 9

Река становилась все шире и шире, один берег был летним, а другой зимним и это означало, что мы подходим к легендарному острову Буяну, главной торговой точке этого региона. На этом острове находилось несколько городов-ярмарок и купить там можно было, что угодно. Буян был торговой республикой, где правило «Купецкое отчество», Совет выбираемый раз в десять лет Золотой сотней. Тут царила финансовая демократия… то есть в Золотую сотню составляли сто самых богатых купцов острова они же и выбирали Совет, куда входил Председатель и трое Гласных, причем у Председателя было два голоса и право вето. У республики имелись вполне серьезные вооруженные силы… Корпус стражников и Речной патруль, плюс каждый Купецкий дом имел охрану но не превышающую десять копий на суше и десять на воде. Три гукора встретили наш «Челн», блокировали его, высадили досмотровую группу и убедившись, что мы не пираты и не разбойники пропустили нас к острову Буян.

Главный порт острова, так же называющийся Буян, поражал количеством многоэтажных домов и донжонов. Наша цель находилась в глубине острова и я решил начинать рекогносцировку постепенно и предварительно дать команде развеяться и отдохнуть. В порту Буян была главная ярмарка, остальные ярмарки были так же раскиданы по побережью, причем сектора где располагались ярмарки были разнопогодными, а вот середина острова была сплошь Зимой и туда вели древние каналы, но самый центр острова был закрыт какой-то магией и туда могли проникнуть только Одаренные. Я арендовал небольшой магазинчик и велел забить его товаром из наших трюмов. Правда пришлось схитрить, так как таможенники ввиду особенностей конструкции нашего корабля, видели только часть наших грузов, но тут мне помог Кнут Ольсен… у него были знакомые в этом порту и они наладили поставки пустых ящиков на «Челн», где их убирали в трюмы, а там наполняли товаром из невидимых отсеков и уже на наших баркасах свозили на берег и отправляли в наш магазин

Аглаю с Буслаем я поставил на магазин, придав им трех воев.

Пахомыча оставил за старшего на корабле, и Матвея с Заславой и Богуславой подрядил на официальную закупку товаров для наших официальных трюмов, а Кнута с парой, сменяющихся воев, запустил в турне по местным кабакам, для сбора информации. Но тут произошло ЧП…

Я со своими девушками и тремя воями посетил один из городских рынков и увидел сцену, возмутившую меня до глубины души… Нескольких явных русичей, причем и мужчин и женщин, таскающих товар из арбы на высоких колёсах в лавку, безжалостно погоняли нагайками татарские кочевники. А когда один из невольников завидя меня закричал, спаси мол княжич, я сделал шаг вперёд и рявкнул на татар, но один наиболее ретивый замахнулся ногайкой на меня, за что лишился руки. Магия Святогора, добавила всем нам воинской сноровки, на запредельном для этих мест уровне. Еще у меня и всех моих людей был магический «уоки-токи», по которому я отдал приказ о боевой тревоге, после которого намвсех наших материализовались боевые доспехи, а на корабле включилась система защиты. Кочевников мы порубили в капусту и захватив четырех освобожденных земляков двинулись в порт и что характерно, местная стража, нам по дороге не препятствовала, а даже и вовсе приветствовала.

Персонал магазина, сдав его под охрану, под запись, рыночной страже, также выдвинулась в порт, я приказал готовься к возможному прорыву. Но ко мне на корабль заявилась не штурмовая группа, а не много, не мало, депутация Купецкого Совета в составе Председателя и двух Гласных. У местных, как выяснилось, нарисовалась проблема… один из членов Совета, оказавшийся скрытым Одаренным, надыбал в центральных областях острова серебряное месторождение и посему впал в махровый сепаратизм, отказавшись от традиции делиться с другими членами совета, и плюс к этому нанял кучу наемников татар. По местным законам, так как это не было внешней агрессией, Совет мог примерять только личные дружины или наемников. А тут еще время поджимало, ибо скоро должно было состояться заседание Золотой сотни, и вопрос надо было решить до него. Еще одной сложностью было то, что к этим приискам, можно было добраться только по каналу, но в центр острова мог пройти только корабль обладающий магической составляющей, а такой был только у сепаратистов и у меня.

Председатель имел определенное магическое зрение и посему реальная стать «Челна» не была для него секретом. Так как конечная точка нашего местного маршрута была в районе того самого прииска, я поторговался совсем немного и нанялся вместе с дружиной для выполнения задания Совета, по установлению Купецкого порядка, за небольшую для меня сумму золотом.

Канал был как из Зимней сказки… скованные льдом берега, мелкие льдинки в фарватере и заснеженные деревья на берегу. У нас на палубе, в строго ограниченном магическим барьером месте, находились три десятка дружинников членов Совета, больше они не могли выделить по закону. Когда наш корабль уже почти подошел к разветвлению канала находящемся перед главной пристанью прииска, перед нами нарисовался мерцающий силуэт чужого корабля. Мерцающим, он был для, меня и моих людей, а вот стражники Совета его не видели и с палубы чужаков, в нашу сторону радостно гаркнули кормовые орудия брига, после чего супостаты подняли паруса и выпустили весла, но это было слишком просто для, нас… развернув корабль по диагонали к курсу вражеского брига, я командой с центрального поста, дал продольный залп из всех доступных стволов. Через несколько секунд, корабль стал видимым для всех, а еще чуть позже вспыхнул и развалился. Артиллерия «Челна» тут не имела конкурентов.

На берегу нас никто не ждал то есть мы нагло пришвартовались к центральному причалу и прошлись пулеметами по страже и кавалькаде наемников осунувшийся было к причалам, а потом состоялась высадка совместного десанта… впереди шли мы с огнем и мечом, а за нами стражники Совета, добивали раненых. Порт мы захватили и после отражения последней атака защитников особняка владельцев приисков, в которой погиб глава отступников, закон и порядок тут восторжествовали. Правда пришлось ещё немного повозиться на приисках, но там восстали рабы, и когда мы уничтожили внешнюю охрану, с внутренней уже было покончено, как и с персоналом надсмотрщиков из рабов. Тут за дело сразу же взялись Мытари из Совета, опечатав склады и отвалы… А мы оседлав трофейных коней, тронулись к очередному хранилищу Меча Святогора (либо его очередной копии).

Глава 10

В данном рейде было существенное отличие от предыдущих операций… тут было две точки и на экране они светились разным цветом, зеленым и синим и что такое обозначалось синим цветом, было неизвестно и принесённая память ли демиурга молчала. Объект находился по середине Клюквенного болота, довольно-таки странного места, реального болота заросшего клюквенными зарослями достигавшими местами человеческого роста, с невероятно большими плодами, из которой тут готовили элитную клюквенную настойку, а элитной она была потому что болото охраняли гигантские снежные жабы, и клюква доставалась только редким выжившим смельчакам. Жабы обладали неким гипнозом, от которого многие сборщики превращались в овощи, так что просто обделавшицся со страха и месяц после этого заговаривающицся, сборщик клюквы, считался счастливчиком. Учитывая, что данная настойка перекрывала по конкурентоспособности лучшие напитки из Винной страны, поток смельчаков жаждущих пойти по клюкву тем не менее не иссякал, хотя потери среди отважных сборщиков были солидными.

Идти туда пришлось по снегу и пешком, но тут помогло изобретение местных охотников-следопытов… плетёные снегоступы. Путь правда был не близкий, километров десять не меньше и тут еще мешала местная фауна в лице Снежных волков. Эти стремительные зубастые твари были грозой всех местных попадавших в их ареал, но бластеры настолько хорошо играли свою партию, что до палашей дело даже не дошло. После того, как мы успокоили два выводка, один из трех особей, п другой из четырех, волки как то быстро закончились.

Я почему-то чувствовал, что Снежные жабы нам не страшны, но когда перед нами нарисовалось огромное белое чудище семейства бесхвостых земноводных, некоторую тревогу, я всетаки испытал. Сделав знак своим людям остановиться и отдельно показав кулак Рыжей Кицуне, которая потянула палаш из ножен, я шагнул вперёд. Впрочем, когда жаба улыбнулась, я сам чуть было не включил бластер и по ассоциации вспомнил дурацкий анекдот про Чуду-Юду*и эсэсовцев. И тут в голове у меня зазвучал голос:

«Я приветствую Избранного, меня зовут Буфон Сто шестнадцатый, я Мамамуши Клюквенных болот. Мы ждали тебя Человечий князь, ибо про тебя есть пророчество, что придет Князь из человеческих стран, среди его воинов будет девушка с огненными кудрями и он спасет нас от Зинургада».

Зинургадом была огромная местная змеюка, засевшая в центре болот и питающаяся, исключительно Снежными жабами и жабы, вполне успешно противостоявшие людям благодаря своим магическим свойством, тем не менее не могли с ней справится и вот тут нарисовался князь из пророчества. Не обошлось и без некоторых форс мажоров…

Буфон Сто шестнадцатый, явно смущаясь сказал, что человечий князь, согласно пророчества должен загадать ему загадку в стихах…

Я честно говоря малость прибалдел, но так как в определенной мере владел стихосложением, напрягся и выдал следующие строфы —

Его серебряная стать

И элегантна и могуча

Коль свой нахмурит строгий взгляд

Врагов пугает грозной тучей

Хозяин пламенных рубинов

Храбрец и воин слову верный

Известен всем на свете он

Своею мудростью безмерной

Когда я сказал Буфону, что отгадка, это он сам и есть, то судя по мощнейшему эмоциональному полю, я понял, что у меня появился преданный друг.

Зинургад оказался чем то вроде гигантского черного питона и расположился он на холме, обвив антрацитовыми кольцами чёрный же обелиск, в котором (или под которым) находилась наша главная цель.

Второй тайник мы засекли и обнаружили на подходе к Змеиному холму, он находился, еще во владениях баронеты Баффи, небольшой, (на уровне соплеменников) белой жабы, владеющей своей клюквенной делянкой. Баронета кстати организовала небольшой винокуренный заводик, на котором делала клюквенную водку и ликер, по которому поводу имела мощные контрабандные связи с Большой землей. Учитывая, что Змея слопала брата баронеты и ей было не чуждо чувство мести, то посему она радушно провела нас к маленькому острову, где среди зарослей клюквы, торчал самый натуральный дуб, причем с цепью желтого металла. Я машинально стал искать взглядом кота или хотя бы аватару Нашего Всего, но обошлось.

В дупле и был тайник, в котором пребывал ларец, и вовсе не со смертью Кащея, а заполненный синими смаградами, которые, как оповестил меня внутренний голос, заменивший мне чуйку из прошлой жизни, были универсальными магическими амулетами, типа одиннадцати разовой Золотой рыбки. Один из них, я испытал на змеюке… я приказал ей заморозится в ледышку, что и произошло буквально в момент. Мы порубили ледяную тушку бластерами и я подошел к черному обелиску и смело возложил Шую и десницу, на два оттиска человеческой пятерни. Из черного камня выдвинулся длинный пенал с мечом внутри. Я провёл уставные действия и увы, снова меч превратился в черное облачко с серебристыми звездочками.

Когда мы вернулись в порт, то на пристани, рядом с нашим кораблем, стоял штабель бочонков с клюквой и клюквенными напитками. Портовый стражник доложил, что бочки привезли возчики из «Длинной кобылы», местной службы доставки, сказавшие что это собственность Светлого Князя и сказал, что некая баронета передает Светлому князю привет. Короче отбыли мы отсюда, с капитально загруженными торговыми трюмами, (и с официальными и неофициальными). Правда был перекос в сторону спиртных напитков. Часть клюквы Аглая и Кнут, махнули на местные товары, причем в очень выгодной для себя пропорции. Эта парочка весьма спелась на ниве торговли и даже вроде подружилась, чем вызвала вспышку ревности у смуглой пассии нашего студента. Клюквенный алкоголь кстати, они оставили на борту весь. Правда, учитывая что мы на предыдущем рейде затарились и тамошним алкоголем, пришлось накрутить хвосты офицерам, что бы на вахте не было ни пьяных, ни похмельных. Нашелся правда один нарушитель, но четверть часа на канате в кильватерной струе, послужил и лекарством и примером для экипажа.

*Идет немецкий отряд по лесу и вдруг из болота вылезает чудище. Немецкий офицер спрашивает, а ты кто мол есть? На что чудище улыбается, и говорит — а я Чудо-юдо. А офицер в ответ: Вас? Юден? Зольдатен. Фойер!

Глава 11

По обоим берегам реки была цветущая Осень и вокруг до горизонта были пшеничные и ржаные нивы, наш корабль приближался к княжеству Золотое Зерно, полностью соответствующему своему названию. Огромные поля ржи и пшеницы давали основной предмет экспорта и плюс к этому, все пейзане держали скотину, ибо при трех урожаях в год, с кормами тут все было хорошо. Вяленое и копчёное мясо всех видов также тут массово производилось, и солонина запечатанная в горшочках, пользовалась большой популярностью у моряков. У меня, в Центральном посту улучшилось разрешение карты, вернее во мне прорезались новые магические свойства и теперь детализация резко усилилась и следующую точку, я смог осмотреть более предметно и это мне честно говоря не понравилось… тайник находился на дне озера, а озеро это по словам нашего студента, принадлежало одному не совсем адекватному боярину. Он никого не допускал к этому озеру, так как там водились неимоверного размера осетры, икра которых шла нас вес золота.

Ну что же, будем решать проблемы по мере поступления оных. А одна из них нарисовалась прямо сейчас… наш «Челн» был сейчас внешне копией среднего торгового речного кораблика. В виду теплой погоды мы и девушки находились на верхней палубе и в данном режиме мимикрии, со стороны нас было видно и на аватаре купеческого суденышка. А наши дамы, найдя среди трофеев сундуки с восточными нарядами, устроили на палубе показ мод, что и привлекло речных пиратов. Сразу четыре струга, с двух сторон ринулись на «беззащитный» купеческий кораблик… и не смогли к нему приблизиться уткнувшись в борта реального нашего корабля, а абордажные крючья отскочив от брони упали на пиратов. Наши хулиганистые девчата, наслаждаясь ситуацией стали делать завлекающие и оскорбительные жесты и в ответ получили залп из арбалетов, любимого оружия местных пиратов. Проекция-аватара, была на уровне палуб пиратских лоханок, а палуба с «модницами», находилась гораздо выше и вдобавок под броней, но это пиратов не извиняло и посему был открыт огонь на поражение, после чего река стала заметно чище, во всех смыслах.

Столица княжества называлась Каравай, и отличалось во-первых вельми оригинальной архитектурой, согласно которой многие дома напоминали караваи, буханки и прочие булки, во-вторых, чуть ли не в каждом доме была своя пекарня, естественно с торговой точкой, причем иной раз на улице и соответственно этому, одуряющий запах свежей выпечки, заполнивший и город, и порт и даже рейд, бередил аппетит. И еще был в княжестве Золотое зерно, была своя магическая фича… в княжестве была секретная мастерская, где из пшеничной соломки ткали рогожку, из которой шились котомки, в которых хлеб сохранял свежесть до месяца. Особенно поражал тот факт, что хранить в котомках можно было только хлебобулочные изделия. Тайну этих технологий пытались разгадать все соседи княжества, как ближние, так и дальние, но все безуспешно. Мудрецы и маги по ниточкам разбирали котомки, но тайна эта оставалась неразгаданной. А засланные казачки, развешивались на виселице, на площади перед Котомочной мастерской.

Аглая и Кнут уже привычно арендовали магазин, наполнили его нашим товаром и стали скупать местные вкусняшки, в первую очередь хлебные изделия в котомках длительного хранения, но и не проходя мимо копчёностей. И кстати секрет котомок, мы частично разгадали… при помещении хлебных емкостей в отсеки со стазисом, котомки резко теряли свой вид и перестали работать в режиме сохранения свежести продукта. То есть в котомки был вложен эффект стазис поля, который терялся при наложении на другое такое поле.

А мои торговцы получили специальное задание выйти на поставки Чёрной икры с того самого озера и завязать знакомство с жителями озерного боярства, причем в расходах я их не ограничивал, главное результат и результат последовал…

Хозяин Осетрового озера, боярин Вязига, был большим любителем настольных игр и особенно любил находить неизвестные другим игры. Так сложилось, что в этом Мире шахматы были неизвестны, видимо из-за наличия отсутствия Индии и я решил выступит шахматным прогрессором…

На корабле был Молекулярный структуризатор, нечто вроде 3D принтера с заоблачными функциями и я заказал ему два комплекта шикарных шахмат, с клетками из чёрного и белого мрамора, с фигурами из слоновой кости и эбенового дерева и естественно не без золота, один с обычными фигурами, а другой с фигурами в виде воинов (не знаю, есть ли тут слоны и такие деревья, но структуризатор задание принял и что характерно выполнил). На рынке, Кнут заказал главному приказчику большую партию икры и заодно рассказал об игре, в которую играют хозяин и капитан. А по нашим данным, боярин платил свои сотрудникам премии за новые игры и наживка была заглотана. Через пару дней к нашему причалу подплыла роскошная, галера и делегация, в составе постельничьего и начальника боярской дружины, пригласила благородного князя в город Осетр, во дворец, боярина и барона Вязиги. Галер в принципе было две… на одну взошёл я, со своей свитой, на вторую погрузили чуток товаров и часть дружины.

Боярин Вязига, оказался точной копией Портоса в исполнении актера Валентина Смирницкого и представился, именно, как барон (в этом мире, барон и боярин, были синонимами).

Он сходу одобрил сделку по икре и потребовал предъявить ему новую игру, что я и сделал.

Барону понравилось все… и доска, и фигуры, и сама игра. На четвёртой партии я поддался, свел игру к ничьей, ну а когда я показал ему «Киндер мат», Вязига стал моим лучшим другом.

Потом был пир на веранде дворца, стоявшего на берегу озера, и в его процессе я заинтересовался купальнями видневшимися, вдалеке, что плавно перешло на купание и водные игры. Я рассказал барону про водное поло, он бросился, составлять команды, а мы пошли купаться. В процессе купания, я, задействовал очередной амулет в режиме дыхания, под водой и нырнул на дно озера. Учитывая, что Рыжая, Лиса и ее служанка из освобожденных рабов, купались в купальниках ХХ века, моего отсутствия, никто не заметил (про Земные современные мне моды, я сдуру рассказал своим девушкам и теперь структуризатор, работал и на изготовление женских шмоток). По дороге ко мне пристал с явно недобрыми намерениями здоровенный осетр, заряд бластера, его отогнал.

Меч мерцал на дне озера, в прозрачном саркофаге, который растворился в воде вместе с мечом, как только я дотронулся до него артефактом. Теперь я понял почему Святогор, дал мне не один «мячик», а несколько.

После того, как я преподнес барону оба набора шахмат и мы сыграли с Вязигой еще несколько партий, последние из которых я настойчиво проиграл (пришлось зевнуть ферзя и парочку ладьей) мы затарившись бочонками с икрой и тепло распрощавшись с бароном, который отказался брать с меня деньги за икру, тронулись в обратный путь.

Следующий объект находился, в очень своеобразном месте, баронстве Гармония.

Глава 12

Это баронство недаромназывалось Гармония, ибо было по сути музыкальным. Хотя ни барона, ни князя там как такового официально не было, а был только Большой Совет Мастеров, который возглавлял Мастер-воевода, боярин Владимир Качесов, и это была в принципе монархия, хоть и немного конституционная. Боярин Владимир был композитором и у него был даже свой Музыкальный театр. Пока наш корабль шел по каналу ведущему в порт Гармонии, со всех сторон звучала музыка… она неслась из окон домов, с площадей и улиц и казалось музыка повсеместно висела в воздухе. А порт пестрел афишами местного театра…

«Легенда Старой горы» «, 'Приключения деревянного человечка», «Купец и речная царевна», «Три богатыря», «Три медведя», «Три баронских гвардейца» и. т.д. Но, как сказал мне Кнут, властвовал местный владыка весьма жестко. Тем более, что помимо музыкальных инструментов, местные мануфактуры изготавливали лучшие в мире тетивы, для луков и арбалетов. И Черные арбалетчики, из дружины боярина, славились и на самых дальних реках и заводях.

Все наши девицы моментально возжелали посмотреть весь репертуар этого невиданного ими ранее Храма зрелищ и потащили туда и меня, на что я впрочем легко согласился.

Ну а в промежутках между спектаклями (кстати весьма неплохими и с чудесной музыкой), я решил сам заняться организацией продаж в уже привычно арендованном магазине, ибо мне нужна была информация, ведь судя по отметке на карте, нужная мне точка находилась глубоко под землей…

Я решил сделать в своем магазине, аналог ловушки для раков, только в место приманки, были интересные товары, а в качестве раков у меня проходили книгочеи и торговые люди. Я стал тут первооткрывателем уличной рекламы в стиле «людей бутербродов»… я заказал в столярной. Мастерской, парные щиты с ремнями и велел нанести на них текст рекламы моего магазина с цветастой шапкой с подвалом, на которых были изображены: книги, свитки, вазы с икрой, медом и клюквой, бутылки, окорок и шикарное восточное платье.

Текст гласил…

Наш магазин рад будет вам

Тут книги есть, меда и вина

Есть ветчина, наряды дамам

Ну в общем полная картина

Мы наняли здоровенных носильщиков, навесили на них рекламу и запустили по кольцевым маршрутам. Зеваки их буквально преследовали, и надо сказать народ клюнул. Тут было много Нотных магазинов, которые были заодно и книжными и местные букинисты потянулись к нам в магазин и специально обученный персонал рассказал им историю о некоем мудреце Добромысле, который пишет книгу о подземных тайнах Итля и выделил золото на покупку любых материалов по этой теме. Золотых монет ушло конечно немало (немало по местным канонам), но фолиант с нужной информацией, я получил…

Точка находилась не просто под землёй, а под той самой Старой горой, что возвышалась в, центре острова и была овеяна легендами ( именно про нее было написано одно из произведений Мастера воеводы. Книга, дававшая ключ к успешным поискам, называлась Легенды пещер Гармонии, и была написана неким баронетом Ларсом, помешанным на местных пещерах и облазавший их все в поисках Черного сундука, магического артефакта дающего своему владельцу много преференций, как магических, так и физических, список которых был так длинен, запутан и многовариантен, что не поддавался реальному осмыслению.

А этой книге, написанной кстати полторы сотни лет назад, помимо легенд и перечислений таинственных историй происшедших с исследователями диких подземелий, была схема пещер Гармонии, занимавшая, две трети книги, увидев которую, я велел заплатить сумму, которую заломил ее владелец, несмотря на ее явно завышенную величину (за фолиант, пришлось отдать золото по весу книги). Но теперь у нас был почти реальный маршрут к нужному месту.

Входы в нужную нам систему пещер были завалены, все кроме одного… находящегося под водой. Тут уже подспорьем были амулеты. Я взял с собой шесть дружинников и конечно Лису Кицуне. Заслава теперь требовала, что бы ее называли только так, и не иначе. Я наделал ей золотых знаков, блях, брошек и висюлек в виде лисы и она украсила ими все свои наряды и доспехи.

И тут помогло еще одно новое магическое подспорье появившееся у меня… теперь где бы я не был, я мог мысленно выходить на связь с Центральным постом «Челна» и реально видеть перед собой экран с обзорной картой и плюс к этому виртуальный курсор в, виде зеленой стрелки указывающий направление маршрута

Глубокой ночью баркас доставил нас к нужному месту. На маскировку баркаса пришлось задействовать еще один амулет, а так каждый вой имел амулет в режиме подводного дыхания. Мы быстро нашли вход в подводную пещеру, который охранял какой-то непонятный рак с щупальцами вместо клещей, которого мои ребята радостно покрошили палашами.

Подводный тоннель вывел нас в сухой штрек который плавно уходил наверх, причем судя по скосами на стенах, это было явно искусственное образование. Через несколько сотен метров мы вышли в большой подземный зал, по периметру которого стояли статуи воинов в черных доспехах, а посередине зала стоял большой черный сундук, на котором в встроенном ложементе лежал меч знакомой конфигурации. Я как всегда волнуясь, взялся за рукоятку и поднял клинок, под ним обнаружилась впуклость, явно под мячик-амулет, который я там и расположил и взмахнул мечом… меч на этот раз растворился в облаке золотых блёсток, с легким багряным сполохом, амулет тоже исчез, но на его месте возник черно-золотой перстень, который я поддавшись подспудному желанию, одел на палец и тут раздался синхронный лязг…

Черные фигуры стоявшие у стен ожили и стали совершать строевые эволюции формируя строй в три шеренги. Моя команда, обнажив палаши и активировав бластеры, заняла оборону вокруг меня и сундука. Но воины в черных доспехах, внезапно преклонили колени и один из них, видимо главный, судя по золотой насечке на шлеме, оповестил меня глухим голосом, что ала Черных шлемов, готова исполнить любой приказ Магистра (магистром как легко можно было догадаться, был ваш покорный слуга).

Это был созданный сотни лет назад одним из учеников Святогора, отряд воинов-синтетов, причем создал его этот ученик, для захвата власти. Но Святогор это просёк и испепелил диссидента, а синтеты остались в секретной пещере. Учитывая то, что они были энергетически независимы и не нуждались в пище (их миниреакторы работали на любых молекулах), они спокойно дождались Хозяина, то есть того, кто оденет перстень магистра.

Командира синтетов звали Центурион, а его воины звались по номерам с Стопервого по Стотридцатьшестого, и боагодаря перстеню, я мог видеть эти номера на их кирасах. Вооружены они были гладиусами и арбалетами, причем гладиусы были по боевым качествам типа наших палашей, а арбалеты, мало что были десятизарядными, так еще и самообновляли запас болтов, за счет встроенного молекулярного структуризатора, пытавшегося энергией от миниреакторов синтетов.

А Черный сундук был набит амулетами, что очень сильно усилило возможности моей дружины, куда вошли и тридцать семь новых воинов, бесстрашных и неуязвимых. А в Гармонии пришлось задержаться еще на пару недель, чтобы посмотреть весь репертуар местного театра, уж больно музыка была хороша

Глава 13

Курфюрство Крампус куда ныне лежал наш путь, было достаточно странным местом… оно находилось практически на острове отделенном от берега водным ответвлением от главного фарватера, огибающем солидный участок земли и снова выпадающем в главную водную магистраль. Интересная тут конечно топонимика… Главная река практически обвивающая весь Большой Итль, так и называлась… Река, ответвления, равно как и озера, имели порой свои названия или же просто назывались — рукав, заводь, протока, канал и. т.д.

В курфюрстве Крампус водная граница с материком, называлась Длинной протокой и тут времена года менялись исключительно в районе острова и все время тут было либо лето, либо осень. Курфюрство Крампус было разделено на баронство, и в каждом баронстве был рудник, железный, медный или серебряный. В столице были литейные производства, большой монетный двор и там же были филиалы торговых домов многих государств Большого Июля. Основным предметом экспорта курфюрства были слитки металлов и болванки серебряной монеты, и в местном порту всегда был лес мачт. Армии, как таковой тут не было, но у каждого баронства была своя дружина, откуда в обязательном порядке выделялись воины в Береговой дозор, т.е. в гарнизоны береговых сторожевых башен и форты портов, вооруженных катапультами и аркбалистами. То есть внешний периметр был на замке. Была еще Стража курфюрста несущая полицейские и таможные функции, но не очень многочисленная и это как раз и создало проблемы… Согласно древним уложениям имевшим силу Закона, Береговой дозор мог применяться только против внешнего врага, враг внутренний целиком находился в компетенции Стражи курфюрста. Тут практически была сильно конституционная монархия, и законодательная и административная власть была сосредоточена в цепких ручках Высшего Совета Благородных Негоциантов, а у курфюрста Фредерика Красивого (местные монархи числились не по номерам, а по прозвищам) было в Шуе и деснице руководство местным МВД и Береговым дозором, но только с известными ограничениями. В последнее время, отношения Фредерика с Советом обострились, ибо курфюрст провел таможенную реформу, чем напряг экономных негоциантов. А тут случился большой камуфлет… в курфюршестве добывались многие металлы, но не золото и вдруг, в баронстве Столовая гора нашли старую заброшенную шахту, обнажившуюся после обвала и там было золото и не только жилы, но и натуральные самородки. Шахту стали разрабатывать и углублять, на Бирже появились «Золотые акции» чем сильно оживили деловую активность, но тут из шахты полезли наружу Черные гоблины, жуткие подземные создания и захватил и рудник и рудницкий поселок, а сынок местного барона снюхался с ними и отравив папашу стал новым бароном, и согласно старинному Праву, объявил баронство Вольным леном. Совет погрязший в игре с Золотыми акциями, курс которых просто взбесился, постановил, что курфюрст должен навести порядок своими силами и заваруха началась. Стражу, бывшую в баронстве, новый барон и гоблины, частью перебили а частью просто прогнали. А отряд столичных стражников посланный покарать бунтовщиков, был наголову разгромлен.

Первым делом, осознав ситуацию, Фредерик Красивый, согласно того же древнего Права, стал собирать наемную дружину, благо средства на это у него были и тут как раз появился я со своими дружинниками и на «Челн» сразу приперся лично курфюрст и заключил со мной договор, об участии моей дружины в походе. Фредерик оказался непростым мужиком и обладал определенной магией и сразу просек что и я, и мои воины обладают серьезной силой и сразу же предложил очень выгодный договор найма на моих воев и плюс к этому секретный союз со мной. Учитывая, что точка хранения очередного меча находилась именно в районе рудника, я ответил согласием.

Первым актом Мармезонского балета, была перемена власти в одном отдельно взятом баронстве, тут все было сравнительно просто, ибо баронская дружина расслабленная преференциями нового барона, не смогла организовать серьезного сопротивления и курфюрст лично заколол барона-узурпатора. А вот с рудником, где окопались гоблины, пришлось заниматься мне лично, вернее моим новым воям синтетам. Мои старые дружинники тоже были в форме, так как получили амулеты с функциями защиты и мимикрии, что усилило и без того их солидные доспехи.

Гоблинов сразу пошедших в атаку, сначала утыкали арбалетными болтами, потом посекли палашами и гладиусами, и чуток пожгли бластерами. Остатки гоблинов отступили в шахту, но я лично бросил туда пару амулетов, включенных в режиме «Плазма» и огненная волна прошла по всем штольням и штрекам, уходя дальше в пещеру гоблинов. Оставив воев зачищать окрестности я направился к развалинам старой хижины и там в уцелевшей кладовке на стене мерцал уже знакомый меч, который судя по всему не мог видеть никто кроме меня. Мячик-амулет на этот раз уцелел, но меч опять превратился в облачко дыма.

Прежде, чем покинуть курфюрство Крампус, мне нужно было выполнить один из пунктов секретного договора, а именно… сопроводить со своими воинами курфюрста в Совет и в случае покушения на него, осуществить защиту и справедливое возмездие. Я кстати был уверен, что покушение будет обязательно и не совсем продуманное во нешнем антураже, но тщательно спланированным по внутренней схеме, уж больно хитрые глаза были у курфюрста, когда мы с ним это обсуждали.

Мы заявились в здание Совета, под охраной синтетов, в зал заседание вошли мы с курфюрстом и три синтета под командованием Лисы Кицуне. Заслава, как это не странно, пользовалась большим авторитетом у синтетов, они даже открыли для нее свой арсенал, который погрузили на корабль в железных сундуках-пеналах. У Кицуне был теперь вместо палаша, заковыристый меч, который она жаждала применить.

Члены совета накинулись на курфюрста с претензиями и обвинениями, по поводу введения нового таможенного тарифа и когда шум достиг апогея, один из слуг с криком: «Умри тиран» бросился на курфюрста с кинжалом, и через момент, потерял голову от меча Заславы. А синтеты, получив короткий мысленный приказ, приступили к зачистке президиума, которая не заняла много времени (припомнился анекдот про то как на собрании человек попросил разрешения перебить президиум, и получив его, бросился на сцену с дубинкой). На этом конституционная монархия в курфюрстве, прекратила существование и стала абсолютной. Курфюрство Крампус впало в череду праздников и арестов (которые решили совместить), в чем приняли активное участие и мои люди, а казна одного князя, пополнилась весьма солидной суммой в золоте и серебре, и один из грузовых отсеков заполнился слитками металлов. С деньгами конечно проблем у нас не было, но как говорится, денег много не бывает. А нас ждала следующая точка.

Глава 14

Это княжество называлось просто и без прикрас — Зима и оно было разделено на баронства, и что интересно, князя в обычном статусе тут не было, а раз в год выбирался князь из баронов, который был практически воеводой, на случай внешней агрессии. Внешние агрессии тут бывали как правило из заречной материковой глубины, где обитали племена кочевников, одно из которых и лишила моего носителя княжича, семьи и родины. Границу охраняли фортеции набитые катапультами и арбалетчиками и вокруг них был лес украшений, в виде копий с насаженными на них черепами бывших хозяев. Что интересно, все бароны были костюмированными аналогами Земных Санта Клаусов и Дедов Морозов (но бороды были свои и Снегурочки натуральные, причем в штатском), так что имена местных баронов звучали заковыристо… барон Шахта Баба, барон Бабадимари, барон Пай Натал, барон Паре Ноэль, бароны Санта и Мороз естественно тоже присутствовали. И носили эти все «снежные бароны» костюмы Дедов Морозов, которые кроме них никто в княжестве носить не имел права.

В этом княжестве добывались драгоценные камни и добывали их в ледяных галереях, причём добывали их гномы и гномы же были ювелирами обрабатывающими добычу. Одним из главных законов княжества, был закон запрете продажи на сторону необработанных камней, за его нарушение полагалась смертная казнь и полная, конфискация имущества рода, причем местная таможня и стража были заточены на поиски нарушителей, и берег серьезно контролировался сторожевыми вышками и башнями, а так же патрулировался гичками с арбалетчиками, причем там присутствовали и маленькие баллисты, стреляющие огненным снадобьем типа Греческого огня. Наш Вечный студент Кнут в свое время купил тут пару необработанных рубинов, но сверхъестественное чутье заставило Кнута спрятать камни в безлюдном переулке, что и спасло ему жизнь, ибо в порту, его вельми тщательно обыскали.

Я наштамповал на структуризаторе шикарных украшений, добавил к ним бранзулеток из трофеев и сокровищницы Святогора, и отправился на знаменитую Ювелирную ярмарку «Смарагд». Тут продавались обработанные камни и драгоценные украшения, причем опять же, камни могли продавать только местные ювелиры. Когда позднее наши драгоценности стали уходить влет, так что я поставил на их производство Ваньшу и Машу, пленных что я, в свое время освободил на невольничьем рынке и которые попросили поменять им имена и принесли мне вассальную клятву, структуризатор работал автоматически выдавая разные комбинации ожерелий и браслетов, а парочка моих новых вассалов, получила необходимые навыки через магические плетения наложенные мной, вполне успешно справлялись с работой.

Главной нашей проблемой было то, что очередной меч, находился в башне ратуши, в отсеке башенных часов. Ну что же, будем думать, а пока суд да дело я, выкупил на ярмарке «Смарагд» торговое место побольше, где в клиентов угощали чаем с нашим медом и развернул торговлю своими драгоценностями, плюс к этому я устроилтнекий торговый перформанс… Я приказал скупить сотню другую, наиболее крупных камней, были изготовлены шикарные футляры под них и мы выставили эти комплекты на продажу, причем по полуторной цене и надо сказать, что торговля пошла очень хорошо.

А я стал искать пути в Ратушу, а вернее к ратушным часам.

Ратуша хорошо охранялась, так как в зале совещаний, находились витрины с историческими сокровищами, с другой стороны, часовая башня стояла как бы отдельно и имела свой вход, тоже охраняемый, но без фанатизма. И тут опять пригодился Кнут, у которого оказались знакомые в местном Университете и помощником библиотекаря (кстати весьма почётной и высокооплачиваемой должности) оказался его однокашник, тоже из вечных студентов, но женившийся, кстати на дочке библиотекаря и остепенившийся, и тот оказался кладезем информации, благодаря оной, появилась следующая идея… Близился, Новый год и на него по традиции сьезжалисьтвсе бароны и проводили многочисленные банкеты и рауты, а студенты в свою очередь проводили Праздник Большого Семестра, на котором по традиции устраивали всевозможные чудачества, автор наиболее знакового из которых, нарекался, королем Семестра. Чудачества были всевозможные и интересные, и кое-какие из них на грани фола, и плюс еще имели место парии на какое-нибудь невообразимое деяние. И вот к одному из местных стражников, пришел студент с закрытым лицом и закинув мешочком с золотыми попросил о помощи… он на пари, должен провести в ратушной часовой башне ночь с барышней и вывесить на циферблате в знак свершения действа, что либо из ее интимного туалета. Но вот как попасть в башню, он понятия не имеет. Стражники кстати давно сотрудничали со студентами по части чудачеств в Новогоднюю ночь и завязанное платком лицо, было частью ритуала, как и звонкая монета.

Стражник получив аванс, устроил за счет заказчика сторожам башни пирушку, с фатальным преобладанием вина над закуской, приняв в оной непосредственное участие. Мы с Заславой, в простых нарядах прошмыгнули мимо дежурки, где кипела вечеринка, к лестнице ведущей наверх, за нами вышел стражник и показав связку ключей подмигнул, дав понять, что все нужные двери открыты. Мы поднялись наверх зашли в нужный отсек и остановились пораженные чудесным механизмом. Мне почему-то вспомнился старинный мультик «Тайна острова Бекап», но время не ждало и я подошел к стене на которой знакомо мерцал меч и увы опять не тот. А моя, рыжая лисица, открыв люк циферблата, повесила на стрелку красные трусики от своего купальника, после чего мы тем же путем вышли на улицу, а там уже кипел праздник. У меня, как у князя, было приглашение на пир в палаты к князю Паю, и мы переодевшись на нашем корабле, отправились туда. Кицуне и Богуслава, одели шикарные черные платья, с красным и синим подбоем, расшитые золотом, серебром и жемчугом, и нацепили на себя бранзулеток стоимостью в пару хороших купеческий караванов. Общество состояло из типов в дедморозовских костюмах, нескольких лиц в дворянском прикиде и дам в роскошных платьях и небольшого хирда гномов обоих полов… Мы с девушками произвели фурор и празднество затянулось для нас несколько дней, ибо мы получили кучу приглашений в столичные особняки баронов, а тут и сыграл перфоманс с красными трусиками Кицуне. Надо сказать, что я оставил в часовой башне, студенческий берет с бляхой философского факультета и этот факультет стал самым популярным для местных дам, так как снятые со стрелки башенных часов трусики, начальник стражи показал своей жене, та показала их подругам и дамы высшего света придя, в восторг от неведомого покроя, стали искать таинственного поставщика, а местные швеи срочно стали экспериментировать. Так что вклад в прогрессорство на ниве Большой моды, мы сделали.

А на Философском факультете, прошла эпидемия дуэлей, за право быть автором Башенного чудачества.

Глава 15

После очередного банкета Зимние бароны пригласили меня на секретные переговоры, так сказать «без дам», но я мигнул Кицуне (сегодня меня сопровождала только она) и моя валькирия взяв из вазы большое оранжерейное яблоко, подкинув его к потолку, на лету пронзила его стилетом, который метнула из кружевного обшлага, чем произвела на присутствующих неповторимое впечатление.

И бароны поведали нам о своей печали… в паре сотен километров вниз по реке, Река расширялась и от нее отходила пара притоков и посередине расширения был остров, в принципе даже древняя скала, на которой издревле присутствовал старинный чёрный замок, где по данным из старинного атласа наличествующего в капитанской библиотеке, некогда был пост слуг демиургов, потом слуги то ли ушли, то ли вымерли, ну а потроошествии веков отключилась внешняя защита и на острове окопались речные пираты Лысой бороды. Атамана так прозвали за то, что после ожога полученного в бою у него росла только половина бороды. Разбойники толи дойдя своим умом, толи случайно включили внешнюю защиту и теперь злодействовали вниз и вверх по реке из за чего страдала торговля. Один раз окрестные кояжества собрали флотилию, но из острова стали бить молнии и десант сорвался и теперь баронское и купецкое опчество просит князя и магистра (мою магию просекли гномы) покарать пиратов, за что предложили тысячу обработанных камней. Я, кстати уже давно подумывал о том чтобы завести свой кусок земли, так что отказавшись от аванса и какой либо помощи я тем не менее принял предложение, тем более, что следующая «точка хранения» была на этом острове.

В этих местах царило лето и остров смотрелся очень нарядно, даже громада замка гармонировала с его зеленым цветущим покровом. Мы шли под скрытом, новым качеством корабля проснувшимся сразу после последней попытки инициации меча и это мне нравилось. Так сказать извинительная премия за пустышку. Несколько пиратов, ловивших на гичке рыбу, стали нашим трофеем и из них я, выкачал всю ситуацию на острове Черного замка. Пиратов было то всего сотни полторы сабель и семь кораблей, но у них была агентура в ряде портов и голубиная почта.

И корабли работали на Реке так сказать «вахтовым методом». Большим бонусом было то, что во-первых, в замок разбойники так и не смогли попасть, а внешнюю защиту капитан включил случайно, а дело было так… флотилия капитана Лысая Борода держала путь из дальних потоков, где и прижали и местные стражники и конкуренты, а у капитана был старинный перстень из добычи, с которым он никогда не расставался и который инициировал скрыт под которым Остров Чёрного замка или же иначе Черный остров, оставался после снятия защиты. Эскадра пиратов вошла в гавань и атаман зашел в странное здание на берегу, бывшее старинной караулкой и тут благодаря перстню, видимо бывшему амулетом, включилась система защиты, причем при этом перстень вспыхнол золотистым сиянием. Атаман дураком не был и сложил два и два и теперь благодаря, перстню его корабли могли безвозбранно пересекать линию защиты острова, с учетом что они были принайтованы друг к другу и на одном из них был капитан. Но вот Черный замок, ни внутрь себя, ни даже рядом к себе никого не допускал.

А я, получил на свой внутренний экран управления сигнал с острова, что системы охраны острова и замка приветствуют Магистра и готовы выполнить любой приказ. Когда я спросил, входит ли сюда зачистка острова, то узнал интересную вещь… помимо пиратов на острове непосредственно рядом с замком, были поселения пейзан-фермеров, замок скрывал их от пиратов, но там уже наблюдалось перенаселение и недостаток свободной пахотной земли. Я ответил системе, что если пейзане принесут мне присягу, как своему князю, то пускай остаются и я пожалую им землю, но в аренду. Замок ( так и назывался этот искин) попросил разрешения создать мой аватар дабы ему принесли присягу местные жители, на что и получил милостивое согласие, после чего я отдал команду, по зачистке острова от пиратов. Зачистка прошла достаточно своеобразно… сначала снопы молний ударили по пиратским лоханкам и оставили от них кучки пепла, а потом от замка двинулись шеренги в черных доспехах, это были синтеты, которых тут был легион из пяти когорт по сто воинов. К каждой когорте придавалась батарея аркбалист стреляющих «греческим огнем». Так что теперь у меня была очень серьезная армия.

Мой «Челн» вошел в гавань и на берегу меня, встретили неправдоподобно ровные шеренги синтетов и депутация пейзан и что меня, приятно обрадовало, все местные пейзане оказались русичами. Пожаловав им земли, для, устройства новых поселений, я занялся обустройством своих людей в замке. Подумав, я решил оставить тут большую часть своей команды. С собой я взял пятерых воев во главе с Буслаем и естественно своих девиц, да и Кнут со своей спутницей увязался с нами и как не странно, пара освобождённых невольников тоже.

Пахомыча я назначил комендантом замка, Матвея управляющим старостой фермерских поселений, а Аглаю, главной на хозяйстве.

Подвалы замка ломились от запасрв и тут был шикарный автоматизированный медицинский центр, через который я прогнал всех своих людей, подняв их здоровье и долгожительство, еще нампару уровней. У себя в апартаментах я обнаружил личный мед кабинет с медкапсулой высшего уровня и личную сокровищницу с арсеналом фантастического оружия и большими сундуками с камнями-амулетами, которые я теперь многие экономить. Благодаря этим камням и искину Замка, я теперь имел с Замком постоянную связь и через замок мог общаться со всеми своими людьми и командирами синтетов. Своих первых синтетов, я тоже оставил на судне, прибавив к ним еще четыре алы. Меч тоже был в покоях Магистра, вернее в моих покоях, он был шикарен, но увы тоже растаял в дым. Я отправился в новый поход и первым рейсом после нашего обустройства, стал рейс к Дедам Морозам, за честно заработанной наградой и дабы сообщить об образовании Владимирского княжества. Бородатые бароны, ожидаемо попытались торговаться, но я промаршировл к ратуше во главе отряда синтетов с парой аркбалист, которые расчёты легко катили вручную. Мне почему-то вспомнилась старая хулиганская песня — «А по манежу конница идет, и бронепоезд тащит за собою». Короче все кончилось хорошо и к обоюдному удовольствию, тем более, что я обещал не брать дань с проходящих мимо судов, даже и вовсе открыть на острове постоянно действующую ярмарку, которая уже была построена, как и новые поселки для пейзан, были у Замка в запасе строительные модули, из которых, как птенцы из яиц, буквально вылуплялись здания и постройки. И еще к меня был бонус… в документах регистрирующих Владимирское княжество, было указано, что к княжеству, помимо острова, относятся прибрежные внешние земли в радиусе двухсот вёрст и границы уже были отмечены автоматическими фортами, между которыми передвигались патрули синтетов. Так что, теперь мне было куда возвращаться.

Глава 16

Очередное княжество, куда мы зашли по дороге к новой «зеленой» точке называлось «Сорок сороков», оно было покрыто густыми лесами, где водилось множество пушного зверья, как дикого, так и искусственно разводимого в питомниках. Во всех больших и маленьких населённых пунктах княжества, существовали многочисленные скорняжные мастерские, там обрабатывались шкурки соболей и прочих чернобурок. А в столице княжества именуемой Большая Шуба, был сонм меховых ателье. Парчовый лейбл с вышитым золотой ниткой соболем был известен всему Высшему свету планеты и шел этот товар за бешенные деньги. Сюда мы заглянули ввиду того, что князь Михаил V, прислал ко мне посла, с просьбой навестить его, для важного разговора.

На пристани меня ожидал теплый приём, включающий почетный караул и пару свитских бояр. Князь ожидал меня в любое удобное для меня время, но учитывая две врученных мне золотых пайцзы, на получение мехов за счет казны князя, на Центральном Меховом Дворе, куда мои красавицы немедленно ринулись, видеть он меня хотел поскорее. Так что я, со скромной свитой из пяти синтетов ( остальных я отправил с девушками, в качестве охранников и носильщиков), двинулся в местный Кремль. Я был в доспехе русского витязя, найденным в секретном арсенале Черного замка. Этот доспех ничего практически не весил и выдерживал любую механическую и магическую внешнюю агрессию. Обе его перчатки были бластерами, а меч входящий в комплект рубил даже камень. Доспех этот обладал в добавок своей индивидуальной мимикрией и мог создавать даже закрепленные аватары, но при условии определённого магического уровня хозяина и так сказать допуска, но у меня все это присутствовало. После курса в моей личной медкапсуле, уровень магической силы, у меня снова повысился. И так как я получил при этом новые знания, в том числе и по управлению медотсеком замка, я, прогнал через медкапсулой всех своих людей, прибавив им здоровья, определенных магических сил и каюсь, поставил всем блоки «преданности», все-таки дикие тут стоят времена и даже братья восстают против братьев и сыновья, против отцов, так что как сказал старина Ульпиан: «Abundans cautela non nocet»*

Князь Михаил V был роскошен, вальяжен и без грана мехов в костюме, больше похожем на мундир маршала Мальборо, нежели на князя, русичей. Он принял меня в своем кабинете, сразу дав понять что разговор будет деловым и угостив фирменным напитком княжества, Сосновым ликером трех цветов подданном на золотом подносе, рассказал о своих проблемах…

За лесными границами княжества Сорок сороков, начинались степи, в которых жили кочевники, которые иногда налетали на окраины княжества, но их научились успешно отбивать, но один из ханов провел у себя ряд реформ, объединил три рода и создал достаточно мощный отряд, который мог бить и родо-племенные ополчения, и как выяснилось и княжеские и баронские дружины.

Князь был уже в курсе о боеспособности моей дружины и хотел заключить со мной союзный договор и я не видел ничего зазорного в очередном фрагменте международного признания. Согласно договора, княжество Сорок сороков строило на нашей ярмарке торговый павильон, с последующим отчислением скромного процента с продаж, мы же открывали в столице княжества свою торговую факторию, не облагающуюся налогами и сборами. А я, в свою очередь, выделял войска против ханства Салак, проявлявшего неприкрытую агрессию против нашего союзника и заключал с князем военный, союз.

Я связался по магосвязи, которой теперь были обеспечены все мои офицеры, с Аглаей и Пахомычем, приказал выслать сюда две манипулы синтетов и Аглаю с комплектом товара для фактории. У нас образовался небольшой торговый флот из пиратских трофеев… в одной из гаваней острова мы обнаружили четыре больших купеческих челна, которые мы слегка модернизировали и стали использовать в, качестве транспорта.

Когда флотилия Владимирского княжества прибыла в порт, местные вои уже были готовы к походу. Когда мои синтеты сошли на берег и построились в два поблескивающих вороненой сталью квадрата, ограненного с одной из сторон рядом аркбалист, местный, воевода, ранее явно недовольный тем что союзные войска не будут ему подчинены, сразу же спрятал свое недовольство в известное место.

План боя предложил я… как сообщил перебежчик, младший брат хана Салака, желающий занять его место, следующим предметом экспансии хана, будет Лисья слобода, пограничный посёлок на тракте ведущем к столице. Тракт прежде чем пройти через слободу, шел через обширную опушку леса развернутую в сторону степи. План мой был принят без купюр, а совещание было проведено еще один раз, но вместо меня, там присутствовал братец хана с помощником и там была озвучена несколько иная диспозиция, информацию о которой, ближе к ночи, помощник молодого хана являвшийся засылом, повез его старшему брату.

Когда утром татарская конница, блестя новой одеждой, доспехами и наконечниками пик ( новый хан казну отца, которую тот и его предки копили несколько поколений, полностью пустил на свое новое войско) выехала к опушке леса возле Лисьей слободы. Диспозиция, гяуров в точности соответствовала донесению засыла, дружина слабовооруженных стражников стояла поперёк тракта. Хан махнул камчой и конница развернувшись лавой набирая скорость пошла на жидкий строй гяуров, но внезапно опушка леса, слева и справа от тракта, в буквальном смысле этого слова рухнула на траву, перед ханскими джигитами зачернели шеренги невиданных ранее воинов, среди которых виднелись какие-то механизмы…

Сначала дали залп аркбалисты, и в порядках татарской конницы вспыхнули огненнын шары, потом зачастили арбалетчики, потом аркабалисты повторили залп и остатки татарской конницы бросились разворачивать коней, но арбалеты продолжали бить и черные шеренгимерным, но быстрым шагом двинулись вперёд, постреливая из арбалетов по единичным целям и добивая раненых врагов гладиусами.

Хан Салак наблюдавший за битвой с холма сгорел вместе со штабом от залпа аркбаллист, после того как лично отрубил голову засылу. Я на боевом жеребце, подаренным мне князем в сопровождении алы синтетов которые могли не напрягаясь, бежать со скоростью всадника, реквизировал шатер хана, вместе с гаремом и сокровищницей. У меня в княжестве был избыток мужчин и гарем был кстати. А операцию я «Дунсинан», вспомнив Шекспира, как там у старины Виллиама… «Макбет не будет побеждён, пока Бирнамский лес не пойдёт на Дунсинанский замок».

Так что мы победили, мои девицы затарились мехами на десяток сезонов (Кицуне набрала множество гарнитуров из рыжей лисы, но и чернобуркой не побрезговала), в трюмах «Челна» добавилось трофеев, а синтеты получили от меня золотые значки, за битву при Лисьей слободе, что им вельми понравилось.

Гней Домитий Анний Ульпиан — Древнеримский юрист, в 426 году Н. Э. сочинениям Ульпиана была придана обязательная юридическая сила. Одним известнейшим из его изречением было «Abundans cautela non nocet» (Излишняя осторожность не вредит)

Глава 17

Этот вояж был длиннее прошлых. Зеленая точка, была далеко за обычной границей карты, через три протоки и один старый канал. Каналы тут делились на Старые и просто Каналы. Старые были солидными древними сооружениями облицованными камнем и с солидными каменными мостами, построенные в незапамятные времена Предтечами, а Каналы были более простыми решениями, сделанные уже поздними демиургами. Что интересно, мосты там тоже были, но деревянные, построенными из дерева, магической обработки из за чего они били не менее прочными и долговечными, нежели металлические или каменные.

Наш «Челн», как всегда шел под видом скромного купеческого суденышка, правда забитого узлами с товарами чуть ли не по клотик, ну и мои девицы во всю загорали в новомодных купальниках, с примкнувшим к ним пассиям Кнута и Буслая (Буслай подцепил себе двух красоток из трофейного ханского гарема). Так мы ловили пиратов на живца. Когда мы уже плыли по местам, где о дружине князя Владимира, еще никто не ведал, пираты активизировались, естественно на свою голову и мы местные водные магистрали, чуток зачистили. Причем когда мы согласно маршрута свернули в Канал, выяснилось, что пиратами были не только профи разбойники, но и мирные пейзане. Около каждого моста традиционно было селение и некоторые прибрежные жители, видя одинокий корабль с незнакомым флагом и слабой защитой, периодически пытались на этом разжиться. Наша купецкая аватара дважды подвергалась домогательствам у мостов, но оба раза десант черно-латных воинов, с лисьими хвостами на шлемах (награда от нашего друга князя Михаила V, союзным войскам) поддержанный огнем бортовых стволов ставил наглых злыдней на место. Каждый раз мы снимали с наглых пейзан хорошую контрибуцию, но когда в третьем городке нас пытались расстрелять из катапульт, я озверел и приказал сжечь нежилую инфраструктуру города и что характерно, дальше, при продвижении по этому Каналу, нас никто не беспокоил.

На очередном водном перекрёстке мы перешли в протоку проходящую мимо Цветочного баронства, своеобразного государственного образования где властвовал натуральный матриархат. Наш студент Кнут был тут один раз и рассказывал об местных жительницах в восхищенной манере и особенно о баронессе Розе Блюме, ослепительной красавице по его словам, впрочем дурнушек там вроде и вовсе не было. Все это баронство было одним цветущим садом и предметом экспорта, тут были семена и саженцы. Тут был Зеленый Дворянский университет, куда стремились поступить младшие сыновья дворянских родов со всей планеты, но не смотря на две тысячи учебных мест, конкурс был жутчайший. Приемная комиссия отбирала будущих студиозов по очень многим параметрам, и по умственным и даже по генетическим, ибо девяносто процентов выпускников, оставались в баронстве в качестве мужей местных валькирий, причем не мало не смущаясь матриархата. Береговая охрана и городская стража, традиционно состояла из женщин, впрочем прекрасно подготовленных и обмундированных, а вот Сельская стража охраняющая сухопутные приграничные поселения, набиралась из мужчин, так как она была конной, а вот вместо лошадей у нее были шестиногие хищники Шаруки, подчинявшиеся только мужчинам.

Береговая охрана истово боролась с пиратством и судя по тому что мы увидели, пиратам это надоело. Столица баронства, порт Годьденрозе, была в морской осаде и в гавани кипел бой. Пылали суда, на берегу занялось несколько зданий и на пирсе пиратский десант рубился с охраной порта. Я, решив, что красивых девушек обижать нехорошо, скомандовал атаку. Пиратов в гавани мы покрошили больше половины и только тогда они нас заметили и попытались ответить, но сзади в них сразу вцепились гукоры валькирий, и оказавшись в положении «в два огня», мерзавцы спустили флаги и паруса, и осушили весла. Синтеты, высадились на пирс и в момент вырезали пиратский десант. А вечером был торжественный прием во дворце баронессы, которой я приготовил подарок…

По дороге, на одном из пиратских кораблей, мы освободили группу фагорошей, бродячих музыкантов и эти ребята оказались на редкость талантливыми, то есть мелодии из моей прошлой жизни которые я периодически напевал, они подхватывали, аранжировали и блестяще исполняли. И когда я узнал как зовут баронессу, я рефлекторно стал насвистывать Модранскую польку известную также, как Розамунда. Когда фагороши грянули инструменталку, я включил ассоциации и решил сделать текст этой песни про баронессу, которую зовут почти так же. Благодаря своей магической силе, я помнил все тексты, когда либо прочитанные в прошлой жизни, а так как я, некогда читал статью про эту песню, из которой с изумлением узнал, что это вовсе не фашистская песня, а полечка чешского композитора Вейводы и там парень, просто на просто, просит руки и сердца юной красавицы да и обладал определённым талантом в стихосложении, то вопрос решился легко.

Кстати с языковым барьером в этом Мире все было очень просто… с кем бы вы, не разговаривали, ваш визави слышал слова на своем родном языке (и естественно наоборот). Таков был один из эффектов магического поля этой планеты.

Короче, в разгар празднества, приодетые фагороши, вышли в центр пиршественного зала, где был музыкальный подиум и грянули:

«Розе Блюме, подари мне своё сердце и скажи "да»,

Розе Блюме, только не спрашивай сначала маму,

Розе Блюме, верь мне, я верен тебе,

Потому что в этот час, Розе Блюме,

Моё сердце ещё свободно".

Когда песня закончилась, баронесса встала со своего места и сделав книксен, сказала: «Я согласна князь».

Я обалдело повёл очами, как некий персонаж Николая Васильевича Гоголя, но наткнулся только на уважительные взгляды придворных, и лукавые моих красавиц, с которыми, как выяснилось позднее, баронесса уже темно пообщалась и получила их полное одобрение на эту хохму. Так Цветочное баронство, стало моим прямым ва, салом, к моему княжескому титулу прибавился и баронский, а баронесса стала моей супругой, и княгиней-консортом. Брачная ночь у нас затянулась на три дня, причём в конце третьего нас навестили в спальне мои две красавицы, но я, выдюжил. А еще через пару дней наш «Челн» отправился дальше. Я оставил супруге алу синтетов и батарею аркбалист, нежно поцеловал ее и покинул свое новое баронство, аки Одиссей Итаку.

Глава 18

Следующее место пребывания уже привычного меча, было в княжестве Петровском, абсолютно заурядном месте, где кроме инфраструктуры по обслуживанию проплывающих мимо кораблей и средней величины припортового рынка, ничего толком и не было. Княжеские крестьяне обеспечивали порт и рынок сельскохозяйственной продукцией, были и рыбаки, а какой либо местной промышленности не было. Единственное в порту был знаменитый на всю Реку бордель. Кнут сказал, что только слышал о нем, но глазки его забегали, а подруга двинула его локтем по рёбрам. Но по дороге, прошел один инцидент, который настроил меня на смутные подозрения…

Идя вдоль цветущего весеннего берега мы стали свидетелями странного события… небольшая лодка явно пыталась скрыться, от явно пиратского корабля, причем достаточно крупного. Мы были в виде аватары небольшого купеческого суденышка и пираты будучи на судне крупнее нашего, да еще с парой катапульт на борту, не обратили на нас особого внимания, и наш корабль мог невозбранно пройти мимо, но когда я рассмотрел в убегающей лодке женщин, я дал команду разобраться с негодяями. Пираты увидев что мы взяли курс на них, дали по нам залп из катапульт, естественно бесполезный, в ответ на что наши спарки, сделали из пиратской лоханки груду щепок. Теперь, после очередного поднятия моего магического уровня и некоторой модернизации магической составляющих моих соратников, мы теперь справлялись с управлением «Челном» самостоятельно, а я мог это делать даже на расстоянии через синтетов, которые теперь могли дублировать любой боевой пост.

Четырёх симпатичных девиц в ярких одеждах, мы приняли на борт, обсудили, обогрели, накормили и успокоили, и они рассказали нам свою историю… их захватили в одном из равнинных княжеств русичей джигиты некоего Али паши, известного в восточных краях этого мира главы кочевников, а потом продали пиратам, которые везли их для утех знатным господам, в то самое княжество куда мы направлялись. Тут я сразу вспомнил о борделе и решил что это отнюдь не случайное совпадение.

Главная гавань княжества Петровское, буквально кишела судами и многие из них были личными челнами богатых людей. Я, запустил Кнута и Буслая в турне по кабакам и они вернулись оттуда почти трезвыми и с добычей… Кнут сработал у нас золотой приманкой, богатым бояричем, светившим тут и там кису набитую золотом. Буслай же и два синтета изображающие моряков, осуществляли силовое прикрытие. Дальше все шло по накатанному пути… Кнут поймал карманника, за него вступился бригадир, бригадира окоротил Буслай, набежала крыша, ее нейтрализовали синтеты и в результате у меня на допросе, оказался пахан городских карманников. Картина оказалась на редкость мерзкой… князь Петр XXX,благоденствовал за счет торговли живым товаром. У нечистых в помыслах купцов и дворян, были в его княжестве «дачки», тайные усадьбы с невольницами. Князь Петр купался в золоте, а прикормленные пираты и разбойники поставляли ему живой товар. И меч за которым мы прибыли находился на одной из «дачек». Сначала я хотел высадить десант и посадить князька на кол, но потом вспомнив операцию «Гиммлер», вернее ее подраздел «Консервы», проведенный штурмбанфюрером СС Нуйоксом, под руководством начальника РСХА обергруппенфюрера Гейдриха, в ходе которой, диверсантами СД была захвачена немецкая, радиостанция, в немецком же городе Гляйвице, откуда была передана провокационная передача на польском языке, после которой, во дворе радиостанции, были оставлены трупы в польской форме. Я по дороге к объекту хранения меча, зачищал «дачки» уничтожая сановных сластолюбцев вкупе с надсмотрщиками и обязательно оставляя на местах аксессуары из амуниции местных стражников, причем на мне и синтетах были аватары княжеской стражи. А в порт потянулся ручеек бывших рабынь искавшись попутный борт на родину. Местную стражу пытавшуюся этому помешать, нейтрализовала ала синтетов, в кафтанах личной гвардии князя. А в порту стала нарастать некая волнительность… тут и девицы бросались к причалам, где видели знакомые флаги и слуги из разгромленных нашими фальшивыми стражниками усадьб примчались на корабли своих хозяев сообщив о преступлении княжеских сатрапов. А мы, продвигались к усадьбе отмеченной на виртуальной карте. Усадьба была не сильно защищенной фортификационно, но вот охрана была очень даже ничего, самые натуральные ящеры в человеческий рост. На них были деревянные доспехи и они были вооружены палицами. Хозяин усадьбы был на месте и он не вступая в переговоры послал ящеров в атаку, поддержав их слабенькими фаерболами. Ну и палицы и файерболы, против наших доспехов с магической подпиткой от амулетов, были слабоваты, так что оборону мы сломили, ящеров зачистили, и потом долго пробивались в подземные чертоги этого явного мага, через многочисленные каменные двери, но тут сыграло мое магическое зрение, которым я мог видеть места в стенах, где скрывались запорные механизмы, которые мы с Кицуне выжигали бластерами, после чего синтеты отодвигали двери чисто механически. Хозяин пал под ударами бластеров, о чем я потом очень пожалел, пожалел увидев его лаборатории и помещение гарема. Живых там не было, и целых тел там не было тоже, так что сдохла эта тварь очень легко.

Мнчь лежал в металлическом саркофаге, который судя, по следам на нем, неоднократно пытались вскрыть. Я открыл его наложением руки на изображение ладони на крышке, меч очень удобно лег в руку, не разрубил «мячик» но и не растворился дымом. И я, вспомнил, что Святогор говорил о чем-то подобном, это не был главный мечь, но это был серьезный шаг к нему и мое новое личное оружие. Тут пришло сообщение от Олексы, что местные власти весьма агрессивно стали обыскивать корабли в порту, дабы вернуть собственность князя, это имелись в виду сбежавшие пленницы. И на это я ответил, словами Екатерины Великой, сказанной некогда Орлову Чесменскому, что мол если что, то пали.

И срочно скомандовал возвращение.

В порту к нашему прибытию, было совсем весело, да и в столице мы добавили веселья. Нас не захотели пускать в городские ворота, я приказал по маго связи выдвинуть нам на встречу две алы и мы прошли через княжескую дружину и стражу, как нож сквозь масло (начальника вратной стражи, я своим новым мечом легко развалил пополам, причем вдоль. В порту горело несколько кораблей, на рейде кипел бой, но наш «Челн» никто не рискнул трогать, ибо те кто попытался это сделать, пострадали и на суше и на воде.

Глава 19

Мурранское баронство славилось своими кошками и во всех богатых домах было принято держать Мурранского пушистика и продавались они на вес золота и только взрослые. Причем размножаться Мурранские коты, могли только на территории баронства, такое вот магическое свойство имела эта территория и естественно тут процветал культ котов…

Барона звали Мурр и все мужчины рода Мурр были чем то похожи на сытых вальяжных котов. По улицам столицы прогуливались дамы и господа с котами и кошками на поводках и со всех вывесок смотрели кошачьи мордочки разной кофигурации. Заводчиками Мурранских котов могли быть только дворяне, но остальной народ не бедствовал ибо одним из законов баронства, был Золотой закон, по которому выплаты по всей цепочке, касающейся товаров имеющих отношение к кошкам, производятся в золоте. Так что фирменный кошачий корм, ошейники, сбруйки и прочие кошачьи товары, сдавались местными фермами, мастерскими и мануфактурами исключительно за золото. Так что некоторые фермеры-птичники, были зажиточнее иных баронетов и бояр из окрестных стран. Естественно вокруг баронства вовсю плодились контрабандисты, но на них местные власти слегка прикрывали глаза, ибо их контролировали и в поток предметов контрабанды входили только сопутствующие товары, причем как правило из брака. Котов включать в контрабанду опасались, ибо казнь тут была только одна, четвертование с посадкой на кол и последующей конфискацией имущества рода. А на ошейниках официальных котов были чеканные именные и номерные бляхи из гольденита, металла существующего только в одном руднике на планете который был именно в данном баронстве. Кстати и преступность была тут самая, низкая на планете, ибо тут было только два наказания, «Конопляная тетушка» или Гольденитовые рудники и обогатительный комбинат. Годьденитовая руда до плавки была весьма ядовита и преступники, которым давали самые простейшие средства защиты, дольше года там не жили (местный персонал работал по шесть часов раз в три дня). Местная, армия называлась Ликторы, а служба безопасности — Черные Ликторы и носили они шлемо-маски с кошачьими мордами, которые до дрожи пугали приграничных кочевников, так как напоминали иммстрашилки про древних ракшасов, так что внешняя граница была на замке. Ну а реку по побережью баронства контролировали прекрасно вооруженные гукоры местной речной стражи, да и в трех портах баронства Мурран, традиционно дежурили мониторы соседних государств. Новый молодой князь, одного княжества попытался, как то перехватить корабль везущий Мурранских котиков на ярмарку, после чего это княжество было растерзано соседями, ибо жены большинства властителей относились к этим элитным котикам ну очень тепло. Не понимаю, как тут происходит передача информации, но не успели мы причалить, как уже прибыл гонец от барона с приглашением во дворец. Я прибыл туда с рыжей шалуньей Кицуне, и двумя синтетами. Барон был похож на Гаргантюа, если не считать дюжины кошек кишащих вокруг трона. Барон выразил радость знакомства со знаменитым князем Владимиром и сразу же предложил мне совместную экспедицию на Внезапное озеро. Внезапное озеро было одной из местных живых легенд, оно появлялось раз в несколько лет на разных речных перекрёстках, причем окружающая местность не менялась, но озеро было в несколько раз больше того места, где появлялось. Там появлялись острова с развалинами неведомых и невиданных строений, среди которых смельчаки находили интересные артефакты но возвращались оттуда далеко не все.

Во дворце был дан большой пир в мою честь, на котором мой синтет сломал во время модного тут бодибилдинга руку, одному перебравшему гвардейскому офицеру, что очень понравилось барону. А после банкета, меня пригласили в малую гостиную, где ближний круг барона, предавался интеллектуальным развлечениям, что было тут традицией. Сегодня был вечер буриме, посвящённый таинственным случаям, происшедшим с присутствующими либо с их близкими знакомыми. Я пересказал рассказ Эдгара Аллана По, «Убийство на улице Морг»* из других повествований, мне запомнилась история, о девочке с котом, которая играя, в прятки в подвалах какого-то дворца, заснула вместе со своим котом в каморке и была в ней случайно замурована.

А ночью, я включив мимикрию, отправился за очередным мечом, ибо он находился в подвалах дворца. Мой виртуальный экран начертил точный маршрут, включающий входы в потайные тоннели и ходы, которыми этот замок просто кишел. Кицуне пришлось взять с собой, уж больно она настаивала на этом. Войдя, в потайной ход и углубившись вниз по целой системе проходов со ступеньками мы вышли в большой тоннель, высотой с пару человеческих Ростов с теряющимися вдалеке направлениями. Я включил нам с Заславой систему ночного видения и тоннель как бы ожил… тут происходил некий призрачный карнавал. Смутные образы людей в карнавальных костюмах водил хороводы в непонятных танцах. Но внезапно Кицуне тихо взвизгнула и выхватив палаш протянула его в ту сторону, где призрачные силуэты раздались в стороны и застыли и там мы увидели три странных белых фигуры четко выделяющиеся на призрачном фоне. Девочка с распущенными волосами, стоящая к нам спиной, белый котенок прижавшийся к полу и высоченный призрак кота, который к нам и обратился со следующими словами… ' Привет тебе пришелец из неведомого. Ты вернешь нам покой, убрав Черный талисман', и махнул лапой в сторону стены, где высветился квадрат в кладке и именно туда указывал курсор на моем виртуальном экране. На стене уже привычно вспыхнул мерцающий зелёный силуэт пятерни, куда я возложил десницу, что и сработало ключом. Кладка осыпалась и пред нами предстала каморка в центре которой висел черный мерцающий меч, а в углу пребывала мумия девочки, прижимавшей к себе котенка. Я взял меч за эфес и даже сквозь перчатку почувствовал холод и подсознательно понимая, что счет идёт на секунды, подбросил мячик и рубанул по нему нчом, который становился, все холоднее и тяжелее. Мячик со звоном отлетел в угол где были мумии и они беззвучно рассыпались в прах, а меч вспыхнув облаком снежинок, на прощание подморозив мне пальцы, тоже исчез. А в голове у меня прозвучал хор шелестящих голосов пропавший: «Спасибо тебе за покой пришелец из неведомого».

Перед отъездом, барон Мурр, подарил мне перстень с бриллиантовым котом на плашке, а Кицуне такие же серьги и рыжего Мурранского кота, впрочем котов наши дамы, закупили пару дюжин, не считая фирменных аксессуаров.

Барон сказал, что когда Внезапное озеро окажется в реальной близи от него, то он сообщит об этом через перстень и шёпотом на ухо, поблагодарил за помощь с призраками подземелий. Ох и не прос был барон.

*«Убийство на улице Морг» — рассказ американского писателя — Эдгара Аллана По, который принято считать первым детективным произведением в истории литературы. Там рассказывается о расследовании жутких убийств, виновником которых оказалась обезьяна.

Глава 20

Стальное баронство в точности соответствовало своему названию, множество дымящих мастерских и мануфактур, улицы кишащие людьми в мундирах и латах, чуть ли не ежемесячные парады, строгая, демилитаризованная зона вокруг границ баронства, но на территориях приграничных государству. Была целая цепочка войн и приграничных конфликтов по этому поводу, но армия баронства, каждый раз побеждала врага. В Стальном баронстве дворянство было в процентном отношении даже более массовым, чем некогда шляхта в под шеф и самураи в Японии. Тут они звались Элдеры и делились на военных и гражданских. Военные элдеры звались еще ландскнехтами. На госслужбе и военной и статской могли служить только элдеры, и все элдеры были обязаны служить, у неслужилых элдеров, наследники не получали дворянства, а пейзанам, барон мог в особых случаях жаловать дворянство, ибо для, пейзан был определённый социальный лифт, то есть служба нетитульнымии сотрудниками, они могли за беспорочную службу, получать дворянство. И еще дворянство можно было получить за эффективное посещение Башни Лабиринта…

Это была артефактная древняя башня в горах и все молодые юноши дворяне, в год совершеннолетия обязаны были ее посетить. На верхних ярусах башни постоянно появлялись мелкие артефакты и их предъявление было доказательством инициации. Вокруг селениях вокруг башни были лавочки с обязательными нотариусами, в которых регистрировали и скупали эти артефакты. Из походов в самые верхние ярусы башни, опять же не все возвращались, хотя там были более редкие и дорогие артефакты, но основная, масса соискателей довольствовалась третьим и четвертым ярусами, где было сравнительно безопасно. А меч, согласно расширенным данным, которые теперь высвечивал виртуальный экран, находился на девятом ярусе, до которого никто не доходил.

Так как мы прибыли под видом скромных купцов, то легко выправив разовый торговый патент двинулись по изломанному маршруту, постепенно приближаясь к Башне Лабиринта…

Самым удивительным в этой башне было то, что каждый видел ее по своему, то есть в разном виде и разной форме и не всех этот супер-артефакт допускал на вход.

По информации полученной в кабаках и гостиничной ресторации, в Башне обитали весьма нелицеприятные существа… На третьем ярусе, обитали так называемые Сапожные крысы, название так, за то, что лучшей защитой от них были латные сапоги, которые они не могли прокусить. На четвертом ярусе обитали Костяные собаки, мерзкие существа в, виде собачьих скелетов, их надо было рубить в хлам, не допуская до контакта с их зубами, ибо любая рана нанесенная ими практически не заживала, и делала подранка инвалидом. Ну а про более высокие ярусы рассказывали и вовсе небылицы. На пятом ярусе властвовали ящеры ходящие на задних ногах и вооруженные стальными дубинками, на а выше в обозримом времени никто не поднимался и информация о том, что наверху, попросту не вызывала доверия.

Вокруг Башни был четко геометрически выверенный пустой каменный круг с радиусом ровно двести рыцарских шагов (где-то двести пятьдесят метров), а вокруг него теснились разноцветные шатры, повозки, коновязи лагеря, соискателей. По лагерю передвигались конные и пешие патрули ландскнехтов и то тут то там кто-нибудь пытался пересечь незримую границу и тут было три варианта. Кого-то просто отбрасывало назад, единицы рассыпались в прах, ну а остальные проходили к башне и исчезали в одном из множества проходов симметрично опоясывающих основание башни. Пришел и наш черед… я взял с собой синтета за номером 111, и все, ибо вход в Башню допускался только в одиночку или парой. Мы были в личинах молодых купцов

По информации полученной в кабаках и гостиничной ресторации, в Башне обиталиивесьма нелицеприятные существа… На третьем ярусе, обитали так называемые Сапожные крысы, название так, за то, что лучшей защитой от них были латные сапоги, которые они не могли прокусить. На четвертом ярусе обитали Костяные собаки, мерзкие существа в, виде собачьих скелетов, их надо было рубить в хлам, не допуская до контакта с их зубами, ибо любая рана нанесенная ими практически не заживала, и делала подранка инвалидом. Ну а про более высокие ярусы рассказывали и вовсе небылицы. На пятом ярусевластвовали ящеры ходящие на задних ногах и вооруженные стальными дубинками, на а выше в обозримом времени никто не поднимался и информация о том, что наверху. Попросту не вызывала доверия.

По информации полученной в кабаках и гостиничной ресторации, в Башне обиталиивесьма нелицеприятные существа… На третьем ярусе, обитали так называемые Сапожные крысы, название так, за то, что лучшей защитой от них были латные сапоги, которые они не могли прокусить. На четвертом ярусе обитали Костяные собаки, мерзкие существа в, виде собачьих скелетов, их надо было рубить в хлам, не допуская до контакта с их зубами, ибо любая рана нанесенная ими практически не заживала, и делала подранка инвалидом. Ну а про более высокие ярусы рассказывали и вовсе небылицы. На пятом ярусе властвовали ящеры ходящие на задних ногах и вооруженные стальными дубинками, на а выше в обозримом времени никто не поднимался и информация о том, что наверху. Попросту не вызывала доверия.

Первые четыре яруса мы прошли без проблем, крысы соскальзывали с наших доспехов, а собаки рассыпались от наших клинков в пыль. На пятом ярусе, ящеры были только в начале, тут уже работали бластеры, а дальше было почти пусто. Шестой ярус охраняли каменные големы, которых впрочем вполне штатно брал и гладиус синтета и мой новый меч.

Когда мы срубили голову пяти каменным воинам, остальные резко потеряли к нам интерес.

Следующие уровни были лабиринтом переходящим с уровня на уровень, и если бы не мой виртуальный поводок, то мысбя заблудились и тут передо мною открылся большой мрачноватый зал освещенный факелами висящими на стенах, посредине которого на каменном троне восседала непонятная фигура, с головой… оленя! Сразу же возникло некое дежавю, которое куда-то ушмыгнуло, заслышав тяжелый давящий голос, казалось идущий со всех сторон — «С чем пожаловал смертный?» — и тут дежавю вернулось и оформилось в воспоминание об упомянутом в известной книге Бушкова, лесном божестве Керуанисе. И я буквально по наитию ответил: «К тебе в гости зашел Керуанис»-

В зале громыхнули раскаты грома и факелы вспыхнули ярким светом. А Керуанис, как ть растеряно сбавив тон произнес: «Ты знаешь мое имя смертный и имеешь право на желание»-

Я обьяснил, что мне надо попасть на самый верхний уровень, кое что там взять и вернуться, наружу. И тут мой рогатый визави усложнил проблему, сказав, что я должен загадать ему загадку, ответ на которую он не знает.

В моей памяти сразу всплыла сцена из старого детского фильма, где пионеры-космонавты, загадывают инопланетной бяки загадку А и Б сидели на трубе и там эта бяка знала отгадку, и я решил усложнить задачу. Учитывая мою нынешнюю память, я, выдал следующую загадку…

«Хоть без глаз, могу бегущих догонять, но только никому меня нельзя обнять»

И Керуанис подвис… а когда я сказал ему, что отгадка, это «тень», пришел в восторг, долго ржал и лично провел меня на девятый уровень к черному постаменту, где очередной меч, опять растворился черным туманом.

А Керуанис на прощание сделал мне подарок. Он провел меня в секретный арсенал, где хранились «огненные палки», так он оказывается называл ружья, причем достаточно древние… пищали, фузеи, мушкеты, винтовки Дрейзе и Берданки, но один ствол привлек мое внимание, это было — Крепостное ружье Крнка-Гана образца 1876 года. Этот тридцатимиллиметровый карамультук, метал пулю весом 23,4 грамма аж на километр. Я нагрузил ружье и подсумки с патронами на синтета, и мы двинулись назад. По дороге мы хорошо загрузили в свои походные сумки местных амулетов, которые в основном были в виде перстней и перчаточных наперстков и имели всевозможные магические качества, но универсальных, типа моих «камушков» тут не водилось.

На обратном пути намнас напали разбойники, которых мы с удовольствием сожгли из бластеров, ибо про жестокость этой банды именующей себя Красные камзолы, мы уже были наслышаны во всех дорожных тавернах и трактирах, по этим камзолам мы их и узнали. Я, кстати удивился неуловимости этой банды, но сразу вспомнил о такой обыденности, как коррупционная составляющая.

Больше приключений в этом баронстве у нас не было и анабазис продолжился в штатном режиме.

Глава 21

Как сказал некий мудрец — «План — это мечта человека, готового к неприятностям». Вот мы с бароном Мурром и домечтались…

Сообщение от барона о появлении Внезапного озера застало меня на очередной ярмарке, куда женсовет «Челна» буквально насильно меня затащил, ибо ярмарка посвящалась одежде. В этот рейс на борт взошли обе мои пассии и обе девицы Буслая, если же добавить к этому валькирию Кнута, то дамская триба получалась достаточно мощная.

Золота на эту ярмарку ушло, как на содержание регимента латных арбалетчиков барона Шмунда. Было тут баронство наемников, которых владетели с удовольствием нанимали в личные ликторы. Ребята были типа Папской Швейцарской гвардии в нашем мире.

И вот, не успели девушки забить мой бедный кораблик шмотками хотя бы на половину, пришло магосообщение от барона Мурра, с координатами встречи с его флотилией, собранной для запланированного нами похода к Внезапному озеру. Надо сказать, что после захода домой, я несколько реформировал десантно-абордажную бригаду «Челна»… это были теперь три гранд-алы по тридцать клинков, с приданной каждой из них полубатареи из пары аркбалист. Этого потребовала моя чуйка, а она у меня, никогда не ошибалась.

Наша флотилия Аргонавтов, состояла из моего «Челна» и четырех кораблей барона Мурра. На предварительном совете барон зачитал мне несколько абзацев из древней книги «О таинственных и опасных качествах Внезапных Озер появляющихся, ниоткуда и уходящих в никуда, написанная баронетом Лоусом, перед его последним походом, откуда он не вернулся». Там были четкие пункты о том, что в озёрных башнях нельзя прикасаться ни к каким к бочонкам, нельзя брать запертые сундуки и тем более нельзя пытаться их вскрыть, нельзя брать и вообще трогать совсем непонятные или тревожащие вещи, и ни в коем случае не подходить к Зеленым островкам, ибо все это чревато гибелью.

На подходе к Внезапному озеру, нас встретила пиратская эскадра, аж из дюжины вымпелов, и эти речные корсары нагло потребовали плату, за вход в протоку ведущую к озеру ибо они будут прикрывать нас с тыла, а это стоит денег. Я как раз модернизировал свои бортовые спарки, введя в них модуль выбора боеприпасов и расплатился с пиратскими лоханками, осколочно-зажигательными снарядами. А три из них взял на абордаж, дабы проверить в морском бою свои новые абордажные команды. Мои Черные морпехи нашинковали местных буканиров, фигурально выражаясь, в Салат с озерными грибами. Дальше все было спокойно, но когда мы углубились в озерную акваторию, на флагман барона налетела стая летучих рыб и хорошо, что наш корабль был рядом и наш меткий огонь спас барона и большую часть экипажа, но флагманский корабль Мяус, пошел ко дну.

Но Активный рубеж озера закончился и перед нами открылась водная гладь, усеянная зелеными островками и вычурными башнями, ну и естественно нарисовалась очередная проблемка… из воды вынырнула здоровенная жуткая голова и затем такая же лапища и буквально обломила носовую часть еще одного баронского корабля. «Челн» стал бортом и открыл огонь из всех стволов, а я на всякий случай, приказал своему адъютанту бывшему синтету за номером 111, а ныне Петьке приготовить карамультук Крнка, с которым он не расставался и случай, что характерно оказался, всяким…

Петька, тремя пулями поразил два глаза чудища, а заодно и третий открывшийся, во лбу, ну а остальное растерзала бортовая артиллерия и на этом общение с местной фауной закончилось. Странные акулы, которые могли не только плавать, но и немножко летать без крыльев, нас уважительно игнорировали, и устроили пикник на останках нашего охотничьего трофея. А мы, с остатками флотилии барона Мурра, стали мародерить башни.

Башни эти, не смотря на внешние различия, внутри имели одинаковую архитектуру в виде спиральных широких пандусов доходящих до самого верха. На них стояли сундуки, ларцы, бочонки и прочие ёмкости, некоторые были закрыты или опечатаны, некоторые легко открывались, а некоторые были вообще открыты настеж. И чего там только не было… монеты, драгоценности, непонятные механизмы, амулеты. Тут я как раз понял, что имелось ввиду под тревожащими вещами… в одном открытом сундуке лежали сросшиеся спинами зеленые пауки и тут я буквально физически ощутил тревогу и велел синтету, гладиусом захлопнуть крышку и взгромоздить на нее другой сундук.

Памятуя ЦУ барона, я приказал брать только открытые ящики, причём с реальной начинкой.

Хорошо, что синтеты четко помнили и исполняли любые приказы, так что обошлось без ЧП.

У моих синтетов это получалось шустрее, чем у моряков барона, так что я приказал добавить ему на корабли часть наших трофеев, чем заслужил его глубочайшую благодарность. Но тут цвет неба стал меняться и это означало, что нам пора уходить восвояси, так как Внезапное озеро собиралось схлопываться и мы вернулись в уже знакомую протоку и с как можно большей скоростью, пошли в сторону Реки, но там нас уже ждала очередная пиратская эскадра, надеющаяся пощипать счастливчиков на счет богатого хабара.

Мои синтеты, как раз проводили на палубе штатное техобслуживание аркбаллист и пиратские корабли оказались вельми кстати. Мои гвардейцы показали прекрасную выучку и отличное знание матчасти. То есть батарея отработаласв режиме, один выстрел, один корабль. Тем более, что аркбаллисты были опробованный первый раз еще на озере. Когда мы шли к башням, с зеленых островов нам махали руками обнаженные красавицы, а когда мы плыли назад и снова не обратили нам них внимания они превратились в каких-то жутких зубастых существ типа крокодилов ходящих на задних лапах. И я приказал отработать по одному из островков, на берегу которого виднелись растерзанные тела, из аркбалист зажигательными снарядами. Вот так и закончился этот поход. Я вернулся в свой замок, разбираясь по дороге с трофеями и после небольшого отдыха, отправился к следующей цели. В то самое баронств наемников.

Глава 22

Баронство Шмунд напоминало элитный курорт в разгар сезона, благо в этой части Реки, царило вечное Лето. Портовая площадь была обрамлена цепочкой крикливо оформленных питейных заведений с зелено-цветущими бистро, кишащими разряженной публикой. Такая же нарядная и весёлая публика фланировала вдоль пирсов и причалов. Эти легкомысленные шпалеры резко контрастировали со строгими силуэтами стражников, затянутых в темнозеленые мундиры, увенчанных странными красными шлемами и вооруженных до зубов мечами, короткими глефами и механическими пружинными арбалетами, каждый из которых стоил, как хороший боевой конь.

Таков был дресс-код данного баронство, в котором амуницию и оружие, было положено носить только на службе (шикарные кинжалы любых видов, оружием не считались и их носили, даже женщины и дети.

Шесть улиц, расходящихся от порта, носили названия Манипул, в которые они упирались, седьмая улица называлась Рыночной и что характерно упиралась в рынок. А сам Портовый район был окружен стеной, проход за которую разрешался, только местным жителям. Манипулами, назывались Конторы наемников. Каждой из Манипул руководил кто то из правящей семьи, но основной контракт, всегда подписывал лично барон.

Наемники эти пользовались высочайшим спросом, хотя контракты стоили весьма немало. Многие владетели имели в своей охране Зеленых ликторов, и еще было принято в горячих точках сухопутных границ иметь алу наемников из баронства Шмунд. Кочевники кстати люто ненавидели наемников, особенно после того, как хан Селим Жестокий, объединивший два десятка родов, захотел заиметь в личной гвардии Зеленых ликторов, но получил четкий отказ. Возмущенный и оскорбленный до глубины души, хан напал на баронство и даже захватил приграничный городок, но Зеленые нанесли ответный удар широким фронтом и сейчас по всей сухопутной границе баронства кипели стычки. Но что меня больше всего беспокоило во всей этой ситуации, так это то, что мерцающая зеленая точка на виртуальном экране, удалялась вглубь кочевых степей. В чем бы не находился меч, но это сейчас от меня, увозили.

Яне стал рассусоливать, и составив маршрут, вывел корабль из порта, включил скрыт и отправился к месту высадки. С собой я взял две алы и всю артиллерию. Синтеты могли бежать со скоростью превышающей скорость любого всадника и тянуть при этом до полтонны, так сказать на крюке. Посему аркабалисты везли сами канониры, а для нас с Кицуне (ну уж куда ее было девать) были сделаны на зарядных ящиках удобные кресла с ремнями.

Найдя удобное место для высадки, я сформировал походную колонну и под скрытом мы двинулись к заветной цели.

Мы шли напрямую, по возможности извозможности, но иногда приходилось выходить и на дороги и тогда приходилось лавировать. Пейзан я разгонял заклинанием Ужаса, а военные отряды приходилось обходить по полю, но для синтетов термина бездорожье не существовало. Приграничный городок где изначально хранился меч, был напрочь разорен, часть населения разбежалась, часть была угнана, но мы нашли свидетелей налета и выяснили, что татары вытащили из здания рмтушииеакойто сундук, долго с ним возились, но потом погрузили на пробу запряженную волами и увезли, что весьма меня обрадовало, я имею ввиду волов, ибо теперь мы их точно догоним. Синтеты приняли вид купеческой дружины, аркбалист ушли под скрыт и мы, выдвинулись вперед. Командиру заградотряда Зеленых, я представился купцом, у которого кочевники увели обоз с приказчиками, и что на товар мне плевать, а главное выручить своих людей, за что получил от капитана пограничных егерей, явные респект и уважение.

Мы поехали территорию кочевников, как раскалённый нож масло. Отряды татар мы расстреливали походя из арбалетов и наших с Кицуне бластеров. И рано или поздно, наш путь пересекся с зелёной меткой на карте. Арба навьюченная огромным сундуком, была застигнута нами в момент перепряжки волов на лошадей. Зачистив эскорт, синтеты оцепили повозку, а я как всегда немного волнуюсь, положил ладонь на знакомо вспыхнувший силуэт. Сундук исчез в беззвучной вспышке и в воздухе повис знакомый меч, который растаял в моей руке, даже без контрольной рубки.

По дороге назад мы наткнулись на битву, между Зелеными ликторами и ханской Ордой и тут я решил помочь людям барона, ибо счета к кочевникам у меня еще не исчерпались. Поставив скрытую, я выставил батарею аркбаллист на прямую наводку и на боевые порядки татар, буквально ниоткуда, полетели огненные стрелы. Хан, когда понял, что битва близка к проигрышу, вместе со свитой предпринял ретариаду, но на свою беду, прямо на мой отряд. Арбалеты и бластеры сыграли хану и его свите похоронный марш, после чего мы отбыли к месту рандеву с кораблем, который по одному из каналов шел к нам на встречу. Так закончился еще один поход. Но были и положительные вещи в этом рейде… я прикупил партию пружинных арбалетов.

Глава 23

Любопытство может сгубить не только кошку, но и матёрого котяру (если не поняли, я это про себя).

А началось все с того, что к нам идущим под аватарой солидного купецкого судна, прицепился какие-то дурные пираты. Когда мы потопили двоих, уцелевший, очень удачно вернулся в стремнину и стал стремительно удаляться. Командир абордажной алы взмолился, что бы ему позволили потренировать своих молодцев в абордаже и я соблаговолил дать положительный ответ. Наш «Челн» погнался за пиратом, но вдруг впереди вспыхнула огромная сверкающая всеми цветами арка и пират канул в нее, и я, вот нет бы не лезть в непонятки, вдруг проявил любопытство и не стал сдерживать свой корабль и мы внезапно очутились в совсем другом Мире…

Ядовито розовое небо покрытое темно-зелеными облаками, вулканы спорадически снопирующие огнем на горизонте, змеистые разноцветные молнии в зените, отдающиеся далекими громами и как изюминка на торте… реющие в выси красные птеродактили, радостно накинувшиеся на пиратский корабль и порвавшие его в клочки.

Я, внезапно для самого себя, легким усилием мысли, поставил все бортовые стволы в автоматический режим поиска и открытия огня, чем раньше не владел. Моя виртуальная связь с «Челном», видимо под воздействием местного магополя, резко усилилась и оказалось, что Центральными постом управляет некий Искин, с оригинальным именем Буремир. Он поприветствовал магистра и князя и выдал мне картину магического мира, куда мы попали и попали мы сюда, как выяснилось не просто так… Это был некий магический запасник, куда сбрасывались излишки магической энергии из параллельных миров и время этого «аккумулятора» подошло к концу. Через несколько дней этот Мир должен схлопнуться в энергетическом коллапсе, но тут была одна случайная аномалия, остров Буян. Там жили потомки каравана русичей, искавшего новые земли и провалившегося в портал. Местный демиург нашел это забавным и создал им остров, где они и поселились. Остров был накрыт куполом магозащиты проницаемый только для жителей острова, и Буяновцы уже давно подготовили караван из своих кочей и плотов, но из за птеродактилей не могли покинуть остров и дойти до портала. Амулет ушедшего демиурга засёк меня и выцепил сюда, передав мне послание и заодно повысив мой магоуровень.

Остров Буян походил на декорацию к фильму по мотивам Русских былин и сказок… Колосящиеся поля, аккуратные домики, тучные стада, кудахчащие и гоготавшие птичьи дворы, голубая озёрная гладь кишащая рыбой локализованная магической сферой. Весьма неплохое пополнение для моего княжества, где земель было сильно больше, чем людей.

Я высадился в гавани главного и единственного порта Буяна, являющегося заодно и его столицей носящей одноименное название. Нас встретил Совет старейшин… русский витязь, один в один похожий на Илью Муромца, в исполнении артиста Андреева, строгая дама в роскошном платье усеянным озерным жемчугом и низенький толстенький хитрован, в лисьем хомерике. Они были в курсе того, что этот мир доживает последние дни и без напряга принесли мне личную присягу, а потом провели это мероприятие и с главами родов. А потом началась посадка на водный транспорт. Разовый портал в окрестности моего княжества, должен был открыться метрах в семистах отсюда и «Челн» поднял купол ПВО против птеродактилей. Я, еще распределил по судам и плотам арбалетчиков, приказав зарядить арбалеты усиленными магическими болтами, каждый их которых обходился гдето в двадцать золотых, но дело того стоило. Завидев караван, красные птеродактили с визгливым клекотом ринулись в атакующее пике, но до добычи никто из них не добрался. Спарки стригли их как траву, а после каждого попадания арбалетного болта красная зубастая птица, просто взрывалась.

Из портала мы выскочили, прямо возле моего острова-метрополии, чем вызвали кучу суеты, боевых тревог, но что мне понравилось, не грана паники. Я оповестил по магосвязи, что это свои и приступил к организациивысадки. На остров Черного замка, я пока не пустил никого, а высадил четыре группы переселенцев на берега вокруг.

Мой оберст-интендантуррат Алглая (увидев как то, как она строит своих складских, я так не назвал в шутку и она выслушав мой вольный перевод данного звания, потребовала его себе присвоить) приступила к организации на местах. Было пока организовано пять посёлков… Форт Коровий, Форт Птичий, Форт Лесоруб и Форт Рыбный. Форт Рыбный, я подумав, решил расположить на своем коронном острове, тут у меня была свободная бухточка, где я заодно дислоцировал и корабли своих новых подданных. У всех Фортов были обустроены свои пристани, но я приписал к ним только по два корабля, ибо транспорт я хотел содержать под своим полным контролем. А тут мои усилившиеся за порталом магические свойства сделали мне подарок, распечатав еще один подземный уровень под Замком… там была казарма еще с тысячей синтетов и ангар с модулями автоматических охранителей, нечто вроде пограничных башенок, связанных с Замком и имеющих серьёзную огневую мощь, в виде тяжелых автоматических арбалетов и аркбаллист. Чудо данной боевой техники демиургов работала следующим образом… модуль, размером с футбольный мяч, доставлялся в нужную точку, получивший приказ-доступ синтет вынимал чеку и за ночь, на этом месте вырастала боевая башня. Я срочно обустроил границу Владимирского княжества, (солидно прирезав себе территорий при этом) расставив башни потрериметру и запустив вдоль границ патрули синтетов, которые ходили там круглые сутки ибо не нуждались ни в отдыхе, ни в пище. Около каждого поселения была построена комендатура, где пребывал комендант, из моих дружинников и дежурная ала синтетов в стандартной комплектации. Кочевники, для которых новая граница оказалась сюрпризом сначала пытались качать права, что по отношению к моим синтетам и пограничным башням, оказалось катахрезой.

А я снова собирался в поход за мечом Святогора, в Молочное баронство.

Глава 24

Молочное баронство было именно молочным и там был культ коров, которые свободно шлялись по городским улицам, правда местные маги-ветеренары, приучили их не засевать улицы «блинами». А местные молочные продукты славились высоким качеством и не портились ровно тридцать три дня с часа изготовления, такая была местная секретная магия.

Меч, судя по карте, находился на дальней сухопутной границе, на заброшенной ферме. Это был участок границы с очень беспокойным кочевым племенем и участок земли, где находилась заброшенная ферма был спорным участком и по умолчанию туда не совалась ни баронская пограничная стража, ни сами татары, особенно после трех пограничных войн закончившихся Пирровыми победами для обеих сторон.

Но у молодых кочевников младших сыновей из баронства, была традиция, наведываться туда и привозить своим суженым редкойскрасоты цветные камушки из Волшебного ручья, единственного места в баронстве, где они были и браслет, а то и ожерелье из таких камушков, как правило означали положительное решение по помолвке и сто интересно, если эти камни продать, а не подарить, они теряли свою красоту. Так что мелкие стычки между соискателями, там проходили постоянно, и власти обоих сторон, традиционно закрывали на это глаза.

Мы с Буслаем, Кицуне и парой синтетов во главе с Петькой, изображая купца с женой и охранников, сидели в таверне и обсуждали маршрут будущего путешествия, как вдруг наше внимание привлек шум… к столику в углу, за которым скромно сидели юноша и девушка, подошла троица каких-то негодяев. Двое из них приставили к горлу и животу юноши пастушьи кинжалы (местный аналог мачете), а третий, богато одетый типчик с неприятной рожей, схватив девушку за руку, явно пытался вытащить ее из за стола и куда-то увести, причём явно против ее воли. Я не мог спустить такого и встав из за стола рявкнул на мерзавцев, на что получил от типчика оскорбительный ответ, за что тот получил от Кицуне мощный удар в челюсть, унесший его в угол. Одному из уродов с кинжалом я, сломал руку, а другому Петька, восприняв мои действия, как пример, сломал обе. И тут в зал ворвалась куча народу включая, стражников, и начался буквально базар. Солидному купцу, оказавшемуся отцом девушки, я объяснил, что увидел негодяев похищавших девушек я, не мог не вступится, а когда один из них оскорбил мою супругу словом, то она, женщина мирная и кроткая тоже не выдержала. Сержанту стражи я, сунул за обшлаг несколько золотых и он сразу же с уважением отнесся к моей версии. Тип со сломанной Кицуне челюстью, оказался женихом соискателем, юноша за столом тоже. Купец же не мудрствуя лукаво, сказал, что тот, кто принесёт камней из Волшебного ручья на хорошее ожерелье, тому он и отдаст руку своей дочери. После того, как увели раненых и купец удалился уведя дочку, предварительно получив от меня аванс на партию молочной продукции и небольшое стадо племенного скота, к нам подошел давешний юноша и грустно поблагодарил за помощь и еще более грустно сказал, что теперь Греты ему точно не видать, так как он вряд ли живым доберётся до ручья ибо хороший проводник с охраной, стоит пятьсот золотых, а у него таких денег нет. И когда я предложил ему присоединиться к нам, идущих к тому же ручью, чтобы набрать камушков на ожерелье моей любимой жене, его благодарности не было предела.

Наш путь к ручью вылился в маленький анабазис… сначала нас встретила застава разбойников, потребовавшая деньки за проход в «Страну Волшебного Ручья». У нас не было времени на препирания и посему, мы зачистили заставу вместе с ее наглыми обитателями, причём исключительно холодняком, чем привели нашего юного спутника в полный восторг. Когда мы продолжили движение по маршруту, то путь нам заступил какой-то Старичок-Боровичок из сказки. Он поклонился нам, поблагодарил за очистку леса от скверны и презентовав корзину крупной лесной земляники, скрылся среди деревьев.

Через пару километров, я почувствовал слежку за нами и послал пару синтетов разобраться с данным явлением. Следящих было трое, включая нашего старого знакомого, которому маг лекарь поправил сломанную Кицуне челюсть, и тут Буремир, мой личный искин, сообщил что на корабль заявилась некая девица заявившая что знакома с хозяином. Узнав в ней пассию из трактира, ч приказал принять и приютить, а еще через полчаса, состоялась попытка проникновения на корабль посторонними лицами в лице стражников, таможенников и папаши неудачливого жениха взятого нами в плен. Попытка локализована и теперь на причале тишь да гладь. Я приказал «Челну» покинуть порт, включить скрыт и выйти к месту на берегу, куда мы собирались выйти после похода к ручью.

Пленным, я уже традиционно, приказал переломать руки и послать известным маршрутом.

В дальнейшем все было спокойно, правда пару раз к нам пытались присоединиться другие соискатели, но мы им отказали.

И вот мы вышли к ручью и то что мы увидели на его берегу, нам не понравилось, а это были скелеты…

Дело было в том, что вода в этом ручье была очень холодной и ближе к дну она была холодной невыносимо и достать камни было только с условием не замерзнуть тут же на берегу, что судя по скелетам не у всех получалось, а те кто достав камни выживал, забывали все что с ними происходило причем амнезия поражала и их спутников, такова была магия этого ручья. Я послал в ручей синтета, которому холод и магия не грозили, и он набрал камней и мне и нашему Ромео. После чего мы направились к главной точке маршрута…

Пограничный посёлок представлял собой жалкое зрелище. Складывалось впечатление, что все кто его штурмовал или освобождал, имели целью нанести местными строениям, как можно больший ущерб. Целых строений тут не было… были разрушенные и полуразрушенные, сожжённые и полусожжённые, пепелища, так же присутствовали. Отдельным украшением был лес копий увенчанных черепами, на главной и единственной площади селения. Ферма, вернее ее остатки, была прямо за околицей и остался от нее только сарай мерцающий магической дымкой, который видел только я.

Сарай этот внутри был не похож на деревенский сарай, стены были покрыты каменной плиткой с непонятными рунами, а меч торчал из белого камня находящегося посредине помещения. Я взялся за рукоятку и потянул меч к себе и он непривычно стал сопротивляться но я победил и подкинув «мячик» влет рубанул по нему и снова, все закончилось облаком черного тумана с разноцветными блестками.

Мы двинулись к точке рандеву с «Челном» и по дороге я рассказал Римусу (так звали нашего Ромео), сто его суженная у нас на корабле и я приглашаю их в свое княжество. На что он гордо ответил, что должен предварительно переговорить с Дульцинеей.

Как выяснилось позднее, папаша решил по любому отдать дочь увечному кандидату и она подслушав разговор сбежала из дома, но соглядатаи свекра проследили за ней и этоти послужило причиной попытки налета на мой корабль. Парень кстати оказался художником и я в подарок на свадьбу, пожаловал ему титул баронета дон Кихота, а его молодая супруга, стала баронетой дон Кихот. Жалко, что эту шутку, кроме меня никто не понял.

А земляника оказалась очень вкусной и что интересно, сколько ты ее не зачерпывай из лукошка, меньше ее не становилось. Ох непростой старичок боровичок нам попался.

Глава 25

Учитывая, то что мы хоть и везли молочные продукты в стазисе, но вот крупный рогатый скот не был приспособлен к длительным путешествием, так что надо было поспешить и мы направились в Замок.

По дороге нам попались пираты грабящие купеческий корабль и это мои бравые абордажники радостно и резко пресекли. По результатам абордажа, мы вернули купцам корабль, а вот в трюмах пиратской лоханки был обнаружен интересный приз, театральная труппа, которую пираты перехватили у коллег по разбою. Я, предложил актерам щедрый ангажемент у меня в княжестве и они с радостью согласились. Тем более, что после того как мы отбили их у пиратов, они искренне считали меня своим хозяином и то что они будут служить в нашем театре (который еще надо создавать) не за еду, а еще и с жалованием и приличным жильем, было принято как хорошая новость не меняющая их подчинённое положение, таков уж был местный менталитет. Новый театр я решил устроить прямо на ярмарке, а за музыкальными инструментами и пьесами я отправился на остров Гармония, к боярину Качесову, тем более, что мои девушки соскучились по тамошним театрам. Я взял с собой маэстро дирижера, являвшегося заодно и руководителем труппы, а он взял с собой пару актрис. Когда мы обсуждали будущий репертуар театра и Маэстро Янк спросил, будет ли у театра цензор, на что я ответил фразой императора Николая I, которую он сказал «Нашему всему» — «Я сам буду вашим цензором».

Приплыв в Гармонию, мы были встречены по полной программе, ибо я приплыл на шикарном раззолоченном челне (аватаре естественно надетой моим «Чёлном») сопровождаемой парой боевых галер, из пиратских трофеев. Мы нашли их в одной пиратской гавани, которую разгромили, галеры были новенькие, с каютами для команды и площадками под аркбаллисты. На вёслах там теперь сидели мои синтеты, так что и скорость и боевые качества экипажа были на высшем уровне.

Потом был официальный визит к Мастеру-воеводе, боярину Владимиру Качесову…

Местный владыка и маэстро в одном флаконе, охотно подарил нам целую папку либретто и партитур, и настоятельно потребовал пригласить себя, на все премьеры, а этим же вечером, мы были приглашены местный театр, на новую версию спектакля — «Три баронских гвардейца». Сюжет был следующий…

Молодой баронет из провинциальных вольных баронств, приехал в столицу большого баронства, поступать на службу в гвардию. Там он познакомился и подружился с тремя гвардейцами и после ряда приключений, отправился вместе с ними на поиски хрустальной туфельки баронессы, попавшей к пиратскому вожаку. Бурлеск, комедия, приключения, героическая мелодрама, боевик и все это на фоне чудесной музыки.

Пролетел антракт с изящным фуршетом, шел второй акт, гвардейцы лихо рубились с дружиной злобного барона Каюзака, нанявшего пиратов похитивших туфельку баронессы, и тут вдруг оживилась моя чуйка, сильно окрепшая после прошедшей намедни новой магической инициации…

Из зала явно пахнуло опасностью и два силуэта стражников у центрального входа в зал окрасились алым ореолом.

То что у стражников помимо клинков были арбалеты, было уже подозрительно, ну а то что они стали направлять эти арбалеты на нашу ложу, вообще никуда негодилось.

По магосвязи я показал Кицуне цели и скомандовал «Ножи». В арсенале Замка я обнаружил магические метательные ножи, которым надо было просто обозначить цель (или цели) и метнуть просто махнув рукой в сторону мишени, и все остальное они делали сами. Ножей было два комплекта по четыре штуки и на руке, они выглядели как браслет, причем только по желанию хозяина, а так они были невидимы окружающим. Я вооружил этой вундервафлей, любимого себя и любимую Кицуне и вот наступил момент испытания этого оружия в боевой обстановке.

Мы вскочили и метнув ножи заорали про покушение на Мастера-воеводу и демонстративно заслонили его собой. А мои синтеты стоявшие у входа в ложу, перепрыгнули и через нас, и через ложу, и в момент скрутили раненых горе-киллеров.

Боярин Качесов проявил хладнокровие и выдержку… он приказал увести покушавшихся, тепло нас поблагодарил и как ни в чем небывало, приказал продолжить спектакль.

На другой день начальник городской стражи лично меня посетил и доложил, что покушались не только на боярина, но и на меня. Оказывается, боярин Качесов, тоже искоренял пиратство и местные речные корсары были на нас с ним в большой претензии.

Накануне нашего отъезда, боярин заявил, что с радостью посетит мое княжество и даже поможет поставить один из своих спектаклей.

А с инструментами нам повезло… наследники одного местного маэстро продавали его коллекцию оркестровых инструментов, ее я и приобрел (не без рекомендаций боярина Качесова), ну и лавки музыкальных инструментов наш маэстро прочесал, не жалея золота, с моего соизволения разумеется.

Глава 26

К нашему каравану присоединились три корабля боярина Качесова, роскошная ладья и две галеры типа наших, но со сдвоенными площадками под катапульты и гребцы там тоже были воинами, ох не прост Мастер музыки. По дороге мы с боярином по очереди посещали борты друг друга и на первом же обеде Владимир предложил мне объединиться, для мести пиратам организовавшим покушение на нас, но посетовал, что покушавшиеся не знали места дислокации пиратской базы, а представитель заказчика успел скрыться, но тут как раз проблем не было, по крайней мере для меня…

Благодаря новым возможностям искина и моей магии, я по запросу мог получать информацию в гораздо большим диапазоне… Например, если раньше, я мог видеть на виртуальной карте только следующую из ближайших точек, то теперь мог видеть их все, и плюс к этому, при верной формулировке запроса, мог получить координаты какого либо нужного объекта. Вот и сейчас, заказав координаты пиратской базы, я получил нужную точку, а учитывая то, что там же мелькал знакомый зеленый маркер хранилища меча, стало ясно, что совместному походу быть.

Официальной версией нашего похода была свадьба некоего друга, для которой мы, в качестве дружек, ехали сватать невесту, что полностью совпадало с местными традициями.

База пиратов находилась в небольшом баронстве Шифф, специализирующемся на ремонте и модернизации кораблей, что было весьма удобно для пиратской конспирации. По дороге туда, наша союзная эскадра, зашло в одно из рыбных княжеств, которых на Реке хватало. Это княжество называлось Золотой лещ и славилось копчеными и вялеными лещами своего производства. Мастер-воевода пошел с визитом к местному барону, девушки с маэстро пошли на рынок, а мы с Буслаем зашли в гаштет, откуда уж больно заманчиво тянуло пивом и копченой рыбкой. И то и другое тут оказалось высочайшего качества и мы тут малость зависли. И после первой пары кружек, я вдруг услышал за соседним столом разговор на чистом русском языке…

Надо сказать, что несмотря на наличие тут разных языков и наречий, все жители планеты прекрасно друг друга понимали, просто слышали свою же родную речь но с характерным акцентом, таков был эффект магического поля этого Мира. Когда соседи в разговоре упомянули «Калаш», которого им не хватает, я понял что это не просто братья русичи, но и вовсе пришельцы. Коллеги Попаданцы оказались русскими из Советского Союза, майор Мазур и два его подчиненных из секретной группы «Пиранья». Они во время операции на одном из островов Мейна, провалились в портал и очутились голышом в лесу, где на них наткнулись разбойники и решили захватить для продажи кочевникам, после чего у Пираний появились одежда, оружие и кони. С верховой ездой они были знакомы, после двухмесячного пребывания на одном ранчо в Перу и после ряда приключений, они стали наемными охранниками купеческих караванов во фронтире. Все шло нормально, но тут в одной стычке с кочевниками, причем вне службы, а и вовсе на ярмарке в нейтральном селении, они грохнули излишне наглого ханского сынка, который напал на них со своими нукерами (нукеров тоже того). И теперь они уходили от погони и размышляли куда податься дальше.

Предложение пойти ко мне на службу в качестве личного спецназа они приняли сразу. Мазуру я дал полковника, его офицерам капитана и майора и велел набирать себе бойцов, но только из моих подданных.

Погостив пару дней у меня в Замке, мы двинулись в боевой поход на пиратов. Я добавил к «Челну», замаскированному под барку с тремя орудийными подмостками с аркбаллистами, три галеры, на каждой из которых было помимо гребцов по але синтетов и паре аркбаллист.

К баронству «Шифф» наша эскадра мстителей подошла на рассвете, Мазур и его ребята усиленные тремя синтетами, прибыли туда накануне, на купеческой трофейной развалюхе, которую сдали в ремонт, а сами поселились в трактире напротив дома главного фигуранта, некоего Мастера Прока, пиратского интенданта, оплатившего наемных убийц. Их задачей было локализовать дом, до прибытия, десанта и сообщить нам по магосвязи, о дислокации сил противника. Как выяснил Мазур, основные силы пиратов находились в двух фортах у порта, а на всех пиратских кораблях были баронские вымпелы, причем боевые корабли баронства, как класс в порту отсутствовали.

Два наших флагмана расположились на рейде перед гаванью и стали выбивать пиратские корабли (форты разнесли стволы «Челна», из под скрыта разумеется). Галеры высадили десант, с двух сторон от порта и методично принялись зачищать город от пиратов, которым в спину ударила дружина местного барона, который решил воспользоваться моментом и выйти из под пиратской опеки. С пиратами был завязан старый барон, а этот был наследником и не любил пиратов.

А Мазур, не дожидаясь десанта взял и дом Мастера Прока, и самого старого пирата, которого стража барона, публично повесила в порту.

Меч находился в подвале одного из портовых пакгаузов, люк которго мог видеть и открыть опять только я. Он оказался пустышкой, но там я обнаружил сундучок с магическими амулетами, так что не зря мы сюда зашли.

А по возвращении в Замок, боярин Владимир, лично поставил в нашем новом театре свою пьесу, тех самых «Трех гвардейцев». Аншлаг был полным и овации громкими.

Так закончился очередной фрагмент моего анабазиса.

Глава 27

Княжество Мандарин было фруктовым раем… улицы одноимённого порта столицы благоухали фруктовыми ароматами, фруктовые деревья росли на улицах, на балконах и даже на крышах. На экспорт шли не только фрукты, но и всевозможные консервы, типа компотов, варений и прочих конфитюров, и отдельной строкой ликеры. Проблема тут была для нас в том, что меч находился на местной священной горе, куда не было доступа не то что посторонним, а даже своим. Священная гора Тиджу, была по-сути огромным холмом засаженным дико растущими фруктовыми деревьями, откуда по легенде и пошло благосостояние княжества. И посему я прибыл сюда официально придав «Челну» аватару шикарной княжеской ладьи, но параллельно в порт, за несколько дней до моего визита, пришло купеческое судно с ассортиментом товаров из моих запасов, ну а купца со товарищи, изображала группа «Пираний» полковника Мазура, а пассажирами у них были Кнут с супругой. Они сняли лавку на рынке и приступили к торговле и сбору информации. Первым делом Мазур устроил серию дегустаций старого келимаса и медовухи, из привезённых товаров. Отдельная дегустация была и для купцов, и для рыночной стражи, и для покупателей, и информация потекла рекой…

Священная гора находилась в сухопутном приграничье и ее охраняла половина местной армии, причём не от кочевников, которые сохраняли к этому княжеству нейтралитет, а от паломников, причем лучники князя Дзинь Циня в случае нарушения границ священной горы, имели приказ стрелять на поражение. Самое интересное, что жили тут этнические китайцы, хотя самого по себе Китая в этом мире не было, такие вот шуточки демиургов. И еще был интересный этнографический момент в этом княжестве… помимо китайцев, тут обитали гномы, которые держали все консервные и ликерные мануфактуры, и еще, что показалось интересным… китайцы носили национальные одежды, но архитектура в городе была европейской средневековой.

Кнут снял для нас особняк, где мы и разместились… я с девушками, Ослябя со спутницей, Кнут с женой,постоянный теперь мой спутник Пятница, с верным карамультуком и ала синтетов (на корабле на готове были еще две алы).

Мазур сразу стал докладывать о ситуации в княжестве, а ситуация была панической, ибо на священной горе появился дракон.

И тут к нам в особняк заявился мандарин из княжеского дворца и сообщил, что князь Дзинь Цинь, ждет своего Светлейшего брата в гости в любое время, превышающее полет лепестка сакуры. Что на восточном языке намёков означало, что я позарез нужен еще вчера.

Князь Дзинь Цинь оказался молодым человеком и правил он всего третий год, но мудрый совет мандаринов, где присутствовало два гнома, четко вел государственный корабль по нужному фарватеру и тут вдруг такой форсмажор в, виде дракона.

Князь, уже наслышанный о князе Владимире, попросил меня помочь в решении вопроса с драконом, ибо местные по мистическим и моральным причинам, ничего с драконом сделать не могли.

Ну что же, мне как раз туда и надо, и следующим утром, две алы, с двумя батареями аркбаллист, выдвинулись к Священной горе.

У подножия пестреющей фруктами всех цветов, мои синтеты выстроились в каре, вокруг аркбатареи и нас с князем. И вот над зелёной верхушкой холма появилась красивая и уродливая одновременно башка дракона, синтетов одновременно встрепенулись и в моей голове зазвучали слова:

'Патрульный синтет 267855 приветствует Великого магистра и ожидает указаний.

Этот дракон был одним из изделий демиургов, забытый ими, впавший в спячку на тысячу лет и инициированный моим магическим полем. Я приказал дракону спуститься на полянку у подножия горы и разыграть битву со мной, в процессе которой сделать вид, что он дематериализовался, уйдя под скрыт. На этой полянке, как-раз был секретный грот с мечом.

Я приказав никому не двигаться и никому кроме Пятницы не стрелять, обнажил свой клинок и двинулся навстречу дракону. И бой мы показали красивый…

Дракон взлетал, пикировал и снова взлетал. Пятница лупил по нему из своего карамультука, а я отмахивался клинком, через какое то время мы с драконом ушли в скрыт, заменив себя аватарами. Дракон полетел в сторону замка по пеленгу данному ему искином, а я спустился в грот, где обнаружил меч, лежащий на двух сундуках. Меч, увы снова рассеялся в дым, а сундуки были набиты самыми натуральными сокровищами, которыми я честно поделился с молодым князем. Так у меня появился новый друг, буквально на днях на нашей ярмарке начнут строить павильон для товаров из того княжества, а к моему столу будут постоянно идти местные деликатесы. Ну и секретный договор мы подписали, по поводу их старого врага, княжества Сакура, населенного натуральными самураями, хотя Японии в этом Мире тоже не было, но вот вражда между японцами и китайцами существовала в натуре.

В соседнем с японцами, княжестве Шелкопряд у меня как раз находился очередной объект, так что можно было совместить приятное с полезным, но сначала я послал туда Мазура, снабдиа его браслетом магосвязи усиленным парочкой амулетов, дающих скрыт и магозащиту. Пиранье я дал полный допуск.

Проводы нам, князь Дзинь Цинь устроил шикарные, мы с Пятницей, были удостоены орденов Благославленного Солнца, я высшей бриллиантовой степенью, а Пятница серебряной. Пятница кстати был очень доволен… оказывается синтеты очень ценили любые награды, значки и шевроны. Знаки за участие в бою, что я ввёл, поднимали самомнения их носителей на невообразимую высоту. Я ввел для синтетов систему воинских званий с петличной идентификацией а ля РККА, а треугольники, кубари и шпалы, велел изготовить из чистого золота.

А дракон стал разведывательно-наблюдательной системой, став называться Драконом и в свободное время его аватара в виде изящного дворянина бретера, играла в шахматы и нарды, с аватарами искинов Замка и Челна.

Глава 28

В княжестве Шелкопряд, тоже жили японцы, но главным тут был натуральный шёлк. По социуму местные жители делились на Дайме, Госи и Месю.

Дайме, были знатными самураями, владельцами тутовых поместий, Госи были простыми сельскими самураями, охраной и средним персоналом поместий, а Месю, собственно крестьянами.

Каждое поместье состояло из замка дайме, посёлка гости, селения месю, тутовой плантации и шелковой мунуфактуры. Помимо поместий были небольшие торговые городки, где помимо ярмарок был многочисленные швейные мастерские. На экспорт шла в основном одежда, причем шили туттю шелковые шмотки на любой вкус, покрой и дизайн. Шелк же идущий на экспорт в штуках, обкладывался так называемым «Налогом Сенгуна» и был по карману, только очень состоятельным людям.

Официально тут правил всем и всеми Сенгун, но власть у него была только военная, реальная власть была у Совета Дайме.

Одной из любимых забав дайме, было интриговать в Совете, и похищать с соседних плантаций, элитные саженцы туи или урожаи коконов. Тутошний меч из моего списка, находился на территории поместья одного из дайме и я по новой тактике, предварительно послал сюда группу Мазура, уже в стандартном купецком исполнении. Благодаря нашей Большой Ярмарке, товаров на корабле Пираний, был избыток, как в ассортименте, так и в количестве. Ребят полковника, я обеспечил комплектами амулетов, так что потери им практически не грозили, а уж благодаря магическим дополнениям к их навыкам полученным в Советской армии, боевой уровень группы поднялся до небес. Полковник Мазур, как то на междусобойчике посетовал, что жаль этих амулетов у них не было на той Земле, а то бы они еще круче накрутили бы хвосты буржуинам, хотя они и так были орлами, и даже пиратскую легенду, мадам Вонг исполнили.

А в княжестве Шелкопряд в разгаре было ЧП… почти одновременно было убито два дайме, оба были убиты из арбалетов и оба позолоченными болтами. Это был фирменный знак таинственного наемного убийцы, про которого толком никто ничего не знал.

Слухи буквально бурлили и Совет Дайме заседал несколько дней подряд и уже несколько раз, дело чуть было не доходило до рукопашной, ибо на носу были новые выборы. Я попросил у искина найти место дислокации убийц и он указал, то же поместье где находился меч. Я тут же приказал Мазуру по магосвязи, выяснить, что это за место и это оказалось, выморочное заброшенное поместье. Причём там мерцали два виртуальных огонька, меча и убийцы и еще вдобавок знак работающего искина. Как то было странно, что у обоих дайме один и тот же убийца, то ли кто то заказал обоих сразу, то ли они киллеру заказали друг друга и честный киллер выполнил оба заказа.

Короче я нанес туда визит как князь и прямо с корабля на бал, направился в здание Совета Дайме.

Мое дефиле по улицам Шелкопряда вызвало фурор… мои синтеты в доспехах средневековых самураев, несли паланкин, где восседали мы с Кицуне и ее сразу узнали, так что в здании Совета двери для нас были открыты заранее.

Я предложил Совету сделку… Мне разрешают высадить десант, мы находим убийц, а за это князю Владимиру передается право на выбранное им выморочное поместье. Совет Дайме, косясь на мою Кицуне ответил согласием, так как было ясно, что убийца находится в одном из поместий, а если это поместье будет штурмовать местная дружина, то это вызовет бунт или вообще гражданскую войну, местный менталитет однако.

Мне эти хитросплетения были нужны, потому что меч, судя по отметкам на виртуальном экране, находился на большой глубине под замком, в том самом, в котором находился убийца.

Через час, я маршировал по городу во главе двух ал синтетов и сдвоенной батареи аркбаллись. Прохожие жались к стенам домов восхищенно смотря на Кицуне и доспехи моих синтетов. За городом, на лесной дороге, мы зайдя за поворот включили общий скрыт и когда появились соглядатаи Совета (ну куда уж без них), то они стали метаться по дороге и окрестным кустам. А мы перешли на ускоренную маршевую скорость и достигли цели уже через несколько часов.

Мазур, который уже был там со своими людьми доложил, что в заброшенном поместье населен только замок, там находится порядка двадцати человек, это личная команда так называемого Золотого стилета смерти, элитного киллера, который действительно получил заказ от двух дайме друг на друга и честно выполнил его, но данный заказ был спровоцирован третьим дайме, который сейчас находился в замке. Все это он затеял, чтобы на следующем голосовании пройти в Совет, а эти двое были его конкурентами. Это все пираньи узнали от помощника киллера, который очень удачно пошёл в самоволку в соседний городок, где у него была зазноба. И еще, в отдельном здании, находился отряд из полусотни воинов, дружина прибывшего сюда дайме.

Дальше все произошло вполне штатно… секреты и охрану на воротах сняли бесшумно и начали зачистку замка, находясь при этом под скрытом. Дружине дайме, хватило одного залпа из аркбаллись. Золотого стилета и заказчика спеленали в донжоне замка. Тут нашлись неплохие лошади с некоей разновидностью бричек, на которых я и оттранспортировали в Совет, пленников вместе с изначальным языком, с заявления которого и начал перформанс. Мерзавец пел как птица, потому что Мазур заставил его выпить какой-то мутный настой и сказал что это «отложенный» яд и противоядие он получит, только в случае полной публичной сдачи киллера и заказчика.

Члены Совета были поражены и информацией и скоростью с которой мы ее добыли. Там начали разгораться очередные склоки и посему я поспешил получить документы на поместье и отбыть туда для поисков очередного меча.

Глава 29

Пока синтеты и пираньи прибирались в замке, мы с Пятницей и Кицуне успели вернуться из столицы и стали искать в подвалах вход в подземелье и что характерно он нашелся. В одном из коридоров, на стене вспыхнул зелёный светящийся контур ладони и после соприкосновения с моей пятерней, часть стены ушла вниз и перед нами открылся огромный зал из которого в разные стороны уходили коридоры обрамленные арками, над которыми виднелись барельефы бычьей головы. Сопоставив это с явно древнегреческими фресками на стенах, моё дежавю выдало резюме — Лабиринт Минотавра. Ну учитывая то, что вместо нити Ариадны, у меня был зеленый курсор. Мы вошли в помеченный им тоннель и стали углубляться в лабиринт и вельми в этом преуспели ибо зеленая стрелка водила нас по бесконечным коридорам, часа два, и чего мы только не встретили по дороге… бесконечные вереницы фресок, то со смутно узнаваемыми сюжетами, то совсем фантастическими, одиночные скульптуры скульптурные группы, особенно запомнилась Венера Милосская с руками и в одном зале полный пантеон Олимпийских богов в мраморе. Был даже в одном из гротов, Стикс с ладьей Харона, только без лодочника. Да, демиурги на славу позабавились. А когда мы наконец вошли в мрачный, зал, где над саркофагом парил очередной черный меч, этот меч внезапно рассеялся в знакомый черный дым, вместе с саркофагом. И тут как дежавю, в моей голове зазвучала фраза: «Синтет Минотавр приветствует Великого Магистра и ждет приказаний». После чего из вспыхнувшей в стене арки, вышел коренастый тип с бычьей головой, эдак метра три ростом. Кицуне захотела было завизжать, но потом передумала и обнажила клинок. Это был не просто синтет, а супер-синтет, с огневой мощью чуть ли не как у «Челна» м со своим искином. Я принял инициацию нового искина и увидел на виртуальном экране полную схему подземелий замка… там в глубине был целый дворец, с системой покоев и складов и самое главное отсюда уходила система подземных тоннелей ведущих к некоторым старым поместьям и даже к Дому Совета. И я решил усилить свое присутствие тут вплоть до устройства резиденции и даже возможно присоединения данного образования к Владимирскому княжеству…

Нашим местным гидом стала аватара Минотавра в личине красавца Ганимеда. Как выяснилось, в посёлках этого поместья присутствовало население, которое тихо существовало, поддерживая минимальный функционал, тутовников, дабы они не погибли. Стазис склады были забиты коконами, мануфактуры были законсервированы и старосты очень обрадовались новому дайме. Они доложили что вся структура в полном порядке и готова к расконсервации в течение суток, благо банда киллера их не трогала. Я приказал возобновить производство, отсыпал старостам золота на возобновление производства и потмев м с Мазуром длинный разговор, назначил полковника управляющим поместьем. В подземельях нашлась традиционная для объектов демиургов казарма синтетов в количестве трех ал, я естественно инициировал их под свою руку и поставил в параллельное подчинение к Мазуру. Полковнику было поручено в качестве официальной деятельности, расширять производство и гнать шелк на мой главный остров, и так же скупать для нашей ярмарки местные шмотки в товарных количествах. Ну а по главному заданию, врастать в местное общество и готовиться к внедрению в Совет дайме и рассматривать возможность дворцового переворота. Как сказал полковник Мазур: «Программу съезда в жизнь, но плодить агентуру во всех видах и весях».

Мы же с Кицуне и Пятницей потихоньку исследовали нижние подземные уровни замка. Там было оружие, там были очередные залежи сокровищ и запасы продуктов в стазисе. Тут была запасная база Ставки древнего демиурга, судя по всему помешанного на древнегреческой цивилизации. В анфиладе залов, помимо прочих был зал подвигов Геракла, причем там помимо групповых статуй, присутствовали чучела его жертв. Медуза Горгона была как живая. Кицуне пробормотала, что мол чучела самого Геракла не хватает, на что мы с Минотавром беззастенчиво заржали. В одном из залов самого нижнего уровня, мы обнаружили Александрийскую библиотеку, а в другом огромном зале, на берегу подземной реки, стоял храм Афины из Эфеса, тот самый который сжег Герострат. Я лишний раз подивился, насколько угадал Герострат, что прославится в веках, именно уничтожением, а не созиданием. И ведь действительно, Герострата знают все, а вот Херсифрона-строителя, единицы.

Искин Минотавра сообщил, что замок дайме был метаморфом и мог перестраиваться по желанию хозяина. Сам Минотавр был чем то вроде управляющего коменданта замка, но свои полномочия сдублировал мне, но с приоритетным индексом. Я прописал Кицуне, всех пираний и синтетов как своих и включил режим охраны. Теперь я был спокоен за свой новый замок.

Глава 30

Когда мой «Челн» тронулся в обратный путь на виртуальном экране вспыхнул новый зеленый огонек, он был в странном месте, то ли в канале, то ли в вообще непонятном отнорке-заводи, почему то отмеченным на карте пунктиром. Это было по пути и я решил, дабы два раза не плавать, зайти туда. Это была длинная и узкая заводь под скрытом и магозащитой и когда мы подплыли к завесе, отсекающей не от реки, нас встретил местный то ли водяной, то ли леший, рассекающий на крохотном зеленом островке. Это существо оказалось местным гоблином, звали его Улелей и оно поведала Великому Магистру о местных проблемах…

В Деревянной заводи жили два племени, Капибары и Бобры, оба племени обладали разумом и даже некоторой магии. Жили они более менее мирно, но была тут одна странная традиция… Бобров, как известно, желудями не корми, но дай построить плотину, а вот капибарам эти платины активно не нравились и раз в год они ломали одну из бобровых платин, после чего бобры устраивали налеты на деревню и уничтожали пару домов. А последнее время конфликт обострился и все из за Проклятой избушки, которая стояла на берегу заводи, но ее никто кроме тролля не видел, а попасть туда вообще никто не мог. А в этой избушке находился Черный амулет, который и сеял эту вражду и вдобавок испортил климат, из за чего тут постоянно висели низкие облака. Надо ли было говорить, что меч тоже находился в этой избушке. Улелей пояснил, что по легенде, в Проклятой избушке, рядом с Черным амулетом лежит Молоток гнома, и вот именно этим молотком надо разбить Черный амулет и тогда будет счастье, не всем вообще, а вот капибарам и бобрам точно. Но надо как-то попасть в хижину, а в этой лакуне скрыт не действует, ну а проходить с боем, как-то не хотелось, ибо я симпатизирую и бобрам и капибарам. И тут Кнут подсказал дипломатический вариант, мол надо их чем-нибудь одарить и мне сразу припомнилось как и император Александр II сказал, что мол кормить надо лучше и я решил последовать этому постулату.

И вот, одним ранним утром, длинный караван лодок груженых фруктами и желудями, вошел в заводь через открытое мною в магической завесе окно. В передней лодке были мы с Улелеем, остальные шли на магической привязи и когда начались обитаемые места, мы стали оставлять лодки у берега и гоблин возвещал, что это уважительный подарок от князя и бобры и капибары, радостно приступили к дележке халявы. Так что когда наша лодка ушла в сторону хижины, внимания на нас уже никто не обращал.

Хижина именуемая Проклятой избушкой очень напоминала Стоунхендж, только со сплошными стенами из почерневших брёвен.

Я вылез на берег и привычно нашел зеленый силуэт пятерои на стене и далее все пошло как обычно… открылся проход в стене, я вошел внутрь и увидел каменный стол, на котором лежал знакомый меч, грубый черный молоток и нечто вроде бугристого, чернозеленого кокосового ореха, неприятно посверкивающего багряными сполохами. Я цапнул рукой молоток и от души стукнул по ореху. Раздался непонятный надтреснутый звон и орех лопнул, распавшись снопом разноцветных искр и одновременно с этим растаял в черном облачке и меч.

Когда я вернулся к лодке, вокруг стало заметно светлее, облака исчезли и ярко светило солнце, а вокруг цвела Золотая осень. А на берегах заводи царил праздник. Местное население предавалось обжорству и веселью.

Улелей попросил меня прибавить скорости, ибо эта лакуна должна была теперь захлопнуться и навсегда отрезаться от нашего Мира. А на прощание, гоблин вручил мне перстень-амулет, он позволял видеть любые скрытые лакуны, карманы и заводи.

Глава 31

Буремир, искин моего «Челна», сделал себе новую аватарку, теперь это был старый морской волк, искин Замка уже в процессе шахматных баталий стал типичным театральным британским дворецким, аватара Дракона, так внешне и осталась графом Рошфором из фильма с Милен де Можно, ну а Минотавр по прежнему пребывал в образе Ганимеда. Дракон кстати стал у меня патрулем пограничной стражи и барражируя вдоль границы, он по собственному почину, отодвинул пограничный тет де пон на добрую сотню верст от внешних границ Владимирского княжества и мне пришлось переносить пограничные модули, но это были приятные хлопоты.

Нет места там были дикие, незаселенные, но кочевники иногда там появлялись. Теперь больше не появляются, Дракон отучил.

Эти аватары наших друзей искинов кстати, могли появляться в месте нахождения любого из искинов, а после того, как я научил их играть в преферанс, они все время тусовались там, где находился я. Я иногда играл с ними, но шулера эти искины, были еще те, Минотавр например навострился, сдавать почти чистые мизера. А еще я, неподумавши, рассказал им про «американку», то есть про вариант игры, при котором проигравший должен разыграть публичную сценку прикол в стиле перформанса. После того, как проигравший Дракон, в аватаре леща попал на крючок рыбаку, а потом превратился назад в дракона, а Минотавр обернувшись породистым жеребцом, подставился кочевникам, которые потом удирали быстрее собственного визга, я запретил им данную версию расчетов и они играли на драгоценные камни, запас которых был традиционно в личной кладовке у каждого искина. Я стал выбирать следующую точку анабазиса, но тут, как тут, подоспела война между княжествами Мандарин и Сакура.

И мой союзнический договор с князем Дзинь Цинем надо было выполнять…

Диспозиция была следующей… князь Сакура имевший на своей территории золотые прииски и посему не имевший финансовых проблем, решил напасть первым, тем более казус белли как бы состоялся, произошел конфликт между китайскими и японскими рыбаками и с обоих сторон погибло по паре рыбачьих баркасов… так что богатый самурайский князь, нанял пиратскую флотилию и несколько родов кочевников до кучи и пошла потеха. Китайцы держались, но численное превосходство противника давало себя знать и запахло поражением, но тут подоспели мы…

«Челн» я выдвинул к осажденному порту Мандарин, где с помощью всех бортовых стволов и дополнительного огня абордажников, навел полный революционный порядок, выразившийся в пылающих обломках на воде залива. Получилась иллюстрация к старой самурайской песне «Разбомбим Америку»: «Выйдешь в море, трупы на волнах». А с двух сторон от порта высадил десант из нескольких сотен синтетов и с десятками аркбаллист… четыре когорты, две под командованием Осляби, а две под командованием Кицуне, сняли осаду с суши, путем уничтожения осаждающих. Минотавр в своей человеческой аватаре уничтожил японский штаб. В это самое время Дракон разогнал кочевников наступавших со стороны сухопутной границы. После сокрушительной победы, объединённая флотилия победителей взяла курс на столицу княжества Сакура. А Дракон пройдясь по становищам кочевых родов агрессоров, тоже выдвинулся к Сакуре. После появления Дракона над столицей и лицезрения Кицуне во главе древних воинов с лисьими хвостами на шлемах, воины Сакуры, окончательно потеряли лицо и боеспособность. Так что разгром был и в печи и в хузары.

Кстати потом, когда я рассмотрел действия наших искинов-преферансистов в данной компании, то я заметил там некоторую странность… Дракон подлетел к юрте хана кочевников в, аватаре ворона, сел на бунчук и начал зловеще каркать и лишь когда нукеры хана стали пускать в него стрелы, ворон превратился в дракона и сжег и нукеров, и шатер, ну и хана, что бы два раза не прилетать. А Минотавр заявился в японский штаб под личиной дервиша, исполнил какую-то дикую пляску, а после чашечки саке преподнесенной ему зрителями, превратился в Годзиллу и в этом качестве обнулил штаб противника, и это значит эти придурки опять играли на «американку» и Дракон и Минотавр. судя по всему проиграл. Так что я профилактически накрутил Дракону и Минотавру хвосты, а Буремиру, что характерно клотик.

Население княжества абсолютно индифферентно приняло смену власти, тем более, что новые князья резко сократили налоги. Мы с Дзинь Цинем поделили Сакуру пополам и в первую очередь золотые прииски. Я оставил в своей новой провинции три алы синтетов и Матвея в качестве управляющего. Ну а потом естественно был праздник, с парадами и банкетами. Ну и подготовка к новому анабазису естественно.

Глава 32

Следующей точкой в маршруте поиска было баронство Хунддог. Как было ясно из названия, местное население занималось разведением собак. На причалах и улицах их порта, тот кто шел без собаки, явно был не местным. Припомнился по странной ассоциации анекдот, что если в воскресение в Одессе вы видите мальчика идущего без скрипки, то это значит, что он идет заниматься намыориепьяно. Население разделялось по спецификации на два ореала… Эдлеры были заводчиками собак, а ленд-лорды держали овчарки и производили консервированный собачий корм. Это были запечатанные горшочки с мясом и мясные косточки в пергаменте, и то и то с магической системой хранения. Баронство преуспевало, так как во всех приличных домах было мало что принято держать породистую псину с официальной родословной отсюда, но и кормит ее исключительно штатной едой.

Главным тут был барон фон, дер, цур и тд и тп с длиннющим именем, известный лейб-гвардейской алой боевых мастифов, вызывавшей опасливую зависть всех соседей.

В центре баронства был изолированный горный массив именуемый Тиролем, там обитали закрытые ощины гномов, добывающие весь диапазон металлов и изготавливающие охотничье оружие и элитную собачью амуницию. Гномы подразделялись на пять хирдов, по специфике производства и были вассалами барона, но с правом экстерриториальности. Вход на их территорию имели только купцы, хотя сами гномы свободно передвигались по баронству. Горы окружал лесной массив кишащий дичью и туда продавались разовые лицензии на охоту, это уже был совместный проект барона и гномов. И точка с мечом, находилась как раз в этом самом Тироле. Так что снова я стал богатым купчиной, но сейчас взял с собой Пираний Мазура ибо надо было оказать дружескую услугу нашему другу китайском князю… его любимый двоюродный племянник попал тут в историю, попытавшись завладеть элитным пометом щенков редчайшей породы и попавшийся с поличным.

Мазур провел блестящую операцию по освобождению неудачливого хунднеппера.

Наведя в местных кабачках необходимые справки, он подкатил к местной тюрьме утром в воскресение, когда начальства не было в наличии, подкатила телега, с которой сгрузили два бочонка пива, подарок на именины от дядюшки фермера коридорному надзирателю и его храбрым товарищам. Надо ли говорить о том, что дар был с благодарностью принят и тут же распит, ну а потом сработало сонное снадобье добавленное в пиво. Китайского мажора аккуратно изъяли из тюрьмы и на неприметном яле увезли на родину.

У Тирольских гномов была личная фича… охотничьи арбалеты со снайперскими прицелами и посему мой купеческий обоз вез партию жил для тетивы и горного хрусталя большой чистоты, плюс готовые шлифованные линзы и стальной плетеный корд, что обязательно должно было заинтересовать оружейные мануфактуры гномов.

Нас в Тироле приняли хорошо, купили все под ноль, а потом меня пригласили к обер-хирд-мастеру Мунли, местному главе. Мунли был не один, ему сопутствовали явно военный и явный то ли колдун, то ли шаман. И этот шаман внезапно мне поклонился и повеличав Великим Магистром обратился за помощью. У гномов состоялась проблема… В Золотой штольне, стали пропадать горняки. В процессе расследования был найден магически запечатанный проход, куда не мог пройти не один гном и откуда видимо и вылезало неизвестное Зло. Да, что то часто меня тут стали признавать, как Великого Магистра.

Короче, нас опять попросили спасти Мир. А учитывая то, что Меч был в той самой штольне, я естественно согласился, тем более, что в оплату было предложено шесть сундуков с золотыми самородками и две сотни арбалетов с комплектами болтов.

В штольню я, отправился с пятеркой синтетов и с собой они взяли комплект арбалетных специалистов, с магическим и фугасно-осколочным эффектом в одном флаконе. Штольня была весьма мрачным местом, сопровождали нас два таких же мрачных охранников, ибо по древнему Уставу, в Золотую штольню, без сопровождения, лицам не относящимся к персоналу, вход был запрещён.

Мы подошли к запечатанной нише и я открыл ее просто проведя рукой да, моя магическая сила продолжала расти. Синтеты построились клином и втянулись в проход похожий на нору, я двинулся за ними, а гномы последовали за мной. Шли мы недолго, ибо в гроте, открывшемся за ближайшим поворотом нас ожидала зубастая пасть, к которой воображение сразу же пририсовало соответствующее туловище, лапы и хвост. Я не долго раздумывая, скомандовал синтетам открыть огонь из арбалетов, а сам поставив бластер на полную мощность ударил разрядом прямо в эту самую пасть. Чудище взаыло было, но тут начали рваться боеголовки болтов, а второй разряд моего бластера отчекрыжил часть морды и монстр развернувшись кмнамикуцым относительно пасти туловищем попытался ретироваться, но наш массированный огонь поставил точку на его бренном существовании. Обойдя поверженного врага мы двинулись дальше, ибо зеленый курсор показывал вглубь пещеры. Дальше нас встретили многочисленные гномьи костяки останки несчастных золотодобытчиков. И еще метров через сто замерцал саркофаг со знакомым мечом, увы опять ставшим облачком черного дыма.

Когда мы вернулись в грот, гномы стражники, торжественно вручили нам клыки чудовища, два из которых я им вернул, а остальными велел своим синтетам украсить свои доспехи,, в, качестве отличия за этот бой.

Старейшины гномов честно со мной рассчитались и попросили меня не забывать своих новых друзей, посетовав на то, как им плохо и тяжко существовать под игом собачников. Мунли подарил мне на прощание перстень реагирующий на железную руду и одновременно бывший модулем магосвязи с хирдом.

Глава 33

Новая точка нашего маршрута, находилась на этот раз в глубине материка, в самом центре так называемой Изумрудной пущи, огромного лесного массива. Там был весьма интересный ареал… вокруг этого леса было несколько цивилизационных колец… обычные кочевники, которые прибавлялись набегами и разведением степных лохматых оленей (которые водились только в этих степях), кочевники-охотники, которые верхом на лохматых оленях охотились на косуль, которые во множестве водились в степи вокруг леса, а по опушкам было кольцо усадеб «дровосеков», заготавливающих и перерабатывающих древесину, во все от матрешек, до строительного бруса. Иная усадьба была размером с хорошее селение. И чуть в глубине леса, были селения «егерей» — охотников на лесную дичь. У всех этих триб, были достаточно сложные взаимоотношения, но если кто то из окрестных владетелей пытался, взять под контроль, часть местных лесов, полей и весей то все они объединялись, выбирали военного вождя и как правило побеждали агрессора. Наиболее матерые и маститые егеря, были здоровенными детинами и любили украшать свои костюмы оленьими рогами, они как правило и были командирами отрядов ополчения. В центре изумрудной пущи, была Черная роща (величиной с хороший лес), это было проклятое место, куда охотники не совались и естественно именно там находился очередной меч.

Не мудрствуя лукаво, я сформировал обоз «китайских» купцов (главным естественно был я с измененной внешностью) и под охраной двух ал двинулся в поход. После повышения моего магического градуса, я нашел в замке еще один «складской» уровень в котором были отсеки с «техническими синтетами», представлявшими собой здоровенных черных коней, то есть у меня теперь была конница. Шесть фургонов в сопровождении пяти дюжин грозных всадников, без малейших помех дошли до Изумрудной пущи и развернули в поселке дровосеков мини-ярмарку. Кнут занялся куплями и продажами, а я с одной алой взял курс на Черную рощу.

Насколько приятными и светлыми были дубравы Изумрудной пущи (мы проезжали мимо малинника, где паслась пара медведей, так мишки на нас даже внимания не обратили), настолько мрачно тревожной оказалась Черная роща. Литва на деревьях и трава зловеще переливались всеми оттенками антрацита. Переплетаясь над нашими головами, черные ветки с густой листвой, создавали внизу зловещий полумрак, хотя деревья располагались достаточно далеко друг от друга да и особых зарослей не наблюдалось, так что всадники проезжали достаточно свободно. Но вот местная живность, которая фауна, была достаточно агрессивной…

Сначала на нашу кавалькаду напали какие-то сумасшедшие филины, потом жуткие волки черного цвета, очень обиженные тем, что шкуры таких вкусных на вид лошадок не только не прокусываются, но и вовсе ломают клыки. Про мошкару и говорить нечего… пузыри магозащиты вокруг нас с Кицуне, периодически приходилось очищать перезагрузкой от налипшей летающей и даже ползающей пакости. Но рано или поздно мы добрались до цели нашего рейда и были весьма озадачены тем, что увидели…

В самом сердце Черной рощи был некий оазис… на большой зеленой поляне, а вернее даже поле, стояла белокаменная крепость откуда доносилась веселая музыка, а кругом стен в траве белели многочисленные костяки различной бывшей живности. На наших глазах стая филинов атаковала одну из башен и вспыхнув осыпалась дождем белых косточек на зеленую траву. И тут с металлическим звоном трава как бы ощетинилась и все кости исчезли. Ну и как же нам попасть внутрь, туда куда указывает зеленый курсор? Можно конечно попробовать пробиться с боем, тем более, что магозащита тут не очень сильная, а это именно она отгоняла и жгла агрессивных лесных жителей, но при штурме неизбежны потери, а синтетов я считал своими солдатами и не хотел их терять. И тут посмотрев на одного из черных жеребцов, я вспомнил об одном царе Итаки, который с помощью коня взял Трою и хотя я и не собирался делать деревянного коня и набивать его синтетами во главе с собой, но конская тема подсказала мне одну мысль.

Через четверть часа, на опушке леса появился красавец жеребец белой масти и стал меланхолично бродить по полю, пощипывая траву, и еще через четверть часа, ворота приоткрылись и из них вышли самые натуральные эльфы, числом четыре штуки и азартно стали ловить несчастную коняшку, которая судя по всему приняло все то за какую то веселую игру и ускользая от ловцов, все ближе и ближе подманивала их к опушке. Как только дичь и охотники скрылись в лесу, охотники сразу же превратились в дичь. Эльфов скрутили и я сразу же наложил на них заклятие преданности и уже спокойно провел допрос…

Город назывался Золотой Мэлорн и был тут по официальной легенде испокон веков и названием своим был обязан священному дереву эльфов растущему в центре города. Это был полностью автономный и самодостаточный кондоминиум. Возле каждого дома был сад из деревьев полностью обеспечивающих семью. Помимо хлебных и фруктовых деревьев, были даже деревья на которых росла одежда, причем именно та, которая нужна хозяевам. Возле Мэлорна находилась Сторожка, скорее похожая на бункер в которой жил Сторож которому было больше лет, чем любому живущему в городе эльфу, который присматривал за священным деревом и раз в год, на Ениарсиру*, он выходил на площадь и творил предсказания знаменательных событий на следующий год. На этот год он предсказал явление гонца на черном коне, вестником которого будет одинокий белый конь, который явится и исчезнет и который гонец привезет черные жемчужины для Золотого дерева.

Ну что же, предсказание как на меня сшито… подчистив патрульным память я отправил их восвояси, а сам через час нарисовался перед воротами, будучи в своем доспехе и имея при себе дюжину амулетов в кожаном кисете (в глоссарии искина, мои маленькие амулеты артефакты заряженные магией, назывались именно Черными жемчужинами).

Ворота передо мной открылись заранее и вдоль улицы, ведущей к Сторожке выстроились молчаливые шпалеры местного населения. Сторож ждал меня у Сторожки и когда я спрыгнул с коня, поклонился мне и ожидаемо поприветствовал, как Великого магистра. Надо ли говорить, что это был очередной синтет оставленный тут демиургом для очередного эксперимента. Мы зашли в сторожку, я отдал ему амулеты и он сразу же снарядил частью и них пульт и модуль на своем поясе, после чего еще раз мне поклонился и поспешил на улицу к народу, а я снял со стены очередной меч, увы опять оказавшийся пустышкой.

А на улице, эльфы, растеряв обычное беспристрастие бурно радовались зацветшему Мэлорну и помолодевшему Сторожу.

*Ениарсира

Зимнее солнцестояние, эльфийский Новый год (День возрождения).

Данное действие происходит во время зимнего солнцестояния, знаменующего окончание осени, и первый день Зимнего праздника. Эльфы верят, что в этот день земля очищается. Эльфы, кстати, считают человеческую практику встречать Новый год бессмысленными пиршествами и выпивкой варварством — признаком людей, неспособных по-настоящему понять течение времени.

Глава 34

Наконец то дорога ведет домой, в Замок, который теперь и был моим домом и домом моих людей. Дорога была спокойной, пиратов было меньше чем обычно (мы опять шли в режиме ловушки-приманки), менялись погодные зоны на берегах, зелень сменялась снегом, а снег золотой осенней листвой. Но, как говорится, покой нам только снится… прямо по курсу на виртуальном экране загорелся зеленый значок объекта, а потом слева обозначился вход в лакуну под скрытом, скрытом для всех кроме меня. Ну что же, деваться было некуда, и я направил «Челн» во вспыхнувшую арку портала…

Это был странный ареал, совсем не соответствующий этому Миру и жизни тут не было от слова совсем, зато было много железа, отнюдь не соответствующего данному уровню цивилизации. Первым куском ржавого железа встретившим нас за порталом, был танко-десантный блокшив с танком похожим на Шерман. А потом на при дальнейшем продвижении по курсу, далее на заснеженном берегу стали проявляться ржавые танки всех времен и народов и чего там только не было… Рядом с британским самцом Mark I, ржавел Сталинский Мюр Мерилиз т-35, среди стайки императорских Ха-Го высился американский уродец M3 «Ли», к советскому «призраку» КВ, приткнулся французский Char B1. Зеленый курсор привел нас к озеру на котором стоял средневековый город с улицами забитыми ржавой техникой, а на берегу стоял ржавый же бронепоезд на борту которого золотом и красной эмалью горела «Марса звезда» с плугом и молотом, плод воображения комиссара Московского военного округа Николая Полянского, там еще должна быть книга, но ее забраковал Троцкий. Имя которого кстати, блестело золотыми буквами на ржавых бронеплитах. Меч был в одном из кубриков, ч привычно взял его за эфес, положил на металлический откидной столик «мячик» и от души рубанул… меч лязгнув прошел сквозь артефакт, не причинив ему никакого вреда, но за то разрубил металлический столик вместе со стойкой, после чего, увы, превратился в мерцающее черное искристое облако. А на полке кубрика, я нашел бортовой журнал бронепоезда, вернее кусок первой части от него и кое что узнал об истории этого БеПо…

Погибшие экипажи бронепоездов «Троцкий» и «Орел», получили еще один шанс и попали на полигон демиургов. Они должны были теперь создавать бронепоезда для большой игры. На планете разделенной ледяным экватором проживают эльфы, ракшасы, гномы и люди. И вот теперь, тут появились Красные и Белые. https://author.today/work/267861

Надо сказать, что после каждого нового варианта с мечами, у меня усиливались магические способности, а тут изменился вдобавок и режим управления искинами… Искины моих владений и помощников, сохраняли свою индивидуальность в аватарах, но параллельно создали Большой Искин с Информаторием, с которым я теперь общался по обратной магосвязи и был постоянно в курсе всего, что видели младшие искины и при желании мог дистанционно общаться с любым синтетом. Правда голова сначала немного побаливала от избытка информации, но со временем все сладилось. Из информатория я узнал, что в одном из параллельных Миров была система планет Олимпиад, со своеобразными гладиаторскими боями и тотализатором, но в тех мирах произошли катаклизмы и их разнесло по вселенной.

А тут пришло сообщение по магосвязи… Мазур влюбился, и это послужило целой цепочке событий… в княжестве Шелкопряд существовало так называемое контрактное рабство, то есть по заключении контракта, человек добровольно отказывался от свободы на определенный срок, но была тут небольшая юридическая заковыка, контракты можно было продавать и менять при перепродаже условия контракта, не принимая во внимание волю контрактника. Наш бравый полковник посмотрел глазами любви на официантку Берту из ресторанчика в соседнем ярморочном городке, она работала там по контракту и он решил его выкупить, но тут проезжий сын хана перекупил у хозяина контракт вместе с девушкой и увез ее. И теперь Мазур просил разрешить ему, отбить девушку у кочевников. Тут как раз наложились друг на друга два события… Во-первых, после очередного расширения моих магических способностей в поместье Мазура раскрылись дополнительные складские уровни, где помимо всего прочего проявились отсеки с тремя когортами синтетов, которых Буремир, автоматически привел к присяге и во-вторых, к Мазуру пришла секретная делегация от молодых офицеров Сенгуна, которые решили свергнуть Сенгуна, который как фальшивая фугу из трески, только выглядит правителем и зачистить Совет дайме, который состоит из креветок, мнящих себя осьминогами. Тут сработала информационная бомба заложенная Мазуром, в виде намека, что если князем станет Владимир, то он даст всем новым дайме дворянские титулы. Так что освобождение Берты из полона, станет прекрасным двойным казус белли, то есть сначала Мазур расчехвостит кочевников, потом Совет попытается его покарать, и в порядке самообороны наши синтеты нейтрализуют местные военные силы, ве трети которых участвуют в заговоре, после чего новый Молодой Совет, призовет на княжение князя Владимира, как некогда Новгородцы, призвали князя Александра. Я разрешил Мазуру взять на операцию «Джульетта» целую когорту, да еще с ними Минотар увязался. Вся эта компания под скрытом нагнала кочевников остановившихся на привал, часть перебила, часть просто разбежались, а ханский сынок мажор, после того, как Минотавр подержал его вниз головой, умчался на четвереньках, быстрее собственного визга. После чего Минотавр под скрытом вернулся в поместье, а сам Мазур не скрываясь, во главе когорты, причем все о конь, с освобожденной Бертой сидящей в седле перед ним, не скрываясь прошел через весь столичный город и направился в свое поместье. На другой день туда выдвинулись войска и стража Совета и Сенгуна, которые остановились пораженные новым видом нашего владения, обзавёдшегося высокими стенами и башнями (строительные модули также присутствовали на складах) сцепились между собой, ну а потом из ворот вышли когорты синтетов, которые поддержали повстанцев и ликвидировав сопротивление противника проследовали к зданию Совета и дворцу Сенгуна, где зачистили охрану и передали дайме (Сенгун погиб при штурме), новым хозяевам княжества Шелкопряд. Надо ли сказать, что Мазуру было передано прошение князю Владимирскому с просьбой принять под свою руку княжество Шелкопряд, на что было дано милостивое согласие. Мой «Челн» очень удачно был недалеко от этих мест и я высадился в порту, принял присягу у новых дайме, пожаловал их боярством, назначил полковника Мазура своим наместником в княжестве Шелкопряд, с присвоением по совокупности заслуг ему генеральского чина, и наконец отбыл в Замок. Но сначала был свадебный пир…

Меню было самым разнообразным и помимо традиционных японских блюд (правда из речной рыбы), как то… Суши Эдомаэ, Кужира, Вагю, Оторо, Тэмпура, Черепаховый суп, были и менее экзотические блюда, типа дичи, птицы и всевозможных мясных деликатесов.

Невеста, нареченная именем Гюлчатай блистала (согласно местным обычаям, рабыни не имели имен, а назывались так сказать по профессии) и была очень довольно именем, которое ей дал Мазур, сам генерал, на свадебной церемонии был в черных латах и шлеме с закрытым согласно опять же обычаю забралом, которое поднималось, только по завершению обряда. Майор Акимов, главный юморист Пираний, в самый торжественный момент прошептал: «Гюлчатай, открой личико», за что потом поплатился… Все свадебные торжества (включая застолье) он держал над женихом и невестой свадебные короны. Я подарил жениху драгоценный меч с ножнами и эфесом невидными под скопищем драгоценных камней, а невесту мои девушки одарили ларцом с драгоценностями. И еще Гюльчатай попросила у меня отдельный подарок… чтобы ее бывшего хозяина и его слуг повесили а площади. Я не смог ей отказать.

Глава 35

Из замка пришло сообщение, что туда прибыла с визитом, Розе Блюме, баронесса Цветочного баронства, моя морганатическая супруга, так что надо было поспешить. По дороге в Замок, по большой просьбе майора — интендантуррата Кнута Ольсена, мы направились, в княжество Биль, находящееся тут недалеко, там очень удачно проявилась еще одна точка. Княжество Биль было населено гномами-часовщиками и гере Ольсен ставший нашим главным торговым агентом хотел прикупить там часов для наших точек на ярмарках. В городе Биль часы были буквально везде на окнах домов, на карнизах крыш, на дверях и воротах, даже на бортах и мачтах кораблей, а часовые лавки были по моему даже в сапожных будках. Как раз и подарки моим трем дамам подберу.

А тут и очередное ЧП подоспело…Мои слуги-лешие Наполеон и Жозефина, отпросились с корабля прогуляться в порту (естественно в человеческих аватарах), сопровождавшие их вои Илья и Тёма, которые в этом рейсе были на практике перед получением лейтенатского чина, увлеклись общением с продавщицами пива и упустили из вида шебутных леших.

Лешие как сороки любили все блестящее и сперли пару часов с одного из прилавков и их замела стража. Ну и пришлось идти выручать этих балбесов…

Я объяснил сержанту стражников, что тут нет никакого преступления, а просто эта парочка проиграла в кости пари, согласно которого должна была незаметно изъять пару часов, но потом обязательно за них заплатить, но вот не получилось у неумех, ибо они не злоумышленники, а просто веселые дурачки. Стражники сразу подобрели ибо и сами были игроками. Пришлось конечно позвенеть золотом… у лавочника я скупил все что было в лавке, сержанту тоже перепало, а провинившуюся четверку, отправил на корабль под домашний арест, с запретом схода на берег. Ну а сам я занялся оформлением своей новой идеи… «Часового кабинета». У меня в замке был абсолютно пустой каменный зал, там присутствовал только огромный, камин с не менее большими каменными часами и увидев местное часовое великолепие, я проникся этой, мыслью. Часы тут были всех видов… настенные,напольные, настольные, наручные, водяные, солнечные, ртутные, песочные, огненные (Огненные часы, которые я увидел первый раз в жизни, были аж трёх типов: лампадные, свечные и фитильные. И время измерялось там скоростью горения). Кицуне естественно приняла самое бурное участие в выборе экспонатов и у нее было два критерия выбора покупок… цена и размеры, естественно в сторону увеличения. Заслава в этот раз вышла в люди в штатском, то есть не в доспехах, а вельми милом платьице, с пояса которого глупый карманник, попытался срезать кошелек и получил вместо прибытка поломанные пальцы. Его соратникам из Ночных парикмахеров, пришлось хуже, наша охрана (синтеты во главе с Пятницей, изображающие носильщиков), поломали негодяям руки и ноги. После чего к нам на корабль, заявился некий наглый тип и потребовал компенсацию за оскорблённую честь. Я, приказал повесить его за ноги, на ноке и тут заявились стражники, которых я, просто приказал прогнать палками, ибо был тут в княжеской ипостасей, и «Челн» был моей суверенной территорией,но обиду на городские власти я затаил и пожелав совместить приятное с полезным, решил помочь Кицуне, позаимствовать с одной из городских площадей, большую клепсидру (водяные часы) очень понравившуюся моей рыжей лисичке. Тем более, что очередной меч находился в ее пьедестале. Впорту бывшем одновременно и столицей, был университет, где в это время проходил праздник Вагантов, то есть по всему городу, местные схолары и их приезжие гости давали уличные представления а учитывая традицию, согласно которой Ратуша выставляла на каждой площади бочку вина, в городе в эту ночь и вечер было шумно и весело. Мы с Кицуне, Пятницей и десятком синтетов в аватарах студентов, купили в Ратуше право на выступление на Водяной площади, с комедией-сказкой Рапунцель, на сцене построенной вокруг постамента с клепсидрой, с обязательным устройства предохранительного чехла для оной. Что характерно, нам все это обошлось в четверть цены от того, что я предлагал. (представление было встречено зрителями с огромным энтузиазмом, и его пришлось даже дать на бис). Когда подошли вечерние сумерки, телега доставила к нашему «райку» бочку вина, вместо уже опустевшей, погрузили на телегу часы и меч, и под скрытом и отвезли добычу на корабль, после чего я скомандовал отплытие. Теперь меня ждали три моих жены, две гражданских и одна матримониальная, правда Кицуне была со мной и она вполне спокойно отнеслась к визиту Розе Блюм, и я думаю, что и с Богуславой они наверняка поладили, но тем не менее некоторая тревога ощущалась и я принял превентивные меры… я велел Буремиру создать на структуризаторе три золотых сундучка и заполнить их драгоценностями из моей сокровищницы, правда, как в последствии выяснилось, мой искин вольно оценил термин сундучок и когда по приезде, синтеты во главе с Пятницей, внесли три больших сундука с сокровищами, мои дамы выбыли из реальности до конца дня, перебирая и примеряя украшения и производя перекрестный обмен. Ну а этой же ночью, я получил перекрестную благодарность, ибо кровать в моей спальне была такова, что там смог бы разместиться гусарский эскадрон вместе с дортуаром женских курсов.

Кстати, когда за поздним завтраком, Кицуне рассказала про наш спектакль, то, как и на площади он вызвал бурные овации. А сюжет был прост и незатейлив… молодая супруга пожилого и очень ревнивого купца, причем ревнивого не беспочвенно, имела спальню на втором этаже и дабы любовники могли посещать ее минуя парадное, опускала из окна шикарную рыжую косу, а когда однажды, она привела сразу двух френдбоев, но тут внезапно вернулся муж и когда два мачо спускались по косе, оказалось, что это парик, который сорвался, с головы, купчихи, открыв блестящую лысину.

А меч из под клепсидры опять оказался пустышкой.

Глава 36

Великий хан Ста родов принимал гостей ( на самом деле родов в союзе было пятьдесят два и некоторые то выходили, то выходили из союза, но сто звучало солиднее). Его гостями были пиратский адмирал Черная борода, Большой Пахан ночных парикмахеров Грустный Лу (тот самый, что висел на рее «Челна» вниз головой) и Серый барон Фукс, глава знаменитого Серого баронства, столицы местных контрабандистов и наркоторговцев. Темой встречи было княжество Владимирское, а вернее, его деятельность и благосостояние. Когда в замке князя Владимира, в честь визита его морганатической жены был дан бал на нем все три дамы князя одели невообразимо роскошные драгоценности и уже в конце бала все знали, что князь одарил своих подруг тремя огромными сундуками драгоценностей. Сложить два и два смогли все, типа, последнее не дарят, а следовательно помимо сундуков у князя в сокровищнице намного больше богатств. Флот у князя был маленький, хотя вооружены они были хорошо и армия была маленькая, так что если собрать серьезные силы, на реке и на суше, то раздавить это княжество было вполне реально. Ну а анклавы Владимирского княжества, можно было обещать соседям. Дело было еще в том, что князь Владимир многим перешел дорогу. Это и борьба с рабством, заключавшаяся в освобождении рабов любого статуса оказавшихся на кораблях находящихся в зоне патрулирования галер «Речных егерей» (нового изобретения Владимира). В Замке была автоматизированная верфь, могущая штамповать транспортные барки и боевые галеры. На галеры в качестве экипажей посадили синтетов, вооружили их автоматическими аркбаллистами, практически сильно увеличенной копией арбалетов синтетов и пол сотни галер начали патрулировать окрестные речные воды. Параллельно с борьбой, с работорговлей, была развернута непримиримая борьба с наркотрафиком. На планете процветал наркотик под названием «Веселая травка», нечто вроде анаши, но с быстрым привыканием, переходящим в зависимость. Тут шуток вообще не было… если работорговцев просто вешали, наркоторговцев сжигали вместе с товаром и кораблем. А на территории княжества, за торговлю «травкой» полагалась баниция с отрубанием головы, а за хранение, вечная каторга, благо рудников имелось достаточное количество.

Еще вносил диссонанс в местную торговлю, демпинг на многие товары на Большой княжеской ярмарке. Ну и сильно били по карману Серого баронства, дешёвые и быстрые перевозки на княжеских барках, которые отказались от знаменитой «Серой страховки», которую традиционно платили купеческие суда за некие преференции при пиратских нападениях, а пиратские суда пытавшиеся напасть на княжеские барки исчезали бесследно. Ну и пираты наконец нашли взаимосвязь, между исчезновением своих кораблей и некими таинственными княжескими судами. Ну и Ночные парикмахеры понесли серьезные потери на территории Владимирского княжества и его вассальных и союзных территориях. Понимая что полностью изжить преступность невозможно, князь Владимир каленым железом выжигал преступность организованную. Смертной казни не подлежали только те кто сдавал свою банду или же своих чиновных коллег помогавших преступника. Государственные чиновники сотрудничающие с преступниками автоматически считались членами ОПГ и шли под топор. Коррупция считалась государственной изменой.

Кочевники же, зная что все набеги на княжество были отражены с большими потерями для нападающих и Великий хан хотел всем доказать, что только он может победить этих гяуров. Ну и земли княжества в окрестностях Замка его интересовали.

Владимирское княжество на сегодня состояло собственно из метрополии — Острова Черного замка, забережных земель, и ва сальных территорий-княжества Шелкопряд и Цветочного баронства. И главный удар был нацелен именно на Метрополию. Кочевники брали на себя завоевание забережья и выделяли силы для десанта, а объединённая флотилия пиратов и Серого баронства, должны были штурмовать Остров Черного замка.

Вассальными территориями, решили заняться позднее. Так что задачи поставлены, цели определены, за работу соучастники. А Серый барон, решил сыграть самостоятельную партию, на чем и погорел, да и соучастников подставил…

Одним погодим утром, в главный порт княжества Шелкопряд прибыл купеческий корабль под флагом неизвестного баронства. Речным егерям, осуществлявшим тут и береговую оборону и таможню, было заявлено, что это дипломатический корабль, который везет послание его милости генералу-наместнику Мазуру, а на корабле находится подарок, который пока является сюрпризом. Егеря проконвоировали гостя на спецрейд в отдельном ковше, заблокировали двумя галерами, а самого Серого барона Фукса, со всем вежеством сопроводили во дворец наместника, где и состоялась аудиенция.

И барон сразу же пошел с козырей, заявив что привез его милости наместнику в подарок, Сераль. Сераль это был один из товаров Серого барона… из красивых невольниц, поставляемых кочевниками и пиратами, создавалась некая помесь гарема и хореографической группы и товар этот имел хороший спрос, несмотря на цену. Когда Мазур понял, что ему подарили, то сразу же приказал локализовать корабль барона, а сам стал ожидать, за что же ему пытаются всучить такой дар, и что характерно дождался… предложили, за нейтралитет в будущей войне, объявить баронство Шелкопряд независимым и признать эту независимость. На все это Мазур, безмерно грустя, сказал что согласно законов Владимирского княжества, не имеет право вести переговоры с Государственными преступниками, а рабовладельцы к коим относятся люди барона, да и сам господин барон, оными являются. И посему экипаж корабля господина барона сейчас вешают, а господина барона ждут в одном интересном подвале, где есть еще более интересные приспособления. Короче, когда Фукса голым распяли на сырой каменной стене каземата, а перед ним, поставили горящую жаровню с раскаленными прутьями и щипцами, а рядом столик с изощренными хирургическими инструментами, барон раскололся до самого дна и сдал местный план Барбаросса до мелочей. Упорядоченная и разложенная по полочкам информация по грядущей агрессии, была немедленно отправлена князю Владимиру по магосвязи. Генерал же Мазур, действуя, в инициативном порядке, поднял из секретных подземелий Поместья дополнительные манипулы синтетов и модули оборонных систем и начал усиливать оборону сухопутных и морских границ.

А освобожденные девицы из Сераля, прижились при дворце наместника, в качестве его личного театра и считали себя его невольницами, а то что они официально были свободными и получали хорошее жалование, считали прихотью сахиба.

Глава 37

Инсайдерская информация на войне, полезна вдвойне. Получив от Мазура, информацию о секретной коалиции, я привел в действие все ресурсы княжества, и тайные и явные.

Прикинув ситуацию, я определил, что мне на превентивную подготовку к обороне, нужна пара декад, ну и плюс одна форсмажорная, (тут месяц делился на четыре декады которые я привычно звал неделями. Месяцев же была дюжина). Злодеи собирались начать боевые действия через месяц, но я решил застолбить начало войны и в провокационных целях начал подготовку к свадебной Великокняжеской коронации своих дам, объявив ее на начало пятой декады от нынешнего дня. Я посудил, что агрессоры наверняка захотят приурочить нападения к торжеству, что бы захватить нас врасплох, да и раньше они вряд ли успеют, потому что исчезновение Фукса тоже внесло некоторый раздрай в их ряды. Плюс к этому на моих территориях и у моих вассалов, полковник Тараканов (бывший молчи-молчи у пираний), начал зачистку криминальных паханов и их окружения.

Мои красотки узнав о коронационном мероприятии подняли бучу, на тему того, что им абсолютно не хватит времени подготовиться, но я послал их на… Большую ярмарку, сказав, что не ограничиваю их в средствах и в дополнение к этому, выставил из новой сокровищницы открывшейся на очередном внезапно открывшемся секретном уровне подземелий Замка три сундучка с драгоценностями.

И тут очень своевременно открылись новые казармы с синтетами и аркбаллистами, и отсеков с инженерными модулями прибавилось. Я срочно отправил в Цветочное баронство усиленную когорту с аркбаллистами и инженерным манипулом с модулями сторожевых и артиллерийских башен, (пошли они на скоростных галерах под скрытом). Их задачей было обеспечить оборону по всему периметру границ баронства. А накануне свадьбы-коронации появились неожиданные гости… Верховная, Жрица Косяка Видящих Сайена, прибыла с пышной свитой. Она попросила личной встречи на которой объявила, что в грядущей войне племя русалок, будет сражаться на стороне Светлого князя, но все что упадет в воду, это принадлежит русалкам. Мы определили совместную тактику и систему связи, после чего она удалилась, к огромному облегчению моих дам, которые безудержно начали ревновать, несмотря на подаренные им Верховной жрицей, шикарные гарнитуры из речного жемчуга. И последней из новостей, было появление на виртуальной карте новой лакуны со значком меча, но туда я решил отправиться, уже после Победы.

Разведчики синтеты, действующие под скрытом, засекли два скопления кочевников которые собирались нанести удар по нашим прибрежным территориям с двух векторов. Согласно показаниям языков умыкнутых синтетами ночью, это были две тьмы, по четыре тысячи человек, огромные армии по местным понятиям. Судя по всему, мужчин в кочевых улусах не осталось от слова совсем, все ушли на фронт. А речная армада, как сообщила жрица Сайена по магосвязи, тянула на сотню разномастных судов, для, которых я подобрал место для своей Чесмы…

На подходе к острову Черного замка, Река расширялась, а потом резко сужалась и тут получалась некая, калька бухты Маракайбо, где я и организовал в береговой зеленке засаду из трех дюжин галер под скрытом.

Данная морская (вернее речная) битва происходила по следующему плану…

Когда эскадра врага втянулась в широкую часть бутылки, находящийся под скрытом «Челн» начал методично расстреливать арьергард пиратов. Русалки в это время, пустили на дно авангард кордебаталии входящий в горлышко, а так же флагманы, где находилось командование. С фланга ударили наши затаившийся галеры, а горлышко окончательно закупорили шесть новейших галер Речных егерей, на которых стояли артсистемы из арсенала Замка. Через час половина армады была на дне, треть пылала, а остальные сдались. Как сказал некогда Светлейший князь, генерал-фельдмаршал, Григорий Александрович Потемкин-Таврический — Это моя Чесма.

А на суше дела развивались следующим образом… и на левом и на правом берегу, сквозь сайву, тянулись вглубь нашей территории два степных «языка», их, не мудрствуя лукаво, кочевники и выбрали для вторжения. Я сформировал по периметру «языков» линию сторожевых башен, а в глубине территории, поперек долин построил линии редутов, занятых манипулами синтетов усиленными двойным количеством аркбаллист, а в тылу редутов и в зелёнке за линией башен, были расположены кавалерийские манипулы.

Пограничные башни, при приближении кочевников были брошены и синтеты из гарнизонов имитировали бегство в окрестные леса. Правда погоня посланная за ними не вернулась, а попасть в башни кочевники не смогли из за мощной системы защиты, но хан и его сын командующий второй тьмой, не придали этому значения. Ну а потом орда уткнулась в редуты, ну а дальше начались Канны…

Обе армии кочевников одновременно подошли к линии огня редутов и сразу огребли по полной. Во-первых аркбаллисты дали огня в прямом смысле, дав несколько залпов стрелами с термическими головками, арбалетчики добавили тучами стрел ну а когда кочевники дрогнули и частично побежали, в атаку пошла тяжелая, кавалерия, усиленная псевдотачанками… Я, будучи уже почти демиургом, нарушил каноны демиургов и вооружил алу «Лисьей гвардии» (без Кицуне как вы понимаете обойтись не обошлось) пулемётами ДШК, еще старого образца 1939 года с револьверной подачей ленты, но с модулем бесконечного боезапаса и защитой ствола от перегрева. Двенадцать стволов извергающих трассеры и визжащая Кицуне в боевых порядках гигантских черных всадников с рыжими лисьими хвостами на шлемах, сломили остатки сопротивления Северной орды, а ханского сына, просто стоптали в процессе преследования. Его папаше хану, повезло несколько больше, ибо он отметился в местных былинах, где его кончина звучала приблизительно так…

«Великий хан ведя своих воинов в победный бой, из за ошибки своего скакуна, копыто которого Иблис направил в коварную ямку, величественно перенес свое благородное тело из седла на землю (типа упал). А когда на Великого хана набросились три тысячи вооруженных до зубов гяуров он поразил своим клинком две тысячи из них, но пал в неравном бою».

В реале, всадник-синтет, снес бегущего хана вместе с конем, а потом отрубил ему голову (я приказал не брать пленных и в процессе боя рубить головы. А тут ожили ьашниинамфлангахти в тылу. Короче Ганнибал был бы доволен. Кочевников надо было раз и на всегда поставить на место. И надо сказать, нам это удалось. Долины перед редутами в их фольклоре назывались теперь соответственно «Долина ста тысяч черепов» и «Долина пятидесяти тысяч черепов» и больше кочевники мое княжество не трогали). Кстати пиратов спасшихся с разбитых кораблей, я тоже приказал оставлять в воде. И они не долго там плавали. Русалки действовали четко. Короче мы победили и продолжили празднества, но основной задачи, с меня никто не снимал.

Глава 38

Отшумели свадьбы и коронации, причем определенную пользу они принесли… люди полковника Тараканова предотвратили два покушения и раскрыли трех вражеских резидентов, но главный сюрприз пираний, был так сказать интеллектуальным… Мазур был в курсе моей истории и Тараканов тоже и они произведя аналитический мозговой штурм пришли к выводу, что роковой «мячик» это фикция, и самой проблемы в реале не существует, а цель Святогора поставить меня местным демиургом. Причем первый вывод тянул на 80%, а второй на 92%, что было в принципе абсолютной цифрой при такой аналитике. Но то что настоящий меч Святогора существует, это 89% и вероятность того, что меч окажется в последней точке моего анабазиса равна 90%. Нельзя сказать, что я, не ожидал чего-то подобного, но тем не менее меня более, чем утешил последний вывод аналитиков из морского спецназа… то что планета обречена на гибель, это не больше чем мотивация для моего анабазиса и процент тут тоже зашкаливает, аж до — 91%. Я, на радостях дал Мазуру генерал лейтенанта и вице-адмирала, с правом ношения обоих мундиров, а полковника Тараканова, пожаловал генерал-майором. Ну и на радостях взял Таракана, Акима и Птицу в рейд на образовавшуюся в лакуне точку, Кицуне и баронесса Блюме тоже увязались со мной, Богуславу и Мазура рвущихся с нами, я оставил на хозяйстве, клятвенно пообещав в следующий рейд взять их с собой. К порталу мы подошли поутру… он при нашем приближении запылал знакомой зелёной дугой и за ним мы увидели пышную раннюю Весну (по нашу сторону была Зима). Широкий канал вывел нас в большую гавань, не маленького города. На рейде и у причалов стояло несколько длинных черных галер, на их палубах и на причалах кишели фигуры в знакомых доспехах синтетов. «Челн» подошел к центральному причалу, где нас встречала депутация и когда Буремир воскликнул у меня в голове эти слова, я сам не сразу в них врубился, смотря на симпатичные девичьи лица под козырьками шлемов, и не сразу осознал суть фразы — это же самки синтетов.

А три синтетки, в раззолоченных латах, почтительно приветствовали Великого магистра и выражали свою полную преданность. А все мои синтеты высыпали на палубу и все как один цвели улыбками, чего я ранее за ними не наблюдал. Ну а насколько обалдевшими были пираньи это был вообще полный треш, особенно после того, как я рассказал им, что близость с синтетками обычных мужчин вполне реально, только вот детей у них быть не может.

Место это называлось город Медхенциммер и тут действительно обитали синтеты самки, один из многих экспериментов демиургов. Часть из них были активны и жили в домах, но был и резерв в казармах. Что интересно, в синтетах, после этой встречи включился инстинкт размножения. А в моем информатории открылась статья, про это у синтетов.

Они могли заниматься сексом, как обычные Хомо но рожать синтетки, могли только раз в десять лет, причем данную функцию, мог включать и выключать демиург. А сами дамы синтетки, были такими же воинами как и стандартные синтеты. Черные галеры могли пересекать границу портала, но только при наличии на борту синтетов и только лишь их. Ну что же, пусть плодятся и размножаются на благо Великого княжества.

Очередной меч был подвешен на цепи, в кроне стального дерева, установленного в центре города. Когда я снимал его с цепи, на площади собралось буквально все население города и когда я, взял меч в руки, синтетки и синтеты преклонили колено. Ну а меч, опять превратился в черное искрящееся облако.

Власть в городе осуществляла Комендант Синта, она принесла мне официальную присягу от имени всех жительниц, я выдал ей два браслета магосвязи, бьющих через портал (в Мире Реки синтеты обладали стандартной магосвязью). Я обещал ей прислать десять ал синтетов для, устройства смешанных подразделений, а в Замок и Наместничество Мазура, отправились три дюжины ал синтеток, для аналогичного действа. На налерах подняли флаги моего княжества и они взяли на себя патрулирование ближайшей речной акватории, называясь теперь Черной эскадрой речных егерей. Единственно, чем отличались синтетки от синтетов, так этом тем, что у синтеток не было лошадиных модификаций. Зато у них были своеобразные САУ… Шесть синтетов несли платформу с аркбаллистой и расчетом из двух единиц. Я сразу же отдал приказ, завести такой расчёт в каждой але. Неплохой территорией надо сказать приросло мое княжество. А синтетки быстро стали легендами в портах, где бывали теперь их галеры, во время патрулирования. Синтеткам очень понравились платья из Замковых ателье, сшитые по моде моей Земли и в увольнение на берег они одевались по этой моде, что естественно привлекало неокрепшие умы. Но когда хрупкая с виду девушка, поднимала приставалу за ногу и аккуратно пересчитывала его головой брусчатку мостовой, это сильно укрепляло мораль в портах.

Глава 39

После всех последних пертурбаций на суше и на море, я дал себе и своим княгиням месяц отдыха. Ночью мы занимались безудержным сексом, в одной из наших четырёх спален (девушки создали какой то странный график, где они сменялись в разных комплектациях альковного присутствия по формуле 1−2-3 + я естественно), а днем были балы и спортивные празднества, в виде регат и футбольных матчей. Регаты проводились в первую очередь для аллергиков, где гребцы и абордажники были полноправными Речными егерями, а вот футбол развился как бы самостоятельно…

Я как то, для физтренировки своих солдат и моряков, ввел для, всех своих подразделений элементарный футбол и эта игра стала распространятся как некий вирус. Поняв всю выгоду этого явления, я создал спортивную административную структуру, приказал возвести рядом с ярмаркой спортивный комплекс, с тремя стадионами, гостиницами, спорткафе, тотализаторами и лавками спорттоваров и надо сказать, что процесс пошел по всей Реке.

Начались чемпионаты, в княжествах и баронствах стали создаваться футбольные клубы и в результате мое княжество стало международной футбольной столицей. Появился конечно и черный тотализатор и даже нечто вроде футбола без правил, между командами кочевников и пиратов, где в процессе игры применялось холодное оружие, как на поле, так и на трибунах. Матч между командой вольных наемников и сборной ханства Балдюг, где погибла половина футболистов и треть зрителей, вошел в историю. Генерал Тараканов попросил у меня разрешения создать несколько команд из синтетов и под видом команд диких баронов и вольных наемников, начал стричь Черный тотализатор и вельми успешно. А учитывая то, что его команды все время были под разными аватарами, а иногда играли против друг друга, все сохранилось в тайне, как от широкой, так и узкой общественности.

А тут подоспела информация от наших знакомых русалок и их приятелей водяных… и теперь я совершенно точно знал место дислокации родов кочевников, уничтоживших мое родное княжество. Настало время операции «Возмездие».

С войсками у меня теперь было все хорошо и я взял на операцию две смешанных конных когорты нового строя, одной командовал я, а другой естественно Кицуне. Вои из моей старой дружины, были моей преторианской гвардией, ну и пара пираний были тут от генерала Тараканова, так, для комплекта. «Челн» возглавлял караван Черных галер идущих под скрытом. Отдельную алу аркбаллист, возглавлял мой бывший адъютант Пятница, отныне мой личный представитель в городе Медхенциммер (по своей горячей личной просьбе. Как мне доложили, он там крутил десяток романов одновременно, но к синтеток была одна приятная особенность… понятие ревность, им было незнакомо).

Нашей целью были семь кочевий трех родов. Шесть можно было зачистить сходу, а вот седьмое было своеобразным невольничьим рынком и там надо было действовать осторожнее, дабы не пострадали невиновные.

Стойбища первого улуса, мы просто выжгли аркбаллистами, конные атаки кочевников, мои синтеты попросту расстреляли из арбалетов, а когда остатки родов собрались в орду, то их смела кавалерийская атака при поддержке летучей батареи ДШК Кицуне. Невольничий рынок был локализован высланной заранее мангруппой, находящейся под скрытом, которая не дала его эвакуировать, а потом подошли все манипулы и вырезали рабовладельцев под ноль. Среди полутысячи невольников, нашлась почти сотня моих бывших земляков. Всех освобожденных полонян, я естественно забрал на свои новые земли, выдав каждому по десять золотых на обзаведение и обещав землю в долгосрочную аренду, без крепости. Пришлось правда навестить одно княжество, князь которого, как выяснилось, продавал своих людей кочевникам, причем даже продал своего сводного брата. Так что как то поутру, столица Дарского княжества, проснулась при новой власти. Все присутствия и казармы воев были окружены грозными всадниками в черных доспехах и на огромных черных конях (после того, как один из коней, перекусил пополам племянника воеводы, замахнувшегося на него саблей, сопротивление мгновенно сошло на нет).

На главной площади, почти добровольно созванный народ, имел удовольствие увидеть пропавшего недавно бастарда Митяшу, который блистая шикарными черными доспехами заявил, что пришел занять трон предков (предыдущий князь преставился вместе с семьей во время штурма княжеских палат). А потом на главной площади были обезглавлены все одиозные деятели нынешнего режима, одномоментно ставшего прошлым. Их обвинили в участии в отравлении старого князя, отца Митяши. Надо ли говорить, что князь Митяша, принес мне вассальную присягу. Я оставил тут манипулу синтетов и парочку пираний, в качестве своих представителей и советников нового князя.

Потом естественно пошла череда пиров, но тут в глубине степей вспыхнул знакомый зелёный маркер и я направился туда, взяв с собой когорту Кицуне. Кочевья попадавшиеся по дороге мы уничтожали, уж больно на многое мы насмотрелись в невольничьем лагере.

Очередная точка была на вершине холма, это был самый натуральный ДЗОТ середины ХХ века со старой земли, холм вокруг был усеян скелетами разной степени сохранности, а в ДЗОТе мы обнаружили три проржавевших Шварцлозе времен Первой мировой, россыпи из тысяч позеленевших гильз и три новеньких австрийских гвардейских каски. Один из пираний проворчал, что тут только бравого солдата Швейка не хватает. Да-а-а, судя по всему от старых демиургов тут будет еще немало сюрпризов. Меч лежал на штабеле ящиков с патронами и растворился черным дымом, как только я дотронулся до эфеса.

Патроны были как новые, ящики с ними, судя по всему, обладали индивидуальным стазисполем. Синтетки сразу сделали стойку на Шварцлозе и я милостиво соизволил создать отдельную алу «тачанок», по образу предыдущих сухопутных платформ, но организационно прикрепив ее к одной из Черных галер. Так закончился очередной фрагмент анабазиса.

Глава 40

По дороге домой мы сделали небольшой крюк, в результате чего, Смолянское княжество также стало моей вассальной территорией и вот как это произошло…

Среди освобождённых полонян оказался княжич этого княжества Глушата, которого продал в рабство родной дядя, убивший его отца с помощью пиратского десанта и женившийся на его мачехе. Короче, почти Гамлет*. А пираты сделали главный порт княжества своей базой и в некогда мирном и спокойном княжестве, царил полный беспредел. Княжич не смотря на тормозное имя сразу же предложил мне следующий гешефт… я помогаю ему вернуть княжескую шапку отца, а он приносит мне вассальную клятву. Это небольшое княжество было окружено древним елово-сосновым лесом, и экспортировало смолу в бочках и янтарь, и данное перспективное приобретение мне понравилось. Наша эскадра, не мудрствуя лукаво зашла в порт и выжгла пиратскую флотилию, причем в плен пиратов не брали. А отом, после зачистки порта, мы с княжичем сошли на берег, в сопровождении синтетов вышли на главную городскую площадь, где княжич объявил, что возвращает свой престол, ибо коварный дядя и все его родственники отравили себя ядом (в качестве яда выступали арбалеты и катаны первой Лисьей алы). Народ косясь на арбалеты и аркбаллисты синтетов, естественно безмолвствовал, но тут молодой князь объявил, что в честь праздника дарит народу пол сотни бочек вина из княжеских подвалов и дома трех ближних бояр узурпатора на разграбление, а я добавил, что так как мой друг князь Глушата выразил желание стать моим вассалом и все тут присутствующие теперь и мои подданные, я жалую им шесть дюжин бочек медовухи, шесть дюжин окороков копченых и еще жалую пять тысяч серебрушек, которые синтеты стали немедленно кидать в народ. После этого, в легитимности новой власти, никто уже не сомневался, тем более, что дядя узурпатор и его пираты, уже сильно поднадоели местному населению. Что интересно, молодой княгиней стала капитанша одной из Черных галер, синтетка естественно. Буремир утешил меня, сказав, что принял меры и деторождение у этой пары, будет иметь место, то есть династия продолжится.

Когда я рассказал историю про Гамлета из Смолянского княжества, Мастеру-воеводе, боярину и маэстро по совместительству, Владимиру Качесову, он воспылал творческими фибрами своей души и сваял монументальную музыкальную драму — «Житие княжича Глушаты». Там княжич, по воле либретиста, помимо реальной истории, добавил в свои приключения… путешествия в страну русалок, битвы с чудовищами, знакомство с веселым пьяницей Лешим, который перейдя с кукурузного самогона на медовуху, из алкоголика превратился в милого слегка выпивающего персонажа. Ну и образ прекрасной княжны, ушедшей из-за злых родственников в пиратки и ставшей потом супругой главного героя, сильно украсил сюжет. Узнав об этом спектакле и инкогнито его посмотрев, Верховная, Жрица Косяка Видящих Сайена, прислала маэстро ладью заполненную речным жемчугом и потребовала, что бы в театре при моей Большой ярмарке, русалок, играли ее русалки, маэстро согласился, но с условием, что и в его театре, русалки тоже войдут в труппы. Надо ли говорить, что аншлаги в этих театрах стали постоянным, а Сайена, периодически играла сама себя. Я оставил молодому князю черную галеру его жены и алу синтетов в качестве бодигардов и мы отправились назад в Замок.

Глава 41

Мы готовились к новому дальнему походу… Надо было пройти несколько сот километров по Реке, притокам и каналам, дабы попасть в три соседствующих друг с другом княжества, в каждом из которых, судя по значкам на карте, присутствовала точка с мечом. Мы долго совещались с генералом Мазуром и его аналитиком (Кицуне так же присутствовала), но пришли к выводу, что анабазис с мечами надо по любому продолжать, тем более, что с каждой новой попыткой инициации, у меня повышалась магическая составляющая, а в Замке и Поместье открывались новые уровни, а на виртуальной карте новые объекты. Я дал Мазуру горсть амулетов и научил с ними обращаться, у Кицуне вообще появился хороший магический уровень, но всего я им естественно не раскрывал, хотя что-то они безусловно чувствовали.

В поход я решил пойти эскадрой… Помимо «Челна» под аватарой купеческого кораблика (в дальних краях ожидались непуганые пираты) присутствовали три Черных галеры с экипажами из синтетов под флагом адмирала Пятницы. Всего на эскадре дислоцировалась когорта синтетов, включая личный манипул Кицуне и был еще генерал-майор Тараканов с алой шпионов синтетов, из которых он собирался в портах посещаемых нами по дороге, создать шпионскую сеть. Синтеты были так сказать из спец-заказа, т.е. имели улучшенные модули магосвязи, возможность к мимикрии и трансформации, и базу данных шпионских навыков. Да, можно конечно убрать человека из Конторы, но Контору из человека убрать невозможно, а «молчи-молчи», он особист и в сказочном мире. Кстати, к чему Тараканов не мог тут никак привыкнуть, так это к локализованным временам года на берегах Реки, тут ему даже порой изменяло самообладание и каждый раз при пересечении климатических границ на лице генерала особиста, явно отражались эмоции.

— «Понимаете князь»- сказал он мне, когда мы сидели за столиком на палубе и потребляли кофий с ликером и мимо нас проплывали снега, сменившие яркую весеннюю зелень. — «В эти минуты, я очень ярко ощущаю, что попал в сказочный мир, чему до сих пор, где-то в глубине души до конца не верю»-.

Путь на этот раз был далек, и мы шли к точке назначения почти месяц. Единственным развлечением были непуганые местные пираты, которые радостно налетали на пузатенький купеческий кораблик, чуть не до клотика заваленный тюками с яркими тканями (такой была наша аватара). Тактика была каждый раз одинаковой и у нас, и у пиратов… пираты шли на абордаж, но к своему удивлению, не доходя до добычи ударялись в реальный борт «Челна», с борта арбалетчики Кицуне давали по ним залп, а потом шли на абордаж.

Моя рыжая подруга, никогда не упускала возможности потренировать своих «Лисьих хвостов» в боевой обстановке.

А в ряде посещаемых нами портов, оставались резиденты «Княжеской либерии», так называлась теперь моя разведка.

Три княжества куда мы держали путь, упоминались в Информатории Буремира весьма кратко…

Княжество Кокос было вотчиной кокосовых пальм с огромными плодами и смуглых пейзан, оно все было одной огромной кокосовой рощей, усеянной поселениями кокосоводов и мануфактурами выпускающими все что можно добыть с кокосовой пальмы: сгущеное кокосовое молоко, заговоренные калебасы для сохранения оного, кокосовое масло, брикеты кормового кокосового жмыха и прочие производные копры, веревки и канаты из койры, ликеры из бутонов цветков кокосовой пальмы, кокосовое вино и кокосовый келимас. И отдельной продукцией были одноразовые консервные банки из кокосов на базе которых изготовлялись мясные, овощные и фруктовые консервы.

Княжество Вюрст занималось производством колбасных изделий, которые славились далеко, и вниз и, вверх по течению Реки.

Ну а княжество Швайнеберг, находящееся на большом острове между воложкой и главным руслом притока Реки, занималось скотоводством, ибо представляло собой большое зеленое пространство с заливными лугами, и являлось раем для скотоводов и традиционно не имело армии, ибо было под защитой соседей, которым поставляло мясо.

То есть все три княжества были тесно связаны в производственной цепочке и сейчас, между двумя из них, шла война, за обладание третьим, тем самым Швайнбергом.

Учитывая, что генерал Тараканов сходил на разведку на галере под скрытом и высадил во всех княжествах своих агентов под личиной породистых и дорогих котов, которые моментально внедрились в «высокие» дома, то информация оттуда потекла рекой…

Княжество Кокос и княжество Вюрст, решили завладеть княжеством Швайнеберг, но каждый из князей естественно хотел это сделать для себя и они практически одновременно высадившись в двух главных портах острова, начали вялотекущую войнушку между собой.

Мы посоветовались и решили, что такой остров, нам и самим пригодиться и закрутили операцию «Мохнатый кокос» (курсив генерал-майора Тараканова). Наш главный молчи-молчи решил взять за основу, старую историю с американским кораблем на рейде Гаваны, добавив антуража от американских же эсминцев в Тонкинском заливе.

Ранним утром, в один из двух торговых портов Швайнбернга, вошел купеческий корабль, под флагом Владимирского княжества, который в этих далеких местах еще не был известен. С корабля высадились купцы, развернувшие торговлю и моряки, рассосавшиеся по кабачкам и тавернам. В одной из таверн все и началось… Компания солдат из Вюрста, купив у пиратов-наемников невольницу, стали предлагать посетителям таверны, за серебрушку потискать ее. Десятник абордажников находившихся под аватарами речников, получивший четкие инструкции, устроил скандал, в результате которого пираты и колбасные зольдатен, остались с переломанными ногами и руками, а пиратский капитан, который особенно грязно выражался, получил еще и дополнительное украшение в виде ножки стула засунутой ему в афедрон. Следующим утром купеческий корабль Владимирского княжества подвергся нападению, двух пиратских судов и сторожевого гукора княжества Вюрст, что создало Казус белли и после сигнала дымного фальшфейера, Черные галеры вышли из под скрыта, вошли в порт и разнесли пиратские и колбасные лоханки, в это же время в Большом Корале Совета элегантный офицер княжеского флота, объяснял членам Совета, что как это хорошо быть вассалами князя Владимира и быть баронетами, и находится в полной безопаснсти, причем получая гораздо большую цену за свой товар, и учитывая, что два члена Совета, не внявшие увещеваниям, и их охрана лежали на полу, кто с кинжалами в горле, а кто и вовсе без головы, остальные добровольцы проголосовали единогласно, а несколько манипул синтетов, зачистили Свободный остров Швейнберг, а Черная эскадра показала скорлупкам оппонентов, кто в этом пруду главный, и заодно, чтобы два раза не ходить, немножко сожгли военные составляющие портов оппонентов. Потом были переговоры и естественно банкеты. Был заключен мио, но наши резидентуры в пограничных княжествах были усилены и получили инструкции, по постепенной интеграции этих княжеств в дружную семью вассалов князя Владимира. На острове остались четыре Черных галеры и гарнизон синтетов, ну а мы отправились восвояси.

А с мечами получилось вот что… все они находились в заброшенной пастушьей хижине в центре острова, все как обычно развеялись черным дымом и после их исчезновения, на большом черном каменном столе, на котором они пребывали, осталось четыре больших амулета и один очень большой. Когда я взял большой амулет в руку, у меня перед глазами вспыхнул вопрос — «Произвести инициализацию артефакта сейчас или позже» и я сказал что сейчас, грянула мощная и беззвучная вспышка и мой магический уровень, вкупе с доступом в Информаторий снова подскочил вверх. Остальные амулеты я отдал позднее Мазуру, Заславе-Кицуне, Богуславе и Аглае. Чуйка мне так подсказала.

Глава 42

Гимн ополчения Владимирского княжества

Зелёною весной под старою сосной

С любимой ополченец прощается.

Кольчугой он звенит и нежно говорит

Не плачь, не плачь, Маруся-красавица.

Маруся молчит и слёзы льёт,

От грусти болит душа её.

Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси

Капают слёзы на копьё.

Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси

Капают горькие, капают кап-кап,

Капают прямо на копьё.

А летом за рекой, холодною зимой

С любимою Ванюша встречается.

Кольчугой вновь звенит и нежно говорит —

Вернулся я к тебе, Раскрасавица.

Маруся от счастья слёзы льёт,

Как гусли душа её поёт.

Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси

Капают слёзы на копьё.

Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси

Капают сладкие, капают кап-кап,

Капают прямо на копьё.

После того, как мое княжество сильно расширилось и прибавило в населении, я решил, для повышения социализации общества, ввести всеобщую воинскую обязанность, но с рядом допущений…

Мой Штаб выдал буквально Сталинскую формулировку типа усиления классовой борьбы при приближении к полной победе коммунизма, на тему того, что с увеличением территории нашего княжества, увеличивается вероятность большой войны против нас и я пошел на военные реформы и сначала естественно появилось Ополчение…

Служба в Ополчении была скорее правом, нежели обязанностью и отбор туда был строгий. Безусловно здоровье, элементарная грамотность, присяга князю на крови и в качестве мотивации куча плюшек… Бесплатная форма, амуниция, доспехи, оружие, это, само собой. Жалование в золоте в период службы и в серебре в период нахождении в запасе (учитывая сокровищницы, трофеи и доходы от торговли, с деньгами в княжеской казне проблем не было). Льготы по налогам семьям ополченцев, почетные знаки, которые можно было носить вне строя, и дворянство выслужившим офицерам. Так что от добровольцев отбою не было. А в качестве унтер-офицерского состава, я выделил синтетов с встроенной базой данных прусских фельдфебелей, так что качество обучения и дальнейшей службы было на высоте. Популярность ополчения была настолько велика, что наниматься туда приходили младшие сыновья дворян и даже из зарубежных родов, в том числе. Служба была гарнизонной и по ротации, манипулы ополченцев, как правило служили на дальних территориях и в охране торговых точек княжества, но не у себя дома. Ну и как нормальный попаданец, я естественно сделал гимном Ополчения строевую из Ивана Васильевича (после этого на моих землях имена Маруся и Иван стали самыми модными).

После очередного повышения магического уровня, в Медхенциммере обнаружилась автоматическая верфь Черных галер, так что я увеличил количество эскадр Речных егерей и разделил их на легкие и тяжелые силы. Легкие на старых галерах, для осуществления ближней береговой обороны, а Тяжелые, для дальнего патрулирования и Особых рейдов. По прредложению генерала Тараканова я создал секретную эскадру «Золотой патруль», состоящую из дюжины пар Черных галер работающих одна под скрытом, а другая под аватарой купца и их целью было, в совсем дальних извивах Реки, где о нас никто не слышал, вылавливать пиратов и контрабандистов и изымать их общаки. На каждой галере присутствовала для более успешных информационных разработок по паре особистов, которые, как и команда, были синтетамию

Во всех своих владениях, в оперативно-тактических точках я устроил Комендатуры княжеского ополчения. На новых уровнях складов демиургов, обнаружились модули фортов, из которых образовывались пятибашенные замки с комплектом аркбаллист и гарнизоном синтетов, причем в случае расположения фортеции на берегу, по умолчанию появлялось четыре Черных галеры с экипажами синтетов. Под эту музыку я создал аналог Нахимовских училищ, назвав их «Школами Юных Речных егерей» и на гарнизонных Черных галерах, теперь присутствовали группы юнгов, при Дядьках Боцманах, набранных из старых моряков (Прошедших естественно инициализацию на профессионализм и преданность. Может у меня конечно обострилась паранойя, но все мои служащие, независимо от ранга, будь это простой ополченец или ратушный советник, приносили мне клятву на крови с магической привязкой на верность). Учитывая, что в школах было комфортное и сытое проживание, плюс красивая униформа, желающих туда попасть, было больше чем достаточно. А для улучшения социализации свои подданных в свете моих реформ, я Высочайшим указом открыл Женское медицинскую Академия Сестер Милосердия и уже совсем через небольшое время, количество абитуриенток стократно превышало количество учебных мест… Девицы всех сословий стремились попасть в Цветочное баронство, где была центральная Академия, попечительницей которой естественно была баронесса Блюм, остальные дамы моего высшего света тоже потребовали себе Женские Академии на попечение и у Кицуне появилась Академия Боевых лисичек, у Аглаи — Академия Юных хозяек, а у Богуславы — Академия Изящных Мастериц. И тут количество официальных и неофициальных соискателей стало просто зашкаливать. Ко мне в вассалитет попросилось еще несколько княжеств и самое интересное из них была далекое княжество Валькирия, государственное образование с абсолютным матриархатом, на порядок более жестким, чем в Цветочном баронстве куда, что характерно, так же была очередь мужчин желающих познать прелести матриархата. Я принял валькирий под свою руку с условием, что они не будут вести пропаганду матриархата на ленных и вассальных мне территориях, они в ответ потребовали устроить у себя филиал моих Женских академий, на что я согласился с условием того, что весь их персонал будет из моих людей. Самое забавное, что персонал академий был из синтетов и синтеток, в аватарах воспитателей, воспитательниц, преподавателей и естественно охранников. Плюс ко всему этому, был опубликован Указ о том, что учащиеся и сотрудники Академий находятся под личной защитой князя, подкрепленной парой публичных казней, парочки заезжих торговых морячков приставшим на улице к двум курсисткам и тройки гопников избивших курсанта, сделавшего им замечание за неподобающее поведение (три пьяных придурка мочились на витрину женской парикмахерской). Надо сказать, что к тому моменту когда вмешалась стража, курсант уже уложил одного из них и держался против двух оставшихся (это был курсант третьего месяца обучения).

Но тут на виртуальной карте включилась целая россыпь зеленых огоньков и все они были в Полярной области, в районе Верхнего полюса и мы стали готовить новую экспедицию, ибо долг превыше всего.

Глава 43

По дороге, самым интересным была работа нашего главного особиста генерала Тараканова. Его агентура, уже буквально паутиной потихоньку обволакивала эту планету… В одном из попутных баронств, с говорящим именем Зальтц, резиденты генерала, подмяли под себя все местное криминальное сообщество, а дело было так… Само это баронство обладало огромными соляными копями, что учитывая развитое рыболовство в этом мире, давало баронству постоянный доход и возможность содержать сильную армию, дабы давать отпор соседям, в тех случаях, когда их уж очень обуяла жадность. Агенты генерала прибыли в баронство под видом пары побродяжек и занялись тривиальным нищенством. У синтета была аватара спившегося бывшего наемника с одной рукой, а его подруга синтетка изображала соответствующую подругу. Сначала они стали побираться на краю рынка, их попытался подмять под себя местный бригадир Гильдии нищих, которому они сломали руку. Он не внял и вернулся с четырьмя мордоворотами, которым сломали ноги, а самому бригадиру, остальные конечности. Потом он перебазировались на ратушную площадь к Соляному столпу, местному культовому строению, где ими уже занялись коррумпированные стражники, которые некогда крышевали Гильдию, но в процессе превратились в холуев местных паханов. Синтеты спокойно дали препроводить себя в узилище где их определили в прес-хату с семью постояльцами и когда утром пахан Серых плащей (так называлось сообщество нищих) в сопровождении старшего надсмотрщика заявился в камеру, дабы попинать получивших ночной урок наглецов, то обнаружили там почти идиллическую картину… парочка новичков сидели за столом и завтракали деликатесами из нычки старшего по камере, а остальные сидельцы еле слышно поскуливая, сгрудились в углу камеры еле слышно поскуливая и баюкая сломанные конечности. Пахану сломали пальцы на одной руке, но после мизинца на второй он полностью признал новые приоритеты, старший вертухай получивший пару раз по печени и пять золотых, проводил уважаемых людей на выход. Этой же ночью произошел сход паханов Ночных парикмахеров, где Однорукий и его маруха представились обществу, внесли двести золотых в Общак и свернув голову пахану нищих и одному из его непонятливых ближников, заняли его место в Ночном Круге, так называлась руководящая сходка Ночных парикмахеров. Ну а к нашему приезду, Однорукий был главой Ночных парикмахеров столицы и местную стражу тоже под себя подмял. А его половина открыла несколько трактиров с номерами и заодно была паханшей Серых плащей. Ну то что они завербовали всех кого можно, это было аксиомой, особенно радовало, что была даже парочка прикормленных родов кочевников,с которыми рассчитывались за услуги солью.

Мы оставили на постое в номерах подруги Однорукого алу синтетов, под видом наемников, подкинули им сундук золота на расходы и в приватной обстановке я вручил им капитанские нашивки и Почетные золотые жетоны. Судя по всему демиурги были еще теми шутниками, ибо внедрили в программу синтетов, пиетет перед чинами и наградами, что впрочем было на пользу мотивации, пусть даже для искусственных существ. Я санкционировал начала беспорядков в баронстве Зальтц и подготовку его перехода в мои вассалы. У баронства была сильная армия, но в любой даже самой сильной монархии и диктатуре, самым слабым местом является идеология, особенно если она не прогрессирует относительно социума. Армия баронства состояла из шестнадцати полностью дворянских рейтарских эскадронов и традиционно ей командовали три генерала из баронской семьи, капитанами эскадронов были старшие сыновья восьми главных семей, а лейтенантами более младшие сыновья этих же родов, все они относились к так называемому Золотому дворянству и имели право носить на одежде золотой галун. Все остальные дворяне относились к Серебряному дворянству, соответственно носили серебряный галун и могли служить лишь только рядовыми или десятниками, то есть социальные лифты в баронстве отсутствовали для них, как класс. И тут начала работать пропаганда… Учитывая, что рынок продажной любви тоже контролировала наша резидентура, и не только контролировала, но и упорядочила. Жрицы любви получили реальную охрану жизни и здоровья, нормальную оплату и нормальные условия работы. Были организованы стационарные бордели, куда велся особый отбор, а уличную проституцию запретили, через прикормленных чиновников. А в данном баронстве, как и во многих других, была целая плеяда местных древних божков и у деятельниц досуга, была своя богиня по имени Лизет. И одна из ее жриц заявила, что ей было видение в котором ей явилась сама Лизет и сказала, что серебряные дворяне помечены сенью благородства и посему денег с них брать нельзя, а расходы эти будет оплачивать храм. А учитывая, что за обслуживание Серебряных клиентов храм Лизет платил в два раза больше, девицы стали попросту саботировать обслуживание Золотых дворян, тем более, что массово стали ходить слухи, что серебро благороднее золота. В результате Золотые офицеры разнесли один из борделей, а серебряные рейтары взяли в палаши своих офицеров и практически зачистили всех золотогалунников (включая барона и его семейство), причем городская стража встала за серебряных (еще бы за такие деньги) и в столице началась анархия. А тут еще на сухопутных границах оживились кочевники, но строго в плепорцию, то есть только имитирую оплаченную Одноруким деятельность. В столичном порту совершенно случайно оказался патруль Княжеских речных егерей, возвращавшийся из дальнего рейда на трех галерах и задержавшийся тут по моему приказу. По просьбе Совета представителей (новой власти баронства) Егеря сожгли пиратскую наемную эскадру обозначавшую баронский флот, а потом абордажники-синтеты высадились в порту и навели в городе порядок, после чего из реальной силы остались Серебряные подразделения и Частная стража (из синтетов охранявших торговые объекты Однорукого). Надо ли говорить, что был проведен референдум, согласно которого баронство Зальтц, стало моим вассалом.

Стражу потом все равно реорганизовали, практически распустив и создав новую. А Армейские десятники и рейтары получили повышение в чинах и эполеты офицеров моей армии. Ну и Академию тут немедленно открыли.

Отгуляв соответствующие праздники и утвердив состав Совета и оставив наместником местного Серебряного дворянина, который некогда сбежал отсюда, после убийства на дуэли Золотого капитана и окончивший после этого мою Академию и имевший чин лейтенанта Княжеских абордажников. Ну все это естественно под присмотром Однорукого и его подруги.

Глава 44

Наш путь в Полярную область был в принципе ясен, хотя и в определенных информационно-географических рамках. Виртуальная, карта показывала только те места, где «Челн» уже бывал и маршрут очередного анабазиса, но только по руслу, а все остальное представлялось серой Терра Инкогнито. Буремир не мог мне объяснить этой странности, а я как то даже представил себе хихикающего демиурга составляющего географическую базу информатория и потирающего лапки в предвкушении моих географических мучений в ходе очередного квеста. Хотя я кажется смог обойти, по крайней мере, часть этих хитростей… После того, как я освободил несколько семей своих земляков, я решил восстановить, хотя бы частично, Владимирски-Волжское княжество, свою местную Родину (Волжским, княжество называлось по имени озера Волж, находившегося на территории княжество и славящегося отменной плотвой. Так как наш маршрут пролегал мимо тех мест, я взял с собой для захода туда шесть Черных галер с шестью семьями своих русичей, шестью манипулами синтетов и комплектом строительных модулей. Наместником, я направил туда Матвея Медведя, который навел в Сакуре порядок и оставил там своего племяша Витала. Для поддержки я отправил с ними аватару Минотавра решив самому туда не заезжать (ну если только на обратном пути). Ну и они конечно справились с задачей…

Вокруг озера к этому времени уже расположилось три кочевья, и форпост-рыбная фактория Суздальцев, и вот с них десант и начал свою работу. Территория моего старого княжества быстро и четко была зачищена от кочевников и захватчиков, границы восстановлены и укреплены сторожевыми башнями и фортами. Синтеты из присланной когорты, были названы Егерями и получили зеленые шарфы, которыми чрезвычайно гордились и быстро наладили пограничную службу. А а лесах были обнаружены уцелевшие жители моего старого княжества, которым были отстроены усадьбы с помощью строительных модулей и жаловано земли столько, сколько они могут обработать. Озеро же я объявил княжьим владением, но разрешил там своим подданным ловлю рыбы, но за десятину. Так что процесс возвращения к истокам набирал силу.

С кочевниками вопрос решался в рабочем порядке… Любой род, отряды которого пытались нарушить границу княжества, вырезался под ноль. А тут вдруг проявились родственнички Суздальцев, за рыбкой они блин приехали. Когда мне это сообщили, то я просто озверел и остановив свое путешествие, послал туда Дракона. Пока егеря зачищали незванных гостей, Дракон посетил Суздаль, сыграв роль большого голубя княгини Ольги*, оставив после себя огромное пожарище. Надо отметить, что это было то самоемж княжество с младшим наследником которого я был знаком, и налетом на мою местную родину руководил его старший брат, который как выяснилось его отравил. Когда я выяснил это то поклялся найти и покарать мерзавца, если он конечно уцелел после налета на Суздаль.

А мой караван продолжал путь новой цели. Дракон кстати был мною используем постоянно и осуществлял ближнюю разведку, под скрытом естественно. Тут кстати открылась интересная реакция на него моей виртуальной карты… полеты Дракона в радиусе десяти километров, открывали карту и посему, он летал у меня круглые сутки, что характерно ничуть не уставая.

И вот наконец мы свернули в канал ведущий к полярным землям…

*В 945 году от рождения Христова княгиня Ольга после убийства взбунтовавшимися древлянами своего мужа князя Игоря, задумала месть… После ряда карательных походов, Ольга вдруг предложила Мир и потребовала символическую дань,

В виде голубков и воробышков, но по три птички с каждого двора столичного города Искоростень.

Ну а потом птички вернулись домой с зажженными фитилями привязанными к лапкам и сожгли город. По крайней мере, так гласит легенда.

Глава 45

Этот канал отличался от всех остальных, первым делом тем, что вдоль всего канала была постоянная Зима. И что отдельно выделяло эту водную трассу, вход туда закрывала магическая завеса, сквозь которую мы пройти только мой «Челн». В информатории всплыла информация о том, что так запечатаны все водные магистрали ведущие к полярным областям.

Ну и во вторых он отличался от других каналов шириной, он был шириной почти с Реку, и тем, что вдоль берегов были две полосы льда по которым среди торосов фланировали пингвины и белые медведи, причем вели они себя относительно друг друга абсолютно индифферентно. Периодически ныряя за рыбой, причем пингвины были более успешны в рыбалке и делились уловом с медведями. А еще на берегу то там, то тут появлялись собачьи упряжки с нартами, запряженные огромными белыми малемутами, управляемые симпатичными туземками в белых расшитых кухлянках, которые к моему изумлению, доставали из нарт старые добрые четырехлитровые «ротные» банки сгущенки. Медведи лихо открывали их когтями и благородно делились с пингвинами. Я приказал отдать якорь и с тремя синтетами и Кицуне, отправился на берег. Туземки сбежались к месту высадки и хором поприветствовали Великого магистра. Этот «зоопарк» был отголоском очередного эксперимента древних демиургов. Тут недалеко было стойбище в котором жило племя, присматривающеие за животными. Стойбище населяли синтеты, собачки были также синтетами, а вот пингвины и медведи были настоящие. Рядом со стойбищем был огромный подземный склад, где в стазисе хранились миллионы банок сгущенки и что было отдельно странным, этикетки были современные моей Земле ХХ века, но с клеймом Главного Интендантского Управления РККА, и год выпуска там стоял 1935. Мне вспомнилось, как в прошлой жизни, мы наткнулись в Сахаре на склад корпуса Роммеля, где был вполне съедобный консервированный хлеб 1935 года и так же вполне съедобный шнапс. Да, веселое было времечко…

Сэр Эдмунд Чарлз Ричард Смайт — пятый граф Гетиленд был в плену у немцев четыре раза. Первый раз в мае 1940 года во Франции. Будучи на рекогносцировке, попался патрулю Вермахта, но был освобожден через несколько часов танкистами полковника Де Голля. В декабре 1941 под Бенгази его захватила батальонная разведка одной из частей Роммеля, но через неделю Бенгази пал и Смайт опять получил свободу. В феврале 1943 его машина заблудилась в песках, и снова Сэр Эдмунд попался в силки солдат Лиса пустыни, был отправлен ими в Тобрук, и только в мае 1943 снова получил свободу. В 1945 году, в начале января, капитан Смайт оказался последним пленным, которого взяли немцы во время Арденской операции, ему очень повезло, что на штаб полка Вермахта, где его допрашивали, напали польские коммандос. Учитывая то, что в Британской армии плен не является преступлением, Смайт даже имел некоторый карьерный рост, чему конечно способствовали родственные связи в Лондонском истеблишменте.

После войны майору Смайту предложили работать в Британской военной администрации в Германии, но он отказался. Немцы, причем в любой форме, очень сильно действовали на его психику. Приехав через десять лет после войны в Берлин, Смайт увидев солдат ННА ГДР в такой знакомой до дрожи форме, полностью потерял над собой контроль и, сказавшись больным, срочно улетел в Лондон. И вот, ответственный сотрудник Форин Офиса был отправлен в Африку с важной миссией. В Тунисе, недалеко от Гадамеса, нашли останки Британских военнослужащих времен Второй Мировой войны, и в комиссию нужно было включить Британского дипломата, Смайту как раз нужна была какая-нибудь успешная и значительная поездка, ибо близились награждения и для получения какого-нибудь ордена новые заслуги были необходимы. В экспедицию, помимо охраны и военного патруля, вошла девушка-переводчица из Миссии ООН, очаровательная австрийка Эрика Инкварт. Колонна из четырех «роверов» попала в песчаную бурю, и машина, где были Эрика, Смайт и водитель осталась в одиночестве. Учитывая, что единственный компас сломался, ООНовский экипаж покатился совсем в другую сторону. Короче, когда кончился бензин, на горизонте показался оазис. Водитель остался у машины, а Эрика и Смайт пошли за помощью. Чем ближе они подходили к оазису, тем тревожнее становилось у Смайта на душе. Дежавю услужливо показывало картины тридцатилетней давности, и не самые благостные. В тот раз ведь он тоже заблудился в пустыне, а что из этого тогда вышло… Вот девушка и дипломат почти вплотную подошли к Оазису. Им показалось, что звучит какая-то музыка, эта музыка звучала все громче, и вместе с ней стали слышны слова какой-то смутно знакомой песни. ПЕСНЯ БЫЛА НА НЕМЕЦКОМ! Как только Смайт понял это, колени его ослабели. На пятачке, среди пальм, был какой-то непонятный бивак, состоящий из пары палаток и неизвестного сооружения, напоминающего вход то ли в ДОТ, то ли в бункер. Возле распахнутого входа в бункер орал патефон, и люди, в немецких тропических касках и песочного цвета кителях Роммелевского покроя, самозабвенно распевали слова: «Вир Альтер аффен — ист вундерваффен», дирижируя маузеровскими карабинами 98К. А когда один из них, самый большой и страшный бедуин, помахивая карабином, как тросточкой, направился к парочке путешественников, у Смайта закружилась голова, и, пробормотав «Нихт Шиссен их бин капитулирен», он рухнул на землю.

Хлипкий мужик с девицей появились перед нашей засадой-приманкой очень не вовремя. Стоило хранить радиомолчание, чтобы засветиться в последний момент. На такие случаи была четкая инструкция, и следовать ей не очень хотелось. Но судьба распорядилась по-своему…

Со стороны «ровера» послышалась стрельба, в бинокль было видно, как замелькали вокруг машины вооруженные фигуры, тело шофера, безжалостно выкинутое на песок, валялось изломанной куклой, и два джипа, набитые инсургентами, двинулись к оазису. Президент Боургиба навел в стране порядок, но в этих местах еще сохранились некоторые вооруженные формирования и у правительства руки до них пока не доходили. А джипы тем временем приближались, и их турельные пулеметы бдительно смотрели на оазис, но для нас это было слишком просто. Как один хлестнули четыре выстрела, оба водителя и пулеметчики отправились к Аллаху, а потом начался элементарный тир с подарками… выстрел — попадание, выстрел — попадание. После первого залпа прошло всего восемь минут, и от противника осталась только матчасть. Но почивать на лаврах было некогда. Это была явно разведка какой-то большой банды, уходящей за границу, и надо было делать ноги.

Наших гостей спас Арканя. Между прочим, это именно он ввел в бессознательность гордого Бритта. Типаж, надо сказать, весьма своеобразный. Представьте бегемота, вставшего на задние лапы, с физиономией Шрека. И не смотря на устрашающую внешность, Арканя был добрейшей души человек и большой интеллектуал (для офицера, естественно). Дома у него была прекрасная библиотека европейских поэтов Эпохи Возрождения, огромный шоколадный «Британец» с вреднейшим характером по кличке Чосер, тетушка с повадками классной дамы и два холодильника. Любовь Аркани к поэзии была загадкой для всех, но на девушек декламация стихов на итальянском действовала как форма Африканского корпуса на Сэра Смайта: они закатывали глаза и слабели в коленках. Чосер имел точку дислокации на шкафу в прихожей, откуда любил неожиданно спрыгивать на гостей. На вопрос «В кого он у тебя такой?», Арканя обычно отвечал: «А в окружающих». Ну, а два холодильника, что по Советским временам было такой же роскошью, как два больших телевизора, это была дань главной слабости нашего друга — чревоугодию. Так вот, после того как Смайт пришел в себя, Арканя представился польским этнографом, а нас определил как польских же геологов. Ну, а про наш антураж он рассказал почти правду. Мол, заблудились и отстали от партии. Машину послали на поиски. А склад с немецкой амуницией нашли здесь случайно и решили позабавиться. Ну, а после того, как он прочитал Эрике несколько строф из Франкфуртера, лед недоверия растаял полностью.

Истинное же положение вещей было следующим… В этот оазис мы попали не случайно и ждали здесь транспорт, чтобы по обыкновению сопроводить его по назначению и заодно отвлекали от транспорта возможную слежку. Склад с немецкими тряпками и железками нашли случайно и стали дурачится, но тихо. Когда же увидели гостей, решили применить пятую позицию маскировки: часть засады демонстрирует бурную деятельность и раздолбайство, а основной состав ждет, когда надо нанести удар. Подобный случай описывал в своих мемуарах один подпольщик: гестаповцы захватили явку и устроили там засаду. На явке был патефон с советскими пластинками, а в сенях стояла…ну очень большая емкость с буряковым напием. В сенях же мирно лежала в углу в грубом мешке рация «Северок», присыпанная мороженым Буряком. Рацию немцы как раз не заметили: и им даже в голову не пришло, что кто-то будет хранить рацию в сенях, да еще и в мешке. Но на самогонку фашисты глаз положили. Для маскировки они стали крутить на патефоне пластинки с советскими песнями, особенно им пришлась по душе Катюша. Потом, естественно, пришлось выпить, потом еще немного, а потом гестаповцам пришла в голову гениальная идея… Если они будут петь вместе с патефоном, то партизанен поймут что тут свои и придут прямо в ловушку. Вобщем, когда партизанский разведчик подошел к дому, то из ярко освещенных окон под патефон и ядреный запах самогонки, неслись бессмертные слова Михаила Васильевича Исаковского: «Райсцвьетали яблёки и грьйюши, пойплильи тумьяны найд рекьёй…». Подпольщик тихонько проник в сени, забрал рацию и скрылся в темноте… Это я рассказываю к тому, что на складе имелось и некоторое количество старых армейских пайков Вермахта, на хлеб и шнапс, входившие в них, годы не подействовали совершенно. Так что возможность пошуметь мы встретили с редким энтузиазмом, и неофициальный гимн Фольксштурма распевали от души. Кто не знает — «Вир Альтер аффен — ист вундерваффен», означает в переводе «Мы старые обезьяны — и есть Чудо Оружие». Эту песню несчастные фолькштурмисты 1945 года напевали на мотив «Дойче зольдатен». Песенка была из коллекции Барона, который в порядке хобби, интересовался фольклором Третьего Рейха. Итак, мы и гости погрузились в джипы, один из которых для разнообразия оказался Доджем 3\4 и тронулись навстречу ожидаемому транспорту. Погоня, конечно же, не заставила себя ждать. Когда мы ликвидировали второй за три часа патруль, у нас возникли вопросы к третьему, и одного из преследующих пришлось взять в плен и по-быстрому разговорить. (Смайт и Эрика были в передней машине, и этого не видели). Выяснилось, что у оазиса мы шлепнули какого то ихнего ходжу, и теперь нам был объявлен газават.

Когда мы объяснили Смайту, что среди покаранных нами убийц его водителя был некий религиозный полевой чин, и что это теперь создает нам всем определенные трудности, то воспрянувший и никого больше (кроме Аркани) не боявшийся Сэр Смайт заявил, что мы действовали в пределах необходимой обороны. И больше того, защита чиновников Форин Офиса ее Величества и ООН является святой обязанностью любого цивилизованного человека, пусть даже он и поляк. А Эрика от себя добавила, что мы заслуживаем награды за спасение гражданки Австрийской республики. На счет поляков мы, конечно, попали. При гостях приходилось разговаривать с польским акцентом: постоянно пшекая, как сломанные сифоны с газировкой. Когда мы, наконец, встретились с транспортом, руководимым Тарасюком, и милейший старшина узнал о том, что отныне и вплоть до особого распоряжения он по национальности польский геолог, то он выдал такую не польскую матерную тираду, что даже полиглот Таракан посмотрел на него с уважением. А Борька с показным испугом сказал: «А я думал, что пан только антисемит», чем заслужил еще некоторых непереводимых идиоматических выражений.

Глава 46

Следующая неделя была наискуснейшей из всех, канал тянулся среди снежно-ледяных полей, практически пустых, не считая ледяных башен, бессистемно торчащих по берегам, то с одной, то с другой стороны. Я не манкируя, проверял каждую из них и несмотря на то, что все башни были пустые, в паре из них нашлись сюрпризы. В одной башне, стояла натуральная митральеза, нечто вроде морского Гатлинга конца XIX века, но без каких либо клейм и номеров, а в еще одной, мы обнаружили замерзшее тело офицера Японского императорского флота в чине кайгун-тюса, явно сделавшего себе сеппуку. Причем кроме офицера в полной форме с кинжалом кусунгобу в руке и ритуального коврика в башне ничего не было, а сам офицер быдл хомо сапиенс, а не синтетом, как я ожидал. Мы забрали Гатлинг, предали тело японца мерзлой земле, даже сделали в мастерской «Челна» памятную пирамиду, на которой по генерал Тараканов написал по японски (я опять подивился талантам нашего безопасника), что здесь лежит кайгун-тюса Токигава (фамилия была написана внутри фуражки). А еще через несколько километров, возле очередной ледяной башни, на берегу лежал на боку самый натуральный эсминец, судя по иероглифам на борту, японский, название которого по словам Тараканова обозначало — Фудзию И вот, к тому времени, когда зеленые огоньки на виртуальной карте приблизились, канал вышел в некую акваторию похожую на море покрытое льдинами и среди льдин застыли натуральные боевые корабли ХХ века и полазали мы по ним от души…

Все корабли явно побывали в бою, на них были всевозможные повреждения от артиллерийского огня, подпалины от пожаров, но во первых не было ни флагов ни названий, а вторых, кубрики и трюмы были пусты, то есть не команд ни вещей. Но были явные следы автоматической механизации всех процессов, от вождения до ведения огня. На капитанских мостиках, просто не было место для капитанов, но зато было скопище непонятных механизмов. Так что я сделал вывод, что это какая то, толи дистанционно управляемая, толи роботизированная эскадра и все это судя по всему остатки очередной забавы древних демиургов. Но зеленые точки на карте были дальше и наш дракон кстати, не мог в этих местах отлетать от нас дальше, чем на километр, такое тут было странное магополе и мы двинулись к цели, естественно соблюдая все предосторожности.

Льдины тут были странные, больше похожие на пенопласт, нежели на лед, хотя нашему «Челну» и айсберги были бы не страшны. Мы продвигались все ближе к цели и когда на горизонте увидели чуть в стороне от курса, какое-то возвышение, то естественно я захотел посмотреть, что это там такое… это оказался самый натуральный «Титаник», торчащий из воды верхней половиной корпуса, ровно под девяносто градусов. Я почему-то не захотел лезть туда лично и отправил на этот мрачный обелиск из ниоткуда «Жуков», это были синтеты-разведчики, из очередного уровня бесконечных подземелий «Замка», продолжавших раскрываться передо мною с каждым повышением магического уровня. Кстати, после визита к белым медведям и пингвинам, у которых мы разжились сгущенкой, на схеме замка, открылся огромный отсек со сгущенкой разных калибров тары, и я с ностальгией вспомнил старшину Тарасюка, который в неких теплых краях, мог выменять на сгущенку что угодно, была бы сгущенка в достаточном количестве*.

«Титаник» был абсолютно пуст, ни команды, ни останков команды, ни каких-либо вещей и даже механизмов, там не присутствовало. Часть корабля, находящаяся под водой, была забита местным странным льдом, ну а надводная часть была пуста, как барабан, но чувство опасности все нарастало. Как только «Жуки» вернулись на борт, я дал фулль-спид и чувство тревоги стало потихоньку отступать, а когда «Титаник» внезапно погрузился в пучину, все мы (и даже синтеты) испытали огромное облегчение. Ну а потом нам пришлось еще раз удивиться… Когда мы вышли к нужным точкам, то обнаружили застывшую во льдах эскадру боевых кораблей, на мачтах которых развевались боевые флаги, флота империи Ямато. Посланные на разведку Жуки передали жуткую информацию… корабли были в полном порядке и экипажи были на местах, от адмирала, до последнего кочегара. Вот только угольные ямы блистали чистотой, а все моряки представляли собой ледяные статуи. Я нашел шесть мечей, вернее шесть катан, се они развеялись черными блесками, как только я дотрагивался до эфесов отделанных акульей кожей и на месте каждого, я обнаружил по очень большому амулету-артефакту. Когда наш «Челн» развернулся и пошел назад, эскадра рассыпалась в снежную пыль, небо над ней очистилось от туч и сразу стало легче дышать.

А теперь кое что еще о старшине Тарасюке и сгущенке…

«Наступление отменяется»

Закон суров артиллериста

Снаряды есть, тогда Огонь!

А нет снарядов, снова в пушку

Расчет впрягается как конь

Неизвестный канонир

Приказ был ясен и короток. Главная цель операции — сорвать артподготовку противника перед наступлением. Частности — на усмотрение группы, поддержка — рота местного спецназа. Дополнительная информация — конвой с боеприпасами будет на складе в Баданго между 11.00 и 15.00, 11-го числа сего месяца а забрать снаряды должны будут на следующий день, раньше этого сделать не дадут, ибо у «меньших братьев» опять начались внутренние разборки, и охрану складов усилили ротой. А делать всемером налет на такую большую охрану, — это было круто даже для нас. На общем совещании решался вопрос, что будет проще… Вывести из строя батарею 152-мм гаубиц образца 1943 года (Д-1), или взорвать склад боеприпасов, где в ожидании наступления пребывала сотня осколочно-фугасных гранат ОФ-530. Мнения разделились, и решение никак не принималось, пока старшина Тарасюк не сказал задумчиво: — ' А що, склад обязательно треба подрывать?' и добавил… «У меня как раз чуток сгущенки е, мабуть сгодиться, для хорошего дила».

В краале Чимфун, недалеко от водопада Чавума, никто не обратил особого внимания на пару подержанных грузовик эскортируемых Ровером с пулеметоми, уж тем более, не вызвали интереса белые наемники, охраняющие мини-колонну. С тех пор, как местный вождь Полковник Миджур стал по совместительству супер-интендантом по снабжению Народной Армии, всевозможные конвои сюда зачастили и по реке, и по земле. Старшина Тарасюк, как истинный профессионал, знал обо всех гешефтманах в радиусе тысячи лье и про Меджура имелась достоверная информация, что тот не только берет руками и ногами, но и приторговывает военным имуществом с вверенных ему складов.

Полковник приветливо встретил гостей, так как с каждого конвоя (включая официальные грузы) он имел еще и свой постоянный бакшиш. И эти белые его не разочаровали: они принесли в подарок два ящика сгущенного молока. Миджур сразу сделал стойку: этот товар пользовался спросом, и надо было выяснить возможность обмена. Два усатых белых мбваны, оба небольшого роста, оба коренастые, правда, один был несколько более объемен, с пониманием отнеслись к предложению гешефта и согласились пройтись по вверенным супер-интендантом Миджуру складам, чтобы выбрать что-нибудь для обмена. Гостей вроде бы ничего явно не интересовало, но Миджура заметил опытным взглядом дельца как тот белый, который был поплотнее фигурой, задержал свой взгляд на ящиках с непонятными гильзами из партии грузов, пришедшей недавно по реке. Груз состоял из двух частей: снаряды к большим новым пушкам и непонятные гильзы, и именно эти гильзы стали предметом торга. Торг был долгим, но успешным. За четыре дюжины ящиков никому не нужных гильз, наемники давали счастливому Миджуре десять ящиков сгущенки (он просил двадцать, но получил десять, пляс еще три банки). Охрана склада, понукаемая Миджурой, быстро освободила грузовики наемников от вожделенного продукта и загрузила в него ящики с бесполезными гильзами…

Полковника Миджуру расстреляли через одиннадцать часов после последней сделки в его жизни. Не знал бедный кафр, что осколочно-фугасная гаубичная граната ОФ-530*, прекрасный боеприпас, но без заряда им очень трудно стрелять**, даже из такой хорошей гаубицы, как Д-1. Начальник артиллерии Народной Армии с радостью расстрелял бы этого жулика и мерзавца еще один раз, когда обнаружилось, что в банках, выменянных им на заряды, находилось не сгущенное молоко, а старая краска. Позднее, в ответ на справедливые упреки, старшина Тарасюк, приняв свой обычный невиннейший вид, ответил: — «А де я возьму цьому шахраю стильки молока з цукром, або оно и нам сгодиться?».

* Осколочно-фугасная гаубичная гранаты ОФ-530, является мощным и действенным боеприпасом. При установке взрывателя на осколочное действие её осколки разлетаются на площади 2100 м': 70 м по фронту и до 30 м в глубину. Если взрыватель установлен на фугасное действие, то при взрыве гранаты в грунте средней плотности образуется воронка диаметром 3,5 м и глубиной около 1,2 м.

** Гаубица Д-1, является орудием раздельного заряжания. Т. е. сначала в ствол закладывается снаряд, а потом гильза с зарядом пороха. Так что без «гильз» выстрелить из этой артсистемы невозможно

Глава 47

На обратном пути пришлось задержаться у пингвинов с медведями, они и местные пейзане устроили для нас праздник. Я приказал выкатить дюжину бочонков меда, который был принят всеми местными обитателями на ура. После отплытия мой экипаж пополнился двумя десятками Белых медведей и пятью пейзанками (Белые медведи кстати понимали человеческую речь и по уровню умственного развития соответствовали десятилетнему ребенку.

Ну а дальше наш путь был достаточно рутинным, пока по магосвязи не пришло сообщение от наместника Владимирски-Волжского княжества, Матвея Медведя. Границы моей Малой Родины штурмовали кочевники, среди которых были замечены и Суздальцы. Пограничные башни и форту, вкупе с синтетами не давали продвинуться вперед вражьим силам, но атаки продолжались. Первым делом я послал туда Дракона, во вторых приказал двинуться туда Третьему легиону синтетов соответственно загруженного на эскадру Черных галер. Всё-таки гуманизм в политике, это преступление перед своим народом, и коли уж чайники вымахали в самовары, я теперь не позволю им даже мечтать, о карьере паровозов.

Я заехал в Замок, пару дней пообщался с женами и отбыл в боевой поход с манипулой Лисьих хвостов, Лейб-гвардейской алой Белый медведь, гвардейскими кавалерийскими бригадами «Буденный» и «Батька Махно» (и там и там были синтеты на конях синтетах, только у буденновцев были каурые кони, а у махновцев черные. Гвардия теперь была под командованием Кицуне и делилась на Лейб-гвардию и просто гвардию, которая переходила в Лейб после первого боевого крещения. Медведей я сделал Лейб-гвардейцами, после пары абордажей по дороге. Очередные пираты купились аватарой купеческой галеры, на палубе которой плясали полуобнаженные красотки (среди которых была Кицуне и наши новенькие из пейзанок, остальные были голограммами) и когда с мирно плывущей галеры со сладкой добычей, на пиратскую лоханку молча скаля зубы, спрыгнули белые медведи, то с волей к сопротивлению у джентльменов удачи не получилась никак. В дополнение к гвардейцам, я взял в поход Второй ополченческий легион, пусть штатские потренируются.

К моменту нашего прибытия пограничники и Дракон уже в принципе успокоили агрессора, а Дракон вдобавок выжег остатки Суздаля. Кочевники, пользуясь практическим безвластием приступили к грабежу и заполонению недавних союзников и тут появились мы. Гвардейская кавалерия, усиленная тачанками (Кицуне поставила трофейный Гатлинг на свою личную «тачанку»). И пошла боевая потеха… Остатки Суздальских поселений добровольно были присоединены летучими отрядами Егерей и Лисьих хвостов, сам Суздаль я решил не восстанавливать. По стойбищам кочевников, по расширяющейся окружности пошли боевые инспекции… Стойбище окружалось летучим отрядом включающим мобильные аркбаллисты и тачанки с ДШК, образца 1939 года. В случае наличия в стойбище русичей невольников, стойбище уничтожалось, в иных вариантах пара-тройка семей рода (из наиболее бедных) назначались новыми главами рода и одновременно моими вассалами, остальные изгонялись, причем их имущество становилось собственностью моих новых вассалов, короче коллективизация и комбеды в одном флаконе. Вокруг новых территорий моего княжества была образована нейтральная зона в десять километров, в которой кочевникам было запрещено появляться под страхом смерти, зона была локализована и инфильтрована сторожевыми башнями и фортами с гарнизонами егерей синтетов, и служащих по ротации учебных команд ополченцев. Мои вассалы кочевники занялись разведением скота и торговлей с местными пейзанами, что дало вполне успешный экономический симбиоз. А потом у дальних кочевников появился хан, создавший очередную Орду и попытался провести газават, но как писал авантюрист и писатель, Джозеф Хилэр Пьер Рене Беллок в своем сборнике «Современный путешественник»:

' На каждый ваш вопрос у нас найдётся ответ:

У нас есть пулемёт, а у вас его нет!'

А еще у нас была Кицуне, аркбаллисты, арбалеты и немного белых медведей, так что орда быстро закончилась, а у оих вассальных животноводов добавилось скота.

Глава 48

Благодаря освобожденным невольникам русичам, мое старое княжество более менее наполнялось населением. Были небольшие непонятки между русичами и вассальными мне кочевниками, но благодаря Егерям, порядок сохранился и тут состоялось два события… во-первых прибыла моя супруга баронесса и княгиня Розе Блюме и прибыла она со своим личным отрядом валькирий, и очень расстроилась, что опоздала на войну и сразу же, на виртуальной карте, в глубине материка зажглась большая группа зеленых огоньков и было это как раз на том берегу, где мы сейчас находились и я стал готовить экспедицию. Я сформировал мангруппу из трех манипул выделенных из Махновцев, Будённовцев и Лисьих хвостов, усиленных эскадронами тяжелого оружия с мобильными аркбаллистами и тачанками. Валькирий княгини Блюме рассадили позади гвардейцев, ибо кони-синтеты, могли нести и не такой груз. Для меня и Розе, был сделан роскошный паланкин-карету влекомый першеронами-синтетами (Кицуне предпочитала ехать верхом, но периодически к нам присоединялась, особенно на привалах. Тем более, что наши совместные обеды заканчивались бурной эротической сиестой).

Аватары Дракона, Минотавра и Буремира тоже увязались с нами (Дракон присутствовал и в своем истинном виде и занимался ближней воздушной разведкой выжигая попадавшиеся на пути разъезды кочевников, к которым после того, как ему в крыло попала стрела из тяжелого самострела, наш Дракон относился вельми отрицательно).

Буремир раскопал в своих архивах древнюю игру Шакра-чатурандж, некую смесь Го, Сеги и Маджонга. По этому поводу наши синтеты-искины поменяли аватары и Буремир теперь был в виде древнего адмирала, а Минотавр и Дракон в виде матерых бретеров.И теперь всю дорогу резались в эту игру, с периодически примыкавшей к ним Кицуне (княгиня Блюме предпочла любым играм секс в нашей карете).

Ехать нам было километров шестьсот с гаком, синтетам продукты не были особо нужны, хотя они могли потреблять любую органику, но я не поскупился снабдить своих гвардейцев амулетами, обеспечивающими их активную жизнедеятельность на несколько месяцев. А для нас с дамами и валькирий, имелся небольшой обоз из нескольких трехосных фургонов запряженных першеронами — синтетами. Маршевая скорость моих бойцов по не слишком пересеченной местности составляла километров двадцать в час, так что путешествие не обещало быть долгим. Но без странностей, граничивших с форс-мажорами, естественно не обошлось…

Центурион Первого Легиона Минервы Маркус Летиус проснулся, как всегда с рассветом и начал обходить караулы. Уже полгода, его центурия пребывала в этом таинственном месте. В 89 году по приказу императора Домициана легион прибыл на берега Рейна и центурия охраняла лагерь и обоз, когда случилось это… Гроза и буря началась в одну минуту, потом опустилась тьма и задрожала земля и лагерь с обозом и центурией оказался в неведомых местах, рядом с полуразрушенным городом римской архитектуры. Была тут и река кишащая рыбой, и лес с оленями, косулями и зайцами. В обозе был походный сатурнарий, бродячий женский театр и маркитанки, плюс большие запасы провизии, оружия и прочих припасов, то есть жить было можно, но три луны на ночном небе и незнакомые звезды, привносили известную тоску, но Римская дисциплина перебивала дурные мысли.

В развалинах было не мало пригодных для жилья домов, туда и перевели всех штатских, а центурия и наиболее ценные грузы остались в Каструме. Что было плохо, так это отсутствие лошадей, все лошади накануне катастрофы были на дальнем выпасе, а кавалерия находилась на другом берегу Рейна. Так что разведка была ограничена пешими патрулями. В город вела типичная римская дорога, но она обрывалась, пройдя по степи пол сотни стадий и упираясь в странную непреодолимую пелену. Такой пеленой их новое место жительства было окружено со всех сторон, и граница варьировалась расстоянием от города от пятидесяти, до ста стадий, и река была так же была перекрыта этой колдовской границей, причем рыб и куски дерева она пропускала, а вот людей нет. И еще тут была одна загадка… посредине города стояло небольшое здание странной архитектуры, без окон и с одной дверью, но ни войти в него, ни даже подойти не было никакой возможности.

У центуриона сохранился вексилум и штандарт Легиона и его власть благодаря этим аксессуарам была в глазах легионеров легитимной. Жизнь постепенно налаживалась, образовалось много семей, но служба неслась жестко и центурион в дисциплине послаблений не давал. Треть центурии постоянно была в полной боевой готовности. Город назвали Новым Римом, старую дорогу естественно Аппиевой и вот в это самое утро, центурион не зря поднялся на одну из башен Каструма, ибо вчера в это самое время, часовой заметил на горизонте дракона и поднял тревогу, но кроме него этого дракона никто так и не увидел. Ну а сегодня центурион влекомый неким предчувствием с самого рассвета отправился на башню, откуда бдительно осматривал горизонт. И тут часовой крикнул что видит на дороге движение… к городу двигались черные всадники и небольшая вереница черных же повозок, запряженных огромными черными конями.

Мы ехали по лесной дороге в полном соответствии с указанием виртуальной карты и с определенного момента лесная дорога, превратилась в типичную Римскую viae militares, а потом Дракон сообщил, что за лесом начинается степь и в степи стоит город и сбросил по магосвязи картинку, на которой я увидел явно подержанные образцы римской архитектуры и римский же военный лагерь рядом с ними. Римский анклав был накрыт магическим куполом, который схлопнулся, как только мы к нему подошли (кстати одновременно с этим на карте обозначилась невидимая ранее река впадающая в Реку).

Когда мы подъехали к римскому анклаву, то перед ним уже застыли шеренги воинов. Мало что это были натуральные Римские легионеры, так на их щитах и штандарте реющем на вексилуме была нанесена знаменитая аббревиатура SPQR (и как только эту аббревиатуру не расшифровывали историки…

Сенат и граждане Рима, Сенат и свободный народ Рима, Сенат и народ квиритов Рима,(«квирит», синоним термина — гражданина Рима), Сенат и гражданское население Рима. Короче темна вода в облацех).

С римским командиром мы быстро нашли общий язык… Римляне осознавали, что находятся в другом мире и спокойно приняли то, что они находятся на моей земле и должны мне присягнуть. Ну а после того, как я выделил легионерам по сто золотых на обустройство, офицерам по пятьсот, а центуриону пять тысяч, назначив его параллельно прокуратором Нового Рима, и объяснил римлянам, что магической преграды больше нет и скоро сюда придут мои корабли, а с ними и купцы с товарами, а недостаток женщин они могут восполнить за счет ближних кочевий, я получил новых преданных вассалов. Естественно я поставил заклятье преданности на центуриона и всех командиров до декуриона включительно.

А мечи оказались в том самом запечатанном домике, куда не могли попасть римляне и все мечи оказались пустышками.

Глава 49

На обратном пути, мы играли в преферанс, причем двумя коллективами, «Три плюс три» (княгиня Блюм тоже втянулась, хотя бурные ночи с ней и Киицуне это не исключило). В процессе игры на меня навеяло ностальгическим дежавю и припомнилась одна история из прошлой жизни. Итак, «Преферанс, как образчик гуманизма или кое что о защите животных»…

Преферансисты делятся в основном на две части… Во первых, это профессиональные Игроки, которые играют строго на интерес, при немаленьких ставках, ну во вторых, (но не в последних) дружеские компании, где главным является постулат о том, что Преферанс это не карточная игра, а образ мышления и плюс, стимул к интересному общению. Именно ко второму ареалу, относилась наша компания.

Игру «по маленькой», мы периодически сменяет игрой на «американку»… То есть перед игрой, придумывалось веселое, но сложное задание, которое должен был выполнить проигравший. Как правило, проигравшему надо было сыграть публичный Гэг…

В этот раз, задание выглядело следующим образом… проигравший, должен был, дождавшись группы прохожих, демонстративно совершить на их глазах, ни что иное, как Акт гуманизма, не больше, не меньше… Скажу честно, задание придумал Ваш покорный слуга, и выполнять его пришлось, увы, мне же.

Итак, игроки и болельщики высыпали на улицу, была суббота и следовательно прохожих, для роли статистов вокруг хватало. Был выбран тротуар между двумя жилыми домами, и зрители, с удобством разместившись на лавочках у одного из подъездов, стали ожидать представления.

Изначально я хотел прилюдно спасти какую-нибудь букашку, но в урбанистическом обществе, на данный мoмент с муравьями и божьими коровками была напряженка, и у майских жуков был увы не сезон, а то я бы вспомнил пионерское отрочество, когда мы сдавали в аптеки майских жуков на хитин, по моему аж по две копейки за штуку, и можно было бы гуманно спасти мирное животное, от маньяков-провизоров.

А минуты бежали, и как раз появилась компания молодежи, идущая в мою сторону и весело, что то обсуждающая. И тут мой взгляд наткнулся на торчащую в окне третьего этажа морду овчарки, и Мом радостно подмигнул мне с Олимпа.

Встав посередине тротуара, я принял позу актера из античной трагедии и начал свой монолог, простирая длани к обалдевшей овчарке…

— «Не надо, жизнь прекрасна, зачем ты решила прыгнуть из окна. Ты еще так молода и у тебя все наладится» —.

Две девушки и три парня уставились сначала на меня, а потом стали шарить взглядами по окнам в поисках жертвы суицида. Мои друзья, сидевшие на скамейке, самозабвенно подвывали от смеха, а я продолжал творить Акт гуманизма…

— " Остановись. У тебя еще будет настоящая любовь, и ты как мимолетный сон забудешь, про этого неблагодарного пуделя, который променял тебя на эту мерзкую болонку, подло забыв, что ты отдала ему, всю себя без остатка. И ведь он еще попытается вернуться, и ты его даже, наверное, простишь"- Уже не помню чего я там еще говорил, но судя по реакции зрителей, «Остапа понесло» очень удачно. Тем более, что собака поняв что я обращаюсь именно к ней, заинтересованно мне внимала.

Молодежь уже хохотала в унисон с моими друзьями, а овчарка весело гавкнула и исчезла в глубине комнаты. Я же усталым движением смахнул со лба несуществующий пот и провозгласил: «Вы все видели, как я спас эту нежную, оскорбленную душу!»

И тут в этом же окне появился мужик, в синей майке «алкоголичке» и с соответственным лицом, он уставился на нас, пытаясь понять, что же тут за шум, и я естественно не смог упустить этот момент, и воскликнул: — «Ура! Он вернулся» —, и эти окончательно добил зрителей.

Одна из прохожих девушек уже не могущая от смеха стоять, хохотала сидя на корточках, а один из моих друзей, от смеха упал с лавочки. Но и это был еще не финал…

Внезапно в окне рядом с мужиком снова появилась собака и он ее приобнял. Я, уже сам рыдая от смеха, смог только выдавить: «Совет вам, да любовь и детишек побольше»-, чем ввел общество в окончательную истерику.

Всё-таки веселая игра этот преферанс!

Глава 50

Пока мы занимались Новым Римом, мое старое княжество несколько увеличилось в территории. Егеря и вассальные кочевники, на каждый мышиный писк со стороны соседей резко продвигались вперед, причем, как говориться, впереди все бежало, а сзади, все горело. В Новый Рим я послал эскадру из пяти Черных галер под командованием Семена Рыжего, которого я назначил наместником данного анклава, Семен с легкой руки Мазура, был капитан-лейтенантом морской-пехоты (Мазур попросил обозначить абордажников морпехами и присвоить им советские военно-морские звания, а флагом у них стал флаг ВМС СССР). На галерах естественно было соответствующее моменту количество синтетов и достаточный комплект модулей сторожевых башен и фортов. Прокуратор и Центурион Маркус Летиус был удивлен римским названиям наших подразделений, но был поражен в самое сердце, фразой капитан-лейтенанта Семена Рыжего (которую он почерпнул у Мазура) — «Мы есть Третий Рим, а Четвертому не бывать!». Прокуратор велел выбить эту надпись на Храме Марса, расположенным в здании, где некогда хранились мечи. Кстати одна из манипул Егерей прибывшая с конвоем, была семьей из рода Черных бортников, покинувшего Медовое княжество после ссоры со старейшиной Черного леса, они были родственниками Шарлин и им очень понравилось разрешенное на моих землях многоженство. Первым делом, они попросились у наместника в рейд к диким кочевникам за невестами, кочевницы, очень ценились у Черных бортников.

Но в моем старом княжестве меня ждала еще одна новость… К нашей границе вышло целое племя кочевников с детьми, скарбом и домашними животными, они просили защитить их от пауков какой-то Золотой башни, выживших их из родных мест, короче просились под мою руку. Я выделил им угодья во фронтире и стал готовить экспедицию к этой непонятной Золотой башне. В экспедиционный корпус я включил три манипулы Лисьих хвостов и пару сборных эскадронов тяжелого оружия от Махновцев и Будённовцев. Ну а Дракона, естественно отправил на разведку.

Башня действительно была золотой и это был плод творчества демиургов и искин этой башни был весьма агрессивно настроен. Он представился Буремиру, который вышел на него через нашего дракона, как Великий и Сверкающий Светозарный Творец Сущего. Пауки-синтеты, хоть и не вооруженные ничем, кроме комплекта широких лезвий, тем не менее контролировали десятикилометровый радиус вокруг башни, уничтожили там все живое и занимались непонятным культивированием земли, без конца ее обрабатывая и засевая зерном, причем много делянок давали какой то урожай и делянки эти были восьмиугольной формы, что вызывало некое дежавю и я внезапно вспомнил старый рассказ Станислава Лема, про страну индиотов, которую подмял под себя сумасшедший компьютер и стал превращать население в восьмиугольники, которыми покрывал поверхность планеты.

Я немедленно приказал Буремиру прошерстить все уровни архивов, а когда он выдал результат, то обложил его парой больших и малых Петровских загибов и наказал месяцем без преферанса и прочих чатуранжей, строго приказав анализировать с помощью информатория любые новости со стороны.

А данная проблема выглядела следующим образом… Золотая башня была остатком очередного эксперимента древних демиургов и была станцией сельскохозяйственного Терраформирования территорий. На башне стояла мощная маго-защита, у мини-комбайнов никакого оружия не было, окромя набора сельскохозяйственных инструментов этих самых «пауков», но там была еще программа борьбы с вредителями, под которых искин с поехавшими мозгами, помимо крыс, мышей и прочих кротов, определил всех остальных живых существ и кочевников эти пауки-илоты разогнали достаточно лихо. И теперь этот местный «Лысенко»* вовсю занимался посадкой всевозможных гибридов из гигантского семенного фонда из стазис-подвала башни. Древний демиург был помешан на идее планет-житниц и это был один из его экспериментов. Тысячу лет Станция была на консервации, но тут случился камуфлет, который бывает раз в тысячу лет… на станцию упал метеорит, повредивший несколько блоков искина, после чего он проснулся, но в несколько ином качестве, тут видимо сработало и особенное местное магополе, под воздействием которого у всех местных искинов резко возрос индекс индивидуальности. Прошедший военный совет, смешанный с мозговым штурмом, выдал блестящее решение проблемы, причем главную вишенку на торт, выдала моя рыжая Кицуне… она предложила отравить Светозарного психа. Отравить искин крысиным ядом было невозможно, но Буремир предложил свой вариант чаши с цикутой*… Это бы комплексный ремонтный амулет с нанороботами, естественно определенным образом настроенный. А в качестве засланного казачка и Борджиа в одном флаконе был послан наш Дракон. Он прилетел к Золотой башне и заявил что хочет служить только Великому и Сверкающему Светозарному Творцу Сущего и больше никому, после чего был допущен к Золотой башне в качестве ее украшения, после чего запустил амулет с нанороботами. Станция перешла под контроль Буремира, а предыдущего управляющего дезактивировали под ноль (от греха подальше) и теперь у мего княжества появился практически бесконечный и вельми эффективный сельскохозяйственный ресурс зерновых культур всех видов.

*Лысенко, Трофим Денисович — Основатель и крупнейший представитель псевдонаучного направления в биологии — «Мичуринской агробиологии», академик АН СССР и ВАСХНИЛ. Герой Социалистического Труда. Лауреат трёх Сталинских премий первой степени, директор Института генетики АН СССР.

*Ядом цикуты был отравлен Сократ

Глава 51

Владимирское княжество на сегодня состояло собственно из метрополии — Острова Черного замка, забережных земель, и вассальных территорий-княжества Шелкопряд и Цветочного баронства, Дарского княжества, Смолянского княжества, баронства Зальтц, княжества Вюрст, княжества Валькирия и двух его вассалов, баронства Вюрст, анклава Медхенциммер Союзных кочевых территорий, Нового Рима, боярства Золотой башни и естественно Старого Владимирско-Волжского княжества. Тут очень удачно раскрылись новые складские уровни в Черном Замке и городе Медхенциммер и теперь с модулями оборонных систем,Черными эскадрами и когортами синтетов, у меня наступил полны комплект, плюс сработал заложенный в синтетов биологический механизм и они стали размножаться, но только между собой и с репродкутивным периодом десять лет. И еще, поступила информация об интиме между людьми и синтетами обоих полов, но без возможности к размножению. Так что я во всех своих владениях расположил мощные сухопутные и речные гарнизоны, причем ополченцы по-прежнему несли службу по ротации набирая нужный опыт.

Из Замка, княгиня Богуслава, сообщила по магосвязи, что прибыла очередная делегация с просьбой о вассалитете, прибыла очень издалека, аж с другой стороны планеты, и генерал Тараканов, параллельно сообщил, что с этими баронствами не все чисто.

Нас почили своим визитом делегации аж четрех баронств и звались они… Медовое, Медовуха, Забрус* и Мерва*, судя по названием все эти баронства имели отношение к пчеловодству.

Так в двух делегациях из четырех, наши особисты выявили странные внутренние взаимоотношения в коллективе, так сказать… То есть в одной делегации двое ее членов, а в другой трое, обладали определенным магическим фоном, причем они в определенной степени могли управлять своими товарищами. У генерала Государственной безопасности Тараканова был большой магический Амулет, а у его офицеров и старших агентов малые Амулеты, что давало им определенные преференции в их клятом ремесле. Наш Главный Охранитель окружил делегации заботой, поселил в резервных особняках посольского квартала рядом с Большой ярмаркой (теперь у нас был и такой). Размещение дипломатов именно тут было личной фичей Тараканова, ибо он исходя из своего прошлого опыта был уверен, что иностранные дипломаты, будут устраивать секретные встречи именно на ярмарке, а при его совершенной службе наблюдения, с магической канвой, на связи вражескую агентуру и будут палить. А на делегациях Медовиков, генерал решил апробировать свое новое изобретение — Медовые ловушки — синтеты. То есть специально обученная и запрограммированная смазливая прислуга из синтеток, брала в оборот объекты наблюдения и надо сказать никто из наблюдаемых не устоял (даже один секретарь оказавшийся педиком) и тут выяснилось, что у пяти подозрительных личностей были слабенькие магические амулеты, которыми они и пользовались контролирую своих коллег. Тут уже вступил в дело Буремир и подкинул агентессам амулеты с уже испытанными нанороботами, которые локализовали магию противника. А в местах откуда прибыли делегации творилось следующее… В нескольких баронствах возникла секта «Белых вестников», по идеологии близкая к древнему фанатику из нашего старого Мира — Савонароле*, но более жесткой, настолько же, на сколько Негритюд* более жесток чем Европейский социализм. Три баронства оказались под властью сектантов, после чего объединив армии захватили еще два. И Медовые баронства поняв, что они следующие и узнав про великого и справедливого воителя меня, пришли ко мне за помощью. Я приказал изъять засланных казачков и начать готовить экспедиционный корпус, предварительно послав Дракона на разведку (под скрытом естественно, что бы никого не встревожил, как римлян давеча). И еще одного секретного агента выявили мои безопасники, это оказался метис кочевник, посланец трех ханов, весьма обеспокоенных экспансией «Белых вестников», проповедники и миссионеры которых уже пытались работать в кочевьях, но там их не рассусоливая сажали на кол.

А ко мне эмиссар кочевников прибыл с просьбой о принятии кочевий под свою руку. Я как выяснилось был весьма популярен у кочевников, как Большой вождь, разбивший всех врагов и дающий своим кочевникам землю и скот. То что я жестоко карал всех кто нападал на мои земли, кочевники воспринимали спокойно и с пониманием, тем более, что они и сами так поступали.

Я приказал изготовить три золотых вексилума в виде Дракона держащего в когтях меч и вручил посланцу, сказав что это пайцзы для трех ханств и через них ханы смогут общаться с мои визирем Буремиром и в крайнем случае даже со мной.

Для похода я собрал два Легиона синтетов и легион ополченцев. Флотилия Черных галер была сформирована в городе Медхенциммер за счет новых уровней. Ну а армаду естественно возглавил «Челн». За себя я оставил Триумвират в составе Осляби, Мазура и Аглаи. Богуслава с Кицуне и Блюм пошли в поход со мной, Розе взяла всю свою гвардию Валькирий, дабы обкатать их в реальном бою.

На время своего отсутствия, я объявил военное положение, расположив во всех своих землях дополнительные гарнизоны синтетов и усилив патрули Речных егерей. Не помешает по любому.

Забрус* — (он же «печатка» или «крышечка»). Слоем забруса пчелы «запечатывают» соты с созревшим медом, он как бы слегка «выпирает» за пределы рамок в ульях. Это смесь воска, меда, прополиса, пыльцы и секрета пчелиных слюнных желез.

Мерва* — «Отходы» пчеловодства, остающиеся после вытапливания из сот чистого воска. Представляет собой рыхлую массу, состоящую из мелких темных черно-рыже-коричневых гранул. В ее составе имеется почти все, что производят пчелы.

Савонарола* — Джироламо Мария Франческо Маттео Савонарола, религиозный фанатик и реформатор, фактический правитель Флоренции с 1494 по 1498 год, автор знаменитого «костра тщеславия» — в котором торжественно происходлило сжигание картин, книг, игральных карт, одежды, косметики, зеркал и других предметов роскоши на городской площади Флоренции, Пьяцца делла Синьория (там его позднее и повесили, а потом сожгли).

Негритюд* — африканская модель социалистической идеологии смешанной с племенными традициями, близкая к идеологии Пол Пота.

Глава 52

Посланцы баронств Медовое, Медовуха, Забрус и Мерва, отбыли с официальным ответом, что мы подумаем, а главам делегаций, естественно магически приведенным к присяге, было сказано ждать нашего сикурса. Часть делегаций и все засланные казачки обзавелись красотками женами (естественно из «медовых ловушек» нашего ГБшника. Кстати в качестве герба для своего ГБ я ввел старый добрый Щит и меч КГБ). У красоток было и спец задание, соблазнить кого-то из руководства Белых вестников ибо по данным полученным у захваченных агентов прекрасного пола Старшие вестники не чурались. У них была своя табель о рангах Главный вестник, Старшие вестники, Младшие вестники, Старшие братья, Братья и Младшие братья. Все они обладали простенькими амулетами частично подавляющими их волю и связанные со Священным обелиском находящемся в горах, там же в пещерах и была ставка Главного вестника. Дракон исследовал все окрестности, но так и не нашел серьезных коммуникаций, тем не менее эмиссары Белых вестников периодически появлялись в первой из захваченных территорий и вывод тут бвл только один — Портал! Дракона срочно отозвали и Буремир навесил ему кассеты с модулями пауков-разведчиков вооруженных нано-амулетами и улучшенной системой ащиты и маскировки. Я не пожалел вставить в каждый механизм по паре амулетов, один отвечал за защиту, другой за маскировку и оба были резервом для главной силовой установки. Сброшенные в горах «паучки» провели глубокую разведку, выявили портал и разъяснили Священный Белый обелиск, который был пультом управления простейшим древним искином, очередным обломком экспериментов древних демиургов, являвшимся программой по реморализации, и управляющий частично скисшим реморализатором. Какой то местный жрец изгнанный за идиотские и просто жестокие взгляды, нашел это место и был признан искином своим, ибо согласно генетического кода был дальним потомком одного из сотрудников лаборатории и получил мало что доступ к порталу и реморализатору, но и долголетие для себя и своих ближних адептов. Демиурги задкмали воспитать населенеие планеты по своим канонам и создать Страну счастья, но потом куда то подевались и система за века несколько скисла, за счет того что упало напряжение в системе питания и оборудование не могло работать на полную мощность.

Честно говоря, наследие демиургов стало меня утомлять. Сняв всю техническую информацию я отозвал «паучков» в дальнее оцепление, помимо двоих затаившихся у портала, дабы взорвать его по приказу. Раз в три дня портал включался на шесть часов и мог открывать два окна в радиусе трехсот километров, чего хватало для переброски войск Белого братства в нужном количестве и в нужное место. А я решил подождать, пока до объектов доплывут наши «медовые ловушки». Ибо до самого «обелиска» «паучки» добраться не смогли, там на подходах стояли глушилки магоэнергии, древние и слабые, но тем не менее на них срабатывали системы защиты и наши разведчики давали задний ход.

Но времени даром мы не теряли и моряки и десант без устали тренировались по программам высадка десанта, уличные бои, захват городских объектов и боевым действиям в горной местности.

Дракон сообщал, что Белые вестники готовят армию набирая рекрутов в подвластных территориях и проводя их через некий Обрядный зала возле Белого обелиска, после которого начинается слабенькая муштра при более менее нормальной дисциплине и мотивации.

То есть пока портал работает внутрь, но вот наружу мы не дадим ему сработать.

И вот настал момент прибытия дипломатов на родину, после чего засланные казачки с новыми женами, перебрались на подконтрольную Белому Братству территорию и наши Маты Хари начали действовать. Надо ли говорить, что после первого же собеседования со Старшими Братьями, мужья наших агентесс скоропостижно преставились и у ряда местных руководителей появились новые подруги (в руководстве секты царила полная полигамия), наиболее шустрая синтетка под аватарой прекрасной кочевницы, привлекла внимание самого Старшего Вестника номер два (Главный вестник был не по женщинам, а и вовсе наоборот и я заранее определил ему ВСМЗ, так как эта мразь предпочитала маленьких мальчиков).

А наша главная Радистка Кэт передала информацию по главному пульту управления и умудрилась снять с него код полей, на свой амулет. Она убедила Старшего вестника, что секс рядом с обелиском, поможет зачать наследника, который потом станет Главным вестником (в конце операции она попросила разрешения лично прикончить своего сексуального партнера и умирал он долго и не хорошо).

Буремир скомпилировал нано-амулет который Дракон принес вместе со специальным «паучком» к базе Белых вестников, паучок вышел на связь с радисткой Кэт, передал этот амулет, а она в свою очередь склонив Старшего вестника к очередному сеансу любви у Белого Обелиска (уж больно он запал на идею наследника — Главного вестника. Через несколько часов Буремир взял под контроль все системы, армия Старшего вестника была приведена во временное оцепенение, а через портал хлынули Лисьи хвосты, сразу же приступившие к зачистке. Всю верхушку секты вычислили под ноль, армию частично распустили, а частично перевели в ополчение. Белый обелиск Буремир от греха подальше законсервировал в положении легкого стимулирования населения Медового департамента (так теперь назывались все эти княжества и баронства) лояльности к князю Владимиру и его назначенцам. Наместницей я оставил здесь Радистку Кэт, ибо эта синтетка очень сильно развила свое самосознание и интеллект, за счет поля Белого Обелиска и амулетов с которыми работала. Буремир обещал строго ее контролировать, а мы отправились восвояси. И честно говоря мне понравилось то что в этом анабазисе отсутствовали набившие уже психологическую оскомину черные мечи.

Глава 53

Когда после возвращения из «медового похода» мы как то, в уютной компании из меня, Мазура и Тараканова, расписывая на площадке донжона Замка пулю, под кофий с коньяком и вспоминая истории из нашей жизни на старой Земле, пришло магосообщение гот Радистки Кэт, о присоединении к союзным Кочевым племенам, очередного рода и я помянул добрым словом идею Тараканова с синтетками-медовыми ловушками, наш ГБшник по ассоциации, вспомнил одну свою операцию на нашей Земле…

Генерал Эдвард Зеббадия Флосс ненавидел снайперов. В Бейруте пуля снайпера оторвала ему мочку уха. В Лаосе пробила каску в сантиметре от виска. А вот в Сомали пуля снайпера (это уже была третья пуля в процессе данного покушения, ибо объект метался по трибуне на четвереньках), так вот, в Сомали пуля порвала полковнику брюки в паху. Как он рассказывал в Брюссельском ресторане двум русским офицерам из Московской делегации, он решил тогда, что ему точно пришел конец!

— Ну, это еще не конец, — сказал один из русских. — Вот если бы ты убил вождя…

И русские хохотали почти до слез, и рассказали Эдварду анекдот на эту тему*. Генерал тогда так и не понял, почему трагическая ошибка ковбоя вызывает у его русских друзей такое веселье.

Генерал был вдов, и внезапно влюбился в шуструю девицу по имени Люси, невесту некоего капитана-ботаника из аналитического отдела. А девушка была прагматичная, и весы патий будущего в её очаровательной головке стали колебаться. То ли состоявшийся грубоватый генерал с покалеченным ухом, то ли перспективный молодой капитан из хорошей семьи.

А одной хитрой конторе, находящейся по ту сторону тайного фронта, позарез надо было, чтобы на меркантильной девице женился именно данный капитан. Контора уже давно хотела внедриться в некий Аналитический отдел, где было много вкусной информации, и тут в их поле зрения попал брачующийся капитан-ботаник. В данном подразделении все интересные объекты были слишком чисты для вербовки, но вот у девицы под кодовым именем Фрида нашелся полный шкаф скелетов, и теперь товарищам, «имеющим отношение», оставалось только ждать, когда брак состоится, а остальное было делом техники. И тут подвернулся, будь он не ладен, дженерал Зеббадия. Главной сложностью в операции «Рокировка» было то, что девушку надо было перенацелить на капитана ненавязчиво и незаметно для окружающих. К счастью, девица сама не спешила рвать с капитаном, и работала, так сказать, на два фронта.

Генерал уже бывал под колпаком, и кое-какие данные на него накропать удалось. Например, у него был брат, так же генерал, но в отставке, который был президентом местного стрелкового клуба, но самым большим подарком для наших стали данные по его посещениям психоаналитика.

В ночь с субботы на воскресение к зданию, где данный психо-медикус снимал офис, подкатила аварийка местной Энергетической службы, которую вызвал местный охранник, озабоченный отсутствием света в здании. Парочка мускулистых электриков ликвидировала аварию как раз к началу трансляции мирового чемпионата, один из них вытащил из фургона упаковку пива и присоединился к альгвазилу у экрана, а второй сказал, что пробежится по зданию, дабы посмотреть проводку. Проводку он посмотрел, особенно внимательно он смотрел её в бюро одного психоаналитика.

Короче, копия истории болезни генерала оказалось на столе у командира группы, а пройти мимо снайпер-фобии спецы просто не смогли. Операция «Рокировка» оформилась окончательно и вступила в активную фазу.

Люси, так звали объект?2 (?1 был капитан, а?3 — генерал), познакомилась в магазине косметики со своей сверстницей. Элис подобрала с пола её кошелек, неизвестно как выпавший из сумочки («неизвестнокак» получил благодарность). Девушки, пощебетав на косметические темы, переместились в кафе, где за кофе с Бейлисом плавно перешли к обсуждению этого туповатого и неблагодарного племени, зовущимся «эти мужчины», и тут Люси узнала, что Элис недавно вышла замуж за адмирала. Ну, а когда молодая мисс адмиральша рассказала, что послужило последним лепестком в свадебном венке, Люси восхитилась, позавидовала и потребовала инструкций, и инструкции, что характерно, последовали…

— Понимаешь подруга, — сказала Элис. — Мужчины — они как дети, у них всегда есть любимые игрушки, сколько бы лет им не было, и если ты покажешь, что тебе нравятся именно они, то мужик твой. Мой адмирал начинал свою карьеру боевым пловцом, и был помешан на аквалангах. Я научилась этому идиотизму, и через своего инструктора попала на клубное дайвинг-шоу, где членом жюри был мой будущий муж, а остальное — дело опыта и грации. Сначала у меня заели ремни акваланга, и Гарви мне помог, при этом купальник, конечно, порвался, и в раздевалку я шла в его кителе, ну, а потом и свадьба. (Люси сразу вспомнила, что капитана захомутала во время воскресной утренней пробежки, обогнав его и эротично споткнувшись). Твой женишок — сухопутный вояка, воевал, значит, помешан на оружии. Ты стрелять умеешь?

А вот стрелять как раз Люси умела. Когда она очередной раз меняла биографию, то ей случилось прожить полгода в Орегонских лесах, в домике полусумасшедшего ветерана Корейской войны. Мужик был помешан на оружии и коммунистических шпионах, но когда Люси несколько раз доказала ему, что она своя, старый солдат стал истово обучать её стрельбе из своего не маленького арсенала. Так что идея была вполне выполнима, тем более, близился очередной Стрелковый праздник, где среди почетных гостей обязан был быть генерал Эдвард Зеббадия Флосс.

Записаться в Стрелковый Клуб, где президентствовал брат генерала, новая подруга помогла Люси через свои связи (в общей сложности это обошлось в восемнадцать тысяч зеленых енотов, включая место в команде).

И вот наступил день финальных стрельб. Комментатор объявил, что сейчас будут соревнования по классу снайперских винтовок калибра.38 —.45. Генерал, даже отодвинул от себя визир стереотрубы, а внизу живота у него привычно захолодело, когда на позициях блеснули стволы ненавистных снайперских винтовок. И вдруг, на Третьем номере линии огня, нарисовалась изящная, смутно знакомая девичья фигура, с тяжелой винтовкой. Генерал приник к стереотрубе и ахнул: в элегантно-эротическом камуфляже с профессиональным обвесом, на линии огня стояла его Люси, в руках она держала снайперскую винтовку, и держала её настолько профессионально, что генерала передернуло. Волна страха и отвращения улеглась только тогда, когда он отъехал от стрельбища миль на двадцать. А Люси взяла первое место, но в жюри к её изумлению, генерал больше не появился, его домашний телефон молчал, а по открытой служебной линии отвечали, что генерал отсутствует.

А на съемной квартире Люси раздались подряд два звонка, сначала позвонила Элис и сказала, что Люси интересуется какой-то агент ФБР, а потом позвонил капитан и сказал, что у него командировка на полгода на Окинаву, и он хочет ехать туда уже женатым человеком.

В этот же день новобрачные вылетели в Лас Вегас, где приобретя за 120 долларов Las Vegas Marriage License от Marriage Bureau*, стали молодоженами, Люси сменила фамилию и, счастливая, улетела на Окинаву. А через пару месяцев, инструктор из спортзала, с которым Люси начала легкую интрижку, объяснил ей, что на сейчас у неё есть только три варианта карьеры: подследственная ФБР, по делу об убийстве; вечная беглянка, потерявшая все; ну, или счастливая и богатая — супруга своего мужа, оказывающая мелкие услуги за большие деньги.

Боюсь, читатели ни за что не догадаются, что выбрала Люси. А генерал Эдвард Зеббадия Флосс женился на хозяйке молочного кафе, которая боялась любого оружия, даже больше чем мышей.

*Ковбой Джо встретил в прериях племя индейцев.

— Это конец, — подумал Джо.

— Нет, это еще не конец, — молвил внутренний голос. — Убей вождя.

Джо всаживает в вождя три пули из своего Кольта, а внутренний голос отвечает:

— А вот теперь, точно — конец.

*Las Vegas Marriage License от Marriage Bureau — документ городского суда Лас-Вегаса, дающий право на быстрое оформление брака.

Глава 54

После очередных свершений, и мои магические силы, и наследие демиургов заметно увеличились. Под Замком и Медхенциммером открылись новые складские и технические уровни, особенно порадовали казармы с синтетами и две полноценных автоматизированных верфи Черных галер. Но главный подарок, мне сделал Буремир… он наладил систему порталов. Когда я увидел на вспыхнувшей внеурочно виртуальной карте россыпь жемчужных огоньков, я испугался что это новые мечи, но это оказались портальные толчки, а несколько тысяч амулетов, оставшихся в загашнике Белого Братства, имели скрытый вариант портального модуля-маяка. Первым делом я снабдил ими Черные галеры, сделав свой флот по настоящему мобильным, а на «Челне» эта опция, причем в улучшенном виде открылась по умолчанию. На карте открылось несколько новых областей, но в основном в виде белых пятен и без мечей тут не обошлось. Только в двух из этих новых земель были портальные точки и только по одной из них всплыла информация в информатории. Это была земля Эллада и населена она была древнегреческими легендарными персонажами типа кентавров, гарпий, Гекатонхейров* и прочих Амфисбен*, а учитывая что там было несколько мечей рейд однозначно должен был состояться. Усиленной пулеметным взводом и батареей аркбаллист манипулы Лисьих хвостов и алы Валькирий должно было хватить (Кицуне и Розе Блюме естественно напросились в поход) и на этот раз не смотря на имеющийся портал, «Челн» в операции участвовал, равно и как дюжина черных галер, ибо Эллада была островом, посредине большого озера, без какой либо связи с Рекой и портал был на поверхности озера. Накануне перемещения в очередной заповедник чудаковатых демиургов, Буремир уточнил, что мечей в Элладе ровно двенадцать и что-то в этой цифре у меня дежавюкнуло…

Когда наша эскадра вышла из портала, то перед нами предстал сказочный остров, где среди зеленых полей и весей высились образцы классической греческой архитектуры, между которыми бродили тучные и не очень стада и какие-то фигуры в тогах. На побережье окружающем озеро строения и пастухи были попроще, но стада пожалуй по многочисленнее и по тучнее (на острове скот был более декоративен).

Наша эскадра была естественно под скрытом и согласно предварительному плану блокировала остров со всех сторон, а мой «Челн» приняв вид униремы, типа тех что стояли в единственном порту острова и выйдя из скрыта и пристроившись в кильватер к биреме вошли в порт, на входе в который гордо высились башни в виде статуй здоровенного голого мужика с дубинкой и девицы в смутно знакомом шлеме к нам на борт приперся чиновник с парой стражников, я пользуясь своими вновь приобретёнными магеммами, быстренька взял их под контроль после чего они радостно поделились информацией и когда я услышал, что порт называется Гераклиум, о двенадцать точек на карте, у меня наконец четко с ассоциировались с подвигами Геракла. Ну и где тут ваши львы, и прочие гидры подумал я.

Местная топонимика и государственное устройство были весьма своеобразны… Города (не очень большие), были только на Элладе, в них жили свободные граждане и некоторые мифические персонажи, большая часть из которых обитала на свободных территориях, а на внешних берегах озера, были виллы горожан, при которых работали геоморы, обладавшие правами илотов, то есть были чем-то средним между свободными землепашцами и рабами. Короче все были счастливы и самый бедный горожанин имел не меньше трех рабов. Ну а дальше за виллами и пастбищами тянулся фронтир ограниченный кольцом магозащиты диаметром в тысячу километров, и там были поселения охотников, поселки ткачей и гончаров, и анклав металлургов Гефест, где жили гномы и кентавры, и где добывались всевозможные руды и где производились всевозможные металлические изделия, по легендам анклав охраняли огнедышащие бронзовые быки, но никого из местных в этот город не пускали, границы охранялись патрулями кентавров. Готовую продукцию гномы привозили на арбах запряженных кентаврами на берег озера, где их ждали корабли купцов. Вот такой тут был кондоминиум. Но самым интересным была топонимика Эллады… Города назывались: Немея, Лернея, Керинея, Эврисфея, Элида, Стимфалия, Крит, Диамед, Амазонка, Герион, Гесперид и Цербер. Еще был священный город Афины, где были храмы всех Олимпийских богов, ну и порт-столица Гераклиум.

Мечи были в городах посвященным подвигам Геракла. Что интересно, ни армии, ни спец служб тут не существовала, была рыночная, городская и храмовая стража, которая наблюдала за порядком, который и так присутствовал везде. Мифологические существа были естественно синтетами, но были весьма ограниченны умственно и были чем-то вроде полудомашних животных на вольном выпасе. Короче мы влипли в очередные игрища древних демиургов.

Амфисбена* — Гигантская двухголовая змея, вторая голова которой находится на хвосте. По Плинию, наличие второй головы амфисбены объясняется слишком большим количеством яда, который не может выйти только через одну пасть и говорит о лечебных свойствах амфисбены.

Гекатонхейры* — Cторукие пятидесятиголовые великаны. Сразу после рождения заключены в недрах земли своим отцом ураном, опасавшимся за своё владычество. Уран заковал их в оковы и ввергнул в недра Земли. Были освобождены Зевсом и встали на его сторону в войне богов и титанов, обеспечив богам победу. По легенде, позднее они будут сторожить в Тартаре Титанов.

Глава 55

Я взял за основу внедрения старую схему купеческого обоза. Арбы купили в порту и там же наняли трибу кентавров, в качестве проводников и тягловой силы (лошадей на острове Эллада практически не было, была парочка у братьев Аяксов, да и то судя по всему синтеты). Вождем кентавров был некий Эвритион и он оказался весьма интересной личностью с еще более интересным хобби, он был историком и философом, и знал всю историюкентавров со времен Иксиона* и Нефелы*. Он же хранил предание о том, как Зевс перенес на этот остров несколько семей эллинов и кентавров, и оставил с ними для защиты гарпий, Гекатонхейров и Амфисбену. Змея исчезла через сотню лет, гарпии и Гекатонхейры ввиду отсутствия врагов сменили род деятельности и стали местной таможней, передавая отчисления Совету Агоры, взамен на комфортное существование. А вот персонажи из подвигов Геракла стали основателями своих городов и эти города не покидали.

Самих кентавров из рода Эвритиона было шестнадцать особей, самцов и самок поровну. Они имели свою упряжь и спокойно впряглись в мою уже привычную карету и арбы загруженые всевозможной продукцией от бортников. Наш мед и его производные очень понравились кентаврам и Эвритион посетовал, что не может встать под мою руку (он сразу определил во мне владетельную персону путешествующую инкогнито). Оказывается, эти кентавры дали обет перейти на службу к тому, кто сможет переместить их в Большой мир и я решил, что позднее не разочарую его, тем более, что в моей лейб-гвардии ала кентавров не помешает, тем более, что я уже наложил, на них заклятие преданности. Конечно это возможно неприлично, но уж больно не люблю, когда бьют в спину, так что надо всегда предохраняться.

Первым адресом нашего «торгового» вояжа был город Немея, где Верховным авгуром был Немейский лев. Дуда по словам нашего кентавра было две дороги… длинная и безопасная в обход гор и опасная, через ущелье Одинокого циклопа, по которой никто не ездил. В полусотне километров от Гераклиума был небольшой горный массив заросший натуральными ливанскими кедрами, но с интегрированной некогда шуткой местного демиурга, на них росли ананасы и кокосовые орехи, и на склонах постоянно паслись сборщики оных плодов, ибо в виду вечной поздней Весны, плодоносили эти псевдокедры круглый год. А в ущелье вдобавок росли огромные арбузы, за которыми местные пейзане ходили но с опаской, так как в ущелье жил самый натуральный циклоп, который издавал вдобавок непонятные звуки, от которых цепенели неокрепшие души. Меня естественно заинтересовал этот циклоп, который судя по информаторию был синтетом, пропашим в незапамятные времена а против любых синтетов у меня была теперь панацея в виде того самого Крепостного ружья Крнка-Гана образца 1876 года, которым был некогда восхищен мой бывший ординарец Петька, переименованный в Пятницу по личной прсьбе и вот почему… Когда пираньи Мазура узнали, как я его назвал, они стали на перебой травить анекдоты про Чапаева и Петьку, и нашему Петьке очень не понравился свой прототип из анекдота, особенно анекдот, где Чапаев с Петькой занялись энтомологией и исследовали муху…

— Петька, пиши: «Муха — 6 ног — ползает».

Оторвал Василий Иваныч ей ногу.

— Муха, ползи!

Муха поползла.

— Петька, пиши: «Оторвали мухе ногу — муха ползает».

Оторвал Василий Иваныч мухе еще две ноги.

— Муха, ползи!

Муха ползет.

— Петька, пиши: «Оторвали мухе еще две ноги — муха ползает».

Тогда Василий Иваныч отрывает мухе последние три ноги.

— Муха, ползи!

Муха лежит.

— Муха, ползи!!

Муха лежит.

— МУХА, ПОЛЗИ!!!

Муха не ползет.

— Петька, пиши: «Оторвали мухе последние ноги — не ползает. ВЫВОД: муха без ног НЕ СЛЫШИТ!»

Наш Петька возмутился глупостью Петьки из анекдота (у синтетов с юмором было не очень) и попросил дать ему другое имя, ну я и назвал его Пятницей.

А под его карамультук Буремир создал спецпатроны специально под синтетов. Магическая псевдо-пуля, попадая в синтета парализовывала его, и включала прием кода взятия под контроль. Это ружье теперь таскал аватар Минотавра, а Пятнице в мастерской «Челна» сделали вариацию СВД по моим наброскам. Я столько раз собирал и разбирал эту винтовку, что мог бы нарисовать ее узлы с завязанными глазами.

Мы выехали засветло и к входу в ущелье Одинокого циклопа подъехали при свете дня и сразу же в него углубились. Пейзаж конечно поражал… Ливанские многолетние кедры, с кокосами и ананасами на ветках и заросли с большущими арбузами по обочине, выложенной светлыми плитами дороги. И тут нам на встречу выскочила пара всадников, это были здоровенные полуголые лохматые мужики, причем их кони были навьючены арбузами (Эвритион презрительно что то проворчал про этих извращенцев Аяксов), а из глубины ущелья раздались странно знакомые звуки, это была скрипка и играла она Белое адажио из «Лебединого озера», эту мелодию я помню с самого детства, проведенного в городке Академии наук, гди считалось, что если мальчик идет в воскресение без скрипичного футляра, то это означает, что он идет заниматься на фортепьяно…

И через несколько десятков метров перед нами предстал самый натуральный циклоп играющий на скрипке соответствующих размеров. Я сделал знак Минотавру не открывать огня и двинулся к циклопу.

Циклопа звали Полифем Музыкант. Он был первым большим синтетом запущенным демиургом на Элладу и благополучно забытый в ущелье, которое было экспериментальной сельскохозяйственной делянкой, которую он должен был охранять и возделывать согласно загруженным в его память методичкам, среди которых случайно оказался талмуд некоего сдвинутого на скрипках демиурга под названием «Как самому стать Паганини». И Полифем сначала научился делать скрипки, а потом с помощью магических методичек собравших всю скрипичную мудрость прошлого и будущего научился играть. Музыкальный демиург умудрился заложить в магемму методик сущность Паганини и циклоп зажигал похлеще любой Ванессы Мей.

Но как только мы приблизились, он прекратил игру и поприветствовал Великого магистра и демиурга и попросил дальнейших инструкций. Я сходу объявил ущелье и склоны своей ленной территорией, отсыпал циклопу энергетических амулетов, дабы он перешел с органики на чистую энергию и дал амулет связи. Отныне арбузы, кокосы и анансы циклоп должен был отпускать только моим кентаврам, остальным же только за отдельную плату в виде золота или товаров.

Местный Совет Агоры чеканил свою монету, золотые статеры с Афиной на аверсе и Пегасом на реверсе, у них тут были небольшие золотые копи, а монетным двором заправляла Медуза Горгона. И еще в ходу были векселя-расписки, практически бумажные деньги.

Кентавров я принял на службу в качестве купецкой дружины. Я выделил им Черную галеру, на которой они должны были ходить через портал в Элладу за местными диковинами. Подтянулись друзья и родственники Эвратиона и у меня получилась кентаврийская ала в сорок семь копий. Шестнадцать кентавров стали торговыми агентами, а остальные лейбгвардейской алой.

Ну а теперь нас ждал Немейский лев…

Иксион* — персонаж древнегреческой мифологии, сын Флегия, царя фессалийских племён лапифов и флегиев. Отличался дерзостью и аморальностью. Отец первого кентавра.

Нефела* — богиня облаков из древнегреческого пантеона. Мать первого кентавра.

Глава 56

Городок Немея был совсем небольшой, пол сотни разнокалиберных белых эллинских строений, и вокруг множество фруктовых садов с небольшими усадьбами. И судя по картинке передаваемой Драконом, там царила тишь да гладь. За все наше время продвижения туда, в городе было только одно ЧП… у таверны, очень лениво подрались два кентавра, видимо из-за самки, которая с абсолютно спокойным видом наблюдала за этим со стороны. Когда наш караван вошел в город, на нас практически никто не обратил внимания, и я решил нанести первый визит в таверну. Хозяином там был натуральный Тролль и его хозяйка ему под стать, они радостно меня приветствовали, причем уважительно именую Великим Магистром, видимо новый магический уровень, содержал некую метку видимую синтетам. И кстати, как я заметил, местные синтеты были с элементами индивидуальности и эмоций, прямо как мои. Тролли жили тут с самого начала эксперимента и после того, как демиурги убыли в неизвестном направлении, воспользовавшись фамильным амулетом «Зернышко диониса», возделали виноградники, стали делать вино и открыли этот кабачок. Сами они были беглым принцем троллей Малджиной и его невестой из простых Амой, его родители хотели женить на вдове старшего брата, а девушку и вовсе ликвидировать. А в их Мире был портал демиургов и семья Зулджина, отца Малджина, занималась его внешней охраной, и данные Ромео и Джульетта, проникли в портал во время перехода туда одного из демиургов сопровождавшего обоз алхимических минералов и так он оказались здесь. Демиург, когда их обнаружил развеселился и оставил при себе, добавив им хороший дополнительный ломоть жизни. Вино из «Лозы Диониса» хорошо поддерживало энергетический уровень синтетов и местный алькальд, он же Немейский лев, взял троллей под свое крыло. Сам лев был из лабораторных синтетов, как и все местные мифически существа и представлял из себя двухметрового детину с человеческим туловищем и львиной головой, и плюс к этому он носил мундир маршала неизвестной армии. Странные тут всё-таки были развлечения у демиургов. Лев оказался вполне компанейским существом, а когда я угостил его старым медовым келимасом и подарил ему несколько боченков, отношения наладились пополно. Он решил тайно встать под мою руку и я дал ему амулет магосвязи (в котором была секретная функция портального маяка, но про не я ему естественно не сказал), а сам остров Эллада был мне не нужен, пока хватало и своих, не до конца освоенных земель. Несколько мечей находились в подвалах дворца Немейского льва, чему он очень удивился, еще раз он удивился, когда я нашел вход в неизвестные хозяину дома подземные помещения, вход туда был из большой подземной пинакатекки, где Лев развлекался скульптурой, там был набор статуй изображающих подвиги Геракла, но со знаком минус, ибо в данных композициях везде побеждал не Геракл, а его противники. Сам Немейский лев был сваян с телом Геракла у себя в пасти. Ну а в секретном помещении на стене висели пять мечей, не похожих на все предыдущие. Я провел тесты с «мячиком» и вот чудо… амулет они не разрубили, но и сами не развеялись и осталис в виде весьма неплохих клинков. Один из них был сильно больше остальных и я подарил его хозяину дворца. Потом был пир, на котором Немейский лев рассказал о своем знакомстве с Гераклом, о том как Геракл пришел его убивать (вернее настоящего Немейского льва, но его память перешла к аватаре-синтету), но они подружились, выпили море Хиосского вина и мастера тамошнего льва сделали для Геракла точную копию львиной шкуры, но из шкур телят. Ох и дурят же историки нашего брата… А мы отправились в Лерну, где был монетный двор и где всем заправляла Лернейская гидра.

Глава 57

Лерна оказалось весьма милым местечком, уютные домики утопающие в зелени, благожелательные горожане на улицах, причем большинство из них прогуливались с кошками, «Яичная ярмарка» в центре города (в окрестностях города в качестве сельхоз-зоны, были исключительно птицефермы) и чуть в стороне от города стояла точная копия Бастилии, но из белого и черного мрамора, это был тот самый монетный двор Лернейской гидры. У ворот стояли самые натуральные гоплиты в уставной, но очень шикарной амуниции, шлемы и щиты были позолочены, одежда была расшита золотым шитьем.

Яичный рынок сверкал всеми оттенками птичьих перьев, оттененных буквально горами яиц. Это собственно был конгломерат рынков… куры, индюшки, гуси, утки, все имели свои ареалы, ну и точками отдельно или своими рынками, сияли яйца всех видов и размеров.

Был кстати так называемый Дикий рынок, где продавалось все, что не птица. Там я кстати организовал свою точку, оставив там одного синтета под аватарой купца с амулетом связи, для общения с моими кентаврами экспедиторами.

Торговлю надо развивать.

А тут к нам подошел разряженный типус и сказал, что его госпожа, ждет уважаемую персону у себя в резиденции.

Леди Гидра, которую в греческом папирусе «О трудах Геркулеса», описали как Болотное чудовище с собачьим телом, змеиными головами и ядовитым дыханием, была на самом деле красавицей, в боа из шкуры ехидны и с глазами разного цвета, золотым и зелёным, а кошки в ее резиденции, кишели как у герцога Ришелье в Пале Рояле…

Она поприветствовала демиурга и Великого магистра и спросила, чем может мне услужить. Что интересно, обо мне ей сообщил одноглазый Паганини, с которым она оказывается была дружна. Полифем поставлял ей плоды своей долины, и они кстати присутствовали на праздничном столе на обеде данном в честь меня с Кицуне. Кицуне надо сказать очень понравилась леди Гидре, которую, как выяснилось звали и вовсе Гермиона, а Медузой Горгоной звалась ее помощница, официально считавшаяся главной на монетном дворе, но отвечала она только за дисциплин и порядок, а всем заправляла Гермиона.

Гермиона подарила Кицуне ожерелье из зеленых и черных изумрудов. А когда зашел разговор о Геракле Леди Гидра начала хохотать и рассказала, как все было на самом деле… Царь Арголиды Эрисфей, внук Персея, сын Сфенела и Никиппы, причем вдобавок двоюродный дядя Геракла, очень хотел жениться на богатой и красивой властительнице Лерны Гермионе, но он очень ей не нравился и она его отвергла, после чего царь затаил обиду и приступил к мести… Запудрив мозги простодушному Гераклу, он рассказал ему жуткую историю про страшного колдуна похитившему и убившему его невесту, прекрасную Гермиону и подменил ее жутким чудовищем с собачьим телом, змеиными головами и ядовитым дыханием, а учитывая, что в сокровищнице Эрисфея был амулет наводящий мороки, и чудовище видели многие местные жители. Геракл увидев красавицу заробел и рассказал ей о цели своего визита и прекрасная потомица богини Ехидны доказала Геркулесу, что она вовсе не чудовище. Царю Эрисфею Геракл доложил, что сжег тело гидры ибо она имела тенденцию к оживанию.

А когда я сказал хозяйке о том, что в ее замке находится нужный мне артефакт, Гермиона всплеснула руками и сказала что теперь понимает, что ее все это время тревожило в одном из нижних залов, там была какая-то непонятная атмосфера и помимо своей воли, хозяйка ничего там не устраивала. По дороге в подвал Гермиона провела для нас экскурсию по местному монетному двору. Тут работали исключительно гномы и все они до дрожи боялись и хозяйку и Медузу, здоровенную бабищу в золотом доспехе, похожую на самку орка и не расстающуюся с небольшой палицей.

Меч спокойно висел на стене и никто, кроме меня его не видел, и был он-какой то вычурный и слишком большой. Как только я до него дотронулся он стал видимым для всех. Я поставил скрыт, достал «мячик» и меч его не разрубил но и не исчез. Когда я снял скрыт, то увидел какими глазами Медуза смотрит на меч и не раздумывая протянул его ей. Могутная воительница преклонила колено и благоговейно приняла клинок, сказав, что если мне когда-нибудь понадобится ее жизнь, пусть я только да знак и это будет самая ее малая благодарность за меч Ахиллеса (честно говоря я не почувствовал в этом мече никакой магии, но естественно промолчал).

Надо ли говорить, что Гермиона и Медуза получили амулеты магосвязи, на чем мы и распрощались.

Глава 58

Керинея оказалась совсем не мирным прибежищем ланей. Мы это поняли, когда на лесной дороге выходящей на главный тракт ведущий в город, мы преодолели три засеки, а на вьезде на тракт, на нас примитивно напали. Я естественно сосчитал засаду заранее, даже ранше Дракона осуществлявшего под скрытом воздушную разведку. Я вмазал по району засады парализующим пологом и приказав перекрыть дорогу спереди и сзади, занялся трофеями…

Нам достались пол сотни молодцов в костюмах а ля Робин Гуд, только без шляп с перьями фазанов, в кюне (круглые кожаные шапки). Вооружены молодцы были мощными луками с бронебойными стрелами. Еще в мои магические тенета попалась пара волков, которые видимо хотели поживиться на поле боя. Мне тут вспомнилась одна история из прошлой жизни…

На одного Главного альгвазила очередной молодой жаркой республики было организовано покушение и заказ приняли профи наемники, но командир этих наемников засветился в нехороших деяниях против граждан одной державы и на его ликвидацию была послана спецгруппа, но когда эта спецгруппа уже почти настигла цель, на нее нарвался отряд самообороны местного племени, вождь которого был помешен на трофейных пулеметах (именно трофейных, ибо оружие он не покупал из принципа), а у данной спецгруппы был с собой МГ-42. Короче, когда засада открыла огонь по машине альгвазила, по засаде ударили наемники, ну а по наемникам воины вождя-пулеметчика. В том бою полегла куча народу, но вот главный объект выжил и в последствии возглавил эту страну, правда через неделю после инаугурации его таки исполнили, но это будет уже совсем другая история про Маугли и бандерлогов.

Я привел в чувство главного из «лесных молодцов» и он поведал грустную историю города Киринеи… Там, так сказать испокон веков, разводили ланей и поставляли их мясо в бочках со льдом, во все трактиры Эллады, да еще чучела голов ланей было модным украшением в приличных домах. И тут произошла мутация благодаря которой стали появляться лани с золотыми рогами и копытами, потомки знаменитой золотой лани, которую Геракл действительно некогда добыл для царя Эрисфея, но теперь эти лани сыграли на беду горожанам. Охотники со всей Элады стали шнырять в окрестностях в надежде получить заветный охотничий трофей, а тут еще прошел слух о некоей дикой ватаге собравшийся в поход в Киринею за золотыми ланями и нас с ними перепутали. Разобравшись с непонятками, я снял полог и с киринейцев и с волков, волки по быстрому слиняли в лес, а киринейцы вызвались сопроводить нас в город. Я не стал притворяться купцом и мы въехали в Киринеи во всей красе (единственно аркбаллисты, пулеметы и карамультук Пятницы были под скрытом).

Местный Совет Агоры устроил нам торжественную встречу, а я подарил им «Золотого петушка», амулет сделанный мою по мотивом известной сказки Пушкина. Это была фигурка Золотого петушка на подставке и в случае опасности грозящей городу, петушок издавал абсолютно мерзкие звуки (это была шутка Буремира) и указывал в сторону опасности, зажигая над собой виртуальную карту с уточненной дислокацией противника. Самым интересным было то, что меч висел в лесу а самом натуральном дубе, прямо тут какой-то флер Нашего всего. Меч оказался тоже вычурным, как и все местные мечи, копия богатырских мечей с картин русских художников-сказочников. И он тоже оказался не тем и тоже не разрубив «мячик» остался в натуральном виде.

Потом естественно был пир и в самый его разгар закукарекал «Золотой петушок». К Киринеям двигалась по местным меркам целая армия, где-то за сто единиц личного состава, шли они явно с обозом, видимо для трофеев готовили и мы решили малость размяться. С собой мы взяли тех самых местных лесных пельтастов, что встретили нас в лесу и выбрали для боя небольшое поле пересекаемое трактом и построились там в боевые порядки, под скрытом естественно.

Когда неособенно организованные порядки противника втянулись на поле, по ним ударил из неоткуда дождь бронированных стрел, а потом добавили пулеметы и тут в поле проявилсь стоящие поперек дороги боевые порядки моих синтетов с пельтастами на фланге.

Когда появилась информация об обозе, я испугался что там присутствуют кентавры, которых мне не хотелось убивать даже случайно, но Дракон выяснил, что обоз состоял из арб запряженных быками и сдерживающих факторов не было. И финальную точку в этом бою тоже поставил дракон, когда спикировал на разбитые порядки противника. Оставшиеся в живых злыдни, как один побросали оружие и залегли на землю закрыв головы руками. Это оказалась банда Прокруста, бывшего главы Ночных парикмахеров Эллады, когда он забрал себе слишком много власти, то Советы Агор выжили его людей из своих городов, но Прокруст не успокоился, собрал в лесах остатки своих банд, закупил припасы и оружие и решил захватить Керинею, но как говориться, не тут-то было. Ну а теперь нас ждал Эриманф, со своим легендарным вепрем.

Глава 59

Гора Эриманф, находящаяся рядом с одноименным городом, была вылитым Олимпом с античных иллюстраций. Гора была до начала подножия покрыта льдами и снегом, а дальше шли хвойные леса и реликтовых сосен. Из этих сосен местные жители делали бочонки, с двойными стенками, наполняли внешний слой льдом который никогда не таял, и продавали свои стилизованные холодильники, пользующиеся огромным спросом. Экономика Эллады была вообще несколько странной, но тем не менее эффективной. Если между купцами активно ходили векселя, а между пейзанами натуральный обмен, то параллельно ходили и деньги мадам Медузы и леди Гермионы. Советы Агор систематически получали из монетного двора деньги, на которые закупали товары и нанимали специалистов для города, налоги так же собирались монетой, и еще в Гераклионе была государственная верфь, где в рассрочку за золото строили корабли и лодки. И эта система прекрасно работала. Я решил плюнуть на купеческую личину и заявился под своей реальной внешностью, оставив под скрытом тяжело оружие и алу валькирий, как скрытый резерв.

Тут как раз прискакала через портал княгиня Розе Блюме и прияла свою алу под командование, проводя дни в седле под скрытом, а ночи в моей карете вместе со мной и Кицуне.

Город встретил нас приветливо, Совет Агоры во главе со старейшиной, которым был синтет а ля Немейский лев, (только с головой вепря, вернее их было трое и звались они братья Капрос) уважительно приветствовал Великого Магистра и поблагодарил за то, что он так быстро пришел на помощь… Оказывается на горе Эриманф, благодаря одному молодому придурку странствующему студенту, появился ледяной монстр, считающим теперь эту гору своей и никто отныне не может рубить деревья и добывать лед. Студент этот нашел древний артефакт воплощения и запустил его на горе и хоть сам он при этом погиб ритуал состоялся. Учитывая, что меч находится на самой вершине горы, мне было некуда деваться, так что как в том старом анекдоте «…пришлось жениться»*.

Я взял три площадки с ДШК, на одной был я, на второй помимо пулеметчика, Пятница с своим страшным ружьем, а на третьей Кицуне, которая прекрасно освоила пулемет. Ледяной монстр представлял собой ледяного голема пятиметрового роста и обладал способностью быстро двигаться по любой местности, хоть по горам, хоть по равнинам. Мы с Кицуне и синтетом-пулеметчиком, стали крошить его из пулеметов и более менее удачно подрубили ему ноги, но у монстра включилась регенерация и тут сработал Пятница, правда ему пришлось потратить три патрона ибо этот ледяной голем был стоек как Русский солдат по определению Фридриха Прусского, (которого за то что наши солдаты так его били, что взяли Кенигсберг и Берлин, немцы прозвали Великим). А этот прусский король сказал следующее: 'Дабы убить русского солдата нужно три пули… одна что бы остановить, вторая чтобы ранить и третья чтобы убить!). Короче на одного Ледяного голема мы потратили шесть пятидесяти ленточных коробов 12,7 мм патронов и три амулетных пули к Крепостному ружье Крнка-Гана образца 1876 года.

На вершине горы в ледяном саркофаге лежали три здоровенных Кописа, старинных Греческих мечей, все они не прошли испытания, но как и все их местный братья остались в реали. Эти мечи я подарил братьям Кабанам, чем привел их в полный восторг. Надо ли сказать, что я включил Эриманф в свою торговую зону, а братьям Капрос оставил амулет связи.

Анекдот* Было у царя три сына. Пришло им время брачного возраста. Вышли они во чисто поле, и

пустил стрелу старший сын и попал в спину младшему. Ничего не поделаешь

— пришлось жениться.

Глава 60

Стимфала оказалась островом, который находился недалеко от Эллады, но о котором было не принято упоминать. С некоторых пор оттуда перестали приходить корабли, а отправляющемся туда суда в основном не возвращались, а редкие вернувшиеся приползали избитыми и полуразрушенными после атак каких-то непонятно злобных птиц и что отдельно интересно, в местной мифологии отсутствовал подвиг Геракла по поражению Стимфалийских птиц. И информаторий об этом молчал.

Я связался с Гермионой и она скала, что Большой Совет принял решение вычеркнуть этот остров из реестра Эллады, и только она одна была против этой страусиной политики, но осталась в меньшистве, а на Элладе процветал Демократический централизм.

Дракон облетел этот остров на большой высоте и выдал следующую информацию… По всему острову была тишь да гладь, пейзане работали в полях и пасли стада, но вот порт (он же столица) был абсолютно пуст, но возле каждого поселения были башни с гнездилищами наверху а в самом центре острова была огромная башня со светящимися багрянцем бойницами и вокруг нее птицы даже кишели. И один раз Дракон засек, как кораблик рыбаков захваченный водоворотом притянуло к острову и птицы его буквально растерзали. Ну что же подумал я, эта проблема требует немедленного решения… Первым делом я приказал Дракону засеять остров «паучками» и очередными новациями из новых подвалов Замка, модулями сторожевых огневых башен, (которые в отличие от вышек были прям таки насыщена автоматическими арбалетами, и обладали повышенной магозащитой), причем модули сбрасывались рядом с башнями-гнездилищами и отдельно был засеян пустующий порт. Паучки блокировали главную башню. А во-вторых отдал приказ четырем когортам синтетов-арбалетчиков и шести батареям аркбаллист быть готовым к выходу через портал (все боеприпасы были намагичены).

«Птички» естественно клюнули на подставу с башнями и активно начали их клевать, неся огромные потери, но тем не менее не останавливаясь. А «Челн» вошел в порт и под скрытом начал высадку десанта, а после того, как я открыл портал, на берег хлынули манипулы экспедиционного корпуса. «Птички» не кончались где-то в течении суток но, как говорится «сила солому ломит» и после трех суток вдумчивой зачистки, мои войска замкнули кольцо вокруг главной башни Стимфальских птиц. Там была более менее сильная магозащита, но Пятница, методично бухая их своего капамультука постепенно ее проломил, тем более, что ему помогала залповая стрельба магическими боеприпасами наших синтетов.

Когда багряная подсветка бойниц погасла, пропал и магический фон, и тогда я приказал разнести из ДШК двери в башню. Всё-таки хороший пулемет создали по личному указанию лучшего друга Советских пулеметчиков дядюшки Джо, товарищи Дегтярев и Шпагин, недаром не только на Руси, а и в других странах, было наклепано аж миллион «Душек». И сколько историй про ДШК ходит в военных байках уже почти столетие*.

Мы с Кицуне, Пятницей и аватарами моих Больших синтетов вошли в башню, где нас встретила охрана в виде прямоходящих ящерц-монстриков с рудиментами крыльев. Они были вооружены устрашающего вида кончарами, но против наших бластеров и палашей это не играло. На одном из верхних этажей мы нашли закрытую железную дверь всю в бороздах от клювов и когтей местных птичек, я вскрыл ее бластером и оказались мы в помещении как две капли воды похожем на Центральный пост «Челна», только побольше размерами и более насыщеный приборами. В шести креслах сидели мумии очень красивых людей, трех мужчин и трех женщин, с белыми волосами и острыми ушами эльфов. Буремир вмиг все опространствил и сообщил, что это эльфийская ветвь демиургов исчезнувшая тысячу лет назад во время вызванного ими самими катаклизма, уничтожившего их Мир. Эльфы экспериментировали с порталами и вот и доэкспериментировались. Это видимо часть лаборатории вырванная катаклизмом и заброшенная сюда, но открывшая тут портал в неведомый мир, откуда и прорвались птицы убийцы. Любой портал имел обязательно заложенный в него модуль дежурного схлопывания, так что Птичья башня с куском лаборатории переместилась сначала в мир птиц, а потом и сюда. Птицы успели залететь в Элладу определенным количеством, после чего портал автоматически схлопнулся. А эльфы судя по всему уничтожили часть оборудования и исходя из того, что у всех мумий бли в руках каменные бутылочки, покончили с собой. Немного подумав, я решил уничтожить и эту башню и все гнездовища птиц, и выжег все магическим огнем, такая опция проснулась во мне буквально сегодня. А Минотавра, по его просьбе, я оставил тут наместником Стимфалы, причем в его натуральном виде, и как мне потом доложили, Минотавр сильно сдружился с Медузой…

А Владимирское княжество теперь состояло собственно из метрополии — Острова Черного замка, забережных земель, вассальных территорий-княжества Шелкопряд и Цветочного баронства, Дарского княжества, Смолянского княжества, баронства Зальтц, княжества Вюрст, княжества Валькирия и двух его вассалов, баронства Вюрст, анклава Медхенциммер, Союзных кочевых территорий, Нового Рима, боярства Золотой башни, Старого Владимирско-Волжского княжества и вновь приобретенного острова Стимфала

*Рассказ «По Личному Указанию Товарища Сталина… Или Баллада о тяжелом пулемете» см. в отдельной главе

Глава 61

По Личному Указанию Товарища Сталина… Или Баллада о тяжелом пулемете

1975 год. Где то между Сибирью и Дальним Востоком.

Мы сидели в привокзальном ресторане города Энска, что на Великой Сибирской Магистрали и ждали свой поезд. Мы ехали из командировки и теперь что бы попасть в Москву, нам нужно было проехать пару другую перегонов до аэродрома. В меню ресторана помимо дежурных блюд было к нашему радостному изумлению пять сортов сыра и несколько сортов кавказских вин, включая: Хванчкару, Киндзмараули, Цинандали, и Карданахи.

Местное население эти напитки не уважало и поэтому они были тут в свободном доступе. Учитывая непривычно жаркое для этих мест лето и предприимчивость Тарасюка и Акима, изыскавших кур и склонивших ресторанного Шефа их для нас пожарить, стол получился более чем… Жареные куры, желтые и янтарные лепестки сыра, зелень и лес бутылок. Что еще надо уставшему солдату, тем более когда он в штатском и на отдыхе. В ресторане было пусто и поэтому мы сразу обратили внимание на мужичка за пятьдесят, который не смотря на близость к обеденному времени, пребывал в тяжком похмелье. Судя по представшей перед нами интермедии, когда он прихрамывая барражировал возле вожделенной стойки, в ресторанном буфете его хорошо знали, но увы все виды кредитов были давно исчерпаны. И тут в процессе бурной жестикуляции пиджак его распахнулся и на рубашке что-то блеснуло.

Я приглянулся и не поверил своим глазам… Это был ОРДЕН СВОБОДЫ И НЕЗАВИСИМОСТИ КНДР. Мы подозвали странного ветерана к своему столу, уважительно утолили его жажду и уловив на его лице благорастворение задали главный вопрос, за что мол ордена-то такие экзотические дают?

— «За Перышко» —, почти нежно ответил ветеран… и вежливо испросив на такой случай водки, начал свой рассказ.

Баллада о тяжелом пулемете

1950 год Корея. Наджин

Ехали мы как-то, помогать братскому Корейскому народу отбиваться от империалистических агрессоров. В группе было пятнадцать человек: Десять мастеров с заводского полигона, включая меня, Начальник, Зам по политчасти, двое военпредов и товарищ сами понимаете откуда. Ехали на поезде от самого Новосибирска и хотя было нам всем строго на строго приказано, что мол спиртного ни-ни! Но у нас сами понимаете было, а когда кончалось, то Русский мастеровой всегда чего-нибудь изыщет, тем более солдатский телеграф сообщил, что в Наджине будем пересаживаться на пароход, то тем более народ заволновался, тут и на земле-то боязно по военному времени, так еще и в море повезут, так что по чуть-чуть не помешало.

Так как груз был секретный, на границе разбудили только начальство со свитой. Ну а мы как начали отмечать с вечера первую поездку за границу, так и не могли на радостях остановиться, ведь водка потребляемая дозами до ста грамм, полезна в любых количествах. Плюс повод был хороший, первый раз за границу попали. Ну вообще-то не у всех заграница была первая. Васька ездил в Польшу и Венгрию на танке, Мишка со Степаном пехом дошли аж до Берлина, ну а я так действительно первый раз. Повоевать не пришлось, так как сразу из ремеслухи пошел на пулеметный завод, что сейчас называется имени товарища Д., а когда пришли призывные года, то получил бронь как ценный специалист, так с тех пор на заводе и прижился, начальство ценило да и дело свое полюбил.

В Наджин приехали под утро, ну а наотмечались мы накануне так крепко, что проснулись только от дикого шума на улице, да и то не сразу. Часть ребят бросилась наружу, а я добравшись до тамбура просто выглянул из вагонной двери и увидел полную пургу с узорами. Наши вагоны загнали на какой то грузовой полустанок, где еще несколько эшелонов ждали разгрузки и все паровозы включая маневровые оглашали воздух тревожными гудками. Метрах в пятидесяти или чуть подальше по ходу эшелона, возле зенитки кучковалось наше начальство, туда же побежала часть народа, а я задержался в дверях засмотревшись на вроде бы совсем близкие, то ли невысокие горы, то ли высокие холмы. И тут из за их вершин бесшумно выскочила стая серебристых птиц, увеличиваясь на глазах они взревели и стали плеваться огнем. Это были американские самолеты.

Железнодорожные пути превратились в ад. Пули крупнокалиберных пулеметов и ракеты казалось летели со всех сторон и первое, что я осознал из увиденного это снесённый ракетным залпом вместе с расчетом, зенитный 37-миллиметровый полуавтомат и беспорядочно разбросанные тела и тут до меня дошло, что там только что стоял штаб нашей группы. Внезапно наступила тишина. Нет не полная, ибо раздавались крики и трещали горящие вагоны, но не рвались больше ракеты, не стреляли зенитки и не гудели паровозы и главное прекратился грохот со стороны главного Наджинского железнодорожного узла и порта, там судя по всему работали самолеты покрупнее чем у нас. Внезапно кто-то потрогал меня сзади за плечо. Это был товарищ Чен, приданный нам сутки назад переводчик. Он не перенес вчерашнего застолья и мирно заснул на багажной полке нашего купе еще вечером, это его и спасло. Товарищ Чен был интересной личностью. По его словам он был из крестьян и три месяца отучившись на спецкурсах во Владике, был назначен переводчиком в отдел Штаба Корейской Народной Армии, занимающийся контактами с Советскими товарищами, но говорил он хоть и немного ломано, но с московским аканьем которое ни с чем не перепутаешь.

Играл в шахматы лучше разрядника Петьки, да и пистолет у него был какой-то не нашенский, чуть ли не японский. Чен оглядел панораму и сказал почти без всякого акцента: «Опять Империалисты применили свой любимый прием, прошли в притирку над горами на бреющем, на подходе заглушили моторы и ударили как всегда из за угла. А ведь был циркуляр из Генерального штаба, во все части ПВО. Сейчас американцы полетели на свой аэродром, где по тлетворной буржуазной привычке будут обедать, а часа в три вернуться назад, что бы все тут закончить».

— «Слушай, Чен, а ведь я знаю что зенитчики могут заранее знать о приближении самолетов, есть ведь средства предупреждения или как там они называются…»-

Чен иронично-мрачно посмотрел на меня и сказал:

— «Эти средства называются радиолокатор. Старый разбомбили неделю назад, новый догорает вон в том эшелоне и сегодня империалисты, судя по всему добили последние зенитные батареи на грузовой станции и в порту. Так что еще один налет и нам настанет хорек…»

Несмотря на общий трагизм ситуации, стоявшие рядом ребята заржали и тут меня осенило.

— «Ребята» — заорал я — У нас же «перышек» двенадцать комплектов и станки зенитные есть. Вот и встретим сук по нашему, по Русски'…

Проблема была в том, что все кто имел хоть какое то отношение к руководству погибли во время налета. Я был старшим техником, но это не давало мне прав командования и тут внезапно подсуетился Чен. Товарищ Чен внезапно оказался Старшим Полковником Министерства охраны безопасности государства, это была ого-го какая шишка и все местные прыгали перед ним как мартышки перед дрессировщиком тигров. Вообще то мы приехали в Корею, чтобы испытать в боевых условиях дюжину «Перышек». Перышком назывался — Дегтярёва, Шпагина, крупнокалиберный модернизированный пулемёт образца 1946 года, и он был призван заменить в войсках старый добрый ДШК 1938 года.

То есть в нашем вагоне были сложены в опечатанных купе двенадцать пулеметов с двумя станками к каждому (пехотным и зенитным) и по десять пятидесятипатронных коробов с патронами, соответственно на каждый пулемет. Товарищ Чен официально обратился ко мне за помощью, как к единственному выжившему из старших по званию, так сказать. Ох, знал бы я как меня подставил хитрый азиат…

Нам дали в полное распоряжение полсотни свеженьких сержантов — инструкторов, направляющихся в дивизионные пулеметные школы и по счастливой случайности оставшихся без паровоза, да и честно говоря без эшелона тоже. Старший полковник Чен объяснил, что единственное наказание которое я могу применять к неумехам и саботажникам, это расстрел на месте и необходимые бумаги он уже подписал. Корейские сержанты настолько прониклись серьезностью момента, что выполняли любое указание молниеносно и боялись нас до дрожи. Когда один из них, совсем молоденький парнишка, уронил на землю патрон который ему доверили протереть, и услышал Петькин добродушный абсолютно беззлобный матюг, то без звука отправился в обморок.

Пулеметы были быстро расставлены по позициям и приведены в боевую готовность. Полное содействие, а заодно и охрану обеспечивала очень строгая рота вооруженная ППШ. В руках щуплых корейцев, ППШ выглядел как дегтярь у Васьки, но обращались они с ними умело. Они посредством коротких очередей, не разрешали приближаться к позициям пулеметчиков даже бродячим псам. Пулеметы мы расставили попарно, так как корейских сержантов сажать на «первых номеров» было не серьезно, а нас осталось годных к ведению огня только шестеро. Отработан был следующий метод… Первый номер из наших высаживал ленту и сразу переходил к другому пулемету, а сержанты должны были успеть перезарядить пулемет до того момента, когда во втором «Перышке» кончится лента, тем более что на этой модели подача ленты была двусторонней и вторые номера могли работать не мешая ни друг другу ни пулеметчику. Шесть огневых точек были вовремя распределены на удобных местах, типа полуразрушенной водокачки или холма с развалинами храма, ибо стрелки на часах уже совсем близко подошли к цифре три, но подождать пришлось еще минимум пол часа…

И вот как и несколько часов назад, над кромкой холмов мелькнула серебристая стайка и радостно наддав газу приготовилась сеять под собой огонь, но не тут то было. Первый как всегда ударил Васька, а потом и остальные. Я привычно поймал в прицел силуэт воздушной цели, синхронно нажал на гашетки и предохранители и с первой пятипатронной очереди попал несущийся на меня Скайрейдер, из пяти патронов два были Б-32 и американцу это явно не понравилось. Задымив и роняя куски обшивки Дуглас А-1 рухнул где то за пакгаузами не выпустив ни одной ракеты. Как потом сказал товарищ Чен, бой шел ровно 14 минут. Больше энергией, нежели молитвами Старшего полковника, на территории железнодорожной станции было задействовано несколько десятков ручников, от дегтярей до старых японских Гочкисов. Когда американцы пошли на второй заход ища именно наши «Перышки», так хорошо пощипавшие им перья, корейские пулеметчики открыли ураганный огонь из десятков стволов. Толку с них конечно было не очень много, но от нас они внимание конечно отвлекли. После утреннего налета на наш эшелон, потерь у нашей группы больше не было. Расход боеприпасов составил 1267 патронов.

Товарищ Чен, погладив еще теплый ствол пулемета и задумчиво улыбаясь спросил:

— «А кто приказал сделать такое оружие», — и получив ответ, что этот пулемет создан по личному указанию товарища Сталина, посерьезнел и сказал: — «Тогда этот прекрасный пулемет, еще и очень хороший пулемет… »- и козырнув, удалился, оставив вместо себя кого-то вроде взводного с соответствующим количеством солдат.

А на станции снова началась какая-то суета, но гораздо более целенаправленная чем с утра. Ну во-первых не гудели паровозы, а во-вторых подошедший на соседние пути, сразу же после налета состав, был моментально оцеплен автоматчиками, туда подъехала пара закрытых легковушек и несколько грузовиков и чем-то и кем-то загрузившись, куда-то умчались, причем вместе с ними умчался и товарищ Чен и у меня сложилось стойкое впечатление, что именно это и было его основным заданием, а вовсе не сопровождение нашей группы. А еще через три часа, когда мы уже заканчивали упаковку «Перышек» в походное положение, примчались представители советских служб и органов. Советские товарищи из местного командования, узнав что мы участвовали в бою пришли в ужас и наш вагон срочно прицепили к эшелону идущему в Союз, а ввиду того что меня везли под охраной в отдельном купе, я очень сильно напоминал себе арестованного. Когда мы рано или поздно добрались до Владика, меня почему-то поместили в гостиницу Дома офицеров и с ребятами я уже в эти дни не общался. А через три дня за мной пришли, но повезли не в НКВД а в военное ателье, где подогнали под меня новенькую офицерскую форму без знаков различия и отвезли не куда-нибудь, а в какой-то большой штаб где в торжественной обстановке, консул Корейской Народной Демократической Республики вручил мне Почетную грамоту «За укрепление Дружбы между Советским и Корейским народами».

А еще через год меня вызвали в Москву и там уже посол КНДР в Советском Собзе, вручил мне вот этот «Орден Свободы и Независимости», как было сказано в русском переводе наградных документов, «за заслуги в укреплении обороноспособности и защите безопасности». А на банкете я встретил Товарища Чена, он был уже генерал, но ни чинился и первый подошел ко мне поздороваться. Очень мне обрадовался и сказал что я даже не знаю какое мы с ребятами сделали важное дело. А когда я спросил так это важно, что мы много самолетов сбили, он засмеялся и ответил, что есть вещи много важнее сбитых самолетов. На том мы и расстались, а я так и не успел его спросить — сколько же мы точно пустили в землю американцев. Мы с ребятами много раз считали и вспоминали, но цифры все время получались разные, но никогда результат не был меньше пятнадцати сбитых стервятников.

Баллада о тяжелом пулемете

На этом ветеран закончил свой интересный и местами поучительный рассказ. Остальное были уже частности менее интересные для высокого общества. И то, что он еще неделю жил как важная персона в офицерской гостинице, и то как познакомился с подавальщицей из офицерской столовой и в результате на ней женился, потом повредил ногу, выхлопотал инвалидность и со временем переехал жить сюда, на ее родину. Тут он занимается мелким металлоремонтом и точкой ножей и все у него хорошо, только вот у Кума сына в армию проводили и праздник немного затянулся, но в понедельник он как штык выйдет на работу.

ПРИМЕЧАНИЯ

ДШК и Перышко — крупнокалиберные станковые пулемёты под патрон 12,7в108 мм. ДШК был принят на вооружение РККА в 1939 году под обозначением «12,7 мм крупнокалиберный пулемет Дегтярева — Шпагина обр. 1938 года» (ДШК, Индекс ГАУ — 56-П-542). В 1946 году под обозначением Перышко (Дегтярёв, Шпагин, крупнокалиберный модернизированный, Индекс ГАУ — 56-П-542М) пулемёт был принят на вооружение уже Советской Армии (а не РККА). При сохранении принципа работы автоматики и схемы запирания канала ствола, был полностью изменён механизм питания (он обеспечивал подачу патронной ленты либо с правой стороны, либо с левой). Соответственно иной стала и конструкция патронной ленты (так называемая типа «краб»). Дульный тормоз имел другую конструкцию. Питание ленточное из коробов. Ленты по 50 патронов. В войсках имел прозвище «Душка».

Douglas A-1 Skyraider

Экипаж: 1 чел Макс. скорость: 520 км/ч Дальность полёта 2115 км

Вооружение: Пушки: 4в20 мм Боевая нагрузка: до 3600 кг на 15 узлах подвески

ОРДЕН СВОБОДЫ И НЕЗАВИСИМОСТИ КНДР

Боевая награда, вручающаяся командирам дивизий и бригад (I степень) и ниже (II степень) за военные заслуги.

СТАРШИЙ ПОЛКОВНИК

Воинское звание в Корейской Народной Армии. Среднее между полковником и Генерал-майором. Примерно соответствует Британскому «Бригадиру»

КОРЕЙСКАЯ ВОЙНА

Война Северной Кореи и Китая против Южной Кореи и США ряда американских союзников за контроль над Корейским полуостровом. Она началась 25 июня 1950 года с внезапного нападения Северной Кореи (Корейской Народно-Демократической Республики) на Южную (Республику Корея). Это нападение было осуществлено с согласия и при поддержке Советского Союза. Северокорейские войска быстро продвигались за разделявшую две страны 38-ю параллель и уже через три дня овладели столицей Южной Кореи Сеулом.

Совет Безопасности ООН признал Пхеньян агрессором и призвал все государства — члены ООН оказать помощь Южной Корее. Кроме США, свои войска в Корею послали Англия, Турция, Бельгия, Греция, Колумбия, Индия, Филиппины и Таиланд. Советский представитель в тот момент бойкотировал заседания Совета Безопасности и не смог воспользоваться своим правом вето. После того как северокорейцы отказались отвести свои войска за демаркационную линию, с 1 июля в Корею стали перебрасываться две американские дивизии. Одна из них была разбита, а ее командир попал в плен. Другая же смогла вместе с южнокорейскими войсками отступить к плацдарму, созданному у порта Пусан. К концу июля это была единственная территория на Корейском полуострове, удерживаемая войсками ООН. Их Верховным главнокомандующим назначили генерала Дугласа Макартура, героя войны против Японии на Тихом океане. Он разработал план грандиозной десантной операции в порту Инчхон. В случае успеха коммуникации северокорейской армии, осаждавшей пусанский плацдарм, оказались бы перерезаны.

15 сентября американские и южнокорейские морские пехотинцы высадились в Инчхоне. Американский флот господствовал на море, а авиация — в воздухе, поэтому северокорейцы никак не могли помешать десанту. 28 сентября был взят Сеул. Северокорейская армия, сражавшаяся у Пусана, была частично пленена, а частично перешла к партизанской войне в горах. 1 октября войска ООН пересекли 38-ю параллель и 19 октября взяли северокорейскую столицу Пхеньян. 27-го числа американцы достигли реки Ялуцзян на корейско-китайской границе. Успехи американских и южнокорейских войск обеспокоили Китай. В течение октября на фронт было переброшено 180 тысяч так называемых «китайских народных добровольцев», в действительности представлявших собой солдат регулярной армии, действовавших по приказу командования. Еще через месяц их численность достигла полумиллиона. 27 ноября китайские войска внезапно атаковали американцев и оттеснили их за 38-ю параллель. С этого момента со стороны Северной Кореи война велась преимущественно силами китайской армии.

В начале января 1951 года китайские и северокорейские силы вновь захватили Сеул, но в конце месяца американская 8-я армия перешла в контрнаступление. К исходу марта китайские войска были отброшены за прежнюю демаркационную линию. В этот момент в американском военно-политическом руководстве выявились разногласия. Макартур предлагал нанести удар по китайской территории. Американские солдаты в сопровождении танков направляются к фронту в Южной Корее к северу от реки Ялуцзян, не останавливаясь перед применением ядерного оружия. Генерал рассчитывал подорвать тем самым базу снабжения китайской армии в Корее. Президент Трумэн отверг этот план, считая, что США в результате могут быть втянуты в третью мировую войну против Советского Союза и Китая. В апреле 1951 года на посту главнокомандующего Макартура сменил генерал Мэтью Риджуэй, бывший командующий 8-й армией.

В конце апреля китайские и северокорейские войска предприняли новое наступление, но были отброшены на 40—50 км к северу от 38-й параллели. После этого 8 июля 1951 года начались первые переговоры представителей воюющих сторон. Война между тем приняла позиционный характер с широким использованием минных полей и заграждений из колючей проволоки. Наступательные операции имели теперь чисто тактические цели. Численное превосходство китайцев компенсировалось американским преимуществом в огневой мощи. Китайские войска наступали густыми цепями прямо по минным полям, но их волны разбивались об американские и южнокорейские укрепления. Поэтому потери «китайских народных добровольцев» многократно превышали потери противника.

Американская авиация сохраняла господство в воздухе, хотя в лице советских летчиков она встретила достойных противников. Сталин послал на помощь Ким Ир Сену и Мао цзэдуну несколько авиационных дивизий, прикрывших небо Северной Кореи и Маньчжурии. Советским летчикам было категорически запрещено пересекать линию фронта, чтобы они, не дай Бог, не попали в плен. В начале 1953 года Гарри Трумэна в Белом доме сменил Дуайт Эйзенхауэр. Он пригрозил Китаю применением ядерного оружия, если Пекин не будет сговорчив в вопросе о перемирии в Корее. 27 июля 1953 года в местечке Пханьмыньчжон вблизи 38-й параллели было наконец достигнуто соглашение о прекращении огня Корея оказалась разделена по 38-й параллели на Корейскую Народно-Демократическую Республику и Республику Корея. Мирного договора между Севером и Югом нет до сего дня.

Глава 62

Теперь нас ждала Элида царя Авгия, да-да, именно там, где вроде бы были в том Мире, знаменитые Авгиевы конюшни. Что интересно, в тех местах действительно было много копытной живности, но это были быки. Как уже было сказано выше, кентавры терпеть не могли лошадей и эти благородные скакуны были тут только у братьев Аяксов, с которыми никто не хотел связываться. Судя по информации переданной Драконом, на улицах города бродили многочисленные быки и коровы, но было чисто. Вокруг города простирались тучные нивы, причем все они были огорожены мощными заборами, судя по всему от потрав, ибо за городом скотины тоже хватало, но на некоторых участках она элементарно паслась. А очередные мечи, числом три были глубоко под землей.

Царь Авгий, это были имя и фамилия местного главы Совета Агоры (прямо вспомнилось — «Очень приятно — Царь»). Я сошел в порту с «Челна» в сопровождении Кицуне, Пятницы и гвардейской алы Лисьих хвостов. Царь Авгий встретил нас на полпути к его дворцу. Мы были в истинном обличии и встречали нас соответственно. Во дворец главы Совета меня сопровождали Кицуне, Пятница и аватара Дракона, сам Дракон под скрытом контролировал ситуацию с воздуха. Узнали мы тут и подоплеку еще одного подвига Геракла… У царя Авгия (того самого, который из нашей Древней Греции) действительно были заваленные навозом конюшни и Геракла подвизали на их очистку, но он схитрил, наняв на эту работу кентавров, обещав им сто дюжин амфор вина из подвалов Диониса, но Дионис не захотел помогать дальнему родственнику и кентавры выполнившие работу, очень рассердились на сына Зевса и Алкмены. И случилась та самая война Геркулеса с кентаврами.

Потом естественно был пир, а Дракон совместив зеленую точку на виртуальной карте с местностью выяснил где находится очередной объект, это был небольшой горный район Пиндос. Царь Авгий на мой вопрос по этим горам, сморщился и сказал, что это абсолютно дикое и бесполезное место, где раньше частенько пропадали люди, ходили слухи что там по ночам бродит циклоп. Совет неоднократно посылал туда отряды стражи, но они ничего не находили, а потом там снова начинали пропадать люди и посему эти места объявили запретными и их по периметру периодически обходили стражники, но периодически какие-нибудь молодые балбесы, пытались нарушить запрет, но стража бдила, и теперь там пропадало максимум два человека в год. Короче я послал в эти горы стаю «Паучков» и они обнаружили вход в пещеру, как раз в том месте, где на карте мерцал зеленый маркер и еще они обнаружили спящего в маленькой долине заросшей реликтовыми деревьями спящего циклопа. Я связался с Полифемом и поинтересовался, есть ли еще циклопы в этом мире и получил информацию о циклопе Кедалионе, подручном Гефеста, которому надоело быть молотобойцем и который через знакомого демиурга, устроился сторожем в какой-то непонятно стране гномов -погонщиков железных зверей, после чего его никто не видел.

К нужному нам месту вела вполне приличная дорога, правда она была под скрытом, но не для меня. Вход в пещеру был под слабенькой магозащитой, но предварительно я решил навестить местного циклопа который судя по локации дремал тут невдалеке и тут нас ждал сюрприз… Циклоп Кедалион, оказался циклопой Кедалионой. Я связал их по магосвязи и в результате Кедалиона, получив от меня разовый амулет скрыта отправилась к своему суженному, предварительно поделившись со мной информацией о базировавшимся тут племени гномов. В огромной системе пещер пребывало племя гномов из Хирда «Красный колпак», они добывали в недрах этих гор всевозможные металлы и драгоценные камни из которых делали всевозможные элитные изделия роскоши, которые в последние годы просто складировали, ибо портал через который осуществлялся схлопнулся. С рождаемостью у гномов было не очень и посему они в качестве дополнительной рабочей силы похищали забредавших в горы хомо, вернее их заманивала игрой на флейте Пана Кедалиона, которая за это получала у гномов окаменевшие капли Иллирийская смолы, легендарных Слез гор, каменной смолы, которая давала гномам и циклопу жизненную силу и долголетие. А пленных людей кормили нектаром, источник которого был в подземелья и они, работая в пещерах, чувствовали себя здоровыми и счастливыми. Отправив циклопу (у нее стати было два глаза), мы вернулись к порталу и тут Буремир выдал еще один сюрприз, он не смог определить этот портал. Нет, он мог его открывать и закрывать, и я тоже мог его проходить, но этот портал нигде не значился.

И я решил начать исследование портала с «паучков»… Первый ушел в портал и связь с ним сразу же прервалась, второй и третий посланные парой с включенным режимом возвращения, вернулись и приволокли третьего. Второй и третий «паучки» были из моих личных механизмов сопровождения. Меня всегда раздражало то, как многие попаданцы из книг имея неслабые возможности, манкировали собственной безопасностью. Даже Лорд Сварог из чудесной серии Сан Саныча Бушкова, имея золотых сов с крокодилами, супер компьютер и роботов, будучи не только королем Хелльстада, но и руководителем двух Имперских спецслужб, тем не менее периодически попадал впросак, типа успешных нападений на себя любимого и даже превращений в собаку. Я с помощью Буремира создал боевую пятерку «супер-пауков», то есть тех же стандартных «паучков», но вельми модернизированных. Помимо сильной магозащиты и соответствующей магосвязи, там были модули скрыта, портальные точки, бластеры и даже стилеты, как для метания, так и для ближнего боя. Каждый из них нес по пять артефактных магических камней, но оно того стоило. Судя по всему этот портал вел в совсем дальний мир, но возврат оттуда Буремир гарантировал, тем более, что мы с Кицуне одели на шею цепочки с редчайшими мощными портальными амулетами, которых на складах Замка нашлось всего несколько десятков, но которые могли вытащить хозяина из любой точки, плюс по умолчанию, эвакуация проводилась в случае даже частичнойпотери сознания носителем или признаков магической бури. Действовать сей артефакт мог только три раза, а потом пять лет заряжаться, так что «Пустые камни» (так они почему-то назывались в информатории) были только у самых близких мне людей. Аварию простой «паучок» получил за счет оригинальной завесы ловушки, высасывающей у любого плохо защищенного объекта магоэнергию. На моих «суперпаучков» и нас с Кицуне это действовать не могло, как и на Лисьих хвостов достаточно хорошо защищенных. И я послал тройку суперов в дальнюю разведку, на всякий случай включив режим «сверхскрыта», слишком энергоемкий, но достаточно надежный.

Глава 63

Свежие данные по пещере за порталом были следующие… недалеко от портала был парный пост двух гномов в красных колпаках, с либрисом и копьем, которые уныло препирались из за какой-то Глимлы, причем спор был не собственнический, а скорее эстетический… Гномы спорили по поводу размеров бедер данной дамы. Их я попросту прямо сходу парализовал.

Еще через сотню метров стояла очередная пара часовых, причем ведущих себя строго по уставу караульной службы, и тут я просто пошутил. Один из моих «паучков», будучи под скрытом, скинул прямо перед ними с потолка палку, под аватарой шикарного либриса и эта парочка сразу же сцепилась за право обладания этим шикарным девайсом.

Надо сказать, что прежде чем войти в портал, в него несколько раз вошел один из синтетов, а Буремир отслеживал параметры портала, что дало ему доступ к системам наладки, через которые он убрал ряд блоков, и только когда он дал гарантию, что этот портал не схлопнется туда вошли мы с Кицуне и пятеркой Лисьих хвостов.

Парализовав на тройку часиков очередную парочку часовых мы проследовали дальше и тут на мощном перекрестке тоннелей и штреков нас встретила троица явных старейшин, которые представились, как Бемли, Бумли и Бимли. Хирд-мастера объявили что чрезвычайно рады видеть Великого магистра и сходу пригласили нас в Пещеру Совета хирдов. Гномы явно обладали какой-то магией, раз сосчитали мой статус, но не настолько, что бы видеть моих супер-паучков находящихся под скрытом.

Мда, и опять перед нами последствия очередного эксперимента демиургов… Перенесенные сюда некогда гномы производили фальшивые драгоценные древности, которые переправлялись в какой то далекий Мир, пещеры кстати находились в пространственно временной лакуне, куда вело два портала, один схлопнушийся, через который гномы получали продукты и куда отправляли готовые изделия и второй ведущий сюда, но действующий для живых организмов (кроме нас конечно) только внутрь. У него в качестве стража подвизалась циклопа, отправленная нами к Полифему и теперь гномам становилось совсем грустно, ибо циклопа им кое-что подкидывала из натуральных продуктов, а так гномы питались исключительно грибами и рыбой из подземных озер. Консенсус мы нашли достаточно быстро, тем более, что Буремир разобрался с порталом окончательно, причем с обоими и тот второй, ведущий в мир тех демиургов, заблокировал окончательно, ну не нужны нам гости оттуда. Мы договорились о взаимных поставках в модели натурального обмена. Первым делом я приказал сделать поставку мясопродуктов, овощей, фруктов и медов, за что стал выгребать склады с наработанными фальшивыми древностями. Что было интересно, демиурги выбрали эту лакуну, потому что местное магополе оставляло на всех местных предметах магический следовой уровень древних времен. На местный портал Буремир зацепил один из складских порталов Большой ярмарки и портал одного из трюмов «Челна» (на «Челне» было аж четыре портала, два в грузовых отсеках, два в казармах и один на капитанском мостике. Магический потенциал корабля это позволял).

А закрома у гномов были знатные, огромные пещеры набитые артефактными механизмами, поражали воображение, элитных товаров тут было на годы торговли.

Заодно мы забрали у гномов всех пленников и переселили их на наш Торговый двор на большой ярмарке. Учитывая, что производительность в их мастерских теперь резко снижалась, а за каждого пленника я давал бочонок медовухи, отторжения этот вопрос не вызвал (правда три пленницы не захотели покидать пещеры, как они сказали по личным причинам, а личные причины, они на то и личные). И еще у гномов был весьма интересный технический задел… На одном из горняцких уровней у них была самая натуральная железная дорога с очень интересными паровозами. Там были котлы замкнутого типа, а угольный порошок перерабатывался в тепло через оригинальный модуль без розжига и без остатка. То есть в отход уходил только пар. Эту разработку я взял на заметку и приказал Буремиру все скопировать и закупить образцы всего, от паровоза, до последней заклепки и складировать все это в секретном хранилище Замка.

Глава 64

А вместо мечей в подземельях гномов мне досталось четыре либриса, которые я презентовал хирд-мастерам, которые после этого называли меня не иначе, как царем всех хирдов. А наш путь лежал теперь в город Крит.

Дракон передал идиллическую картину белых зданий, и площадей увенчанных статуями Геракла сидящего на быке и я заявился сюда в своем истинном обличие. Как ни странно, этот город был населен ювелирами и Кицуне сразу сделала стойку и вызвала по магосвязи Богуславу и Розе, которые воспользовались порталом на «Челне» и примчались на пулеметной платформе Лисьих хвостов, могущей передвигаться с сумасшедшей скоростью (я на всякий случай велел им захватить новый мобильный многоразовый портальный модуль разработанный Буремиром). Но была тут одна странность с конечной точкой маршрута… мечи находились в огромном черном кубе, который находился под скрытом. Осторожный зондаж членов Совета Агоры во время пира в нашу честь, про этот непонятный то ли обелиск, то ли пьедестал ничего не дал, но зато мы получили информацию по еще одному подвигу Геракла, в данном случае про Критского быка… Дело было в том, что быка надо было действительно не поймать или убить, а объездить, родео там было короче. А Критские власти решили приколоться и постоянно подсовывали Гераклу не того быка, что его безмерно злило (и быков и Геракла). В конце цепочки родео Геракл разозлившись просто раздавил ногами несколько быков, а когда наконец добрался до главного, то расслабился и был сброшен на землю, после чего бык сбежал и долго терроризировал Микены, Пелопоннес и всю Аттику вплоть до Аргоса, пока не пал от меча другого легендарного героя, Тесея. Короче, как говаривал некий гражданин Коровьев: «Вот, почтенные граждане, один из случаев разоблачения, которого так назойливо добивался Аркадий Аполлонович!».

Так что я, уже привычно послал на разведку паучков, но не обычных, а суперов.

Куб находился в безлюдной местности посреди большого каменистого солончакового поля, от куба буквально шибало магией, но не слишком сильно. Входов, явных и скрытых не наблюдалось и оставалось только делать подкоп, и тут я вспомнил про недавно проявившийся ангар со строительной техникой под Замком. Среди которой было несколько «Землероек» нечто вроде легендарной «Субтеррины»*, подземного аналога подводной лодке, созданного одновременно в секретны Эсэсовских производствах Рейхе и в Бериевских шарашках в СССР. При складе была бригада гномов находящихся в стазисе, которые очнувшись и принеся мне присягу, сразу же начали проводить ТО. Тут были бульдозеры, экскаваторы, скреперы, самоходные подъемные краны, техника была с различными движителями. «Землеройки» же были двух видов, на гусеницах и огромных железных ребристых колесах, а ля Фордзон. Я тогда сразу бросил часть техники на строительство дорог в прибрежных областях, ну вот и «Землеройки» сгодились. Гномы пригнали сразу две модели «Землероек», по паре экскаваторов и бульдозеров, но сначала из портала вышли две когорты синтетов и оцепили местность, а вокруг куба я задействовал модули тяжелых сторожевых башен, так, на всякий случай, который как известно бывает всякий.

Когда штольня вышла под центр постамента, было проделано небольшое отверстие, куда выпустили пару «паучков», которые передали визуальную и техническую информацию показавшую следующее… Большой зал оформленный под пещеру был заставлен по периметру золотыми статуями, а посередине зала стоял модуль управления напоминающий наш капитанский мостик на «Челне», короче мы попали в очередную нычку демиургов.

Буремир достаточно легко подключился к пульту и нашел систему управления защитой объекта и даже спящий стандартный портал. Меч тут был один и он лежал на пульте и когда я взял его в руку, он привычно рассыпался черным дымом. Статуи, я к восторгу своих дам отправил через портал в Замок, теперь они месяц будут их расставлять. Так закончился еще один фрагмент моего анабазиса.

Глава 65

Последний поход «Боевого крота» (информация к размышлениям)

Сначала небольшое художественное вступление (уж простите писателя).

Внезапный свист, перерастающий в скрежет, перекрыл привычный шум механизмов.

— «Твою мать. Опять гидравлика, »- подумал командир экипажа и ударил по красному грибку плунжера экстренной остановки. Не успел он включить микрофон, как из динамика послышался сбивающийся голос старшего механика, капитан-лейтенанта Сивцова. " Товарищ командир. Вышел из строя управляющий клапан второй лапы, автоматика подключила гидра-аккумулятор, так что все нормально. Замену клапана проведу в течение 20 минут"-

Капитан второго ранга Кагауров — командир субтеррин-крейсера «Боевой крот» объявил по громкой связи экипажу и десанту ситуацию и, откинувшись на спинку кресла, невольно вспомнил штольню в Кенигсберге. Десять лет назад он в составе особой группы искал следы проекта «Midgardschlange» («Змей Мидгарда»), На многометровой глубине, в вертикальной штольне, их группа нашла останки стального монстра, который был семи метров в ширину и длинной метров в пятнадцать, причем это явно был не весь корабль. Задняя часть, судя по всему, была оторвана взрывом и находилась на неизвестной глубине под завалом. А взрыв, который и был как раз виновником катастрофы, произошел в огромном гидравлическом аккумуляторе. В отсеках было обнаружено одиннадцать тел из числа экипажа, веретенка оказалась прекрасным консервантом, и немцы были как живые. В уцелевших отсеках было полтора десятка электродвигателей, но о самой двигательной установки ничего сказать было нельзя, ведущие к ней когда-то толстенные кабели тускло мерцали оборванными жилами. Конечно, все, что можно было, спецгруппа демонтировала, упаковала в ящики, и отправила в Москву. Уже потом, в Нахабино, Кагауров как-то на междусобойчике по случаю октябрьской годовщины 7 ноября спросил Главного Конструктора, откликающегося на редкую фамилию Иванов, а, мол, не опасно ли применять мощную гидравлику в таких небольших закрытых пространствах. На это ему было предложено выпить водки, и не лезть в не свои дела. Капитан третьего ранга хотел было проворчать, что ходить- то на Кроте ему, а не товарищу Иванову, но, будучи мужиком неглупым, соблаговолил промолчать. Монтаж тем временем шел своим чередом, привезли реактор с Ижорского завода и всем монтажникам, на зависть окружающим, в конце смены выдавали бутылку столичной на троих. В уже готовом, но стоящем отдельно десантном отсеке, каждый день до одури тренировались двенадцать десантников (основная и резервная группа). А потом пошли бесконечные прогоны техники, замена и калибровка приборов и многое другое. Пробные пуски прошли блестяще и теперь после последнего десятикилометрового броска с учебным подрывом подземного бункера, приведшего в восхищение даже Первого секретаря, (он бегал по площадке, смешно подпрыгивал блестя лысиной похожей на гриб-дождевик и кричал, хлопая себя по ляжкам, что теперь капиталистам нигде не спрятаться), у всех появилось ощущение успеха. А тем временем, и экипаж, и заводчане, и ученые, готовились к очень серьезному испытанию. Руководство понимало, что крейсер еще сырой, но приказ сверху был пронизан смыслом, не имеющим иных толкований, кроме как провести рейд на пятьдесят километров, через горный массив с промежуточным десантированием и последующим выходом на поверхность.

* * *

А двадцать лет назад, под Кенигсбергом…

Механизмы так шумели, что не помогали даже танкистские шлемы. В довершение еще вибрация, казалось, сверлила каждую клеточку. Штурмбанфюрер Клоцке, автоматически переключая тумблеры и передвигая верньеры, сказал про себя…

— " Да, знал бы Рейхсмаршал, когда клал под сукно проект этого выскочки Штауффенберга, и знал бы Рейхсфюрер, когда отдал СС секретный приказ продолжить строительство и испытания Субтеррины «Змей Мидгарда», что оскорбленный граф свяжется с заговорщиками и чуть не лишит Германию любимого фюрера…"-

Нижний уклон и горизонталь лодка прошла хорошо, и теперь выходила в дирекцию верхней вертикали, что было гораздо сложнее. Механизмы работали на пределе, датчики показывали повышение температуры во всех узлах, но субтеррина продолжала двигаться по курсу. Рядом с Клоцке сидел маленький смуглый человечек, перед которым стояла открытая каменная шкатулка, внутри которой в сложных переплетениях золотой и серебряной проволоки висел слабо мерцающий янтарный шар. Его окружало нефритовое кольцо с делениями. Это был подземный компас. Только благодаря нему можно было ориентироваться в земной толще: ведь без этого проект «Midgardschlange» не имел бы смысла. И компас, и его оператор тибетец были предоставлены для проекта аж из самого легендарного Анненербе по личному указанию Рейхсфюрера. Из Анненербе же, привезли медные контейнеры, ставшие основой двигательной установки субтеррины. «Змей Мидгарда» мог не только ходить под землей, но и плавать под водой. В перспективе проекта было создание двухсот больших десантных субтеррин для прорыва в Британию, но это пока было впереди. А субтеррина, тем временем, вышла наконец в горизонтальный тоннель, взревела и завизжала работающими в холостою бурами и двигателями. Однако шум внезапно смолк, и лодка резко сдала назад в вертикальную штольню. Из двигательного отсека прибежал тибетец -механик и что то затараторил на своем языке, потом, перейдя на ломаный немецкий, сообщил, что двигатели встали и, чтобы затормозить скользящую вниз лодку, надо задействовать все гидра-аккумуляторы, и в первую очередь главный с пиро-системой экспресс-подъема давления. Штурмбанфюрер вдавил красный аварийный плунжер, по всей субтерррине защелкали клапаны, загудели трубопроводы, но все перекрыл резко-гулкий, как выстрел танковой пушки звук. И вихрь кипящего под огромным давлением масла и металлических осколков пронесся по отсекам гибнущего корабля. С треском и скрежетом оторвался двигательный отсек и унесся в многокилометровую глубину.

* * *

Капитан второго ранга Кагауров открыл личным ключом два лючка на приборной панели. Под одним из них была шкала Дозиметра. Под другим мерцал янтарный шар «подземного компаса». Этим оборудованием имел право пользоваться только капитан корабля. Позиционирование совпадало с расчетным, радиация тоже была в норме, но как заноза не давали командиру спокойствия мысли о гидравлике. Он говорил как-то одному из конструкторов — своему земляку — с которым был в почти дружеских отношениях о том, что гидра-цилиндры опасны. И, учитывая наличие ядерной энергосистемы, по большому счету не нужны. Но приятель ответил, даже протрезвев от серьезности момента:

— " Ты пойми, Сашка. Определение и функциональность надежности исчисляется из многих параметров, в том числе и целесообразности. Вот подойдет твой Крот к вражескому бункеру, а реактор скиснет или насосы выйдут из строя, и если у тебя не будет гидра-аккумуляторов, считай что задание ты не выполнил ".

И как бы в унисон воспоминаниям, Сивцов доложил, что заблокированы два насоса.И для прокачки системы надо задействовать главный гидра-аккумулятор. Командир разрешил, и буквально через минуту грянул взрыв. Последнее, что видел Капитан второго ранга Кагауров — это был большой зазубренный осколок, пронзающий переборку реакторного отсека.

Субтеррин-крейсера «Боевой крот» больше никто и никогда не видел, а потом сняли Лысого Кукурузника и проект закрыли совсем.

ПОСЛЕСЛОВИЕ.

Хочу сказать сразу о том, что это не фантастика, и по крайней мере не большая фантастика, чем посылка на Луну Советского лунохода. Сведений о Германских и Советских субтерринах не так уж много. Все они обрывочны, но Советская субтеррина «Боевой Крот» существовала на все 100 %. Книга, в которую войдет данная глава, предназначена для инициации у молодежи интереса к Истории нашей Родины и Военной Истории вообще. Тех Господ, которые принципиально не хотят, видеть какие либо великие вехи в нашей истории, не верят в то, что был у нас Луноход, пятибашенные танки, противоспутниковые пневматические зенитки и даже невидимый самолет в 30х годах, прошу не беспокоиться по поводу критики. Эта книга не для вас. А теперь немного по сути рассказа.

Германский проект

Согласно ряда источников, в Третьем Рейхе существовали проекты боевых подземных аппаратов под кодовыми названиями «Subterrine» (проект Х. фон Верна и Р. Требелецкого) и «Midgardschlange» («Змей Мидгарда», проект Риттера). Подземоход «Midgardschlange» проектировался как сверхамфибия, которая была способна двигаться по земле, под землей и под водой на глубине до 100 метров. Аппарат создавался как боевое универсальное транспортное средство и состоял из большого числа соединенных воедино отсеков, имеющих размеры в длину 6 метров, в ширину 6.8 м и в высоту — 3.5 м. Общая длина аппарата могла достигать до 500 метров, в зависимости от подключаемых модулей. Нечто вроде метро-бронепоезда, которое само себе роет тоннель. Разработки были начаты в 1939 году. Вооружение состояло из подрывных зарядов разного назначения, 12 спаренных пулеметов МГ-34Т, б подземные торпеды «Fafnir» и разведывательные бронемодули «Alberich», транспортный бронеход для сообщения с поверхностью «Laurin» и рабочие торпеды, для проходки трудных участков грунта «Mjolnir». Экипаж управляющего модуля состоял из 30 человек, внутреннее устройство корпуса было аналогично устройству отсеков подводной лодки, а энергетическая установка (состоящая из 14 электродвигателей мощностью 20 тысяч лошадиных сил и 12 дополнительных двигателей мощностью 3 тысячи лошадиных сил), должны были обеспечить максимальную скоростью под водой в 30 км/ч, а под землей — до 10 км/ч.

Испытания проводились в районе Кенигсберга. Именно там специальные группы начальника СМЕРШа, генерала Абакумова обнаружили многочисленные штольни и остатки взорванной конструкции, это было все, что осталось от «Змея Мидгарда».

Был еще один проект «Морской лев» (или «Subterrine»), патент на него был зарегистрирован еще в 1933 году немецким изобретателем Хорнером фон Вернером. Субтеррина, обладая скоростью 7 км/ч, должна была нести экипаж в 5 человек, нести боезаряд в 300 кг и передвигаться как под землей, так и под водой. К 1940 году Германия разработала операцию «Морской лев» по вторжению на Британские острова и подземная лодка с одноименным названием, которая с диверсантами на борту могла беспрепятственно пересечь Ла-Манш и, незримо пройти под Британией в нужное место, сначала очень понравилась фюреру. Однако интриги бывают везде. Рейхсмаршал Герман Геринг сумел убедить Адольфа Гитлера в том, что его авиация и так справится. И лучше добавить средств его любимому Люфтваффе. Фюреру показали учения десантников, и Субтеррину положили под сукно, а Геринг, как известно, Британию так и не завоевал. А потом этот проект, как и многие подобные, исчез за завесой секретности РСХА.

Советский проект.

На основании немецких разработок боевого подземного транспорта, работала пара шарашек, но проблема была в двигателе, а вернее в силовой установке. С развитием ядерной энергетики в СССР, проблема была решена. В 1962–1964 годах в СССР началось строительство атомной подземной лодки «Боевой крот». Движитель был создан по принципу машин, прокладывающих тоннели в метро. Энергией лодку обеспечивал бортовой атомный реактор. Субтеррина имела титановый корпус, диаметром 3,8 метра и длиной 35 метров. Экипаж — 16 человек. Скорость движения под землёй — до 15 км/час. Боевая задача подземного крейсера, состояла в уничтожении подземных командных пунктов и ракетных шахт противника. Хрущеву идея очень понравилась.

Атомные подземные лодки «Боевой крот» производились на специально построенном заводе в Громовке (Украина) и испытывались на Урале, в Ростовской области, в подмосковном Нахабино. При испытаниях под землёй в общей сложности было пройдено более 30 километров. Испытания были приостановлены в связи со взрывом одного из аппаратов. После смены руководства СССР в 1964 году проект был закрыт Маршалом Устиновым, который снял с финансирования все, по его мнению, не нужные и волюнтаристские проекты, в угоду Штабу и базе РВСН на Луне, которые так и не появились.

Информация почерпнута из разных источников и я верю, что не все из них конспирологические.

Глава 66

Прежде чем отправить гномов и технику восвояси, я выдал обер-хирд-мастеру план сети подземных железных дорог. Для начала я приказал ему разработать проект тоннеля между Большой ярмаркой и Гольденрозе и после утверждения сразу же приступить к работе. Рельсы и паровозы уже вовсю производят наши новые друзья гномы из лакуны, так что на этом проекте отработаем технологии, а потом будет пора соединять железнодорожной сетью все города Владимирского княжества. Порталы я решил использовать только в военных и экстренных целях. А наш отряд держал теперь курс на Диамед, там было аж шесть мечей. Первым естественно достиг цели наш Дракон и сообщил, что в Диамеде царит тишь да гладь… нивы колосятся, стада пасутся, гончарные мастерские работают (этот город славился в Элладе, как место производства лучших амфор и глиняной посуды вообще). Никого из жен со мной не было, они радостно бросились украшать Замок трофейными золотыми статуями, так что можно было спокойно заняться делами, хотя появился Кнут, который заинтересованный потоком новых товаров с Эллады, решил поучаствовать в торговых потоков и сразу же захотел приступить к закупкам амфор, но я вовремя напомнил ему о местных кентаврах работающих на нас и он занялся устройством нового торгового вектора. Потом был уже привычный пир, на котором ожидаемо зашел разговор о Геракле, который опять же, как и в прошлые разы выдал не совсем каноническую версию подвига, в данном случае разговор шел о конях Диамеда…

По легенде сохраняемой здесь, в том Мире откуда сюда перенеслись жители Эллады, у фракийского царя Диамеда были вовсе не кони, а четыре придворных красавицы… Подарга, Лампона, Ксанфа и Дина, (местные дамы кстати разъезжали либо на быках, либо на повозках-платформах, типа наших пулеметных, только вместо синтетов влекомые быками же), и именно их (девиц, а не быков) царь Эрисфей безмерно возжелал, причем настолько, что послал за ними Геракла. Фракийцы очень уважали героя-богатыря и устроили ему бурную торжественную встречу, переросшую в каскад пьянок, в процессе которых герой разделил экипаж, а позднее и ложе, со всеми вышеуказанными дамами. Геркулесу очень это все понравилось, особенно мобильные пьянки на быках, и он естественно не захотел с этим праздником расставаться, а так как сроки выполнения задания поджимали, он нашел выход… Герой подобрал из местных гетер с низкой древнегреческой социальной ответственностью четырех персон и отправил их заказчику, а когда реальные героини ситуации узнали кем их новый пассий заменил, то оскорбились и порвали с ним. Но все это было мелочами по сравнению с местом нахождения очередных мечей… они находились на дне озера, причем озера глубокого и окруженного недоброй славой. В этом озере водилась Слепая форель, вкуснейшая деликатесная рыба, но минимум раз в месяц, один из рыбаков, неизвестно с чего бросался в воду и исчезал и все винили в этом каких-то таинственных черных русалок. И магозащита под водой присутствовала, причем незнакомая Буремиру. Пара простых паучков канули в воду бесследно, а рисковать суперами и тем более любимым собой, я не хотел. Я тут как-то не очень хотел экспериментировать, ибо магозащита, магозащитой, но вот на большой глубине могли быть странности, чреватые неприятностями. И я решил обратится к специалистам, а вернее к специалистке… Верховной Жрице Косяка Видящих, прекрасной Сайене.

Сайена узнав о сути проблемы наморщила свой прелестный носик. Оказывается между речными и озерными русалками существует давняя вражда и обмена информации, как такового не существует (кроме допроса пленных). Так издавна сложилось, что речные русалки считали водоемы, связанные с Рекой своими законными ареалами, а озерные русалки, естественно считали наоборот. И из-за этого периодически были стычки.

Но Жрица тем не менее не отказала в помощи… у нее нашлись штрафники из Лашреми (тех самых четырехруких русалок что поразили нас своим видом у Горячей пристани). Одна из них переела лепестков Бешеной кувшинки и заснула на отмели, где ее заметили двое стражников какого-то баронства ловившие рыбу и которые мерзко (и неоднократно) воспользовались полу-бессознательной русалкой, которая все видела, но не могла пошевелиться. После этого, стая к которой относилась жертва насилия, самовольно покинула место дислокации и целиком уничтожила пост речной стражи к которому относились насильники, прием умирали стражники (в большинстве невиновные) нехорошо, тяжело и изощренно. Сайене это обошлось в шкатулку речного жемчуга презентованную баронессе, а мстительницы попали под раздачу. И вот теперь в искупление вины они должны были разведать Глубокое озеро (так оно называлось). А с меня было взято натурой, в том смысле, что я отдал Сайене ночь любви.

Штрафницы Лашреми прибыли на рассвете, и преклонив колено перед Верховной Жрице Косяка Видящих направились к озеру (помимо четырех рук у них было и две ноги). Посмотрев на них вблизи, я подумал о том, что сколько же надо было выпить несчастным стражникам, дабы покусится на этих существ.

Вместе с ними я запустил в озеро буквально только что созданную Буремиром, модель подводного датчика и теперь я видел все, что видели русалки. Озеро то было глубиной метров триста и уже через пол сотни метров на встречу Лашреми мелькнули черные тени. Это были непонятные существа, с шестью лапами, парой плавников на спине и непропорционально большой, для маленькой головы, зубастой и клыкастой пастью. У наших русалок клыков не было, но зато были кончары, по одному на каждую руку (то есть по четыре на одну воительницу).

Бой был жестоким, наши русалки потеряли трех товарок из семи, но порубали всех злыдней, после чего стали методичной спиралью опускаться ко дну. На дне озера, среди залежей костей стояла мраморная беседка издававшая сильное мерцающее сияние, в центре беседки стоял сундук издававший знакомое, черно-серебристое мерцание. Русалки этот сундук не видели, но тут вмешался Буремир управляющий датчиком. Он велел русалке на шее которой он был закреплен на специальном обруче, по дойти к сундуку и вытянуть в его сторону руку, датчик замигал и Лаошреми вскрикнув увидели сундук, который перестал мерцать. На сундуке были удобные ручки и русалки не без некоторых усилий, но смогли поднять его на поверхность. Я открыл крышку и обнаружил в сундуке четыре меча знакомой старой формы, после проверки они замерцали, но не растворились черным дымом, хотя «мячик» опять оказался цел. Я подарил эти мечи уцелевшим русалкам, вызвав этим бурный восторг. Кнут к этому моменту закончил переговоры с кентаврами и местными поставщиками, а я распрощавшись с жрицей, продолжил путешествие по Элладе.

Глава 67

Все начало пути в город Амазонка я раздумывал про фразы которые мне на прощание сказала Жрица Косяка Видящих Сайена… Во первых, обнимаясь с Кицуне, она сказала, что тоже хочет быть княгиней, а во-вторых проведя рукой по моему лицу, она сказала, что от меня должны рождаться красивые дети. Ощущения надо сказать, прямтаки как в том анекдоте, где блондинка спрашивает у подруги, а что мол означает четыре полоски, на что она отвечает: «А это значит что, либо ты беременна от моряка, либо беременны и ты, и жена твоего любовника». Озадачила меня жрица короче. А город Амазонки был местным Иваново… тут шили и ткали на всю Эладу. Ну и про подвиг Геракла с Поясом Ипполиты тут тоже была своя информационная вариация… Дочь Эврисфея Адмета, жрица богини Геры, закрутила тайный роман с Гераклом и захотела в знак его любви, заиметь от него пояс царицы амазонок Ипполиты иначе же грозила пожаловаться папе, на обесчестившего героя. Геракл посоветовался со своим другом Тесеем и тот выдал идею о сбореотряда и отправлении в дальний рейд, а пока они будут уподобляться аргонавтом, все само собой рассосется. Сказано — сделано… отряд отправился в путешествие, встревая по дороге в разные конфликты и даже войны. Минос и Мизия еще долго вспоминали Геракла и Тесея. Ну а потом настал черед страны амазонок и ее столицы Фемискиры. Амазонки, которым надоели местные подкаблучные мужики, радостно приветили харизматичных героев и их друзей и все это вылилось в бесконечные праздники с возлияниями и беспорядочные сексуальные связи. А потом амазонки передрались из-за своих гостей и в результате их выставили из страны. Обиженные герои поплыли в Трою, где занялись освобождением красавиц от морских чудовищ. А что там было с поясом Ипполиты, было в полном тумане, ибо версий того куда делся пояс был минимум десяток.

Меч в местной Амазонии был только один и находился он… высоко в небе.

Надо сказать, что небесная сфера была в этом мире своеобразная. На высоте трех километров была некая защитная преграда которую наш дракон не мог преодолеть, она его мягко отбрасывала. Причем судя по крохам информации надыбанной Буремиром, это была защита от внешней угрозы. Блин, нам тут только агрессивных пришельцев не хватало.

Меч, тут он был один, он покоился в небесной выси, платформе висея на гирлянде воздушных шаров, один к одному, напоминавших праздничные гроздья тех самых шариков на ниточках из детства. Дракон облетел эту композицию и не обнаружил ничего особенного, кроме слабенькой, магической сферы, удерживающей шары, на одном месте. Я велел дракону маленьким огненной меткой пробить один из шаров. Идея это пришла ко мне ибо я увидев эту картину, вспомнил эпизод из «Трех толстяков» с торговцем воздушными шарами. Я тогда удивился тому, что данный летучий субъект не догадался, прокалывать шары по одному и следовательно плавно опуститься на землю.

Как то по другому в зрелом возрасте воспринимаешь детские книги. Помню увидев по телевизору кадры фильма «Как закалялась сталь» про строительство узкоколейки, вспомнил соответствующую главу и аподивился идиотской организации строительства. Мало, что триста человек ютились в дырявом бараке более и умирая, и отстреливаясь от бандымизтнескольких револьверов, так и стройка десятикилометровой трассы растянулась на долгие недели. Ведь как было бы проще, подтянуть эшелон теплушек с буржуйками и поселить всех людей, а на крышах вагонов держать пару пулеметов. Вот как то так.

У Дракона ничего не получилось, струйка пламени растеклась по невидимой сфере и не смогла проникнуть внутрь. И я, вызвал Пятницу с его карамультуком.

Ассортимент боеприпасов был более, чем достаточно и я выбрал для, решения проблемы «тяжелые» пули бе грана магии, и это сработало… Во первых оболочечным пулям порохового оружия, данная магия была до фени, они спокойно преодолевали защиту и через нескольких метких выстрелов, мечь плавно стал опускаться на землю. Выглядел он роскошно, нечто вроде Эскалибура с картинок, но и «мячик» не разрубил, да и не исчез. Подумав, я торжественно вручил его Пятнице, а Буремиру приказал изменить применяемую нами магозащиту в свете возможности наличия у потенциального противника порохового оружия.

По дороге назад в Амазонку я был задумчив, ибо снова вспомнил слова Жрицы Косяка Видящих о красивых детях от меня.

Прав был всё-таки Луи де Фюнес говоря: «Колна делаешь ол-ля-ля, думай о последствиях».

Глава 68

Эрифия куда вел наш путь, была странным местом. Во первых там были только мраморные коровы, которых взяли из мрамора местные скульпторы, то есть легендарные коровы Гериона были тут везде, но они были статуями. Статуи, статуэтки и фигурки коров всех размеров посвящались богине Ио и пользовались большим спросом у скотоводов Эллады, как некий талисман или тотем, дающий стадам его хозяина тучность и приплод. Местный Герион кстати, был вовсе не титаном, а самым обычным греческим мужиком. Легенда которую он мне рассказал, была донельзя рутинной… В той Эрифии Геракл был, но вовсе не угонял стадо и не убивал титана. Он приплыл туда с Тесеем, на триреме набитой амфорами с Хиосским вином. Герои подружились с титаном и месяц с ним пьянствовали, после чего Герион подарил ему двух бронзовых быков, что бы ими Геракл украсил Геркулесовы столбы. И еще была в этом городе интересная достопримечательность… самый настоящий лабиринт типа Критского, построенный тут в честь Тесея и заброшенный после того, как там поселилось нечто непонятное. После того как стали пропадать люди заходящие в лабиринт, но из лабиринта тем не менее ничего страшного не выходило и не выползало сохранилось определенное статус-кво… в лабиринт никто больше не лазал, а вход на всякий случай завалили камнями и поставили рядом охрану.

Но нам именно туда надо было войти ибо очередная зеленая точка мерцала в, самом центре лабиринта…

Я не мудрствуя лукаво используя, новый мобильный портал вызвал всю когорту Лисьих хвостов и приказал оцепить Лабиринт, мягко выпроводив местную стражу. Дракон фиксировал периметр с воздуха. На вход были нацелены пулеметы, аркбаллисты и карамультук Пятницы, после чего синтеты откатили в сторону камни закрывающие высокую мраморную арку, являющуюся входом в огромное беломраморноеобразование, с архитектурными формами а ля Шпеер. Проход закрывала пелена магозащиты, немного странной, как сказал Буремир, в спектре поля есть портальные фрагменты и фрагменты переструктиризации пространства, похожие на поля трюмных отсеков «Челна», то есть Лабиринт внутри гораздо больше, чем снаружи, но это не портал, а некая псевдо-лакуна привязанная к этому месту.

В лабиринт пошли мы с Кицуне и Пятницей, аватара Буремира и две тройки синтетов из лейбгвардии.

У всех кроме аватары Буремира были амулеты разовых порталов. Мне такой амулет кстати не требовался, но в вопросах безопасности, кашу не испортишь любым количеством масла.

Мы спокойно вошли под арку и вместо мраморных палат обнаружили натуральную пещеру в темных тонах, из которой куда-то в глубь вел единственный проход, к которому мы и направились. Мрачный коридор не вызывал позитивных чувств и я запустил вперед пару «паучков», обычного и супера, и как оказалось не зря. Петляющий коридор вышел в мрачный зал с низкими сводами, кишащий натуральными скелетонами, это были и просто скелеты с оружием или даже с элементами амуниции и доспехов. Мы построились в боевой порядок и двинулись вперед. Как только мы вошли в зал, скелеты радостно кинулись на нас, но бластеры и палаши показали чьи тут тапки.

Мы потихоньку продвигались дальше, ликвидируя очаги сопротивления. Пауки сообщали о всех препонах, тем более, что скелетоны их не замечали. Хорошо хоть лабиринт был не совсем лабиринтом и коридор извивался, но не расходился, в разные стороны. Через три часа мы попали в большой зал, где пребывал правильный строй скелетонов, в доспехах и шлемах, с которыми мы провозились несколько больше, чем с остальными. Они защищали огромные железные ворота с магическими запорами, которые Буремир смог открыть после недолгой возни. Ворота распахнулись и перед нами открылась чудесная страна, с голубым небом, зеленью, белыми домами и толпой разряженных личностей, во главе с зелёным типом, со смутно знакомым лицом. Они бурно и радостно нас приветствовали. Предводитель подошел ко мне, отдал изящный поклон и представился, как Джош Мастел и в голове у меня сработало дежавю. Передо мной стоял натуральный царь Ирод и знаменитой рокоперы Ллойда Вебера, «Иисус Христос Супер звезда», и сразу по ассоциации вспомнилась книга «Доспехи бога» Льва Вершинина, где главный герой на далекой встретил пожилого дона Румату, одинок доживавшего свой век в затерянном в дремучем лесу замке. Ну когда подтянулся первый состав Deep Purple, я получил полный когнитивный диссонанс. Эту компанию некий демиург склонировал прямо со съёмок канадского режиссёра Нормана Джуисона. То что это клоны, с точностью до ста процентов определил Буремир, с помощью наших «паучков» которые под скрытом взяли у местных обитателей биопробы.

Уж не знаю, какие планы были к демиурга, но устроились тут киношники прекрасно…

Небольшие уютные виллы утопающие в зелени, озеро кишащее рыбой, огромный парк-сад с постоянно плодонесущими фруктовыми деревьями, три трактира, огромная библиотека и театр.

Помимо этого огромные склады провизии под стазисом.

Тут был персонал синтетов, включавший в себя трактирщиков с прислугой, технические Штаты театра и библиотек, доставщиков провизии и весьма интересных рикш, передвигающихся на рикшах и трехколесных деревянных велосипедах. Они были и типа такси и они же осуществляли поставки продуктов. Еще применялись частным образом двухколесные велосипеды, так же деревянные. Данный населенный пункт назывался Мельпомена, в подтверждении чего перед театром сочла одноименная статуя. Руководил всем этим искин с именем Софокл с соответствующей аватарой. Он радостно приветствовал нас с Буремиром, рассказав что у него нет связи с другими искинами и он использует жутчайший сенсорный голод.

Демиург, построивший Мельпомену, перенес сюда клоны киношников, что бы они стали его личной театральной труппой поставили в его личном театре все лучшие классические пьесы Земной истории, чем царь Ирод и его свита активно занимались все эти годы. Каждый спектакль записывался на специальный голографический артефакт и складировался в специальном разделе городской библиотеки. Софокл презентовал нам копии всех спектаклей и посмотрев их я, пришел к выводу, что среди киношников нашлись неплохие театральные режиссеры.

По словам Софокла, скелетоны были частью системы защиты Лабиринта, созданной демиургом, и они через какое-то время восстановятся. Буремир наладил с ним магическую связь и обещал подключить портал. А я провел беседу с киношниками и выяснил, что им тут очень нравится и они никуда не стремятся, но на гастроли в театрах Реки, согласились с радостью. Я велел Буремиру наладить портал в район Большой ярмарки и отсыпал киношникам золота за копии их спектаклей. Голографический артефакт был Вельми интересным девайсом, он выдавал голограмму сцены, причём регулируемого размера, со стереозвуком и автоматическим дубляжем.

Я опять же вспомнил диск этой самой рок-оперы, где были варианты на русском, английском, немецком, испанском и итальянском.

А потом нас пригласили на премьеру «Гамлета» того самого Шекспировского. Постановка была самого Джоша Мастера и либретто он несколько подработал. И музыканты внесли свою лепту, короче получился рок мюзикл, с некоторыми неканоническими вкраплениями в сюжет… Офелия только притворяется сумасшедшей и мертвой и Полоний не являлся ее и Лаэрта родным отцом и вообще отравил их мать. И ее самоубийство было поддельно инспирировано и Офелия являлась главными отрицательны персонажам под видом призрака. Гамлет вдвоем с, Лаэртом затеяли дворцовый переворот и в момент дуэли, с помощью гвардейцев Лаэрта, перебили всех плохишей.

Короче полный хеппиэнд, и свадьба с коронацией в одном флаконе.

Меч нашелся, в одной из дорических колонн театра, оказался почему-то стандартным гладиусом, и я подарил его театру, после чего он был торжественно вмонтирован в занавес (как орден на знамя). На этом предпоследний рейд в Элладе был закончен.

Глава 69

Путь наш лежал теперь в Геспериды, в яблочную столицу местной Эллады. Дракон выдал картинку местности, но в городе не было ничего странного. Стандартные дома, очень много яблоневых садов, как у домов, так и вокруг города. Рядом с городом был посёлок кентавров, нечто вроде Дорогомиловской слободы в старой Москве, где жили ямщики и извозчики.

Местные кентавры монополизировали доставку местных яблок по всей Элладе. А яблоки тут были знатные… размерами с памелу и всех расцветок красного, желтого и зеленого цветов.

Я недавно получил допуск к новым уровням Информатория и опять повысил свой магический статус и посему резко увеличился поток доступной информации и теперь я, мог без всяких амулетов и артефактов открывать порталы и виртуальная карта раскрылась на пару тысяч вёрст вокруг.

Меч находился во дворце Золотой Агоры, так тут назывался дворец Совета. Совет местной Агоры традиционно состоял из трех жриц и перед дворцом стояла скульптурная группа из известного сюжета о трёх богинях, но только без Париса.

Я торжественно вступил в Геспериды в своем официальном обличии и с приличной свитой из манипулы лисьих хвостов, манипулы Валькирий и в окружении Кицуне с Пятницей и Кнутом, которого я вызвал через портал, для организации яблочной торговли. Встречали была соответственной… три красотки выказывали всяческое уважение и восхищение и с завистью косились на Кицуне, которая навесила на себя драгоценный гарнитур стоимостью с две Эллады. Праздники растянулись на три дня и что характерно на три ночи. Жрицы с согласия коварной Кицуне провели эти ночи с нами, ибо захотели понести от демиурга. Ну бедному демиургу было некуда деваться.

А потом традиционно я спросил о Золотых яблоках Гесперид и неком эпическом герое, и их информация о «яблочном» подвиге Геракла, выглядела следующим образом, и опять отнюдь не каноническом…

К Гераклу приехали в гости Атлас, Нерей и Антей, и примкнувшие к ним тартарские гости в составе трех богатырей именуемые Ильей, Добрыней и Алёшей. Приплыли они на огромном корабле «Сиракузы», который подарил Антею, его папаша Посейдон. Трюмы этого морского монстра были забиты амфорами с хиосским вином. И началась грандиозная пьянка сопровождающаяся богатырскими загулами, причем настолько громогласными и бурными, что царь Эврисфей, который уже больше не мог пить, прятался от веселых гостей в в том же самом котле, в котором некогда прятался от эриманфского вепря. Богатыри и герои стали таскать этот котел по улицам сталицы, в сопровождении оркестра, отбивая ритм на котле и громогласно возвещая, что ищут великого владыку, что бы поднять кубки в его честь.

Потом, к своему счастью, Эврисфей наконец проводил Геракла и его гостей, которые поплыли в другие гости, к дочерям Атласа, сватать их за трех богатырей и опробовать Золотые яблоки, как закуску, но по дороге все кроме Атласа зависли у нимф, а Атлас вернулся домой один. На чем этот анабазис и закончился.

Очередной меч находился в статуе Афины, стоящей в храмовом зале дворца Совета, причем он судя по локации находился внутри каменного меча на который опирались шуя и десница статуи. Я не хотел проводить силовую операцию, тем более, что прекрасные жрицы стали мне совсем не чужими и я придумал вариант добровольного изъятия данного девайса…

Я сказал, что изображение меча не соответствует чудесной скульптуре, тем более, что мраморный меч местами потрескался. В мастерских «Челна» срочно изготовили шикарный золотой меч, и я изгнав всех из зала, и заведя туда пару гномов механисьенов под скрытом, совершил замену мечей. Спрятанный меч ожидаемо оказался, пустышкой и знакомо рассеялся черным дымом. Гномы собрали осколки мрамора и я отправил их через портал на «Челн», а потом пригласил публику лицезреть обновлённую статую, вызвавшую общий восторг (я добавил Афине золотую корону украшенную россыпью драгоценных камней).

Кнут заключивший кучу контрактов и довольный как слон, отправил первый яблочный обоз в Гераклиум, для переправки в наш форпост на том берегу озера. Я решил открыть там отдельный портал и прикрепил к нему небольшую эскадру Черных галер, перевозивших товары с Эллады и осуществлявших военное присутствие Великого княжества Владимирского. Я не стал включать Элладу в княжество, но присвоил ей статус союзной территории.

А наш дальнейший путь лежал в последнюю точку нашего Эллинского анабазиса, в город Цербер.

Глава 70

Город Цербер соответствовал своему названию, ибо улицы его буквально кишели собаками, хотя занятия горожан к кинологии отношения не имели. Учитывая то, что типографское дело на Элладе отсутствовало, а бюрократия имела место, была нужда во всевозможных бланках, и жители Цербера славились прекрасной цветной каллиграфией, с чего и жили. В этой местности все было спокойно кроме одного… зеленая точка обозначающая место дислокации объекта Меч, непрестанно барражировала по городу.

Дальше была стандартная встреча, парадный пир и очередная легенда о Геракле, его подвигах, его соратниках, о королях и о капусте. По местной легенде из того Мира, Геракл прибыл там в одноимённый город вместе своим новым другом Микулой Селяниновичем. Микула влюбился в Северную принцессу, но согласно дресс-кода ее народа, жених должен приехать на упряжке из двенадцати белыхсобак и они соответственно приехали за собаками, но в городе в это время находился Тесей и в таверне у городских ворот, сначала они подрались с Гераклом, а потом Микула навалял им обоим разнимая, в результате чего все вылилось в совместную недельную пьянку, в результате которой Микула забыл какого цвета должны быть собаки, в результате чего из города, как то по утру, выехало три упряжки, на белых, черных и рыжих собаках, причем две упряжки влекли колесные тележки, а одна (некий гибрид нарт и розвален) на полозьях. Одной упряжкой управлял Микула, к двум другим были привязаны абсолютно упившиеся хиосским вином греческие герои. Больше про этот эпизод, легенды ничего не говорили.

Мне очень понравились работы местных каллиграфов, и я приказал Кнуту закупить все возможные образцы бланков во всех видах оформления. Мое княжество заметно выросло, да и продолжало расти. Генерал-интендант Аглая и Генеральный комиссар государственной безопасности Мазур, получившие соответствующие полномочия, за время моей поездки в Элладу, присоединили к княжеству еще дюжину кочевых родов, два баронства, одно княжество и одно забавное графство, со знаковым именем Монако. Это графство было на острове, в месте, где от реки отходило два притока и было игральным центром, где играли в кости, местный аналог карт и где была контора в которой можно было биться под заклад. Это все финансировалось, так сказать государством и давало хорошую прибыль. Но старый граф несколько переборщил с перенаправлением финансовых потоков тотализатора и графство задолжало нескольким пиратским вожакам солидную сумму и Мазур, который держал тут руку на пульсе и успешно пополнял казну княжества на игорных столах через резидента Птицу (капитана первого ранга Соколова), провел четкий военный переворот, после которого племянник внезапно почившего в бозе от желудочных колик графа, стал бароном, баронства Монако, а графство было упразднено вместе с долгами и наиболее одиозными представителями прошлого режима. А учитывая то, что баронство объявило себя вассалом Великого княжества Владимирского и на рейде порта Монако, отдала якоря эскадра из восьми Черных галер и шести галер Речных егерей, пираты сделали вид, что ни графства, ни долгов никогда не было. А Птица добавил к развлечениям земные карты ирулетку, открыл новые игорные заведения и в баронстве Монако, наступил полный аншлаг.

А мои «паучки» и Дракон, усиленно искали блуждающий меч и что характерно его нашли… Меч находился в тележке молочника, которую возил огромный благодушный псина в которого сразу же влюбилась Кицуне и выкупила вместе с двумя тележками и еще одной симпатичной псиной, швырнув под ноги обалдевшему от счастья молочнику горсть золотых. Меч не был нужным и не разрубил амулет, но остался целым и был шикарной катаной, которой сразу завладела Кицуне и который я ей намагичил под уровень наших палашей, рубивших все, от дерева и железа, до камня. На этом наша Эллинская эпопея закончилась и я решил по дороге в Замок, навестить свое новое баронство Монако.

Птица там развернулся по полной и туда приезжали аж с другого полушария. В Монако были построены или оборудованы из конфиската, буквально дворцы азарта, а ля Лос-Вегас… На крыше каждого казино был хорошо различимый издалека символы игр… Игральные кости, карты, рулетка и даже, шашки, шахматы и домино. Во все это играли на деньги. Отдельно стояло здание конторы «Пари под заклад», на его крыше было изображение рукопожатия пронзенного мечом. Там Птица напридумывал всевозможные споры, от матримониальных, до синоптических и денег эта идея приносила не меньше чем рулетка. Но тут на меня по прямой магосвязи вышел Мазур и доложил, что видимо произошло глобальное ЧП. Почти одновременно прибыл караван судов с беженцами и на фронтире Восточной границе вассальных кочевых племен появились беженцы-кочевники.

Глава 71

Учитывая то, что лучшие географические (как впрочем и игральные) карты в этом Мире были у нас, мы с Мазуром, организуя «Путевое управление Речных егерей» и разрабатывая картографические структуры и терминологии, не мудрствуя лукаво ввели в обиход, страны света а ля Старая Земля. Так что на картах были Север, Юг, Запад и Восток, и на наших секретных, и на упрощенных, которые мы продавали дружественным государствам. Дракон все свободное время расширял зону открытой моему Информаторию местности, а я получив доступ к новым порталам и запустив в них «паучков» увидел, что присутствие паучков в новой местности, также снимает «туман географии»*. Но вот на Востоке откуда начали прибывать беженцы, внезапно исчезли все проявившиеся ранее портальные точки и я быстро перенаправил туда Дракона и послал сушей сотню модернизированных суперпауков срочно набранных в хранилищах, тяжелая модернизация подразумевала встроенный отсек с амулетами сторожевых башен. И когда от Дракона пришли первые сообщения, я приказал Буслаю объявить боевую готовность в подведомственных ему территориальных частях (Буслай в чине генерала, командовал теперь всеми ополченцами). Матвею Медведю, который помимо наместничества, командовал иррегулярным корпусом кочевников «Дикие копья», было приказано усилить каждую тьму подразделением конных синтетов и взводами тяжелого оружия. Кицуне еще только получив первую информацию по беженцам, объявила по гвардии боевую готовность номер два и с моего разрешения стала поднимать легионы из стазис-отсеков. Гвардейскими кавалерийские бригады «Буденный» и «Батька Махно», а так же бригада спецназа «Лисьи хвосты» были расширены до легионов и получили дополнительные пулеметные площадки, за счет проявившегося в Замке нового складского уровня, где был отсек с парой сотен старых добрых Максимов, что характерно Тульского Императорского завода, и десяток миллионов патронов к ним, уже новых, с остроконечной пулей. А Мазур, как Генеральный комиссар государственной безопасности и Генерал-адмирал Речных егерей, так же объявил тревогу по своим структурам и послал по водным магистралям ведущим на Восток были посланы патрули Черных галер. А полученная информация именно этого и требовала…

Далеко на Востоке на базе множества кочевых родов возникла весьма агрессивная Орда, которую возглавил некий Великий Хан Учкудук, который начала весьма агрессивную экспансию… его тумены завоевывали окрестные кочевья, частично вырезая, а частично забирая под себя. Была непонятная информация по политике на оккупированных территориях… Некоторые роды вырезали полностью, в некоторых оставлялись в живых только женщины и дети, в некоторых женщины, дети и часть мужчин. И двигались эти злодеи достаточно быстро, применяя кстати и водные трассы, строя весьма шустрые плоты на весельном ходу, тем более, что течение трех ведущих в нашу сторону голубых дорог, было направленно в удобную для захватчиков сторону. Короче история повторяется, как там у классика: «Двенадцатого в ночь, форсировали Неман, внезапно Бонапартовы войска». И больше всего меня тревожили отключенные на территории противника портала, это означало присутствие там магии. И Дракон сообщил, что его кто-то явно чувствует, даже под скрытом.

Ну что же, раз кто-то явно хочет войны, то пойдем ему на встречу и он эту войну получит. Я начал выдвижение армии на Восток, оставив «Челн» охранять столицу. На хозяйстве я оставил Мазура, Аглаю и Богуславу. Княгиня Розе, во главе смешанного кавалерийского легиона «Воительница», в который входили ее боевые валькирии и конные синтетки, естественно приняла участие в походе. С ней в качестве «молчи-молчи» увязался один из ребят Мазура, полковник Стечкин (кстати родственник отца АПС), он был тайно влюблен в одну из обер-фрейлин Великой княгини (тайну эту естественно знали все). Прекрасная Гретхен надеялась, что уж в этом походе, ей предложат руку и сердце, но девица была с перчиком… Когда перед походом, полковник Стечкин в уставных латах со знаком Службы безопасности княжества, пришел официально представляться великой княгине, как командиру Легиона, Гретхен единственная в зале была не в латах и даже не в мундире, а в шикарном вечернем платье, ну и макияж присутствовал шикарный, чем ввела влюбленного контрразведчика в определенное смущение. Кстати Мазур ввел в качестве символики Конторы старый знак НКВД-ГУГБ.

Туман географии* — тут Владимир перефразировал известную фразу про Туман войны (Nebel des Krieges у дойчей или Fog of war у лимонников) он же — Туман неизвестности — военный термин, обозначающий отсутствие достоверной информации о текущей обстановке на поле боя, введённый в 1832 году прусским военачальником и теоретиком Карлом фон Клаузевицем (полковником Русской армии, генерал-майором Прусской армии) в своем трактате «О войне», для терминологического обозначения недостоверности данных о положении театра военных действий

Глава 72

Великий Хан Учкудук, потрясатель Земли и Реки, и Властелин Ста Родов, уже год находился в непонятном для себя состоянии… с одной стороны дела у ханства шли очень хорошо, территории расширялись, гарем без конца обновлялся новыми женщинами, тумены были непобедимыми, но вот ощущение, что он находится под чей-то властью, периодически приходило хану во сне. Все перемены начались после того, как в юрте хана появился этот дервиш-лекарь, называющий себя Красным Журдом. Он вылечил любимую наложницу хана, привел в порядок ногу хана, болевшую после давней раны, остановил Лошадиный мор и раскрыл заговор ханского племянника и двух темунчи. И постепенно хан уже не смог обходится без Красного Журда и его советов. Те приближенные хана, которым не понравился новый фаворит, умирали от неизвестных болезней, либо оказывались заговорщиками посягнувших на власть или жизнь хана. Так что недовольные быстро закончились. У дервиша была только одна слабость, женщины и этой слабостью его враги попытались воспользоваться…

К дервишу, в процессе сложной интриги визиря, подвели двух новых наложниц, в лоно которых был введен хитрый яд, начинавший действовать после начала соития, но дервиш по какой-то странной прихоти отдал их стражникам визиря, которые умерли в страшных мучениях, а после расследования, визир вместе со всеми родственниками до третьего колена, был похоронен живьем. А потом начались войны и в каждой из них действуя по советам дервиша, хан побеждал, но с каждой победой власть дервиша над ханом увеличивалась, а действия самого дервиша становились все более странными. И тут была еще одна страшная и непонятная вещь… каждый раз, когда хан следовал советам дервиша, он испытывал невероятное наслаждение, а если хотел воспротивиться Красному Журду, то испытывал либо ужас, либо физическую боль. И это же испытывали многие люди из кочевий. А еще дервиш завел странную систему отбора людей на завоеванных землях… Одни роды, полностью вливались в ханство, из других завоеванных улусов, по приказу дервиша оставляли в живых только женщин и детей, а всех мужчин казнили. А некоторые рода просто уничтожались полностью. И была тут еще одна страшная особенность… у всех убитых отрубались головы и складывались в специальные каменные схроны, валуны для строительства которых набирались по всей степи и даже доставлялись от дальних горных отрогов. И чем дальше тумены хана шли на Запад, тем больше становилось этих жутких схронов.

И что еще поражало хана, в редкие минуты просветления, между приступами нирваны и головной боли… так это не виданная ранее железная дисциплина в его войсках и абсолютное, даже для кочевников, равнодушие к страданиям других людей.

В три часа утра меня разбудил маговызов от Мазура. В этот день в моей спальне были все три жены и мы только заснули, но я не стал крыть своего главного альгвазила, ибо понимал что такое ранне-позднее жу-жу не спроста…

В свое время Мазур попросил меня создать для дальней разведки несколько универсальных синтетов-разведчиков- метаморфов, и я приказал Буремиру сделать ему дюжину Големов с модернизированной структурой, то есть эти монстры могли прикинуться хоть гурией, хоть конем 9при обсуждении с Буремиром диапазона метаморфизации, мне по асслциации вспомнилась хохма из прошлой жизни — «Бывает пашешь на работе, А ночью снится что тебе, В прохладной речке голый конюх, Вплетает в гриву васильки» Эти новые Големы имели кучу маго-датчиков, тройную магозащиту и даже небольшой встроенный бластер, и вот от одного из них пришла интересная информация…

Наш Голем принял личину орка, небольшой процент орков был среди кочевников, но местные ори были настолько тупыми тормозами, что их можно было применять только на неквалифицированной тяжелой работе, а вот как воинов их, так и не удалось использовать. Разведчик устроился при «Большой юрте» (так назывался ханский мобильный дворцовый комплекс) в обслугу, младшим ассенизатором. Хан как не странно серьезно относился к гигиене и посему, при ханском кочевье была серьезная ассенизационная служба, со штатом туалетных работников и при каждом новом расположении ставки, одним из главных объектов был ханский сортир. Голем начал свою карьеру с землекопа, потом по совместительству стал черпальщиком и так как он физически не уставал, плюс был здоровенным и молчаливым, то быстро дорос до старшего черпальщика, а после одного случая и до Главного ассенизатора, а дело было так… Один из придворных хана, командир гвардейской тьмы, человек не далекий, но имевший большие родственные связи, (за счет чего и продвинулся), не осознав, кто теперь главный в Большой Юрте, начал копать под дервиша, на чем и погорел. Во время малого курултая был поднят вопрос о пропавших некогда двух тысячах лянах серебра из походной казны, и с подачи дервиша серебро нашли в тороках у того самого темунчи, после чего разъяренный хан сказал, что таким шакалам, место только в дерьме, после чего Голем, отшвырнув от преступника двух его телохранителей, поднял темника за ногу и донеся до выгребной ямы стал его туда окунать, чем вызвал у хана бурный хохот, а у дервиша благодарный интерес. Гвардейцы его тьмы, кстати не выказали никакого неудовольствия, ибо ненавидели своего командира за мерзкий характер и постоянное воровство из сумм выделяемых на содержание воинов. Так вот этот самый Голем, напичканный маго-оборудованием (на энергетическую схему големов, уходило до шести камней-амулетов) доложил, что его маго-датчики, определили дервиша Красного Журду, как сильнейший источник маго-энергии и спектр оной, весьма заинтересовал нашего главного специалиста Буремира.

Глава 73

С магической энергией в стане кочевников Буремир разобрался… Это был древний жреческий реестр, которым древние демиурги снабжали аватары языческих богов. Что было не очень хорошо для нас, так это то, что данный девайс блокировал порталы попадавшие в его зону действия, но на наши системы защиты, скрытов и боевых магических фортификаций, магия дервиша, после ряда пертурбаций проведенных нами с Буремиром, к счастью не действовала. Судя по всему такой артефакт был у дервиша, которому и давал защиту и власть над людьми, но вот эта власть применялась достаточно своеобразно и я приказал Буремиру создать пол дюжины тридцатимиллиметровых Крепостных ружей Крнка-Гана образца 1876 года и пару тысяч усиленных маго-зарядов к этим карамультукам, причем подработанных под пробитие защиты артефакта дервиша. Под них был создан платунг супер-синтетов, поименованный Черным платунгом и вошедший в мою личную охрану, которой теперь командовал Пятница, по личной просьбе перешедший в мою свиту с административной работы. Да-а-а, мои синтеты все больше стали проявлять человеческие черты и я даже не знаю, хорошо это или плохо.

А информация по нашествию с Востока все нарастала… Орда хана Учкудука перла на запад и посуху и по воде. Лодки и плоты обгоняли сухопутные тумены и этим мы решили воспользоваться, дабы разбить противника по частям, тем более, что артефакт дававший магическую власть таинственному дервишу, находился в ставке хана Учкудука, а хан принципиально двигался посуху. Агент Голем выдавал информацию постоянно, буквально в режиме реального времени Дракон же контролировал движение вражеского авангарда и я наконец определил место, где мы дадим Орде первый бой, вернее ее речному авангарду.На притоке идущем к Реке с Востока было расширение, с тремя островами делающими из него некую дельту, и на них была пара работающих пока порталов, через которые туда были закинуты Гренадерские манипулы синтетов, мое последнее структурное изобретение, вернее заимствование идеи Сталина с Штурмовыми саперными частями. Каждая Гренадерская манипула была практически ходячим укрепрайоном, то есть это были гарнизоны минифортов, модули которых они с собой несли и плюс к этому у них были модули автоматических сторожевых башен и вышек, и что было особенно важно, модуль был многоразовым, то есть оборонительное сооружение имело возможность обратного превращения в строительный амулет. Так что в Дельте Трех островов (так это место было обозначено на стратегической карте) экстренно, пока действовали порталы, создавался массированный укрепрайон и эскадры Черных галер накапливались в Западных рукавах и тут пришла интересная и полезная новость… хан Учкудук, приказал пускать все войска по воде, ибо это было быстрее, чем посуху, и это было нам вельми на руку. Тут в процесс вмешалась Верховная, Жрица Косяка Видящих Сайена, местные русалки, по ее приказу, по ночам проводили диверсии, что естественно тормозило продвижение армады, которую ждала еще череда сюрпризов…

Благодаря башням, вышкам и фортам, Дельта трех островов превратилась в огневой мешок, а Мазур еще добавил от себя идею из боевого прошлого с той Земли… Его знакомый командир одной хитрой спецгруппы с позывным «Барон», в свое время уничтожил армаду речных пиратов с помощью псевдо-брандеров, сделанных из мягких емкостей для горючего, наполненных бензином. Бензина у нас не было, но был древесный спирт, производимый в одном баронстве производившем всевозможные пропитки и краски для строительства. Мы не стали делать брандеры, а сделали подводное минное поле из сети бочонков со спиртом, с механическим подрывом. Так что гостей мы ждали и разобраться с ними собирались по полной. К Голему внедренному в ханскую ассенизационную команду, подошло подкрепление из трех синтетов в виде орков, причем каждый из этих синтетов имел при себе супер-паука и укороченный вариант карамультука Пятницы с запасом новых патронов. Задачей этой спецгруппы, была ликвидация командования Орды, после получения соответствующего сигнала. Наладить открытие порталов в зоне действия артефакта дервиша, мы так и не смогли, но маго-связь наладили. Учитывая, что даже самый большой кусок масла, в котле с кашей именуемой Безопасность, оную кашу не испортишь, Пахомыч и Аглая, по моему приказу превратили метрополию Замка в неприступную крепость и все вассальные территории, тоже были приведены в боевую готовность, ибо как сказал один фронтовой батюшка времен Первой Мировой «Враг хитер и коварен». Ничего не говорило о возможности действий ДРГ противника, но немного разумной паранойи, как правило продляет жизнь.

Армада плотов и лодок с ордынцами хана Учкудука, а вернее дервиша Красного Журда приближалась к Дельте Трех островов, а с Запада к ней приближалась флотилия Черных галер под командованием адмирала Пятницы. Эта война, медленно, но верно, подходила к точке бифуркации.

Глава 74

Сначала он был кривобоким Журдом… Сын невольницы от неизвестного отца, маленький уродец собиравший сухой кизяк и питающийся объедками, с уродством, оставшимся после неправильно сросшихся сломанных ребер ненавидел этот Мир и окружающие даже не замечали этого, настолько было сильно их презрительное равнодушие к Кривобокому Журду, ничтожнейшему члену племени. Но однажды ему повезло… Рядом с их аилом была горная река, узкая и не очень глубокая, но с ледяной водой. Река эта была покрыта многими тайнами, ибо текла в основном под землей, но выходила на поверхность в небольших горных образованиях, рядом с которыми были главные аилы родов. И на дне этой реки попадались очень красивые камушки и каждый юноша ухаживавший за девушкой, по древней традиции должен бы дарить ей эти камушки до сватовства, достать же которые, можно было только нырнув в ледяную воду. А у Журда была одна особенность… он абсолютно не боялся ни жары, ни холода и плавал, и нырял как рыба. А еще у него был в аиле единственный друг одноглазая Мира, так же дочь невольницы, которую проезжие погонщики изнасиловали и зверски избили за то, что она сопротивлялась. Она была старше его на десять лет, но стала его первой женщиной (и пока последней). Кстати у Журда была чрезвычайно большая мужская сила, о чем ему сказала его первая женщина.

Журд ходил по ночам на реку и нырял за камушками, а Мира потихоньку продавала их самым трусливым джигитам либо самолюбивым девицам и видимо это и послужило тому, что однажды утром, ее вместе с матерью, нашли в их хижине с перерезанным горлом и следами пыток, причем вокруг были следы тщательного обыска и Журд понял, что у женщин хотели выяснить источник Ледяных камушков, но судя потому, что к Журду никто не заявился, несчастные женщины не выдали тайну. И теперь у кривобокого Журда появилась мечта, отмстить убийцам Миры и он начал собственное расследование. На уродца собирателя кизяка мало кто обращал внимание и посему Журд много чего смог подслушать и нашел убийц… Это были сыновья и дочь старосты погонщиков с друзьями. Ван рода объявил о том, что девушке набравшей больше всего подарочных камней, он подарит белую кобылицу из своего табуна, а с таким приданным девушка могла найти очень хорошую партию и братья и сестра решили найти источник камней и завладеть им (они были уверены, что это какой то тайник).

Журд научился у матери Миры травничеству и мог создавать яд, который в зависимости от дозировки мог парализовать жертву или убить ее, моментально, либо отложенной смертью и уже давно мог отравить своих врагов, но он хотел, что бы это выглядело красиво и жестоко. Он услышал как-то, как посланник хана наблюдая за казнью бунтовщика пытавшегося скрыться в их аиле, сказал в момент того, как пламя костра на котором казнили бунтовщика взметнулось особенно высоко и так же высоко зашелся в крике сжигаемый — «Какая жестокая красота» и эта фраза запала ему в душу. Он решил парализовать убийц, а потом забивать им в горло Ледяные камушки, пока они не задохнуться и то было и красиво и жестко, и Журд вознобновил ночную охоту за камушками и в новом месте поиска, нашел на дне странный черный камень, светившийся яркими золотистыми и багряными искрами, плоский с одной стороны и выпуклый с другой, и когда Журд взял его в руку, то его пронзило очень странное желание, приложит камень к тому месту, где у него неправильно срослись ребра. Он сделал это и ощутив непонятный взрыв тепла в боку, потерял сознание и очнулся он уже другим человеком, знающим чего он хочет и могущим этого добиться, а камень так и врос к нему в бок. Журд был без сознания около часа, но не захлебнулся, ибо благодаря Черному амулету он теперь мог дышать под водой, мог видеть и чувствовать все и вся на сто шагов вокруг, даже сквозь стены и с закрытыми глазами. А за эти пол часа тут на дне реки, он впитал еще много знаний и качеств. Большинство из них он просто не понял, но помимо уже вышесказанного он мог теперь управлять любым количеством людей, внушая им любую мысль и мог зараз останавливать сердца у десятка выбранных жертв. Ему надо было просто представить, как он сжимает их сердца в руке и человек начинал задыхаться и если Журд не разжимал руку, то умирал. Это Журд проверил немедленно, услышав и увидев на берегу развеселую кампанию перепивших кумыса друзей дочери местного бия и ее братьев. Их он особенно ненавидел, так как по приказу невзлюбившей его девицы ее друзья и братья постоянно над ним издевались и теперь он им отомстил сторицей…

Компания кочевых мажоров изумилась и оцепенела, когда вышедшая из реки высокая фигура в красном плаще с черным подбоем, откинула капюшон и они увидели изменившееся, но тем более узнаваемое лицо презираемого ими калеки. Наслав на компанию оцепенение Журд первым делом зверски надругался над дочерью бия и ее подругами, не делая исключения не для кого, а потом заставил юношей по очереди надругаться над дочерью бия, после чего, все участники своего последнего пикника, послушно шагнули в ледяную воду. А Красный Журд начал путь к своему предначертанию, к великой пирамиде из ста тысяч черепов, которую ему велел построить Великий Голос Давший ему Силу и это будет памятник его Мире.

Утром, измененный и внутренне и внешне бывший Кривобокий Журд, а отныне Красный Журд вошел в аил. Вся верхушка аила была казнена, а их головы попали в первый Схрон, а население моментально и против своей воли признавшее нового вождя, начало собираться в поход. Боев как таковых не было… Армия Красного Журда подходила к очередному родовому аилу и Журд отбирал Полезных, а остальным отрубали головы и складывали в очередной Схрон. Журд определял Полезных от остальных по свечению вокруг головы либо по его отсутствию. Часть бесполезных женщин и детей он раздавал по стойбищам и аилам, некоторые аилы были целиком полезными и становились подданными Красного Журда, а остальные лишались голов.

Журду сильно повезло и не повезло одновременно. Им завладел испорченный искин-исследователь, лишившийся двигательного модуля, который должен был формировать из аборигенов гомункулусов-лаборантов, должных снимать слепки с сознания местных жителей подходящих по биополю, и создавать из них блоки памяти, но за тысячу лет искин скис и уже из последних сил, переподключил свой блок управления на мозг Журда, после чего блок выключив последним импульсом все порталы в радиусе тысячи километров умер, оставив Журду автоматизированное управление рядом магем, в том числе и глушитель порталов с более коротким радиусом. А Журд получив извращенные понятие о сборе мозговых матриц в пирамидальный виртуальный модуль, воспринял это, как сбор голов не имеющих нужного биополя в пирамиды и марку модуля 100000 воспринял, как количество голов, которые надо отрубить.

Мы узнали об этом гораздо позже, когда Буремир исследовал остатки искина Черный камень.

Глава 75

Я все чаще стал себя ловить на том, что отношусь к своим синтетам, как к живым людям, тем более, что у них все чаще стали проявляться человеческие эмоции. Например когда я проводил смотр орков-синтетов, которых отправлял к агенту Голему, я рефлекторно сказал, что задание сложное и нужны только добровольцы и после секундной заминки, три синтета стоящие передо мной синхронно сделали шаг вперед. А через день, после их прибытия в распоряжение агента Голем, Голем связался со мной по маго связи и после стандартного доклада, извинился т спросил, почему я не спрашивал его перед заданием, доброволец он или нет. Сказать, что я обалдел, это ничего не сказать, но смог выйти из непонятной ситуации, сказав, что был уверен в том, что Голем и так доброволец, без всяких уточнений. Голем выкрикнул «За Князя» и отключился, а еще через какое то время, этим кличем, меня стали приветствовать все синтеты, ударяя себя при этом сжатым кулаком в левое предплечье. А еще позднее, это приветствие переняли и в армии, и на флоте, и в статских структурах. Ну что же, думаю, что это не наказуемо, да и в какой то степени даже полезно (Хорошо не «римским» приветствием меня хоть приветствуют).

Около озера Трех островов открылся рабочий портал, к нему мы добавили мобильные и перебросили туда дополнительные силы и ловушка заиграла для Орды полностью роковым багрянцем.

Когда армада плотов и лодок Орды Красного Журда, окончательно втянулась в озеро, я отдал общую команду об открытии огня. Сначала ударили сторожевые башни и вышки, потом в расстроенные порядки ордынцев ворвались Черные галеры и как изюминки на торте, проявился из под скрыта мой «Челн» на этот раз в своем истинном виде, огромного черного кобуксона с золотой надписью на борту «Князь Владимир» (курсив не мой, это Кицуне с Буремиром так решили).

Буслай и Большой Медведь вспомнив что один из их чинов, звучит, как капитан-лейтенант экипажа Челна, заняли места у пультов турелей, лейтенанты Кицуне и Богуслава, так же от них не отставали. Мазура, Аглаю и Пахомыча, я строгим приказом оставил на хозястве, тем более, что надо было прихлопнуть очередной созревший заговор.

Красный Журд был доволен… За этим озером начинались новые земли, где он наконец наберет нужные сто тысяч голов. Журду уже давно надоело плыть, он даже пару раз приказывал казнить командиров буксировщиков его плота и он приказал устроить на одном из островов свою ставку и первыми вперед ринулись ассенизаторы Большой Юрты. Это были, пожалуй, единственные из придворной обслуги, которые были в постоянном фаворе у Владыки и из которых, никого еще не казнили ибо они сами были личными палачами Красного Журда. Первым делом «туалетные работники» устраивали сортир для Владыки и отдельно, для его наложниц. Потом рыли траншею под навесом, для придворных и охраны. В этой траншее и казнили иногда провинившихся придворных и челядь. А иногда просто наказывали окунанием держа за ногу, что для орков-синтетов не составляло труда.

Когда началась битва, а вернее уничтожение Орды, Красный Журд впервые за последнее время испытал некоторое сомнение в своем успехе, а когда стали гореть и тонуть корабли и плоты его ордынской армады, он стал испытывать натуральный страх и чтобы изжить его он решил, что надо кого-нибудь срочно казнить и не успел он подумать об этом, то увидел, как к его шатру идут его верные ассенизаторы. Не успел он обрадоваться тому, как быстро выполняются его пожелания, как он заметил, что в руках у орков не сортирные лопаты, а непонятные предметы, похожие на странное оружие и тут эти предметы стали изрыгать огонь и это было последнее, что видел Журд, в последние мгновения своей жизни.

После смерти вождя, из ордынских войск, как вынули стержень, битва быстро сошла на нет и выжившие ордынцы сложили оружие, причем большинство из них, казалось не понимали, что они тут делают. А вечером Мазур доложил, что у разных местах к властям явилось несколько десятков ордынских агентов.

Все порталы открылись и на карте появилось еще много новых портальных точек. В порталы находящиеся на территории Орды я направил боевые тройки синтетов в составе: Один Голем и два обычных, при пятерке простых «паучков» и тройке суперов. Тройки стали занимать стойбища, кочевья и аилы, принимая на местах присягу местных пейзан и джигитов князю Владимиру. Прежнее руководство при малейших колебаниях ликвидировалось и заменялось кем-нибудь из местных пассионарий. Первым общим заданием, было уничтожение схронов с головами казненных и предание останков огненному погребению, как воинам погибшим в бою.

Амулет-искин взявший под контроль несчастного калеку, был поврежден тремя пулями с магоначинкой, и посему снял локализующие и контрольные поля и не подлежал восстановлению. Буремир снял с него слепок памяти после чего я приказал, от греха подальше, разбить его на мелкие кусочки и сжечь бластером.

Таким образом население и земли моего княжества увеличились в несколько раз и к моим титулам прибавился титул Великого князя и хана Орды. Мазур попытался пошутить про Чингизхана, но я сообщил ему, что в прошлом мне есть хоть малая, но таки частица крови Чингизидов.

Глава 76

Мои железнодорожные гномы вельми меня порадовали. Пока я воевал и приращивал территории, они создали «Большое княжеское стимпанк метро» (курсив Мазура). Официально моя железнодорожная подземная система называлась «Княжеские дороги» и развилась уж на много сотен километров. На новых уровнях подземелий Замка нашлись и «Кроты» для устройства тоннелей, и модули сбора строительной техники, включая путеукладчики, и модули автоматических металлургических предприятий, которые могли бесконечно штамповать рельсы и подвижной состав. И самое важное, большой запас модулей мобильных порталов. После того, как я ввел для гномов-путейцев звания и униформу со всеми возможными и невозможными шевронами, кокардами, погонами и эмблемами (которые мы разрабатывали вместе с Мазуром), все хирды планеты ринулись оформлять свой вассалитет под моей рукой, так что с персоналом своего железнодорожного ВПК у меня проблем не было. Теперь с расширением территории княжества железнодорожное строительство приняло схему покраски Бруклинского моста, который, как известно красят круглый год уже много лет. После постройки главной линии между Замком и старым Княжеством, на виртуальной карте появилась схема древних тоннелей, которые пронизывали практически всю планету и строительство железных дорог резко убыстрилось. И что еще было интересно, все новые точки хранения Мечей оказались в пещерах и это как я понял была конечная цифра.

Естественно, первым делом, я послал в тоннели «пауков-разведчиков» и они еще больше обрадовали меня… В точках где находились мечи был залы с практически готовой инфраструктурой подземных вокзалов и везде они были, недалеко от крупных населенных пунктов.

Схему проникновения я разработал комплексную… В указанную точку, Дракон или «паучок» доставляли модуль портала, а потом через портал доставлялась бригада гномов с манипулой синтетов и техникой. После чего рылся тоннель к будущему вокзалу и туда прибывали мы с Кицуне, остальные две жены были в интересном положении, Рыжая же Лиса пока не хотела становиться матерью. Кстати у всех моих соратников, жены тоже были на сносях. Последние двадцать девять точек оказались как всегда пустышками, а вот тридцатая после удара мечом по «мячику» выдала голограмму Святогора…

Святогор высказал мне свое удовольствие моими действиями, сказал, что проверку я выдержал и теперь являюсь официальным демиургом этого Мира, а того самого меча не существует, ибо этим мечом является сам демиург. И исчез, а у меня в голове, что то будто взорвалось и выявились всевозможные новые знания и умения. Ну что же, будем строить стимпанк империю. Я провел очень беспокойную ночь и заснул только под утро и мне приснился короткий, но красочный сон… будто я гуляю по поверхности той старой Земной Луны, но это будет, уже совсем другая история.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Меч Святогора

Content

Меч Святогора

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Nota bene