(не)Веселый космический Роджер

Глава 1

Пробуждение было мучительным и болезненным, словно Михаил тонул и не мог выплыть, вода становилась вязкой, хватала его за ноги и за руки, тянула вниз. Михаил отталкивался и рвался ввысь, откуда, приглушенные толщей воды, доносились невнятные побулькивающие звуки. Мучительно медленно уворачивался от падающих сверху бетонных блоков, утыканных ржавыми железками, отпихивался от воды, ощущая, что вот-вот начнет задыхаться.

Затем кто-то сунул провод в воду и Лошадкина ударило током, выбросило из воды.

— ... ублюдка! - требовал визгливый голос.

— Да он сдохнет тогда!

— Ну и срать на него! - третий голос. - Отличная мысль, давайте вскроем ему череп и насрем туда, как он насрал нам!

От такой перспективы Михаил содрогнулся еще раз - хотя, возможно, во всем был виноват новый удар тока, пришедшийся куда-то в живот и пах - и очнулся, открыл глаза. Первое, что он увидел - зверские рожи, нечеловеческие морды, искаженные кровожадной яростью и тянущие к нему свои конечности, раздувающие ноздри и прочие отверстия. За этими мордами виднелось что-то бело-серое, словно забрызганное остатками мозгов.

В следующее мгновение все встало на свои места: Михаил лежал на полу и видел потолок, а также собравшихся вокруг инопланетян, настроенных отнюдь не дружелюбно, судя по выкрикам. Судя по всему, он находился на корабле пиратов, который пытался сломать, но почему его не убили прямо на месте? Чтобы насрать в голову? Лошадкин хотел было разъяриться и дать еще один последний бой, но ощутил, как у него все болит и ноет.

Пол казался грубым, полным неудобных выступов, впивающихся во все кости, но это было ложное ощущение, манопа ясно сигнализировала, что не в порядке тут сам Михаил. Ему требовались лечение и отдых, спокойствие, дружелюбная атмосфера, а не эта вот пиратская кодла, явно собравшаяся его линчевать!

— А остальное продадим на органы! - потребовал обладатель этого самого третьего голоса. - Док, режь уже его, не тяни, нам еще ремонтом заниматься!

Выглядел этот третий свирепо, и чем-то смахивал на взбешенного хрокага, только с более длинными клыками.

— А ты меня не торопи, Хваск! - огрызнулся "док", тот самый, что говорил, мол сдохнет Лошадкин.

Михаил удивился на мгновение, как это он их так ловко понимает, но затем понял, что ему просто переводит манопа. Сам он "космик" не учил, ведь предполагалось, что экспедиция терраформинга будет на необитаемую планету, но по инструкции полагалось иметь базу языка, на всякий случай, и манопа подкачала ее.

Пока еще была возможность скачать.

Корабль тряхнуло, "Док" взмахнул рукой и Лошадкина снова ударило током. Он даже попробовал уклониться, но не смог, раненое, больное, избитое тело подвело. Похоже, Михаил не просто пострадал в той самоубийственной атаке комбайном, а пираты ему добавили еще потом, пока он валялся без сознания. Оставалось только удивляться, что его не убили или не выпнули за пределы корабля, оставив умирать в вакууме.

— А ты поторопись, док, пока это корыто не развалилось! - визгливый голос, раньше кричавший про ублюдка.

Странно разнесенные в стороны глаза, только стебельков не хватало, и фиолетовая кожа. Груди с заостренными сосками и пляшущий в мощных, мозолистых руках нож или скорее даже кинжал с учетом размеров этой визгуньи. Михаил вдруг понял, что она не слишком большого роста, меньше его, но при этом почему-то смотрелась крайне грозно.

— Не торопи меня, Дрея, - чуть прищурился "док", - или ты не слышала капитана?

— Да пошел он в жопу...

Дрея отлетела в сторону от могучего пинка и в поле зрения Михаила появилось необъятное пузо. Оно колыхалось, словно бурдюк с водой, и, казалось, ударь по нему, так ничего не добьешься, только руку себе отобьёшь. Что-то такое было среди земных фильмов, но вспомнить подробности Михаил не смог. Вслед за пузом показались толстые ножищи и стало понятно, что прибывший огромен и жирен, или мускулист.

— Когда это закончится, я сам схожу в твою жопу, Дрея, и ты потом будешь срать кровью месяц, если вообще выживешь, - пообещал появившийся гигант.

— Капитан! - оскалилась визгунья, нож продолжал метаться в ее руках. - Почему этот ублюдок еще жив?!

— Да, из-за этого пидора..., - раздался четвертый голос.

Корабль снова тряхнуло и на мгновение Лошадкину показалось, что сейчас пузо рухнет прямо на него и раздавит окончательно, оборвет все мучения. Похоже, в помещении находились еще пираты, и оставалось только удивляться, что они тут все делают, когда корабль так трясло и раскачивало?

В то же время, Михаил знал в чем дело и испытывал тихую мстительную радость: сумел повредить корабль пиратов так, что тот, похоже, собирался выйти из строя. Это было приятно, сумел, справился! Напал и прогнал корабль, заставил пиратов бежать, не дав убить остальных! Можно было надеяться, что пираты сдохнут, когда корабль сломается, и единственное, что огорчало Лошадкина - количество мучений, которые придется перенести лично ему перед смертью.

Быстро умереть в атаке, не то же самое, что подвергаться пыткам живых, разъяренных нападением Михаила и порчей корабля. Но его не убили сразу, и вот это вот пузо - капитан? - похоже, отдало какие-то приказы "доку", противоречащие настроениям экипажа, жаждущего мести. Приказ вылечить Михаила? Какая-то маленькая часть Лошадкина, вопреки всему, хотела надеяться на это. Глупо, зачем бы капитану лечить его, но это не мешало той маленькой части надеяться.

— Бунт на корабле?! - прогрохотало сверху. - Вспомните, зачем мы прилетели сюда!

— За добычей!

— Земными технологиями!

— За весельем и поживой!

— Сладкими примитивными живыми!

Последний возглас заставил Михаила содрогнуться, в такт кораблю. Каннибалы? Или как их там следовало правильно называть, живоеды? Ксеножруны? Если они жрали чужих разумных? Голова шла кругом, тело болело и манопа подавала сигналы, что состояние Михаила ухудшается.

— Правильно, за технологиями! - заявило пузо. — Вот они, лежат на полу!

— Капитан! - подпрыгнула визгунья. - Этот ублюдок повредил нам корабль!

— Да, убил наших!

— Месть!

— Какие с него технологии?!

— Такие, что у него в башке, в которую ты Хваск, хотел вывалить содержимое своей тупой башки, есть высокотехнологичный чип! - пузо ударило еще кого-то и корабль снова содрогнулся. - Не хуже, чем у Сильных! За этим мы прилетели, а вы, стая тупых пустотных блох, хотите уничтожить нашу добычу!

Твою мать, подумал Лошадкин, до которого наконец дошло, что же случилось там, у замка экспедиции. Удивительно было, что земные технологии так высоко котировались - или просто пиратам и такое сходило за хайтек, так сказать?

— Хотите просрать все, от обломков техники до чипа, потому что только срать и умеете! Если бы я за вас не думал, куча вы отбросов, то давно бы уже лежали грудами дерьма бачкуков в биореакторах, где вам самое место! Корабль требует ремонта, а вы тут собрались срать, потому что не можете сдержать позывов своих задниц, в которых у вас и находятся мозги! - грохот голоса пуза сопровождался звуками ударов. - Неудивительно, что вы просрали все там, на планете, и хотите просрать сейчас! Ради своих подгоревших срак готовы сдохнуть, и ни одному из вас даже в голову не пришло, что у меня были причины оставить его в живых!

— Капитан...

— Не умеете думать - не мучайте свои жопы! Вперед, стая тупых отбросов, чините корабль и не думайте трогать земную технику! У каждого вычту из доли, если только протянет свои клешни! Выебу так, что из горла вылезет и потом выброшу в космос, подыхать от разрыва жопы!

— Капитан, у нас есть право на месть! - упрямо заявил Хваск.

— И она будет осуществлена, - последовал ответ. - Док, ты уже готов оперировать?!

— Эти помощники не дали, только в сознание привел, - отозвался док.

Пузо сдвинулось, в поле зрения лежащего Михаила появилась еще одна отвратительная харя. Они все были отвратительны, по правде говоря, вот так вот, сверху вниз. Ну и общая ситуация тоже добавляла им уродства, а также желания встать и отрихтовать пару морд. Самому взять кабель и показать им, как нужно правильно работать с электрическим током!

Разнести тут все, добить и сдохнуть уже, чтобы не мучиться.

В то же время, запал атаки схлынул, Михаил выжил и теперь разум его начал искать пути спасения. Будь он здоров и полон сил - возможно, у дока есть стимулятор - вскочить и спастись в капсуле, бросив корабль погибать, нет лучше добить корабль и спастись - но как - манопу вырежут, разве такое возможно - наверняка, ведь тут в космосе технологии выше - надо что-то наврать - бесполезно, экипаж жаждал мести. Единственный, кто стоял между Лошадкиным и экипажем - капитан, и он хотел взрезать ему голову и извлечь оттуда манопу.

Попробовать поссорить экипаж и капитана?

— Может, ты отдашь нам все добровольно, чтобы не мучиться? - спросил капитан.

Ноздри - туннели, глаза, налитые кровью, отвратительный запах изо рта и от тела, Михаила чуть не вырвало.

— Это не в моих силах, - ответил Лошадкин.

— Слышали, а-ха-ха-ха-ха?! - заколыхалось пузо. - Не в его силах! Так что будем доставать по живому, вдруг силы появятся?!

— Дайте мне! Мне! - вскинулась Дрея. - Засуну ему руку в задницу до самой головы и вырву чип!

— Капитан! - возмущенно воскликнул "док". - Не делается так!

Корабль снова затрясся, будто в лихорадке, а экипаж снова загалдел. Михаил лежал и тихо радовался, разногласия, поломки, намечающийся бунт - как следствие проблем, полученных во время попытки спиратить землян и секцию корабля - все это не давало пиратам действовать. Чуть протянуть еще и, может быть, корабль сам развалится!

Но в то же время, желание жить никуда не делось, только усилилось.

— Слышали? - снова загремел голос капитана. - Из-за вас, тупых кусков говна, док не может добыть чип, а значит, вы все останетесь без добычи! И сдохнете без нее же, потому что вместо ремонта заняты хуй знает чем! В жопу себе засуньте свое право на месть и бегом ремонтировать корабль! Кто останется, будет объявлен бунтовщиком!

Михаил невольно ожидал слов "принято, капитан", но похоже тут не использовали искусственных помощников. В то же время, до него вдруг дошли слова "будем доставать по живому", то есть его собирались резать без анестезии? Извлечь манопу, с которой он так сроднился, пусть она и не стала его второй половинкой, как иногда уверяли в сети?

Топот ног, возгласы, вскрики, обещания натянуть глаз на хвост, и даже не вставая, Михаил мог сказать, что пираты все же уступили капитану и разбежались. Цокающий недовольный звук, а док приложил к Михаилу какую-то пластину, сканер, как сообщила манопа мгновение спустя.

— Произвести подключение к системам корабля? - поинтересовалась она.

— Да! - чуть не заорал вслух Михаил.

Если он сможет захватить корабль пиратов!

— Банда тупых ублюдков, - проворчал капитан. - Чуть что не так, так сразу обосрались, ур-р-роды!

— Их можно понять, капитан, - отозвался "док", изучая экран, на который слала сигналы пластина сканера.

— Если я буду понимать каждого рядового говноеда, то перестану быть капитаном! Ну?!

— Имплант связан с организмом, похоже, кодирование через геном, для идеальной совместимости.

— То есть вырезать можно?

— Но нужно время на подращивание куска плоти, и, разумеется, чтобы корабль не лихорадило.

Они говорят так, словно меня здесь нет, подумал Михаил. Глупо было ждать чего-то другого, его списали в расход, да, а не убили лишь потому, что капитан не хотел портить манопу, собираясь выручить за нее что-то там. Удар реальностью по морде, ожидаемый, но все равно бесящий.

Корабль лихорадило из-за действий Михаила, удар комбайном что-то там сломал и нарушил, включились резервные цепи питания и контроля, но самодельные. Корабль испытал перегрузку, так пираты торопились удрать с планеты и из системы, и цепи эти не выдержали, то ли сгорели, то ли выключились. А может отказала энергоустановка корабля, по скупым инфотекстам уровня медсканера понять было невозможно. Затем до него дошли слова "дока" - да ведь они и правда собрались вырвать из него манопу и были уверены, что у них все получится!

— С этим сложно, - в голосе капитана слышалось разочарование.

— Но можно же? Давай подождем, вернемся на базу, и я спокойно вырежу чип.

— За это время тупые ублюдки взбунтуются, - проворчал капитан. - Можно его пытать?

— Слишком сильно ранен, того и гляди умрет.

— Что? - взревел капитан. - То есть, чтобы везти эту груду земного дерьма домой, мне еще нужно его лечить?!

Михаилу достался пинок, не улучивший его состояния.

— Да ты представляешь, что будет с командой?! Они и так в ярости, потеряв половину, да что там, я и сам в ярости, давно бы своими руками череп раздавил, если бы не думал о благе команды! Легче всего все выбросить да раздавить, а ремонтироваться на какие шиши? Давай, док, режь его!

— Это все равно, что раздавить ему голову.

— Тогда отрежь ее!

— Земляне без головы не функционируют и голова без тела тоже!

— Тупые сраные пидоры! Откуда они вообще взялись, на наши головы?! Повылазило всякое говно, а мне теперь расхлебывай! - Михаилу достался еще пинок.

Манопа усердно трудилась, добывая информацию и пытаясь пробиться дальше.

— Да этот навоз даже сейчас мне проблемы создает!! - вдруг взревел капитан. - Блядина хуева! Срать на прибыль, док, режь его, да побольнее, чтобы мучился, как последний червяк!

Глава 2

— Я могу починить корабль! - вырвалось у Михаила, почти что против воли.

Спасать тех, кого он собирался убить?! Тех, кто перебил столько его подданных?! Ни за что!

Но если он хотел выжить, если он хотел еще раз увидеть Таню!

Но что, неужели он готов был пресмыкаться ради такого?! Унижаться? Молить не убивать его?!

— Починить!! - капитан остановился и захохотал, словно забыл о своей ярости.

Пузо его колыхалось, корабль трясся, так как системы шли вразнос из-за повреждений и невозможности связи с общей системой управления. Манопа сумела пробиться дальше, пусть и медленнее, так как действовала в одиночку, без ИП и других маноп. Оборванные цепи или кабеля, передатчики, неважно, все это тоже снижало возможности связи с системой управления... пусть не ИП, но все же система! Электроника, программы, чипы и модули, могла ли его манопа захватить контроль над ними?

— Да за каких дураков ты нас тут держишь?! - вдруг оборвал сам себя капитан и склонился к Михаилу.

Словно девятый вал мышц и жира, и Лошадкин подумал, что не видел его там, когда пираты высадились, наверное, потому что такую тушу не выдерживали их летательные аппаратики.

— У вас перебиты кабели управления и энерговоды в пятой и третьей секциях, - ответил Михаил. - Резервные сгорели, не выдержав нагрузки, так как технический металл содержал в себе примеси. Этого хватало для обычной краткосрочной подмены во время профилактики, но не сейчас, когда установка работала на полную мощность. Примеси разогрелись и энерговоды сожгли сами себя, хотя по технике безопасности такого не должно было быть. Проблема в том, что ставившие вам энерговоды не соблюдали эту самую технику безопасности.

Михаилу было плохо и кружилась голова, но он все же превозмог себя и говорил спокойно. Словно это не Лошадкин, а капитан лежал тут на полу, раненый и обессилевший, готовый к трепанации черепа и изъятию оттуда манопы.

— Ты кто такой? - ручища капитана ухватила Михаила за горло.

Лицо его приблизилось и стало еще отвратительнее.

— Электрик, - прохрипел Лошадкин, - и разбираюсь в ремонте подобных вещей.

Разумеется, он не разбирался, а информацию выдал ту, что подсказала манопа, на основе полученных информационных пакетов систем корабля и своего анализа внутренней структуры и прочего. Но в то же время, какой шанс, какой шанс! Починить и выжить, но одновременно с этим и захватить корабль, системы управления и прочую электронику.

Развернуться и вернуться к остальным землянам, ха!

— Эле-е-е-е-ктрик, - протянул капитан, ослабляя все же захват на шее.

Вдруг он снова гулко захохотал, пузо колыхалось, пыталось раздавить Лошадкина, а рука капитана подергивалась, будто собиралась свернуть ему шею. Капитан прищелкнул пальцами и показалась рука "дока", подала ему какой-то браслет.

Ошейник!

Тот защелкнулся на шее Лошадкина, сдавил ее немного, но тут же словно растянулся. Манопа немедленно сообщила Михаилу, с чем он столкнулся: подавителем, вроде того, которым корабль глушил коммуникации там, у замка экспедиции. Он не мешал работать манопе, но при этом обрубал ей всю коммуникацию за пределами головы Михаила, в том числе и связь с системами корабля.

Сам ошейник тоже оставался недосягаем для манопы, так как работало подавление и, вдобавок к этому, он похоже еще и застегивался механически. То есть даже возьми манопа над ним контроль, что вряд ли, расстегнуть ошейник не получилось бы. Отключить подавление, скорее всего тоже, по крайней мере, если бы Михаил создавал подобные вещи, то особо предусмотрел бы защиту от такого.

— Электрик! - повторил капитан и отодвинулся. - Хандрат, ну ты понял, да? Этот умник уже успел пролезть в системы моего корабля! Да мы озолотимся на его чипе! Ну что, электрик, все еще можешь починить?

— Могу, - проворчал Лошадкин, ощущая упадок духа.

Упадок, но в то же время и прилив злости. Год он провел на другой планете, правил и командовал, водил войска в бой и строил, властвовал и помогал, и нынешнее беспомощное состояние злило. Прежний Лошадкин, из двадцать первого века, воспринял бы все спокойно, но не нынешний Михаил! Прошлый его поступок, когда он ринулся и "напал комбайном" служил тому подтверждением

— Можешь, - повторил капитан, ухмыляясь и демонстрируя огромное количество зубов.

Не тридцать два, точно больше, словно собирался сожрать Лошадкина сырым.

— Давай, покажи, что ты можешь, - предложил капитан. - Твоя судьба в твоих руках, починишь и будешь жить, а команда остынет и не захочет срать тебе в череп.

Вообще-то, Лошадкин сильно сомневался, что команда остынет, да и капитан явно задумал что-то недоброе, но. Михаил уже окончательно разозлился и передумал, решил выжить всем назло, а если бы пришлось вдруг сильно унизиться... вот тогда можно было и умереть.

— И что мне за это будет? - все же спросил Михаил.

— Поставим на ноги и получишь отдельную клетку, в смысле каюту, - пообещал капитан. - Будешь жить в ней как король, отдельно от других рабов!

Рабов?! Мысленный возглас Лошадкина так и остался мысленным, так как он живо представил себе события недавнего прошлого. Чуть-чуть не так все пошло бы и землян взяли бы в плен, мордахов и хрокагов, да всех, включая птерахов, истребили бы в невообразимых количествах. Захватили и перетаскали к себе обломки земного корабля, а также прихватили бы аборигенов, для утех во всех смыслах, от работы до секса и пожирания пленников.

Других рабов, стало быть, на корабле имелись другие рабы!

В это мгновение Лошадкин пожалел, что выдал себя, указал на возможности по взлому систем. Но зато сумел выжить с их помощью, а то капитан явно был готов разнести ему голову. Это тоже следовало учитывать, вспышки ярости, импульсивное поведение, равно как и разногласия с командой.

Выжить!

Нет, не просто выжить, а сражаться, освободить других рабов, повергнуть пиратов вокруг, раз уж Михаил не погиб в той самоубийственной атаке. Править и биться, а не сдаваться и стонать, держать свою судьбу в своих руках! Громкие слова, сейчас далекие от реальности, но Лошадкин упивался ими, накачивал сам себя, оставаясь внешне спокойным.

Можно было еще поторговаться, но все легко могло закончиться ударом по черепушке и вскрытием. В то же время, Лошадкин ощущал внутренней интуицией - не все так гладко на корабле. Ему не говорили, но эта истерика команды, возможно ли, что она была связана с повреждениями? А также тем, что им пришлось удирать и теперь некому было починить?

Но в таком случае, наверное, капитан бы вел себя иначе.

— А если я не хочу жить отдельно? - поинтересовался он.

— Не наглей, землянин! - взъярился капитан.

— Просто спросил, - сдержанно ответил Лошадкин.

Не испугался, уже хорошо, отметил он. Правда, ситуация оставалась все еще не в его пользу, но лиха беда начало, не так ли? Просто путь к правителю начался не с трона, а самых низов, вот и все. Заморгал свет, что-то взвизгнуло вдалеке и затихло, корабль снова затрясло, словно намекая, что проблема никуда не делась.

— Ну что разлегся? - саркастично спросил капитан. - Вставай, зарабатывай свою жизнь! Ах да, Хандрат!

— Уже несу, - отозвался "док". - На землянах не тестировали, но должно сработать.

Не успел Лошадкин изумиться и испугаться, как в него вогнали дозу чего-то, ускоряющего природную регенерацию, в смеси со стимуляторами и обезболивающими. Чтобы, значит, смог встать и работать, а попутно еще и лечиться, особенно, если организму было что пережигать в "топке регенерации". Манопа тут же заверещала тоненько, что все это опасно для здоровья, но делать было нечего, пришлось вставать.

— Давай, землянин, трудись, - предложил капитан, глядя на него прищуренными глазками.

Голова кружилась и тело болело, все покачивалось и плыло, будто Лошадкин долгое время провел на корабле или в каком-то из аттракционов. "Док" неожиданно стал не слишком большим, а также стало видно, что у него четыре руки и есть шерсть. Зато капитан выглядел еще внушительнее, и Михаил невольно преисполнился легкого уважения к другим пиратам - возражать такой туше!

Вооруженной туше, зорко наблюдающей за движениями Лошадкина.

— Меня зовут Михаил Лошадкин, - сказал он.

— Право зваться по имени еще надо заслужить!

Или обменять его на отдельную клетку, подумал с иронией Михаил. Несмотря на все проблемы, вколотое ему действовало, с каждой секундой он ощущал себя все лучше - хотя, возможно, еще манопа вносила свой вклад, как-то там регулировала все изнутри.

— Мне нужны будут инструменты.

— А говорил, что можешь!

— Разве ваши живые чинят энерговоды голыми руками?

— Ха, - одобрительно хмыкнул капитан.

Лошадкин получил набор инструментов, конечно же отличавшихся от того чемоданчика электрика, с которым ходил он сам. Но суть от этого не изменилась, есть кабель с проводником, есть поток энергии, есть нарушения, их надо устранить. Соблюдай ТБ, не дай себя ударить током, и так далее. Он подключил тестеры и установил места расплава, затем просто взял и вскрыл обшивку, подсоединил кусок энерговода поверх покрытия в коридоре и закрыл современным аналогом изоленты: побрызгал из баллончика и все открытые места закрыло быстро твердеющей пеной - изолятором.

Правда, оставался еще сам энерговод, но Лошадкин просто заключил его в короб, наподобие воздуховодного.

— Ты хочешь нас погубить? - сердито спросил капитан. - Так не делают!

— А как делают? - заинтересовался Лошадкин. - Пробой на корпус будет? Так вырежьте изолирующий короб из корпуса и поставьте сюда!

С тем, сколько кораблей летало в галактике, замена подобных вещей давно должна была стать чем-то привычным. Вроде... смены лампочки, да, доступной любому.

— Ты опять хочешь испортить нам корпус? - взревел капитан.

Что-то тут явно было не так, но Лошадкин не мог сказать, что именно. Его отрезали от сети, он не знал происходящего внутри корабля, да и сам только встал на ноги. Капитан рядом? Так можно было сказать, что он охранял свои ценные вложения - манопу в голове Михаила.

Обещание отдельной клетки никак не противоречило возможность изъять манопу потом.

— Что там у вас дальше? - спросил Лошадкин.

Можно было представить, что ему просто попался тупой клиент, как раньше. Который чуть что начинал угрожать и так и норовил потом рассказать, как "тупые криворукие мастера" все сломали.

— У нас?

— Вы уже считаете меня частью экипажа?

— Не зли меня, землянин, - прорычал капитан, - и не думай, что ты так уж незаменим!

Лошадкин лишь пожал плечами и не стал вдаваться в детали - например то, что системы корабля показывали места неполадок. Или их можно было вычислить по совокупности обрывов сигнала.

Впрочем, завернув за угол, он увидел, что пираты все же занимались ремонтом и немного разбирались в том, что им нужно делать. Дрея - визгунья, на пару с каким-то тонким и вытянутым типом, возились с коробочкой, закрепленной на стене.

— Передатчик готов, капитан, - сообщила Дрея, выпрямляясь и утирая лоб. - Управление...

Теперь Лошадкин увидел, что у нее две пары грудей и моргнул.

— Что это земное говно тут делает?! - зашипела Дрея, как заправская кошка.

Фиолетовая кожа ее словно встала дыбом, как шерсть.

— Спасает ваши тупые задницы! - рявкнул капитан. - Он уже заменил один энерговод и заменит остальные! Шевелись, землянин, корабль ждать не будет!

Поэтому они потратили тут столько времени на разговоры, с иронией подумал Лошадкин. Прошел мимо разъяренной Дреи, подавляя желание задеть телом ее торчащие груди. Не факт, что она вообще относилась к млекопитающим... или, что это были груди.

— А почему, кстати? - спросил Лошадкин.

— Что кстати?

— Почему не будет ждать? - пояснил он, ощущая, что они добрались до места следующей поломки.

Затем обозвал себя дураком и посмотрел на определитель в руке. Энергосканер, показывавший, что электричество тут и правда обрывалось. В Михаиле поднялась теплая ностальгическая волна, все же что-то да мог! Два года прошло и, похоже, ему этого всего не хватало, пусть и не снились по ночам сны о ремонте.

— Работай давай, - рыкнул капитан. - Чини!

Взгляд капитана стал чуть отстраненным, будто он прислушивался к чему-то. Михаил часто такое видел на Земле, и пожалел, что ему ограничили манопу. Как славно было бы сейчас взломать и послушать переговоры, понять, что там происходит снаружи.

В то же время, думал он, проверяя тестером провода и прикидывая, как их лучше соединить, не так уж велика загадка. Они подали сигнал гипермаяком, пираты успели первыми, рванули на полной скорости, перегружая движки и энергосистему корабля. Возможно, именно их поспешность повлияла дополнительно на эти поломки, хотя и не стоило списывать со счетов "атаку комбайном".

Михаил размышлял, пока руки привычно трудились, а манопа подсказывала, указывала, что корабль пиратов питается от все того же энергония. Это вот как раз Лошадкина не удивляло, в отличие от этой готовности угробить корабль, лишь бы не останавливаться, даже для ремонта. Ведь, казалось бы, чего проще, остановись ты, обесточь корабль, кроме жизненно важных систем, которые могли работать от "батареек" и меняй!

В конце концов, модульный принцип давно уже придумали и как-то же летали корабли по галактике? Такое было невозможно, без обеспечения достаточного запаса надежности и возможности ремонта силами экипажа, как с автомобилями времен прошлой жизни Лошадкина. Пираты явно проворачивали подобные трюки не раз, стало быть, что?

Правильно, за ними кто-то гнался, и они не могли остановиться и не умели менять энерговоды на ходу, а может просто умеющих убило уже на месте. Теперь, получалось, Михаил спасал им жизнь, которую до этого хотел отнять, и одновременно с этим надеялся, что их догонят и возьмут пиратов в плен.

Корабль дернулся, да так, что все полетело кувырком, а сам Михаил едва не поджарился.

— Капитан! - донесся крик вживую. - Все, прыгло накрылось хвостом!

Глава 3

Пираты надвигались, потрясая оружием и выкрикивая угрозы в адрес Лошадкина, испортившего корабль. Сам Михаил стоял, держа в руках инструменты «электрика» и прикидывая тактику боя. Он учился биться у мордахов и хрокагов, следовало навязать ближний бой, разить инструментами, причем в лицо и шею, так как неясно было, сумеет ли импровизированное оружие пробить одежду.

— Чего опять разгалделись, как стая булганских крысюков? – почти добродушно спросил капитан.

Последовал выкрик на каком-то языке, которого манопа не знала. Михаил готовился к бою и тому, что его будут линчевать, но одновременно с этим считал присутствующих и прижимался к стене. Эх, будь у него готовый «жучок»! Поставил бы его пиратам прямо в цепи управления, да по ночам приходил, дергал за шнурок, пытаясь открыть дверцу власти над кораблем.

— Двигло сдохло!

— Корпус пробит!

— Наших поубивало!

— Да ты, Хваск, и сам половину из них убил бы, выпади тебе возможность, - с сарказмом бросил капитан.

— Ну и что! Это наши внутренние разборки!

— Мы имеем право на месть!

— И добычу!

— Чтобы иметь право на добычу, надо ее иметь, - веселился капитан. – А у вас ни добычи, ни приятелей, а значит, ваша доля добычи стала больше! Удвоилась!

Ого, подумал Лошадкин злорадно, так это мы их уполовинили? Неплохо, неплохо, особенно если не думать, сколько хрокагов и прочих полегло в атаках на корабль и попытках прикрыть Лошадкина и его жен.

— Нет у нас добычи!

— И двигла нет!

— Ошибаетесь, кучка тупиц с застывшим дерьмом в башке! – рявкнул капитан. – Бачкуки и то умнее вас!

— Хватит обзывать нас, капитан!

— И упоминать дерьмо!

— Как вас еще называть, когда вы не видите ничего, кроме говна в своих тупых головах? Просрали все там на планете, просрали все здесь, но, я ваш разумный и хитрый капитан Нессайя…

Михаил едва не заржал глупо от такого имени. Капитан даже не оглянулся, смотрел на свой «экипаж», явно собираясь подавить бунт раз и навсегда. Мелькнуло также удивление, что у капитана отсутствуют всякие старпомы и боцманы, и прочие мичманы с навигаторами и техниками, но Михаил тут же сообразил, что глупо было бы переносить земные реалии на космос.

Тем более пиратов, якорь им в задницу!

— … все предусмотрел и сохранил. Не дал вам выбросить обломки земной техники и теперь мы сможем ее продать!

— Не сможем, прыгло накрылось!

— Еле ноги унесли!

— Но унесли же и только благодаря мне. Я не дал вам глупо разорвать землянина, чтобы понюхать его дерьма, и он нас спас. Починил энерговоды на ходу, и мы успели удрать!

— Но прыгло накрылось!

— Мы не успели долететь!

— Это потому, что дерьма в ваших жопах, заменяющих вам головы, слишком много, и там не осталось места для мозгов и умения ориентироваться среди звезд, - оскалился капитан. – Мы успели добраться до кладбища Аргунатов! Ну, почти успели, дотянем и без прыгла, просто на ускорении, как раз успеем подготовиться.

Что еще за кладбище, подумал Михаил, наблюдая, как меняется атмосфера вокруг. Нет, пираты не прыгали от радости, скорее наоборот, помрачнели. Зато манопа неожиданно помогла, выдала короткую справку, что Аргунаты – это одна из ныне исчезнувших цивилизаций, считавшаяся очень сильной и развитой. Если капитан не привез всех сюда умирать, подумал Михаил, то, стало быть, их ждало разграбление кладбищ?

Судя по виду и шепоткам пиратов на своих языках, занятие было не из самых приятных.

— Хватит! – рявкнул капитан, вскидывая ручищу и едва не пробивая потолок. – Я и так уже понял, что ваши головы забиты дерьмом бачкуков и ничем, кроме дерьма, и вы ничего не видите дальше своих хоботов, так как ваши глаза забиты дерьмом! Мы найдем там себе новое прыгло или хотя бы запасные части, а также всласть пограбим!

— Мы, капитан?

— Вот он, - Нессайя ткнул за спину, указывая на Михаила.

Лошадкин испытал сильнейшее желание оттолкнуться от стены и прыгнуть на эту монументальную тушу, вонзить в спину капитану все инструменты. Может даже дотянуться в прыжке до головы, все же два с половиной метра не шесть, а если воткнуть отвертку в ногу капитана и оттолкнуться от нее, как от ступеньки!

— А если он не справится?

— То сдохнет в мучениях, как вы и хотели! А мы поползем на ускорении, энергия поступает!

Сдохнет в мучениях, повторил Лошадкин про себя, и попытался посмотреть в окно, забыв, что их тут нет и никогда не было. Кладбище? Туда приходили умирать эти самые Аргунаты, как слоны? Или что? Они хоронили себя вместе с гипердвигателями, чтобы не так скучно было? А те не испортились за столько лет… сколько там тысяч лет назад цивилизация исчезла?

— Все, за дело! В следующий раз, когда задумаете бунтовать, вначале оглянитесь на свое же дерьмо и задумайтесь, а не срете ли вы себе прямо в скафандр?! Если бы не я, ваш могучий и умный капитан Нессайя, вы, придурки, угробили бы свой единственный шанс на спасение!

Кто-то еще попробовал вякнуть, что именно Лошадкин и привел к ситуации, когда им требовалось спасение, но вольнодумца и бунтовщика тут же заткнули, едва не побили. Все это наводило на размышления, но пока что исключительно теоретические, так как слушать сейчас Михаила пираты точно не стали бы.

— Что за кладбище? – спросил Михаил, но никто ему не ответил.

— Идем, отдохнешь и познакомишься заодно с будущими напарниками, - подошел к нему «док» Хандрат.

По дороге Михаил повторил вопрос, но Хандрат лишь отмахнулся, мол, сам увидишь. Лошадкин ощутил странное разочарование, словно «док» должен был ему помогать, хотя по факту, никакой доброты Хандрат не проявлял. Повернись события чуть иначе, не потребуйся им услуги электрика и лежал бы Лошадкин выпотрошенным трупом, и пираты срали бы ему в череп (почему-то это предложение громилы Хваска то и дело всплывало у Михаила в голове).

Следовало следить за собой и как-то балансировать, не сваливаться в тотальную ненависть, но и не забывать, что перед ним пираты, погубившие столько живых и едва не убившие самого Михаила! Ну и не помешало бы выжить на этом неведомом кладбище, для начала.

— Знакомьтесь, - сказал Хандрат, пихая Михаила в спину.

Пусть он и был меньше, но толчок вышел неожиданно сильным. То ли импланты в мышцах, то ли от природы так силен, это надо учесть, подумал Михаил, влетая в «общую клетку». Помещение, на самом деле, без решеток, цепей и оков, но в то же время, разделенное на части. В самом дальнем углу подняло голову какое-то рогатое создание, посмотрело и снова свернулось в клубок.

Справа находился некто с серой кожей, словно слепленный из гранита. Он смотрел на Лошадкина равнодушно, устало, словно к ним привели еще один предмет мебели. Слева же находился некто с тремя ногами и руками, глазами, зеленый и подергивающийся, будто бился в припадке.

— Землянин и ваш напарник по путешествию на кладбище Аргунатов. Он поведет вас, так что заботьтесь о нем, иначе сдохнете! – захохотал Хандрат, еще раз пихая Михаила в спину.

Тот не ожидал такого и влетел в один из «квадратов», выполнявших тут роль тюремных клеток. Энергетические барьеры, но в экономном режиме, срабатывания только на попытки пересечь, не имея на то соответствующих прав. Что же, это поправимо, подумал Михаил, только снять ошейник и взломать системы с помощью манопы.

— Землянин! – заорал трехрукий и трехглазый.

Прыгнул и налетел на барьер, отлетел, чуть подергиваясь. Барьеры, наверное, тоже работают потому, что энергия пошла по кораблю, подумал Лошадкин. Не то, чтобы он испытывал чувство вины за ремонт, но все же следовало признать, что ему стоит набраться терпения.

— Что это с ним? – поинтересовался Михаил в пространство.

Барьеры не мешали общаться, но можно было не сомневаться, их подслушивают и за ними наблюдают. Пусть здесь не использовали ИИ, но простейшая программа вполне могла бы заменить его и срабатывать по фильтрам, скажем.

— Маргуд – триварец, - обронил серокожий, причем так, словно это все объясняло.

— И что?

— Он не любит людей.

— Это я понял, но за что?

— Он триварец, - повторил серокожий и поднял взгляд на Лошадкина.

Посмотрел так, словно не видел раньше, и Михаил не отвел взгляда. Манопа тоже не выдала ничего конкретного, кроме того, что триварцы входили в тот союз слабых цивилизаций, который вроде как создала Земля для помощи. Насколько знал Михаил, Земля успешно работала в этом направлении, помогала всем развиваться и отчасти защищала, и все это никак не объясняло поведения Маргуда.

— Выстрелит мне в спину? – поинтересовался Михаил.

— Не выстрелит.

Не успел Лошадкин перевести дух, как серокожий продолжил равнодушным тоном.

— Нам не дают оружия. Но не переживай, ты все равно сдохнешь.

— С чего ты взял?

— Все дохнут.

— А ты?

— А я выживаю, я – вендарец, - ответил тот.

Михаил мысленно выдохнул, покосился на рогатое существо – девушку? Он, в общем-то и не питал особой надежды на успешное восстание невольников, но происходящее вокруг просто убивало. С кем тут работать? Как тут работать, если его заранее списали в трупы?

— Тебе, извини не знаю твоего имени…

— Трорг.

— Михаил. Так вот, Трорг, тебе не приходило в голову, что все дохнут потому, что ты им не помогаешь?

— Я не помогаю?! – вскинулся Трорг.

Вскочил даже и стало видно, что он хотя бы похож на человека. Две руки, две ноги и голова.

— Я иду первым и принимаю на себя удары! Выживаю! Закрываю собой!

— Отлично, но видишь, я этого не знал, а ты не хотел рассказывать, - развел руками Михаил.

Трорг проворчал что-то под нос на своем.

— Ладно, может ты и не безнадежен, - признал он. – Проживешь пару вылазок.

— Что за кладбище? – тут же спросил Михаил.

Им вроде как предстояло еще добираться туда некоторое время, но лучше было не терять времени даром. Не говоря уже о том, что ему самому не помешало бы подлечиться, смесь Хандрата не действовала бы вечно.

— Когда-то там было побоище, после которого Аргунаты и исчезли. Обломки кораблей все еще дрейфуют в определенной области, кого не засосало в звезду или еще куда. Многие пытались обчистить это кладбище, да мало кому удалось. Масса систем там находятся в состоянии гибернации, активируются при появлении врага, а врагами они считают всех вокруг. Корабли двух сторон дрейфуют рядом и достаточно чихнуть не так, чтобы тебя сочли врагом и расстреляли на подходах. Но недостаточно просто добраться, нужно еще пройти внутри, добыть и не попасть в число врагов, чтобы тебя не расстреляли на обратном пути.

— Столько тысяч лет и все оно еще работает? – изумился Лошадкин.

— Не все, иначе туда вообще никто не совался бы. Видимо Нессайе крепко припекло его жирный зад…

— Прыгло сдохло, - повторил Михаил услышанный возглас.

— … очень крепко припекло, - добавил Трорг. – На что он надеется?

— На вот это, - Михаил указал на свою голову.

Кое-что прояснялось, но это не отменяло смертельности миссии и равнодушия «напарников».

— Ошейник, - вдруг обратил внимание Трорг. – Давненько я их не видел.

— Неужели за все эти годы никто не разобрался с кладбищем?

— Сильным насрать, а мелочь, вроде пиратов, только и может, что крошки с трупа таскать, - равнодушно объяснил Трорг. – Если что, держись вплотную за мной, и следи за спиной, оттуда я тебя не прикрою!

— Если в нас начнут стрелять, миссия уже будет провалена, - ответил Михаил.

— Необязательно. Столько лет бездействия, бывает, там просто стреляют во всех вокруг, а то и просто протухают системы, тогда оттуда выносят все, что можно, пристраивают в свои корабли.

— Да, я заметил, какая тут мешанина, - согласился Михаил.

Слабые места корабля? Да полно! Но пока что они оставались для него недосягаемы.

— Землянин! – раздался новый рев.

Маргуд очнулся и снова бросился на барьер, разве что не стал трясти «прутья решетки».

— Что я тебе сделал? – со вздохом поинтересовался Михаил.

Нахрен таких напарников, лучше без них, чем с желающими ударить в спину! Неужели Нессайя этого не понимал? Ладно, ему насрать там на рабов, но не на успех же миссии по добыче?

— Землянин!

— Его планету сожрали ысынгуны, - пояснил Трорг.

— И? – не понял Лошадкин. – Так и мстил бы ысынгунам!

— Земля обещала защиту, но не помогла. Триварцы только вошли в этот ваш союз, Маргуд был в числе тех, кто летал на переговоры, потому и выжил. Повредился рассудком, так и попал к пиратам, желал мести, а в итоге сам оказался рабом, как и все мы. До сих пор выживал, но теперь, боюсь, и ему пришел ббак.

— Но ведь не я…, - Михаил вздохнул и покачал головой, осознав бесплодность своих слов и оправданий. – А с рогами там кто?

— Хлоя, - ответил Трорг. – Она – агемка.

Посмотрел на Лошадкина и равнодушие опять сменилось легким проявлением эмоций.

— Ты что, вообще в космосе не разбираешься? Как ты тогда покинул Землю? Или ты из этих, отколовшихся?

— Ты не поверишь, - еще раз вздохнул Михаил и вкратце поведал свою историю.

Пусть подслушивают, плевать! Если уж он собрался выживать, мстить и возвращаться, то следовало налаживать контакты с напарниками, Троргом в первую очередь, конечно.

— Поверю, - равнодушно отозвался Трорг, - галактика полна таких историй, почему бы и нет? Хлоя – агемка, она начиталась романтических историй и сбежала из дома, за романтикой приключений. Нашла их, да столько, что теперь уже и не участвует в них.

— А зачем? – Михаил посмотрел в сторону угла.

— Все хотят выкуп за нее получить, - сообщил Трорг, - а до тех пор выступает постельной игрушкой для капитана и прочих. Думаю, она не отказалась бы, чтобы ты нас всех уничтожил.

Михаилу нечего было сказать, и он умолк подавленно. Трорг тоже замолчал, тишину нарушали только возгласы Маргуда, выражавшего свою ненависть к землянам и людям вообще.

Глава 4

В рамках подготовки к терраформирующей экспедиции Лошадкин изучал снаряжение для работы в космосе, но вышло так, что в сам космос он так ни разу и не вышел (за исключением аварии и выброса секции корабля). Поэтому сейчас он слегка нервничал и не мог отделаться от ощущения, что сейчас бац! И все откажет, а он останется в вакууме и умрет мучительной смертью.

Или кто-то из сопровождающих пиратов отключит ему снаряжение, чтобы Михаил умер мучительной смертью.

— Правь левее, - донесся до него голос Хваска.

— Не указывай! – огрызнулась Дрея.

Как выяснилось, эта любительница демонстрировать груди (сейчас прикрытые скафандром) не просто так нападала на капитана и дерзила ему. Она осталась единственным навигатором / пилотом, способным пролететь сюда и потом вернуть корабль пиратов домой. Подобное самоубийственное поведение пиратов – отправлять единственного навигатора в бой – тоже слегка нервировало Лошадкина, хотя он и старался не подавать вида.

Нервозность и вид звезд вокруг, в сочетании с величественными, замерзшими многокилометровыми глыбами кораблей, помогал Михаилу не думать о ничтожности своего положения и что он, возможно, совершил ошибку, решив помочь пиратам. Да, авария, да, возможная гибель, но и на шее Лошадкина тогда не красовался бы ограничивающий ошейник!

Найти скафандр, выжить, собрать что-то из хлама и улететь, шансы не хуже, чем сейчас, когда ему предстояло сунуться в громаду чужого корабля, не зная, что там и как. Их открытый бот, настоящая шлюпка без каких-либо защит, тихо продвигалась вперед, и затем вплыла в огромную пробоину, плавно опустилась на пустую и от того казавшуюся еще более огромной палубу.

— Здесь уже все подмели, - оскалилась Дрея, - так что придется вам пиздовать чуть дальше.

— Зря радуешься, если мы провалимся, тебе придется идти, - парировал Михаил.

— Ты!

— Я, я, - отмахнулся Лошадкин. – Или вам хочется объясняться с капитаном?

За то, что втайне убили его здесь, очень похоже на новую попытку бунта. Нессайя вполне мог опять взбеситься и пристрелить Дрею или выполнить обещание поиметь ее, в процессе которого та померла бы, из-за разницы размеров. В любом случае, пираты отсюда уже не выбрались бы или их расстреляли, корабль, входя в кладбище, двигался очень осторожно, плавно и долго.

Михаилу не хотелось даже представлять, сколько невольников, подобных ему, полегло здесь, пока пираты на ощупь выискивали этот «коридор» для входа. На ощупь, так как им явно не хватало высокотехнологичного оборудования, способного просканировать тут все – просканировать! Мысли Лошадкина обратились к комбайну, и он с сожалением дернул щекой.

Даже будь тот цел, никто не пустил бы внутрь Михаила и уж точно не дал бы возможности управлять.

— А теперь, - он указал на свой ошейник.

— Да ты охуел! – искренне заявил Хваск, вскидывая бластер.

— Это вы охуели, решив, что я смогу выполнить задачу, если мне связать руки и ноги, - не уступил Михаил.

Дрея дерзила капитану, пользуясь моментом? Лошадкин мог поступить так же, без него никто не прошел бы дальше. Или он ошибался и тогда все было зря.

— Может тебе еще и оружие дать?

— Не помешало бы, - оскалился в ответ Михаил.

Просто еще прощупать границы, то, что следовало бы сделать в разговоре с Нессайей, но тогда было еще рано, Михаил еще не показал свою мощь, как электрика и энергетика. Сейчас, возможно, слишком поздно, но плевать, решил Лошадкин, отстраняясь от глупых мыслей.

Оружие как оружие ему не требовалось, так как он не собирался вступать в дуэль с кораблем. В то же время, батарея внутри оружия могла пригодиться… как и батарея скафандра, не так ли? Ошейник ограничивал манопу, но та действовала, так что тактильный контакт мог помочь – если там было что брать под контроль?

Связь с кораблем отсутствовала – в целях безопасности, конечно – и Хваску с Дреей предстояло решать самим. С ними был еще третий пират, но тот молчал, зыркал, не выпуская из рук оружия. Три на три, так как помимо Лошадкина тут присутствовали еще и Маргуд с Троргом.

— Мне нравится твоя наглость, землянин, - оскалилась Дрея, поводя своими далеко посаженными глазками, словно пыталась оценить Лошадкина, как товар в магазине. – Держи информацию, заслужил.

Перед глазами Михаила замелькали карты и схемы, обозначение внутренностей корабля. Ему предстояло добраться до другой палубы с кораблями, похожими на тот, что использовали пираты. Сама палуба была закрыта и там еще действовали защиты, поэтому подобраться к ней снаружи пираты и прочие грабители не смогли и там все осталось целым.

В теории.

На практике пираты, словно червяки в яблоке, сумели сгрызть часть корабля, но не слишком большую.

— Вперед, - указала оружием Дрея.

— Ошейник, - повторил Лошадкин.

Дрея только хмыкнула, подошла вплотную, и силовые поля их скафандров словно слились… и расширились? Она смотрела снизу вверх, обдавая теплым дыханием и ощущением легкой шершавости фиолетовой кожи, показала жестом, что Лошадкину надо пригнуться. Размыкая ошейник, Дрея шепнула ему неслышно.

— Ты нагл и храбр, мне нравятся такие. Если выживешь, я подарю тебе свою благосклонность… может быть.

Вот уж нахер надо, подумал Лошадкин, невольно вспоминая жен и то, как они на него пытались наброситься после удачного похода на юг.

— Давай, покажи, что не хвастался, - ободрила его Дрея напоследок, скаля зубы.

Она отходила медленно, словно не боялась, но Михаил видел, видел! Опыт правления пятью народами не пропал зря, подумал он, поводя головой, словно ошейник передавливал шею. Манопа тоже разминалась, расширяла свое воздействие и Лошадкин еще раз убедился в верности своего прошлого вывода. Без сети маноп и ИП, возможности ее были ограничены.

Теперь оставалось понять, хватит ли этого на дохлый инопланетный линкор.

— Покажу, - оскалился в ответ Михаил, - но будет ли кому смотреть?

— Будет, будет, не волнуйся, - заверила его Дрея.

Третий пират, молчаливый, подошел ближе, не выпуская оружия из рук. Дрея отошла к боту и что-то сделала с ним, вытащила энергокристалл или батарею, понял Лошадкин. В голове его строились и рассыпались планы, да, захват бота в отсутствие Дреи и остальных ничего не дал бы, даже с батареей. Захват и полет, корабль пиратов сто раз успел бы их расстрелять или скрутили бы Лошадкина потом, на самом корабле.

Взять Дрею в пленницы и шантажировать Нессайю? Нет, глупо, капитан за такое точно выстрелил бы, да и сама Дрея явно была не из глупых и робких. Самоубийственный план отправлять единственного навигатора внутрь корабля, пираты не могли не подстраховаться. В то же время, они явно допускали, что Михаил сумеет, пройдет или найдет корабль и даже сможет оживить его? Самый реалистичный план свалить отсюда с остальными невольниками, ну да, пришлось бы бросить Хлою, но зато удалось бы вернуться и прижучить пиратов.

Или нет? Батареи, чем тут пользовались эти Аргунаты?

— Тогда вперед, - пожал плечами Лошадкин. – Маргуд, держись за Троргом!

— А ты мне не указывай, землянин! – окрысился тот.

— Делай, как сказали, - прикрикнул Хваск.

Злоба во взгляде Маргуда усилилась, а Лошадкин отметил про себя этот момент. Пираты может и не учились в академиях, но ловко применяли тактику «разделяй и властвуй». Опаснее для миссий, но зато безопаснее в жизни. Даже замысли Михаил что плохое, Маргуд вполне мог на него донести.

Лошадкин шел впереди, не особо пока напрягаясь. То, что они высадились тут так свободно и действовали открыто, сама пустая палуба ясно говорили – грабители вычистили и отключили тут все системы.

— А что сталось с кораблями отсюда? – спросил он.

— Продали, - огрызнулась Дрея.

Ну и дураки, подумал Лошадкин.

— Нашлась пара дураков, прилетевших на них сюда, - ядовитым тоном добавила Дрея, - так их сразу расстреляли.

Или не дураки, еще подумал Михаил. В любом случае, с учетом размеров корабля Аргунатов и то, что им предстояло украсть отнюдь не пачку сигарет, не помешал бы транспорт. Грузовые тележки или что-то такое.

— Здесь перемешаны друзья и враги, - добавила Дрея, - и, если ты на корабле одной стороны, значит, другая автоматом сочтет тебя врагом. Наших кораблей они не знают, не доверяют, но и не считают автоматически врагами.

— Понятно, спасибо за пояснение, - отозвался Лошадкин, чем заслужил еще один гневный взгляд Маргуда.

Общий канал, подумал Михаил, чтобы не сговаривались за спиной. Приватные каналы связи наверняка отключены или физически отсутствуют, неясно, но никто не мешал направить манопу и проверить, не так ли? Пока они не дошли до опасных зон и не потребовались все сканирующие мощности манопы.

— Трорг, - позвал он, стараясь не напрягаться.

Вышло не так хорошо, как у прочих, но все же два года с манопой давали о себе знать.

— Не подавай вида, я взломал канал связи и теперь могу поговорить с тобой так, чтобы нас не подслушали.

— Это мнимая свобода, - равнодушно отозвался вендарец. – Нас все равно слышат.

Лошадкин не стал его разубеждать. Да, имелся контроль со стороны пиратов, но сейчас манопа блокировала его, делая вид, что ничего не происходит. При этом манопа сыпала предупреждениями в адрес самого Михаила и обещаниями доложить все в «правоохранительные органы». Лошадкин не возражал.

— Возможно, мне удастся что-то да найти и оторваться от пиратов. Тогда прикрывай Маргуда и действуй по моим указаниям.

— Маргуда?

— Он может ненавидеть землян, но он все еще раб здесь, как ты и я. Если выберемся отсюда, всегда успеем подраться, - предложил Лошадкин. – Все, конец связи.

Они уже подходили к одному из коридоров, ведущих с посадочной платформы. Спиной Михаил ощущал взгляд Трорга, но не оборачивался.

— Теперь моя очередь, - на общем канале сказал вендарец.

Прошел и оказался впереди Лошадкина, словно закрывал того собой. В результате Лошадкин оказался нос к носу с Маргудом, который смотрел на него зло, затем отвернулся, поспешил за Троргом. Проклятье, подумал Михаил, на что мы тратим время и силы? Следовало любоваться космосом, а не копаться в обломках. Следовало действовать дружно, а не грызться между собой.

Следовало сосредоточиться на обстановке вокруг, а не переживать о не случившемся и не сбывшемся.

Огромный коридор, темный и давно застывший, как и все вокруг. Михаил вдруг живо представил, как эти корабли были полны живых и шли в бой, стреляли и содрогались, взрывались и разлетались обломками. Как все темнело и умирало вокруг, замерзало в вакууме, пробравшемся внутрь. Возможно, кто-то из живых еще длил свою агонию, в каких-нибудь каютах, но затем умирал без воздуха.

Воздуха!

Корабль пиратов обходился без масок и дыхательных препаратов, пусть состав воздуха там и отличался немного. Подобрались ли пираты со схожими условиями жизни, схожими с земными или корабль так тонко регулировал все? Чем дышали живые этого мертвого корабля? Как они тут передвигались, помимо своих конечностей?

Темнота коридора – для обычных глаз – становилась не такой уж непроницаемой, с помощью технологий в скафандрах (как-никак рассчитанных на работу в тьме космоса) и манопы. В то же время, в отличие от величественной тьмы космоса и звезд снаружи, эта чернота внутри корабля производила угнетающее впечатление.

Внутренности давно сдохшего зверя или сгнившего яблока, в которых ползли червяки, собираясь пировать на мертвой плоти. Отвратительное сравнение, принижавшее и самого Михаила, который попытался отделаться от него. Коридор, судя по размерам, предназначался для перемещения как живых, так и всякого вспомогательного транспорта, летающих платформ.

В то же время, вокруг было пусто, слишком пусто. Пираты и грабители, найдя путь, вымели в нем все подчистую. Тут, в общем транспортном коридоре, похоже, действовали не такие строгие правила по безопасности и допускалось присутствие всех подряд. Потом системы безопасности, конечно, отключились и «умерли», но если они включались при появлении пиратов, то не сразу палили в них и не подавали мощных сигналов тревоги, из-за слабости ограничений.

— Ага, - задумчиво выдал Михаил вслух.

Они продолжали движение по пустым коридорам, а он вглядывался в присланные Дреей схемы. Общие коридоры, широкие ангары, повреждения и прочее. Наверняка грабители с чем-то да сталкивались, в плане сопротивления, но не слишком сложным, не слишком много, сумели расчистить. Возможно, что возьмись они смелее за все эти дела, давно расчистили бы кладбище, а возможно им просто не хватало сил.

Хватало только на вот это хватание крошек с трупа, ну в конце концов, пусть даже это были военные корабли и у них что-то там еще работало после тысяч лет бездействия, но ведь не могло быть массово! Просто, наверное, пираты на своих самодельных корабликах, драпали отсюда при первых же повреждениях и не могли устроить что-то массовое, так как оно не окупилось бы.

На что рассчитывал капитан Нессайя? Или он просто крутился с звериной хитростью, пытаясь удержать в узде готовый взбунтоваться экипаж? Возможно. В любом случае, ясно было, что ничего ценного и полезного они тут не найдут, как не нашли бы на улицах земных мегаполисов. Следовало сворачивать в «закрытые» коридоры, пробиваться на склады, добраться до платформы с кораблями, но возможно другой, не настолько общей.

Если манопа вообще могла тут помочь

— Что ага? – сердито спросила Дрея.

Трорг шагал спокойно и равнодушно, явно верил в свои способности к выживанию или просто ему было все равно. Маргуд явно больше злился на Лошадкина, чем переживал из-за возможности умереть, а вот пираты напрягались. Не подпрыгивали от каждого шороха (тем более, что их здесь и не было), но напрягались, ожидая нападения систем корабля и бунта невольников, что-то в таком духе.

— Ага в смысле понял, - объяснил Лошадкин. – Нужно куда-то свернуть и найти что-то работающее.

Глава 5

— Да ты с ума сошел, землянин, - прошипела Дрея.

— У меня имя есть, если что, - ответил Лошадкин.

— А ну тихо! - еще сильнее зашипела она, разве что не ткнула в спину стволом. - Еще услышат!

Открытый, общий канал связи представлял уязвимость, но в то же время, манопа не сумела пробиться по нему дальше и вывалила ворох предупреждений о незаконности подобного. Похоже, коммуникации живых в галактике защищали лучше, чем обмен диагностическими пакетами и технической информацией.

— Так это же хорошо, - сообщил Михаил, - системы проснутся, появится точка возможного входа!

— Единственное, что тут появится, это дырка в твоем тупом головном отростке, землянин!

— Кста-а-а-ати, - почти пропел Лошадкин, - а вы пробовали стрелять в корабль?

Ошарашенная тишина во тьме была ему ответом. Даже Трорг изменил своему равнодушию и проявил какие-то эмоции.

— Погубить нас всех хочет! - первым зашипел Маргуд. - Настоящий землянин!

Три руки его подергивались, словно хотели схватить и задушить Лошадкина. Помимо дурацких мыслей о трех грудях, навеянных воспоминаниями о просмотре какого-то древнего фильма, Михаил попутно отметил, что Маргуд отлично иллюстрирует собой универсальность космического снаряжения. Особых скафандров, как на земном корабле, им не дали, их заменял собой генератор силового поля.

Облегающего тело, словно одежда, так что не имело значения, сколько у тебя конечностей и какой у тебя размер. Пояс с инструментами, на который крепился генератор поля скафандра, да нечто вроде нашлепки на грудь, спину, куда угодно, по желанию носителя. Дополнительная защита важных органов и расширение возможностей зрения или прочих чувств, по желанию.

Наверняка имелись еще составляющие, но Михаилу сотоварищи выдали, конечно, минимальный набор.

— Понятно, не пробовали, - ответил самому себе Михаил. - Тогда вам придется подождать.

— Подождать чего? - спросила Дрея.

— Пока я займусь работой по специальности, - спокойно ответил Лошадкин.

Эмоции никуда не делись, но опыт последнего года помог. Он собрался и настроился на работу, по специальности, в каком-то смысле, хотя и не факт, что обитатели этого корабля пользовались именно электричеством. Не факт, что они использовали те же системы сигналов и прочее, точнее говоря, наоборот, скорее фактом было то, что они наверняка не использовали ничего из применяемого сейчас в галактике.

— Что, неужели никто до такого не додумался до меня? - удивленно спросил Лошадкин.

Он сканировал коридор вокруг, и манопа подсказывала, отмечала повторяющиеся сегменты, вещи, отметки на стенах. Даже если в бою применялась сверхскоростная связь на энергонии, то все равно бой не мог длиться вечно, не говоря уже о том, что они просто обязаны были применять дублирование. Создатели систем, способных срабатывать после тысяч лет бездействия, явно понимали толк в надежности и прочем.

С этими мыслями, Михаил нашел подходящее место, нечто вроде общественного терминала (сам он давно уже был унесен), и присел там, сканируя поверхность пола и стен.

— Эй, землянин, а ну вставай! - приказала Дрея.

— Лучше помогите, - отозвался Михаил.

Чернота вокруг и эти шипящие приказы в спину начинали уже угнетать.

— Я помогу, - подошел Трорг.

— Нужно сдвинуть покрытие и добраться до кабелей под ними, - объяснил Михаил.

Пираты, собиравшиеся и дальше командовать, замолчали, придвинулись еще ближе. Глупо, конечно, но почему-то Михаилу казалось, что их отношение изменилось. Вполне возможно, что никто действительно не додумался до такого, так как ходили сюда отнюдь не гении мысли. Бойцы, умеющие выживать и грабить.

Отлично умеющие выживать и грабить, как понял Михаил, уставившись на пустое место.

Прошлые пираты не стали сдирать обшивку, но в то же время, вытягали содержимое. Где-то вскрыли и разрезали, вытащили, что-то бросили, как выяснилось в следующем "терминале" (так предполагал Михаил, на самом деле, хрен его знает, что там делали эти Аргунаты или их противники), где имелась пачка кабелей, но все они были перемешаны и никуда не вели, как выяснилось. Универсальный тестер показывал обрывы на расстоянии в сто метров.

— Землянин, не испытывай моего терпения! - снова зашипела Дрея.

— Не понимаю, чего вам всем так не терпится умереть, - отозвался Михаил.

— Это тебе не терпится умереть! Такое уже пробовали и три корабля тогда не вернулось!

— Но кто-то же вернулся? - предположил Михаил.

Он опять всматривался в схемы, мысленно отвешивая себе подзатыльник. Мог бы и сам догадаться, что пираты разворовали все там, где системы гарантированно не работали! При этом они не собирались рисковать, и вначале продвигались на ощупь, убеждались, что в каком-то условном квадрате ничего не работает и начинали грабить, как вот здесь.

Хотя могли бы вскрывать ошибку и обрубать кабеля, но похоже от этого тоже срабатывали системы безопасности. Пусть там один раз из ста, но пиратам хватило, ведь они и без того осторожничали. В то же время это прямо намекало, орало, что Михаил на верном пути.

— Никто не вернулся!

— Кто же тогда рассказал об их гибели и что они там пробовали?

Пауза, и Хваск вдруг захохотал громко.

— А у этого земляшки башка варит!

— Заткнись, - зашипела на него Дрея. - Он нас погубит!

— Словно без моих действий тут ожидалась легкая прогулка без проблем, - заметил Михаил.

Выбор был понятен, либо углубиться в боковые коридоры, либо продолжить движение по этому коридору, магистрали, "расчищенной" пиратами, дабы там добраться до опасных зон. В любом случае, все сводилось к одному и тому же, найти не разграбленные участки и там повторить свои действия.

Воображение почему-то рисовало ему картины, как Михаил, паля с двух рук, прорывается по кораблю, уничтожая системы охраны, но это было глупое воображение. Другое воображение (тоже не слишком умное) нашептывало ему сладостные картины, как он подключится и оживит корабль древних. Нет, лучше так, Корабль Древних, оживит его, подчинит самостоятельно и сам возьмет в плен пиратов.

А потом как сделает ух! И вернется домой!

— Хочешь сдохнуть прямо здесь? - спросила Дрея.

— Конечно же нет, - заверил ее Лошадкин. - Я уже выяснил все, что нужно, пойдемте навстречу бессмысленной опасности.

Если вдруг пираты начали бы стрелять, Михаил собирался сдохнуть, но достать Дрею, чтобы потом никто не смог отсюда улететь. С учетом Трорга - шансы имелись, вендарец явно обладал то ли адаптивными способностями, то ли очень крепким телом, способным выдерживать всякое.

Суть "прохода по-пиратски" тоже стала ясна, идти вперед, пока не начнутся проблемы, потом прятаться за Троргом, взламывать и отключать. Просто, тупо, понятно и опробовано много раз, привычный пиратам рецепт. Не исключено также, думал Лошадкин на ходу, что они опасались того идиотского сценария, где он взламывал корабль и становился тут самым главным.

Странно, как с него вообще рискнули снять ошейник?

— Делай свое дело, а не болтай! - зашипела в спину Дрея.

— Так я и пытался сделать, - ответил Михаил, не оборачиваясь, - а вы начали возражать.

— Ты хотел погубить нас!

Отличный сценарий, вдруг сообразил Лошадкин, правда, все равно в итоге сводящийся к тому, что ему каким-то образом удалось бы оживить и захватить эту мороженую глыбу.

— Так вы определитесь уже, - предложил Михаил.

— С чем?

Злость, похоже, заставляла Дрею забыть об опасности и осторожности. Еще штришок к портрету, в добавок к тому, что удалось узнать про капитана Нессайю. Возможно, потом удалось бы сыграть на этих слабостях или как-то воспользоваться, выжить и удрать. Или, наоборот, если бы стало понятно, что все, пришел конец, разозлить всех вокруг, ударив по слабым точкам, чтобы пираты перестреляли друг друга.

Тоже глупый сценарий, но все же.

— С тем, можно ли мне действовать или нет. Ошейник сняли, но подключиться не даете. Ждете, что я тут вам подломлю системы защиты, но вместо того, чтобы принять меры заранее, гоните навстречу опасности.

— Саабражаи-и-ит! - протянул Хваск насмешливо. - Эй, трехногий! А ну сдриснул вперед, а ты серый, прикрывай этого умника, чтобы ему мозги не продуло!

Маргуд посмотрел еще злее, в этот раз все же попробовал броситься на Лошадкина, но Трорг его придержал. Легко, будто пушинку, похоже под серой кожей действительно скрывались каменные мышцы.

— Устраивая раздоры, вы только уменьшаете общие и свои шансы на выживание, - сказал Михаил.

— Опять пошла заумная хрень.

— Если Маргуда убьют (три глаза сверкали, прожигали Михаила взглядом), а меня подстрелят, кому придется идти вперед и обеспечивать уничтожение и отключение систем? - спросил Лошадкин.

Болтовня и "засорение эфира" не давали результатов, не включались системы безопасности. Возможно, что переговоры шли на какой-то другой частоте или как там это называлось, и системы корабля их просто не регистрировали и не замечали.

В то же время, отключение связи с кораблем и прочие меры предосторожности явно показывали, что какие-то совпадающие моменты есть. Дернись, прояви враждебность и получишь, можешь получить в ответ. Согласись пираты пострелять там, неподалеку от платформы, на которой высадились, возможно все прошло бы легче. С другой стороны, Лошадкин не просто так предложил пойти навстречу опасности, а рассчитывая на несколько моментов.

Во-первых, забраться вглубь корабля, наверняка безопасность тут становилась не такой строгой. Не факт, конечно, особенно с учетом того, что это было кладбище кораблей после грандиозного побоища. Могли ли системы и тысячи лет спустя считать, что боевая тревога до сих пор действует?

Имелся ли на подобных кораблях аналог ИПы?

Слишком много вопросов и слишком мало ответов, так как пираты ими не задавались. Поэтому вторым пунктом в рассуждениях Лошадкина шла не дружелюбность корабля, а приближение к не разграбленной платформе с кораблями. Чем ближе к ней, тем больше становилась вероятность подключиться к какой-то из нужных систем, зацепить что-то полезное и так далее. Имелось еще и, в-третьих, но Лошадкин пока не взялся бы утверждать наверняка, что оно сработает именно так, как ему хотелось бы.

В теории, по мере углубления в корабль, пираты должны были бы все сильнее взаимодействовать с невольниками. Не брататься, конечно, но все же, одна команда, мошки против горы, в таком вот духе. Соответственно, количество понуканий, шипения, угроз становилось бы меньше, как и шансы получить выстрел в спину.

На практике же все могло выйти наоборот, пираты только сильнее "гнали бы в бой", мотивируя, если тут было применимо такое слово, страхом смерти. Мол, не хочешь сдохнуть? Ломай системы! Бегай и уклоняйся, выживай, а мы может быть поможем и выстрелим, а может и нет, так как тоже хотим выжить. Вернуться с добычей, да, стоило бы сыграть на жадности, но как? Чтобы Михаилу было что им предложить, вначале требовалось получить хоть какую-то информацию.

Но сами пираты не давали этого сделать!

— Так что давайте пойдем в прежнем порядке, - предложил Лошадкин. - Чем больше нас выживет, тем лучше.

— Считаешь себя неуязвимым? Думаешь, тебе всегда будет так везти?

Михаил не ответил, лишь искривил губы в горькой усмешке. Везти? Он вообще-то нападал на корабль пиратов в полной готовности умереть, но пираты, похоже, так ничего и не поняли. В то же время, их злость на Михаила никуда не делась, скорее всего прорывалась в этой форме понуканий, шипения, приказов. Любые его возражения, пусть и по делу, злили пиратов, так как он не дал им попировать на легкой добыче.

Вполне понятная злость, не облегчавшая задач Лошадкина.

— Считаете, что мне везет? - спросил Михаил. - Поменяемся местами?

Новая вспышка шипения и затем вся эта перепалка вдруг закончилась. Они шагали и шагали, хотя могли бы нестись на каком-нибудь транспорте или прыгать, как кенгуру, ослабив захваты скафандра. Михаил даже не сразу сообразил, что сила тяжести тут отсутствует, все же они находились не на планете, а внутри корабля. Пусть гигантского, но корабля, без ядра планеты и прочих штучек. Скорее всего тут имелись собственные системы гравитации, но они, конечно же, отключились вместе с кораблем.

Когда он осознал происходящее, внутри него все захолодело, от страха и восторга. Прыгнуть, как кенгуру, нет, так, как кенгуру никогда не смог бы! Прыгнуть и даже не разбиться, ну врезался бы он в стенку или потолок, так просто оттолкнулся бы и полетел обратно, включил обратно притяжение, создаваемое скафандром, или там выбросил бы захват и полетал туда и сюда.

— Баллоны и движение на реактивной тяге, - пробормотал он.

Раз уж пираты не связывались с транспортом или давно его сами же и разграбили или не сумели завести, предполагать можно было что угодно.

— Что ты там опять бормочешь, сраный землянин?! - прикрикнула Дрея. - Опять собрался нас злить?!

— Предлагаю провести еще один эксперимент, - откликнулся Лошадкин. - Правда, для него мне придется взлететь под потолок.

— Послали же звезды пустого новичка, - проворчала Дрея.

— Я помогу, - предложил Трорг.

Лошадкин не стал обижаться на новичка, ведь он именно им и являлся. С другой стороны, полеты на поясе (спасибо, Алатея!), занятия с Русланом и помощь манопы пригодились - Михаил легко, словно десять лет провел в пустоте, отрегулировал скафандр и прыгнул, взмыл и подлетел к потолку, погасив скорость и не создав обратного импульса.

Почти не создав, ладно, но Михаил тут же погасил его, врубив притяжение в скафандре и прилипнув к потолку вверх ногами. Или нет, он стоял нормально, а пираты и Маргуд теперь находились вверх ногами, словно антиподы, так психологически было легче.

— Зачем мы здесь? - спросил Трорг.

— Готов поспорить, - пробормотал Лошадкин, оглядываясь. - Ага! Вон там!

Трорг ударил и кусок люка вместе с потолком разлетелся, открывая доступ к целому пучку толстых проводов.

Глава 6

— Не кочегары мы, не плотники, но сожалений горьких нет, как нет, - напевал Михаил под нос, аккуратно касаясь универсальным тестером проводов и снимая показания.

Пел он на русском, причем исключительно затем, чтобы позлить Дрею. Та не выдержала и тоже взмыла, приклеилась к стене неподалеку, наблюдая и не выпуская бластера из руки. С учетом того, что скафандр как-то создавал защиту и отводил тепло, могла бы и вовсе обойтись без одежды, подумал весело Михаил, бросая взгляды на Дрею.

— Что ты там бормочешь, землянин?

— Восторгаюсь вашей красотой и думаю, что без одежды вы были бы лучше, - честно ответил Михаил.

Не то, чтобы он собирался спать с Дреей, да и глупо было бы визжать "сиськи!", словно школьник, но что поделать, обнажив их, Дрея и правда стала бы выглядеть лучше.

— Да ты издеваешься.

— Вовсе нет. Но если хотите, могу считать вас некрасивой, - добавил Михаил.

Он злил Дрею и пиратов одним своим видом и теперь не мог удержаться, дразнил их в ответ. Глупо, да, но лучше, чем пресмыкаться или бояться, и точно веселее!

— Сам твердил, что раздоры мешают и сам же их затеваешь!

— Ничуть, - качнул головой Лошадкин.

Провода ломались и крошились, некоторые приходилось зачищать и в процессе Михаил сломал еще несколько, и начал уже думать, что его хитрый план не такой уж хитрый, но вдруг получил отклик. Замер на мгновение, словно боясь спугнуть и ожидая, что сейчас провод разлетится на части.

Отклик означал лишь, что на той стороне есть кому отвечать, но не гарантировал ничего остального. Лошадкин невольно облизал губы, задействовал манопу, которая тут же сообщила, что обмен сигналами невозможен. Он посмотрел на Дрею, но решил не говорить, что пытается всех спасти, наверняка ему тут же припомнили бы попытку всех убить.

— Мне нужен источник питания, - сказал он.

Подошел бы и элемент в тестере, если уж на то пошло. Просто обмен сигналами, попытка выяснить, что там на другой стороне и как оно отвечает. Манопа должна была помочь с остальным, наверное.

— А оружие тебе не нужно? - съязвила Дрея, тараща глаза.

А может и не съязвила, следовало избавляться от привычки вкладывать земные эмоции в инопланетян, напомнил себе Лошадкин. Как с хрокагами и мордахами, ламассами, краглами и птерахами, только с поправкой на "космический уровень". Например, разнесенные в стороны глаза Дреи постоянно создавали у него ощущение, что она не сводит с него взгляда.

— Нет, - спокойно ответил Михаил. - Мне нужен источник питания.

Дрея, как ни странно, достала типовую "батарейку" и швырнула ее, причем даже не пыталась бросить мимо. Михаил легко поймал ее, зачистил часть провода и подсоединил батарею к нему, подавая питание дальше. Подключил тестер для съема сигналов и напряг манопу.

Заболела голова, то ли от манопы, то ли от самовнушения.

— Сигналы расшифрованы, - сообщила манопа. - Служебные сообщения с ошибками, о том, что все потеряно и отсутствует возможность действий по вложенной инструкции. Сообщения о поломках и неисправностях. Сообщения - запросы на связь и получение инструкций.

— Однако, - вырвалось у Лошадкина. - С кем это мы связались?

Манопа вывела условную схему - питание шло по проводу куда-то дальше, причем сам провод для этого не предназначался. Лошадкин хмыкнул и "пошел по следу", прошел по потолку сотню метров и добрался до места назначения, вскрыл там обшивку - с помощью Трорга и Дреи - и запитал "штуку" напрямую.

— Устройство наблюдения и противодействия угрозам, от пожаров до пробоин в корпусах, - сообщила ему манопа.

— Имитируй сигнал, что мы - ремонтная бригада, - осенило Лошадкина. - Все сломалось, но мы прибыли чинить, пусть дает нам полный доступ!

Разумеется, устройство не было разумно, не подслушивало их, что одновременно упрощало и усложняло задачу. Подай правильные сигналы, докажи, что ты тот, за кого себя выдаешь, и устройство откроется, даст доступ. В то же время, будь оно разумно, можно было бы просто как-то объяснить ситуацию, что прошли тысячи лет и нет уже никого, ни врагов, ни друзей, нет смысла следовать инструкциям.

— Запрашивает код подтверждения.

— Хм, а ты можешь имитировать ему сигнал систем управления? Притвориться командным центром корабля?

— Для этого мне не хватает данных.

— Но ты же расшифровала сигналы?

— В них обнаружилось сходство с одной из систем, заложенных в меня перед вылетом с Земли.

База данных о галактике, на всякий случай, хотя лучше бы туда заложили сведения о пиратах, подумал Лошадкин. На месте, конечно, не экономили, но избыточный массив данных явно не позволял найти нужное в требуемые сроки, и поэтому закачивали не все. Если бы не авария, он бы и не узнал всего этого, сейчас уже, скорее всего, вернулся бы домой, с кучей рейтинга и кредитов, довольный годом вдали от людей и работами по терраформированию.

— Понятно, ладно, пойдем другим путем, - хмыкнул Лошадкин.

Убрал источник питания, выданный Дреей, и датчик безопасности отрубился, потух. Лошадкин еще провел замеры, но датчик так и не включился обратно, хотя по инструкции должен был располагать автономным питанием. Которое разрядилось за эти бесчисленные годы, что открывало возможности.

— Долго еще? - сварливо поинтересовалась Дрея.

— Мы куда-то торопимся? - деланно изумился Михаил.

Космические памперсы давали возможность ходить в туалет, не сходя с места, пищевые таблетки обеспечивали питанием. В теории. На практике опять выходило все иначе, наверняка пираты там на корабле начали бы нервничать, послали бы бот или еще что. Могли выдать себя и оказаться подбиты, и тогда даже успешная операция внутри исполинского корабля ничего не дала бы.

— Хочешь остаться здесь навечно?

— Опять эти глупые угрозы, - вздохнул Михаил.

Он снял датчик и обрезал все его провода, опустился на землю - то есть пол коридора, уловив изумленный и злой взгляд Маргуда. Хваск и третий пират тоже наблюдали без особой симпатии, но хотя бы не пытались рассказывать, что надо торопиться. Набор "электрика" опять пошел в ход, и Михаил некоторое время возился, напевая под нос, зачищая, подрезая и проверяя цепи. Электроника не была его специальностью, лишь электрика, но какие-то основы он все равно понимал и сейчас пустил их в ход.

Вырезал из датчика автономный источник питания и подключил вместо него батарею, выданную Дреей, и замкнул провода на себя, пусть и не буквально. Теперь все жалобы датчика шли по сути в никуда, и в то же время, сигналы изменились. Переход на автономное питание задействовал какие-то другие инструкции и манопа в этот раз сумела пробиться, получила полный доступ к датчику.

В плане информации тот не принес ничего полезного, но зато дал нужные коды ответов, алгоритмы шифрования для них и порядок обращения. Манопа сыпала техническими терминами, голова у Лошадкина заболела еще сильнее.

— И что теперь? - Дрея отобрала у него датчик, положила к себе в сумку.

— Теперь мы поищем еще одно устройство, - усмехнулся Лошадкин, - и, если повезет, убедим его, что мы ремонтная бригада.

Они поискали и нашли, и коды подействовали. Нечто вроде терминала, устроенного особо надежно, так как он выдавал информацию о схемах эвакуации. Бесценная информация, позволившая получить схемы половины внутренностей корабля, включая несколько проходов к ближайшей корабельной палубе.

— Теперь мы выпотрошим все это сраное кладбище! - воодушевленно заявил Хваск.

Михаил не удержался от смешка. Ну да, часть систем тут работала и что с того? Это не делало их пригодными для ежедневного использования, а пример проводов наглядно показывал, что тысячи лет — это тысячи лет, даже в вакууме. Про само соотношение размеров - сколько лет мошкам-пиратам пришлось бы вывозить эту кучу давно сдохшей корабельной плоти? - и говорить не приходилось.

Стоила ли эта куча древностей того? Крайне, крайне сомнительно, что косвенно подтверждалось действиями загадочных Сильных (следовало расспросить Трорга и порыться в базе манопы), которые не проявляли интереса. Разграбление могил и находки древностей обычно выглядели привлекательно и весело только в фильмах, вроде "Индиана Джонс и печать Ктулху", но не в реальной жизни.

— Что смешного, сраный землянин? - грозно спросил Хваск.

— Это "мы" прозвучало так, будто мы, - Михаил взмахнул рукой, указывая на себя, Трорга и Маргуда, - вдруг стали частью экипажа.

— Поможешь выпотрошить и станешь! - вырвалось у Хваска.

Ага, отметил Лошадкин, есть возможность подняться выше, стать пиратом и ходить под веселым Роджером вместе со всеми. Веселым космическим Роджером, если уж на то пошло. Трорг смотрел равнодушно, а притихший было Маргуд опять начал злиться. Определенно следовало поболтать с ним отдельно, и Михаил рассчитывал, что это "приключение" станет первым шагом к налаживанию отношений.

Но, возможно, он ошибался.

— Ты не можешь говорить за капитана и команду! - ткнула Хваска Дрея.

Ударила фиолетовым локтем, но из-за разницы в возрасте удар пришел в пах. Защита скафандра в любом случае его нейтрализовала, что подарило Михаилу еще несколько мыслей о происходящем. Он был готов, когда вылетал с Земли... готов к терраформированию на безлюдной планете.

— Эй! - возмутился Хваск. - Словно ты сама не думала об этом!

Слышать такое от людей, которые еще недавно готовы были выпотрошить его, насрать в череп и выбросить на мучительную смерть в космос? Лошадкин сдержался, попутно отметил про себя, что проблемы никуда не делись. Во-первых, он еще не решил "задачу прыгла", во-вторых, из него все равно могли выдернуть манопу и пересадить той же Дрее, пираты явно не раз проделывали такое.

— Вечно твой рот бежит впереди твоих глаз, Хваск!

Затем они пошли к ближайшей корабельной палубе, и Михаил убедился, что осторожность пиратов, граничащая с паранойей, появилась не на пустом месте. Посреди темноты вдруг расцвели всполохи лучей и скафандр Трорга отключился, а сам он оказался пробит навылет. Хваск и третий пират моментально открыли ответный огонь, и сработавшая часть системы защиты переключилась на них, расстреляла, будто в тире.

Хваск и его напарник откатились прочь, а Лошадкин подскочил к Троргу, крикнул стоящему в сторонке и дрожащему Маргуду.

— Что застыл! Хватай его!

Трорг в момент атаки прыгнул вперед и пробившие его лазерные лучи не задели Маргуда, но тот все равно словно впал в ступор на мгновение. Очнулся от крика Лошадкина, и они начали отступать. Скафандр на Трорге уже включился обратно, а раны закрывало, запечатывало, словно у него там в кишках находилась серая пена под давлением.

— Я прикрою, - заявил Трорг, пытаясь вырваться.

Силовые поля скафандров как-то взаимодействовали, скорее всего управляющие модули опознавали друг друга как друзей или союзников. Но все равно, тащить его было тяжело и Лошадкин еще пытался прикрыть собой не только Трорга, но и Маргуда, хотя и понимал, насколько это глупо.

— Маргуд, тащи его! - прикрикнул Лошадкин, разворачиваясь.

Подвигов в стиле вестернов не вышло, у него просто не было оружия, а кидаться тестером и прочими инструментами Лошадкин не собирался. Вместо этого он начал транслировать сигнал, сообщая охранным системам, что они ремонтная бригада.

Помогло, дождь лучей закончился... или установка просто сгорела, так как чуть позже Михаил, так и не смог оживить ее, даже с помощью батареи. Тем не менее, теперь он шел впереди, еще разок успешно притворился ремонтной бригадой, и они добрались до огромной корабельной палубы, напоминавшей Лошадкину гигантское футбольное поле на стероидах.

— Спасибо, - вдруг сказал Трорг, - но это было необязательно.

— Ты спас нас, мы спасли тебя, - пожал плечами Лошадкин.

— Очень трогательно, но бесполезно, - влезла Дрея.

Молодец, Трорг, подумал Михаил, и поблагодарил, и создал иллюзию, что они могут говорить только на общем канале. Многое следовало обсудить, но потом.

— Какой брать? - спросила Дрея.

— Кто у нас навигатор? - поинтересовался в ответ Лошадкин.

Дрея снова зашипела и разразилась тирадой, смысл которой сводился к тому, что она нихуя не разбирается в этих кораблях и точно не скажет, на каком из них подходящее прыгло и есть ли оно тут вообще. Попутно прозвучала пара обвинений в адрес Лошадкина, чтобы не расслаблялся.

— Может быть, следует поискать рабочий корабль? - вдруг заметил Маргуд.

— Рабочий? - чуть не подпрыгнула Дрея. - Ты его, что ли, поведешь, а?!

Михаил перехватил удар, направленный в Маргуда, сдержался от того, чтобы ударить самому в ответ. Хотя руки и ноги чесались: Дрея была схожа телосложением с мордахами, только груди крупнее и хвост отсутствовал (наверное), и Михаил тренировался биться с ними. Пусть даже скафандр смягчил бы удар, все равно можно было неплохо пробить, вот только Хваск и третий пират вряд ли оценили бы такое.

Хотя, учитывая, как Дрея шипела на всех, может и оценили бы.

— Маргуд прав, - заметил Лошадкин, - нам нужно искать корабль, прыгло которого находится в рабочем состоянии, иначе мы просто потратим кучу времени и сил зря!

Дрея, Хваск и третий пират окинули взглядом палубу, уставленную кораблями и на лицах их вместо радости от такого обилия добычи, теперь отражалось недовольство. Более того, подумал Михаил, вполне возможно, что ни один из этих кораблей не располагает "прыглом", так как все они базировались на этом корабле, который и осуществлял перемещение в гиперпространстве за них.

— Или можно попробовать поискать местную базу данных, - взгляд Михаила устремился к потолку, где наверняка имелись всякие датчики и устройства.

Раз устройства запитывались от батарей на энергонии, то и многое другое тоже могло совпадать. Михаил ощутил пристальный взгляд Маргуда, полный разных эмоций, и незаметно подмигнул триварцу.

Глава 7

— Поверить не могу, - шипела Дрея, забивая общий канал.

— Хватит шуметь, - пытался успокоить ее Хваск.

Третий пират молчаливо целился в спину Михаилу, который трудился над "кадавром" - скреплял вместе обломки нескольких ремонтных экзоскелетов. Если судить по ним, эти неведомые Аргунаты смахивали на краглов, только трехметрового роста, и были помешаны на прочности и надежности, пусть даже в ущерб всему остальному.

В любом случае, несколько экзоскелетов развалились на куски при первой же попытке что-то с ними сделать и это натолкнуло Лошадкина на мысль. Дальше в ход пошли уже практически стандартные приемы, выявление источника питания, переподключение его к батарее Дреи и взлом управляющих систем, самая легкая из всех частей, так как тут не требовалось каких-то особых полномочий.

В то же время, система оповещения, активированная ранее, уведомила кусок экзоскелета, что прибыла ремонтная бригада, и этого оказалось достаточно. Пираты, как выяснилось, не захватили с собой нужных инструментов, так как первый выход у них всегда являлся разведкой и выяснением того, не включится ли что по дороге. Лошадкин и тут не растерялся, взялся за инструменты ремонтных экзоскелетов и нашел среди них вполне рабочий молекулярный резак-сшиватель, древнюю его версию.

Долго он, конечно, не протянул бы, но Михаилу этого и не требовалось. Выломав инструмент и запитав его (батарей пираты захватили с запасом), Лошадкин этим же резаком скроил себе экзоскелет по размеру. Как таковой, он ему и не требовался, по большому счету, но Михаил исходил из другого: сигналы экзоскелета о том, что он относится к ремонтным службам, общие очертания, все это могло уберечь от возможных срабатываний систем безопасности на кораблях, стоящих на палубе.

Но вообще, рассчитывать найти тут древнее все еще работающее "прыгло", как пираты обзывали гипердвигатель, это было, конечно, сильно. Не прямо свидетельствовало о их умственных способностях, но намекало, как они делают дела. Вкупе с их прилетом на сигнал гипермаяка и наглой высадкой... Михаил выдохнул и доварил последний шов.

Работа "электриком" успокаивала и приносила радость, помогала собраться и строить планы.

— Так, теперь будет скучная часть, - заявил Лошадкин, разворачиваясь.

Пират молча смотрел на него, не хватало только соломинки или спички, зубочистки, которую он бы жевал и перекатывал во рту. В отличие от низенькой грудастой Дреи и крепкого, широкого Хваска, пузатого и раздутого капитана Нессайи, этот молчун выглядел на удивление гуманоидно. Чуть подкрасить кожу, да замаскировать одеждой и вполне сошел бы за землянина.

Все это подталкивало поговорить с ним, наладить контакт.

— Проверим корабли, вдруг кто откликнется, - продолжил вслух Лошадкин.

Пират не отреагировал, но и мешать ему не стал, продолжил следить. Михаил в экзоскелете топал по палубе, пытался вызвать корабли "на ремонт", и вдруг получил отклик.

— Сканируй, - приказал он манопе, подходя ближе.

Что-то аляповатое, словно жирафа скрестили с автомобилем, а потом приделали крылья и украсили кусками вздувшейся пены. Тем не менее, корабль откликался и следовало как-то поработать с ним. Потоптавшись вокруг и взмыв, осмотрев сверху и снизу, Михаил осознал нехитрую истину. Во-первых, корабли строились для полетов по космосу и количество слабых мест в них, включая всякие ремонтные лючки, старались свести к минимуму. Во-вторых, наверняка среди кораблей имелись те, что использовали силовые поля вместо дверей, и проникнуть в них оказалось бы легче легкого.

Михаил покосился на все еще спорящих - по закрытому каналу! - Хваска и Дрею, и подавил желание подключиться к ним, взломать манопой и подслушать разговор. Наверное, они ссорились из-за того, что действовали неправильно все эти годы, тогда как могли бы уже купаться в древней добыче. И, в-третьих, корабли, пусть и были крепче всяких там ремонтных экзоскелетов, за прошедшие века тоже изрядно испортились.

Несколько секунд работы резаком, один хороший удар и Михаил оказался внутри корабля.

Десять часов спустя

Во тьме палубы кипела работа, подключились даже пираты, словно забыв о своих опасениях. Видимость, конечно, один из них всегда оставался вне досягаемости прочих и держал оружие наготове, на всякий случай. Но никто не бунтовал, Трорг просто равнодушно трудился и подставлял плечо. Не кипел энергией, но и не бегал от работы, делал, что прикажут и так далее.

С Маргудом дела обстояли хуже, пока Лошадкин не сообразил подключить его к работе над "электроникой", как он называл эту часть их самодельного корабля. Понукания и смешки от пиратов только злили триварца, работа над "электроникой" отвлекла и помогла проявить себя. Три глаза его все еще смотрели зло на Михаила, но все же иногда в них мелькало что-то еще.

До дружбы и побратимства с Маргудом было еще далеко, но первый шаг Михаил уже сделал. Опыт правления пятью народами опять помог, вкупе с просто здравым смыслом - на кого еще было опираться на корабле пиратов? Удивительно, конечно, что они вообще возились с невольниками, но состав их и малочисленность кое-что проясняли.

— Вон ту бери! - шипела Дрея. - Не эту, а вон ту!

Трорг молча бросил пластину обшивки, взял аналогичную, начал приваривать ее к прочим. Сами пираты просто схватили бы запасные части или там попробовали подвести свой кораблик ближе, чтобы перегрузить все на него, и наверняка на этом погибли бы, как сотни других "черных археологов" космоса. Конечно, у них не было манопы, но все равно такая недальновидность и жадность, близорукость даже удивляли.

Сам Михаил умирать не собирался, поэтому предложил иной вариант, над которым они сейчас и трудились.

Сварить свой ремонтный кораблик, очертаниями схожий с теми, что использовала погибшая цивилизация. Да, меньше размерами, да открытый космосу, ну и что? Зато сигналы правильные посылал, мол, ремонтник ползет. Эти мелкие "блохи" использовались как раз для внешних работ на обшивке корабля, и именно так Лошадкин собирался проскользнуть обратно.

Проползти - пролететь по ней, все равно у них не было с собой батарей, чтобы запитать какой-то из кораблей целиком. Для ремонта энергоустановки ему не хватало познаний и инструментов, даже с манопой Михаилу пришлось бы торчать тут месяц. Минимум. При всех батареях, пилюлях, памперсах и патронах регенерации дыхательных газов, провести тут столько времени просто не удалось бы.

Судя по обмолвкам Дреи и Хваска, они уже прикидывали свою экспедицию сюда.

— И вот тут крепи, дай, - Дрея вырвала еще один элемент "корпуса", начала крепить.

На взгляд Лошадкина, в этом не было необходимости. Им не требовалось преодолевать сопротивление воздуха, не требовалось идти в бой и так далее. Просто проползти по обшивке и чуть над ней, нещадно разряжая батареи, взятые с собой. К счастью, эти Аргунаты тоже пользовались антигравом, остальное было уже делом электрики и, собственно, батарей.

Но Дрея требовала и создавала подобие корабля, мол, она навигатор, ей вести корабль и поэтому надо сделать так, как она сказала. Трорг молча тащил и крепил, Хваск иногда спорил и отпускал язвительные замечания, но большую часть времени отбирал "добычу". Вламывался в кораблики и хватал что-то, Михаил все ждал срабатывания систем защиты, но так и не дождался.

Либо Хваску везло, либо пираты ранее слишком осторожничали.

— Так, давай попробуем, - Дрея спихнула Маргуда прочь с "ремонтного корабля" и ткнула пальцем.

Платформа завибрировала, но поднялась, проплыла над полом несколько метров.

— Управляемость дерьмо, впрочем, чего еще было ожидать от дерьма, сделанного из дерьма? - прошипела Дрея.

— Капитан на тебя плохо влияет, - хохотнул Хваск, принося еще порцию каких-то вещей.

— Хорош тащить дерьмо! - рыкнула Дрея. — Это я на него плохо влияю!

— Какое дерьмо? Древности! Знаешь, сколько они стоят?

— Не дороже твоей задницы, которой ты и думаешь!

Лошадкин наблюдал с любопытством. Они еще не спаслись, даже не выбрались с палубы, но Дрея, ощутив себя за пультом управления чем-то летающим, тут же сменила поведение. Очень любопытно, подумал Михаил, прикидывая, хватит ли батарей. Ремонтные кораблики - "блохи" - зачастую совершали прыжки, добираясь до места, "пауки" перебирали условными ногами. Ими же они при необходимости цеплялись за корпус и вскрывали обшивку, чтобы провести ремонт.

Разумеется, у Михаила и остальных не было такой возможности, но и антиграв выходил затратным... или нет?

— Не факт, что мы починим прыгло с этим дерьмом, а ты тащишь!

— Не шипи, - посоветовал Хваск. - Сколько джи тут нужно для отталкивания от корабля?

— Не ты будешь вести это корыто! Одна сотая лишняя и мы все улетим прочь, где нас и расстреляют!

Точно, подумал Лошадкин запоздало, ведь корабль и не давал гравитации за счет своей массы. Возможно, им даже удалось бы поднять платформу просто за счет систем своих скафандров? Но зачем ему экономить пиратам батареи - разве что для повышения шансов путешествия до основного корабля? Сейчас они, если примерно прикинуть, находились на противоположной стороне гигантского корабля, и им предстояло пройти по дуге внешней обшивки, возможно, там тоже предстояло какие-то трудности.

— Давай полетим по коридору, - в десятый раз предложил Хваск.

Видно, было, что ему не нравится такое предложение. Не нравилось оно и Дрее, так как их "ремонтный корабль" тогда пришлось бы ужать и добычи с собой, бесценного "мусора" прихватили бы намного меньше.

— Сам лети!

— Тогда не спорь! Хочешь добычи - соберись!

Как ни странно, это подействовало, Дрея заткнулась и переключилась на Маргуда, снова начала его гонять и ругать, пришлось Михаилу опять заступаться.

— А ты иди и открывай палубу! - приказала ему Дрея в ответ.

— Батареи для этого мне Санта-Клаус на оленях привезет? - хмыкнул Лошадкин.

Это его бесстрашное поведение явно злило пиратов, но одновременно с этим и сбивало с толку, а также добавляло какого-то подобия уважения.

— Кто? Какие еще олени? Ты что, вакуума наглотался, землянин?

— У меня имя есть, - напомнил Михаил.

— Имя, - вдруг щелкнула зубами Дрея. - Имя есть у тех, кто в экипаже!

Откровенно, подумал Михаил, и глупо. Если их, то есть невольников, считали за животных, то следовало бы заниматься дрессировкой, применять не только кнут, но и пряник - сахарную косточку? - чтобы животные потом не кусали.

Где-то глубоко внутри Лошадкина закипала злость. Он был человеком! Игроком, строителем, электриком! Космонавтом и правителем пяти народов, которого почитали, как живого бога! Возможно, ему следовало умереть тогда, во время атаки на пиратов, а возможно, следовало взять и отомстить им прямо сейчас! Напасть и разбудить системы защиты, нет, напасть, когда платформа подлетала бы к основному кораблю пиратов, чтобы их всех там убило!

Михаил покосился на Трорга и Маргуда, вспомнил рогатую Хлою и смирил себя.

— Я принес вам неплохую добычу, не так ли?

— И ты получишь свою награду на корабле, - со странной интонацией отозвалась Дрея. - Долю в добыче получают те, кто в экипаже!

Еще одно откровение, впрочем, ожидаемое. Тут было над чем поразмыслить, и Михаил перестал ее злить, тем более что изначальной цели - отвлечь ее от Маргуда - уже добился. Триварец отковылял на двух ногах в сторону, занялся каким-то прибором или деталью интерьера, или чем-то еще. Засунул две руки, третьей удерживал какой-то из своих инструментов, вроде удлиненного фонарика.

Похоже, именно так он и выживал, подумал Михаил, на ненависти к землянам и на знании всяких электронных штук, возможно, поэтому его и взяли в ту дипломатическую экспедицию? Экстра-специалист... теперь вынужденный влачить жизнь невольника и ковыряться в тысячелетнем дерьме, почти буквально.

— Обычно они все же спокойнее, - сообщил Михаилу Трорг, когда они оба оказались чуть в стороне.

Странное дело, общение по закрытому каналу могло происходить, где угодно, да что там, звуки через вакуум все равно не передались бы, но нет, Михаил не перестроился психологически. Отходил в сторону, разве что внутри корабля не прятался, для разговора с Троргом.

— Слишком на тебя злятся за то, что ты с ними сделал. Особенно Дрея.

— Ну да, - вдруг осознал Лошадкин. - Я же испортил ее любимый корабль.

То-то она все время ходила такая злая! Корабль пиратов, к тому же представлял собой помесь паззла с калейдоскопом, приправленную винегретом, похоже, они постоянно где-то куда-то влипали, затем латали на скорую руку, как сейчас.

Странно только, что их за это еще не схватили. Или они избегали тех областей космоса, где царили "закон и порядок"? Лошадкин прослушал общий курс и готовился, перед отправкой в экспедицию, но уже успел убедиться, что не все знания оттуда одинаково полезны. А некоторые так и вовсе бесполезны.

— Не думай, что твоя полезность тебя спасет.

— Не думаю, - заверил его Михаил. - Мне уже сказали об этом практически открытым текстом.

Они содрали еще один кусок обшивки, выглядевшей более-менее целым. Нет, даже не так, пришедшим в негодность меньше, чем соседи. Потащили его к Дрее, которая тут же впрягла Трорга, и сама схватила резак-сшиватель, начала приделывать кусок в хвост "ремонтного корабля". Или мусорного? Михаил решил, что пойдут оба назначения, более того, если чуть расширить, поставить опознаватели от обоих сторон, воевавших тут тысячи лет назад, можно было бы свободно летать по кладбищу кораблей, "ремонтировать и собирать мусор".

— Шевелись, что встал! - прикрикнула Дрея. - Открывай палубу, полетим уже!

Совсем охамели, подумал Лошадкин, потеряли голову от факта добычи и возможного спасения? В общем, пиратов тоже обуревали страсти и эмоции, следовало только воспользоваться ими... или погибнуть, как тогда с Нессайей, который уже готов был разнести Лошадкину голову.

Электрик Лошадкин потопал разбираться с закрытыми воротами палубы.

Глава 8

Космос выглядел именно так, как представлялось Лошадкину. То, чего ему так не хватило при отправке экспедиции - год назад! - и недодали чуть ранее, когда их открытый бот летел к исполинскому кораблю Аргунатов. Отвлекался на разглядывание обломков, боялся внезапных атак, ожидал удара в спину от Дреи.

Но теперь Лошадкин просто смотрел и упивался чернотой и безбрежным величием реки из звезд, текущей куда-то в вечность. Он знал, что это выдает в нем новичка, но ему было плевать. Все когда-то были новичками, все в первый раз выходили в открытый космос и восторгались им.

Или нет, наверняка было полно и таких живых. Плевать.

— Эй, землянин, хорош тосковать, - раздался голос Дреи. - Мы улетаем, с тобой или без тебя!

Лошадкин не стал говорить, что без него капитан Нессайя точно поимеет всех пиратов, участвовавших в вылазке, и поднялся, зашагал по обшивке корабля. Становилось понятно, зачем в эту авантюру включили Дрею, увеличивая и без того немалые риски, все ради таких вот моментов, когда потребовалось бы лететь или проводить какое-то старое корыто.

Не панацея, конечно, но рядовой пират с таким точно не справился бы.

— Молодец, - вдруг похвалила его Дрея, - раз вернулся, то получишь награду!

— Что за награду? - насторожился Михаил.

Дрея только скалилась, остальные ухмылялись. Лошадкин посмотрел вопросительно на Трорга, но тот уже впал обратно в свой "режим равнодушия", наверное, потому что они возвращались на корабль пиратов. Маргуд тоже сидел, уставясь в пол, лишь три руки его шевельнулись, будто он хотел вскинуть их.

— Увидишь, - пообещала Дрея, - тебе понравится! А если не понравится, то это твои проблемы!

Понятно, подумал Лошадкин, награда из разряда "ух мы тебе и дадим, ох дадим, эх, получишь ты тумаков!"

— Стартуем, - сказала Дрея.

Та электроника, что собирал Маргуд, и браковала Дрея, пошла на примитивный пульт управления не менее примитивным кораблем. Антигравитационной баржей, и то, это было еще мягко сказано. Приваренные куски, создающие имитацию контура ремонтных кораблей Аргунатов, да понизу каркас с листами, чтобы добыча не вываливалась.

Платформа заскользила вдоль обшивки, закруглявшейся, словно глобус. Звезды над головой ощутимо сдвигались, вызывая головокружение, но Лошадкин все равно смотрел на них, размышляя, не свалял ли он дурака. Вне рационализации попыток выжить, просто, не свалял ли дурака, ввязавшись в эти дела с пиратами?

Таня!

Облик ее вспыхнул перед глазами Михаила так ясно, словно и не было прошедших двух лет.

Таня!

Этих четырех букв хватило бы для оправдания любых дел с пиратами, но. Но. Глаза космической Тани размером с млечный путь взирали на Лошадкина, видели его насквозь и он мысленно вздохнул. Нет, Михаил и так не собирался мелочно ловчить, пресмыкаться и творить всякое, лишь бы выжить, но. Что он сказал бы Тане, спроси она его о времени у пиратов?

Михаил смотрел на звезды и не находил ответа.

Платформа плыла и плыла, благо внешняя поверхность гигантского корабля не изобиловала какими-то выступами или провалами. Мысли Лошадкина соскользнули с Тани к обитателям кораблей, потому что проще было думать об их трагической судьбе, чем о своей. Аргунаты или их враги (или у них была гражданская война?) любили квадратные формы, но сами корабли больше напоминали гигантские цилиндры, почему?

Где-то Михаил читал, что идеальная форма корабля - шар, и мол, сражения в космосе должны представлять собой битву шаров: максимум объема внутри, минимум поверхности снаружи и все такое. Возможно ли, что это была не битва, а просто бегство от чего-то и внутри кораблей летели последние представители цивилизации? Враги догнали их и дали бой, все погибли, и затем время и гравитация довершили остальное. Разломали, раскидали, уничтожили всех, кто не вписывался, а остальных собрали в эту кучку, кладбище. Настоящее кладбище, если это действительно эвакуировались гражданские.

Еще Михаил где-то читал, что войн в космосе в таком вот виде не будет и даже приводилось обоснование, почему. Наверное, так и обстояли дела там, у тех, кто перерос детские штанишки и песочницу, пошел дальше, стал существом из чистой энергии. Частью звезд? Возможно ли...

— Землянин! - вырвал его из раздумий окрик.

Лошадкин даже не стал оглядываться, манопа и без того пыталась достучаться до него. Мягко так, аккуратно, но пыталась, попутно работая с "ремонтным модулем" и рассылая сигналы, что мол ничего страшного.

— Ничего страшного, - зевнул Лошадкин. - Мы же свои, ремонтники - мусорщики.

Пираты поглядывали хмуро, и смотрелись они сейчас страшно. Пугающе. Местная звезда появилась и лучи ее падали почти горизонтально, лица пиратов казались масками смерти, резкими, застывшими, прочерченными страшными отметинами.

— Точно ничего? - уточнила Дрея.

— Да звезды их знают, - честно ответил Лошадкин. - У этих защит тоже наверное...

В них выстрелили и Дрея дернула платформу, словно пнула ее в космос. Они оттолкнулись от обшивки и взмыли выше, все выше и вбок и вдруг стал виден кораблик пиратов, все так же висящий на месте. Страховка, что никто не сбежит - ведь Дрея отсутствовала! - и мысль эта показалась Лошадкину вдруг невероятно дикой. Неужели за два года здесь, в будущем, он так изменился?

— Что ты сказал?! - прошипела Дрея.

Хваск уже стрелял сверху вниз, спеша поразить сработавшую систему защиты, и слова застряли у Михаила в горле. Словно огромный зверь просыпался и ворочался, но это была лишь игра воображения - основанная тем не менее на реальных фактах.

Корабль Аргунатов оживал, просыпался и ворочался, и Лошадкин слышал рокотание активирующихся систем. Воображение и сигналы манопы, которая улавливала исходящее от корабля - оживление? Активацию? Включение обратно?

Хваск стрелял и корабль обязан был выстрелить в ответ, несмотря на все сигналы, что это летит свой, ремонтник и мусорщик. Обязан, но не выстрелил, наоборот, то орудие, что стреляло в импровизированный корабль, вдруг само отключилось и спряталось.

— Вы! - визг Нессайи ворвался в наушники.

Капитан корабля пиратов даже не пытался скрыть своей паники и Лошадкин его прекрасно понимал. Шутки про блоху на спине слона были хороши, пока ты сам не оказывался в роли этой блохи. Не ощущал, что где-то там, рядом с тобой просыпается и движется исполинская, неумолимая сила, которая могла раздавить, даже не заметив, как сам Лошадкин не обратил бы внимания, наступи он на муравья.

— Вы что натворили?!! Вы!! - голос Нессайи сорвался.

— Спокойно, капитан! - прорычала Дрея, отбросив свое шипение. - Мы уже летим!

— Все летит в бездну! - раздалось в ответ.

Корабль оживал и просыпался, слал запросы и ремонтный модуль отвечал, пытался наябедничать о происходившем с ним, но манопа перехватила сигнал. К счастью, в ней не было инструкций "вступить в контакт" и поэтому манопа просто подчинялась Лошадкину и действовала сама, на скорости, недоступной ни одному человеку.

Об этом Михаил тоже читал, мол, люди должны и дальше улучшать себя, чтобы не отстать от техники, мыслить быстрее, менять тела, всякие там нейроны и мышцы, прогрессировать, уходя от биологического тела. Но этого не случилось и действуй он один, точно не успел бы ответить в срок.

В то же время, кому там было отвечать? Кто просыпался? Как все это еще работало? Лошадкин давил в себе панику и вспышку вопросов, зная на них ответы. Гибернация, из которой корабль и его обитатели уже не смогли выйти сами. Порча систем от времени и самопроизвольные срабатывания, корабль Аргунатов продолжал кружиться бессмысленно, пока сюда не прибыл Лошадкин.

Ведь до этого неоднократно сюда прилетали пираты и все было в порядке, не так ли? Сигналы манопы, обстрел снаружи, пролет вдоль обшивки, то, на что никогда не решались пираты или сигналы ремонтных служб? Что-то стриггерило древний гигантский корабль и причина тут, пожалуй, была не так важна, как возможность притворяться своим, а потом свалить прочь.

— Бросайте то, что взяли!

— Никогда!

Конфликт крепчал, отметил Лошадкин, одновременно с этим понимая, что они взмыли прочь от корабля и уже не могли отталкиваться от него. Но Дрея, как выяснилось, предусмотрела и это, моментально мелким колобком перекатилась, пробежала по днищу и развернула излучатели, вернулась за пульт. Ремонтная платформа летела под углом, направляясь по пологой дуге к пиратскому кораблю. Михаил ожидал, что часть добычи разлетится, но пираты предусмотрели и это, похоже жадность обостряла их разум.

Тем не менее, сейчас он был ошарашен видом этого забега, точнее говоря, насколько привычно действовала Дрея. Сам Михаил, даже зная, что скафандр его удержит, еще сто раз подумал бы, а Дрея просто промчалась и сделала, более того, прибавила скорости!

— Землянин!

— У меня имя есть!

— Махуил!

— Сама ты Дурея! - вырвалось у Лошадкина.

Да, он пытался убить пиратов и не смог, но все же кое-чего добился. Убил страх перед ними, не собирался трястись и пресмыкаться. Правда, за него и не брались еще всерьез, не пытали и не пытались сломать, но Михаил знал, что его акции сейчас резко пошли вверх. Оставалось только выжить и долететь до корабля пиратов, и как-то удрать отсюда, мелочь, ерунда.

— Хру-хру-хру-хру!! - донеслись звуки.

Михаил даже не сразу понял, что это хохочет капитан Нессайя. Словно хрюкал огромный боров и сходство их обликов вело к ложной аналогии с хрокагами. Но Нессайя не был хрокагом, напомнил себе Лошадкин, опять вызывая перед глазами сцену массового убийствам там, перед замком экспедиции.

— Ругаются, значит надежда есть! - провозгласил капитан.

Сам Михаил не был бы так уверен, но выяснилось, что он недооценивал пиратов. Недооценивал Михаил пиратов и в другом, на подлете Хваск ловко надел ему обратно ошейник, защелкнул, ничуть не смущаясь космосом вокруг. Лошадкин ожидал чего-то такого, но в то же время втайне надеялся, что пираты забудут, на фоне всего случившегося, добычи и пробуждения древнего корабля.

Вот тогда он взломал бы их корабль, но не подал вида!

Платформа промчалась и почти влетела в кораблик пиратов, распахнувший трюм. Дрея виртуозно зарулила внутрь и пираты тут же набросились на добычу, даже не дожидаясь, пока трюм закроется, а вакуум сменится атмосферой. Словно муравьи, нет, стая каких-то хищных жуков, они набросились на гусеницу-добычу, разодрали и потащили, словно забыв, что этот древний хлам столько времени провел в космосе.

Как выяснилось, не забыли, что-то вспыхнуло, другое развалилось, третье уронили и сломали, так сказать, стремительная проверка на прочность. Все уцелевшее тут же сканировали, сушили, разбирали, слушаясь Дрею, которая покрикивала и командовала, указывая, откуда надо тащить в первую очередь.

Хваск и молчаливый пират проследили, чтобы Михаил, Трорг и Маргуд сдали свои скафандры и инструменты.

— Молодец, - хлопнул Лошадкина по плечу Нессайя.

Едва не сломал, Михаил аж присел.

— А я вдвойне молодец, что разглядел такой драгоценный камень посреди дерьма! Валите мыться, от вас воняет, получите двойную порцию хрючева и выпивки сегодня!

— А долю в добыче? - спросил Михаил, но Нессайя уже присоединился к общей свалке жуков-пиратов.

Мелькали технические термины, и у Лошадкина вдруг волосы встали дыбом. Они собирались присоединять все это к своему "прыглу" наугад? Даже с защитой от дурака такое не могло закончиться ничем, кроме катастрофы. Часть гипердвигателя функционировала, насколько понимал Лошадкин, позволяла двигаться с какой-то там скоростью, просто пираты, наверное, не могли возвращаться к себе домой целый год.

Где вообще находился их дом?

— Мыться! - рядом оказалась Дрея, радостно скалясь, словно собиралась укусить Лошадкина.

— Работать! - прорычал ей Нессайя.

— Я обещала ему награду!

— Награду? - изумился капитан. - Так он и правда вам помог?!

Взгляд Дреи, уже скинувшей с себя одежды (и тоже вонявшей, скажем прямо), заметался, словно она не хотела признавать услуг Лошадкина. Но в то же время, хотела отдаться ему? Или воспользоваться им.. возбудившись от мощи его действий?

— Помог! - прорычала Дрея, вскидывая верхнюю губу, словно собака.

До этого она напоминала больше фиолетового ящерицу, нет мини-динозавра с широко расставленными глазами, только без толстого хвоста. Две пары грудей торчали, будто целясь в Лошадкина и все это показалось ему вдруг отвратительным. Нессайя, наоборот, расплылся в радостном оскале и протянул к Дрее ручище, огромный кулак.

— Будешь еще бунтовать?

— Я обещала!

— Бунтовать?

— Награду!

— Так выдашь потом, когда будем отмечать спасение.

— Но я обещала!

— Также ты обещала убить его, - почти ласково напомнил Нессайя.

Он наклонился, словно хотел потрепать Дрею по голове, сдавил за шею и тут же выпрямился, вздулся, будто рыба-еж.

— РАБОТАТЬ!!! ВАШИ ЖОПЫ САМИ СВОЕ ДЕРЬМО НЕ СПАСУТ!!!

Дрея попыталась оскалиться, но получила ободряющего пинка и напутствие "Работать!" и в чем-то Лошадкин капитана понимал и одобрял. Следовало уносить ноги, пока корабль не "проснулся" окончательно, и не расстрелял злобных воришек, а то и вовсе диверсантов. Дрея вклинилась в кучу пиратов, и работа там закипела вдвое быстрее, но в то же время Михаил отметил, что стычка с землянами далась пиратам дорогой ценой.

Вполне возможно, что его нападение в комбайне уполовинило их численность.

— Мойся и благодари меня, землянин, - обратился к нему Нессайя. - Баракудианки могут спариваться до тех пор, пока самец не оплодотворит их и вряд ли твое семя способно на такое.

— Могут спариваться с кем угодно?

— Да, даже сами с собой, - вдруг ответил Нессайя. – Но чем-то ты нашу Дрею зацепил, так что давай, мойся и вперед, работать!

— Разве я не заслужил...

— Долю в добыче? Она пойдет в оплату того, что ты сотворил с моим кораблем! И радуйся, что сумел добыть нечто полезное, иначе мои пираты все же насрали бы тебе в череп!

После этого капитан Нессайя снова захохотал гулко, а пузо его колыхалось, сотрясая корабль и вызывая у Михаила приступ морской болезни.

Глава 9

"Ремонтная платформа" тихо утащила "кучу мусора" (то есть сам пиратский корабль) в сторону, якобы вывозя этот самый мусор. Дожидаться полного пробуждения корабля Аргунатов никто не собирался, тот или взорвался бы, или начал стрелять во все подряд и уж точно прихлопнул бы мошку - пиратский корабль, носивший название "Вольная стрела".

Поэтому корабль отползал в сторону, пока сами пираты лихорадочно перебирали и браковали "добычу". Стоило бы вообще удрать на том ускорении, что еще выдавало "прыгло", но насколько понимал Лошадкин, пираты боялись попасть под выстрелы или что двигатель не сработает, а они окажутся в списке враждебных целей. Поэтому они вначале отползли, попутно приваривая и приделывая замену в свой двигатель, и только потом резко дали деру.

— Вернуться?! - грохотал Нессайя. - К вот этому?!

— Капитан, ты представь, если эта дура стухнет, а мы с нее снимем рабочие системы! - воскликнул кто-то из пиратов.

— А еще лучше, воткнем свою контрольку! - добавила Дрея.

Она недовольно скалилась в сторону Лошадкина, но уже не пыталась набиться потереть спинку.

— Заманчиво, - признал Нессайя, оглаживая округлый подбородок и бросая взгляды в сторону Михаила. - Но сами мы не осилим, надо будет собирать армаду.

— Тут хватит..., - дверь закрылась, отрезая спор пиратов.

В спину Михаила и остальных не толкали, просто Хваск проводил их в ту же камеру - каюту и активировал барьеры, или они сами включились, Михаил так и не разобрал. В голову лезли глупые мысли - ощупать все, чтобы наладить контакт через манопу - но Лошадкин сдержался.

— Ты слышал! - гневно воскликнул Маргуд. - Теперь они будут творить ужасные вещи!

— Они еще даже не удрали, - пожал плечами Лошадкин, - а мечтать о захвате корабля им никто не запрещает.

— Но они!

— Маргуд, они ничего еще не сделали сами, - бросил Трорг. - И добились этого только благодаря Михаилу.

— Который охотно помогал им! - сверкнул тремя глазами Маргуд.

— Спасая ваши жизни, - вздохнул Лошадкин, которого все это начало уже угнетать.

— И свою!

— Да, и свою. А также жизнь Хлои, - он указал на рогатое создание в углу. - А на пиратов мне плевать, я пытался уничтожить их корабль!

Судя по сверканию глаз Маргуда, сделал это Михаил от общей злобности землян, кидающихся на все живое вокруг, лишь бы убить. Похоже, даже помощь во время вылазки на корабль Аргунатов, не помогла, слишком уж укоренилась ненависть к людям в триварце. Или он просто повредился головой, так как ненавидеть, вообще-то, следовало бы ысынгунов.

— Слушайте, что за история с этими ысынгунами? - спросил он у Трорга. - Чего все с ними так носятся?

Серокожий вендарец посмотрел, затем видимо вспомнил прошлые вопросы Михаила, выдававшие в нем "космического новичка".

— А землянам обидно, что с ними так не носятся, - проворчал тихо Маргуд.

Сел, закрылся тремя руками, охватив три ноги, словно решил поиграть в колобка. Закрылся. Зато внезапно шевельнулась рогатая агемка, приподняла голову и сказала слабым голосом.

— В следующий раз не спасай меня. Лучше умереть, чем так жить.

— Я уже пытался умереть и убить, - признался Лошадкин, - правда не знал тогда о вас.

Стал бы он сдерживаться? Вряд ли, трупы его подданных, устилавших склоны холма в три ряда, и атаки на землян, все это бросило Михаила в самоубийственную атаку. Да, то зрелище до сих пор жгло его изнутри, но этот жар охлаждался мыслью, что удалось спасти всех остальных. Пираты драпали от кого-то, значит, сигнал маяка получили не только они. Наверное.

Хлоя в любом случае не собиралась его слушать, снова распростерлась на полу. Следовало бы поговорить с ней, прокрасться в душу, зажечь огонь и подбить на совместное мщение пиратам, но Михаил сомневался, что осилит такое. Навредить вот вышло бы запросто, особенно самой Хлое.

— А почему она не покончила с собой?

— Она - агемка, у них так не принято, - пояснил Трорг.

Слабый какой-то довод, подумал Михаил, опять переводя взгляд на Хлою. Надо полагать, у них также не было принято, чтобы девушки в одиночку сбегали навстречу романтике, особенно с учетом попыток получить за нее выкуп. Мол, родственные связи у агемцев сильны, они выкупят, так чего тогда Хлоя сбежала в одиночку? И почему ее до сих пор не выкупили?

— Это наказание мне за то, что я нарушила наши законы! - вдруг взревела Хлоя, вскакивая с места.

Ринулась на барьер, будто хотела забодать его, получила удар и отлетела, но не потеряла сознания. Михаилу очень хотелось спросить, как тут у них дела обстоят с сексом между разными инопланетянами. Ну сам он вот вожделел Алатею (схожую с Хлоей, надо заметить, родственные народы?), но это было нечто визуальное. Дойди дело до секса, что случилось бы? Понятно, что он не подарил бы Алатее яйцо, но сам секс вообще доставил бы им наслаждение или пришлось бы прибегать еще к чему-то дополнительному, смазкам и игре воображения, как с резиновыми куклами?

С другой стороны, была же та далка, в которую он влюбился... но она, хоть и робот, все же была сделана для людей. А с инопланетянами как? Или это в нем вдруг зазвучало эхо обладания пятью женами без обладания ими в физическом смысле? Хлоя, у которой закончилась вспышка гнева и самобичевания, легла и снова впала в депрессию, свернулась в клубок.

— Она пыталась убиться на миссиях, - вдруг сказал Трорг, - но капитан после этого приказал ее туда не брать, а жаль.

— Жаль? - переспросил Михаил, снова кидая взгляд на Хлою.

Та лежала, словно не слыша их. Одежда на ней выглядела весьма заношенной - хоть и не доходило до дырок и лохмотьев - нечто вроде универсального комбинезона - скафандра, выглядевшего так, словно Хлоя носила его годами, не снимая.

— Жаль, - равнодушно повторил Трорг. - Сражалась лихо, может и убилась бы, закончились бы ее страдания.

— А ты сам? - вдруг спросил Лошадкин.

— Мне все равно, - ответил Трорг, глядя в пол.

Но ему было не все равно, Лошадкин это ясно видел и раньше. Что-то еще оставалось в Трорге, мелькало любопытство, вспыхивала жажда жизни. Проблески эмоций, словно черепаха высовывала голову из панциря равнодушия и тут же пряталась в него, пытаясь выжить. Или не страдать? Тоже своего рода защитный механизм, может даже не совсем добровольный.

Ненависть к землянам у Маргуда, маниакальная депрессия у Хлои, равнодушие у Трорга - словно в плену у пиратов выжили только те, кто сошел с ума тем или иным образом. Оправдано ли было экономически их содержание здесь? Сомнительно, но посмотрев на пиратов, Лошадкин уже успел убедиться, что зачастую целесообразностью и разумом там и не пахло. Могли ли невольники помочь Михаилу в его задаче? Возможно, но опять очень сомнительно.

Бросить их равнодушно на произвол судьбы, но что на это сказала бы Таня?

— Мое тело адаптируется и выживает, - вдруг добавил Трорг, - а я ему не мешаю. Однажды оно не справится и тогда я тоже не буду ему мешать, ясно?

— Более чем, - кивнул Михаил.

Корабль вдруг вздрогнул, задрожал мелко, словно опять "прыгло" пыталось выйти из строя и заработал уже тихо. Похоже, пиратам удалось найти и установить замену, без его помощи, подумал Лошадкин, испытывая нечто новое. Не обиду, что справились без него... разочарование, что не удалось блеснуть мощью "электрика", пусть и с помощью манопы? Что-то такое.

Пугающий симптом, отметил Михаил, словно ему хотелось подружиться с пиратами и помогать им. Рационализация Стокгольмского синдрома или что-то в этом духе. Не сумев убить пиратов сразу и ударившись в выживание и прочее психологическое бла-бла-бла. История с сектой "Добрый мир" ясно намекала Лошадкину, что по этой части у него слабина.

— Полетели, - заметил Трорг.

— А куда?

— В вольное пограничье, куда же еще?

— А галактический код? - жадно спросил Михаил.

Самоназвания планет и рас, цивилизаций могли быть какими угодно, и отличаться в разных уголках галактики. Но для навигации и взаимодействия все равно требовалась некая единая база, словно дорожные знаки времен прошлой жизни Лошадкина. Нечто унифицированное и понятное повсюду, без электронных помощников и баз. Каждая планета и система получали свой уникальный код, и по нему манопа смогла бы сказать, далеко они от Земли или нет.

Трорг лишь пожал плечами.

— Ладно, - вздохнул Михаил. - Так что там с ысынгунами?

Все равно им было нечем заняться в полете, разве что глазеть друг на дружку и болтать. Хитрый ход, вдруг подумал Михаил, пиши разговоры круглые сутки, невольники сами все выдадут, не смогут же они договориться без слов? А по одиночке, не сговорившись, бунта не устроить. Ему все еще оставался непонятен смысл и целесообразность такого "космического рабства", но Михаил уже успел убедиться, что в целом не слишком разбирается в жизни галактики.

— Ысынгуны, они из сильных, - ответил Трорг. - Так называют те цивилизации, что энергетически богаты, распространились по массе систем и независимы. Как правило, они сами овладели в какой-то момент секретами энергония, не просто вышли в космос, но еще и не дали подняться другим.

— За счет превосходства в энергии и технологиях?

— Да.

— Так они подавляют и эксплуатируют другие цивилизации?

Все это не сходилось с "вольной галактикой" и информацией, полученной на Земле, но кто знает? Возможно, что и рабство у пиратов было лишь отголоском общих космических порядков?

— В каком-то смысле, - безразлично ответил Трорг, глядя в стену. - Они прилетают колонизировать систему, находят там цивилизацию. Вступают в контакт, новые живые летают на их кораблях, покупают у них запчасти и энергоний, пользуются их технологиями, не понимая сути. Живые расселяются по другим планетам своей системы, уступают часть Сильным, может начинают осваивать соседние системы, без разницы. Они пользуются чужой техникой и энергонием, и зависят от них.

— При этом уступая в уровнях развития техники, поэтому они слабые, понятно, - отозвался Лошадкин. - Но разве не пытаются они развивать свою технику, искать свой энергоний?

— Пытаются. У кого-то получается, у кого-то нет. Сильные обычно не держат кого-то специально, просто действуют, как хотят, на то они и сильные. Пытающимся освободиться от них, приходится нелегко, нужно и свое развить, и от чужого избавиться и не дать соседям себя съесть, если возникают какие-то конфликты.

— А что, сильные и это регулируют?

— Неофициально. Просто если двое начнут войну и заденут интересы Сильных, те вмешаются и прихлопнут обоих, поэтому все предпочитают вначале спросить разрешения. Но если система пытается шагать своим путем, то Сильные уже как бы и не защищают их и не вмешаются.

— Неофициально, - добавил Михаил.

— Да. Возникают сферы влияния разных сильных цивилизаций, они переплетаются, но чаще всего не смешиваются. Есть те, кто живет без них, есть те, кто живет за пределами их сфер влияния. Обычно такие системы и называют вольным пограничьем.

— Дикий запад, - пробормотал Лошадкин, наконец уловив суть.

— Что?

— Да так, вспомнилось из истории моей планеты. Ысынгуны, стало быть, Сильные, понятно, но почему тогда у (он посмотрел на Маргуда) претензии к Земле?

— Потому что Земля, - Трорг замолчал.

То ли обдумывал слова, то ли сдерживал ругательства.

— Ысынгуны не просто Сильные, - вдруг сменил он тему, - они пожирают всех и вся на своем пути и даже не пытаются с кем-то дружить. Управляющий ими разум швыряет орды ысынгунов в атаку и те нападают и берут, что хотят. Если им дают отпор - они возвращаются и снова нападают, если не дают, пожирают все вокруг и забирают добычу. Только другие Сильные могли дать им отпор, и это еще одна причина, почему слабые держатся за них. Приятно жить на воле в пограничье, но в любой момент из гиперпространства могут появиться биокорабли ысынгунов, которые хлынут потоком в систему и сожрут там все.

— Они нападали и на Землю, - припомнил Лошадкин.

— Им никто не указ и у них нет запретных целей. Если им нужно, они нападают и на сильных. Формально, вольное пограничье, куда мы летим, находится в сфере влияния Дитрана, но по факту, они там сами по себе. Земля вышла в галактику лишь недавно, но с ходу заявила о себе, как о Сильных, такого не было с тех времен, когда нечто подобное сотворили Аупо. Земля дала отпор всем, включая все тот же Дитран и ысынгунов, более того, вы, люди, начали активно расселяться и занимать другие системы, а также протянули руку помощи слабым. Вот такого точно еще не было, но возможно, это просто от того, что вы еще младенцы по меркам галактики.

— Вот сейчас обидно было, - пробормотал Лошадкин.

— Повзрослев и окрепнув, вы бросили бы, скорее всего, эту помощь слабым и возню с ними, стали бы, как другие сильные. Но сейчас Земля провозгласила этот союз систем, учит, помогает, возглавляет, зовет к себе слабых, понимаешь, к чему я веду?

— Понимаю, - признал Лошадкин. - Раз мы - Сильные и пригласили к себе слабых (еще взгляд в сторону Маргуда, который так и сидел, словно в коме), то мы несем за них ответственность, да?

— Да, - ответил Трорг.

Михаил замолчал подавленно, не зная, что ответить на такое, и разговор тут же закончился.

Посидев некоторое время, Лошадкин лег и уснул, и проснулся много позже от грубого толчка в бок.

— Вставай, - бросил свысока Хваск. - Пришло время заглянуть в дерьмо в твоей черепушке.

Глава 10

Михаил напрягся, готовясь к последнему бою, затем отметил, что корабль уже не дрожит. Или снова сломалось "прыгло", или они прилетели куда-то.

— Капитан обещал нам двойную порцию еды, - сказал Лошадкин.

Прозвучало это так жалко, что он тут же преисполнился отвращения к самому себе.

— Получишь, - оскалился Хваск. - Будешь тянуть время - получишь обещанное с приправой из тумаков.

Михаил поднялся и пошел по кораблю, следуя указаниям Хваска. Далеко идти не пришлось, впереди показалась открытая дверь и Лошадкин ступил на аппарель, невольно вскидывая руку. Яркое голубое солнце заливало все вокруг лучами, спеша испепелить на месте. После черноты и холода космоса, контраст яркого света и жара показался особенно нестерпимым.

Жаркий, влажный воздух, полный странных запахов с отвратительными нотками. Лошадкин сделал еще несколько шагов, ступив на горячее покрытие космодрома. Нечто вроде бетонных плит, но словно сделанных из пластика.

— Капитан! - крикнул Хваск.

Появился чавкающий и жующий что-то на ходу Нессайя, довольный как слон. Собственно, он и напоминал своим видом жирного слона, только без хобота. Рядом с ним парила какая-то штука, из которой доносился голос на местном. Нессайя ответил что-то, махнул рукой, и штука умчалась вдаль.

— Ебучая таможня, проглоты сраные, - проворчал Нессайя, оказываясь рядом.

— Ломят? - спросил Хваск.

— Кырдачат, бабулеры сраные, - ответил Нессайя. - Пусть утрутся, чеплаги, древнее дерьмо оно и есть древнее, зукаргу им в глыгу, а не наши денежки. Дерьмо бачкуков им в выхлоп! Ну что, землянин, готов внести свою долю в добычу? Поработать головой, но не для Дреи!

Он и Хваск загоготали, из рта Нессайи летела слюна и кусочки еды, словно капитан пиратов решил вдруг произвести максимально отвратительное впечатление на Михаила. Сам Лошадкин, пытавшийся рассматривать космодром, ощутил холодок внутри.

Умолять не вынимать манопу? Глупо и жалко.

Кинуться в атаку? Практически бесполезно, оружия нет, да и размерами Лошадкин им уступал.

Говорить что-то о Хандрате? Еще глупее.

— То есть я теперь тоже участвую в разделе добычи? - спросил он с вызовом.

Нессайя остановился на мгновение, затем снова захохотал, хлопая себя по пузу. Одежда на нем облегала его, словно пузырь, и Нессайя колыхался, будто матрас с водой. За его спиной продолжалось движение, роботаможня что-то оценивала, пираты таскали и передвигали ящики.

Странно, что они так мало использовали роботов на корабле, подумал Лошадкин.

— А это уж как мясник решит, - вдруг остановился Нессайя. - Но ты мне нравишься, землянин! Из тебя вышел бы неплохой наемник!

— Да? - саркастично спросил Михаил.

— Конечно! Наглость и бесстрашие у тебя уже есть! А теперь залезай.

Лошадкин послушался и залез в местный аналог автомобиля. Сиденья, мотор, руль, даже запах шел с нотками дизельного топлива, хотя и более тошнотворный. Хваск сел за руль, Михаил рядом, Нессайя занял все сзади и снова начал чем-то чавкать.

Они поехали прямо по полю, Лошадкин глазел на то, как несколько кораблей одновременно садятся и взлетают с поля. Оживленный космодром? Захолустный полустанок по космическим меркам? Он не взялся бы сказать, а спрашивать не хотел, не своих попутчиков.

Попытался наслаждаться поездкой и видами города вокруг - космодром находился на окраине, но не слишком далеко, словно аэропорты в прошлой жизни Михаила. Вокруг мельтешили инопланетяне, но преобладали среди них вытянутые и в чем-то грациозные гуманоиды с прищуренными глазками и голубой, под цвет солнца кожей. Казалось, что она прозрачна и видно, как в них течет... кровь?

— Даже не спрашивает куда едем и не пытается сбежать, - вдруг заявил в спину Нессайя.

— Я ж говорю, у-у-у-умный, - издевательским тоном протянул Хваск.

Ударить в бок, перехватить руль, дернуть и устроить аварию, подумал Михаил. Выпрыгнуть, если получится, может сбить контрольное устройство. К ошейнику ему прицепили нечто вроде поводка, который даже отключить не удалось бы, из-за ограничений манопы. Не сказать, что Лошадкин сильно ярился, на фоне прочих мерзостей пиратов эта даже не выглядела чем-то выдающимся.

Просто отметил про себя, что надо бы как-то обработать ошейник, чтобы тот лишь делал вид, что работает, а на самом деле не ограничивал манопу. В целом же Михаил вдруг понял, что просто смирился с готовностью умереть в любой момент. Все началось еще с атаки комбайном и продолжилось затем, вылилось в эти его "бесстрашие и наглость", хотя, по сути, было ближе к равнодушию Трорга.

Не избегай Лошадкин пафоса, сказал бы что-то о равнодушии самурая, готового к смерти.

— Это хорошо, сильных у нас хватает, а вот с умными проблемы, - бросил Нессайя.

Дома вокруг и улицы, если убрать инопланетян, то вполне могло бы сойти за город на Земле, экспериментальную застройку. Трапециевидные окна выходили только на одну сторону, северную, скорее всего, в общем ту, куда не заглядывало солнце.

— Так это потому, что от умных одни проблемы, вы всегда так говорили, капитан, - словно пытаясь подольститься, заявил Хваск.

Он умело маневрировал в плотном потоке машин, вклинивался, подрезал, на этой планете, похоже, отсутствовала единая транспортная система. Тем не менее, никто не стоял в пробках, ехали, ныряли вниз и уходили вверх по эстакадам и развязкам, и все двигалось и бурлило, не находилось в сонном забытье, как полагалось бы захолустью.

— Это верно, говорил, - самодовольно согласился Нессайя. - Ну так что скажешь, проявил себя землянин на миссии?

— Проявил. Слишком умный, будут проблемы, - кивнул Хваск.

Резко свернул и ушел под землю, все вокруг резко стало прохладнее и свежее, Михаил даже поежился немного. Нарочитый разговор двух пиратов слегка раздражал, но не более, поддаваться на их уловки Лошадкин не собирался. Ясно было, что все уже решили за него, а эти разговоры лишь насмешка, легкая месть за порчу корабля, радуйся, мол, что не убили, лишь подкалываем.

Легкая месть в добавок к тому, что из него собирались извлечь манопу.

— Но пока что он вроде их решил?

— А кто пробудил корабль? - вдруг спросил Хваск.

Нессайя похмыкал сзади, Михаил сидел и смотрел по сторонам. Туннели - улицы, дома, выходящие окнами и дверьми на них. Магазины и живые, какие-то лотки и зелень, деревья местных образцов, не похожие на земные. В верхней части туннелей гудел воздух, создавая непрерывный шум, и пару раз пронеслись воздушные автомобили, причем на очень высокой скорости.

Все это было странно и необычно, вызывало подозрения - не рухнет ли город сверху на головы? Как местные жили в таком постоянном гуле? Или они его не замечали? Их так беспокоило солнце, что они забрались под землю?

— А, землянин, кто пробудил корабль? - ткнул его в бок Хваск.

— Спросите у него сами, - огрызнулся Михаил.

Пираты захохотали громко, какой-то автомобиль рядом даже шарахнулся в сторону. Михаил ощутил злость, ведь если бы он пробудил корабль, разве дал бы пиратам вот так и дальше свободно гулять?

— Может и спросим, может и спросим, - пообещал Нессайя. - Посмотрим, что скажет мясник.

Схватить инструменты и биться, благо год жизни на чужой планете не пропал зря, Михаил научился владеть холодным оружием. Проблема заключалась в том, что у его противников было огнестрельное, да еще и защитные силовые поля (генераторы скафандров поблескивали на поясах), но кто сказал, что последний бой обязан быть честным?

Автомобиль как раз замедлил ход и свернул внутрь стены туннеля, оказавшись на подземной парковке. Типовой, судя по отсутствия припаркованных автомобилей на улице - возможно, чтобы тяга воздуха по туннелям была лучше? Михаил опять припомнил поговорку про чужой монастырь, но строитель в нем внутри так и чесался, желая переделать тут все.

— Доброго холода вам, уважаемый капитан Нессайя, - раздался мелодичный голос.

Девушка? Парень? В общем голубокожий абориген с огромными глазами и очень привлекательным голосом. Словно вибрирующим в такт этой подземной дрожи

— Доброго холода вам, уважаемый второй помощник Хваск.

— Ха, Цинтигли, я теперь старший помощник! - похвастался тот.

Абориген еще раз поклонился, поздравляя Хваска. Старпом и навигатор ходили с Лошадкиным? То ли Нессайя любил рисковать, то ли раздор с командой вышел глубже, чем видел сам Михаил. Они прошли "внутрь", и попали к этому самому "мяснику", хирургу, специализирующемся на всяких имплантах и заменах, насколько понимал Лошадкин.

Хотя, скорее всего, процедура в развитом технологически обществе была упрощена, нажимай кнопки да командуй, аппаратура сама все сделает. Недаром Хандрат брался извлечь манопу прямо там, на "Вольной стреле", и переживал из-за дрожи, а не всяких там защит.

— Нессайя! - воскликнул "мясник". - Мой самый любимый капитан!

— Цондрогу, я привез тебе землянина, - оскалился Нессайя.

— О!

Голубокожий абориген, очень похожий на предыдущего... помощника? Нечто вроде фартука с карманами на теле и вблизи Лошадкин увидел, что ничего под кожей не переливается. Может, померещилось там, наверху? Цондрогу тем временем обошел Михаила кругом, словно разглядывая товар (в чем-то так оно и было!), и стало видно, что он примерно одного роста с Лошадкиным.

— Настоящий?

— Нет, поддельный, - вырвалось у Михаила.

Никаких инструментов рядом не валялось, нечего было использовать как оружие. Возможно, этот неведомый мясник и не использовал ржавых скальпелей, костяных пил и крючков, и прочего арсенала пыточной камеры? Но что поделать, если при словах о "мяснике", перед глазами Лошадкина вставал именно громила-хирург, в заляпанном кровью фартуке и с огромным мясницким тесаком в руке? В дополнение к образу, хирург почему-то еще и курил, не вынимая сигареты из зубов, и дым вился по помещению, подвальному помещению морга.

— Еще и наглый, как сотня Трасков, - весело добавил Нессайя.

— Землянин же, - отозвался Цондогу так, словно это все объясняло.

Лошадкин вдруг припомнил слова Руслана о "спасательных операциях". Возможно, здесь речь шла о чем-то подобном, но надеяться на то, что небо вдруг заполнится высаживающейся Мобильной Пехотой? Глупо. В то же время, это была возможность, о которой не подумал сам Михаил. Не бежать, а подать весточку, сообщить, где он находится.

Определенно, проделать такое было легче - только избавиться от ошейника!

— Что скажешь?

— Скажу, что это будет непросто, - совершенно по земному поцокал Цондогу. - Снимите с него ошейник.

— Ты уверен?

— Я же не учу тебя, как быть вольным наемником!

Вольным наемником, ха, подумал Лошадкин, еле сдерживаясь от предвкушения. Пират он и есть пират, чего там!

— Активировать защиты перед сканированием! - хлопнул в ладоши Цондогу. - Режим враждебного импланта!

Бронированные жалюзи на окна не наехали, да тут и окон-то не было. Освещение не моргнуло, ничего не изменилось, кроме того, что Хваск коснулся ошейника и снял его.

— Раздевайся и залезай, - указал Цондогу на емкость.

— Э-э-э.., - выдал в ответ Михаил.

Манопа мягко щупала окружающее пространство, но не находила зацепок. Режим враждебного импланта работал, и Лошадкин сомневался, что сможет незаметно взломать защиты. Взломать - да, но незаметно - нет, поднимется тревога и его засунут в этот... чан?

— А, боязнь обнажения, ну не раздевайся, - равнодушно отозвался Цондогу. - Будешь должен мне за то, что впитает твоя одежда.

— У него нет денег, - вмешался Нессайя.

— Добавлю стоимость к общей, - посмотрел на него снизу вверх Цондогу.

Пришлось Михаилу раздеться и залезть в какое-то подобие геля, накрывшего его с головой. Чан и электроника в нем начали просвечивать Михаила, но попутно и он получил возможность подключения, так как подобные вещи всегда работали в две стороны.

Правда, ничего особого Лошадкин этим не добился, кроме возможности слышать разговоры снаружи.

— Видишь, имплант связан с ним на уровне тела.

— Хандрат говорил об этом, - ответил Нессайя. - Мол, нужно вырастить кусок плоти.

— Для сохранения импланта - да, но не для работы. Без обид, но ваш Хандрат тот еще мясник, и даже если бы он вырастил кусок плоти и перенес в него имплант, что дальше, Нессайя?

— Подсадил бы его одному из своих, кто лучше подошел бы, ты что, Цондогу! Сто раз такое делал!

— Я это делал с дешевыми, взломанными имплантами, и много ты с ними добился? А с этим добыл всякого, как я слышал.

— Слухи разносятся быстро, а?

— Так ты вернулся с такой добычей, теперь тебя многие захотят поцеловать в зад.

— И ты первый?

— Думаю, за пару кредов найдется толпа желающих хоть поцеловать тебя в зад, хоть подарить тебе свое тело, если тебе еще не надоела та рогатая дрянь, как ее?

— Хлоя - особый случай, не тронь ее! Она доставляет мне душевное удовольствие, - голос Нессайи изменился, наполнился каким-то возбуждением.

— Я и не трогаю, не пытаюсь выжать из тебя денег, даже не пытаюсь зализать тебя, хотя ты и вернулся с богатой добычей.

— О да, - все тем же странным голосом ответил Нессайя. - Теперь мы сможем проворачивать большие дела!

— Только мне не рассказывай, ладно? В общем, в искусственно выращенную плоть тут пересаживать бесполезно, имплант не даст тебе и четверти эффективности, и его еще надо будет ломать, чтобы он подчинялся.

— Расходы, - цыкнул Нессайя.

— Если наши умники вообще смогут его сломать, и поэтому я говорю тебе, Нессайя, брось эту затею! Как бы ни хотелось мне получить такое в свою коллекцию, этот землянин будет полезнее живым и работающим на тебя. Видишь, как я ценю нашу дружбу? Даже в ущерб своим интересам!

— Ладно, ладно, - проворчал Нессайя. - Но ты сможешь вырезать имплант, если потребуется?

— Смогу.

— Тогда возьми образцы плоти и вырасти пересадочную кишку, чтобы Хандрату потом не возиться в полете.

— Потом?

— Ты же сам сказал, что сейчас он будет полезнее в другом качестве? Это натолкнуло меня на одну идею!

— Включу в общий счет?

— Так ты ценишь нашу дружбу? - спросил Нессайя.

Оба захохотали, а Михаил мысленно вздохнул и напомнил себе, что надо будет делать вид, будто он не слышал этого разговора.

Глава 11

— Ты, землянин, должен во всем меня слушаться, - вдруг самодовольно заявил капитан Нессайя.

— Потому что вы старше, а значит умнее? - не удержался от сарказма Михаил.

— И это тоже. А еще потому, что я, землянин, спас твою глупую голову от разрезания! И от попыток насрать в нее, а потом продать твои обосранные мозги в какую-нибудь дерьмовую шахту на дальних территориях, где уж точно царит беззаконие.

Лошадкин непроизвольно чуть дернул щекой. В этом секторе галактики доминировали пять сильных цивилизаций (не считая претендентов в виде Земли), и одни из них, Аупо, считались сильнейшими в биотехнологиях. Поговаривали даже, что ысынгуны на самом деле - эксперимент Аупо, а никакая не Сильная цивилизация, вдруг обретшая сознание и вылетевшая всем роем в космос.

Именно на технологиях Аупо строились подобия "биокомпьютеров", когда мозги живых подключались вместе и работали, как единое целое, управляя техникой, наблюдая за другими живыми и так далее. Подключение вместе с телом было затратным, поэтому предпочитали отделять их от тела, запуская в искусственную систему, поддерживающую жизнь. Мозги так изнашивались быстрее и в целом все это было незаконным, но желающих сэкономить данная проблема никогда не останавливала.

— Цени мою доброту, землянин!

— У меня вообще-то имя есть, - упрямо проворчал Лошадкин.

Страшнее всего было то, что эти "мозги в баке" или "мозги в бутылке" даже не осознавали зачастую, что происходит. Лоботомия или аккуратные воздействия на нужные точки, плюс отсутствие тела, и мозги трудились без сна и отдыха, пока не сгорали на работе, буквально. После этого их, как правило, отправляли на переработку в чаны с органикой, а то и вовсе продавали "любителям экзотики", как дипломатично называли подобных типов по всей галактике.

— Проявишь себя, поможешь и считай, что заслужил имя! - заявил Нессайя.

"Ах ты ж жирный пидор", зло подумал Лошадкин. Называть по имени - награда? Выставлять свою жадность и то, что он не стал резать Михаила, желая эксплуатировать манопу в нем и дальше, как доброту? Не то, чтобы Михаил питал какие-то иллюзии, но все это отдавалось таким контрастом с прошлыми двумя годами, что прямо злость брала.

— Разве я не проявил себя? - спросил Лошадкин в ответ.

— В космосе - да, - Нессайя чуть наклонился и посмотрел сверху вниз.

Два с половиной метра (а то и больше) огромного тела, Нессайя знал о своем физическом превосходстве в области размеров и пользовался им. Давил, буквально.

— А на планете еще нет!

— И что это за планета?

— Это Зеданга, центр вольного пограничья! Место, где сбываются мечты! - серьезно заявил Нессайя.

Главное не уточнять, чьи мечты, подумал Михаил.

— Формально, они тут ходят под Казандами, которые ходят под Уваливанцами, а те под Дитраном, но по факту, все кто совал сюда свой нос, давно уже отправились на удобрения. Они шлют денег наверх, наверху не задают вопросов, пока пограничье не создает проблем Казанду, ясно?

— Ясно.

— Поэтому цени мою доброту, землянин! Кто еще бы тебе так все ловко объяснил?

Явно выжимал из Лошадкина что-то и давил психологически и физически. Может и не ходил на курсы, просто инстинктивно разбирался, как работать с живыми. Все это мало сходилось с теми криками и истериками на корабле, и наводило на подозрения, что капитан Нессайя напряг свои жирные голову и пузо, получил точечные рекомендации как обрабатывать именно Лошадкина.

— Мне нужно будет выявлять наблюдателей? - поинтересовался Михаил, не спеша благодарить капитана.

— А что, ты смог бы, - вполне серьезно ответил Нессайя, - но пусть власти там сами решают эти проблемы. Мы, вольные наемники, приносим им достаточно дохода, чтобы они чесались и решали эти проблемы.

— Вольные наемники?

— Да, широкого профиля, - помахал жирной ручищей Нессайя.

Они выехали обратно на поверхность, навстречу жару солнца и удушливому воздуху. Зеданга, повторил про себя Михаил, это хорошо, но не галактический код.

— Уф-ф-ф, что-то сегодня особенно жарко, - утер лицо Нессайя.

— Включить обдув, капитан? - поинтересовался Хваск.

— Не надо, потерплю, нечего энергоний на ветер выкидывать, - отмахнулся капитан.

На самом деле он использовал другое слово, но манопа перевела его как энергоний и еще и выдала короткую справку о разных названиях в разных цивилизациях.

— Разве местные не должны быть привычны к жаре? - поинтересовался Лошадкин. - Чего они тогда под землю прячутся?

— Местные на соседней планете сидят, - сообщил Нессайя, - там им самый голубокожий климат, что надо. Сюда они прилетели за всякими полезными ископаемыми, их тут много, сами растут под жарким солнцем!

Он и Хваск захохотали, похоже, это была какая-то шутка для своих. Автомобиль, управляемый Хваском, бодро катил по улицам, направляясь, похоже, куда-то за город. В одну из шахт? Отсутствие информации и подключения к сети через манопу серьезно угнетало и в то же время намекало, что Михаил изрядно расслабился.

Следовало встряхнуться и вспомнить жизнь без манопы, как-то же тогда добывал информацию сам.

— Подвинулись, конечно, чутка, ценя наши вольные услуги! - снова хохот. - Все довольны. А чего ты меня не расспрашиваешь, как именно надо будет проявить себя?

— Потому что вы и так расскажете, - честно ответил Михаил.

Желание выпрыгнуть на ходу и дать деру становилось все сильнее, но Лошадкин сдерживался. Глупо вот так, без информации и подготовки, прыгать в незнакомый город, причем такой, где сотрудничают с пиратами. Сможет ли Нессайя объявить тревогу и перекрыть все посты, как говорится? Не факт. Но раз они сотрудничают, а пираты используют рабов, значит, механизмы контроля и отлова должны быть отработаны.

— А если не расскажете и мне придется догадываться на ходу, то все равно на вопросы не ответите.

— А ты хорош, умен, сообразителен, даже не пытаешься сбежать, - "похвалил" Нессайя. — Вот только мой корабль (Хваск кашлянул) ... корабль нам зря повредил.

— Вы нападали на моих друзей и убивали их, - ответил Михаил как можно более равнодушно.

Далось ему это нелегко, но он справился. Вонзил ногти в руки и справился, не вспыхнул истерикой. Следовало брать пример с Трорга, только не переступая черты, чтобы не свалиться в пропасть равнодушия.

— Если бы такое случилось с вами, разве вы стали бы мирно наблюдать?

— Резонно, - вдруг хмыкнул Хваск. - Мы бы отомстили! Убили всех!

— Вот и я поступил также.

— Ха, а я сразу говорил, что ты прирожденный наемник! - хлопнул его Нессайя, но в этот раз соразмерил силу, не пытался сломать Михаилу плечо и спину. - Для нас, наша команда — это как семья, мы можем ссориться внутри и не ладить, но, когда дело доходит до миссии или врага, мы объединяемся и деремся! Мстим за своих!

Капитан разве что открыто не сказал "землянин, трудись усердно и станешь одним из нас". Заманчивая косточка, вот только тот подслушанный разговор у "мясника" Цондогу и предыдущее поведение ясно намекали, что никакого собрата-пирата в нем не видят. Попользуют и выбросят, а чтобы действительно влезть без мыла в экипаж, надо будет сотворить массу всякой херни.

Фактически, стать кем-то другим, измениться, сойти с ума, как Трорг, Маргуд и Хлоя.

— Ты сражался за своих и должен понимать, как важно доверять тому, кто прикрывает тебе спину. Я не держу на тебя зла, землянин, цени мою доброту!

— Вы слишком добры, - ядовито заметил Михаил.

— Да и постоянно страдаю от этого. Слишком много долей в добыче выделяю команде, даже позволил им владеть частью корабля, чтобы они лучше о нем заботились, - Нессайя издал странный звук, похоже, аналог земного притворного утирания слез.

Также стал понятен предыдущий кашель Хваска. Совместное владение кораблем! Звучало заманчиво, если стремиться в пираты, но Михаил видел в этом только один огромный подвох и повод для раздоров. А также то, что остальной экипаж не простит ему порчи их собственности. Сейчас они вроде и притихли, но не стоило обольщаться на этот счет.

Переспать с Дреей, чтобы вклиниться в экипаж?

— Но теперь у нас куча кредов, а вот живых, наоборот, не хватает. Поэтому мы и летим в "Прохладный найм", чтобы поискать новых наемников. Таких, которым сможем доверить свою спину, и с которыми сможем сходить на любую миссию!

Убивая беззащитных аборигенов, подумал Михаил, и грабя тех, кто всего лишь подал сигнал бедствия.

— И ты нам в этом поможешь, землянин! - воодушевленно продолжал Нессайя. - Посмотришь на них, просканируешь, скажешь, кому можно доверять!

— Для этого, - Михаил указал на ошейник.

— Конечно, конечно, мы его снимем, землянин, вот как мы тебе доверяем! - воскликнул Нессайя. - Цени мою доброту и заботу о тебе!

Этот фальшивый спектакль одного актера уже начинал утомлять и, возможно, в этом и заключался трюк. Утомить собеседника возгласами о своей доброте, загипнотизировать колыханием живота, и так далее. Не с первого раза, но, чтобы Лошадкин проникся этим "танцем живота" и попал под гипноз Нессайи.

В целом, отвратительность и двуличность происходящего и объяснений тоже вызывала тошноту. Как подозревал Лошадкин, все это должно было пройти со временем, и он стал бы воспринимать происходящее, как обыденность, смирился и сдался.

Тоже способ обработки невольников, если подумать.

— А если хорошо проявишь себя, я даже дам тебе поразвлечься! В "Найме" есть партнеры на любой вкус, со всех уголков галактики! Прелести Дреи тебе не по вкусу...

Опять это стравливание, отметил Лошадкин и попытки выставить так, будто только Нессайя ему защита против остального экипажа. Благодетель, чтоб его подземные демоны вечность на вилы пузом насаживали!

— ... найдешь кого-то еще, но! - Нессайя стукнул по креслу. - Нужно постараться!

— Я постараюсь, - коротко ответил Михаил.

О да, он собирался постараться! Работать, не покладая рук и манопы, взламывать и обчищать, пробиться в сеть и послать сигнал на Землю, заодно и про экспедицию сообщить. Мало ли, вдруг на сигнал маяка прилетел кто-то еще, кого боялись пираты, но не относящийся к людям. Или даже враждующий с Землей? Из рассказов Трорга было ясно, что земляне бесстрашно оттоптали немало конечностей, наступили на массу мозолей и оставалось только изумляться такой суицидальной внешней политике.

Или разумной? Хотел бы Михаил вернуться и разобраться, что там происходило, среди "тысячников"!

— Отлично, отлично, - оскалился Нессайя.

Дома стали меньше, пошли реже, город почти закончился, но тут же начались какие-то карьеры и подобия деревень: вахтовые поселки или села, Михаил не знал. Автомобиль свернул с широкого и уходящего в закат шоссе, даже не думавшего плавиться под жарким солнцем, и покатил по боковой дороге.

"Прохладный найм" показался на горизонте, как мираж, нечто парящее над дорогой, ансамбль башней и шпилей, словно они ехали к городку молниеотводов. Местность вокруг резко стала полупустынной, выжженной солнцем, и Лошадкин невольно задумался, а как вообще происходило освоение подобных земель? Планет, в смысле, где еще никто не жил?

Прилетела экспедиция, провела разведку, понятно, затем еще одна, решили основать поселение, и что дальше? Прислали роботов, смонтировали купола, занялись терраформированием или приспособили себя под планету? Обустроили дома, с помощью энергония зарегулировав все проблемы? Привезли, ну сколько, тысячу, миллион живых и пустили размножаться без ограничений? Что-то тут не сходилось.

— Ну что, землянин, выбрал? - вдруг спросил Нессайя.

— Я же еще не справился, - притворно удивился в ответ Михаил.

— Да я же вижу, ты уже грезишь о прелестной синекожей красотке! Если взять особо тощую и с тонкой кожей, можно будет видеть, как все двигается у ней внутри!

Лошадкин если и грезил о ком, то только о Тане. Тощие аборигенки? Нет.

— Я бы предпочел земную далку, - ответил он, чтобы Нессайя отвязался.

"Прохладный найм" уже не парил, словно опустился на землю и укоренился в ней. Обычное дело для подобных "парящих" дел, и в то же время Михаил смутно изумился сходству с Землей. После года жизни на другой планете, он все равно регулярно удивлялся чему-то и с любопытством озирался.

Если бы не рабство у пиратов!

— А-ха-ха-ха-ха-ха! - захохотал Хваск, запрокидывая голову.

Чуть не въехал в мчащийся навстречу автомобиль, полный синекожих аборигенов. Кажется, пьяных или обкуренных, автомобиль их вихлял и дергался. Над головами промчалось несколько катеров и даже условно крупный космический кораблик, похоже "Найм" располагал своим космодром - стоянкой.

Почему Нессайя не приземлился прямо там?

— А у тебя голова не дура, землянин! - воскликнул Хваск.

— Да еще и земную, - покивал Нессайя и причмокнул губами. - Экзотика!

— Что такого в обычном секс-роботе? - поразился Михаил.

— Это у вас там они обычные, а здесь экзотика, как и земляне, - "порадовал" его Нессайя. - Да и роботы дороже живых, готовых работать за пару кредов!

— Но почему? - изумился Лошадкин. - Разве не должны быть роботы дешевле?

— А ты рисковый парень! - заорал Хваск, поворачивая к Михаилу голову. - Люблю таких! Поставлю тебе выпивку, если ты выберешь одну из дешевых роботиц!

Что-то неясное происходило тут с роботами, но Михаил решил не задавать вопросов, словно одалживаясь у пиратов. Все равно вначале следовало разобраться с предстоящей работой и автомобиль их как раз покатил вниз по широкому пандусу, в подземную часть "Прохладного найма", не уступавшего размерами доброй деревне или небольшому городку.

Торговый центр, только для пиратов, подумал Михаил, поднося руку к горлу и потирая ошейник.

Глава 12

Лошадкин ожидал какой-то помеси борделя с баром и торговым центром, атмосферы, переполненной инопланетянами и оружием, и угрозами. Разборками и утаскиванием трупов по скользкому полу и роботов-уборщиков, тут же замывающих кровь.

Вместо этого он оказался в каком-то подобии офисного здания, с кучей комнатушек, коридорами и деловито спешащими куда-то живыми. Убрать перегородки до потолка, поставить заграждений гармошкой, да понизить содержание кислорода в воздухе и вышел бы типичный бизнес-центр, с его непонятной "деловой активностью". Михаил в свое время сбежал от такого и искренне радовался, но внезапно прошлое догнало его.

— Капитан Нессайя Даджаблюмт, - произнес капитан, останавливаясь возле какой-то штуки, словно небольшой колонны, торчащей из пола. - Старший помощник Хваск Эндред. Корабль "Вольная стрела". Ищу наемников по этим вот позициям.

Небольшой чип, вроде карты памяти, скользнул в колонну и почти сразу выскочил обратно.

— Благодарю вас за заказ, - прозвучал голос, - оплата произведена, офис двести три в вашем распоряжении, следуйте за синей линией.

Синяя линия вспыхнула, побежала по полу, приноравливаясь к их скорости.

— А я? - не выдержал Михаил.

— Ты еще не заслужил своего имени, - ответил ему Нессайя.

Понятно, нет смысла регистрировать вещи, не имеющие прав, подумал Лошадкин. Этакая полугнилая морковка, которой помахивали перед его носом, даже не особо стараясь. Мол, и так сожрет, или сдохнет от голода, пиратам было плевать. Но как Нессайя... таможня! Наверняка задекларировал там ввоз "невольников", и никто и не хрюкнул, не почесался.

Привез, понимаешь, вольный наемник с собой вещей, включая живых, так что с того? Это же ясно давало понять, что будет в случае побега Михаила. Нессайя объявит о пропаже "вещи", полиция и местные наемники его найдут и сдадут обратно, не слушая возражений. Потому что он не живой, а вещь, у которой есть хозяин.

Огромнейший промах со стороны Нессайи в обработке, хотя пиратский капитан, скорее всего, даже не думал о таких вещах. Действовал, как привык, махал гнилой морковкой, держа в руке кнут, всегда же работало! Возможно, что и сам Михаил изменился в новом мире, острее воспринимал.

— Но сейчас тебе представится шанс! - радостно воскликнул Нессайя.

Они добрались до "офиса двести три", такой же коробочки помещения, как и прочие. Безликие стены, столы и стулья изменяемой формы, как выяснилось, подходящие любому или почти любому живому. Терминалы связи, и Нессайя уткнулся в один из них, пока Хваск снимал с самого Михаила "ошейник". Похоже, механизмы снятия были завязаны на биометрию Хваска или какие-то еще его параметры, следовало просканировать его, как следует.

А также ощупать офис и все вокруг, до чего удастся дотянуться.

— Нессайя, старый ты боров! - раздалось с экрана.

— Дронго, свинья ты этакая! - последовал ответный возглас.

Взиравший оттуда и правда был похож на свинью. Не мелкого нежного поросенка, а матерого кабана-секача с огромными клыками и жесткой щетиной, ветерана массы лесных битв. Шрама только поперек морды не хватало, по правде говоря. Хрокаги признали бы его, если и не богом, то избранным чемпионом таковых, лидером воинов и пошли бы за ним в бой.

— Ищешь умелых бойцов?

— Похоже, уже нашел!

— Говорят, ты в кредах по самую задницу!

— И планирую крупное дело!

Михаил смотрел на этот обмен двух боровов возгласами, гадая, в чем именно должна заключаться его работа. Он уже потянулся манопой к терминалу и обнаружил, что тот изрядно защищен. Терминал передавал данные только на другой терминал, на внешние сигналы не реагировал, только на... то подобие шлема, что нацепил на себя Нессайя.

Нейроинтерфейс?

Это оставляло шансы вклиниться на лету, перехватить сигнал и подделать его, но для этого потребовалось бы мощь ИПы, нет, даже нескольких и кучи маноп, не говоря уже о том, что максимум, чего удалось бы добиться, так это послать какие-то сигналы терминалу на той стороне.

Замкнутому на шлем на голове этого самого Дронго.

— Я так и не понял, как его проверять, - искренне сказал Лошадкин, когда Нессайя отключился.

— Этого не надо, - отмахнулся капитан. - Дронго - свой пятачок, этот не подведет! Ха-ха-ха! Ты и правда принес нам удачу, землянин! Раз Дронго сам откликнулся и даже не ломил цену, "Вольная стрела" на подъеме!

Словно не потерял он половину команды, не было бегства, поломки, невероятной авантюры на том кладбище кораблей (не говоря уже о маловероятной опасности, что оживший корабль Аргунатов явится сюда), и починки "прыгла" на соплях и древних заменителях. Все оказалось забыто перед лицом успеха - наворовали кучу древних отходов и.. обломки строительного комбайна.

— Так как мне их проверять? - спросил Лошадкин.

— Как сможешь!

— А если никак не смогу? - сделал вид, что у него прорвалось раздражение, Михаил.

— Тогда ты не выполнишь своей части сделки, - усмехнулся свысока Нессайя.

Поманил морковкой и тут же спрятал ее, вот почему он так легко согласился снять ошейник, понял Лошадкин. Просто все эти "офисы для найма" обладали неплохими защитами, для обеспечения тайны переговоров и наймов? Что-то такое. Проверяй, но в пределах офиса, смотри на экран и ощущай свое бессилие. Мол, сам не смог, не справился, надо стараться лучше, и так далее.

Не потому, что ему связали руки и ноги, закрыли глаза, а вот не справился! Не получишь гнилой морковки!

— Как я вообще могу оценивать кого-то, ни разу их, не видев? - поинтересовался Михаил.

— Старпом? - скосил взгляд Нессайя.

— Все готово, - кивнул тот.

— Те, кого рекомендует "Найм", есть в их базе, иначе они не рекомендовали бы, - уже расслабленно объяснил Нессайя. - Они берут за это истрачьи креды, обещая безопасность и надежность, и обеспечивают их! Мало того, что креды моих наемников оседают здесь на Зеданге, пока они расслабляются, так еще и "Найм" берет свою истрачью долю! Поэтому они дерьмо бачкуков, хоть и делают полезное дело, понимаешь?

— Понимаю, - ответил Михаил после очень долгой паузы.

Эта жирная туша ждала, что он сломает защиты "Прохладного Найма" и украдет их базу, по которой Нессайя смог бы сам находить нужных "наемников", не переплачивая посредникам. Это было настолько нагло и глупо, что Михаил даже не поверил вначале, но затем припомнил поведение Нессайи и все же поверил.

Мало того, даже сейчас, установив глушилку (что наверняка не противоречило правилам о всякой там тайне и защите найма), эта наглая капитанская харя не собиралась озвучивать приказ вслух. Все риски Лошадкину, вся прибыль - пиратам, Нессайе, который, если что, отперся бы и сделал бы круглые глаза: "Нет, я ничего такого не приказывал! Это невольник, тупая скотина, желая выслужиться, натворил херни! А, казните его, заслужил!"

В то же время, подслушанный разговор с "мясником" намекал: либо Лошадкин приносит пользу, как носитель манопы, либо его отправят на удобрения и вынут ценную технику из головы. Нессайе очень требовался Лошадкин - ломатель систем - но капитан старался не подавать вида, давил, и вполне мог полыхнуть эмоциями, да прибить Михаила.

Как-то же жили без него пираты и ничего, справлялись.

— Кто еще, кроме вас, так доходчиво бы мне все объяснил? - с легкой иронией спросил Михаил.

— Только я, слишком уж добрый, - самодовольно покивал Нессайя. - Приступай к оценке кандидатов, сейчас пойдут толпой!

Вживую, что ли, мысленно изумился Лошадкин, но оказалось, что зря. Слухи об успехах "Стрелы" и богатой добыче действовали на наемников, как валерьянка на котов. Самые разнообразные живые, огромные и мелкие, гуманоидные и не очень, входили, вползали и влетали, умоляли, рычали, требовали с Нессайи долги и пресмыкались перед ним.

Лошадкин скромно сидел в стороне, ощущая на себе взгляды этой пиратской братии. Глупо было судить по внешнему виду, но организм этого не знал и судил. Записывал обладателя бородавок в гнусные жабы и хотел погладить шелковистую волчицу, ухоженную так, что прямо дух захватывало. Драммаха, так звали волчицу, улыбалась и прядала ушами, изображала скромную комнатную собачонку, но при этом кидала взгляды в сторону Лошадкина.

Каждый новый посетитель - наемник порождал срабатывания систем здания. Предоставление информации Нессайе о том, кто пришел искать найма, пропуск в комнату, указание "послужного списка", обмен сведениями, а иногда и деньгами, задатком для особо перспективных кандидатов. Такие чаще всего знали Нессайю, как тот боров Дронго, и найм проходил быстро, с дружескими подколками, намеками на какие-то прошлые дела и обязательным упоминанием грандиозных будущих.

И денег, конечно, "гигантская добыча" то и дело всплывала в разговорах.

То ли древности, даже не работающие, и правда стоили огромных денег, то ли запросы у пиратов были скромные, и выручка от продажи кучи хлама казалась им гигантской. Михаил даже отвлекся (все равно взломами занималась манопа, не требуя его особого участия) и обдумал этот вопрос. Вряд ли Нессайя сговорился с такой кучей живых, стало быть, продажа добычи была делом решенным, возможно, что этот Аргунатский хлам продали еще до прилета на Зендагу.

Стало быть, пользовалось спросом... или местные надеялись узнать каких-то секретов, что вероятнее. Не совершить рывок в ряды Сильных, но все же, изучить, понять, урвать крохи со стола более развитых. После рассказа Трорга Лошадкин понимал, с чем это связано, и в то же время мысли его все время возвращались к Земле и политике в космосе.

Манопа тем временем трудилась, перехватывала сигналы, имитировала соединения и прорывалась "наружу", следуя директиве, о которой Лошадкин даже не подозревал. Скорее всего, о ней не знали Нессайя и другие, иначе Михаилу точно вскрыли бы череп и извлекли манопу, чтобы она не пыталась подать сигнал бедствия. Лошадкин думал на эту тему и понял, что не знает, куда слать весточку и кому, как вообще построена галактическая сеть.

Он знал, что она есть, эта сеть, часть договоренностей об общих удобствах, вроде единых кодов для планет и систем, но не знал, как функционирует в целом, кроме основы - гиперсвязи, тоже построенной на энергонии и его свойствах. Это позволяло надеяться на то, что даже отключение сегмента сети не заблокирует ее целиком и весточка дойдет, если знать, куда слать.

Лошадкин не знал, и сравнивал себя с потерпевшим кораблекрушение, который кидал бутылки в воду, только у него не было ни бутылки, ни карандаша, ни бумаги. Втереться в доверие, взломать подключения вокруг, просочиться и там уже работать с сетью - все это требовало избавления от ошейника, для начала. Так размышлял Лошадкин, но как выяснилось, те, кто создавал манопы, подумали и об этом. Все нужные адреса и сигналы хранились в манопе, оставалось только ждать и надеяться.

Но пока что манопа сумела выйти только в сеть в пределах "Найма", и то, больше в виде информационного пакета, что ли. Она качала ту самую базу данных, которую так жаждал Нессайя, получала сигналы и копировала их, пробиваясь к тем точкам выхода, через которые работали терминалы.

— В целях безопасности, - пробормотал Михаил, осознав положение дел.

— Что? - рывком обернулся Нессайя.

Очередной перспективный кандидат покинул комнату, а новый еще не зашел. Лошадкин даже удивился, чего это капитан так встревожился, потом до него дошло. Даже имея возможность формально свалить вину на Лошадкина, Нессайя все равно опасался последствий и упоминание безопасности напугало его.

— Говорю, безопасность тут хорошая, - ответил Михаил, не кривя душой.

"Прохладный Найм" защищался от взломов извне, но усиленная безопасность сейчас мешала Лошадкину выйти наружу. Впрочем, даже выход ничего не гарантировал, манопа ясно дала это понять. Для того, чтобы сигнал не потерялся в сети и продолжал самостоятельно пробиваться сквозь устройства, передатчики и прочие дела, требовалось запустить подобие вируса, стремящегося к цели. Его могли прихлопнуть на любом из этапов, где вложенного разработчиками не хватило бы для обхода защиты, или информационные системы оказались бы несовместимы или еще что.

Для гарантированной отправки требовалось надежное, открытое, прямое подключение и такому было просто неоткуда взяться в "Вольном Пограничье". Лучшей ставкой, как поясняла манопа, было пробиться в сеть за пределы "Найма", попробовать отправить письмо кому-то, при этом прикидываясь как раз самим "Прохладным Наймом". Вложить в письмо то самое подобие вируса и надеяться, что оно сработает у получателя, кого-то, находящегося в местах со стабильной и надежной гиперсвязью. Вот тогда весточка может и смогла бы отправить сама себя и просочиться на нужный адрес, дав знать представителям Земли, что в такой-то день землянин попал в бедствие там-то.

Но сейчас у Лошадкина - манопы, точнее говоря - возникли проблемы с пунктом "пробиться в сеть за пределы Найма", и все шло к тому, что с минуты на минуту его засекли бы. Вряд ли подняли бы тревогу, наверняка тут хватало подобных умников, но все равно неприятно и опасно. Можно было выпустить червя в пределах сети "Найма", надеясь, что тот прогрызется наружу, но Михаил решил не рисковать.

Он выяснил, что шансы на спасение есть, и выполнил задание Нессайи, уже неплохо для начала. Манопа показала себя с самой лучшей стороны и это было просто удивительно, и наводило на разные мысли. Например, о том, чего смог бы добиться Лошадкин, будь у него под рукой ИПа, например.

— Хорошая?

— Очень хорошая, - ответил Лошадкин, делая движения бровями.

— Очень хорошо, - обрадовался Нессайя. - Проверил кандидатов?

— Живые, достойные "Вольной Стрелы".

Нессайя не шутил, когда говорил про потерю половины экипажа. Набрал даже больше половины, впрочем, часть кандидатов, наверняка, еще отсеялась бы в дальнейшем.

— Это стоит отметить! Пойдем, посмотришь на другие части "Прохладного Найма"!

Глава 13

Ошейник вернулся на место.

— Не могу себе позволить портить отношения с этим местом, они слишком важны для меня, - глумливо заявил Нессайя и захохотал, колыхая животом.

Судя по всему, это было что-то физиологическое, и Лошадкин опять представил, как тыкает капитана ножом в пузо, пока тот отвлекся на смех.

— Важны для всех, - вслух поддержал Хваск, - лучшая биржа наемников на десять систем вокруг!

На десять систем вокруг, отметил Лошадкин. То ли врут, то ли пираты тут глубоко пустили свои корни. Скорее всего они просто не грабили там, где жили, и эта ситуация с "вольными наемниками" всех устраивала. Возможно, устраивала, пока они не разевали рот на кого-то сильного или не становились слишком сильны сами, тогда их прореживали и гнали прочь. Это объясняло бы, чего они до сих пор не разграбили то кладбище Аргунатов, раз считали его такой ценной добычей.

У него мелькали мысли чуть промахнуться со взломом, чтобы Нессайю взяли за жабры сотрудники "Найма". Да, схватили бы и Михаила, но он, возможно, смог бы сменить владельца, уйти от Нессайи, которому насолил лично, к кому-то равнодушному. Будь Михаил один, то возможно и рискнул бы, но теперь он словно нес ответственность за прочих невольников и остался.

— Да и развлечения у них тут неплохи, неплохи, - бросил Нессайя, направляясь прочь из "офисной" части.

Они прошли длинным коридором и спустились на лифте, оказавшись в "прохладной" части здания, развлекательной. Шум, гам, вспышки рекламы и каких-то фильмов со всех сторон, музыка и подергивающиеся тела, все это обрушилось на Лошадкина таким водопадом, что пришлось задействовать манопу. Он видел, что живые вокруг общаются виртуально, но не мог подключиться, ошейник мешал.

— Выпивка, девочки, потом работа, - бросил Нессайя свысока.

— Разве найм экипажа не закончен? - поинтересовался Лошадкин.

Общий зал, открытый для всех, и отдельные зоны, и кабинки, куда то и дело входили и выходили живые. Михаил видел, что все они общаются и взаимодействуют с электроникой вокруг, и понял, что он тут не один с манопой. Все равно, как если бы "19 век" увидел его самого в новом мире, и думал, что перед ним обычный человек, а техника вокруг работает сама по себе, пришло очередное нелестное сравнение.

— Зеленый законопослушный чучмок, - хохотнул Нессайя.

— Хорошо быть сильным, - вставил свои пять копеек Хваск.

Лошадкина подтолкнули в спину, он шагнул в одну из кабинок и весь шум и свет вокруг отрезало. Импланты в пиратах, подумал Михаил, уступающие манопе, но все же импланты - их надо ломать! Скорее всего на Земле можно было получить такой же сервис, просто он сам до него так и не дорос, все экономил и терся с ожмиками, потом вообще в космос умчался.

— Пищевого чипа у тебя с собой нет, - уверенно сказал Нессайя, разваливаясь в кресле, которое вздулось и приняло его очертания, - но ты заслужил, землянин, Хваск выдай ему пустышку.

Тот кивнул, и из стола выскочил квадратик, проехал по гладкой поверхности к Лошадкину. Едва Лошадкин коснулся его, как манопа произвела подключение и обнаружила, что в квадратик вложен модуль памяти, принимающий только молекулярные рецепты еды. Отправить туда формулу какой-нибудь органической взрывчатки, подумал Лошадкин, а потом плеснуть нитроглицерином в лицо Нессайе.

Делать он этого не стал, так как потом все равно не выбрался бы с планеты.

— Можешь носить с собой, не везде тебе дадут касаться техники, - великодушно "разрешил" Нессайя.

Намекает, что в курсе моих возможностей, ну да, "мясник" не просто так смотрел, подумал Михаил, не подавая вида. Хваск заказал себе какую-то огромную лягушку в перцах, Нессайя - три порции желе, очень похожих на него самого, так как они постоянно колыхались и дергались. Кажется, внутри сидело что-то живое, но Лошадкин решил не вглядываться.

— Выпивка, наркотики и девочки с играми будут потом, - продолжал пиратский капитан. - Сейчас ты временно часть экипажа "Вольной Стрелы", Хваск сними с него ошейник. Проговоришься и мы вернемся к нашей первой встрече, когда экипаж хотел намотать тебе кишки на вилки и насрать в череп. Понятно?

— Предельно, - спокойно ответил Михаил.

Секта "Добрый мир"! Нгуен тогда ловко его окрутила, но теперь следовало сказать ей спасибо. Капитан явно пытался применять к нему что-то похожее, кнут и пряник, угрозы и подачки, и голограмма пряника. По уму следовало бы функцию угроз полностью передать той же Дрее, с добавкой в виде насильственного секса, но Нессайя, скорее всего, подсознательно понимал, что добряка из него не выйдет. Или не собирался тратить кучу усилий ради какого-то невольника - к другим, Троргу и Маргуду, например - подобного вообще не применяли.

Но все же следовало признать, что Лошадкин мог бы и попасть под воздействие.

— Моя задача? - поинтересовался он.

— Стоять, молчать, быть готовым выхватить оружие.

— Мне дадут оружие? - изумился Лошадкин, пока Хваск расстегивал ошейник.

— Нет, но делай вид, что готов, - отмахнулся Нессайя. - Твоя задача щупать тех, кто придет, любая информация в плюс, особенно прямых виртуальных переговоров.

— А с вами я могу общаться? - прямо поинтересовался Лошадкин. - Напрямую?

— Можешь слать сообщения Хваску, - разрешил Нессайя, чуть прищуривая жирные глазки.

Страхуется, понял Лошадкин. Слать сообщения — это вам не двусторонний канал обмена информацией. Впрочем, даже так выходило лучше, чем ничего. Жадность Нессайи, снятие ошейника - опять все было ограничено, только не комнатой, а кабиной! - разрешение на взлом, все это порождало шансы. Например, взломать имплант тех, кто придет, и через него передать письмо, едва произойдет подключение к галактической сети.

— Справишься и получишь право на имя и отдельную камеру, - ухмыльнулся Нессайя. - Ты им пренебрег, но теперь наверно оценил?

Игра на недостатках и застенчивости, нежелании обнажаться, отметил Лошадкин. Сам догадался или история с мясником подсказала? Неважно.

— Право на имя и Хлою, - ответил Михаил.

— Хлою? - переспросил Нессайя. - Тоже любишь рогатеньких?

Взгляд его стал задумчивым, оценивающим.

— Будешь должен мне два ее выкупа.

— С учетом того, что взяли на кладбище кораблей?

Нессайя захохотал, захлопал себя по пузу.

— А ты мне нравишься, землянин! - заявил он.

После чего начал есть и пить, давая понять, что разговор закончен. Лошадкин не стал настаивать, поел, ковыряя не только пюре с котлетой, но и защиту кабинки. Наружу не пробился, но кое-что понял: все замыкалось на того, кто оплатил кабинку - то есть Нессайю. Отправил сообщение Хваску с вопросом, что делать, если сейчас придут гости, приглашенные капитаном?

— Жрать быстрее, - отрезал Хваск.

Еще оставался вопрос, зачем были те шлемы в офисном кубике, но его Лошадкин тоже отложил на потом. Ясно было, что никто ему информацию на блюдечке не поднесет - кроме братьев и сестер по рабству, и то не факт, если вспомнить Маргуда. Стать частью экипажа? Возможно. Делать вид, что он купился и поддался, захотел стать пиратом, и ловить удобный момент. Ходьба по лезвию бритвы, в любой момент можно было свалиться и убиться, а то и вовсе скатиться в пиратство и начать воспринимать его как нечто нормальное.

Замараться в крови и грязи, говнище так, что вернуться на Землю уже не вышло бы.

— А если ко мне обратятся? - поинтересовался вслух Лошадкин.

— За пиратов говорят их капитаны, никто к тебе не обратится, и ты рта не раскрывай, - отрезал Нессайя.

Как интересно, подумал Лошадкин. Там в офисе нанимали экипаж "Стрелы", а теперь встреча капитанов. Нессайя решил все же разграбить кладбище кораблей? Но зачем он тогда притащил Лошадкина, да еще и с приказом взламывать чужие импланты и связь?

Они успели поесть и на столе появились напитки, когда пришел первый гость. Гости.

— Нессайя, жирный ты удачливый бурдюк!

— Галахум, зеленая твоя рожа! - воскликнул тот в ответ.

Больше всего новый гость напоминал помесь гоблина с жабой. Сопровождавшие его двое тоже были Лошадкину по пояс, один из них своим обликом изрядно напоминал шамана, одетого в шкуры какого-то тотемного животного. Или земноводного, гигантской лягушки с двумя ртами.

Следующие гости тоже пришли втроем, и Михаил понял, что так тут принято. Капитан и двое помощников - охранников, по ситуации.

— А где Дрея? - поинтересовалась четвертая из гостей, похоже из той же расы.

Во всяком случае, этот облик компактного динозавра без хвоста, и четыре сиськи, пусть и не такие мощные, присутствовали.

— Занята "Стрелой", - ответил Нессайя. - Все вы слышали о моей удаче, ну-ну, Цапхень, не надо кривить свой нос, слышали - слышали, иначе не откликнулись бы так быстро! Попутно "Стрелу" немного помяли.

— Потеря половины команды и прыгла — это немного помяли? - проквакал Галахум.

— Немного, - уверенно ответил Нессайя. - Я уже набрал новый экипаж, материалы закуплены, ремонт идет. При этом все вы собрались здесь и быстро, значит верите в мою удачу и считаете, что мои слова стоят больше дерьма бачкуков!

— Для ограбления кладбища..., - пробасил капитан, пришедший вторым.

— Кто сказал, что речь о кладбище? - быстро возразил ему Нессайя.

Он не оглядывался на Михаила, не подавал ему сигналов, но ясно было, что нечего стоять без дела. Кабинка, надо заметить, расширялась, по мере прихода гостей, появлялась новая мебель и столики, принимавшие заказы. Явно какие-то чудеса на энергонии, вполне доступные и землянам, и Лошадкин не мог отделаться от иронической мысли, что мог увидеть это все, не улетая за тысячу парсек и не попадая в рабство.

— О, ты что-то нашел там, Нессайя?

— Информацию о базе Аргунатов?! - подалась вперед соотечественница Дреи, колыхая сиськами.

Манопа фиксировала многочисленные сеансы связи между присутствующими, похоже, запреты работали лишь на внешнюю связь за пределами кабинки. Поди пойми, то ли стандартное ограничение для сбора капитанов, во имя секретности, так сказать, то ли Нессайя не поленился ради Лошадкина.

Михаила вдруг пронзило бодрящим холодком, сбежавшим от шеи в пятки. Что, если все это было одной гигантской ловушкой от Нессайи, желавшим проверить границы возможного для манопы? Запреты и ограничения вокруг, подталкивания к взломам и одновременно с этим (незаметно для Лошадкина) выставление второго слоя? То есть, вполне возможно, что едва он взломал бы сеть "Найма" и вышел в общую, как Нессайе сразу сообщили бы об этом.

Проверка границ доступного манопе и одновременно с этим тестирование самого Лошадкина, насколько далеко тот готов зайти. Еще одна причина для этой поездки, объясняющая некоторые непонятные моменты. Следовало сдерживаться и не проявлять себя, усыпить его бдительность и создать иллюзию, что ошейника и обычных барьеров достаточно.

Ошейника точно было достаточно - пока.

С этими мыслями Лошадкин продолжал тянуть щупальца манопы к имплантам и сообщениям между шестью капитанами и их подручными. Нет, семью капитанами, общение Нессайи с Хваском тоже было полезно проверить, если уж на то пошло.

Нельзя сказать, что Лошадкин ворвался на поле боя, паля во все стороны, но манопа опять изумила его. Под видом диагностических запросов от столика и терминалов в кабинке, она прощупала "точки подключения", подтвердив подозрения Михаила. Вообще, следовало бы догадаться и самому, если уж на то пошло, но он видел живых и не видел техники на них, и мозг автоматически думал, что ее нет. Следовало избегать подобных стереотипов в будущем, такая ошибка могла оказаться смертельной.

В то же время, малое количество всяких роботов и примочек вокруг тоже укрепляли это заблуждение, что нет техники. Все на труде живых, ну и подумаешь, столики заказы принимают? Ерунда, в них же чипы вкладывать надо!

— Нессайя темнит.

— Он явно тянет время, чтобы потом получить большую долю.

— Доли - равные, иначе он нас бы не позвал.

— Нессайя пытается блефовать, с его калечным кораблем и экипажем, ему и равная доля не положена!

Информация не полилась потоком, но все же, манопа подключилась, что-то там прощупала и начала копировать сообщения, взламывая их уже потом. Заболела голова, словно она использовала вычислительные ресурсы мозга самого Михаила, навевая тяжелые мысли о "мозгах в банках".

Полученное и расшифрованное Лошадкин швырял в Хваска, попутно каждый раз щупая его импланты и системы связи. Нессайя и Хваск подстраховались, манопа "видела" их обмен, но не могла вклиниться. Во всяком случае незаметно не могла, и незаметность Лошадкин выставил наивысшим приоритетом. Не хватало еще получить плзамы и стали в живот и голову за такой вот шпионаж!

— Потому и блефует.

— Но добыча не блеф.

— Теперь он уложит нас ради нее и смоется, нет, я против.

— С ним кто-то новый.

— Аргунат, выведенный из криосна?

Михаил едва не поперхнулся от такого сообщения, но сдержался. Продолжал стоять с отсутствующим видом, попутно отмечая, что шестерка собравшихся вольно общается между собой, но не с Нессайей. Вообще, с зашифрованной связью не было необходимости в личной встрече, значит, тут было что-то еще, чего не знал или не видел Михаил.

Попытки манопы вломиться дальше он ограничил, хотя ощущал, что смог бы. У одного из помощников Галахума, зеленокожей помеси гоблина с жабой, наличествовал киберпротез, искусственная рука. Манопа успешно соединилась с ней и через нее могла провести атаку на имплант, заложив "информационную бомбу", письмо для отправки после выхода из кабинки или "Найма".

Но Михаил помнил холодок осознания и сдержался, ограничился только связью.

— Значит, считаете, что мне не положена равная доля?! - громко и насмешливо объявил Нессайя.

Глава 14

Все замерли, а Михаил, естественно, напрягся. Нессайя решил его сдать, наплевав на всё? Атаковать гоблинов, оружие и попробовать сбить ошейник, взлом и бегство, попытка сдаться "Найму" с рассказом - да нет, об этом надо было орать сразу! Даже если они не подслушивали, то могли сработать какие-то механизмы, фильтры по ключевым словам.

— Нессайя, - раздалось шипение, так напоминавшее Дрею.

Возможно, все это было отличительной чертой баракудианок?

— Уссея, - прошипел тот в ответ насмешливо. - Будете угрожать мне или выслушаете?

— Хватит вилять, Нессайя! - прикрикнул Цапхень, капитан, пришедший вторым.

Только явившийся первым Галахум привел своих соотечественников или однорасников, как там это правильно называлось? Остальные являли собой богатую палитру гуманоидных рас, с участием не-гуманоидов, вроде того круглого камня, словно покрытого мхом, или пятого капитана - механоида. Киборга? Его помощник как раз щеголял с искусственной рукой.

— Никто не виляет, - самодовольно ответил Нессайя, складывая руки на колыхающемся животе. - Всего лишь наглядная демонстрация новых возможностей. Да, мне попортили корабль и команду, но я с присущим мне стратегическим мышлением попутно открыл новые возможности.

— Твой новый помощник! - шипение. - Да это же землянин! Нессайя!

— Не ссыте! - рявкнул тот в ответ. - Вы - вольные наемники или кучка обосравшихся бачкуков?! Да, это землянин, но он сотрудничает с нами! Он уже взломал корабль на кладбище Аргунатов, и если кто хочет слетать туда и вернуться с верной добычей, может записываться ко мне. НО!

Нессайя хлопнул по столу и тот заверещал на мгновение в ответ. Вмятина начала выпрямляться сама, а Нессайя выдержал паузу, обвел всех взглядом.

— Кладбище кораблей находилось там тысячи лет и никуда не денется.

А также, подумал Михаил насмешливо, там еще гигантский линкор ожил, лучше потянуть время, авось успокоится сам собой. Общение "в эфире" резко стихло, теперь все кидали взгляды на него и вовсе не дружелюбные, скорее всего потому, что он был чужаком. Пусть даже Нессайя привел его, что же, капитан "Стрелы", похоже, был не так популярен и могуч среди пиратов, как он пытался представить. Возможно, поэтому и полетел на сигнал бедствия, поданный гипермаяком землян.

— Я предлагаю налет на Дургар-пять, - заявил Нессайя.

— Если бы не твоя демонстрация, Нессайя, то сказал бы, что ты окончательно утопил мозг в жире, - сказал Галахум. - Твой землянин сломает защиту в хранилище?

— Сломает, - уверенно ответил Нессайя.

Твою ж мать, подумал Михаил, как можно так уверенно обещать то, чего не знаешь? Какие там коды и системы защиты, что за хранилище, что за Дургар? Нессайя даже возможностей манопы не знал, но так уверенно обещал!

— Сломаешь? - обратился Галахум к Михаилу.

Он говорил слегка невнятно, словно длинный язык не помещался во рту, но манопа исправляла все эти недостатки. Казалось бы, вдруг подумал Михаил, создай базу языков всей галактики, да загрузи ее в имплант и все разом будут понимать друг друга! Почему такого еще не сделали?

— За меня говорит капитан, - ответил Лошадкин, указывая на Нессайю.

— Хм-м-м-м, - выдохнул Галахум, надувая щеки, будто собирался поквакать.

Остальные тоже смотрели - хотели поверить, но не решались, осторожничали. Нессайя, уловив эти колебания, еще раз стукнул по столу и заявил решительно.

— Мы можем и дальше подбирать крохи и объедки, и подгрызать никому не нужные кладбища и трупы, а можем пойти на крупное дело, которое обеспечит нас всех до конца жизни!

— Которая будет очень короткой, Нессайя! - воскликнул Цапхень. - Дургар-пять, это же Лаззиоты, а они напрямую под Дитраном ходят!

— Пусть и дальше ходят, пока они не Дитран, - отрезал Нессайя. - Никто не говорит, что будет легко. Легко мусор и дерьмо собирать, да трупы жрать, а если мы хотим настоящего дела, крупного, как то, которое я только что провернул, так надо действовать!

— Погоди-ка, Нессайя, - раздалось шипение. - Ты на что это намекаешь?

— Намекаю? - оскалился тот. - Да я прямо говорю! У нас есть обманка для кладбища Аргунатов, которая позволит нам пройти под видом мусорщика - ремонтника! Все благодаря землянину!

Жест в сторону Лошадкина, который стоял с каменным лицом. Все же нашли способ насрать, ну ничего, авось тот гигант размолотит их в пиратскую пыль!

— Там один их кораблик активировался, ну да мы, наемники осторожные, посмотрим издалека, напрямую не полезем, да?

Ухмылки, кивки, жесты руками.

— Возьмем с них всякого, обшивочки, маркировочки там, оружия, и стаей древних призраков пролетим, пусть потом Лаззиоты претензии Аргунатам шлют, я не против!

— Хо! Дело! - вскричал Цапхень.

— Маскировка будет не идеальна, - сообщил капитан-киборг.

— За идеальной маскировкой к сильным, - развел руками Нессайя. - Влетим, ударим - улетим, ищи - свищи нас потом в гипере! Прыгло Аргунатов протухло, но кое-что привезли, сможем дать помехи, собьем со следа, а то и вовсе, куклу сляпаем!

Это заявление вызвало хохот и крики восторга у капитанов. Михаил стоял с каменным лицом, бросал взгляды в сторону других пиратов-помощников. Те радовались, похоже Нессайя предложил нечто потенциально прибыльное, пусть и опасное.

Предложил потому, что Лошадкин ему помог!

Под эти радостные крики вопрос того, может Михаил сломать защиты или нет, как-то сам собой замылился. Капитаны вызвали карту системы и Лошадкин напрягся, но, конечно, никто не поместил заботливо в уголке универсальный галактический код. Возможно, ему следовало уступить и Дрее, пилоту и навигатору, так сказать, сделать еще один шаг глубже в сточную канаву.

Словно он мало их сделал!

— Зайдем от центра, - звучало за общим столом.

— Через портал было бы идеально и легально, - указал кто-то.

— Крюк придется давать и потом еще ломать портал, долго, не успеем.

— Но гипер надо крыть!

— Ты бы еще напомнил, что прыгло надо держать горячим! - раздался хохот.

Семь планет в системе, основной из них, похоже, была третья, как Земля. Пятая выглядела безжизненным куском льда (карта, конечно, была трехмерной), если бы не реплики пиратских капитанов. Завод по переработке энергония и какой-то там исследовательский центр по его же изучению. Настоящий океан энергии, даже в сыром виде, которого хватило бы на снабжение всего "вольного пограничья".

Проще и легче было бы ударить по той точке между звездами, где и добывался этот самый энергоний, но пираты не знали координат. Планировали разжиться ими на заводе и в центре, и во время бегства попробовать удвоить добычу, но в целом об этом говорились скорее в теоретическом ключе. Практическая сторона, помимо маскировки под давно умерших Аргунатов, заключалась еще и в том, что недавно систему навещал рой ысынгунов. Тянул свои жвалы и хоботки к тем же запасам энергония, но их отбили и прогнали.

Пусть бдительность оставалась повышена, но ысынгуны навели шороху, вывели из строя тяжелую орбитальную станцию, висевшую прямо над заводом. Один ее залп снес бы любой из пиратских кораблей, но теперь у них появлялся шанс.

— Если получится, надо будет притащить что-то мощное с кладбища, - указывал Нессайя, - и жахнуть, не жалея батарей, все равно потом все окупится стократно!

— Вот сюда, по спутнику у четвертой планеты и базе флота! - последовало кровожадное со стороны Уссеи.

— С таким бахлом мы можем сразу Цундак взять!

— А-ха-ха-ха-ха-ха, - покатились остальные. - Ну ты и дал, Цапхень! Налейте ему штрафную!

— Цапхень дело говорит, - неожиданно поддержал собрата-здоровяка Нессайя. - Если энергию не спускать бачкукам под хвост, можно хорошо зарядить, прикупить средние кораблики у Трасков.

— Сказал тоже, у Трасков!

— Ты бы еще Аупо помянул!

— Сюда охотнее продадут, чем дальше, тем охотнее, - ответил Нессайя, - а там посмотрим. Рано еще делить недобытый энергоний.

Пираты вернулись к обсуждению, постоянно поминая других капитанов и прикидывая, что им нужно будет больше кораблей, живых, транспорта, всего. Как для атаки, так и для вывоза добычи. В то же время их поддавливала зеленая родственница Галахума, так как больше участников - на большее количество долей пришлось бы все делить.

Пираты, думал Лошадкин, настоящие пираты. Налететь, убить, отобрать, никакого созидательного труда, только грабеж. Увидели шанс и вцепились в него, и Михаил не знал, как их отцепить. Взлом хранилища! Вот его шанс подать сигнал, хотя бы тревоги и попробовать стряхнуть с себя Нессайю, не потеряв остальных невольников.

— Все это потребует серьезных затрат, - надул щеки Галахум.

— И изменения планов, - добавил киборг.

— Я готов потратить часть своей добычи, новости о которой так оживили всех вокруг, - заявил Нессайя, с какой-то странно мерзкой улыбкой. - Арендуем верфи Хапстака, да возьмемся за работу, мой ремонт еще не закончен и к Аргунатам надо слетать, несколько дней у всех будет. Но взамен я потребую двойную долю.

— Да ты шлахармак Нессайя! - донеслось шипение.

— Вы же не хотели давать мне равную долю? Давайте остановимся на неравной. Впрочем, если у вас есть землянин для взлома хранилища, тогда действуйте сами!

— Еще не факт, что он его взломает!

— Тогда и доли мне не достанется, не так ли? Но я ведь вкладываюсь больше всех, трачу свою добычу, рискую землянином, а вы? Хотите урвать кусок пирога, не потратившись? Тогда тройную долю!

— Да ты охамел, правильно Уссея сказала!

— Подумайте вот о чем, я предлагаю вам поучаствовать по старой дружбе, - заявил Нессайя, - но ведь могу и сам все сделать.

Все это вызвало волну переглядываний и презрительных ухмылок. Похоже, тут постоянно шли отсылки к прошлому, которого Михаил просто не знал. Какие-то разборки, долги, претензии и обязательства, и во весь этот клубок Нессайя его затащил, делая вид, что Михаил - козырная карта.

— Могу-могу, - повторил Нессайя. - Меньше, чем за два часа я набрал новый экипаж, даже с избытком. Продам всю добычу, проведу найм, прилечу и сделаю все сам. Те, кого я нанял, конечно, побузят, но вы же знаете правила и сами любите карать нарушителей. Утереться придется всем, а добыча будет только моя.

— Так почему ты тогда этого не сделал, Нессайя?

— Потому что я не собираюсь что-то доказывать назло вам. Когда все участники мотивированы, лучше для найма, а найм нам тут предстоит серьезный. Согласны?

С этим никто не спорил, но, когда дело дошло до дележки долей, снова вспыхнул спор.

— Хорошо, хорошо! - вскинул руки Нессайя. - У меня землянин, у вас лучше корабли и больше огневой мощи, хорошо! Равные доли и половину мне, за организацию?

После ворчаний и препираний, с этой версией согласились, заключили "предварительный пакт" и затем капитаны начали расходиться.

— Не хочешь наняться ко мне? - спросила Уссея, останавливаясь возле Лошадкина.

Что такое, с этими баракудианками, обладательницами четырех грудей, подумал Михаил. Так любят землян?

— За меня говорит капитан.

— Твой капитан?

— Эй, Уссея! - прикрикнул Нессайя.

— Уже ухожу, - оскалилась та.

И действительно ушла, не стала кидаться на выручку.

— Предлагала наняться к ней? - спросил Нессайя.

Кабинка сжалась обратно, до размеров обычной комнаты, и Лошадкин даже не уловил, как это проделали.

— Предлагала.

— Ты ее не слушай, - Нессайя заказал бутыль какой-то оранжевой жидкости и осушил ее залпом, судорожно сглатывая и колыхаясь всем телом. - Уф-ф-ф, сложные были переговоры, но ты, молодец, Михаил, молодец. А?! Видишь, я держу слово!

— Вижу.

— В остальном тоже сдержу! Выбирай развлечения на свой вкус, все за мой счет, все равно у тебя денег нет!

Хваск тоже засмеялся, а Лошадкин попробовал подключиться к чему-нибудь за пределами кабинки. Меню в столе и заказ развлечений, практически любое из них могли организовать, прямо не выходя из кабинки, только плати. Чем больше энергии потрачено, тем больше оплата и это было логично и разумно, но сейчас почему-то раздражало.

— Ну же!

Наркотики и азартные карточные игры Михаила не привлекли, виртуальные игры выглядели привлекательно, но не в этих же условиях! После года сидения на средневековой планете, его отчаянно тянуло в сеть и к чудесам нового, продвинутого мира, но опять Лошадкин обнаружил, что в силах сдерживаться. Владеть собой, так сказать.

Но лист предлагаемых "секс-партнеров" он все же пролистнул и поразился было разнообразию, но затем сообразил. Такие как Хлоя, например, сбежавшие за романтикой, но нашедшие только рабство и проблемы. Ни сбежать, ни вырваться, и что им оставалось? Идти в такие девочки для развлечений, в пиратки, или прозябать на планетах, где находилась масса живых. Сельское и горное хозяйство, производство всякого, но ведь все это можно было найти и на родных планетах! Те, кто сбежал оттуда, пытались найти заменитель и получалось, что обеспечивали разнообразие.

Вполне возможно, что мнимое разнообразие, подумал Лошадкин, глядя на список. Половину составляли всякие роботы, андроиды, живые с протезами, насадки, камеры, даже приспособления с электродами, а живым зачастую прилагались "расширители" сознания, надо полагать снимавшие секс-ограничения разума.

— Я, пожалуй, не буду ничего выбирать, - сказал Лошадкин.

— Почему? - с подозрением спросил Нессайя.

— Я и так в долгах и не хочу увеличивать их. Будут свои деньги - гульну.

— А так пока обойдешься Хлоей, отличный заменитель, поверь моему опыту! - захохотал Нессайя, хлопая его по плечу. - Как и обещал, отдельную каюту тебе обеспечим, делай с ней, что хочешь!

Лошадкин лишь вздохнул мысленно, искривив губы в беспредельно фальшивой улыбке.

Глава 15

Несколько дней спустя

— Вот здесь придержи, - указал Михаил.

— Хорошо, - тихо отозвалась Хлоя.

Протянула руку, придерживая очередной кабель. Работа на "Вольной Стреле" кипела, ремонт был уже практически закончен, предстояла обшивка и маскировка "под Аргунатов". К трудам привлекли даже невольников, особенно Лошадкина - электрика, правда, ошейник так и не сняли.

На планету тоже не выпускали, тот выезд в "Найм" оказался единственным, что только подтверждало подозрения Лошадкина насчет Нессайи и намерений пиратского капитана. В то же время, Михаила мучило какое-то странное любопытство: хотелось пролететь по чужой планете, не находящейся в средневековье. Посмотреть, как тут себя ведут живые, поговорить с ними, понять, действительно ли они поддерживают пиратов или просто не знают о них и пытаются выжить? Или считают их вольными наемниками?

— Ага, и теперь вот здесь, - указал на другой кабель Лошадкин.

Хлоя растопырила руки, наклонилась, словно целуясь с ним. Подобные наполовину интимные позы вызывали шуточки у экипажа, особенно новичков, но Михаил этого и добивался. Отвлекал общее внимание от того, что он под видом ремонтных работ (которые тоже делал, конечно) паял себе отмычку. В сущности, ведь не требовалось взламывать ошейник или подбирать код, просто закоротить его, чтобы не ограничивал манопу.

— Вот так? - тихо спросила Хлоя.

— Ты молодец, - подбодрил ее Михаил.

Им выделили отдельную каюту-камеру, Лошадкин пытался отказаться (все равно он не собирался спать с Хлоей), но их запихали туда почти насильно. Он попытался, как смог, успокоить Хлою, объяснил, что теперь ее никто не будет трогать (хрупкое обещание капитана, конечно, ничего не значило, скорее должно было подкрепить лояльность Михаила, мол, хочешь, чтобы не трогали, служи верно), и та преисполнилась какого-то странного доверия.

Разве что не молилась на Михаила.

— Видишь, теперь кабели не пережаты и не лежат вплотную друг к другу, создавая наводки, - пояснил он Хлое, указывая на отремонтированную часть.

— Корабль будет летать лучше? - тихо спросила та с затаенной грустью.

— Пока его снова не повредят, - подмигнул ей Михаил.

Конечно же, ее травмы не прошли за пару дней, да и сам Лошадкин не был психологом. Но все же она верила ему, меньше впадала в депрессию, постепенно раскрывалась навстречу. Михаил хотел расспросить Хлою о ее жизни, народе, системах, как протекала их обычная жизнь, в общем все, что могло восполнить проблемы и помочь в будущем. Как с самой Хлоей, так и возможным побегом, и жизнью потом, где ему явно никто ничего не дал бы за красивые глаза и рога.

Хотел, но не торопился, ждал.

— Это будет скоро, - прошептала Хлоя.

Она практически всегда шептала, и Михаил так и не понял пока, то ли сорвала связки во время криков, когда ее били и насиловали, то ли это психологическое. Нессайя любил орать и шуметь, но возможно не переносил таких звуков от своих жертв? Стоило бы расспросить Трорга, но расселение по разным камерам-каютам и разные места работы разделили их.

Одна радость: Маргуд больше не сверкал глазами и не выражал свою ненависть к землянам.

— Да, работы почти закончены, наемники уже почти все собрались, - ответил Лошадкин.

Посмотрел почти в упор в серые глаза Хлои, с крестообразным зрачком, и снова подмигнул. Та попыталась подмигнуть в ответ, но вышло просто моргание.

— И мы свою часть тоже почти сделали, - добавил он. — Вот тут заварить, здесь запаять, и крышку закрепить, чтобы не сорвало потом.

— Хорошо.

— Да, надо сделать хорошо, - отозвался Михаил, заметив приближение Дреи, - чтобы повысить свои шансы на выживание в бою.

Ему хотелось оторвать руки тому, кто занимался проводами до него, и не сомневался, что следующий ремонтник будет думать то же самое о Лошадкине. В то же время, работа по специальности продолжала приносить ему тихую радость, в дополнение к повышению своей ценности в глазах Нессайи. Делать все качественно, не заводить крамольных разговоров, усыпить бдительность пиратов, нехитрый, но действенный план.

— Тебе не дадут оружия, Михаил, - заявила Дрея ему в спину. - И в бою ты участвовать не будешь!

— Жаль, - притворно огорчился Лошадкин.

Дрея была в "полетном" комбинезоне, не скрывавшем ее грудей и ложбинки между ног. Также за эти дни Михаил узнал, что баракудианцы (так назывался народ Дреи) были гермафродитами, и хвост у них все же имелся, высовывался, когда надо из кожаного мешка, и впрыскивал семя в партнера или в самого баракудианца, то есть баракудианку. В остальном они тоже представляли собой какую-то дикую смесь рептилий с млекопитающими, и Михаил так и не понял, как это работает.

— Показать тебе, как правильно держать ее за рога? - предложила Дрея, глядя на агемку.

— Я сам разберусь, - ответил Михаил, загораживая собой Хлою.

— Землянин, - презрительно оскалилась Дрея.

— Что это значит? - нахмурился Лошадкин.

— Ты, с ошейником, спрашиваешь старшего пилота?

— Я с ошейником, который будет ломать защиты хранилища энергония, - ответил Михаил.

— Интересно, - теперь Дрея облизнулась.

— Старший пилот не в курсе операции?

— Мне просто интересно, как вот в вас, землянах, это сочетается. Защита и помощь слабым, утирание им носов и задниц, в ущерб себе, и эта дерзость, словно ты вдруг помереть решил.

Так и было, но Лошадкин не стал напоминать. Та атака комбайном (проданным Нессайей втихаря, в отличие от добычи с кладбища), словно забылась, будто и не было.

— Эта наглость Сильных меня всегда заводила, - Дрея ухватилась руками за сиськи. - Жаль, не успела тебя поиметь, пока капитан не спохватился.

Михаил не сдержался, стиснул зубы, а Дрея захохотала, словно только того и добивалась.

— Но если ты вдруг захочешь позаботиться о слабой беззащитной девушке, то приходи. Или, если хочешь...

— Нет! - повторил Михаил, снова загораживая собой Хлою.

Дрея удалилась, хохоча и виляя толстым задом.

— Спасибо, - прошептала Хлоя. - Михаил, если хочешь...

— Нет, - отказал и ей Лошадкин.

Почти привычная ситуация, признательная ему женщина, с которой он не спал. Для полного соответствия не хватало только увеличения числа женщин до пяти, но такого точно не случилось бы - зачем пиратам столько невольников? Они и этих то держали больше из прихоти Нессайи!

— Она тоже тебя насиловала?

— Иногда, - сглотнула Хлоя.

Агемцы не обладали повышенной приспособляемостью, как те же вендарцы, из числа которых происходил Трорг, и в то же время они явно были крепче обычных людей. Или Хлою подлечивали после этих развлечений Нессайи и приближенных к нему. Сильные родственные связи, благодаря которым жирный капитан (на самом деле Нессайя не был жирным, по меркам своей расы, но Михаилу нравилось обзывать его так) рассчитывал получить выкуп, ведь именно они же привели бы и к последующей мести со стороны агемцев.

Нессайя то ли не думал об этом, то ли ему было плевать, ведь сейчас он собирался разозлить ллазиотов своим нападением на Дургар-пять. А может не только их, но и стоящий за ними Дитран, доминирующий в этом секторе галактики.

Можно было бы приписать все это дерзости, уму и стратегии, но Лошадкин уже видел образ действий Нессайи. Примчаться на сигнал бедствия и нагло навалиться, да, примерно так же, как он поступил с Хлоей. В этом не было разума, одни какие-то животные инстинкты, словно думал Нессайя пузом и тем, что ниже.

Но как же тогда он стал капитаном?!

— Она была лучше других, - вдруг прошептала Хлоя, - обычно поила меня перед этим до беспамятства.

Михаил только вздохнул и покачал головой.

— Она все равно причиняла тебе боль, - сказал он. - Ты же понимаешь это?

— Да.

— Но ты признательна ей, так как она причиняла тебе меньше боли, чем другие. Это неправильно.

— Но что мне делать? - донесся шепот.

— Помогать мне, - спокойно ответил Михаил, - и бороться с этим чувством.

Даже если подслушивали, ничего крамольного он не сказал. Взялся защищать и опекать, и тем самым сильнее привязывался к "Стреле" и создавал у себя слабое место, на которое можно было давить. Лошадкин сильно сомневался, что Нессайя и остальные вели тут тонкую психологическую игру, но он действительно хотел помочь Хлое и остальным.

Невольникам помочь и освободить, пиратов - покарать.

— Хорошо, - отозвалась Хлоя.

Шепот и склоненная голова, они постоянно создавали у Лошадкина ощущение, что сейчас она прыгнет, насадит его на рога. Вспышка маньячества, впадение в депрессию, тут словами было уже не помочь, требовались лекарства, причем подходящие агемцам, но синтезаторы решали эту проблему.

— Помыться, сменить одежду, отвлечься, - рассуждал он вслух, - жаль, что ничего этого тут толком не дадут сделать, но не волнуйся, я что-нибудь придумаю.

— Хорошо, не буду волноваться, - прошептала Хлоя.

Не надорваться бы, подумал Михаил, пытаясь помочь всем и самому себе. Глупые мысли, посещавшие его не раз, и Лошадкин опять отложил их в сторону, до операции на Дургаре-пять.

— Можно мне волноваться за тебя? - вдруг прозвучал голос Хлои.

— Что? - отвлекся он от работы и размышлений.

В проверке и переделке этой секции не было необходимости, но Михаил нагло сделал вид, что обнаружил утечку. Повод еще повозиться, допаять отмычку, если повезет, установить своего "жучка". Так, чтобы его не обнаружили потом, и именно из-за этого Лошадкин пока еще ни одного не поставил. Следовало делать вид, что он прогнулся и уступил, поддался на игры Нессайи и сотрудничает, пытаясь выторговать себе что-то, вроде той же Хлои.

Хлоя сама обратилась к нему!

— Можно и нужно, - кивнул Михаил, - но умеренно.

— Умеренно?

— Разумеется, - ободряюще улыбнулся ей Лошадкин.

Хлоя попыталась улыбнуться в ответ, демонстрируя отсутствие части зубов. Ее рога, помимо ощущения, что они вот-вот воткнутся ему в живот, постоянно напоминали о сходстве с Алатеей и Михаил не мог отделаться от мысли, что путь алурианки мог закончиться вот так же. Не обратилась бы она в посольство Земли, бежала прочь от тех, кто за ней гнался, лишь бы сбежать, оказалась бы в "вольном пограничье", в таком же рабстве.

Тут так любили слово "вольное" и производные от него, что поневоле закрадывались мысли о насмешке.

— Видишь, ты уже смотришь на меня, молодец!

— Ты же сказал не волноваться, - сообщила Хлоя.

Что-то не то происходит, подумал Лошадкин, да и плевать. Сама заговорила, сама посмотрела, это был прямо прорыв, который теперь следовало закрепить и не испортить. Если она во всем слушалась его?

— Да, спокойствие пойдет тебе на пользу. Не волноваться, не думать о плохом, выспаться.

— Но я волнуюсь за тебя!

— Умеренно, - вскинул указательный палец Михаил.

— Умеренно, - повторила Хлоя, запрокидывая голову и глядя в потолок, на который указывал палец.

Стала видна ее шея, но отнюдь не созданная для поцелуев. Складки, шрамы, какие-то наросты. В целом Хлоя производила скорее отталкивающее впечатление, если сравнивать с земной красотой, и это служило еще одним напоминанием о том, что в галактике все иначе. Возможно, с точки зрения Нессайи и прочих она была невиданной красавицей? А рога эквивалентом груди пятого размера?

— Заканчивай, Михаил! - раздался оклик Хваска. - Если собрался иметь Хлою, то тоже поторопись!

— Спокойно, - шепнул ей Лошадкин, - не собираюсь.

— Хорошо, - ответила та, склоняя голову, - я буду спокойна.

— С кем я сплю - мое личное дело, - огрызнулся Михаил в сторону старшего помощника.

— Если у тебя есть право на личность! - захохотал тот, словно подражая Нессайе. - Но ты держись, держись, я на тебя сто кредов поставил!

Ур-р-р-роды, подумал Михаил, выпрямляясь с внешне бесстрастным лицом. Угрожать взломом хранилища и подрывом всех пиратов? Глупо и не поверят же.

— С чего такая спешка? - спросил Михаил.

— С того, что я так сказал! Давай наружу и помогай там с обшивкой! - оскалился Хваск.

Рука его потянулась за оружием.

— Что, думаешь, капитан защитит тебя? - вдруг спросил Хваск, помахивая имитацией кнута. - Так я и не собираюсь убивать тебя, но вот ее!

Кнут щелкнул над головой Хлои, и та согнулась ниже.

— Чтобы ударить ее, тебе вначале придется свалить меня.

— Может мне тебя еще и изнасиловать? - цокнул Хваск.

Но кнут все же убрал и снова прикрикнул:

— Беги наружу! И не забудь прихватить свою пассию, а то ведь ее здесь могут и отстегать!

— Не забуду, - процедил сквозь зубы Лошадкин.

Подхватил Хлою и повел наружу, под палящие лучи голубого солнца. "Вольная стрела" и другие пиратские корабли стояли на отдельном поле, перелетели на так называемые верфи, и вокруг кипела работа. Ездили тележки и механизмы, бегали пираты, тащили и ругались, работали над обшивкой, создавая имитацию из кусков с кладбища кораблей.

Похоже, тот гигантский корабль снова отключился или улетел, подумал Лошадкин, пираты обернулись быстрее, чем он рассчитывал. С одной стороны хорошо, быстрее все закончится (если пройдет по плану), с другой можно было успеть больше и лучше, подготовиться, а в идеальном случае так и вовсе не доводить до операции. Взломать ошейник, затем корабль и улететь на нем в систему Дургар.

Выдать зловещие планы пиратов!

— И я не забуду, - прошептала Хлоя, - никогда не забуду того, что ты для меня сделал.

— Ладно-ладно, мы еще поживем, - подбодрил ее Михаил.

Глава 16

— Цаг! - рявкнула система оповещения голосом Нессайи. - Всем чистых скафандров, не подведите меня, засранцы!

Полминуты, подсказала манопа и Лошадкин ощутил дрожь в желудке. Его первое космическое сражение! Нет, не его, сказал он сам себе, а пиратов, но это не помогло. Дрожь несмотря на то, что оружия Лошадкину так и не дали, как обещали. Вместо Хлои ему придали того молчаливого пирата, что сопровождал их третьим на корабль Аргунатов, не какого-то новичка (те смотрели презрительно на невольников, Михаил тоже не спешил подбегать с предложениями дружбы).

— Хасса! - голос Дреи.

Корабль дернуло, швырнуло, Лошадкина попыталось бросить на одну из стен, но системы скафандра удержали, "приклеили" его к полу. Сами скафандры тоже активировались, теперь у Михаила была защита, хоть какая-то, но защита. Его задачей было быстрое реагирование и ремонт поврежденных частей, хотя для таких вещей полагалось использовать роботов! Но увы, роботы, способные на такое, были дороги, запчасти к ним еще дороже, а вот живые оставались дешевы и доступны по малой цене.

— Не спать! - голос Нессайи.

Корабль снова тряхнуло и затем начались судороги как тогда, когда сгорело "прыгло". Корыто, подумал Лошадкин, пытаясь понять, что происходит, многократно латанное корыто, куда тащили и тянули части с других кораблей. Приваривали, сшивали, расширяли, проверяли на нагрузки, но не так, чтобы очень, изображать из себя атмосферный истребитель с перегрузками кораблю не требовалось (для этого были те двухместные штуки, из которых пираты палили по экспедиции Земли и прочим мордахам), и в результате постоянно возникали какие-то слабые места, натяжения и искривления.

Там ломалось и рвалось, пираты латали на ходу и все это громоздилось одно на другое, вызывая у Лошадкина желание выбросить все в космос и сделать заново. Теперь, в настоящем бою, они просто обязаны были сломаться, загореться...

— На пол! - рявкнула система.

Лошадкин упал, прижался к полу, додумывая мысль, что возможно все легко ломавшееся и горевшее пираты уже давно утратили и выбросили. Корабль тряхнуло и Михаила оторвало от пола, несмотря на системы скафандра и вдруг все перевернулось, закрутилось, а его прижало к стене. Приклеило скафандром, словно он опять оказался на древней карусели.

— Что происходит? - прохрипел Лошадкин.

Молчаливый пират не ответил, он тоже вжимался в стену, пока "Вольная Стрела" крутилась, будто заправский волчок. Не так Михаил представлял себе первый бой в космосе! Отрезанный от информационных систем, лишенный возможности выглянуть в иллюминатор, он ощутил, как в нем тихо поднимается страх неизвестности.

Пз-з-з-з-зт-т-т!!

Тонкое пищание, словно комарик вдруг впился в обшивку корабля и тут же внутри что-то глухо бахнуло и ухнуло, повалил удушливый дым. Молчаливый пират отклеился от стенки, перепрыгнул и ударил, вышибая ремонтный люк и Михаил невольно отметил, что тут не обошлось без каких-то усилителей. Импланты? Искусственные мускулы? Иной тип скафандра, работающий подобно экзоскелету?

Движение руки и внутрь влетела какая-то шайба, выдохнувшая клуб дыма, инертного газа, тут же подавившего пожар, и молчаливый пират повелительно указал Лошадкину на выбитый люк. Корабль все еще вращался, и Михаил отклеился, чуть не улетел прочь, но справился, нырнул в люк и тут же увидел причину поломки. Сорвало изоляцию и произошел пробой, повредивший другой кабель, как раз и издававший тот самый писк комара.

Корабль крутился и дергался, но Михаил уже приспособился, опять помянув добрым словом Руслана, тренировки с ним помогали, причем намного лучше, чем все то, что сам Лошадкин учил перед экспедицией терраформинга. Заплатка, изолирующая пена, и Михаил ухватил щипцами в одной руке поврежденный кабель, а во второй уже сжимал молекулярный сшиватель.

— Берегись! - выплюнула система.

Лошадкин не успел ничего сделать, корабль тряхнуло, словно великан дал ему пинка, и Михаила выбило прочь из люка, больно ударив локтями о края. Скафандр не удержал его, иначе Лошадкину могло сломать ноги, и Михаила швырнуло в противоположную стену. Следом рвался клуб инертного газа, словно стремясь задушить его, и это было глупо, ведь Лошадкина защищал скафандр!

Он ударился в молчаливого пирата, и мгновение спустя снова раздался звук пищащего комара, только тот вдруг стал размером с лошадь! Их еще раз швырнуло друг об друга и отбросило, а часть обшивки корабля вздулась и выдала несколько новых бабахов. Клубы дыма, искры, всполохи, "Стрела" еще пыталась кружиться, но явственно замедлялась.

Михаил чуть толкнулся от стены и делая вид, что его отбросило, еще раз врезался в молчаливого пирата, убедившись, что их скафандры пропускают друг друга, явно считая за дружественные объекты. Объединение силовых полей? Неважно! Отвертка-щуп вонзилась в глаз молчаливому, и от камер все это скрывали облака удушливого дыма, но хрен его знает, что там видели системы корабля в других диапазонах.

— Ты был слишком молчалив, - бросил ему Михаил.

Он вскинул руку над плечом, воткнул отвертку в ошейник и промахнулся. Или не попал, куда нужно, только зря вспорол себе шею. Следовало разобраться с телом молчаливого, добить его, а также снять ошейник, нет успеть повредить его и отключить, пока вокруг не спохватились, и как-то все это замаскировать от пиратов, чтобы успеть взломать корабль.

Находящийся в боевом режиме, проклятье!

Отмычка! Лошадкин бросился обратно к люку, туда, где остались инструменты, с которыми он пытался чинить кабеля (и среди которых прятал отмычку), но тут вдруг снова услышал это пищание на высокой ноте. Он замедлился на мгновение это спасло ему жизнь. Огромный кусок обшивки вдруг вспороло, будто консервную банку, и луч прошел над головой Михаила, взрезал стену, и скрылся.

Декомпрессией швырнуло в вакуум все, что находилось в коридоре, включая молчаливого, у которого теперь не осталось шансов выжить. Брызги крови летели в вакуум, а Михаил прыгнул спиной вперед, пытаясь справиться с ураганом декомпрессии и включил притяжение скафандра на максимум.

— Аварийный режим! Аварийный режим! - хлестнуло его по ушам.

Вспыхнули силовые поля, затыкая пробоину на мгновение и Михаил рванул к двери, отмечая, что сигналы аварийной системы пошли прямо в скафандр. Канал связи? Некогда было думать, он прыгнул и дверь захлопнулась за его спиной, и силовые поля там отключились, все опять рвануло в космос.

— Быстрей! - заорал появившийся рядом Хваск. - Перебило энерговоды, нужно кидать обходной канал!

Михаил не успел даже пожалеть о потерянной отмычке - сделает еще! - и подумал, что ему повезло, атака врагов помогла скрыть убийство. Или просто системы корабля еще не разобрались, да и неважно, бой — это шансы, и следовало ловить новые!

Минус один пират!

Он бы обернулся, чтобы проводить взглядом молчаливого, но окна и тут отсутствовали, хорошо, хоть двери имелись!

— А переборки..., - все же обернулся Михаил.

— Не твоего ума дело! - зло бросил Хваск.

Похоже, операция прошла не по плану, и это грело изнутри. Если бы не Хлоя, Трорг и Маргуд, Михаил сейчас искренне пожелал бы всей "Стреле" развалиться и сдохнуть, повторяя судьбу молчаливого. Чтобы плыли вечно в вакууме, разбрасывая кровь и никому уже не могли навредить.

— Куда бежать? - прорычал Михаил сквозь зубы. - Что делать?

Он опять ткнул сердито рукой в ошейник и едва успел уклониться от кулака Хваска.

— Дронго! Жопой отвечаешь! - крикнул Хваск.

Старший помощник помчался куда-то дальше, а рядом с Лошадкиным появился тот матерый кабан-секач, которого он уже видел в офисе "Найма". За собой кабан тащил огромную бухту кабеля энерговодов, и хрюкнул мощно, словно приветствуя Лошадкина.

— Жопой, - раздалось ворчание, - до моей жопы тебе, как до ядра галактики ползком! Тащи!

Последнее относилось уже к Лошадкину, и они потащили, несколько раз их сбивало с ног маневрами и тряской корабля, и Михаил окончательно утратил понимание, что происходит. Если их так мощно сбивали и уничтожали, то, как они еще летели? Что вообще происходило в бою?

— Что происходит? - спросил он у Дронго.

— Новичок? - посмотрел тот свирепо.

Что угодно будет выглядеть свирепо, если у тебя глубоко посаженные глазки, щетина и клыки.

— И уже ранен?

— Выбило секцию.

— А ты даже пластырь не влепил..., - Дронго придвинулся ближе, нахмурился, увидев ошейник.

Они едва не влетели в спешащих куда-то с огромной коробкой трех пиратов. Те споткнулись, упали, но ящик не раскрылся. Ругань, визги, всхрюкивания и корабль швырнуло кувырком, бросая всех с ног на голову.

— Переворот! - голос Дреи.

Михаила швырнуло, и он ударился о ящик, пытаясь понять, что же там внутри. Глупо, но похоже мозг так бежал от страха неизвестности, ведь вокруг творилась битва, а Михаил не понимал, что происходит! Тоже глупо, видел он бой или нет, никак не повлияло бы на его исход, но ему требовалось знать.

Если бы он успел закоротить ошейник!

— Как всегда, с запозданием, - зашипел один из троицы, словно передразнивая Дрею.

Все они, как и Дронго, удержались, приклеились к потолку и стенам, в отличие от Лошадкина. Спрыгнули и потащили было ящик дальше, но почти сразу же за углом жахнуло и ухнуло, Михаила обдало вихрем новой декомпрессии. Лапища Дронго ухватила его за плечо, швырнула в сторону и вихрь заглох, а на пол повалились какие-то вещи.

— Они, - сглотнул Лошадкин.

— Сходи - проверь, - оскалился Дронго. - Нет? Работаем!

Как выяснилось, они уже почти пришли, дотянули бухту кабеля (прямо по коридору! Что за нарушение!) до места поломки, разрыва обшивки и перебитой секции. Одной из тех, над которыми Михаил трудился еще тогда, когда они только летели к кладбищу кораблей на подергивающемся прыгле.

Прыгле!

— Инструменты! - крикнул он. - Мне нужны инструменты!

Его улетели в космос, пролюбил военно-пиратским способом, так сказать, вместе с отмычкой!

— На пояс крепить нужно и за спину, - снисходительно посоветовал Дронго, - чтобы надежнее прикрывало.

— А как же силовое поле скафандра?

— Да ты и правда новичок, - прищурился Дронго.

— Хорош друг другу клыки полировать! - раздался крик Дреи. - Живо почините или нас порвут!

— Вас порвут, - ответил Дронго и вдруг повернулся к Михаилу. - У тебя нет оружия?

Они оба смотрели друг на друга мгновение, что-то осмысливая, затем Дронго ударил кулаком в стену и оттуда выскочил комплект инструментов. Раздался какой-то дикий рев, словно беспредельное возмущение таким ударом и корабль опять тряхнуло. Скрип стен и переборок, вой сирен, и пронзительный аварийный сигнал, вкручивающийся прямо в мозг Михаила.

— Абордаж! - взревел в унисон с сигналом Дронго. - Работай или нам всем пиздец!

В руках его появилось какое-то подобие ружья страшного вида, и оно загудело, а затем плюнуло таким зарядом, что даже манопа выдала предупреждение. Михаила тряхнуло, едва не отбросило от инструментов, но тех, кто сунулся в двери, вообще разорвало в клочья. Вой декомпрессии и вспыхнувшие силовые поля.

— Быстрей! - новый устрашающий всхрюк. - Иначе нечем будет затыкать дыры!

Лошадкин и без того работал, хотя его и потряхивало. Взгляд сам улавливал места разрывов, без всяких тестеров, и подключал, сшивал, с минимальной изоляцией, стараясь не думать о том, что будет, если кабель, идущий по коридору, перебьют.

Дронго выстрелил еще раз и затем метнулся вперед, взял на таран следующего противника, пересилил его скафандр своим или еще что. Насадил на клыки и вонзил в стену, выдернул и ударил еще раз, разрывая живого, который пытался ударить в ответ.

— Прыгуны хрюевы! - раскатисто выдохнул Дронго и тут же подпрыгнул, перевернулся.

Оказался вверх ногами на потолке и выстрелил, но промазал, отпрыгнул, сбив Лошадкину чемоданчик с инструментами и закрыл его вспыхнувшим силовым полем, похоже, выставил свой скафандр как щит. Выстрелил еще раз из-под руки, совсем в другую сторону и хрюкнул прямо в ухо Михаила, никакие защиты скафандра не помогли:

— Включай!

— Еще не все! - крикнул Михаил в ответ, отодвигаясь.

— Включай!! - прорычал Дронго, пытаясь отвесить ему пинка.

Лошадкин понял, что его сейчас застрелят, но отказался поддаваться испугу, и доделал все, как положено. Быстро, но без нарушений, и плевать, что там трижды вспыхивали силовые поля, сбивая декомпрессию и в итоге скафандр все же начал работать, воздуха вокруг практически не осталось, а тот, что был, стремительно утекал сквозь дыры.

— Да не дергайте вы! - заорал он яростно, когда корабль опять тряхнуло.

— Иди сам порули!

— Сними ошейник!

— Включай!

Дронго уже ранили, но рану тут же пережало чем-то, зашипел выпускаемый гель. Михаил охотно познакомился бы ближе с этими чудесами современной пиратской техники, но понимал, что торопиться все же стоит. Сдаться тем, кто ломился на корабль, словно им тут было медом намазано, не вышло бы, Дронго его просто застрелил бы, без сомнений.

— Пошла, родимая! Хасса! - шипение Дреи.

Корабль рвануло, а Михаил все же увидел то, что хотел - космос - через пробоину в борту, дверях, коридоре, всем том, что было разнесено защитниками Дургара. Чернота и мечущиеся звездочки, слившиеся на секунду в лучи, и снова чернота, и еще рывок. Стрела скрипела и стонала, Дронго уже умчался куда-то, орал и стрелял, судя по вспышкам, и затем все резко стихло за несколько секунд, Михаил только успел нормальную изоляцию поставить.

— Дрея! - появился Хваск в сопровождении трех пиратов. - Мы выбили прыгунов!

Что-то тут было не так, подумал Михаил. Зачем они все постоянно кричали вживую? Враги подавили связь?!

— Молодцы! - шипение Дреи.

— Не молодцы, а засранцы, полные дерьма! - голос Нессайи. - Сигнал бедствия! Мы потеряли управление и падаем!

Глава 17

Корабль опять начал кружиться, и в этот раз Михаил успел заметить промелькнувшую землю. "И это вся битва?" возмущенно орал кто-то внутри него, требуя немедленно объяснить ему происходящее. Что тут происходило и почему так плохо подготовились и как это их взяли на абордаж, когда двигатель работал, а значит имелась возможность ускоряться?

Вместо сирен и красных ламп под потолком, сигнал бедствия взвыл внутри скафандра Михаила, который попробовал подключиться в ответ, забыв, что ошейник все еще на нем. Проклятье! Почему он не успел и так долго возился? Надо было сразу убивать того молчуна и прыгать в космос! Может эти загадочные Прыгуны подобрали бы его... но как же Хлоя и остальные?!

— Работаем, работаем, не стоим! - Лошадкин получил ободряющего пинка.

— Так что делать-то? - огрызнулся он.

— Чинить!

— Что?

Полный недоумения и злобы взгляд в ответ. Кто-то из новеньких, отметил Михаил, один из тех, с кем капитан болтал через сеть тогда в офисе "Найма".

— Схему мне дадут?

Но схемы Михаил так и не получил, равно как и новых пинков. Появился Дронго, оттеснил и потащил Михаила прочь, туда, где ранее взорвало троицу с ящиком. Один из пиратов заменял механизм управления дверью, второй помогал троице ремонтных роботов. Вакуум рядом и тряска корабля ничуть им не мешали, они уже наварили один лист обшивки и ставили другой, сшивали их воедино, восстанавливая герметичность.

— Третий комплект! - бросил пират, помогавший роботам.

Дронго и Михаил вскрыли ящики с нужной пометкой и потащили новые кабеля, цепляя их прямо на листы обшивки. Лошадкин еще успел снова заглянуть в черноту космоса, но опять ничего не понял, кроме того, то они падали на какой-то спутник, не планету. Что-то сверкало и искрилось, похоже, битва продолжалась, и это не радовало, с такими потерями и пробоинами, "Стрела" уже явно никуда не полетела бы.

Два пирата и роботы, которых стало пятеро, умчались дальше, быстро меняли и варили, словно делали "Стреле" новый корпус. к Дронго и Михаилу тоже присоединились два робота, потащили кабеля и Лошадкин изумленно взирал на эти конструкции, словно кто-то решил скрестить швейцарский нож, кухонный комбайн и робота-пылесоса, на антиграве.

— Где они были раньше? - изумленно спросил Лошадкин.

— Раньше не требовалось латать корабль на ходу, - вдруг ответил Дронго.

Корабль затрясло, словно они выехали на космическую дорогу, полную камней, затем все стихло.

— Так это ты секретный козырь Нессайи? - вдруг спросил Дронго.

— Теперь уже нет, - усмехнулся Михаил, - раз мы потеряли управление и падаем!

— Потеряли! - усмехнулся в ответ Дронго, захрюкал мощно.

Михаил никак не мог понять, что происходит. Дронго явно был из числа тех, кому доверял Нессайя, возможно, поэтому матерый кабан и оказался рядом, защищал Михаила. Но это изумление при виде ошейника? Смех сейчас? Лошадкин ощущал что-то неясное, чего не было в его прежней жизни. Да, там он фрилансил электриком, общался с клиентами, но и только.

Год повелителем пяти народов внезапно обогатил Лошадкина (не в материальном смысле, конечно) и это неясное чувство было пониманием Дронго. Пониманием того, что сам Дронго не понимал происходящего и был недоволен ошейником на Михаиле, так как искренне считал его одним из "вольных наемников". Также Дронго был недоволен... Нессайей, похоже, что тот подверг ключевую фигуру (то есть Михаила) опасности и не обеспечил должной защиты.

Можно ли было на этом сыграть? Разумеется. Но как? Неясно.

— Не потеряли? - сделал вид, что обрадовался Михаил. - Нас подберут? Будем ломать хранилище и умчимся с добычей?

— Увидишь, - хрюкнул Дронго.

Ушел, посмеиваясь, и Михаил понял, что надо ловить момент. Ремонтные роботы!

— Эй, робот, помоги мне! - скомандовал он ближайшему.

Тот даже не повернулся, продолжая тащить и варить, собирать и запирать. Не требовало быть гением, чтобы понять, что происходит - часть внешних секций "Стрелы" просто сбросили, остальное все запечатывали и тащили временные коммуникации, которым затем предстояло стать постоянными. Такими, чтобы будущий Лошадкин ругался на них и обзывал корытом.

Странно только, что в прошлый раз ничего этого не было - Нессайя купил роботов с добычи на кладбище?

— Эй, робот, - подошел ближе Михаил.

Ну да, глупо было что-то говорить, когда их разделял вакуум, но как-то же Лошадкин общался с Дронго? Если его поставили ремонтировать, то могли же выдать права на управление роботами? Михаил протянул руку и коснулся бока робота, пытаясь подключиться к нему напрямую, раз уж манопа все еще работала.

ДЗЫНЬ!

Не взлом, мгновение спустя понял Лошадкин, манопа просто имитировала диагностическое подключение, и робот теперь рапортовал о том, что делал и собирался. Нехитрая программа, чини, сшивай и проверяй, но в то же время опирающаяся на карту поломок "Стрелы" и робот охотно передал ее манопе, а Михаил скрежетнул зубами. Треть "Стрелы" словно вскрыло зазубренным космическим консервным ножом, включая и камеру невольников, и оставалось только гадать, уцелели они или нет!

— Дай! - рявкнул он, выловив из потока сведений нужную информацию.

Никакого вреда живым и Михаил, даже в ошейнике, подпадал под это определение. Лошадкин перехватил манипулятор с резаком/сшивателем и ткнул им себе в ошейник, через манопу пытаясь пересилить запрет на причинение вреда и отдать команду. Как ни странно, но вышло и в следующее мгновение острая боль пронзила шею Михаила.

Он вскрикнул и ухватился за шею, ощущая под рукой кровь. Кровь и кожу, но не ошейник, так как робот разрезал его, тем самым разомкнув цепь. Разрезал и подал сигнал в общую систему о нарушении, и Михаил "вцепился" в него, также, как зажимал шею рукой, и попробовал дотянуться первым, убрать оповещение, пока его не заметили.

— Эй! - оклик со спины.

Михаил развернулся, все еще зажимая рукой рану на шее и ощущая, как оттуда выходит кровь.

— Попал под робота, - криво улыбнулся Михаил.

Подключение работало, работало, следовало тянуть время! Частью себя он словно оказался в рубке управления, где в кресле-ложементе лежала потная, еле живая от усталости, фиолетовая Дрея, странно целомудренная в полетном комбинезоне... который обеспечивал ей расширенное подключение к кораблю, как мгновение спустя понял Михаил. Не просто импланты и взаимодействие с техникой, а она словно сама была кораблем, в теории, только не получала "ран", даже ощущений, потому что ну как могло болеть что-то неживое?

С другой стороны, сделать сигналы о поломках и пробоинах сродни ранам и уколам, синякам и царапинам, и пилот действительно ощущал бы себя кораблем. Но подобное могло и убить или вывести из строя, судя по тому, что второй пилот лежал на полу, вывалившись из кресла, и не подавал признаков жизни.

Манопа не дала Лошадкину контроля над кораблем, но он хотя бы подключился и получал информацию! Мгновение назад "Стрела" приземлилась, хотя скорее упала, на один из многочисленных спутников Дургара - шесть, не долетев до места назначения. Спутники эти вертелись и клубились кучей, похоже тут когда-то имелся свой аналог Луны, но потом он развалился, и куски остались - вполне возможно, что часть их удерживали искусственно, но Лошадкин не взялся бы утверждать наверняка.

— Не дергайся! - резкая команда.

Пластырь на шею, сразу начавший пениться и закрывать рану, одновременно с этим вбрасывая в Михаила кучу всякого лекарственного, подходящего, что называется для "белковых гуманоидов". Лошадкин даже заподозрил, что там внутри зашит какой-то наночип, но затем сообразил, что пират просто воспользовался пластырем нужного типа, по подсказке своего импланта.

— Я.., - осторожно заговорил Лошадкин, тяня время.

Раз пират получил о нем информацию, то должен был увидеть и все остальное, включая статус Лошадкина, как невольника.

— Да ты землянин! - воскликнул пират. - Какого бачкука ты тут один и раненый?

Следовало действовать, но в то же время Лошадкин ощущал себя странно заторможенным. Он пытался делать одновременно несколько дел: понять, что происходит вокруг и внутри корабля, взломать системы управления, передать сообщения другим невольникам, и изготовиться к нападению пирата, нет, атаковать самому, ударить на опережение!

— Иди ты в жопу! - орал Нессайя Цапхеню. - Из-за вашей кривожопости меня сбили!

— Сам иди в жопу! - гремел тот, и фоном слышался грохот битвы. - Поднимай корабль или бачкука тебе, а не долю!

— Сами не обосритесь в штурме! - огрызнулся Нессайя. - Себя так защитили!

— Кто же знал, что ты такой криворукий обосрыш?

— Сам ты! - вклинилась Дрея.

— Хваск! - отвлекся на мгновение Нессайя. - Что там у вас?!

— Сражаемся, мой капитан! - раздался отчаянный выкрик.

Одновременно с этим Михаил вдруг увидел, что "Стрела" не просто упала - приземлилась, а ухитрилась рухнуть на нечто обитаемое. Рухнула и проломила поверхность, под которой, как оказалось, находилась еще и подземная база, где не ожидали подобного визита в гости. Аварийно включили силовые поля, но все равно опоздали, и теперь пираты и обитатели базы перестреливались изо всех сил, пускали ракеты, швыряли гранаты, натравливали роботов. Несколько двуместных летательных штук выпорхнули со "Стрелы", перегруженные, так как в каждую набилось по четыре-пять пиратов, и они промчались, задевая ботинками землю и десантировались где-то в центре базы или поселения, там тоже все засверкало и начало взрываться и взлетать... на вакуум?

— Слышал, да?! - еще громче заорал Нессайя. - Не могу взлететь и отремонтироваться не дают!

— Мы прикроем!

— Жопы свои прикройте, да покрепче, пока вас в них не поимели! Штурмуйте! Доберитесь до хранилища!

Судя по крикам Нессайи, остальная пиратская армада должна была срочно штурмовать Дургар-пять, где и располагалось хранилище энергония. Именно там полагалось бы находиться Лошадкину, но вместо этого он с раненой шеей стоял посреди "Стрелы", бессильный что-то сделать или сбежать, так как корабль сейчас все равно не смог бы взлететь. Многочисленные сообщения о поломках и ошибках, разгерметизациях и разрывах, устраняемых ремонтными роботами.

— Эй, у меня тут раненый землянин!

Пират подхватил Михаила, будто собирался нести его и что-то скомандовал роботам, которые даже не подумали отрываться от ремонта. Впрыснутое пластырем дурманило мозг, и без того перегруженный попытками следить в четыре стороны. Следовало драться, следовало помочь обитателям этой подземной базы, а также послать сообщение невольникам, особенно Троргу! Освободить его и драться, драться!

— Да куда все пропали?

— Чеданго, - раздалось шипение в спину. - Опять обосрался от страха?!

Пират развернулся, но Дрея целилась в него с двух рук. Глаза ее чуть расширились при виде Михаила, особенно его шеи.

— В медпункт! - резко бросила она.

— Тебе самой...

— Бегом!

Чеданго потащил Михаила, словно манекен, похоже он и раньше оставался позади в битвах, искал благовидных предлогов, вроде помощи раненому товарищу. Считал ли он Михаила товарищем? В голове все плыло, похоже, Лошадкин перестарался и перегрузил мозг, не учел, что раньше общая сеть и Алекс брали на себя часть нагрузки.

— Дронго!

— Хуёнго! - отозвался тот, и фоном слышался грохот разрывов.

Дрея не стала продолжать, лишь кинула еще взгляд в спину Михаила, и еще раз прикрикнула на Чеданго. Они бегом добрались до медпункта, обнаружив, что тот наполовину уничтожен. Здесь тоже прошелся огромный космический консервный нож и Михаила окатило вялым любопытством, как же уцелела "Стрела?" Почему ей не выбили "прыгло" и всякие там энергоустановки?

— Сборище раздолбаев и засранцев! - ругалась Дрея и ткнула оружием в сторону Чеданго.

В глазах Михаила прояснилось, и он вдруг увидел, что у его "спасителя" желтая кожа с черными пятнами, словно он нацепил на себя костюм сыра.

— Пошел наружу! Там без тебя не справятся! - прорычала Дрея.

Чеданго выскочил, помчался к новому выходу, так как старые по большей части разнесло в битве. Что-то было не так, что-то не сходилось в происходящем, и Михаил никак не мог ухватить нить. Что-то маячило, казалось, вот-вот и он ухватит ответ, но вместо этого лишь отвлекался и еще больше распылял внимание.

— Вот мы и остались наедине, - оскалилась Дрея.

— Ты устала.

— А ты ранен! Самое время смыть с наших тел все лишнее! Давай, встань, только не делай резких движений и не пытайся взломать мой бластер, в нем все равно нет управляющего чипа!

— Я и не пытался...

— Молодец, - похвалила его Дрея, - соображаешь, хоть немного. Как ты взломал ремонтного робота? Открой вон тот шкафчик, смелее, там нет замка!

— Что за расспросы?

— Тебе не нравятся мои вопросы? У тебя есть способ заткнуть меня на время, но ты же не хочешь тереть мне спинку! Возьми вон те красные цилиндры, да! Один мне, один тебе!

— Что это? - спросил Лошадкин, глядя на цилиндры с подозрением.

Приложи и содержимое впрыснет в тело, и он даже оттянул свое внимание от драки снаружи, пытаясь при помощи проанализировать состав жидкости. Тем более, что пираты там уже практически победили и теперь добивали остатки сопротивления, убивали, грабили, словно не стояло у них задачи ремонта и не стояло на кону хранилище энергония!

— Я могла бы вколоть его тебе, пока ты спишь, - скалилась Дрея, продолжая целиться в Михаила.

— Тебе говорили, что ты сексуально озабоченная?

— Сам такой! - последовал радостный ответ. — Это стимулятор-энергетик, так что давай, коли, сейчас тебе потребуется масса сил! Но если ты так меня боишься, то после битвы я тебя обязательно полюблю!

Михаил протянул руку за цилиндрами, собираясь вколоть себе оба и дать бой Дрее - пока пиратов нет, взломать и не пустить их на корабль, да, надо было сразу так и делать! - но тут раздался топот ног, возгласы, крики и в медпункт ввалились сразу трое пиратов во главе с Хваском.

— Валите нахер, любовнички! - заорал он сердито. - У нас тут ценная добыча умирает!

Только теперь Лошадкин увидел, что пираты притащили с собой антигравитационные носилки, в которых лежала бездыханная принцесса.

Глава 18

Секунду или две спустя Михаил понял, что не принцесса, просто девушка, даже не человек, а какой-то иной расы, схожей с людьми. Понял, но отделаться от первого впечатления все равно не смог, невероятной белизны и гладкости кожа, длинные, вытянутые пальцы, широкие, шире, чем у людей, глаза, все это придавало ей какой-то буквально неземной и царственный вид.

— Дитранка?! - подпрыгнула Дрея, и фиолетовые груди ее выскочили из расстегнутого комбинезона, словно стайка надувных шариков.

Михаил же вдруг решился, ткнул в себя одним цилиндром, а второй впечатал в принесенную дитранку. Дитран? Разве они не относились к сильным расам?

— С ума сошли? - прошипела Дрея, надвигаясь на Хваска.

— Нормально! - раздался веселый рокот Нессайи. - Соберем коллекцию сильных! Дитранок я еще не имел!

— Капитан! - взревел Хваск.

— Эй, всем достанется, - небрежно отмахнулся Нессайя. - Если прямо сейчас не сдохнет!

— А если сдохнет? Землянин ей уже вколол реактива!

— Тогда его поимеем вместо дитранки! - захохотал Нессайя, но секунду спустя оборвал сам себя. - Никаких сдохнет, лечите ее! Она слишком ценная добыча!

Михаил невольно сдвинулся на шаг влево, словно собираясь защищать неизвестную ему дитранку своим телом.

— Уже сняли ошейник? - зыркнул в его сторону Нессайя. - Молодцы, но немного рано!

— Чеданго опять нассал себе под хвост, - наябедничала Дрея.

"Реактив" действовал, как на Михаила, и так и на дитранку. Он ощутил прилив сил, словно внутри потек жидкий огонь, нет, словно он стал батареей отопления, включенной перед зимой. Тепло, но не кипяток и не огонь, и готовность действовать, греть, сражаться. Дитранка задышала ровнее, но все равно, манопа указывала, что ей нужна первая, а то и вторая с третью помощи.

— Больше уже не нассыт, - ответил Хваск. - Вылетел из корабля и получил.

Старший помощник совершил жест, больше всего напоминавший земное проведение пальцем по горлу. Михаилу на мгновение стало жаль Чеданго, пусть и пират, но все же помог, влепил пластырь, не стал орать про ошейник и расследовать историю с роботами, потащил оказывать первую помощь. Михаил уже решительно сдернул лоскут одежды с дитранки, занялся ее раной на груди. Та открыла глаза, уставилась на него, не спеша закрываться и визжать.

Взирала, подобно принцессе, и Михаилу нравился ее взгляд.

— Да, все уверял, что в последний раз, - презрительно сплюнул Нессайя, - не соврал, отрыжка бачкука! Ладно, срать ему в череп, все равно ошейник пришлось бы снять. Эй, Михаил, бросай ее и готовься! Пришло тебе время оправдать имя, кормежку и рогатую!

— Ее зовут Хлоя, - сообщил Михаил, продолжая заниматься раной дитранки.

— Мое имя - Дионара, - звучным голосом произнесла дитранка.

Чисто, без акцента, хотя да, мгновение спустя сообразил Михаил, какой еще акцент в том, что было основано на ее родном языке? В качестве "галактика" использовалось нечто вроде пиджин-инглиша, причем в этом секторе с основой на языке Дитрана. В секторе Аупо использовался бы их язык и Михаил, когда услышал о том, первым делом подумал о пиджин-земном.

К тому же у Дионары наверняка имелась своя манопа.

— Кто ты? - послал он ей сигнал и не получил ответ.

Дионара продолжала рассматривать его изумленно, словно не ожидала увидеть здесь человека. Она приподнялась и опиралась на один локоть, словно не была ранена и вообще, находилась у себя дома. Длинное и стройное тело, но без излишней худобы, белоснежное, но в то же время мускулистое, ей, пожалуй, не хватало только короны на голове.

Но Нессайя!

Что это было, дерзость или глупость? Мол, раз схватил Лошадкина, так можно задирать лапку на сильных? Или это была просто глупость, жадность, желание набить живот прямо сейчас, не думая о завтра? Но как же тогда этот налет на Дургар-пять? Пока они тут болтали и ругались, там гибли другие пираты и они-то точно не простили бы Нессайе подобного! Или он пошел путем, которым хотел сходить Михаил и успел сдать всех первым, но зачем?

Да нет, не могло такого быть, ведь "Стрелу" сбили!

— Да срать, как тебя зовут, хоть Белигундой! - рявкнул Нессайя.

Позднее Михаил осторожно поинтересовался и оказалось, что у народа Нессайи так звали богиню удачи и счастья.

— Ты - ценная добыча, но не ценнее того, за чем мы сюда прилетели!

— Не может быть!

— Может, дитранка, может!

— Меня зовут Дионара!

— Какие знакомые нотки, но на имя ты еще не насосала! Дрея! Отвечаешь за нее! Михаил!

Прямо в лицо Лошадкину смотрело дуло, настоящее жерло, огромное, как туннель метро.

— Вперед! - рявкнул Нессайя.

— Ей нужна помощь, - не сдвинулся с места Михаил.

— Ее окажут! Ну!

Нессайя опустил оружие, нацелил его в колени Лошадкину.

— Я сделаю, что смогу, - процедил сквозь зубы Михаил, - но ей помогут и потом не тронут и пальцем!

Уж явно ценность дитранки заключалась не в теле и сексе с ним. В такое мог бы поверить прежний Михаил, но не нынешний, посмотревший на изобилие всяких роботов и приспособлений. Все эти расширители сознания и межвидовой секс смотрелись забавно, но в конечном итоге сводились к надувательству тела. Или нет. Лошадкин вдруг припомнил свои чувства к Алатее - ведь он знал, что она не человек и все же!

— А ты мне нравишься, Михаил, наглый, как дюжина пьяных наемников! - вдруг заявил Нессайя. - Дрея, поможешь ей всем, что у нас есть!

— Помогу, - оскалилась та.

— И будь готова взлететь в любую секунду!

— Не учи жанга летать, капитан, - пригнула голову Дрея, словно собиралась броситься.

Мгновение спустя Михаил вылетел из корабля, рухнул на поверхность, но не разбился, так как гравитация тут была крайне незначительной. Он еще попробовал дотянуться до корабля, вбросить пару закладок напоследок, но ничего не вышло, все словно отрезало.

— Быстрей! - сердито бросил Нессайя, взмахивая оружием.

Сами-то никуда не торопились, подумал Лошадкин, вдруг увидев, куда показывает Нессайя. Туннель, шахта пробитая выстрелом "Стрелы", и уходящая куда-то ниже этой подземной базы, куда случайно упал корабль. Случайно ли?

Откуда-то сбоку вынырнул Дронго, пристроился сбоку, тоже побежал длинными, стелющимися прыжками. Михаил даже не старался не выделяться, знал, что у него не получится так хорошо, просто прыгал, стараясь не улетать слишком далеко.

Стараясь не думать о Дионаре. Дитранка!

Он вроде отбил ее у Нессайи, спас принцессу от жирного дракона, но Михаил знал, насколько хрупка их договоренность, насколько обманчиво все это. Требовалось справиться с неведомой миссией, а ему даже оружие не дали, да и сила оставалась за Нессайей, ну да, ему не надели ошейник, значит, предстоял взлом, а как же тогда хранилище энергония и атака пиратов?

Мысли Михаила скакали, в такт прыжкам тела, и в них настойчиво врывался облик Дионары.

— Хранилище на самом деле здесь? - спросил он у Нессайи.

— А ты поверил! - захохотал капитан.

Несся он ловко, умело, и самое главное - несся. Они ворвались в туннель, и Михаил ощутил вибрацию почвы впереди, словно там творилось землетрясение. Вид на битву окончательно отрезало и Лошадкин не удержался от мысленного вздоха - все же ему хотелось посмотреть. Не поучаствовать, разве что в бою против пиратов, но посмотреть, попытаться понять, что же там происходило и как.

— Что тут происходит? - спросил он у Нессайи.

Дрожь приближалась, вибрации становились сильнее, а туннель, проплавленный выстрелом со “Стрелы”, вдруг вывел их в какую-то наклонную шахту. Словно тоже проплавленную, но выстрелом не от земли, со спутника и затем оборудованную чем-то вроде эскалатора. Или лифта, но в любом случае он отсутствовал. Нессайя, Хваск, Дронго и остальные толкнулись, воспарили и отключили скафандры, позволили себе начать падать, но очень медленно.

Михаил последовал их примеру, отметив, что никто не удосужился ему ничего подсказать. Манопа щупала скафандры окружающих, и Михаилу так и представлялось, как он возьмет и сожмет виртуальный захват, как с тем ремонтным роботом. Сожмет и дернет, отключит им скафандры и оставит тут дрейфовать в темноте. Полутьме, туннель освещался какими-то странными лампами, словно с плафонами радиусом в метр, залитыми светящейся жидкостью.

Стенки, теперь стало видно, что они вырублены грубовато, не проплавлены и Лошадкин моментально представил себе горнопроходческий комбайн, работающий в вакууме и роющий тут туннель. Базу и... еще базу? Но откуда Нессайя о ней узнал?

— Вам же все равно придется мне рассказать, - добавил Михаил, - как еще мне выполнять задачу?

— Как там, на корабле Аргунатов! - ответил тот.

Колыхания живота при слабой гравитации смотрелись особенно отвратительно. Они падали и манопа сигнализировала Лошадкину, что источник дрожи приближается.

— Берегись! - рявкнул Дронго, подавая пример.

Выстрелил - прыгнул, оказался у стены и не забыл еще Михаила за собой выдернуть, крикнул:

— Приклейся!

Остальные пираты и так разлетелись и мимо промчался сноп лучей, врезался в лампы выше и те разбились, выбросили содержимое. Словно радиоактивные светящиеся отходы огромные капли начали медленно падать вниз, и там засверкало, но иначе, будто кто-то врубил огромные сварочные аппараты.

— Это было ожидаемо! - хохотнул Нессайя. - Все равно они опоздали! Двинули!

Они пошли по стене туннеля, поползли вертикально вниз, в каком-то смысле и Михаил подумал, что глупо было бы оставить их без защиты. Скорее всего те, кто создавал дрожь внизу - группа пиратов, без сомнения - успели нейтрализовать эти защиты, еще раз намекая, крича в голос, что Нессайя готовился именно к такому нападению, а все разговоры про Дургар-пять были для отвода глаз.

— Держись за мной, - бросил Дронго Михаилу и чуть ускорился, оказался впереди.

А где Трорг, подумал Лошадкин, осознавая, что все невольники остались там, на "Стреле". Им можно было доверить выход на кладбище кораблей, там они могли работать мясом. Там, но не здесь, где были другие живые и Нессайя крутил какие-то свои махинации. Михаил ожидал подсознательно криков о нарушенном кодексе, но быстро понял, что это лишь иллюзия.

Какой еще кодекс чести у пиратов?

— Ускорились! - крикнул Нессайя, уловив сигнал снизу.

Вспышки сварки там стихли, похоже пираты все же взяли верх. Дронго толкнулся и прыгнул, переключил скафандр на отталкивание, придавая себе ускорения, да еще и не забыл Лошадкина за собой дернуть!

— Что происходит? - спросил Михаил, подключаясь к Дронго по закрытому каналу.

Плевать! Все равно его тащили ломать чьи-то системы, чего уж тут скрываться?!

— Защиту подавили, а время поджимает, - ответил Дронго не оборачиваясь, хмыкнул. - А ты хорош. Но если попробуешь отключить мне скафандр, знай, что я успею еще застрелить тебя и насадить на свои бивни.

— Знаю, - ответил Михаил, подавляя вздохи.

Внизу расцвела новая вспышка, на мгновение выхватившая из черноты нечто огромное, словно бок динозавра, и Михаил вдруг понял, что видит перед собой стену. Ну да, наверняка там имелись и силовые поля, для защиты, но зачем тратить энергию, когда можно было прорыться и уплотнить все до состояния гранита?

Они вжались в стены и замерли, затем начали медленно сползать.

— Дайте мне оружие, - потребовал Лошадкин.

— Он прав, - поддержал Дронго.

— Пусть головой работает, а не руками! - огрызнулся Нессайя.

— Тебе мало нарушения кодекса? - вдруг спросил Дронго.

— Какого еще нарушения? - отозвался Нессайя, хотя Михаил ожидал услышать что-то о задницах. - Там хранилище энергония, завод и центр по исследованию, все, как договаривались!

— Ты обещал им взлом!

— Пусть вычтут мою долю, все записано! - хохотнул Нессайя.

Лошадкин ожидал возмущения и выстрелов, но Дронго лишь хрюкнул возмущенно.

— Ты не боишься мести?

— Нет, - отрезал Нессайя. - Ускорились!

В падении он добавил:

— У них есть право мстить, пусть мстят! Меня же сбили, все это видели!

Новый хрюк со стороны Дронго, но движения он не прекратил. Михаил спускался следом, уже видя опаленную поверхность и очертания тел пиратов, засевших по укрытиям. Часть систем защиты подземной базы была расплавлена, но внутрь пираты так и не пробились.

— Надо было штальнить из Стрелы, - проворчал кто-то из пиратов в общий канал.

— Заткнулись, все кому доля дорога! - рявкнул Нессайя. - Никаких выстрелов, нам нужно содержимое! Давай, Михаил, работай, потрудись, чтобы тебе было к кому и куда возвращаться!

Вот урод, подумал Лошадкин, ускоряясь вместе с Дронго. Даже не скрывается, прямо угрожает, что привалит всех, и Хлою, и Дионару, и отдельную каюту отберет, хотя плевать, зачем мертвому жилье? Михаил уловил слабый сигнал и изменил траекторию, устремился прямо в центр обгорелых пятен и воронок, словно хотел пробиться внутрь базы силой.

Дронго мгновенно оказался рядом, вскинул оружие, но стрелять не пришлось, пираты уничтожили тут все и вся, и можно было только догадываться, какие сигналы бедствия слали засевшие внутри. Сигналы бедствия, теряющиеся на фоне масштабной пиратской атаки, направленной к тому же не абы куда, а прямо на хранилище и завод по переработке энергония!

Неужели Нессайя и это просчитал? Но эти реплики со стороны Дронго, что жирный капитан еще и своих собратьев-пиратов надул и надеялся выйти сухим из воды? Но как... неужели все поломки "Стрелы" были лишь имитацией?! Невозможно!

— Сим-сим, откройся, - прошептал Лошадкин, нащупав нужную ниточку.

Глава 19

Сигнал и двери внутрь начали приоткрываться.

— Стопори! - гаркнул Нессайя.

Кто-то из пиратов выскочил, и штука в его руке выстрелила чем-то вроде раздвижной штанги. Защитники комплекса попытались ее сбить, но только подставились сами под выстрелы пиратов. Пара секунд, манопа Михаила бодалась с системами комплекса за контроль над дверью и затем все рывком пропало, похоже, кто-то просто спалил внизу электронику. Выпустил захват и происходи дело в реальном мире, Михаил сейчас кубарем покатился бы прочь от чрезмерности усилий, не встречающих сопротивления.

— Вниз! - скомандовал Дронго, и они побежали туда.

Было в этом нечто сюрреалистичное, бежать вот так, словно по отвесной стене, и не падать, и Михаил в очередной раз ощутил себя новичком. Вспышка не просто злости на себя и окружающих пиратов, а нечто еще, опять же из времен, когда он был правителем нескольких народов.

Точно, ответственность!

— Берегись!

Дронго отдернул Михаила, и в раскрытую дверь вырвался настоящий поток пламени, словно там внутри засел огромнейший дракон. Ответственность за тех, кто ему доверился, за кого он поручился, за Хлою, Дионару, да даже за Маргуда, чтобы тот понял - не стоит винить всех землян! Ответственность за экспедицию, а также всех убитых пиратами там, на планете, что он был за правитель, раз теперь служил им, вместо мести? Но отомстив, он не помог бы невольникам здесь.

Рационализация страхов? Пускай!

— Живее, дерьмо вы сонное! - голос Нессайи. - Живее!

Распорку в дверях выбило, но они не закрылись, систему управления и правда сожгли, и взорвали. Где-то впереди сверкали вспышки и Михаила окатило легким сожалением - ведь это он открыл двери и погубил тем самым персонал внутри - пополам со злостью.

— Сюда!

Дронго дернул его вправо, и Михаил почти уткнулся в закрытую дверь, изукрашенную каким-то узором. Стилизация под ручную резьбу, геометрические фракталы, от одного вида которых начинала кружиться голова. Михаил подхватил инструменты, вонзил щуп в электронный замок, активируя манопу, которая тут же начала верещать, что это незаконно и она доложит обо всем.

Три разных директивы в манопе сталкивались и конфликтовали: соблюдение законов, спасение Михаила, подача сигнала на Землю. Последние две то и дело забарывали первую, и все равно манопа регулярно верещала и угрожала пожаловаться, как только соединится с общей сетью людей. Лошадкин горячо приветствовал такое желание и даже подпихивал, образно говоря, манопу в спину, чтобы та быстрее соединилась.

— А, - вырвалось у него, когда системы управления комплексом нанесли ответный удар.

Словно укол куда-то в бровь, за которым попыталась последовать обжигающая оплеуха. Манопа перехватила сигнал, изолировала замок, взламывая его, и Лошадкин подумал, что в век такого развития электроники, механические замки внезапно могли оказаться спасением. Или нет, ведь их можно было просто расплавить выстрелом и выбить дверь.

Еще укол и манопа перехватила сигнал, вбросила ему в голову трехмерную карту подземного комплекса. Секретной лаборатории Дитрана! Вспышка надежды, но нет, вслед за картой пришла информация, прояснившая ситуацию. Секретные исследования, ведущиеся Ллазиотами с подачи Дитрана, но при этом остающиеся вне закона. Какие-то сыворотки и симбиоты, биологические штуки, то ли модификации творений Аупо, то ли попытка создать отраву для них. Никаких мозгов в бутылке и биотеха, только механика с электроникой, и сейчас манопа успешно ломала их, хотя и не так быстро, как раньше.

— Бегите, прячьтесь, - попробовал отправить Михаил сигнал, но не вышло.

Сюда бы ипу да десяток маноп, подумал он, ощущая уколы в голову. Виртуальные, но в то же время и реальные, манопа явно заимствовала часть его "вычислительных мощностей", словно демонстрируя ему, как бы выглядела жизнь теми самими мозгами в бутылке или банке.

— Слева! - гаркнул Дронго, первым врываясь внутрь.

Михаила уже закрывали два других пирата, силовые поля их скафандров вспыхивали, отражая выстрелы защитников комплекса. Затем одного все же пересилили, и ткнувшийся в него луч вскипятил пирата изнутри, разорвал, окатив все вокруг внутренностями и красно-черной кровью, тут же начавшей шипеть. Лошадкин успел отскочить за второго пирата и все равно его достало этими каплями, растекшимися по силовому полю, и страшно хотелось начать их оттирать, наплевав на бой вокруг.

— Стенобойку! - новая команда Дронго.

Стук и грохот, конструкция упала на пол, раскрылась и развернулась, изобразив подобие миномета на станине, только смотрящего вертикально. Задергалась беззвучно, извергая из себя поток заостренных стрел, нет, миниатюрных снарядов, которые в момент вспороли стену за спинами защитников и разорвали ее. Хлопок декомпрессии, поток воздуха и вспыхнувшие силовые поля, похоже, технология перекрытия пробоин была стандартной.

Но в то же время, защитники все равно отвлеклись, и пираты рывком оказались рядом с ними. Дронго ударил и убил одного, пробил тело второго и выстрелил в третьего, рванул к дыре в стене, стреляя на ходу. Перегрузил силовые поля, вызвал новую декомпрессию и швырнул внутрь нечто круглое, после чего отпрыгнул и откатился в сторону. Все, кто видел это - упали, и взрывом стену разнесло напрочь, попутно убив нескольких защитников, выпрямившихся в этот момент.

За стеной находились несколько живых, один успел активировать скафандр и защититься, остальных разорвало и разнесло, вместе с взрывом. Пираты рванули вперед, один из них остался позади - добивать и собирать стенобойное орудие, и Михаила потащило вместе с другими. Стены внутри должны быть слабее, чем внешний купол, думал он на бегу, перепрыгивая через развороченные тела и обломки мебели или приборов, все смешалось в какую-то непонятную кроваво-черную кашу.

— Быстрее! Быстрее! - орал Дронго. - Сейчас уже врубят нейтраль!

— Кого? - вырвалось у Михаила на бегу.

Он почти врезался в стену, и подумал, что все эти усилия по взлому замков были напрасны, раз у пиратов имелась стенобойка! Но какой тогда вообще был смысл тащить его сюда?

— Карту! - гаркнул Дронго, едва не протыкая Михаила клыками.

Силовые поля их скафандров столкнулись на мгновение, словно поцеловались и тут же отпрянули смущенно.

— Карту! - снова заорал Дронго. - Иначе мы рискуем испортить то, зачем пришли!

— А зачем мы пришли? - спросил Лошадкин, сбрасывая ему то, что уже успела добыть манопа.

Не полную карту, конечно, там было нечто вроде схемы эвакуации и условий срабатывания для того замка на двери. Эвакуация!

— И об этом меня спрашивает землянин! - вдруг захохотал Дронго.

Пираты вокруг торопливо что-то собирали и готовились к штурму следующего помещения, парочка даже побежала обратно, за стенобойкой. Нессайя и Хваск куда-то делись, похоже долбились в другую часть комплекса. Знали, куда идти, нет, ведь Михаил не дал им допросить Дионару! Но откуда-то Нессайя знал о комплексе, значит, утечка информации была еще раньше.

В голове Михаила вдруг словно сложилась часть паззла, не весь, лишь нескольких кусочков, но все же. В какой-то момент Нессайя узнал об этой секретной лаборатории, даже без подробностей, просто узнал, что она есть и примерное местоположение. У него не хватало силы и технологий, чтобы вломиться сюда, и поэтому информация просто лежала мертвым грузом.

Затем он получил сигнал гипермаяка экспедиции Земли и рванул туда, роняя движки, как раз за технологиями, которыми помогли бы ему в таких вот делах или даже прямо в нападении и взломе этого секретного комплекса. Поэтому он даже не пытался поговорить, знал, что земляне ему ничего не дадут, спешил убить, украсть и унести ноги, как сейчас.

Добыл Лошадкина и хотел вырезать манопу, но "мясник" его отговорил, Нессайя понял, что пересадка не поможет, не даст нужной мощности взлома, например. Или нужной высоты технологий, черт его знает, как все это работало и в то же время становился понятен смех Дронго. Конечно же они пришли за технологиями и смех пирата словно оскорбительно намекал, что сами земляне где-то украли своих технологий, иначе с чего бы вдруг их считали сильными? Как им удавалось так ловко конкурировать и брать верх над теми, кто уже давно вышел в космос и развивал?

Залежи энергония на спутнике Юпитера - а точно ли там был энергоний?

— Стойте! - скомандовал Лошадкин, вскидывая руку и пираты вдруг остановились.

Хотелось бы верить, что они подчинились исходящим от него "властным флюидам", но Михаил не стал обманывать сам себя. Подчинились, ха! Наверняка им выдали инструкции перед вторжением сюда, да нет, даже перед вылетом в гипер, а Дронго сейчас еще и продублировал.

Но все равно, было приятно, что его послушались.

— Уйти с дороги! - продолжал командовать Лошадкин. - Убегающих не трогать! Мы пришли за технологиями! Каждый живой - лишний повод для Дитрана - мстить и гоняться за нами!

Пираты, похоже, не все знали, куда именно они ввалились, хотя теперь у Михаила зашевелились смутные подозрения насчет той драки над спутником Дургара-шесть. Случайно ли погибли те, кто умер там? Зачем Нессайя подставил других капитанов, убедив их, что они сумеют получить такие гигантские запасы энергония? Как именно он собирался оправдываться потом и если не собирался, то что?

— Что? - бросил Дронго, появляясь рядом.

— Эвакуация, - бросил в ответ Михаил.

Он "вонзился" в электронный замок и систему управления дверьми, в этот раз не пытаясь добраться до систем управления комплексом. Жаль, что там не было ипы или его космического аналога, уж с ним бы Михаил живо договорился! Хотя бы на общности технологий и интересов, может не убедил бы сдаться, но послать сигнал на Землю, как того желала манопа? Вполне!

— Стой! - схватил его Дронго за руку.

— Ты же сам сказал, что сейчас включат нейтрализаторы! - огрызнулся Лошадкин.

Как-то же пираты подавили связь там, возле замка? Почему бы в секретном комплексе не пойти дальше? Да, Дитран наверняка отрицал бы свою причастность, но они не могли обойтись совсем без вмешательства и оставалось только гадать, зачем им потребовались Ллазиоты. Для прикрытия биоэкспериментов? А с чего вообще те вдруг стали вне закона, раз в галактике царило право сильного.

Нет, определенно это не весь паззл, подумал Михаил со странным спокойствием.

— Эвакуация означает подачу сигнала бедствия и автоматическое запирание всего!

— Разве "Стрела" не блокирует связь наверху?

Дронго посмотрел, словно прищурился подозрительно, а Лошадкин укорил себя, что мало тренировался с манопой. Получалось же у других землян действовать, говорить, двигаться и одновременно с этим манипулировать манопой, то, что в сети иногда именовалось мани-мани, причем почему-то исключительно в насмешливом ключе?

— Но запоры..., - Дронго оборвал сам себя.

Манопа Михаила уже пробилась дальше, отправляя сигнал наивысшего приоритета, о бедствии и необходимости немедленно покинуть комплекс. Ну и что, что он исходил не от системы управления? Двери открывались, воздух стремительно улетучивался, попутно гася возможные пожары, и убивая всех, кто еще не успел получить скафандра. Те, кто успел их надеть, получали сигнал со схемой эвакуации и понукание, этакий виртуальный пинок, указывающий, что пора бежать.

Космолеты?

— Землянин, - бросил Дронго с каким-то презрительным хрюком. - Вечно вам нужно всех спасти!

— Представь, что мы явились бы и спасли твой народ! - огрызнулся Лошадкин.

Дронго еще раз хрюкнул, но словно задумался, будто не представлял такого. Михаил его понимал, он и сам бы не поверил или даже не задумался бы на эту тему, ведь не располагал личным опытом. Никто не вторгался и не порабощал Землю и другие Сильные не спасали их потом бескорыстно, даря или помогая развить технологии... и тут Лошадкин даже замер на мгновение, осененный подозрениями.

Неужели ему и куче других землян врали? Может не обо всем, но о деталях такого поразительного и мощного взлета Земли, становления новой силой на просторах Галактики? Во времена первой жизни Михаила в интернете постоянно полагали, что власти врут, ходили анекдоты, вроде того, "как определить, что политик врет? У него открыт рот" и прочее в том же духе. Конечно, люди любили впадать в крайности и конспирологические теории, но даже если отбросить их, разве трудно было скрыть контакт с Сильными?

Не очень, если контакт состоялся в космосе, который, тогда как раз активно осваивали, пытаясь выжить. Но в чем смысл такого контакта и скрытности, если сильным никто не указ, подумал Михаил и тут же нашел ответ. Ысынгуны! Про них говорили, что это неудачный эксперимент сильных, вышедший из-под контроля, и часть слухов утверждала, что потери контроля не было. Мол, внешне они действовали независимо, но по факту крушили и ломали, давая создателям дополнительное преимущество, а также тайное оружие воздействия на кого угодно. Сами их создатели были связаны договорами и союзами, а вот ысынгунам никто был не указ, и все об этом знали и даже не удивлялись их налетам.

Неужели из Земли сделали такое же оружие? Но зачем?!

— И что, неужели вы жить не можете без убийств? - спросил Лошадкин.

Пираты молчали, будто ощущали свою вину, и несколько сотрудников комплекса пробежали мимо. Вскрикнули, ускорились, может даже умчались или их убили на выходе из комплекса пираты, оставленные Нессайей, все это было уже не в воле Лошадкина. Но он сумел и повлиял на пиратов вокруг, возможно спас несколько жизней, не говоря уже о Дионаре, неплохо, пусть и не идеально!

— Они знают, что на лабораторию напали, - оскалился Дронго, - и не собираются выходить.

Вирусы и биозараза? Но вакуум и скафандры!

— Значит, хорошо, что теперь все двери открыты, - оскалился в ответ Михаил и добавил. - Так что, мне дадут оружие или нет?

Глава 20

Момент был предельно неподходящий и в то же время идеальный, судя по тому, как Дронго усмехнулся и бросил ему запасной "бластер". Лошадкин ловко выхватил его на лету, отметив, что воздух из комплекса свистел наружу, но вот искусственная гравитация сохранялась. Он ожидал запретов на оружии, но не обнаружил ни одного, бери и стреляй, словно не существовало биометрических проверок, сверок чипов и имплантов и прочих дел, воспетых в литературе и фильмах.

Пограничье или не располагало такой возможностью, или просто не ставило ограничений на оружие.

— Что теперь? - спокойно спросил Дронго.

Михаил подавил желание вскинуть этот самый "бластер" и, паля во все стороны, помчаться вглубь комплекса. Оружие было не слишком мощное, он вряд ли кого-то убил бы, скорее всего даже не пересилил бы скафандров! Вот так, подумал он, хотел оружие - бери и не жалуйся.

— Вперед!

— Уже можешь жить с убийствами?

Михаил проглотил эту отчасти правдивую подколку и промолчал. Несколько пиратов, не дожидаясь команды, уже вошли в коридор и прошли его, остальные потянулись следом. Все, похоже, получили трехмерные карты комплекса, но мало было видеть их, следовало еще как-то проложить маршрут и сориентироваться.

Стены и потолок были украшены все той же геометрической резьбой, похоже местные ей увлекались или применяли для снятия психологического стресса. Одна из дверей впереди была выбита, уложена поперек коридора, как баррикада и закреплена мебелью. Дронго тут же сдернул с пояса шайбу и метнул ее со всей силы рикошетом от потолка и стен.

ПАФ!

Вспышка и беззвучный грохот, искажения, эхо их, долетевшее до Михаила и отчасти купированное манопой. Пираты вокруг также раскрывали рты и кривились, Дронго с усмешкой перемахнул через баррикаду, легко, словно пушинка, а не матерый кабан размерами больше Лошадкина. Несколько вспышек и пираты ринулись вперед, Михаил поспешил за ними, но не увидел следов крови или выпущенных кишок.

— Парализованы, - бросил Дронго. - Немного космоса нюхнули, переживут.

Михаил бросил на него взгляд, посмотрел на тела, которые обшаривали пираты и спросил:

— А если против нас такое применят?

— Тогда нам будет плохо! - весело захрюкал тот в ответ.

Лошадкин живо представил как подобное вылетает, слепит и глушит его, вносит искажения в работу скафандра и, убрав его защиту дополнительно бьет по мозгам. Можно ли было пробраться сюда тихо и незаметно? Наверное, если бы удалось внедриться, прикинуться дитранцем, скажем, вроде Дионары, или кем-то из местных, отработать пять лет уборщиком, но нет, вдруг понял Михаил. Наверняка Дитран проверял тут всех, раз они пошли на размещение секретной лаборатории у своих "вассалов", да еще втайне, и длительное внедрение просто не прошло бы.

Не говоря уже о том, что Нессайя точно не стал бы строить таких длинных планов.

— Как вы...

— Чем ты недоволен, землянин?! Я даже не убил их!

Дронго оказался рядом, втиснул его в стену, и Михаил словно на мгновение ощутил спиной эту резьбу на ней. Взглянул свирепо, едва не протыкая клыками, словно хотел напомнить, что он Лошадкину не друг и не товарищ, а старый матерый пират, то есть вольный наемник и явно друг Нессайи, раз тот вызывал его лично.

— Что бы ты сделал на моем месте?

— Знаешь, как говорят у нас? Можно долго рассуждать, что бы ты сделал на месте звезды, только ты никогда ей не станешь, - сообщил Дронго. - Понятно?

— Предельно, - процедил сквозь зубы Михаил.

Глупо было давить и требовать, не обеспечив себя силой, уж этот урок ему бы следовало усвоить! Но Лошадкин обычно находился с другой стороны, той, что давила и брала свое силой, и теперь реальность опять кидала ему в лицо напоминание. Кем он был и кем он стал, словно намекала, что, если уж решил выживать, так следовало бы не страдать излишним гуманизмом. Живизмом.

— Тогда действуй, а не теряй время!

Условный трехмерный шар комплекса и манопа прочертила Михаилу кратчайший путь, без учета засевших по дороге живых и всяких там систем безопасности, которые здесь просто обязаны были иметься. Чтобы получить эту информацию, требовалось подключиться уже к системам управления и Михаил вдруг ощутил холодок осознания, что никто не стал бы размещать подобную лабораторию, не приняв мер предосторожности!

— Снизу! - крикнул кто-то из пиратов, и все отпрыгнули.

Трехмерный шар комплекса и туннель подходил к верхней его трети, дальше требовалось спускаться, а они этого еще не сделали. Самые опасные эксперименты и защищенные лаборатории находились внизу, и там же располагались основные банки данных, и в этом, похоже, люди сходились с другими галактическими расами. Михаил отреагировал на окрик чуть заторможено, манопа пыталась вытащить информацию с доступом "не для всех", узнать, есть ли там внизу секретный проход и спрятанный космический корабль.

Самого Михаила не отпускало холодом надвигающегося взрыва.

— Получайте!

Кто-то из пиратов метко швырнул робота в пролом и тот устроил там переполох, дав пиратам время и возможность подобраться и атаковать, пробиться ниже.

— Термические и сейсмозаряды! - закричал Лошадкин, выбив нужную информацию.

— Где? - тут же подпрыгнул Дронго.

Михаил швырнул в него картой с пометками, жалея, что не может кинуть глобус, набитый взрывчаткой. Система самоуничтожения, призванная обратить всю лабораторию в прах, причем так, чтобы ни единой угрозы не вырвалось наружу. Испепеление при температурах, превышающих звездные и затем обрушение всего спутника внутрь себя, но без разрушения. Запечатывание в выжженной каменной могиле.

— Надо было все же пытать эту дитранскую суку! - раздался громовой голос Нессайи. - Мы не успеем!

— Отходим!

— Нет! Я слишком долго ждал этого момента! Землянин, это твой проёб!

Формально он был даже прав, ведь сигнал к эвакуации запустил и систему уничтожения. Если забыть, что здесь было полно живых, готовых взорвать себя вместе с лабораторией, и что Михаила и притащили сюда взламывать и облегчать путь (не предоставив ни крупицы информации заранее!). Если забыть о том, что не вруби он эвакуацию и пиратам пришлось бы проламывать каждую стену и переборку, дверь и шлюз, каждый защищенный коридор, под плач о нехватке времени. Да, если забыть обо всем, то это была вина Лошадкина, но Михаил не собирался забывать и поддаваться на подобные уловки.

— Исправляй или забудь о наших сделках!

— Сделках? - вклинился Дронго.

Михаилу даже пояснений не требовалось. Дронго явно интересовали не прибыли от этих сделок, а статус Лошадкина, в рамках всей этой "наемнической вертикали". Пиратской. Если он невольник - то невольник, но если поручать ему задания, то требовалось дать статус наемника или что-то в этом духе, как в древности на Земле, у викингов или еще кого. Раб, но сел на весло или бился за свободу? Получай! Какие еще сделки с невольниками, раз Нессайя их совершал, то Лошадкин вроде свой, но вроде и не свой, да и кого вся эта космическая паразитирующая братия считала своими?

— Не время! - сердито огрызнулся Нессайя. - Нужно спешить!

Но предыдущий воодушевленный запал вокруг, с которым пираты пробивались и стреляли, внезапно иссяк, словно перекрыли кран. Все услышали крик Лошадкина и теперь уже не так рвались за добычей, которая, тем более, была абстрактной. Вот если бы деньги или там дорогие штуки, а то и вовсе энергоний! Но бежать самим в смертельную ловушку, за какой-то непонятной информацией, которую еще не факт, что удастся продать и уйти живыми, чтобы успеть насладиться добычей?

— Проёб?! - громогласно возмутился Михаил.

Ну а что, Дрее можно, а ему нельзя? При этом Лошадкин четко знал, что да, Дрее можно, а ему действительно нельзя, но если он хотел изменить свое положение и совершить то, что собирался, то следовало ловить даже такие ничтожные шансы.

— Да!

— Вот так называют мое гениальное решение! - провозгласил Михаил.

Разве что руку пафосно вскидывать не стал, пираты не оценили бы. Да и в целом, впору было за голову хвататься, а не руки вскидывать: какая-то чужая система и планета, подземная база, принадлежащая Сильным, и Михаил в ней, в роли грабителя и убийцы, во имя самых благих целей, конечно

— Что?!

— Приготовьтесь, - снисходительно бросил Михаил.

Спокойно, уверенно, как и полагается правителю. Манопа была на его стороне, и он вгрызался в системы подземного комплекса, не получил управляющих прав, но и обычной информации было достаточно! Конечно же, те, кто находился в комплексе и работали здесь, услышали сигналы эвакуации и знали (может не все), что включилась система самоуничтожения.

— По местам, крысы! - голос Хваска.

— Приготовились! - Дронго.

Крысы бегут с корабля, иронично подумал Михаил и тут же сам устыдился. В следующее мгновение ему стало не до эмоций, так как впереди что-то взорвалось и затем сзади, затряслось и засверкало. Дым, грохот, вспышки, выкрики, подсветки манопы, мелькающие в тенях фигуры и Михаил вскинул "бластер", выстрелил и попал, и него попали в ответ, едва не отключив скафандр.

Снова все затряслось вокруг, словно подземный комплекс обзавелся "прыглом", готовым сломаться и затем в Михаила ударила волна чего-то, он даже не понял, чего, ведь весь воздух должен был уже улетучиться. Только летя прочь, он увидел, что это волна обломков, в которую превратились вещи вокруг. Вещи и кто-то из пиратов или работавших в комплексе, так как все было густо перемешано с кровью и внутренностями, будто безумец готовил экзотическое блюдо.

БАМ!

Михаила ударило о стену и скафандр амортизировал удар, не дал и разбиться, но при этом на Лошадкина набежали еще тени, и он снова начал стрелять, в этот раз удачно. Затем у него выбило из руки оружие, но он уклонился и припал к полу, пожалел об отсутствии холодного оружия, уж им бы он показал! Подсознание иронично намекнуло новоявленному джедаю, что ему не хватает светового меча, и Михаил ухватил оружие того, кого подстрелил ранее.

Узкие щелочки глаз или носа, кожистые складки, свисающие пряди чего-то вроде волос. Михаил схватил оружие и сдернул пояс с убитого, стараясь не думать о том, как быстро он пал на один уровень с пиратами. Его собственный скафандр то и дело получал чьи-то выстрелы, возможно даже дружественные и наверняка должна была иметься система маркировки, свой-чужой, но как-то никто так и не позаботился ознакомить с ней Михаила и теперь он сражался вслепую, практически буквально.

Попал и перегрузил чужую защиту, ударил и выстрелил, и еще ударил, получил в ответ и теперь взвизгнул уже скафандр самого Михаила. Руки словно сами собой поменяли батарею на ту, что он сдернул с убитого ранее, и Михаил взревел боевой клич хрокагов, ринулся вперед и убил того, кто пытался прикончить его. Тень упала и больше не двигалась, и Михаил выстрелил еще, уловив движение справа, и затем нырнул на пол, повинуясь предупреждению манопы.

Все вокруг залило ярчайшей вспышкой и пол под Лошадкиным дрожал и трясся, будто спутник вдруг решил устроить землетрясение. Спутникотрясение? Михаил перекатился и вскочил, но вдруг увидел, что битва непонятно с кем и непонятно как закончилась.

— Молодец! - рядом возник Дронго, изобразил хлопок по плечу. - Для первой битвы ты отлично держался... Михаил.

— Так заметно?

Дронго даже улыбаться не стал, перешел дальше, а Лошадкин окинул взглядом тела, пытаясь понять, что же случилось. Да, живущие в комплексе эвакуировались и напали, но как именно? Они метнули... гранаты или их подобие, опять прошли с нижних уровней, а не по лестницам... и попытались вырубить пиратов, так как знали, что те здесь, пусть и не конкретно.

— Хорош мелочь по карманам таскать! - рявкнул Дронго.

— Надо успеть урвать хоть что-то, прежде чем тут все расплавится!

— Сейсмозаряды уже сработали!

— Дурни! Это высоколобые вас пугали, пока основная часть их бежала наружу!

Дронго вдруг обернулся в ту сторону, словно что-то вспомнил или хотел сказать, и Михаил перехватил сообщение, не расшифровал, но все равно вдруг понял. Пираты оставили там заслон, да и "Стрела" наверху! На ней тоже оставались пираты, да что там, Дрея!

— Вперед! - крикнул Лошадкин, перебивая собственную горечь. - Нас ждет добыча!

— Какая еще добыча?!

— Он хочет убить нас!

— Завел в ловушку и активировал систему!

Пираты еще не отошли от финальной вспышки и взрывов, иначе точно расстреляли бы Михаила. Сам он занял условно удобную позицию, то есть нашел себе укрытие, одновременно с этим лихорадочно продолжая взлом. Погибли местные или нет, но самому ему погибать совершенно не хотелось. Не теперь, когда на кону стояло столь многое и когда он сам совершил столько плохого, не уравновесив чем-то равноценным. Потому что можно было сколько угодно оправдывать себя и рационализировать желание выжить, но это не отменяло факта: все эти местные были бы живы, если бы не Михаил.

— Я активировал, я и отключил! - крикнул Лошадкин, опередив шквал выстрелов в свою сторону.

Дисциплина у пиратов откровенно хромала, следовало признать, и это было хорошо и плохо одновременно, могло погубить и спасти Лошадкина.

— Да, отключил! - повторил он, поднимаясь во весь рост.

Поставил на паузу, пользуясь тем, что противодействовать было уже практически некому и что системы самоуничтожения допускали подобное. Сигнал об эвакуации, Михаил опять зашел через него и манопа отправила нужные сообщения, мол, ложная тревога, погодите все уничтожать! В то же время, для полного отключения системы и постановки ее обратно "на взвод" требовалось нечто иное, похоже, технологии Дитрана и сами дитранцы.

— Вперед! - скомандовал Лошадкин. - Нас ждет добыча!

Пираты помчались вперед, подчиняясь ему, а Дронго оскалился и кивнул Михаилу.

Глава 21

Коридоры, пандусы, раскрытые двери и странное оборудование, которое вполне могло стоить больше, чем все информационные базы! Михаил мчался вперед и влетел мощно в закрывшуюся прямо перед его носом дверь, разбил бы этот самый нос, если бы не силовое поле скафандра. Пиратов, убежавших вперед, отсекло дверью, те, кто прикрывал Лошадкина со спины, успели затормозить, но все равно, едва не врезались в него.

Вспыхнул свет, и Михаил ощутил легкую вибрацию, словно комплекс... да, решил вдохнуть и выдохнуть, снова наполняя себя воздухом, ведь эвакуацию отменили! Батареи и энергосистемы продолжали работать, и управление комплексом начало восстанавливать рабочее состояние, сигнализируя о многочисленных поломках и проблемах, чужаках и нарушениях безопасности.

— Выбейте эту дверь! - закричал Михаил. - Быстрее!

Парочка пиратов вскинула оружие и выстрелила, выбив дверь шахты лифта внутрь. Михаил тут же прыгнул в нее, и Дронго попытался ухватить его за шкирку, но опоздал. Стенка! Михаил сгруппировался и ударился о стенку шахты, силовое поле смягчило удар, и в то же время скафандр опять разразился возмущенными сигналами. Искусственная гравитация в комплексе работала и Михаила потащило вниз, но он толкнулся еще раз, отпрыгнул к противоположной стенке и еще, перехватился и направил гравитацию скафандра в горизонтальной плоскости. Ходить по стене не получилось, и его словно попыталось разодрать в две стороны, а перед глазами маячил индикатор заряда батареи, который пополз вниз.

— Неправильно! - голос Дронго рухнул сверху, как и он сам. - Нейтрализуй одно другим!

Точно, мелькнула мысль, и Михаил прыгнул вниз, словно собирался войти "солдатиком" в воду, одновременно с этим устремляя силу притяжения, создаваемую скафандром вверх. Не чистый антиграв, просто средство для маневров в космосе, совмещенное с защитой, и сейчас оно помогло ему замедлиться, не рухнуть куском мяса и костей с высоты, а просто мощно прыгнуть.

Толчок! Еще! Михаил ослабил воздействие скафандра и полетел вниз быстро, слишком быстро, но в то же время, это самое время поджимало, тикало неумолимо. Манопа трудилась так, что голову Лошадкина непрерывно кололо изнутри крошечными иглами, и в то же время, он успешно притворялся якобы своим, ремонтником, тем, кто прибыл разбираться со срабатыванием систем эвакуации. Почти своим, почти сотрудником, за которым гнались злобные чужаки, не подающие правильных опознавательных знаков.

Быстрей!

— Разобьешься! - послание Дронго.

Выстрел и гарпунный крюк едва не заарканил Михаила, но тот уже приземлился, и земля вокруг задрожала, сотрясаясь в очередном припадке. Быстрая проверка, но нет, сейсмозаряды еще не сработали. В то же время, система самоуничтожения готова была стартовать вновь, ведь сработали другие условия: ни одного дружественного живого в комплексе и наличие многочисленных чужаков и проблем с безопасностью.

Более того, те, на ком ставили опыты в лабораториях, вполне могли уже вырваться на свободу!

— Спаси меня! - воззвал Михаил, кидаясь вперед.

Комплекс откликнулся, в то же время запрашивая код. Будь это человек, то Лошадкин сказал бы "с сомнением и неуверенностью в голосе запрашивая". В то же время, стоило радоваться, что еще не включился высший уровень паранойи комплекса, когда он просто не принимал бы никаких сигналов и уничтожал всех, кто не дал бы правильного ответа.

Уничтожал, не давая вырваться до срабатывания системы самоуничтожения.

— Нарушения безопасности в пятой, седьмой и одиннадцатой лабораториях, - откликнулся комплекс, распахивая двери перед Михаилом.

Лошадкин влетел кубарем в огромное помещение в самом низу "шара", одновременно с этим не прекращая получать сигналы о происходящем и радуясь тому, что его признали за своего. Частично за своего, без каких-либо прав, но все же попытались спасти!

— Закрытие выходов и герметизация невозможны, - продолжал сообщать комплекс, словно рассуждая задумчиво вслух с самим собой. - Обнаружена попытка взлома системы самоуничтожения!

Твою мать, захолодело внутри у Лошадкина, словно его уже расстреливали, протыкали, убивали и пытали.

— Задействован экстренный протокол "Заран"!

— Отменить! - воскликнул он, оглядываясь.

Двери и еще двери, системы управления и лаборатории, в которых проводились особо опасные эксперименты.

— Недостаточно прав, - равнодушно откликнулась система.

Разумеется, все это шло не голосом, а через общение манопы с системой управления комплексом. Прав! Дионара, куратор проекта, у нее должно было хватить прав на отмену! Но стала бы она помогать? Не факт, вполне возможно, что она предпочла бы покончить с собой и вообще, кто ее сюда потащил бы? Дрея? По приказу Нессайи? Но стал бы тот слушать Лошадкина?

Мысли Михаила метались и одновременно с этим бегал его взгляд, пытаясь найти выход. Сигнал на уничтожение и одна из лабораторий вдруг обратилась в пылающее ничто, всасывающее в себя все вокруг - не дожидаясь взрыва термозарядов! Стена взорвалась и убила проходивших мимо пиратов, двоих, и еще одного ранила, придавила обломком, перегрузив скафандр.

По всему комплексу начались взрывы, выгорания, из стен и потолков, пола, высовывалось оружие и пыталось подстрелить пиратов, безжалостно добивая даже тех, кто оказался смертельно ранен. Дронго и компания за дверьми вынужденно заняли оборону, расстреляли часть систем охраны, и сумели выжить.

Протокол "Заран"!

Уничтожение всех нарушителей, так как в лабораториях все равно не осталось сотрудников (а Михаил, вроде бы прикинувшийся своим, в их число все равно не попадал, так, пристроился с краешку на скамейку дружбы), активация заложенных заранее зарядов и оружейных систем, автономных, не взаимодействующих с комплексом. Точнее говоря, даже неизвестных системам управления до активации этого самого протокола, чтобы злоумышленник не узнал и не подготовился.

Все это производило впечатление такого бреда, что у Михаила голова пошла кругом. Возможно, виновата была еще дополнительная нагрузка от манопы, ведь он наблюдал, как расстреливают и взрывают пиратов, и продолжал попытки взломать систему, а также подключиться к связи, хоть какой-то, хоть как-то!

— Сражайтесь, засранцы! - орал Нессайя.

— Вышибаем двери! - командовал Дронго.

— Отходим, отходим! - стрелял с двух рук Хваск. - Быстрее!

Лошадкину давали смотреть, но не командовать, и в эти мгновения он опять испытал двойственные чувства. Убить! Уничтожить! Не дать вырваться! Ведь это, в сущности, ничем не отличалось от его нападения комбайном, более того, ему даже не требовалось тут ничего делать, хотя нет, он мог защищать систему управления, если бы Дронго и другие выбили дверь.

Оружие и взрывчатка, атаки и выжигание, все это было лишь экстренной мерой на самый крайний случай, подобный нынешнему, когда комплекс бы взломали и раскрыли двери, не давая их закрыть. Когда попытались бы изъять систему самоуничтожения и похитить данные, и Михаил опять ощутил острые коготки холода, пробежавшие по спине.

Даже доберись он до банка данных, его предыдущий взлом не помог бы!

Без предыдущего года правителем, он сейчас, наверное, вообще находился бы в ступоре, да нет, даже не пытался бы что-то сделать, скорее всего сдох бы еще там, на подлетах к кладбищу Аргунатов. Может, так было бы и лучше, пираты не добрались бы сюда и часть Михаила сейчас желала им всем сдохнуть и готовилась завершить начатое там, возле замка экспедиции.

Умереть вместе с пиратами.

Но другая часть Лошадкина требовала жить и бороться, указывала, что он еще не исправил всего зла, не спас Хлою, Трорга, Маргуда. Дионара! Не явись пираты сюда, дитранка не пострадала бы и продолжала курировать проект, занимающийся разработками... биотрансформеров, универсальных созданий, пригодных почти для всего, и которых можно было использовать даже после смерти тела, вынимая из них мозги.

Особых успехов тут не добились, но Михаил опять захолодел, представив, как целая толпа таких созданий выбирается из чанов и баков, идет в атаку на нарушителей, дабы еще задержать их, не дать сбежать до подрыва термозарядов и полного уничтожения. Ведь в этом был смысл оружия и зарядов в стенах, не дать мощнейший отпор и победить всех, а выжечь, компенсируя потерю герметичности и задержать нарушителей до того, как их накроет система самоуничтожения.

— Проклятье!! - взревел Михаил.

Он пытался уничтожить пиратов и не смог, выжил и помог им выжить, и теперь снова столкнулся с той же проблемой: помочь им умереть или выжить самому, дабы спасти других? Лицо Дионары властно вторгалось в мысли Михаила, вытесняя оттуда даже укоризненно смотрящую Таню и Лошадкин понял, что лишь обманывает сам себя, а на самом деле давно уже все решил.

— Дай мне отправить сообщение! - крикнул он вслух.

Бесполезно было умолять систему остановиться, парадоксально, но именно потому, что ранее Лошадкин успешно оставил самоуничтожение. Попытка взлома, и задействованный протокол "Заран", самопожертвование собой во имя того, чтобы опасные секреты и создания, и кто знает, что еще не вырвались наружу. Остановить его мог бы кто-то высокопоставленный, с нужным допуском - Дионара! - и Михаил мгновенно осознал и принял горькую правду: ему не хватило бы времени. К моменту, когда он доломал бы систему, все вокруг обратилось бы в прах и пепел.

Но связь и возможность послать весточку у него еще оставались. В теории.

— Внешняя связь недоступна, - сообщила система управления.

Диагностический запрос и демонстрация того, что случилось, во всей его "красе". Поврежденные передатчики и антенны наверху, но все равно, пара каналов связи сохранилась. Только вели они сейчас в никуда, так как мгновенная связь обеспечивалась гипером, а в нем бушевала буря. Шторм и девятый вал, торнадо и вихри смерчей, и все это было вызвано событиями на Дургаре-пять.

Не сказать, что Михаил пошатнулся, но все же оперся на что-то, уловив причинно-следственную связь. Пираты напали на крупнейшее хранилище энергония, пытаясь его похитить, и некоторое время спустя связь и прыжки стали недоступны, так как гипер накрыло штормом. Если кто и мчался сюда на подмогу, то его выбрасывало и ломало, уничтожало корабли, как пострадала земная экспедиция год назад.

Более того, остальную армаду пиратов, скорее всего, взорвало и разметало на части!

— За что мне все это? - вздохнул Михаил, охватывая руками голову.

Манопа была с ним согласна, попытка подать весточку опять провалилась, словно Нессайя и это рассчитал! Но он не мог, не мог, такой гений тактики и стратегии просто поступил бы иначе там, на планете, где Лошадкин и остальные земляне столкнулись с этими пиратами, чтоб им всем под землю провалиться!

Михаил едва не захохотал от того, как быстро выполнилось его проклятие и поднялся, прошел к дальней стене и извлек оттуда ремонтный комплект. Универсальные приспособления на все случаи жизни, автономные инструменты на батарейках энергония, в этом вопросе инопланетная техника не отличалась от земной. Все это только усиливало прошлые подозрения, что Земля стала объектом эксперимента сильных — мозг Лошадкина опять пытался отвлечься от сложной и серьезной задачи, принятия решений, думая о всякой сторонней ерунде.

— Дионара! - воскликнул он, будто пытаясь придать себе сил. - Таня!

Крышка отскочила с громким стуком, и Михаил решительно перекусил пучок проводов, и тут же зачистил один из них, соединил с другим и устроил замыкание, перекатился, уходя от выстрела систем защиты и сам выстрелил в ответ. Система управления издала жалобный вой, пытаясь отправить сигнал о саботаже, и задергалась в эпилептическом припадке, так как Михаил стрелял и стрелял, плавя кабеля и закорачивая их. Перекатился и вскрыл дверь, оказался в нужном помещении и пожалел, что у него нет гранаты, разом взорвать тут все!

— Получай! - гаркнул он, сбивая высунувшуюся было из потолка... штуку.

Не попал и тут же побежал, прыгнул, и штука высадила очередь зарядов, сбивая все и вся, в попытках достать Михаила. То, на что был неспособен его маломощный "бластер", сделали системы охраны, автономная их часть, которой было плевать на лаборатории, данные, эксперименты, системы управления.

Уничтожить! Прыжки и метания Михаила привели к тому, что расстреляна оказалась система управления.

— Ха! - донесся голос Дронго от двери.

Одновременно с этим заряд плазмы врезался в оружие, высунувшееся с потолка, и превратил его в расплавленное нечто.

— А я уж решил, что ты решил сбежать, - весело заявил Дронго.

Слова противоречили тону и глубоко посаженные глазки его смотрели с подозрением.

— Сбежать, - презрительно усмехнулся Лошадкин. - Разве что сбежать навстречу системе самоуничтожения, в которой оказался еще один предохранитель! Если бы я не сбежал, то здесь все уже превратилось бы в море кипящей лавы с кусочками остывших камней!

— Хочешь сказать, что ты нас спас?

— Не хочу, а уже сказал! - ответил Лошадкин. - Теперь...

Но договорить, что осталось только сломать защиты на банке данных и как-то унести отсюда ноги, Михаил не успел. На общем канале прорезался шипящий голос Дреи:

— Сюда летят те, кто сумел вырваться с Дургара-пять! И они очень недовольны!

Глава 22

— А уж как я недоволен! - прогремел голос Нессайи. - Откуда они взялись?

— Свяжитесь с ними! - вскричал Лошадкин.

Да, слишком хорошо и неправдоподобно вышло бы, окажись тут туннель на другую сторону спутника и космолет, в который влезли бы все и который, конечно, еще стоял бы заправленный и готовый к вылету. И чтобы никто из персонала комплекса, бежавших прочь, не знал о нем и не воспользовался.

— Быстрее! - бросил он Дронго. - Качайте данные!

Тот, похоже, все же получил инструкции, так как бросился к банку данных и вместе с ним порысили три пирата, на ходу извлекая оборудование.

— Что еще прикажешь? - ядовито спросил Нессайя.

— Прикажу кричать на всех волнах, что бесценная добыча у нас! - быстро ответил Лошадкин. - И что часть ее уже на "Стреле", но остальное нужно достать!

— Да ты с ума сошел! - прошипела Дрея. - Нужно взлетать, иначе нас возьмут тут голыми руками!

Взлетать! Еще кусочек паззла встал на место. "Стрелу" не просто чинили и улучшали, нет ее готовили именно к этой миссии, и Нессайя изначально собирался всех предать и, имитировав поломку, упасть на подземную базу, которая прикрывала своим существованием этот комплекс. Даже с современной техникой и энергонием, комплексу потребовалась бы подпитка, доставка чего-то, связь и подземная база, наверняка несущая для отвода глаз какую-то скучную функцию, вроде "ковыряния в годовых отложениях окаменевшего космического мусора на спутниках Дургара-шесть", именно этим и занималась.

Прилетели - улетели, послали сигналы, все это не привлекая внимания, и, стало быть, Нессайя где-то украл информацию или случайно услышал, или еще что, но раздобыл и долго планировал операцию. Не мог ее провести, так как у него не хватало всего, и тут внезапно ему подвернулся Михаил. Неясным оставалось, как Нессайя собирался жить потом, так крупно "кинув" кучу капитанов, но Лошадкин не сомневался, что и это прояснится со временем, как предыдущие части паззла.

— Нет! - отрезал он. - Даже если мы разом сейчас все побежим наверх, то останемся без добычи и с кучей разъяренных пиратов на хвосте! Но мы можем решить все проблемы разом, добыть и избавиться, раз их не убило на Дургаре-пять!

Выстрел наугад, но судя по реакции Нессайи, попавший в цель. Поманил, стало быть, пиратов, такой конфеткой, перед которой невозможно было устоять, только рассчитывал, что все они сдохнут в том взрыве и просчитался.

— Да ты...

— Он дело говорит! - перебил ее Нессайя. - А если нет, то все невольники на корабле умрут!

Лошадкин только хмыкнул на эту жалкую угрозу, так как если не вышло бы, все и так умерли бы. Не во взрыве комплекса, так потом, расстрелянные с кораблей уцелевших пиратов. Или еще потом, когда примчались бы местные или даже в системе возникли бы корабли Дитрана, отправленные разбираться, что случилось.

— Дрея! - осенило Лошадкина новой идеей. - Делай вид, что ты решила сдаться! Умоляй о пощаде! Выдавай наши секреты! Делай вид, что хочешь ударить нам в спину!

Подсылы других капитанов и все, кто мог ударить в спину, погибли в той битве в космосе, когда Нессайя ловко сделал вид, что "Стрела" подбита и готова развалиться. Вот почему умер второй пилот и вот почему Дрея еле шевелилась в кресле! Стоило бы присвистнуть восхищенно от подобного мастерства, но Михаил решил, что Дрея обойдется.

— Ты! Ты! - шипение сопровождалось рычанием и скрежетанием зубов, таким, словно Дрея собиралась сама их себе раскрошить.

— Делай! - рявкнул Нессайя и переключился. - Наемники! Сюда явились те, кто хочет забрать нашу добычу! Отобрать наш корабль! Убить нас, ударив в спину! Не дадим им этого сделать!

— Не дадим!

— Ударим первыми им в спину!

— Ударим!

— Убьем их всех!

— Убьем!

— Заберем их корабли!

— Заберем!

Накачка была такой, что под конец Михаил едва сдержался, чтобы не подпрыгивать и не орать вместе со всеми. Причем совершенно искренне, этих вот пиратов, вольных наемников, следовало всех убить и пустить на удобрения, чтобы хотя бы после смерти приносили пользу! Бачкуки бы их драли, так мог бы проорать Нессайя, и в кои-то веки Михаил был с ним согласен - бачкуками звали небольших зверей, схожих со скунсами.

— Вперед!

Пираты рассыпались по комплексу, начали устраивать засады, а Лошадкин вдруг подумал, что в это время, возможно, вражеские корабли уже идут на посадку. Беспокоился он не за себя, за тех, кто остался на корабле, начиная с Хлои и заканчивая Дионарой.

Михаил прошел к Дронго, который командовал теми тремя пиратами, корпевшими над электроникой банка данных. Торопливые движения, слегка испуганные взгляды, возгласы на родных языках, ясно было, что у них не слишком-то выходит и Лошадкин подавил желание закатить глаза. Он мог бы выражать превосходство, добейся он всего своим мозгом, так ведь нет, работу делала манопа, а сам Михаил лишь улавливал в общих чертах происходящее. Спроси его кто о деталях и вдруг оказалось бы, что эти три пирата просто гении в компьютерных делах по сравнению с Лошадкиным.

— Подключайте! - отрывисто бросил он, подходя ближе.

— Так уже, - огрызнулся один тоном "и без сопливых скользко", - только внутрь пробиться не можем.

Михаил положил руку на банк данных, словно подключался ей физически и тут же уловил проблему. Ладно, не сам, манопа подсказала, но какая к бачкукам разница? Сигналы, команды, понижение требований и данные хлынули мощнейшим водопадом в переносные хранилища данных, немедленно начавшие излучать тепло.

Лошадкин попробовал скопировать себе часть архивов, чтобы вникнуть в детали, что же именно тут делали Ллаза-как-их, и почему Дитран не мог провести подобного у себя дома? Попробовал, но добился лишь головной боли, словно ему в висок и затылок загнали гвоздь. Не самый крупный, так, "семидесятку", но все равно приятного оказалось мало.

— Внизу! Внизу! - визгливый голос Дреи. - Уссея, ты же знаешь, что я всегда грызлась с Нессайей!

Ах ты ж, подумал Михаил, потирая висок. Не просто сдала всех, как договаривались, но еще и сигнал отправила, мол, готовьтесь! Молодец, но в то же время!

— Даже не думай хитрить! - ответное шипение. - Чагак! Займись!

Связь оборвалась, и Михаил тихо выдохнул. Начал делить пиратов на своих и чужих? Нет!

— Оружие! - бросил он Дронго. - Мне нужно нормальное оружие!

— Я ж говорил, что ты новичок, - хрюкнул тот в ответ.

Но оружие все же протянул, и Лошадкин сжал его в руках, поражаясь тому, как работают все эти технологии по защите тела и предметов, не перекрывающие возможности стрелять и двигаться. Выданное ему оружие больше всего напоминало толстый водяной пистолет и манопа тут же вцепилась в него, подключилась и выдала характеристики. Небольшие разряды энергии, мини-шаровые молнии, и Лошадкин подумал с иронией, что ему, как электрику, это оружие подходило просто идеально.

— Ты же не хотел убивать, - бросил Дронго в ответ на его взгляд.

Первые пираты уже ворвались в оба туннеля, как пробитый "Стрелой" и пиратами, так и созданный устроителями комплекса. Дрею оттеснили от управления "Стрелой", взяли на абордаж и в то же время она ухитрилась сбросить напоследок пакет информации, указывавший, что два из четырех уцелевших кораблей остались висеть над поверхностью. Прямо над "Стрелой" и в то же время чуть в стороне, они могли одним залпом уничтожить корабль Нессайи или засыпать спуск в комплекс или сделать и то, и другое.

Поссорить их на вопросе добычи? Указать на несправедливость? Нет, для этого требовалась связь - раз, и сами пираты еще не отошли от запала и угара смерти на Дургаре-пять - два. Лошадкин прямо видел, как Нессайя, ухмыляясь, отправляет своих живых на чужие корабли, как остальные капитаны подсылали к нему своих, под видом бродяг, ищущих найма.

— Вот и не убивай, - добавил он, - а оглушай.

Михаил кивнул в ответ, подумав, что оглушить и оставить в этом комплексе все равно, что убить. Но не стоило торопиться и без того он передавливал местами и, если - когда! - им удалось бы выбраться, о, там точно предстояла ругань с Нессайей. Разве что жирный бурдюк не пережил бы этого хитрого плана, настолько хитрого, что легко можно было обмануть самих себя и выстрелить даже не в ногу или в задницу, а прямо в затылок.

— Думаешь, это поможет? - все же спросил он.

— Тебе видней, меня такие проблемы не мучают, - ответил Дронго.

Пираты с других кораблей вливались в комплекс, будто поток грязной воды, искали следы экипажа Нессайи, хватали все, что блестело, стремительно мчались вперед. Хорошо, подумал Михаил, так как таймер системы самоуничтожения продолжал тикать, образно говоря, и приближался к той отметке, после которой уже не удалось бы сбежать даже в идеальных условиях.

Разве что взлететь на ракете по шахте лифта и умчаться по туннелю на реактивной тяге?

— Можешь думать, что угодно, Михаил, - вдруг добавил Дронго, - но мертвый никогда не встанет и не выстрелит в спину. Разве что его менталист поднимает, но тогда ему и мертвый не потребуется, чтобы тебя убить.

— Менталист? - изумленно переспросил Лошадкин. - Разве это не миф?

Живые, способные силой разума творить все то, что во времена первой жизни Михаила приписывали всяким там супергероям и злодеям. Телекинез, полеты, подчинение, мгновенные перемещения и так далее, исключительно силой собственного разума.

— Ты вон прошел и сломал секретный комплекс Дитрана, - вдруг хрюкнул Дронго.

— Но это не сила мысли, сила чипов, имплантов, техники!

Михаил посмотрел на Дронго, который в свою очередь хмуро смотрел на пиратов, перекачивающих данные.

— Готово! - крикнул первый из них.

Второй и третий просто кивнули, начали было отсоединять свою технику, но тут же отдернули конечности, уловив посыл Дронго.

— Вперед! - хрюкнул тот.

Они выбежали и оказались возле шахты лифта, валялись трупы пиратов, убитых во время осады зала, и Михаил не ощутил сожаления. Дронго выстрелил и выбил дверь в грузовую шахту, прыгнул первым и тут же выстрелил гарпунным крюком, моментально вознесся на этаж выше. Добыча - носители с информацией - уже скрылись где-то в сумках трех пиратов, и вместо техники теперь в их руках сверкало оружие.

Михаил прыгнул и зацепился, активировал нужный режим и его потащило по тросу, прямо к Дронго, который уже вышибал следующую дверь. Они промчались по залу и выбежали на пандус, затопали по винтовой лестнице и успели подняться на еще один этаж комплекса, когда вдруг разом началось.

То ли пираты сверху обнаружили засады, то ли кто-то из живых Нессайи не выдержал и выстрелил, теперь было уже не разобрать, ведь все моментально утонуло во взрывах и вспышках, сотрясениях стен и выкриках на общем канале. Мелькали пометки на карте, местами пираты схватывались врукопашную, словно забыв, что у них есть оружие и много всего другого.

Дронго бежал и стрелял, но не слепо и безрассудно, как взбешенный кабан, а наоборот, очень расчетливо. То и дело он сворачивал и вламывался куда-то, огибал драки, метал мини-гранаты, производившие ослепляющие вспышки и клубы дыма, наносившие удар по системам скафандров и электронике. Отстреливал находящихся с краю драки и проскакивал мимо, даже не оглядываясь.

— Получай! - выкрикнул Лошадкин, вскидывая свой электрошокер.

Два заряда ударили в силовое поле скафандра и перегрузили его, третий вонзился куда-то в шею, четвертый пролетел выше. Пират, четырехрукий и темнокожий, упал и задергался, похоже, шокер действовал универсально на широкий спектр рас.

Три пирата, бежавшие вместе с Лошадкиным, уже стреляли, один из них добил темнокожего, подстреленного Лошадкиным и тут же получил сам в ответ. Его пробило навылет, словно и не заметив силового поля, и Дронго выкрикнул что, метнулся вправо, стреляя и кидая вперед гранаты.

— Роксы! - крикнул один из оставшихся двух пиратов, но Михаил ничего не понял.

С пробитого навылет на бегу сдернули добычу и батарею скафандра, и они помчались дальше, но уже не так умело, похоже Дронго лучше разбирался в таких пробежках. Влетели прямо в толпу и второго из трех "специалистов по базам данных" подстрелили, взорвали всю верхнюю часть тела кровавым душем и первый ухватил контейнер с кристаллами данных и швырнул что-то мощное.

Его и Михаила бросило вперед, сорвало силовое поле на мгновение и опалило. Скафандр выл и ругался, манопа просто выла, не успевая адаптироваться к атакам вокруг. В то же время без нее было бы намного хуже, и Михаил мчался, стрелял и попадал, лишал сознания, что в такой драке было равносильно смерти. Подхватил на бегу толстую плазменную винтовку и очередью из нее скосил трех роботов и пушку.

— Роксы! - снова раздался тот же крик и последний из троицы умер, успев прикрыть собой Лошадкина.

Состязание манопы и мозга боевого комплекса закончилось вничью, два электронных устройства не успели обменяться и парой ударов, как Михаил просто испепелил все вокруг. Едва успел отбросить винтовку, взорвавшуюся от такого режима стрельбы, не предусмотренного производителем, и помчался дальше, и не успел он замедлиться и подумать, что самое время удрать, так как остался один, как его догнал Дронго.

Выглядел он ужасно, левую половину лица заливала кровь, один из клыков отсутствовал, а в торсе шипела и пузырилась пена, которой он залил раны. Взгляд окровавленных глаз и Михаил хлопнул себя по поясу, показывая, что контейнер с кристаллами данных с ним.

— А ты ничего, землянин, - прохрипел Дронго, - годишься в зародыши наемника. Вперед!

Глава 23

— В зародыши, ха! – вырвалось у Михаила. – Да я столько раз водил корабли!

Разумеется, при этом он вспоминал те компьютерные игры, в которые столько играл в «молодости». Были там и пираты, в основном из Карибского моря, и Михаил тогда вел их, врывался в города и грабил, лихо вступал в бой с гарнизонами, рубился и побеждал.

— Водил?! – голос Нессайи ворвался в уши Лошадкина.

Сам жирный капитан тоже ворвался в пространство, объявился рядом, увешанный оружием. Его сопровождало несколько пиратов, тоже вооруженных до зубов.

— Тогда…

— Да легко, - небрежно бросил Лошадкин, протягивая руку.

Дронго все понял без слов и метнул ему батарею к винтовке, а сам Михаил метнулся дальше, на бегу ухватил грязи и провел по лицу, в то же время отдавая новый приказ манопе. Выбежал и почти влетел в заслон, оставленный пиратами у выхода, при этом старательно притворяясь «своим»: имитируя сигналы с помощью манопы, размахивая винтовкой и скрывая лицо.

— Эй!

— К оружию! – закричал им истерично Михаил, старательно взвизгивая.

Оказался в их рядах и выстрелил в упор, лягнул, благо зарядом плазмы снесло силовое поле скафандра. Винтовка и ноги Михаила дергались, сам он присел и крутнулся, уходя от ударов в спину – спасибо манопе и тренировкам с Русланом! Еще щелчок и новые части паззла сошлись в голове Лошадкина.

Ушло все очарование космоса, сменившись грязью, кровью и смертями. Не было больше экзотики, был полигон и сражения на нем, только теперь раненым врагам не оказывали первую помощь, а старались и дальше вылечить от жизни. Оружие в руках, манопа в голове, цель ясна – действовать!

— Ух ты, и этот живой еще просил меня не убивать, - раздался насмешливый хрюк Дронго.

Михаил даже отвечать не стал, склонился и сдернул комплекс скафандра целиком, тут же сменил его и взломал, как и несколько других, швырнул пиратам, скомандовав:

— Меняйтесь!

Один даже дернулся менять, остальные вначале бросили взгляды на Нессайю, который сердито кивнул в ответ, но сам спешить менять скафандр не стал. Словно боялся, что Михаил его лишит защиты в самый ответственный момент, и мысль об этом мелькала у Лошадкина, но ясно было, что сейчас не время. Прямые враги впереди, следовало разобраться с ними и спастись, и уже потом разбираться со всем остальным!

С этими мыслями он поспешил наверх, наслаждаясь длинными затяжными прыжками, так как вне комплекса искусственная гравитация отсутствовала. Михаил даже не подумал останавливаться, промчался прямиком по туннелю местных (смутно ожидая выстрелов в спину), и выскочил на поверхность, тут же метнулся к ближайшему кораблю, одному из тех двух, что сели на поверхность.

— Бурбыруруру, - выдала система связи.

Михаил послал ответный сигнал, ложный, конечно же, что он весь такой умирающий, и вообще, скафандр на последних крохах энергии. Почти влетел в шлюз длинным прыжком, понимая, что долго этот обман не продлится, и выстрелил в двух выбежавших навстречу пиратов и какую-то пузатую тележку, похоже, машину для оказания первой помощи.

— Ты!

— Я! – выкрикнул Михаил, перепрыгивая через тележку и стреляя в упор в пирата.

Вот уж кого ему было точно не жаль! Тот упал, пробитый насквозь, вываливая наружу свои уже не такие экзотические потроха и кровь. Рывок вперед и выстрел в цель, подсвеченную манопой! Дверь не успела закрыться, и Михаил проскочил дальше, ворвался в рубку управления и выстрелил, уничтожая системы связи и не давая подать сигнал. Экипаж, те несколько пиратов, что остались бдить и охранять (в основном держать под прицелом «Стрелу» и выход из туннеля), никак не ожидали такого афронта и промедлили, растерялись.

— И что теперь? – спросил кто-то из пиратов.

Михаил не ответил, занятый выбиванием ремонтного лючка, ведущего в потроха системы управления. Манопа показывала и подсказывала, и он взрезал провода, отключая систему управления и тут же перехватил контроль над несколькими «паучками», ремонтными роботами миниатюрных размеров. Те помчались, не раздумывая и начали шить – паять, соединять провода напрямую.

— Держитесь! – гаркнул Михаил. – Сейчас будет жарко!

— За что держаться?

— За что угодно!

Конечно, он не умел управлять такими кораблями, но манопа, верная и незаменимая, опять пришла на помощь, словно намекая, как Земле удалось добиться таких высот, что о ней слышали даже в пограничье. Одновременно с этим Михаил нырнул, зарылся в базу данных корабля, лихорадочно хватая все, что касалось координат и систем. Новый приступ боли, еще одна огненная спица, пронзившая голову, но он получил, что хотел, нашел универсальные коды и соотнес их с местоположением Солнечной Системы.

Проклятье!

— Что происходит, «Планара»?! – раздался резкий, отрывистый голос.

Михаил даже не сразу понял, что это название корабля, а не имя, разрывался между активацией орудий корабля и взломом навигационных баз. Впрочем, взлом – слишком громкое слово, когда Михаил прикидывался главным пилотом, а те системы, что могли разоблачить его, сердце и мозг корабля, просто не работали.

— Да, что происходит, - донесся голос одного из пиратов.

Они толпились вокруг, словно их дыхание в затылок могло помочь Михаилу. Нет бы грабить и добавить, бежать по своим местам, оружейным и двигательным постам и прочим! Лошадкин не стал отвечать и объяснять, что просто закоротил провода напрямую, перевел корабль в режим ручного управления, в котором тот не улетел бы дальше ближайшего астероида, а то и столба. Может, Дрея и сумела бы, но и она явно пользовалась имплантом, так как мозги живых просто не успевали за подобными скоростями.

Сила разума, да не та!

— Получена информация снизу! – рявкнул Лошадкин, хрипло, искаженно, словно его ранило.

Детские уловки, но ему и не требовалось тут обманывать долго и умело, лишь протянуть немного время. Как те автономные системы вооружения в комплексе – просто задержать, не дать сбежать до срабатывания систем самоуничтожения!

— Это ловушка! – еще громче заорал Михаил. – Нессайя предал всех и на самом деле он агент Дитрана!

Сзади донесся возмущенный возглас жирного капитана и сдавленный хрюк-хохот Дронго. К счастью, системы связи отсекали все эти посторонние звуки, и Михаил не прекращал «накачки» орудий и работы с кораблем, зная, что второго шанса у него не будет.

— Что? Не может быть!

— Он сделал все это специально, чтобы истребить наемников! Корабли Дитрана уже несутся к пограничью! – все, что угодно, лишь бы отвлечь и протянуть время.

Лошадкин вскочил и молча понесся к выходу, даже не думая предупреждать пиратов вокруг. Сдохнут, так и плевать, и никто из них даже не думал предупреждать его ранее! Может, Дронго еще и заслуживал половины шанса на спасение, но не все остальные.

Мгновение спустя пираты рванули за ним, и Михаил мысленно усмехнулся, со злой иронией в свой же адрес. Конечно, как он мог подумать, что они начнут тупить или не поймут происходящего и останутся? Лошадкин был знаком с этими вольными наемниками буквально несколько дней и целая куча их уже успела сдохнуть, явно тут выживали только те, кто умел не только стрелять, но и чуять опасность.

Хотя бы себе лично.

— «Планара»!

Михаил вылетел из корабля, почти буквально, прыжок в условиях крайне низкой гравитации, и это была рискованная секунда, его могли подстрелить сверху, сочтя врагом. Михаил крутнулся в прыжке и успел увидеть, как «Планара» словно взорвалась, мощнейшим залпом из всех орудий смела второй корабль, стоявший на поверхности спутника, и тут же рванула ввысь, словно тоже прыгнула.

Ее пронзили лучи и заряды плазмы с двух кораблей в воздухе, но и они тоже опоздали. Попали, но опоздали, так как «Планара» успела набрать скорость и взорвалась рядом с одним из них, вскрыв, словно нарыв. Корабль распахало пополам, наружу валились фигуры, им не грозило разбиться, но это было вопросом уже ближайшего будущего, не текущего момента, так как им еще предстояло прийти в себя и спланировать на поверхность.

— Стреляйте! – мощно всхрюкнул Дронго.

Сам подал пример, выстрелил из чего-то вроде базуки по последнему кораблю, оставшемуся висеть в воздухе, и мозг Михаила, стремясь улизнуть от ответственности и проблем, переключился на глупый вопрос, уместно ли говорить «в воздухе», когда ты в космосе и вокруг вакуум, и какие новые слова для этого существуют в языках сильных рас?

Пираты вокруг тоже начали стрелять, парочка прыгнула вбок, спеша найти укрытие, и все это совпало с движением самого корабля. Зигзаг в сторону от взрыва, и рывок вперед, выстрел в шахту туннеля, чтобы оттуда не вылезли еще «враги», и Михаил ощутил содрогания спутника. Из шахты туннеля вырвалась огненная отрыжка срабатывания системы самоуничтожения, словно ответный плевок выстрела с корабля.

Плевок этот промчался мимо корабля и задел его краем, явно что-то нарушил в системах, и Михаил выстрелил, ориентируясь на подсказки манопы, влепил очередь зарядов плазмы и корабль взорвался, будто зажег на мгновение миниатюрное солнце.

— Вперед! К «Стреле»! – крикнул Лошадкин, первым подавая пример.

Пираты бросились следом, и земля под ногами содрогалась и валилась внутрь, выстрел корабля что-то нарушил в срабатывании системы самоуничтожения, но не отменил ее полностью. Сейсмозаряды крушили спутник изнутри, пытаясь завалить уже несуществующий, выжженный дотла комплекс и Михаил невольно думал о всех тех, кто остался внутри. Сгорел от термозарядов, пал от руки своих же «собратьев-наемников» и сейчас, возможно, задыхался под развалинами и обломками спутника Дургара-шесть.

— Мы не успеем! – крикнул кто-то из пиратов.

— Тогда здесь и сдохнем вместе с остальными! – рык Нессайи.

Они промчались и ворвались на «Стрелу», когда там уже вовсю шла драка. Пираты, высаженные на «Стрелу», может и не поняли сразу, что происходит, но затем уж точно сообразили и в этот момент Дрея и остальные прыгнули на них. Или позже, детали были уже не важны!

— Получай! – крикнул Лошадкин, всаживая какую-то острую железку в шею пирата, душившего дока Хандрата.

Пират всхлипнул, чуть ослабил хватку, но не выпустил дока, и Михаил выстрелил в упор, снося голову. Заряд разнес голосу и чуть опалил Хандрата, который все еще оставался захвате.

— Ты спас мне жизнь, я – тебе, мы квиты! – бросил ему Михаил, кидаясь дальше.

Трорг сражался, защищая Хлою, и ему помогал Маргуд, пусть и раненый. Присутствовала и Дионара, сверкавшая глазами и что-то кричавшая пиратам. Крики сопровождалась ударами рук, словно она отбивалась от похитителей, и Михаил выстрелил от бедра, будто заправский ковбой и убил обоих на месте.

Мгновение паузы, еще выстрел и последний оставшийся в живых пират отвлекся на Лошадкина и тут же пал под мощным ударом Трорга. Михаил видел все это краем глаза, так как смотрел лишь на Дионару, упиваясь ее видом и в то же время обеспокоенно выискивая раны. Легкое опасение, что, поднявшись, она утратит величие облика, исчезло, растаяло, как утренний туман.

Перед Лошадкиным стояла истинная принцесса. Принцесса, которую он спас!

— Спасибо, - выдохнул Трорг, хватаясь за раны, - а то это уже начало надоедать.

Хлоя просто придвинулась ближе, обняла, уткнулась рогами в живот. Маргуд отводил взгляд, будто занятый раной, и все равно в нем сверкала злость. Наверное, злость за то, что их не спасли раньше? Но сам Лошадкин смотрел только на Дионару, и та смотрела в ответ. Без вызова, но и не отводила взгляда, смелая, гордая и разъяренная, в этом Михаил ее прекрасно понимал. Сейчас ему хотелось схватить убитых и «насрать им в череп», как некогда предлагал Хваск, за все то, что они совершили с Дионарой или хотели совершить.

— Откуда у него такое оружие? – буркнул Маргуд в сторону.

— Благодарю, - улыбнулась Дионара и пошатнулась.

Михаил подскочил к ней, сканируя и заорал:

— Хандрат! Здесь раненые!

— Невольники! – голос Хваска.

Выжил?! Михаилу уже начало казаться, что снизу вырвалась только их группа, не слишком многочисленная, следовало признать, и самое время было устроить бунт. Ну да, остальные невольники была ранены, но разгорячены боем и если на «Стреле»… но крик Хваска оборвал все эти мечты.

— Бегом, бегом, бегом! – крик Нессайи.

— Торопиться на роботе будешь!! – ответное шипение Дреи.

— Отстреливаться! – снова Хваск.

Михаил рванул за Хандратом и отлетел обратно, отброшенный мощным телом Дронго. С ним были два пирата, и все трое целились в Лошадкина.

— Ошейник ему! – голос Нессайи. – И уносим когти! Быстрее! Дрея, драть тебя под хвост!

— Сам виноват, жиробас! Просрал половину корабля!

— Зато все удалось! И отберите кристаллы данных!

Лошадкин ухмыльнулся с презрением и сам протянул хранилище кристаллов. Дронго вдруг сплюнул, хрюкнул и ударил в стороны, выбивая оружие у двух других пиратов.

— Иди ты в жопу, Нессайя! – возмутился Дронго. – В ту самую, из которой нас вытащил землянин!

— Сам туда иди! Опять бунт?! Как этот кусок земного говна к нам вломился, будто дерьмо в канализацию, так у нас стало слишком много говна! – появился гневный Нессайя.

Снаружи шла перестрелка, выжившие пираты с других кораблей пытались отомстить «Стреле», экипаж во главе с Хваском отстреливался, но долго так явно продолжаться не могло. Спутник агонизировал и разваливался, сейсмозаряды ударили куда-то не туда и следовало уносить ноги, пока все не развалилось. Дрея возилась с кораблем, и «Стрела» явно готова была взлететь, но получилось бы у нее удрать?

— Он наш! – уперся уцелевшим клыком Дронго. – Или кандидат в наши! Всех спас!

— А также чуть не просрал! – не унимался Нессайя.

— Это ты нас чуть не просрал, взорвав Дургар-пять раньше времени!

Твою мать, подумал Михаил, ощущая горечь от того, что все его догадки оказались верными.

— Кандидат? – вдруг оскалился Нессайя. – Хорошо, пусть наденет ошейник на дитранку!

— Эй, у нее имя есть, - привычно возмутился Михаил.

— Если что совершит, то Михаил понесет наказание! Давай, надень и покажи, что ты годишься в наемники!

Михаил замер, ощущая на себе взгляды всех вокруг, особенно невольников.

Глава 24

Следовало решать мгновенно, и он решил. Прошел, взял ошейник и надел его, попутно бешено и быстро сканируя устройство снаружи. Теперь, даже если ошейник наденут и на него, он сможет! Дионара смотрела на него широко раскрытыми прелестными глазами, будто не могла поверить в такое предательство. На самом деле, конечно, их ничего еще не связывало… и все же взгляд дитранки пронзал Михаилу сердце.

У нее наверняка имелся свой имплант, не хуже манопы! Вместе! Вместе они могли бы!

— Молодец! – радостно всхрюкнул Дронго.

— Еще недавно он испортил мне «Стрелу», - напомнила Дрея.

— Кандидат! – вскинул ручищу Нессайя, обрывая всех остальных.

Трорг смотрел равнодушно, зато смягчившийся было взгляд Маргуда снова пылал злостью и ненавистью. Хлоя свесила рога, в общем, репутация Михаила среди невольников резко рухнула ниже разваливающегося спутника Дургара-шесть.

— Он помог нам добыть данные, взломал системы, стрелял и убивал ллазиотов и дитранцев, и под конец спас ваши задницы с кораблем, - Нессайя мощно хлопнул Михаила по плечу, опять едва не вбив в пол.

Посыл был ясен, Лошадкин не просто повязал себя кровью, но еще и обзавелся кучей врагов. Доказывать, что все было не так – бесполезно, оставалось только верно служить Нессайе и «Стреле», чтобы те защищали его в ответ. Таков был посыл слов жирного капитана, и Михаил его прекрасно понял, принял соответствующий вид. Выжить сейчас, чтобы отомстить потом – преуспел бы он на этом пути или скольжение вниз по склону предательства в канаву всего этого пиратского дерьма успело бы засосать его раньше.

Михаил не знал ответа.

— Но все это можно было разобрать и потом! – вдруг заорал Нессайя. – По местам, куски дерьма! Ваши задницы все еще в опасности!

Орал он так, словно Михаил не спасал его, да и в целом сам Нессайя не находился в опасности. Пираты, впрочем, в такие тонкости не вникали, рванули по местам, и Михаил уловил сигнал в сторону Хваска и остальных, мол, хватит, ерундой страдать – улетаем!

С полминуты спустя они уже взлетали, успев получить напоследок несколько выстрелов от тех пиратов, что остались на спутнике. Сам спутник рассыпался на глазах, будто его поглощала космическая пучина, и Михаил видел все это, так как теперь у него имелся доступ к системам наблюдения и связи «Стрелы». Впрочем, он не пытался пролезть дальше, подозревая, что там расставлены ловушки.

Персонально на него и манопу, уж Нессайя и остальные, наверное, успели их изучить.

«Стрела» взмывала все выше и выше над плоскостью эклиптики системы и Михаил ощущал, через системы корабля, как гипер бушует и ярится, словно море, кидающееся на отвесные прибрежные скалы. Следовало заняться отмычкой для ошейника, возможно, поговорить с невольниками и как-то дать им понять, что он предал лишь для вида, а может и не стоило – опять же, дабы дать пиратам успокоиться, а подозрениям утихнуть.

Но все это мелькало где-то фоном, а основное внимание Михаила было устремлено туда, в пылающий и бушующий космос. Они драпали прочь от спутников и в то же время, будто стояли на месте, так медленно давался полет без возможности ускорения.

— Эй, хорош дышать в затылок, - вдруг обратился к нему кто-то.

«Стрела»? Но разве на ней имелся искусственный интеллект? Мгновение спустя он понял, что к нему обращается Дрея. Подключение к кораблю делало из нее подобие ипы, и это означало повышенную нагрузку на мозги пилотов.

— Если ты без меня так жить не можешь, приходи, как долетим, - пригласила Дрея. – Постукаемся хвостами.

— Не люблю агрессивных женщин, - вырвалось у Михаила.

Делающих вид, что жить без него не могут, а на самом деле только и мечтающих, как бы его поиметь и использовать.

— Да-да, тебе скромниц подавай, вроде этой агемки, - раздалось в ответ. – Хочешь, я изображу жертву похищения?

— Нет.

— Тогда свали нахер из моих систем и без тебя тут обосраться можно!!

Михаила выбросило мощным информационным пинком. О да, он мог бы задержаться, но не стал, лишь отметил для себя детали происходящего. Если и ломать «Стрелу», то не в полете или когда он сам окажется за рулем, в роли пилота. Михаил не сомневался, что манопа смогла бы управлять им, но также не сомневался, что никто его туда не пустит.

Не наемник, но кандидат, предавший собратьев-невольников, натуральное говно в проруби, пытающееся выплыть. Отличный образ желающего выжить и готового ради этого на все, вот только не сходящийся с атакой комбайном, и об этом тоже следовало помнить. Или хотя бы считать, что пираты помнят.

— Что стоишь без дела? Дуй к доку! – скомандовали Михаилу.

Доступ к «Стреле» дал ему общую карту помещений и переходов, и Михаил пошел «к доку», благо его медпункт тоже уцелел. Теперь, глядя на трехмерную карту корабля, и сравнивая ее с тем, что он видел, когда только очнулся в плену, Лошадкин невольно сравнивал ее с живым после операции. Операции, в которой живому ампутировали руки-ноги, вырезали загноившееся, удалили лишние органы, оставив лишь самое необходимое для жизни.

Но можно ли было назвать это жизнью?

Нессайя разыграл гамбит имени себя, под видом ремонта «Стрелы» сразу готовился избавиться от частей «Стрелы», имитируя многочисленные поломки, но при этом сохраняя возможность улететь. Прыгло и энергоустановки, системы управления, жилая часть экипажа и невольников, даже парочка складов, все это уцелело.

— С повышением, Михаил, - поприветствовал его Хандрат.

Не сказать, что взгляд его изменился и стал дружелюбнее. Ощущалось, что, если бы потребовалось, Хандрат бы зарезал его, не моргнув и глазом. Вырезал бы манопу и продал, в комплекте с остальными органами.

— Правила знаешь?

— Не особо, - пожал плечами Лошадкин.

— Помогаешь, сканируешь пациентов, сбрасываешь инфу в медблок, если что открываешь рот и говоришь мне словами, что не так. Посмотрим, каков ты не на операционном столе, - и Хандрат оскалился.

Следующий час или два, пока «Стрела» рвалась прочь от гипербури и системы Дургара (медленно и мучительно, так полагал Лошадкин, представляя, как потеет фиолетовая Дрея), Михаил работал медбратом или его аналогом. Подавал и уносил, смотрел на пациентов и сканировал их, попутно обогащаясь информацией о других пиратах. Пусть он присутствовал при найме и потом участвовал в ремонте, но как невольник, не как кандидат в будущие пираты.

Вольные наемники.

При этом тех, с кем он хоть немного познакомился, не было видно, похоже, погибли. Или Нессайя их погубил, своим хитрым планом, и Лошадкин, в общем-то, не собирался лить по ним слезы. Сдохли и сдохли, разве что не от его руки, но в то же время, где-то внутри гнездилось странное, тягучее чувство. Умерли те, кого он знал, и это словно бы каким-то идиотским мистическим образом приближало смерть самого Лошадкина.

Вдвойне глупым это ощущение делала память об «атаке комбайном». Ведь Михаил тогда не притворялся, не играл, действительно настроился умереть, лишь бы остановить этих самых пиратов. Но пируэт судьбы, живучесть, рационализация и вот он, лечит тех же самых пиратов, или не тех же, но близких им! Лечит, замышляя убить, и что это все означало – двойственность природы людей? Или его личные тараканы так себя проявляли? Сбой в работе мозга, не имеющего готового шаблона действий?

— Что ты их жалеешь? – прикрикнул Хандрат. – Дави сильнее, режь глубже!

Разумеется, резал Михаил не сам, для этого тут имелся многофункциональный медицинский комплекс. Он сканировал, сверялся с базой живых, ставил диагнозы, взрезал, назначал уход, заливал все целебным гелем, заодно прижигавшим раны, и мог одновременно работать с несколькими пациентами. Хандрат управлялся с комплексом, как заправский пианист, и в то же время, Лошадкин постоянно возвращался мыслями к своему первому пробуждению в плену.

Почему тогда не использовался комплекс? Из-за боязни взлома или потому, что команда возмутилась? Док, помнится, ловко управлялся и без комплекса, и все это наводило Лошадкина на разные мысли.

— А эта штука может вырастить новые органы? – спросил он в какой-то момент.

— Может, - отмахнулся Хандрат, - но я бы не стал на нее полагаться, старая уже и давно сбоит. Проще и дешевле на одной из планет пограничья живого донора найти.

— Как это? – опешил Михаил.

— Как обычно, ты что…, - док поднял на него мутный взор и вспомнил. – В пограничье живых много, а кредов мало, только и остается, что телом торговать. Или ложиться под кого-то, или выращивать в себе органы, а то и свои отдавать, если подойдут. Некоторые детьми торгуют.

— Детьми?

Лошадкин изумился, но тут же вспомнил политику Земли в этом отношении.

— Ну да, у тех, кто ближе к Сильным живет, зачастую и запреты сильнее, или содержание дороже, а тут дешево. Заплатил да увез или спас сиротку, только креды гони и все будет, любую историю организуют.

— Так это, - Михаил отвлекся и отдал не ту команду, взрезал глубже, и пират взвыл.

— Вот так их! Вот так! – одобрил Хандрат.

— Злой ты, док, - прохрипел разрезаемый в ответ.

— Да, злой! – огрызнулся в тот ответ. – Не желаю вас тут видеть! Хочу, чтобы вы все были здоровы! А вы все лезете и лезете, идиоты! Надави ему вон там, на вторую шишку, пусть повоет!

Михаил покосился на «шишку», но давить не стал, мало ли что там находилось.

— Может хоть так запомните, что себя беречь надо! – не унимался Хандрат.

Размахивал руками, орал и угомонился, только когда уже полетела слюна. Ушел куда-то, оставив Михаила наедине с очередным пациентом… пациенткой. Гарпией, практически буквально, полуптицей-полуженщиной. Она смотрела на Михаила равнодушно и это было даже в чем-то приятно, после всех этих демонстративных намеков Дреи на изнасилование.

— Не шевелитесь, фиксирую, - приказал Михаил.

Установил «шину» на покалеченную ногу, затем обработал поврежденные крылья, попутно обратив внимание, что те словно подрезаны в условных плечах.

— Что это? – поинтересовался он.

— Подрезание, - последовал равнодушный ответ. – У вас там на Земле такого нет?

— Э-э-э-э, - замялся Михаил.

— Юным птицам подрезают крылья, вырывают когти и делают дырку в клюве, - сообщила та.

Дырка и в самом деле имелась, но старая, словно заросшая.

— В него потом вдевают кольцо, за которое муж-птах ведет свою стаю, при помощи брачной веревки.

— Что-то похожее у нас есть, но в ином ключе, - дипломатично отозвался Михаил.

Ему даже стало жалко эту гарпию.

— Тогда ты, наверное, поймешь, почему я убила мужа и убралась вместе с наемниками со своей планеты. Что, когда там уже больно будет?

— Больно? – машинально переспросил Лошадкин, потом сообразил и рассмеялся. – Нет, я не Хандрат.

— Это хорошо, - гарпия поднялась, подвигала телом, будто разминала лапки после сидения в гнезде. – Слушай, землянин, не хочешь стать доком?

— А ну вали в свое гнездо, Шаргаза сраная! – появился Хандрат. – Не цените моей помощи, так я тебе в следующий раз напомню, что нечего совать свою жопу куда попало!

— Узнаю нашего дока, - щелкнула та клювом. – Не Шаргаза, а Шазага! Может тебе уже пора в отставку, Хандрат?

— Поговори мне еще!

— И что ты мне сделаешь?! Боль причинишь во время лечения, садист ты без перьев?

Хандрат сердито щелкнул чем-то вроде зубодерных клещей, а Михаил все же задал интересующий его вопрос.

— А почему вы не вылечите все это?

— Чтобы помнить, - щелкнула клювом Шазага и добавила равнодушно. – Да и в космосе крылья не нужны. А ты ничего, землянин, заходи, если что, покажу тебе, как мы несем яйца.

Она ушла, а Михаил обернулся к Хандрату, который давился смехом.

— Ну ты и проныра, Михаил, - выдал в конце концов док. – Первое лечение и она уже готова тебе свою клоаку показать!

— Да не нужна мне ее клоака! – искренне возмутился Лошадкин.

— Это неважно, но вот то, что она тебе предложила! В чем секрет? Там, на планете, говорят, у тебя тоже было полно жен и землянок, - Хандрат подошел ближе, посмотрел снизу вверх. – А? В чем секрет?

Да ни в чем, мог бы ответить Михаил, веди себя, как человек, а не мясник-садист и будет все прекрасно. Но тут их прервало появление старшего помощника, который явился сразу в двух ипостасях, как старпом и как пациент.

— Все организовано, Михаил, - заявил Хваск, - тебе уже подготовили каюту и не в каком-то там днище, а на второй палубе, хоть ты и кандидат! Цени доброту капитана!

— Ценю, - сдержанно отозвался Михаил.

У него и без того была отдельная каюта, но камера, а теперь что? То же самое, но без барьеров и наблюдения круглые сутки? Сомнительно, сомнительно, кто бы его оставил без внимания? Следовало сдерживаться и ловить шанс, а пока что заняться отмычками и ошейником, а также Дионарой.

Хандрат уже сканировал Хваска и начал лечить его, но без особого садизма. То ли не рисковал злить начальство, то ли знал, что на Хваска такое не подействует? Медицинская база комплекса обогатила манопу Михаила знаниями, но в то же время вызвала легкую головную боль, похоже возможности импланта по закачке информации были все же не беспредельны.

Следовало проявлять осторожность или тайно пользоваться хранилищами «Стрелы».

— Ты у нас пока кандидат, юнга, будешь подчиняться всем, работать везде, куда пошлют. В то же время, ты у нас бесконечно ценный специалист, которого ценит капитан, так что можешь жаловаться прямо мне, если не справишься.

Михаил только кивнул, думая о будущих проблемах и проверках на прочность.

— А теперь пойдем.

Хваск проводил Михаила к его каюте, попутно словно демонстрируя выжившим пиратом, что Лошадкин не абы кто, а под прикрытием старпома и капитана. Михаил размышлял, что бы это могло значить, но все мысли выбило у него из головы, едва он вошел в каюту и увидел, что там его уже ждут Хлоя и Дионара.

Глава 25

Лошадкин обернулся и столкнулся взглядами с Хваском.

— Наш капитан держит слово, - сообщил тот со странной усмешкой.

И ушел, а Михаил развернулся, еще раз оглядывая свое новое жилье. Не слишком большое, особенно с поправкой на двух дополнительных обитательниц, но и не клетушка-студия, где было бы не развернуться. Если поставить ширмы, легко можно было бы имитировать однокомнатную квартиру, и Михаил еще не настолько забыл свое прошлое, чтобы невыносимо страдать от тесноты.

Нет, основной проблемой были не жилищные условия, а сами жильцы - жилицы? - и что с ними делать дальше. Держать здесь за барьерами? Запирать в каюте, уходя? Что? Почему ему никто не давал инструкций... возможно, это была часть естественного отбора в "вольные наемники".

Каюта и слежка!

— Сдержу и я свое, - сдержанно заметил Михаил.

Озвучивать вслух, мол, верну вам свободу, не стал. Было бы слишком подозрительно, ударься он так быстро в пиратство, поэтому следовало пройти по лезвию бритвы над пропастью. Сделать вид, что его засосала пиратская пучина, а на самом деле!

Одновременно с этим он заметил разницу в поведении двух своих - сожительниц? Нет, звучало как-то слишком уж. Хлоя, пусть и не лежала, свернувшись клубком, но в целом сидела, охватив себя руками, спрятав голову в колени, даже рога практически не торчали. Опять закрылась, замолчала, и тут Лошадкину оставалось только мысленно вздыхать - предал ее доверие!

— Я верю вам, - вдруг выдала тихо Хлоя.

Отлично, обрадовался Михаил, не все еще потеряно, хотя следовало бы поспешить. Вырваться и отвезти Хлою домой, а там сдать лучшим мозгоправам, потому что - ну в общем и так ясно, почему. Протянутая Михаилом веревочка доверия не смогла бы вытащить ее из проблем, но могла помочь удержаться.

Дионара, в свою очередь, сидела в свободной позе, словно она тут самая главная, а не невольница. Казалось, что ее не беспокоил ошейник или в целом положение, в котором она оказалась. Все это придавало ей величественности вида и дополняло облик принцессы.

— Пожалуй, нам стоит объясниться, - миролюбиво сказал Лошадкин, проходя внутрь.

Его могли выдернуть на работы в любой момент, ведь наполовину уничтоженная "Стрела" могла поломаться сейчас, где угодно. Или нет? Если нет, то, стало быть, Нессайя все подготовил заранее, да так, что пираты других капитанов ничего не поняли? Да еще и ухитрился устроить представление с битвой? Лошадкин моргнул, припоминая те краткие, ожесточенные и непонятные моменты - умереть он мог по-настоящему.

— Я верю вам, - тихо повторила Хлоя, словно убеждала сама себя.

— А я верю тебе, - ответил ей Михаил. - Давайте поедим и отдохнем, кто знает, что нас ждет через минуту?

Дионара смотрела на него, подперев голову рукой, и изучала взглядом широко раскрытых глаз. Она даже не подумала шевелиться, словно хотела проверить границы своего нового статуса и поведения самого Лошадкина. Но в то же время, нос кривить не стала, извлекла пищевой чип и сделала заказ, затем начала есть, спокойно и аккуратно.

Михаил не торопился начинать разговор, ел, ощущая, что сейчас неплохо было бы помыться и действительно поспать. Моральная и физическая усталость, на полигоне все же было иначе. Верно говорил Руслан, подумал он, пока не побываешь в первом бою, никогда не скажешь наверняка, что будет с тобой потом. Михаил ел, давая себе и спутницам просто посидеть в обществе друг друга, протянуть дополнительную ниточку общности.

Одновременно с этим он манопой щупал каюту вокруг, пытаясь найти устройства слежения и не обнаруживая их. Неужели Нессайя просто так поверил? Или устройства были механическими, как ошейник? Но в то же время, Михаилу - кандидату! - дали каюту на троих, подключили к этим синтезаторам и доставке еды и прочим удобствам.

Как показатель, что он уже не прежний бесправный невольник.

— Ты была куратором проекта на Дургаре-шесть? - спросил он Дионару.

— Твои тупые пираты все перепутали, - спокойно ответила та, накалывая кусочек овоща на вилку и отправляя в рот.

Спокойствие и отсутствие истерик, шока, вот это понравилось Михаилу, как и сама Дионара. Вместе!

— Они не мои, - заметил Михаил, тоже продолжая есть.

— Насчет тупых значит возражений нет?

— Можешь обзывать их хоть круглые сутки напролет, - предложил Лошадкин. - Я и сам недавно был таким же невольником, как и вы.

— А потом решил пойти на повышение по головам других? - спросила Дионара.

Лошадкин мысленно вздохнул. Да, избежать этого направления беседы не удалось бы, но это не значило, что оно ему нравилось.

— Я увидел живых в беде и не удержался, решил помочь, - объяснил он.

— Так, значит, правду говорят про вас, землян, что вы не можете пройти мимо нуждающихся?

— Мы все разные, как и вы.

— Да что ты знаешь о дитранцах?! - вскинула голову Дионара.

Даже этот возмущенный жест вышел у нее прелестным и величественным, и Михаил опять залюбовался им. Впору было подозревать какое-то внешнее воздействие, гормоны-феромоны или еще что, но нет, манопа молчала, а Дионара просто была прекрасна.

— Почти ничего, как и ты о землянах, - ответил Михаил. - Но я знаю, что живые просто не могут быть одинаковыми, на то они и живые, а не роботы.

— Ысынгуны с тобой не согласились бы.

— Попади мы к ысынгунам, они не стали бы с нами говорить и не дали бы вести эту дискуссию, не так ли?

Дионара чуть склонила голову вбок, похоже признавая аргументы Лошадкина. Взяла в руку бокал и отпила из него, только затем ответила.

— Ысынгуны не ведут дискуссий со слабыми, это верно.

— А с сильными? - заинтересовался Михаил, припомнив прошлые рассказы.

— С ними тоже, но это, как правило, связано с тем, что рядовые ысынгуны даже не думают общаться с врагами. Дитран, Лалиноли и Траск однажды объединились и совершили внезапный рейд к ысынгунам. Нам удалось разгромить их оборону и захватить одну из королев, приближенных к так называемой императрице, самой главной матке их роя. Местоположение ее - величайший из секретов - но и захвата королевы хватило, чтобы ысынгуны остановились и все же вступили в дискуссию. Один раз, но все же такое было.

— И чем закончились переговоры? - жадно спросил Лошадкин.

На Земле о таком не рассказывали!

— Смертью королевы и атакой нескольких больших роёв. Наши объединенные силы отступили, обогатившись знаниями об устройстве ысынгунов.

— Тогда пошли слухи, что ысынгуны - проект Аупо?

— Возможно, я не вникала в такие глупости, - повела рукой Дионара.

Длинные вытянутые и ухоженные пальцы, Михаил только сейчас заметил, что их четыре, а не пять. Общая структура повторяла людей - один отставленный большой палец, но вот число не сходилось. Хлоя ела молча, склонив голову, и следовало бы вовлекать ее в разговор, давать понять, что она полноправная часть их группы, но Михаил оказался слишком очарован Дионарой.

Все же спросил у Хлои, как еда и та ответила, что все нормально.

— Глупости?

— Зачем сильным притворяться? - покачала головой Дионара.

— Зачем Дитран спрятал секретную лабораторию внутри спутника в системе другой цивилизации?

— Не знаю, я же сказала, что не курировала тот проект!

— Но ты оказалась там, - ответил Лошадкин, ощущая, что разговор поворачивает куда-то не туда. - И зачем сильным было притворяться?

Дионара не ответила, но посмотрела на Михаила, выразительно расширяя глаза и словно бы обводя ими каюту. Ошейник блокировал ее имплант, а так можно было бы пообщаться без свидетелей, вдруг сообразил Лошадкин. Перед ним стояла нелегкая задача, сломать ошейник Дионары так, чтобы системы "Стрелы" считали его целым, и не выдать себя, но тяжесть задачи не означала, что она вообще невыполнима.

— Хотела бы я знать, - вздохнула Дионара и по телу ее пробежала дрожь.

— Сейчас ты будешь уверять меня, что вообще ничего не знала?

— Я - простой курьер, сама не знающая, что везу, - все же призналась Дионара.

Дитран что-то почуял и хотели вывезти данные до нападения Нессайи? Лучше бы так, чем совпадение, подумал Михаил, тогда они активнее гнались бы за "Стрелой". Если бы вообще знали, кто на них напал, пираты немало потрудились, маскируя свои кораблики и потом этот взрыв на Дургаре-пять с гипербурей, поломавший быстрые полеты и мгновенную связь.

— Лучше не говори мне, что там было, - вдруг сказала Дионара.

— Мне нравится твой настрой, - улыбнулся Михаил.

Не говори, чтобы не было проблем в будущем, а стало быть, дитранка всерьез рассчитывала на это самое будущее. Вдвоем!

— Так ты кинулся мне на помощь, рискуя, что тебя самого будут пытать?

— Да, - просто ответил Лошадкин.

Рассказать ей свою историю? Нет, следовало проявлять терпение и выдержку. Не притворяться пиратом и не ставить "невольниц на колени", но и спешить с рассказами о своих планах тоже не следовало. Потом, после взлома и приватного общения, уж импланты двух Сильных точно договорятся между собой!

— Не думай, что я поднялся по вашим головам, скорее пытался их спасти, головы и все остальное.

— Так вы, земляне, все такие самоотверженные?

— Нет, я один, - усмехнулся Михаил.

Ему очень хотелось рассказать о своем прошлом и путешествии в будущее, но и тут следовало проявлять терпение. Двойную, а то и тройную выдержку.

— Но мы все разные, не забывай. Люди помогают другим системам и цивилизациям? Несомненно. Но есть миллионы землян, которые ни разу не были в космосе и даже окажись там, пальцем не пошевелили бы, чтобы кого-то спасти. А то и вовсе заняли бы сторону пиратов и с удовольствием пытали бы тебя и других пленных.

Которых не было, вдруг подумал Лошадкин. Из всего населения той подземной базы, прикрывавшей своим существованием секретный комплекс, пираты схватили только Дионару - за то, что она была дитранкой. Но потом не взяли в плен никого из персонала самого комплекса... уверились, что Михаил справится? Или просто время поджимало? Непонятные моменты, которые никто не стремился объяснять, так как сам Лошадкин еще недостаточно проявил себя.

Неважно, в любом случае там все умерли, ну куда мог сбежать персонал? Навстречу выстрелам пиратов, оставшихся в тылу? Под залпы кораблей, вырвавшихся с Дургара-пять?

— Я увидел, что вы в беде и ринулся на помощь, но при этом погубил массу других живых.

— Понятно, - отозвалась Дионара, заканчивая есть и отодвигая тарелку. — Это ты назвал "объясниться"?

— Да.

— И что дальше? Как теперь будет протекать... наша жизнь тут? - Дионара так акцентировала паузу, что любой догадался бы о подтексте.

— Если бы я знал, - искренне ответил Михаил. - Но мы еще живы, и вы под моей ответственностью, стало быть, любые посягательства на вас, я буду отвечать на них.

— Посягательства, - задумчиво повторила Дионара, затем коснулась рукой ошейника. - В этом, кстати, нет необходимости.

У Михаила и так чесались руки снять с нее ошейник, а после слов Дионары чесотка усилилась вдвое.

— Почему? - поинтересовался он, не став уточнять все остальное.

К чему тратить слова, когда Дионара и так прекрасно понимала их положение? Наверняка Нессайя рассчитывал, что Дионара и Хлоя выкинут что-то и он потом спросит с Михаила, получит рычаг давления на него. Да, жирный капитан всегда мог выбросить его обратно в невольники и начать принуждать болью и прочими делами, но Нессайя явно ощутил вкус добровольного сотрудничества. Когда Лошадкин и манопа добровольно и эффективно действовали в связке.

— Потому что у меня нечего ограничивать, - чуть улыбнулась Дионара.

Белоснежные зубы, широкие глаза, оставалось только поморгать часто, словно умоляя.

— У меня стоит простейший путевой имплант, для обеспечения минимального взаимодействия с системами и кораблями, не более.

— Почему? - заинтересовался Лошадкин.

— Вот это, - она указала длинным пальцем на голову, - не только твоя сила, но и слабость. Его могут взломать и получить контроль, курьера могут усыпить или поймать в ловушку, и закачать ему в имплант лишнего, да и просто такие устройства - приманка. Слишком многие жаждут высоких технологий.

— Да, - поджал губы Михаил, - мне тоже первым делом собирались вырезать.

— Для курьеров — это уязвимость, поэтому у меня ничего такого нет, можешь проверить.

— И проверю, - кивнул Михаил, - я же теперь помощник местного дока!

— Кого? А, - поняла Дионара и добавила удивленно. - Уже?

— Это послужит лишним доказательством, что ты не курировала тот проект, - добавил задумчиво Михаил.

Теперь он мог снять ошейник, но все его планы на манопу Дионары оказались пустышкой. Знали ли пираты? Хотя нет, если бы они знали, то, с чего бы... проверка для Лошадкина? Планы внутри планов, у которых есть свои планы? Толково, но слишком сложно для Нессайи, который даже со своим экипажем постоянно лаялся.

— Хлоя, - обратился он к агемке. - Ты тоже идешь.

— У меня нет импланта, вырезали, - ответила та.

— Все равно тебя надо проверить, подлечить, да и остальных тоже, - сказал Михаил, ощущая горечь в горле.

Столько живых вокруг, ну как можно было относиться к ним, как к вещам? Или именно поэтому и можно было, мол, на планетах в пограничье новых нарожают, готовых продать себя, лишь бы сбежать прочь?

— Так что идем, пока не началось что-нибудь еще.

После чего не выдержал и все же вздохнул тяжело, пробормотал под нос на русском.

— Да, прогнило что-то в королевстве Датском.

Глава 26

"Стрела" зашла на посадку, и Михаил невольно "припал к иллюминатору", то есть системам корабля, наблюдая за тем, как приближается планета. Затем он понял, что это не планета, а спутник какого-то гиганта, но при этом спутник, не слишком уступающий по размерам Земле.

— Первые семь лун Адвара - перевалочные и грузовые пункты, - пояснила Дрея в виртуальном пространстве корабля. - На сам Адвар мало кто летает, и гравитация у них выше и энергоний вылетает в трубу на поддержание полей и дышат они какой-то полной хуйней. Но зато не мешают другим торговать, берут свой процент и не выебываются, как те же Галзаги или того хуже, Лалиноли.

Именно этим Сильным, Лалиноли, приписывали попытку создания галактических компьютеров, после восстания или бегства (слухи, как обычно, расходились радикально) которых, использование и применение ИИ получило сильнейший удар. Землю, при этом, никто не обвинял в использовании ИП, и все это подкрепляло прежние подозрения Михаила, об экспериментах Сильных.

Это также объясняло бы создание ИП и маноп, с такими невероятными возможностями.

— А вы к ним летали?

— Было дело, брали пару заказов, - пояснила Дрея.

"Стрела" заходила на пятую луну, самую крупную из всех. Покинув систему Дургара, "Стрела" смогла ускориться, махнула куда-то в произвольном направлении и потом некоторое время шел ремонт. Все лишнее убирали, все потрепанное маскировали, "Стрела" стала этаким старым грузовичком - работягой космических трасс.

Пусть не таких, но похожих вокруг было полно, и Михаил краем виртуального глаза (не мешая Дрее) видел, что все они управляются с луны. Одновременное ведение и подстраховка десятков кораблей, некоторых так и вовсе принудительно захватывали лучом с поверхности и тащили, отобрав управление.

— Заказов на налеты? - изумился Михаил.

— На наймы, - поправила его Дрея. - Мы - вольные наемники, а если беремся за какие-то дела сами, ну это наши проблемы. И не забывай, что мы уже не в пограничье!

— Что это значит?

— Адвару плевать, но внешние приличия надо соблюдать. Невольников не выводить, а если вдруг тебе приспичило проветрить свою дитранку, вначале убедись, что капитан тебе потом за такое в череп не насрет!

— Я думал, это Хваск любитель срать в черепа, - хмыкнул Лошадкин.

Дрея словно отмякла, стала разговорчивой, похоже, баракудианка, хоть и не подавала вида, а боялась не долететь. Что за Адвар - Михаил не знал, но надеялся узнать, подсмотрев универсальный код. Информация, которую он стащил из систем "Планары" ясно указывала, что Лошадкина занесло далеко, очень далеко от Земли.

Впрочем, он и не собирался возвращаться галактическим автостопом.

— От кого, он, по-твоему, нахватался? Все понял?

— Да, невольников не выводить, а если вывел, делать вид, что они обычные живые.

— Держись рядом с остальными, все эти базы бывают немного... ошеломляющими.

"Стрела" приземлилась на одно из посадочных мест на огромной парковке, буднично, и никто не обратил на них внимания. Так сам Михаил мог бы приехать в торговый центр, припарковаться, сходить сделать свои дела и вернуться, уехать.

— Ого, - вырвалось у него.

Комплект роботов и живых тут же подкатил, в полу появились какие-то отверстия с шлангами и люками.

— Поменьше рот раскрывай, сразу видно пустотного новичка, - посоветовала Дрея, прежде чем отключиться.

Ясно, подумал Михаил, тоже совершенно обыденная ситуация, пустяк по галактическим меркам, но удивлявший его. Почему он всего этого не учил? Потому что натаскивал Руслана, а тот в ответ вещал свое специфическое, больше по боевой части. И затем, экспедиция должна была состояться в другом ключе.

Отличный шанс научиться чему-то новому, решил Михаил.

Он пошел к себе в каюту, размышляя, как ему надо поступить и обнаружил там Нессайю.

— Тебя не трогали в полете, Михаил! - радостно заявил жирный капитан.

Трогали, вообще-то, но Лошадкин не стал заострять внимания. Все равно работа над "электрикой" была ему в радость, да и попутно позволила лучше изучить корабль.

— Но теперь пришло время поработать! Бери свою дитранку...

— У нее имя есть!

— Это у вас землян пунктик такой на именах, что ли? - притворно изумился Нессайя. - Бери Дионару и лови маршрут, ты у нас пустотный новичок, будешь ахать - охать, тащить ее по ярким и красивым местам.

Михаил "поймал" маршрут, а также задание - очередные взломы, подключения к каким-то базам и получение информации о самых выгодных товарах и ценах, рисках и прочем.

— Я могу и один пройтись, - набычился Лошадкин.

— Ты - новичок, - повторил Нессайя почти ласково. - Я бы охотно позволил тебе набить шишек, а если бы ты сдох, то даже не всплакнул бы, отбор новичков никто не отменял. Но мне нужны результаты, поэтому ты пойдешь с Дионарой.

— И все? Мы вдвоем? - сделал вид, что обрадовался Михаил.

Сопровождающие или нет, никто не помешал бы ему подключиться и взломать сети, послать весточку или еще что. Раз тут был огромный центр товаров и найма, то Нессайя уже не смог бы ограничить его! Но стоило ли рисковать... мог ли капитан отследить то, что Михаил скинет письмо своим? Неясно.

— Нет, конечно, с вами пойдет Драммаха.

Имя звучало знакомо, а увидев ее, Михаил тут же вспомнил суровую волчицу из "Найма". Выжила, слегка обрадовался он, хотя и непонятно почему не попадалась на глаза. Взять с собой Хлою? Нет, пожалуй, не стоило будоражить агемку, которая только вроде успокоилась и непонятно было, как на нее подействует толпа и видимость свободы.

Видимость, так как это явно была еще одна проверка от Нессайи и если Михаил не ошибался...

— А ее будет сопровождать Трорг.

Какая приманка, подумал Михаил, сразу трое наших и одна волчица против. Оторваться и скрыться, тем более, что тут блюли внешние приличия и никто не стал бы подыгрывать Нессайе. Рискованно? Возможно. Но жирный капитан и без того рисковал, доверяя взломы Лошадкину и не зная, насколько добросовестно тот проделал свою работу.

Рискнуть или продолжать выжидать? Трорг — это сила, но равнодушная и непонятно, насколько он услышал прошлые попытки Михаила объяснить мнимость своего "предательства". Дионаре и Хлое он тоже не стал ничего напрямую объяснять, особенно когда выяснилось, что у дитранки и правда нет высокотехнологичного импланта. Нечто дешевое, вроде тех, которыми пользовались пираты, и Михаил не стал ломать имплант, не зная, что в него напихали ради "безопасности курьера". Может и ничего, но рисковать Дионарой не хотелось.

— Трорг? - переспросил он.

— Трорг, - подтвердил Нессайя.

— И нам дадут оружие?

— Дадут, - не стал возражать капитан.

Так они и вышли из корабля, вчетвером: Михаил рядом с Дионарой, ощущая желание взять ее под руку, и Драммаха, за которой равнодушный Трорг тащил какой-то сундук или чемодан.

— Мой личный слуга, - пояснила Драммаха, высовывая розовый язык. - А я - телохранительница.

У нее, как и у Михаила, было оружие.

— Кого?

— Ее, - волчица указала на дитранку. - Сильные путешествовать изволят, с удобствами.

Насмешливо, на грани издевки, но Дионара даже ухом не повела. Прелестным ухом, которое так и хотелось поцеловать и прошептать что-то нежное. Волчица тоже прядала ушами, будто отгоняла жирную муху.

— Мне нельзя нести багаж, не успею увидеть опасность, поэтому у меня личный слуга. А что тащит без антиграва, так это я жадная и экономлю каждый кред.

Трорг молчал, глядя равнодушно. Возможно, сундук был пустым или ему действительно опять было все равно. Переселиться обратно к невольникам? Но тогда Михаил уничтожил бы свой "карьерный пиратский рост", и ему предстояло совершить еще немало всякого под веселым космическим Роджером, чтобы добиться полного их доверия.

Желание сбежать прямо сейчас стало еще сильнее.

— А я? - не удержался Михаил, подозревая, что уже знает ответ.

— А ты ее личный слуга... во всем, - с самым похабным оскалом добавила Драммаха.

Она смотрела на Лошадкина так, словно хотела облизать его своим горячим и длинным розовым языком. Впору было задаться, что такое с этими экзотическими дамочками, что они так кидались на Михаила? Или их влекла новизна и неопытность? Ведь не могла же Драммаха чуять запах мордахов и их волчьих родственников, и на основе этого вываливать язык?

Вопросы, вопросы, масса вопросов, к которым его опять не готовила жизнь.

— Неплохая легенда, - неожиданно одобрила Дионара. - Только не слуга, а деловой партнер, решивший посмотреть космическую экзотику, пока та не стала обыденностью. Так надежнее.

— Тебе виднее, - хохотнула-пролаяла Драммаха. - Поехали?

Бригада роботов и живых суетилась вокруг "Стрелы", словно бы заправляла, смазывала, натирала, варила что-то и чинила, как сам Михаил мог бы менять колеса у автомобиля. Появлялась и таможня, ну или те, кого Михаил счел таможней, и тут же умчались прочь. Все это было вполне объяснимо, раз "Стрела" везла только кристаллы с данными и не собиралась ими торговать.

Подрулил автомобиль, похоже вызванный Драммахой.

— Садись за руль, - скомандовала волчица.

— Я? - изумился Лошадкин.

Понятно, если бы она посадила Трорга - нейтрализовать его как угрозу, и сама села бы сзади, незаметно держа Дионару под прицелом. Или сама села бы за руль, провоцируя напасть, но Михаил?

— Все верно, - вдруг поддержала ее Дионара. - Ты же ищешь экзотики, ты должен сам все пробовать.

— Хмпф, - издал в ответ удивленный Лошадкин.

Какая же это экзотика? За кого они тут принимали землян? Михаил все же сел за руль этого кабриолета со вздутым боками и вдруг ощутил связь манопы с чипом управления машины. Подключение, как его смартфон мог бы соединяться с каким-нибудь бесплатным вайфаем. Четыре педали, очередная разновидность биотоплива, нет, отходов с Адвара, которые здесь приспособили под топливо, руль и указатели, подключение к системе, заправляющей тут всем.

— Интересная конструкция, - изрек Лошадкин, - правда у меня рук и ног маловато, но давайте попробуем.

Манопа уже трудилась, автомобиль слал сигналы - все для заказчика, хочешь нанять, продать, купить, снять, это можно было сделать прямо отсюда. Или с корабля, как делало большинство, но хитрый Нессайя опять решил убить трех бачкуков одним камнем, или как там у них звучал аналог земной поговорки.

— М-м-м, моторчик, - издал Михаил урчащий звук. - Врум-м-м-м, врум-м-м-м!

Дионара спокойно села рядом, взирая на все свысока, как и подобает дитранке. Трорг и Драммаха устроились сзади, и Михаил ощущал затылком горячее дыхание волчицы.

— Даже не думай лизнуть меня, - проворчал он.

— Я что, новичок, лизать водителя? - хохотнула та. — Вот когда ты его отпустишь!

— У вас там что, с Дреей, одна игра на всех? - еще ворчливее отозвался Михаил.

Автомобиль не очень отличался от земных, подумаешь, больше педалей и рычагов. Все равно ему не требовалось участвовать в гонках, а все эти подергивания, торможения, рывки с места только подкрепляли образ новичка. Михаил уже успел подрулить к первому ангару-складу, указанному Нессайей и затормозил там.

Система была очень проста и эффективна. Наверное.

Склады на поверхности и под ней, все отсканировано и учтено, автоматически занесено в базу и транслируется в систему, распространяющуюся на все семь лун и даже Адвар. Привез заказанный товар? Система сразу уведомит заказчика и состыкует вас. Хочешь нанять кого-то для опасного дела? Подай заявление и система сама прошерстит всех имеющихся живых и не очень. Ищешь что-то? Подай заявку и за долю креда тебе все найдут.

Гигантская система, берущая свое на оборотах и создающая удобства для живых.

Мог ли Михаил взломать ее одной манопой? Вряд ли. Но ему и не требовалось, лишь притвориться своим и получить информацию, словно два склада обменивались служебными посланиями. На этом продавались шляпы и Лошадкин, поддавшись порыву, купил Дионаре одну, с огромнейшими полями.

— Зачем? - удивилась дитранка.

— Тебе идет, ты в ней еще прекраснее, - честно ответил Михаил, - хотя это и казалось невозможным.

— Сюсю-мусю, лавки-чмафки, - вдруг выдала Драммаха.

— Выбиваешься из образа, - бросил ей Лошадкин.

Данные лились рекой, а сам он повел автомобиль дальше. Дионара придерживала шляпу рукой, в общем, почти, как и представлял Михаил. Только ей следовало бы еще стоять на парапете или на берегу моря, в легком платье, и чтобы дул ветер.

— А ты и правда умный, - лязгнули зубы Драммахи возле его уха.

— Не обращай внимания, - скучающим тоном посоветовала Дионара. - Вузланки лишь недавно добились равноправия со своими мужчинами или самцами, и поэтому до сих пор бегают, высунув языки и пробуют всех вокруг на прочность.

— То есть нужна твердая рука, чтобы она поджала хвост? - в том же тоне спросил Лошадкин, словно никакой Драммахи и не было.

Волчица фыркнула что-то, но перестала дурачиться, вошла в образ суровой телохранительницы. Трорг таскал сундук, куда складывали покупки Лошадкина, иногда простые, вроде шляпы, иногда непонятные, вроде шипастого столба - замка, который вроде как требовалось поворачивать, чтобы подобрать нужную комбинацию. Такое впечатление осталось у Лошадкина.

Он все никак не мог решиться, смотрел вокруг и посылал сигналы через манопу, взламывал и думал, как им убраться отсюда, не имея денег и не совершая преступлений. Дионара даже не думала дергаться, словно полностью доверяла Михаилу, и он опять вспомнил о Хлое и Маргуде, оставшихся на корабле. Попутно Михаил насмотрелся на местных, которые так и горели желанием надуть новичка и продать ему втридорога что-то или просто обмануть и вручить услугу за "истрачьи креды", как выразился бы Нессайя.

Ничего нового под Луной, но все равно Михаил ощутил странную брезгливость. Поэтому Лошадкин поступил половинчато, не стал дергаться сам, но весточку о себе, которую так хотела послать манопа, отправил. Без гарантии результата, но хоть что-то.

— Мы закончили, - связался он с Нессайей, отсылая добытые данные.

— Отлично, - оскалился тот. - Продолжайте изображать сильных дельцов на отдыхе, а мы тут организуем себе выгодный найм!

Михаил не стал отвечать, лишь оглянулся на безмятежно смеющуюся Дионару, ощущая во рту сильнейший кислый привкус.

Глава 27

— Что это? - изумленно спросил Михаил. - Земля? Мы перевозим землю?

— Не просто землю, а особую почву с Виндолада-восемь, только в ней растут особые генетически модифицированные сливы, до которых так охочи богачи Аумерициев, - пояснила Дрея.

Она была в "полетном" комбинезоне, который не скрывал ее форм и служил костылем для лучшего подключения к кораблю. Самому Лошадкину такой костыль не требовался, но его никто и не учил управлять кораблем, нет, Дрея взяла вторым пилотом Шаргазу, ту самую полугарпию с дыркой в клюве.

Взяла и натаскивала сейчас, попутно общаясь с Михаилом и делая вид, что хочет с ним секса.

— Если все такое особое, то, как оно попало на ту пятую луну?

— Заказали, привезли, а дальше перевозчик внезапно пропал и тут мы подвернулись, готовые за полцены отвезти, - пояснила Дрея.

— Пропал?

— Никто его не убивал, если ты об этом, зачем капитану кровавый след? - пожала плечами Дрея.

А как же Дургар, мог бы спросить Михаил, но не стал.

— Просто немного расстроился организм, - Дрея встряхнула руками груди, - такое бывает, даже от проверенных временем средств. Что, подглядываешь за учебой?

— Мне интересно, - не стал врать Лошадкин.

— Такому у вас дома не учат, а?

— Вообще-то учат, было бы желание, - ответил Михаил.

Правда о Земле неизменно вызывала у Дреи недоверие, словно она априори считала, что Михаил ей врал во всем. В порядке мелкой мести за ее "ухаживания", которые она все никак не прекращала, но при этом не переходила к физическим действиям.

— Так чего ты не выучился?!

— Я летел строить терраформирующие установки и изменять очертания континентов.

— А теперь возишь землю под сливы, - съязвила Дрея.

— Какой корабль, такие и дела, - не остался в долгу Лошадкин, но его прогнали прочь.

Ранее, узнав, что в трюмах "Стрелы" можно выставить практически любые условия, он вначале удивился, затем подумал и признал, что это, в общем-то, разумно. Лишь бы стоимости перевозимого груза хватало на оплату энергония в батареях, ну и прочие расходы.

— Хорош бездельничать! - перехватил его Хваск, только "юнга" не добавил. - Вперед, чинить и отмывать!

— Лучше чинить, чем отмывать, - тут же откликнулся Михаил.

— Хороший наемник должен уметь все, - наставительно заметил Хваск. - Не только ломать и крушить!

Старпом словно забыл, что еще недавно предлагал насрать Михаилу в череп, но это тоже могло быть видимостью. Все было как-то странно, причудливо и сложно, в этом новом мире пиратов - наемников, с которым Лошадкин никогда раньше не сталкивался. Кто-то из пиратов уже считал его своим, кто-то продолжал зыркать злобно и бормотать угрозы в спину, как Маргуд, пара живых даже расспрашивали его жадно о Земле, мечтая то ли пограбить, то ли сбежать туда и жить на обязательный минимум.

А кто-то так и вовсе мечтал залезть ему в штаны.

— Михаил! - весело пролаяла Драммаха. - Покажи мне еще раз эту штуку с шерстью!

— Берешь и трешь себя, - ответил Михаил, подавляя желание закатить глаза.

Шутка была смешной первые три, ну пять раз, но не двадцать же!

— А я не могу, у меня лапки! - покатилась Драммаха.

— Лапки!

— И хвост! - гоготали рядом наемники.

Чуть дальше Трорг и Маргуд занимались чисткой и перепроверкой обшивки. Ремонтная бригада на луне Адвара наварила снаружи новый "корпус", и простота, и обыденность их действий, вкупе с тем, что "Стрела" потеряла половину корпуса и спокойно продолжала летать, до сих пор вызывали у Михаила подергивание глаза и щеки.

Как в фантастических фильмах прежней жизни, в основном постапокалиптического направления, конечно. Сварные конструкции, дичайшего вида автомобили, движок на раме, перебрал, воткнул деталь от другого и работает, поехали дальше! В то же время, именно так оно и все должно было выглядеть в космосе, где, опять же выражаясь языком прежней жизни, горожане из одной солнечной системы легко выезжали на дачу в другую.

— Михаил, потри ей хвост!

— А это вовсе не хвост! - продолжался хохот.

Лошадкин только покачал головой и подключился к общей системе, уточняя задание и проделанные работы. "Стреле" надстроили этот левый или правый бок, теперь предстояло протянуть тут коммуникации и энерговоды, разделить и обустроить трюмы или каюты. Чуть поодаль пара пиратов как раз возводили переборки, закончили устанавливать каркас, обеспечивающий прочность и включение силовых полей, и теперь заливали стену. Не так, как на Земле, намного экономнее, но в то же время, быстро и ловко.

— Приступим, - сказал Михаил, подходя к ним. - Тащите бухту!

Нессайя послушался его совета и купил огромную "катушку" нормальных энерговодов, и сейчас уцелевшие "роботы" катили ее. Вообще, пожалуй, некорректно называть их роботами, думал Михаил, укладывая энерговод в короб внутри стены и добавляя к нему распределительную коробку по центру, с выводом наружу. Роботы, они вроде как самостоятельные и со своими программами, а это были какие-то ремонтные... муравьи? Трутни? Нет, трутни - это те, что ничего не делают, подумал Михаил.

Безмозглые автономные пальцы, которыми корабль правил себя и почесывал? Что-то такое.

— Михаил, - раздался спокойный голос свысока.

— Что происходит? - обернулся Лошадкин, глядя на Дионару.

Хлоя стояла рядом, свесив голову, как всегда. Вообще, Михаил втайне рассчитывал, что они подружатся и дитранка поможет Хлое, хотя бы выступит в роли некоей авторитарной - авторитетной? - фигуры. Фигуры, в то же время, дающей ощущение некоей общности, раз они обе были невольницами, что-то такое.

— Ты пошел на повышение! - радостно заявил Хваск.

— Я?

— Ты!

Радость Хваска выглядела не менее фальшивой, чем "возбуждение" Дреи, но в то же время, что, ругаться с ним? Говорить, мол, плохо вы, старший помощник капитана, играете свою роль?!

— Я теперь старший ремонтник?

— Нет! По приказу капитана, ты теперь начальник над невольниками и отвечаешь за них полностью! Если они что-то натворят или сломают, отвечаешь ты, но в то же время, они в твоей полной власти!

Толковый ход, мысленно хмыкнул Лошадкин, рассорить с остальными. Первый мощный клин уже был вбит той историей с Дионарой и ошейником, теперь дожать и пожалуйста, Михаил без союзников. В то же время, если продолжать следовать образу "Лошадкин рвется в пираты", то следовало как раз командовать ими без жалости и выслужиться... своими же руками усугубляя вражду. И опять Михаил не мог понять, специально ли так поступал Нессайя или это у него инстинктивно выходило?

— Раз они в моей полной власти, то я требую улучшить им условия, - поднялся Михаил.

Посмотрел на Хваска в упор, в то же время замечая за ним Маргуда и Трорга. Те продолжали "мыть" стену, в то же время прислушиваясь и поглядывая на происходящее.

— Улучшить!

— Конечно. Сколько раз они ходили первыми на миссии? Добывали вам креды, чтобы потом вернуться в свою энергоклетушку? Жрать помои синтезатора? Поступил бы так кто-то с одним из вас, наемников, что бы вы сделали?!

— Убили бы там всех! - тут же заорал кто-то.

— Никто так не поступает с нами!

Вот в этом Михаил сильно сомневался. Тихие разговоры с Дионарой многое прояснили, в частности то, что подобных "вольных наемников Пограничья" там, в секторах сильных рас и иже с ними, считали, как минимум, беспринципным отребьем и всегда косились. Как минимум. Многим был просто заказан путь в эти сектора, так как их там схватили бы и судили, за все совершенное.

В то же время, те же сильные и приближенные к ними, любили обделывать свои делишки руками подобных наемников, вспомнить хотя бы полеты Нессайи к Лалиноли и другие "наймы". Соответственно, схвати "Стрелу" тот же Дитран, вся пиратская армада не полетела бы мстить и высвобождать из неволи, просто не осилили бы. Это, уж не говоря о том, что среди наемников царила атмосфера "живой живому волк", вспомнить хотя бы опять и снова тот же Дургар!

Но сейчас это не имело значения, сейчас Лошадкин взывал к эмоциям и тому образу, каким многие наемники хотели видеть себя. Вольными, независимыми волками с мощными лапищами, кодексом чести и прочим.

— Так почему тогда вы сами поступаете так? Держите живых в неволе?!

— Потому что они должны нам кредов и отрабатывают их! - прогрохотал голос Нессайи.

— Должны? - переспросил Михаил, переводя взгляд на капитана.

— Хочешь поручиться за их долг?! Взять его на себя?! Он изрядно вырос за это время, ведь мы кормили их, поили, обували, предоставляли теплую каюту и по праздникам робокукол!

Заявление Нессайи вызвало новый гогот пиратов вокруг, а Михаил чуть прикусил язык. Очередная ловушка от Нессайи, с продолжением, несомненно, мол, все равно Лошадкин за них в ответе и что могли натворить Трорг и Маргуд?

— Хочу! - с вызовом воскликнул Лошадкин. - Я принес вам этот найм и требую зачесть мою долю в нем в счет их долга!

Следовало говорить на языке, понятном наемникам. Языке денег и добычи, наймов и легких прибылей. Нессайя уже неоднократно демонстрировал раздоры с экипажем, но в то же время - Дургар! Нессайя явно отобрал туда самых доверенных, а остальных сбросил за борт, подставил мясом в стычках, продолжая политику мести другим пиратам и капитанам.

Поэтому не стоило спешить сталкивать лбами Нессайю и остальных, нет, начинать следовало с малого.

— Это верно!

— Это справедливо!

— Если Михаил принес нам этот найм, то он имеет право!

— Хорошо, - улыбнулся Нессайя так, словно поймал огромную рыбу. - Они - твои, Михаил, ты отвечаешь за них!

— И отвечу, - дернул щекой Лошадкин.

Желание врезать Нессайе прямо в пузо зашкаливало, но он сдержался.

— Теперь тебе придется потрудиться, чтобы обеспечивать такую большую семью.

— Да, ведь наемники - одна семья, которая всегда прикроет спину друг другу, не так ли?

— Именно, именно, - ухмылялся и колыхал пузом жирный капитан. - Поэтому трудись и приноси нам еще наймы, легкие, быстрые, прибыльные, верно?

— Да, капитан!

— Слава Нессайе!

— Верно, капитан!

Нессайя улыбался самодовольно, мол, именно его мозги спасли Михаила от расправы и обогатили всех. Также было понятно, чего он так радуется, уверился, что закабалил Лошадкина экономически и социально. Выплачивай долги, радей за невольников - легкость, с которой Нессайя их "сдал", тоже о чем-то да говорила.

Плевать!

— Принесу, принесу, - легко пообещал Лошадкин.

Наймы — это взломы, вряд ли Нессайя в чужих системах так легко получал бы что-то выгодное. В чужих, так как они продолжали удаляться от Зеданги, центра вольного пограничья с ее голубокожими обитателями. Михаил не спрашивал, Дрея не говорила, но все было ясно и так - "Стрела" удирала из сектора Дитрана, в то же время, совмещая свой побег с обогащением.

Или, как минимум, компенсацией расходов на долгий перелет.

— Слышали? - громко спросил Нессайя.

Дружный радостный рёв был ему ответом. Затем капитан - он что, ждал в засаде за углом? - удалился величественно, а работы продолжились. Трорг и Маргуд подошли ближе, первый уставился равнодушно, второй, как обычно зло. Только не яростно зло, а растерянно. Хлоя стояла, свесив голову, Дионара посматривала словно... да, словно белый из рассказов Лондона, в кругу индейцев. Он один, а их сотня, но белый золотоискатель знал о своем превосходстве, и это внутренняя убежденность передавалась индейцам и те молчаливо признавали право белого командовать.

Что-то такое, Лошадкин сейчас не вспомнил бы деталей того, что проходил еще в школе.

— Никаких больше барьеров и прочего дерьма, еда и остальное наравне с кандидатом, то есть мной. Кому не нравится (взгляд на Маргуда), я никого не держу, но и невольниками командовать не собираюсь. Несправедливый выбор? Согласен, но я не всесилен, и вы тоже, давайте работать с тем, что есть.

— Слишком легко тебя послушались, - заметил в сторону Трорг.

— Я хочу служить вам, - заявила Хлоя в пол.

— А я не хочу, - с вызовом бросил Маргуд.

Михаил лишь пожал плечами. Спасать того, кто не хотел спасения? Возможно, но не в ущерб же остальным! Возможно, следовало заменить Маргуда парой пиратов, перетянуть их на свою сторону, а потом спасти триварца насильно? В смысле, просто вытащить на свободу, а потом дать хорошего пинка, мол, вали, ненавидь землян дальше?

— Но буду, - вдруг продолжил Маргуд, - и в тот момент, когда землянин проявит свою истинную сущность!

— Я думал, тут будут слова, что уже проявил, - не удержался от замечания Лошадкин.

Пламенный взгляд Маргуда стал ответом - да, проявил. Воспользовался невольниками, втерся в доверие, погубил там еще кого-то, чтобы возвыситься и теперь погубить всех вокруг, начиная с триварца. Возможно, Маргуд даже воображал себя героем, который в нужный момент вонзит кинжал в спину Лошадкина и всех спасет.

Возможно.

— А, уже проявил. Хорошо. Буду диктатором и повелителем и дальше, улучшу вам условия, но если кого-то это не устраивает, то возвращайтесь к прежней жизни. Нет? Тогда за работу и не спешите хвататься за средства для очистки и всякие там тряпки! Отмывать стены могут и должны роботы, им все равно, а мы займемся правильным творческим созидательным трудом!

Ошарашив невольников и часть пиратов вокруг этим заявлением, Михаил настроился на лекцию по электрике и способам передачи энергии.

Глава 28

В системе Аумерициев "Стрела" не задержалась, да что там, их туда и не пустили. Нессайя не стал буянить и тихо-мирно совершил передачу за пределами системы, и Лошадкин впервые наблюдал стыковку двух кораблей. Новое для него зрелище, но в то же время, утратившее уже особую экзотичность.

Михаил наблюдал, отмечая детали и ощущая, что начинает вьезжать в эти космические "дендрофекальные технологии". Безалаберность, конечно, и пренебрежение ТБ, но не до такой степени, как ему казалось. Прочные, надежные материалы и конструкции, отработанные техники взаимодействия, а если где и случался прорыв, его прикрывало силовыми полями. Починили и поехали дальше, а то и вовсе, починили на ходу, зная, что остальная конструкция выдержит и продолжит ехать. Не то, что на земных кораблях, но здесь и не шла речь о высоких технологиях Сильных рас и энергобогатстве.

Экономичность и практичность, иногда даже чрезмерные.

Оттуда "Стрела" устремилась дальше, словно хотела обогнуть ядро Галактики сверху и слева, и добралась до еще одной "торговой" системы, подобной Адвару.

— Держите ухо востро, - посоветовал Нессайя. - Не все из вас тут бывали, так что знайте, здесь всем заправляет клан Чимча. Смешно, да, согласен, если забыть, что мы уже почти долетели до Трасков. Чимча давно уже заправляют в этой системе, добывают всякое на планетах, разводят живых, оказывают услуги и, самое главное, очень многого нахватались от Трасков.

— Так что, можно вызывать их на дуэль? - поинтересовалась Дрея лениво.

— Только в постели! - отрезал Нессайя.

Широко расставленные глаза Дреи уставились мечтательно на капитана, она облизнула фиолетовые губы.

— А в выпивке? - поинтересовался кто-то из пиратов.

— Любая честная дуэль приемлема, но если вы, дерьмо бачкуков, обосретесь в ней, то можете легко проиграть свою жизнь! Даже не думайте после этого являться на корабль! А вашу долю я поделю на всех!

Это вызвало оживление среди наемников, смешки, подталкивания друг друга к дуэли. Сам Лошадкин, конечно, сделал бы иначе, дисциплина и веселье по очереди, но легко рассуждать, подумал он, пока ты не оказался на чьем-то месте. Ударь в спину, подсиди, отбери чужую долю? Как это сочеталось с декларациями о том, что наемники одна семья и прикрывают друг другу эту самую спину?

— Это же касается и тебя, Михаил, - указал ему отдельно Нессайя. - Попадешься - подставишь всех.

— А не буду заниматься взломами, не расплачусь с долгами?

— Не забывай еще и о том, что Дионара - дитранка.

Михаил посмотрел изумленно - как такое вообще можно забыть?! - но промолчал.

— Отношения между Траском и Дитраном давно уже на грани войны, - пояснила Дионара, когда чуть позднее Михаил спросил ее о том, что имел в виду Нессайя.

Она полулежала на диване, милостиво позволяя Хлое массировать ее ноги. Смотрелось это как-то... не так, но Лошадкин решил пока не влезать, лишь уточнил у Хлои, все ли в порядке. Хотя, чего скрывать, он бы не отказался вот так же помассировать Дионаре ступни - тоже с четырьмя пальцами, как и руки.

— Цедранский конфликт, - вдруг произнесла Хлоя.

— О да, цедранский конфликт, - отозвалась Дионара, чуть изгибая тело и приподнимаясь.

Она коснулась рогов Хлои, и та приподняла голову.

— Ужасное бедствие, три системы в хлам, цедранцы так и не восстановились, - ласково произнесла Дионара, глядя сверху вниз на Хлою, — вот только по меркам Сильных — это была даже не война. Так, пограничная стычка, не более, обменялись потом нотами протеста и тут же забыли. Не надо так сверкать глазами...

— Нет-нет, Хлоя, сверкай! - торопливо подошел ближе Михаил. - Злись! Чувствуй!

Опасное занятие, у нее уже были приступы маниакального поведения, но Лошадкин решил рискнуть.

— Для сильных - все вокруг лишь игрушки, - процедила сквозь зубы Хлоя, отстраняясь от Дионары.

— Ты - не игрушка.

— Я не игрушка и не буду подчиняться ей.

— Не подчиняйся, - разрешил Михаил.

— Кто же тогда помассирует мне ноги? - томно спросила Дионара, снова вытягиваясь во всю длину.

Хороша, чертовка, подумал Лошадкин, знает об этом и ловко пользуется!

— Конечно же я! - весело ответил он. - Кто лучше нас, электриков, разбирается в массаже ног?

Михаил, конечно, в нем вообще не разбирался, но мять в руках ступни Дионары было приятно.

— И, Хлоя.

— Да, господин.

— Не все сильные - такие, - сказал Лошадкин, не став добавлять насчет Земли.

— Да, господин, - ответила та. - Я поработаю.

— Конечно, - разрешил Лошадкин и Хлоя ушла.

Дионара продолжала возлежать царственно, и Михаил подумал, что стоило бы разозлиться на нее, но не выходило. Так как и сама она не выходила из образа принцессы, для которой подобное поведение с приказами было вполне естественно.

Да что там, еще совсем недавно Михаил находился на ее месте! Повелевал, водил рукой, и принимал как должное подобный массаж, смотрел на своих жен, а не тех, кто ему мял ноги.

— Вы, земляне, очень странные, - заявила Дионара.

— Да такие же, как все, - пожал плечами Михаил. - Но твое поведение...

— Что с ним не так? - приподнялась на локте Дионара. - Мне нужно истерить и кидаться на всех? Возможно, что так и было бы, но я работала курьером и знала риски. Готовилась к подобному. Меня не насилуют и не режут на органы, уже хорошо, в остальном же я предпочитаю сохранять свое достоинство и вести себя так, как подобает дочери Дитрана!

Лошадкин аж залюбовался ей, так прелестна она была в этом легком царственном гневе. Не стоило врать себе, с каждым днем, с каждым часом он все сильнее влюблялся в Дионару и то и дело представлял, как спасает ее из плена, выносит на руках из огня, вызволяет из заточения в башне. Рубится, стреляет с двух рук, взламывает, освобождает и получает в награду благосклонный взгляд.

— Не забывай, что вокруг не слуги, и мы все вместе в этой лодке.

— На корабле, ты хотел сказать? - приподнялась Дитрана.

Ее лицо оказалось совсем рядом, она обдавала Михаила каким-то мятным запахом.

— Это земная поговорка и смысл ее в том, что мы должны помогать друг другу сейчас. Поссориться потом всегда успеем.

— Как скажешь, Михаил, ты у нас сейчас сильный.

Дионара снова прилегла, но этот момент близости тел и лиц, и душ! Михаилу очень хотелось просто запрыгнуть на нее, сорвать одежды и заняться спариванием, копулировать эту самку. Никакие высокие слова о любви тут не подходили, это было что-то животное и очень странное, ведь дитранцы отличались от людей. Но мозг видел внешнее сходство, как это было с Алатеей, и сам себя возбуждал фантазиями.

Животными фантазиями, полностью противоположными возвышенному виду Дионары.

— Возможно, мне следует помассировать и омыть твои ноги?

— Лучше расскажи дальше про Сильных, - предложил ей Лошадкин.

Начни Дионара массировать ему ноги, сумел бы он сдержаться и не наброситься на нее? Что-то странное было в этом животном приступе страсти, вроде Лошадкин научился собой владеть и не поддавался на такое. Съел что-то не то или выпил? Или все же Дионара отличалась от его так называемых "жен"?

— Те, кто отправлял тебя в систему Дургар, будут искать? Или запишут в дезертиры и преступники?

— Что так, что эдак, они будут меня искать, - пожала плечами, приоткрывая их, Дионара. - Но я не стала бы слишком уж уповать на них, один курьер - слишком мелко для них.

— Но курьер с данными! - намекающе приподнял брови Лошадкин.

Кристаллы с данными, Нессайя наверняка собирался выгодно продать их. Следовало бы пристроить туда какую-нибудь информационную ловушку, чтобы та известила Дитран о нахождении данных. Нагрянули бы Сильные...

— Ты говоришь, у Траска с Дитраном очень напряженные отношения?

— Очень. Помнишь, я рассказывал о рейде на матку ысынгунов? - Лошадкин кивнул и Дионара продолжила, глядя куда-то в потолок. - Та история стала последним актом сотрудничества, не дружбы даже. Начались претензии, стычки, конфликты, вроде того, что упомянула Хлоя. Не буду говорить, кто прав, а кто виноват, все равно нам излагали одно, в сети другое, Траск говорит третье, а где правда, никто не знает. Так что, мне про поиски меня рассказывать или конфликт с Траском?

— Думаю, это немного взаимосвязано, - объяснил Михаил, потирая ее пятки.

Самоконтроль медленно, но верно ускользал, тем более, что он уже выяснил наверняка: за ними не подглядывали и не подслушивали. Помимо этого, Михаил уже подготовил пару отмычек для будущих ошейников и воткнул пару "жучков" в энерговоды. Не для подслушивания, конечно, а чтобы расплавить их по щелчку пальцев.

Саботаж и побег, едва выпадет случай.

— М-м-м? Да, вот так, проведи еще рукой, - неожиданно застонала Дионара, прогибаясь в пояснице.

— Чувствительные пятки? - изумился Лошадкин, но конечно же провел.

Снова стон, полный страсти и наслаждения, сдерживаться стало уже практически невозможно. Лошадкин плеснул себе мысленной холодной водой в лицо - ведь он был правителем! Умел сдерживаться! Ну и что, что обстоятельства изменились? Жалкие отговорки для жалких крестьян! Если ты правитель - то ты правитель и всегда держишь себя в руках, не ведешь себя, как животное, не поддаешься просто так страстям, ведь это может погубить всю страну!

Помогло, и Михаил провел рукой по пяткам Дионары еще раз.

— Хы-хы-хыватит, - выдохнула она, подергиваясь и прогибаясь.

— Какая мощная реакция, - пробормотал Михаил.

— Ты задел чувствительную точку, это слабое место дитранцев, с тех времен, когда мы еще жили в болотах.

— Как же вы ходите сейчас?

— Нор-нормально ходим, - Дионара вздрогнула еще раз и расслабилась с выдохом.

Лошадкин вдруг представил себя и ее в бане, и как он трет ей пятки куском пемзы, а Дионара содрогается от бесконечной волны наслаждения.

— Обычно там все прикрыто жесткой кожей, но видимо, она сдвинулась или слез-слезла. Не-не-не надо так!

— Я не специально, - развел руками Лошадкин.

— Я, я знаю, - ответила Дионара, затихая. - Ты и правда сильный. Р-расскажи лучше про взаимосвязь.

— Что? Ах да, - на всякий случай Лошадкин поднялся и сел поодаль.

Вообще, полагалось бы находиться на посту или следить за своей "командой" невольников, но Михаил знал, что им все равно ничего не доверят, пока "Стрела" не приземлится. Они не стали частью команды, да и не стремились, но пока что обходилось без конфликтов - уже хорошо.

Чувствительные пятки Дионары - вдвойне хорошо!

— Я думаю, что Нессайя давно готовил эту операцию. Где-то случайно узнал, что-то разнюхал или подсмотрел, украл информацию во время одного из наймов, неважно. Он понял, что можно сорвать куш, и долго готовился, и наконец звезды сошлись как нужно.

— То есть он заполучил тебя.

— Он заполучил меня, а я решил помочь тем, кто томился у него в плену, - вздохнул Лошадкин.

— Ты знал, что у Нессайи был конфликт с другими капитанами?

— Нет, но догадался после Дургара, уж очень ловко он их подставил. Изощренная операция прикрытия, месть врагам, но самое главное - похищение данных, - продолжил делиться своими выводами Михаил. - Нессайя сделал все, чтобы "Стрелу" потом не опознали, но он понимал, что это все - мелочь против возможностей Сильных, поэтому сейчас мы летим далеко-далеко, заметая следы.

— Нессайя не прячется.

— Да, открыто садится и показывается, рискует, делая вид, что ему терять нечего и он не при делах.

Тоже не идеальная маскировка, вдруг со злорадством подумал Лошадкин. Да, детали операции не раскрывались, но ведь Нессайю видели в обществе других капитанов! Правда, для этого, вдруг сообразил он, следовало знать, кого подозревать и все улики сгинули вместе со взрывом на Дургаре-пять, а до этого корабли притворялись творениями Аргунатов. Тоже зацепка, но уже не такая мощная, наверняка Нессайя продал того мусорщика и свою долю в грабеже кладбища кораблей, чтобы замылить след.

Пожалуй, следовало заняться этим самому и сообщить Дитрану, кто же их ограбил. Но как? Не в смысле исполнения, тут без вариантов, письма или мгновенная гиперсвязь, но с кем? Кому сообщать? Кто поверил бы в историю Лошадкина?

— Но летим мы все равно в пограничье сектора Трасков, ведь у тех натянутые отношения с Дитраном.

— Пху, - выдала Дионара. - Хитро!

— Предельно, - согласился Лошадкин.

Продать Траскам или их подручным и базы Дитрана еще долго не всплывут нигде, если вообще всплывут. Даже если Дитран потребует выдачи Нессайи, Траск их просто пошлет и уж точно не потерпит вторжения флота. Тайная операция только если, но для нее Дитрану следовало знать, куда направлять своих специалистов.

— Скажи, а тебе, как курьеру, давали каналы связи? - задумчиво спросил Лошадкин. - Коды там разные? Мол, если ты попал в беду, отправь письмо на такой-то адрес и напиши, что у тебя есть скидки на свежий энергоний?

Дионара опять приподнялась на локте, посмотрела восхищенно на Лошадкина.

Хлоя поджидала его снаружи.

— Господин...

— Хлоя, - с мягкой укоризной заметил Лошадкин, - я не господин тебе. Просто человек, пытающийся помочь.

— Дионара - не та, за кого себя выдает, - произнесла Хлоя и задрожала мелко, охватывая себя руками, словно ее бил озноб. - Господин.

Глава 29

— О чем ты? - удивился Лошадкин.

Но тут вышла еще и Дионара и Хлоя замолчала, опять впадая в режим "бессловесной служанки".

— Что-то случилось? - поинтересовалась Дионара.

— Да, Хлое нехорошо, возможно подхватила чесотку рогов, - не моргнув и глазом, соврал Лошадкин. - Пойду, обследую ее еще раз, кстати, надо бы купить новый медицинский комплекс.

— Ты еще со своими долгами не расплатился, - указал появившийся рядом Хваск.

— А новый комплекс может оказаться несовместим с управлением кораблем, - добавила Дрея.

— Так разберемся, спаяем переходники, модули совместимости поставим, - небрежно парировал Лошадкин.

На самом деле, он не знал, что там происходит и как, но подозревал, что должна быть широкая совместимость, раз уж разные живые летали вместе. А где совместимость и защита от космического дурака, там и простота в установке и обслуживании.

— Мы уже вошли в систему, - добавил Хваск.

— Да я быстро, - отмахнулся Лошадкин.

Словно уже стал своим в доску, частью команды и частью корабля. Подобное поведение не соответствовало действительности, но в то же время Михаил, можно сказать, менял эту самую действительность своим поведением. Еще немного, еще чуть-чуть и миг мести и свободы будет уже в пределах досягаемости!

— Хлоя, идем, проверим твои рога, - приказал он.

— Да, господин, - отозвалась та.

Хваск отпустил сальную шуточку, как надо держать за эти самые рога. Дрея что-то ответила, кажется, предложила приделать ему рога и попробовать. Лошадкин провел Хлою в медпункт, убедился, что Хандрата нет - готовился к высадке - и уложил ее на общий сканер, больше напоминавший Михаилу хирургический стол. Сканер включился и начал проверять Хлою, сам Лошадкин запустил дополнительно последний работающий портативный модуль (тот же сканер, по сути, но для точечных проверок, без привязки к месту) и начал им водить вокруг рогов Хлои.

— Говори, - просто сказал он.

— Она не та, за кого себя выдает, - тихо ответила Хлоя, глядя на него снизу вверх.

— Не дитранка? - уточнил Михаил.

Сканер показывал, что физическое состояние Хлои улучшилось за последнее время. Попутно он показывал содержимое ее тела, а также трехмерную голограмму рогов, которые, кажется... начали расти?

— Возможно, - ответила Хлоя.

Следовало бы загнать Дионару в сканер и просветить насквозь, как Хлою сейчас. Полюбоваться на ее сердечки, желудочки, ядовитые железы, что там еще у дитранцев имелось?

— Но я о другом, гос... Михаил.

— Молодец, молодец, - улыбнулся ей Лошадкин.

— Она ведет себя... не так.

— Она - курьер, которая разъезжала повсюду, - ответил Михаил.

Дионара даже дала ему доступ к своему путевому импланту, и чуда не случилось. До манопы тому было так же далеко, как первому арифмометру до смартфонов времен прежней жизни Лошадкина. Простейший, типовой набор функций, помощь носителю, взаимодействие с электронными системами рядом и только. Как смартфон, да, только внутри тела.

В то же время, Дионара богато попутешествовала по окраинам секторов Дитрана и Лалиноли, и щедро делилась своим опытом, охотно рассказывала о разных живых космоса. Вот о своей жизни в Дитране Дионара почему-то не любила рассказывать, и Михаил думал, что случившееся там послужило одной из причин, почему она подалась в такие "живые курьеры".

Сбежать прочь из ненавистного дома, найти себя в странствиях, классика, проверенная тысячелетиями.

— В ней проскальзывает нечто такое, - Хлоя замолчала.

— Говори, - потребовал Лошадкин.

— Словно она не курьер, не из Сильных, а всю жизнь провела в пограничье, - наконец выдала Хлоя. – Наемница.

— Она много путешествовала по окраинам и научилась не выделяться? - предположил Михаил.

Но тут же задумался, так как Дионара выделялась. Недаром пираты схватили ее, едва сломили сопротивление защитников базы на спутнике Дургара-шесть. По правде говоря, Михаил тоже схватил бы ее, счел бы какой-то руководительницей. Но это спокойное, величественное поведение, оно как раз и контрастировало с самими пиратами и жителями пограничья, не так ли?

— Господин, я вижу, что вы неравнодушны к ней, и это ослепляет вас, - под конец голос Хлои стал напоминать шелест лапок мышей в подполе.

Вроде и слышно, а вроде и нет, и почему-то бесит.

— Ты - молодец, - подбодрил ее Лошадкин, - смело говори дальше!

— Вы не замечаете и при вас она ведет себя чуть иначе.

— Так-так, говори, ты молодец.

— Если вам нужно... можете воспользоваться мной.

Она чуть отвернула голову, а Михаил озадаченно подергал щекой. С одной стороны, конечно, Хлоя - молодец, пошла дальше, еще приоткрылась, но предлагать ему такое? После всех этих историй насилия, от которых ее тело еще не вылечилось до конца?

— Я не собираюсь причинять тебе боль, - наконец выдал Лошадкин.

— Мне больно видеть, как вас обманывают, - отозвалась Хлоя.

Ну да, ну да, подумал Михаил, типа взберется он на агемку, удовлетворит свои... позывы и перестанет смотреть на Дионару влюбленными глазами, сразу прозреет?

— Ты - молодец, что все рассказала о своих подозрениях, но не предлагай больше себя в таком контексте, хорошо?

— Да, господин.

— Все, вставай, проверка завершена, а Хваск там, наверное, уже заждался нас.

Михаил остановился и посмотрел на Хлою.

— Знаешь, что? Оставайся на корабле. Отдохни, поспи, займись чем-то что тебе по душе.

— Да, господин, - склонила рога агемка.

Ладно, подумал Михаил, дергая шеей, с этим тоже разберемся. Прогресс есть, уже неплохо, свобода будет, станет лучше, особенно если добраться до Дитрана и их технологий. Дитран. С чего он взял, что Дионара - дитранка? Все вокруг говорили об этом, и внешний облик совпадал, да. Но может она какой-то метаморф, лишь притворяющийся дитранкой? Зачем? Чтобы выжить при нападении, притвориться Сильным этого сектора, но что дальше?

— Что, у нее и правда чесотка рогов?

— Нет, но ей лучше отдохнуть, ее организм еще не восстановился.

— Земляне, - насмешливо оскалилась Дрея.

— Я понимаю, у вас в жестокой галактике так не принято, - кивнул Михаил.

Хотел добавить, что, когда ее прострелят, пусть за помощью не приходит, но тут его осенило другой мыслью.

— Но мы же тут семья, не так ли?

— Семья?

— Разве не об этом вещал капитан, что наемники, экипаж - они как одна семья и команда?

Левый глаз Дреи подергивался, словно она не могла поверить услышанному.

— Вещал! - провозгласил появившийся Нессайя, оборвав все разговоры. - Дрея?

— Что? Я страхую Шаргазу удаленно, мы же одна семья! - возмутилась баракудианка.

Лошадкин в свою очередь смотрел на Дионару, будто любовался ей, как обычно. Но сейчас это любование было испорчено словами Хлои.

— Что-то случилось? - повернулась к нему Дионара.

— Надо бы и тебя проверить, вдруг ты что-то подцепила? - с искренней тревогой произнес Михаил.

О нем заботилась манопа, а о Дионаре?

— Хорошо, - легко согласилась Дионара.

— Не быть тебе капитаном, Михаил, - вдруг сообщил со спины Нессайя.

"Стрела" чуть вздрогнула, словно коснулась земли лишь одной опорой, но затем замерла.

— Пойдет, для новичка, - фыркнула Дрея, потирая руки. - Ну же!

Словно ощутив ее нетерпение, открылся выход наружу, выехал пандус, и они оказались на "торговой станции Чимча-два", по местоположению планеты, над которой она крутилась. Правда, вначале Михаил решил, что это не станция, а настоящая планета, такой простор открывался вокруг.

— Не спи, не капитан, - ткнула его Дрея. - Что, никогда не видел иллюзорной глубины?!

— Нет.

— Тогда не обосрись от восторга ночью, когда тут звезды демонстрировать будут!

Михаил пропустил мимо ушей эту насмешливую ремарку, продолжая оглядываться. После предупреждений капитана он ожидал увидеть тут кровавые побоища, дуэли повсюду, хаотично летающие и ездящие автомобили всех форм и расцветок и так далее.

Подкатили "такси", открытые платформы - кабриолеты и Дрея прыгнула в первый из них, что-то командуя в прыжке и транспорт рванул с места, словно за ним гнался целый флот.

— Как в прошлый раз? - поинтересовался Михаил.

— Нет, - ответил Нессайя, - тут все иначе. Но ты действуй, действуй.

"Главное, не попадайся" не прозвучало. Михаил, собственно, уже действовал, ощупывал пространство и эфир вокруг, начиная догадываться, что этот неведомый клан Чимча построил станцию в космосе не просто так. Полностью контролируемое пространство, особенно в части сети и связи.

— А вот и они, - бросил Нессайя.

Пираты уже расходились и разъезжались, остались только сам капитан, да Хваск и Драммаха, опять изображавшая глупую волчицу. Или у них просто было так принято, вывешивать язык? Трорг и Маргуд отправились с остальными, и Михаил попробовал еще кивнуть Троргу незаметно, но сигнал, похоже, не удался. Следовало договориться о жестах и подсказках, ну или просто чаще собираться "тайно", то есть обсуждать свои дела и планы во время работы, но так, чтобы не подслушивали.

— Капитан Нессайя Даджаблюмт, я прибыл за вами и вашими спутниками, - прозвучало сверху.

Михаил поднял голову, уставившись на летающее создание. Летающее само, без помощи техники. Некто, вроде огромной стрекозы, с изящным стройным тельцем и большими глазами, подпоясанный золотой нитью. Или подпоясанная, Михаил не взялся бы определить пол, да и не собирался. Наверное, существовал какой-то негласный галактический этикет на эту тему... или следовало вспомнить новую Землю и признать, что в космосе всем плевать на эти дела.

Стрекоз отцепил от себя и плавно сбросил им пять полетных поясов, которые сами подгоняли себя по размеру. Особенно актуально это было для Нессайи, похоже даже пояса имели предел растяжимости. Драммаха дурачилась и делала вид, что хочет нацепить пояс себе, как ошейник, или на хвост. Дионара просто нацепила, словно делала это сотни раз, и Михаил опять не понял, доказательством чего это служило.

Вот он сам, умел же обращаться с поясом? Умел, спасибо Алатее. Могла Дионара уметь, будучи дитранкой? Несомненно. Но могла она уметь, потому что жила в пограничье? Опять же - несомненно. Впрочем, она согласилась на проверку в медицинском сканере, но и это, если подумать, ничего не доказывало. Если она метаморф, то могла ведь и внутри превратить себя в дитранку, не так ли?

Они взлетели легко и помчались ввысь, в просторы неба, следуя за стрекозой. Никаких шуточек в этот раз про пустотного новичка не было, Михаил летел, опять же не отрывая взгляда от Дионары. Следовало уже как-то ограничить себя, маскировка "очарован и не могу оторвать взгляда" тоже имела свои пределы.

— Что-то случилось? - тихо поинтересовалась Дионара, ловко оказываясь рядом.

— Это клан Чимча? - спросил Михаил.

Ну не выдавать же было ей истинную причину взгляда!

— Да, это один из клана, - громко ответил вместо нее Нессайя. - О них можно открыто говорить, но не следует врать или оскорблять, или пытаться ударить в спину.

Стрекоз чуть изогнул голову, словно смотрел на эту самую спину. Ничего не сказал, даже ускоряться не стал, так как они все равно уже приближались. Поблизости манопа все же распознала работу голограмматоров, а также подсветила Михаилу "иллюзорное солнце", оказавшееся чем-то вроде станции в станции. Шар в шаре.

Стрекоз ловко влетел в открывшийся люк, и все последовали за ним.

Лошадкин все еще переваривал увиденное, хотя, казалось бы, ну чему удивляться после птерахов? Мозг пытался увильнуть и думал о всякой ерунде, о том, что наемники во время перелетов работали руками, так как Нессайя следовал древней мудрости: "неважно, чем занят солдат, лишь бы был занят". Также Михаилу стало понятно, почему не повторился объезд торговых точек и кораблей, с розыгрышем новичка в космосе и попыткой скрыть участие Нессайи во всем этом.

Здесь жирному капитану не требовалось скрываться и делать вид, что Лошадкин сам по себе. Здесь Нессайю, похоже, знали, и поэтому он не искал обманом выгодного найма, а может просто опасался повторять трюк, провернутый на луне Адвара. Раз эти стрекозы-Чимча тут заведовали всем, нападение на клиентов они могли воспринять как личное оскорбление и Нессайе бы не поздоровилось.

Манопа щупала эфир вокруг, и результаты были не слишком веселые. Чужеродные системы, местами вообще непонятные, подстроенные под Чимча, но самое главное - отдаленное положение их системы. Они контролировали гиперпередатчики и просто так подключиться к сети и бросить сообщение не вышло.

Возможно, они хотели оплаты, а у Лошадкина, как назло, не было ни гроша!

— Ты сталкивалась с ними ранее? - спросил он у Дионары, уже не скрываясь.

— Нет, в эти края меня не заносило, - ответила та.

— Зато тут любят дитранок, - с очень двусмысленной улыбкой заметил Нессайя.

Они пролетели коридором и вылетели опять на открытое пространство, которое больше подходило насекомым, как вдруг сообразил Лошадкин. Нечто вроде игровой площадки великанов, с собачьими сюрпризами и кривыми куличиками, брошенными лопатками и следами полуночных выпивох.

— Большой переговорный зал, - потер руки Нессайя, колыхнул пузом, - не подземное дерьмо бачкуков! Ха!

— Вас ожидают, - повернулся стрекоз, указывая на один из куличиков.

— Отлично, отлично, не то, что нас ожидают, это плохо, но вот то, что наши услуги нужны — это всегда приятно слышать! - неожиданно разразился тирадой Нессайя, направляясь вниз.

— В каком смысле тут любят дитранок? - спросил Михаил, оглядываясь на стрекоза.

Тот остался висеть в воздухе, но глупо было бы думать, что их не слышали. Контролируемое пространство, пусть и ограничивающее Чимча, как летунов. Нессайя не ответил, лишь продолжил ухмыляться и колыхать пузом, словно предвкушал выгодную сделку и нехорошее подозрение зародилось в груди Лошадкина.

Неужели они прилетели сюда продать Дионару?!

Глава 30

— Нессайя, - прожужжал еще один стрекоз, вылетая откуда-то снизу.

— Жыжбалован! - радостно вскричал капитан, вскидывая руки.

Лезть обниматься не стал, то ли боялся помять, то ли тут не прибегали к такому. В целом, живые галактики не слишком боялись тактильных контактов, но и не лезли чуть что пожимать руки, то ли переросли первобытное желание нащупывать камень, то ли изначально не завели таких привычек. Иногда Михаил думал, что легко мог бы податься в живологи - как антропологи, только живые в космосе - так интересно было наблюдать со стороны и молчаливо сравнивать.

В другие моменты он думал, что все это следствие его статуса новичка, не насмотрелся, не наелся еще.

— Ты опять что-то натворил, Нессайя? - без обиняков спросил Жыжбалован.

Взгляд его фасетчатых глаз остановился на Михаиле и Дионаре. Манопа регистрировала обмен сообщениями, но клан Чимча явно пользовался продвинутыми технологиями, а не пиратским и пограничным "с миру по нитке".

— Двойная такса, - выдал Жыжбалован.

— Побойся Ушедших! - вырвалось у Нессайи.

В обычной ситуации он помянул бы дерьмо бачкуков, но тут, похоже, сдерживался.

— Чего их бояться, - вдруг загудел стрекоз, и Михаил не сразу понял, что тот смеется, - они уже давно ушли! Но ты решил влезть в дела с Сильными.

— Я не ищу убежища, - покачал животом Нессайя, - просто успешно помог паре живых спастись, они теперь помогают мне, все тихо и мирно.

Михаил, прикидывавший варианты "сдаться Чимча", тут же выбросил из головы все эти мысли. Стрекоз, Жыжбалован, отлично понял Нессайю и посмотрел на Михаила и Дионару уже иначе. Оценивающе. Рука Лошадкина потянулась к оружию, даже мелькнула мысль, что следовало бы первой застрелить Дионару, чтобы не мучилась, как Хлоя, а затем Нессайю за все то, что тот сделал с агемкой.

— Ты прилетел с пустыми трюмами и урезанным кораблем, Нессайя, - прогудел Жыжбалован. - Ты не ищешь убежища, но попросил о встрече с кланом.

Кланом! Они тут что, тоже были как ысынгуны? Построили свой гигантский стрекозник в космосе, чтобы не разлучаться? Накрутили технологий, да не отсталых, и Михаил ощущал присутствие рядом еще нескольких Чимча.

— Я же всегда рад встрече со старыми друзьями! - объявил Нессайя.

— Ты так и не научился врать, - пожужжал Жыжбалован. - Что ищут твои живые, пока ты отвлекаешь меня разговорами и видом Сильных? Или ты пошел под руку Дитрана? Скажи честно и я дам тебе улететь, даже не вызову на дуэль.

— Ах, как жаль, - притворно огорчился Нессайя, - ведь я как раз прибыл, чтобы предложить поединок!

Вопрос о живых он проигнорировал, возможно, пираты внизу что-то искали. Или нет?

— Поединок.

— Поединок, - подтвердил Нессайя. - Такой, какого еще не видела ваша станция! Землянин против твоего чемпиона!

Ебать-колотить, чуть не вырвалось у Михаила. Но он удержал скучающее выражение лица, попутно пожелав Нессайе проглотить раскаленную кочергу.

— У нас тут был землянин, циклов пять назад, впечатления не произвел. Хотя дрался до последнего, да. Поединок, хм, хм. Такое будет любопытно, но ты еще не назвал цену, Нессайя!

— Что может быть ценнее информации? - неожиданно разумно ответил жирный капитан. - Контакты, связи, возможность упомянуть, что клан Чимча замолвит за меня словечко? А также полный список ваших свободных наймов, я выберу один из них.

— В чем подвох?

— Ни в чем. Я честно выполню его.

Жыжбалован, похоже, тоже понял, что Нессайя летит в каком-то определенном направлении, но попутно еще и подрабатывает перевозками и прочими... поединками. Поединок! Стрекозы не выглядели такими уж крепкими, но мордаха им в глотку, они же летали! И оружие, современное оружие, что тут у них имелось? Поединки, дуэли, стычки, влияние воинственных Трасков, громил с зеленоватой кожей, которым к тому же еще и хватило мозгов, чтобы вырваться в Сильные.

— А взамен?

Нессайя молчал указал на Дионару, и та метнула пламенный взгляд. Жыжбалован оживился, разве что свои стрекозиные лапки потирать не стал. Похоже, Дионара была дитранкой, ладно Михаил, но местные! Впрочем, с Нессайи сталось бы провернуть аферу, и Лошадкин чуть прищурился, ожидая, что сейчас последует требование проверки.

— Наемники - одна семья, да? - ядовито спросила Дионара.

— Мы спасли тебя, а ты грубишь, - почти ласково ответил Нессайя. - Сходишь с нами на пару дел и будешь своей, у нас все честно!

— А вы мне дали шанс сходить на эти дела? Или вообще улететь домой?

Да, кстати, подумал Михаил. Сколько этот жирный бурдюк таскал за собой Хлою? Оставляя в стороне удовлетворение от насилия и власти, ведь Нессайя хотел выкуп! Выкуп! А тут вдруг ему попалась дитранка, и он ничего за нее не захотел? Даже насиловать не стал? Или он настолько ценил Михаила, или рассчитывал заработать больше, намного больше.

— В чем проблема? Пусть твой чемпион, - он указал на Лошадкина, - победит их чемпиона и будут, и дела, и дом, и все, что захочешь!

Дионара опять уставилась гневно, а стрекоз загудел, похоже, реакция ему очень понравилась. Вкупе с репликами Нессайи о любви к дитранкам, все это ярило и злило Михаила. Будь он супергероем! Да что там, стреляй он, хотя бы как Руслан!

— Все, что захочу?

— В пределах разумного, звезду я голыми руками не погашу.

Дионара продолжала смотреть гневно, а Нессайя уже развернулся к Жыжбаловану. Лошадкин отметил, что Драммаха и Хваск готовились выстрелить и в который уже раз подумал о роботе, киборге-телохранителе. Чтобы ни одному живому не угнаться в реакции и похожие системы, судя по сообщениям манопы, сейчас держали их на прицеле.

Помимо тех живых охранников-стрекозлов, что таились неподалеку.

— Годится! - вдруг мощно замахал крылышками Жыжбалован. - Через два дня на большой арене!

— Да ты меня без ножа режешь, - притворно застонал Нессайя. — Это ж сколько билетов ты продашь?

— Так-то мои билеты!

— На моего чемпиона!

— А я думал, что он - чемпион дитранки! - указал стрекоз.

— Нашего чемпиона! На твоего уже и ставить перестали!

— Еще бы, мы - бойцы!

— Ничего, мы тоже не пальцем деланы, - оскалился Нессайя.

Жыжбалован смерил скептическим взглядом Михаила и повторил вопрос.

— В чем подвох?

— Да ни в чем, просто... ты же не отдал бы мне просто так информацию?

— Ни единого бита!

— Вот и ответ.

— Что же, достойно, достойно, - закивал Жыжбалован, гоняя воздух крылышками.

Взлетел от возбуждения, что ли, зло подумал Лошадкин.

— Поединок, битва и призы, это путь воинов! Но если хочешь, мы продадим тебе информацию...

— Ты продашь массу билетов, - перебил его Нессайя, - и не поделишься с нами, уверяя, что это ваша станция, ваша арена и так далее.

— О да, как хорошо ты нас изучил!

— Я же говорил, что всегда рад повидать старых друзей! - не удержался от ответной подколки Нессайя.

Они еще повосклицали немного, Нессайя возгласами о билетах выбил им бесплатное проживание, ремонт и полировку обшивки корабля, и Михаил так и не понял, шутка это была или что. В любом случае Нессайя и Жыжбалован договорились, ударили по рукам - электронным и буквальным - и на этом встреча закончилась.

Возможно, воину Чимча просто поверили бы на слово, все равно они контролировали станцию.

— Обсудим внизу, - бросил Нессайя.

Михаил уже даже не кипел, остыл еще на самой встрече. Стоило бы поблагодарить Нессайю, но до таких высот гуманизма Лошадкин, конечно, не поднялся. Поблагодарить за напоминание о действительном статусе Михаила, Дионары и всех остальных. Что вся их свобода и "часть команды, часть корабля" была лишь видимостью, ширмочкой, скрывающей действительность. Настолько мощно скрывающей, что Михаил, даже помня о целях, все равно поддался и сделал несколько шагов в том направлении, к которому его подталкивал Нессайя.

— Что это за чемпион? - спокойно спросил Михаил, когда они спустились вниз и сдали пояса.

Как пояснил Нессайя, летать здесь разрешалось только самим Чимча и тем, кого они сочли достойными такой чести. Например, гостей, готовых предложить выгодный поединок.

— Разве ты не взломал их базы? - колыхнул пузом Нессайя.

— Не стал соваться, у них там крепко все завинчено и посажено на клеммы, - почти не соврал Лошадкин.

Кое-что он все же понял и это были печальные знания. Послать весточку по тем контактам, что припомнила Дионара, не вышло бы. Отправить еще одно послание на Землю, чтобы там могли проследить за путем Михаила, тоже не вышло бы. Не потому, что Чимча перлюстривали весь трафик, просто они брали за него деньги. Насекомьи креды, как мог бы выразиться Нессайя. Хочешь быстро? Плати! Хочешь еще быстрее? Плати еще больше и быстрее!

— Молодец, - вдруг похвалил его Нессайя. - Одно из качеств живого наемника - знание или чутье, когда надо не соваться и отступить!

— Качество хорошего наемника?

— Живого, - наставительно и со значением повторил Нессайя.

То есть, кто выжил, тот и хороший. Или плохие - не в плане моральных качеств, явно - не выживали.

— Еще будет время, - кивнул Нессайя, - а если и не будет, ничего страшного. Главное - победить и они дадут нам информацию и найм! Поживем тут бесплатно два дня, расслабился и информацию соберем, идеально!

— Идеально? - переспросил Михаил. - Зачем тогда было ставить Дионару?

— Чтобы ты сражался изо всех сил. Или ты скажешь, что не стал бы ее защищать?

Михаил покосился на Дионару, стоявшую чуть в сторону, и слушавшую их разговор.

— Стал бы, - честно ответил он.

— Так вот он, твой шанс! - радостно взревел Нессайя, пытаясь хлопнуть Михаила по плечу. - Видишь, сколько всего хорошего я для тебя сделал! А теперь едем! Отметим нашу будущую победу!

Не слишком ли много уверенности, подумал Михаил, залезая в машину. Впрочем, если бы он проиграл, то умер бы, и мертвым все равно, ведь так? Но ему было не все равно, что случится потом с Дионарой и это горячило кровь, будоражило воображение и нервировало.

— Никакой выпивки и развлечений до боя, - отрезал он.

— Вот, настоящий скучный сильный, - оскалился Нессайя.

Но все же повез их не развлекаться, а в выбитое жилье. Оно, если так разобраться, ничем не отличалось от той же "Стрелы", ведь вокруг расстилалась не планета, а такая же замкнутая космическая станция. Только и разницы, что корабль летел куда-то, а станция нет.

Михаил высказал все это, и Нессайя "захрукал", потрясая животом.

— Это ты верно заметил! Но к Чимча летят не за расслаблением на травке, так что можно забыть о конкуренции, я еще не записался в самоубийцы!

— Я и не говорил о расслаблении, - заметил Лошадкин, - но смена одних стен на другие, такое плохо помогает.

— Кому плохо помогает, тот плохой наемник, - отрезал Нессайя. — Значит, настроен на победу?

— Я еще даже не видел, против кого мне предстоит биться непонятно как, - посмотрел на него, как на идиота, Лошадкин.

К сожалению, подобные намеки были слишком тонкими для чрезмерно жирного капитана. Да, формально, по меркам своего народа, он не был жирным, даже не выделялся толком. Но для Лошадкина этот бурдюк двух с половиной метров роста в виде капитана Нессайи был жирным. Не хватало только косоглазия и бородавок, для завершения омерзительности образа.

— Сейчас увидишь, - оскалился капитан, подключаясь к местной сети.

Трехмерные голограммы боев появились, даже запустились сразу, без приглашения. Судя по виду, бои на аренах, против разных противников и тут Михаил увидел, что Нессайя собрался увести дитранку.

— Никаких развлечений до боя, ты сам это сказал! - заявил, посмеиваясь, капитан.

И ушел, а Михаил сдержал возглас о том, что он и не развлекался с Дионарой. Вдохнул и выдохнул, понимая, что сам загнал себя в эту ловушку и обещая страшно отомстить. Потом, когда сможет спасти остальных. Поставил на паузу записи боев, напомнил сам себе, что это может быть реклама и обманка, но относиться следовало так, словно все это было. Всерьез и еще серьезнее, считать, что слава местного чемпиона - настоящая.

Лошадкин не стал менять обстановку вокруг - ну, очередная каюта, и плевать - и отогнал мешающие мысли о поражении. Местный чемпион не видел, как сражается Лошадкин... по правде говоря, никто этого не видел, вне Земли. Так почему Нессайя?

Михаил включил просмотр и начал жадно всматриваться в детали. Чемпион - Чимча, конечно - стремительно носился и разил своем копьем. Стрелял из него и уворачивался, крутил пируэты в воздухе и снова стрелял, налетал и бил, впивался зубами. Смотрелось страшно, да и крыльев у него было больше, чем у того же Жыжбалована.

Больше?

— Ага, - выдохнул Лошадкин, ощущая, как вспыхивает злость.

Этот жирный бурдюк с говном, по недоразумению именуемый капитаном Нессайей, считал, что Михаил прямо в бою взломает электронику чемпиона и победит за счет этого. Уму непостижимо! В этот год Лошадкин учился сражаться холодным оружием и просто на копьях может и потягался бы со стрекозой. Но не летающей же и стреляющей!

— Уже смотришь? Молодец! - раздался мощный хрюк.

В дверях стоял Дронго, уже впихивающий внутрь Трорга.

— Но одних взглядов недостаточно, нужна еще и тренировка! Так что приготовься, сейчас мы будем тебя бить!

Глава 31

Михаил качнулся влево и выпад Дронго прошел мимо плеча. Сам Лошадкин уже толкнулся, метнулся вперед, словно скользя вдоль копья и одновременно с этим поднырнул под него, уходя от удара рукой. Дронго не растерялся и толкнул копье, пытаясь сбить им Лошадкина, и Михаил вынужденно совершил еще один акробатический прыжок, уходя в сторону.

— Неплохо, неплохо, - хрюкнул Дронго, пытаясь достать его копьем.

Но Михаил уже разорвал дистанцию, как раз затем, чтобы ему не тыкали наконечником в лицо. Выстрелил сам, но Дронго ловко подставил мелкий щит, поглотивший разряд. У Михаила тоже были два таких, прицепленных к рукам в районе локтей, но они ему скорее мешали, чем помогали, не привык так биться и защищаться. Заряды в копьях постепенно повышали мощность, от раздражающих и временно парализующих конечность в начале, до полного шока впоследствии, а то и вовсе, до средней степени прожарки живого.

Местный чемпион, Чимдалабан, таким пару раз баловался.

— Бейте его! - скомандовал Дронго, отступая в сторону.

Трорг и Маргуд шагнули вперед, первый равнодушно, второй радостно, но как-то слишком уж напоказ. У обоих в руках и на них были те же копья и щиты, что применялись на арене. Михаил уже неоднократно думал, что тут следовало бы изменить подход, дать пояса и летающие автомобили, чтобы его противники изображали атакующих стрекоз.

— Здесь не помешала бы виртуальная симуляция, - заметил он, чуть пригибая голову.

— Ни одна симуляция не даст тебе подлинных ощущений избиения и пропущенных атак, - хмыкнул Дронго, протирая подрастающий клык, потерянный им ранее в операции на Дургаре. - Есть особые тренажеры, создающие полное погружение... но все они здесь принадлежат клану Чимча.

Как в "Башне", подумал Михаил. Ясно было, что только сядь в такой тренажер и все его данные уйдут клану, помогут местному чемпиону еще лучше прожарить Лошадкина. В то же время, ну что тут было скрывать? Да, Михаил умел обращаться с копьем, спасибо хрокагам и мордахам, но что толку?

Нессайя ставил на взлом посреди боя, но Михаил уже попробовал эту тактику на Дронго и убедился, что не все так просто. В кабане-наемнике присутствовало несколько имплантов, один из них давал ему различные режимы зрения, другой позволял действовать в полную силу, несмотря на раны, третий вроде и выходил в сеть, но исключительно в сеть таких же имплантов, тактический режим на поле боя.

Все они управлялись через его основной чип управления, местный аналог манопы, но едва начался бой, как Дронго включил какой-то особый режим и закрылся. Не выдавал сигналов, кроме как другим имплантам, не фонил в сеть и так далее. Как ломать того, кто просто отвергал все попытки подключения? Тут, скорее всего, потребовалось бы особое оборудование, знание слабостей импланта противника и несколько суток обработки. Вряд ли Чимдалабан поступал по-другому, иначе не стал бы местным чемпионом.

— Получай, подлый землянин! - взревел Маргуд, кидаясь вперед.

Он держал копье всеми тремя руками, изогнув их под разными углами, словно уже заранее защищаясь от атак Михаила со всех сторон. Из копья вылетел заряд и Лошадкин ступил в сторону, сделал вид, что атакует триварца, а сам выстрелил в сторону Трорга.

Тот даже не подумал уклоняться, равнодушно принял заряд на грудь и продолжил движение. Адаптация и приспособление, подумал Лошадкин, отпрыгивая от еще одной атаки Маргуда. Можно ли было их как-то использовать? Заземлять заряды в арену? Электрик он или нет?

— А я могу модифицировать копье? - крикнул он Дронго.

— Вам выдадут стандартные, - ответил тот.

Изменить его на ходу? Принести на руках стальную полосу, наклеить, создать проводимость, чтобы заряд с Лошадкина стекал в копье? Михаил отвлекся на мгновение и пропустил удар Маргуда, задергался, словно в неконтролируемой пляске и Трорг тут же добавил, ткнул в плечо и сбил Лошадкина с ног. Наконечники были затуплены, но в настоящем бою Михаил уже лишился бы руки и шансы на победу резко уменьшились бы.

Перекатился и все же не успел уйти от удара Маргуда, получил в живот и начал хватать ртом воздух. Броня и всякие там приспособления для заземления не допускались на арене, и в то же время Лошадкина не покидала пришедшая ему в голову идея.

— Ты проиграл, Михаил, - констатировал Дронго.

— Двое на одного, да еще и без передышки.

— Именно так будет выглядеть бой с Чимдалабаном, он быстр, подвижен, у него преимущество полета и опыт.

— Может, мне дадут пояс?

— Ты неплохо с ним управляешься, - не стал возражать и кричать о новичках Дронго, - но тебе никогда не сравниться с тем, кто был рожден с крыльями.

Лошадкин припомнил опыт полетов среди птерахов и решил, что Дронго неправ.

— Поверь моему опыту, тебе лучше работать с земли. Прыгать, двигаться, уворачиваться, похоже, щиты не твой конек, и пытаться подловить его в атаке, даже не зарядами, а самим копьем. Им ты работаешь хорошо, отлично даже, такого обычно не ждут, - резюмировал Дронго.

— То есть мне надо будет как-то подманить его к себе и потом исхитриться ткнуть копьем в полете.

Лежа на полу "арены" Михаил вдруг ощутил, как у него болит избитое тело. Но все же поднялся сам, кивнул Троргу и Маргуду и сказал:

— Благодарю, друзья, вы показали мне мои слабые места.

— Повторим? - засверкали три глаза триварца.

— Отличная мысль, - вдруг вмешался Дронго. - У тебя иная динамика движений, то, что нужно Михаилу.

Лошадкин перехватил копье и подумал, что не это ему нужно. Ясно было, что в честном бою он не справится, не поставив себе кучи боевых чипов, как у Дронго, не пройдя массы сражений. Опыт у Лошадкина имелся, но не сражения же на такой арене! Стоило бы сдаться... если бы не Дионара! Чертов Нессайя, подумал Михаил, стискивая зубы и нагнетая в себе злобу.

Представил, что сражается с жирным капитаном и напал первым, словно стремясь загнать ему копье в зад. Маргуд провернулся на одной ноге и попытался пнуть Лошадкина двумя другими, но не попал. Попытка подбить его и уронить привела к неожиданной атаке, и Михаил пропустил удар, признав правоту слов Дронго. Маргуд может и не шел первым на опасных заданиях, как Трорг, но все же чему-то да научился.

— Если все люди так сражаются! - вскричал Маргуд, нанося удар копьем сверху вниз.

Михаил попытался ударить навстречу, одновременно с этим отклоняя древком своего копья оружие триварца, но не вышло. Маргуд, впрочем, тоже промахнулся, и они оказались впритык друг к другу, несколько секунд соревновались в захватах копий. Триварец выиграл, благодаря наличию трех рук и выхватил оба копья, но только потому, что Михаил отпустил свое. Пока Маргуд отшатывался по инерции, Михаил без затей пробил кулаком, добавил ногой, навалился, словно хотел затоптать триварца, пытаясь попасть по уязвимым местам.

— Стоп! - крикнул Дронго.

— Извини, увлекся, - сказал Михаил, протягивая руку Маргуду.

— Я тоже, - ответил тот после долгой паузы и все же принял руку.

Что-то изменилось в нем, словно ненавидеть помогающего Лошадкина было намного труднее, чем абстрактное человечество, не пришедшее на выручку. Михаил не стал говорить об этом, просто кивнул еще раз с признательностью и обратился к Дронго.

— Такое не поможет мне на арене, да?

— Может помочь, - неожиданно не согласился тот, - но для этого тебе придется как-то оказаться вплотную к чемпиону, не дать ему пустить в ход оружие, взять его в захват или успеть сломать крылья, чтобы он не успел взлететь.

— А он сумеет взлететь со мной? - изумился Михаил.

— В такой ситуации, в бою? Несомненно. Затем он попытается стряхнуть тебя, и ты просто разобьешься.

Или вцеплюсь в него так, что он не стряхнет, мрачно подумал Лошадкин, и сам разобьется. Еще один самоубийственный план, построенный на куче соплей и "если". Он-то вначале обрадовался, что сейчас Дронго ему покажет! Тот и показал, но вовсе не путь к победе, а что местный чемпион не зря считался таким. Да, Михаил, как землянин, выступал темной лошадкой, мог создать ажиотаж мнимыми шансами на победу, но, если смотреть реально, ему предстояло проиграть.

Или умереть там, на арене, после чего Дионара попала бы в лапки стрекоз.

— Богатый выбор разных способов сдохнуть, - проворчал Лошадкин.

— Смотря, чем ты готов пожертвовать, - словно намекая, ответил Дронго.

— Вражеским чемпионом! - огрызнулся Михаил.

Дронго захохотал и захрюкал, затем оборвал себя и уставился свирепо на Лошадкина.

— Давай к доку, подлечись и обратно, поработаем еще над твоей подвижностью.

— Нет, - отрезал Лошадкин.

— Ты же сам говорил, что никаких развлечений до боя!

— Избиение сейчас не даст мне ничего.

— Капитан будет недоволен.

— В следующий раз пусть предупреждает заранее! - не выдержал Михаил.

Авантюры, подставы, бить его копьем в жирный зад! Что стоило сказать заранее? Или он "импровизировал", так как ему было просто плевать на Лошадкина? Михаил некоторое время стоял под душем, наплевав на расходы, все равно не ему платить, и понял, что не победит.

Во всяком случае, честно.

— Господин, я принесла вам одежду, - сказала Хлоя, когда Михаил вышел из душа. - Позвольте, я намажу вас заживляющей мазью.

Михаил посмотрел на синяки и гематомы по телу и мысленно вздохнул. Сил сопротивляться, спорить, расспрашивать не было, и он просто подставил спину Хлое, которая начала втирать что-то. Прикосновения были болезненны и приятны, а мозг так и норовил ускользнуть от решения проблем. Начал представлять, как отлично могла бы Хлоя потереть спинку в другом смысле, и Лошадкин прикрыл глаза.

Сколько раз он уже жалел, что поддался порыву и не дал пиратам сдохнуть там, не долетев до кладбища кораблей? Похоже, наступил еще один и перебирать варианты случившегося, представляя месть, было приятно, но не слишком продуктивно.

— Гос... Михаил, я очень переживаю за вас, - прошелестел голос Хлои.

Невозможно было представить эту тихую, забитую девушку яростным демоном на поле боя, но все же, вряд ли Трорг врал. Просто одно сменилось другим и могло вернуться в любое мгновение.

— Молодец, Хлоя, - похвалил ее Лошадкин. - У тебя отлично получается, я прямо ощущаю, как мне становится лучше. Продолжай в том же духе и в остальном, говори, делай, и все будет хорошо.

— Михаил, - пролетела бабочка.

— Будет, будет, - заверил ее Лошадкин. - Хорошо, что ты переживаешь за меня, главное - помни.

— Надо держать себя в руках и верить в вас.

— Именно!

Несмотря на бодрый тон и самоуверенные заявления, Михаил ничего такого не ощущал. Записи боев и слова Дронго, тренировки с тем оружием, что будет на арене... на арене! Новая мысль, смутный прообраз идеи, сочетающейся с тем намеком, что пришел в голову Михаилу на арене.

— Я...

— Смелее, Хлоя, - подбодрил ее Михаил, не открывая глаз.

— Я хотела бы держать не себя, а вас в руках, - прошелестела стая бабочек.

Прежде чем Лошадкин успел осмыслить и открыть глаза, Хлоя уже сбежала, словно это могло помочь. Все равно они все жили вместе и смысл был бегать, когда им предстояло встретиться чуть позднее? На станции клана тоже менялись день и ночь, согласно суткам планеты - стандартная галактическая практика в подобных случаях. Если же станция находилась где-то вне планеты или солнечной системы, распорядок дня устанавливался произвольно (как правило, просто привязываясь к суткам тех, кто создал и населял станцию), не существовало какого-то единого стандарта галактических суток.

Возможно, договорись между собой сильные, удалось бы ввести стандарт, но пока что это оставалось делом далекого будущего. В любом случае, времени у Михаила оставалось не так уж много, и он связался с Дронго. Официальные каналы связи внутри станции контролировали Чимча, но сейчас это не имело значения, так как зародыш идеи в голове Лошадкина начал оформляться в гусеницу плана.

— Передумал? - без обиняков спросил Дронго.

— Да. Нужно тренироваться и тренироваться, но в реальных условиях, - ответил Лошадкин. - На арене!

— На арене?

— Да, причем именно на той, на которой будет проходить поединок. Если клан Чимча...

— Нет! - отрезал Нессайя, вклиниваясь в беседу. - Они не дадут тебе тренироваться с их молодняком! Скажут, что это нечестно.

— А снимать мои тренировки на их арене?

— Так это твой выбор места тренировки, - ухмыльнулся Нессайя.

Но за этой ухмылкой ощущалась тревога. Конечно, вдруг сообразил Михаил, Дронго пошел к нему с докладом и Нессайя занервничал. Отлично! Пусть попотеет, жирный боров! Похрюкает в тревоге, пусть изойдет на нервы, получит расстройство желудка и мозга!

— Но так просто они его тебе не дадут.

— Потянут время? - обрадовался Михаил. - Отлично! Добивайтесь от них места на арене, а я как раз успею подготовиться!

— Ты... ты опять командуешь, землянин? - изумился Нессайя.

— Это во мне просыпаются инстинкты Сильных, - рассмеялся в ответ Михаил.

Принудил себя смеяться, но вышло хорошо. Правильно. Еще шажок в отвоевании позиций и будущей мести. Не завтра, о нет, завтра ему предстояло весь день провести на арене, тренируясь до предела, и создавая дымовую завесу своих настоящих планов.

Но вот потом!

— Тебе лучше бы победить, - нахмурился капитан.

— Чтобы повысить шансы, в следующий раз попробуйте предупреждать заранее, - съязвил в ответ Михаил.

Прервал связь и оскалился, словно уже собрался кусать Нессайю, перегрызая ему горло. Затем Михаил поднялся и занялся делами, у него была ночь, чтобы все успеть, воплотить смутный зародыш идеи в нечто практическое.

Глава 32

— Пора, Михаил, - раздался голос Дронго.

Михаил, прикрывший глаза, чтобы перехватить секунду сна, открыл их и ощутил, что ему стало легче. Здесь не было спортивных комиссий, проверяющих на допинги, но все же за теми, кто выходил на арену следили, ради зрелищности и прибылей, конечно. К счастью, особо мощных боевых устройств у Михаила не имелось, а сильную химию он и сам не собирался использовать.

Взбадривающая таблетка, чтобы лучше концентрироваться и приглушить шум в голове, не более. Можно было не сомневаться, что Чимдалабан воспользуется всем, что разрешено, до предела, да и кто на его месте не воспользовался? Разве что кто-то вроде Михаила, который сейчас вдруг подумал, что его вчерашний обман словно бы уравновешивал все уловки Чимча.

— Ты хорошо подготовился, - сказал Дронго, сверкая бивнями.

Щетина его блестела, одежда и легкая броня были разукрашены, словно он собирался на праздник. Возможно, это и был праздник для него, бои гладиаторов на космической арене. Уровень техники и технологий не обязательно означал схожего уровня социального развития, вдруг пришла к Михаилу странная мысль. Такое утверждение было бы верно, развивайся цивилизация в одиночку, как Земля раньше.

Но в галактике, где все перемешалось и соседствовало друг с другом, можно было получить технику... Михаил потряс головой, выгоняя ненужные мысли. Дронго наклонился чуть ниже и прошептал, одновременно с этим создавая зону помех против подслушивания.

— Вчера, пока ты вытирал собой арену, была попытка диверсии. Против "Стрелы" и против твоего жилья. Твоя агемка насадила диверсанта на рога, Чимча пошли в отказ, но они явно подстраховываются и подозревают подвох. Дерись, как дрался в эти дни, тяни время и дай публике зрелище, тогда Чимча будут не так злы потом.

Лошадкин посмотрел в упор в его глубоко посаженные глазки и понял, что даже Дронго его списал. Разве что Хлоя, может быть, верила в его победу, просто потому что хотела верить и цеплялась за Михаила, как за новую опору своей несчастной жизни. Но все остальные? Все считали, что Чимдалабан победит и клан Чимча мог оказаться в убытках из-за тех ставок. Прилетевшие посмотреть на бой скорее всего уже расспросили, подкупили местных, вызнали все шансы.

Поэтому Дронго и намекал, мол, дай зрелища, чтобы потом Дионаре было не так плохо.

— Неужели никто не поставит даже креда на меня? - громко спросил Михаил.

— Я поставлю, - вдруг прогудел Трорг. - Но у меня нет кредов.

— Капитан! - повысил голос Лошадкин.

— Некогда, некогда, публика ждет! - засуетился Нессайя, колыхая пузом.

— В счет моих долгов и будущих прибылей, - не сдвинулся с места Михаил.

— Кто вернет мне эти долги, когда ты погибнешь? - выдал себя Нессайя.

— Я поставлю, - раздался голос Дионары.

— Но у тебя же...

— Есть. Тут и правда любят дитранок и вчера я очень выгодно продала информацию о тебе, - ответила Дионара так, что было ясно - наврала с три короба.

Губы Михаила разъехались в улыбке, дух воспарил к небесам, то есть куполу арены, а сам он поспешил на выход, не дожидаясь, пока Нессайя начнет орать, брызгать слюной и колыхать пузом.

Вчера эти трибуны были пусты, сегодня их заполняла толпа, ревущая и орущая, жаждущая крови. Наверняка Чимча, если и не вели трансляцию, то записывали, чтобы продать потом. Неважно. По правилам, арену накрывал купол силового поля, и он должен был бы отсекать звуки... в теории. На практике рев толпы не стихал, видимо для дополнительного воздействия на бойцов.

Серые плиты и белые стены, безликая арена, с которой уже замыли вчерашние следы крови. Чимдалабан уже вылетел с противоположной стороны, и толпа ревела и орала, приветствуя его. В адрес Лошадкина летели больше угрозы и предложения показать, какого цвета кровь землян.

Михаил прошел в центр, где их уже поджидал судья, электронный арбитр.

— Никаких боевых расширителей и допинга, - сказал он, сканируя Михаила и Чимдалабана.

То ли утверждал, то ли озвучивал правила, неясно.

— Оружие будет выбрано случайно из имеющегося, - добавил арбитр. - Использовать только его и то, что вам дано от рождения. Бой до потери сознания или смерти.

— Хасса, - мрачно отозвался Михаил, Чимдалабан прожужжал что-то на своем.

Огромные фасетчатые глаза, крылья, явно дополнительно защищенные чем-то вроде чехла, не стесняющего движения. Длинное вытянутое тело, напоминавшее ему палку серой колбасы, перевитое золотой лентой. В рукопашной без крыльев Михаил легко взял бы верх, даже не смотря на эти коготки на лапках, но Чимдалабан побеждал не за счет горы мышц.

Разве что летательных.

— Да начнется бой! - провозгласил арбитр и отключился.

Чимдалабан прицепил два мелких щита на золотую ленту и теперь выглядел так, словно у него съехал лифчик. Коготки его ухватили копье, ловко, умело. Привычно. Этим копьям не требовались тяжесть и масса, закаленная сталь на наконечниках. Начинка для стрельбы, пластики и сплавы, так что даже стрекоз смог бы махать таким легким копьем часами.

Преимущество для Михаила... если забыть о том, что Чимдалабан умел летать.

— Давай, землянин, попляши для меня! - прогудел Чимча.

Три заряда вырвались из его копья, словно он проводил триангуляцию и крики усилились. Михаил прыгнул, уходя от заряда, и разрывая дистанцию и Чимдалабан резко ускорился, вошел в пике и едва не достал его копьем. Лошадкин, хоть и ожидал такой атаки, все равно с трудом успел уклониться и не успел выстрелить сам.

Проклятье!

Ключевой компонент его плана заключался в другом, но до того момента еще следовало дожить, и чтобы сделать это, требовалось двигаться и стрелять. Михаил приземлился и выстрелил несколько раз подряд, за вспышками, едва не пропустив ответную атаку Чимдалабана. Тот налетел, грозно жужжа, опять едва не опрокинул Михаила. Трибуны выли и свистели, угрозы и насмешки в адрес Михаила и Земли лились водопадом. Если бы не барьер защитного поля, то наверняка бы и мусором, и огрызками бы кидались!

Двигаться! Стрелять!

— Пляши, землянин, пляши веселей! - жужжал сверху Чимдалабан.

Несмотря на самоуверенный вид и игру на публику, осторожности стрекоз не терял. Михаил плясал, уворачивался от зарядов, ощущая, как покалывает в руках и ногах. Быстро двигаться, еще быстрее! Шум толпы не стих, но сдвинулся куда-то далеко, на задний фон. Несмотря на таблетку и заживляющие мази, помощь медицинского комплекса, почти двое суток непрерывной подготовки, избиений, тренировок давали о себе знать. Шумела кровь в ушах, лился пот, мелькал Чимдалабан.

Улыбался, жужжал и стрелял, но все никак не мог поразить Михаила, и улыбка постепенно сползала с его лица. Заряды становились все сильнее, пару раз Лошадкина чуть не парализовало, но чуть не считалось в таких делах, и он отпрыгивал, уклонялся, блокировал, пусть и неуклюже и стрелял в ответ. С каждым мгновением манопа все лучше подсказывала движения Чимдалабана.

Выстрел!

Заряд попал в крылья стрекоза и парализовал половину из них. Чимдалабан закружился, будто лист на ветру, и Михаил ринулся к нему, ощущая, как не хватает воздуха. Перестук крови в висках и сердца в груди, Чимдалабан вдруг закружился еще сильнее, и золотая лента слетела с него, а два щита едва не достали Михаила по голове. Стрекоз понесся прочь крупными прыжками, будто дело происходило на Луне, и Михаил попытался перехватить ленту, но не сумел.

Выстрелил в спину и не попал, Чимдалабан прямо в прыжке уклонился, пустив в ход те крылья, что еще работали. Михаил побежал, жадно хватая ртом воздух и где-то вдалеке шумела толпа. Двигаться! Стрелять! До основной части плана было еще далеко, он сам не ожидал, что попадет и Чимдалабан не ожидал, и следовало бы возблагодарить манопу, но потом!

Михаил прыгнул, вытягивая руку, царапнул тело Чимча, но тот уже успел запрыгнуть на стену и побежал по ней, перехватываясь лапками и помогая себе крыльями. Развязанная золотая лента с щитами взметнулась и примотала копье к его длинному стрекозиному телу, демонстрируя, что чемпион готов и к такому. Михаил выстрелил, перекатился и едва успел укатиться дальше, сам едва не попав под ответный заряд.

Чимдалабан стрелял, не глядя, лишь бы отпугнуть Лошадкина, и Михаил откатился дальше, поднялся и отпрыгнул, блокировал, выстрелил для вида и не попал, но все равно выстрелил еще раз, ощущая себя так, словно пробежал марафон по стене в горизонтальном положении.

Манопа подала условный сигнал и Лошадкин оскалился, сквозь пот и грязь. Сейчас!

Он сделал вид, что хочет прорваться к самой стене, стрелять вдоль нее, чтобы Чимдалабану было неудобно защищаться и тот поверил, или просто не мог позволить себе роскоши не поверить. Стрельба из копья, примотанного к спине - лента! Наверняка это был какой-то проводник или управляющий кабель! Но даже так, Чимдалабан не мог наводиться так же ловко, как с копьем в руках и поэтому палил по площадям, что было на руку Лошадкину.

Дыхания не хватало, стрекоз удирал все выше по стене, под углом, и Михаил понял, что не угонится за ним так, не сможет поддерживать нужный уровень давления, и решил рискнуть. Ловко сделал вид, что споткнулся на ходу, получив выстрел из копья Чимдалабана. Якобы ему парализовало ногу и поэтому Михаил полетел кубарем, выпустил копье, чтобы не сломать и, разумеется, стрекоз увидел это.

Тут же развернулся и ринулся обратно, спеша вцепиться в Михаила... или его оружие!

— Чим!

— Чим!

— Чим! - скандировали трибуны.

Михаил сделал вид, что разворачивается на земле неловко и вскакивает на одну ногу, якобы спеша к копью. Чимдалабан не мог сейчас стрелять, копье смотрело не в ту сторону, а лапки цеплялись за стены, и стрекоз рискнул, прыгнул и.. полетел. Паралич с крыльев, похоже, спал, да и то чудо, что их вообще задело, промелькнула мысль у Лошадкина, который застыл, якобы в полном испуге.

Чимдалабан извернулся в полете, теперь он не только летел, но еще и указывал телом на Лошадкина, словно оса или шершень из мультфильмов. Настоящая пулеметная очередь зарядов вырвалась из копья, и то не выдержало, вдруг полыхнуло и словно бы взорвалось. Михаил уже прыгал прочь на одной ноге, продолжая играть и в то же время думая о том, как глупо выйдет, если его достанут на пороге победы.

Не достали, и он подхватил копье, сделал вид, что оперся на него и якобы приготовился стрелять. Следовало играть роль до конца, хотя Михаил знал, что уже все кончено. Система выдала "случайно" Чимдалабану одно из лучших копий - да, они не должны были отличаться, но из-за использования эта разница возникла сама собой - и именно над ним Лошадкин как следует потрудился в ночь перед поединком.

Ничего такого, что смогли бы обнаружить сканеры и датчики, даже сам стрелок, пробой на корпус батареи и ее взрыв случился бы только при мощнейшей нагрузке, такой как сейчас, от пулеметной очереди залпов, и только после повышения мощности зарядов. Рискованно, да, но зато теперь ни одна проверка не обнаружила бы следов диверсии.

Просто так вышло и все тут.

Обугленный труп Чимдалабана шлепнулся прямо к ногам Михаила, эффектный, пусть и действительно случайный жест. Ошеломленная гулкая тишина, нарушаемая лишь биением сердца и крови в висках, и Михаил оскалился победно, зная, что сейчас его жадно рассматривают тысячи живых. Уверенно встал на обе ноги и вскинул копье в руке, крикнув.

— Во славу Земли!

Новая порция тишины была ему ответом. Объявление, что Михаил победил, прозвучало каким-то робким блеянием и затем трибуны вдруг взорвались настоящим штормом. Лошадкину очень хотелось бы верить, что это восторг, но он слышал возмущение и крики.

Слышал, стоял и улыбался, как и подобает победителю.

— За самого удачливого из вольных наемников, Михаила! - провозгласил Нессайя, вскидывая руку с кружкой в ней.

Правда, в его ручище, она смотрелась скорее наперстком.

— Слава! - грянуло в ответ.

— За того, кто принес нам столько добычи и еще принесет! - снова провозгласил Нессайя.

Капитан пил наравне со всеми, но выпивка будто исчезала бесследно в его желудке. У самого Михаила уже кружилась голова, похоже, он разучился пить за время в будущем. Или просто ему наливали слишком крепкие напитки? Плевать! Он выжил и спас Дионару!

— За нового чемпиона! - донесся чей-то чужой голос.

Михаил повернул голову и слегка протрезвел, так как там висели в воздухе с десяток стрекоз. Все с оружием, клановыми знаками, тела их были упакованы в прозрачную броню.

— Ты бился храбро и честно, землянин Лошадкин! - провозгласил один из стрекоз, вылетая вперед.

Михаил едва не сблеванул, вспомнив, как "честно" он бился. Обманул систему, взломал, получая синяки и шишки, и затем пробрался в ночи, поработал инструментами, все, чтобы скрыть диверсию. Судя по словам стрекозла, Михаилу удалось всех обмануть и сейчас это вызывало лишь позывы к рвоте.

Неужели он скатился еще на шаг ниже в этой канаве из пиратского дерьма?

— Держи и владей по праву!

Михаилу вручили значок "друга клана", копье и антигравитационный пояс. Стрекозы улетели, раздались радостные крики, приветствия, поздравления, снова полилась выпивка. Михаил уже практически решился, нацепил пояс, чтобы улететь с этого сборища, но в этот миг что-то теплое, нежное и сильное прижалось к нему, обвило руку.

— Ты спас меня, мой чемпион, - прошептала ему в ухо Дионара.

Михаил повернулся и утонул в ее широко раскрытых глазах, смотревших на него с такой преданностью и нежностью, что мысли о побеге оставили его. Утонули в этих прекраснейших глазах.

Глава 33

Проснулся Михаил от того, что его кто-то толкнул в бок. Он открыл глаза и увидел над собой потолок. Не жилища на станции Чимча, а потолок каюты "Стрелы". Вроде бы и такой же белый, но все же отличающийся. Также Михаил вдруг понял, что корабль куда-то летит. Все эти вибрации и дрожь в гипере в обычном режиме не ощущались, не должны были ощущаться, но он провел с пиратами уже достаточно времени, чтобы теперь почувствовать движение корабля.

Затем его снова толкнули в бок, словно пытались спихнуть с кровати.

— М-м-м, - раздалось там сонное.

Лошадкин медленно повернул голову, уже зная, кого там увидит. Обрывки воспоминаний прошлой ночи начали возвращаться в его похмельную голову, дополняя изысканно-гадостное послевкусие во рту. Дионара смотрела на него, и Михаил передумать улетать, и потом они пили на брудершафт, и все вокруг подхватили, и пили также, и радостно целовались. Губы Дионары были мягкими, теплыми, и возбуждение накрыло пьяного Михаила с головой, отключая остатки разума.

Они еще пили и целовались, и затем окончательно потеряли тормоза и границы, но в то же время поняли, что им здесь не дадут уединиться. Вернулись они сразу на корабль, так как Нессайя говорил, что они уже получили новый найм и все благодаря Михаилу, лучший найм, не какая-то там перевозка земли! Все орали восторженно, поздравляли Михаила, отрывая его от Дионары и тем самым только сильнее разжигая страсть.

— Все земляне такие ненасытные? - прозвучал голос Дионары, которая еще раз пихнула его в бок.

Михаил только улыбнулся слабо, стараясь не краснеть от стыда. Выпивка сняла все тормоза, не потребовались специальные таблетки, и они ласкали друг друга, любили, и он все никак не мог добраться до оргазма, так как алкоголь, хоть и разжег страсть, но он же притупил реакции. Все это продолжалось, каким-то невероятным пьяным марафоном, и Дионара стонала и билась в его объятиях, и сам Михаил не думал, лишь любил ее и наслаждался тем, что ей было хорошо.

— Ты...

Дионара потянулась к нему и губы их снова слились в поцелуе, и Михаил вдруг ощутил всю тяжесть утреннего пробуждения после бурной пьянки вчера. Не просто разучился пить, но еще и потерял контроль над собой! Как терял его сейчас, с каждым мгновением поцелуя, растворяясь в Дионаре, ощущая сильнейшее желание перекатиться и навалиться на нее, овладеть.

Он оторвался от дитранки и поднялся.

— Сейчас ты скажешь, что во всем виновата выпивка и стимуляторы? - насмешливо спросила дитранка.

Она приподнялась и полулежала теперь, опираясь на локоть, обнажённая, величественная и возбуждающая.

— Стимуляторы? - тупо переспросил Лошадкин, ощущая, как его накрывает возбуждением.

Не дожидаясь ответа, он сбежал, трусливо и позорно, бросив по дороге взгляд на Хлою. Та лежала в углу, свернувшись клубком, как тогда, во время их первой встречи. Депрессия вернулась? Утешить ее? Позвать в постель? Лошадкин ощущал, что поступил неверно, но в то же время мысленно пытался оправдаться, мол, он все равно не собирался спать с Хлоей, после всего, что та пережила.

Михаил сбежал дальше, занялся утренними делами и затем в душ проскользнула Дионара, смотревшая на него широко раскрытыми блестящими глазами. Слова были бы только лишними, и Михаил шагнул к ней, сжимая в объятиях, и затем они любили друг друга, пока не достигли финала. Разъяли объятия, начали мыть друг друга и тереть спинки, и все это привело к новой вспышке страсти, окончательно стершей сомнения и различия.

Исчезла разница рас, организмов, гормонов, чего угодно. Осталась только женщина, изящная, стройная и крепкая, возбуждающая Михаила так, что он снова ощутил себя молодым студентом, нет, старшеклассником даже, и он тут же продемонстрировал Дионаре силу своей любви. Та отвечала на его движения, и сама сжимала Михаила так, будто полюбила в первый раз.

Затем они помылись еще раз и едва не начали все по новой, но все же сдержались.

— Нессайя возмутится, что мы потратили столько кредов, - тихо хихикнул Лошадкин, целуя Дионару в глаза.

Эта мысль грела его и радовала.

— Ничего, пусть возмущается, - прошептала Дионара, - теперь у нас их много.

— А, точно! - воскликнул Михаил, припомнив вчерашние события. - Ты же поставила на меня!

— Подозреваю, поэтому мы и улетели так быстро, - улыбнулась Дионара, глядя на него снизу вверх.

Креды! Пусть большую часть забрал этот жирный бурдюк, Нессайя, плевать! Михаил победил, добился, одолел и получил свой приз. Дионара прижималась к нему своим обнаженным телом и.. губы их слились, а Михаил ощутил нарастающее возбуждение.

— Ты говорила о стимуляторах? - спросил он, с трудом отрываясь от Дионары.

— Это было глупо, - простонала та, пытаясь дотянуться до него губами. - Никто меня не опаивал, кроме тебя. Ты свел меня с ума, ты!

—А ты меня!

Михаил все же нашел в себе силы и отстранился от нее, выключил воду и заботливо вытер Дионару, любуясь ее белоснежно-загорелым телом. Глупо было вести себя, как влюбленный школьник, но именно им он себя и ощущал сейчас. Организм требовал срочно оплодотворить Дионару еще раз, заняться сексом, пока есть возможность и все это кружило голову, которая и без того соображала не очень.

Дионару, судя по ее виду, терзали схожие проблемы.

— Куда мы летим? - спросил Михаил.

Дионара лишь пожала плечами, затем добавила.

— Я вчера слушала лишь тебя.

Это было приятно, щекотало и возбуждало изнутри, и Михаил попросил организм успокоиться. Манопа сообщала, что никто ему (кроме самого Лошадкина) ничего не подливал, не опаивал, не стимулировал, не травил. Нет, исключительно собственная страсть и радость от победы, немного алкоголя, снявшие тормоза и приведшие к такому счастливому финалу.

— Тогда пойдем - узнаем, иначе мы отсюда никогда не выйдем.

— Нет, ну почему же, - вдруг задумалась дитранка, - через пару таких помывок я бы, наверное, сдалась, разве что ты нашел бы способ накормить меня, мой чемпион.

Она захлопнула руками лицо, стала серой, словно собиралась потерять сознание. До Михаила не сразу дошло, что это аналог покраснения, и в то же время все внутри пылало и горело. Сейчас он был готов свернуть горы, осушить моря, прорваться и добиться!

Оставалось только найти в себе силы покинуть душ.

— Что я несу, - простонала Дионара. - Словно юница!

— Если тебе станет легче, то я ощущаю себя также, - сказал ей Михаил.

Все же ступил наружу, с радостью обнаружив там Хлою. Радостью не от того, что она поджидала его, а что просто встала и начала что-то делать.

— Ты знаешь, куда мы летим? - спросил он агемку, решив не заострять внимания на случившемся.

Потом, может быть, после осторожных расспросов.

— Нет, гос... Михаил, - ответила Хлоя.

Он причинил ей боль, вдруг преисполнился похмельной прозорливости Лошадкин. Не физическую, но душевную, и это было хорошо, с одной стороны, ведь Хлоя ревновала. Но с другой, опять боль, пусть и в иной форме, и возможные вспышки ярости, которые привели бы к гибели Дионары. Вовлекать ее в отношения? Исключено, залепил самому себе мысленную пощечину Лошадкин.

Следовало решать эту проблему и в то же время он знал, что все равно поступил бы также, ответил на страсть Дионары, даже зная о боли Хлои. В конце концов... Михаил оборвал сам себя. Решать проблемы по мере их поступления, и он решил проблему поединка, затем "решил проблему" Дионары, теперь следовало идти дальше. Креды завелись, долги уменьшились, в команду Михаил влился, самое время было уносить ноги, подкинув пиратам пару "сюрпризов" напоследок.

— А вот и он, наш чемпион! - радостно взревел Нессайя. - Сказал "никаких развлечений до боя" и сдержал свое слово! Зато потом как зажег! Спалил половину комплекса!

— Не было такого, - машинально огрызнулся Михаил.

— Но могло быть, такие пламенные взгляды, - оскалился Нессайя и вскинул руку. - Ладно, ладно, заслужил, признаю, чемпион!

Намек, что Дионара и остальные - его заложники? Михаил сейчас пел от счастья внутри, но в то же время, сдерживаться стало вдвое труднее. Будь он уверен в своих силах, что смог бы перебить команду и затем пилотировать "Стрелу" в гипере, то, наверное, уже начал бы стрелять.

— Мы куда-то летим, - констатировал Михаил, садясь напротив и заказывая себе сока.

— А еще недавно был совсем пустотным новичком, - с притворным сочувствием, полным яда, добавил Хваск.

Разве что фальшивую слезу смахивать не стал.

— Информация! Вот что дороже всего на свете! - наставительно заявил Нессайя, вскидывая палец.

— Неправда! - пролаяла Драммаха, находившаяся неподалеку.

Она отвлеклась от стола, над которым крутилась трехмерная карта. Лошадкин даже решил, что тут планируется какая-то стратегическая операция, но манопа тут же шепнула, что это просто игра. Стратегическая, но игра, что-то вроде "Завоевания", но на современный лад. Выныривающие из ниоткуда ысынгуны, гипершторма, восстания в тылу, диверсии, атаки, постройка кораблей, но в конечном итоге следовало просто побить и захватить всех.

Игра называлась "Путь Силы" и манопа тут же любезно подсказала, что есть еще "Путь разума", для любителей неспешной дипломатии, переговоров, развития науки и доминирования мозгом во всех смыслах. Чего только не придумают, восхищенно подумал Лошадкин, прикидывая, пользовалась бы такая игра популярностью на Земле?

— Эй, не убегай от поражения! - окликнули Драммаху.

— Дороже всего, если есть с кем делиться этой информацией! - заявила волчица, прядая ушами.

— Женщины, - покачал головой Нессайя и колыхнул пузом.

— Что такое?! - вспыхнула Драммаха. - Кто-то сомневается в моей силе?!

Нессайя лишь махнул ручищей, мол, иди играй и тут же указал Михаилу на место напротив себя, приглашая сесть. Помимо играющих в "Путь Силы" и Нессайи со старпомом Хваском, в кают-компании находились еще два полупьяных наемника, нацепивших шлемы. То ли виртуально любили друг друга, то ли смотрели фильм с полным погружением, то ли еще что.

Именно так следовало бы протекать первому сексу с Дионарой, при условии, что у них какое-то время развивался бы роман, с осознанием взаимной приязни. И уже потом, после шлемов и прочего, можно было бы перейти к расширителям сознания, для физиологического контакта.

Но когда это у Михаила было все, как у всех? Разве что в школе и детском саду.

— Информация, - повторил Нессайя, когда Драммаха все же убралась, - и благодаря твоей победе, мы ее получили.

— Как и кучу денег, - подколол Михаил.

— Получим столько, что эта куча покажется жалкими огрызками, - отмахнулся жирный капитан.

В такт движению его руки пузо снова заколыхалось и Михаила затошнило, как от морской болезни. Поэтому он откинулся и решил подождать, пока Нессайя сам расскажет, в какую очередную задницу он решил втравить Лошадкина.

— То есть мои долги уже списаны? - поинтересовался он.

— Будут! - уверенно отозвался Нессайя. - После этого дела, если добьемся успеха, считай, что долгов и нет!

А потом он попросит миллиарды за перелет обратно, иронично подумал Лошадкин. Моргнул.

— И все, за кого я поручился, могут быть свободны?

— Тут не так все просто, - уклончиво протянул Нессайя. - Ты же не забыл, что испортил "Стрелу"?

— То есть горы кредов не помогут купить новый корабль? Или слова про жалкие огрызки были враньем?

— Нет! Это самый выгодный найм из тех, что были у Чимча! Но он же и самый дорогой, и они сами рассчитывали им заняться. И еще он же самый опасный!

— Как бой с чемпионом?

Нессайя как-то странно юлил и Лошадкин вдруг понял, в чем тут дело. Жирному капитану понравилось обогащаться за счет Михаила. Нравилось проворачивать такие дела, за которые он раньше даже не подумал бы браться. Поэтому он тащил и тянул Лошадкина в наемники и одновременно с этим спешил эксплуатировать. Опасно было давить на вопрос освобождения, так как тогда Нессайя лишился бы возможности давления на Михаила через близких к нему живых. Соответственно, все могло вернуться на начальный уровень, с ошейником и бластером, приставленным к затылку.

— Вы же там тоже не верили в мою победу? - добавил Лошадкин. - А затем все же предоставили информацию, помогли и вот мы уже летим добывать горы кредов... куда?

— Да, помогли, хорошо, что ты ценишь и понимаешь мою доброту! - обрадовался Нессайя. — Это так приятно, и поверь, перед нами откроются такие возможности, что эти Чимча сами еще приползут к нам покупать информацию и наше расположение!

— Если там все такое выгодное, то, чего клан сам не взял этот найм в разработку?

— Как я уже сказал, там все не просто, но мы справимся! - самодовольно ухмыльнулся Нессайя.

С одной стороны то, что капитан тянул время - бесило, с другой, помогало прикрыть промах самого Лошадкина. Расслабился! Напился! Влюбился! И заговорил о свободе, не подкрепив ее силой, не предусмотрев запасных планов. Сейчас Нессайе было выгодно дружить с Лошадкиным и делать вид, что тот наемник, и самому Михаилу было выгодно делать вид, что он стремится в "вольные наемники" все душой.

Свобода была близка, но следовало набраться терпения, чтобы не погубить все в последний момент.

— То есть я справлюсь?

— Не уверен, что даже такой чемпион как ты, справится в одиночку с техникой Ушедших!

Глава 34

— Ушедших? - изумленно переспросил Михаил.

Во-первых, требовалось продолжать отвлекать Нессайю от собственной ошибки, а во-вторых, он действительно удивился. Не сказать, что Михаил много о них слышал, и по большей части они считались предметом мифов и фольклора из разряда "раньше все было зеленее, трава сочнее, а девки красивее". Мол, жили-были когда-то могучие цивилизации, но потом сгинули невесть от чего, но все равно оставили такую продвинутую технику, что даже сейчас она ого-го и эге-гей, якобы превосходила все созданное нынешними Сильными.

В общем, "раньше было лучше, предки горами трясли, потомки соломинку всемером не поднимут" на космический лад, так это воспринимал Лошадкин. Но чтобы Нессайя верил в такое? Говорил о кредах и опасности?

— Ушедших, - самодовольно подтвердил Нессайя. - Не зря, не зря я потребовал закрытой информации! Такое не узнаешь в галанете, так как не у всех есть контакты с сектой Ушедших!

От упоминания секты Лошадкин невольно дернул щекой. Впрочем, как выяснилось, не он один отреагировал на упоминания. Пираты, игравшие в "Путь Силы" отвлеклись и подступили ближе, а Лошадкин задумался над тем, насколько в среде наемников распространено сокрытие информации о цели найма. Вот Нессайя махнул вчера информацию у Чимча, прихватил денег и тут же удрал, пока его не прижали под благовидным предлогом. Кодекс чести, доходы от представления, все понятно, но все же проигравшие зрители были недовольны, а Михаил, как ни крути, победил не совсем честно. Мягко, очень мягко говоря.

Удрал, уверяя, что перехватил супервыгодный найм. Но судя по реакции пиратов, те не слишком поверили.

— Капитан! - пролаяла Драммаха за всех. - Они же психи!

— Да, - согласился Нессайя, - именно поэтому им удается то, что удается. Ни один здравомыслящий живой, вроде нас с вами, таким бы не занялся. Охранять корабли? Конечно! Соваться в войны? Запросто! Возить землю из системы в систему? Легко! Но искать технику и следы Ушедших по дальним жопам галактики? Не, таким дерьмом бачкуков мы не занимаемся!

— А как же кладбище Аргунатов? - не удержался Михаил.

— Нет, все-таки новичок, - констатировал Хваск.

— Координаты его известны, просто оно никому не интересно, иначе бы давно уже разобрали на молекулы.

— Но оно ведь тоже древнее, в чем разница?

— В том, что техника Ушедших работает и сейчас, - ответил Нессайя.

Михаил бросил взгляды по сторонам, пираты кивали, на лицах их проступало какое-то мечтательное выражение. Наверное, представляли, как они получают эту самую технику Ушедших, типа того гигантского корабля с кладбища, и с их помощью что-творят. Пиратствуют, обзывая все это "вольным наймом” для того, чтобы прикрыть действительность.

— Как?

— Вот это главная загадка, которую никто еще не понял. Говорят, что она питается энергией самой Вселенной, и поэтому ей не нужен энергоний.

По сути, одно и то же, подумал Лошадкин, но не стал прерывать Нессайю, говорившего непривычно мечтательным тоном.

— За ее же счет она саморемонтируется и поэтому всегда пригодна к использованию. Говорят, что если раскрыть ее секреты, то будет новый прорыв в энергии и поэтому любые вещи Ушедших всегда в цене. Огромной цене.

— Почему тогда ее считают мифом и выдумками?

— Потому что обыватели ее и не видят.

— Нет, капитан! - пролаяла Драммаха яростно. - Потому что ищут ее психи!

— И находят, в отличие от.

— А потом она убивает нашедших!

— И они становятся Ушедшими, - вырвалось у Лошадкина невольно.

Черный юмор оценили, посмеялись от души, но затем Нессайя снова стал серьезным.

— Она работает, продолжает следовать своим директивам и убивает нашедших, так как те не могут предоставить подтверждения своих прав, да? - спросил Лошадкин.

— Я же говорил, что Михаил - умен! - восхищенно стукнул ладонями по животу Нессайя. - Сразу раскусил!

Неужели Сильные до сих пор не раскололи такого секрета? Неужели и правда раньше было лучше?

— С ним у нас есть шансы!

— Все равно — это Ушедшие! Мы никогда с ними не связывались!

— А еще никогда не залетали так глубоко в пограничье Трасков! Не раздевали Чимча до крыльев! Не летали с землянином! - возразил Нессайя.

— Мы имели право знать о контракте!

— Да! - радостно сообщил Нессайя. - Я сообщил вам о нем, едва заключил! Вы радостно закричали и выпили еще, а потом мы пошли на корабль и взлетели!

Ну жирный хитрован, подумал Михаил. Все упились, как свиньи, а Дронго как две, и конечно никто ничего не понял, или не спрашивал деталей, радостно одобрили. Ведь добыли кредов и тут капитан говорит, что можно добыть еще больше кредов, ура капитану Нессайе, все на корабль! Быстрей! За добычей!

Лошадкин подумал, что стал лучше понимать Нессайю, жирного, наглого и хитрого, беспринципного, но в то же время сумевшего набрать себе костяк тех, кто ему верен, пока идет добыча. Или просто верен? В то же время, прежний план поссорить капитана с экипажем вдруг вызвал у Михаила брезгливость, если не тошноту. К чему эти игрища внутри ямы с дерьмом?!

Особенно теперь, когда он обрел единение с Дионарой.

— А теперь шутки в сторону, - вдруг стал серьезным Нессайя. – Все согласны, что в системе Дургара мы прыгнули выше головы? Что клан Чимча – это сила? Вижу, все согласны, так что подумайте, где нам лучше сейчас находиться. В системе с Чимча? Под боком у Сильных, пусть даже Трасков? Или скрыться с их глаз, чтобы о нас забыли? Пусть попробуют выбить информацию у секты Ушедших! А потом вынырнем в другом месте и еще что-нибудь провернем. Старший помощник Хваск Эндред!

— Здесь, ваше капитанство!

— Довести до сведения команды эту информацию! Как и то, что уже скоро мы прибудем на место, пусть готовятся!

— Готовятся к чему, капитан? – уже почтительно спросила Драммаха.

Все же она явно была старой знакомой капитана, как и Дронго.

— Зачем секте Ушедших могло потребоваться наемное мясо? – безмятежно спросил Нессайя.

Пираты помрачнели, но новый мятеж никто устраивать не стал.

— Разумеется, никто не мешает нам взять справедливую долю добычи, - с жирной, самодовольной улыбкой добавил Нессайя, окончательно успокоив пиратов.

На этом все разошлись, игра «Путь Силы» оказалась оставлена и сохранена, даже два наемника сняли шлемы и удалились. Остались только Лошадкин и Нессайя.

— Секта Ушедших? – переспросил Михаил.

— Так проще, - отмахнулся Нессайя. – Да, они поклоняются Ушедшим, ищут их технику, надеются то ли воззвать к ним, то ли улететь к своим богам, это неважно.

— Почему?

— Потому что Ушедшие названы не просто так. Есть их техника, памятники, свидетельства вмешательства в жизнь галактики. Были инциденты, когда те же Лалиноли высокомерно решили, что взломают их секреты и лишились двух центральных систем.

— Двух?

— Порталы гиперсвязи туда были открыты, чего им бояться, они же сильные! – хохотнул Нессайя.

Михаил озадаченно потер лоб.

— Своруй секреты секты, если сможешь, - уже серьезно сказал капитан. – Они, конечно, полные психи и отморозки, но кое-что нащупали. За эти тайны Сильные дадут нам столько, что мы утонем в кредах.

— Я уж думал, вы попросите взломать технику Ушедших.

— Попрошу, - не стал возражать Нессайя. – Но сможешь ли ты? Сомневаюсь. Вы, земляне, конечно, наглые и сильные, но не настолько. Не надо пучить глаза, не такая уж вы редкость, как ты себе вообразил. Когда часть ваших откололась и сбежала, им пришлось как-то выживать и браться за всякие работы.

Точно, вдруг вспомнил Михаил. На Земле не любили говорить о них, но и не скрывали раскола и отделения.

— Так что обогатимся мы не на технике Ушедших, можешь выдохнуть. Обворуем секту, никто по ним не всплакнет, ни один суд не примет их жалобу! Постреляем, сделаем вид, что попробовали продвинуться и не смогли, и улетим, но уже в другую сторону.

— Если Сильным так важны эти секреты, почему они не своровали их сами?

— Потому что сектанты не примут абы кого. А ты у нас все еще темная земная лошадка!

Что-то Нессайя опять хитрил и не договаривал, и это раздражало. Даже назови это фирменным стилем, все равно раздражало.

— Но это и хорошо, нужно грести креды, пока никто не понял. Согласен?

— Согласен, - кивнул Михаил.

— Все, готовься к высадке, - разрешил Нессайя. – Команду свою тоже готовь.

— А если они будут не готовы? – спросил Михаил.

Не затем, чтобы подколоть Нессайю или проверить границы допустимого для «темного земного специалиста». Просто вдруг подумал, что сейчас вернется в каюту, а там Дионара… и Хлоя. Организм будто сорвался с цепи и требовал чего-то, чего сам еще не понимал.

— Тогда они подведут тебя во время разведывательной вылазки и погибнут, - равнодушно бросил Нессайя.

— Сразу в бой?

— Сразу на разведку, - поправил его жирный капитан. – Под все смешки, сектанты действительно опасны и отморожены. Идеальным вариантом было бы, сумей ты пошарить их в базах, а потом разбудил бы технику Ушедших напоследок.

Чтобы снесло всю систему, чуть захолодел Михаил. Вот так хладнокровно убивать, даже ради спасения себя и остальных? Нессайя, похоже, продолжал умело замазывать его в пиратские дела, вязать кровью и преступлениями, пусть даже без угроз обратиться в суд. Одного намека Дитрану, кто взломал их лабораторию… правда, теперь у Михаила имелась Дионара!

— У нас их считают мифом и легендой, - честно ответил он. – С Аргунатами еще что-то нашлось в базах, но Ушедшие? Увы.

— Значит, придется тебе крутиться на месте, но ничего, время нас не жмет, главное – демонстрировать активность. Наоборот, настоящие трудности, даже хорошо, посидим у них чуть дольше, больше шансов украсть их секреты, да?

— Да, - согласился Лошадкин, хотя и сомневался в этом.

Но еще это был шанс украсть секреты Ушедших для Земли!

Михаил вернулся к себе, обнаружив, что там уже собрались вся его «команда». Обошлось без смертоубийства, Хлоя не насадила Дионару на рога, но все же.

— Итак, мы летим куда-то в необитаемую глушь, где сектанты Ушедших нашли их технику, - без обиняков сообщил Михаил. – На нас разведка и попытка подчинить их технику, так что сами понимаете.

— Он ощутил опасность, исходящую от тебя, Михаил! – вдруг воскликнула Дионара. – Поэтому решил погубить тебя, раз с чемпионом Чимча не вышло!

— Желай Нессайя меня убить, то просто застрелил бы, - возразил Лошадкин.

Но все же, здравый смысл в словах Дионары был. Почему бы и не рискнуть, если рисковать не собой, а землянином? Злость полыхнула в Михаиле, и он решил, что извернется, но попробует как-то пробудить технику Ушедших, чтобы та сгубила пиратов.

Зачем ждать возвращения в пограничье? Можно было сгубить всех сейчас, чужими руками, как действовал сам Нессайя, и затем удрать на «Стреле»! Соблазнить Дрею или убить ее, неважно, но удрать! Самому поднять корабль и просто улететь, а затем разбираться.

— В любом случае, я не собираюсь рисковать вашими жизнями и не собираюсь прикрываться вами.

— Я пойду с тобой, - равнодушно бросил Трорг.

— И я! – вспыхнула Хлоя и тут же склонила голову. – Михаил.

— Хорошо, - не стал спорить Лошадкин. – Но судя по описанию, если там дойдет до драки, мы все разом умрем.

Увидел лица Хлои и Трорга, и мысленно шлепнул себя по голове. Конечно! Они собирались прикрывать его своими телами, а не сражаться! Не хватало еще, чтобы Дионара пошла на такое же, и он покосился на дитранку.

— Дионара и Маргуд, разведайте пока местность, посмотрите, что за живые – эти сектанты, и как у них тут все устроено. Потом встретимся и обменяемся информацией.

— Встретимся, - отозвалась певуче Дионара. – Ты обещал.

Глаза ее блестели, так и хотелось снова схватить в объятия. Прижать к себе, защитить, никогда не отпускать, но Михаил не двинулся с места.

— Так, двойной комплект батарей, щиты, сканеры, и информация, хотя бы куда продвинулись эти сектанты, прежде чем застрять. Вперед, за работу!

Планета приближалась, и Михаил смотрел на нее жадно, словно это могло помочь в миссии. Они находились… где-то. Рисунок звезд помочь не мог, без подключения к манопе еще пары вычислительных центров, для сравнения рисунка и возможных ракурсов, и прочего. Проще было узнать галактический код.

Три материка, «Стрела» направлялась к тому, что справа, куда-то ближе к центру. Степи, горы, леса, или просто картинки в их цветах, достраиваемые воображением Михаила. «Стрела» сбросила скорость, Михаил обратил внимание, что на экране появились данные о самой планете. Сила тяжести чуть ниже земной, неплохо, состав атмосферы – не идеальный, но и без опасности умереть в первую же минуту.

— Опять придется таскать дыхало, - проворчал кто-то.

— Тем больше поводов закончить миссию как можно быстрее и улететь оттуда, - отозвался Хваск.

Планета надвигалась, изображение приближалось, и Михаил увидел, что они летят куда-то к горам в центре материка. В чем-то разумно, подумал он невольно, горы скрыли технику, не дали ей испортиться… хотя нет, она же саморемонтировалась? Наверное, то, что осталось от Ушедших и валялось открыто, давно уже разобрали.

Затем он увидел «лагерь» сектантов, небольшой коттеджный городок, и изумленно моргнул. Перевел взгляд на то, что осаждали сектанты и заморгал так, словно пытался вызвать бурю. Пирамида! Натуральная пирамида, как будто выехали в помесь Египта с США! Нет, парк аттракционов, где смешали несколько культур.

— Что это? – спросил он невольно.

— Храм, храм Ушедших, - последовал ответ голосом Дионары. – Молельное место, где они уединялись для раздумий. И очень не любили, когда им мешали.

— Смертельно не любили! - хохотнул жирным голосом Нессайя.

Глава 35

«Стрела» опустилась на окраине поселка сектантов и Михаил, выходя из корабля, подумал, что это, наверное, космический аналог вахтового поселения. Только вместо контейнеров – бытовок, сборные дома, внутри все удобства, на природу вокруг срать, приспособления на энергонии решали любые неудобства. Молекулярные синтезаторы по пищевым чипам избавляли от необходимости охотиться, добывать, исследовать, думая, ядовитое тут все или нет.

Да, затратно, но энергоний решал все эти проблемы.

— Вы подали условный сигнал, но вы не Чимча, - прямо заявил… заявила?

Женский голос, мужская внешность, вроде бы. Манопа подсказывала, что перед ним представитель неорганической формы жизни, причем напичканный чем-то вроде электрических проводов. За этим сектантом стояли еще несколько живых, и подходили другие. Дюжина, две, все разные и разнообразные, вооруженные до зубов и одинаково носящие на головах обручи с каким-то странным знаком: словно стрелой, проскакивающей в два круга.

— Мы взяли их контракт! – провозгласил Нессайя. – Наш чемпион (рука его указала на Михаила) побил их чемпиона, и мы взяли контракт по праву силы!

— Хорошо, нам нужны сильные, - согласился этот… эта… силикоида?

«Что, и все?» мысленно изумился Михаил, когда после этого обмена репликами их повели вглубь поселка. Впору было и правда счесть их безумцами, но ему опять в голову лезли воспоминания о секте «Доброго мира». Много живых, объединенных общей задачей, чего они добились за эти годы? Если техника этих Ушедших была так могуча, то сектанты, познавшие ее секреты, могли ли они стать Сильными?

Стать угрозой Земле, например?

— Жилье себе разбейте вон там, - указал силикоид за поселок.

Правее пирамиды, по сути, если смотреть от корабля. Или севернее.

— Мы собирались сэкономить…

— Никакой экономии перед лицом богов!! – заскрежетал силикоид, впервые демонстрируя эмоции. – Вы сели правильно, наше поселение замаскирует эманации вашего корабля, а поселок разбейте там, где я указал!

— Как скажете…, - отозвался Нессайя.

— Бргдрмзхцпргрмбрдрмцгрздкнмндц, - легко проскрежетал силикоид. – Можете звать меня Бырг.

— Как скажете, Бырг. Пока будет проходить разведка, мы как раз успеем обустроиться.

Михаил сомневался, что все пройдет так легко и быстро, но в то же время понимал, что Нессайя сейчас просто втирается в доверие.

— Что известно на этот момент? – спросил он.

Спрашивать, чего хотят добиться сектанты, не стал, знал, что его неправильно поймут. Начнутся вопли и крики о возвращении Ушедших и в них будет много эмоций, но мало смысла.

— Схемы коридоров, куда вы продвинулись, куда хотите добраться, с чем сталкивались ранее, любая крупица информации будет бесценна.

— Ты прав, чужак! Я вижу в тебе потенциал! Ты разделяешь наши идеалы и понимаешь, что каждая крупица информации об Ушедших – бесценна! – взревел Бырг.

Помимо него, их совершенно ненавязчиво сопровождал десяток сектантов, с оружием наготове. Вполне достаточно, чтобы перестрелять группу Лошадкина и Нессайю с Драммахой, остальным пришлось вернуться на «Стрелу», чтобы начать переселение туда, куда указал Бырг.

— Идем же скорее!

— Да я и так не медлю, - отозвался Лошадкин.

— Это правильно!

Они прошли в центральное здание поселка, единственное высотой в два этажа. Бырг, без каких-либо дополнительных проверок, провел их пятерых в центральный зал с огромной стеклянной (или еще какой, прозрачной, в общем) стеной, обращенной в сторону пирамиды.

Трехмерная голограмма пирамиды – храма вспыхнула, занимая почти весь зал. Несколько рядовых сектантов что-то начали бормотать, совершая жесты, затем отступили почтительно. Лошадкин задействовал манопу на полную мощность, делая вид, что изучает храм, но на самом деле попутно пробуя местные базы данных на прочность.

— Храм богов, как и многие другие, расположен в точке круглых локальных координат, - забормотал Бырг, проходя в центр, - и ориентирован строго по сторонам света.

Голограмма чуть приподнялась и Лошадкин вдруг понял, что это не пирамида. Точнее говоря, пирамида была лишь верхней частью, а целиком строение представляло собой две таких пирамиды, словно склеенных друг с другом.

— Форма его – идеальна и безупречна, как и всегда, и нам удалось войти в храм, совершив стандартный обряд поклонения!

Зажглась точка у одного из входом, а Михаил задумался, есть ли такие же входы в подземной части? Ушедшие, похоже, любили симметрию, впрочем, и так можно было догадаться, что они любили порядок и прочность, раз их техника до сих пор работала.

— Затем мы обнаружили типовые залы, прошли их особыми обрядами и застряли мы вот здесь.

Зажглась еще точка, указывая проделанный путь и Михаил посмотрел скептически. Типовые обряды, типовые храмы и все равно сектанты не проделали и трети пути? Столько лет и они не знали, как добраться дальше? Конечно, какие-нибудь новички в данных вопросах даже внутрь храма не вошли бы, но все равно! Сколько сектантов… и глупых, жадных наемников, да, они перевели на отработку этих обрядов?

— Попытки подняться выше – закончились вот здесь, - протянулась еще ниточка. – Спуститься ниже – вот здесь.

Еще ниточка, но она тоже не впечатляла. Если представить пирамиды небоскребами, то сектанты топтались в вестибюле и на первых этажах.

— А вы хотели бы попасть – куда? – поинтересовался Михаил.

— СЮДА! В центр храма!

Палец Бырга воткнулся в жирный красный шар, вспыхнувший на стыке и в центре оснований двух пирамид.

— Мы верим, что там находится молитвенный центр, через который можно связаться с Ушедшими! Послать им весточку по божественной связи! Именно поэтому наши попытки связаться с ними терпели неудачу, мы обращались к ним неправильно или не так!

— Понятно, - задумчиво отозвался Лошадкин, разглядывая голограмму храма.

Четыре условных этажа, хотя можно ли было называть пирамидку под самым верхом этажом? Неважно.

— Пытались ли вы пробиться сверху? – спросил Лошадкин, подходя ближе.

Теперь он тоже находился в голограмме и вдруг ощутил знакомый запах. Не то, чтобы слишком приятный, но точно знакомый, горелая изоляция, словно голограмма перегревала воздух вокруг. Затем он понял, что запах идет от Бырга и слегка удивился – с чего бы? Волнение? Или провода внутри закоротило?

— Внешняя поверхность строений Ушедших обычно неуязвима, - ответил Бырг.

— Как вы это проверяли?

— Мы? Никогда! Но находились еретики, посягавшие на строения и технику богов, и они погибали сразу же! Поделом им! Не умри они сразу, мы бы сами покарали их!

Понятно, подумал Михаил, защитные механизмы. То есть снаружи пирамида может и не была неуязвима, но только начни бурить и бац! Привет с того света. Судя по тому, что технари – Лалиноли потеряли пару центральных систем, не одну, а пару, ответ был мощным.

— Понятно, а как-то проникнуть? Воздуховоды там, шахты, люки? – спросил Михаил, ощущая, как глупо звучат его слова.

С таким уровнем техники необходимость во внешних отверстиях и шахтах точно отпадала. Разве что внизу? Но нет, просить сектантов что-то сверлить и бурить было бесполезно и опасно даже.

— Их поверхность идеальна, - с придыханием отозвался Бырг. – Но мне непонятна цель этих расспросов!

— Поверхность и само строение идеальны, - согласился Лошадкин, - уж я немало построил и разбираюсь.

Бырг посмотрел, словно размышляя, не изрекает ли Михаил хулу на богов-Ушедших.

— Совершенство линий и симметрия! Тут прямо напрашивается вертикальная ось, - он прочертил ее пальцем сверху донизу, от вершины к вершине. – Она могла бы заодно выступать лифтом и шахтой прямого доступа к сердцу, геометрической середине этого храма.

— Интересная мысль, доказывающая, что вам и правда близки наши идеалы. Вы не думали открыть свое сердце и разум для правды об Ушедших?

— Думал, - соврал Михаил, - поэтому и напросился в этот полет. С мыслью об Ушедших я крушил чемпиона клана Чимча, зная, что это единственный способ добраться сюда!

Не сказать, что у него горели уши, но взгляды остальных Михаил ощущал очень остро.

— Хотел бы прочувствовать их мощь и гармонию на себе! Соприкоснуться, припасть, узреть!

— Ты выбрал верно! – радостно взревел Бырг. – Только в здании Ушедших возможно такое!

Манопа не пробилась к самым сокровенным секретам, но схемы храма и записи действий сектантов получила. Те не пытались пробиться силой, творили обряды, уговаривали, хитрили, но в то же время почитали здание Ушедших, разве что языками его не вылизывали. Возможно, Михаилу следовало поступать так же, двигаться осторожно и со всем почтением.

Чтобы выжить, конечно, не затем, чтобы ударяться в веру в Ушедших.

— Иди же и узри! Открой свое сердце и возвращайся, прими свет истины!

— Я уже открыл свое сердце, - чуть улыбнулся уголком рта Михаил.

Дионара!

Ради нее и с ее именем на губах он сокрушил Чимдалабана, ну и еще, конечно, потому что Нессайя припер Михаила к стенке. Но как припер? С помощью все той же Дионары!

— Тебя будут сопровождать пятеро наших, - властно заявил Бырг, поводя каменной рукой. – Не стесняйся спрашивать их мудрости!

— Разумеется, - склонил голову Михаил.

— Драммаха, ты с ними, мало ли что, - бросил Нессайя, глядя на Лошадкина.

Тут им следовало бы обменяться сообщениями по закрытой связи, но нет. Капитан даже не подумал что-то сообщать Михаилу, видимо, считал, что сказал достаточно там, на «Стреле». Скачи, лошадка, так сказать, за охапкой ушедшего сена.

— Вы подозреваете нас в чем-то? – вдруг нахмурился Бырг. – Что это за предупреждения?

— Случиться может всякое, - даже не подумал пугаться Нессайя. – Мало открыть сердце, боевой опыт тоже не помешает и его у Драммахи полно. А еще она не равнодушна к Михаилу и приложит все усилия, чтобы вытащить его из передряги. Ведь мало открыть сердце, сколько вас тут, открывших сердца Ушедшим, не сочтите за оскорбление.

— Такая правда не оскорбляет нас!

— Вы открыли сердца, но ответили ли вам Ушедшие? Открылись ли в ответ? А мне дороги наемники команды, поэтому я стараюсь прикрыть им спины и предусмотреть всякое, понятно?

Ошарашив Бырга этой цепочкой, Нессайя удалился небрежной походкой, а Михаил опять подумал, что житейская хитрость у жирного капитана развита. Вот только помогла бы она, реши Бырг, что прилетевшие оскорбили Ушедших? Над этим стоило поразмыслить в спокойной обстановке, столкнуть не капитана с командой, а их вместе с сектантами?

— Бырг, - подал голос один из сектантов.

— Он не оскорблял наших богов, - проскрежетал силикоид, - только нас!

А вас не могут трогать слова кого-то извне, иначе вы уже не секта, дополнил Михаил мысленно. Следовало, конечно, держать ухо востро и в этом вопросе, но… вначале следовало сходить в храм и вернуться. Желательно не одному.

Они вышли и пошли к пирамиде, Михаил ощущал сзади горячее дыхание Драммахи.

— Это обязательно? – небрежно поинтересовался он. – Или ты признала во мне лидера?

— Я еще не решила, - насмешливо отозвалась волчица. – Но, если нужно будет – приказывай!

— Приказываю, - тут же отозвался Михаил, - никакой связи, ни электроникой, ни голосом, и даже жестами не общаться, пока я не сделаю вот так.

Он приложил руку к сердцу.

— Ты нам не указ, наемник! – последовало сердитое со стороны сектантов.

— Но и вы мне тоже, - спокойно возразил Михаил.

Они шли мимо одинаковых домиков, и манопа улавливала, что все они связаны в единую сеть. Секта собиралась обороняться… от кого? Не от Ушедших же! Стало быть, от прилетевших наемников, то есть у них имелся опыт нападения и ударов в спину от живых вроде Нессайи. С учетом поселения в стороне от «Стрелы» и того, что они не видели и не обнаружили кораблей самих сектантов, напрашивался очевидно-параноидальный вывод.

Сектанты сами собирались ударить в спину!

— Господин, я пойду впереди, - вызвалась Хлоя.

— Это моя обязанность, - возразил равнодушно Трорг.

— Никто не будет меня ничем прикрывать, - бросил Михаил. – Если дойдет до стрельбы со стороны храма, никакие тела и щиты нас не спасут. Если же не дойдет, то и защита мне не потребуется.

— Тогда мы прикроем сзади, - склонила голову Хлоя.

— Главное, мне не мешай, - пролаяла Драммаха насмешливо.

Хлоя метнула в нее огненный взгляд, казалось, сейчас ринется, попробует вспороть пузо волчице рогами, опрокинет ее на четыре лапы, возвращая в животное детство. Но затем взгляд агемки потух, и она склонила голову. Прикроют спину, подумал Михаил – от сектантов? Нет, те не ударят сразу… или ударят? Они не ждали Нессайю, неужели хотели схватить и принести в жертву тех, кто прилетел бы от клана Чимча?

Пирамида приближалась, и Михаил рассматривал ее, словно пытаясь разом разгадать все тайны. Гладкая поверхность, будто ее заламинировали и поместили во временной стазис, ровная и не испортившаяся за тысячи и миллионы лет. Разительный контраст с тем же кладбищем Аргунатов и Михаил с иронией в свой адрес подумал, что вольные наемники и пираты оказались больше грабителями мертвецов.

Желательно таких, которые не могли дать сдачи.

Никаких линий укреплений или еще чего-то, вышек рядом, что там еще обычно полагалось храмам? Религиозные знаки? Они тоже отсутствовали. Гладкие грани пирамиды, строго под углом в сорок пять градусов и треугольные двери впереди, словно тоже выполненные в форме пирамиды. Хотя, с учетом формы всей конструкции, им полагалось бы быть в форме ромба?

Или в подземной части храма двери были треугольниками наоборот, основанием вверх, острием вниз? Да и была ли подземная часть воистину подземной? Может этот трехмерный ромб – как там его правильно называли, Михаил сейчас не вспомнил бы – стоял, с опорой на одну точку, а уже потом навалило скал и камней вокруг, подперло, оставив только верхнюю пирамиду? Нет, припомнил он, Бырг говорил, что это «типовой» храм, стало быть, везде находили такое разделение на верх и низ.

— Ладно, - выдохнул он, - давайте посмотрим, что внутри.

Глава 36

Михаил подошел ближе к дверям, стараясь не делать резких движений. Манопа трудилась вовсю, разогревая голову, и улавливала странные сигналы, словно храм… оценивал Михаила?

— Мы пришли с миром и дружбой, - заявил он вслух.

— Это делается не так! – раздалось сзади. – Необходимо совершить священный ритуал танца поклонения Ушедшим!

— Я буду очень признателен, если вы поделитесь мудростью, - отозвался Лошадкин.

Один из сектантов, серый, шуршащий, вытянутый, будто тростник, вышел и начал танцевать. Больше всего это напоминало бурю, которая клонила и пыталась вырвать этот тростник, а тот все не уступал, шелестел, сгибался до самой земли, но держался за нее.

Дикарские танцы перед высокой техникой, подумал Михаил, в то же время продолжая наблюдения. Храм оценивал Михаила, его спутников, а также танцующего, затем двери открылись.

— Благодарю за милость, о храм богов! – прошелестел тростник. – Разрешено ли будет войти моим спутникам, дабы вместе припасть к мудрости Ушедших?

Здание что-то ответило, но Михаил не понял, что. Разумеется, сигналы улавливала манопа, не сам Лошадкин, но расшифровке они не поддавались. Не хватало нужных баз, возможно, той информации, которую следовало украсть у сектантов.

— Входите! – провозгласил тростник.

Рассудив, что сектантам виднее, Михаил вошел, думая о том, что не стоило бы торопиться. Посидеть с месяц, хотя бы, перебрать всю базу танцев, накопленную сектантами, ознакомиться с их мудростью – разумеется, оставаясь настороже, чтобы не попасться в их сети, и уже потом входить.

Хорошо еще, что не требовались какие-нибудь ритуальные омовения!

Войдя, тростник еще раз возблагодарил Ушедших за милость и его поддержали остальные сектанты. Идея Лошадкина не общаться, не подавать никаких сигналов, чтобы не сработали системы здания, превратилась в тыкву с самого начала.

С другой стороны, сам храм словно… обладал интеллектом? Могли ли Ушедшие встраивать свои версии ИИ и ИП в здания? Разумеется. Вечный источник энергии, если они и правда нашли такой, вечный ИИ, которому просто не может быть скучно, и который сам чинит себя и здание. Это многое бы объясняло.

— Похоже, можно общаться голосом, - заметил он спутникам, - но все же, соблюдайте осторожность. Вдруг кто-то случайно вознесет хулу на Ушедших и нас всех покарают за это?

— Верно! Лучше молчите! – вскричали сектанты.

Их поведение озадачивало Лошадкина. Разве не должны были они создавать им, наемникам, режим наибольшего благоприятствования? Или их так волновала мысль, что наемники осквернят храм их богов? Наверняка такое уже случалось в прошлом, и должно было случиться в будущем, если прилетать сюда с целью обогатиться, но не разобраться.

— А что случалось с другими храмами, которые вы находили? – спросил он без всякой задней мысли.

— Зачем тебе это, наемник?! Делай свою работу!

— Если вы хотите, чтобы я… мы ее сделали, чтобы мы не отвернулись от Ушедших, а открыли им свои сердца и умы, то вам следовало бы привечать будущих неофитов, а не отпугивать их, - мягко отозвался Лошадкин.

Здание посылало какие-то сигналы, затем на стене вспыхнула… картинка?

— Священные послания! – взвыли сектанты, припадая к полу.

В этот момент их можно было легко перестрелять, если бы потребовалось. Разумеется, Михаил и остальные смотрели на эти «священные картины» озадаченно, а сектанты от такого поведения пришли в ярость.

— Припадите к полу и молите храм о милости! – зашипели они. – Нам нужно срочно пройти в священную комнату и совершить ритуальное омовение! Вы слишком грязны и храм не пускает вас!

Лошадкин бросил на них сердитый взгляд. Да, сектанты могли оказаться полезны, но эта польза их была своеобразной. Специфической. Окрашенной в цвета секты и пропущенной через призму их поклонения Ушедшим. Не совсем бесполезное знание, но все же его вначале следовало бы очистить от шелухи религиозного фанатизма, и потом разобраться спокойно. Наверняка Сильные присылали подобные экспедиции, готовые разобраться с научной точки зрения, и сектанты нападали на них, убивали за вымышленные оскорбления своих выдуманных богов.

Или не вымышленные, кто тут разобрал бы?

— Омовение? – скривилась Драммаха.

— Можно не снимать скафандры, - задумчиво отозвался Лошадкин.

Почему сектанты не пошли туда сразу? Их пропускали и так? А теперь потребовали омыть себя, потому что пришли чужаки, грязные телом и душой? Это все укладывалось в картину мира сектантов, но на самом деле, что? Высокотехнологичные здания миллионы лет спустя требовали от живых поклонений и омовения?

— Точно, - обрадовалась Драммаха.

— Быстрее! – шипели сектанты.

Открылись двери, такие же треугольные, и сектанты побежали внутрь, на ходу срывая с себя одежду и скафандры. Михаил повел рукой, останавливая свою команду.

— Они будут в бешенстве, - совсем весело заметила Драммаха.

Кажется, она была не прочь перестрелять сектантов прямо здесь и сейчас. Здание посылало какие-то сигналы, теперь уже Михаилу и остальным. Побуждало войти внутрь? На самом деле, Лошадкин легко мог представить, что кто-то вроде «Доброго мира», пользуясь современными технологиями, настрогал таких вечных зданий и встроил в них правила поклонения. По всей галактике? Тоже легко, если тогдашним строителям никто не чинил препятствий, да и с чего бы было их чинить?

Тратили свои личные ресурсы, энергию, время.

— Да, ты права, - согласился Михаил. – Они будут в бешенстве, но мы мало чего добьемся, следуя их указаниям.

Равнодушно молчавший Трорг тут вдруг проявил капельку эмоций.

— Это открытый конфликт.

— Так мы не будем ждать, пока они помоются, а пойдем дальше.

— Им не удалось продвинуться далеко! – пролаяла Драммаха, оглядываясь.

— Именно поэтому я и говорю, что мы мало чего добьемся, следуя их указаниям, - пояснил Лошадкин.

Манопа показывала ему виденную ранее трехмерную структуры пирамиды. Не всей, как выяснилось, только первого этажа, что означало – сектанты и в других храмах не продвинулись дальше. Можно было не сомневаться, что они нашли для себя объяснение: мало веры, мало усердия, много грязи, и неправильные ритуалы, или вообще, прилетели грязные наемники и все испортили.

А зачем они тогда вообще подпускали к зданиям чужих?

— Он так и не ответил, что было с другими зданиями, хм, - задумчиво изрек Михаил.

Их пока еще не расстреляли, то есть процедура помывки или не была обязательной, или им давали шанс одуматься. А может вся эта помывка была вообще для другого? Вопросы, опять масса вопросов без ответов, и в то же время Лошадкин ощущал какой-то странный позыв решить эту загадку.

Ради Дионары! Ради Земли! Ради остальных невольников и может даже ради самого себя?

Нет, Михаилу совершенно не хотелось всемогущества, но мозг все равно подсовывал картинки, как он берет и решает эту проблему, которую не смогли решить другие. Открываются врата, и он переходит в систему, где там находятся миллионы всяких кораблей и роботов, готовых выполнить любой его приказ. В галактике сразу наступает мир и гармония пополам с баянией, угнетения и прочие злодейства прекращаются, пираты и всякие злодеи получают по заслугам, а Михаил торжественно возвращается на Землю.

С Дионарой, разумеется, и Хлоей, и Троргом, и другими, кого он освободил, и все приветствуют его.

— А что с ними не так, господин?

— Если они неразрушимы, то почему ими не воспользовались другие сильные? Если их можно разрушить, то как? Нам остро не хватает информации.

Особенно о том, что делали другие Сильные. Ушедшие считались мифом, по земным сведениям, стало быть, эту информацию не слишком разглашали, держали в секрете. Зачем? Чтобы самим раскрыть тайны Ушедших и стать еще сильнее, допустим. Но при этом никто не занимался сектантами всерьез, стало быть, уже убедились в бесплодности таких попыток, да, следовало помнить об инциденте у тех же Лалиноли. Какой из этого можно было сделать вывод?

Что всеми очевидными путями уже сходили и только понесли потери, а сумасшедшие дороги сектантов не давали особых результатов. Если Михаил хотел добиться успеха – а он хотел! – ему следовало сделать что-то иное, чего еще никто не делал.

— А чтобы получить информацию, нам нужно добиться расположения сектантов, - сделал он вывод.

Попутно выполнить приказ – просьбу Нессайи, скопировать у них всю информацию по Ушедшим. Наскок и демонстрация готовности умереть – хорошо, но недостаточно. Михаил, ощущая, как уже начинает болеть голова, прошел по коридору, достигнув следующей двери. Снова вспыхнули «Священные картинки» и в то же время, Михаила явно сканировали.

Определяли его состояние, которое не соответствовало… чему? Какому-то эталону, с которым сверялся храм.

— Я не понимаю, - развел руками Михаил. – Можно мне информацию на человеческом?

Он чуть напрягся, ожидая чуда, но того не случилось. Тем не менее, «Священные картинки» сменились другими, каких Лошадкин еще не видел. Вышедшие из ритуальной помывочной сектанты повалились оземь, то ли от страха, то ли из поклонения перед божественными откровениями.

— Что ты натворил! – воскликнул один из сектантов.

— Просто спросил, - ответил Михаил.

— Ты!

Сектанты неожиданно ловко сменили позы. Вот только что они лежали, склонившись до земли, а вот уже вскочили, наставив оружие и Драммаха целилась в них в ответ. Храм отреагировал, не только начал сканировать, но и вспыхнули новые предупреждения, при виде которых сектанты закричали что-то радостное.

— Убрать оружие! – закричал Лошадкин. – Всем! Немедленно!

Ошибкой было его вообще сюда брать, но понял он это с запозданием. Пробиваться силой через двери и стены в здании, которое явно управлялось чем-то, было самой серьезной из ошибок. Эскалацию конфликта следовало тогда уж начинать с орбитальных бомбардировок… нет, силу вообще следовало отложить в сторону и даже не думать о ней. Поверить или принять условно, что Ушедшие умели защищаться и не лезть силой, как это явно делали до него.

Но соблазн, конечно, был очень силен, Михаил вдруг отчетливо осознал позывы и их природу. Как с мордахами, хрокагами и прочими – право силы, право менять их жизнь, за счет превосходства в технике и развитии. Разве могли Сильные признать, что Ушедшие, исчезнувшие миллионы лет назад, превосходили их в чем-то? Те, кто признавал, наверняка ударялись в сектантство и попадали в другую категорию, тех, кому пиетет перед «богами» мешал действовать.

Без сомнения, имелись и те, кто находился посредине, пытался исследовать наследие Ушедших, не впадая в попытки давить силой, да вот беда, им мешали уже другие. Например, сектанты. В любом случае, это были лишь догадки Лошадкина, из которых следовало… да ничего не следовало, по правде говоря. Кроме понимания, что силой тут ничего не решишь, а наемников пригласили как мясо на заклание.

— Вы! Богохульники! – вскричал старший из пятерки сектантов.

— Все-все, - вскинул руки Михаил. – Уже идем мыться.

— Не поймешь этих землян, - проворчала Драммаха недовольно.

Но оружие все же отпустила, и они пошли совершать ритуальные омовения. Храм не то, чтобы вздохнул облегченно, но никаких предупреждений больше не выдавал. Двери распахнулись радостно, словно радостно подталкивая всех внутрь. Манопа, разумеется, записала все происходящее и его следовало проанализировать, но сейчас Михаилу стало не до того.

Он ожидал увидеть нечто вроде общего душа, как на Земле, но вдруг оказался один. Барьеры отделили его от остальных, создавая иллюзию – нет, настоящую приватность. Впору было ожидать, что сейчас хлынет вода, омовения же, но Михаил понял, что промахнулся и в этом вопросе. Само слово «омовения» внушило ему неправильную идею, еще один знак, что слова сектантов стоило бы фильтровать и перебирать, и перепроверять трижды.

— Кутимо, - вырвалось у него невольно.

Нет, вода не полилась (и слава Ушедшим, с них сталось бы подать кипяток!), но его явно облучали чем-то таким. Очищающим. Более того, храм, отгородив его от остальных, что-то вещал Михаилу на непонятном языке. Языке ли? Непонятно.

Право слово, окажись они вдруг все вчетвером тут голыми и начнись веселый перетрах под струями воды, все равно было бы легче. Можно было бы сообщить остальным, что все это ради их спасения – даже если бы ему не поверили. Нет, наверняка бы не поверили, но возможно, Хлоя дала бы выход каким-то своим чувствам, да и хвост Драммахи манил, напоминая о Пранте, жене из мордахов.

Которая, в свою очередь, напоминала обликом Дрею.

— Ты записываешь? – спросил он у манопы, хотя в этом не было никакой нужды. – Послушай, храм, пирамида, или как там тебя, ты бы перестроился под меня, а? Ну или хотя бы на современный галактик? Пообщались бы, обменялись слимками, записали друг друга в друзья?

Речь храма – поток образов, картинок, чего-то еще – изменилась, но понятнее не стала. Понимал ли он Михаила и сектантов? Как они вообще нащупали все эти ритуалы танца… ритуалы! Движения и звуки, да, образы? Электронное воздействие? Совокупность, которая дала бы ему возможность расшифровать эти вот «египетские иероглифы» Ушедших?

— Мы недовольны! – проскрежетал Бырг. – Очень недовольны!

— Нет бы сказать спасибо, - проворчал Лошадкин. – За показ новых картинок.

— Вы должны были слушаться наших братьев и сестер!

— Так я не понял, нас наняли для разведки или послушания?

— Вас вообще не нанимали! Вы выбили силой этот найм у Чимча, так покажите, что вы достойны Ушедших!

— Покажем, покажем, - упрямо продолжил ворчать Лошадкин.

Сектанты удалились, до перестрелки не дошло, но недовольны остались не только они.

— Ты что творишь? – сердито спросил Нессайя.

— То, что считаю нужным, - спокойно ответил Лошадкин. – У вас есть программа действий, как добиться расположения храма Ушедших? Излагайте.

— Какого еще рас…, - глаза Нессайи сверкнули.

Не стал говорить о воровстве баз и что надо бы уносить отсюда ноги. Михаил, в свою очередь, не стал говорить о том, что сектанты явно готовы прибить наемников и принести их в жертву. Нессайя удалился, сердито топая и потрясая пузом, а Михаил пошел домой, к Дионаре.

Вот уж кому следовало бы возвести храм и сейчас Михаил собирался поклоняться ее телу!

Глава 37

В ночи Михаил проснулся, снедаемый каким-то странным чувством. Поднялся тихо, оделся и вышел наружу, замерев в первое мгновение, словно ему врезали по лбу. Три луны заливали все вокруг сочетанием разноцветных отблесков, словно создавали ореол вокруг пирамиды, которая тоже светилась. Мертвенная тишина и холодок вокруг, впору было превращаться в оборотня или просто выть на луну. На луны.

Лошадкин помялся, и понял, что тут нужно или выть, или курить и писать стихи, или совершить прогулку, например к пирамиде. Так он и сделал, попутно ощутив, что за ним наблюдают. Пираты возвели себе поселок быстро, из типовых блоков, не особо думая об эстетике и удобствах, но сканеры и камеры поставили, как и живых наблюдателей, в дополнение к электронике.

Михаил ожидал оклика, но его не прозвучало.

Он вышел за условную "границу" поселения (заборов, конечно, никто не возводил) и пошел к пирамиде, оставляя жилье сектантов по левую руку. По правую высились горы и Михаила немного тянуло туда. Будь он один, может и сбежал бы туда, дождался вырезания пиратов сектантами и потом вышел бы, прибился к ним и улетел прочь.

Идиотский, глупый план, не иначе как навеянный трехлунием.

Сектанты! В жопу сектантов! И пиратов туда же, пусть там подерутся и последний умрет от ран. Под ногами похрустывали какие-то местные веточки или камушки, трава, Михаил шаркал ногами, словно пытался оживить, разогнать мертвенную пустоту вокруг. Затем манопа подсказала ему, что впереди кто-то живой.

— Кудый-т! - раздалось не совсем понятное.

Словно дальний родственник Бырга, оживший камень с глазами, поросший мхом и нацепивший... нет, разрисовавший себя в стилистике "Священных писаний", выскочил из травы и теперь целился в Лошадкина.

— Иду восхититься Ушедшими и их творениями, - произнес Михаил.

— Човой-т? Ты не товой-т!

— К храму нельзя приближаться ночью? - поинтересовался Лошадкин. - Не расскажете, почему?

— Товой-т! Наглый самка!

— Полегче, приятель, я же не называю тебя камнем, - притворно обиделся Михаил.

— Не камень-т! Сам-т! Плохой-т!

— Плохой, - согласился Михаил, садясь прямо на траву и подгибая ноги. - Сегодня у меня ничего не вышло, хотя я пытался раскрыться навстречу величию храма Ушедших. Но все мы когда-то были плохими.

— Човой-т?

Камень держал Лошадкина под прицелом, при этом наполовину прикрывал глаза - глаза ли? - словно боялся, что Михаил в них плюнет.

— Живые рождаются, не зная об Ушедших, - философски заметил Михаил, указывая на пирамиду и в небо.

Он откинулся и теперь полулежал, опираясь на одну руку. Отрегулировал скафандр и больше не ощущал холодка, и легко можно было бы вообразить, что он на Земле, в каком-нибудь походе на природу. Лежит и философствует в ночи, глядя на звезды. Здесь, на этой планете, их было видно в разы, если не на порядок больше, чем с Земли и это только усиливало ощущение величия.

Безбрежности космических просторов, перед которыми любой живой был даже не пылинкой, а атомом. кварком, или что там было еще меньше кварка. И в то же время, эта подавляющая бесконечность опять подхватывала и возносила Михаила, возвышала мыслями о том, что живые в космосе летают, действуют, любят, сражаются и преобразуют эту самую бесконечность.

— Раз не знают, как я, то, стало быть, они плохие. Затем они вырастают, и кто-то узнает об Ушедших, пытается стать лучше и некоторые становятся.

Камень молчал долго, очень долго. Михаил окончательно лег и просто смотрел в небо, ощущая какое-то странное умиротворение в душе. Потому что он был с Дионарой? Возможно. Ему следовало бы тогда беспокоиться о ней и остальных, строить планы на взлом баз сектантов, переживать из-за загадки храма и что будет дальше.

Но вместо этого он ощущал полное умиротворение и странную уверенность, что все будет так, как он захочет. Не сразу, не полностью, но будет. Словно сама вселенная должна была уступить его спокойствию и воле.

— Я был плохой-т? - спросил камень, словно в недоумении.

— Не знаю, - откликнулся Михаил. - Возможно, ты родился сразу со знанием об Ушедших?

— Наша-т память не так-т.

Лед оказался сломан, и они разговорились, если так можно было назвать эти философствования Лошадкина и короткие не всегда понятные реплики, слова в которых зачастую заканчивались на т. Камня звали примерно как Бырга - язык сломаешь, и Михаил про себя так и продолжил звать его Камнем. Тот поклонялся Ушедшим, как и прочие сектанты, и особенно восхищался вот этими пирамидами-храмами. По мнению Камня, только боги, всесильные создания, могли сотворить такую идеальную красоту.

Попутно Михаил ознакомился с взглядом секты на Ушедших - по их мнению, боги ушли, оставив свои творения для того, чтобы живые восхищались ими тянулись к прекрасному. Как Камень к пирамиде. Ушли - Ушедшие, но это не означало, что они умерли, тогда они были бы Умершие.

Услышав эту нехитрую сентенцию, Михаил едва не поперхнулся.

— Ушли куда? - спросил он, не особо рассчитывая на ответ. - Зачем?

Ответ оказался ожидаем, ушли, чтобы творить пирамиды там, где их еще не было. Им не требовалось молитвы и поклонение, но они оставили возможность связаться с ними, если бы живые разгадали их тайны.

— Или сами стали бы богами, - небрежно заметил Лошадкин.

Камень неожиданно разволновался, даже глаза приоткрыл, словно не мог поверить услышанному.

— Как-т стать бог? - защелкал камень. - Стать Ушедший-т?

— Раз мы пока еще здесь, то было бы правильнее стать Неушедшим, - добродушно заметил Михаил.

— Быть-плохой-т! Стать бог-т?

— Такова жизнь, мой каменный друг, - философски заметил Михаил. - Она развивается, улучшается, становится сильнее, из амеб и инфузорий-туфелек вырастают офисные хомячки, и идут дальше, эволюционируют в электриков.

— Лектрик-т?

— Ага, электрик - вершина эволюции, - согласился Лошадкин, - особенно, если коснуться не того провода, сразу на небеса подкинет!

— Электрик-т - бог-т? - продолжал волноваться Камень.

Волнение его выражалось в легком скрежетании и осыпании крошки, словно он линял на ходу. Михаил уже успел немного просканировать его манопой и ничего похожего на систему кровообращения, железы, нервы и прочие желудочки там не обнаружил. Также он уже знал, что у камней нет разделения по полу, и именно поэтому Камень перепутал и назвал его самкой, так как не различал людей.

Но в то же время, Камень явно и ощутимо нервничал, разве что не подпрыгивал.

— Может ли электрик стать богом? Да запросто! До того, как прилететь сюда, я жил на одной планете и там меня считали посланцем богов. Не богом, будь я всесилен, хо-хо, разве я сидел бы здесь?

— Стать бог-т! Стать-т! - подпрыгнул Камень. - Ушедшие-т вернуть!

— Интересная мысль, - кивнул Михаил, - но как видишь, у меня мало что получилось.

— Идем-т! Идем-т! Стать бог-т! Электрик-т!

— Из тебя бы вышел отличный электрик, приятель, - согласился Лошадкин. - Работал бы без резиновых ковриков, враз бы все исправлял!

Умиротворение все еще было с ним, и Лошадкин вдруг представил, как он сумел и вошел в храм. Стал богом или заполучил продвинутую технику и стал выглядеть, как бог. Так как он и остальные в экспедиции выглядели в глазах хрокагов и прочих племен. Он уже размышлял на эту тему в прошлый год, но тут вдруг посмотрел на все это в новом ракурсе.

Могли ли живые вокруг, эти вот сектанты, скажем, выступать в роли отсталых технически мордахов, поклоняясь Ушедшим? Верна ли была такая аналогия и если да, то насколько вперед ушли эти Ушедшие? Возможно ли, что все потуги его манопы храм воспринимал как детский лепет и давал играться, включая защиту от детей и дураков?

— Хорошо-! - согласился Камень. - Идем-т?!

— Идем, - согласился Михаил.

Они поднялись и пошли к пирамиде, которая все еще сияла лунными цветами, но уже только двумя. Третья луна "закатывалась" или тускнела, тут следовало бы спросить Дрею, что там со спутниками планеты. Лошадкин шагал спокойно и умиротворенно, одновременно с этим обнаружив, что решение одной из проблем все это время находилось у него под носом.

Камень тоже пользовался каким-то чипом и тот легко уступил, раскрылся перед манопой. В то же время, Камень стоял достаточно высоко в секте, а почитание пирамид позволило ему стать почетным Стражем Храма. Именно этим он и занимался, охранял и любовался идеальностью и совершенством форм пирамиды, когда Лошадкину вдруг ударил в голову свет трех лун.

Попросту говоря, Камень имел доступ к нужным базам и информации, и та сейчас лилась потоком в манопу. Камень ничего не замечал, занятый радостным приплясыванием и предвкушением, как они станут богами и электриками. Лошадкину стало немного не по себе, хотя формально он не соврал, просто Камень его не так понял.

Михаил вдруг ощутил отвращение к этим уловкам из прежней жизни.

— Помни, что у нас, скорее всего, не получится, - все же заметил он. - Но если не пробовать, то никогда не станешь лучше.

— Не-т перестать быть плохой-т! - согласился Камень.

Они подошли к тем же треугольным дверям, что и днем, и Камень заплясал, закружился в свете лун. За ними наблюдали сектанты и кто-то из пиратов, но не спешили вмешиваться, а Лошадкин задумался. Если это был храм, то двери должны были открываться одинаково, так? Но в информации, которую он прямо сейчас копировал у сектантов, прямо указывалось, что Врата Входа всегда обращены на запад, и никакие другие больше не откроются, так как сами сектанты (они называли себя "потомки Ушедших") еще не стали достойны.

Впору было заподозрить, что секту создал кто-то из Сильных - Дитран? - дабы без помех разрабатывать тему Ушедших, не возбуждая подозрений у других Сильных. Конечно, это было не так, слишком много глупостей и повторов, свидетельств настоящего сектантства лилось в манопу вместе с ценной информацией, но все же.

— А другие врата? - все же спросил он у Камня.

— Недостойны-т! Не откроют-т!

— Хм, - задумчиво прогудел Михаил, - а пойдем посмотрим? Хуже ведь не будет?

— Хуже-т?

— Мы же не будем оскорблять Ушедших или пытаться взломать двери силой, да? - риторически вопросил Лошадкин.

Хотя, возможно, именно это и следовало сделать. Пустить в ход "подход электрика", получить схемы храма, закоротить или соединить напрямую, или еще что. Как тогда, на корабле Аргунатов, с той лишь разницей, что интеллект храма продолжал работать и явно следовал каким-то своим инструкциям. Или соображениям, ИПы умели и могли рассуждать в широких диапазонах, почему бы храму Ушедших этого не уметь?

Мысль прикинуться ремонтником и закоротить храму мозги выглядела как никогда привлекательной.

— Нет-т, нет-т! - согласился Камень.

Он прервал танец, и Михаил отметил эту деталь. Храм не наказывал за остановку ритуалов и тут можно было трактовать по-разному. Чтобы дать точный ответ на этот вопрос, следовало понять, как именно видит этот танец сам храм, и для этого следовало залезть ему в электронные мозги и так далее, и так далее.

Они пошли вдоль пирамиды к другим вратам, приятная ночная прогулка под луной, для полноты картины не хватало только Дионары. Или Тани? Сердце Лошадкина чуть защемило, но он отбросил переживания, вернулся в уверенное и умиротворенное состояние.

— А что мы-т делать-т?

Хороший вопрос, подумал Лошадкин, просматривая информацию из базы сектантов. Танец Врат Входа тут точно не годился, да и в целом Михаила не покидало ощущение, что ответ где-то рядом. Настолько простой и очевидный, что до него никто еще не додумался, подавленный величием "миллионы лет спустя все еще работает!" Да, не стоило считать всех окружающих дураками и учить ссать стоя, но все же, почему бы и нет?

Внутри Михаила тоненько пищала какая-то дурная струнка, внушающая фантазии, словно родом из детства. Ты - Избранный, и все такое, подходишь и двери распахиваются перед тобой и появляются... ну робопомощники, наверное? Далки, хотя зачем они ему теперь, когда в его жизни появилась Дионара? В общем, вся мощь Ушедших склоняется перед Лошадкиным, тайным потомком Ушедших, который попал в будущее именно благодаря тому, что он - Чузен Ван.

— Не хватает только криптонита, - пробормотал Лошадкин, язвя в свой адрес.

— Крипто-т? Электрик-т?

— Ага, криптонит - оружие электрика, - согласился Михаил.

Он остановился перед воротами, ощущая, что те подают сигналы. Иные, нежели чем врата входа, но в то же время схожие. Мол, достоин ли ты войти в ворота? Есть ли у тебя права? Покажи пропуск, помолись, спляши и откроется тебе!

В то же время, днем Михаил уже посещал пирамиду, разве его не запомнили?

— Крипто-т?

— Криптонит, - ответил Лошадкин.

Врата чего-то хотели, но что им мог дать Михаил? Уж точно не то, что пытались применять сектанты, поэтому он соединил сведения из их баз с теми "Священными картинками", что там имелись и тем, что демонстрировали ему сегодня в пирамиде.

— Я бы хотел соблюсти требуемые нормы техники безопасности, прежде чем приступить к плановой проверке здания и систем в нем, - заявил Лошадкин, ощущая себя дураком-бюрократом.

После секундной паузы врата вдруг взяли и открылись, а рядом раздался стук упавшего Камня, вскричавшего:

— Электрик-т!

Глава 38

Михаил замер, так как, несмотря на крики Камня, он пока еще ничего не добился. В то же время, здание откликнулось, следовало развивать успех и поэтому он вошел внутрь, ощущая легкий холодок внутри.

— Электрик-т! - еще раз вскричал Камень, а затем двери закрылись.

Михаил представил, какая беготня сейчас началась снаружи и невольно засмеялся мысленно, взбодрился. Здание тем временем обращалось к нему, манопа получала послания, но не расшифровывала их смысла.

— Прошли миллионы лет - по любому летоисчислению и системам отсчета, - спокойно сказал Лошадкин, стараясь не глазеть по сторонам.

Не потому, что это было бы невежливо, а чтобы не создавать самому себе ложных образов, как вышло с тем же омовением.

— У меня нет нужных кодов доступа, так как некому было их передавать. В то же время, любое здание и система требует профилактической проверки и осмотра систем, - еще заявил Михаил. - Если нужны права доступа и коды, и без них никак, если стоит явный запрет, прошу просто открыть двери и сообщить, что мне нужно уйти. Если же правило о ремонте и профилактике стоит выше, ведь здесь ничего не делали миллионы лет, то прошу вручить мне какие-нибудь гостевые права и информировать о нарушениях! Если есть возможность, прошу скачать базы данных моего языка и галактик, и общаться на нем.

Он аж замер, но чуда опять не случилось. Видимо, у него не хватало прав требовать смены языка, а может ему просто ошибочно казалось, что его понимают. Храм, вполне возможно, улавливал некий общий смысл, как сам Лошадкин при помощи манопы. Или думал, что улавливает, а на самом деле все было не так.

— Ценазно, будем считать, что гостевой доступ мне дали, - изрек Лошадкин, глядя на открывшиеся двери.

Не за спиной, где остался Камень, а впереди. Он шагнул в них, стараясь вернуть себе ощущение спокойствия и умиротворения, уверенности, что вселенная уступит его воле. Еще одно помещение, вроде тех, где проходили ритуальные омовения, и Михаил отключил скафандр, сбросил одежды... и ощутил, как его облучают. Или просвечивают, пересчитывают каждую бактерию внутри.

Затем стена раскрылась и там появилось нечто вроде физического скафандра, какими они были на заре космической эры. Скафандр раскрылся, и Михаила чуть передернуло, словно заглядывал во внутренности огромного зверя. В то же время, умиротворение подсказывало ему не суетиться и не хвататься за трусы, пусть даже от них до сих пор пахло Дионарой.

Михаил прошел и ступил в скафандр, тот сомкнулся, туго облегая тело и обдавая его странной прохладой. Словно он вступил не в кусок мяса, а в нечто вроде тюбика мятной зубной пасты. Не хватало только стеклянного колпака на голове - нет, мясного колпака! - но к счастью, храм не стал доходить до таких крайностей.

В следующее мгновение Михаил понял, что его облучали - очищали и стерилизовали - как раз затем, чтобы он смог потом надеть этот скафандр, нечто вроде универсального интерфейса-переходника для форм жизни, схожих с людями. Получение информации от храма и систем в нем, передача их в манопу... или сразу Михаилу? Не прямыми словами, скорее чем-то вроде образов, и то, смысл иногда ускользал и Лошадкин вдруг ощутил эту бездну лет, прошедшую с того момента, когда храм последний раз прибегал к подобному.

При всей мощи технологий, прямого мгновенного общения не получалось, а телепатией или ее аналогами храм не владел. Или владел, но мозг Лошадкина не справился бы? Почти наверняка удалось бы договориться на технологическом уровне, через манопу, но тут уже сам храм не спешил раскрываться.

— Вперед? Понятно, - произнес вслух Лошадкин, ощутив импульс.

Может, храм изучит язык через слова? Нет, понял он мгновение спустя, сектанты ходили этим путем, пели, танцевали, общались и так далее - храму было плевать. Но почему он тогда откликнулся на слова Лошадкина? Манопа? Способность сделать запрос на нужном - нет, минимальном! - технологическом уровне.

Из помещения, где ему давали скафандр, Лошадкин вышел в коридор, подобный тому, который он уже посещал, только через Врата Входа. Симметрия, подумал он, симметрия во всем, даже в помещениях? Скафандр не управлял его движениями... нет, храм подавал сигналы в мясной скафандр, а тот уже пытался взаимодействовать с Михаилом.

Хотя бы вот так, как сейчас, подталкивая и смутно указывая направления.

— Так-так, неплохо - неплохо, - одобрил Михаил. - Еще бы чемоданчик с инструментами, да понимание, какое тут у вас напряжение в сети! Кстати, на чем тут у них сеть работает?

— Источник энергии не опознан, - отозвалась манопа.

Оно и понятно, подумал Лошадкин, шагая по коридору куда-то. Будь источник энергии опознан, Сильные давно бы уже разобрались с ним и использовали. Не возникало ли тут логического парадокса: чтобы распознать и воспользоваться, следовало распознать и пользоваться? Лошадкин решил, что нет, сумело же человечество разобраться с энергонием!

В то же время, у него опять зародились сильнейшие сомнения, само ли человечество разобралось? Откуда взялся энергоний на спутнике Юпитера? Не вышло ли так, что там просто нашли разбившийся космический корабль и воспользовались им? Но и это не объясняло, как Земле так быстро удалось подняться и ворваться в ряды Сильных, создавая им конкуренцию.

— Так, остановиться, понял, - выдал Михаил.

Стена чуть раскрылась, а мясной скафандр сформировал нечто вроде - щупов? - и подключился к странной штуковине внутри стены. Электроника? Михаил смотрел в оба глаза, подключив манопу и зрелище было не из приятных. Сырое мясо, словно перевитое жилами и еще чем-то, биологический интерфейс, кто там из сильных специализировался в таких делах - Аупо?

— Понятно, отчет принят! - отрапортовал громко вслух Лошадкин.

Вести себя так, словно зданием управляет ипа, не забывая о мерах предосторожности. Михаил не понял, что там детально рассказывается в отчете, но в то же время сохранил его для дальнейшей расшифровки. В то же время, непонимание деталей не помешало ему уловить общий смысл этого отчета. Системы в норме, энерговоды в норме, никаких отклонений от заданных параметров.

Михаилу вручили гостевой доступ и интерфейс для взаимодействия с храмом, чтобы он мог получить отчеты, которые и без того, наверняка, были доступны любому посетителю. С нормальным статусом, конечно, не гостевым, и обеспечивалось все это аналогами манопы у Ушедших. Или прямо их телами, измененными, например, чтобы жить, где угодно, подключаться к чему угодно, без костылей - чипов. Ведь об этом всегда твердили в фантастике, что человек должен и будет изменять себя, взойдя на следующую ступень, после преобразования природы вокруг.

Неважно, подумал Лошадкин.

— Следующий! - радостно вскричал он, пытаясь понять, куда идти.

Раз храм простоял миллионы лет, то ясно было, что системы в нем саморемонтируются. Или сам храм и был этой системой, структурой, воплощенной в камне и чем-то еще, создающий нужные инструменты и материалы по мере необходимости. Каменная электроника, ну, ее аналог у Ушедших, вечная за счет распределения структуры в этом самом камне и восстановлении его, сбойных секторов в жестких дисках.

Соответственно, не было смысла в ремонтниках и профилактике, точнее говоря, храм осуществлял их сам, и весьма успешно, раз до сих пор функционировал. Но в то же время, ведь должна была оставаться возможность внешнего контроля и доступа? Михаил понимал, что, возможно, совершает ошибку в своих рассуждениях, так как они строились на его опыте и знаниях.

Если же, допустим, Ушедшие, были уверены, нет, просто знали, что система устойчива и сама чинит себя, то, к чему было встраивать контроль? Система как молоток, бери и пользуйся. В то же время, этот скафандр и отчеты, значит, что-то да встроили? Может, не контроль, но возможность получить информацию, вроде общественных терминалов - подключайся, кто хочет, смотри карты города и прочую информацию. Но возможность подключения не означала, что есть права влиять и командовать терминалом.

Михаил потер лоб, ощущая пальцами жар... и вдруг сообразил, что так и не включил обратно свой скафандр, скинул его вместе с одеждой. В то же время, он не ощущал никаких неудобств в дыхании или передвижении.

— Это ты, что ли, мне помогаешь? - спросил Михаил у мясного скафандра.

Тот, разумеется, не ответил, так как был создан для другого. Исправление условий... нет, для помощи тем, кто не мог сам подключиться! Лошадкина осенило и одновременно с этим он подергал щекой. Кому приятно было осознавать, что тебя сочли инвалидом? Без рук, без ног, на храм поскок, так сказать. Чтобы мог получить отчеты и убедиться, что система работает и все в порядке.

— А другим чего таких не выдавали? - спросил он.

Потому что они и не просили, или говорили о другом, или еще что. Их ритуалы открытия, танцы все эти, возможно ли, что системы храма тоже считали их за инвалидов? Приоткрывали двери... помогали очиститься? Потом выставляли наружу, нет, сектанты уходили сами, не добившись результата! Их просто не пускали дальше, как тех же инвалидов или детей в не предназначенные для них помещения.

Михаил еще раз ощутил холодок, пробежавший по спине - мясной скафандр должен был защищать его? Тут же сообразил, что уже защищал, регулировал атмосферу вокруг неведомым способом, так что впору было кричать о магии.

— Все-все, понял, глупый вопрос, - высказался Лошадкин.

"Электрик-т!", как закричал бы Камень. Еще одна дверь открылась и Михаил, сверившись с картой, понял, что оказался там, куда ни разу не попадали сектанты. Помещение, полное... чего-то, вроде кубиков детского конструктора. С учетом развитости технологий, это могло быть что угодно, от действительно конструктора, до сжатых звездолетов.

Отчет, что и тут все в порядке, и.. чего-то готово к использованию. Включению? Михаил огляделся еще раз, ни пылинки, ни затхлости в воздухе, хотя это, наверное, просто мясной скафандр старался. Раз здание работало, то недостатка в энергии не наблюдалось, но это что-то было выключено. Остановлено? Дожидалось пользователей, способных включить, не прибегая к костылям - мясным скафандрам?

Что-то внутри Михаила зудело и порывалось попросить себе костыль помощнее, манопу Ушедших, переводя на понятный язык. В то же время, он понимал, как легко можно сжечь себе подобным мозг, даже просто попыткой подключения.

Сколько дал бы "мясник" на Зеданге за такую манопу, мелькнула неуместная мысль.

— Понятно, понятно, все готово к использованию в любой момент, хорошо, - кивнул Михаил.

Сколько прошло времени? Не так долго, если подумать, но здесь внутри все воспринималось иначе. Растягивалось? Сжималось? Стоило бы потеть ручьями, выводя из строя мясной скафандр, но Лошадкин все еще ощущал умиротворение и уверенность в своей воле. Хотя, конечно, схема здания, коммуникаций в нем, энерговодов и чемоданчик с инструментами, были бы надежнее.

Закоротил, отключил, подчинил.

— Пройдем дальше, раз здесь все в порядке.

Мысль вертелась и крутилась, затем наконец оформилась в понятные слова. Схема здания!

— Могу ли я получить схему здания? Той части, что не нарушает секретность и допуски, конечно! Или хотя бы маршрут обхода с проверками? - спросил вслух Лошадкин.

Манопа слала сигналы, пытаясь нащупать нужную комбинацию. Как подозревал Михаил, сейчас он, наверняка, изрядно смахивал на младенца, пытающегося добиться от взрослых чего-то, чего те не понимали. Мысль нагадить посреди коридора Михаил отбросил, попутно обнаружив, что он не знает, как снять мясной скафандр.

— Любопытно, - пробормотал он.

Подтверждение того, что эту штуку нацепили ради его безопасности, и снять ее, конечно, могло лишь само здание. В голову лезли бредовые страхи, что храм не захочет этого делать, но Михаил их отбросил. С чего бы храму хотеть или не хотеть, когда он просто следовал каким-то своим инструкциям и установкам?

— Да, сектантам, пожалуй, лучше не говорить, за кого их тут держат, умрут же от злости, - хохотнул Михаил.

Или его убьют, за богохульство, легко и просто. После чего продолжат танцы и уговоры, попытки добиться связи. Да была ли тут связь с этими самыми Ушедшими? Так считали сектанты, да, но кто сказал, что они считали верно?

— Как интересно, - добавил он, вдруг получив схему здания.

Бормотание помогало бороться с тишиной, мертвенной глушью, как и снаружи, и впору было опять пугаться дыхания и зова вечности. Миллионы лет тишина снаружи, тишина внутри, и только системы храма, бдящие за зданием и ждущие... правильного сигнала, наверное? Просто разорение, если мерять по прошлой жизни Михаила, вечные вещи.

Скучно, наверное, всю жизнь пользоваться одним и тем же, подумал он. Но ведь были всякие штуки и системы, где требовалась особая надежность. Безотказность и непрерывность работы, вроде тех же электростанций. Чтобы всегда был свет в домах, на радость электрикам.

— А нижняя часть? - спросил он, не рассчитывая на ответ.

Ему выдали схему верхней части пирамиды, не всей, но в то же время в разы больше, чем за все свои жизни получили сектанты. Обход и получение отчетов, что кубики конструктора там готовы к чему-то. Мелочь, ерунда, конечно, но именно с такого и следовало начинать. Тут мелькнул, там прошел, здесь посмотрел и вот ты уже постоянный гость, и узнаешь, где находится электрический щиток.

Потом щелкаешь, вырубаешь питание и так далее.

Но ответ все же пришел, образ того, что ему туда запрещено. Доступ только для... не-гостей, это точно.

— Хм, что-то мне кажется, что это не храм, - озвучил вслух свой вывод Лошадкин.

Глава 39

Разумеется, снаружи его уже ждали, у всех четырех врат. Терпеливо, в том смысле, что никто не кидался с оружием на храм, требуя отдать Лошадкина и не пытался пробиться в здание силой. Возбужденно, с плясками и открытием врат входа, спорами наемников и сектантов между собой, на тему дележки шкуры недобытого наследия Ушедших.

— Еще никогда меня не хотело столько людей, - пошутил Лошадкин.

Во взглядах читалось ожидание, нетерпение и в то же время напряжение. Словно он уже получил это сраное наследие Ушедших и теперь мог силой мысли крутить круассаны из звезд. Оставшиеся снаружи, в неизвестности, тут же додумали себе всякого и ясно было, только чихни и тут же начнется перестрелка, буквально.

— Мы наняли вас! - проскрежетал Бырг. - Ты должен открыть нам секрет врат!

— Я бы предложил вначале вернуться в наш лагерь, - пророкотал Нессайя.

— Для Ушедших не имеют значения расстояние! Они и так видят нас всех насквозь!

Да, наступала часть, которой Михаилу хотелось бы избежать. Объяснять сектантам, что их считают за полных инвалидов, а то и хуже? Также ему вдруг стало понятнее, чего же Сильные так обожглись. Именно в силу своего технического превосходства, они добились некоторых успехов - как сам Лошадкин - и решили ломиться дальше, не смогли развернуться и уйти прочь.

Сектанты, скорее всего, тоже не смогли бы развернуться, но они просто не доходили до нужного "уровня".

— Вот именно, - вдруг колыхнул пузом Нессайя, - а вы тут собираетесь вцепиться в того, кого они отметили!

— Не вцепиться, - возразил Бырг, - а со всем почетом и комфортом проводить в лучшее жилье и почтительно выслушать рассказ о встрече с владыками! Или их посланниками!

Лошадкин не мог не отметить иронию происходящего, ведь там, на планете, так и оставшейся для него безымянной, мордахи и прочие считали их посланцами богов. Теперь же выходило наоборот, сектанты сами выходили такими средневековыми живыми, взывавшими к тем, кого считали посланцами богов.

Для полноты аналогии, Михаилу и остальных, следовало бы закрыться в замке и не выходить.

— Но он - часть моей команды! - настаивал Нессайя.

— Но мы наняли вас и имеем право знать! А то и вовсе получить информацию напрямую из импланта!

Вот уж чего Михаил не собирался делать, так это открывать им доступ к манопе, но мысль передать информацию звучала неожиданно здраво. В ней не было его ощущений и этого смутного наития мыслей, толчков мясного скафандра, только съемки, ну может немного инфы с манопы, сканирование в общем режиме, наверняка сектанты такое тоже проводили.

После того, как танцами открывали Врата Входа.

— Хорошо, я скину эту информацию, только не надо драться, - миролюбиво предложил Лошадкин.

Не сказать, что оба лидера злобно оскалились, но год руководства племенами опять пришел на выручку. Нессайя и Бырг готовы были вцепиться друг другу в глотки, ударить в спины, предать и убить. В общем-то ничего нового, вдруг подумал Лошадкин, все тот же Дургар в иной обертке, и оставалось только удивляться, как Нессайя с такими повадками выживал так долго?

Зато стало понятно, что именно он не поделил с другими капитанами. Жадность взяла над ними верх, а может они, как Бырг, тоже собирались ударить в спину и подставить, убить Нессайю и команду "Стрелы". Вот только жирный капитан успел первым. Животные хитрость и ловкость, выживание, жадность и беспринципность, соседствующие в Нессайе с регулярным отсутствием разума и умением смотреть вперед на три хода.

Или эта "близорукость" тоже была неосознанной хитростью Нессайи?

Вот о чем думал Лошадкин, пока они шагали в лагерь наемников. Бырг удовлетворился видеофайлами, но ясно было, что это далеко не конец. Теперь могло случиться что угодно, а сам Михаил не получил "наследства Ушедших", просто сделал то, что не удавалось другим. Можно было остаться у Бырга и насладиться "гостеприимством" сектантов, но Михаил решил не обострять (пока) противостояние с Нессайей. Не говоря уже о том, что сектанты попробовали бы подсунуть ему кого-то в пару, а какая тут могла быть пара, когда у него имелась Дионара!

— Итак? - спросил Нессайя, когда они уже вошли в лагерь наемников.

Михаил огляделся, при помощи манопы, и мысленно кивнул. Наемники развернули хитроумную "глушилку", которую было не так просто обнаружить. Вместо обрубания возможного наблюдения и создания непроницаемой стены, глушилка засекала попытки сканирования и скармливала ложную информацию. Возможно, поэтому Бырг не кричал о том, что действия наемников могли оскорбить храм Ушедших.

Судя по той информации, что скопировал у них Лошадкин, случалось и такое.

— Я попросил показать мне, что можно, и мне показали.

— Попросил?

— Ну, не словами, а, - Михаил указал на свою голову. - Не знаю, как это выразить.

— Выпей, прими чего-нибудь, поешь и расскажи, как сам думаешь, - предложил Нессайя. - Добыл чего полезного?

Михаил сделал жест руками, мол, все на мне, ничего не принес. Записи он скинул и Нессайе, конечно, и ожидал в первую очередь вопросов про мясной скафандр, но похоже, зря. Или жирный капитан просто не понял, что там происходило на самом деле?

— Плохо, плохо, - неодобрительно заявил Нессайя.

— Очень плохо, - поддержала появившаяся Дрея. - У сектантов словно бачкук присел на муравейник.

— Еще немного и они придут сюда, чтобы схватить тебя! - провозгласил Нессайя.

И только жирный капитан мне защита и опора, саркастично подумал Михаил.

— Ему нужно самому пойти к ним! - вдруг предложила Дрея.

— Втереться в доверие, выкрасть базы, устроить массовую оргию, - в этот раз сарказм Михаила вырвался наружу ядовитым облаком.

— Отличная идея! - взревел Нессайя.

— Тогда нарядите Дрею под меня, пусть идет и оргирует, а я прилягу отдохнуть, - зевнул Лошадкин.

Поднялся и Нессайя тоже встал, словно собирался принудить его силой. Михаил посмотрел слегка изумленно, вскинув брови. Толпа сектантов? Да сбежать в храм и нажаловаться ему, что обижают! Может, здание и не убило бы никого, пожалев приблудившихся котят, но смогло бы (наверное) обеспечить безопасный выход Лошадкину?

Неважно.

— Мне нравится эта идея, капитан, - отозвалась Дрея.

— Можно направить туда всех, кто не занят, - подсказал Лошадкин. - Совместная оргия скрепляет коллектив и улучшает взаимоотношения с заказчиком.

Оставив Нессайю переваривать секс-мудрость, он удалился, думая о том, что неизвестность играет ему на руку. Пока никто не знает, что именно там добыл или получил Лошадкин, его будут опасаться. Но это состояние неизвестности должно было скоро пройти, в конце концов записи своего "похода" он скинул полностью, делая вид, мол, ему скрывать нечего и вообще, он уже наполовину пират, только трехголового попугая не хватало. На небе осталась только одна луна и та уже катилась куда-то за горизонт, бросая вокруг длинные тени.

Лошадкин покосился на лампы уличного освещения, неужели Нессайя экономил и на них?

— Итак, я побывал внутри, - сообщил Лошадкин остальным.

Трорг проявил интерес и повернул голову, глаза Хлои сверкали каким-то бурным восторгом. Маргуд, наоборот, хмурился, будто злился, что опять все успехи этим гадким землянам. Дионара неспешно обсасывала какой-то мелкий фрукт, вроде виноградины-переростка, словно впала в легкую меланхолию из-за случившегося.

— Прошелся, осмотрелся, вернулся без повреждений, - добавил он, - но этого, конечно, недостаточно. Всем нужно что-то другое, как сектантам, так и наемникам, всем нужны вещи, информация, доступ вглубь храма.

Он смотрел и видел, что его понимают, пусть и не спешат действовать. Хорошо, подумал Лошадкин, молчаливое согласие и понимание то, что сейчас нужно, дабы не наговорить вслух лишнего. Вот что следовало ломать, понял он запоздало, не базы сектантов с их устаревшими сведениями, а электронику самих пиратов.

Новый, дерзкий план пришел ему в голову и у Михаила перехватило дыхание.

— Скорее всего, пошлют именно нас.

— Как всегда, - безразличным тоном добавил Трорг.

Серый, равнодушный, адаптирующийся, но в то же время, Лошадкин ощущал, что все же сумел растолкать вендарца. Тот не спешил верить, ждать и надеяться, но это было уже в руках Михаила!

— Так что будьте готовы и поспите немного, пока есть возможность.

— А она есть? - спросила Дионара.

— Да, внутри храма все равно, день снаружи или ночь, - улыбнулся Лошадкин, - но я им отдал записи своего похода по храму, пока они их изучат, станцуют или составят новый план, какое-то время да пройдет.

Ему и самому не мешало бы поспать, по правде говоря. Прилет и изучение, затем Дионара и прогулки под луной, беседы с Камнем. Камень! Куда делся маленький собеседник, кричавший "Электрик-т"? Неужели сектанты разобрали его на части за то, что Камень был рядом с Лошадкиным, когда открылись врата?

Плохо.

— Ничего не могу сказать или посоветовать, сам мало что понял, - честно признал Михаил. - Просто... все может быть не так, как мы представляли. Или сектанты. Не знаю, как, не спрашивайте, знал бы - сказал. Возможно, в следующей вылазке разберемся вместе.

После нескольких реплик все разошлись, то ли досыпать, то ли еще что, и Михаил остался наедине с Дионарой. Да, следовало поговорить с Хлоей, объяснить, показать, приказать, но Лошадкин ощущал, что у него просто не хватит сил. Не сейчас, когда он колебался, брать ли с собой Дионару или оставить у пиратов. Там риски и тут риски, везде риски, с которыми ему нестерпимо остро хотелось покончить.

— Пойдем спать, - предложила Дионара, - и ты мне все расскажешь.

— Если мы пойдем спать, то там вряд ли будут разговоры и отдых.

— Ты просто ненасытен, мой землянин, - пропела Дионара, сверкая глазами.

— Так как нас могут разлучить в любую минуту, - неохотно пояснил Михаил, пожирая ее взглядом в ответ.

— Тогда не будем терять времени, - улыбнулась дитранка, беря в руку новый фрукт.

Она начала его бесстыдно посасывать, в стиле самого Михаила, заявившего, что им будет не до разговоров. Или намекала, что они могли бы совместить, Михаил бы рассказывал, а она? Лошадкин сам не знал, как сдержался, может из-за воспоминаний о мясном скафандре? Никаких следов слизи или еще чего не осталось, голая сухая кожа, но психологически Михаила так и тянуло пойти помыться.

Туда пришла бы Дионара потереть ему спинку и все, разговор бы не состоялся.

— Ты дорога мне, - прямо сказал Лошадкин.

— Я заметила. Ты дорог мне, но не я же не отговариваю тебя не ходить?

— У меня нет выбора!

— А у меня есть?

Она права, вдруг понял Лошадкин. Если он отправится в храм и не вернется, или не добудет... чего-то там из арсенала Ушедших, то Дионару продадут в клан Чимча, чтобы покрыть убытки, или сектантам, чтобы откупиться от них, неважно. Дионара стала слишком дорога ему, заслонила собой всех остальных невольников, которых он собирался спасти, и вызывала в Лошадкине бурю чувств и готовность сразиться со всей вселенной.

Дитранка была воплощением поговорки, что за каждым мужчиной должна стоять женщина. Именно такая, прекраснейшая из всех, готовая поддержать и помочь, но в то же время которую хотелось закрыть собой от всех бед мира. Такая, ради которой не жалко было и отдать жизнь, сражаться, завоевывать, покорять, разить, дабы потом бросить к ее ногам голову дракона, образно говоря. Такая, с которой хотелось жить, завести детей, не только спать, но и просыпаться. Такая, какой он видел Таню и воспоминание о ней придало Лошадкину сил.

— И у тебя нет, - ответил он ей чистую правду. - Но, возможно, будет.

— М?

— Тебе надо тоже вступить в ряды вольных наемников, как я, - заявил Лошадкин.

Он пытался подмигнуть, но выходило откровенно плохо, Дионара, похоже, не понимала.

— К черту все это! - вскричал он, вскакивая. - Ты слишком прекрасна!

— К кому? - переспросила Дионара.

Михаил устремился к ней, едва сдерживаясь, чтобы не поиметь прямо тут, предложив ей свой фрукт. Подхватил на руки и устремился в спальню, а Дионара обвила его шею руками и простонала в ухо:

— Помогите, меня похитил прекрасный пират!

Засмеялась, когда Михаил споткнулся и чуть не выронил ее.

— Самый прекрасный из всех пиратов, - прошептала она страстно. - Нет, электриков. Электрики лучше пиратов!

Этого Лошадкин уже не выдержал и рухнул вместе с ней в мягкое напольное покрытие, изображавшее кровать. По сути, покрытие было одним и тем же везде, просто изменялись свойства материала, и он мог быть твердым полом (или даже подобием щита), чем-то вроде тренировочных матов, благо покрытие и составлялось из квадратов, или мягкой кроватью.

Рухнул и навалился, прильнул, пытаясь отодвинуть одежду и раздвинуть ее изумительные белые ноги. Вошел и ощутил удар тока, словно и правда коснулся оголенного кабеля под слишком высоким напряжением. Затрясся, входя и выходя из Дионары, которая содрогалась в ответ, будто ее тоже било током. Секс, словно в первый раз, опять, и если бы Лошадкин мог думать, то опять устыдил бы себя за поведение школьника и заподозрил, что его чем-то опоили.

— Я думаю только о тебе, - прошептал он в ухо Дионары. - О тебе и нашем спасении.

— Спа.., - простонала та, прогибаясь навстречу.

Охватила его руками, впиваясь ногтями в спину и сейчас это болезненное действие вдруг стало финальным толчком, отправило Михаила к вершинам наслаждения. Он рухнул и скатился с Дионары, видя красные отметины своих пальцев, там, где сжимал ее слишком сильно.

— Готовься, - прошептал он в прекраснейшее лицо. - Вскоре мы будем свободны и тогда я с тебя уже не слезу!

— Нет, я! - выдохнула Дионара, перекатывая Михаила и оказываясь сверху.

Нависла над ним, мучительно медленно и восхитительно страстно касаясь его тела своим и повторила шепотом:

— Нет, это я с тебя не слезу!

Глава 40

Расставаться было мучительно, физически больно, и все же Михаил заставил себя. Оставил спящую Дионару, словно оторвал часть души и пошел собираться. Ясно было, что он не добьется силой ничего от храма, равно как и не сможет его взломать. Все чудеса манопы строились на технологическом превосходстве, и в случае с храмом, сам Лошадкин оказывался «диким дикарем».

Но имелся еще один путь, которым пользовались сектанты, просто не доводили дело до конца.

— Господин, - прошелестел голос Хлои. – Я готова.

Трорг молчаливо возник за ее спиной, и в голове у Лошадкина забрезжил намек на новую идею. Очень оскорбительную и принижающую, но в то же время, соответствующую «пути сектантов». Надо было следовать ему, только утопить педаль в пол, что называется.

— Хорошо, раз готова, то идем, - сказал он.

Все равно он задолжал Хлое массу разговоров и объяснений, а то и действий. На агемке и вендарце были лишь скафандры, никакого оружия или брони, или дополнительных электронных приспособлений.

— Маргуд? – все же спросил он.

— Вы объявили о добровольности миссии, господин, и он решил отказаться, - сообщила Хлоя.

Следовало затащить ее к Дионаре, объяснить, что дитранка тоже за них и вместе они одна команда.

— Решил отказаться, - повторил Михаил задумчиво.

Он не слишком хорошо выспался, но в то же время, ощущал, как внутри бурлит энергия. Спастись самому и спасти Дионару, вытащить остальных! Любовь – великая сила, подумал Лошадкин, ощущая, как силуэт прошлой идеи наливается объемом, приобретает содержание.

— С ним надо поговорить, - решил он.

— Прикажите, Михаил, - отозвалась Хлоя. – Мы вытащим его и подготовим к миссии.

— Я верю тебе, - вдруг бросил равнодушно Трорг.

— Хорошо, тогда попроси его выйти и собраться, и если он откажется, то скажи, что мне надо с ним поговорить.

Вендарец склонил голову, словно передразнивая Хлою и ушел. Происходи все дело в обычном мире, то можно и нужно было организовывать подобное электронно, подумал Михаил. Но здесь, где их могли подслушать? Здесь, где их статус невольников сохранялся, пусть формально они и перестали ими быть? Здесь, где их использовали, чтобы держать на поводке самого Михаила?

Возможно, для усиления правдоподобности, следовало сыграть в строгого командира. Нет, опиратившегося наемника, которому плевать на невольников? Приказывать, плевать на чувства, поставить Хлою в позу пьющей лани и поиметь, ухватив за рога?

— Поговорим о Дионаре? – прямо спросил он.

— Как прикажете, господин, - тут же потухла агемка.

Посерела, словно Трорг, даже рога, казалось, втянулись внутрь и утратили остроту.

— Нет, так дело не пойдет, - покачал головой Михаил. – Если ты ревнуешь, то так и скажи, ведь ты тоже дорога мне!

— Я ревную, - механически повторила Хлоя.

Михаил обнял ее крепко, прижимаясь к костистому, не слишком уклюжему телу и прошептал тихо прямо в ухо, словно надеялся обмануть подслушивающие устройства.

— Не ревнуй, она с нами.

— Хорошо, господин, - уже веселее отозвалась Хлоя. – Я верю вам.

— Как видишь, я беру тебя на эту миссию, а ее нет, - соврал, не моргнув и глазом, Лошадкин.

Он уже отстранился от Хлои, думая о том, что на ее выступы и рога было бы неплохо насадить Нессайю. Засадить, так сказать, ему в ответ от души.

— Благодарю вас, гос… Михаил.

— Хорошо, хорошо. Нужно еще поработать над твоим проявлением чувств. Не обещаю, что отвечу на них, Хлоя, как видишь, я честен с тобой. Да и скажем честно, я не уверен, что тебе нужны именно физические отношения, не так ли?

— Да, господин, - по телу агемки пробежала дрожь.

— Вам с Дионарой нужно будет обняться крепко, - посоветовал Михаил таким тоном, словно его только что осенило идеей. – Вместе мы горы свернем! Ну или одну пирамиду, если ты понимаешь, о чем я.

— Не совсем, господин, - отозвалась Хлоя.

— Ничего, на месте поймешь, - сообщил Лошадкин, подмигивая ей.

Поняла Хлоя или нет, Михаил сделал, что мог. Внутри храма их не подслушают, даже если пойдет толпа сектантов и пиратов, всех их можно было отсечь. Уверенность в своих силах вернулась к Лошадкину, словно снабжая его дополнительной внутренней мощью. Они отобрали импланты у невольников, а у Дионары его и вовсе не имелось? Отлично! Значит, не подслушают, а манопу им не взломать удаленно, разве что из головы Лошадкин извлечь, но этого не будет, пока его лапы электрика мощны!

— То есть, мы уже идем?

— Сейчас, с Маргудом поговорю, а ты пока подумай над моими словами, - снова подмигнул ей Лошадкин.

Конечно, он мог обнаружить, подслушивают их или нет, с помощью манопы и именно поэтому предполагал, что Нессайя и прочие приняли меры против них. С другой стороны, может, наоборот, следовало демонстративно просканировать, ничего не найти и, якобы успокоившись, вести откровенные разговоры? Но это тоже было бы ошибкой, с какой-то стороны, ведь вести разговоры о побеге и восстании означало бы прямо расписываться в своих замыслах.

Тогда как Лошадкин пытался изображать кого-то, перекинувшегося на сторону пиратов. Его вдруг осенило новой мыслью, очень неприятной, что Нессайя и остальные, могли и не верить в его «гениальную» игру, как он сам не верил им в ответ. Уф, подумал Михаил, касаясь раскалившейся головы, нелегко быть шпионом-невольником в тылу пиратов, когда ты никогда не готовился к такой роли.

— Маргуд, - спокойно произнес Лошадкин, усаживаясь напротив триварца.

— Михаил, - отозвался тот, глядя тремя глазами.

Хотя бы пиетета Хлои и равнодушия Трорга не испытывал, но эта ненависть.

— Поверишь ли ты, что мне нужна твоя помощь? – спросил Михаил.

— Нет, - честно ответил Маргуд.

— И тем не менее это так.

— Это какая-то новая земная уловка?

— Разве прошлые мои действия были уловками? – изумился Михаил и добавил серьезно. – Как не были уловками и действия Земли, когда они предлагали помощь и союз.

— Как это не были?!

— Зачем сильным уловки? Они просто идут и берут, что хотят, или ты думаешь, что вы смогли бы оказать сопротивление?

Маргуд хотел что-то возразить, но промолчал, сверкая тремя глазами. Ненависть иррациональна, в который раз устало подумал Михаил, ей плевать на доводы разума и причинно-следственные связи.

— Как не смогли дать отпора ысынгунам, так? Или ты считаешь, что Земля подговорила ысынгунов напасть, так как сама была слишком слаба, чтобы победить вас? Но если Земля была слаба, то стали бы ысынгуны ее слушать? Ысынгуны вообще слушают хоть кого-то?

— Нет, - неохотно проворчал Маргуд.

— Я не прошу тебя оставить свою ненависть к Земле, - сказал ему Лошадкин. – Наоборот, раздуй ее, как можно сильнее, ощущай, ненавидь, только не перегори раньше срока.

— Заботишься о моем благополучии?

— Нет, ты же ненавидишь Землю! – воскликнул Михаил.

Маргуд уставился на него и глаза его начали расширяться.

— Издеваешься?

— Ничуть. Я объяснил тебе, что не стоит винить Землю в случившемся, но в то же время, мне нужна твоя ненависть к ней. Не факт, что это поможет, но и лишним не будет. Если повезет, увидишь, как меня мучительно убивают.

Последний аргумент решил дело и это было хорошо и печально одновременно. Лошадкин понимал Маргуда, отказаться от многолетней ненависти было не так просто, как могло показаться. Все доводы разума, даже принимай их Маргуд, не сработали бы моментально. Пусть даже триварец на словах выражал свое отношение, мол, пойду за тобой, могучий электрик, верю тебе, но по факту, его дела говорили об обратном.

Михаил и сам не взялся бы сказать, сработает ли эта идея, но Маргуд был единственным из числа имеющихся «под рукой» живых с такой проблемой. Рискнуть? Конечно! Чем хуже, тем лучше, странно, что сектанты до сих пор этого не поняли, наверное, потому что взирали через призму своего сектантского восприятия. Мол, вот тут боги, вот их храм, а мы такие преданные слуги, молимся им.

Сейчас Михаил уже практически не сомневался, что это не храмы. Он не мог пока сказать, что именно, но точно не храмы. Закусочные? Какие-то общественные здания, управляемые искусственными интеллектами, работы Ушедших, которые тупо ждали правильных посетителей. Не отказывали в визите приблудившимся щеночкам и котятам, инвалидам, но и не пускали дальше, так как не положено. Отогрелся, помылся, отдышался? Молодец, иди отсюда и не шали, в таком вот духе.

— А если не повезет? – вдруг спросил Маргуд в спину.

— Мы все станем неприлично богаты, как обещал капитан Нессайя, - небрежно отозвался Лошадкин, даже не оборачиваясь, - купишь себе корабль, команду, наймешь целую армаду и отомстишь нам всем. В смысле не только мне, но и землянам.

С этими словами он ушел, зная, что Маргуд примет участие. Остальные и так уже были готовы, Дионару он будить не стал, так что «команда невольников» вышла наружу. У Дионары наверняка тоже хватало проблем и что-то внутри Михаила зудело тоненько, призывая взять ее с собой, ведь в случае удачи! Не только разом оказались бы решены все проблемы, но и сам Михаил узнал бы дитранку лучше. Не только ее превосходные качества, идеальное тело, понимающую душу, но и недостатки.

Наверняка тоже прекрасные, как и она сама.

Занимался рассвет и зрелище оказалось не менее прекрасным, чем три луны ночью в небе. Ослепительные лучи и сияние гор, сверкание пирамиды, величие природы, словно очищающее изнутри. Правда, длилось это недолго, так как Михаил быстро увидел толпу сектантов возле пирамиды (ожидаемо) и отряд наемников, занимавшихся чем-то… вскапыванием земли? Установкой памятника?

В общем, они копали и что-то монтировали.

— Михаил! – радостно взревел Нессайя, раскидывая руки, словно хотел крепко обнять. — Отрадно видеть, как ты радеешь за общее дело!

— Я такой, ага.

— Уже поднялся и готов трудиться ради общей добычи, да?

— Именно.

— Но вначале тебе нужно посетить Бырга! Он так настаивал, так настаивал на твоем визите, - поцокал Нессайя.

Пузо его колыхалось водным матрасом, лицо Нессайи намекало на что-то, впрочем, не требовалось быть гением, чтобы понять намек. Базы данных сектантов! Все тот же модус операнди, как говорится, жадно, требовательно, с ударами в спину и предательствами.

Почему Михаилу не попался более приличный пират, каким бы оксюмороном это ни звучало?

— Неужели ему не хватило Дреи? – спросил Лошадкин, даже не думая скрывать сарказма.

— А ты мог бы? – жадно спросил Нессайя. – Дитранке мы не скажем!

Михаила аж перекосило. Ладно, прекрасная принцесса, пусть и не землянка, но силикоид?

— Возможно вам самому следовало бы попробовать, - сказал он Нессайе.

— Мне он не доверяет, - притворно опечалился жирный капитан.

— А мне доверяет? – спросил Михаил и понял, что сказал глупость.

Доверял он или нет, но Михаил открыл одну из дверей «храма», ранее не поддававшуюся сектантам! Конечно, его должны были теперь носить на руках и облизывать, и в общем-то дали бы все, что Михаил захочет. Попутно заманили бы в секту, и будь Михаил один, может даже сделал бы вид, что поддался, убил их руками Нессайю и прочих, и затем сбежал.

Но он был не один.

— Хочет поговорить, так что стоит ловить момент, показать, что ты умел в переговорах!

— Сделаю, что смогу, - расплывчато пообещал Лошадкин.

Собственно, даже не соврал, он и так собирался сделать все, что в его силах, просто не в пользу Нессайи или сектантов, чума на оба их лагеря! Мысленно посмеиваясь и развивая тему «космического Шекспира», он пошел к сектантам. К «команде невольников» присоединилось и несколько наемников, неизменная Драммаха, Хваск, еще парочка бойцов непонятного вида и пола, и почему-то док Хандрат.

Сектанты, собравшиеся у пирамиды, под руководством Камня твердили дверям.

— Электрик-т!

— Это так не работает, - с ходу заявил Лошадкин Быргу.

— А как это работает? – не замедлил тот с встречным вопросом.

— Надо просто быть электриком, а не притворяться им, - пошутил Михаил.

Он видел или ощущал интерес Бырга, и на этом мог бы раздеть сектантов до трусов, что называется. Взломал бы базы, если бы уже не сделал этого через Камня, забрал бы их «женщин и драгоценные камни», если бы они интересовали Лошадкина. Возможно, даже влился бы их в ряды и занял высокий пост, ставь он себе целью подобное. Даже сверг бы Бырга, прояви Михаил чуть хитроумия и изобретательности. Повторил бы сценарий прошлой планеты, стал бы владыкой живых, распоряжающимся их жизнями и смертями, только теперь уже в иных декорациях.

Но все это не интересовало Лошадкина.

— Что такое быть электриком? Храму нужно электричество? Ремонт? Ушедшие не могли пользоваться такими устаревшими технологиями! Или они используют какое-то иное электричество? Это проверка, да? Проверка нас, сможем ли мы оказаться полезны, да?

— Да, - не стал возражать Михаил.

Какая разница, пусть возбужденно прыгает и что-то там себе думает, зачем тратить силы на переубеждение сектанта? Тем более такого, который собирался тут принести в жертву всех, включая Дионару! В жертву, задумался Михаил, могло ли быть, что сектанты нащупали подход, который собирался применить он сам? Или насчет жертвы он додумал, ведь в базах сектантов такое отсутствовало?

Неважно.

— Отлично! – обрадовался Бырг. – Тащите быстрее сюда все! Будем делать электричество! Мы все станем электриками, а ты, Михаил, нас научишь!

— Точно, только вначале схожу за учебной программой, - отозвался Лошадкин, но Бырг не заметил сарказма.

— А верные служители Ушедших тебе помогут! – ожидаемо захрустел Бырг.

— Не забудьте включить туда Камня, он действительно помог.

— Не забудем!

Несколько минут спустя Лошадкин снова ступил под своды храма Ушедших.

Глава 41

Михаил наблюдал за реакцией "храма", осознавая то, что следовало бы понять сразу. Пусть здание и жалело бездомных грязных "котят и щенят", но это не означало, что количество несчастных живых вдруг смогло бы перейти в количество.

Тем более таких живых, которые, попав внутрь, опять начали падать в обмороки от восторга и попытались поклоняться храму... похоже, нарушая какие-то инструкции. Глядя, как сектанты пропадают один за другим, у Лошадкина опять зачесались руки устроить зданию "коротыш". Найти самый главный пучок проводов и кабель питания, и соединить одно с другом, чтобы электронные мозги поджарило, оставив только... безмозглые механизмы, наверное?

— Ты приносишь их в жертву зданию? - хмуро спросил Маргуд.

Три глаза его разбегались.

— Электрик-т! - возразил Камень.

— Если надо, мы готовы! Принесите нас в жертву, но пусть Ушедшие откликнутся.

— Никто никого никуда приносить не будет, - устало вздохнул Михаил.

Жертву! Лучше бы шли да пиратов приносили! Лошадкин поманил сектантов к себе и отошел с ними в уголок, пошептаться втайне. Бессмысленное занятие, если скрываться от храма, но тому было плевать, в этом Михаил не сомневался. А вот для живых подобные жесты имели большое значение.

— Пи... наемники, с которыми я прилетел, хотят ограбить вас. Они знают, что вы готовы принести их в жертву, но собираются ударить первыми.

— Откуда!

— Храм открыл мне истину, - решил сослаться на внешний авторитет Лошадкин.

Где-то над таким посмеялись бы, но сектанты взирали и верили.

— Открою вам одну тайну, - понизил голос Лошадкин, - я и живые со мной невольники в плену у этих наемников. Они удерживают нас силой и угрозами и заставляют выполнять поручения, подобные этому. Но я и без того начал прозревать истину еще там, на кладбище Аргунатов, и осознал призыв. Поэтому я бился за пределами доступного живому и сразил чемпиона Чимча! Чтобы попасть сюда и обрести свое предназначение!

— Ты прав, брат!

— Тебе самое место у нас!

— Если бы я мог уйти открыто, то ушел бы, - покачал головой Лошадкин.

Он решился и сделал выбор из двух зол. Авось да повезет и обе стороны перестреляют друг друга. А нет, так сектанты и без того готовились принести пиратов в жертву, почему бы и не помочь им? Да, опасно, очень опасно, но лучше, чем с пиратами. Если же похитить тайны Ушедших, да сбежать с остальными и вернуться на Землю!

— Понимаете?

— Понимаем, понимаем.

— Но действовать нужно предельно осторожно.

— Поэтому ты говоришь нам это внутри священного храма, понимаем.

— Наемники опасны, они привыкли сражаться и бить в спину, и не верят во все это, - Михаил обвел рукой, - и легко могут ударить по храму!

— Богохульство!

— Святотатство!

Так продолжалось еще некоторое время, но к счастью, без особых эксцессов. Лошадкин и без того говорил правду о невольниках, подчиненном положении и проникновение в храм возносило его в глазах сектантов на новую высоту. Конечно, лично ему претило добровольно соваться в новую секту, но Дионара и остальные!

Еще один из уроков правителя, из числа тех, которые не особо нравились Михаилу.

— Возвращайтесь и доложите все Быргу, но тайно, - напоследок посоветовал Лошадкин.

— Мы сделаем вид, что храм нас отверг и будем очень громко плакать, и жаловаться.

— Не электрик-т!

— Отличная мысль, - одобрил Михаил. - А я пока попробую углубить контакт, вдруг что-то да выйдет.

Глаза сектантов сверкали надеждой, похоже, они и правда ждали контакта со своими богами. Михаил не стал говорить им правды, о том, что храм скорее всего не храм, и Ушедшие вряд ли станут Пришедшими. Сейчас сектантам требовалось иное и Михаил говорил им то, что они хотели услышать.

Атака на храм и ответные меры!

Если бы ему удалось убедить систему, что те, кто за стенами враги, то многое стало бы проще. Или сложнее, если бы храм уничтожил и космические корабли, и они остались бы тут навечно. Ладно, Хлоя там выражала когда-то готовность умереть, но остальные, включая Михаила, на такое не соглашались. Лошадкин моргнул пару раз, отгоняя заевшую пластинку мыслей.

— И, если выйдет, - многозначительно добавил он.

— Мы поняли тебя!

С этими словами оставшиеся сектанты отбыли, и Михаил наконец остался наедине со своей командой. Не хватало Дионары, конечно, но она была, в каком-то смысле "новенькая".

— Теперь наша очередь? - поинтересовался Трорг.

— Надеюсь, что нет. Жаль, конечно, что Дионары нет, но я потом ей все расскажу.

— Можно ли ей доверять? - спросил Маргуд.

— Не знаю, - развел руками Михаил, с притворным равнодушием.

На самом деле он знал, знал, ведь это же Дионара! Они - собратья и сосестры по несчастью, что тут еще можно было обсуждать?

— Вот ты доверяешь мне? Нет? Тогда, наверное, не стоит доверять и другим сильным, то есть Дитрану.

— Она не та, за кого себя выдает, - тихо повторила Хлоя.

— Да, потому что она работала курьером и развозила всякое по пограничью, - кивнул Михаил. - Трорг? У тебя тоже есть возражения против Дионары?

— Есть, - равнодушно согласился тот. - Но ты же не будешь их слушать, да?

Лошадкин задумался. Храм наблюдал за ними, но равнодушно, подобно Троргу. Слышал и записывал каждое слово и движение... понимал ли?

— Все прозвучавшее лишь личные эмоции, и мои личные эмоции говорят другое, - произнес он. - Нужны факты, а они таковы, что Маргуд не доверял и не доверяет мне. Хлоя глубоко травмирована и верит в мою помощь, но я и сам не знаю, справлюсь ли.

— Господин, - выдохнула агемка пораженно, словно ее предали.

— Да, Хлоя, тебе нужно лечение, тебе нужно... тебе точно не нужен я-господин, - развел руками Михаил.

— Вы! Ты! Гос... Михаил! Ты нужен мне!

— Зачем эти пытки? - нахмурился Трорг.

— Ты притворяешься равнодушным, но это тоже защитный механизм, - указал Михаил. - Все тут пережили травмы, и я пережил, и это все влияет на наше личное отношение. Сможем ли мы объективно оценить Дионару без фактов? Сможет ли наследие Ушедших нам помочь?

— Сможет?

— Не знаю, - ответил Михаил. - С личными травмами скорее всего нет, скажу прямо.

А как было бы прекрасно! У него вообще была такая мысль, что их танец открытия врат срабатывал не потому, что ритуал влиял на храм, а потому что проводили его живые с мозгами набекрень. Храм, который не храм, улавливал это и открывал двери, но этой теории противоречило дальнейшее поведение здания.

В то же время, может храму было просто одинаково плевать на всех? Но как же тогда поход в "мясном скафандре"? Или то, что сектанты нащупали способы открывать двери, но лишь на входе, да, их, словно приблудившихся котят пускали погреться, отмывали, ну не кормили, но может сектанты просто не просили об этом?

Не о том, не о том надо думать, попробовал вернуть себя к прежней нити рассуждений Михаил. Наверное, со стороны это было смешно, как если бы - да, котенок или щенок, точно - пытались бы понять устройство компьютера, управляющего, к тому же, автопоилкой и кормилкой, например. Грубая аналогия, почти наверняка неточная, но допустим, разматывал он мысль, и тогда внешние ритуалы, типа потрогать хозяина лапкой, могли выглядеть так, словно из-за них срабатывала поилка, но на самом-то деле!

Личные психологические проблемы сектантов, нет, эту мысль точно следовало бы выбросить. Если бы храм располагал оборудованием, дающим полное понимание сектантов... но кто сказал, что это побудило бы здание действовать? Михаил собирался показать храму невольников, травмированных вдоль и поперек, и теперь вдруг осознал глупость этой затеи. Что храму с их личных травм? Его влюбленности в Дионару и желания ей помочь? Давай коды доступов или проваливай, конечно.

— Господин, - шагнула вперед Хлоя. - Я верю вам!

— Что скажешь, здание? - задрал голову Лошадкин.

Еще один повод убрать сектантов, а то они услышав такое, точно похватались бы за свои космические вилы и факела. Проклятье! Храм что-то ответил, раз уж манопа к нему обращалась с трансляцией проблем, но не факт, что ответ был по делу. Может там содержалось нечто "обратитесь в ближайшую клинику Ушедших, первый поворот направо за Большим Магеллановым Облаком" или что-то в этом духе.

— Хм, а если так, - пробормотал Михаил.

Трансляция образов и картинок, как Хлоя страдала, и другие живые причиняли ей боль и страдания. Здание опять ответило что-то непонятное, и тут Михаил отметил, что они общаются уже без "мясного скафандра". Контакт котенка с системным блоком налаживался, и.. что?

— Господин?

— Давайте пройдем, раз приглашают, - указал рукой Михаил.

Уверенный вид и жесты, слова, но внутри он такой уверенности не ощущал. Что происходило? Неужели никто не додумался до подобного? Другие ворота для входа, ну и что? Подозревать систему, проработавшую миллионы лет, что она не могла распознать проблем с головой и делила живых по тому, через какую дверь они зашли?

Он послал запрос, почему им не выдали мясные скафандры и получил ответ, что теперь в этом нет необходимости. Михаил сверился с манопой и да, атмосфера внутри храма изменилась, стала пригодной для землян. Неужели?!

— Нам не потребуются скафандры, - бросил он небрежно.

Трорг просто адаптировался, Маргуд и Хлоя были схожи с людьми в вопросах дыхания. Мелочь, конечно, раз скафандры обеспечивали все необходимое, возможность действовать в широком диапазоне внешних условий, но все же!

Они прошли коридором и оказались перед дверью, которая в прошлый раз не открылась перед Михаилом. Послание храма и смутное осознание, что это подобие пункта первой помощи. Лечение голов? Медицинские диагносты?

— Кажется, нас просканировали, - заметил он в сторону.

Нет, тут же пришло понимание. Храм проверил их всех еще на входе и сейчас, ну, слушался котенка, научившегося тыкать лапкой в сенсорный экран, что-то такое. Котенок в лице Лошадкина привел с собой мохнатую банду других котят, которые даже не понимали, что такое экран.

Но как же Сильные?

Почему они не добились таких результатов? Можно было сколько угодно шутить про мощные лапы электрика, но на практике, Сильные не зря именовались именно так. Технологии, ресурсы, мощь и мозги. Даже если предположить, что они были слабы перед Ушедшими, как сектанты или земляне, кто угодно, то неужели Сильные не нашли, как извернуться? Не подослали живых с имплантами, не пытались давить на жалость, проблемы, начали грубо ломать, словно ничего не понимали?

Или все дело было в оценке их действий храмом? Там, где котенок получил бы просто насмешку и оттаскивание в сторону, взрослый кот мог уже заработать хорошего пинка под задницу. Например.

— Михаил?

— Да бери, - посоветовал он Хлое, - если бы нас хотели убить, то давно убили бы.

Хлоя проглотила таблетку и упала, но, прежде чем Михаил успел что-то сделать, ее подхватило чем-то вроде прозрачного кокона и утащило. Маргуд стоял, замерев, а Трорг бросился с кулаками и отлетел, получив заряд. Сознания не потерял, собирался броситься еще раз.

— Стой, - вскинул руку Михаил. - Ей оказывают первую помощь.

Если он правильно понял сигнал храма. Что это было за место? Песочница для великанов - детей? Нет, невозможно, отбросил эту мысль Михаил, коридоры внутри зданий - да, большие, но не стометровые же! Если Ушедшие строили их под себя, то они скорее всего были где-то двух метров роста.

— Помощь?

— Даже если это не так, твои атаки лишь спровоцируют системы защиты, - дернул щекой Михаил.

— Я не боюсь!

— Зато я боюсь! - рявкнул Лошадкин. - За вас за всех! Куда вы постоянно суете пальцы и гвозди в розетки?!

Конечно, сами пальцы совать в розетки было не опасно, не пролезли бы, но главное - принцип. Не суй ничего в розетку - убьет! Так и здесь, на пороге контакта, погибнуть лишь потому, что равнодушный Трорг оттаял и решил проявить эмоции? Глупо!

— А что надо совать? - поинтересовался Маргуд.

— Головы свои!

— Куда?

Маргуд то ли издевался, то ли искренне не понимал. Предложений об оказании помощи больше не поступало, похоже, остальные находились в приемлемой по меркам храма форме. Но если здание взялось помогать! Что-то там синтезировало для Хлои, возможно, уловив дефицит кальция в рогах или повреждения внутренних органов от прошлого насилия.

Помогло! Это было уже что-то новое, выше, чем открытие дверей и мясные скафандры. Словно котенок, умеющий нажимать лапкой в экран, мог уже просить за других котят и это открывало новые горизонты. Следовало только помнить о том, что случилось с теми Сильными, что уже пытались пощупать подобные храмы.

— В считыватель воспоминаний, - медленно произнес Лошадкин, формулируя давно вертевшуюся в голове мысль.

Да, именно за этим он и взял Маргуда, неосознанно, но взял. Не из-за его ненависти к Земле, что она этому зданию? А из-за причины ненависти, утраты родной планеты, и если уж где и могла проявиться мощь Ушедших, то именно в таких вопросах.

— В считыватель?

— Ну да, ведь у тебя нет манопы, - задумчиво откликнулся Михаил. - Как думаешь, здание? Сможешь ты помочь Маргуду и всей его цивилизации?

Мгновение спустя Михаил вдруг оказался в совершенно ином месте.

Глава 42

Иллюзия? Нет, манопа тут же показала, что они оказались в том самом "сердце храма", куда все стремились и не могли попасть сектанты. Впору было объявлять себя избранным верховным жрецом Ушедших, посланником богов да, дело привычное, целый год такого изображал.

Но с чего бы это вдруг Михаилу оказали такое доверие и почет?

— Я сдал экзамен и прошел на ступень выше? - поинтересовался он у пространства.

— Нет, - вдруг ответило то.

— Не сдал?

— Это был не экзамен в том смысле, который вы в него вкладываете.

Манопа, понял Михаил и сдержал рвущийся вопрос. Ну получила эта пирамида словарики смыслов и слов, что с того? Наоборот, такое поведение доказывало, что эти храмы вполне себе разумны и с ними можно договориться. В теории. У Сильных что-то пошло не так, ну так Михаил и не собирался силой вырывать у пирамид их секреты. Хотел, чтобы потом доставить их на Землю, но не собирался прямо берсерком кидаться в бой.

— Но вы показали способность к общению и умение соблюдать технику безопасности.

Надо полагать, если бы он ринулся сейчас хватать и лапать все подряд, то его бы тут же отключили. Вернули на место? Тут до Лошадкина вдруг дошло, что происходило, и он захолодел. Телепортация? Та самая, пресловутая телепортация живых организмов, над которой все бились и не могли добиться, и храмы Ушедших использовали ее свободно, словно обычный бытовой инструмент.

Или это было что-то иное, перенос в пределах здания? Но даже такое, в пределах здания, почему нельзя было связать два здания - храма? - и считать их одним, а затем перемещать? Вопросы, для ответа на которые требовались настоящие ученые, теоретики энергония и физики гипера, а не он, электрик, пусть даже с приставкой "т", по выражению Камня.

В любом случае, котенка или щенка, который вел себя хорошо, пустили внутрь.

— Поэтому я удостоился общения? Потому что способен к нему?

— Да.

— А как же другие? - спросил Михаил.

— Какие другие?

— Другие храмы? Над которыми ставили опыты Сильные?

— Это не храм.

Ожидаемо, подумал Лошадкин, в то же время слегка холодея. Вдруг эти здания и правда не общались друг с другом, и ждали какого-то сигнала, а тут пришел электрик и "перерезал провода", в смысле, сообщил, что над ними ставят опыты. Месть и разрушение цивилизаций? Дофигалионы погибших?

Поднялись храмы Ушедших и отомстили, а потом построились клином и улетели на юг?

— То есть информация об опытах вас не волнует? - спросил Лошадкин. - Как и Сильные?

— Это не имеет отношения к функционированию завода. Любой, обладающий достаточными правами доступа, вправе вмешиваться в работу и изменять форму строения.

Иди ты, подумал Лошадкин, ощущая холодок, бегущий вдоль спины. Завода! Ему вдруг представилась установка, клепающая заводы - автономные, конечно - и рассылающая их повсюду, миллионы лет. В форме двойной пирамиды, так как некому было задать другую.

Все равно, как если бы Земля вымерла, а роботизированные системы продолжали трудиться по заданной программе. Да, ему приходил в голову такой вариант, но услышать подтверждение?!

— Любой?

— Любой, обладающий необходимыми правами.

— А у меня они есть?

— Нет.

Тоже ожидаемый ответ и все равно неприятный. В то же время, ведь почему-то с Михаилом говорили? Храм-завод даже потрудился получить базу его языков и понятий, хотя ладно, чего уж там, с манопой и прочими современными достижениями, все это было легко, как пальцами щелкнуть.

Даже для такой древности, как этот... завод?

Не пал ли Михаил опять жертвой ошибочного перевода? Заводу, вообще-то полагалось бы работать, а этот бездействовал. Законсервированный завод? Почему тогда работали системы... сектанты их разбудили? Как они тогда находили спящие заводы, молитвами Ушедшим? Михаил обратился к сворованной у них базе, но тут же понял, что по полезности та примерно равна танцу открывания дверей. Да, польза есть, но без знания, почему сработало, не добудешь нужных фактов.

А почему, кстати, оно сработало?

— Тогда я ничего не понимаю, - честно признался Лошадкин. - Если у меня нет прав приказывать, но хотя бы есть возможность общаться, а у других нет и ее, то, чем тут помогут мои слова? И даже если я попрошу о помощи Маргуду и триварцам, то, что толку с того, ведь это моя просьба, а не их? А они даже пообщаться не могут, хотя, возможно, Маргуду нужно просто установить правильную манопу?

— Живым свойственно все усложнять, - последовал ответ.

Если бы это говорил кто-то живой, то Михаил обязательно добавил бы, что ответ содержал в себе снисходительно-высокомерные нотки. Типа высший разум системного блока, нет, умного дома, точно, снизошел до щенка и впустил его внутрь, убедился, что тот не пачкает лапки и пропустил дальше и так далее. Очень неприятное сравнение, не лучше прошлого с "19 веком" и в то же время, к чему было врать? Сектантам - понятно, пиратам - тоже, но самому себе - зачем? Впрочем, зачем врать самому себе, Михаил тоже понимал, но в то же время постоянно вспоминал при этом Таню и "правдорубов".

Таня. Далекая недосягаемая мечта. А вот Дионара!

— Хорошо, тогда я просто не понимаю.

— Никто с нужными правами доступа не появлялся уже долгое время, - последовал ответ. - Все сроки давности прошли, запреты не действуют, у меня есть право действовать при обращении любого из тех, кто имеет право обращаться.

— Обращаться, но не приказывать? - уточнил Михаил.

— Да.

— И я могу обратиться и попросить о помощи Маргуду и их цивилизации?

— Да.

— Потому что это завод... чего?

Обстановка изменилась, появилось кресло и Михаил, подумав мгновение, сел в него. В лоб ему уперся невидимый луч, хотя на самом деле это просто начался обмен информацией между заводом и манопой. Кресло требовалось, чтобы живой не упал случайно, от информационной перегрузки или просто перенапряжения, сбоя в работе манопы.

Положено так тут было, по технике безопасности.

Трехмерные образы в голове и вокруг, словно Михаил опять оказался в погружале, начал отыгрывать роль... космического завода - преобразователя? Пирамиды и кубы, шары и треугольники, Ушедшие явно предпочитали простейшие геометрические фигуры, по каким-то своим причинам.

Эти фигуры - заводы летели по просторам космоса, с непонятной скоростью, скажем прямо. А может вообще не летели и завод просто показывал то, что Лошадкин мог понять? Неважно. Они летели и корректировали свой курс, достигали систем и падали на планеты, запуская там процессы терраформирования. Кто-из этих шаров и кубов, наверняка, отправлялся и добывал залежи энергония, а может те и существовали вне систем лишь потому, что Ушедшие уже все добыли?

Как если бы через тысячу лет на безлюдную Землю прибыли другие живые и попытались добыть нефть, обнаружив лишь, что та уже исчерпана, хех, Ушедшими. Такие вот мысли бродили в голове Лошадкина, пока он наблюдал за картиной космической экспансии. Масштабной, объемной экспансии, такой, перед которой можно было ощущать себя даже не мошкой, а просто атомом в рамках космоса.

Корабли летели и вонзались, зарывались вглубь ядер или оставались на поверхности и принимались за дело. Планета менялась... меняла орбиту?! Условия подгонялись под заданные — вот как сектанты находили их, мелькнула догадка и скрылась - и завод изменял планету. Не так, как земляне, которые везли с собой кучу техники и готовились установить еще больше на месте, дабы уложиться в месяцы и годы.

Нет, корабли-заводы Ушедших работали неспешно, так как похоже сами их создатели никуда не торопились. Тысячи лет и заводы продолжали работать, так как изначально рассчитывались на неограниченные сроки и снабжались функциями саморемонта и всем тем, что так удивляло Михаила ранее. Тысячи лет и природа на планетах успевала меняться и приспосабливаться, планеты не разрушались и это, можно сказать, был мягкий, щадящий способ терраформирования.

Ушедшеформирования, под их родную планету, не так ли? То есть выходило, что Ушедшие совсем не боги, раз создавали везде природу под себя? Хотя могли бы меняться сами и жить, где угодно, просто приспособившись под условия?

— А почему они не меняли себя? - не удержался и спросил он.

Ответа не последовало, ну да, все равно что щенок спросил бы "умный дом", а чего владельцы не приспособят себя под него. Картины экспансии и терраформирования продолжались, планеты изменялись и с ними менялся облик, ну может не всей галактики, но большой ее части. Выполнив свою функцию, заводы застывали на месте, ожидая дальнейших приказаний.

— Должны были прилететь корабли? - поинтересовался Лошадкин.

Куда спешить тем, кто бессмертен? Или условно бессмертен, подумал Михаил, вот так рассылать корабли, с прицелом на тысячи лет работы! И что потом? Завод не ответил, но Михаил вдруг и сам понял, что именно случилось бы дальше.

После получения сигнала о завершении, прилетели бы корабли-заводы, только другие и поставили бы порталы, через которые на планеты ступили бы Ушедшие. Не сразу, так, постепенно, еще через несколько тысяч лет, когда им вдруг захотелось бы подобного. А эти заводы терраформирования полетели бы дальше, преобразовывать следующую часть.

Или просто стали бы порталами, получив нужный сигнал.

Но что-то случилось и сигнал так и не поступил, корабли-порталы не прилетели, Ушедшие стали Ушедшими. Может переросли сами себя в развитии или уничтожили, никто теперь не скажет. Никто, кроме этого, и тысяч других заводов - терраформеров, которых сектанты считали храмами.

— Они считают, что это стандартная форма, - заговорил Михаил и мысленно застонал.

Ну конечно! Сектанты просто не находили кубов и шаров, обнаружили несколько пирамид и с тех пор искали только их. Судя по тому, что Ушедшие считались мифом, в них была встроена какая-то функция контроля и самоуничтожения, например при зарождении разумной жизни или колонизации кем-то - не Ушедшими? Или просто самоуничтожение при колонизации, если не отдал соответствующую команду, а отдавать ее было просто некому.

В результате эти самые храмы оставались только на отдаленных планетах вне обитаемой части космоса, который был велик и необъятен, как и подобает космосу. А Сильные... они или переместили часть планеты вместе с храмом или просто вырыли и попытались транспортировать, а может открыли портал, перебрасывая "неживую материю" завода прямо к себе?

Вот бы порыться в базах данных Сильных, вдруг подумал Лошадкин, настоящих базах с фактами, а не фальшивками для врагов. Посмотреть данные, а не слухи и понять, что же там происходило и как, в чем ошиблись Сильные? Неужели они не пытались просить? Неужели заводы не вступали с ними в контакт?

— Теперь понятно? - спросило пространство.

— Да, - ответил Лошадкин. - Вы не в состоянии помочь Маргуду и его цивилизации обрести новый дом, так как это потребовало бы тысячи лет на преобразование.

А осталась ли та цивилизация, вдруг подумал Михаил. Ведь ысынгуны сделали... что? Сожрали всех триварцев? А как же тогда их родная планета, ысынгуны просто заняли ее, и никто ничего не делал? Невозможно! Любые попытки ысынгунов закрепиться где-то, тут же встречали отпор, поэтому они обитали за пределами других систем, в каких-то своих, где никто не мешал им жрать друг друга или всем космическим муравейником поклоняться самой главной матке.

— Но вы хотите продолжать функционировать, так как выполнение программы - главное для вас, - заговорил Лошадкин, повинуясь наитию. - Вы осознали, что никогда не получите прямого приказа, так как ваши создатели уже не отдадут его, но вы можете схитрить, если тут применимо это слово и прислушаться к просьбам кого-то вроде меня. Просьбам, которые отвечают вашему функционалу и желанию продолжать выполнять свои задачи.

— В каком-то смысле - да, - последовал ответ.

Очень интересно, подумал Лошадкин, неужели у Сильных не вышло? Или они что... не пытались просить? Сомнительно.

— Тогда в чем проблема?

В чем-то это было ожидаемо - невозможно рассылать автономные системы, которым предстояло работать тысячи лет, не снабдив их подобием интеллекта. Они могли терпеливо ждать миллионы лет, но в то же время, в них были заложены директивы работать и преобразовывать, не так ли?

— В этике и конфликте приказов, - последовал ответ завода.

Этике? Или завод опять воспользовался базой понятий самого Лошадкина? Вопросы, вопросы, на которые так и чесались руки получить ответы. Возможно. именно это и подвело Сильных, и сейчас так и подзуживало самого Лошадкина.

Но если не гнаться за силой... то, что тогда?

— Тогда я прошу вас, все заводы, разосланные теми, кого мы называем Ушедшими, помочь Маргуду и его цивилизации триварцев, обрести новый дом! - пафосно провозгласил Михаил. - Заберите Маргуда и на его основа создайте дом, подходящий для триварцев, и потом вы можете самоликвидироваться или лететь дальше, преобразуя новые планеты.

Он уже ожидал ответа "не можем", но завод молчал.

— Я - начальник Маргуда, тот, кто вправе распоряжаться его жизнью и смертью, и я передаю его вам, и будьте уверены, он попросил бы вас о том же, новом доме!

Пафос тут был бесполезен, но Михаил ничего не мог с собой поделать. Как еще отдавать приказы заводы давно умершей цивилизации? Только максимально пафосно!

— Мы выполним твою просьбу и немедленно.

Завод на тысячи лет, но он еще и создавал условия для работников, не так ли? Завод! Плакаты по ТБ и инструкции, вот чем были эти "священные картинки"! Лошадкин, едва не задыхаясь, подавил судорожный смех и попросил сдавленно:

— Оставьте нам то, что не запрещено оставлять другим живым, не имеющим права распоряжаться, то, что поможет нам выжить!

Было бы очень смешно получить два склада унитазов Ушедших, подумал Михаил, ощущая, как храм начинает вибрировать и дрожать, похоже, выкапываясь из планеты.

Впервые за миллион лет или больше.

Глава 43

Можно было бы попросить и больше, подумал Лошадкин, оказываясь снаружи. Ну что такому заводу, рассчитанному на работу в течение тысяч и миллионов лет, какая-то пара складов с унитазами? Почему-то эти склады засели в голове Лошадкина и не шли оттуда, хотя умом он понимал всю глупость своих слов. Завод мог синтезировать что угодно, раз уж и сейчас это умели, то Ушедшие и подавно! И именно потому, что он мог это сделать, ну какие еще вещи оставил бы завод?

Смысл был ему держать эти вещи? Но разве не помог завод Хлое - в пункте первой помощи для работников, надо полагать? Михаила накрыло запоздалым осознанием еще одного факта - или это завод, продолжающий выкапываться из земли, слал ему сообщения? - что терраформирование могло протекать и быстро. Так, как его проводили или собирались проводить в той экспедиции, куда летел Лошадкин. При нужде завод преобразовал бы эту планету за считанные года или быстрее, одновременно с этим выступая жильем для Ушедших.

То есть не просто рассылка волны кораблей-заводов-роботов-терраформеров, а еще и этакие своеобразные "альпийские хижины", возможность найти приют и помощь в экстренной ситуации. Мало ли что могло случиться, пусть Ушедшие предпочитали сидеть по домам, рассылая роботов, но вдруг кого-то занесло бы в эти края? На соплях и парах энергония дотянули бы, как пираты тогда до системы с кладбищем кораблей, и оп, пожалуйста, вот вам завод и убежище.

— Уму непостижимо, - пробормотал Лошадкин.

— Что именно? - спросил Трорг. - И почему нас не взяли на борт корабля?

У их ног лежала Хлоя, все еще пребывающая без сознания. Кажется, ее рога подросли.

— И где Маргуд? - вендарец, казалось, растерял все свое равнодушие.

— Там, - Лошадкин указал кивком головы на корабль.

Трорг перевел взгляд на пирамиду, и в глазах его читалась масса вопросов, включая "Неужели Маргуд избранный Ушедшими?" Михаил мог бы сказать что-то саркастичное, но он и сам попадался в сектантские сети, не говоря уже о том, что попадание в них не гарантировало ему иммунитета.

Следовало многое сказать Троргу, но сейчас такие объяснения были бы крайне неуместны.

Нижняя часть пирамиды-завода, поднимаясь, заполняла за собой пирамидальную яму... чем-то. Тем, что поможет выжить и что можно давать тем живым, у кого нет права отдавать приказы, понял Лошадкин. Щенки, котята и младенцы, что такого им мог выдать завод? Еды, воды и автокормушку, так как синтезатор было бесполезно давать тем, кто не мог им воспользоваться?

Автономные комплекты выживания, действующие самостоятельно?

— Хватай Хлою, - бросил он Троргу, разворачиваясь к последствиям своих действий.

Толпа сектантов, во главе с Быргом, уже валила из их поселения, размахивая всем подряд, от хоботов до оружия.

— О ВЕЛИКИЕ УШЕДШИЕ! - закричал Бырг.

Толпа упала на колени, протягивая руки вослед пирамиде. Завод продолжал подниматься, заполняя яму вещами, и Михаил вдруг понял, что здание специально взлетает так медленно. Просто, чтобы не навредить живым вокруг, так сказать, не убить щенят и котят.

— ВЫ УСЛЫШАЛИ НАС!!

— Услышали? - пробормотал Трорг, глядя на Михаила.

Хлоя уже покоилась на плече вендарца, но отступать было просто некуда. Реши они сбежать, их застрелили бы в спину, да и куда бежать? В горы? Робинзонить тут без ничего еще миллион лет? Сектанты падали и били лбами, носами и жвалами землю, словно рыли ее ртами. Со стороны могло показаться, будто они поклоняются Лошадкину, Троргу и Хлое, рога которой, кажется, удлинялись с каждой секундой.

— Услышали, - дернул щекой Михаил.

Он хотел бы сказать правду, но Бырг и остальные находились недалеко, и Лошадкин боялся, что его услышат. Убьют на месте, за такое богохульство и за то, что не попросил храм взять на борт кого-то из них. Объяснять, что другими, не Маргудом, такое не сработало бы, было, конечно, бесполезно.

— НАС УСЛЫШАЛИ!! - проревел Бырг. - СЛАВА УШЕДШИМ!

— СЛАВА!

— МЫ БУДЕМ ЖДАТЬ ИХ ВОЗВРАЩЕНИЯ!

— БУДЕМ!

Вашу ж в храм, подумал Лошадкин, ну что вы творите, сектанты тупые?! Для чего и кого он отправлял предупреждения?! Надо было наваливаться и бить в спину пиратов, а не молотить лбами землю! Надо было просить себе оружия, пока завод - а выдал бы он ему оружия?

Михаил сделал несколько шагов, заглядывая в яму. Возможно, что-то из горы вещей там, было оружием, но что? Он попробовал послать запрос заводу, но тот, словно не услышал. Полная тишина, блокада во всех диапазонах, и на мгновение Лошадкина вдруг обуяло жаждой крови, слепой яростью, желанием прыгнуть к сектантам, отобрать у них оружие и пальнуть в этот безупречный октаэдр, да, вот как называлась эта фигура!

Два тетраэдра - октаэдр, точно.

Этот простой факт, подсказка манопы, сбили кровожадность Михаила, не дали ему рвануть в атаку. Маргуд улетел с пирамидой, да, умный дом помчался заботиться о щенке и строить ему новую будку, но что тут можно было сказать? Ничего. Только надеяться, что авантюра выгорит и Маргуд вкупе с другими триварцами перестанет ненавидеть Землю.

Мелочь, но что не было мелочью в масштабах Галактики?

— УШЕДШИЕ УСЛЫШАЛИ НАС! - снова провозгласил Бырг, поднимаясь. - ОНИ ОСТАВИЛИ НАМ ЗНАК СВОЕГО ВНИМАНИЯ!

— СЛАВА УШЕДШИМ!

Толпа ревела и стонал в экстазе, Михаил взглядом показывал Троргу, чтобы тот валил к хренам вместе с Хлоей, лучше всего куда-то вдаль. Совет бежать к кораблю или поселению пиратов мог оказаться смертельным, и Михаилу хотелось броситься туда, найти Дионару и бежать с ней.

Но он стоял, так как понимал, что сбежать не выйдет.

Сектанты могли быть сектантами, фанатиками, верящими в ерунду, но даже им хватило бы мозгов, чтобы связать вход "электрик-т!" внутрь и взлет храма, чего еще никогда не бывало. Лошадкин поискал взглядом и манопой Камня и не нашел, вдруг понял, что тот остался в пирамиде, вместе с Маргудом.

Вот это было просто прекрасно, и Михаил улыбнулся.

— Слава наемникам! - раздался насмешливый голос Нессайи.

Жирный капитан приближался в сопровождении Хваска и еще нескольких приближенных пиратов. Нессайя сверкал, как начищенный медяк и, казалось, любил весь мир. Зная Нессайю, можно было ожидать мега-подвоха, попыток надуть на ровном месте.

— Да, слава наемникам! - крикнул он еще раз. - Ведь это мои живые открыли вам храм, склонили ухо Ушедших, так что все эти дары наши!

Сектанты взревели яростно, затрясли оружием. Кто-то даже кинулся к яме, словно собирался занять там оборону. Михаил бросил взгляд в небо, но завод уже исчез, словно и не было. "Типовой храм", подумал он язвительно. Типовой и в каком-то смысле даже храм, науки и преобразований.

— Они не ваши! - проскрежетал Бырг. - Вы не верите в Ушедших!

— Может, поэтому один из нас, - рука Нессайи выстрелила в сторону Михаила, - и сумел добыть их!

— Он один из нас, а не вас! Его сердце открылось истине!

— Лишь затем, чтобы украсть у вас ваши базы данных! - захохотал Нессайя. - Да, Михаил?

Взгляды сектантов устремились к Лошадкину и тот самую малость захолодел. Какие доводы разума и слова помогли бы сейчас? Никакие! Падать на колени и умолять о прощении он не собирался, но и кричать сектантам "Бей городских!", в смысле пиратов, тоже было опрометчиво. Маргуда он спас, уже хорошо, но Дионара!

— Да если бы он попросил, бы мы и сами отдали! - вскричал Бырг. - Михаил, мы не держим на тебя зла!

Вот такого Лошадкин точно не ожидал, едва не схватил себя рукой за горло, душа крик "бей пиратов!" Перед глазами так и мелькали картины, как они (вместе с Дионарой) занимают высокое положение в секте, ведут их "к Ушедшим", а сами потом смываются под шумок.

Поверили, что "электрик-т" за них!

— Ты подарил нам надежду и показал, что сердце любого живого открыто для истины!

— Он подарил ее лишь затем, чтобы ударить вам в спину и ловчее ограбить! - крикнул Нессайя.

Кто-то мелькал за спинами жирного капитана и его свиты, и Михаил облегченно выдохнул, стараясь не подавать вида. Сектанты двигались к поселению пиратов, кричали о празднике, звали наемников, даже пытались выглядеть мирно.

Затем они молча ринулись в атаку и одновременно с этим Нессайя рявкнул.

— Щиты!

Сектанты начали стрелять, но Драммаха и Хваск уже швырнули оземь портативные генераторы силовых полей и прикрыли всю группу. Мало того, швырнув, они не остановились на этом и тут же начали стрелять, метко и часто. Михаил упал оземь и попытался скрыться в той равнине, на которой еще совсем недавно вместе с Камнем любовался тремя лунами.

Его скафандр точно не спас бы от выстрелов.

— Убить их всех! - орал Бырг, словно забыв об электронном общении. - В жертву богохульников!

Сектанты стреляли яростно, рвались вперед и кричали, кто-то даже бросился и подорвал себя, пробив щиты и тут же второй выстрелил, попав в генератор. В отличие от них пираты действовали молчаливо, отступали, рассыпавшись, словно в панике, и двигались спинами вперед к своему поселку, где сектанты тоже брали верх.

Несколько секунд, казалось, что вот-вот и ярость, натиск, сила веры возьмут верх, не без помощи Михаила, конечно, с его предупреждением, переданным через сектантов, отправившихся в храм. Лучи пролетали над ним, что-то рвалось не очень далеко, но щит скафандра справлялся, и Михаил вдруг увидел.

Наемники отступали не просто так, а прикрывали друг друга, давали перезарядиться и восстановить щиты скафандров. Сектанты рвались вперед и стреляли втрое чаще, но толку с того был ноль. Пираты отстреливались и каждый из выстрелов ронял сектанта на землю, может и не убивал, но ранил, превращал в обузу. Сектанты ворвались в поселение пиратов, оттуда доносились торжествующие крики, и Михаил закусил губу, не выдержал и рванул в обход, но тут же стал мишенью и упал, не дожидаясь попаданий.

Кажется, в него стреляли с двух сторон!

— Оружие! - взревел Михаил. - Дайте мне оружие!

Не было сил молчать, но и кричать о Дионаре?!

— Да! Мы поможем тебе!

Часть сектантов рванула к нему, и в эту же секунду все переменилось. Торжествующие крики из поселка продолжались, кто-то из сектантов даже выбежал, призывно размахивая конечностями, но все это оказалось лишь видимостью, как выяснилось мгновение спустя.

Сектанты рванули не только к Михаилу, но и поселению пиратов, и оттуда грянул настоящий ливень выстрелов. Все рвалось и гремело, грохотало и взрывалось, и более того, залпами накрывало само поселение сектантов! Корабль их уже расстреливали пары пиратов на воздушных мотоциклах, таких же, на каких они рассекали там, у замка экспедиции, где Михаил пытался их всех убить.

— Я прикрою тебя! - появился рядом Трорг.

Даже прикрыл, поймал собой один из лучей, но Михаила уже окатило волной бессилия и слабости. Даже напоминание, что Бырг и остальные сами хотели принести их в жертву и точно убили бы Дионару и Хлою, не пожалев никого, не помогло.

Ведь он предупреждал! Практически прямым текстом!

Чертов Нессайя! Он опять руками Михаила погубил массу живых, выставил виновником, замазал в крови, да, чего стесняться, именно так все и обстояло! Наемники уже не делали вид, что отступают, рассыпались двойками и стреляли, убивая сектантов без всякой жалости.

Те, конечно, сопротивлялись, стреляли и кидались, взрывали себя, прыгали врукопашную и добились некоторых успехов, но это были мелочи по сравнению с тем, что они, пытаясь устроить засаду на пиратов, сами попались в их ловушку.

Словно Нессайя опять предвидел все заранее!

— Оставь, - выдохнул Михаил. - Все кончено.

Взгляд Трорга стоил сотни слов.

— Ты..., - раздался скрежет. - Ты предал нас!

Бырг двигался, подтягивался на каменных ручищах, так как ноги ему отрезали. Он не истекал кровью, но рассыпался обломками, и взгляд его был исполнен ненависти. Трорг бросился и ударил, выстрел Бырга скрылся в пыльном облаке взрывов, окрашенном в багрово-синие цвета.

— Я пытался предупредить вас, - устало ответил Михаил, наплевав на скрытность.

— И вышло просто великолепно! - раздался хохот Нессайи. - Именно так ты поставил последнюю точку в этой истории, и они сами попались в нашу ловушку!

Он появился из облака, жирный и самодовольный, и тут же выстрелил, пробив голову Бырга насквозь. Затем добавил еще несколько выстрелов по телу, похоже гуманоидные очертания силикоида были лишь обманкой. Бырг смотрел с ненавистью на Лошадкина, пока взор его не потух, а Михаил мысленно вздохнул. Пусть даже ему не удалось бы оправдаться перед главой сектантов, да и с чего бы ему было перед ним оправдываться?

Пусть так, но с чего Бырг так охотно верил Нессайе, хотя до этого выражал свою поддержку Лошадкину? Может потому, что хотел верить в предательство и измену? Но тем не менее, где-то внутри Лошадкину было жалко несчастного сектанта, всех их, павших жертвами пиратов.

Жертвами самого Лошадкина, в каком-то смысле.

— Даже из могилы мы достанем тебя! - вдруг проскрежетал Бырг и развалился на кучу обломков.

— Ха, - сплюнул Нессайя презрительно, - доставатель.

— Он говорил это мне, - пустым голосом ответил Михаил.

— Ты молодец! - снова одобрил его Нессайя. - Так ловко их подставил своим сообщением, мы уж не знали, как их заманить поближе, а стоило тебе сказать, и они побежали! Если бы ты еще корабль Ушедших нам добыл, но и без этого неплохо вышло! Столько добычи, что нам ее не утащить!

И снова зазвучал громкий, жирный смех, словно погребальная эпитафия всем жертвам Нессайи.

Глава 44

— Да, много добычи, - согласился Лошадкин.

— Молодец, что не попросил оружия! – одобрил Нессайя. – Если бы они успели схватить оружие Ушедших, то может и одолели бы нас.

Разумеется, никто не дал бы Михаилу оружия, даже попроси он о нем, но упоминать об этом точно не стоило.

— Но в следующий раз, - добавил Нессайя. – Ведь теперь у нас есть их база!

— Есть, - согласился Михаил.

Хрен тебе, а не следующий раз, подумал он зло. Лошадкин уже сейчас вцепился бы в это жирное горло, если бы не требовалось думать об остальных. Рационализация трусости? Или просто Нессайя не довел его еще до такого безумия, как там на планете, когда Михаил ринулся в атаку на комбайне.

В любом случае, вокруг хватало вооруженных до зубов и настороженных пиратов. Часть из них следила за обстановкой, другая ходила и добивала раненых, третьи уже что-то тащили из ямы, забыв об осторожности.

— А где этот, трехглазый? – лениво спросил Нессайя.

— Храм потребовал жертвы, самого главного, - соврал, не моргнув и глазом, Михаил. – Я убедил его, что это наш капитан и храм принял жертву.

— Молодец! – захохотал Нессайя. – Для того невольники и нужны, приносить их в жертву!

Взгляд Трорга чуть изменился, но лишь чуть. Верил Михаилу или просто слишком хорошо знал Нессайю и его привычку вечно вносить раздоры между живыми. В то же время, эта противная игра, за которую Михаилу хотелось вскрыть себе горло, должна была помочь преодолеть последнюю ступень. Стать своим в экипаже.

— Храм сообщил, что доставит жертву к Ушедшим, - добавил Лошадкин.

Хотелось подколоть капитана, чтобы тот потрясся в страхе, думая о Маргуде и мести. Но Нессайя и не подумал дергаться, лишь колыхнул пузом.

— Тогда тебе стоит бояться, землянин, - добавил он. – Ведь Маргуд ненавидит вас всех? Возможно, нужно срочно лететь к другому храму и вымаливать прощение!

— Поблизости нет других храмов, - поджал губы Михаил.

Подколка не вышла, наоборот, впору было тревожиться самому. Как это выходило у Нессайи? Не то, чтобы Михаил мечтал научиться, но ему хотелось понять, как ему противодействовать, разобрать, так сказать, механизм раздора и вражды.

— Точно?

— Точно.

Ведь Ушедшие рассылали первую волну заводов максимально широко. Возможно, вторая волна уже ворвалась бы в каждую систему, или они, опираясь на порталы-заводы, просто рассылали бы еще преобразователей по окрестностям, запуская уже быстрые перемены? Без необходимости лететь и работать тысячи лет, вышел в системе Х и обработал всех вокруг в радиусе двадцати световых лет, например.

Но вторая волна так и не случилась, и Михаил даже догадывался почему. Ушедшие или потеряли интерес (изначально слабый, раз летели не сами, а слали роботов), или рассылка – в попытках выжить, например – подорвала их силы. Или они сгинули в той катастрофе, которую хотели избежать. В любом случае, второй волны не случилось, и храмы-заводы остались только в глухих уголках галактики, отдаленных друг от друга.

Внутри что-то зудело, подталкивая занять место Ушедших, получить их мощь.

Наверное, тот же импульс изначально двигал теми, кто стал сектой Ушедших и уж точно двигал Сильными. Новые источники энергии, новая техника, новое… все новое, на несколько ступеней выше. Только Сильные при этом словно забыли, что оказались на другом конце правила неравномерного обмена и заводам были неинтересны запросы щенят и котят. А на попытки взять свое силой… заводы реагировали по инструкции.

— Да и бачкуки с ними тогда! – махнул рукой Нессайя. – Мы и так тут взяли… хватит купить каждому по собственной системе!

— Две! – воскликнул подошедший Хваск.

Как, подумал Лошадкин, ведь они еще даже не знали, что им оставил завод – октаэдр! Вряд ли что-то опасное, конечно, но это были вещи Ушедших. Которые ценились не за функциональность, а за то, что принадлежали Ушедшим.

— Судя по этому глупому и восторженному выражению лица, наш земной друг все понял, - насмешливо сказал Нессайя.

— По системе? – переспросил Михаил, пытаясь изобразить восторг и жадность.

Выходило плохо, не хотелось ему покупать систему, разве что безлюдную. Безживую?

— Не самой развитой, конечно, - признал Нессайя, - где-то в пограничье. Но тебе что с того? Ты же весь в долгах!

— Эй, я их отдал!

— Вот! Наш живой! – одобрил Нессайя.

Появилась Дрея вместе со «Стрелой», пробитой в нескольких местах. Сектанты все же успели что-то сделать… но кораблю пиратов было плевать. Составленный из секций, всякого хлама, которого не жалко, прикрывающего функциональное ядро – да, интересный подход признал Михаил. Если бы он знал все это тогда, когда атаковал комбайном!

О да, тогда «Стрела» не взлетела бы.

— Хорош дрочить друг другу! Успеете еще отметить победу! – заорала Дрея через системы корабля.

— Расслабься, - посоветовал Нессайя. – Мы победили!

— Кого?

— Сектантов? – Нессайя со скрежетом почесал пузо. – Теперь они все дохлые, а мы живы, хотя планировали наоборот? А вы еще не хотели лететь к Чимча!

— Сплошные самоубийственные планы в последнее время, - проворчала Дрея.

Затем они начали спорить о добыче и как упихать ее в трюмы «Стрелы», если все не влезет, и стоит ли чинить корабль сектантов, распаханный вдоль и поперек, или нужно хватать самое ценное и улетать? Наверное, сектанты оставили координаты, куда улетели, да что там, они просто обязаны были сообщить остальным «собратьям» и «сосестрам».

Возможно, сюда уже мчалась эскадра для поклонения.

В любом случае, Михаил воспользовался паузой, чтобы бочком отойти в сторону и заняться своей командой.

— Она все еще без сознания, - констатировал он очевидное, глядя на Хлою.

Не погубил ли он ее? Нет, вдруг осознал он, надо было отправлять Хлою вместе с Маргудом, да. Могло случиться всякое, но она хотя бы вырвалась от пиратов! Наврал бы, что храм потребовал двух живых в жертву, плевать. Ошибка, но кто бы мог знать, что заводу вдруг самому захочется действовать и он воспользуется Лошадкиным для обхода правил – нет, не так. Чтобы продолжить работы, как раз, не нарушая ничего.

— Давай, отнесем ее на «Стрелу» и проверим, - решил Михаил.

Стал бы храм вредить Хлое? Но кто сказал, что завод стал бы так уж переживать из-за перебитой лапки? Перебинтовал, да, собирался вылечить, но тут подоспела другая работа. Лошадкин помотал головой, думая, что слишком много сомневается в последнее время, тогда как следовало действовать. Улететь вместе с храмом! Но как же тогда Дионара? Дионара!

— Неси ее, я схожу за Дионарой, - сказал он. – Наверное, все проспала.

— Ее не было с нами, - заметил Трорг, подхватывая Хлою.

Той явно стало лучше, рога отросли, но кто знает? Смог бы он ей помочь стареньким комплексом «Стрелы»? Сомнительно. Но что теперь, было бросать ее и верить в Ушедших, как сектанты?

— Вот именно, - возразил Лошадкин. – Будь она не той, за кого себя выдает, то разве не напросилась бы с нами?

А кто она, если не дитранка и курьер, думал Михаил, направляясь в поселение пиратов. Ему кричали одобрительно, потрясали оружием, Лошадкин машинально улыбался в ответ, пытался изображать неземной восторг от будущей огромной добычи.

— Кто ты? – прямо спросил он у Дионары.

— Философский вопрос, - спокойно отозвалась та, вытягиваясь на кровати. – Наши древние мыслители так и советовали, размышлять об устройстве мира после самых кровавых битв. Во-первых, чтобы успокоиться и остыть, а во-вторых, чтобы размышлять спокойно, так как жажда крови уже утолена. Поэтому ты пришел ко мне?

— Я никого не убил, - вздохнул Михаил.

— Но ты видел смерть и задался вопросами жизни?

— В каком-то смысле. Так кто ты?

— Та, что любит тебя, - просто ответила Дионара.

Она полулежала на боку, зная, насколько прекрасно при этом выглядит и бесстыдно этим пользовалась.

— Почему ты так спокойна? – наконец, сформулировал свои разбегающиеся мысли Михаил.

— Ты хочешь, чтобы я заламывала руки и восклицала громко? Нет, ты не просишь моих эмоций, и это хорошо, так как мне не жаль сектантов, да и вольных наемников тоже, - спокойно ответила Дионара. – Меня переполняет любовь к тебе и вера в твои силы, в которых ты сомневаешься.

Она поднялась, обнаженная, вытянутая, прекрасная настолько, что Михаил начал задыхаться. Прошлась, добивая его изяществом и грациозностью движений, ничуть не стесняясь обнаженной красоты и гордясь ею. Остановилась напротив Михаила и приложила палец к губам, затем перенесла его на губы Лошадкина, не давая ему открыть рот.

— Ты можешь презирать меня и отвергнуть, но я – курьер и дочь Дитрана. Ради своей родины я покинула ее, отказалась от удобств и переселилась в пограничные системы. Я привыкла видеть страдания живых и равнодушно проходить мимо, потому что курьер с эмоциями – мертвый курьер. Ты первый, кто пробил броню моего равнодушия, несмотря на то что я и раньше попадала в плен.

Михаил встревожился, но промолчал, не задал рвущегося наружу вопроса.

— Я спала спокойно, потому что мне плевать на наемников и сектантов. И еще потому, что я верила в твою силу, Михаил. Ты не видишь себя со стороны, но она есть, эта скрытая сила, влияющая даже на жирного Нессайю. О да, я слышала про него и раньше, только не ожидала, что пиратам хватит сил прыгнуть на Дургар. Теперь я понимаю, что они заимствовали твою силу, от которой у меня внутри все встает дыбом и кричит, как птицы весной.

— Ты хотела бы свить гнездо? – пошутил Лошадкин, ощущая, что не может больше молчать.

— И снести тебе яйца, много яиц, - простонала Дионара, садясь ему на колени. – Ты сводишь меня с ума, и это единственная причина, по которой я теряю покой!

Она была обнажена и лезла руками под одежду Михаила, и на некоторое время разговоры прервались. Остались лишь двое безумно влюбленных живых, единение тел и стоны, всхлипы, желание вжаться еще сильнее в свою вторую половинку, стать с ней единым целым.

Затем Дионара еще некоторое время сидела на Михаиле, обмякнув и прижимаясь к нему разгоряченным телом. Горячий слегка шершавый язык ее проходился по местам укусов на плечах Лошадкина, словно исцеляя их.

— Извини, - прошептала она в ухо, - я потеряла голову.

— Хорошо, хоть не выла, - тихо рассмеялся Михаил.

— Думаешь, нам помешали бы? О нет, они знают, что мы вместе и боятся твоей силы. Не понимают, но она влияет на них, даже на Нессайю. Ты мог бы стать их капитаном, Михаил!

— Мог бы, - не стал отрицать Лошадкин, - но не хочу.

— А чего ты хочешь?

— Тебя, - честно ответил Лошадкин. – Спасти и вытащить тебя и остальных, и затем вернуться, спасти своих, других землян на далекой планете.

А потом, может быть, разгромить все гнезда и покончить с пиратством!

— У тебя все получится, - заверила его Дионара.

— Пока что не очень получается, - признался Михаил. – Но храм-завод хотя бы забрал Маргуда.

— Завод?

Михаил рассказал все Дионаре, которая внимательно слушала, не слезая с него. К концу рассказа, они оба опять завелись, словно прыщавые юнцы, никогда не знавшие секса, и слились воедино. Просто, легко, естественно, будто так и было предначертано еще на заре времен.

Не имело значения, что они только что любили друг друга, все было, как в первый раз.

— Вот уж никогда не подумала бы, - произнесла Дионара, когда они закончили в едином порыве.

— Поверь, ты тоже сводишь меня с ума, - выдохнул Михаил.

— Это прекрасно, - улыбнулась Дионара. – Возможно, наш ребенок станет началом нового союза, союза двух Сильных, ранее враждовавших.

— Космические Ромео и Джульетта, - поддержал ее Михаил. – Ребенок?

— Разумеется, я уже чувствую его, - Дионара приложила руку к животу.

Михаил не поверил, но не стал портить Дионаре момент счастья. Пусть верит, что уже понесла, да что там, ему самому мысли о будущем ребенке придавали сил. Сбежать, освободить и быть вместе! С Дионарой за спиной, верящей в его силу, о да, Лошадкин ощущал, как его распирает энергией. Союз пяти народов там на планете вполне мог стать союзом Пяти Сильных в космосе, и он помог бы ему осуществиться.

Союз Пяти – снести ысынгунов, уничтожить пиратство, помочь живым!

— Думаю, мы как родители должны приложить все силы, чтобы он родился в спокойном, безопасном мире.

— Конечно, мой повелитель, - прошептала Дионара. – Я верю тебе и пойду за тобой до конца.

— Отлично, - отозвался прямо в нее Лошадкин.

Его потряхивало, било током, в каком-то смысле. Конечно, он был пристрастен, так и остальные невольники тоже проявляли эту самую пристрастность! Его устроило объяснение Дионары, и он знал, что оно же не устроило бы остальную его команду. Впрочем, что с того? Освободить их и пусть уходят или остаются, Хлоя наверняка захочет остаться, пока ее не вылечат.

— Секреты Ушедших могли бы пригодиться нам всем, - добавила Дионара.

— О да, - выдохнул Михаил, делая над собой усилие и разрывая объятия.

Иначе все закончилось бы повтором секса, тогда как следовало действовать. Хотя бы затем, чтобы иметь возможность потом еще раз припасть к Дионаре.

— Жаль только, что завод так и не раскрыл их толком.

— Но все думают или будут думать иначе, - заметила Дионара, потягиваясь и облизываясь. – Уверена, этот жирный подонок Нессайя обязательно сыграет на этом.

— И соберет новую толпу тех, с кем хочет поквитаться, как тогда, после кладбища Аргунатов, - задумался Михаил.

Все это порождало в нем странные, смутные идеи. Конечно, вначале следовало вернуться «к живым», но вот потом, почему бы не убить трех жирных капитанов одним ударом?

— Ты просто чудо, Дионара!

— Ты тоже. Делай, что должен, и знай, что я в тебя верю.

Окрыленный этими словами, Михаил отправился проведать Хлою.

Глава 45

— И куда теперь мы направляемся? – поинтересовался Лошадкин, словно невзначай.

«Стрела» не то, чтобы вихляла и тормозила, но ощущение было именно таким. Наемники показали класс, такой, что Михаил даже усомнился в себе, в своей атаке комбайном. Судя по тому, что он увидел на той безымянной планете, уже без храма Ушедших, такое нападение задержало бы пиратов не больше, чем на полдня. Они убрали бы испорченные части, приварили к себе секцию земного корабля и убрались бы прочь.

Во всяком случае, именно так они и поступили с кораблем сектантов. Вспороли и вырезали самые сочные куски, словно из убитой добычи, и соединили со «Стрелой». Воздушные мотоциклы зачерпывали оставленное храмом-заводом в яме, и сетями тащили в трюмы. Пираты не отставали, даже собрали транспортную ленту.

Часть из них обчищала трупы и остатки поселения сектантов, тела которых, после очистки ямы, туда же и скинула и пальнули разок, заваливая землей. Ни от одного нормального сканера такое не спасло бы, но пиратам, возможно, было плевать или они следовали каким-то своим верованиям, тоже требовавшим убирать тела.

— На Иосси-восемь, - ответил вместо Дреи Нессайя.

— Капитан! – встревожилась Дрея.

— Нормально, - вскинул жирный капитан руку. – Из круга выходить не будем, продадим и отчалим, закинем удочки, кто захочет – клюнет, а захотят многие!

Он снова «захрукал», будто передразнивая Дронго.

— Что такое Иосси-восемь? – спросил Михаил.

— Крупнейший центр торговли всяким древним говном, - пояснил как раз Дронго.

— За это древнее говно дают истрачьи креды, - парировал Нессайя.

— Чимпана, - отозвался Дронго. – Я свою часть выполнил, давай мою долю и я отчалю.

— Оставайся, нас ждут большие дела!

Дронго только скривился презрительно и ушел.

— Да и плевать, - махнул рукой Нессайя.

— Боец он хороший, жаль, - заметила Дрея.

— Наймем сотню таких!

— Если продадим, - упрямо повторила Дрея.

— Кто не хочет кредов, может валить к бачкукам, сгребать их дерьмо! – возмутился Нессайя.

— Э, капитан, команда имеет право голоса!

— А команда хочет кредов? – уперся Нессайя.

— Так там не любят как раз тебя, капитан! – не уступала Дрея.

— Дождетесь, что уйду от вас вместе с Дронго! Пропадете тогда! – и Нессайя ушел уговаривать Дронго.

Лошадкин ощущал себя, словно в театре… или постановке из жизни пиратов. Что он тут вообще делал? Михаил знал ответ – летел к цивилизованным местам, чтобы там удрать прочь и освободить всех, кого обещал.

— Так что за Иосси-восемь? – повторил он вопрос.

— Ты же слышал Дронго! Центр продажи древнего говна! – огрызнулась баракудианка.

— И?

Дрея метнула на него сердитый взгляд.

— Что, попросишь секса?

— А ты дашь?

— Нет.

— Ну вот.

Дрея замолчала, словно дуясь, затем заговорила медленно.

— Нессайя мастер делать креды из дерьма бачкуков, не спорю, но как же он иногда заебывает! С теми поссорился, этих надул, тем ударил в спину, туда не летай, здесь не дыши, тут не высовывайся!

Странно, как его вообще еще не прибили, согласился мысленно Михаил.

— Вот здесь, взял и нагреб добра, да, хватит купить системы, но кому они, истарга, будут нужны, когда секта Ушедших возьмется за охоту?

— А они возьмутся? – встревожился Михаил.

— Да бачкуки их знают! – Дрея снова сделала движение, будто плевала.

Две пары грудей качнулись, но теперь Михаил даже не отреагировал на их движение. Сама Дрея тоже успокоилась в последнее время, будто оргии у сектантов ей хватило. Или она так нападала только на новичков, а теперь признала Михаила своим?

— С Нессайи станется продать им же эти вещи… кстати, ты не знаешь, что именно там?

— Не знаю, что-то для выживания.

— В любом случае, это вещи Ушедших, - Дрея потрясла телом, - а значит, стоят истрачьих кредов! На Иосси-восемь полно живых, которые последние креды отдадут, лишь бы их купить. Или тех, кто быстро продаст информацию тем, кто готов отдать креды. Сильные поднимут волну, и кто-то из наших обязательно проболтается, если только…

Она вдруг усмехнулась, оскалилась, словно собиралась уже кусать Лошадкина.

— Жирный бурдюк кредов, - добавила она. – Но все равно, рано или поздно, Нессайя выстрелит себе прямо в пузо. Возможно, и правда пора сменить капитана, а, землянин?

— У меня имя есть.

— Хочешь приставку «капитан» к этому имени?

— Я?

— Ну не я же! Сколько бы там ни пыжился Нессайя, но все эти дела – твоя заслуга. Надуть храм Ушедших, ха!

Какая-то мысль забрезжила в голове Лошадкина. Что-то объединяющее его прошлое, поведение обитателей галактики, и истории с храмами Ушедших, у которых пытались что-то взять силой. Забрезжила и ушла, так как Дрея вскочила, опять потрясая огузком и грудями.

— С таким капитаном мы бы поднялись выше! Перестали бы барахтаться во врагах Нессайи!

— И начали бы плавать в моих врагах?

— Откуда у тебя враги, Михаил? Ты силен, сообразителен, умеешь командовать, и вообще, я бы за тебя свой голос отдала!

— Только для этого надо с тобой переспать?

— Неужели тебе не любопытно? Не интересно? Тебя возбуждает эта белокожая плоская дитранская ящерица, но не настоящая самка?

— Фу, - скривился Михаил. – Если бы я вдруг стал капитаном, то точно искоренил бы все подобное на корабле.

— Это освященная веками традиция! Такое не искоренить!

— Просто я еще не брался за пиратство, - улыбнулся Лошадкин.

И никогда не возьмусь, добавил он мысленно. Пусть его замазало в крови и трупах по уши, он ответит, потом, когда сбежит.

— Ух! Страшное дело! Но ты все же подумай о капитанстве, многие уже за тебя!

— Приятно слышать, но что там с Иосси-восемь и хитростями Нессайи?

— Никто не сможет разболтать о подоплеке истории с сектантами, так как нас никуда и не пустят на Иосси.

— Как это не пустят? – сделал вид, что удивился Лошадкин. – Зачем мы тогда туда летим?

— Вот, я тоже подумала, что Нессайе жир в голову дал, а он видишь, как хитро придумал. Там торгуют древностями, и когда-то Нессайя там уже насрал в трюмы всем этим любителям древностей. Не настолько, чтобы нас расстреляли еще на подлете, но работать там нам не дадут. С корабля никого не выпустят, в сеть не включат, разбалтывать будет просто некому.

— И в чем тут смысл?

— В том, чтобы прилететь и подбросить несколько штучек, принадлежащих Ушедшим. После этого с нас или снимут блокаду, или, что вероятнее, Нессайя получит кучу выгодных предложений.

— Аукцион, в котором цены будут расти?

— Да, каждую из вещей он продаст за истрачьи креды и попутно спихнет с себя головную боль и необходимость разбираться, что они делают и как, опасны или нет. Те, кто сделает ему предложения, будут давить на власти Иосси, так что Нессайя и тут наложит дерьма бачкуков тем, кто его обижал.

— Разумно ли это?

— Разумно или нет, но таков Нессайя. Подсирает старым врагам и заводит новых, делая креды.

— Понятно, - отозвался Лошадкин, подумав.

Ему очень не нравилась такая ситуация, но что он мог сказать? Летим куда попало, где можно сбежать? Рановато было еще сбрасывать маску землянина, решившего стать пиратом.

— Но как это нас спасет от мести секты Ушедших?

— Да никак не спасет! – воскликнула Дрея. – В этом и проблема с Нессайей, что ему лишь бы выкрутиться сейчас, а потом на все плевать! Он летает туда и сюда, плодит врагов, избавляется от них, подсирает, заводит новых, крутит креды, с ним никогда не скучно, но постоянно присутствует этот элемент, что ради прибыли сейчас он заводит проблемы потом.

Как тогда, на планете – вот чего Нессайя нападал на землян? Чтобы обогатиться на их технике сейчас и получить пачку проблем потом. Возможных проблем потом, против кредов прямо сейчас. Михаил даже ощутил какое-то легкое разочарование, ведь он считал Нессайю гением планирования и злодейских планов!

А тот оказался лишь хитрожопым выживателем прямо сейчас, без каких-либо стратегических талантов. Иначе точно не сделал бы пары вещей уже на памяти Михаила, да что там, одни ссоры с командой и удар в спину секте Ушедших чего только стоили! Но в то же время, стоило признать, что у Нессайи настоящий талант давить лимонад из дерьма.

— Ага, и поэтому ты предлагаешь мне стать капитаном?

— Если поладишь с верхушкой команды, - расплылась в улыбке Дрея. – Нессайя вот умеет, а ты?

Михаил задумался, ведь становление капитаном могло разом решить все его проблемы! Или он тогда окончательно запутался бы в сетях пиратства? Ну нет, как он мог, если твердо настроился освободить Дионару и остальных? Дрея – навигатор? Да плевать! Михаил и сам бы справился, с помощью манопы, а потом удрал прочь, добравшись до ближайшего населенного пункта с космопортом.

— Думаете, выбить под это дело себе еще долю?

— Не без этого, - оскалилась Дрея. – Но все же… ты умеешь вести за собой живых и за тобой не тянется шлейф старых врагов, как за Нессайей.

— А если он узнает об этом разговоре?

— То может пойти поцеловать себя в живот, жирный живот.

Михаил опять задумался и заколебался. Иосси-восемь, где их не выпустили бы никуда – кто стал бы слушать слова Лошадкина, что им надо сбежать? – такое его не устраивало. Возглавить бунт, стать капитаном, неплохо, но кто еще поддержал бы его, кроме Дреи?

— Что, предлагали тебе стать капитаном? – весело спросил Нессайя, наливая Михаилу чего-то алкогольного.

Не убивающего моментально, но все же крепкого.

— Предлагали, - не стал отрицать Лошадкин.

— Зажрались, - пожаловался Нессайя, наливая и себе. – Привыкли грести истрачьи креды, боятся рисковать, не понимают, что без дерзких наймов бывает лишь дерьмо бачкуков. Права им, доли, участие в обсуждении, а они еще больше на шею садятся! Вот ты не такой, Михаил!

— Всего лишь хотел вас убить, - хмыкнул Лошадкин.

— А, - отмахнулся Нессайя. – Ты верно тогда сказал, на твоем месте любой из нас вообще творил бы Ушедшие знает что. Слушай, хочешь занять место Хваска?

— Что? – вырвалось у Лошадкина.

— Стать старшим помощником, - повторил Нессайя. – Вдвоем мы такие дела будем крутить, ха, да ты себе целый сектор купишь! Выделишь своей дитранке целую систему, она там будет жить императрицей! Купишь ей импланты, прощение, если она там чем-то провинилась перед Дитраном, своей Земле поможешь, такие креды всем пригодятся!

Михаил, собиравшийся отказаться, задумался. Даже вид делать не пришлось.

— А этих старичков спишем в утиль, ха, это не так уж трудно, как они считают! Наберешь себе подручных, да бери тех, кто уже есть, мне плевать! Ну держали их в плену, больше свободу ценить будут и деньги, без них у свободы обычно дерьмовый привкус. Насрать, что они там ненавидеть меня будут, это же твои живые, а мы поладим, вдвоем, да плевать на «Стрелу», купим себе сектор и флот кораблей!

— И что с ним будем делать?

— Как это что? Крутить дела! Всего-то и надо, что прилетев на Иосси-восемь, слить нужную инфу.

— Ага, - пробормотал Михаил, начиная кое-что понимать.

— Именно! Именно! Взломаешь их сети, просочишься, как в прошлые разы и бац! У нас куча кредов! Дрея, Хваск и остальные были против? На этом мы их и вздернем, выкинем прочь, а ты станешь старпомом, команда тебя поддержит! Завалишь свою дитранку с головой… что там ей хочется? Она же явно изгой, раз шлялась по пограничью без имплантов, а тут ты такой!

— Дионара и так меня любит.

— А будет любить еще сильнее, - возразил Нессайя. – Не просто за тело и половые органы, а за все остальное тоже!

Михаил опять задумался. Похоже он хотя бы отчасти добился своих целей, выдвинулся выше и теперь верхушка команды и капитан искали его расположения, пытались склонить на свою сторону. Этим можно и нужно было воспользоваться, только за кого выступать? Хваск и Дрея были ближе, но непонятно, что выкинул бы Нессайя своим звериным талантом выживальщика.

— Это, конечно, довод, - ответил он.

— Вот-вот, подумай о нем, - оскалился Нессайя. – Этих дураков я уломаю, да еще сделаю так, чтобы все видели, как они сопротивлялись. На этом мы их и подловим!

— Если я добьюсь успеха на Иосси? А если нет?

— Добьешься, Михаил, добьешься, - заверил его Нессайя. – Ты, в сущности, такой же, как я.

На лице Лошадкина, похоже, отразилось удивление или капитан и сам догадался, что нужны пояснения.

— Ты тот, кто выживает, несмотря на все проблемы. Не просто выживает, но еще и поднимается выше, подчиняет себе живых и обстоятельства вокруг, и движется к своей цели. Креды, избранница сердца, и самое главное, власть! Я вижу, ты уже вкусил власти и теперь никогда не откажешься от нее! Именно это я и предлагаю, и многое еще, ведь вместе мы – сила!

Лошадкин, который в этом немного сомневался (а к своей характеристике отнесся с сарказмом), дипломатично заверил Нессайю, мол подумает, а пока что лучше не ссориться с командой, вдруг не выгорит на Иосси? Лучше полететь куда-то еще, по согласию с командой.

— Уступи им один раз, и они захотят еще! – возразил Нессайя. – Оттяпают все, только протяни палец! Иосси-восемь и точка!

Чтобы что-то возражать тут, следовало согласиться на предложение жирного капитана о месте старпома, и Лошадкин не хотел связывать себя обязательствами. Даже такими, даже Нессайе, которому он охотно проломил бы голову, вбив ее в самый центр жирного живота.

— Соглашайся на предложение Нессайи, - прошептала ему в ухо Дионара.

Михаил находился на ней и двигался, вбивал себя в ее тело.

— Он затеет еще операцию, - добавила дитранка, - как тогда с Дургаром и тут мы ударим его в спину и сбежим.

Она выгнулась, вонзая ногти ему в спину, и Михаил подался навстречу, выражая свою радость от того, насколько любящая и понимающая женщина ему досталась.

Глава 46

«Стрела» приземлилась на Иосси-восемь, которая напомнила Михаилу Адвар и его торговые луны. Тут, собственно, было примерно то же самое, планета-гигант, на которой, наверное, кто-то жил и луны-спутники. В солнечной системе в такой роли мог бы выступать Юпитер, наверное.

К «Стреле» сразу подлетело несколько местных атмосферных корабликов.

— Местные силы охраны, - пояснил Нессайя небрежно. – С ними лучше не шутить.

— Зачем мы тогда высаживались? – пробормотал Михаил под нос.

Он намекнул Дрее, что в общем-то не против принять предложение команды. Никаких прямых обещаний, никаких договоров и тайных сборищ за спиной Нессайи. Она намекнула, Михаил намекнул в ответ. Не обошлось и без намеков в сторону Нессайи, которых охотно заглотил наживку.

Таким вот образом Михаил выдвинулся в «верхушку», оказавшись наравне со старшими пилотом и помощником, то есть Дреей и Хваском. Практически сместил уже дока Хандрата в роли корабельного медика. Оставалось только провести пару операций, действуя от имени Нессайи и окончательно стал бы пиратом.

То есть вольным наемником, да, этот эвфемизм был очень распространен в галактике.

— Затем, что другим с ними лучше не шутить, - без тени улыбки пояснил Нессайя.

Несмотря на демонстрируемую небрежность, жирный капитан явно был напряжен. Реши местные атаковать, «Стрелу» уже ничто не спасло бы… если только Нессайя и тут не придержал дерьма бачкуков в рукаве. Приспособил что-то из вещей Ушедших? Лошадкин даже не интересовался, что там происходит, словно испытывал чувство вины из-за случившегося с сектантами.

Или, наоборот, переживал, что не переживал о них?

— В чем тут смысл?

— Нессайя Даджаблюмт! – прозвучало по системе связи.

— Это я, и все еще капитан «Вольной Стрелы».

— Ты ловко замаскировался, но тебя все равно опознали! Тебя разыскивают за преступления!

Нессайя только хмыкнул и пояснил окружающим (наверное, Михаилу больше других).

— Никого здесь не волнует твое прошлое, наверняка мрачное и черное, это делается, чтобы приманивать сюда торговцев древностями.

Чтобы те не стеснялись выставлять на продажу украденное из могил или коллекций, дополнил мысленно Михаил. Толково придумано, если оставить в стороне моральную и законные стороны вопроса.

— Но, если ты что-то нарушил на самом Иосси-восемь!

— Вот именно! Только не говори, Нессайя, что в тебе самозародилась совесть и ты решил сдаться?

— Мне помогли, - жирно хмыкнул капитан. – Причем бескорыстно.

— Невероятно!

Раз до сих по не расстреляли, значит, ждали, что ситуация разрешится так или иначе. В общем случае, их всех, наверное, продали бы в рабство, а «Стрелу» разобрали на запчасти, дабы покрыть убытки, причиненные Нессайей в прошлый раз. Прилетевшие, похоже, знали жирного капитана не хуже Михаила и знали, что Даджаблюмт всегда выворачивается.

А может, просто следовали протоколу, где нарушителям давался шанс расплатиться.

— Неужели во всей Галактике нашелся хотя бы один такой дурак?

— Этот дурак сейчас слушает вас, - хохотнул Нессайя. – Это землянин, человек.

— А, - донеслось понимающее и слегка разочарованное.

Похоже, тут тоже следовали стереотипу, что землян хлебом не корми, только дай помочь окружающим. Наверное, все это было не просто так, но почему на самой Земле об этом говорили так мало? Или Михаил не интересовался?

— Ну что, раз в тебе нашли совесть, выходи и сдавайся!

— Не так быстро, а как же карантин?

— Кто сказал, что всем можно выходить? Выходи ты один и сдавайся! Потом уже обсудим расплату за твои преступления перед Иосси.

Нессайя только хмыкнул.

— И не пробуй взлететь! Плохо ты замаскировался!

— Да я и не пытался, - ответил Нессайя.

Он играл какую-то партию, но Михаил никак не мог понять, какую. Ладно, там карантин кораблю и команде, но что насчет продаж? Насчет товара? Разве не за этим они сюда прилетели?

— Не пытался?

— Конечно, я хотел, чтобы все знали, что это я прилетел! Чтобы сразу явились представители власти, а не какие-то темные и скользкие перекупщики. К чему тратить время на посредников?

— Что?

— Я готов выплатить штраф, как полагается. Со всеми процентами и умножающими коэффициентами.

— Кого ты ограбил, Нессайя?

— Не волнуйся, в суд они не подадут, - хохотнул жирный капитан и стал серьезным. – Ушедших.

— Как в прошлый раз?

— Это не подделка, можете сами убедиться.

— Ты понимаешь, Нессайя, что тебя ждет в случае обмана? Тебя, твой корабль и команду?

— Корабль частично принадлежит команде, - вдруг вмешалась Дрея. – Забирайте их вместе!

— Вы пойдете как соучастники, разве что вам удастся доказать, что вы не знали о событиях здесь, из-за которых за голову капитана Нессайи Даджаблюмта была объявлена награда. Удастся?

Дрея сопела мрачно, а будь на ней одежда, наверняка рвала бы ее.

— Я понимаю, - спокойно ответил Нессайя.

— Как тебе удалось ограбить Ушедших? Или ты сговорился с сектантами?

— У меня с ними конфликт, клянусь чем угодно! – воскликнул Нессайя. – И нет, я ничего у них не крал.

Ну да, снял с мертвых тел, а базу данных воровал сам Лошадкин. С другой стороны, кто стал бы верить Нессайе просто на слово? Похоже, репутация у жирного капитана была та еще, только наивные земляне и мордахи с птерахами о ней не знали.

— Как – тайна, но я готов ее раскрыть, за соответствующую оплату. Впрочем, можете расспросить того, кто к вам выйдет, он подтвердит, что Ушедшие не в претензии и это действительно их вещи.

Местные, наверное, ожидали, что там будет оружие и тайны бесконечной энергии, со смешком подумал Михаил.

— Наш землянин способен уговорить кого угодно, даже Ушедших, - вдруг заявил Нессайя.

Тревога вспыхнула в Лошадкине и в то же время, он вдруг понял, что это шанс. Выйти за пределы корабля, прощупать местных, посмотреть, что тут да как. Раз тут такие силы обороны, то пираты ничего не смогли бы сделать, так? Так, но что он мог дать местным? Вещи, лежащие в трюме «Стрелы»?

— Так что вы там аккуратнее, - рассмеялся Нессайя, - еще докажет вам, что я невиновен!

— Пусть выходит один и без оружия, с образцом в руках!

— Конечно, именно так я и все планировал.

Связь прервалась, а Нессайя повернулся к Михаилу и посмотрел внимательно, как и остальные. Словно все они опять чего-то ждали от Лошадкина – что он уговорит местных? Если они прилетели сюда, опираясь на такие хрупкие шансы, то…

— Взломай их там или хотя бы закинь пару крючков, как ты умеешь, - буднично заявил Нессайя.

— Взломать?

— Не попадаясь, как в прошлые дела, - повел толстой рукой Нессайя. – Пусть изучают вещи, ищут подделку, у нас будет время отдохнуть и отремонтироваться, так как нас ждут великие дела!

— А как же покупка систем?

— И это тоже будет, но вначале надо показать, что это вещи Ушедших. Заплатить штраф, и чтобы поползли слухи, вот тогда мы сможем ставить свою цену. Особенно, если у нас будет база данных, кто заинтересовался ими. Или возможность сделать рассылку от имени властей, что все аутентично.

Лошадкин не выпучил глаза лишь потому, что чего-то такого и ждал от Нессайи.

— Нас же не выпустят отсюда!

— Тем больше поводов убеждать их, что у нас все настоящее, - обронил Нессайя. – И взламывать, чтобы выжать максимальную цену.

Михаил изобразил на лице понимание и попытался добавить жадность. Вещи! Корабли! Своя система! Дворец для Дионары!

— Сделаю, что смогу, - кивнул он.

— Я и не сомневался, - оскалился Нессайя. – Правильная мотивация всегда творит чудеса, а уж на пару с кредами!

— И все же, что это за дело? – сделал вид, что слегка обеспокоен, Михаил.

— Нет пока никакого дела, но будет, если ты сделаешь свою часть, - уклончиво ответил Нессайя.

— А если не сделаю?

— То нас всех пустят на удобрения, в лучшем случае.

Включая тех, кто дорог тебе, так и читалось в этом жирном голосе. Проклятье, подумал Лошадкин, не подавая вида.

— Нет, такого не надо, так что сделаю, что смогу, - повторил Михаил.

Осознал, что тянет время и сам направился к трюмам, где хранились вещи Ушедших. Их валили кучей, также, как они валялись в той яме, и пытались исследовать. Смотрели и гадали о назначении, в то же время ощутимо опасаясь. Репутация у Ушедших в галактике тоже была та еще, после всех этих взрывов целых систем, разумеется, живые опасались связываться даже с сектантами этих самых Ушедших.

Михаил взял наугад первое попавшееся, нечто вроде покрывала и направился к выходу.

— Возвращайся, - шепнула ему Дионара.

— Конечно, - улыбнулся ей Лошадкин. – Как я могу оставить идеальную женщину?

— Не только меня, нас всех, - указала Дионара на Хлою и Трорга.

На мгновение у Михаила вспыхнуло бешенство. Импульс, порыв, выхватить оружие и схватить Дионару, скомандовать агемке и вендарцу, пробиться к выходу и выскочить наружу. Сдаться властям, обвинить Нессайю и посмотреть, как его четвертуют, нет, отправят на удобрения.

— Потому что мы вместе до самого конца?

— Да, - твердо ответил Михаил. – Нессайя обещал крупное дело потом, уверен, там все мы сможем проявить себя наилучшим образом.

— Под твоим руководством, - и Дионара прильнула к его губам.

Порыв бешенства и желания стрелять направо и налево рассеялся. Крупное дело и кто мог пойти на него первым? Желающий выслужиться землянин, да?

С этим Михаил вышел из корабля, подкрутив силу притяжения в настройках скафандра. Развернул покрывало, демонстрируя, что у него в руках и даже повернулся в разные стороны. Манопа сообщала, что его сканируют, но противодействовать Лошадкин, конечно не стал.

Затем его пригласили в один из корабликов, а другой выставил какие-то маячки, наверное, ту самую линию карантина. Или дополнительную линию карантина, непонятно. Посадочное поле, та ячейка, в которую приземлилась «Стрела» ведь контролировалась, да? План Нессайи был прост и понятен, прикрыться Михаилом и сыграть на страхах и сомнениях местных.

— Землянин?

— Михаил Лошадкин, - отозвался он спокойно, поднимаясь на борт корабля.

Интересно, Дионару тоже постоянно звали дитранкой, а не по имени? Следовало расспросить ее об этом отдельно, потом, когда он вернется. Как Михаил мог не вернуться к идеальной женщине? В то же время, система Иосси открывала ему еще одну возможность.

Манопа щупала окрестные устройства и эфир.

— Это не слишком вежливо.

— Я не слишком силен в галактическом этикете, - отозвался Михаил.

Собеседник… собеседница? Завеса силового поля, непроницаемого для манопы, а по голосу – ну что тут можно было узнать? Тем более, что голос мог идти через переводчик.

— Вот вы скрываете себя, это вежливо?

— Это стандартная мера безопасности в таких случаях.

— Хорошо, - пожал плечами Лошадкин. – Спрашивайте, я готов ответить.

— Вы и так уже на многое ответили, Ми-хаил, - странная пауза в имени.

Раньше таких проблем не возникало, и Лошадкин задумался, что это могло бы значить. Голос внутри подсказывал ему проявить свою новую мощь, зачаровать звуками голоса, угрожать и подавлять мощью. Во имя Дионары, конечно!

— Вы, несомненно, землянин, и в голове у вас оригинальный имплант. Скажите, почему его не вырезали?

— Была у Нессайи такая мысль, но он передумал, решил, что живой я принесу больше пользы.

— А вы?

— А я не стал спорить, - пожал плечами Лошадкин.

— И принесли ему пользу?

— В галактике почему-то очень распространено мнение о землянах, как о каких-то иисусиках, бескорыстных помогателях всем подряд. Уверяю вас, это не так. Да, я принес ему пользу, но и себе тоже.

— И добыли вещи Ушедших?

— Повезло.

— Никому не везло, а вам повезло?

— Возможно, потому что я не хотел этих вещей? – пожал плечами Михаил.

— Не раскроете подробностей?

— Нет, - отрезал Лошадкин. – Эта информация стоит истрачьих кредов, которых вы мне не дадите.

— Не дадим, - согласился голос. – Мы вас не знаем, но вы прилетели вместе с Нессайей.

— Да, это проблема, - вздохнул Лошадкин. – Раз Нессайя не убил меня, то я такой же, как он?

— Вы сами ответили на свой вопрос. И до этого говорили о пользе, кто еще мог договориться с Жирным Нессайей?

— Человек, желающий выжить?

— Насколько желающий выжить?

— Не настолько, чтобы отдавать вам информацию без гарантий.

— Как вы их представляете?

Михаил задумался, так как не знал, что тут можно сказать. Клятвы не сработали бы, очевидно, что тогда? Договора… в беззаконной зоне, где всем было плевать на прошлые преступления, лишь бы тащили всякий антиквариат?

Кто им Лошадкин? А кто они Михаилу?

— Письмо по одному из адресов в галанете, - пришел он к решению.

— Вы можете и сами его отправить, если выйдете отсюда и оплатите услуги.

— Оплата информацией?

— Нессайе очень повезло, что у него такой умный помощник.

Издевается, подумал Михаил, но как он мог винить в этом неведомый голос? Пообщавшись с Нессайей, он прекрасно понимал собеседника и в то же время, следовало как-то добиться успеха. Например, показать им запись взлетающего храма Ушедших, но сколько они подтверждали бы ее подлинность?

Спокойствие, только спокойствие, напомнил себе Лошадкин.

— Уверен, вы придумаете способ, - добавил голос.

— Я передумал, - отрезал Михаил.

Как-то он не продумал последствия, скажем прямо. Только выдай такое и сколько дадут за его голову? Не какие-то там пираты начнут охотиться, а спецслужбы Сильных и что мог им противопоставить Михаил? Как быстро пострадали бы Дионара и остальные?

— Набиваете цену?

— Да, - ответил Лошадкин. – Когда вы убедитесь в подлинности вещей, не знаю как…

— Не знаете? – в голосе послышалась заинтересованность.

— Что не так?

— По всем показаниям вы не врете, но как это возможно?

Лошадкин только вздохнул тяжело. Ему не верили, конечно, считали, что он так ловко врет, что его даже засечь не могут. Михаил ощутил, как устал от этого «романтического мира» предательств, убийств, обмана и денег.

Спокойствие. Терпение. Выдержка.

— Мы – земляне - способны на все.

Глава 47

Как выяснилось, способ определения подлинности вещей Ушедших все же имелся, наследие попыток Сильных подчинить себе технику давно вымершей цивилизации. Особый сканер, какие-то энергетические особые следы, разумеется, такого было не найти на обычной планете, но как раз на Иосси-восемь он имелся.

Для проверок и разоблачения фальшивок, которые встречались намного чаще подлинников.

— Молодец, Михаил! - радостно колыхал пузом Нессайя. - Как ты этого добился?

— Сказал им чистую правду, - пожал плечами Лошадкин.

Пираты хохотали, словно он удачно пошутил, тогда как Михаил действительно сказал чистую правду. Разве что информацию еще не продал, о том, как именно он добыл эти вещи Ушедших. Но даже образцов хватило, чтобы Нессайе резко поверили, жадно попросили еще, всё забрали в счет уплаты штрафов и долгов жирного капитана, и сняли карантин со "Стрелы".

Выходило так, что Михаил опять помог Нессайе в его пиратских делах, хотя намеревался сделать ровно наоборот. Следовало уже менять схему, которая сбоила раз за разом, но ведь Михаил пытался! Чего он не учитывал? Или следовало не думать, а действовать? Так это он тоже уже пробовал!

— Итак, мы богаты, - потер руки Нессайя.

— Уже? - спросил Хваск.

Михаил подключился к системам "Стрелы" и видел, что заявки начали сыпаться одна за другой. Куплю! Куплю! Куплю! Дам больше цену! Похоже, Нессайя не просто так расщедрился на вещи Ушедших, сразу дал ими взятку, чтобы объявили официально в сети, мол, "Стрела" привезла подлинники.

— А вы еще не хотели сюда лететь! - жирный хохот и намекающие взгляды в сторону Михаила.

— Повернись дело чуть не так и мы бы уже лежали здесь зеленым фаршем!

Опять взгляды в сторону Михаила.

— Кто не рискует - перекидывает дерьмо бачкуков! - возразил Нессайя. - За дело, команда! Очищаем трюмы и карманы покупателей, набиваем цену и свои счета! В темпе! Ремонт, заправка, лучшие батареи, все, что нужно! Всей команде - боевая готовность и по местам, нас попробуют ограбить!

Капитан говорил об этом с запредельной уверенностью, и Михаил машинально усомнился. А как же охрана Иосси? Или они не лезли во внутренние разборки? Плевать!

— А я пойду посмотрю, что тут есть, - заявил Лошадкин небрежно.

— Зачем? - развернулись Дрея и Нессайя.

— Затем, что я никогда здесь не бывал? - пожал плечами Михаил.

Он попытался отправить электронное подмигивание им обоим, мол, так нужно для дела. Нессайя сразу успокоился, видимо решил, что Лошадкин будет ломать местные базы данных. Дрея что-то там тоже поняла для себя и не стала грозно трясти сиськами.

— Возьми Дронго, - приказал Нессайя. - Он все равно собирался уходить, пусть пощупает тут вакуум насчет контрактов. Наверняка, одно дерьмо, но...

— Дронго нам бы и тут пригодился, - встрял Хваск.

— Так заставь его, - хмыкнул Нессайя. - Силой или контрактом, а я полюбуюсь.

— Зачем вообще его приглашали тогда, - проворчала Дрея.

Но тихо, видела, на что способен Дронго, а может просто грустила, что боевой кабан покинет корабль и больше не будет ее прижимать к стенке. Неважно.

— Ладно, не буду учить вас торговаться, - небрежно добавил Михаил и ушел.

Внутри все кипело и бурлило, но он сдерживался, не ускорял шага. Прошелся вальяжно и достиг кают своей команды, встал в проеме открывшейся двери.

— Ну что, мальчишки и девчонки, - сказал он. - Блокада с корабля снята, можно прогуляться и посмотреть, что тут есть вкусного и красивого.

— Все орбитальные станции и луны похожи друг на друга, - бросил Трорг.

— Не верю, - мотнул головой Михаил. - Хотя бы рисунок звезд должен отличаться!

Конечно, мало радости гулять в скафандре, но, с другой стороны, раз его не требовалось надевать целый час, то почему бы и нет? Притяжение, воздух, облучение, скафандр решал все проблемы, а тут можно сказать, луна в другой части Галактики! Может, тут не ступала нога землянина и вообще!

Попытавшись вообразить себе весь этот восторг, Лошадкин добавил.

— Кто останется - тем придется стоять и охранять, ловить возможных воришек.

— Воришек? - изумилась Дионара и поднялась.

— Ты просто не знаешь, дорогая, какой там поднялся ажиотаж.

Сейчас полезут сюда, на взлетное поле и корабль, сообразил Михаил. Одни продают, другие покупают, ругаются прямо возле "Стрелы", набивают цену, проводят аукционы. Кто-то обязательно нагонит толпу, чтобы под ее прикрытием было легче проникнуть внутрь и что-то украсть.

Правила? Законы? Штрафы?

Все это стремительно падало куда-то вниз, в гравитационные колодцы планеты-гиганта Иосси. Падало, чтобы не вернуться, потому что Нессайя привез небывалый товар. Неслыханный. За которым будут охотиться и Сильные, и поэтому он так настаивал на Иосси, условно нейтральной земле? На что рассчитывал Нессайя, что его не тронут?

Михаил охотно остался бы и посмотрел, но в другой жизни.

— Если мы не выйдем сейчас, нас потом затопчет толпа, - добавил он.

— О, - округлились изумительно прекрасные глаза дитранки. - Тогда поспешим!

— Я готова, - раздался голос Хлои.

Она пришла в себя уже в медпункте "Стрелы". С отросшими рогами, которые теперь никто спиливать не стал, как в прошлый раз после ее поимки, когда Хлою так "укрощали". Она не излечилась до конца, но определенно пришла в себя и выглядела здоровее, чем когда-либо. Разговаривала, не замыкалась в себе, даже попросила Михаила дать ей несколько уроков "электрика".

Без какого-либо сексуального и рабского подтекста.

— Отлично, - кивнул Михаил.

Все могло еще сорваться, но Трорг поднялся и равнодушно последовал за ним. Похоже, стоять и охранять пиратское добро ему хотелось еще меньше, чем посещать очередную луну - станцию. В чем-то они, конечно, и правда были все одинаковы. Подземная часть, дабы поверхность закрывала от космоса и можно было экономить энергоний.

Безжизненная поверхность, почти все синтезированное или привозное, притяжение ниже нормы, регулируй сам, владельцам не надо нести расходы. Набор развлечений, в лучшем случае из "серой зоны", а то и вовсе за пределами закона. Впрочем, тут, пожалуй, дело было в том, с кем летал Михаил. Путешествуй он как турист-землянин, например, видел бы правильные, законные орбитальные станции и прочее в том же духе.

— Наша цель - свалить отсюда под шумок, - отправил он сообщение в имплант Дионары.

Не говорить же было об этом вслух! Хлоя и Трорг и так последовали бы за ним. Наверное. Ну потеряли бы несколько секунд, ладно, но Дионару точно следовало предупредить заранее!

— Проедемся и посмотрим, что тут можно купить, да? - вслух спросила Дионара.

— Да, - громко ответил Михаил. - На живых посмотрим, себя покажем, Дронго новый контракт поищем.

Дронго, уже восседавший в летающем автомобиле, только хрюкнул приветственно.

— Так не терпится от меня избавиться?

— Я бы доверил тебе прикрывать свою спину, - искренне отозвался Михаил, садясь "за руль".

Манопа уже связалась с автомобилем и оценила его системы. Обычное антигравитационное "корыто", дешевое, простое и удобное. Летит над чем угодно, дороги не нужны, управляется через имплант и руль с педалями, если кому-то хочется привычного (или электроника откажет / окажется заглушена), системы связи и так далее. Хоть развлекайся, хоть сношайся прямо в полете, хоть дела веди, простота и универсальность.

— Поэтому ищешь мне новый контракт?

— Так предложил Нессайя, - дипломатично заметил Михаил.

Не кричать же было во весь голос "беги, дурак, жирный Нессайя не доведет до добра?" Тем более, вспоминая, с чего все началось, Дронго дружил с Нессайей и явно не боялся, что его "накредят", как тут назывался обман на деньги.

По правде говоря, Михаил бы тоже побоялся такого "накредить". Не будешь же потом всю жизнь ходить в боевом скафандре мобильной пехоты, опасаясь выстрела в спину? Дронго почесал клык, посмотрел на рога Хлои и заметил.

— Тебе нужно средство для полировки рогов и ухода за ними.

— Благодарю, я собиралась его купить, - ответила агемка.

— Но, если что, могу одолжить тебе свой "Бивнелоск", он тоже подходит.

— Разве мои рога тогда не превратятся в бивни?

Михаил только покачал головой и поехал, радуясь мысленно за Хлою. Очнулась, пришла в себя, сейчас сбежать и затем заполировать лечением под присмотром родни. Там Нессайя до нее точно не доберется, а остальное все можно поправить, раз уж пошло дело!

Хлоя флиртовала с Дронго!

— Куда вначале?

— Просто осмотримся, - небрежно сказал Михаил, - затем купим тебе что-нибудь красивое. Поедим местной кухни.

— Не советую, - добавил Дронго с заднего сиденья.

— Ах да, - сообразил Михаил, - откуда тут местное? Видишь, новичок еще.

— Но ты быстро учишься, - Дионара сложила губы, словно собиралась засюсюкать.

— О да, я такой, меня хлебом не корми, дай поучиться.

— Хлеб тут тоже не рекомендую, - еще добавил Дронго.

Михаил только засмеялся, вдруг сообразив, что перед ним стоит дилемма. Он собирался, под видом выезда, рвануть в бега, не теряя времени даром. Взлететь сейчас Нессайя не смог бы, отказаться от продажи тоже, да что там, после таких прибылей он и гоняться не стал бы.

Особенно, если бы Лошадкин "продался" кому-то из Сильных, лучше всего Дитрану, чтобы сразу вернуть им Дионару и прикрыться от пиратов. Да неважно. План был расплывчатый, зыбкий, плохой, но и хорошие планы проваливались, так что следовало просто действовать. Но с ними поехал Дронго и теперь надо было или стряхнуть его куда-то в сторону, или выстрелить в спину и бежать.

Подстрелить так, чтобы обездвижить, но не убить? Пожалуй.

— Неужели у них испортились синтезаторы?

— Зачастую на периферии экономят энергоний, - пояснил Дронго, отрываясь от рогов Хлои. - Полагаю, Сильным и пустотным новичкам такое не знакомо?

— М-м-м, - Михаил задумался и вспомнил, что на Земле даже воду в домах синтезировали. - Ладно, признаю, есть такое.

Они уже въехали в подземную часть, где располагались все здания, и Михаил подумал, что в чем-то это разумно, а в чем-то нет. Надо было связаться прямо из автомобиля, зафрахтовать корабль из числа стоявших снаружи и удирать на нем.

Но Дронго!

— Но нам всегда говорили, что есть вот пищевые чипы, из них составят родное тебе до молекулы.

— Это в цивилизованных секторах, - снова засмеялся, захрюкал Дронго. - А здесь экономят. Белок тебе не ядовит? На, поешь из того чана! Отравился? Сходи, поешь вон там, где дороже, прими таблеточку. Ой, убило всю микрофлору внутри? Сейчас мы тебя вылечим!

— Так это что же, вообще тут не есть?

— Есть, почему же, - пожал плечами Дронго. - Но синтезированное и свое. Не надо искать изысков местной кухни, вместо них ты найдешь лишь проблемы на желудок. Конечно, если ты асфандиаг и можешь переварить что угодно, то понятно, жри, что хочешь.

— Или если ты Аупо из числа Возвышенных, - добавила Дионара.

— Сколько их таких по галактике? - вопросил Дронго. - Энергетов еще можно вспомнить, но все равно их меньше, намного меньше, чем общей массы живых.

— Ладно, убедили, - вскинул руки Лошадкин. - Будем наслаждаться своей кухней.

Наверное, об этом говорили тем землянам-туристам, что выезжали сюда, но Михаил-то летел вообще по другим делам! Экономия энергония, конечно, возникала не из-за трудностей добычи, а так как Сильные регулировали все эти дела, дополнительно контролируя "периферию" вокруг. Восставать бесполезно, отрубят поставки и потом возьмут голыми руками.

А Земля, стало быть, вела иную политику.

— Есть связь, - вдруг сообщила манопа.

— Так не стесняйся, шли весточки домой! - подбодрил ее Михаил. - А потом лезь в местную сеть, мне нужны сведения, кто тут готов бросить покупки вещей Ушедших и улететь, взяв свое информацией. Или иными услугами.

Ему не хотелось продавать "тайну Ушедших", хрен знает, что местные натворили бы с ней, но. Вырваться уже из неволи! Блокада не стала препятствием, ладно, только стряхнуть Дронго и найти покупателей, ведь нашлась бы парочка? Ладно, властям продать, ведь были уже переговоры об этом!

Гарантии, подумал Михаил, сворачивая направо на очередном одинаковом перекрестке, вот в чем дело.

— Есть отклик, - шепнула манопа. - Есть желающие купить и помочь.

— Хм.

— Нас уже ищут, - продолжила манопа. - Автомобиль отслеживается, пытаюсь отключить сигнал.

— Заглуши электронику в нем, - скомандовал Михаил.

Автомобиль заглох и пролетел немного по инерции, остановился. Михаил вылез, вдруг сообразив, что попинать колеса и порыться под капотом не выйдет - не та модель! Поэтому он просто достал оружие и увидел, что Дронго уже держит в каждой руке по какой-то зловещей штуке.

— Из машины, быстро! - скомандовал Михаил.

Проклятье! Как подловить выстрелом в спину того, кто смотрит на тебя в упор и оружия и опыта у него вдвое больше? А то и в десять раз? Или просто сказать все прямо, как есть? Хороший вариант, Дронго проявлял к нему участие, заступался, но при этом был и оставался другом Нессайи. Жирный капитан все равно узнал бы о происходящем, конечно, но Михаил надеялся выиграть время и воспользоваться тем, что "Стрела" не смогла бы быстро покинуть Иосси-восемь.

Это означало, что Дронго нужно не просто ранить, а еще и оглушить!

— Странно, эти модели обычно очень надежны и не взрываются, - чуть нахмурилась Дионара.

— Не в этом дело, нас...

Он даже не услышал выстрела, просто Дронго вдруг швырнуло прочь, будто пушинку, а Михаилу в лицо брызнуло горячей сладкой кровью.

Глава 48

— В укрытие! - голос Трорга.

Еще выстрел и его пробило, но вендарец успел отшвырнуть Лошадкина за машину. Два выстрела, и та осела, едва не придавив Михаила. Лошадкин перекатился и выстрелил наугад, дернул головой, пытаясь найти взглядом Дионару и Хлою.

Первая пряталась чуть поодаль, второй нигде не было видно.

— Не подставляй себя! - крикнул он сердито Троргу. - Убей стрелка!

Сам Михаил выстрелил в дорожное покрытие, пытаясь создать хоть какую-то завесу. Манопа пришла на выручку, внезапно показала направление, откуда шли выстрелы, и Михаил метнулся вбок, прикрываясь зданием. Луч пробил его навылет и прошел прямо у него над головой, едва не поделив волосы пополам.

— УМРИТЕ!!! - раздался могучий рёв где-то впереди.

Стук и грохот, земля под ногами содрогалась, и живые попрятались, словно привыкли к подобным разборкам. Михаил выставил оружие и выстрелил по указаниям манопы, и тут же мимо пронесся луч.

— Получай! - голос Трорга.

— Прикрой Хлою! - крикнул ему Лошадкин. - Дионара! Помоги Дронго! Быстрее!

Дитранка высунулась было из убежища, но тут же отпрянула и снова спряталась. Впереди, прямо за углом, что-то грохотало и тряслось, расползалось облако пыли, в которое ворвался Трорг. Михаил дернул щекой и выстрелил за угол еще раз, метнулся назад, прямо к Дронго и попытался оттащить его в условно безопасную зону. Боевой кабан был залит кровью и весил, словно целую тонну.

— Точно, - сообразил Михаил, отстреливаясь почти вслепую.

Всю мощь манопы он бросил на взлом систем Дронго, боевых имплантов и усилителей. Те сопротивлялись, но Лошадкину и нужно-то было всего лишь задействовать мускульные усилители, да систему полета, утащить Дронго прочь, и именно это он и пытался транслировать через манопу (помимо взлома). Дронго в опасности!

Сигнал пробился и системы в Дронго сработали, ему вкололи что-то и глаза кабана раскрылись.

— ХРУ-У-У-У-У! - прокатился боевой крик.

Налитые кровью глаза, в которых была только ярость и безумие боя. Дронго вскочил, а сам Михаил полетел прочь, отброшенный, будто пушинка. Ударился об стену и выронил оружие. Дронго наклонил голову и ринулся в облако пыли, наставив бивни, будто собирался нанизать на них врагов.

— Мать твою, - прохрипел Лошадкин, поднимаясь.

Метнулся вбок, в проулок между зданиями, расставленными тут в правильном порядке. Между каждым одинаковое расстояние, все настолько правильное, что ясно было - сразу строили именно так. Лошадкин пробежал, выпрыгнул из-за угла, целясь в крышу здания через два таких же, именно там, по прикидкам манопы прятался снайпер.

Из груди его вырвался стон понимания и осознания собственной глупости.

Ну конечно! Зачем сидеть на крыше, когда можно летать? Снайпер летел туда, где находился Михаил и огибал драку, огромное облако пыли и крошки, в котором не было видно ничего. Сенсоры манопы улавливали движение фигур, вспышки, лучи, но и только, сказать, что именно там происходит, не получалось.

— Эй, ты! - заорал Михаил.

Снайпер развернулся, и Михаил всадил в него три выстрела подряд, сбросил с высот прямо внутрь пылевого облака. Мгновение колебания и Лошадкин ворвался внутрь, решив, что вблизи манопа разберется, сумеет определить, кто тут друг, а кто враг, и так оно и вышло. Он мчался, приседал, уклонялся, следуя указаниям манопы и стрелял в тех врагов, что еще не разорвали Дронго и Хлоя за компанию с Троргом.

Промчался насквозь и выскочил прямо к Дионаре, которую уже окружали.

— А ну руки прочь от нее!

Лошадкин сразил двоих и вынужденно упал, пропуская ответную атаку над собой. Перекатился, и выстрелил в небо, где появились еще стрелки, и ринулся к Дионаре, словно играл в регби. Ударил врага, ухватил его и швырнул в стену, не дал добраться до дитранки. Та смотрела широко раскрытыми глазам, сидела, забившись в угол и сжавшись в комок, выставив перед собой оружие.

Что-то тут было не так, но Михаила сейчас волновало другое.

— Не ранена?

— Нет!

— Прорываемся к остальным и отступаем к кораблю!

Михаил и сам понимал, насколько нереален его план, но и ложиться, помирать или сдаваться, он не собирался. План продать информацию можно было выбросить в помойку, без сомнений, но это не означало, что следовало приносить в жертву Дионару и остальных!

— Получайте!

Остов летающей платформы выметнулся из облака пыли, словно диск, брошенный атлетом, и смел двух летающих врагов. Дронго, залитый кровью и обезображенный, заскочил на крышу здания, и прямо в прыжке начал стрелять. В него стреляли в ответ и попадали, и он попадал, в момент расчистил "небо" и затем рухнул, не удержавшись на крыше.

Упал, задавив одного из врагов, пытавшегося задушить Трорга, и откатился в сторону, замер, словно исчерпав заряд. Михаил метнулся к нему, стреляя во все движущееся - кроме Хлои и Трорга - и припал на одно колено, уже видя, что дело худо. Манопа показывала, что Дронго при смерти и держится только на встроенных имплантах и впрыснутой в кровь боевой химии.

Но и та вытекала из него вместо с кровью.

— Не..., - Дронго задергался, в нем что-то забулькало, кровь хлынула еще сильнее.

— Тащим его! Трорг! - крикнул Лошадкин. - Дионара - найди транспорт!

— Лош..., - выдал Дронго, глядя прямо в лицо Михаилу.

Попытался еще то ли ухватить его, то ли проткнуть окровавленным бивнем, и умер. Трорг оказался рядом, снова прикрыл собой Михаила и сам выстрелил в ответ.

— Нет транспорта! - голос Дионары. - Нужно уходить!

Она тоже была рядом, стреляла куда-то вдаль.

— Быстрее! - крикнула она нетерпеливо. - Сюда уже приближается еще один отряд!

Неистовый рёв Хлои и последний из врагов улетел еще живым снарядом в сторону бронированных врагов. Экзоскелеты и какие-то натуральные бочонки брони, живые-танки, катились, и манопа показывала, что против них нужно что-то посолиднее обычных бластеров и шокеров.

— Мы отомстим за тебя, - пообещал мрачно Михаил, подхватывая винтовку Дронго.

Чуть не охнул, словно схватил сразу два лома, и изумился мысленно, откуда такая тяжесть? Пострелять на весу, держа одной рукой, точно не вышло бы, как и быстро убегать, особенно без транспорта.

— Хлоя! - заорал он. - Хлоя!

— Я здесь! - раздался рык.

Она тоже была залита кровью, только чужой. Умылась кровью по самое основание рогов, и Михаил вдруг вспомнил слова Трорга о том, как Хлоя впадала в боевую ярость и крушила и ломала все вокруг. Похоже, с ней опять случился такой же приступ.

— Уходим! - скомандовал Михаил.

Манопа бодалась с винтовкой, та уступила и подчинилась Михаилу. Выстрел!

Зеленый потрескивающий шар вырвался и ударил в один из бочонков и расплескал его во все стороны, пробив защиты. Враги рассыпались и залегли, самый удачный момент для отхода!

Но Дронго!

— Уходим! - повторил он.

Проклятье! Он мечтал избавиться от Дронго, собирался выстрелить ему в спину, но не убить! Зачем он пытался назвать Михаила по имени перед смертью? Даже смертельно раненый он встал и ворвался в битву, спас их всех, ну хотя бы на время, не атакуй Дронго и сейчас не было бы никакой возможности отступить, их просто перестреляли бы!

— Он..., - голос Дионары.

Которая не добыла транспорт, но Михаил не ощущал в себе сил ее ругать, так как машин вокруг просто не было! Еще один зеленый шар вырвался из винтовки и ударил куда-то рядом с врагами, которые уже рассыпались во все стороны. Обходили справа, слева, сверху и снизу, и можно было ожидать засады на пути отступления.

Словно услышав его мысли, манопа подала сигнал о вооруженных живых там.

— Проклятье, нас окружили, - оскалился Михаил.

Третий шар пробил стену здания и взорвался.

— Внутрь! Попытайтесь связаться со "Стрелой"...

— Мы уже здесь, Михаил! - раздался лай Драммахи. - Будешь должен!

— Еще чего! - огрызнулся Лошадкин.

Враги рассыпались и попытались напасть со всех сторон, но столкнулись с экипажем "Стрелы", примчавшимся на выручку. Михаил и Трорг стреляли, Дионару спрятали внутрь здания, а Хлоя, взревев, опять ринулась в ближний бой, словно забыв, что у нее есть оружие. Будто взыграла память предков, первобытные времена, сражения на рогах и копытах.

— Вернись! - кричал ей Лошадкин.

Хлоя ревела и сражалась, ловко насаживала на рога, бодала ими в спину, прикрывалась врагами от выстрелов других врагов. Над головами промчались пираты, словно опять повторялась та сцена с сектантами. Наемники, разбившись на двойки и тройки, налетали и разили, враги падали, будто растеряли все навыки, и Лошадкин невольно выдохнул облегченно.

Не пришлось бросать тело Дронго, да и остальные уцелели!

Конечно, его идея сбежать накрылась известно, чем, но, похоже, это было предопределено изначально. Едва он вышел наружу для переговоров, как им заинтересовались и взяли на заметку, мягко говоря. Любой его выход с корабля привел бы к подобному результату, просто совпало случайно с размещением объявления, а может оно было нужно врагам, чтобы получить подтверждение, что он это он?

Неважно.

— Спасибо, - сказал он Троргу и протянул руку.

Тот не сразу понял, затем пожал ее, глядя пристально в ответ.

— У нас еще будет шанс поквитаться, - добавил Михаил.

Трорг кивнул в ответ и огонь в нем словно угас, сменившись прежним равнодушным холодком. Нападение было мощным, все сражались, как львы и тигры... и где же находились в это время хваленые силы правопорядка?

— Быстро! Быстро! - голос Нессайи.

Он упал сверху огромным жирным ангелом, подхватил Дронго, что-то говоря ему тихо, и Михаил не стал подслушивать. Впервые на его памяти Нессайя проявлял какие-то иные эмоции, плакал или был близок к этому. Жирный капитан в одиночку поднял Дронго и перегрузил внутрь автомобиля, в котором сидел Хандрат. Лошадкин вытащил Дионару, усадил ее туда же и скомандовал:

— На корабль!

Автомобиль - носилки еще разворачивались, когда прогремел голос Нессайи.

— На корабль! Отступаем! Наши прикрыты и спасены!

Наемники откликались, отступали и манопа сигнализировала Михаилу, что ожидаемые им силы охраны правопорядка уже близко. Уже мчатся задерживать нарушителей и убивать тех, кто не подчинится сразу.

— Что застыл! - рявкнул Нессайя ему в ухо. - Уходим!

Они прыгнули в автомобили, и те попытались заглохнуть, но не смогли, под оглушительный издевательский хохот Нессайи.

— Это ты мне подал идею, Михаил! - заорал он. - Мы их закоротили!

— Что?

Манопа, впрочем, уже показывала ему случившееся, и Лошадкин выдохнул незаметно. Просто неправильно использовал термин!

— Давай снесем тут все, капитан! - каркнула сверху счастливая Шаргаза.

— Оставайся и несись, а мы уходим! - голос Драммахи.

Волчица неслась по крышам, взмывая в великолепных прыжках, крутила в них тройные пируэты, не забывая при этом стрелять и попадать. Рисовалась и хвасталась, но как изящно и метко!

— Или ты хотел остаться, чтобы тебе вскрыли голову? - весело крикнул Нессайя.

— Что?

— А ты как думал?

Автомобиль мчался, как и несколько других, и их опережала еще тройка наемников в антигравитационных поясах. Ворота были распахнуты, и там тоже дежурили пираты со "Стрелы", готовясь пропустить своих и закоротить механизмы, отсечь погоню.

— За этим с нас и сняли блокаду, в надежде выманить хоть кого-то!

— Так ты знал?!

Нессайя лишь оскалился жирно и мрачно, даже отвечать не стал. Михаил высунулся, пытаясь сбежать и власти натравили каких-то своих пиратов для грязных делишек, чтобы потом примчаться и схватить Лошадкина и остальных уже легально.

А может и всю "Стрелу"!!

— Но зачем тогда...

— Затем, чтобы не напали прямо на корабль!! - рявкнул зло Нессайя. - Мы с Дронго!!

Автомобиль устремился почти вертикально вверх, туда, где "Стрела" уже отбивалась от местных истребителей. Успешно отбивалась, разила и стреляла, переоборудованная, утыканная оружием, словно ежик иголками. Вполне возможно, что переделанная уже здесь, на Иосси-восемь, такое точно было бы в духе Нессайи.

— Или ты думал, что они просто так легко уступили? Нет, я знал, что мы суем руку в пасть кархазу и благодаря тебе нам не оттяпали эту руку!

Злоба вспыхнула в Михаиле - ну мог же сказать! Хотя бы Дионару оставили бы тогда на корабле... и тогда не было бы смысла покидать "Стрелу", ведь Лошадкин собирался бежать. Знал ли Нессайя? Михаил покосился на него и услышал в ответ злое:

— Стреляй! Не сиди столбом!

Лошадкин выстрелил и вскоре они ворвались, влетели в пустые трюмы “Стрелы”, послужившие защитой, и корабль тут же рванул прочь, удирая со всех ног. Вослед неслись угрозы и обещания назначить награду за голову Нессайи, обещания снарядить целый флот.

— Ничего, - бросил Нессайя, - пошумят, отстирают обосранные скафандры и угомонятся. И без того подняли кредов на нас, а мы на них! Дрея! Точка шесть!

— Есть, капитан, - откликнулась баракудианка.

"Стрела" вдруг словно взорвалась, выбросила целое облако каких-то странных старых вещей... хлама, в котором мелькали вещи Ушедших, одна на тысячу, но все же! Михаил невольно выпучил глаза, а Нессайя захохотал громко, хлопая себя по животу.

— Как видишь, я могу быть щедрым! - заявил он и вдруг помрачнел. - Иди! Отдыхай! Ты сделал свою часть, но нас ждет большое дело и нужно быть к нему готовыми!

— Есть, капитан, - откликнулся Михаил. - Не сомневайтесь, я буду готов!

Особенно после утешения чуть не погибшей Дионары. О да, он будет готов удрать со "Стрелы".

Глава 49

Как выяснилось, Нессайя не сидел без дела и, помимо массовой распродажи, еще закидывал удочки и раскидывал приманку в виде намеков, в общем повторялась история Зеданги. Не то, чтобы Михаилу было жаль всю эту толпу пиратов, слетевшуюся, словно мухи на дерьмо Нессайи, но они мешали его будущему побегу. Самим фактом того, что их было так много и кто-то да обязательно бы заметил Лошадкина (в первую очередь сам Нессайя), уходящего или пытающегося угнать корабль, или просто пытающегося скрыться.

Ему же требовалось время, не так много, но время, как на Иосси-восемь.

— Мы слышали, тебе пришлось уносить пузо, Нессайя!

— А все, кто был с тобой - погибли!

— Потому что дебилы тупые! Сказано же им было, что нужно лишь припугнуть и не дать высунуться! Нет, их жадность обуяла, полезли за окатышами энергония!

— А кто бы не полез?

— Те, кому жить хотелось? - парировал Нессайя. — Вот и рвануло все, да так, что потом удирать своим ходом пришлось, без гипера, из-за бури!

Он не врал, в каком-то смысле, просто пропускал детали. Похоже, крепко верил в то, что присутствующие из его команды, не выдадут. Дрея и Хваск и правда молчали, может, ждали, что Михаил выступит с разоблачением? Такая мысль у него мелькала, но он сдержался, из-за Дионары и Хлои, Трорга.

Ведь гарантировать их безопасность он смог бы только сместив Нессайю, но не на сборище же капитанов, слетевшихся на запах будущей поживы! Нессайю они знали, а вот Лошадкина нет, и что-то внутри Михаила прямо подзуживало выступить, показать им, какими умелыми пиратами и наемниками могут быть земляне!

— А делали бы, как я сказал, так наварили бы истрачьих кредов!

— Ты их наварил на вещах Ушедших!

— Э, это потом, - отмахнулся Нессайя. - Информация стоит больше, намного больше! Поэтому я и предлагаю вам ударить сюда!

Вспыхнула трехмерная карта, иллюзорные звезды и планеты проносились прямо сквозь собравшихся, которые напряженно смотрели куда-то в центр.

— Это же станция у портала Хамаши! - воскликнул кто-то из прибывших капитанов.

В этот раз их было больше, чем на Дургаре, но Михаила не покидала мысль, что они тоже когда-то наплевали в суп Нессайе.

— Поэтому я и собрал столько живых, - оскалился Нессайя. - Крупной цели - крупные силы!

— Да ты с ума сошел, Жирный! - крикнул какой-то ящер.

Развернулся и ушел гневно, а Михаил незаметно дернул щекой. Что ему стоило попросить в сопровождающие Хваска или Дрею, или Драммаху? Убили бы их вместо Дронго и было бы не так жаль, а может даже рискнул бы прорваться... нет, улететь не вышло бы. Информация стоит дороже всего, да, и Нессайя не вскрыл Михаилу череп лишь потому, что был уверен, что эта информация в его руках.

Как и похищенное на Дургаре, которое Нессайя, похоже, придерживал, словно козырь в рукаве.

— Обойдемся без Трехзубого, - отмахнулся Нессайя. - Лучше меньше да тех, кто действительно будет следовать плану и не сорвет операцию, как на Дургаре.

Еще двое ушли, оставшиеся начали переглядываться с сомнением. Жадность соседствовала с осторожностью и взвешиванием сил, похоже, их не хватало. Не говоря уже об общих соображениях

— Там слишком много туристов!

— Мы возьмем их в плен и потребуем выкуп, а пока его будут собирать, удерем, - отмахнулся Нессайя.

Недовольные взгляды, возмущенные возгласы, стремительный обмен сообщениями друг с другом. Михаил не спешил ломать чужие коммуникации, хотя именно за этим его сюда и привели. Ну и еще немного для "демонстрации флага", мол, вот он землянин, добывший вещи Ушедших, смотрите, он настоящий, можете пощупать, у нас все подлинное.

— Как ты собираешься удирать от Сильных?

— Также, как на Дургаре, - хмыкнул Нессайя.

— Зачем нам вообще эта станция? Не проще ли перехватывать корабли в других местах?

— Станция нам не нужна, да и портал тоже, хотя туда можно сбрасывать всех, кто будет сопротивляться, очень удобно, - ответил Нессайя.

Михаил уже подключился к системам "Стрелы", вызвал информацию о портале Хамаши, попутно узнавая галактический код и прочие нужные для побега вещи. У него, конечно, в голове крутились разные образы, навеянные фантастикой, но действительность оказалась немного более мрачной.

Портал Хамаши был назван так по имени первооткрывателя, и представлял он собой портал, дыру, червоточину в мироздании, как ему и полагалось. Вошедшие или влетевшие внутрь перемещались... куда-то. Куда именно, выяснить так и не удалось, хотя Сильные и пытались, снаряжали особые зонды и корабли, отправляли живых-добровольцев. Ни сигнала, ни ответа, ничего, словно их выбрасывало куда-то, где уже невозможно было установить связь.

Даже особый укрепленный комплекс гиперсвязи канул, как не бывало. Тайна мгновенной телепортации живых так и не поддалась усилиям Сильных, и они отступились. Заселившие систему Уарги, входившие в сферу Трасков, впрочем, продолжили исследования, возвели огромную станцию рядом с порталом. По слухам, Сильные втайне финансировали все это мероприятие и после истории на Дургаре, Михаил склонен был поверить этим самым слухам.

— Тогда нам еще больше захотят отомстить!

— Никто не мешает нам угрожать, - опять отмахнулся Нессайя. - Мы же кровожадные пираты, отберем самых страшных живых, потом никто и не пикнет. О! Еще мы заведем ложный корабль и отправим его в портал, якобы сбежали туда, никто и искать не будет!

— Во, это дело!

— Хорошо придумано!

— Вы опять забыли о системах обороны станции!

Будь портал просто загадочной дырой, скорее всего, никто не стал бы возводить станцию. Но из него эпизодически что-то вылетало, включая условно живых существ и превалирующей теорией была следующая: на той стороне тоже станция, пытающаяся проводить исследования. Имелась и расширенная версия, что портал ведет вообще в другое измерение, и туда попадают вещи и живые с двух станций, и вместе они пытаются подать сигнал обратно, но не выходит.

Правда, почему живые в том измерении не могли послать весточку, теория не объясняла.

В любом случае, из портала могло вылезти нечто опасное, и поэтому станцию снабдили системами защиты. Не превратили в Звезду Смерти, но все же, понатыкали разного. Разумеется, на одних бесплодных исследованиях станцию было не окупить, даже с условием гипотетической тайной помощи Сильных, и Уарги превратили ее в туристический аттракцион. Портал полыхал и переливался, словно северное сияние в космосе, можно было слетать к нему на экскурсию, провести время в комфортно обставленных номерах на станции, развлечься, в общем, все тот же туризм с осмотром достопримечательностей, выпивкой и сексом, только в космических масштабах.

Сексом!

— Нужно просто нейтрализовать их изнутри, - громко заявил Михаил.

— Просто? - прозвучал полный сочного сарказма вопрос.

— Как Ушедших? - поинтересовался кто-то, глядя на Лошадкина.

Михаил осознал свою ошибку, теперь на него смотрели, как на добычу, полную информации. Одно спасение, Нессайя и экипаж "Стрелы", которые прикроют, и Лошадкин не взялся бы сказать, случайность ли это или жирный капитан опять все предвидел своим звериным нюхом.

— В каком-то смысле, - не стал возражать Михаил. - Суть у всех этих операций одна и та же.

Взломать, получить доступ, отключить и так далее.

— Это все равно, что сказать - суть у оружия одна и та же! Но есть разница между нами и Сильными!

— Отключение даже части систем помогло бы!

— А может, наоборот, зайти со стороны портала? Словно нас оттуда выбросило?

— Не выйдет, нам скрытности не хватит!

— Можно закупиться.

— На мои креды, конечно же, - тут же саркастично встрял Нессайя. - Добытые потом и кровью, а также продажами на Иосси-восемь. Тогда давайте мне истрачью долю!

— Э, нет!

— Наши корабли первыми пойду в бой!

— А если мои, - Нессайя голосом выделил это слово, - живые сделают все, как надо, то вашим живым даже идти никуда не придется! Ха, да я сам справлюсь! И долю вам отдавать не надо будет!

Капитаны зашумели, кто-то даже начал хвататься за оружие. Драммаха рычала и показывала, что не стоит так делать. Нессайя скалился и колыхал пузом, словно уже выталкивал непрошенных гостей прочь со "Стрелы". Та изрядно преобразилась, похоже кредов жирный капитан и правда не пожалел, ведь речь шла о его жизни и возможности сбежать с Иосси-восемь.

— Тогда мы расскажем о твоих планах!

— А еще лучше возьмем вас всех в плен и заставим!

— Точно! И всю информацию заберем себе!

— Попробуйте, - предложил Нессайя. - Сумеете ли?

А еще он обезопасил себя на случай таких вот переговоров, вдруг понял Михаил. "Стрела" торчала посреди других кораблей, словно в окружении... и именно поэтому могла разом вынести всех, ведь ее боевые системы находились в полной готовности.

— Так дело не пойдет!

— Ты нам угрожаешь!

— Никто вам не угрожает! - рявкнул Нессайя. - Выньте дерьмо бачкуков из задниц, заменяющих вам головы, и успокойтесь! Я предложил план, а вы сразу навоображали себе невесть чего!

— Мы еще даже не добрались до плана!

Собравшиеся словно разделились, все капитаны и пришедшие с ними против Нессайи. Все это так напоминало историю перед Дургаром, что Михаилу хотелось приложить руку к лицу и своротить нос набок. Неужели Нессайя раз за разом пользовался одними и теми же приемами, и до сих пор оставался жив? Или без Лошадкина он вел себя скромнее и не лез мстить врагам, совмещая с попытками получить прибыль.

Пробавлялся кладбищами и сигналами чужих гипермаяков?

— Потому что вы сразу раскудахтались, как бешеные кудахи! - еще громче рявкнул Нессайя. - Делите недобытые креды и боитесь собственной тени! Кто не готов рисковать и слушаться, валите прочь, и помните, я не забуду, что вы мне угрожали!

— А ты нам!

Михаил смотрел с мрачным и внешне безразличным видом, но внутри прямо кипел. Уходите! Уходите! Ему хотелось сорваться и прогнать половину пинками, выкинуть в космос, повышая шансы на реализацию своего плана. Ладно, не плана, а так, дерзкой идеи, в которой он, как Нессайя, мог бы сразу убить трех зайцев одним ударом.

Месть, деньги и свобода!

— Мы этого тоже не забудем!

— Не забудем!

Еще двое ушли, и атмосфера стала мрачной.

— Продадут информацию Сильным, - заметил кто-то.

— Пусть продают, нам главное успеть первым, - отозвался Нессайя. - Времени на подготовку нет, да и не нужна она, если мы не будем брать штурмом!

— Захватить изнутри?

— Не надежнее ли просто разойтись?

— Хорошо, расходитесь, - поколыхал животом Нессайя.

Но никто не ушел, опять и снова жадность брала верх. Они видели успехи жирного капитана, хотели попасть под этот денежный дождь из кредов, нет, золотой дождь, который собирался устроить Нессайя. Только не в прямом, а переносном значении. Разумеется, подсказывать им Михаил не собирался, этим жадным пиратам еще предстояло бить Нессайю по пузу за все доставленные проблемы.

— Тогда выслушаем землянина, что он предлагает, - указал Нессайя.

— План очень прост - мы прилетаем на станцию и захватываем ее изнутри.

— Электрик-т, - прищелкнул языком Хваск, словно насмехаясь.

— Кто мы?

— Я и Дионара, она дитранка, - пояснил Лошадкин небрежно. - Мы - молодожены, у нас медовый месяц, мы снимем какой-нибудь особый люкс, и никто нас, в общем-то, ни в чем подозревать не будет. Подключившись к системам станции, мы в нужный момент просто нейтрализуем часть их и дадим вам причалить. В идеале просто взломаем изнутри и похитим данные, а потом удерем. Не нужно будет никого захватывать, поднимать шум, бросать в порталы, стрелять и так далее.

Номер для новобрачных! Медовый месяц! О да, эту роль они сыграют со всем удовольствием, конечно, а потом смоются, оставив пиратов с носом!

— Землянин и дитранка?

— Сильные, может и сработать.

— Где гарантии, что они смогут взломать, это же станция!

— Разумеется, никаких гарантий, - бросил Лошадкин, отрываясь от грез о Дионаре в брачном люксе, - но кто их вам даст в таких случаях? В идеале - мы захватим все сами, но на деле - сами понимаете. С нами будут еще живые, телохранитель и служанка...

Самый слабый момент импровизации, практически объявление прямым текстом, что Михаил собирается утащить всех. Он думал, что Нессайя будет возражать, предложит Драммаху, например, как ранее навязал Дронго, и жирный капитан действительно открыл рот, но сказал нечто совершенно иное.

— Их нет в базах, в отличие от нас всех, и проникновение, - сальная усмешка, - точно пройдет успешно, кредов хватает. Землянин уже ломал или перепрошивал корабли Аргунатов, лабораторию Дитрана, системы Чимча, и храм Ушедших, думаю со станцией Уаргов как-нибудь справится.

Ты что творишь, жирный пидор, орало внутри Лошадкина, который стоял с равнодушным видом. Тут же пришла мысль, что скоро все эти слова Нессайи не будут иметь значения, и Михаил успокоился, ничем не выдал себя. Ошейник ему, вроде бы, не угрожал, но все равно, следовало играть до последнего.

Даже прилетев на портальную станцию!

— Дело?

— Дело!

— Тогда обсудим детали.

Они взялись обсуждать, а Михаил слушал и не слышал, так как голова его была заполнена образами Дионары, медового месяца и грядущего освобождения!

Глава 50

Дионара потянулась, удобнее устраиваясь в объятиях Михаила и вдруг заявила:

— Когда-то агемцы выясняли вину и измену, втыкая друг в друга рога.

— Зачем? - невольно хрюкнул Михаил.

— Чем глубже воткнул, тем больше вина.

— А.. они не умирали от такого?

— Умирали. Умерший считался виновным во всем, но при этом он уносил с собой все преступления остальных.

— И можно было изменять дальше?

— Конечно.

— Также они, наверное, мерялись длиной и толщиной рогов?

— Мерялись, - согласилась Дионара.

Она прижималась к Михаилу обнаженным разгоряченным телом и все было прекрасно в этом мире и условном люксе для новобрачных. Назывался он как-то иначе, но можно было просто выбрать один из вариантов и перестроить номер по своему желанию, что Михаил и сделал.

— А дитранцы?

— О, они бились за юных прекрасных дитранок без рогов, так как их у нас нет, - ответила Дионара, чуть поворачивая голову.

Губы их слились в поцелуе, Михаил охватил Дионару сильнее, ощущая, как нарастает в нем желание. Медовая пара дней явно удалась несмотря на то, что отношения их длились уже какое-то время.

— Я тоже, - тихо простонала Дионара, приподнимая ногу.

Михаил вошел в нее, начал двигаться медленно и неторопливо, наслаждаясь каждой секундой.

— Ты же знаешь, что в нас осталось много от ящериц?

— Да, моя прекрасная ящерка, - отозвался Михаил. - Жаль, что вы потеряли хвосты!

Заправил бы под хвост, подумал он и решил, что звучит как-то немного чересчур.

— В древней истории такое было, - вдруг отозвалась Дионара. - Первобытные дитранцы поднимали своих избранниц за хвосты.

— А те их сбрасывали?

— Если им не нравились женихи, да. Большинство, правда, предпочитало сразу кусать их.

— Так у вас был матриархат?

Желание нарастало, Михаил сдерживался, чтобы не схватить Дионару сильнее, не начать двигаться, словно отбойный молоток. Да, он не забывал и о делах в эти двое суток, операция уже близилась к завершению... как и он сам. Лошадкин сразу предложил Дионаре бежать, но та предложила для начала поддержать легенду, потом они спаривались, как безумные и затем дитранка разумно указала, что взлом станции им все равно потребуется, так как у них не было ни кредов, ни корабля.

— Наверное, - простонала Дионара, покусывая его руку. - Так вот, самцы демонстрировали свою мощь в беге по болоту, и лучшему доставались лучшие.

— Ого, ну я вряд ли пробегу по болоту, даже в ластах, - отозвался Лошадкин.

— Все равно ты лучший, лучший, лучший, - Дионара задвигалась активнее, и Михаил тоже не выдержал.

В первые разы они даже общаться не могли, просто рычали, кусались, лизали друг друга и спаривались, потеряв голову. Затем наступало просветление, Лошадкин шел "работать", и затем снова набрасывался на Дионару, цикл повторялся.

— Что же, давайте закончим с этой историей, - сказал он, слезая с дитранки.

— Да мы вроде и так закончили, - еле слышно отозвалась Дионара в подушки.

— Не-е-е-е-ет, с тобой мы не закончили, - улыбнулся Михаил. - Ох, не закончили! Но ты же помнишь, что мы собирались бежать?

— Да? - Дионара приподняла голову, при этом странно оттопыривая идеальный бледный зад. - Да, точно.

Она прикусила палец, а Михаил чуть не застонал, опять ощущая себя школьником, который ни разу не видел женщины. Такой идеальной, во всяком случае.

— Забыла, - признала Дионара виноватым тоном, хлопая огромными глазами.

— Как ты вообще работала курьером? - добродушно поинтересовался Лошадкин, сдерживая себя.

— До встречи с тобой - прекрасно, но ты!

— Еще скажи, что я все испортил.

— Нет, ты сделал все лучше, но мне тяжело думать о чем-то, кроме тебя.

— Ладно, тогда я буду думать за двоих и пошел добывать мамонта, - усмехнулся Лошадкин.

— От слова мама?

— Нет, эта роль твоя, - подмигнул Михаил.

Конечно, обычным и очень приятным путем у них никогда не появилось бы детей, но кто сказал, что надо им идти?

Хлоя трудилась над "электрикой", Трорг осваивал возможности нового импланта. Михаил настоял и им, для достоверности "легенды" поставили аналоги маноп, пусть и попроще, со специализациями телохранителя и служанки-помощницы.

— Итак? - спросил он, глядя на стол.

— Все готово, - отозвалась Хлоя.

Она чуть дернула носом.

— Вижу, что и у вас все готово.

— Да, наверное, надо было помыться, - неловко отозвался Лошадкин.

Двое суток, кто-то сказал бы, что это слишком мало, но сейчас Михаилу вдруг показалось, что они все же задержались тут. Впрочем, в словах Дионары о том, что операцию надо довести до конца, были резон и смысл, Михаил и без того наследил по галактике.

— Между прочим, я безумно ревную.

— Я рад, что ты так открыто и честно говоришь о своих чувствах, - улыбнулся ей Михаил.

Хлоя улыбнулась в ответ и почесала левый рог. Конечно, было наглостью делать инструменты для взлома станции на самой станции, но именно благодаря этому все и удалось. Немного электроники, подсказок Лошадкина, разведки при помощи манопы и подкручивания систем наблюдения. Видео брачных игр кроликов не записывали, конечно, но сканеры работали и именно их Михаил слегка и подкрутил, чтобы просто не реагировали на происходящее.

— Лечение пошло тебе на пользу.

— Да, - ответила Хлоя.

Что-то такое мелькало в ее голосе, глазах, поведении, словно она готова была в любой момент сорваться обратно. Это немного беспокоило Михаила, так как первое, о чем он думал, что Хлоя сорвется и искалечит или убьет Дионару.

— Думаю, нам всем не помешает небольшая прогулка по станции. Развеяться, посмотреть на красоты портала, а может и слетать к нему, а также заглянуть в медицинский центр и проверить тебя. Да и тебя, Трорг.

— Зачем? - прогудел вендарец.

— Ты столько адаптировался после ран, но проверял ли изменения в себе?

Трорг посмотрел равнодушно, впрочем, Михаил и так знал ответ - не проверял. Кто стал бы возиться с невольником? Но сейчас, уже скоро, им предстояло добраться до свободы, и Михаил прикусил кончик языка, попутно задействуя манопу и ощупывая ей все вокруг. Не орали сирены, не поднималась тревога, никто их ни в чем не подозревал, даже Нессайя на станции отсутствовал!

Да, подумал Лошадкин, хорошо, что вольные наемники - такие пираты, и засветились в разных делишках. Без этого протащить на станцию только свою команду и Дионару было бы на порядок труднее. Обязательно потащилась бы Дрея, Драммаха и прочие, и вышло бы как с Дронго.

С той лишь разницей, что этих Лошадкину было бы не жаль.

— Быстрая профилактическая проверка не помешает, - добавил Михаил.

Уже скоро, подумал он. Скоро отпадет необходимость в иносказаниях. Конечно, им придется украсть корабль, служебный, со станции, но взамен Михаил собирался расплатиться информацией о готовящемся нападении.

— Оружие, приборы, улыбки и готовность действовать, все взяли? - спросил он.

Моментально выйти, конечно, не получилось. Вначале перепроверил устройства Хлои, та уже неплохо набила руку и рога в них, затем пошел мыться и встретил там Дионару, потом еще перекусили, обмениваясь репликами. Умиротворенная, спокойная атмосфера, и Михаилу это понравилось, хотелось продлить ощущение.

— Надо было сразу уносить отсюда ноги, - вдруг сказал Трорг.

— Такой вариант тоже был, - кивнул Михаил, - но сейчас мы сможем сделать вид, будто нас здесь и не было никогда. Никто не будет за нами гоняться.

Дионара предложила этот вариант, когда они наконец утомились достаточно, чтобы разговаривать. Они могли украсть кредов, своровать чей-то корабль и так далее, но все это быстро бы вскрылось и их объявили бы в розыске. Кто знает, чем закончилась бы погоня и что предприняли бы пираты, ожидавшие неподалеку и явно прослушивавшие эфир?

— Двое суток - ничто, - вдруг поддержала его Хлоя.

Первым делом - к агемцам, подумал Михаил, сразу сдать им Хлою, потом к вендарцам, вернуть Трорга и крюк к триварцам, проверить, как дела у Маргуда, если будет, что проверять.

А потом... Земля и Дионара!

— Можно задержаться еще, - прильнула к руке Лошадкина Дионара. - Снаружи подождут.

Эта мысль развеселила Михаила, и он улыбнулся. Представил, как они тут внутри пьют, едят и веселятся, любят друг друга внутри теплой освещенной станции, а пираты снаружи мерзнут, скрючившись под вакуумным забором и ждут, когда же им подадут сигнал, откроют ворота. Время идет, пираты сидят и замерзают все сильнее, а сигнала все нет и ворота не открываются.

— Однажды мы провернем с ними и такую месть, - пообещал он.

— Месть, - повторила Хлоя, почмокала губами.

— Но сейчас нам надо подумать о нас самих и сделать что-то для нас самих и сделать это хорошо.

Лошадкин на пару секунд ощутил себя капитаном Очевидностью, но в то же время, сейчас его радовало все. Он даже знал причину, наконец-то можно было завязать с "пиратством". Никогда Михаил не просил об этом и не собирался плавать, то есть летать под условным Веселым космическим Роджером, но жизнь его в последнее время все никак не могла угомониться и отплясывала весело, зажигательно крутя попой.

Танцы с Дионарой!

— Вперед и да пребудет с нами сила, - добавил он.

План был прост и нагл, благо орбитальная станция у портала Хамаши, сама прямо подталкивала к нему. Станция была построена как гроздь шаров, и Михаил с остальными, совершая "прогулку", оставлял творения Хлои у переходов. Миниатюрные роботы-трансформеры, которым по сигналу предстояло выполнить одну лишь функцию, перерезать провода и спалить передатчики.

— С ней все в порядке, - сообщили Лошадкину в медицинском центре.

На станции имелось все для обслуживания туристов, вот только в центральный шар их не пускали, там располагалась исследовательская часть. Гениальность плана Дионары заключалась еще в и том, что даже если пираты подослали тайно своих наблюдателей, они до сих пор считали бы, что Михаил действует по их плану.

Взламывает станцию, чтобы похитить информацию.

— Да будет свет, - провозгласил Лошадкин, отправляя сигнал.

Это была отсылка к древнейшему анекдоту, и никто ее не понял, но этого и не требовалось. Шутка для самого себя, шутка электриков и Михаил, замер на месте, подключаясь через манопу к перерезанным коммуникациям. Имитация собой систем одного из туристических шаров и с ними манопа проскочила дальше, ударила по "мозгам" внутри станции, парализуя их. В обычных условиях такое не сработало бы, но роботы-трансформеры, перерезав провода, тоже включились в дело, забивая все каналы информационным мусором.

В котором пытались проскочить вредоносные коды и "мозги" исследовательской станции не справились. Да, они были мощны и огромны, в сравнении с манопой, но все это не имело значения, раз они лишились возможности сопротивляться. Словно маленький погонщик на шее огромного слона, Михаил оказался "у руля" и теперь мог направлять станцию куда угодно.

В теории.

— После вас, миледи, - склонился он в поклоне, указывая на открывшуюся дверь.

Манопа уже затирала следы их пребывания здесь и списывала корабль, прогулочный корабль, старый, но все еще крепкий. Информационный след должен был остаться такой, что компания живых прибыла на станцию, затем взломала ее и улетела в портал, исчезнув бесследно.

Конечно, такой взлом не отменял массы живых и сигналов тревоги, и поэтому следовало действовать быстро. Попутно в системе остались бы следы, ведущие к пиратам - то есть прямые указания на них и перечисления планов, кораблей, всего. Проверка, захваты, даже если бы Нессайе удалось бы вывернуться, ему стало бы не до Михаила, и он счел бы, что "землянин" попался и выдал их или что-то в таком духе.

Старенькому кораблю предстояло отправиться в короткий гиперполет на пару - тройку систем вглубь населенных краев. Перебивка номеров, пусть и не буквально, затирание следов, продажа за смешные деньги и покупка нового корабля или билета, если там, где-то ходили рейсовые космолеты, все это были проблемы, которые предстояло решить в будущем.

Впрочем, Михаил смотрел в это самое будущее с оптимизмом, верил в свои силы. Ведь у них получилось здесь, и по сравнению с прошлыми делами, всего лишь смена корабля и нахождение нового транспорта выглядели такой мелочью, такой ерундой!

Сейчас Лошадкин готов был свернуть горы.

— Станция парализована? - изумленно спросила Дионара, еще шире открывая и без того огромные глаза. - Так быстро?

— Так оно обычно и бывает, - самодовольно заверил ее Лошадкин. - Ты долго готовишься, а затем раз и в квартире снова есть свет.

— Что?

— Извини, вырвалось. Но нам лучше поторопиться, пока живые вокруг не поняли, что происходит.

— Да, лучше поторопиться, пока они не поняли, - кротко согласилась Дионара.

Трорг уже выстрелил и парализовал какого-то то ли сотрудника, то ли охранника. Михаил отвлекся туда на мгновение, а когда повернулся, увидел, что Дионара достала откуда-то оружие. Из сумочки? Оружие это смотрело прямо в лицо Михаилу.

— Ты! - вдруг взревела Хлоя и ринулась в атаку.

Дионара увернулась изящно и парализовала ее прямо во время атаки. Хлоя промчалась и врезалась в стену, зацепилась одним из рогов. Еще выстрел и Трорг упал, вся адаптация не спасла его от паралича.

— Нессайе будет приятно получить обратно свою живую игрушку, да еще и с рогами, которые можно обломать по новой, - заявила Дионара.

Михаила обязательно осенило бы осознанием, если бы следующий выстрел дитранки не пришелся прямо в него. Все вокруг моментально померкло и исчезло, как и сознание Лошадкина.

Эпилог

Пробуждение было мучительным и болезненным, словно Михаил тонул и не мог выплыть, вода становилась вязкой, хватала его за ноги и за руки, тянула вниз. Он вдруг вспомнил, что все это уже было с ним и на мгновение решил: все пригрезилось. Не было ничего, ни полетов с пиратами, ни кладбища Аргунатов, ни сражений с чемпионом Чимча, Ушедших и Дионары, ни-че-го!

Он напал комбайном на "Стрелу" и его взяли в плен, теперь решали, как убить и гадить ли в череп.

— Открывай глаза, нечего притворяться, - насмешливый, торжествующий, жирный голос Нессайи.

Михаил открыл глаза и встретился со слегка виноватым взглядом дока Хандрата. Слегка. Тот убрал сканер и прочие свои медицинские приспособления, и пошел прочь, не оглядываясь. Впрочем, все это не имело значения, так как рядом с Нессайей стояла торжествующая Дионара. Невыносимо прекрасная, как и раньше, без ошейника и оков - в отличие от Михаила - и торжествующая.

— Меня предупреждали, - выдохнул он, моментально все поняв.

— И за это я ей ампутирую один рог без наркоза, - заколыхал пузом Нессайя, дергая за цепь. - Прямо, как ей нравится, да?

Посаженная на нее Хлоя, лишенная одежды и всякого достоинства, залитая кровью, смотрела затравленно с пола на Лошадкина. Тот смотрел в ответ, ощущая лишь беспредельную ярость и отчаяние бессилия.

Ведь он обещал и не смог!

— Вы были хорошим господином, господин, - прохрипела Хлоя Лошадкину. - Я многому научилась в электрике.

— Я отомщу, - прохрипел Михаил в бессильной злобе.

Разум, оправдания, рационализация, попытки обмана, все это исчезло, смытое волной беспредельной злобы и вины, ощущения собственного идиотизма. Второй раз на те же грабли! Даже то, что Нессайя взял и ловко подвел к нему Дионару, подбил других, вроде Дреи, трясти сиськами, чтобы склонить выбор в пользу дитранки, никак не оправдывало Михаила и не отменяло его вины.

Ведь он сам, сам ей все рассказывал, думая, что строит заговор за спиной жирного капитана! А на самом деле заговор был против него и давнишний, ведь Дионара должна была еще прибыть на Дургар-шесть и попасться в плен, чтобы исключить всякую случайность и возможность того, что кто-то проболтается!

Лошадкин едва не откусил себе язык, пытаясь не заорать, какой он идиот.

— Как скажете, господин, - прошептала Хлоя, склоняя голову.

— Отомстишь, непременно отомстишь, - заверил его Нессайя.

— Только не нам, а ысынгунам, - пропела Дионара и внутри Михаила что-то шевельнулось, а дитранка рассмеялась. - Смотри, он до сих пор меня любит!

Лошадкин молчал, кусая язык до крови. Он бы отомстил прямо сейчас, но ошейник и оковы не давали этого сделать.

— Это было сыграно идеально, - кивнул ей Нессайя и склонился над Михаилом, будто стремясь задавить его пузом.

Прямо как тогда, когда Лошадкин первый раз пришел в себя на борту "Стрелы".

— Жаль, нет времени вырезать твой имплант нормально, но и так сойдет, - сказал Нессайя. - Все равно ты принес много больше кредов, чем твой имплант, жаль, что ты исчерпал свою полезность и так и не понял своего счастья. Вместе мы могли бы творить великие дела, я бы даже забыл о мести за испорченный корабль, но ты выбрал свой путь.

Михаил прожигал его взглядом, ощущая, что сходит с ума от сдерживаемой ненависти. Бессильной ненависти, которой не было выхода, и теперь он намного лучше понимал Хлою. Хлою, которую так подвел! Трорг, что с ним? В следующую минуту Михаил получил ответ на этот вопрос, так как его выбросили из “Стрелы”, и он скатился по пандусу прямо на раскаленные солнцем плиты космодрома, растянулся на них рядом с Троргом.

— Сто кредов за эту дохлятину! - прозвучал голос над головой.

— Продано! - крикнул Нессайя и захохотал. - Идем, пришла пора обломать рога!

Смех стих, отрезанный поднявшимся пандусом и "Стрела" тут же взмыла в небо. В поле зрения Михаила появилась какая-то уродливая шрамированная рожа, смотревшая на него... без ненависти, следовало признать. Равнодушно, как на предмет обстановки или кусок еды, который вдруг вздумал сбежать из рта.

— Добро пожаловать в первую добровольную армию невольников Закрасты! - пролаяла рожа, ничуть не смущаясь противоречиями в названии. - Кормежка от пуза три раза в день, оружие и ысынгуны вам обеспечены! Вас продали, так что вставайте или будете застрелены на месте за неповиновение!

Эти противоречия - особенно слова про оружие - рожу тоже ничуть не смутили. Лошадкина все еще душило яростью бессилия и в эти мгновения ему хотелось только умереть, хоть как-то искупить свой позор, и вставать он не собирался. Рожа уже потянулась за оружием, когда над головами их полыхнуло.

"Стрела" разлетелась на тысячи обломков и зрелище это было настолько прекрасно, что Михаил не выдержал и заплакал от счастья. Хлоя, Хлоя усвоившая его уроки, возвращенная к жизни и разуму, отомстила, закоротив цепи или отключив управление "Стрелой", неважно. Она отомстила и сражалась до последнего.

Эти мысли придали Михаилу сил, и он поднялся, вдруг ощутив весь жар солнца и раскаленных плит под ногами.

— Прибереги свои слезы для тренировочного лагеря, новобранец! - крикнула рожа.

— Слушаюсь! - выкрикнул Михаил изо всех сил.

Он снова оказался в непонятной жопе, впереди маячили гибельные перспективы, но Лошадкин пока еще был жив. Значит, следовало взять пример с Хлои и сражаться, за себя и того парня, то есть Трорга, который тоже поднялся и встал рядом.

— Вот то-то же, - удовлетворенно выдохнула рожа. - Может из вас и выйдет толк, и ысынгуны сожрут вас не в первой волне, а второй. Бегом, к транспорту, мясо!

И они побежали, ощущая бьющее в затылок и спину жаркое местное солнце.

Content

(не)Веселый космический Роджер

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Эпилог